КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 404962 томов
Объем библиотеки - 534 Гб.
Всего авторов - 172252
Пользователей - 92015
Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Зуев-Ордынец: Злая земля (Исторические приключения)

Небольшие исправления и доработанная обложка. Огромное спасибо моему украинскому другу Аркадию!

А книжка очень хорошая. Мне понравилась.
Рекомендую всем кто любит жанры Историческая проза и Исторические приключения.
И вообще Зуев-Ордынцев очень здорово писал. Жаль, что прожил не долго.

P.S. В конце этого месяца я вас еще порадую - сделаю фб2 очень хорошей и раритетной книжки Строковского - в жанре исторической прозы. Сам еще не читал, но мой друг Миша из Днепропетровска, который мне прислал скан, говорит, что просто замечательная вещь!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Лем: Лунариум (Космическая фантастика)

Читал еще в далеком 1983 году, в бумаге. Отличнейшая книга! Просто превосходнейшая!
Рекомендую всем!

P.S. Посмотрел данный фб2 - немножко отформатировано кривовато, но я могу поправить, если хотите, и перезалить.
Не очень люблю (вернее даже - очень не люблю) править чужие файлы, но ради очень хорошей книжки - можно.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Ганин: Королевские клетки (Фанфик)

в общем-то неплохо. хотя вариант Гончаровой мне больше понравился, как-то он логичнее

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Конторович: Чёрные бушлаты. Диверсант из будущего (О войне)

Читал давно, в электронке, когда в бумаге еще не было. На тот момент эта серия была, кажется, трилогией. АИ не относится к моим любимым жанрам в фантастике - люблю твердую НФ, КФ и палеонтологическую фантастику (которую в связи с отсутствием такого жанра в стандарте запихивают в исторические приключения), но то как и что писал Конторович лично мне понравилось.
А насчет Звягинцева, то дальше первой книги Одиссея читать все менее и менее интересно. Хотя Звягинцев и родоначальник российской АИ.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
DXBCKT про Конторович: Чёрные бушлаты. Диверсант из будущего (О войне)

Давным давно хотел прочесть данную СИ «от корки до корки» в ее «бумажном варианте... Долго собирал «всю линейку», и собрав «ее большую часть» (за неимением одной) «плюнул» (на ее отсутсвие) и стал вычитывать «шо есть»)

Данная СИ (кто бы что не говорил) является «классикой жанра» и визитной карточкой автора. В ней помимо «мордобития, стрельбы и погонь», прорисована жизнь ГГ, который раз от раза выходит победителем не сколько в силу своей «суперкрутости или всезнайства» (хотя и это отчасти имеет место быть) — а в силу обдуманности (и мотивировки) тех или иных действий... Практически всегда «мы видим» лишь результат (глазами автора), по типу : «...и вот я прицелился, бах! И мессер горит...». Этот «результат» как правило наигран и просто смешон (в глазах мало-мальски разбирающихся «в вопросе»). Здесь же ГГ (словами автора) в первую очередь учит думать... и дает те или иные «варианты поведения» несвойственные другим «героическим персонажам» (собратьев по перу).

Еще один «плюс в копилку автора» — это тщательная прорисовка главных (и со)персонажей... Основными героями «первой трилогии» (что бы не говорили) будут являться (разумеется) «Дядя Саша» и «КотеНак»)) Остальные герои и «лица» дополняют «нарисованный мир» автора.

Так же что итересно — каждая книга это немного разный подход в «переброске ГГ» на фронта 2-МВ.

Конкретно в первой части нас ожидает «классическая заброска сознания» (по типу тов.Корчевского — и именно «а хрен его знает почему и как»). ГГ «мирно доживающий дни» на пенсии внезапно «очухивается» в теле зека «времен драматичного 41-го» года...

Далее читателя ждут: инфильтрация ГГ (в условиях неименуемого расстрела и внезапной попытки побега), работа «на самую прогрессивный срой» (на немцев «проще сказать), акты по вредительству «и подлянам в адрес 3-го рейха» и... игра спецслужб, всяческих «мероприятий (от противоборствующих сторон) и «бег на рывок» и «массовое истребление представителей арийской нации».

Конечно, кому-то и это все может показаться «довольно скучным и стандартным».. но на мой субъективный взгляд некотороые «принципиальные отличия» выделяют конкретно эту СИ от простого рядового боевичка в стиле «всех победЮ». Помимо «одного взгляда» (глазами супергероя) здесь представлена «реакция» служб (обоих сторон + службы «из будуСчего») на похождения главгероя — читать которую весьма интересно, ибо она (реакция) здесь выступает совсем не для «полновесности тома», а в качестве очередного обоснования (ответа или вопроса) очередной загадки данной СИ.

Именно в данной части раскрывается главный соперсонаж данной СИ тов.Марина Барсова (она же «котенок»). В других частях (первой трилогии) она будет появляться эпизодически комментируя то или иное событие (из жизни СИ). И … не знаю как ВАМ, но мне этот персонаж очень «напомнил» Вилору Сокольницкую (персонажа) из СИ Р.Злотникова «Элита элит»...

В общем «не знаю как ВЫ» — а я с удовольствием (наконец) прочел эту часть (на бумаге) примерно за день и... тут же «пошел за второй...»))

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
argon про Гавряев: Контра (Научная Фантастика)

тн

Рейтинг: -2 ( 0 за, 2 против).
Шляпсен про Ярцев: Хроники Каторги: Цой жив (СИ) (Героическая фантастика)

Согласен с оратором до меня, книга ахуенчик

Рейтинг: -5 ( 0 за, 5 против).
загрузка...

Ледяное сердце 2 (fb2)

- Ледяное сердце 2 1.3 Мб, 711с. (скачать fb2) - Ольга Романовская

Настройки текста:



Весенние ветры

Глава 1.

Первая дама королевства, Зара Рэнальд Рандрин, шла по коридору Высшей школы магического искусства и всеми силами старалась отвлечь себя от грядущего испытания. Даже двух испытаний - оценки за диплом должны были вывесить перед началом выпускного экзамена. Нет, она, конечно, надеялась, что не завалила его - все-таки столько дней в библиотеке провела, блестящую защитную речь написала (хорошо, не блестящую, а просто приличную, связную и аргументированную, по крайней мере), сеньор Грапп, когда ее слушал, головой кивал, но кто знает, вдруг им вампиры не нравятся? Страшно-то как! И выглядит она, прямо скажем, не очень - бледная, с синяками под глазами.

Смилостивитесь, боги, оцените мое усердие!

Несколько раз глубоко вздохнув, девушка протиснулась сквозь толпу к заветному списку и отыскала свое имя. От сердца отлегло - двенадцать баллов. Отец будет доволен, если поинтересуется, конечно, хорошо, если он вообще помнит, что сегодня самый ответственный день в ее жизни.

Сердце выпрыгивало из груди, волна паники шла на штурм разума, грозя погрести под собой все полученные за пять лет знания.

Заре на миг показалось, что время повернулось вспять, и она вновь пятнадцатилетняя девушка, впервые вступившая под сень этих комнат и переходов. Только тогда она почему-то была больше уверена в собственных силах.

Несколько раз глубоко вздохнув, девушка загнала страхи на дальние задворки сознания и улыбнулась Бланш. Счастливая молодая супруга, по настоянию родителей согласившаяся закончить свое обучение, устроившись в укромном уголке, пила какую-то жидкость из зеленого бутылька.

- Бланш, что ты делаешь?

Подруга вздрогнула и испуганно посмотрела на Зару.

- Ничего. Это просто успокоительное.

- Дай сюда! - девушка протянула руку и забрала подозрительную жидкость. Втянув в себя густой травяной аромат, она покачала головой: - Ты в какой концентрации это развела? Бланш, мне ли тебе объяснять, какие могут быть последствия? Что будет, если ты заснешь прямо на экзамене?

- Я не засну, я всю ночь глаз не сомкнула.

- Тем более! Давай лучше магию попробуем.

- Не помогает, - вздохнула Бланш. - Я уже пыталась.

- Сама на себе? - улыбнулась Зара. - Из меня, конечно, никудышный ментальный маг, но из тебя, по-моему, еще хуже. Но, если мы объединим усилия, то что-нибудь получится.

- У тебя точно получится, а у меня нет, - печально констатировала подруга.

- Ну да, конечно! - хмыкнула девушка, беря ее за руку. Успокаивать Бланш собралась - саму бы кто успокоил! -Вспомни, как я мучилась на практических занятиях! Ты же знаешь, мне по этому предмету больше 'семи' никогда не поставят, и то за красивые глаза!

Сеньора Мавери хихикнула.

Разумеется, никой ментальной магией Зара пользоваться не стала - риск огромный, а толку никакого, да еще чревато неприятностями: не поощряет руководство школы эксперименты на учеников над людьми. Разумеется, можно было использовать способности э-эрри, но это слишком сильнодействующее средство с богатым спектром возможных последствий. Чужое сознание - это чужое сознание, и вмешиваться в него без серьезной причины не стоит.

Зара выбрала куда более безобидный способ борьбы с нервозностью - смех. Идя по переходу, они вспоминали различные забавные моменты из школьной жизни, стараясь не думать о том, что ждет их за тяжелыми дубовыми дверьми экзаменационного зала.

Сквозь высокое окно на каменные плиты коридора лился мягкий солнечный свет.

Сосредоточенные пятикурсники устроились кто на полу, кто на широком подоконнике, и, прикрыв глаза, повторяли заклинания, пасы руками, классификацию трав и животных и прочие вещи, которые могли выпасть среди вопросов билета. То здесь, то там вспыхивали голубые огоньки, летали и исчезали книги; двое парней даже практиковали левитацию. С переменным успехом, но, в целом, неплохо.

Зара предпочла отойти подальше от зловещих дверей и, сев спиной к ним, перенесла из своей комнаты потрепанный фолиант с магическими картинками. Ее ахиллесовой пятой по-прежнему была ментальная магия и внутреннее зрение - то самое, что позволяет различать демонов и видеть цвет их ауры. Что до левитации, то здесь, в случае чего, девушка надеялась жульничать, применив способности э-эрри.

Бланш же выводила в замкнутом пространстве коридора иллюзии. У нее неплохо получалось, совсем, как живые.

Судя по тому, что гомон голосов смолк, появились члены комиссии. Гробовая тишина разом накрыла всех присутствующих, ввергнув в пучину навязчивого беспокойства, когда не можешь не только что-то повторять, но даже спокойно сидеть на месте. Сразу начинает казаться, что ты ничего не знаешь и обязательно провалишь экзамен, а сердце бьется, как бешеное, игнорируя слабые приказы мозга успокоиться.

Хлопнула и закрылась дубовая дверь.

Комиссия не спешила, раскладывала на столе экзаменационные билеты, накладывала на них заклинание против поглядывания. Потом каждый выпил по чашечке чая

или кофе, обсудил с соседом планы на лето, общих знакомых, последние законы, принятые Советом. Им было вольготно, их ничего не мучило и не тревожило.

Наконец секретарь, не поднимаясь с места, отворил дверь и вызвал первого испытуемого. Зал поглотил свою жертву, оставив остальных пятикурсников гадать о ее судьбе при полном отсутствии информации - заклинание против подслушивания лишало их возможности заранее приобщиться к тайне выпускного экзамена.

Десять минут, четверть часа... Напряжение нарастает, становится практически осязаемым. Джойс начинает тихо поскуливать, а Себастьян пугает ее демонами, притаившимися за толстой дверью.

Чтение отложено, никто не повторяет заклинаний, все просто ждут, когда же пред ними предстанет счастливчик, для которого уже все позади. О том, что он может не сдать, стараешься не думать: подобное притягивает подобное.

После долгого мучительно ожидания дверь отворяется вновь, выпуская на волю обессиленного ученика. Товарищи тут же набрасываются на него с вопросами, но тот лишь устало машет рукой в ответ и ограничивает короткой ремаркой: 'Кошмар!'.

Зара оказалась четвертой в списке жертв таинственного зала - экзаменаторы не утруждали себя привычной логикой и вызывали учащихся не в алфавитном порядке.

Поймав на себе взволнованный взгляд Бланш и скорее почувствовав, чем услышав ее: 'Удачи!', девушка толкнула дубовую дверь.

Экзаменационный зал был очень старым - об этом свидетельствовала толщина стен и тяжелые перекрытия свода. Половина погружена во тьму, другая освещена большим стрельчатым окном; оно приоткрыто, и с улицы вместе с потоками золотистого воздуха льются запахи сада.

Жмурясь, девушка уставилась из темноты на стол, за которым восседала комиссия. Все в черных атласных мантиях,

абсолютно бесстрастные. Или беспристрастные. Восемь пар глаз направлены на нее.

- Подходите и тяните билет, - подал голос сеньор Грапп и попросил секретаря сделать какую-то отметку в протоколе.

Зара в нерешительности подошла к столу, гадая, где на его девственной гладкой поверхности притаились заветные бумажки.

- Сеньора Оноре, прошу Вас!

Улыбнувшись, секретарь поднялась со своего места и на миг накрыла стол бардовым палантином. Убрав его, она степенно удалилась, оставив выпускницу наедине с двенадцатью карточками. Подглядеть, что на обороте, невозможно: во-первых, толстые, во-вторых, защищены от жульничества учеников.

Зара в задумчивости провела рукой над карточками, надеясь, что нужный ей легкий билет сам заявит о себе. 'Только не левитация и не ментальная магия!' - мысленно твердила она. Но ничего, подсознание молчало. Тогда девушка зашла с другого конца, попросив отозваться карточку с вопросом по травологии. Кажется, ладонь легонько кольнуло над третьим справа билетом. Решив не испытывать терпение комиссии, Зара взяла его, но прочитать, что на обороте, не успела -карточка уплыла их ее рук в руки директора.

- Итак, что тут у нас? - Сеньор Грапп перевернул билет и проявил невидимые письмена. - Так, Вам повезло, сеньорита Рандрин, вопросы легкие. Для начала расскажите и покажите нам, как можно остановить кровотечение.

Зара испуганно взглянула на него: покажет на ком?

- На себе, разумеется, - усмехнулась сеньора Оттонг. - Нет, конечно, если кто-то из преподавателей готов порезать себе руку, я не против, но разумнее было бы, если это сделала сама экзаменуемая.

- А я, пожалуй, соглашусь, - вызвался добровольцем преподаватель высших ментальных практик. - Мне кажется, сеньорита Рандрин прекрасно справится с задачей.

Девушке стало не по себе, когда он материализовал маленький ножик для бумаг и с будничным выражением лица сделал порез на запястье. Преодолев волнение, Зара подошла к нему, взяла за руку и заговорила кровь. Это было не так сложно, ранка пустяшная, с крупной у нее бы ничего не вышло - не хватило ни сил, ни умения. Убедившись, что все сделано правильно, Зара вернулась на место и подробно описала, как сделать то же самое при помощи трав, и какой отвар следует давать раненому для быстрейшего восстановления жизненных сил.

Не обошлось и без каверзных заданий сеньоры Оттонг, которая попросила выбрать из двух практически одинаковых растений нужный ингредиент. Ее поручение вызвало улыбку на лице испытуемой: что-что, а травологию она знала назубок, с закрытыми глазами ответить бы смогла.

Следующий вопрос был теоретическим: классификация демонов и нечисти и способы борьбы с ними. Впрочем, теоретическим он оказался тоже чисто теоретически: воспользовавшись случаем, магистр Маргут сотворил реалистичную иллюзию, с которой Заре предстояло расправиться.

Девушка поначалу ее даже не заметила, монотонным голосом перечисляла характеристики высших демонов, когда вдруг почувствовало чье-то шумное дыхание возле своего уха. Резко обернувшись, она взвизгнула и отскочила к окну. На нее смотрела гигантская уродливая трехголовая химера; слюна капала на блестящий пол. Пригнувшись, чудовище прыгнуло на нее; острые когти царапнули стену в нескольких дюймах от того места, где секунду назад была голова девушки. Выпущенная химерой струя огня подпалила тяжелые портьеры.

Зара никак не могла понять, почему ее оставили один на один с разъяренным чудовищем, и, выставив все доступные ей уровни защиты, подумывала о том, чтобы принять обличие э-эрри, пока боковым зрением не вычленила лица членов

комиссии. Они качали головой, а сеньор Грапп уже что-то мысленно сказал секретарю.

Так это всего лишь иллюзия, часть экзамена! И она почти его завалила.

Никаких больше слабеньких оборонительных заклинаний, нужно убить эту тварь! Меллон же не даром мучил ее тренировками, должна же она была хоть что-то запомнить.

Зара развернулась лицом к химере, заморозила кристаллами льда поток жаркого огня и сплела вязь смертельного заклинания. Едва заметный пас рукой, предельная концентрация на том, что желаешь получить, и беззвучно произнесенное заключительное слово, рассыпавшее иллюзию в прах.

- Ну наконец-то, а то я решил, что Вы так и останетесь до конца дней своих сидеть под защитным колпаком! -пробормотал Маргут, убирая из помещения остатки боевой магии. - Между прочим, все можно было сделать гораздо проще.

А кто спорит, только ничего простого ей не вспомнилось.

Третий 'легкий вопрос' вызвал на ее лице горькую усмешку. Перемещение в пространстве. Здравствуйте, любимые телепорты, и чашки чая из столовой леди Таст!

Решив немного схитрить, Зара начала с более-менее простых вещей: перемещений вещей в пространстве. По просьбе одного из членов комиссии она перенесла на стол свою книгу из коридора (никто из экзаменаторов не сомневался, что таковая осталась дожидаться там хозяйку), затем, уже менее охотно, переместилась из одного конца зала в другой. На этот раз хоть вышло с первого раза, наверное, помогла злость на саму себя за осечку с химерой.

Девушка надеялась, что о телепортах не вспомнят - не судьба!

Тяжело вздохнув, она постаралась вызвать перед собой черную прохладную пространственную дыру. Ничего. Видел бы отец - убил бы! Он столько времени и сил потратил на то,

чтобы научить ее игнорировать расстояния, а его тупоголовая дочь не в состоянии открыть даже простенький телепорт!

Но Зара была упорной. А еще она хотела получить диплом с хорошими отметками, поэтому, постаравшись абстрагироваться от оценивающих взглядов, девушка попробовала еще раз. Есть! Долгожданный хлопок. Она вопросительно посмотрела на сеньора Граппа - тот кивнул, и она смело шагнула в сгусток темноты. Интересно, он доставит ее, куда нужно? А нужно было попасть в один из трактирчиков Нового города и принести оттуда бутылку настойки, приготовленной по особому рецепту. Таковая имелась только в одном месте в Айши, жульничать было невозможно. Платить за нее, разумеется, было не нужно -директор заранее попросил трактирщика записать бутылку на свой счет.

Телепорт открылся там, где нужно - прямо перед стойкой хозяина. Появившаяся из него девушка в форменном школьном платье напугала посетителей, но Заре не было до этого никакого дела. Присев на краешек освободившегося высокого табурета, она с самым непринужденным видом потребовала 'бутылку янтарной настойки для сеньора Граппа'. Трактирщик, оторвавшись от своих стаканов, с невозмутимым видом, будто в его заведение каждый день подобным образом попадали ученики магической школы, да еще женского пола, отправился за настойкой.

- Скажите, что у меня для него еще штук пять припасено, -сказал он, подавая девушке бутылку.

Зара кивнула, поблагодарила его и, немного помучившись, исчезла в черной дыре телепорта. Обратное перемещение прошло так же успешно, выбросив ее в экзаменационном зале.

- Славная вещь! - довольно протянул директор, любовно погладив матовое стекло, и поспешил добавить: - От ревматизма помогает.

- У Вас - и ревматизм? - хихикнула сеньора Оттонг.

Сеньор Грапп промолчал, метнув на нее сердитый взгляд.

- Итак, коллеги, выпускные испытания окончены, пора определяться с аттестационной оценкой сеньориты Рандрин. Зара, - мягко попросил он, - отойдите в противоположный конец зала, присядьте.

Девушка покорно шагнула из света в темноту и, чтобы на что-нибудь или кого-нибудь не наткнуться, озаряя дорогу слабеньким лучом света, прошла к одинокому стулу у украшенной шпалерой стены.

Пока Зара мерила шагами пространство зала, в голове промелькнула мысль: а все могло быть и хуже, ни левитация, ни внутреннее зрение не выпали. Хотя она и здесь умудрилась напортачить. Самое обидное, что все это получалось во время тренировок, а в самый ответственный момент... Волнение подвело, что ли?

Комиссия активно совещалось за ярко освещенным солнцем столом. Поневоле стало интересно, что же вызвало такие бурные споры. Наконец мысленный голос директора попросил ее подойти.

- Честно говоря, мнения разделись. Половина из нас ратует за девять баллов, половина - за десять. Решающий голос мой, -сеньор Грапп выдержал эффектную паузу. - Итак, сеньорита Зара Рэнальд Рандрин, в качестве аттестационного выпускного балла Вам выбрана 'десятка'. Поздравляю с успешным окончанием Высшей школы магического искусства! - и вполголоса добавил: - Передавайте привет отцу.

Гора с плеч! Десять баллов - это очень хорошо, это выше среднего, она даже не надеялась. Честно говоря, ее бы и 'девятка' устроила, но не отказываться же!

Бланш искренне обрадовалась успеху подруги и засыпала ее вопросами. Зара предпочла отмолчаться, отделавшись несколькими общими ответами; теперь она понимала, почему остальные сдавшие экзамен ученики были так немногословны - не хотелось признаваться в постыдной тупости при ответе на билеты.

Для Бланш экзамен тоже окончился благополучно, хоть ей и

не повезло с билетом. Зато, по ее словам, сеньор Грапп ей помог, задавал наводящие вопросы и вывел ее-таки на твердые восемь баллов.

- Если бы не мастерство иллюзий, у меня бы было всего 'шесть', - утирая пот со лба, по секрету шепнула она. - Я чуть не засыпалась на защите от темных сил.

Решено было отпраздновать такое радостное событие, как успешная сдача выпускного экзамена, в одном из заведений в Старом городе. К новоиспеченным без пяти минут магиням третьей категории присоединился Авест Мавери. Недавно ему предложили должность в столичном судебном управлении, но капитан пока еще не решил, стоит ли менять место службы. Разумеется, согласись он, Бланш было бы спокойнее, но он любил свою работу и не мыслил себя без старых друзей и привычных обязанностей.

- Здравствуйте, Авест! - после того, как Зара исполнила роль Соединительницы сердец на свадьбе подруги, их отношения с капитаном заметно потеплели.

- Рад Вас видеть, Зара, - Мавери обнял жену и поцеловал ее в щеку. - Все прошло удачно?

- Вполне. Как видите, мы обе живы, и нас обеих не выгнали с позором с экзамена, - пошутила девушка, наблюдая за счастливой парочкой. Интересно, додумается ли Меллон поинтересоваться итогами выпускных испытаний, или забудет? Целых два дня не давал о себе знать, хотя обещал разговаривать с ней каждый день. Устроит она ему по приезду!

Они удобно расположились за столиками и сделали заказ. Потекла неспешная беседа о планах на будущее. Зара вскользь обронила, что после вручения диплом перейдет в штат департамента иностранных дел ('Если, разумеется, меня возьмут туда с такими баллами'), Бланш же планировала посвятить себя семье. Подруга ее идею не одобряла, но вслух своего неудовольствия не высказывала: в конце концов, каждому свое. Бланш, вот, семейное гнездышко, дети, муж...

На вопрос, не собирается ли она выйти замуж, Зара в ответ рассмеялась: нет, она еще слишком молода для этого и слишком многого еще не успела взять от жизни.

- Ты уж прости меня, Бланш, - доедая пирожное, резюмировала девушка, - но, став чьей-то женой, теряешь собственную индивидуальность, ставишь крест на карьере. Тебе это не нужно, а я не хочу быть просто такой-то сеньорой, я хочу, чтобы меня уважали, чтобы со мной считались.

- Значит, ты по-прежнему не веришь в любовь? - вздохнула Бланш.

- Нет, отчего же? Просто брак - это подрезанные крылья. Чтобы согласиться на него, я должна быть абсолютно уверена в своем избраннике, в том, что он никогда меня не разочарует, не заставить пожалеть об упущенных возможностях.

Оставив супругов ворковать о семейном счастье, Зара отправилась домой, справедливо рассудив, что ее близким будет не безынтересно узнать, чем же закончился столь ответственный день. Не будет большого греха в том, если она проведет эту ночь вне стен пансиона; что-то ей подсказывало, что и подруга предпочтет заночевать совсем в другом месте.

Глава 2.

Зара сладко потянулась в постели, выпростала руку из-под одеяла, попытавшись поймать робкого солнечного зайчика, пробившегося сквозь щель в неплотно задернутых портьерах. Перевернулась на спину и вытянула руки в стороны. В большой кровати приятно поваляться с утра. Кстати, о поваляться - сколько сейчас времени?

Вставать было лень, и она перенесла часы с каминной полки на одеяло. Показания хронометра вызвали чувство легкой паники: уже девять часов!

Вернув часы на прежнее место, Зара вскочила с постели и стрелой бросилась в ванную умываться. Отец ее убьет! Ну, не убьет, но морально покалечит. Или и вовсе оставит без завтрака. Странно, что он не прислал никого ее разбудить или

не пришел сам - Рэнальд Рандрин неукоснительно придерживался заведенного распорядка дня и требовал того же от домашних.

Пытаясь одеваться и причесываться одновременно, попутно думая о том, что в школе ее тоже не погладят по головке за опоздание: на сегодняшнее утро было назначено организационное собрание для выпускников, Зара пыталась придумать правдоподобное оправдание, но ее вина была настолько очевидна, что не стоило и пытаться.

Когда она влетела в столовую, комната была пуста, лишь на столе, придавленная чистой чашкой, лежала записка. Чашка была ее, соответственно, и записка предназначалась ей.

Позвонив в колокольчик (вдруг ей все же удастся позавтракать?), Зара развернула сложенный вчетверо лист бумаги. Почерк отца, читать как-то боязно. Всего два предложения: 'Когда выспишься и уладишь свои школьные дела, зайди ко мне во Дворец заседаний. Думаю, удобнее будет около пяти'.

Давясь горячим утреннем кофе, девушка кое-как запихнула в себя завтрак и поспешила открыть телепорт: когда так опаздываешь, тут уже не до любви к тем или иным вещам. Он выбросил ее в нужном месте, как раз перед дверьми Серого зала. Напустив на себя самый невинный вид, Зара проскользнула внутрь и тихонько устроилась рядом с Бланш.

Директор недовольно покосился на опоздавшую, но промолчал.

- Ты где так задержалась? - шепотом спросила сеньора Мавери.

- Банально проспала, - смущенно ответила Зара.

Оказалось, что ничего важного она не пропустила: сеньор

Грапп говорил о предстоящем вручении диплома, распределении и большой ответственности, которую накладывает звание волшебника.

Как и предполагала Зара, выпускникам бесплатного отделения с оценками выше 'семи' за выпускной экзамен,

никакое распределение не грозило, они были вольны сами распоряжаться своей судьбой. Остальным же предстояло знакомство с сеньоритой Апполиной Рандрин и безрадостная перспектива, быть может, оказаться на задворках королевства. Кто куда попадет, станет известно только после вручения диплома.

По окончании собрания Зара решила собрать свои вещи и окончательно перебраться под родительский кров - все равно больше никаких занятий не будет, осталась лишь торжественная выпускная церемония. В одном из коридоров она столкнулась с Себастьяном д'Азаном.

- Тебе опять неймется, Себастик, решил взять меня измором? - на пятом курсе лорд возобновил свои попытки ухаживать за сеньоритой Рандрин.

- Зара, ты вечно меня тем случаем попрекать станешь? -насупился Себастьян. - Я же уже извинился.

- Ага, после того, как Эйдан тебя до смерти напугал, -усмехнулась Зара. - Два года сидел тихо - и вдруг взыграло! Себастьян, ты не в моем вкусе.

- Я же тебе не замуж выйти за себя предлагаю, хотя, может, я бы и согласился на тебе жениться.

- Как же, на мне! На положении моего отца. В общем, спасибо за комплименты, цветы и конфеты...

- Зара, я тебе не нравлюсь?

Догадливый! Не нравился, не нравишься и никогда по сердцу не придешься, так что хватит заваливать ее корзинами роз.

- Себастьян, - серьезно ответила девушка, - это, безусловно, Вас обидит, но Вы для меня просто не существуете. И так, чтобы не обольщались, все Ваши подарки я отдала соседке по комнате. Ей понравились.

- Зара, может, я как-то могу...

- Загладить свою вину? - глаза резко потемнели на полтона. -Раньше надо было думать, а не руками меня лапать! В общем, до свидания, лорд д'Азан, надеюсь, после вручения дипломов мы с Вами никогда не увидимся.

Не нравился ей этот ловелас, даже не просто не нравился, а противно было, когда он рядом крутился. Если для него то происшествие на званом вечере у Одели и подернулось дымкой прошлого, то Зара его не забыла.

Картинно вздохнув, юноша посторонился. Трогать ее он боялся, а на словесные уловки девушка не поддавалась.

На столе в своей комнате Зара обнаружила доставленное голубиной почтой письмо.

- От кого бы это? - девушка взяла его в руки и засияла. Меллон, он-таки вспомнил о ней!

Письмо было прочитано за считанные минуты, оставив после себя приятный остаток радостного нетерпения.

Он возвращается, он сегодня будет в Айши!

Взяв себя в руки, Зара открыла гардероб и, глубоко дыша, чтобы выровнять дыхание, начала складывать вещи. И чего она так разволновалась? Подумаешь, приезжает какой-то маг! Мог бы и лично ей сообщить, а не написать.

Зато теперь девушка знала, что сегодня ей непременно нужно быть во Дворце заседаний. Только где его подкараулить? В коридоре у двери, в холле, в одном из темных переходов старой части дворца? В темноте, конечно, лучше - можно позволить себе чуть больше, чем дозволяется приличиями.

Мечты, мечты... Теперь и помечтать можно - экзамены-то позади! И жутко хочется удариться во все тяжкие, благо, отец ругать не станет. Еще бы, с его-то прошлым и настоящим!

С другой стороны, голову нужно иметь на плечах, а сердце -в узде. Но как его удержишь при виде этих глаз и непокорной челки? Сколько раз даешь себе слово быть серьезной, не обращать на него внимания, а потом начинаешь сначала. Должен, должен он принадлежать ей, весь и без остатка, пока же победа была не полной.

Ладно, хватит витать в облаках и шагать из угла в угол -нужно занять себя чем-то полезным, а то она уже с утра

____т» __^

успела провиниться. В первый раз ведь с ней такое, никогда ни на занятия, ни на собрания не опаздывала. И почему отец

ее не разбудил? Когда таскал на свои тренировки, с ее сладким сном почему-то не считался, а тут - спи, дорогая доченька!

Привычным способом кое-как уняв волнение, - книги благотворным образом действуют и на ум, и на сердце - Зара с головой погрузилась в мир заклинаний. Некоторые она даже осторожно опробовала в стенах библиотеки, надеясь, что это никак не отразиться на получении диплома: используемая ею магия в школьный минимум не входила. Потом почему-то подумала о Бланш: когда вернулся Авест, она вела себя совсем по-другому, более эмоционально. А у Зары все как-то буднично: ну, обрадовалась, ну, забилось чаще сердечко - а заклинания все равно получаются. Ей бы танцевать, бесцельно бродить по городу, караулить Меллона у двери его дома - а она сидит в библиотеке, магическую технику шлифует. Неправильная из нее возлюбленная!

Подумала - и все, нахлынула горячая волна. Попыталась снова сконцентрироваться на тексте - куда там, буквы прыгают!

Он приедет сегодня... Он! И на этот раз ему никуда не деться.

Бросив взгляд на часы - два часа дня, девушка поставила книги на полку и вышла на свежий воздух. У ворот она столкнулась со слугами, прибывшим за ее вещами. Проследив, чтобы они ничего не забыли, Зара быстрым шагом направилась к храму Эйфейи. Идея с посиделками на ступенях дома Меллона теперь уже не казалась такой безумной. Он, конечно, будет ругаться, зато она увидит его одной из первых.

Интересно, как он отреагирует? Обрадуется ли, скажет, что скучал? Или ограничится чем-то формальным и холодным?

Зара и не заметила, как ноги вынесли ее к храму Эйфейи. Притаившись за одним из вазонов, со сладостным чувством того, что совершает что-то запретное (девушки за парнями не бегают и, тем более, не караулят их на улице), она не сводила взгляда с дома Меллона. Шестое чувство подсказывало ей, что маг еще не вернулся, а желание быть первой, кого он увидит в Айши (обычные горожане не считаются), пересиливало

увещевания здравого смысла о девичьей чести.

Девушка хихикнула: что, если подкрасться к нему сзади, встать на цыпочки и закрыть ладонями глаза? Пожалуй, не стоит, а то еще за демона примет, заклинанием каким-нибудь воспользуется. Положим, Элена что угодно вылечит, только вот как объяснить, каким образом она получила магическое ранение ясным солнечным днем в самом центре Айши? По головке точно не погладят.

Сердце подскочило к горлу, когда она заметила знакомый силуэт. Всадник неспешно поднимался вверх по улице; его помятый дорожный костюм резко выделялся на фоне обыденной одежды прохожих.

Зара соскользнула вниз по ступеням, но подбегать к нему не стала. Вот еще, станет дочь Рэнальда Рандрина бегать за каким-то баронетом! Будет стоять здесь, мозолить ему глаза -вдруг заметит?

Не заметил, пришлось подойти.

Меллон уже привязал лошадь и возился с замком, когда девушка, неслышно подкравшись, обняла его за плечи и, наклонившись к самому уху, прошептала:

- С возвращением!

- Зара, разве можно так пугать?! - с облегчением выдохнул маг, поворачиваясь к ней лицом.

- А Вы за кого меня приняли? Кстати, может, мы зайдем в дом, или развлечем местных жителей? - лукаво подмигнула девушка, отстранившись и невинно отступив на пару шагов.

- Что-то мне не хочется узнать, как Вы собрались их развлекать, - покачал головой Аидара и, посторонился, пропуская ее внутрь.

Стоило двери захлопнуться, как, не теряя времени даром, Зара заключила Меллона в объятия, пытаясь поймать его губы. Маг отчаянно уворачивался, попутно читая лекцию по поводу морального облика порядочной девушки.

- Я очень даже порядочная, - отступив, насупилась сеньорита Рандрин, - просто кое-кого не было девять месяцев. Или этот

кое-кто пришел к выводу, что я ему не нужна? Ну же, Меллон, я не подросток, как-нибудь переживу. И не надо пускаться в долгие путанные объяснения, пытаться меня не обидеть - не обижусь. Я же Вам никогда не нравилась, от меня одни неприятности.

Глаза ее посветлели, до оттенка плачущего осеннего неба.

- Неправда, - Меллон взял ее за руку и крепко сжал пальцы.

- Что неправда?

- Все, что Вы сказали. Зара, я просто устал, кроме того, мне нужно через час быть во Дворце заседаний с докладом...

- Не оправдывайся! - она впервые назвала его на 'ты'. - Я тебе надоела, разонравилась. Спасибо, что не порвал со мной по пространственному зеркалу, но, может, ты скажешь это мне это в лицо? Или Сабине ты написал записку?

Девушка не ожидала, что он встретит ее так холодно, будто бы она по-прежнему была его соотской практиканткой. И зачем она пришла, зачем унизилась?

Блеснув вернувшейся синевой глаз, Зара шагнула к двери, но опомнившийся Меллон удержал ее и притянул к себе.

- Я не знаю, кто Вас надоумил, кто Вам сказал, что мои чувства переменились...

- Если ты меня любишь, перестань, наконец, мне выкать! -гневно прервала поток его объяснений Зара. - Либо у нас будут нормальные отношения, либо вообще никаких!

- Хорошо, как скажешь, - наклонившись, он поцеловал ее.

Губы обветренные, но так приятно, и злость сразу вся ушла.

Обняв его за шею, Зара ответила на поцелуй, видимо, немного более страстно, чем он ожидал, потому что Меллон поспешил ретироваться в спальню, буркнув, что ему нужно переодеться. Но, если он думал так отвязаться от возлюбленной, то просчитался: Зара последовала за ним.

- Зара, все после! Обещаю провести с тобой весь вечер, но сейчас мне действительно нужно во Дворец заседаний, - маг захлопнул дверь перед самым ее носом.

- Меллон Аидара, дверь для меня - не преграда, -

нахмурившись, предупредила девушка. - Я намерена получить все, что мне причитается, сейчас. Кто для тебя важнее: начальник или любимая девушка? Между прочим, я скучала!

В ответ - молчание. По крайней мере, это не вежливо, и она не стала церемониться, толкнув дверь. Заперта. И заклинание поставил!

- Меллон, я все равно ее открою, - елейным голоском пропела в щелку Зара. - Или ты опять меня боишься?

- Зная тебя, я предпочту поставить на дверь еще с десяток заклинаний, чем впущу тебя, - донеслось из спальни. - Ну, самой не стыдно?

- Нет. Ты меня даже не поцеловал толком.

- Я уж не знаю, как тебе надо.

- Знаешь, прекрасно знаешь, - пропела она. - Ну же, милый, я тебя не съем!

- А отвечать за все потом мне. Зара, прошу тебя, посиди тихонько в гостиной, чаю выпей.

- А я не хочу чаю... - девушка специально понизила голос, чтобы он подумал, что она не закончила предложение. Покраснел, наверное, потому что тут напрашивалось одно-единственное продолжение. Зара, безусловно, не имела это ввиду, хотя от половины составляющих не отказалась бы. А то все так формально!

- Сеньорита Рандрин, идите-ка прогуляйтесь! Заодно из головы всякая дурь уйдет, - дверь резко распахнулась, явив Меллона в форме служащего департамента магической обороны, только сюртук взять не успел. Брови сдвинуты, смотрит тяжело, недобро так. - Зара, вперед!

- Меллон, я же пошутила, - пошла на попятную девушка, чувствуя, что краснеет. - Я ни на что не намекала, честно!

- Вас проводить, или сами выход найдете?

- Меллон, я не подумала...

- Я заметил. Но надо же когда-то начинать?

Смотрит, как на чужого человека, холодно и сердито.

Пытаясь загладить свою оплошность, она потянулась к нему,

чтобы обнять, но маг отреагировал на ее движение резким окриком:

- Зара!

Девушка вздрогнула и испуганно взглянула на него. Он не кричал на нее со времени нападения дракона в соотской степи.

- Меллон, я, конечно, уйду, если ты хочешь, но я ничего такого не хотела...Хочешь, я прощения попрошу?

- За свой спектакль у моей двери? Хочу, потому что это было отвратительно и не достойно дочери Советника.

Она потупилась и чуть слышно выдавила из себя:

- Прости, я не думала, что ты это так болезненно воспримешь. Просто я обиделась на тебя за то, что ты меня так встретил, будто простую знакомую.

- Простых знакомых я не целую, - голос потеплел, исчезли металлические нотки.

Зара кивнула и, изображая раздавленное покорное существо, понуро поплелась к холлу. Как она и предполагала, образ произвел впечатление на возлюбленного, пробив брешь в его броне. Не успела девушка сделать и десяти шагов, как оказалась в объятиях Меллона. Ни говоря ни слова, он скользнул губами по ее шее и подбородку и поцеловал так, как она хотела.

- А теперь ты меня во Дворец отпустишь? - улыбаясь, он разомкнул объятия. - Мне действительно нужно туда попасть, и я уже опаздываю.

Зара пожала плечами:

- Отпущу, но только мы пойдем вместе: у меня тоже есть там одно маленькое дельце.

- У тебя - и маленькое? - рассмеялся Меллон, одарив ее лукавым взглядом. - И только одно?

- А что со мной не так? - подозрительно нахмурилась девушка.

- Зара, с тобой все так, не ищи тайного смысла там, где его нет. Просто ты дочь Советника...

- Меллон Аидара, если бы я знала, что встречу Вас, то

выбрала бы себе в отцы сотского крестьянина, Вас бы это больше устроило? - лазурь в глазах сменила глубокая синева. Подбоченившись, она в упор смотрела на него.

- Так мне было бы спокойнее. Может быть. Просто, Зара, пойми, иногда я не знаю, как себя с тобой вести.

- Трус, а еще первый помощник главы департамента!

Пленительно улыбнувшись, девушка при помощи

заклинание перенеслась на крыльцо. Это ему за то, что заставил извиняться. Однако, что-то долго его нет, а говорил, что во Дворец заседаний торопился!

Наконец дверь отворилась, выпустив хозяина. Закрыв ее, Меллон обернулся к поджидавшей его Заре и, покачав головой, спокойно произнес:

- Иногда мне кажется, что тебе пятнадцать. Ладно, не будем развивать эту тему, думай, обо мне, что хочешь, но я не собираюсь делать тебя главным предметом сплетен Айши. Постарайся вести себя в рамках приличий. Ты упрекала меня в том, что я холодно тебя встретил, - а тебе не приходило в голову, что я устал, всю ночь провел в дороге? Теперь сама посуди, как бы ты себя чувствовала на моем месте?

- Обрадовалась тому, что меня ждут. Кстати, ты даже не поинтересовался, как я сдала выпускной экзамен, - обиженно добавила девушка.

- Почему не поинтересовался, очень даже поинтересовался, только не у тебя и еще вчера. Десять баллов - это великолепный результат, впрочем, я и не сомневался в том, что ты справишься.

- Но мог бы и меня спросить...

- Мог бы. Прости, сегодня я только и делаю, что тебя огорчаю, - улыбнулся маг.

- Надеюсь, вечером ты исправишься, - улыбнулась в ответ Зара.

- Постараюсь. Поужинаем в самом лучшем заведении в Айши.

На улице снова перешли на 'вы'. Девушка расспрашивала о

поездке, с замиранием сердца вслушиваясь в рассказы Меллона о тварях, с которыми ему приходилось сталкиваться.

- Да не переживайте Вы так, Зара, это же моя работа. Поверьте, я не самоубийца и ни за что в одиночку добровольно не вступлю в поединок с существом, заведомо сильнее меня.

- Ну да, вы, мужчины, всегда так говорите, а потом вас находят в бессознательном состоянии, израненных и обессиленных. И хорошо, если находят!

- Зара, не сгущайте краски! Там не было демонов.

- Хорошо, я больше не буду за Вас волноваться. Вообще никогда. Так лучше?

- Любите же Вы крайности! Просто во всем нужно соблюдать меру. Как у Вас с боевой магией, еще занимаетесь или забросили?

- Отчего же, я собираюсь сдавать экзамен начального уровня.

- Представляю себе эту картину! - хмыкнул Аидара. -Уставитесь на них своим взглядом э-эрри - и сразу третий получите.

- Меллон, - прошипела Зара, - если Вы сейчас же не перестанете, то на собственной шкуре узнаете, на каком уровне я владею боевой магией.

- Зара, смилостивитесь! Я не в том состоянии, чтобы отбивать удары, пусть даже и тренировочные.

Тренировочные, значит. Издеваешься? Ох, сам напросился, она предупредила!

Угрожающе потемнели глаза; Зара сжала ладони и затеплила между ними огонек.

Меллон почувствовал, что она что-то замышляет, сразу притих и поспешил перейти на другую сторону улицы. Задача усложнилась - между ними посторонние люди. Что ж, будем считать эту ситуацию экзаменом. Нужно бить прицельно и несильно, чтобы не поранить.

Девушка только сконцентрировалась на заклинании, как маг вдруг исчез. Она удивленно озиралась по сторонам, но никак

не могла его найти.

- Зара, подобное колдовство на улицах Айши под строжайшим запретом, - материализовавшись чуть позади нее, Меллон осторожно разжал ее пальцы, успокаивая, провел ладонью по запястью. - Я верю, что Вы можете, только не здесь и не сейчас, хорошо?

Зара сделала вид, что задумалась, а потом отпустила ниточку колдовства. В самом деле, это была не лучшая идея, нужно и пожалеть бедняжку, ему ведь пришлось не сладко. Хотя, сам виноват, сам в командировку напросился!

- Что же ты вечно на меня обижаешься, вечно сердишься? -его дыхание щекотало ее ухо. - Ведь у меня и в мыслях нет смеяться на твоими способностями. Ну же, успокойся, не пугай людей своими грозовыми глазами.

Остаток пути до Дворца заседаний прошел в мирной беседе, с сожалением прерванной во внутреннем дворе. Клятвенно обещав придти в дворцовый садик к семи часам вечера, Меллон поспешил по делам службы, а Зара - в приемную отца. Она и не заметила, как пролетело время - стрелки часов подбирались к пяти по полудню.

Элена сказала, что отца еще нет - задержался на заседании какой-то комиссии - и предложила выпить чаю. Девушка вежливо поблагодарила ее, но отказалась: у секретаря и без нее было полным-полно работы. Покусывая губы, Элена вернулась к составлению каких-то писем. Перо под ее пальцами стремительно выводило длинные строки, будто не ведая усталости. Периодически отвлекаясь от своего занятия, чтобы свериться с журналом для записей, секретарь делала в нем какие-то пометки на полях и снова принималась писать.

Зара с нетерпением посматривала на часы, опасаясь, что разговор с отцом затянется, и она не успеет на свидание к Меллону. Она так давно его не видела, так хочет провести в его обществе хотя бы пару часов!

- Нервничаете? - Элена обратила внимание на напряженную позу дочери начальника.

- Просто мы условились встретиться в пять...

- Хотите, я узнаю, где сейчас Советник, скажу, что Вы уже здесь?

- Спасибо, не стоит его отвлекать.

Осталось меньше двух часов, с каждой минутой ожидания -все меньше. Может, просто встать и уйти, притворившись, что она не находила записки? Смешно и по-детски. Гораздо разумнее ответить той же монетой: написать: 'Заходила в пять, тебя не застала и ушла по срочному делу'. А, что, солидно!

Зара как раз собиралась попросить у секретаря письменные принадлежности, когда в приемной появился Рандрин. Заметив дочь, улыбнулся и кивнул на дверь кабинета.

Полтора часа...

- Извини, задержался. Судя по выражению твоего лица, тебя это огорчило. В школе все в порядке? - герцог устроился в своем кресле, Зара, как обычно, - на диванчике.

- После того, как я сдала выпускные экзамены, меня мало что связывает со школой, я даже вещи домой перевезла.

- Домой... - похоже, его обрадовало то, что она назвала его дворец своим домом. - Что ж, и правильно! Дипломы, как и прежде, вручают во время ежегодного бала?

- Да, ничего не изменилось.

- И хорошо, Высшая школа магического искусства славится своими неизменными традициями.

- Давно хотела тебя спросить, - девушка почему-то хихикнула, - ты ее тоже окончил?

- А есть другие варианты? - рассмеялся в ответ Советник. -Разумеется, как и каждый добропорядочный маг в королевстве. Только очень давно, когда сеньор Грапп еще не был директором, а юным учителем трансформации. Бедняге так доставалось от нерадивых учеников, поднаторевших в этом занятии больше него. Нда, веселое было время! А теперь и моя дочь уже выпускница... Как быстро летит время! Еще раз мои поздравления по поводу выпускного экзамена: мне кажется, вчера ты посчитала, что я был скуп на похвалы. Нет,

Зара, я действительно очень рад и горжусь тобой, ты умница!

- Но ведь у меня не двенадцать баллов, у тебя-то, наверняка, было двенадцать, - картинно вздохнула Зара. На самом деле она готова была светиться от гордости: Рэнальд Хеброн Рандрин назвал ее умницей, сказал, что гордиться ей, - детская мечта сбылась!

- Зара, кончай свои самобичевания! Или на комплимент напрашиваешься? Хорошо, будет тебе комплимент: ты самая очаровательная и умная выпускница школы этого года, и не спорь, мне лучше знать!

- Конечно, конечно, Советник, даже не собиралась, - глаза заискрились от сдерживаемого смеха.

- А теперь о серьезном. Как ты знаешь, после формального получения статуса магини третьей категории я предлагаю тебе заступить на службу в департамент иностранных дел. Сразу оговорюсь: должность невысокая, зато с перспективами. Бумаги за другими таскать не придется, отчеты составлять - да. Также возможны частые поездки, помощь в организации дипломатических приемов, составлении договоров... Тебя это устроит?

- Вполне, - кивнула Зара. - Многие мечтают работать в таком месте.

- Прекрасно! Рад, что ты трезво оцениваешь свои силы и не хочешь сразу занять ключевую должность. В таком случае я пишу Эршу официальное письмо с просьбой зачислить тебя в штат департаменте. С августа, я думаю. Согласна? Что ж, этот вопрос мы обсудили. Теперь о более приятном: платье на выпускной ты уже сшила?

- Заказала на прошлой неделе у лучшей портнихи. Тебе понравится.

- Да какая разница, понравится оно мне или нет, главное, чтобы тебе нравилось! Туфли тебе подарит Апполина, с меня драгоценности. Ничего не имеешь против фамильных?

- Я надену драгоценности твоей матери? - удивленно выдохнула Зара.

- Твоей бабушки, - поправил ее отец. - На тебе они будут хорошо смотреться. Разумеется, я отдам их тебе не на один вечер, а подарю насовсем. Не завидую я твоим одноклассникам, - улыбнулся Рэнальд, - ты их сразишь наповал! Да-да, вот этими самыми топазовыми глазками, которые ты сейчас смущенно прячешь.

- А ты придешь? - девушка поспешила сменить тему.

- И я, и Апполина. Или ты думаешь, что я пропущу выпуск собственной дочери, самое важное событие жизни любого мага? Нет, Зара Рандрин, я тебя одну в этот вечер не оставлю, даже не надейся!

Глава 3.

Выпускной бал - главное событие в жизни девушки. Разумеется, существует еще свадебная церемония, но Зара пока категорически не планировала когда-либо принимать в ней участие, так что оставался один выпускной.

Вертясь перед зеркалом в доме портнихи, сеньорита Рандрин придирчиво осматривала каждую складочку и, так, между делом, расспрашивала, не сшил ли кто себе похожее платье.

- Да кто же сошьет, сеньорита? - усмехалась портниха, делая пометки во время примерки. - Такое может быть только у Вас.

Контекст ее слов был прост - платье стоило баснословных денег, виной всему была особая ткань. Но Рэнальд Рандрин на такие мелочи не скупился, и, пожелай его дочь платье из бриллиантов, она бы его получила.

Оставшись довольной работой портнихи, обещавшей закончить работу через два дня, Зара неохотно поплелась домой. Почему неохотно? Да потому, что после сдачи выпускных экзаменов отец снова взялся за ее образование. Она пробовала возражать, доказывать, что и без его помощи сумеет пройти испытание на звание соискателя получения первой ступени боевой магии, но Советник был неумолим.

Против тренировок протестовал не только ее разум, но и ее

тело, с изрядной регулярностью получавшее синяки от 'простеньких' ударов герцога. Периодически Зара не выдерживала и принимала обличие э-эрри, но если с Меллоном это помогало, то с Рандрином - безнадежный случай. Усмехаясь, Рэнальд распускал свои крылья и донимал ее в воздухе. Там было еще хуже, казалось, воздух - его родная стихия.

- Отстань от меня! Тебе больше нечем заняться? - хмуро процедила сквозь зубы Зара, замазывая очередное свидетельство своей беспомощности. - Хочешь доказать, что я ничтожество? Тут и доказывать нечего.

- Ничего я не хочу доказать. Тебе самой не смешно: Советник королевства хочет самоутвердиться за счет своей дочери! - усмехнулся герцог. - Я помочь тебе хочу, научить чему-нибудь, хочу, чтобы никаких проблем при сдаче не возникло - в комиссии ведь опытные маги сидеть будут...

- И ты?

- Ну уж нет! Я по таким мелким поводам от государственных дел не отвлекаюсь, вот получишь хотя бы второй уровень, тогда посмотрим. Правда, полагаю, ты сама первая возразишь против моего присутствия. Ты же меня бездушным извергом считаешь, которому доставляет удовольствие упиваться недочетами в подготовке дочери. Да, и не отпирайся, пять минут назад ты именно так подумала.

- Но как...?

- Как можно читать мысли, не глядя в глаза? Можно, если либо обладаешь даром, либо как-то связан с нужным тебе человеком. У нас с тобой второй случай, к тому же, ты опять забываешь об элементарных правилах ментальной защиты. Ну, не сердись, не хочу я тебя ни обидеть, ни унизить, просто в будущем ты не раз меня с благодарностью вспоминать станешь. Хочешь, объясню, в чем твоя сегодняшняя ошибка?

- Неужели я допустила только одну? - удивилась девушка.

- Две. Сильно болит, мне посмотреть? Вроде, я старался тебя не задеть.

Зара промолчала и в очередной раз потянулась к баночке с мазью.

- Всего один месяц - и все, я от тебя отстану, - отец подошел к ней и положил руку на больное место. Раз - и от синяка не осталось и следа.

А потом он спокойно, терпеливо объяснил, что девушка сделала не так. С его слов все выходило так просто - а на деле она снова и снова ощущала себя никудышной магиней.

Зара долго думала, говорить ему или нет о письме, которое она отослала месяца три назад, но потом пришла к выводу, что не стоит. Рэнальд Рандрин не обрадуется, если узнает, что на выпускной к дочери приедет Эгюль. Ну не могла девушка не пригласить ее - как-никак мать, пять лет не виделись. Зара знала, что Эгюль ее любит, скучает, наверное, вот и выслала денег на дорогу. Разумеется, жить она должна была отдельно от них, на одном из постоялых дворов в Новом городе. Побудет в Айши дня три и уедет обратно к себе в деревню. Без Зары. Для себя девушка твердо решила, что родная деревня - перевернутая страница.

Да, с одной стороны мать, которую она вырастила, с другой стороны - мечта ее детства и отец, с которым у нее наконец начали налаживаться отношения. Даже проблески родительской любви появились, начал какую-то заботу проявлять, а не ограничиваться формальным обеспечением комфортной жизни дочери. До родства душ, конечно, еще далеко, но ведет себя с ней он намного более расслабленно, чем в первый год их знакомства. Кто знает, может, когда-то и станет полноценным отцом из ее детских фантазий.

Зара его простила: все свои прошлые долги Рэнальд Хеброн Рандрин отдал, а любовь... Теперь она понимала, насколько сложно это чувство, что оно не возникает из воздуха, и не требовала от него невозможного. Советник и так к ней очень хорошо относился, а ведь мог бы просто облагодетельствовать своей фамилией и выплачивать содержание. Нет, ей уже не в чем его винить.

- Ты какая-то странная.

Было утро дня ежегодного школьного бала; семейство Рандринов собралось в столовой за завтраком. С ногами забравшись на диван, Апполина мурлыкала какую-то песенку, а Зара непроизвольно прислушивалась: не идет ли Симуус? В этот день должна была приехать мать, и девушка попросила ее по приезду зайти к Рандринам: она же не знала, где Эгюль остановится, а послать записку женщина не могла по причине неграмотности. Да, считать она умела, а вот писать - нет, максимум свое имя под документом вывести.

- Волнуешься перед церемонией? - синие глаза Рандрина остановились на лице дочери. - Не беспокойся, это всего лишь формальность, относись к этому, как к обыкновенному балу, только в твою честь.

Зара кивнула и отпила немного кофе. Нет, ее волновал вовсе не выпускной вечер, а Эгюль. Как отреагирует отец на ее появление, как поведет себя мать, и стоит ли их знакомить?

- Отец, а ты мою мать совсем не помнишь? - осторожно поинтересовалась девушка.

- Нет, кажется, я уже говорил тебе. А почему ты спрашиваешь?

- Да так, просто подумалось...

Герцог отодвинул тарелку и пристально взглянул на дочь, которая поспешила отвести глаза, упрекая себя за то, что не промолчала.

- И что тебе подумалось?

- Интересно стало, узнал бы ты ее, если бы вновь увидел.

- Зара, в моей жизни было много женщин, как твоя мать, ты уж извини за цинизм и откровенность, но ты девушка взрослая, поймешь. Запоминаешь лица тех, кто тебе важен и дорог, а все прочие вычеркиваешь из памяти за ненадобностью. Вряд ли мне стоило помнить какую-то горничную. Надеюсь, ты не обиделась?

- За что? Это ведь в порядке вещей - развлечение на одну ночь без всяких последствий и душевных терзаний.

- Последствия-то как раз бывают, - он выразительно покосился в ее сторону. - Признайся, зачем ты завела этот разговор, мне казалось, что данная тема давно закрыта.

- Потом узнаешь, - уклончиво ответила Зара. - Обещаю, никакими неприятностями это тебе не грозит.

- Зара Рандрин, чем ты занимаешься за моей спиной? - цвет его радужки изменился, приобретя более глубокий темный оттенок.

- Пишу письма, - улыбнулась девушка и поспешила выйти из-за стола. - Извини за то, что испортила тебе утро.

- Если ты его чем-то и испортила, то только своей скрытностью, - отец остановил ее, заставив вернуться на место. - О чем ты так упорно не хочешь мне сказать? Ведь поэтому ты так странно себя ведешь?

- Это сюрприз.

- Надеюсь, что приятный.

Зара пожала плечами. Что-то ей подсказывало, что появление Эгюль герцога не обрадует. Можно было бы, конечно, не таясь, признаться, кого она ждет, но тогда не состоялось бы неожиданной встречи, а девушке безумно хотелось посмотреть, как поведут себя эти двое.

- Зара, что ты не договариваешь, во что ты впуталась? Не бойся, скажи, и я постараюсь помочь.

- Ни во что я не впуталась, просто... И не надо на меня так смотреть! - девушка поспешно закрыла свои мысли от его вмешательства. Если он узнает, о чем она сейчас думает, то столовую сотрясет маленький скандал.

Стараясь выглядеть спокойной, девушка направилась к двери, заявив, что идет к Бланш помочь с выбором платья. Она уже переступила через порог, когда почувствовала неприятное покалывание в голове. Мгновенно отреагировав укреплением защиты, Зара резко развернулась и одарила отца взглядом э-эрри, присовокупив невежливую реплику:

- Не смей копаться в моей голове без моего ведома!

Апполина соскочила с диванчика и на всякий случай

заготовила одно из своих заклинаний: она не любила ссор и предпочитала пресекать их в самом зародыше. Набросив на спорщиков заклинание словесного оцепенения, она ждала, пока они мысленно выпустят пар.

- Успокойся, Апполина, все нормально, - улыбнулся герцог. -У моей дочери появились секреты, и, что особенно меня радует, она наконец-то научилась ставить защиту второй степени. Кстати, Зара, хорошую, без усилий не взломаешь. Передавай привет сеньоре Мавери и ее супругу!

Вот так, просто, даже не попытался узнать, что она от него скрывает. Может, решил, что это связано с ее личной жизнью?

Переодевшись, Зара слетела вниз по лестнице - ей действительно нужно было к Бланш - и услышала, как швейцар пытается прогнать какого-то назойливого посетителя. Сердце на мгновение екнуло, но это оказалась не Эгюль.

Позвонив в колокольчик, девушка описала дворецкому свою мать и попросила его сразу же проводить ее в приемную, как только она появиться.

Вечер наступил быстрее, чем она предполагала: за приятными хлопотами время летит незаметно. Запыхавшаяся и раскрасневшаяся, девушка влетела во дворец Рандринов и, справившись, нет ли для нее писем или чего еще, взлетела наверх. Вызвав служанку, она принялась 'наводить красоту'. Тщательно вымыв волосы и надушив их ароматными маслами, девушка приняла ванну, попутно подпиливая и полируя до деликатно-розового цвета ногти. Затем Зара облачилась в свое невесомое, будто излучающее свет платье и позволила служанке расчесать и уложить себе волосы. Оставались драгоценности и обувь.

Не желая раньше времени утомлять ноги каблуками, девушка в мягких домашних туфлях направилась к спальне отца: она знала, что Рэнальд Рандрин дома и тоже готовиться к предстоящему торжеству.

Постучавшись, Зара положила пальцы на ручку двери.

- Кто еще? - недовольный голос отца.

- Твоя дочь пришла забрать обещанные драгоценности. Если занят, можешь мне через стену отдать, я руки подставлю. Вот, уже подставила.

- Да заходи, ты мне не мешаешь.

И, подобрав пышную юбку, девушка проскользнула за дверь.

Советник стоял перед зеркалом и застегивал пуговицы рубашки. Кивнув дочери, он показал головой на каминную полку, на которой лежал синий сафьяновый футляр. Зара улыбнулась и забрала подарок. Открывать не стала, решив восхищаться фамильными драгоценностями в одиночестве.

- Зара, раз уж ты все равно здесь, подай мне запонки.

Девушка обошла большую кровать из мореного дуба и

замерла перед комодом.

- В верхнем ящике, черная коробочка, - подсказал Рандрин, повязывая атласный темно-синий платок.

- Ты сегодня прекрасно выглядишь, - Зара с гордостью взглянула на статную фигуру отца. Она вторично видела его в парадном облачении и вторично признавала, что такой человек разобьет любое сердце. Самоуверенный, безукоризненный, с гордой посадкой головы, он и на мужчин производил впечатление.

- Благодарю, приятно слышать это от тебя, - улыбнулся герцог, щелчком пальцев достав из шкафа приталенный, расшитый едва различимым серебристым узором черный камзол. - Скажу тебе по секрету: ты обворожительна! Даже эльфийки позавидовали бы твоей красоте.

- Да ну тебя! - покраснела девушка.

- Я не имею привычки лгать, тем более своей дочери. Покажись-ка!

Зара завертелась по комнате и, потеряв равновесие, со смехом упала на кровать. Улыбаясь, отец подал ей руку и помог подняться. Блеснув сапфирными запонками, он щелкнул замком и открыл футляр с драгоценностями. С гладкой темной подкладки на девушку глянуло произведение ювелирного искусства - серьги и колье.

- Позволишь? - Рандрин осторожно, стараясь не повредить прическу, притянул к себе голову дочери и вдел драгоценные, стоившие целое состояние серьги в уши дочери. Затем так же ловко водрузил на законное место колье.

- Вот теперь ты у меня самая прекрасная женщина на свете! -улыбнулся он и поцеловал ее в щеку. - Ладно, иди, наводи красоту, я буду ждать тебя в холле. И поторопи Апполину: боюсь, она заснула перед зеркалом.

Зара упорхнула в себе и минут пять крутилась перед зеркалом, рассматривая свое отражение. Она казалась себе принцессой, даже несмотря на то, что, как истинная женщина, отыскала в себе ряд недостатков.

Слегка подкрасив глаза, пройдясь пуховкой по лицу, плечам и груди, девушка нанесла на губы перламутровую помаду и окружила себя легким облаком духов. Переобувшись, она послала воздушный поцелуй блестящей незнакомке в зеркале и поспешила к Апполине. Вопреки опасениям отца, кузина была почти готова и обещала спуститься через пять минут.

Слетев вниз по лестнице, Зара замерла: у двери жалась одинокая фигурка женщины. Мать. Она казалось такой несуразной и жалкой по сравнению с богатой отделкой холла. Симуус, словно сторожевой пес, замер в нескольких шагах от нее, недоверчиво посматривая на смущенную Эгюль. Подобных посетителей он не пускал на порог, но раз дочь господина приказала ее принять...

- Мама? - удивленно выдохнула девушка, нервно теребя мягкий локон.

- Зара? - женщина робко улыбнулась и нерешительно сделала шаг в ее сторону.

- Да, это я. Проходи, у нас еще есть пара свободных минут, пока Апполина не соизволит спуститься вниз. Чаю хочешь?

- Нет, спасибо. Так ты теперь...

- Да, я живу здесь. И моя фамилия Рандрин. Сейчас придет отец...

- Нет, - испуганно вскрикнула Эгюль и закрыла лицо руками,

- я лучше пойду!

- Мама, сегодня самый важный день в моей жизни - ты хочешь его испортить? - недовольно поджала губы Зара. -Перестань, дело прошлое!

- И не проси! Дай, я лучше на тебя посмотрю... Ты теперь такая важная, совсем знатная дама, - Эгюль всхлипнула. -Доченька, когда ты вернешься домой?

- В деревню? Никогда. Мой дом Айши. Лучше бросай свою гостиницу и переезжай в столицу: я тебя устрою. Кстати, мама, если хочешь, я могу взять тебя с собой на бал.

- Что ты, Зара! - испугалась женщина. - Я и бал?

Зара была полна решимости заставить ее пойти, но в это время появился Рэнальд Рандрин. Эгюль заметила его первой, переменилась в лице и охнула, схватившись рукой за сердце; девушки даже на мгновение показалось, что она потеряет сознание.

- Кто это? - синие глаза герцога в недоумении скользнули по лицу испуганной женщины.

Эгюль попятилась, что-то невнятно пробормотала и, потупив взор, замерла в глубоком поклоне. Она никогда не думала, что когда-то снова утонет в омуте этих бездонных глаз, попадет под их власть, окажется так близко от первого человека королевства. Женщина бы и на колени перед ним упала, сдерживало лишь присутствие дочери. Но и дочь стала теперь совсем чужая, другая, бесконечно похожая на него. Это была не ее Зара, отныне ее девочка целиком и полностью принадлежала другому человеку и другому миру. Миру, где не было места для содержательницы деревенской гостиницы.

Советник подошел ближе, и Эгюль задержала дыхание, будто вернувшись в далекое прошлое. Сколько лет прошло - а она по-прежнему готова была выполнить любой его приказ, любую его прихоть.

- Моя мать, Эгюль. Та самая горничная из 'Белой ладьи' в городе Юр. Сейчас, правда, она владеет небольшой гостиницей - на твои деньги, между прочим.

Герцог нахмурился и переменился в лице. Колючий взгляд скользнул по лицу дочери.

- Зачем ты ее пригласила? Решила устроить воссоединение семьи? Ничего не выйдет, Зара, этой женщины давно для меня не существует, - глаза его стремительно темнели. - Так это и есть твой обещанный сюрприз? Так вот, он мне очень не нравится.

- Просто было интересно, как ты посмотришь в глаза моей матери.

Зара выдержала его взгляд и поманила к себе мать.

- Зара Рэнальд Рандрин, на меня такие штучки не действуют. Что тебе еще от меня нужно? Да, ты моя дочь, да, ты родилась от нее - и что? Я ничего ей не должен и уж тем более не испытываю мук совести.

- Значит, тебя совсем не интересует, как...

- Совсем! - резко отрезал Рэнальд.

Девушка непроизвольно вздрогнула от звука его голоса; в памяти всплыла сцена с консулами. Отец был рассержен, более того, взбешен.

- Она моя мать, она имеет право...

- Ни на что она не имеет права! И ты, между прочим, тоже бы не забывала, что живешь в моем доме, где хозяин я. Впредь, будь любезна, ставь меня в известность, когда вознамеришься приглашать своих деревенских родственников, потому что никого из них я видеть не желаю. Хочешь поговорить с ней? Говори, но только не в моем доме.

- А ведь ты когда-то чуть ли не в любви к ней признавался...

- В любви? - герцог расхохотался. - К горничной? Я еще не сошел с ума! Просто женщины любят ушами и за красивые слова готовы душу продать, особенно такие, как твоя мать. Я же по лицу ее вижу, что ее любой в постель затащит. А теперь сделай так, чтобы через пять минут ее здесь не было, - это был приказ.

- Не ругайте ее, сеньор, это я во всем виновата, - робко подала голос Эгюль. - Мне так хотелось увидеть дочку, и Зара,

простите, сеньорита Рандрин разрешила мне приехать, придти сюда. Но я уже ухожу. Да продлят боги годы Советника!

Рандрин перевел на нее иссиня-черные глаза и холодно произнес:

- Я рад, что Вы правильно истолковали смысл моих слов. Не смею Вас задерживать и надеюсь никогда больше Вас не увидеть. В Ваших же интересах. И о наличии у Вас дочери советую не вспоминать.

Женщина еще раз поклонилась и поспешила уйти.

За всю дорогу до школы Рэнальд Рандрин не проронил ни слова. Нарочито отвернувшись от дочери, он хмурился, поглаживая кольцо. Зара несколько раз пробовала заговорить с ним, но герцог делал вид, что не слышит ее. Но потом, вроде, немного смягчился, когда экипаж остановился, первым вступил на брусчатку двора, подал руку дочери, галантно придержал ее под локоть. Девушка улыбнулась и свободной рукой погладила его по запястью. Рандрин покачал головой, прошептав: 'Мы с тобой после поговорим', и в сопровождении дочери и племянницы проследовал в Главный зал.

- Что произошло, за что он сердиться на тебя? - тихо спросила Апполина, когда герцог оставил их одних посреди сонма взволнованных учеников и направился к сеньору Граппу, ожидавшему его с приторно-радостной улыбкой на лице.

Школьники с любопытством смотрели на Советника - не каждый день увидишь его так близко, - юноши кланялись, а девушки, смиренно потупив взор, не упускали возможности пошушукаться с подругами за его спиной.

Щелчок пальцами, и некоронованный король удобно расположился в кресле под гербом школы. Стайка преподаватель сгрудилась вокруг него, о чем-то совещаясь.

Спокойные, налитые бездонной синевой глаза герцога скользили по лицам присутствующих, будто пытаясь отыскать кого-то. Обернулся к директору, что-то сказал ему - и один из младших преподавателей тут же поспешно удалился.

- Еще с утра все было в порядке - а тут такой холод, -Апполина покосилась на дядю и отвела Зару в сторону, попутно отклонив предложение одного из выпускников поухаживать за ней.

- Я сделала одну вещь без его ведома, она ему не понравилась, - девушка улыбнулась Бланш и помахала ей рукой. - Ты не беспокойся, я сама разберусь. Все будет хорошо.

- Если хочешь, я могу поговорить с ним.

- Он об этом разговаривать не станет. Извини, Апполина, но это наше дело.

Кузина пожала плечами и, придерживая платье, неспешным шагом направилась через толпу танцующих и праздно беседующих школьников к помосту. Зара не понимала, как в ее возрасте можно не любить танцев. Сама она уже подыскивала себе первого кавалера.

Несомненно, фигура Зары Рандрин не осталась незамеченной. По-королевски снисходительно взирая на не решавшихся подойти к ней учащихся младших курсов, она, распустив веер лазури своих глаз, подала руку Огюсту и вместе с первым красавцем своего выпуска, в которого в разное время было влюблено полшколы, закружилась в мягком желтоватом свете свечей. Выбор ее был не случаен - Огюст был превосходным танцором, да и ее драгоценностям нужно было достойное обрамление.

Второго танца блондин не заслужил - Зара Рандрин своих правил не меняла.

Потом был Аланор, буквально пожиравший ее глазами и осыпавший комплиментами. За ним - другие, попавшие в тенета ее титула и обаяния. Словно райская птица кружась по залу, девушка одаривала лучезарной улыбкой знакомых и иногда в шутку награждала лазурью глаз тех, у кого выпускной был далеко позади. Ей не жалко, а им будет приятно.

Танцы, танцы, кавалеры... Зара и не ожидала, что их будет

так много, даже кое-кто из преподавателей отважился пригласить ее. Ее платье, блеск камней, перекликавшийся с игрой света глаз сделали девушку королевой вечера, чего, собственно, она и добивалась.

Это был оглушительный успех, по силе сравнимый только с самым первым ежегодным балом. Но теперь Зара была опытнее, спокойнее и не стремилась разбивать сердца - просто получать удовольствие.

- Ты восхитительная! - восторженно шепнула ей Бланш, с разрешения директора пришедшая вместе с супругом.

- Благодарю, именно этого я и добивалась, - рассмеялась подруга. - Бланш, ты будешь очень против, если я на время украду твоего мужа? Знаю-знаю, тут полно молодых людей, но я ведь разборчивая!

- Разумеется, бери. Авест, ты не принесешь нам с Зарой чего-нибудь холодного? Зара, хочешь мороженного?

И они съели по вазочке мороженного, весело болтая о тех переменах, которые планировала внести в свое скромное гнездышко сеньора Мавери, а потом сеньор Мавери с поклоном подал Заре руку, вновь увлекая в мир музыки.

Когда, запыхавшаяся, девушка вернула Авеста законной супруге, было уже без двадцати двенадцать. Выпускники начали по одному подходить к помосту; курсировавшие по залу преподаватели собирали зазевавшихся. Не дожидаясь приглашения, подруги поспеши занять свое место в толпе сокурсников.

Стол президиума был пока пуст, да и кресло Рэнальда Рандрина вместе с хозяином куда-то исчезло, зато аккуратная стопочка мантий была на месте.

Зара зажмурилась от предвкушения, она уже ощущала на губах вкус сбывшейся мечты.

Музыканты доигрывали последние такты, танцоры останавливались. Школьники стайками тянулись к помосту, по традиции замерев за границей традиционной пустоты для материализации почетных гостей.

Ожидание было томительным, таким, что начинало сводить зубы.

Наконец появился директор и с блеском проделал свой фокус с перемещением. Только сегодня он занял не центральное место за столом, а скромно присел на один из соседних стульев. Раз - и за столом президиума уже трое: к сеньору Граппу присоединились старшие преподаватели. Два места по-прежнему пустовали - очевидно, Рандрины любили эффекты.

Было без двух минут полночь, когда на помост прошествовала Апполина Рандрин под руку с главой департамента магической обороны, пришедшим взглянуть на выпускников. Ее дядя занял свое, председательствующее, место последним, когда стрелки часов почти коснулись цифры двенадцать. Легкий щелчок, и Советник уже взирает на собравшихся из своего кресла.

Часы пробили полночь, и церемония началась.

Директор произнес помпезную речь о важной роли волшебников в жизни государства, почетности и ответственности выбранной профессии; от Зары не укрылась легкая ухмылка отца, с которой он внимал сеньору Граппу. Сам он ограничился короткой, зато выразительной фразой: 'Надеюсь, нам не придется краснеть ни за одного из тех, кто сегодня получит диплом'. Очевидно, от него тоже ожидали длинной речи, но Рандрин был не намерен напрасно сотрясать воздух.

Апполина встала и вслед за директором подошла к краю стола, на котором возник лиловый свиток. Секретарь выудила из стопки черную мантию и громко назвала имя первого выпускника. Зара была искренне рада, что это не она: слава богам, среди однокурсников нашлись люди с лучшими баллами, чем у нее.

Когда смущенный юноша поднялся на помост, Рэнальд Рандрин что-то шепнул главе департамента магической обороны.

Мантия и лиловый свиток были вручены, и новоиспеченный маг, сияя от счастья, спустился вниз. С помощью волшебства, разумеется. Распределение ему не грозило, поэтому пальчики Апполины не коснулись его лба.

Зара оказалась четвертой в списке. Она жутко волновалась, произнося заклинание перемещения, боясь прилюдно опозориться, но все обошлось.

Улыбаясь, сеньор Грапп рассыпался в комплиментах и уже потянулся за документом, удостоверяющим, что девушка успешно окончила Высшую школу магического искусства, когда подал голос герцог С'Эте:

- Разрешите мне, полагаю, это не запрещено правилами.

Недовольно покусывая губы, - вдруг отцу что-то взбредет в

голову, и она останется без диплома? - Зара наблюдала за тем, как Рандрин нарочито неспешно встает и подходит к ней. Синие глаза скользнули по лицу, на миг задержались на ее зрачках. Усмехнувшись кончиками губ, он взял со стола лиловый свиток, развернул, пробежал глазами и обернулся к дочери:

- Что ж, Зара Рэнальд Рандрин, герцогиня С'Эте, отныне Вы официально являетесь магиней третьей категории. Примите мои искренние поздравления.

Герцог протянул дочери диплом, церемониально поцеловал ее руку и вернулся на свое место, не проронив больше ни слова.

Получив свою порцию поздравлений от директора и кузины, куда более длинных и эмоциональных, Зара забрала свою мантию и с облегчением ощутила под ногами плиты пола.

Церемония вручения дипломов длилась около часа; за это время многие выпускники, скучая, успели примерить на себя мантии. Сеньорита Рандрин не стала исключением, но менять ее на свой бальный наряд не стала, предпочтя после примерки отослать ее в экипаж.

Но вот, наконец, все было кончено: дипломы и мантии розданы, выпускники распределены - и продолжились танцы.

Помост опустел.

- Разрешите Вас пригласить? - перед Зарой возник лорд Себастьян. До чего же настойчивый!

- Я не танцую, - сквозь зубы процедила девушка и отвернулась. Привязался же на ее голову!

- Сеньорита Рандрин, всего один танец! - продолжал настаивать юный лорд и попытался взять ее за руку.

Девушка обдала его презрительным взглядом потемневших глаз и брезгливо отдернула руку. Выражение ее лица не укрылось от Себастьяна, и юноша в сердцах прошептал:

-Что, слишком гордая стала, как получила папочкину фамилию? А ведь ты все равно бастардша, что бы там в документах написано ни было.

Это он напрасно - Зара среагировала мгновенно, приняв облик э-эрри. Но глаза д'Азана поймать сразу не успела -видимо, ему кто-то рассказал о силе ее взгляда.

- Что, собственная сущность уши режет? - старательно избегая ее бешеных зрачков, злорадствовал Себастьян.

Он хотел еще что-то сказать, но не успел, вскрикнув, сползя на пол.

- Лорд Себастьян д'Азан, советую Вам немедленно извиниться перед моей дочерью. Очень советую. А то ты у меня, ублюдок, поплатишься за свой длинный язык.

Рэнальд Рандрин в упор смотрел на побледневшего юношу, будто случайно прищелкивая пальцами, высекая из воздуха голубоватые искры. Губы плотно сжаты, глаза налиты чернотой. Не оборачиваясь, он попросил дочь:

- Успокойся, не трать на него время: я сам разберусь. Больше он к тебе никогда приставать не станет.

Себастьян минут пять оправдывался, утверждал, что его не так поняли, молил о прощении, а потом позорно сбежал с бала.

- Похоже, некоторые не заслуживают полученного диплома, -заметил герцог, подавая руку Заре. - Я прослежу за тем, чтобы его отправили в провинцию. Ничего, наберется ума, ему же на пользу пойдет.

Девушка пожала плечами: ей было глубоко безразлично, что станет с Себастьяном д'Азаном - и закружилась в танце с Советником. Первая пара королевства... А, что, так оно и есть, завидуйте, юные магини!

Глава 4.

- Ну, и зачем ты это сделала? - в тишине спящего предрассветного дома вопрос прозвучал особенно грозно.

Зара, уставшая и сонная, удивленно взглянула на отца: неужели не мог подождать до утра, обязательно портить такой вечер? Издевается он, что ли?

Девушка вздрогнула и поморщилась от покалывания в затылке: в этот раз Рандрин был не аккуратен и без лишних слов взломал установленную ей на всякий случай защиту первой степени. Глаза его, казалось, немного потеплевшие во время выпускного бала, теперь снова стремительно темнели, в них появилось какое-то жесткое выражение, будто она была обвиняемой, а он - следователем.

- Значит, тебе можно было испортить мне настроение, а мне нельзя задать тебе пару вопросов? - Рэнальд распахнул перед ней дверь своего кабинета. - Прошу!

- Отец, я хочу спать! - взмолилась Зара, отчаянно пытаясь избавиться от чужого присутствия в своей голове. - И прекрати это, слышишь, я не преступница!

- Ты же не желаешь говорить правду, мне не остается ничего другого, как узнать ее самому. В глаза мне посмотри.

Девушка демонстративно отвернулась и, покусывая губы от боли, поставила блок. Приложив ладонь к пульсирующим мигренью вискам, она решительно зашагала в сторону спальни.

- Зара, вернись, мы еще не закончили! - остановил ее сердитый окрик отца. - Учти, если я захочу, то найду брешь в твоей защите, но это будет еще больнее, чем тебе было сейчас. А ведь могла бы обойтись и без этих мук, но нет, быть со

мной честной и откровенной ты не желаешь!

- Хорошо, мы поговорим, - сдалась Зара, покорно вернувшись в кабинет. - Только, прошу, не кричи на меня и не пользуйся колдовством!

Герцог хмыкнул и занял место за письменным столом - точно, как на допросе. Остается только достать перо и бумагу и заставить ее написать чистосердечное признание.

- Итак, - он размял костяшки пальцев, - что здесь делала эта женщина? Кого демона тебе потребовалось притащить ее сюда? Ради шантажа? Решила еще и мать деньгами облагодетельствовать?

- Нет, - в душе девушки закипала обида. Собственный отец подозревает ее в коварстве! - Я ее пять лет не видела, а тут выпускной...

- Я-то тут причем? Хотела видеть - съездила бы, я бы дал лошадей, но зачем тащить ее в Айши?

- А тебе не приходило в голову, что она меня любит, скучает по мне и хотела бы тоже присутствовать при вручении диплома своей единственной дочери?

- Но она приехала не сама, ее пригласила ты. Зачем?

- Да я тебе уже сто раз объяснила! - начинала терять терпение Зара. - Потому что она моя мать, потому что она имеет право тут находиться.

- Вот как! - усмехнулся Рандрин. Пальцы сжались - недобрый знак для собеседника. - В таком случае я тебе повторю во второй раз, если ты не поняла с первого: это мой дом, и я не желаю видеть в нем подобных гостей. И прав у нее здесь нет никаких. Что, тебя опять потянуло в деревню? Так поезжай! Посмотрела на отца, пожила в свое удовольствие, свидетельство о рождении получила - ничего ведь не держит!

никто. Поезжай к своей разлюбезной матери, навязывай ей свои порядки, а меня уволь!

- Да как ты можешь?! - она чуть не захлебнулась от нахлынувших эмоций девушка. - Ты же мой отец!

- И поэтому должен с распростертыми объятьями принять

твою мать? На что ты надеялась, на то, что между нами снова что-то будет? Нет, моя милая, твоя матушка - женщина на одну ночь, самое то, когда скучно, а заняться нечем. Да, получилось так, что она забеременела, но я не чувствую себя чем-то обязанным перед ней. Горничная! Да Симуус таких, как она, даже на порог не пустит! Ей и так большую честь оказали. Ну, что ты молчишь? Скажи мне, наконец, зубы Онора, зачем ты привела в мой дом эту женщину?

- Хотела, чтобы ты посмотрел на нее, а она - на тебя. Как оказалось, мама до сих пор тебя любит.

- Мне плевать. Ее чувства меня никогда не интересовали.

- Тебя ничьи чувства не интересуют, - раскрасневшись, обжигая чернотой глаз, выпалила Зара и встала, с шумом задвинув стул. - Запомни, я не хотела тебя шантажировать, женить - что ты еще выдумал? Мне просто хотелось, чтобы мои родители спустя двадцать один год снова увидели друг друга, попробовали поговорить. Тебе этого не понять, но мне всегда не хватало семьи, нормальной семьи. У всех она была -а у меня не было. Нет, я и не надеялась на счастливое примирение, но хоть общаться-то вы могли, хоть пять минут вместе бы посидели! Так нет же! Я тебе надоела, мешаю наслаждаться холостяцкой свободой, приводить в дом любовниц - так уеду, завтра же пойду к сеньору Граппу и попрошу отправить меня куда-нибудь. И твоей подачки в виде должности в департаменте мне не нужно, как-нибудь устроюсь, всего добьюсь сама! Могу и фамилию сменить, чтобы и вовсе не докучать тебе мимолетными связями молодости. Я же дочка бесплатной гостиничной шлюхи, зачем я тебе нужна?

Выпалив все это, девушка хлопнула телепортом и оказалась на пустынных улочках Старого города. Трудно было дышать -то ли от сдерживаемых слез, то ли от злости.

Если Рэнальд Рандрин решил, что она в нем нуждается, он глубоко ошибается. Восемнадцать лет жила без него -проживет и всю оставшуюся жизнь. Зато будет сама себе

хозяйка, никто не станет донимать этими гнусными допросами, тренировками, чтением мыслей... Она для него ничего не значит - он для нее тоже. Действительно, посмотрела на отца - и хватит! Ей не пять лет, чтобы с надеждой ожидать его приезда, она взрослая, герцог свое время упустил.

Немного успокоившись, девушка огляделась по сторонам: где же она оказалась? Открывая телепорт, Зара как-то не задумывалась о том, где он ее выбросит, главное - подальше от дома. Бывшего дома: сегодня ночью ее оттуда выгнали. Оказалось, что она попала в квартал неподалеку от стены.

К кому же пойти, не ночевать же в бальном платье на улице? Как назло, денег с собой нет, номер не снимаешь. Впрочем, зачем номер: где-то тут живет Меллон, кому, как не ему, утешить любимую девушку? И она понуро поплелась к рыжему дому у храма Эйфейи. Шла медленно, часто спотыкаясь: высокие каблуки и булыжная мостовая - понятия несовместимые.

Обида все еще душила ее, хотелось вернуться, сломать что-нибудь, чтобы дать выплеснуться клокочущей ярости, не стесняясь в выражениях, высказать все в лицо отцу, собрать вещи и переехать в гостиницу, но девушка сдержалась: еще успеет.

Глаза слипались, но Зара мужественно гнала от себя сон. Она вздрагивала, тревожно реагируя на подозрительные звуки, пару раз использовала магию, чтобы отогнать двух излишне любопытных прохожих, желавших с ней познакомиться.

Но вот, наконец, и дверь. Зара не стала звонить, просто применила нужное заклинание и вошла. Как оказалось, позвонить все еще стоило - сработали охранки. Ругаясь, она зажала уши руками (слава богам, вся эта какофония слышна только двум людям: тому, кто попался в тенета охранного заклинания, и тому, кто его поставил, а то бы весь город перебудили), дожидаясь, пока появиться Меллон и заткнет, наконец, эти верещащие звуки.

Маг, явно, не ожидал, что незваным ночным гостем окажется девушка, а то бы потрудился одеться соответственно, а не очутился перед ней в нижнем белье. Зато Заре было на что посмотреть. Впрочем, достоинства и недостатки фигуры возлюбленного в данный момент интересовали ее куда меньше, чем разрывающий сознание вой, от него даже глаза слезились.

- Зара? - неизвестно, он больше смутился или удивился. Поискал глазами, чем бы прикрыть свой неподобающий внешний вид - увы, ничего под рукой не оказалось, а воспользоваться заклинанием ему не дали.

- Да успокой ты эту дрянь! - вместо приветствия пробурчала девушка.

Меллон сделал какой-то жест рукой - и в голове Зары воцарилась тишина. Сдержанно поблагодарив, она, не обращая внимания на красноречивый вопросительный взгляд Аидары, прошествовала в комнаты. Сонный Меллон последовал за ней, видимо, смирившись с тем, что встречает гостью не при параде. Впрочем, эта гостья, казалось, и не обратила внимание на то, одет он или нет.

- Прости, что разбудила, но я ушла из дома, - сеньорита Рандрин по-хозяйски распахнула дверь спальни и с блаженной улыбкой скинула туфли. Пальцы утонули в мягком ковре (как же приятно, что перед кроватью в спальне принято стелить такие божественные коврики!), напряженные икроножные мышцы перестали нудить.

- Зара, может, ты мне все-таки объяснишь, что случилось? -маг потянулся за брошенной на стул рубашкой. Отвернулся, зевнул, бросил взгляд на часы - четыре утра, сейчас рассветет.

- Поссорилась с отцом. Долгая история. Не против, если я у тебя переночую?

- У меня - это где? - нахмурился Меллон. Весь его сон как рукой сняло.

- Здесь, разумеется, - раз и на прикроватный столик мягко спланировали шпильки. Еще миг - и к ним присоединилось

колье. Дорогущее колье с устойчивым запахом магии, Аидара сразу понял, что фамильное. На ее месте он бы не оставлял его, где попало. А девушка, между тем, вынула из ушей серьги. -Спать на диване в гостиной я не собираюсь.

- Зара Рандрин, Вам не кажется...

- Не кажется, - резко отрезала она. - Спать со мной я тебя не заставляю, выгонять из твоей постели тоже не буду. Хотя, видит Эйфейя, Меллон, я не понимаю, я тебе, что, совсем как женщина не нравлюсь? - лукаво спросила Зара, подходя ближе.

Маг покраснел, пробормотал что-то неразборчивое, сгреб одежду со стула и попытался ретироваться в гостиную -девушка не позволила. Схватила за руку, нежно скользнула пальцами по запястью. Меллон отдернул руку так, будто его ужалила змея.

- Зара, это переходит все границы! Ты всегда казалась мне приличной девушкой. Если хочешь остаться, я велю постелить тебе на диване.

- Меллон, - вкрадчиво прошептала Зара, подбираясь ближе, -я же сказала, что не желаю ночевать в гостиной: у меня все тело затечет. Ну, разве что ты мне массаж сделаешь...

Кошачья улыбка, блеск синих глаз, и она обняла его, притянула к себе:

- Не уходи от ответа, дорогой, я ведь задала тебе вопрос.

- Хорошо, тогда я буду спать на диване. Зара, умоляю, брось свои штучки, мне завтра, то есть уже сегодня на службу, дай мне поспать хотя бы пару часов!

- Какой ты у меня пугливый! Сколько тебя помню, всегда меня боялся.

Руки скользнули по его спине, перебрались на плечи и начали стягивать рубашку. Предвидя сопротивление жертвы, девушка прикоснулась губами к шее, постепенно продвигаясь все выше и выше, к губам.

- Зара, как бы ты этого не просила, я этого не сделаю, -решительно заявил Меллон, отстраняя ее от себя. Одежду между тем положил на место - смирился с тем, что придется

провести остаток ночи в компании э-эрри. - И вовсе не потому, что ты для меня не привлекательна. Как раз наоборот, но есть нормы приличия, твоя честь, в конце концов!

Девушка фыркнула и покосилась на смятую постель:

- Как всегда, нашел себе оправдание! Хорошо, я приставать к тебе не буду, но не удивляйся, если найду себе кого-то другого, более решительного.

- Не понимаю я тебя, Зара, другая бы радовалась порядочности возлюбленного, а ты...

- А я хочу тебя без остатка, - улыбнулась она, кокетливо потянувшись к шнуровке платья. - Ну, смотри, от чего добровольно отказываешься.

Девушка почему-то была убеждена, что он не отвернется, и не прогадала: Меллон, как завороженный, следил за потоком струящейся ткани, сползающей по стройному телу. Зара упивалась произведенным эффектом и легким румянцем, покрывшим щеки мага. Ей не было стыдно: во-первых, она любила этого человека, а, во-вторых, под платьем было еще достаточно одежды, чтобы лишь намекнуть на ее прелести. Перешагнув через бальное платье, Зара подняла его и аккуратно сложила. На ней была пышная нижняя юбка, плотная рубашка и облегченный корсет, в таком виде некоторые горожанки по дому ходят, да и она сама так раньше делала, когда в деревне жила.

Не помешало бы умыться и расчесать волосы, но сон смежал веки.

Интересно, а Меллон все еще стоит у двери или уже смылся под шумок? Наверное, ушел: он ведь такой стеснительный.

- Зачем ты это делаешь? - услышала девушка шепот возле своего уха, а уже через мгновение руки мага обвили ее стан, крепко прижали к себе. - Зара, ты прекрасно знаешь, насколько ты восхитительна.

Он поцеловал ее в шею, потом - в губы, долгим, нетерпеливым поцелуем, от которого у Зары на миг перехватило дыхание. Она ответила на него, запустила

пальчики в волосы Меллона, потом скользнула рукой по позвоночнику, вслушиваясь в неровный ритм его дыхания, а поцелуй все длился и длился. Наконец Меллон оторвался от ее губ, посмотрел ей в глаза и тихо спросил:

- Ты действительно этого хочешь?

- А ты? - Зара предпочла ответить вопросом на вопрос.

Вместо ответа он крепче привлек ее к себе, обнял так, что

трудно стало дышать. Губы едва коснулись подбородка, очертили линию шеи, на миг остановились и несколько раз поцеловали обнаженную часть плеча. Одной рукой обнимая за талию, другой Меллон гладил ее бедра, собирал в складки податливую ткань. Все выше и выше, заставляя ее вздрагивать, прислушиваясь к новым ощущениям своего тела, наливавшегося нестерпимым жаром.

Вот он оставил в покое ее бедра и занялся рубашкой. Она сползала, полностью обнажив одно плечо, потом второе... Шнуровка корсета ослабла, готовая в любую минуту открыть взору ее высоко вздымающуюся от частого дыхания грудь.

То ли ахнув, то ли вздохнув, девушка закрыла глаза и, едва размыкая вдруг пересохшие губы, прошептала:

- Да, я хочу тебя.

Она не знала, что на нее вдруг нашло, но, осмелевшая после резкой перемены его настроения, упиваясь его ласками, Зара с непривычной для девушки силой - кровь далеких предков? -толкнула Меллона на кровать и принялась покрывать его грудь быстрыми горячими поцелуями. Все ниже, ниже и ниже.

- Зара, нет, мы оба безумцы! - он неожиданно оттолкнул ее и сел. - Не сейчас, хорошо? Обещаю, потом все будет, но только не сейчас!

- Почему? - удивилась девушка, присев рядом и прижавшись к нему. - Я сделала что-то не так? Я ведь не знаю, как надо, ты намекни...

Меллон положил ее голову себе на плечо, погладил по волосам:

- Просто ко всему нужно подходить обдуманно, а мы оба

сейчас до безобразия безрассудны. Давай не будем торопить события?

- Не торопить события? - вскинулась Зара; в свете зарождающего дня глаза угрожающе блеснули кобальтом. -Сколько мне еще ждать, Меллон, до старости?

- Не сердись, не сердись, милая, просто у меня сейчас нет настроения, - маг попытался поцеловать ее, но девушка не дала. - Зара, ну неужели для тебя это так важно?

- Мне нужны доказательства твоей любви.

- Разве это доказательство? Зара, ты не путаешь страсть и любовь? Успокойся, ты устала, перенервничала... Кстати, поздравляю с официальным окончанием школы! Мне нужно тебе что-то подарить...

- Себя, - буркнула Зара, пресекая все его попытки обнять себя.

Меллон тяжело вздохнул, покосился на часы и оставил ее в покое. Лег на другой край постели и сделал вид, что спит, но девушка-то прекрасно знала, что он наблюдает за ней.

Лечь рядом, прижаться, согреть дыханием мочки его ушей? Но ведь он оттолкнул ее, отверг без всяких разумных объяснений, хотя за минуту до этого хотел. Более того, соблазнял, раздевал, ласкал, вызвав в ней ответное желание. И подло надсмеялся над порывом ее чувств.

И она свернулась калачиком на другой стороне кровати.

Когда Зара проснулась, Меллона уже не было. На прикроватном столике, придавленная колье, лежала записка: 'Я знаю, ты сердишься, но я поступил правильно. Поверь, мне было нелегко'.

Нелегко ему было! Девушка в ярости смяла бумажку и бросила ее на пол. Да он издевался над ней, подло обманул - а теперь оправдывается, прикрываясь добродетелью. И угораздило же ее влюбиться в такую скотину!

Быстро приведя себя в порядок и снова облачившись в бальное платье - другого-то у нее не было, все вещи во дворце Рандрина остались, - Зара поспешила покинуть спальню

Меллона. Разумеется, не могло быть и речи, чтобы показаться на глаза слугам, поэтому пришлось обойтись без завтрака и воспользоваться телепортом. На этот раз он перенес ее не абы куда, а к порогу дома Мавери. Понадеявшись, что счастливая семейная пара уже встала, а не нежится в постели в объятиях друг друга, девушка позвонила в колокольчик. Она была частым гостем этого уютного домика, поэтому служанка без вопросов провела ее в маленькую гостиную - слишком маленькую для урожденной графини Одели.

- Зара, какими судьбами? - улыбаясь, к ней в пеньюаре вышла Бланш. Вот у кого с мужчинами все хорошо, небось, ее муж так подло с ней сегодня не обошелся.

- Из дома ушла. Слушай, Бланш, можно я с вами позавтракаю? И, если нетрудно, не могла бы ты дать мне что-то из одежды, а то как-то неудобно разгуливать по улицам в бальном платье.

- Конечно, какие вопросы, дорогая!

Сеньора Мавери увлекла ее в гардеробную, примыкавшую к супружеской спальне, и распахнула перед ней шкаф:

- Выбирай!

- А Авест где? - девушка смущенно покосилась на дверь в спальню.

- На службу ушел, мы с тобой вдвоем позавтракаем. Так ведь даже лучше, правда?

Зара кивнула и окинула взглядом наряды подруги. Выбрав подходящий, она переоделась и вслед за Бланш прошла в столовую, где с трудом (мешала обида и клокочущая злость) проглотила завтрак.

Они сидели в гостиной и обсуждали события прошлого дня (разумеется, о фиаско с Меллоном девушка умолчала), когда служанка подала Заре записку. Она оказалась от Элены. Секретарь отца просила ее зайти и забрать доставленное на ее имя письмо.

- Советника нет на месте, - писала она, - а посыльный утверждает, что это срочно. Сеньорита Апполина Рандрин

любезно сообщила, что Вы можете быть у сеньоры Мавери, надеюсь, что моя записка найдет Вас там, а то, право, я не знаю, что делать с этим настырным мальчишкой!

Что ж, срочно, так срочно, тем более, сейчас ей не грозит встретиться в приемной с отцом - у него заседание Совета.

В этот раз она не воспользовалась ненавистным телепортом -все-таки не ладится у нее с ними, оба раза сильные эмоции, наверное, помогли, на ее способности эмоции по-своему действуют, становятся катализатором - и отправилась во Дворец заседаний пешком. Пройтись даже полезно -успокаивает нервы.

Прислушиваясь к мерной дроби каблучков по мостовой, девушка раздумывала над тем, как ей быть дальше. Допустим, она временно поселится у Мавери или, даже лучше, у Одели -нечего стеснять подругу, им и так тесновато после просторов графского особняка, пошлет кого-нибудь за своими вещами, сходит к Граппу, попросит подыскать ей место в каком-нибудь городке... Стоп, никаких годков, она, что, просто так, только потому, что ее отец оказался сволочью (собственно, судя по его прошлому, он всегда ей был), откажется от главной мечты своей жизни? Ну уж нет, Рэнальд Рандрин, она никуда не уедет, Айши - и ее город тоже, ничего, вполне найдется место и для двоих. К Граппу сходить нужно, но вовсе не за назначением, а за советом: может, он знает, не требуется ли муниципалитету или какому-то департаменту новоиспеченный выпускник с ее знаниями. Разумеется, работа не будет такой престижной, чем та, что подыскал ей двуличный герцог, зато Зара останется в столице. Если есть мозги, всегда можно выслужиться, тем более, у нее тоже есть кое-какие связи, знакомые в высшем обществе.

Придется иногда видеть Рандрина? Что ж, будет относиться, как он к ней - как к чужому человеку. Ничего, от реверанса ноги не отвалятся, да и шея от поклона не заболит. Да и вряд ли они будут часто встречаться, разве что на каком-то приеме. Станет невмоготу - всегда можно уйти.

Итак, она найдет работу, снимет комнатку, заживет своей собственной жизнью. И фамильные драгоценности вернет -она не имеет к ним никакого отношения. Пожалуй, последнее платье тоже. Так, что еще он дарил? Все-все вернет, чтобы герцог С'Эте не думал, что ей что-то от него нужно. И фамилию... Нет, переделывать свидетельство о рождении девушка не будет, но для всех снова станет Зарой Эзита. Не хочет она иметь ничего общего с этим человеком, пусть даже все опять начнут смотреть сверху вниз.

На душе было гадко, будто в дождливый ноябрьский день, когда воздух, казалось, пропитан тоской и неприкаянным одиночеством. Масла в огонь подливало поведение Меллона -еще один мерзавец. Видимо, природа мужчин одинакова, они умеют только пользоваться, обманывать и притворятся.

Не реагируя на приветствия, Зара быстрым шагом миновала все дворы Дворца заседаний, поднялась по главной лестнице и направилась к приемной отца. Солнечные лучи ласкали ее лицо, шею, руки, но девушка не замечала их ласк; синие глаза были наполнены кристаллами льда, такими острыми, что, соприкоснувшись с ними глазами, можно было нечаянно пораниться.

Толкнув дверь и думая только о том, как поскорее покончить со всем этим, перелистнуть очередную страницу в книге жизни, она направилась к проводившей ревизию в письменном столе Элене.

- Ну, что за письмо? - Зара знала, что груба, но ничего не могла с собой поделать.

- Сейчас, одну минутку! - оживилась секретарь. - Я отправила посыльного погулять, не знала, когда Вы придете. Тут с утра такой кавардак! Я его приведу, а Вы пока посидите.

И она выпорхнула за дверь приемной. Стало необыкновенно тихо: видимо, Эведера тоже нет на месте. Вот и славно, отец не узнает, что она приходила, незачем.

Зара покосилась на дверь кабинета, невольно поморщилась при мысли о том, какой дурой была, понадеявшись, что

подлый изменник-отец когда-то может стать настоящим отцом. Поменьше иллюзий, Зара, поменьше позволяй сердцу руководить разумом.

Однако, долго же нет Элены, куда она отослала посыльного, во двор, что ли?

Нервно постукивая пальцами, девушка обернулась и вскочила, встретившись взглядом с синими глазами Рэнальда Рандрина. Печенка орка, что он здесь делает, он же должен быть на заседании Совета!

Попятившись, сверкнув разом потемневшими глазами, Зара попыталась вызвать телепорт, но заклинание подвело ее в самый ответственный момент.

- Зара, прошу тебя, не убегай! - герцог шагнул к ней; по радужке разлилась небесная лазурь.- Честно говоря, я не надеялся, что ты придешь, думал, догадаешься.

- Так история с письмом - ложь? - прошипела девушка, борясь с нестерпимым желанием отрастить крылья и обратиться в э-эрри.

- Ты сердишься на меня? - вкрадчиво спросил Рандрин, попытавшись до минимума сократить разделявшее их расстояние.

- Нет, сеньор Советник, как я могу? - в голосе клокотала плохо замаскированная под официальную вежливость злость. - Скорее, это Вам впору сердиться на меня за то, что два года назад я, безродное отрепье, осмелилась разрушить размеренность Вашей жизни. Но, будьте уверены, я осознала свою вину и свое место и отныне не стану докучать Вам своим присутствием. Да продлят боги годы, Советника!

Сделав реверанс, она направилась к двери, но отец удержал ее, ухватил за руку и прижал к себе.

- Зара, ты неправильно меня поняла, я вовсе не хотел, чтобы ты ушла. Как я мог этого хотеть?!

- Не нужно лицемерить, Ваша светлость, - Зара попыталась вырваться, но он лишь крепче прижал ее к себе, погладил по волосам и поцеловал в макушку.

- Зара, ты моя дочь и всегда ею останешься. Перестань обращаться ко мне, как к чужому человеку, прошу тебя! -Рандрин попытался поймать ее взгляд, но девушка упорно отворачивалась. - Ты сердишься на меня, солнышко, я знаю, что не должен быть так вести себя, но твой поступок... Я ведь действительно не понимал, зачем ты позвала ее, мне и в голову не могло придти, что в детстве ты так нуждалась в полноценной семье. Из меня отвратительный отец, хуже, наверное, не бывает, но я тебя люблю. Да, успел привязаться за эти два года. Когда ты тогда сбежала, ночью, в бальном платье, я ведь пробовал тебя искать, разослал по городу слуг, потом решил, что ты у Бланш...

- Я ночевала в другом месте, - сухо ответила она. - Да и Бланш что-то не упоминала о том, что ты справлялся обо мне.

- Я не был у них, решил дождаться утра и через начальника дворцовой стражи поинтересовался у Авеста Мавери. Но он сказал, что ты у них не появлялась...

- Зря беспокоился, отрывал других людей от дел, если беспокоился вовсе, твои фамильные драгоценности в целости и сохранности, а меня никто не изнасиловал и не ограбил.

- Этого еще не хватало! - ужаснулся он, невольно сжав ее руку. - Поверь, я волновался, да хотя бы у Апполины спроси, она не солжет! Зара, ну прости меня, я часто бываю несдержан, могу сказать что-то в запальчивости или, наоборот, промолчать, показаться безразличным, но внешние проявления эмоций ничего не стоят. Возвращайся домой, солнышко, если хочешь, чтобы я извинился, я извинюсь, только впредь обещай мне быть со мной честной и откровенной.

- Хотела бы я услышать, как звучат извинения в исполнении Рэнальда Хеброна Рандрина! - усмехнулась девушка. Тон ее глаз потеплел: интуиции подсказывала, что отец искренен, во всяком случае, в его голосе было столько нежности и тревоги. Хотя, он же мастер словесного обмана!

-Зара, я виноват перед тобой и признаю, что в минувшую

ночь вел себя отвратительно, но если я оскорбил и обидел тебя, то сделал это ненамеренно. Если не веришь словам, можешь заглянуть в мои мысли - их я не смогу подделать. Я готов искупить свою вину, выполнив любое твое желание, даже, -герцог тяжело вздохнул, - поговорить с твоей матерью. Только, умоляю, больше не убегай из дому!

- Я не требую от тебя таких больших жертв. Считай, что я тебя простила. Скажи, а ты действительно всю ночь не спал, беспокоился за меня?

- Действительно. И отменил заседание Совета. Я ждал тебя. Бланш Мавери была моей последней надеждой, ведь ты гордая, могла этим же утром уехать из города, - обнимая, Рандрин гладил ее по волосам; в его движениях было столько тепла, что сердце Зары поневоле смягчилось, а разум отрекся от принятого за час до этого решения. Отец у нее все же есть.

Улыбнувшись, она подняла глаза на его сосредоточенное лицо, хранившее отпечаток ночных волнений, привстав на цыпочки, коснулась губами его щеки и прошептала:

- Я тоже наговорила много лишнего. Радуйся, я остаюсь твоей Зарой Рэнальд Рандрин.

Напряжение спало, Рандрин усмехнулся, еще раз поцеловал ее и провел дочь в свой кабинет, приказав дожидавшейся за дверью приемной окончания разговора Элене принести им две чашечки мятного чая и чего-нибудь перекусить: тревожась за судьбу Зары, Советник сегодня не завтракал.

Глава 5.

Зара просидела у отца несколько часов, окончательно уверившись в том, что он действительно волновался за нее прошлой ночью. Было приятно и одновременно необычно, что ради нее Рэнальд Рандрин отложил все свои дела. Вернее, просто не принимал в них участия, перепоручив заботам своих помощников. Сдается, что Эведер и Элена отнюдь не рады прибавлению текущих заданий, но Советнику не было до

этого дела. Пока его секретарь с сожалением сообщала посетителям разного ранга о том, что герцога нет на месте, он разговаривал с дочерью в своем кабинете.

- Зара, я тебе поражаюсь: решить, что я выгоняю тебя из дома? - качал головой Рандрин. - Я сказал, что ты вольна уехать, но не прогонял.

- У тебя было такое лицо, такой взгляд... Ты смотрел на меня, как на преступницу.

- Брось, просто ты меня рассердила. Согласись, твой поступок был... необдуманным.

Улыбнувшись, девушка кивнула, придвинулась к отцу, сидевшему рядом с ней на диване, и положила голову ему на плечо. Герцог рассеянно погладил ее по волосам и заботливо поинтересовался:

- Ты-то сегодня завтракала?

- Увы, да, - Зара подняла на него лазурные глаза. - Выходит, я люблю тебя меньше, чем ты меня.

- Да любишь, иначе бы не простила, а закатила грандиозный скандал, - Рандрин потянулся за чашкой чая.

Не желая стеснять его движения, девушка выпрямилась и отстранилась, раздумывая над тем, не соблазниться ли ей этими ароматными булочками с корицей.

- Соблазнись, соблазнись, на твоей фигуре это никак не скажется, - прочитав ее мысли, сказал герцог. Защита была снята, и Зара не сопротивлялась попыткам проникновения в свой разум: он так переживал, так беспокоился, места себе не находил, пусть успокоится, уверится, что инцидент исчерпан.

После минутного колебания, девушка взяла одну булочку и с удовольствием надкусила. Завтрак был так себе, с утра она была не в том настроении, чтобы наслаждаться пищей. Сейчас - совсем другое дело. Сидит, нежится в любви и тепле, на которые сеньорита Рандрин и не надеялась.

- Расскажи, что случилось после моего ухода.

Это была уже вторая чашка мятного чая и, судя по всему, не последняя.

- Твой отец сходил с ума от беспокойства, только и всего. Это с одной стороны. А, с другой, порадовался, что моя дочка освоила телепортацию, - усмехнулся герцог, заботливо пододвигая к ней тарелку с бисквитами. От дочери не ускользнуло, что он на миг нахмурился, мотнул головой и пробормотал: 'Не сейчас, я занят. Если что-то срочное, обратитесь к Элене'. Пространственное зеркало?

- Я тебя отвлекаю? - что-то она засиделась у Рандрина и, волей-неволей, застопорила работу государственной системы. Из-за нее отменили заседание Совета, только что отказался с кем-то разговаривать...

- Ни в коей мере. Зара, ты ведь не ночевала у Мавери, не была и у Одели... Понимаю, - виновато улыбнулся он, будто предвидя бурную реакцию дочери на свой вопрос, - что это не мое дело, что я сам говорил тебе, что не стану вмешиваться в твою жизнь, я и не стану, просто...

- Не беспокойся, - девушка погладила его по руке, - я не провела ночь на улице. Я ночевала у знакомых.

- Или знакомого? - Рандрин одарил ее лукавым взглядом, вогнавшим ее в краску. - Ты предупреди меня заранее, если один из таких знакомых захочет поговорить со мной с глазу на глаз. Я как-то не очень люблю сюрпризы.

- Обещаю, что первому сообщу тебе, если вдруг соберусь выходить замуж, - боясь поднять на него глаза и дивясь проницательности отца, пробормотала Зара. - Но ты напрасно думаешь, что этой ночью сбежала к любовнику. К твоему сведению, у меня его нет.

Герцог пожал плечами, подошел к столу и, щелкнув пальцами, материализовал из воздуха какой-то документ. Одним глазом наблюдая за смущенной дочерью, другим он скользил по гербовой бумаге.

Было самое время уйти, и девушка поспешила покинуть кабинет Советника. Он не стал ее задерживать, лишь спросил, ждать ли ее к обеду. Зара ответила утвердительно и проскользнула в приемную. Следовало, наверное, поставить

защиту, не очень приятно, когда пусть даже самые близкие люди вторгаются в твое личное пространство.

В коридоре второго этажа Зара столкнулась с Ариланом. За последний год он стал намного увереннее, приобрел некий лоск - словом, стал похожим на принца. Девушка одарила его любезной улыбкой и легким поклоном.

- Рад видеть Вас, сеньорита Рандрин! - юноша улыбнулся в ответ и отвел ее к окну. - Вы к Советнику приходили?

Несмотря на все изменения в своей жизни, он по-прежнему относился к Рэнальду Рандрину с трепетом и почтением. Что и неудивительно - всем, что у него было, Арилан Сеговей был обязан Советнику.

- Да, у него. Как поживаете, Арилан? Учителя не слишком усердствуют?

Принц рассмеялся и покачал головой. Не станешь же жаловаться такой обворожительной девушке, как ему тяжело было учиться, проходя два года за один. Особенно в его возрасте, когда все другие люди уже получили диплом и заступили на службу. Да и об учебе в этом возрасте совсем не думаешь - больше о другом...О том, что пахнет утренней свежестью, ходит, едва касаясь земли, смеется, как речной ручеек. Невольно идешь и провожаешь каждое такое создание глазами, впитываешь в себя его образ, мечтаешь и надеешься... А тут книги - какое уж учение, когда девушки перестают быть абстрактными!

И присутствие на заседании Совета и многочисленных комиссий никто не отменял, так что свободного времени почти не оставалось. Летом, безусловно, лучше - на неделе выдаются свободные часы, а сегодня так вообще замечательный день - Советник отменил сбор Совета, сам о том не думая, подарив принцу несколько лишних часов отдыха.

- Вам, наверное, тяжело? Я помню свой первый год в школе -это был сущий кошмар!

От Зары не укрылось выражение лица, с каким на нее

смотрел молодой человек: она ему, определенно, нравилась. Что ж, он тоже симпатичный, с такими удивительными, подернутыми поволокой глазами. Эти глаза пользовались большой популярностью среди девушек - печальный прекрасный принц. Ей они тоже нравились - глубокие, загадочные, притягательные...

Девушка попробовала на вкус его фамилию - 'Сеговей', вспомнила о длинной родословной, наполненной коронованными особами, внимательно скользнула по лицу Арилана... Да, приятный, красивый молодой человек, немного застенчивый, но ведь это проходит! Еще год-два - и он будет ничем не отличаться от других юношей, которых она постоянно встречает в свете.

Какие же, все же, у него выразительные глаза! И брови. Чувствуется порода. От такого легко потерять голову. Когда он повзрослеет, то, наверняка, сможет на равных соперничать с Рэнальдом Рандрином на поприще покорения женских сердец.

А еще у Арилана была потрясающая грация, в полной мере проявлявшаяся в танцах и на уроках фехтования. Она как-то видела, как он занимается с учителем - будто кружево линий плетет. В технике проигрывает, в силе - тоже, но пластика! Этого ничем из человека не вытравишь, девушка по себе знала.

- Зара, Вы очень заняты?

- Нет, - она одарила его лазурью глаз, с нетерпением ожидая того, что последует за его вопросом.

Покосившись на одного из сановников, всем своим видом показывая, что не желает с ним разговаривать, принц увлек ее к лестнице.

- Куда Вы меня ведете, Арилан? - Зара была заинтригована.

- Подальше от назойливых придворных, - подмигнул Арилан. - Надеюсь, Вы согласитесь выпить чашечку кофе вместе с моей матерью? Конечно, если я кажусь Вам слишком назойливым...

- Что Вы, Арилан, я никогда не считала Вас назойливым!

Девушка еще ни разу не была в королевских покоях и теперь смотрела во все глаза.

Они вышли во внутренний дворик и через сад прошли к затерявшемуся в зелени жилищу Арилана. Тут было тихо, только пение птиц нарушало тишину. Магия. Догадка подтвердилась, когда девушка кожей уловила звенья специального заклинания, призванного оберегать покой монаршей особы.

Некогда Сеговеям принадлежал весь комплекс дворцовых построек, ныне принцу и его матери, вдовствующей леди Амасфеее Сеговей, принадлежала лишь малая часть бывших личных покоев, та, что не успели переделать для нужд государственного аппарата.

У дворца во дворце был собственный вход, не менее строгий и величественный, чем у Дворца заседаний: темные вертикали столбов, высеченные в камне рельефы с изображением герба Сеговеев. На башне реет полотнище королевского флага, но не одно, а вместе с флагом королевства - свидетельство того, что монарх подчиняется государству.

Миновав двух гвардейцев, охранявших покой Его высочества, они поднялись на высокое крыльцо и, миновав жерло тяжелых резных дверей, вступили в вытянутый поперек холл с рядами банкеток. Тут тоже дежурили гвардейцы. Арилан увлек свою гостью направо, туда, где была лестница - массивная, достаточно широкая для такой старинной постройки. На межлестничной площадке блестели в тусклом свете факелов (солнечный свет сюда не попадал) какие-то доспехи.

Королевские покои напомнили Заре замок отца - оформлены в том же стили, такое же чередование камерных и масштабных объемов, хаотично разбросанных по четырем этажам основного здания и еще двух башни. На большинстве из них лежала печать забвения - никто давно не пользовался ни помпезной столовой, ни двусветным бальным залом.

Арилан занимал третий этаж, его мать предпочла поселиться в башне - за годы изгнания успела привыкнуть к простоте.

Принц тоже предпочел жить там же, но, к сожалению, не хватило места.

- У Вас, наверное, лучше, - смущенно пробормотал юноша, наблюдая за реакцией гостьи, с интересом осматривавшей комнату за комнатой. - У Советника ведь такой замок, да и дворец не хуже.

- Перестаньте, Арилан, мне все нравиться. Тут чувствуется дух времени, незримое присутствие прошлых хозяев.

- И не только прошлое, - вздохнул принц. - Я их иногда вижу по ночам.

- Кого? - не поняла девушка.

- Призраков мертвых королей. У них неприкаянные души.

- Это серьезно, Арилан, Вам просто необходимо позвать жреца Шеар-Хэ, пусть он вернет мертвых мертвым.

- Я уже позаботился об этом. Надеюсь, - он улыбнулся, - на этом ночные вылазки духов закончатся. Вы не подумайте, я не боюсь, просто неприятно.

Они устроились в камерной гостиной на половине принца. Позвонив в колокольчик, он попросил сообщить матери, что пришла дочь Советника, и осведомиться, не выпьет ли она вместе с ними чаю.

Амасфея Сеговей соблаговолила.

Это была уже немолодая, испещренная бороздками морщинок женщина, чрезвычайно высокая и стройная. Одета она была просто, но держалась с достоинством, какое и подобало женщине ее круга.

Вежливо приветствовав Зару и даже поклонившись -свидетельство признания более высокого статуса гостьи, первой дамы королевства, леди Сеговей взяла на себя заботу по наполнению чашек. Руки ее лучше всяких слов могли поведать о том, как она провела последние двадцать лет жизни. Она была задумчива и молчалива, скромно сидела в сторонке, по привычке вздрагивая от каждого звука. Девушке стало ее жалко, и, в то же время, она удивлялась тому, как много благородства сумела сохранить в себе эта женщина и передать

своему сыну.

После чая Амасфея Сеговей извинилась и, сославшись на головную боль, удалилась к себе. Когда она ушла, сын по секрету рассказал, что всерьез опасается за ее здоровье.

Леди Сеговей и вправду выглядела больной - нездоровый цвет лица, тени под глазами, резко обозначившиеся скулы. Побывавший у нее врач не сказал принцу ничего определенного, но он догадывался, что это мать запретила говорить ему о своем истинном состоянии.

Амасфея Сеговей не держалась за этот мир: ее сын был в безопасности, вернул себе титул, снова стал полноправным членом высшего общества - что еще ей нужно от жизни? Она не могла ему больше ничего дать, Арилан в ней не нуждался, а посему весь смысл ее существования остался в прошлом, вместе с убитым супругом. Ей хотелось снова оказаться рядом с ним, ведь они были любящей парой, и Амасфея не цеплялась за тонкие ниточки жизни. Что ж, если она серьезно больна, если здоровье ее подорвано лишениями, недоеданием и физическим трудом, то она проживет столько, сколько ей отпущено, и не станет просить богов продлить ее дни. Там ее ждет Сорей, ее нежно любимый Сорей.

Сидеть в душных комнатах летом не хотелось, да и у Зары были намечены на этот день кое-какие дела (за прошедшие сутки ее планы успели поменяться трижды), поэтому она с готовностью поддержала предложение Арилана выйти в сад. Ему нужно было на урок фехтования, ей - домой, чтобы привести себя в порядок и успокоить Апполину, если та беспокоилась. Что-то теперь непонятно, кто из тех двоих: дяди и племянницы - больше за нее переживает. И, вообще, есть ли у эльфов эмоции? Допустим, сеньорита Апполина Рандрин -эльфийка всего наполовину, но уж точно не от мира сего.

Девушка заметила, что принц не спешит уходить, с горячим энтузиазмом проводит для нее урок ботаники (смешно: мальчик - а разбирается в цветах!), и пристальнее присмотрелась к нему. Так и есть - пытается понравиться, то

руку подаст, то ветку кустарника придержит. Приятно.

Промелькнула мысль о том, что отец не был бы против, если бы они породнились с Сеговеями. Зара мысленно хмыкнула: ему надо, пусть на Амасфее Сеговей женится! И тут же рассмеялась, не удержавшись, представив эту картинку. Нет, Рэнальд Рандрин такой же противник обручальных колец, как она сама, он предпочтет вступить в схватку с демоном с любым цветом ауры, пусть даже багряной, чем позволит затащить себя к алтарю. Зато с таким легче: не станет ограничивать свободу ее личной жизни.

За разговорами они оказались в публичной части внутреннего сада вблизи подъезда Дворца заседаний.

Взгляд Зары случайно упал на площадку перед лестницей -Меллон Аидара! Стоит, вертит что-то в руках, с нетерпением посматривает на тяжелые двери.

Глаза на миг потемнели, от нахлынувшей злости и обиды девушка больно прикусила губу.

Наверняка, ждет ее. Ну, так вот, баронет, напрасно теряете время, она оскорблений не забывает.

Поборов в себе желание подойти и высказать ему в лицо все, что думает о нем и его постыдном поведении прошлой ночью, Зара на пару минут отошла вглубь сада, чтобы собраться с мыслями и успокоиться. Нет, ничего говорить ему здесь не нужно, ее позор не должен стать достоянием общественности, но безнаказанным поступок вероломного возлюбленного не останется. Она усмехнулась и накинула на зрачки пелену лазури. Он не достоин того, чтобы он нем так переживать, он отныне никто, просто один из.

- Зара, с Вами все в порядке? - встревожено поинтересовался принц.

Девушка хотела попросить оставить ее одну: тяжело разбираться со своими чувствами при посторонних, - когда боковым зрением уловила, что Меллон смотрит на них. Услышал ее имя? Наверное, понял, что она в саду, и теперь направился в ее сторону. Нерешительно - что, совесть

проснулась?

У нее было два варианта: либо попытаться открыть телепорт и постыдно сбежать, либо с глазу на глаз объяснить, где и как она видела его после всего того, что случилось. Но Зара Рандрин выбрала третий вариант. Пленительно улыбнувшись Арилану, она беспечно сообщила, что потеряла колечко и пыталась его найти. Разумеется, принц тут же предложил ей свои услуги, а девушка, мысленно сплетя сеть заклинания, перенесла к клумбе с пионами первое попавшее колечко из своей комнаты. Просто диву даешься: на экзамене двух слов связать не можешь, а тут запросто такие перемещения вещей в пространстве проделываешь! Жаль, что никто не оценит! Хотя, Меллон бы сумел - почувствовал бы магию, но Арилан не волшебник, у него перед носом можно и не такое проделать.

Естественно, кольцо было найдено принцем - стоит ли говорить, что сеньорита Рандрин лишь изображала поиски, на самом деле незаметно не сводя глаз с застывшего в паре десятков ярдов несостоявшегося любовника. Присутствие Арилана явно не входило в его планы, и Меллон не спешил подходить. Девушка тоже ощущала его взгляд, его нервозность, молчаливую просьбу подойти, но активно делала вид, что не замечает присутствия в саду еще одного человека.

- Спасибо, Арилан, чтобы я без Вас делала! - она благодарно улыбнулась юноше и забрала пропажу из его рук. Забрала не просто так, на мгновенье удержав подушечки пальцев на его ладонях. И, взмахнув ресницами, одела кольцо на безымянный палец.

Как заправская актриса, Зара разыгрывала сцену так, чтобы единственному зрителю было все хорошо видно и слышно: и ее кокетливые взгляды, и полет ресниц-бабочек, и лазурь глаз, обволакивавшую принца, и полуулыбки, ее подчеркнутый интерес к оживившемуся в море такого внимания молодому человеку.

- Ах, Арилан, все девушки Айши, наверное, от Вас без ума! -и, мысленно, другому: - Что, не нравится? Привыкай, милый,

ты не единственный мужчина на свете, есть красивее, знатнее, умнее и заботливее тебя.

- А от Вас - все мужчины, - галантно ответил принц, предлагая ей свою руку. Разумеется, сеньорита Рандрин согласилась - у нее ведь с утра так устали ноги.

Снова улыбка, снова взмах ресницами.

Желая еще больше уколоть, растерзать, она наклонилась к уху своего спутника и прошептала:

- Вы настоящий светский лев, Ваше высочество, год назад Вы были совсем другим.

Принц смутился, а ей это было на руку - богатое поле для размышлений о Меллоне.

Беззаботно расспрашивая Арилана о его занятиях, планах на ближайший месяц, Зара прошла мимо напряженного баронета Аидары, равнодушно чиркнула взглядом по лицу и на ходу сухо поздоровалась, так, будто они едва знакомы.

Меллон хотел ей что-то сказать, подался вперед, к ней, но девушка уже повернулась к нему спиной и гордо передернула плечами. Он правильно истолковал ее жест и остался стоять, где стоял.

А Зарин смех колокольчиком разносился по двору...

Проводив принца до фехтовального зала, сеньорита Рандрин обещала как-нибудь с ним поужинать - приятный юноша, почему бы ни принять предложение? - и распрощалась.

Она боялась, что Меллон караулит ее, но ошиблась: баронет не стал унижаться. И правильно сделал - Зара не одарила бы его ничем, кроме презрения.

Девушка вернулась домой, переоделась, перебросилась парой слов с Апполиной: оказывается, ту взволновало исчезновение кузины, и она принимала активное участие в травле совести Рэнальда Рандрина. Бедный отец, несложно представить, каким изувером в собственных глазах изобразила его племянница!

Зара во всех подробностях выслушала рассказ о том, что творилась во дворце прошлой ночью, заверила Апполину, что

они с герцогом помирились; так незаметно пролетело время до обеда.

Вернулся из Дворца заседаний Рандрин, сели есть. Советник, видимо, не был до конца уверен, что его дочь не собирается променять родной дом на прелести самостоятельного существования, потому что пару раз бросил на нее обеспокоенный взгляд. На каждый девушка ответила улыбкой.

После обеда все разошлись: герцог вернулся на службу, Апполина тоже решила наведаться в свой департамент, чтобы, по ее словам, помочь с одним делом, а Зара поспешила успокоить Бланш: она ведь беспокоиться, переживает.

Дом семьи Мавери - оплот тишины и спокойствия, наверное, они счастливая семейная пара. Если и дальше все так пойдет, то стоит ожидать прибавления. Бланш по секрету сказала ей, что мечтает о ребенке. Зара ее не понимала: она была равнодушна к детям, пусть даже от любимого человека; для нее они были чем-то непонятным, неуправляемым и бесполезным. Прибавьте к этому девять месяцев тошноты, отеков, утиную походку и кучу других специфических женских проблем - стоит ли игра свеч? А потом не спать ночами, следить, чтобы это существо ничего не учудило... Нет, не разделяла она любви подруги к этим 'головастикам', но вслух, разумеется, своего мнения не высказала: у Бланш своя жизнь, у нее - своя. Хочет детей - пусть заводит, главное, чтобы была счастлива.

Ее что-то терзалоо, грызло изнутри при виде улыбающихся супругов - Авест заглянул на пару минут проведать жену. Он со дня на день должен был заступить на новую должность в муниципалитете - заведовать городской стражей. Это компромиссное решение устраивало и его самого, и родителей его супруги.

Будущий начальник стажи Айши чмокнул жену в щечку и ушел, вслед за ним поднялась и Зара, которую снова накрыла горячая волна чувств. Совсем недавно и ее целовали, но, как выяснилось, не любили. Морочил голову целый год, чтобы

потом нанести самое изощренное из оскорблений!

Захотелось разбить что-нибудь, запустить во что-нибудь огненным шаром, но девушка сдержалась: ни вещи, ни прохожие не виноваты в том, что произошло.

Покусывая губы, машинально отвечая на обращенные к ней приветствия, Зара брела домой - а перед глазами стояла картина чужого счастья. Что ж, утешала она себя, любовь -вещь несерьезная, из нее не может выйти толк. Нужно было задушить ее занятиями, задуматься о карьере, а не мечтать о чьей-то благосклонности. И ладно, если бы он был принц (этот, кстати, и так в нее влюблен) - а то какой-то первый помощник главы департамента магической обороны! Он ее не стоит, он неблагодарная скотина, он еще пожалеет!

- Зара, ты сегодня специально меня игнорируешь?

Она чуть не подпрыгнула, услышав его голос. Стоит перед дворцом Рандринов, за спиной - корзина роз.

Девушка скривила губы в ухмылке и нарочито отвернулась. Волна холодного презрения накрыла Меллона.

- Зара, ты все неправильно поняла... - он сделал шаг к ней, оглянулся на розы.

- Я все правильно поняла, Меллон Аидара, можете не утруждать себя объяснениями, - сквозь зубы процедила Зара, непроизвольно сжав кулачки. Глаза балансировали на тонкой грани между синим и темно-серым. Она так и стояла к нему спиной, гордая и неприступная. - Между нами все кончено. Хотя, - девушка усмехнулась, - между нами ничего и не было, не так ли? Спасибо, что удосужились сообщить мне об этом, а то бы я до сих пор пребывала во власти иллюзий.

- Зара, прости меня! Мне следовала поступить иначе, вообще не допускать этого...

- Я Вас больше не задерживаю, Меллон, идите, а то отец еще увидит, начнет интересоваться, кому Вы приволокли этот веник, - Зара кивнула на корзину с розами. - Какой-нибудь девушке из департамента подарите, она оценит.

- Герцог уже меня видел и одарил сочувственным взглядом.

- Вот видите, даже отец считает Вас жалким. Всего хорошего, баронет Аидара!

Резко развернувшись на каблучках, девушка шагнула к лестнице, но Меллон преградил ей дорогу.

- Зара, как Вы жестоки! Что, что мне для Вас сделать?

- Исчезнуть. Прямо сейчас. Или мне позвать дворецкого?

Он низко опустил голову и прошептал:

- Прости меня, я действительно не хотел, я думал, так будет лучше...

- Меньше надо было думать, - отрезала Зара и, воспользовавшись его апатичным замешательством, скрылась за дверью.

Прислонившись спиной к стене, она почему-то никак не могла отдышаться, ощущая знакомое покалывание в горле и глазах. Прощения он пришел просить, цветы принес! Да он так и не понял, чем и как ее обидел!

Не желая, чтобы кто-нибудь видел ее в расстроенных чувствах, Зара поспешила к себе в спальню, где, запершись, целый час недвижно пролежала на кровати, вперив взгляд в потолок. Слезы она нашла в себе силы подавить - не дождется!

Когда девушка пришла к себе и отперла дверь, на пороге ее дожидалась знакомая корзина роз. Даже не взглянув, была ли в ней записка, Зара отнесла ее Апполине - кузина любит цветы, пусть с ними и возится.

Глава 6.

- Ты полагаешь, что поступаешь правильно? - Апполина покосилась на гору писем, аккуратной стопочкой сложенных на подносе. Ни одно из них так и не было распечатано.

Зара рассеянно оторвала взгляд от книги и с трудом сфокусировала взгляд на кузине. Все ее мысли были заняты только предстоящим экзаменом на первый уровень боевой магии. Экзамен назначен на завтра, а ей еще столько нужно

повторить, отшлифовать... И так придется отца беспокоить, просить, чтобы проверил правильность одного заклинания.

Апполина покачала головой, взяла в руки первое попавшееся письмо и протянула кузине:

- По-моему, его старания достойны внимания. Моя комната уже превратилась в оранжерею.

- А ты отнеси цветы в храм и вели больше ничего не брать от него.

- Зара, он же тебя любит! - она с мольбой посмотрела в холодные синие глаза. Вся в отца - у того тоже вместо сердца что-то непонятное. Апполина искренне жалела несчастного, которого по неизвестной причине никак не желала простить возлюбленная.

- Это не любовь, Апполина, это совесть. И, раз уж ты начала этот разговор, попроси вернуть ему письма.

Нет, ее не переделаешь, порода Рандринов проявилась в ней в полной мере. И Апполина перестала пытаться, просто решила поговорить с молодым человеком, чтобы не унижался понапрасну.

Увидев стопку своих писем в руках племянницы герцога, Меллон окончательно убедился, что все его труды были напрасны. Они встретились в коридорах Дворца заседаний: он шел за какой-то справкой в архив, она проходила мимо, окликнула.

Сначала, как принято, последовал формальный обмен приветствиями, вежливые расспросы об общих знакомых, текущих событиях в королевстве. Апполина не знала, как начать неприятный разговор, баронет Аидара помог ей, сам спросил:

- Она велела Вам их вернуть? И не одно не прочитала, верно? Что ж, можете передать сеньорите Заре Рандрин, что отныне я не стану докучать ей такими глупостями.

- Поверьте, сеньор Аидара, я пыталась повлиять на нее...

- Повлиять на Зару? - усмехнулся маг. - Легче приручить дракона! Благодарю Вас, сеньорита Рандрин, и извините за то,

что нечаянно отнял Ваше время.

Апполина сочувственно посмотрела ему вслед и погрузилась в привычное для себя состояние меланхоличной задумчивости.

Заре не спалось: в мозгу крутилась навязчивая мысль о том, что она непременно провалиться, опозориться перед другими магами - а ведь со многими из них ей придется часто встречаться во Дворце заседаний. И на работу ей заступать через неделю, времени на пересдачу нет, да и бывает ли пересдача для не прошедших аттестационную комиссию, наверное, только через год можно попробовать снова.

Отец заверил ее, что все в порядке, почти насильно заставил выпить на ночь какой-то горький бурый напиток, но обещанного успокоения он не принес. Она снова волновалась, переживала, как перед выпускными экзаменами. Лежала на кровати и смотрела в потолок. Потом не выдержала, села, затеплила свечу, попробовала читать, но вереницы букв вызывали практически осязаемую тошноту. Сколько же в ней заклинаний - а ведь кажется, что девушка не помнит ни одного!

Было около двух часов ночи, когда, одевшись, Зара подошла к окну, открыла его и, расправив крылья, мягко спланировала в сад. Безусловно, можно было спуститься туда привычным путем, но девушка не хотела никого будить, пусть даже гипотетически. А тут раз - и ты уже на месте.

Песчаные дорожки тонули в темноте, воздух был наполнен волнующим ароматом цветов - естественными природными духами, превзойти которые до сих пор не удалось ни одному парфюмеру.

Не убирая крылья, - кого ими здесь напугаешь? - Зара бродила по саду, скользя пальцами по влажным от ночной росы лепесткам, пробовала на вкус бархатную темноту, мысленно беседовала с бриллиантами звезд на небосводе. Волнение постепенно уходило, но сон не приходил, и, вспомнив былые времена и сладкое чувство безграничной свободы, легкости и безвременья, девушка поддалась

искушению и крылатой тенью скользнула в объятия неба.

Нежась в потоках воздуха, ласкавших ее кожу, Зара парила над городом, пытаясь различить то, что было внизу. Редкие огоньки окон, ночные патрули, серебристая, отливающая луной, лента Шина, острые шпили храмов... Самый высокий -Эйфейи, но он причиняет боль, напоминает о живущем рядом человеке. А ведь она могла приземлиться на крышу его дома, или Меллон Аидара и там расставил охранки?

Девушка в задумчивости кружилась над знакомым рыжим домом, вспоминала все, что было связано с ним, раздумывала над словами Апполины. Может, стоило прочитать хоть одно письмо, стоило объяснить, чем именно он ее обидел?

Ночью она так сентиментальна!

Пожалуй, если бы в окне Меллона зажегся свет, она бы спустилась и согласилась еще раз поговорить с ним. Но огонек не зажегся, и Зара, сделав еще один круг над крышей, полетела прочь, за пределы Старого города.

Девушка приземлилась на набережной Шина, подставила лицо едва уловимому ветерку, будто собравшись пошептаться с ним об общих секретах. На набережной пустынно, только ее одинокая фигурка затерялась среди темноты.

Новый город - не самое лучшее место для ночных прогулок, но Зара не боялась ни припозднившихся гуляк, ни работников ножа - они побояться приставать к крылатым демонам. Что до стражи, то и с ней она найдет общий язык, разумеется, предварительно приняв привычный человеческий облик.

Наконец-то совсем успокоилась: сочетание вечернего отвара с полетами на свежем воздухе дало нужный результат. Еще минут десять, и можно возвращаться обратно в постель, заодно избежит встречи с патрулем. Кстати, крылья лучше бы убрать, а то могут, не разобравшись, за демона принять.

- О, глянь, красотке не спится!

Зара обернулась и наткнулась взглядом на троих крепких парней, с интересом её разглядывавших. Да, с крыльями она поторопилась! И как только они умудрились подкрасться так

тихо? Беглый осмотр быстро выдал ответ - потому что из клана разбойников и убийц. Профессионалы, экипированы по полной программе, лица скрыты под масками. Что ж, будем считать это первой частью экзамена!

- Прогуляйся с нами, красавица! - один из преступников протянул ей руку; другие двое быстро заняли места по бокам, исключая возможность побега.

- Я предпочитаю одиночество, - блеснув изменившими цвет глазами, возразила Зара, приготовив угостить обидчика первой порцией заклинаний. На твоем месте, мальчик, я бы руки убрала, а то больно будет! Не все, что безобидно с виду, безобидно в действительности.

- Может, это тебя убедит? - он ухмыльнулся и, сделав неожиданно быстрое движение, приставил нож к ее горлу. Острие неприятно царапнуло кожу.

Один из его товарищей заломил ей руки за спину, третий недвусмысленно потянулся к ее груди...

Едва различимая вспышка голубого света - и не состоявшийся насильник корчился на земле. Еще один миг - и другой выронил нож, ругаясь, держась за пронзенное устрой болью запястье.

- Да ты магичка! - скривил губы третий и отпустил ее руки.

Зара перевела дух, но, как оказалось, слишком рано: ее жизнь

чуть не оборвал полет метательного ножа, на считанные дюймы разминувшийся с ее шеей. Вслед первому полетел второй, но на этот раз отлетел от вовремя выставленной защиты.

Они так и стояли - она, прижавшись спиной к деревянному ограждению набережной, и они, в считанных футах от нее, в ярости пытавшиеся пробить защиту.

Поняв, что сами нарушители спокойствия не отстанут, Зара раздумывала над тем, стоит ли их убивать, или можно просто покалечить. Не хотелось бы оказаться под судом за убийство трех ублюдков магическим способом, но, видимо, придется рискнуть.

Но убивать самой никого не пришлось - кто-то другой, сливаясь с темнотой, скользя от одного разбойника к другому, любезно поставил точку в ночном инциденту. Всего минута - а перед Зарой уже три трупа со сломанной шеей, остается только найти неуловимого исполнителя. Что-то подсказывает ей, что только один вампир не побоится ввязаться в конфликт людей и магини.

- Эйдан? - осторожно позвала девушка, все еще не убирая защиту - мало ли, она ошиблась.

- Всегда к твоим услугам, дорогая! - мурлыкнул вампир, спрыгнув с парапета в двух шагах от нее. Сверкнули налитые багрянцем глаза. - Ты бы по ночам одна не гуляла, мало ли, кого встретишь.

Хмыкнув, он провел острыми, как бритва, ногтями по границе невидимой защитной сферы. Зара порадовалась, что оставила ее: голодный вампир, пусть даже твой старый добрый знакомый, - не подарок. В таком состоянии ему все равно, кого выпить.

Еще одно стремительное движение, и Эйдан уже склонился над телом первого разбойника и, мало заботясь о чувствах невольной свидетельницы своей трапезы, разорвав горло клыками, приник к струе еще горячей крови. Ее солоноватый запах тут же разлился над набережной, вызвав приступ легкой дурноты.

Когда жертва была выпита до дна, вампир презрительно отшвырнул обескровленное тело, легко, будто пушинку, и принялся за второго человека. Он остервенело вгрызался в плоть, разрывал ее на куски, отбрасывая обломки мешавших ему костей, и жадно ловил ртом капли бившей фонтаном из поврежденной артерии крови.

Вакханалия смерти длилась минут пятнадцать, и все эти пятнадцать минут Зара просидела на корточках с закрытыми глазами, потому что не могла смотреть на это кошмарное зрелище. Рвотные позывы становились все сильнее; у нее кружилась голова. Мелькнула мысль - не открыть ли телепорт

и с помощью него переместиться в свою спаленку.

- Ты так боишься крови? - услышала она насмешливый голос Эйдана. - Извини, но я ей питаюсь, а тут такая редкая возможность что-то заготовить впрок. Трое для меня -слишком много, но не бросать же такой ценный продукт?

Девушка осторожно открыла глаза и увидела вампира, с наслаждением слизывающего последние капли крови с мостовой.

- А трупы где? - поинтересовалась она, не найдя тел.

- В реку выкинул, мне лишние проблемы ни к чему. Если еще помнишь, мне тут смертная казнь грозит. Ты бы поговорила на счет этого с кем-нибудь из муниципалитета.

Он обернулся к ней: глаза приобрели спокойный болотный оттенок, только привычно отсвечивали красным в темноте; клыки убраны, когти тоже. Подбородок, щеки, шея, руки в крови, по одежде расплылись ржавые пятна. Облизнулся, ловя языком капли, срывающиеся с губ, провел тыльной стороной ладони по лицу, с некоторым сожалением вытер руки о рубашку. Заметив, с каким выражением смотрит на нее собеседница, снял ее и, использовав вместо полотенца, выкинул в воду. Сладко потянулся, как кошка, продемонстрировав гибкость и пластику тела и рельефный корсет мышц, и уставился на Зару.

- Чего тебе? - не выдержав, спросила она.

- Да вот жду, когда ты свои колдовские штучки уберешь. Или боишься, что я и твою кровь по бутылочкам разолью? -фирменная вампирская улыбка.

- Кто тебя знает?

- Нет, ты меня умиляешь, Зара Рандрин, - боишься какого-то вампира! Ну да, понимаю, тебе неприятно было на то смотреть, зато никто из этих придурков тебя и пальцем не тронул. Колдовство - это хорошо, но зубы иногда намного надежнее.

Девушка сняла защиту и тут же оказалась в железном кольце его объятий. Чмокнув за ушком и легонько пройдясь клыками

по ее шее, Эйдан отпустил ее, наблюдая за произведенным эффектом. Заметив, что Зара подозрительно сосредоточилась, он поспешил объясниться:

- Ты ничего такого не думай, я приставать не собирался, просто давно тебя не видел, соскучился.

- Сколько раз тебе повторять: не смей трогать мою шею! -прошипела девушка.

- А что мне у тебя трогать прикажешь? - лукаво подмигнул ей вампир. - Нет, я, конечно, не против оценить все достоинства твоей фигуры, но что-то мне подсказывает, что тебе это очень не понравится.

- Правильно подсказывает. Эйдан, патруль! - испуганно шепнула она, дернув его за руку. Холодная, как ледышка.

- Вернусь через пять минут, драгоценная моя!

- Я тебе покажу драгоценную! - взвилась Зара, но вампира уже и след простыл, неплохо бы и самой раствориться в темноте, но поздно, ее уже заметили. Пришлось выслушать нравоучительную беседу о вреде ночных прогулок, хорошо, что в караульную не увели - спасибо примечательной личности.

- Эйдан! - тихо позвала девушка, когда патруль скрылся из виду.

Самое неудобное в общении с вампирами - то, что никогда не знаешь, с какой стороны они появятся. Идеальные природные убийцы. Вот и сейчас Зара не угадала - Эйдан зашел со спины и неожиданно прошептал в ухо:

- Я давно уже здесь, достаточно было просто обернуться.

- Так, кровосос, ты меня достал! Забыл, что я могу сделать с твоей шкурой?

- Зара, уже и пошутить нельзя! Нервная ты какая-то, по ночам гуляешь... - на всякий случай он предпочел отойти в сторону. - Случилось что-то?

- Да так, не могла заснуть. Что там тебе нужно было?

- Маленькая такая амнистия для маленького такого меня. Тебе ведь не сложно, ты дочь Советника.

- Решил снова поселиться в Айши? Ты же терпеть не можешь города!

- Я терпеть не могу охотников, жрецов и волшебников, но в сложившихся обстоятельствах готов терпеть последних двух при условии соблюдения нейтралитета. За последний год на меня устраивали столько облав, сколько за всю мою жизнь не было. Неспокойное местечко ты выбрала для моего местожительства, не любят там вампиров!

- А кто их любит? - усмехнулась девушка и, не удержавшись, зевнула.

- Ты. Зара, ну, пожалуйста, сходи в муниципалитет! А я для тебя что-нибудь сделаю.

- Ты мне еще за прошлый раз должен, - напомнила сеньорита Рандрин.

- Я помню и от слов своих не отказываюсь. Считай, что ты забесплатно получила в пожизненное пользование лучшего наемного убийцу Айши.

- Лучший наемный убийца, я спать хочу! На счет муниципалитета я подумаю, но ничего не обещаю.

- Спасибо! Давай до дома отнесу, а то ты с ног валишься. Заклинания только охранные не забудь снять.

- Не забуду.

Любезное предложение Эйдана оказалось своевременным: сон смежал веки, делая полеты небезопасными. Она даже прикорнула у него на плече, так что вампиру пришлось ее будить у порога дворца Рандринов. Разумеется, собственным способом - потершись клыками о ее руку.

Утром, невыспавшаяся, хмурая и сосредоточенная, Зара вышла к завтраку самой последней. Есть не хотелось, не стоило и торопиться, лучше поспать лишние десять минут.

Рэнальд Рандрин вздохнул, покачал головой и отодвинул ей стул.

- Зара, ты вообще сегодня спала?

- Да, немного.

- Я думал, что настой тебе поможет, но, видимо, нужно было

дать гораздо большую дозу и самому проследить, чтобы ты вовремя закрыла глаза. Ну, и чего ты боишься?

- Что провалюсь.

- Даже если вдруг, чего я и в мыслях не допускаю, то что из того? Не убью же я тебя за это! Боевая магия - это сложно, тут многое от реакции зависит, от склада характера, ума... Зара, да приди ты в себя, выглядишь так, будто тебя сегодня ведут на казнь! Вот так, и волнение перед комиссией не показывай, совсем плохо станет - глубоко дыши, считай. Хоть шляпу с бубенчиками на магистра Данже надеть - тоже помогает, только в реальности не вздумай проделать, он очень разозлится. Апполина, - он обернулся к племяннице, - сходи с ней, а то у Зары в последнее время нервы тоньше эльфийского шелка.

Вопреки опасениям испытание на первый уровень боевой магии было пройдено успешно, впрочем, герцог был прав, волноваться тут было особо не о чем: все более-менее успешные ученики его сдавали.

Благополучно уничтожив три разных вида нечисти (разумеется, магические иллюзии), Зара была занесена в списки магов с базовой боевой подготовкой и вместе с остальными успешно прошедшими испытание получила соответствующее свидетельство.

У дверей ее дожидался Арилан.

- Ваше высочество? - удивилась девушка. Надо же, за нее кто-то переживал, держал кулачки. Сколько он тут простоял -все два часа, который занял экзамен?

- Доброе утро, Зара, - улыбнулся юноша. - Надеюсь, все прошло успешно?

- Спасибо, все в порядке, я теперь немножечко боевой маг, -усмехнулась девушка и с притворной строгостью спросила: -А почему Вы не на занятиях?

- Потому что занятий сегодня не будет, я их отменил.

- А что сказали преподаватели?

- Ничего, - пожал плечами принц. - Они не посмели

возразить Его высочеству принцу Арилану Сеговею. А если бы посмели, остались бы без работы. Мне не четырнадцать лет, чтобы указывать мне, что и как делать. Я вообще планирую сократить количество уроков, многие из них совершенно бесполезны и лишь отнимают мое время.

- И на чем же Вы планируете сосредоточить свое внимание?

- На дисциплинах, необходимых политику, к примеру, истории, юриспруденции, языках, военном деле.

- Вы меняетесь, Арилан, и это очень хорошо. Правильно, что не позволяете собой командовать.

- Сеговеи привыкли командовать сами, - подмигнул ей Арилан и, взяв под руку, повел по коридорам Дворца заседаний. - Тут вскоре состоится интересное заседание, не хотите послушать?

- Вот от политики меня увольте! Это мужская территория, я предпочитаю держаться от нее подальше.

- Неужели? - лукаво покачал головой Арилан. - А я слышал, что Вам предстоит работать в Департаменте иностранных дел.

- Все-то Вы знаете!

- Стараюсь не отставать от Вашего отца, но, боюсь, до Советника мне так же далеко, как до луны, - остановившись перед дверью одного из залов, принц галантно склонился над рукой своей спутницы. И куда подевался тот застенчивый, неуверенный в себе юноша? Совсем недавно, не прошло и месяца, как он был совсем другим, а теперь вдруг эта важность, подчеркнутый интерес к государственным делам... Пытается произвести впечатление? Что ж, принц ей нравится гораздо больше учащегося благородного пансиона. - Извините, но я вынужден Вас покинуть.

Зара понимающе кивнула, хотела убрать руку, но Арилан неожиданно сжал ее пальчики:

- Сеньорита Рандрин, Вы бы не согласились немного прогуляться со мной по городу, а потом поесть в каком-нибудь уютном местечке?

- Почему же не соглашусь? - девушка одарила его лазурью

глаз. Перешел к решительным действиям. Да, Меллон сколько времени держался перед тем, как пригласить ее на ужин.

- В таком случае, в какое время мне удобнее за Вами зайти?

- Вы пойдете пешком?

- Да. Но я с удовольствием предложил бы Вам и конную прогулку, - ухватился за ее слова молодой человек. - За городом дышится совсем по-другому.

- Оставляю выбор средства передвижения на Ваше усмотрение.

- Отлично! Я предлагаю Вам прогуляться вдоль русла Шина. Верхом.

Зара кивнула. Лошади уже не вызывали в ней панического страха, и держалась в седле она куда лучше, чем во время соотской практики.

Распрощавшись с Ариланом, все еще улыбаясь, Зара направилась к приемной отца, но на полпути передумала. Несправедливо будет оставить Меллона в неведении относительно своих успехов, ведь ее первый уровень боевой магии во многом его заслуга. Пусть порадуется за свою ученицу. Надо подсластить пилюлю.

Первый помощник главы Департамента магической обороны не ожидал появления в своем кабинете дочери Советника и постарался сделать вид, что не замечает ее, с двойным упорством углубившись в изучение каких-то документов. Его товарищ, второй помощник, сразу приосанился, заулыбался, поинтересовавшись, что же привело такую очаровательную сеньориту в их департамент.

- Сеньор Меллон Аидара, уделите мне немного Вашего внимания, уверяю, я надолго не оторву Вас от дел государственной важности, - Зара подошла к столу мага и, облокотившись, пристально уставилась на него.

- Я Вас внимательно слушаю, сеньорита Рандрин, - холодно ответил Меллон, откладывая в сторону одну бумагу и беря в руки другую. На нее он по-прежнему не смотрел.

- Не здесь, выйдите на минуточку.

- Извините, но я занят. Быть может, сеньор Сонар сможет Вам помочь.

Игнорирует, показывает характер. Решил ответить презрением на презрение.

- Боюсь, сеньор Сонар мне не нужен, - вздохнула девушка. -Это дело я могу доверить только Вам, надеюсь, Вы не откажите дочери Советника?

Аидара неохотно поднялся, подошел к двери и отворил ее перед торжествующе улыбающейся Зарой.

- Я Вас внимательно слушаю, - он остановился у окна, рассматривая открывающийся из него вид. Стоит вполоборота к ней, по-прежнему не смотрит.

- Меллон, я теперь боевой маг первого уровня.

- Что ж, примите мои поздравления! Это все?

- Извиниться не хотите и наконец-то посмотреть мне в глаза?

- Я уже извинялся, и не раз. Вам мои извинения не нужны -так зачем устраивать спектакль? Или это тешит Ваше самолюбие? Извините, сеньорита Рандрин, но у меня действительно много дел...

- Ты трус, Меллон, опять хочешь за чем-то спрятаться, избежать неприятного разговора...

- Вы собрались со мной говорить? - выделив голосом последнее слово, маг обернулся и впервые за все это время посмотрел на нее, недоуменно и удивленно. - С чего вдруг Вам понадобилось разговаривать с мерзавцем, который нанес Вам смертельную обиду, и которого Вы навсегда вычеркнули из списка людей?

- Не люблю, когда меня игнорируют.

- Простите меня, Ваша светлость, в следующий раз я отнесусь к Вам со всем возможным почтением.

- Издеваешься?! - не выдержав, прошипела девушка, сверкнув потемневшими глазами.

Меллон покачал головой:

- И в мыслях не было, сеньорита Рандрин, издевательства -это по Вашей части.

Она не знала, что ему ответить, и молча смотрела в его серьезные карие глаза. Потом развернулась и, не прощаясь, ушла прочь. До того, как за ней заедет Арилан, нужно успеть зайти в муниципалитет, узнать, можно ли что-нибудь сделать для Эйдана.

Глава 7.

Заре так и хотелось сказать себе: 'Тебе не тринадцать лет, и ты не впервые столкнулась лицом к лицу с вампиром, тогда ведь так не боялась, а тут сердце стучит быстрее каблучков. Это ведь всего лишь работа, подумаешь, мелочь какая!'. Она проснулась в половину шестого утра, раньше отца, и теперь сидела на кровати, разглядывая разложенную на одеяле форму Департамента иностранных дел. Зеленый жакет, приталенное платье с вязью зеленой вышивки по линии горловины. Разумеется, пояс у платья тоже зеленый. Форму в двух вариантах (зимнем и летнем) принесли вчера, и она весь вечер потратила на то, чтобы немного переделать ее по своему вкусу. Отец сказал, что это не возбраняется, при желании обязательную вышивку можно нанести на любой наряд, но в первый день лучше появиться в форме.

Вздохнув, девушка бросила взгляд на часы и начала одеваться. Рабочий день во Дворце заседаний начинается в девять, не хотелось бы давиться завтраком, боясь опоздать.

Причесавшись и вплетя в волосы подходящую по цвету ленту, Зара вышла в коридор, надеясь, что хоть кто-то из домашних уже встал: не хотелось остаться наедине со своим детским волнением и бродить по комнате, будто зверь по клетке.

- Доброе утро! - доносится из-за двери Апполины. Кузина в хорошем настроении и что-то напевает, очевидно принимая водные процедуры.

- Апполина, к тебе можно? - робко поинтересовалась девушка. Апполина, безусловно, существо из другого мира, но

в отличие от отца не станет смеяться над ее страхами. А их в Заре было предостаточно, достаточно того, что она боялась банально не понравиться сослуживцам. У них ведь специальное образование, многие магистратуру кончали, а она? Так, просто молоденькая хорошенькая ведьмочка, получившая место по протекции отца.

- Если хочешь. Сейчас открою.

Щелкнул открытый магией замок, и дверь призывно приоткрылась.

Спальня Апполины - это царство цветов, их тут столько, что сложно понять, в помещении ты или в саду. А еще куча мягких подушек и пуфиков. Пол устлан густым бежевым ковром, на котором вольготно развалился песик кузины.

- Извини, я только что встала, - на пороге ванной комнаты возникла полуобнаженная фигура Апполины, укатанной в полотенце. Другое было намотано на голову наподобие чалмы. От нее пахло сандаловым маслом. Босые ноги утопали в ворсе ковра, оставляя после себя едва заметные мокрые следы.

Присев на кровать, кузина еще раз промокнула волосы и сняла полотенце.

- Что случилось, Зара?

- Да ничего, просто волнуюсь.

- Напрасно: Департамент иностранных дел вовсе не страшный, тебя там никто не обидит.

- Я понимаю, просто я никогда... Апполина, а это очень сложно, работать в департаменте?

- Нет. Скучно бывает, а страшно... Туда, где страшно, нас не пошлют, так что успокойся. Сейчас я оденусь и займусь твоими нервами.

Полуэльфийка легко соскользнула на ковер и подхватила со стула шелковую нижнюю рубашку и коралловый пеньюар. Зара тактично отвернулась, чтобы не смотреть, как она переодевается.

Апполина передвигалась очень тихо, девушка не услышала, как она подошла, просто почувствовала ее тонкие пальцы на

своих висках. От них исходило приятное тепло, прогнавшее нелепые страхи. Сердцебиение унялось, мысли больше не играли друг с другом в салки, было лишь одно умиротворение.

Кузина что-то мурлыкала себе под нос, кажется, на эльфийском, незаметно сканируя ее сознание на предмет негативных эмоций. Когда они все были с позором изгнаны, Апполина убрала руки и щелчком пальцев обула ноги в мягкие домашние туфли.

Поблагодарив и оставив ее наедине с цветами (каждое утро кузина что-то с ними делала, о чем-то разговаривала), Зара направилась к столовой.

- Как я посмотрю, ты перестала спать до полудня! -насмешливый голос отца.

Девушка улыбнулась и толкнула полуоткрытую дверь кабинета, чуть не утонув в золоте солнечного света, лившегося через окно.

Герцог стоял у стола и бегло перебирал стопку каких-то бумаг.

- Уже в форме? - он окинул ее оценивающим взглядом. -Извини, не под цвет глаз, но не думаю, чтобы тебе понравился Департамент внутренних дел.

- Доброе утро, - она подошла и легонько поцеловала его в щеку. - Мне не спалось, решила не тратить время зря.

- Доброе утро. Чувствую магию Апполины - что-то со здоровьем? - герцог отложил бумаги в сторону и на миг задержал глаза на ее зрачках. - Нет, все в порядке. Волновалась, что ли?

Ну вот, сейчас подымет на смех, начнет издеваться...

- Ничего я не начну, - покачал головой Рандрин, - я все прекрасно понимаю. Все когда-то начинали и жутко боялись своего первого рабочего дня.

- Про тебя мне слабо верится, ты сразу родился всесильным Советником, - рассмеялась девушка.

Герцог хмыкнул, улыбнулся, но промолчал.

Во Дворце заседаний оказались без четверти девять.

Зару обрадовало, что Департамент иностранных дел находился не в старой, угрюмой, а в новой, солнечной, части комплекса, на том же этаже, что приемная отца, только в другом крыле здания. В него можно было попасть по небольшой галерее с рядами уютных банкеток. Из окон, как и из кабинета Советника, открывался вид на сад, только с другой стороны. Другие окна выходили на город.

Из галереи попадаешь в квадратный вестибюль с молоденькой девушкой-секретарем. При виде герцога она вскочила, приторно заулыбалась, спрашивая, чем может быть полезна.

- Позовите Нубара Эрша, - Рандрин усадил дочь на диванчик возле кадки с каким-то растением, а сам остался стоять.

- Тут все так солидно, - прошептала девушка, рассматривая большое зеркало, стоявшее рядом со столом секретаря - оно явно не для красоты. Приглядевшись, она поняла, что зеркало складное и состоит из трех половинок - удобно при ведении разговоров с несколькими людьми одновременно.

- Еще бы, главный департамент королевства! - улыбнулся герцог. - Твой непосредственный начальник - неофициально третий человек в государстве.

- А первые два?

- Один стоит перед тобой, другой в тридцати шести лицах соберется в Зале заседаний Совета через полчаса. Так что, как видишь, я выбрал для своей дочери самое лучшее место службы. А вот и Нубар, пойдем, поговорим в его кабинете.

Глава департамента с приветливой улыбкой направлялся к ним вслед за секретарем. Что-то прошептав ей, он жестом пригласил следовать за собой.

Не успели они удобно расположиться в кабинете графа, как на столе возникли три чашки ароматного чая: две мятного и одного бергамотового.

- Рад снова видеть Вас, сеньорита Рандрин, надеюсь, Вам здесь понравится, - бархатные слегка отливавшие голубизной серые глаза на миг задержались на ее лице. - Заверяю Вас,

Советник, что с Вашей дочерью ничего не случится, можете смело оставить ее на мое попечение.

- Я и не сомневаюсь, Нубар, просто она немного волнуется, боится...

- Чего? Ни я, ни мои подчиненные людьми не питаемся, -улыбка тронула губы графа. - Рэнальд, можно Вас на пару слов? Я хотел Вам кое-что показать, пройдемте в Комнату собраний, не думаю, что сеньорите Заре будут интересны наши дела.

Называет по имени, значит, в хороших отношениях с ее отцом, не относится к нему, как к существу высшего порядка, как, к примеру, та же Элена. Хотя, чему она удивляется, Нубар Эрш занимает одно из ключевых мест в управлении королевством, в его руках сконцентрировано немало ниточек, пусть и подконтрольных Советнику, но ведь, что ни говори, во многом именно от главы Департамента иностранных дел зависит безопасность и стабильность государства. Имеет право.

- Зара, посиди здесь, мы ненадолго.

Мужчины скрылись за дверью, оставив девушку в одиночестве пить чай и созерцать обстановку кабинета новоиспеченного начальника. А тут уютно, функционально, но уютно, как хозяину, так и посетителям. Мебель в теплых тонах, несколько доверху заставленных книгами шкафов, карта Антории и ее соседей на стене. Примечательная карта -трехмерная, живая, видно, в какой части королевства какая погода, какое время года. Что-то подсказывает, что на этом ее достоинства не исчерпываются. Красными дротиками отмечены несколько точек на границе, в том числе, соотская пустошь.

Справа от письменного стола - вот это порядок, ни единой бумажки на гладкой полированной поверхности! - на стене висит зеркало. Старинное, в потемневшей оправе.

Что тут еще? Пара стульев с высокими спинками, диванчик, на котором Зара, собственно, и сидит, рядом, между диваном

и книжным шкафом, - круглый столик, полностью занятый чайным подносом. Разумеется, камин; на каминной полке -часы. На полу - ковер молочно-кофейного цвета с коротким ворсом.

В общем, похоже на кабинет отца, разве что пространство четко поделено на две зоны - гостевую и рабочую. Границей служат два симметричных книжных шкафа.

Прошло, наверное, минут пять-десять, когда мужчины вернулись, мгновенно перестав что-то обсуждать, переступив через порог кабинета.

- Надеюсь, сеньорита Рандрин не успела заскучать?

Глава департамента подошел к письменному столу, сделал несколько глотков из стоявшей на нем чашки и щелкнул пальцами - чашка растворилась в воздухе, будто ее и не было. Что-то достав из верхнего ящика, он перевел взгляд на занявшего место рядом с дочерью Советника:

- Я отпущу ее сегодня пораньше, просто покажу департамент, представлю сотрудникам, кратко расскажу об обязанностях. Надеюсь, Вы не против?

- Это Ваша вотчина, Нубар, я не вмешиваюсь.

- В таком случае, сеньорита Рандрин, не будем отнимать время Вашего отца, а совершим небольшую прогулку по моему королевству.

Зара кивнула и, допив чай, вслед за начальником направилась к двери. Галантно отворив ее и пропустив даму вперед, Нубар на минуту задержался, чтобы поинтересоваться, нужен ли он сегодня на заседании Совета.

- Думаю, нет, ничего, затрагивающего Вашу сферу, мы обсуждать не будем, - покачал головой Советник. - Часиков в пять зайдите ко мне.

- Всенепременно.

Герцог кивнул и вслед за ними вышел в коридор. Ободряюще улыбнувшись дочери, он направился к себе.

За те пятнадцать минут, что Зара провела в кабинете Эрша, жизнь в департаменте забила полным ключом. Группки людей,

переговариваясь, расходились по кабинетам, прикрыв рот рукой, смеялись по углам женщины, деловито сновали между ними мелкие служащие, разнося корреспонденцию.

- Итак, с чего бы начать? - задумался Нубар, обводя взглядом 'свое королевство'. При виде него смешки стихали, а подчиненные старались придать лицу степенное серьезное выражение. - Наверное, с того, что это Департамент иностранных дел.

- Я помню, - обиженно фыркнула девушка. Он, что, за дурочку ее принимает?

- Рад это слышать, - улыбнулся начальник. - Значит, с памятью у Вас все в порядке. Ну же, сеньорита Рандрин, не хмурьтесь, это было что-то вроде шутки, а вовсе не оценка Ваших умственных способностей, с ними у Вас все хорошо, великолепное досье.

- Что, какое досье? - она непонимающе уставилась на него.

- Видите ли, на каждого служащего департамента заводится специальный формуляр, куда собираются факты его биографии, достижения и прочая информация. Такую папку называют досье. Вот Ваша, - ловким движением руки он выудил из воздуха тоненькую книжицу с ее именем на обложке. - Хотите, можете посмотреть, там ничего страшного, да и чего Вы сами не знаете о себе? А мне так легче, заранее знаешь, чего ожидать от сотрудника.

- И чего же Вы ожидаете от меня? - Зара с интересом рассматривала выведенный мелким почерком краткий пересказ ее жизни. Действительно, тут все, даже родословная, копия ее метрики и диплома. Когда только успели сделать?

- Пока только хорошего, там видно будет. Сеньорита Рандрин, - маг улыбнулся, забрав из ее рук досье и таким же эффектным образом вернув его на место, - я помню, что у Вас великолепная память, но все же рискну спросить: нужно ли мне представиться снова, или Вы еще помните мое имя с нашего знакомства в саду Дворца?

- Разумеется, я помню, сеньор Эрш, даже если бы забыла,

отец по дороге мне несколько раз напоминал.

- Одной формальностью меньше! Давайте перейдем к следующей - Вашей должности и рабочему месту. Увы, не отдельный кабинет, но соседи милые, на мой вкус, разумеется, Вы может составить о них совсем другое мнение, Ваше право. Так, на будущее, я не запрещаю подчиненным не только иметь, но и высказывать свое мнение по разного рода вопросам, пусть даже оно идет вразрез с моим. Главное, не забудьте его до меня донести и аргументировать, а не пытайтесь тайком поступить по-своему. Вообще у нас принято просить помощи, не бояться обращаться за советом к любому сотруднику департамента, никто Вам не откажет, никто не подымет на смех. Итак, с чего мы начали? С должности. Официального названия она не имеет, но Вы числитесь в Третьем отделе, то есть необходимости привлекаетесь в состав дипломатической миссии в качестве мага, корректирующего поведение соседей.

- Но это же задача Департамента магической обороны! -удивилась Зара.

- Не совсем. Сотрудники этого департамента делают все напрямик, в открытую, убивают, наносят иной физический вред, мы же специализируемся на разуме, очень осторожно, деликатно, меняя решения ключевых фигур других государств. Это тоже дипломатия, даже в большей степени, чем подписание всяких договоров. Чтобы их подписать, порой нужно проделать колоссальную работу. Также в Ваши обязанности, наряду с остальными сотрудниками, входит умение вести тайную работу по сбору сведений вне территории Антории. Но, увы, как всегда, большую часть времени Вам придется проводить в архивах, составлять отчеты, делать выписки, доклады, краткие обзоры и прочую бумажную работу. Будете так же учить иностранные языки. С историей дипломатии знакомы?

- В общих чертах, - не говорить же ему, что о дипломатии она знает только столько, сколько было написано в учебнике по истории королевства? Вот история магии - это другое дело!

- А о наших главных союзниках и противниках, их обычаях, системе управления, слабых и сильных местах?

- Мне сразу идти в библиотеку и поселиться там на несколько месяцев, или можно начать с какой-то одной книги?

Нубар Эрш рассмеялся:

- Да можете ни с какой не начинать, я же не экзаменатор, проверять знания не стану, Вам самой же будет полезно. О дипломатии можете не читать, возникнет необходимость, разберетесь, а о соседях почитайте.

Миновав главный коридор, они свернули в один из боковых. Здесь не было окон, и тянулись уже знакомые по другим департаментам бесконечные двери.

- Уже скоро, - заверил подчиненную Нубар Эрш. - В главном коридоре кабинеты моих помощников, моего заместителя и собственно мой. Есть так же приемная, где властвует наш секретарь Аделина и Комната собраний, в которой я провожу совещания. Здесь работает Первый отдел, в его задачу входит подготовка разного рода договоров, официальных писем и прочих дипломатических бумаг. Второй отдел занят представительской работой. Ваш - мониторингом внешнеполитической ситуации. Есть еще несколько других, но не думаю, что Вы будете непосредственно с ними сталкиваться. Да, сеньорита Рандрин, Вы не будете возражать, если к Вам станут обращаться просто по имени?

- Разумеется, нет.

- В таком случае, Зара, вот Ваше место службы!

Он распахнул перед ней одну из безликих дверей. За ней оказалось просторное помещение с рядом одинаковых письменных столов. Десять глаз с интересом уставились на новую сотрудницу. Двое женщин, трое мужчин. А одна из женщин... Нет, это ж надо такому случиться, везет, так везет! Ри собственной персоной! Интересно, по чьей протекции она сюда попала?

- Доброе утро, сеньор Эрш! - все такая же кокетка, все так же прячет веснушки под пудрой. Смотрит на начальника так,

будто сейчас проглотит. А он делает вид, что ничего этого не замечает. - Давненько Вы у нас не были!

- А Вы успели соскучиться, Ри? - улыбнулся Нубар, слегка подталкивая замершую на пороге Зару. - Ничего, сейчас я найду Вам занятие. Как дела с отчетом?

- Я уже почти закончила, после обеда занесу.

- Да можете себя не утруждать, оставьте у секретаря, все равно меня в это время не будет.

Ри расстроилась и на миг печально отвела глаза. Теперь ее внимание переключилось на бывшую соседку по комнате:

- Рада снова видеть тебя, Зара, так приятно, что ты будешь работать с нами!

- Вы знакомы? - с легким интересом поинтересовался Эрш.

- Имела несчастье, - чуть слышно пробормотала сеньорита Рандрин и уже громче добавила: - Да, мы жили в одной комнате в пансионе.

- Вот и прекрасно! Значит, Ри...

- Сеньор Эрш, можно Вас на одно слово? - Зара догадывалась, каково будет окончание его фразы, и решила попытаться изменить свою незавидную участь. С нее хватило пансиона, больше она не вынесет!

Начальник кивнул и вслед за ней вышел в коридор.

- Они нас не слышат? - девушка покосилась на дверь.

- Уже нет, - улыбнулся Эрш. - Я Вас внимательно слушаю.

Убедившись, что заклинание против подслушивания

поставлено, Зара эмоционально выпалила:

- Я лучше умру, чем Ри станет моей наставницей! Я с ней рядом даже сидеть не могу!

- Чем же она Вам так неприятна?

- Ее трескотня сводит меня с ума. Я умоляю Вас, сеньор Эрш...

- Умолять меня не нужно, я поручу Вас заботам другого человека. Да можете сами выбрать, если хотите.

- Мне абсолютно все равно, только не Ри!

Наверное, опять получилось слишком экспансивно, потому

что взгляд Нубара на мгновение сосредоточенно остановился на ее зрачках.

- Понятно, разные взгляды на жизнь, - резюмировал начальник, отводя глаза. От Зары не укрылось, что теперь в них снова было чуть больше голубого, чем серого. Располагают к себе, невольно вызывают доверие. - Мне кажется, Вы слишком критичны, она не давала Вам никаких серьезных поводов для недовольства.

Зара хотела что-то ответить, но замерла, обдумывая его слова. Разные взгляды на жизнь, никаких поводов... Допустим, о первом можно догадаться, но второе... В досье этого не было!

- Откуда Вы знаете...

- Знаю, мне следовало спросить разрешения, но защиту Вы не поставили, а мне нужно было знать, не было ли между вами серьезных конфликтов, которые могли бы помешать в работе.

- Но я ничего не почувствовала, - она решительно ничего не понимала. Он заглянул в ее память, но разве это можно сделать втайне от объекта?

- Ваш отец ведь говорил, что моя специализация -ментальная магия, - девушка кивнула. - Я выбрал ее не случайно, с учетом некоторых врожденных способностей. В частности, я умею незаметно считывать мысли с незащищенного магией сознания. Первая степень защиты тоже снимается безболезненно, а большую нужные мне люди обычно не ставят. Встреча с Вашей знакомой всколыхнула Ваши воспоминания, и я частично их видел, потому что Вы о них думали. Понимаю, что поступил неэтично, я всегда спрашиваю разрешение перед тем, как провести подобную манипуляцию, но в этот раз не стал. Прошу прощения, сеньорита Рандрин. И не нужно судорожно ставить защиту второй степени, Ваши мысли - это Ваши мысли, сегодняшний случай больше не повторится.

Да, главой департамента просто так не становятся, Нубар Эрш, несомненно, обладает каким-то даром, причем он, наверняка, значительно многограннее, чем чтение мыслей.

Всего миг - а начальник уже извлек все интересующую его информацию.

- Больше ничего, Зара?

Девушка отрицательно покачала головой и толкнула дверь отдела. Как она предполагала, все сгрудились у порога, пытаясь подслушать разговор, и теперь судорожно спешили занять свои места. Одно оставалось свободным - значит, это ее. Не у окна, зато и от двери далеко - не будет дуть, да и гонять за разного рода вещами не будут. Скромненькое такое местечко - стол и стул. В столе множество ящичков, кажется, и потайные есть.

- Итак, позвольте представить вам нашу новую сотрудницу, сеньориту Зару Рэнальд Рандрин, - раздался из-за ее спины голос Эрша. - Прошу любить и жаловать. Эвелина, - обратился он к невысокой темной блондинке с подведенными черным глазами, - поручаю Вам заботу о сеньорите Рандрин. В первые три месяца Вы отвечаете за результаты ее работы, посему постарайтесь все хорошо ей объяснить. Задания будете первое время выполнять совместно.

Блондинка слегка склонила голову в знак согласия и отчеканила:

- Будет исполнено, сеньор Эрш.

Интересно, а Заре тоже придется отвечать в том же тоне, будто солдат командиру?

- Сейчас половина десятого, - начальник бросил короткий взгляд на часы, - Зара, я разрешаю Вам уйти в половину первого. Эвелина подробнее расскажет Вам о департаменте, нашем распорядке дня и текущих задачах отдела. Завтра ровно в девять жду Вас вместе с остальными на еженедельном общем собрании.

Ободрительно улыбнувшись, начальник вышел.

- Он такой душка! - лишь только захлопнулась дверь, мечтательно протянула Ри, покусывая кончик пера. - Повезло же кому-то!

Зара смерила ее насмешливым взглядом - эта здесь точно не

работает, а романы крутит - и прошествовала к своему месту. Ее тут же окружили, начали знакомиться, правда, с опаской -сказывалась фамилия. Сослуживцы на первый взгляд показались милыми: ни одного брюзжащего старика или зануды, все живые, веселые, молодые - словом, есть надежда, что суровые трудовые будни можно будет разбавить толикой веселья.

На правах наставницы Эвелина (она была лет на пять старше Зары) разогнала любопытных коллег и вкратце обрисовала перед новой сотрудницей предстоящий фронт работ. Увы, ничего занимательного в нем не намечалось - рутинная бумажная работа по исследованию взаимоотношениям двух соседних государств. Эршу нужно было предоставить описание всех военных конфликтов и матримониальных связей правящих домов со всеми побочными ветвями, договоры о сотрудничестве, торговые отношения, характеристики менталитета двух народностей и куча других мелочей.

- У меня генеалогия, - вздохнула Эвелина. - Голова пухнет от количества незаконнорожденных детей этого Отмоса! А ведь в Герте есть еще второй принц, у того тоже куча наложниц. А я должна на каждого собрать информацию, хотя бы имя знать! При мысли о том, что придется потом рисовать фамильное древо меня в пот бросает! Вдвоем, конечно, будет легче.

- А где Вы информацию берете?

- Частично в архиве департамента, частично в дворцовой библиотеке, частично из донесений наших агентов, они в Четвертом отделе хранятся. Кстати, будьте осторожны, там ребята шустрые, так и норовят поцеловать.

- Мне это не грозит, - улыбнулась девушка, - но спасибо за предупреждение!

Когда рассказывать о работе и рассматривать в комнате было уже нечего, Эвелина увлекла подопечную на подробную экскурсию по отделу, воспользовавшись ей как предлогом, чтобы устроить себе маленький перерыв. Экскурсия

растянулась на два часа, закончившись аккурат с первым рабочим днем сеньориты Рандрин.

Глава 8.

Покусывая кончик пера, Зара тщательно заносила информацию в графы, стараясь не упустить ни одной детали. Честно говоря, Герт со всеми его многочисленными правителя и придворными дрязгами наводил на нее смертную скуку, но работа есть работа, ее нужно выполнять.

Сеньорита Рандрин хмыкнула: да, со стороны звучит гордо -сотрудница Департамента иностранных дел, а в реальности у первокурсников жизнь куда веселее и насыщеннее. Ну, что она видела за этот месяц? Бумагу, книги, коллег по работе. Снова бумагу и снова книги. Ах да, еще свитки, письма, донесения. Будь она историком, наверное, пришла бы в неописуемый восторг, но Зара к истории была равнодушна, ее интересовала магия, а тут ее не было ни на унцию.

Полностью исписав первую тетрадь, девушка отодвинула от себя ворох бумаг и подумала о чашечке кофе. Интересно, можно ли пить кофе в читальном зале? Наверное, нет, архивариус выгонит и выдаст 'волчий билет' на посещение сего места. А, что, сейчас бы она с радостью согласилась никогда здесь больше не появляться.

Вернулась Эвелина с очередным толстым манускриптом, перехватила тоскующий взгляд своей подопечной и шепнула:

- Еще полчаса, и мы с тобой устроим чаепитие.

Интересно, где? До обеденного времени еще далеко, выйти в

город нельзя, наверное, она ведь не проверяла...

- Эвелина, я на пятнадцать минут, ладно? Не могу я больше, засну!

Не дождавшись ответа, Зара выскользнула из читального зала и перенеслась в приемную отца. Сердобольная Элена напоет ее кофе или мятным чаем, а в придачу даст вкусных бисквитов. У нее даже слюнки потекли от предвкушаемого

удовольствия.

- Сеньорита Рандрин? - секретарь отца оторвалась от текущей работы и приветливо улыбнулась. - Вы к Советнику?

- Нет, я к Вам. Элена, Вас не сильно затруднит, если я попрошу чашку чая. Нет, лучше кофе, а то я сплю на ходу.

- Разумеется, не затруднит.

Зара вернула ей улыбку и в ожидании незапланированного второго завтрака устроилась на диванчике. Не прошло и пары минут, как перед ней возник поднос с ароматным кофе и не менее ароматными булочками. Поблагодарив Элену, девушка принялась за еду, время от времени посматривая на дверь кабинета отца - что-то ей подсказывало, что он не одобрит такое легкомысленное отлынивание от обязанностей.

Она обещала вернуться через пятнадцать минут, но прошло уже полчаса, а Зара все еще не могла заставить себя вернуться к хитросплетению семейных отношений братьев и сестер Отмоса. С ним самим они закончили только на прошлой неделе, успев не единожды проклясть любвеобильность принца.

- Здравствуйте, Зара.

Девушка чуть не подавилась очередным глотком кофе и, стараясь не смотреть на вошедшего, создала телепорт. Все, допрыгалась, расслабилась в рабочее время! Тут еще отец рядом... Лучше сразу добровольно на месяц зарыться в самый дальний архив.

- Простите, я уже ухожу, я виновата, - пролепетала Зара, пятясь к телепорту. Интересно, он поверит в то, что ей очень стыдно, или актриса из нее никудышная?

Нубар Эрш рассмеялся:

- Да допивайте Вы спокойно свой кофе, все же люди! Читальный зал - не самое веселое место на свете, так что я Вас не осуждаю. Будем считать, что меня здесь нет. Элена, Советник на месте?

- Да, сеньор Эрш. Доложить?

Глава Департамента иностранных дел кивнул и присел на

край дивана, на котором всего пару минут назад сидела его сотрудница.

- Закройте телепорт, я Вас ругать не собираюсь. Раз уж выдалась свободная минутка, расскажите, как Вы устроились? Характерами со всеми сошлись?

Зара невольно покраснела - он намекал на ее отношение к Ри - и выполнила его указание.

- Спасибо, сеньор Эрш, все прекрасно. Из Эвелины чудесный наставник, она быстро ввела меня в курс дела.

- И как успехи? Сможете завтра порадовать нас увлекательным рассказом о семейной жизни правящего дома Герта?

Он приветливо улыбался, всем своим видом показывая, что не видит в ее действиях состава преступления.

- Разве что о первом принце. Я окончательно увязла в связях его младших сестер, - удрученно вздохнула девушка, потянувшись к недопитой чашке с кофе.

- Да, семейка та еще! Всяких конюхов, садовников и прочую мелочь можете упустить.

- Мы и так упустили, - вновь покраснев, ответила Зара. -Просто надо же у всех родословную проследить...

- Ладно, не нужно, а то это надолго затянется. Ограничьтесь просто перечнем, я сам выберу наиболее интересных людей. Удачи в исторических изысканиях!

Еще раз ободрительно улыбнувшись Заре, Эрш поднялся и прошел к кабинету Рандрина, возле которого, словно охотничья собака, замерла Элена. Стоило двери за ним захлопнуться, как секретарь поспешила к Заре и шепотом спросила:

- Отругал?

Девушка отрицательно покачала головой, допила свой кофе и поспешила покинуть приемную. Телепортом не воспользовалась, решилась пройтись - никуда от нее пыльные книги не денутся.

В одном из коридоров Дворца заседаний ее ожидала вторая

встреча, на этот раз более приятная. Арилан Сеговей беседовал с каким-то сановником, но, заметив Зару, сделал ей знак рукой задержаться.

Да, мужает парень, уже в государственные дела вникает. Главное, чтобы неглубоко и сам что-то делать не пытался, а то Советник быстро на место поставит. Зара отца знала и не сомневалась, что тот миндальничать не станет. Оставалось надеяться, что молодой человек не решил попробовать вернуть себе корону - он ей нравился, не хотелось бы, чтобы его сослали. С кем же она тогда будет танцевать и проводить воскресные вечера, не с Бланш же? Кстати, та пару дней назад огорошила ее грандиозной новостью о беременности. Теперь будет целыми днями говорить об обустройстве детской и будущем малыше.

Зара стояла, смотрела на Арилана и нервничала: его разговор с сановником затягивался, когда как ее перерыв затянулся до неприличия.

- Арилан, простите, но я должна идти, - наконец произнесла она и зашагала в сторону библиотеки.

- Зара, подождите, всего одну секундочку! - он нервно дернулся, что-то сказал собеседнику и поспешил к ней. - Знаю, Вы сейчас заняты, середина рабочего дня и все такое, но можно мне пригласить Вас на ужин?

Девушка опешила. Нет, конечно, может, это вовсе не то, о чем она думает, но нужно заранее просчитывать все варианты.

- Вы вечером заняты? - принц неправильно истолковал ее взгляд и шепотом спросил: - У Вас кто-то есть?

Зара почувствовала, что краснеет. Вот вам и застенчивый мальчик! Хотя, он прав, нужно выяснить все заранее, чтобы не тратить ухаживания впустую. То, что она ему нравится, Арилан не скрывал, а теперь, видимо, рассчитывал на то, что их отношения перерастут во что-то большее, чем совместные прогулки и чаепития.

Есть ли у нее кто-нибудь? Хороший вопрос, как бы самой на него ответить. Ведь Зара уже подумывала о том, чтобы

простить Меллона - так тоскливо было встречать его в коридорах, вспоминать прошлое, - но проблема заключалась в том, что она не намерена была идти на примирение первой, а сеньор Аидара проявлял к ней показное безразличие, будто они и не знакомы. Ее это бесило, выводило из себя - и убивало чувства.

- Нет, Арилан, я абсолютно свободна, - улыбнулась Зара. Нет, а чем она рискует? Поужинать - вовсе не означает выйти замуж. А юноша он приятный, обходительный - зачем же его огорчать?

- Тогда позвольте мне зайти за Вами после работы.

Девушка мысленно усмехнулась, представив, какое будет

лицо у сослуживцев. Арилан, конечно, принц без короны, но Сеговей, от этого никуда не денешься, значит, лакомый кусочек для столичных девиц. А ей этот кусочек достался абсолютно бесплатно, за красивые глаза, как говорят в народе.

- Договорились! Приходите в Третий отдел Департамента иностранных дел в около шести.

Принц слегка поклонился и заверил, что непременно будет.

После обеда Зара вместе со своими записями вернулась в департамент. Беседовавшая с каким-то господином Аделина подняла голову и со скучающим видом протянула ей письмо:

- Запрос пришел.

Зара кивнула и забрала бумагу. Запрос предназначался не ей, а Церту, но секретарь не считала себя нужным разносить письма по кабинетам, 'когда есть молоденькие сотрудницы'. При этом ей самой было всего двадцать два.

- А гонора порой на все сорок! - как-то подметила девушка.

Миновав королеву вестибюля, Зара свернула в один из

коридоров. Тут ее остановил один из помощников Эрша, спросил, как идут дела с разработкой королевской семьи Герта. Девушка вкратце обрисовала ему ситуацию.

- Да, вижу, много нарыли! - он покосился на парящие рядом с сеньоритой Рандрин специальные журналы - хорошо, все-таки, быть магом, не приходится таскать в руках тяжести. - Вы в

курсе, что завтра совещание по этому вопросу?

- Сеньор Эрш вскользь обмолвился. С его участием?

- Да, ему интересно послушать. Вы ведь с Эвелиной вместе в генеалогии копались?

Зара кивнула, с содроганием вспомнив ту адову работу, которую они проделали. Сколько раз она желала гертскому королю сдохнуть и умереть бездетным! Но нет, он не только наплодил своих пятерых детей, так еще штук тридцать внебрачных! Сыновья от него не отставали, разве что предпочитали трудиться не на лоне семьи, благо ни один из принцев пока не был женат.

- Тогда ждем вас обеих, а так же Церта с Хроносом с увлекательным рассказом о принце Отмосе и его родственничках. Ну и так, о всяких политических дрязгах при дворе.

Это совещание должно было стать Зариным дебютом, до этого она присутствовала только на еженедельных планерках,

W __А _____

и то в роли молчаливой статуи. А тут ей придется стоять перед огромным овальным столом и читать самую настоящую лекцию перед начальством. Страшно-то как, лишь бы не опозориться!

По дороге Зара успела перекинуться парой слов с Несс, отвечавшей во Втором отделе за протокольную службу. Милая женщина, она ей сразу приглянулась. Невысокая, немного полноватая, но очень подвижная, с живыми зелеными глазами. Настоящая рыжеволосая ведьма! Как она успевала справляться с возложенной на нее грудой обязанностей и одновременно учиться в Аспирантуре - уму не постижимо! И это при условии того, что Несс обожала ходить по магазинам, ездить на пикники и не брезговала любыми светскими развлечениями. В отличие от Ри она не коллекционировала поклонников, была помолвлена и жила душа в душу со своим женихом, который через полгода должен был стать ее законным супругом.

Зара толкнула дверь отдела, прошла к своему месту и

сгрузила папки на стол. В комнате было пустовато: Эвелина убежала за чем-то в архив, Церт пропадал у ребят из Четвертого отдела (девушка догадывалась, что не по служебным делам), Сарана вызвал заместитель Эрша, они готовили какую-то хитроумную комбинацию в Герте с целью смещения неудобного для Антории нового советника Отмоса, так что оставались только Хронос и Ри. Они не работали и, стоя у окна, что-то вполголоса обсуждали. До Зары долетело несколько незнакомых фамилий; вслушиваться она не стала -нужно подготовиться к завтрашнему докладу. У нее всего три часа - успеет ли, или придется отложить ужин с принцем?

- Ты такая серьезная, Зара, нужно хоть иногда давать себе передышку, - Ри вернулась на свое место и, порывшись в сумочке, достала оттуда приглашение на голубой бумаге. -Держи, - она протянула его коллеге, - это тебе.

- Что это? - в пору было спросить: куда ты собралась меня затащить?

- Приглашение на бал-маскарад. Устраиваю я, - с гордостью добавила Ри. - Правда будет весело?

Зара кивнула, удержавшись, чтобы не сказать какую-нибудь колкость. Эта красотка, что, не видит, что она занята? Если у самой дел нет, то не мешай другим! Бегло пробежав приглашение глазами, девушка убрала его, пообещав придти (никто не мешал ей в последний момент отказаться, сославшись на усталость), и сосредоточилась на своих записях.

Ри и Хронос оказались совестливыми людьми, отошли подальше и тихо продолжили свою беседу. Зара временами искоса посматривала на них: неужели уже успели выполнить свою часть задания? Или это она так долго копается, делает за день то, на что у других уходит пара часов?

За составлением текста доклада время пролетело незаметно. Зара непроизвольно вздрогнула, когда Ри тронула ее за плечо и заговорщицки прошептала:

- Тебя спрашивает очаровательный молодой человек, даже не просто молодой человек, а сам Арилан Сеговей. Ой, Зара,

какие у него глаза! Такие глубокие, такие притягательные...

- Спасибо, Ри, - вежливо поблагодарила сеньорита Рандрин, снова углубившись в свои записи. - Попроси его подождать полчаса, развлеки чем-нибудь...

- А не пожалеешь? - лукаво подмигнула ей Ри. - Он ведь такой обаятельный!

- У тебя все обаятельные, - закусила край губы девушка, пытаясь запомнить порядок рождения детей злосчастного первого принца. - Интересно, есть ли хоть один мужчина, для которого у тебя не найдется комплиментов?

-И немало. Ты не думай, Зара, я слов на ветер бросать не буду. Я бы на твоем месте...

- Но ты пока на своем, Ри. Прошу, будь другом, скажи ему, чтобы подождал. Если хочешь, можешь даже пококетничать.

Ри хмыкнула и выплыла за дверь. Зара вздохнула и прикинула, хватит ли ей получаса. Тут столько информации, хорошо, хоть упорядочить успела!

Наконец, составив для себя примерный план доклада и зазубрив основные тезисы, сеньорита Рандрин убрала часть бумаг в стол, часть переместила к себе в комнату (и руки свободны, и магическая практика, а то совсем зачахнет в ней колдунья среди бумажной работы), тщательно, как требовали правила местного распорядка, заперла ящики и вышла в коридор.

Арилан и Ри стояли чуть в стороне; рыжеволосая девушка улыбалась и не забывала хлопать ресницами. А симпатичная она, только надоедливая. И не понравилась принцу: он слушает ее, но смотрит на дверь Третьего отдела. Ждет Зару.

- Простите, Арилан, меня задержали дела, - сеньорита Рандрин улыбнулась ему, вскользь подумав, чья улыбка лучше: ее или Ри. Глаза светились искристой лазурью. -Надеюсь, Вы не скучали?

- Что ты, Зара, мы с Его высочеством обсудили столько интересных вещей! Ну, не буду вам мешать. Удачно провести вечер! - Ри проскользнула обратно в отдел, мгновенно собрала

свои вещи и стремительно пронеслась по пустым коридорам -очевидно, она куда-то опаздывала. Зная Ри, то на свидание.

Аделина все еще властвовала в вестибюле - значит, кто-то из начальствующего состава на месте. Хотя, нет, вот тоже засобиралась, с интересом чиркнула взглядом по принцу: несомненно, завтра весь департамент будет обсуждать, с кем встречается сеньорита Рандрин. Но вся проблема в том, что у них не было никаких отношений. Во всяком случае пока. Хотя, пусть говорят, что хотят, ей все равно: Зару и раньше не интересовали сплетни о своей особе.

Арилан, одетый строго и элегантно, как и подобает принцу, провел ее по коридорам Дворца заседаний, по всем его садам и переходам. Наконец они оказались за воротами и вдохнули вольный воздух Айши.

- Я решил, что лучше поужинать в городе, заодно прогуляемся.

Зара кивнула: ей и самой не хотелось просидеть весь вечер в одном из залов королевских покоев.

Принц выбрал одно из лучших заведений в Старом городе. Услужливая подавальщица провела их в отдельный кабинет и выслушала заказ.

- Арилан, - сеньорита Рандрин не стала ждать, пока он соберется с мыслями, - это обычный ужин, или Вы пригласили меня на свидание?

Принц опешил, замер на мгновение и машинально поставил поднятый пустой бокал на стол. Целая гамма эмоций промелькнула на его лице.

А Зара смотрела на него своими пронзительными синими глазами.

- Вы сейчас, как королева, - наконец выдавил из себя Арилан, делая вид, что рассматривает украшавшую стену картину. Он вдруг задумался над тем, сколько общего было между отцом и дочерью, даже ее поза, ее взгляд был копией позы и взгляда Рандрина - слегка расслабленное тело, мнимое спокойствие, затаенная грация хищника. Верно говорят, что их предки -

демоны.

- Благодарю, - легкая улыбка скользнула по губам. Рыбка попалась на крючок. - Но Вы не ответили на мой вопрос.

- Зара, понимаете, все не так просто...

- А, по-моему, все предельно просто.

Арилан промолчал, подбирая слова, а она ждала, уже зная, что он скажет. Только вот девушка не знала, что на это ответить.

- Зара, Вы удивительная девушка! Вы самая необыкновенная, сама чудесная и прекрасная из тех, кого я знаю. С моей стороны было бы глупо надеяться...

Вспорхнули ресницы-бабочки, выпустив наружу лазурь взгляда. И принц утонул в ней, окончательно захлебнулся в словах, чувствах и желаниях. Он только и мог, что смотреть на нее, такую восхитительную и волшебную.

- Арилан, я буду с Вами предельно честна, - Зара улыбалась, стараясь выглядеть как можно более дружелюбной, - Вы мне нравитесь.

- Смею ли я? - он воспрянул духом и подался вперед, к ней. В ореховых глазах было столько радости, они были настолько прекрасны сейчас, что девушка невольно залюбовалась.

- На что? На мою взаимность? Понимаете, Арилан, тут не все так просто. Я сказала, что Вы нравитесь мне, но я не сказала, что люблю Вас...

Она на миг погрустнела, вспомнив о Меллоне. Перед ней сидит такой прекрасный юноша, который только что признался ей в любви, - а тот, который все еще живет в ее сердце, не желает ее знать.

Арилан, ей не хотелось отталкивать его, в нем что-то было, что привлекало его, но обманывать его бесчестно. Она не желала его обманывать и не знала, как объяснить, что она чувствовала к нему и тому, другому.

- Зара, зато я люблю Вас.

Девушка вздрогнула: она не ожидала прямого признания, думала, что он побоится - а он сказал. И не робко, а уверенно,

громко, как и полагается принцу. И ждал ее ответа. Но что ему ответить, когда не хочешь отталкивать и не можешь приблизить?

- Арилан, давайте не будем торопить события. Вы так мало меня знаете, а я Вас...

- Я вовсе не прошу Вас о чем-то, мне достаточно знать, что я Вам не противен.

- Как Вы можете! Поверьте, мне всегда приятно Ваше общество.

- Тогда давайте ужинать, - как ни в чем ни бывало, произнес принц, будто и не было никакого признания. И это тот юноша, которого отец привез чуть больше года назад? Вот, что значит кровь!

- Давайте, - улыбнулась Зара. В душе она решила, что не станет отвергать его ухаживаний.

Глава 9.

Зара сидела во внутреннем дворике Дворца заседаний и, смеясь, болтала с Ариланом. Был конец рабочего дня, она возвращалась в департамент с кучей документов, и встретила его. Документы отослала на стол Карана - они ему и предназначались, - а сама осталась в печальном осеннем саду. От его летнего великолепия не осталось и следа; голые ветви грациозно изгибались под порывами холодного ноябрьского ветра.

Накануне выпал первый снег. К утру он растаял, но мысль о неизбежно надвигающейся зиме витала в воздухе.

Подняв ворот теплого жакета, застегнутого на все пуговицы, Зара сидела на скамейке в пол оборота к принцу, с улыбкой выслушивая о конфузе, произошедшем на одном из приемов, на котором она не была. Потом плавно перешли к обсуждению ежегодного новогоднего бала, дававшегося ранее Консулатом, а теперь проходившего под патронажем Советника. Каждому была отведена небольшая роль в его подготовке - это была идея Зары, не пожелавшей оставаться в

стороне от такого события. До бала оставался целый месяц, но срок лишь на первый взгляд казался огромным - пролетит, как один день.

Они раздумывали над тем, как украсить зал.

- Может быть, фонарики? - предложил Арилан, согревая ее замерзшие руки (даже несмотря на перчатки, пальцы зябли) в своих ладонях. Сеньорита Рандрин не противилась: ей было приятно. Она даже делала вид, что не замечает легких движений его пальцев. Нужно чувствовать себя любимой и нужной, это окрыляет. А Арилан... Они погодки, у них много общих интересов, сходятся мнение по многим вопросам. Ей с ним нравится, так почему она должна его отталкивать?

- Уже было, - на миг прикусила губу девушка. - Нужно что-то более оригинальное.

- Оригинальное - это по части магов.

- В таком случае, как принц Антории, скажите, что Вам больше нравится: потолок с объемными картинками или иллюзии.

- Вы все это умеете? - восхищенно спросил Арилан.

- С горем пополам! - рассмеялась она. - Если что, знакомых привлеку. Вы списки приглашенных видели?

- А как же! С трудом, но выпросил.

- Вы - и выпросили? - Зара снова залилась смехом. - Да Вам просто нужно было подойти к секретарю, томно посмотреть на нее - и дело сделано!

- Сеньорита Рандрин прекрасно знает, что я не смотрю ни на кого, кроме нее.

- Значит, Вы слепой, - хихикнула она и прислушалась к бою башенных часов. - Ого, уже пять! Мы засиделись, а ведь мне надо было еще заскочить во второй отдел. Если что, глазки нужно строить Несс и компании - в этом году они взяли на себя большую часть организационных моментов. Кажется, кого-то ждут, но кого, я не знаю - молчат и загадочно улыбаются. Так что я побежала. Вам, кстати, тоже пора, а то рискуете вызвать неудовольствие Вашей матушки.

- Моя мать не обидится на меня за то, что я говорил с Вами.

- Передавайте ей привет. Я как-нибудь зайду на чай.

Зара встала и быстро поспешила ко входу во дворец. Поспешность ее была обусловлена вовсе не рабочим рвением, а боязнью получить нагоняй от Шандера, первого помощника главы департамента. Он как раз должен был вернуться.

Решив для быстроты воспользоваться телепортом, девушка уже отработанным движением (за три месяца ежедневного использования довела почти до автоматизма) вызвала перед собой колышущееся черное пространство, но переступить его границу не успела: ее окликнули.

- Вот ты где! Опять куда-то опаздываешь, раз ленишься пройтись пешком.

Зара улыбнулась и свернула телепорт. Нет, не может отец просто поздороваться, обязательно отпустит какое-то замечание! Но обижаться на него не хочется, он ведь беззлобно.

- Здравствуйте, господин Советник, - сдерживая смех, девушка слегка склонила голову, как и положено рядовой служащей департамента.

- Ты еще спроси, что мне угодно, и добавь: 'Это такая честь для меня!', - Рандрин спустился по лестнице и подошел к ней. - Выглядишь довольной: неужели откопала что-то интересное?

- С личной или политической точки зрения?

- Вижу, с выбором департамента я не промахнулся. Пойдем ко мне, побеседуем. И постарайся нечасто пользоваться телепортами - пешие прогулки гораздо полезнее для здоровья. Это раз. А, во-вторых, кое-где во дворце установлены специальные ограничения, может быть неприятно.

- Для тебя-то их нет, - усмехнулась Зара, вслед за ним поднимаясь по ступеням.

- Еще бы были! - хмыкнул герцог. - Я же их и ставил.

Со стороны они являли собой приметную пару: первый человек королевства в серо-жемчужном одеянии власти и

девушка в скромной форме Департамента иностранных дел, на равных ведущие беседу о разных мелочах. Но стоило им одновременно взглянуть на вас - и всякие сомнения отпадали при встрече с одинаковыми кристально-чистыми синими глазами.

Они прошли сразу в кабинет герцога; Элена принесла им по чашке чая со всякими вкусностями. Вкусности предназначались для Зары, Рандрин на работе чревоугодием не занимался, хотя от имбирного печенья никогда не отказывался - одна из немногих маленьких слабостей.

- Меня там скоро Шандер хватится, - Зара устроилась на диване и по воздуху перенесла к себе чашку.

- Осторожнее, чай горячий, а воздух - ненадежная подставка, - предупредил отец. - Лучше садись за стол.

- Не хочу портить твои важные бумаги.

- И какие бумаги? - раз, и стол абсолютно пуст, остался один письменный прибор.

Девушка не стала спорить и села ближе к отцу. Весь ее вид выражал нетерпение: что же он хочет ей сказать?

- Во-первых, на сегодня твой рабочий день окончился, тем более, толку от тебя сейчас не какого. Если что, вали на меня, никто и слова сказать не посмеет. А, во-вторых, как ты относишься к идее на некоторое время сменить место жительства? Не пугайся, всего на пару месяцев и не в одиночестве. Просто я собирался побывать в герцогстве и хотел взять тебя с собой. В прошлый раз ты даже замок толком не видела. Да и полезно тебе будет: на наследство посмотришь, с моими, вернее, и твоими тоже подданными познакомишься. Пора приобщаться к земле предков. Так как?

- А это надолго? - задумалась девушка. Ей не хотелось пропустить ежегодный бал.

- Как получится. Надо отчетность проверить, распоряжения отдать... Ты ведь из-за танцев беспокоишься? Тоже мне, проблема! Оба там будем. Впрочем, твоим активным участием в их организации придется пожертвовать.

- А со службой как? Меня в отпуск так рано не отпустят.

- Отпустят, еще как за дипломатическую практику зачтут! Я тебе такую возможность предоставлю, будешь с соседями связи налаживать, - усмехнулся Рандрин. - Ну?

- Согласна, - выдержав небольшую паузу, ответила Зара. Победило любопытство.

- Вот и славно, а то одному скучно. Значит, с понедельника ты поступаешь в мое личное распоряжение.

- Слушаюсь, господин Советник.

Оба рассмеялись.

Как и предполагала Зара, герцог избрал самый простой путь перемещения в пространстве - через магический портал. Но на этот раз он пользовался им открыто, позволив слугам перенести в замок вещи, которые могли бы понадобиться его дочери. Сам Рандрин в них не нуждался - в родовом замке хранился не меньший гардероб, чем во дворце в Айши.

Апполине было предложено составить им компанию, но та отказалась, мотивировав свой ответ необходимостью присматривать за домом. На самом деле это было лукавством -она просто не любила герцогство, ассоциировавшееся у нее с умершей матерью. В замке до сих пор хранилось много ее вещей, а это было мучительно, да и герцогство С'Эте было куда ближе к эльфийскому лесу, чем Айши, в нем можно было легко встретить эльфов. Апполина не хотела встречать, не хотела ворошить боль прошлого.

Наконец сборы были закончены, и Зара с волнением в третий раз в своей жизни на миг замерла под обжигающим ледяным ветром, повиснув в 'мертвом пространстве'.

Портал выпустил ее в знакомом месте - каминном зале с гербом. Отец уже ждал ее, с улыбкой посматривая на фамильный герб. Сразу видно, как дорого ему это место.

- Пойдем, я тебя устрою. Из окон будет открываться вид на горы. Ты не против гор?

Она мотнула головой и пошла за ним по залам и комнаткам, не в силах оторвать взгляда от захватывающего вида за

огромными окнами с аметистовыми стеклами.

- Сегодня же покажу тебе Радеш - город у стен замка. Моя столица, - еще одна улыбка. Кривит душой, теперь ему принадлежит и Айши. - Ты ведь научилась ездить верхом?

- Научилась, правда, хорошей наездницей себя назвать не могу.

- Так у нас ведь будет прогулка, а не скачки.

Они вышли на площадку центральной лестницы, ничуть не уступавшей, а то и превосходившей лестницу Дворца заседаний, и поднялись на третий этаж.

- Первый и второй - парадные, а третий - жилой, - пояснил Рандрин. - Это относится к центральной части, самой старой из всех. Есть еще многочисленные флигеля, там немного другое деление.

Зара кивнула и, миновав площадку третьего этажа, прошла в личные покои герцога. Сначала было несколько проходных помещений, заставленных раритетной мебелью и книжными шкафами до потолка, потом шел длинный коридор, оформленный охотничьими трофеями (некоторые были весьма экзотичны, чего, к примеру, стоила голова оборотня). В конце него была массивная дубовая дверь. Раз - и без единого прикосновения она отворилась, пропуская оторопевшую девушку в квадратный зал с камином.

- Здесь обычно собирается по вечерам семья. Вернее, собиралась, теперь собирать особо некого, - герцог взмахнул рукой, зажигая пламя в камине.

Зал был больше их парадной гостиной в Айши, но уступал помещениям на нижних этажах. Очень уютный, наполовину устланный коврами, с рядом мягких диванчиков по периметру и четырьмя креслами с высокими прямыми спинками возле столика у камина. На столе - шахматная доска. В простенках между окнами стоят вазоны с живыми цветами. Пахнут они изумительно! А у стены напротив - какой-то музыкальный инструмент, какой, не совсем понятно - он закрыт чехлом.

- Да, раньше семьи были большими, - Рандрин лениво

подошел к дивану и поднял с него забытую книгу в коричневом переплете.

- Ну, так все же от тебя зависит, - улыбнулась Зара, рассматривая картины на стенах. Хорошо, что хоть здесь нет оленьих рогов и доспехов.

- Женить меня хочешь? - прищурился герцог. - И на ком? Что, мачеху себе подыскала, о братьях и сестрах мечтаешь?

- С синими-пресиними глазками, - в тон ему ответила девушка.

- Мне одних синих глазок с избытком хватает, если тебе мало, порадуй меня внуками.

- Я еще слишком молода и, вообще, замужество - это не для меня.

- Вот видишь, сама считаешь брак обузой, а меня принуждаешь, - рассмеялся Рандрин.

- Значит, у меня это фамильное.

Советник покачал головой, но промолчал. Подошел к окну, бросил взгляд на подъездную аллею, не защищенную теперь зеленью деревьев, а потом поманил дочь в соседнее помещение.

Снова коридоры, какие-то комнаты... Наконец отец остановился и, открыв очередную дверь, пропустил дочь вперед.

Зара оказалась в спальне, обитой малиновым штофом. Большую ее часть занимала кровать под пологом, на которой бы без труда поместился бы весь их отдел. Кроме нее были какие-то шкафы, пузатые, резные, совсем непохожие на мебель из ее комнаты в Айши, камин с мраморной полкой, на которой стояла ваза с цветами, туалетный столик и пара кресел с мягкими подушками.

- Это мое? - на всякий случай уточнила девушка. Когда это она успела стать королевой.

- Твое-твое. Слуги уже распаковали вещи. Колокольчик на каминной полке. Переодеваться будешь?

- Нет, мне и так неплохо. Слушай, - она на мгновение

запнулась и покраснела, - а тут везде такие большие... Ну да, семья-то была большая.

Герцог рассмеялся и обнял ее за плечи.

- Очаровательное предположение, но размеры кровати с увеличением деторождения никак не связаны. Зара, у тебя кончики ушей покраснели, перестань! Хорошо, я больше не буду, а то ты окончательно поменяешь окраску. Просто мебель очень старая, тогда мода была такая. На всякий случай, мало ли тебе в голову взбредет, видоизменять ее не нужно, стены на заклинания трансформации плохо реагируют, так что здесь можно пользоваться только бытовой магией. Ну, и телепорт можно открыть, если докажешь, что принадлежишь к роду Рандринов.

- Как докажу? Мне стенам свидетельство о рождении показать?

- Попробуй, конечно, но есть более простой способ: попросить меня дать тебе разрешение. Раньше нужно было идти к главе герцогского дома, обосновывать свою просьбу, теперь, конечно, проще. Так что спокойно пользуйся, я соответствующий запрет для тебя снял.

- Меры безопасности, да?

Рандрин кивнул.

Краткая экскурсия по замку продолжилась, завершившись в столовой, напоминавшей столовую леди Таст.

После обеда отец предложил совершить небольшую прогулку по окрестностям, Зара согласилась.

- Только одевайся теплее, тут холодно. И шапочку не забудь, а то уши себе отморозишь.

Через полчаса Зара, одетая в пушистый черный полушубок и шапочку в тон, спустилась в огромный парадный холл замка. Если бы не помощь служанки, она бы никогда не выбралась из этого лабиринта комнат и переходов; блуждая по замку, невольно проникаешься уважением к его владельцам. Могущественный род, властный, самоуверенный, независимый и богатый - и обо всем этом рассказали стены.

Поигрывая хлыстом, герцог ожидал ее у одного из столбов, поддерживавшего гигантские крестовые своды. Девушка невольно поймала себя на мысли, что сейчас он напоминал какого-нибудь бога - скрытая сила, мнимое спокойствие и расслабленность, удивительно чистые синие глаза, практически безупречные, аристократические черты лица... Второй раз в жизни она позволила себе на миг взглянуть на него не как дочери, а как стороннему наблюдателю.

Интересно, чья кровь течет в их жилах?

- Готова? - спросил он, не оборачиваясь.

- Да. Но как ты...

- Больше на меня здесь так откровенно пялиться не будет. Я, что, сильно изменился?

- Есть немного, - смущенно пробормотала Зара. - Властности стало больше. Отец, а у нас в роду демоны были?

- Были. Но не те, которых ты видела. Намекаешь, что их черты проступают? - Рандрин повернул голову и с улыбкой взглянул на нее. - Пойдем, лошадей уже оседлали. А на счет нашей крови... Тут много чего намешено, в основном магии. Если интересуешься, вечером покажу забавный манускрипт -там вся история нашей семейки вплоть до твоего прапрадеда. Дальше я тебе и сам расскажу.

Они вместе вышли во двор, игнорируя заперших, как статуи, солдат.

Слуги подвели к подъезду двух холеных лошадей в попонах гербовых цветов. Герцог подал руку дочери и помог ей сесть в седло, затем сам устроился верхом на гнедом жеребце, и прогулка началась.

Беспрепятственно миновав оба хорошо охранявшихся замковых двора и барбакан, они оказались на подъездной аллее, начав неторопливый спуск вниз по склону под сенью печальных побуревших лиственниц.

Встречные всадники и пешеходы кланялись им, почтительно уступая дорогу.

- А Вы тут известная личность, Ваше величество! - пошутила

Зара, жадно впитывая в себя новые образы и ароматы. Воздух был свеж, окружавшие их с трех сторон горы- прекрасны, как и покрытая легкой пеленой первого снега долина с серебристыми лентами рек. Горбатый мост через одну из них им предстояло миновать для того, чтобы попасть в Радеш.

- Я тут, дорогая моя, все, - улыбнулся Рандрин. - И, скажу тебе по секрету, мне это очень нравится.

- О да, ты и корона созданы друг для друга!

- Все может быть, - лукаво ответил отец.

Так, значит в Айши еще ничего не закончилось, значит, он планирует второй акт пьесы под названием: 'Восхождение к власти'?

Радеш чем-то напоминал столицу с поправкой на то, что крепостных стен у него не было. Зато было в избытке каменных домов самых причудливых конфигураций -многовековая пестрая смесь. Крыши почти все не плоские, а остроконечные, с переломом. На белом фоне яркая красная черепица смотрелась особенно эффектно.

- Город основал Асвиш Рандрин в те времена, когда Сеговеи были всего одним из аристократических родов, ничем не примечательным, кстати. Только что закончилась одна из междоусобных воин, в результате которой мы дали понять, что на наши земли лучше не покушаться. Заодно прибрали к рукам парочку чужих уделов. С тех пор, - с гордостью произнес Рэнальд, - нога врага ни разу не ступала на эти земли. Они только наши и ничьи больше. Ладно, что у нас с Радешем? Как сама видишь, городок крупный, с легкостью заткнет за пояс твой родной Юр. Кроме него в герцогстве есть еще пять.

- Целых пять? - удивленно переспросила девушка.

- У меня же герцогство, а не какое-то графство. Большое, между прочим. Я тебе о крупных городах упомянул, есть еще всякая мелочь. Тут собственное самоуправление, никаких столичных муниципальных чиновников. Высший управленческий и судебный состав назначаю сам. Хм,

рассказывать-то особо нечего, ты лучше смотри.

И она смотрела: на громады домов, шпили храмов (интересно, тут тоже больше всего ценят ее любимую Эйфейю), административные постройки, украшенные гербом герцогского дома, улицы, то прямые, то извилистые, то узкие, то широкие, людей, занятых повседневной работой.

Герцог не мешал ей осматривать любые уголки, заходить в любые общественные здания и лавки, с пользой проводя время вынужденного ожидания за беседой с кем-нибудь из подданных. Так за эти три часа он успел переговорить с начальником городской стражи, бургомистром, верховным судьей и паросской чиновником рангом ниже.

- Ну, и как тебе? - они стояли у замершего на зиму фонтана на центральной площади, легкими кивками отвечая на приветствия горожан. Разумеется, не на все.

- Нравится! - честно призналась Зара. - Айши напоминает.

- Неудивительно: они примерно ровесники. Загород поедем, или ты устала и хочешь перекусить? Это можно без проблем устроить, бургомистр жутко обрадуется тому, что мы почтим его дом своим присутствием.

- Обрадуется или испугается? - лукаво переспросила девушка.

- А чего ему бояться? Взяток не берет, с налогами не обманывает, в заговорах не замечен. Да, Зара, я уверен, я бы почувствовал, сама знаешь, нас с нашим даром сложно обмануть. Я периодически всех проверяю, убираю ненадежных.

Дочь понимающе кивнула, подумав, что слово 'убираю' можно трактовать по-разному.

Снова потянулись вереницы домов, снова отсалютовали встречные караулы, и вот уже они в предместье, застроенном низкими домиками и чередой питейных заведений - все города кончаются одинаково.

Солнце наполовину скрылось за горизонтом, багряные тени лизали землю, будто пуская языки пламени по заснеженной долине.

Герцог пустил коня рысью, предложив доехать до следующего моста и повернуть обратно к замку. Мост был местной достопримечательностью - высокий, с покатыми каменными съездами, он четырьмя пролетами, отмеченными гладкими стелами, сковывал берега замерзшей реки. Лед еще не был крепок, кое-где виднелись темные глазницы полыньи.

- Зачем было такой строить? - Зара спешилась, подошла к парапету и, перегнувшись, взглянула на мощные опоры.

- Для красоты. Ну и для показателя статуса. Там, на стелах, имена богов, можешь поискать Эйфейю и загадать желание.

- Загадать желание?

- Ну да. Найди нужную стелу, прикоснись к ней рукой, закрой глаза, мысленно обратись к богине и попроси ее о чем-нибудь. По преданию срабатывает лучше лампадок в храме.

- А ты пробовал? - поддавшись любопытству, она уже принялась за поиски.

- Нет.

- Почему?

- Я привык самостоятельно исполнять свои желания.

Девушка усмехнулась и, отыскав то, что хотела, сняла

перчатки и прикоснулась к холодному камню, почувствовав его отполированную резчиками и погодой поверхность. Что же загадать, о чем попросить Эйфейю? Наконец, она выбрала и напрямую обратилась к богине.

Довольно улыбаясь, Зара вернулась к лошади и вдруг замерла, увидев, как изменилось лицо отца. Вытянувшись в струну, он напряженно к чему-то прислушивался.

- Не нравится мне все это, - качая головой, пробормотал Рандрин. - Да и солнце уже село... Людей нет, а неприятное ощущение чужого присутствия есть. Забирайся-ка ты в седло и на всякий случай вспомни то, чему тебя по боевой магии учили. Я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, за нами активно наблюдают.

- С чего ты решил? - девушка быстро огляделась по сторонам - ничего подозрительного, тихие свежие сумерки.

- Ты мне о демонической крови говорила, вот она и подсказывает. Со временем и у тебя шестое чувство в полной мере проявится. В любом случае, уже поздно, а до замка не близко.

Зара покорно забралась в седло и вслед за сосредоточенным на своих ощущениях отцом повернула к Радешу.

Стремительно темнело, на небе зажигались первые звезды.

Она не знала, как уловила это движение, но уловила вовремя. Просто легкий, почти невесомый звук, будто чиркнули когтем по воздуху. Голова автоматически дернулась влево и разминулась с чем-то.

Резко натянув поводья, Зара обернулась и тут же услышала окрик Рандрина:

- Не останавливайся, пускай лошадь в галоп! Ставь защиту, самую крепкую, какую можешь, и будь предельно внимательна!

- А что...?

- Я сказал: в галоп! - рявкнул отец. Он находился в пограничном состоянии между человеком и э-эрри и выглядел устрашающе. Остановил коня, нервно вглядывается в кромку деревьев у реки; была бы шерсть - встала дыбом.

- Нет, я не собираюсь позорно бежать, - Зара быстро поставила защиту второй степени и нашептала одно из боевых заклинаний, оставалось только выбрать цель, но тут так предательски тихо!

- Если я прикажу, побежишь! - знакомые устрашающие крылья взметнулись над его спиной, напугав лошадь. Иссиня-черные с прищуром глаза с расширившимися зрачками попытались поймать ее взгляд, но девушка предчувствовала подобный оборот событий и сама перевоплотилась.

И тут ее ухо снова уловило этот короткий звенящий звук.

Герцог среагировал мгновенно, метнув в пространство рядом с ее головой поток смертоносной энергии. Волна холода обожгла ее щеки - какой же силы было заклинание?

Что-то темное, извиваясь, тяжело упало на землю.

Бесформенный сгусток мрака с пылающими ярко-алыми глазами.

- Ко мне, живо!

В этот раз Зара подчинилась, потому что при очередной вспышке света (Рандрин добил тварь) увидела того, кто на нее напал. Это было странное существо, и не демон, и не человек, и не животное. Мускулистое, поджарое, с размытыми контурами тела. Вместо ног - лапы со спрятанными, как у кошки, когтями, зато когти верхних конечностей (их было четыре, по форме - вполне человеческие) выставлены напоказ. Огромные, загнутые на концах, они были гораздо длиннее ее кинжала. Лицо напоминает лик демона, с тем отличием, что его черты вовсе не проработаны, а изо рта торчит парочка вампирьих клыков.

- Кто это? - испуганно прошептала девушка.

- Самые лучшие убийцы на свете. Эгены. Давай-ка спешимся и отошлем лошадей к ближайшему жилью - сейчас они нам только помеха.

- Ты думаешь... - холодея от страха, начала Зара.

- Я уверен. Он был не один.

Ничего, абсолютно ничего, кроме промелькнувшей тени, - и лошадь сеньориты Рандрин падает замертво с разорванной шеей. Как это было можно сделать за одно мгновенье -сломать позвоночник, вырвать куски мяса, отбросить несчастное животное вместе с всадницей на несколько ярдов? Не дожидаясь, пока то же самое проделают с ней, Зара резко взмыла вверх, раскрывая купол защитного заклинания. Не школьного, школьное тут не поможет.

Удар она ощутила всем телом и, не удержавшись, упала на землю. Эген с кроваво-красными глазами одновременно ударил когтями по невидимой преграде; по ней пошли трещины. Силен!

- Зара, держи защиту, больше ничего не делай!

Девушка судорожно кивнула, пытаясь отыскать глазами отца. Лучше бы не отыскала! Захотелось сразу зажмуриться и

убедить себя в том, что это сон.

Воздух был пропитан магией, она звенела в ушах, разрывала эгенов на куски, а они предпринимали все новые и новые попытки оборвать жизнь Рэнальда Рандрина. Но он не собирался так просто сдаваться, убивая всеми доступными ему способами.

Резкий удар крыльев - и один из эгенов падает со сломанной окровавленной шей. Не глядя, герцог добивает его ударом неизвестно откуда взявшегося меча (видимо, перенес его из личных покоев замка, потому что на прогулку Рэнальд его не брал), тут же огненной волной сносит еще двоих, ловит глаза четвертого и после мимолетного контакта отпускает в свободное падение безжизненное тело. Зара в первый раз видела, как убивают взглядом, в первый раз чувствовала на губах привкус смерти, ощущала ее запах, которым, казалось, было пропитано все вокруг.

А ее защитный купол становился все тоньше и наконец рухнул. Не дожидаясь, пока эген вонзит в нее свои когти, девушка впилась в него взглядом, пытаясь навязать свою волю. Вроде бы получилось, он замер на расстоянии всего нескольких футов от нее, но потом в ухмылке обнажил свои клыки. Судорожно взглотнув, Зара поняла, что контроля над его разумом не получила. Но почему? Разбираться не стала, не отпуская его глаз, резко метнулась в сторону и вверх. Мотнув головой, будто сбрасывая с себя невидимые путы, эген метнулся за ней. Он был быстр, невероятно быстр и легко уворачивался от ее заклинаний.

Когти больно чиркнули по руке, слава богам, по касательной! Зара ответила ледяным смерчем и ударом крыльев. От крыльев оказалось больше толку, чем от колдовства, они хотя бы оставили следы на теле эгена. Озверев, тот бросился на нее и сшиб на землю. Пущенная по воздуху болевая молния отсрочила смерть, подарила девушке несколько минут жизни.

Морщась от боли (плечи были разодраны до кости), Зара собрала максимально возможно мощный сгусток чистой

энергии и метнула его в эгена. 'Сдохни, сдохни же!' - шептала она, как заклинание.

Упал. Бесформенное пятно рухнуло рядом с ней, чуть не придавив. Мертв. Но, будто почуяв ее кровь, к Заре устремились другие.

Девушка бросила отчаянный взгляд на отца - он далеко, и вокруг него целая стая. Они молниями мелькают по воздуху, озаряя небо яркими синими, белыми и пурпурными вспышками.

А она здесь, и двое эгенов парят над ней, собираясь нанести свой последний удар. Воистину, идеальные убийцы, раз с ними не может справиться выпускница школы магии, одна из лучших на своем курсе. Без знаний первого уровня боевой магии у нее вообще не было бы шансов.

- Ее тоже убить? - прошелестел голос одного из эгенов.

- Она видела, она магиня, - ответил другой. - И в ней его кровь.

Так, значит, их наняли убить отца? Но кто? И как они догадались, что она его дочь?

Но искать ответы на вопросы было некогда, счет жизни пошел на минуты, а нанесенные эгеном раны высасывали из нее силы. Кажется, их когти пропитаны каким-то веществом, поглощающим энергию.

По-детски, трусливо, но разумно, ей с ними не справиться.

- Отец! - крик сорвался с ее губ одновременно с отчаянной попыткой уйти от столкновения со смертоносными когтями.

Рэнальд Рандрин дернулся, среагировал мгновенно: отыскав брешь в рядах нападавших, метнув через нее святящийся шар. Разорвавшись, он залил пространство нестерпимо ярким светом. Зара непроизвольно зажмурилась, а. когда открыла глаза, увидела как вспоротый мечом герцога труп одного из напавших на нее эгенов корчится в предсмертных судорогах. Другой был уже мертв, от него мало что осталось.

Девушка закрыла лицо руками, подавив в себе рвотный рефлекс; перед глазами все еще стояла бурая жижа,

вытекавшая из живота эгена. У нее был такой странный запах...

- Тихо, тихо, их всего четверо осталось, я справлюсь, - голос отца обволакивал, убаюкивал. - Сиди, не двигайся, ничего не делай, эти твари тебя больше не тронут. Нет, какой же я дурак, надо было заставить тебя уйти!

- Они за тобой охотятся, их наняли, - прошептала Зара.

- Знаю. Еще пять-десять минут, солнышко, и все будет кончено.

Герцог заслонил ее от слетевшихся к ним оставшихся в живых эгенов; его крылья были надежной защитой, за такими легко было спрятаться. На кинжалах-когтях застыли капельки бурой жидкости - значит, ими он тоже вспарывал эти тела.

Четыре эгена и он один. Неравные силы. Но Рэнальд Рандрин не даром считался сильнейшим магом королевства. Он не стал тратить время на одиночные поединки, он убил их сразу, обездвижив заклинанием окаменелости, а затем поочередно попотчевав взглядом э-эрри. Зара догадывалась, что отец сейчас использовал запретную магию - по телу пробежал холодок ужаса. Так и есть - соприкоснувшись с землей, тела эгенов обратились в пепел.

- Все, - проведя рукой по вспотевшему лбу, Рандрин аккуратно положил перепачканный кровью эгенов меч на землю и вернул себе человеческий облик. Выглядел он уставшим, на лице - ни кровинки. - Ты как, сильно пострадала?

- Не вздумай меня лечить! - запротестовала девушка, тоже избавившись от ипостаси э-эрри.

- Сейчас не буду: сил не хватит, - просто посмотрю.

Он склонился над ней, остановил обеспокоенный взгляд на окровавленных плечах и левой руке и, поколебавшись, положил ладонь на самую серьезную рану. Живительное тепло приятной волной пробежало по телу, прогоняя боль.

- Отец, не надо, я потерплю! - отшатнулась Зара, прекрасно понимая, какие для него будут последствия от попытки

залечить ее раны.

- Но хоть кровь-то дай остановить!

Устал, очень устал, еле на ногах держится. Сводной энергии нет совсем, последние ее капли отдает ей. Не безумие ли?

- А они тебя не ранили? - в сгустившейся темноте она пыталась отыскать пятна крови на его одежде.

- Пара царапин, не серьезно. Я еще в форме! - усмехнулся герцог и, подав ей руку, помог подняться. - Пошли искать моего коня, хотя... Раз уж ты так рвешься мне помочь, приведи его, а я тебя здесь подожду. Не бойся, все эгены мертвы, другие убийцы по окрестностям тоже не бродят.

Глава 10.

Когда Зара привела коня (она отыскала его в полутора милях от места стычки с эгенами), Рэнальд Рандрин сидел на земле. Девушка сразу почувствовала, что что-то не так - подобная поза была у Меллона после схватки с демоном.

Ну зачем он занялся ее ранами, зачем остановил кровь, снял болевой синдром? Зачем... Потому что он ее любит, потому что косвенно виноват в том, что произошло.

Зара не удержалась, при помощи магии и льда, использованного в качестве зеркала, осмотрела свои повреждения. Жутко - полушубок разодран, весь в крови, что же с ее плечами? Хорошо, что верхняя одежда смягчила удар эгена, а то бы он раздробил ей кости.

Она все еще чувствует слабость, но это ничто по сравнению с тем, каковы должны быть последствия такого ранения. Интересно, насколько заклинание удержит боль?

- Папа? - испуганно окликнула Зару неподвижную фигуру. Она назвала его так впервые, но по-другому не позволяло душившее ее беспокойство.

Герцог не повернул головы, будто глубоко погруженный в собственные мысли.

Привязав коня, девушка подошла к герцогу, присела на корточки и тут увидела кровь. Бурые подтеки на его одежде. Как она смогла их пропустить? Но ведь их не было... И тут Зара поняла - он их спрятал, чтобы она не волновалась.

- Ты ненормальный! - зашипела девушка, вспоминая курс лечебной магии. - Это и есть твои царапины?!

- Тихо, успокойся! И силы свои не трать, я умирать не собираюсь, - герцог улыбнулся, взял ее руку и сжал пальцы. -Ну да, я немного солгал, но это только мое дело.

- Ты ранен - и лечил меня?! Нет, о чем ты вообще думал? -возмущалась Зара. Вырвав руку, она приложила ее к самому большому пятну. Тоже след когтей, всей шестерни.

- О тебе. Зара, давай дома, а? Только практиковаться на мне все равно не позволю: у тебя плечи разодраны, с неделю придется лежать, если магию не использовать.

- А ты?

- Что я? Через пару дней оклемаюсь. Ты придаешь слишком большое значение этим порезам, поверь, после встречи с демонами остаются куда более смертоносные отметины. Я просто устал, больше ничего.

Он встал, поднял ее и направился к лошади. Шел медленно, тяжело, но с прямой спиной. Остается только гадать, не солгал ли он ей еще раз - Заре не удалось определить характер полученных им ранений: отец не позволил, будто выставил какой-то барьер.

Они молча возвращались в замок, скоро уже должны были показаться предместья Радеша, когда герцог внезапно дал шпоры коню. Девушка еле удержалась в седле, если бы отец не придержал ее, непременно бы сломала себе шею.

Что-то произошло, он что-то почувствовал, но почему молчит?

Зара напряженно озираясь по сторонам, пытаясь уловить отголоски опасности, но темнота играла против нее.

- Я сейчас! - буркнула она и, резко осадив коня (не хотелось причинять неудобство отцу своим превращением), спрыгнула

на землю.

- Куда ты собралась? - недовольно окликнул ее Рандрин. -Зара, поверь, сейчас не время и не место для прогулок! Зара... Зара, не двигайся!!! - от этого крика она невольно вздрогнула, удивленно глядя на переменившегося в лице отца.

Не став дожидаться, пока очередная нежить нанесет свой удар, девушка приняла облик э-эрри и мгновенно взмыла над землей.

Красные огоньки, шорохи, ругательства отца, называющего ее самоуверенной идиоткой, ... и удар. Сильный удар, будто ее снесли потоком воздуха. От него на миг перехватило дыхание. Сделав кувырок, Зара с трудом уберегла себя от падения.

Снова ощутив воздух и выровняв положение тела, девушка оглянулась, чтобы увидеть, кто заставил ее совершать такие курбеты. Эген. Боги, откуда они только берутся, сколько их тут еще?

А внизу мелькают тени... Знакомые такие тени, вампирьи. Нет, они форменные самоубийцы - нападать на мага! Или не чувствуют магию в крови? Но Эйдан рассказывал, что эту медовую нотку нельзя не заметить.

Ладно, отец с вампирами справиться - тоже принял облик э-эрри, значит, даже ослабленный будет двигаться быстрее человека, - а вот эгена ей придется взять на себя. На нее он больше не нападает, значит, цель - герцог.

Эх, ей бы сейчас грацию вампира, умение бесшумно стремительно передвигаться в пространстве! А то паришь в воздухе, озираешься по сторонам и ждешь. Кровососов, что ли, пока поубивать? Если эген нападет, шансы, что она его опередит, минимальны, а так хотя бы избежит опасности погибнуть от вампирьих клыков.

А они голодные, глаза красным отливают...

Прицельным ударом убила одного, резко взмыла вверх, круто развернулась... Где же эген, куда он подевался?

И не было ли тут еще чего-нибудь... Вот зачем, зачем она об этом подумала?!

Вампиры были мертвы, но они, похоже, были всего лишь отвлекающим маневром, призванным усыпить бдительность и истощить запасы энергии. Почему она так решила? Эген вернулся, но не спешил нападать. А раз не спешил, то кого-то ждал. Или чего-то. И это что-то было уже здесь, иначе стал бы Рандрин собирать в ладонях сгусток чистой энергии, приправляя его привкусом черной магии?

Конь испуганно дернулся, всхрапнул и встал на дыбы, чуть не сбросив седока. Но что его испугало, вокруг только темнота... Темнота, эген на задворках импровизированной сцены и серебристый туман, низко стелящийся над землей. Он становится все гуще, все осязаемее, наполняясь шепотом голосов, поднимается все выше, скрывая дорогу, оголенный кустарник, деревья... Он живой и вязкий, от него веет холодом.

- Что это? - Зара приземлилась рядом с отцом.

- Сейчас мы оба это узнаем, - мрачно ответил герцог. -Никогда бы не подумал, что моя шкура может заинтересовать кого-то, кроме консулов! Но, похоже, я себя недооценивал. Зара, извини, что я тебя в это втянул!

- Но ты же не предполагал... Если кто-то организовал на тебя покушение, то ты в этом не виноват!

Рандрин кивнул. Голубые искры дрогнули на кончиках его пальцев, все еще сжимающих энергетический шар, и окружающее пространство озарилось ярчайшим белым светом, молниями пронзившего странный туман. То ли вздох, то ли стон, и разодранная в клочья дымка начинает отступать, оставив после себя высокую худую, будто колонна, фигуру в черном. Руки опущены, скрыты в складках стелящегося по земле одеяния, капюшон скрадывает черты лица.

Казалось, это существо неживое, но вот после нескольких минут неподвижности невидимый ветер раздувает атласную блестящую ткань; капюшон мягко сползает на плечи, открывая лицо таинственной фигуры в черном.

Зара ожидала увидеть все, что угодно, только не это. Прямые, до плеч, светлые волосы, бледное лицо с невыразительными

зелеными глазами и плотно сжатыми светло-вишневыми губами. Женщина. Молодая, но не девушка. Взгляд -серьезный, сосредоточенный, но спокойный. Черная мантия, перехваченная широкой атласной лентой под горлом, казалось, выполнена из камня - настолько недвижна и идеальна.

Голова женщины чуть опущена, но вот она медленно выпрямляет ее и обращает на них взор своих травяных глаз.

Эген спускается с небес и устраивается у ее ног, будто сторожевая собака.

- Кто это? - шепотом спросила девушка, не сводя напряженного взгляда с таинственной незнакомки.

- Госпожа, - неохотно ответил герцог. - Темная госпожа.

Вот эта бледная блондинка - и вдруг Темная госпожа? На вид

она совершенно безобидна...

Одеяние незнакомки слегка колыхнулась, и она поплыла над землей. Всего в каком-то дюйме над снегом, не оставляя после себя абсолютно никаких следов. По-прежнему прямая, по-прежнему безмолвная, по-прежнему прячась в своей черной накидке.

Эген клацнул зубами и хищно посмотрел на Зару. Девушка приготовилась к нападению, но его не последовало: эген просто тенью промелькнул над ними и устроился позади, в кроне одного из деревьев.

- У меня просили твою жизнь, - голос ее был словно шепот листвы. - А я люблю своих воспитанников.

Говорит тихо, но слышно каждое слово. И будто цепенеешь, становится трудно дышать...

- И много было просителей? - поинтересовался Рандрин, усилив шар чистой силы в своих руках. Теперь в нем была сосредоточена вся свободная энергия герцога, он ничего не оставлял про запас. Рискованно? Да, но Рэнальд Рандрин был опытным магом, он знал, что делает. Видимо, этот противник давал возможность нанести всего один удар.

- Двое, - глаза женщины стали ярче, теперь они светились в темноте, как у кошки.

- И один из них твой жрец?

- Угадал. Мой любимый жрец.

- А у тебя есть нелюбимые?

По губам Темной госпожи скользнула улыбка:

- Ты прав, не все одинаковы.

- Для тебя, может, и так, но я не делаю различий между фрегойями. Вот чего я не пойму, так это того, зачем тебе было приходить? Они не в состоянии убить меня сами или способны нападать только на женщин и беззащитных эльфов?

- Смелый. И не боишься. Смелый и сильный. Я думала, что после встречи с моими собачками, - она кивнула на эгена, - не выживают.

- Случается.

- Кровь помогла? - женщина выпростала из-под накидки руку с длинными загнутыми на концах ногтями; тускло сверкнули в призрачном ночном свете два тонких браслета на запястье. Воздух задрожал и начал медленно превращаться в кристаллы льда. - Пожалуй, я сохраню ваши тела, заберу только душу.

Герцог усмехнулся и покачал головой.

- Займись эгеном, - прозвучал в голове Зары его спокойный голос. - Наноси удар в горло, потом лови взгляд и не приказывай, просто ломай сознание.

Ледяная стена подошла вплотную к ним и разлетелась на мириады осколков, искрящимся кружевом украсив землю.

Крылья герцога резко рассекли воздух, породив мощнейший поток воздуха, отбросивший фигуру в темном на несколько десятков ярдов. Откуда он взял силы, какие еще резервы были у этого мага?

- Глупец! - рассмеялась Темная госпожа. Легко, не сгибаясь, поднявшись с земли, она раскрыла полы своей накидки, скрывавшей клубящуюся бездну. Тела под ней не было, во всяком случае, оно было надежно укрыто щитом из первозданного мрака. Женщина просто выдохнула, сложив губы трубочкой, - и ледяные иглы едва не пронзили сердце Рэнальда Рандрина, он сумел увернуться от них за сотые доли

секунды.

Одновременно с Темной госпожой нанес удар эген. Но Зара ожидала нападения, поэтому успела среагировать. Защищенная невидимым куполом, дававшим ей шанс на несколько дополнительных минут жизни, она нанесла удар, на этот раз использовав природную магию. Выбор оказался оправданным, со смерчем не совладать даже эгену. Вихрь закружил его и пару раз приложил о деревья. Увы, последними пришлось пожертвовать, зато у 'идеального убийцы' на время нарушилась ориентация в пространстве.

Медлить было нельзя, не вечно же он проваляется недвижной тушей на снегу, да и Темная госпожа бездействовать не станет, и Зара метнулась к эгену, по пути увернувшись от очередной партии ледяных игл. Она предпочитала не оборачиваться, не смотреть на отца, хотя спиной ощущала, как искажается пространство. Кажется, там образовалась воронка. Лишь бы их туда не затянуло! Что там, за этой воющей пустотой, лучше не думать - межмирье гораздо хуже любых кошмаров.

Эген пострадал меньше, чем ей показалось с первого взгляда, он просто решил обмануть свою жертву, сберечь силы, позволив ей самой подойти к нему. Мелькает серая тень - и острая боль пронзает ее предплечье. До крови закусив губу, стараясь не смотреть на оставленную клыками рваную рану: сейчас он был в ярости и воспользовался зубами, вырвав кусок полушубка, хорошо, что не кожи, - девушка совершила обманный маневр и зажгла на кончиках пальцев голубые искры. Главное попасть, но как тут не промахнуться, когда эген мелькает по воздуху словно молния?

Иллюзия! Как она сразу не догадалась! Нужно сотворить иллюзию, своего двойника, только так она сумеет убить эгена. Хорошо, что в школе их этому тоже учили, а страх не атрофировал ее мозг.

Послав в сторону эгена сгусток боли, целое облако, чтобы хоть что-то его задело, Зара отчаянно пыталась вспомнить

нужное заклинание. Так, успокоиться, расслабиться, представить образ, зафиксировать его перед мысленным взором и кончиками пальцев начать выводить на нужном месте. Всего одна попытка, всего одна минута, другого шанса эген ей не предоставит. Кажется, получилось. Едва успела подумать, как острые когти эгена чиркнули возле ее лица. Обе Зары инстинктивно отшатнулись, но в разные стороны.

Эген был озадачен - которая же из них истинная?

Управлявшая иллюзорным двойником девушка заставила мнимую Зару совершить кувырок в воздухе и попытаться зайти за спину эгену. Есть, среагировал, осклабился, подловил и со всей силы вонзил когти в тело. И тут же с хрипом схватился за горло, из которого фонтаном била бурая кровь. Настоящая Зара уже была рядом и с торжествующей улыбкой поймала его лихорадочные алые глаза.

Все дальше и глубже, а потом резко на себя и в сторону, ломая, круша, превращая в крошку образы, приказы, мысли... Нет, одно она все-таки сохранила для себя - образы заказчиков, остальные же, не просматривая, превратила в кашу.

Смертельно раненый Эген дико кричал, извиваясь всем телом, в кровь расцарапывая голову, но ничего поделать не мог - связь с э-эрри была слишком прочна, порвать ее могла только она сама. Алые глаза с отчетливой примесью голубого постепенно блекли, белели, пока вовсе не утратили окраску.

Поморщившись, минут через пять Зара отвела взгляд, и эген рухнул на землю. Разрушенное сознание не давало шансов на воскрешение тела.

Да, разумеется, это было не чистое ментальное убийство, э-эрри убивали взглядов совсем по-другому, быстро и незаметно, всего за мгновение, но девушке было все равно, главное -результат.

Кое-как остановив кровь и перевязав новую рану, все наскоро, на лечебные заклинания не было времени, Зара обернулась к отцу, заранее понимая, что не желает этого делать. Но не могла же она не обернуться?

Это было хуже, чем кошмарный сон, ее воображение не могло представить себе такого. Огромные глыбы льда с застывшими в них частичками живой плоти, судя по всему, останками их коня и местной фауны, срезанные, будто ножом, деревья, мелкая крошка из древесины, будто песок, укрывшая выжженную землю, и зияющая воронка стонущей пустоты за спиной у Темной госпожи. Один ее глаз горел, как рубин, другой полыхал изумрудной зеленью. Странное черное одеяние было отброшено, и Зара видела ее тонкое, чрезвычайно гибкое, как у змеи, тело, мгновенно трансформировавшееся в различные формы по желанию разума. Казалось, оно вовсе не имело костей, было подвижной тягучей массой, сотканной из мрака и воздуха. Его можно было разорвать, вырвать из него кусок плоти, но раз за разом тело восстанавливалось, будто смыкавшаяся гладь воды.

Темная госпожа слегка повела рукой, и воронка небытия разрослась до самого неба. Сейчас она поглотит их, расплющит, уничтожит. Нет, не в этот раз - мощнейший поток энергии расколол ее на две части. Громкий треск - и воронка взрывается, породив землетрясение.

Ударная волна разнесла троих участников спектакля по лесу, по пути валя уцелевшие деревья.

С трудом поднявшись на ноги, утирая текущую по голове кровь - последствия неудачного падения на груду того, что раньше было стволом могучего ясеня, морщась от боли в одной из открывшихся ран, Зара отыскала глазами отца. Ему было намного хуже, чем ей, она даже засомневалась, жив ли он. Прошла одна минута, две - а он все не поднимался.

Усмехаясь, Темная госпожа поплыла по воздуху, приготовив в ладонях странный светящийся сосуд. Девушка сначала подумала, что в нем заключено какое-то заклинание или существо, но потом поняла, что он предназначен для души. Для души Рэнальда Рандрина.

Темная госпожа улыбнулась и открыла крышку сосуда. Зара уловила едва заметное изменение структуры воздуха, будто

неведомая сила засасывала его в сосуд. Нет, она этого не допустит! Пусть блондинка сильна, пусть для нее она ничто, но бороться всегда нужно до конца.

Раз - и сосуд разлетается на блестящие осколки, а Зара, взмыв над землей, торжествующе смотрит на обескураженную Темную госпожу. Кажется, другого вместилища для души у нее нет, иначе стала бы она так печалиться?

Не одна ты умеешь устраивать землетрясения, магов в школе тоже этому учат. Хотя, зачем землетрясение - лучше ураган. Смерч получился, что надо, Зара сама от себя не ожидала, со злорадством наблюдая за тем, как кружит в воздухе темный сгусток материи.

Самое сильное боевое заклинание - в самое сердце урагана. Кажется, попала, но результат оказался не тем, которого она ожидала: разозленная Темная госпожа разорвала путы ветра и стремительно поплыла к девушке, лелея в руках алый шар. Даже первокурсник догадался бы, что это не просто заклинание, а квинтэссенция смерти. И предназначалась она Заре.

Мгновение - и шар отправляется в свободный полет, обжигая холодом и паническим ужасом. Девушка сумела увернуться, дыхание смерти лишь покрыло инеем ее волосы, но месть Темной госпожи была не так проста: шар не мог успокоиться, не найдя жертвы. Зара поняла это, когда спиной ощутила, что он возвращается, вновь набирая скорость.

- Наивная, тебе нет спасения! - прошелестел голос Темной госпожи. - Ты быстра, но смерть всегда быстрее.

Девушке удалось при помощи направленного удара слегка изменить траекторию полета шара, тем самым уйдя от столкновения, но это не решало проблемы, а лишь отсрочивало гибель. Пришлось признать, что против создания богини фрегойев все ее знания бесполезны.

- Помоги нам, Эйфейя, не оставь нас, волоокая! - молилась Зара, играя в салки со смертью под снисходительным взглядом Темной госпожи. - Подскажи мне выход, подскажи

мне выход!

Она поздно заметила его, не ожидала, что он появится с противоположной стороны. Заклинание? Не хватит времени. Уклониться? Слишком поздно. Еще миг - и шар врежется в нее, прекратив биение сердца. Даже вскрикнуть не успеешь, да что там - даже моргнуть.

Но шар внезапно остановился в десятой доле дюйма от ее груди, развернулся и на бешеной скорости врезался в Темную госпожу. Яркая вспышка - и на ее месте лишь черное, пахнущее горелым мясом, наполненное мелкими ошметками пятно.

Зара с трудом приземлилась, почти рухнула на землю, но перед этим успела отследить по остаточному магическому шлейфу место, откуда было послано спасшее ей жизнь заклинание. Рэнальд Рандрин. Стоило и самой догадаться по силе и характеру чародейства, такого в школе не преподают.

Помог ей и, возможно, убил себя.

Шатаясь, девушка подошла к нему, присела на корточки и положила руку на лоб. Пальцы тут же окрасились кровью. Эта рана была не единственной, вся одежда герцога была пропитана кровью, но это еще полбеды - Зара не ощущала в нем хоть капли жизненной энергии. Видимо, в свое последнее заклинание он вложил ту, что измученный организм пытался сохранить для себя.

Алебастрово-белый, с резко обозначившимися скулами, скрученными судорогой пальцами, на кончиках которых еще теплились остатки магии, обескровленными губами и ставшими матовыми синими глазами Рандрин напоминал мертвеца.

Стараясь не думать о смерти, девушка приложила холодную руку к сонной артерии - слабый пульс есть, но такой редкий! И почти не дышит.

Наскоро, чтобы не мешали, подлатав свои раны (только остановила кровотечение и притупила боль), Зара встала на колени и крест-накрест сложила ладони на груди отца. Она не

была уверена, что у нее получится, но нужно было попробовать, иначе можно было смело облачаться в траур.

Радуясь, что не вернула себе человеческий облик, Зара пристально вглядывалась в глаза герцога, стараясь установить контакт с его сознанием. Никакой защиты нет, проникнуть туда легко, но как же там холодно и темно! Нужно отыскать хоть отголоски мыслей, нужно хоть одно яркое пятно, что-то живое, потому что пытаться воздействовать на мертвое бесполезно. Одновременно с попытками достучаться до разума Рандрина, ухватиться за краешек его души, убедить ее не уходить, девушка старательно воспроизводила по памяти вычитанное где-то заклинание. Очень опасное, способное убить ее, но Зара об этом не думала, она не допускала мысли о неудаче, а собственная жизнь... Она не хотела жить за счет другого.

Кажется, сработало, и собственная энергия медленно потекла в тело герцога. Кожа начала розоветь, пальцы выпрямились. А вот и так нужное ей светлое пятно в его сознании...

- Совсем сдурела?!

Зара вскрикнула и резко отшатнулась, обрывая связь: восстановился один из уровней защиты. Больно, будто настиг острый приступ мигрени, а хочется улыбаться.

- Нет, ты вообще соображаешь, что делаешь?! Кто тебя этому научил?

Глаза Рандрина потемнели, приобрели осмысленное выражение. Даже чересчур осмысленное - гневное. Смотрит так, будто она совершила какой-то серьезный проступок.

Голова раскалывается, будто разрывается изнутри, одновременно накатывает слабость... Но все равно хорошо, пусть даже девушка сейчас потеряет сознание - а ведь она балансирует на грани.

- Идиотка, перестань сейчас же! Я тебя с того света не вытащу, так что заканчивай со своими экспериментами! - видя, что дочь не реагирует, герцог едва различимо произнес какое-то слово - и действие заклинания Зары оборвалось.

- Я думала, ты мне спасибо скажешь, - обиженно пробормотала девушка, массируя виски. Мигрень все не проходила, пилила ее черепную коробку, зато полуобморочное состояние прошло. Демоны подземного мира, у нее опять кровотечение, на этот раз носовое. От перенапряжения, наверное.

- Скажу, но не за это, - опершись о плечо дочери, Рандрин сел. Его пошатывало, было видно, что ему трудно удерживать тело в вертикальном положении.

- Тебе очень плохо? - забыв об обиде, Зара обняла его, чтобы герцог не растрачивал силы по мелочам. Дыхание у него более-менее выровнялось, но какое-то тяжелое.

- Лгать не буду: да. Она ведь из меня все силы вытащила, я себе совсем немного оставил, а тут этот шар смерти... Я, конечно, все понимаю, Зара, но больше никогда так не делай. Поклянись, что не станешь пользоваться заклинанием передачи жизненных сил до тех пор, пока не получишь хотя бы вторую категорию. Ты же не можешь его контролировать, не вмешайся я, оно опустошило бы тебя. Ты умерла бы, понимаешь? Ты ранена, тебе самой нужны силы...

-Тебе хуже, - упрямо возразила девушка.

- Хорошо, подойдем к вопросу с другой стороны. Если мы оба хотим отсюда выбраться, то нам нужно, чтобы хотя бы один из нас был в состоянии сходить за помощью. На ногах держишься только ты, так что тебе и идти. Извини, коня больше нет, так что либо пешком, либо по воздуху. Доберешься до Радеша, растолкаешь кого-нибудь из моих подданных и прикажешь послать за Сианаленом. Пусть он и на тебя взглянет, особенно на плечи и голову.

Когда усталая, голодная и продрогшая Зара добралась до города, была уже глубокая ночь. Бредя по темным улочкам, вздрагивая от каждого шороха - ей везде чудились эгены, -девушка пыталась вспомнить, где находится дом бургомистра.

Хороша, наверное, была дочь Рэнальда Рандрина, когда требовательным стуком в дверь нарушила сон

добропорядочного градоначальника - в разодранном полушубке, вся в крови, со спутанными, свисающими сосульками слипшимися волосами, перепачканным всем, чем можно, лицом! Заспанный привратник даже не хотел ее пускать - дочери герцога в таком виде по ночам не разгуливают, - но девушка устранила его со своего пути одним пассом руки. Желание прекословить у вышедшего на шум лакея сразу пропало, и он, повинуясь воле синеглазой окровавленной девушки, поспешил будить хозяина.

Узнав о случившемся (разумеется, Зара умолчала о Темной госпоже), бургомистр пришел в ужас, развел бурную деятельность, подняв на уши весь Радеш. Отказавшись остаться в городе, сеньорита Рандрин настояла на том, чтобы самой проводить отряд всадников к месту покушения. Ей это далось нелегко, но нужно было убедиться, что с отцом все в порядке.

Убедиться не получилось: садясь на лошадь, Зара потеряла сознание.

Очнулась она уже в замке, на собственной постели. Девушка ощущала себя разбитой; тупая, но не сильная боль напоминала о событиях прошедшего дня.

Повернув голову, Зара увидела стройного, будто женщина, эльфа. Стоя к ней спиной, он водил руками над стаканом с какой-то зеленой жидкостью. Девушка никогда еще не видела живых обитателей Заповедного леса, поэтому с интересом нагло его рассматривала. Действительно, блондин с собранными в хвост длинными волосами, остроухий, грациозный.

- Леди никто не говорил, что так пристально смотреть на кого-нибудь - невежливо? - эльф обернулся и одарил оценивающим взглядом голубых глаз. Да, совсем, как в учебниках - идеален во всем, кроме характера. А красивый!

- Кто Вы такой? - Зара поборола в себе желание извиниться.

- Сианален, леди. Рэнальд Рандрин просил меня помочь ему и Вам.

- Так Вы врач? - наконец догадалась девушка. - Личный врач отца?

- Да, я лекарь, но не служу герцогу. Я его друг и по мере возможности и необходимости врачую тело и душу. А Вас зовут Зара?

Она кивнула, переваривая полученную информацию.

- Как отец?

- С ним все в порядке, леди, дней десять - и не останется и следа от ран. Энергия восстановится немного позже, недели через две. А теперь я прошу Вас выпить вот это, - он подошел и поднес к ее губам стакан со странной жидкостью; Заре на мгновенье показалось, что она живая.

На вкус эта бурда оказалась такой же мерзкой, как и вид, но пришлось мужественно выпить предложенное лекарство до дна.

Глава 11.

Зара критически рассматривала себя в зеркале. Зеркало было большое, практически в полный рост, и находилось в ванной комнате, что позволяло не заботиться о том, что кто-то сможет помешать столь увлекательному процессу, как самолюбование. Девушка, справедливости ради, преследовала несколько другие цели: ее интересовало то, как заживают раны. С рукой уже было все более-менее в порядке, остался только красноватый рубец, который, как обещал Сианален, при должном уходе мог превратиться в едва заметный бледный шрамик, а то и вовсе пропасть, а вот плечи все еще следовало прятать от посторонних глаз. Нет, раны там затянулись, но выглядели крайне неэстетично, так что придется еще поносить повязку с мазью, чтобы, не приведи, конечно, вся небесная братия, в теле не осталось ни капли яда эгенов. Им с отцом, безусловно, повезло с тем, что они родились магами -обычных людей этот яд убивал максимум за пару часов, но у волшебников другой состав крови.

Осторожно наложив новую повязку и с помощью магии тщательно перебинтовав лопатки, девушка, не надевая корсета (тут не до приличий и условностей, эльф ясно дал понять, что еще неделю его точно носить нельзя), облачилась в нижнюю рубашку и свободную робу, перехваченную на талии поясом-шарфом. Причесалась, слегка подкрасила губы и подрумянила щеки - не ходить же привидением? - и направилась в спальню отца. Ей было о чем ему рассказать, сейчас самое время.

дверей Зара столкнулась с знакомой стройной фигурой. Все же какие они необычные, насквозь пропитанные грацией... и надменностью. Вот и сейчас Сианален одарил ее таким взглядом, будто она была не дочерью герцога, а простой горничной. Хотя, в чем-то он прав: хоть по документам она С'Эте, но с ее матерью Рандрин в браке не состоял. Но для высшего света Айши это не имеет значения, а мнение какого-то эльфа ничего для нее не значит.

- Доброе утро, Сианален, - Зара слегка склонила голову, ожидая ответного приветствия. - Как здоровье Его светлости?

- Доброе утро, леди. Герцогу значительно лучше, Вы можете войти.

- Боюсь оскорбить Вас, но я бы вошла и без Вашего разрешения.

Девушка улыбнулась и проскользнула мимо эльфа.

- Не утомляйте его разговорами, леди, - полетели ей вслед назидания врача.

Зара кивнула и, дождавшись, пока дверь закроется, наложила на нее заклинание против подслушивания. То, что она собиралась сказать, предназначалось только для ушей отца.

В спальне Рэнальда Рандрина без труда можно было бы проводить совещания для узкого круга приближенных, но, между тем, от нее веяло уютом. Декорированная в темных теплых тонах, преимущественно разнообразных оттенках коричневого, она казалась ровесницей замка - настолько все тут было пропитано духом времени.

Успокаивающе потрескивали дрова в камине, отбрасывая

едва заметные в свете дня блики на ковер, мягким густым ворсом окутавший пол.

Правая часть спальни - рабочая, тут есть и стол, и кресла, и небольшой книжный шкаф, левая предназначена исключительно для отдыха. Тут, безусловно, главенствовала кровать, глядя на нее, Зара подумала, что ее восхищения размерами собственной были сильно преувеличены. Умели Рандрины жить с комфортом! На такой постели можно и поперек спать.

- Зара, что это у тебя в последнее время мысли вокруг одного и того же предмета мебели вертятся? - прокомментировал ее мысли герцог, возлежавший на горе подушек и неторопливо дожевывавший свой завтрак. - У меня, конечно, объяснение найдется, только боюсь вслух произносить, а то еще запустишь чем-нибудь.

Он улыбнулся и поманил ее к себе.

- Доброе утро, отец. Это совсем не то, о чем ты подумал.

- Откуда ты знаешь, о чем я думаю? Ты мои мысли считывать не умеешь. Недавно был шанс попробовать, может, ты им даже воспользовалась, но теперь все, номер не пройдет!

- А мои мысли, значит, читать можно? - деланно нахмурилась девушка, присаживаясь на край постели и кладет ладонь на лоб Рандрина. Игнорируя изменившийся цвет его глаз (как же, все-таки, радостно оттого, что они вновь стали прежними, а не остались блеклыми и матовыми!), она заканчивает то, что начало делать лечение Сианалена, а именно заставляет исчезнуть красный рубец.

- Так, ты опять целительством занимаешься? - герцог убирает ее руку. - Сама только-только на ноги встала... Ничего со мной уже не случится, ну, проваляюсь в постели на день больше, а вот твои начинания могут выйти тебе боком. В тебе не так много энергии, как тебе кажется.

- Хорошо, тогда мы просто поговорим. Надеюсь, это можно, а то твой эльф сказал...

- Слушай его больше! Будь его воля, он бы меня запер, -

рассмеялся Рандрин и погладил дочь по щеке. - Какая же ты у меня умница! Ты извини за то, что я тогда тебе сказал... Просто боялся, что мы оба погибнем. Ты Апполине уже сказала?

- Нет еще, сегодня собиралась. Ты же знаешь, - смутилась она, - у меня плохо с пространственными зеркалами...

- Намекаешь, что мне нужно тебе помочь? - прищурился герцог. - Хорошо, помогу, но только инструкцией по применению: у меня не так много сил, чтобы тратить их на магию.

- Значит, ты сейчас, как обыкновенный человек? - Зара придвинулась ближе, осторожно забрала и поставила чашку на поднос.

- Только не говори, что ты решила этим воспользоваться и поизмываться над своим несчастным больным отцом! - в глазах его играли искорки смеха.

- Я хорошая дочь и никогда так не поступлю.

- Приятно слышать!

Девушка улыбнулась, наклонившись, поцеловала его, потом, забыв о правилах приличия, сбросила полусапожки и с ногами забралась на постель.

- Знаешь, - она выдержала небольшую паузу, - я ведь не просто убила эгена, я успела сохранить в свой памяти кусочек его воспоминаний - лица заказчиков.

Лазурные глаза Рандрина, еще минуту назад с любовью смотревшего на дочь, стали васильковыми, серьезными и сосредоточенными. Рэнальд слегка подался вперед, пристально глядя на Зару. Она решила не томить его:

- Их было двое. Один из наших, анториец, другой - фрегой.

- Можно посмотреть?

- А тебе не вредно?

- Просто так быстрее, да и, описывая их, ты можешь что-то упустить. Расслабься, воскреси в сознании их образы и смотри...

- Да знаю я! Вот, наслаждайся!

Вторжение в ее голову было мягким, Зара почти ничего не почувствовала, только короткий момент контакта. Длился он всего минуту.

- Я его знаю, - нахмурился герцог, снова откинувшись на подушки. Ненадолго прикрыл глаза - очевидно, чтобы восстановить силы. Их в нем немного, но свободная энергия есть, на простенькое боевое заклинание хватит. - Это помощник Теодора.

Помощник низложенного консула? Значит ли это, что к этому причастны все трое отправленных в ссылку вельмож?

Девушка поделилась своими предположениями с отцом, тот опроверг их:

- Сознание изменял я сам, они ничего не помнят, даже если пытаться воздействовать на них, вернуть память невозможно, так что это личная инициатива любезного Отолора. Ничего, - в его голосе зазвенели стальные нотки, - недолго ему осталось баламутить воду! Второй, тот, который фрегой, - один их жрецов Темной госпожи. Эти с радостью согласятся убить любого из магов. До него я тоже доберусь, но немного позже. Еще раз спасибо, Зара, ты образцовая дочь и образцовая герцогиня С'Эте.

Зара зарделась и, попрощавшись, вышла из комнаты. Отцу нужен был отдых - и одиночество, чтобы обдумать план поимки заговорщиков.

Итак, одну миссию она выполнила, оставалось разобраться со второй, а именно, сообщить о покушении на герцога кузине. Безусловно, существовала надежда, что Апполина и так все знает (мир не без добрых людей, как с кавычками, так и без), но это все равно не слагало с нее обязанностей поставить родственницу в известность относительно недавних неприятных событий. С пространственным зеркалом придется разбираться самой - Рандрин слишком слаб, чтобы помочь ей. Ничего, уважающая себя служащая Департамента иностранных дел должна уметь пользоваться пространственным зеркалом, будем считать это проверкой на

профпригодность.

Необходимый инструмент связи нашелся в кабинете отца, куда ее почему-то пустило охранное заклинание - видимо, герцог что-то изменил в настройках после ее приезда.

С зеркалом Зара провозилась долго и почти отчаялась на успех, когда наконец увидела лицо Апполины. Кузина была в форменном пиджаке Департамента внутренних дел, девушка, видимо, застала ее в одном из коридоров Дворца заседаний.

Вопреки ожиданиям, Апполина отреагировала на новость спокойно, будто ожидала чего-то подобного, с готовностью согласилась помочь с поисками Отолора, сообщив обо всем своему начальнику. Потом поинтересовалась, как дядя, сдержанно похвалила Зару за самоотверженное поведение и, извинившись, отключилась. Посторонний решил бы, что полуэльфийка осталась равнодушной к новости о покушении, но сеньорита Рандрин знала ее достаточно хорошо, чтобы понять, что кузина взволнована. Она не сомневалась, что сегодня же Апполина попытается связаться с герцогом, а то и вовсе нанесет ему визит.

Зара в задумчивости стояла перед зеркалом, не решаясь вызвать в нем образ еще одного человека. Наверное, на нее так повлиял страх потерять отца, остаться одной, испытать боль от невосполнимой потери, но ей захотелось поговорить со вторым близким ей человеком, тем, который любил ее, но которого, увы, она любила меньше, чем Рэнальда Рандрина. Быть может, потому, что девушка бессознательно любила его всю свою жизнь: сначала любила образ, потом ненавидела его, и, наконец, вот уже третий год, как прикипела душой к живому человеку.

Девушка вызвала в памяти образ, задумчиво провела пальцем по стеклу, не в силах решиться, а потом перенеслась на сотни миль отсюда, в деревушку, где она провела пятнадцать лет своей жизни.

- Мама? - робко позвала Зара. Тяжело-то как, будто с чужим человеком разговариваешь! А ведь она прожила с ней

большую часть жизни - и любит вероломного отца. Родство душ, ничего с этим не поделаешь...

Эгюль, начищавшая до блеска пивные кружки, вздрогнула и испуганно огляделась по сторонам.

- Это я, Зара. Меня здесь нет, но ты сейчас меня увидишь, просто не волнуйся и подними глаза.

- Зара? - женщина с удивлением уставилась на образ дочери, из ниоткуда возникшей перед ней в пространстве первого этажа гостиницы. Помещение позади Зары было ей незнакомо, но своей обстановкой вызывало подсознательный уважительный трепет. Ее девочка так высоко забралась! Первая дама королевства, наследница всесильного Советника...

- Я решила, ты тоже имеешь право знать. Отца пытались убить. И меня тоже.

Кружка выпала из рук Эгюль, в ужасе прижавшей ладони к лицу.

Любит, до сих пор любит, но как это возможно? Неужели его синие глаза так глубоко запали ей в душу? Бедная, несчастная мать!

- Не беспокойся, с нами все в порядке! - поспешила заверить ее девушка, уже досадуя на себя за то, что решила сказать ей. Зачем, ну зачем? - Успокойся, мы уже вычислили заказчиков, они будут наказаны по заслугам.

Помолчав, Зара добавила:

- Ты точно не хочешь переехать в Айши?

- Его светлость ясно дал понять, что мое место здесь, - тихо прошептала хозяйка гостиницы; губы ее дрожали.

- Я говорю о небольшом домике в предместье, думаю, у тебя хватит денег, если что, я попрошу добавить, отец не откажет.

- Не надо, не проси его! - замахала руками женщина. - Мы с тобой такие разные, дочка, теперь я это поняла, спасибо за заботу, но я прикипела душой к этому месту. Единственное, о чем я тебя прошу, - хоть изредка пиши мне, и хоть раз приедь меня навестить. Всего на пару недель.

- Я ничего не обещаю, но все может быть, - девушка не стала

лгать. - Ты там как, в порядке?

- Да, спасибо. У меня все по-прежнему.

Зара улыбнулась, попрощалась и оборвала связь.

Нестерпимо захотелось развеяться, прогуляться, и она решила съездить в Радеш. Он напоминал ей Айши, а в Айши всегда находились уголки, дарившие ей спокойствие. Нужно было о многом подумать, многое проанализировать, да и побеседовать с бургомистром не мешало бы: наемные убийцы в самом сердце герцогства - это по его части. Не могли же эти эгены остаться незамеченными, или могли? Вдруг они появляются, как демоны? Тогда почему отец их почувствовал?

- В город собрались?

Зара вздрогнула и подняла глаза: на лестничной площадке стоял Сианален. Она невольно улыбнулась: традиционные представления об эльфах почему-то не вязались с меховыми куртками, а на ее лекаре была именно такая, теплая доха с меховой опушкой. И аккуратная шапочка. Кончики острых ушей спрятаны под черным мехом. Хм, а ведь хорошо смотрится: блондин в черном!

- Да, решила развеяться. Надеюсь, это не возбраняется? -нахмурилась девушка, готовая отразить любые возражения врача.

- Если Вы, леди, не намерены колдовать и переутомляться, то нет. Хотя я бы советовал ограничиться прогулками по парку.

Выражение лица Зары лучше слов передало то, что она думает по поводу этого совета.

- Я приму к сведению, благодарю за заботу.

Демонстративно материализовав из воздуха хлыст, девушка

натянула перчатки и, застегнув полушубок, спустилась в холл.

Эльф оказался настырным: убедившись, что следовать его предписаниям сеньорита Рандрин не намерена, навязал ей свою компанию - раз уж им все равно по пути. Нужно ли говорить, что подобный оборот дела Зару не обрадовал. Из приятного времяпрепровождения прогулка грозила превратиться в череду нудных нотаций. Девушка даже хотела

сначала в резкой форме заявить, что в провожатых не нуждается, но потом передумала. Она дипломат, значит, должна попробовать найти с ним общий язык, заодно, и узнает побольше об эльфах - как-никак, этот народец - их соседи, а о соседях по долгу службы ей положено знать все. А тут такой удобный случай поговорить с носителем культуры!

- Сианален, - Зара улыбнулась, стараясь подавить в себе неприязнь к этому надутому существу - что поделаешь, все эльфы гордые и заносчивые, они с этим рождаются, - а Вы давно здесь живете? В герцогстве, в смысле?

Лазурный взгляд обволакивал его, но, похоже, ушастых такими штучками не возьмешь - привыкли. И то верно: они красивый народ, даже слишком красивый, а у эльфийских девушек глаза нереально прекрасные. Во всяком случае у Апполины они огромные, миндалевидные, выразительные, с налетом грустной тайны - мечта, а не глаза!

- С рождения, леди, - заметив ее удивление, эльф пояснил: -Не все, принадлежащие к детям Заповедного леса, рождаются под его кронами, некоторые из нас веками живут бок о бок с людьми. Разумеется, не со всеми.

Конечно, только с теми, кто соглашается вас терпеть!

Вслух свои соображения девушка не высказала, лишь вежливо уточнила, давно ли его род поселился в герцогстве.

- Недавно, всего четыре столетия. Мы живем на границе владений Вашего отца и Заповедного леса.

За выяснением жизненного уклада эльфов и обстоятельств знакомства с Рэнальдом Рандрином (таковое состоялось на празднике в честь рождения Апполины, герцог один из всей семьи принял приглашение сестры) дорога до Радеша пролетела незаметно. Зара провела это время с пользой: узнала много нового и преодолела стену отчуждения ушастого спутника. То ли ее глаза все же подействовали, то ли он сам решил, что она достойна его внимания, но Сианален постепенно становился все словоохотнее и любезнее, хотя вежливость его по-прежнему отдавала холодом.

- Леди уже видела город? - спросил он, когда вокруг замелькали первые дома.

- Да, отец показывал.

- Значит, Вы здесь не из праздного любопытства. Смею ли я узнать, что Вы ищете?

- Смеете, это вовсе не тайна. Во-первых, я хотела бы поговорить с бургомистром, а, во-вторых, прогуляться по магазинам, чтобы немного успокоиться.

- Леди волнуется? - он пристально посмотрел на нее своими голубыми глазами и неожиданно взял ее за руку. - Пульс нормальный, сердце бьется ровно... Да, легкое волнение есть, если угодно, я могу его снять. Или леди просто угодно приятно провести время? - по губам эльфа скользнула улыбка. - В таком случае Вам нечего стыдиться и прикрывать свои желания выдуманными причинами.

- Сианален, - не выдержала Зара, убирая руку, - сколько Вам лет?

Эльф рассмеялся, и девушка невольно заслушалась. И засмотрелась. Сейчас он был такой красивый, без привычного налета надменности - живой и непосредственный, как породивший этот народ лес.

- Я задала смешной вопрос? - поинтересовалась Зара, наконец отведя глаза от его лица. Вот она, истинная эльфийская магия, - иные всю жизнь учатся искусству обольщения, а этим всего одной минуты хватает, чтобы ты забыл о прежних обидах. Но это все временно, сейчас он опять напустит на себя вид бога, а смертных, мнящих себя небожителями, она не признает - значит, они непременно поссорятся. Если разобраться, то в последние дни все к этому и идет.

- Нет, вовсе нет, прошу прощения, леди. Просто Вы задали его в таком контексте... По нашим меркам я еще молод, всего лишь на одиннадцать лет старше Вашего отца.

- Так, - протянула девушка, не в силах переварить полученную информацию, - а Рэнальду Рандрину тогда

сколько?

Сианален выглядит таким молодым, Зара не дала бы ему больше тридцати... Проклятая эльфийская кровь, она способна ввести в заблуждение кого угодно!

- Как, неужели Вы не знаете? - удивленно поднял брови эльф.

- Вы же его дочь...

- Вообще-то мы с ним только три года знакомы. Даже немного меньше, до этого плотно не общались, вернее, никак не общались.

- Странно, у вас такая плотная связь, такое родство душ... Его светлость вскоре разменяет вековой юбилей.

Зара и сама не поняла, как она тогда смогла удержаться в седле. Рэнальду Рандрину - и сто лет? Ну, не сто, а девяносто с хвостиком, но это все равно невероятно! Сорок, ну пятьдесят -но не сто! Сколько же тогда остальным магам: ее преподавателям, ее начальнику, Элене, в конце концов?

Зная, что выглядит глупо, девушка никак не могла оправиться от потрясения, просто, застыв, круглыми от удивления глазами смотрела на Сианалена.

- Для магов - это самый расцвет, еще столько лет жизни впереди, - добавил эльф, с интересом наблюдая за ее реакцией.

- Смею надеяться, леди проживет не меньше.

- Я тоже... надеюсь, - пробормотала Зара и, взяв себя в руки, спросила: - Сианален, Вы случайно не знаете, есть ли в Радеше лавка с лекарственными травами? Не подумайте, что я Вам не доверяю, но я хотела бы тоже заняться лечением герцога. Надеюсь, это не запрещено?

- Как я могу что-либо запрещать леди, - с привычной холодной вежливостью ответил эльф. - Разумеется, есть, я покажу Вам.

Сианален любезно сопроводил ее до нужного места, даже снизошел до того, чтобы помочь ей спешиться (наверное, предупредительность была продиктована простой врачебной расчетливостью), и с легким поклоном распахнул перед ней дверь с дребезжащим колокольчиком. Войдя, Зара обернулась,

чтобы поблагодарить его, но эльфа уже не было. Что ж, никто не будет стоять над душой.

Приобретя необходимые ингредиенты для

восстанавливающего снадобья, девушка направилась к дому бургомистра. Не застав его там, посетила градоначальника на рабочем месте в ратуше. Забавно было смотреть, как при виде нее солдаты берут на караул. Тут, пожалуй, она действительно королева, не просто Зара Рандрин, а сиятельная герцогиня С'Эте, Ее светлость. К ней так и обращались - Ваша светлость.

- Надеюсь, не мне Вам объяснять, что то, что произошло, -вопиющая недоработка охранного ведомства? - едва переступившая двадцатилетний рубеж девушка, как мальчишку, отчитывала сорокалетнего бургомистра. Гордо откинувшись на спинку кресла градоначальника, она взирала на него обманчиво спокойными холодными сапфировыми глазами. А он стоит перед ней и бросает гневные взгляды на какого-то офицера. - Кто отвечает за безопасность Его светлости?

- Начальника гарнизона замка, - бургомистр радовался, что хоть здесь он не окажется крайним.

- Прекрасно, - легкая усмешка скользнула по ее губам. - А за безопасность герцогства, в частности окрестностей Радеша?

Девушка чувствовала, что он нервничает - видела по его позе, мимике, вспотевшему лбу, - и подсознательно догадывалась, что спрашивает с нужного человека. Да, он виноват только косвенно, но вампиры и эгены напали на подконтрольной ему территории. Отец хорошего мнения о нем, уверен, что бургомистр честен, а как обстоят дела с начальником городской стражи? И, заодно, командующим армии герцогства?

- Сеньор, как я понимаю, это Вы? - ее взгляд уперся в стоящего чуть поодаль офицера. Хоть она и не разбирается в знаках отличия, но еще может отличить старший командный состав от младшего. А перед ней, несомненно, полковник.

- Что я, Ваша светлость? - офицер сделал шаг вперед, заняв

место рядом с градоначальником.

- Вы отвечаете за безопасность герцогства. Плохо отвечаете.

- При всем уважении к Вашей светлости, я считаю, что вправе обсуждать подобные вопросы исключительно с Вашим отцом, - отчеканил полковник.

- Как Вам будет угодно, - улыбнулась Зара, встала и направилась к двери. Поравнявшись с офицером, она остановилась и воспользовалась доступным ей способом получения достоверной информации. От э-эрри ничего не скроешь, не удалось и полковнику: под мягким нажимом чужой воли, окрасившим лазурью его глаза, он при свидетелях признался в получении взятки от Отолора Кастера. За круглую сумму вышеозначенный офицер снял на время посты возле Радеша и приказал солдатам закрыть глаза на подозрительную активность в приграничных территориях.

Разоблачение командующего объединенными силами герцогства произвело эффект взрыва шаровой молнии. По приказу бургомистра он был тут же заключен под стражу.

- А Вы были честны со мной, сеньор? - градоначальник вздрогнул и вдруг понял, что не в силах отвести взгляда от налившихся синевой дождливого неба и немного изменивших форму глаз сеньориты Зары Рандрин. - Правду и ничего, кроме правды, любезный градоначальник.

И он рассказал все, как есть. Девушка молча выслушала его и отпустила. Действительно, виновен лишь косвенно, потому что не поинтересовался причиной снятия постов и конных разъездов. В любом случае, не ей решать, а отцу.

- Всем спасибо, сеньоры, все свободны, - жестом истинной королевы, с удовольствием представляя, как это выглядит со стороны, Зара отпустила чиновников. Со словами: 'Да продлят боги годы жизни герцогини!' они поспешили удалиться, остался только бургомистр, чей кабинет она самовольно оккупировала.

Отобедав, как и в первый свой визит в Радеш, в доме градоначальника, девушка прогулялась по лавкам, не отказав

себе в удовольствии заказать кое-что из одежды. Благоухая новыми духами, гордая разоблачением предателя, она довольная возвратилась в замок.

В гостиной на личной половине хозяев ее ожидал сюрприз в виде шушукающейся о чем-то с Сианаленом Апполины. Зара не удержала улыбки при мысли о том, что, выглядящий, как ее ровесник, эльф старше своей собеседницы почти в пять раз. А ведь нашли общий язык, беседуют, как равные. Может, для полукровок этапы жизни рассчитываются по другой схеме, а то ведь для обитателей Заповедного леса Апполина - еще ребенок. Во сколько они там обучение оканчивают? В сорок?

Осторожно проскользнув мимо сладкой парочки, девушка переоделась и зашла к отцу. Он был не один, выслушивал доклад какого-то человека. Заметил ее, кивнул, жестом разрешив остаться. Говорили об Отолоре Кастере.

- Слышал, ты разоблачила полковника Эснера? Не ожидал от него, думал, верность и честное имя значит для него больше денег, - герцог обернулся к дочери и попросил подойти ближе. - Пожалуйста, перескажи мне то, что он рассказал.

И она рассказала, стараясь не упустить ни одной детали, хотя и знала, что Рандрину уже давно все известно - о подобных вещах сообщают немедленно.

- Оттолор в герцогстве, - внимательно выслушав ее, сделал неожиданный вывод Советник. - Сеньор Анх, - почтительно замерший по ту сторону кровати человек поклонился, - думаю, мне не нужно Вам объяснять, как действовать в подобных случаях. Вы обладаете всей необходимой информацией, так что действуйте!

Сеньор Анх еще раз поклонился и вышел.

- Кто это был? - присев на краешек постели, Зара покосилась на дверь.

- Мой меч правосудия, - улыбнулся герцог. - Как погуляла? Навела шороху среди моих подданных? Бедный бургомистр устроил такой разнос подчиненным после твоего визита! Ты молодец, Зара, все верно сделала. И вела себя... Достойная

наследница растет! Видимо, придется учить тебя разбираться в политике, вводить потихоньку в курс дела.

- Как ты себя чувствуешь? - она старалась не думать о том, что когда-то ей придется принять наследство отца.

- Спасибо, уже лучше. На простенькие бытовые заклинания сил хватает.

- Апполина здесь.

- Знаю. Они уже мучили меня на пару с Сианаленом. Один эльф - это еще куда ни шло, но два! - Рандрин рассмеялся.

- Она давно... приехала? - Зара не знала, как правильно назвать перемещение по пространственному порталу.

- Часа два назад. И не с пустыми руками. Наш любезный Отолор Кастер внеочередным заседанием Совета объявлен вне закона. Теперь у него всего два пути: либо в петлю, либо на плаху. Ну, еще к фрегойям можно сбежать, но для этого еще границу пересечь нужно.

- Отец, можно задать тебе нескромный вопрос? - ей было неловко, но слишком уж сильный эффект произвели на нее слова эльфа.

- Можно, мне даже интересно.

- Только не смейся, но сколько тебе лет?

- Понятно, Сианален проболтался. Ну да, несколько больше, чем кажется. Девяносто три, солнышко. И не надо делать такие глаза! Знаю, выгляжу я намного моложе, впрочем, это и логично: прожита только половина жизни.

- А маги, они, вообще сколько...

- Сколько живут? От магов зависит, вернее, от крови. Где способности приобретенные, то практически, как люди, где наследственные - дольше. Маги высшей категории, их немного, живут около двухсот, мне, наверное, столько же отпущено, может, чуть больше из-за наличия второй ипостаси. Истинные, то есть наследственные волшебники медленнее стареют, поэтому угадать их возраст очень сложно.

- А Элене сколько?

- Зара, спрашивать о возрасте женщины - бестактно. Если

интересно, задай ей вопрос сама.

- Нет, не могу поверить! Ты в четыре с половиной раза старше меня!

- Тебя это огорчает? Мне следовало позаботиться о том, чтобы ты родилась раньше? Извини, не смог, встретил твою мать только в семьдесят. В утешение тебе: маги обычно женятся поздно, так что подобная разница в возрасте между детьми и родителями не редкость, моя сестра была гораздо более поздним ребенком. Но, если так трудно свыкнуться с моим истинным возрастом, можешь считать, что мне, скажем, сорок семь.

Глава 12.

О том, что Отолора поймали, Зара узнала через пять дней, после обеда в тихом семейном кругу.

Герцог уже вставал, правда, передвигался исключительно в пределах личных покоев. Сначала только до столовой, придерживаясь рукой за стены или плечо Сианалена, потом эльфа заменила трость, а в маршрут были включены другие комнаты. Сегодня он обошелся и без нее.

Отныне Рандрин полдня проводил за столом в кабинете, а затем устраивался с какой-то книгой в общей гостиной. Апполина настаивала, чтобы он не сидел, а полулежал на диване, Рандрин не особо сопротивлялся, с видимым удовольствием вытягивая ноги на мягкой обивке и лениво наблюдая за тем, как племянница пытается оживить почивший в бозе музыкальный инструмент.

В такие минуты Зара пристраивалась на полу в изножье дивана и всячески пыталась проявить заботу о выздоравливающем отце. Тот терпел это ровно два дня, а потом не выдержал и со словами: 'Я не умираю, прекрасно могу сам дотянуться до книги' усадил ее на диван рядом с собой.

- Неужели еще существуют книги, которые ты не читал? -

девушка с интересом взглянула на корешок переплета.

- Больше, чем тебе кажется.

- А это о чем? Или секрет?

- Почему секрет? Смотри! - заложив ладонью нужное место, он захлопнул фолиант, чтобы дочь могла прочитать название на обложке - 'Генеалогия древнейших родов и коронационные церемонии Антории'.

- А ты какую часть читаешь? - прищурилась девушка, пристраиваясь под боком Рандрина.

- Догадайся! - хитро улыбнулся он. - Тебе, наверное, интересно будет: во время церемонии шлейф... неважно, кого, достигал тридцати футов.

- Значит, мне нужно шить платье с таким шлейфом, чтобы в нем могли запутаться все придворные дамы?

- Я же не обязываю тебе так издеваться над людьми! Кроме того, это давно не актуально.

- Послушай, так ты решил... - она не договорилась, наклонилась к нему и шепотом продолжила: - Ты свою коронацию продумываешь?

- Умная девочка! - отец с улыбкой взъерошил ее волосы и отложил книгу на стол. - Не сейчас, конечно, но на будущее. Пора узаконивать наше положение, а то все старания насмарку! Будешь очаровательной синеглазой принцессой.

- Служащей в Департаменте иностранных дел на самой низкой должности?

- Во-первых, это еще не сейчас будет, нужно почву подготовить, всех тайных недоброжелателей отловить, сделать так, чтобы Совет меня сам слезно умолял принять корону... И Арилана нужно привлечь, чтобы преемственность власти была. Идеально, конечно, через брачные узы... Ты замуж за него не хочешь? Вы ведь дружите, вернее, ты дружишь, а он влюблен по уши.

Зара покраснела и соскользнула на ковер.

- Понимаешь, - она осторожно подбирала слова, чтобы никого не обидеть, - он симпатичный, мне приятно проводить

с ним время, но брак - это так серьезно! Поклонник, возлюбленный - это одно, а муж - совсем другое. Я ценю и люблю тебя, но замуж по указке не выйду даже за самого прекрасного и умного мужчину на свете. Я вообще не хочу замуж, мне дорога свобода.

- Я тебя и не принуждаю, просто спросил. Может, оно у вас все само собой получится...

- Отец! - Зара встала и отошла к камину.

- Успокойся, забыли! А то из-за меня ты сорвешь на мальчике злость.

Девушка промолчала, продолжая внимательно наблюдать за пляшущими языками пламени.

Брак, муж - ей казалось это таким нереальным и невозможным в ближайшие десять лет. Как минимум. Но это вовсе не означало, что эти десять лет она намеревалась прожить, заперев свое сердце на замок. Зара была не из тех женщин, для которых близкие отношения должны оканчиваться замужеством.

В это момент и вошел сеньор Анх.

- Ваша светлость, можно Вас на минуточку? - он замер на пороге, не решаясь нарушить досуг женской половины рода С'Эте.

- Заходи, докладывай здесь, они все равно уже в курсе, -герцог мгновенно стал серьезным. Раз - и книга испарилась из его рук, при всем своем желании Анх не успел бы прочитать ее названия.

- Мы поймали его, Ваша светлость. Как Вы и предполагали, пытался бежать к фрегойям. Парочку мы захватили, одного пришлось убить - слишком буйный был, второго приволокли сюда.

- Прекрасно! - Рандрин неожиданно быстро соскочил с дивана. Обернувшейся к нему Заре показалось, что зрачки отца немного расширены, как у э-эрри. Губы плотно сжаты, глаза потемнели. А ведь совсем недавно они считали этого человека больным - теперь же он с былой энергичностью

перемещается по комнате. Верно говорят, некоторые эмоции придают сил. И не всегда светлые.

- Хотите сами допросить его? - Анх верно истолковал перемены в облике сеньора.

Герцог улыбнулся (нехорошая такая улыбка, скорее ухмылка) и кивнул.

- Я даю тебе полтора часа, чтобы подготовить нашего любезного Отолора, убедить его чистосердечно признаться во всем. Потом приду я. Скажи, что в интересах же сеньора Кастера рассказать все тебе, а не мне.

- Разумеется, Ваша светлость, - поклонился Анх. - А с фрегойем что прикажите делать?

- Заприте где-нибудь, пусть перебесится. С ним можете не церемониться - публичной казни устаивать не буду, но в ближайшие часа четыре он должен быть жив.

Зара вздрогнула, вникнув в истинный смысл произнесенных только что слов. Хотя, чему она удивляется? Девушка ведь видела, на что способен рассерженный отец, случай с консулами показал это во всей красе, а тут повод был куда серьезнее.

Весь сценарий оставшегося дня разложился по полочкам. Помощника консула допрашивают без применения насилия, убеждают чистосердечно признаться и раскаяться в содеянном. Если он соглашается и подписывает бумаги, его передают в руки правосудия, выносят приговор и казнят. Публично и в Айши. Если Отолор упорствует, то на сцене появляется Рандрин и за пять минут выуживает из него нужную информацию о заговорщиках; о том, что при этом произойдет с сознанием арестованного, лучше не думать. А дальше - то же самое, только на плаху затащат уже калеку.

С фрегойем все проще - отец, очевидно, просмотрит его воспоминания и мысли и отдаст приказ о смерти. Хотя, может, герцог это и сеньору Кастеру прикажет.

Теперь улыбка скользнула по губам Анха.

- Разумеется, пока Вам будет угодно, он останется жив.

Герцог промолчал, лишь сверкнули ледяным блеском глаза.

Он стоял в человеческом обличии, но Заре почему-то казалось, что перед ней э-эрри. Или демон - воображение упорно рисовало на ковре тень от могучих крыльев.

Даже Апполина отвлеклась от музыкальных упражнений и с беспокойством смотрела на дядю. Как только сеньор Анх удалился, она неспешно подошла к Рандрину и, заглянув в глаза, произнесла:

- Ты поступаешь опрометчиво.

- Почему? - глаза герцога были снова наполнены синевой. -Чего вы так обе боитесь? За меня? Так у меня есть своя голова на плечах, магией пользоваться не буду. Ну, если только обстоятельства не заставят.

- Приляг, ты слишком взволнован.

- Не путай азарт и волнение, первый придает сил, последнее их отнимает. Я уж молчу о мести, Апполина, месть - это наисладчайшее блюдо, ради которого и мертвец встанет из могилы. Правда, Зара?

Девушка вздрогнула и недоуменно посмотрела на отца.

- Ты ведь тоже когда-то лелеяла в душе месть, благодаря ней добилась всего, что у тебя есть.

- Я не ненавидела, это другое...- пробормотала Зара, присев в одно из кресел. - Я просто хотела того, что было у других: заботы, внимания, тепла. Я ведь, когда была маленькая, так хотела тебя увидеть. Увидеть отца. Выходила на дорогу, всматривалась в пыль, не понимала, чем перед тобой провинилась. А потом, когда мама рассказала мне правду,-голос ее стал громче и тверже, - поняла, что меня для тебя не существует, что меня выбросили на улицу, как ненужный хлам. Тогда-то и родилась месть. Знаешь, - она усмехнулась, -я солгала: были минуты, когда я желала твоей смерти. Но не убила, хотя даже подружилась с вампиром, чтобы в случае чего...

Рандрин промолчал, подошел к ней и обнял.

- До сих пор? - тихо спросил он. - Конечно, до сих пор, такое

так быстро не забывают. Что бы я ни делал, ты все равно будешь помнить ту девочку у дороги. Зара, ну откуда я мог знать, что у безграмотной провинциальной девицы может родиться такая дочь? Если бы знал, то сразу забрал бы в Айши, правда, - герцог грустно улыбнулся, - тогда бы ты не простила мне разлуки с матерью. Все, не надо вспоминать прошлое, успокойся! Не важно, что тогда, этого уже не изменишь, главное, что теперь. А теперь ты для меня самое дорогое и любимое существо на свете. Прости за то, что напомнил о детстве: не думал, что ты так болезненно на это отреагируешь.

Рандрин протянул руку к ее лбу, девушка отшатнулась:

- Этого еще не хватало! Не трать меня силы, я не истеричка, через пару минут буду в норме.

- Рад это слышать. Хочешь взглянуть на Отолора?

Зара кивнула:

- Разумеется. Он и мой враг тоже, а врагов нужно знать в лицо.

- Тогда я за тобой зайду.

Видя, что отец уходит, девушка поинтересовалась, куда он.

- Поработаю немного. Обещаю не перетруждаться. Минут на сорок, не больше. Просто пообщаюсь кое с кем из Совета и департаментов. Потом вернусь, дочитаю главу и оправляюсь беседовать с арестованными.

Отолор оказался коренастым мужчиной средних лет. Выглядел он посредственно, как и полагается человеку, который несколько дней не спал, спасаясь от погони. На скуле красуется свежий синяк. Спрашивать об его происхождении Зара не стала, просто присела позади отца на принесенный солдатом стул.

Они находились на первом этаже замка, в одном из караульных помещений.

- Жив! - с нескрываемым сожалением пробормотал помощник консула, заметив в дверном проеме высокую фигуру герцога.

- Как видишь! - усмехнулся Рандрин, устраиваясь в кресле.

Как король. - Сколько же денег ты потратил - и все в пустую! Недооценил ты меня, просчитался. Эгенов фрегойи посоветовали нанять?

Допрашиваемый усмехнулся и чуть изменил положение тела, чтобы веревки не так больно врезались в запястья. Его конечности были связаны, руки дополнительно привязаны к спинке стула.

- Ничего, вижу, Вам досталось.

- Все это лирика, Отолор. Анх уже ознакомил меня с моим предложением?

- Сделать чистосердечное признание? Не дождетесь, Рэнальд Рандрин, я до последней капли крови буду верен республике!

- Сколько пафоса! Республика - это Консулат? Те трое дегенератов, которые мешали нам жить?

- Ключевое слово: 'нам', - сверкнул глазами пленник. - Всегда знал, что нельзя обличать властью магов. Если бы господин Теодор вовремя прислушался ко мне, то ничего этого не было, а Вы, Советник, понесли бы заслуженное наказание.

Рандрин рассмеялся:

- Ну и глупец ты, Отолор! Наказание... Да я спасение для этого королевства! Чуть что, твои любимые консулы, поджав хвост, бежали ко мне, и я каждый раз вытаскивал их из дерьма, в которое они умудрялись вляпаться. Но благодарности не видел. Ты не находишь разумным, что пришло время, и мне это надоело? Но Консулат был слеп, закостенел и не желал перемен. Он хотел править, но не нести ответственность. Нужен ли королевству подобный паразит? Их не стало - и что, что-то изменилось, так ли они были нужны? Так что кончай свою демагогию по поводу мести за поруганную республику! Так и скажи, что виной всему личная неприязнь.

- Да, провались ты к демонам, я тебя ненавижу! - Отолор резко подался вперед, грозя опрокинуть стул. - При Теодоре у меня было все, а кто я теперь - обыкновенный мелкопоместный дворянин!

- Как мелко, Отолор: деньги, старые обиды... За сколько ты

фрегойям продался? Надеюсь, не продешевил?

Зара и не заметила, как отец принял облик э-эрри.

Арестованный хотел что-то возразить, новая порция желчных слов уже сорвалась с его языка, когда он увидел глаза герцога. В его собственных промелькнул страх, но было уже поздно: синева наполнила все пространство радужки, подавила волю, полностью подчинила себе.

Отолор сидел с открытым ртом, резко побледневший, с расширившимися зрачками, а Рандрин считывал нужную информацию из его мозга. Прошла минута, другая, и бывший помощник консула начал кричать, замотал головой, пытаясь разорвать связь, но хватка э-эрри железна.

По губам Советника скользила улыбка, он упивался реакцией своей жертвы, чьи глаза стали цвета раскаленного полуденного неба.

Резкий, судорожный вскрик - и голова Отолора безвольно падает на грудь, тело сотрясают конвульсии.

- Предатель! - сквозь зубы презрительно бросил герцог и встал. Он снова принял человеческое обличие, но Зара почти физически ощущала исходившие от него волны опасности. Ощущала не только она - солдаты прижались к стенам и испуганно провожали взглядом фигуру сюзерена.

В дверях Рандрин обернулся и приказал:

- Привести в чувство и этапировать в Айши.

- Так он жив? - девушка сама не узнала своего голоса. Она тоже боялась смотреть на вроде бы близкого и знакомого человека.

- Я не настолько глуп, чтобы позволить чувствам взять вверх над разумом. Его будут судить за измену и публично казнят. Так и быть, просто отрубят голову. Его дружок-фрегой так просто не отделается.

Зара невольно снова опустилась на стул и искоса взглянула на недвижное тело Отолора. Он был бледен, глаза навыкате, видны молочные, в алых прожилках сосудов белки. Над ним склонился один из солдат, вроде, щупает пульс.

Взгляд снова скользнул на Рэнальда Рандрина. Что она знает о нем и знает ли что-то вообще, кроме того, что записано в Гербовнике? Кого она называет отцом? У него сейчас такие глаза, такое выражение лица...Как с консулами. Может, это и есть его истинный облик, проскальзывающий в обыденной жизни лишь в холоде кристаллов синевы в глазах? Жесткий, безжалостный, скорее не человек, а демон. В ней ведь тоже временами проскальзывает что-то такое, а в нем же течет чистая кровь. И он умеет убивать взглядом - одно это многое говорит об его личности.

Но как тогда быть с той нежностью, которая временами скользит в его глазах? Советник ведь умеет беспокоиться, переживать... 'Но, опять-таки, не так, как положено', - с горькой усмешкой подметила девушка.

- Зара, что с тобой? - звук его голоса вывел ее из состояния болезненной задумчивости. - Пойдем, нам здесь больше нечего делать.

Зара неохотно поднялась и, стараясь не оглядываться, вышла вслед за отцом.

- Солнышко, в глаза мне посмотри. Больно не сделаю, просто хочу понять, что такого страшного ты обо мне подумала.

Они остановились посреди коридора, напоминавшего слепую кишку: ни одного окна, заканчивается тупиком, ни единого украшения, только камень и редкие двери. Герцог взял дочь за руку - она непроизвольно дернулась. Вздохнув, он приподнял ее подбородок, так, чтобы ее взгляд пересекся с его взглядом.

- Не надо тратить на меня силы, я и так расскажу.

- Хорошо, так даже лучше, - Рандрин отпустил ее голову. -Только я и так догадываюсь. Решила, что я чудовище, которому нравится мучить людей? Так вот, этот... человек, Отолор, предал родину. Ради того, чтобы поправить свои дела, он передал фрегойям все секретные сведения, которыми обладал. Что касается меня, то мое убийство выгодно как ему, так и им, но по разным причинам. В свое время я не позволил Отолору занять один важный пост - провалил его кандидатуру

на заседании Совета, отговорил консулов, с тех пор он меня недолюбливает. Кроме того, Теодор вывел его в люди, ему он обязан свой карьерой - а тут я... Да и не любит Отолор магов и принимал непосредственное участие в разработке закона, который пытался заставить меня подписать Консулат. Что до моих методов, то они еще достаточно гуманны. В соседних государствах применяют еще более изощренные пытки, это нормальная практика. Политика, равно как и управление государством, - грязное дело. Если хочешь, можешь вернуться к себе, пока я присутствую на допросе фрегойя.

Зара покачала головой.

- Если станет плохо, сразу уходи. Нечего тебе на это смотреть, успеешь еще. Не приведи боги, конечно, но в жизни всякое бывает.

Фрегойя держали в подземелье - самой старой и зловещей части замка, где воздух звенел от магии. Девушка заметила, с каким удовольствием отец купается в ее незримых волнах, впитывает ее в себя - значит, это волшебство его рода, и оно тоже может восстанавливать резервы организма. Надо будет запомнить, на случай чего, хотя, можно утверждать это почти со стопроцентной вероятностью, местная магия дружит только с главой герцогского дома, с Хозяином.

- Вы уверены, что хотите сами это сделать? - откуда ни возьмись рядом с ними возник сеньор Анх.

- Смотря, что, - глаза Рандрина блеснули фиолетовым отливом грозового неба. - Мигель уже там?

- Да, со всеми инструментами. Не мне Вам указывать, Ваша светлость, но Вашей дочери не стоит на это смотреть.

- Она и не будет.

- На что я не буду смотреть? - подала голос Зара.

- На искусство Мигеля выбивать признания. Но начало я тебе посмотреть разрешаю, будем считать это практикумом по ведению допросов.

Фрегой, примерно одного возраста с Отолором, как и виденные ею в соотской пустоши его соотечественники,

блондин, был прикован на руки к стене узкой прямоугольной комнаты. Рядом с ним стоял мускулистый бородач, позвякивая ключами от низкой дверцы в торце комнаты. При виде герцога он низко поклонился и пнул кулаком под ребра пленника. Изо рта того не вырвалось ни звука, только злобный звериный взгляд скользнул по лицам вошедших, дольше других задержавшись на Рандрине.

Спрятавшись за спиной у отца, Зара со смесью любопытства, презрения и неприязни рассматривала фрегойя. Да, они все красивые, как эльфы, только эта красота исчезает, стоит гримасе злобы исказить их лица. Длинные волосы растрепались, пряди слиплись, свалялись от пота. На обнаженном до пояса теле - следы побоев, целый узор из красных и синих полос.

- Что, анторийская тварь приползла, чтобы поглазеть на меня? - прошипел фрегой, буравя глазами герцога. - А я думал, что ты сдох.

- Плохо просил свою хозяйку, жрец, - скривил губы Рандрин. - Ничего рассказать мне не хочешь? Тогда, так и быть, умрешь быстро и безболезненно. Ну же, твой дружок уже проболтался.

- Отолор? - рассмеялся пленник. - Лжешь, иначе, чем колдовством, ты из него показания не выудил.

- Значит, говорить ты отказываешься? - герцог подошел вплотную к фрегойю, будто дразня. Тот беспомощно дернулся, повис на цепях, до предела напрягая мышцы.

- Отказываюсь. Гнить твоим костям в земле, Рэнальд Рандрин.

- Уж не раньше, чем твоим.

Желваки заходили по вискам фрегойя, и он произнес какую-то фразу на темном наречии. Глаза Советника мгновенно стали чернее ночи, и, вырвав из-за пояса Мигеля плеть, он наотмашь ударил обидчика рукоятью по зубам. Кровь мгновенно брызнула из разбитого рта.

- Будешь следить за своим языком, шелудивый пес! - рявкнул Рандрин и кивнул Мигелю. Тот с готовностью отворил

низенькую дверь и скрылся в утробе освещенного только пламенем очага небольшого помещения.

- Что, значит, силу свою все-таки растерял, раз на палача надеешься, - сплевывая сгустки крови, злорадствовал фрегой.

- Как бы ты не просчитался! - усмехнулся герцог. - Любая пытка по сравнению с тем, что я могу сделать, может показаться тебе благом.

Сделав вернувшемуся с раскаленным прутом Мигелю знак отойти, Рэнальд обернулся к Заре:

- Уходи, побереги свои нервы.

- Что, девчонку свою жалеешь? Еще одна шлюшка растет, будет, кому...

Он не договорил, истошно закричал, задергавшись в судорогах. Тело будто растягивали на дыбе, все жилы ясно проступили под кожей. Фрегой рвался из своих оков, перемежая крики боли с проклятиями, а потом вдруг начал задыхаться.

Даже не видя глаз отца, девушка могла бы поспорить на что угодно, что сейчас он принял обличие э-эрри и с садисткой усмешкой терзает свою жертву.

- Ну, как тебе? Понравилось? По-прежнему желаешь молчать?

- Это и все, что ты можешь? - голос фрегойя стал тише. -Такую боль я смогу вытерпеть.

- Что ж, терпи. Я уважаю чужой выбор.

В пальцах герцога затеплилось заклинание - небольшой огненный шарик, пущенный создателем в грудь пленника. Тот завыл, прокусив губу. Запахло паленым мясом.

- Ты сдохнешь, жрец, это я тебе обещаю. Сдохнешь, как любой представитель твоего народа, которого я встречу. А твою душу я подарю Темной госпоже. Ты же ее так любишь, давай сделаем ей приятное? - елейным голоском предложил Рандрин, заготовив очередное заклятие, на этот раз боевое. После подпитки магией рода сил у него ощутимо прибавилось, хотя по-прежнему было недостаточно для прежнего

полноценного существования. Но герцог, казалось, не думал об этом, им овладел азарт охотничьего пса, наконец-то загнавшего добычу. Оставалось только растерзать ее.

Разряд молнии пронзил тело фрегойя, страшной судорогой сведя пальцы рук.

Безжалостный взгляд э-эрри вновь впился в глаза пленника, парализовав его.

- Преступай, Мигель, только на меня не смотри, - приказал Рандрин. - А ты, Зара, иди. Не хочу, чтобы тебе потом по ночам кошмары снились. Можешь сказать Апполине, что еще один из народа убийц ее родителей отправился к праотцам.

Девушка и так хотела уйти, поэтому с радостью попятилась обратно в коридор. Едва за ней захлопнулась дверь, как замок потряс душераздирающий крик, который не смогли погасить даже толстые каменные стены.

Она быстро шагала, почти бежала прочь, стараясь не думать о том, что сделали с фрегойем, но воображение упорно рисовало перед мысленным взором сцены, одна страшнее другой. И везде была кровь. Потом кровь исчезла, и на смену ей пришли остекленевшие глаза. Почти как у Отолора, только на этот раз в них вовсе не будет жизни.

Помнится, когда-то девушка боялась того, что отец может тоже оказаться э-эрри и уметь убивать взглядом. Теперь она знала, что он им был, и он умел. И только сейчас Зара поняла, насколько это страшно. Убить без единого прикосновения, без единого заклинания, которое можно было бы попытаться отбить, нейтрализовать - просто посмотреть в глаза и приказать. Тот полуслепой маг из Соота утверждал, что э-эрри уничтожают душу, получается, что взгляд ее высасывает, или как? Может, растворяет? Или душа, повинуясь команде, просто покидает тело?

Наверное, э-эрри и убивать умеют по-разному, вызывая то сердечный приступ, то асфиксию, то инсульт. Благодарение богам, это поистине страшное умение дано единицам!

Апполина сидела в библиотеке и что-то старательно

переписывала из потрепанной книги в зеленой обложке. Девушка присела поодаль от нее и, не в силах чем-либо себя занять, уставилась на сложенные на коленях руки.

- Что-то случилось? - кузина, почувствовав ее беспокойство, оторвалась от своего занятия и пристально взглянула на нее. -И где дядя?

- Остался наблюдать за допросом. Вернее, даже не наблюдать, а активно участвовать. Он велел тебе передать, что фрегой умрет.

- Он с ума сошел! - всплеснула руками Апполина. - О чем он только думает?! В его состоянии занятия магией противопоказаны, да и раны не до конца зажили. Зара, как ты могла позволить ему...

- Когда он кого-то спрашивал? - вздохнула Зара. - Ему нравится, он с упоением мучил их обоих, обернувшись э-эрри. Я и не думала, что это может быть так... неприятно.

- Именно поэтому я не люблю присутствовать на допросах, только в случае крайней необходимости. Предпочитаю появляться только в суде. А вы, э-эрри, и вовсе можете натворить такое, что волосы встанут дыбом. Прости, но я не одобряю подобные методы и ту жестокость, к которой склонны некоторые маги. Где сейчас дядя? Я немедленно иду за Сианаленом и водворяю его в спальню. Взрослый человек -а ведет себя так опрометчиво!

- Он не так опрометчив, как ты думаешь, Апполина, он воспользовался энергией предков: ее пропитано все пространство подземелья.

- Резервный источник? - нахмурилась полуэльфийка. - Я ничего об этом не знала. Но все равно дядя и так перетрудился на сегодня. Приготовь ему укрепляющий настой, а я постараюсь воззвать к его разуму.

Зара пожала плечами, искренне сомневаясь, что кто-то может помешать Рэнальду Рандрину довести начатое дело до конца. Подождав, пока кузина выйдет, она встала, подошла к столу и взглянула на книгу, которую читала Апполина, - один из

вариантов Травника, только с дополнениями в виде заклинаний. Наверное, эльфийских: девушка не могла прочитать письмена. Пора снова браться за образование, заодно, и в работе пригодится.

- Интересуетесь эльфийским?

Зара вздрогнула и подняла глаза. На нее, чуть щурясь, смотрел Сианален.

- А я думала, Вы помогаете Апполине образумить герцога.

- У него есть своя голова на плечах, да и баланс сил и свободной энергии он хорошо чувствует. Что до уговоров, то я не смею указывать Его светлости, это чревато, - улыбнулся эльф, присаживаясь рядом. - Э-эрри опасны, когда сердятся, или их отвлекают от убийства.

Он знает???

Видимо, вопрос красноречиво отразился на ее лице, потому что Сианален ответил:

- Догадываюсь. Слышал крики этого несчастного. Вам бы выпить, а то выглядите не очень. Хотите?

Девушка удивленно уставилась на него.

- Я могу с Вами за компанию, тоже не люблю пыток. Вы на казнь не ходите, нервы поберегите, все равно сомнительное развлечение.

- Я и не собиралась, - пробормотала Зара, раздумывая над предложением эльфа. Может, и вправду выпить по глоточку, чтобы кошмары ночью не мучили? Нет, сначала нужно приготовить отцу настой, это важнее. - Сианален, а у Вас танерра есть?

- Что же Вы ее в той лавке не купили? - насмешливо поинтересовался собеседник.

- Забыла. Не хотите давать, я кого-то в город пошлю.

- Зачем же напрасно людей беспокоить, когда у меня все есть. Пойдемте на кухню, леди, приготовим Вашему отцу очередное лекарство. Я, - он улыбнулся, - положу туда сонной травы, чтобы Его светлость хоть немного отдохнул, позволив телу спокойно восстанавливать свои силы, а не изнурял себя

очередными бесполезными разговорами и допросами, будто, не сделай, займись он этим, рухнет мир! А для Вас, леди, у меня припасено успокаивающее средство.

- Я бы предпочла вино, - честно призналась девушка, вспомнив вкус этого успокоительного.

- Как Вам будет угодно, леди, выпьете вина с травами.

- Если там и будут травы, то только те, что я сама положу. Между прочим, я дипломированная магиня, и мой конек -травология.

Сианален промолчал, встал и протянул ей руку.

- Благодарю, но я не нуждаюсь в опоре. И в обморок падать не собираюсь.

- Это было всего лишь банальным проявлением вежливости, но если леди не желает, я не стану настаивать. Надеюсь, мне будет дозволено помочь Вам в приготовлении лекарства? Я сплету над ним особую нить заклинаний, которая сделает его в разы эффективнее.

Девушка кивнула, улыбнулась, извиняясь за грубость, и первой вышла из библиотеки. В таком порядке они дошли до лестницы, где эльф взял на себя роль проводника.

Уже через час приготовленный отвар, перелитый в стеклянную колбу, медленно остывал, а его создатели сидели за кухонным столом и пили вино.

Начавшийся с трудом разговор, перетек в непринужденную дружескую беседу. У Зары и Сианалена были общие интересы - травы и лечебные заклинания, - и теперь эти двое активно обсуждали свойства какого-то растения.

Глава 13.

Первое, о чем подумала Зара, переступив порог своей комнаты во дворце Рандрина в Айши, было сожаление по поводу пропущенного ежегодного новогоднего бала. Она так

ждала его, они с Ариланом так долго обсуждали оформление зала - и вот все прошло без нее. Нет, разумеется, можно было бы попросить отца открыть портал, но девушка находила неправильным веселиться, оставив пережившего покушение Рэнальда Рандрина одного. Да ко дню, на который был назначен бал, герцог уже выздоровел, но Сианален настаивал, чтобы тот на время не пользовался магией без жизненной необходимости. Допросы не лучшим образом сказались на его физическом состоянии, замедлив восстановление энергетического запаса. И Зара промолчала, ни словом не обмолвилась о своем желании оказаться в Айши, хоть и знала, что отец не отказал бы ей в просьбе.

Пока Рандрин выздоравливал, девушка вновь всерьез занялась самообразованием, на этот раз эльфийским языком. Это оказалось гораздо более трудным делом, чем она предполагала вначале, а носители языка, вместо того, чтобы помогать, только мешали своими замечаниями. Им не нравилось ее произношение, то, что она не могла сходу запоминать слова и сразу же строить из них предложения. В конце концов, Зара не выдержала и в традициях посетителей гостиницы матери послала обоих так, что у Апполины покраснели уши. Эльф отреагировал иначе - хмыкнул и выразил восхищение ее словарным запасом, тут же просветив, как можно было сказать то же самое на эльфийском. Ругательства у остроухих были аристократичные, для ценителей: вроде все вежливо, красиво, а под элегантной оберткой завуалировано оскорбление.

После этого случая обучение пошло по-другому: во-первых, кузина обиделась и наотрез отказалась помогать, зато снабдила толковым самоучителем, во-вторых, Сианален перестал придираться и сидеть над душой во время сложного процесса поглощения гранита науки. Отныне с утра Зара занималась самостоятельно, вникая в структуру и грамматику языка, а по вечерам вела с эльфом беседы на простенькие житейские темы, шлифуя произношение.

Сианален оказался так любезен, что согласился подыскать ей учителя в Айши, если Апполина не изменит своего решения. Но после разговора с сородичем кузина пошла на попятную, так что теперь девушке предстояло выслушивать порции долгих гласных и согласных в исполнении полуэльфийки.

По приезду Рэнальд Рандрин сразу же отправился во Дворец заседаний; судя по цвету его глаз, кого-то сегодня ожидал разнос. Сам факт того, что он даже не переоделся, ни на минуту не задержался дома, свидетельствовал о многом.

Глядя на отца из окна одной из выходивших на улицу комнат, на то, как он садится на коня (значит, намерен нанести еще несколько визитов в городе), Зара почему-то подумала о том, как эффектно будут смотреться его крылья на фоне белого снега.

Россыпь бриллиантов замерзшей воды покрывала мостовые, тончайшим кружевом укрыла деревья и дома. Зима. И Шин, наверное, замерз, вскоре ребятишки будут с визгами рассекать ледяное зеркало на лезвиях с деревянными колодками. А вечерами их место займут парочки с легкими новенькими коньками. Сама девушка кататься не умела, поэтому наблюдала за забавами молодежи со стороны. В деревне дети катались на санках, коньки - удел горожан.

Девушка выпила чаю, разобрала вещи и с тоской покосилась на дверь гардеробной. Хочешь - не хочешь, а на работе сегодня придется показаться, хотя бы за тем, чтобы рассказать о подробностях покушения на Советника. И новогодние каникулы закончились...

Среда, целых три дня до выходных...

Усилием воли Зара заставила себя надеть форменное платье и жакет. Ничего, она на минуточку, попросит дать ей выходной и вернется домой.

Дворец Заседаний бурлил, гудел, словно развороченный улей. Говорили о предстоящем суде над изменниками и, как само собой разумеющимся, о казни. При виде сеньориты Рандрин замолкали, начинали кланяться, просить уделить им

минуточку. Странно все это, будто она уже не обычная служащая, пусть и дочь герцога С'Эте, а принцесса. Или на экстренном заседании Совета Рандрин уже успел провозгласить себя Его величеством? Вряд ли, он слишком осмотрителен и не пойдет на столь рискованный поступок, разве что произойдет открытый конфликт с правящей верхушкой. Такового не намечалось, посему о коронации не могло быть и речи.

Ограничиваясь вежливыми приветствиями, Зара поднялась наверх и прошла в крыло, занимаемое Департаментом иностранных дел.

Квадратный вестибюль тоже был полон народу, причем, что неудивительно, все толпились возле стола Аделины. Сама секретарь деловито беседовала с кем-то по пространственному зеркало. Заметив Зару, она быстро оборвала разговор: 'Извини, она пришла, потом все во всех подробностях расскажу' и предупредительно улыбнулась сеньорите Рандрин.

- Сеньорита Зара, - зазвенел ее голос, - сеньор Эрш просил Вас зайти. Очень, даже настоятельно просил зайти к нему, как только Вы появитесь. Честно говоря, - Аделина не удержалась от шпильки, - он предполагал, что Вы появитесь несколько раньше, так что Вам теперь придется подождать.

- Хорошо, - пожала плечами девушка, уже предчувствуя, о чем пойдет разговор. - Я буду у себя в отделе.

- Я бы советовала Вам обождать в приемной.

- Я бы с удовольствием посидела на одном из диванчиков и выпила чашечку приготовленного Вами мятного чая, но, увы, мне есть, на что потратить время вынужденного ожидания. Будьте так любезны, Аделина, сообщите, когда вернется сеньор Эрш.

Секретарь открыла рот, чтобы что-то ответить, но передумала, в полголоса пробормотав: 'Разумеется, сеньорита Рандрин'.

Несколько раз вдохнув, чтобы подавить себе раздражение, вызванное поведением Аделины (отношения у них с самого

начала не заладились, хоть никто и не шел на открытую контрактацию, соблюдая все положенные правила приличия), Зара быстрым шагом направилась к комнате, занимаемой их отделом. Похоже, отпроситься сегодня не получится, не приведи боги, еще совещание соберут. А что, произошедшее косвенно, но касается Департамента иностранных дел. Хуже всего, конечно, начальнику Апполины - ему влетит так, что мало не покажется!

- Идет! - коридор огласил взволнованный голос Ри.

Приглядевшись, девушка убедилась, что ее высматривала не

только бывшая соседка по комнате, но и все остальные служащие Третьего отдела в полном составе. И, как дети, поняв, что их заметили, быстро юркнули за дверь. Только Ри осталась.

- Зара, мы все так за тебя волновались! Как ты? Тебя сильно ранили? - коллега буквально засыпала ее вопросами.

Зара хотела что-то раздраженно ответить, но передумала. Лицо Ри действительно выражало беспокойство - кто бы мог подумать!

- Спасибо, со мной все в порядке. У отца великолепный врач. Ри, можно я войду?

Та смущенно посторонилась, пропуская дочь Советника.

За дверью девушку ждали четыре пары возбужденных глаз и многозначительное молчание, которое, впрочем, продлилось не дольше минуты. Теперь Зара была не рада, что не воспользовалась язвительным предложением Аделины: сосредоточиться на чем-то в этом гвалте голосов было просто невозможно, даже собственные мысли не слышно.

Пытку любопытством сослуживцев прервал Шандер. Быстро оценив ситуацию, он решил придти на помощь несчастной девушке и пригласил ее в свой кабинет. Послав ему благодарную улыбку, Зара с облегчением выскользнула в коридорах, не в силах представить, как же она сможет работать в такой атмосфере.

- Совсем они Вас заклевали! - первый помощник главы

Департамента усадил ее на стул, связался с секретарем и попросил принести им чаю.

Девушка пожала плечами, рассматривая заваленный бумагами стол второго помощника.

Кабинет у этих двоих был примерно такой же, как у Меллона, только вместо артефактов - карты, разнообразные карты, как магические, так и вполне обычные, а еще целая полка со словарями и генеалогическими таблицами всех существующих правящих родов.

На столе у Шандера ваза с цветами. Цветы свежие, вода тоже, значит, поставили сегодня. Интересно, кто? Его девушка?

Вот и пространственное зеркало. Большое, любая модница позавидовала бы. А вот с мебелью хуже - только стулья, зато в достаточном количестве. Еще два персональных секретера, даже отсюда чувствуются исходящие от них охранные чары, и буфет с симпатичным сервизом в синюю полосочку - что-то новенькое для казенного помещения.

Зачем нужна была посуда, Зара поняла через пару минут, когда в кабинет вошла крайне недовольная Аделина. Осторожно поставив поднос с кипятком на стол, она открыла буфет и извлекла из него три чашки. Щелкнула пальцами - и в них оказалась ароматная заварка, у каждого своя. Вполне обычным способом налив в чашки кипятку, секретарь материализовала из воздуха пузатую сахарницу с серебряной мерной ложечкой и осведомилась, сколько положить сахару. Приготовив чай, она небрежным движением руки отправила на место сахарницу и чайник и степенно удалилась с пустым подносом.

Наслаждаясь тишиной, сеньорита Рандрин пила чай, искоса посматривая на помощников, в полголоса обсуждавших что-то в уголке. Допить ей не дали: в дверях показалось улыбающееся лицо Аделины, которая практически пропела:

- Сеньор Эрш вернулся, можете зайти.

С сожалением отставив чашку на стол, Зара поднялась и последовала за секретарем.

Постучавшись, девушка нерешительно замерла на пороге кабинета начальника.

- Кто там? Входите! - раздался усталый голос Эрша.

И она вошла, плотно притворив за собой дверь.

- Вызывали? - Зара не знала, можно ли ей сесть, поэтому замерла перед письменным столом, за которым граф бегло просматривал какие-то депеши.

Он поднял голову, окинул ее слегка задумчивым взглядом серых глаз и указал на стул:

- Садитесь, в ногах правды нет.

Девушка кивнула и присела, ожидая, что же будет дальше.

- Пять минут, Зара, и я Вас внимательно выслушаю, - чему-то улыбнувшись, Эрш встал из-за стола, подошел к двери и, отворив ее, попросил: - Аделина, вместо того, чтобы подслушивать, принесите Заре вторую чашку чая, раз уж первую она не допила. И чего-нибудь сладкого, на Ваше усмотрение.

Быстрый цокот каблучков возвестил о том, что секретарь поспешила исполнить поручение начальника.

- Как Вы узнали? - удивленно спросила Зара, не сводя с него широко раскрытых васильковых глаз.

- Аделина не умеет скрывать своих эмоций. Она с таким злорадством думала о том, что лишила Вас чая, что невозможно было этого не почувствовать. Естественно, я заинтересовался, что же так взволновала моего секретаря, прочитал ее мысли - и все, - улыбнулся Нубар, возвращаясь на свое рабочее место.

- Но ведь нельзя читать мысли через дверь!

- Можно. Не только через дверь, но и через другое неширокое препятствие. Не спорю, сложно, нужны кое-какие способности... Ладно, не буду хвастаться, а то Вы решите, что у меня раздутое самомнение, - усмехнулся он.

- Сеньор Эрш, - нахмурилась девушка, - а как же Ваши слова о том, что Вы не читаете мысли сотрудников без разрешения?

- У Вас цепкая память, что не может не радовать. Я этого и

не делаю, просто Аделина - немного другой случай, в силу ее должности я имею право временами заглядывать в ее голову. Иногда мне нужен визуальный облик посетителя, иногда -какая-то деталь, о которой она могла забыть. Аделина в курсе, так что не переживайте за нее.

Нубар снова углубился в свои бумаги, временами что-то подчеркивая и делая короткие пометки красным карандашом. Губы его плотно сжались, лицо приняло серьезное вдумчивое выражение. Зара терпеливо ждала, пока он закончит, рассматривая карту Антории. Вот на ней появился еще один флажок - возле Радеша, в герцогстве С'Эте.

Аделина не поскупилась и вместе с чаем принесла бисквиты. Сейчас она была сама любезность, даже приветливо улыбается. Тихо поставила все на столик и юркнула за дверь, чтобы не мешать занятому государственными делами начальнику.

Стараясь вести себя, как мышка, Зара надкусила один из бисквитов и сделала глоток - ей кажется, или этот чай вкуснее предыдущего? Покосилась на графа: так увлечен чтением, что, казалось, ничего не замечает. Теперь не просто делает пометки, а пишет какое-то письмо быстрым, торопливым почерком. Промокнул чернила, убрал в ящик стола, заклинанием очистил стол от бумаг, встал, подошел к одному из книжных шкафов и достал оттуда пухлый потрепанный том. Там же, у шкафа, раскрыл его на последней трети, скользнул глазами по строчкам, захлопнул и убрал обратно.

- Аделина, через полчаса позовите мне Сантора из Четвертого отдела, - произнес Эрш, обращаясь будто бы к пустоте, но Зара со своего места видела, что это не так: реплика предназначалась пространственному зеркалу, в котором отразилась встревоженная мордашка секретаря. Похоже, начальник оторвал ее от увлекательной беседы. -Эсфохер еще не успел уйти в Департамент внутренних дел? Нет? Прекрасно, пусть подойдет на секундочку. Эсфохер, на обратном пути загляните в Департамент магической обороны, поговорите с сеньором Тардесом на счет этого прискорбного

происшествия, спросите, что он думает по этому поводу. Особенно об участии в нем фрегойев. Скажите, что я хочу побеседовать с ним до заседания у Советника: есть пара соображений... Часа в два, думаю. Да, у меня. И, чуть не забыл, узнайте, сколько боевых магов числятся на учете и какого уровня подготовки. Да, важно, да, это тоже нас касается - с кого, как Вы думаете, потребуют плана урегулирования конфликта, не приведи, конечно, Эвноя и Шеар-Хэ! Я должен знать, чтобы просчитать все варианты. В этой жизни, Эсфохер, не следует надеяться исключительно на соседние департаменты, особенно в такой игре, как политика, да Вы и сами знаете. О, рад слышать, что у Вас есть какие-то предложения! Нет, при всех не нужно, как вернетесь, загляните ко мне, обсудим. И при беседе с сеньором Тадесом я тоже попрошу Вас присутствовать. Это все, не смею Вас больше задерживать! Передавайте привет очаровательной сеньоре Шуарш!

Во время этого диалога, или монолога, потому что девушка слышала только реплики Нубара, Зара раздумывала о том, прилично ли ей жевать, когда все вокруг работают. Вернее, даже не так: прилично ли ей жевать в кабинете начальника, когда он работает. И пришла к выводу, что нет, поэтому отставила тарелку с бисквитами и чашку на столик.

Когда Эрш обернулся к ней, у сеньориты Рандрин был вид примерной школьницы: абсолютно прямая спина, сложенные на коленях руки, опущенный взгляд и бесстрастное выражение лица. Не выдержав, он рассмеялся, заставив девушку вздрогнуть и бросить на него изумленный взгляд.

- Зара, Вы сидите, как абитуриент перед приемной комиссией, причем, заранее зная, что его отругают за отсутствие должной подготовки. Расслабьтесь, сядьте, как хотите, и спокойно допивайте чай. Или Вы боитесь подавиться под моим взглядом? В таком случае, совершенно напрасно, никакого выговора Вас не ожидает, так что аппетита я Вам не испорчу.

- Но как я могу есть... - неуверенно начала Зара, тем не менее,

вновь потянувшись за чашкой.

- Как Вы можете есть в присутствии начальства, это Вы хотели спросить? Очень даже можете, я своих подчиненных голодом не морю, да и надо же чем-то Вас занять, пока я с бумагами вожусь? Но теперь я освободился и с превеликим вниманием готов выслушать подробности покушения. Советник крайне скуп на детали, оно и понятно, но, надеюсь, Вы удовлетворите мое любопытство? Разумеется, не праздное.

- Если Вам нужны все подробности, сеньор Эрш, боюсь, получаса не хватит.

- Зара, у Вас будет столько времени, сколько потребуется. Так что берите в одну руку бисквит, в другую - чашку и начинайте.

Девушка невольно улыбнулась, представив, как выглядит со стороны эта картина, но спорить не стала: принесенное Аделиной лакомство было вкусным, грех отказываться.

Разговор затянулся на час, так что Сантору пришлось долгое время провести в приемной. Вначале Зара рассказывала сухо, поверхностно, но Нубар умелыми вопросами подталкивал ее к описанию разного рода мелочей, превращавших ее рассказ в красочное полотно. Она и не предполагала, что знает так много, и что из этой информации можно сделать столько разнообразных выводов.

Наконец рассказывать было больше нечего, что не могло не радовать: в горле у девушки успело пересохнуть, так что выпитая до беседы чашка чая оказалась нелишней.

Видимо, обдумывая услышанное, Эрш что-то записывал в своей записной книжке - не связанные между собой слова и словосочетания, иногда со знаком вопроса. Так как Зара сидела возле стола, а написанного начальник не прятал, ей удалось прочитать часть из них. Ничего нового, просто фиксация ее рассказа, а еще какие-то непонятные значки, то ли криптография, то ли записи на неизвестном ей языке, в любом случае, читать вверх ногами, кося глаза, неудобно.

- Сеньор Эрш, - она решилась попросить его о том, что

собиралась сделать сразу по приходу, - можно мне отпроситься на остаток дня? Мы только сегодня вернулись, и я хотела бы...

- Разумеется, Вы свободны, Зара, заодно и весь этот ажиотаж насчет Вашей персоны немного уляжется. Все только и делают, как обсуждают покушение на Советника, а Вы ведь были с ним, тоже подверглись нападению, пострадали... Кстати, с иллюзией Вы хорошо придумали, действенное средство в борьбе с эгенами. Зара, - он помолчал; улыбка скользнула по его губам, - а как в действительности выглядит Темная госпожа. Говорят, у нее мгла вместо сердца. Никто еще не выживал после встречи с ней...

- А Вам зачем? - насторожилась девушка.

- Просто любопытно. Не все же об одних делах говорить! Она страшная или симпатичная?

Зара улыбнулась:

- Я ведь ее не особо рассматривала, не до того было, но уродливой она мне не показалась.

- Значит, так она и заманивает, - пробормотал Эрш. - Как и все они, волк в овечьей шкуре. Если Вам ничего больше от меня не нужно, можете быть свободны. Чуть не забыл! Отец ничего не говорил Вам о суде?

- О каком суде?

- Над изменником родины, Отолором Кастером. Вас вызовут в качестве свидетеля. Первое заседание состоится послезавтра, так что, наверное, разумнее будет отпустить Вас до конца недели: не вижу смысла заставлять Вас работать один день. До понедельника, Зара!

Девушка встала, произнесла традиционные вежливые слова прощания, вызвавшие странную реакцию со стороны начальника:

- Ну да, чтобы было совсем по протоколу, осталось только добавить: да продлят боги годы главы Департамента иностранных дел и уберегут его от рук жителей сопредельных государств. Зара, это не официальный прием, поэтому Ваше

славословие не может вызвать ничего, кроме улыбки.

- А что, по-Вашему, я должна была сказать? - насупилась Зара; оттенок глаз качнулся в сторону цвета голубиного крыла. - С каких пор пожелание хорошего дня и выражения благодарности стали дурным тоном?

- Они и не стали, просто не к месту. Хватит препираться, Зара, до свидания. Можете вообще ничего не отвечать, -видимо, сочтя, что фраза прозвучала несколько грубо, граф поспешил добавить: - До свидания и по возможности приятно провести остаток недели. Уходя, будьте так любезны, позовите Сантора: он должен быть в приемной. Спасибо за детальный содержательный рассказ.

Остаток дня прошел за изучением эльфийского. Но глаза скользили поверх слов, поэтому дело не спорилось. Отложив книгу, девушка подошла к окну и уставилась на излучающий свет белый ковер на улице. В это время года темнело рано, и сумерки уже укрыли фиолетовым плащом крыши Айши.

Воздух был чист и свеж. Легкий морозец румянил щеки прохожих. Их тени змейками извивались по мостовым, постепенно сливаясь с окружающим пейзажем.

Краски угасающего дня блекли, уступая права черно-бело-синей гамме ночи.

Рэнальд Рандрин еще не вернулся, Апполина тоже припозднилась, возвращалась на обед и снова затерялась в пламени заката. Одна Зара бездельничала, слонялась по парадным залам дворца. Зимой в них особенно тягостно, порой кажется, что все люди на свете умерли, осталась только она.

Поняв, что с эльфийским сегодня ничего не выйдет, девушка решила прогуляться, навестить Бланш, справиться о ее здоровье. Они давно не виделись, подруге найдется, что ей рассказать, да и вряд ли у беременных много развлечений, на балы ее супруг точно не пускает. Зато у них другие радости.

Укутавшись в пушистых мех, Зара скользнула в ночь, ловя отблески уличных фонарей, прислушиваясь к звукам

погружающегося в темноту города. Снег приятно похрустывал под высокими сапожками на каблучке, пальцы переплелись в удобной муфте, заменявшей сумочку. Разумеется, она надела перчатки, но вечерние часы особенно промозглы, поэтому хотелось спрятать руки в чем-то теплом и мягком.

Скромный дом Мавери манил ровными квадратами света на мостовой.

Оглядевшись, девушка постучала молоточком в дверь и через пару минут уже сидела в гостиной вместе со школьной подругой.

Бланш немного изменилась: она немного пополнела, появился счастливый блеск в глазах, ну, разумеется, расплылась талия. Свой едва наметившийся животик сеньорита Мавери прятала под платьями с завышенной талией; Зара даже удивилась, что он у нее такой крохотный, но подруга с улыбкой просветила ее, что на четвертом месяце беременности главная примета 'интересного положения' едва заметна. Девушка кивнула и не преминула мысленно укорить Бланш за то, что та не спешила делиться с ней радостным известием. Значит, четыре месяца? Хорошо, допустим, неполных, но четыре! А подруга рассказала ей о грядущем прибавлении в семействе всего месяц назад. Да, об этом узнают не сразу, но не три же месяца пребывают в сомнениях! Слава богам, девушки давно не думают, что детей подбрасывают цветочные феи, так что Бланш даже чисто теоретически не могла не быть осведомлена о сути вопроса. В общих чертах, разумеется, но их бы вполне хватило, чтобы сделать верные выводы через полтора-два месяца. Или она боялась сглаза?

Не удержавшись, Зара спросила об этом Бланш.

- Просто я не была уверена, не хотела никого обманывать, -простодушно ответила сеньора Мавери. - У меня самой сомнения зародились только на исходе второго месяца. А потом я сходила к лекарю, и он обрадовал нас с Авестом такой замечательной новостью. Как ты думаешь, кто родиться:

мальчик или девочка?

- А ты сама кого хочешь?

- Девочку. Я бы наряжала ее в нарядные платьица, наняла бы ей разных учителей...

Сеньорита Рандрин отвернулась, чтобы скрыть выражение досады на лице.

И это говорит графиня Одели, с которой они некогда так весело проводили время? Дипломированная магиня! Все мысли вертятся вокруг мужа и будущего ребенка. Разом будто поглупела, превратилась в одну из тех женщин, которых она видела в деревне. Нет, как так можно: полностью растворятся в таких бытовых мелочах, ставить на своей жизни крест, неужели ей не хочется заниматься чем-то, помимо домашнего очага?

Неудивительно, что общение с Бланш теперь ей в тягость: они будто говорят на разных языках.

Нет, решено, сама Зара никогда не выйдет замуж и не опуститься до такого постыдного, с ее точки зрения, состояния.

Весь мир заключен в четырех стенах - это ли не страшный сон?

С трудом просидев у подруги пару часов и поужинав вместе с семейством Мавери, сеньорита Рандрин заспешила домой. На самом деле домой она вовсе не собиралась, просто нужен был предлог, чтобы уйти.

Девушка в задумчивости вышла к Шину, облокотилась о парапет моста, взглянула на блестящую ледяную полосу воды, впитавшей в себя лунный свет, и подумала, куда бы ей податься.

После этой истории с покушением всех интересует только одно...

Нет, ей нужен кто-то, с кем можно запросто поболтать о разных пустяках. Интересно, а Эйдан еще в городе? Безусловно, вампир - не лучшая компания для молодой девушки, но, по сути, у нее всего два варианта: Арилан или

Эйдан. До первого далеко идти, а второй - неизвестно где. Где вообще могут прятаться вампиры, наверное, на скотобойнях, но она не сунет туда нос даже под страхом смертной казни!

Прикрыв глаза, Зара мысленно позвала вампира, особо не надеясь на успех. Подождала минут пять - никакого отклика. Что ж, тогда она просто пройдется по Новому городу, на этот раз заранее заготовив парочку боевых заклинаний: печальный опыт многому ее научил.

Девушка углубилась в городские кварталы, радуясь тому, что темнота значительно сокращает процент приветственных поклонов со стороны прохожих, узнавших дочь Советника. Да и в Новом городе ее личность не столь известна. Она уже подумывала, чтобы повернуть обратно, когда заметила подозрительную тень, притаившуюся в сгустке мрака на перекрестке. Если бы на нее не упал отсвет открытой двери, Зара бы ничего и не заметила, никакого едва различимого контура фигуры.

Вариантов того, кто прятался в темноте, было немного: либо преступник, либо вампир. Проверить тоже было просто, особенно для магини: просто взять и осветить тот кусочек улицы. Раз - и всполох света прорывает густую вязкость ночи, выхватывая знакомый темный силуэт. Всего на мгновение, потому что в следующее он уже исчезает.

- Эйдан, не бойся, это я! - дойдя до перекрестка, тихо позвала девушка, прекрасно зная, что вампир ее услышит. Теперь бы только не ошибиться: вдруг ее старый приятель не единственный кровосос в Айши? На всякий случай готовая отразить нападение, Зара воздвигла защитный купол и затеплила между пальцев голубой огонек.

- Вот так встреча! - клыкастая улыбка во все тридцать два вампирьих зуба мелькнула всего в нескольких шагах от нее. Спрыгнув с крыши, он приземлился так, что она и не заметила. - Давно не виделись!

- Уф, это все-таки ты! - девушка уничтожила заготовленные заклинания и осторожно поинтересовалась: - Охотишься?

- Есть немного. Минут десять подождешь? Я быстро, хотя... -Эйдан коснулся ногтями защитной сферы. - Зара, если бы ты только знала, как вкусно пахнешь! У меня аж слюнки текут! Так что ты правильно сделала, поставив эту штучку. Если не хочешь ждать, можешь пойти со мной: мой обед сидит в засаде в переулке в конце квартала.

- Ты предлагаешь мне посмотреть, как ты охотишься?

- А что, тебе неинтересно? Понаблюдаешь за естественным поведением видов в природе, - усмехнулся вампир, сверкнув алыми глазами.

- Где ты словечек таких нахватался? - вроде бы, давно с ним знакома, а все равно не по себе, когда он так пристально смотрит на ее горло, самую большую артерию, да еще эти клыки...

- Из твоего диплома: ты же его о вампирах писала. Ну, так как?

- Нет, я лучше тебя здесь подожду.

- И правильно, а то я ни о чем, кроме медового запаха твоей крови, думать не могу. Вот какого демона она ядовитая?

Девушка промолчала, подумав о том, какое счастье, что кровь магов смертельно опасна для детей ночи.

Плотоядно облизнувшись и послав подруге еще одну клыкастую улыбку, Эйдан затерялся во мраке - просто отпрыгнул в сторону и исчез.

Зара с облегчением вздохнула. Вроде бы и хотела его видеть, но, в то же время, подсознательный страх перед подобными существами никуда не делся. Решив, что стоять тут столбом, по меньшей мере, глупо, а вампир и так ее найдет, девушка направилась в сторону ближайшей площади, где в свое время заприметила несколько неубранных после праздничного гуляния скамеек. Опустившись на одну из них, она уставилась в темноту, подумывая, не полетать ли, пока не вернулся вампир. Прохожих мало, практически никого, и все спешат по домам - так что риск невелик.

Но превратиться в э-эрри Зара не успела: вернулся Эйдан и

плюхнулся рядом с ней на скамейку. От него так разило кровью, что девушку чуть не стошнило. Аккуратно отодвинувшись, чтобы не обидеть, девушка на всякий случай проверила защиту. Проверил ее и вампир, попытавшись дотронуться до ее руки.

- Тьфу ты, Зара, убирай свою гадость! - он поморщился, потирая ушибленную ладонь. - Я отлично пообедал и абсолютно неопасен. Для тебя. Разве что немного поиграю.

Зара обернулась и осветила его лицо: зрелище не для слабонервных! Клыки по-прежнему огромные, весь рот, подбородок, шея, даже частично нос в крови.

- Эйдан, приведи себя в порядок, или я сейчас же ухожу.

- Если попытаешься, я проверю, как хорошо магов учат ставить защиту, - промурлыкал вампир, добавив во взгляд бездну обаяния.

- Решил покончить жизнь самоубийством? С чего вдруг?

- С того, что жутко хочется тебя обнять, а эта штука мешает.

- Обнять - это что-то новенькое! Надеюсь, - она нахмурилась, - никаких романтических бредней, о которых сочиняют дешевые книжки?

- Если ты о любви, то тут ничем помочь не могу. Не, я, конечно, могу представить тебя в постели, очень даже могу, даже интересно попробовать, потому что у меня никогда с людьми не было, но любовь! Уверяю, Зара, это тебе не грозит, не получится из нас парочки отступников, - рассмеялся Эйдан, утирая кровь. Делал он это тоже своеобразным образом: вылизывал языком все, до чего мог дотянуться, остальное собирал на тыльную сторону ладони и опять-таки отправлял в рот.

- Допустим, я защиту сниму, только при одном условии: никаких 'попробовать' с твоей стороны!

- Да не буду я, успокойся! Какие ж вы, девушки, нежные! Зара, ты своей головой бы подумала: можно ли вампиру спать с девственницей? Я ж от запаха крови с ума сойду, могу не удержаться и какую-нибудь жилку прокусить, хорошо, если не

горло. И что хорошего из этого выйдет? Или ты уже не...

Не выдержав, девушка наградила его шариком сконцентрированной боли. Эйдан дернулся, согнулся пополам и по-собачьи заскулил.

- Все, закрыли тему! - глухо пробормотал он.

Видя, что заклинание оказалось сильнее, чем она предполагала, Зара убрала защиту и осторожно подошла к вампиру. Он осел на колени и обеими руками держался за живот. Зубы плотно сжаты - значит, еще больно.

- Можно? - девушка не решилась прикоснуться без разрешения. Раненый вампир, что раненый зверь: становится крайне агрессивен.

Эйдан кивнул, внимательно наблюдая за ее движениями.

Зара осторожно опустилась перед ним на корточки и поднесла руку к животу. Вампир убрал от него свою и позволил прикоснуться к месту ранения. Внешних повреждений на коже не было, но боли в теле оказалось предостаточно.

- Руки у тебя теплые, - прикрыв глаза, пробормотал Эйдан. -Вторую тоже положи.

- Зачем?

- Приятно. Так тоже приятно. И непривычно. Ты только не обижайся, но мне нравится, когда ты делаешь такие круговые движения.

- Все вы, мужчины, одинаковые! - пробурчала девушка, заканчивая лечение. - Все, теперь у тебя ничего не болит. Не вздумай просить тебя приласкать!

- Даже если б я попросил, ты не стала бы. А жаль!

Эйдан легко поднялся на ноги и также легко рывком поднял с мостовой ее.

- Ну, зачем понадобился? Опять за кем-то следить, кого-то пугать?

- Нет, просто поболтать хотела.

- Как мило! Тогда давай поговорим в более укромном месте. Обещаю руки не распускать.

Девушка опасливо покосилась на него, но согласилась. Она и вскрикнуть не успела, как вампир взял ее на руки и стрелой метнулся в проулок.

Глава 14.

- Нет, ты точно идиот, прирожденный идиот! - бушевала Зара, отряхивая снег с полушубка. Эйдан стоял чуть поодаль, склонив голову набок, наблюдая за тем, как она ликвидирует следы своего неудачного падения. - Кретин, недоумок, орк зубастый!

- Насчет орка я бы попросил, у меня с ними ничего общего, -подал из темноты голос вампир; глаза чуть заметно отливали красным.

- Ничего общего?! Мать у вас общая, чтоб ее во всех позах демоны поимели!

- Фи, а еще дочь Советника! Чему вас только, ведьм, учат? -Эйдан подошел ближе и уселся на припорошенную снегом поленницу. - Все, больше я тебе никого не напоминаю?

- Да и иди ты, вонючая бочка с кровью! - отмахнулась от него девушка.

- Зара, - вампир хихикнул, - не хочу тебя огорчать, но бочка с кровью - это ты. Вернее, аккуратненький такой сосудик. А что до запаха... Могу в парфюмерную лавку наведаться, так и быть, ради тебя буду благоухать лавандой, или что ты там любишь?

- Я люблю, когда меня не хватают в охапку, как мешок, и тащат неведомо куда.

- Испугалась? - он улыбнулся и скользнул к ней. - Думала, решил утащить себе в нору и закусить твоей кровушкой?

- Нет, - резко ответила Зара, предпочтя отойти на два шага назад.

- Тогда зачем трепыхалась? И упала, между прочим, не по моей вине. У тебя снег на спине, отряхнуть?

Девушка промолчала, пытаясь в темноте отыскать свою

муфту. Куда же она отлетела? Разве найдешь ее в такую темень!

Вампир, зная, что ее это тревожит, нарочито медленно скользнул пальцами по спине Зары, от основания шеи до поясницы. Видя, что никакой магической реакции не последовало, он обнаглел и обвил ее рукой за талию. Девушка вздрогнула и дернулась. Ей было не по себе от исходившего от него холода, солоноватого запаха его пищи и того, что она не слышит его дыхания. Прибавьте к этому длинные ногти, еще хранившие свидетельства недавней охоты - под ними застряли обрывки ткани.

Эйдан теснее прижал ее к себе, свободной рукой проведя ногтем указательного пальца от подбородка до груди.

Зара напряглась, нашептала одно из заклинаний, но без закрепляющего, последнего слова.

- А я все слышу, - мурлыкнул над ухом голос вампира. -Даже обидно: ты каждый раз попадаешься на мою удочку. Расслабься, я же обещал, что не поволоку тебя в ближайшие кусты, убивать тоже не собираюсь, так что расслабься!

- Ты еще скажи: получай удовольствие! - пробурчала девушка.

- А это идея! Ты с вампиром никогда не целовалась?

- Слушай, экспериментатор-смертник, только прикоснись ко мне своими губами...

- Поцелуи, они не заразные и абсолютно безвредные, - гнул свою линию Эйдан. - А у тебя будет опыт. Что-то у меня сегодня романтическое настроение, а тут ты... Такая недотрога, даже по-дружески приласкать нельзя!

Объятия становились крепче, было уже не смешно.

- Эйдан, кровосос озабоченный, пусти! - Зара ударила его каблуком по ноге - даже не вздрогнул, будто ничего и не почувствовал. - Эйдан, мне неприятно! И дело вовсе не в тебе, а в том, что ты вампир, и том, что мы просто друзья.

- А я, что, в любовницы тебя звал? - усмехнулся он и осторожно скользнул клыками за ушком, наслаждаясь тем, как

девушка отчаянно, но безуспешно пытается вырваться из его объятий. Потом запрокинул ее голову с налитыми чернотой глазами и чмокнул в нос. - Видишь, это совсем нестрашно, стоило так возмущаться? И твои губки не пострадали, хотя, если вдруг надумаешь, я их не пораню.

- Ну да, с твоими-то клыками!

Напрасно Зара это сказала, потому что вместо словесных возражений Эйдан наглядно продемонстрировал технику поцелуев с вампирами. У него было в запасе всего пара мгновений до того, как девушка пришла в себя и, сверкая глазами, запустила в него огненным шаром. Вампир предполагал подобный оборот дела, поэтому успел увернуться, запрыгнул на ближайшее дерево и оттуда, хихикая, поинтересовался:

- И как, хотя бы царапинка есть?

- Я тебе сейчас столько царапин гарантирую, мало не покажется! - шипела девушка, оборачиваясь э-эрри.

Эйдан притих, стремительным прыжком перебрался ей за спину и заискивающе попросил:

- Может, не надо? Повод-то пустяшный, могу извиниться. Мне от твоего взгляда так плохо, будто в голову серебряные иглы втыкали. В общем, прости, я действительно дурак, не подумал. Обещаю без разрешения больше не целовать ни в губы, ни в щечки. Устроит? Хорошо, вообще никуда.

- Надо же, вампиры чего-то бояться?!- Зара резко обернулась и попыталась перехватить его взгляд. Наученный горьким опытом вурдалак предпочел опустить глаза, от чего стал похож на нашкодившего ребенка. - Ты когда-нибудь перестанешь лезть ко мне со своими непристойными предложениями, каждый раз при встрече лапать меня, намекать на желание близости?!

- Да какое там желание, никакого желания не было, - он предпочел вообще закрыть глаза. - Ну, ты симпатичная, вкусно пахнешь, тебя приятно трогать, но у меня даже и в мыслях... Хорошо, было, но не сегодня. Давно. И то всего

лишь мимолетное желание, поэтому что я, это, с вампиршами... Словом, я на тебя не как на кусок плоти смотрю. Да перестань ты, наконец, буравить меня своим взглядом!!!

- И как же ты на меня смотришь, как на еду?

- Кривить душой не буду: если бы мог, кровь периодически пил бы. Но убить - не убил бы. Никогда. С тобой говорить приятно, ты меня хотя бы за разумное существо считаешь, не бежишь сразу за осиновым колом, провожать себя разрешаешь... Кстати, о проводить: тебе домой не пора?

- Ладно, я нормальная, можешь открывать глаза, -усмехнулась девушка, вернув себе человеческий облик. -Надеюсь, остаток вечера будешь вести себя примерно?

Эйдан кивнул и осторожно, искоса, глянул на нее. Убедившись, что все в порядке, он подошел к Заре и протянул ей руку. Она поколебалась, но вложила свою ладонь в его ладонь.

Хоть ее диплом и был посвящен вампирам, девушка никогда раньше еще не бывала в их жилищах. Она ожидала увидеть что-то мрачное, пугающее - а оказалась в заброшенном доме, ничем не отличавшихся от десятка других подобных домов, разве что он стоял на отшибе, прикрытый со стороны дороги частоколом деревьев и колючего кустарника. Вороних гнезд на крыше тоже не наблюдалось, равно как и гроба внутри помещения, разве что предусмотрительный хозяин не спрятал его в подвале. Да и других вещей, свидетельствовавших о роде занятий обитателя жилища не наблюдалось, во всяком случае, в прихожей.

- У меня холодно, полушубок не снимай, - заботливо предупредил вампир, притворив за гостьей дверь; на запор не закрыл - да и зачем таким, как он засовы?

- А свет можно зажечь? - глаза Зары никак не могли привыкнуть к темноте.

- Свечей не держу - без надобности. А ты поколдовать можешь, не запрещаю. В комнату проходи, там стулья есть.

Девушка хотела спросить, куда делись бывшие хозяева дома, но не успела: Эйдана рядом уже не было. Вздохнув и уже не жалея о том, что этим вечером ее потянуло с кем-то поговорить, Зара зажгла огненный шар и подвесила его под потолком - теперь хоть светло, не набьешь синяков и шишек.

Прихожая - как прихожая, только пустая. Из мебели - только вешалка для одежды. Интересно, как тут было, когда здесь жили люди?

Комната оказалась большой и одновременно служила Эйдану и спальней, и столовой, и гостиной. Кроме нее в доме было, видимо, еще несколько помещений, но двери в них были заперты. Как и ставни на окнах. Чтобы исключить попадание в помещение малейших лучей солнечного света, вампир занавесил их всеми оставшимися в доме тканями и придвинул к ним всю не востребованную прежними хозяевами мебель. Получилось темное логово крота.

- Располагайся! - стоявший у старинного, потравленного жучком буфета Эйдан указал на один из стульев возле стола. -Если хочешь, можешь сесть на кровать.

- Ну уж нет! - фыркнула девушка.

- Брезгуешь? Все вы, маги, нами брезгуете. Скажи мне почему, а?

- Эйдан, не начинай!

- Лучше скажи: не продолжай. Чего-нибудь хочешь?

- Ты же человеческой пищи не держишь, - удивилась Зара, одним глазом разглядывая обстановку комнаты, другим следя за вампиром.

- Да тут трактирчик неподалеку, стащу что-нибудь. Бутылку вина, например.

- Устроишь мне романтический вечер! - рассмеялась девушка. Нет, ну ничего интересного, даже обидно! На столе какие-то баночки, под столом - пустые бутылки, вместо гроба -нормальная постель, застеленная потертым покрывалом, в углу - дорожный сундук. Все эти вещи, за исключением, наверное, баночек, Эйдану не принадлежат. Вампиры

путешествуют налегке, нет у них ничего за душой.

- Что-то вроде того, - хмыкнул клыкастый хозяин. -Целоваться мы уже целовались, так что за мной ужин. В буфете есть бокалы, можешь достать. Кстати, ты очень голодна?

- Нет, совсем нет.

- Прекрасно, тогда только бутылка вина.

- Хочешь, чтобы я опьянела?

- Не бойся, домой в лучшем виде доставлю. Ты сегодня что-то нервная, а спиртное, говорят, людей успокаивает.

Зара промолчала. В конце концов, никто не заставляет ее опорожнить всю бутылку.

Вернулся Эйдан, водрузил на стол свою добычу, молнией метнулся к буфету за бокалами и какой-то пузатой фляжкой с бурой жидкостью. Взглянув на нее, девушка сразу заподозрила недоброе.

- Это кровь? - осторожно поинтересовалась она.

Вампир кивнул, откупорил бутылку и наполнил ее бокал.

- Я не спросил, может, ты кровь хочешь попробовать? -подмигнул он.

- Да иди ты!

- А что, всего глоточек. Некоторые люди пьют - и ничего.

Он налил во второй фужер содержимое фляжки и протянул

сеньорите Рандрин:

- Ты не смотри на цвет, она свежая. Парень был крепкий, здоровый. Малолетних детишек насиловал. Я его, конечно, без разрешения убил, но не думаю, чтобы власти о нем горевали. Пришлый, на заработки приехал. Я как раз выискивал, чем бы пополнить свои запасы (держу на всякий случай, охота - вещь ненадежная), а тут, вижу, он девчонку лет десяти на сеновал тащит... Девчушка, конечно, напугалась, убежала, зато к этому в руки не попала. Так будешь?

- Эйдан, спасибо, но я лучше вина.

Вампир улыбнулся и неожиданно плеснул крови в ее бокал.

- Все, сумасшедший, я ухожу! - Зара поднялась со своего

места, но натолкнулась на руку Эйдана, который, смеясь, усадил ее обратно и поднес к губам фужер.

- Просто глотай и не думай, - промурлыкал он. - За долгие годы моей загробной жизни, сеньорита Рандрин, или ты откажешься выпить за своего друга?

Девушка поморщилась и покорно позволила влить несколько глотков необычного коктейля себе в рот. К счастью, концентрация вина в нем была гораздо выше, чем крови, поэтому она ощутила лишь легкий металлический привкус.

- Может, допьешь? Выливать жалко! - поставив початый бокал на стол, вампир сел напротив нее и наполнил свой фужер до краев кровью. - За меня мы выпили, точнее, ты выпила, следующий тост в твою честь. Здоровья и долгих лет жизни с бьющимся сердцем, синеглазая! - смакуя, Эйдан осушил бокал и, подмигнув Заре, поймал языком сорвавшуюся с губ каплю.

Преодолевая отвращение, боясь рассердить вампира, девушка с грехом пополам допила свою смесь, поклявшись, что это был первый и последний раз в ее жизни, когда она согласилась придти в его пристанище.

Заметив, что ее фужер пуст, Эйдан подлил в него еще вина, но на этот раз с кровью смешивать не стал. Вольготно откинувшись на спинку стула, прикрыв глаза, он с удовольствием потягивал содержимое фляжки. Все мускулы и мышцы расслаблены, на лице - выражение сладкой неги.

Второй бокал Зара только пригубила: ей не хотелось хмелеть.

- Ну, о чем хотела поговорить? Слышал, у вас тут казнь намечается... Заранее обидно, что столько крови пропадет! Ты бы хоть палача попросила собрать или хоть плаху не мыть.

- Эйдан, ты в своем уме! - и, помолчав: - А что, Отолору отрубят голову?

- Не, - рассмеялся вампир, одарив ее насмешливым взглядом болотных глаз, - и кто из нас дочь Советника и работает во Дворце заседаний? Этот тип изменник, верно? И дворянин. А как казнят дворян? Через усекновение головы. Конечно, его

могут дворянства лишить, тогда плакала моя кровушка! Простой народ вешают. Остается слабая надежда, что его четвертуют... Твой отец как, жестокий тип?

Девушка пожала плечами: она и вправду не знала, никогда не задумывалась над этим, но надеялась, что Рэнальд Рандрин ограничится казнью. Удовольствие, если оно ему было нужно, он уже получил в фамильном замке во время допроса, превратившегося для бывшего помощника консула в изощренную пытку.

Постепенно разговор перешел в другую плоскость: Зара расспрашивала Эйдана о жизни в Айши, о том, тяжело ли быть вампиром в городе магов. Разумеется, оказалось, что нелегко, но вмешательство дочери Советника в судьбу клыкастого друга после сцены на набережной Шина благотворным образом сказалось на его положении. Он перестал быть существом, подлежащим уничтожению, заняв нишу 'падальщика правосудия'.

- Знаешь, ко мне даже кто-то из судейских приходил. Со стражниками и магом. Хорошо, что день был пасмурный, а то бы поглумились, мерзавцы! Нос воротили так, будто я кусок гнилого мяса. Бросили на пол какую-то бумагу и ушли. Да какое там ушли - сбежали, будто ветром сдуло! - вампир, не мигая, смотрел в лицо начинавшей дремать девушки. Густая, вязкая ночь давно объяла город, было уже заполночь. - Это они, оказывается, описание парочки сбежавших преступников принесли.

- А ты? - сонно пробормотала Зара. Она сидела за столом, подперев голову рукой.

- Один попался, другому повезло. Э, да ты уже спишь! Давай-ка я тебя домой отнесу, а то твой папаша от меня мокрого места не оставит.

- Спасибо, я сама.

- Какое там сама? До твоего дома далеко, не дойдешь. И не долетишь - заснешь и убьешься. Так что выбора у тебя нет.

Девушка молчаливо позволила взять себя на руки (не в

первый раз, она даже знала, как устроиться поудобнее) и, стараясь не обращать внимания на холод тела и запах вампира, прикрыла глаза. Он сытый, кусать не будет, так что можно и вздремнуть.

Очнулась Зара уже в Старом городе, когда, замедлив движения, крадучись, Эйдан пробирался по улицам, тенью скользил вдоль домов, то замирая, то перепрыгивая из одного сгустка темноты в другой. Даже несмотря на свою ношу, он двигался легко и грациозно, как и подобает хищнику.

- Эйдан, спасибо, теперь я и ногами могу.

Вампир проигнорировал ее замечание, прислушался и юркнул на противоположную сторону улицы. С чего бы? Все оказалось проще, чем она думала, - патруль.

Затерялись в темноте блики фонарей, отзвучало эхо шагов и гулко бряцающих в такт им ножен. И снова тишина, и чернильная глубина зимней ночи, где, кажется, каждый редкий звук становится чище и звонче, а мистическое одиночество разлито по воздуху.

- Хм, а тебя дожидаются, - неожиданно заявил Эйдан, опуская свою ношу на мостовую. Зара почувствовала, как напряглись его мышцы - чувствует опасность. - Дальше сама пойдешь, а то, боюсь, меня, не разобравшись, прикончат. С вас, магов, станется! Ты, если что, зови, я вечерами, когда не охочусь, возле Торговой площади ошиваюсь: интересно там. И, Зара, - он на мгновенье задумался, - может, ты скажешь, что у подруги была и припозднилась? Дело, конечно, твое... Ладно, сладких снов тебе!

Попрощаться с ним девушка не успела - было уже не с кем.

Зевнув, Зара огляделась, чтобы понять, где находится, и, сориентировавшись, побрела к дворцу Рандринов - до него было недалеко, минут пять пешком.

Источник опасности, так взволновавший Эйдана, оказался одинокой фигурой, застывшей на перекрестке в недвусмысленной позе: стоит неподвижно, скрестив руки на груди. Все бы ничего, и человек вполне сошел бы за

очередного представителя преступного мира или просто припозднившегося, задумавшегося о чем-то своем, горожанина (да, с этим сложнее, но если подключить воображение...), если бы не одно 'но', смутно темневшее на фоне стены. Крылья.

Девушка замедлила шаг, раздумывая, стоит ли обернуться э-эрри и позорно сбежать, или все же подойти и сыграть дурочку. Пока она пыталась решить эту дилемму, человек отделился от стены; мелькнули и исчезли в свете фонаря темные крылья.

- Ну, и где ты шаталась?

Да, неласково ее встречают! И по какому праву - она не ребенок, а взрослый человек, может делать, что хочет.

- Гуляла, - буркнула Зара, бочком попытавшись проскользнуть мимо отца. - И не надо было меня искать!

- Второй час ночи, она с вечера пропала - и не надо искать?! Ушла от Одели в восемь часов вечера и будто испарилась.

- Да что ты так волнуешься, будто курица-наседка? Я магиня, со мной ничего не случилось бы...

- Ага, конечно! В Старом городе - да, а вот в Новом... Девочка, наемные убийцы - они на то и наемные убийцы, что подкрадываются неслышно, их чувствовать научиться нужно. Только что вскрылся заговор, ты один из ключевых свидетелей - и позволяешь себе в полном одиночестве гулять по ночному городу. Зара, у тебя голова на плечах есть?! Кто поручиться, что в Айши не найдется людей, которые захотят вступиться за Отолора? А ты их так безбожно провоцируешь.

- Я думала, ты за меня волнуешься, просто волнуешься, -понурила голову девушка.

- И это тоже. Ты же даже записки не оставила... Ладно, пойдем домой, ругаться не буду, а то я в твоих глазах и так деспот-самодур, - усмехнулся Рандрин, беря ее под руку. - Я знаю, Эрш тебя отпустил до конца недели, так что завтра отоспишься. Вернее, уже сегодня. Завтра состоится заседание суда, дашь показания. Не бойся, никакого магического

воздействия на свидетелей не оказывается, оно разрешено лишь в коротком перечне случаев, упомянутых в законодательстве.

Для заседания суда Зара оделась просто и строго. Шла она на него одна, хотя и Апполина, и Советник тоже должны были присутствовать, но таково требование регламента: на свидетеля не должно оказываться давление с какой-либо стороны. Глупо, конечно, потому что невозможно предположить, чтобы дочь жертвы и по совместительству главного обвинителя, пусть не по протоколу, но имевшего наложить вето на любое решение суда, могла быть беспристрастна к обвиняемому.

Зал Верховного суда королевства Антория не входил в комплекс построек Дворца заседаний, словно демонстрируя своим видом независимость от воли властей. Длинное вытянутое двухэтажное здание располагалось к северо-востоку от него, за общественным садом, в той же части города, где и муниципалитет Айши. Главным, украшенным рядами гранитных столбов, фасадом оно выходило на Площадь правосудия. Именно на ней, под сенью двух чахлых ракит и грозным оком статуи бога Менакела, взиравшего на прохожих со своего святилища (редкий случай, когда в храме была не одна, а две скульптуры: внутри и снаружи), совершались публичные казни государственных преступников.

Вымощенную темными плитами площадку, на которой воздвигался эшафот, суеверные горожане предпочитали обходить стороной, благо площадь была большая, и места всем хватало.

Последняя казнь на Площади правосудия состоялась более двадцати лет назад - ее ведь проводили в особых случаях, не для обычных воришек и убийц, спокойно кончавших свои дни на тюремном дворе, - вскоре, похоже, эшафот должны были возвести вновь. Только на этот раз на него должны были взойти не представители рода Сеговеев, а человек, служивший тем, кто с ними боролся. Вот уж парадоксы истории!

Зара остановилась, с интересом глянула на площадку в центре площади и подумала о том, что Арилану, наверное, неприятнее всех бывать здесь. Ему и леди Амасфее. Особенно ей, потому что расправа над королевской семьей пришлась на дни ее молодости и не обошла стороной эту стремительно угасавшую женщину. Мать Арилана уже не выходила, все больше лежала, отказываясь от помощи врачей-магов. Ей ведь не так много лет, она бы еще внуков своих увидела, но, вот в чем беда, Амасфее не хотелось жить.

Отбросив печальные воспоминания о вдовствующей матери друга, девушка пересекла площадь и поравнялась с караулом, выставленным у входа в здание Верховного суда. Отсалютовавший ей офицер вызвался проводить дочь Советника, чтобы ей не пришлось стоять 'рядом со всякими низкородными'. Зара усмехнулась, но согласилась. Ее провожатый с поклоном отворил перед ней створки тяжелых дверей и, расчищая дорогу в собравшейся в холле толпе, сопроводил сеньориту Рандрин до уютной комнатки с мягкими плющевыми диванами. Здесь уже сидели трое, все -ей не знакомы. При появлении Зары они почтительно встали и больше уже не садились.

Минут через пятнадцать в комнату заглянул судейский чиновник в строгом черном, с яркой алой полосой по воротнику одеянии и попросил всех следовать за ним.

Зал заседаний был поделен колоннами на четыре неравные части: президиум суда, скамью заключенных, места для правящей верхушки и места для простых зрителей. Соответственно, у него было четыре выхода и входа.

Свидетели сидели отдельно, между подиумом вершителей судеб государства и судейским столом.

Удобно устроившись на указанном ей месте, девушка повернула голову налево и отыскала отца. Он был предельно серьезен и суров, как символ неотвратимости наказания. Герцог, как тогда, во время государственного переворота, одет во все черное; жезл Советника покоится на коленях. Раз на

нем опять все регалии и знаки отличия, значит, бедняге Отолору точно отрубят голову: Рандрин надевал все это исключительно в особых случаях государственного масштаба.

Место рядом с Советником пустует: Апполина, одетая не менее строго и официально, чем дядя, о чем-то шепчется с каким-то человеком, судя по алой нашивке, из судебного департамента.

Зал постепенно наполнялся; рой голосов гудел под потолком.

Но вот все восемь створок захлопнулись, и гомон стих, глаза обратились к президиуму суда. На него взошли пятеро судей в наглухо застегнутых, длинных, доходящих до щиколоток свободных сюртуках. Пять черных фигур с яркими алыми пятнами на шее и манжетах; на шее у каждого - круглые медальоны с изображением государственного герба. У председателя судебной коллегии (в этом его единственное отличие от коллег) по рукаву сюртука шла тонкая вязь, опять же красного цвета.

Судьи заняли свои места за столом, разложили бумаги, подали знак секретарю, что можно начинать. По его знаку двое конвойных ввели Отолора. Он еле стоял на ногах и цветом лица напоминал покойника.

Удар молотка возвестил о том, что процесс начался.

Первым выступал обвинитель, тот самый человек, с которым беседовала Апполина - вот и говори потом о беспристрастности правосудия! Сухо, опираясь исключительно на факты, он изложил суть дела и предоставил в распоряжение судейской коллегии некие документы, свидетельствовавшие о вине обвиняемого.

Отолор слушал все это отрешенно, невнимательно, будто речь шла не о нем, а о каком-то постороннем человеке. Уронив голову на грудь, сцепив руки, он покорно ждал, когда ему предоставят право выступить в свою защиту. Даже не верилось, что это был тот же Отолор Кастер, которого допрашивал в замке Советник.

После обвинителя должен был выступать защитник, тот уже

поднялся, но секретарь попросил его сесть обратно, почтительно склонившись перед другим человеком, походкой зверя прошествовавшего к судейскому столу. Это было нарушением регламента, но никто даже не подумал возразить Рэнальду Хеброну Рандрину.

Холодные синие глаза остановились на Отолоре, вызвав у обвиняемого странную реакцию: он вздрогнул и отвернулся.

- Вижу, теперь сеньор Отолор Кастер не так храбр, как прежде! - усмехнулся Советник и, обращаясь к председателю судейской коллегии, спросил: - Надеюсь, Ваша честь не станет возражать, если я позволю себе дополнить выступление сеньора обвинителя?

- Прошу Вас, Советник, - с нарочитым энтузиазмом отозвался судья, незаметно делая какие-то знаки секретарю. -Мы с радостью выслушаем Вас.

Рандрин кивнул, окинул взглядом собравшихся, и бесстрастно вбил гвоздь в крышку гроба обвиняемого. Хоть приговор еще не был вынесен, а показания свидетелей не выслушаны, мало у кого оставались сомнения в том, что вина Отолора будет доказана: герцог не двусмысленно намекнул, какого наказания желает для этого человека.

Выступавший после Советника защитник заметно волновался, отчаянно пытался выстроить цепочку контраргументов, но они выходили настолько хрупкими и эфемерными, что с ними справился бы и ребенок.

Потом пришла очередь свидетелей. Они друг за другом выходили на специально оборудованное место, давали руку магу в атласной мантии (это было важно, волшебник не должен был состоять на государственной службе; в его задачу входило определение правдивости показаний) и подробно отвечали на вопросы обвинителя, защитника и судейской коллегии.

Когда Зара вручила свою ладонь седому магу, она жутко волновалась, но, как оказалось, напрасно. Ее никто не перебивал, не обвинял в предвзятости, а комментарии и

наводящие вопросы участников процесса касались исключительно подробностей нападения и никоим образом не затрагивали ее личность. Лишь один раз защитник позволил себе усомниться в правдивости ее слов, когда она твердо сообщила суду, кто является заказчиком эгенов: 'Разве они сами сказали Вам это, сеньорита?'. 'Я э-эрри, мне не нужно спрашивать, я все узнаю сама', - пояснила девушка. Защитник вздрогнул и пробормотал, что больше не имеет вопросов к свидетельнице. Похоже, для него эта новость стала неприятным открытием, да и шепоток, пробежавший по залу, указывал на то, что ее вторая сущность известна далеко не всем. Зато никто не станет сомневаться в показаниях э-эрри и упрекать ее в ложных выводах.

После были зачитаны протоколы допросов обвиняемого: он признавал свою вину, но не раскаивался в содеянном. Слова представшего перед судьями Отолора свидетельствовали о том, что он не изменил своей позиции. Надо же, а со стороны казалось, будто он полностью сломлен!

На этом первое заседание суда было закончено. Второе должно было состояться на следующий день; тогда же, в случае отсутствия вновь вскрывшихся обстоятельств, должен был быть вынесен приговор. И он был вынесен: Отолор Кастер был признан виновным в государственной измене, организации покушения на Советника, клевете, денежных махинациях и попытке государственного переворота и приговорен к смертной казни через усекновение головы.

Казнь состоялась через две недели.

Два удара топора - и вместе с отлетевшей к ногам палача окровавленной головой с республикой было окончательно покончено.

Повсюду шли тотальные проверки, Департамент внутренних дел и внутренняя государственная охрана активно выискивали среди граждан сочувствующих изменнику. По Антории прокатилась череда судебных процессов, часть обвиняемых была наказана денежными штрафами, часть приговорена к

различным срокам тюремного заключения. Поговаривали, что неожиданно куда-то пропали и бывшие консулы.

Дорога к трону была расчищена, почва подготовлена, и через год-два Рэнальд Хеброн Рандрин, герцог С'Эте, Советник, глава трех ветвей власти, почетный председатель Совета, верховный маг, готовился примерить на себя корону.

Глава 15.

Август в этом году выдался необычайно жарким, поэтому Зара позволяла себе оставлять форменный пиджак дома и являться на работу в кокетливых платьях с необходимой

"Г»

зеленой вышивкой или иными деталями того же цвета. В довершение образа она нередко надевала сережки с изумрудами, чтобы уж ни у кого не оставалось сомнений в том, где работает очаровательная дочь Советника.

Отчет был составлен, необходимые запросы посланы, и Зара позволила себе уйти с работы пораньше. Да не только она -Эвелина упорхнула на полчаса раньше, состряпав для отвода глаз шитый белыми нитками повод. Никто не был против, разве что Хронос, которому не светило покинуть рабочее место раньше положенного срока.

Весенним ветерком пропорхнув мимо озабоченной собственной внешностью Аделины, соизволившей, не поднимая глаз от пилочки для ногтей, сказать: 'До свидания, сеньорита Рандрин!', Зара поспешила прочь по коридорам Дворца заседаний, на свежий воздух, подальше от этой нестерпимой духоты. Ловя на себе заинтересованные взгляды, девушка улыбалась, охотно здороваясь со знакомыми чиновниками. Их было немало, и все разного ранга.

А ее платье и вплетенные в волосы лазоревые ленты, так гармонировавшие с цветом глаз, не остались незамеченными: вот и эти двое до сих пор смотрят ей вслед.

Каблучки застучали по лестнице. Гвардеец с поклоном распахнул перед ней двери, и на Зару пахнуло пьянящим

ароматом лета.

Зажмурившись от ярких потоков солнца, золотившего крыши, кожу, одежду и превращавшего пылинки в частички драгоценных камней, девушка свернула во внутренний сад, чтобы проведать свою розу. Арилан умудрился достать где-то безумно редкую разновидность этого цветка и приказал посадить куст возле ее любимой скамейки.

Роза была прелестна: темно-розовая, переходящая к кончикам лепестков в ультрамарин. И пахла она изумительно.

- Пришла проведать свою любимицу?

Зара улыбнулась и подняла голову: со стороны двора к ней направлялся Арилан. В расстегнутой рубашке, вспотевший, с выбившимися из коротко хвоста волоса и с мечом в руках. Значит, только что с тренировки.

- Ну, и как твои успехи?

Этой весной они перешли на 'ты', легко и непринужденно.

- Два боя я выиграл, - с гордостью сообщил принц.

- А проиграл сколько?

- Зара! - рассмеялся он.

Девушка пожала плечами: мол, ей это совсем неинтересно, и, не удержавшись, искоса взглянула на него. Красивый молодой человек - всегда занимательное зрелище, особенно, если, как сейчас, есть на что посмотреть. Ему бы на коня, под ноги -поверженного дракона - и все девушки Антории добровольно отдадут сердце за один взгляд этих... Так, стоп, у них чисто дружеские отношения!

- Ты меня подождешь? Я только переоденусь. Кстати, а чего ты так рано?

- Позорно оставила рабочее место ради прогулки с тобой. А меч тяжелый!

Вместо ответа Арилан протянул ей клинок острием к себе. Зара осторожно взялась за рукоять и с непривычки чуть не выронила меч, потом поняла, что держать нужно двумя руками. Попробовала замахнуться - куда там, даже не удалось привести оружие в горизонтальное положение. С уважением

посмотрев на принца, который мог не только держать меч, но и выписывать им филигранные узоры боя, девушка возвратила клинок владельцу.

- Он просто тебе не подходит, - объяснил принц. - Тебе нужен облегченный, другой длины... Да много чего еще! Меч ведь под конкретную руку подбирают.

Зара понимающе кивнула. Как все сложно!

Арилан эффектно подбросил и поймал меч, убрал его в ножны и, взяв девушку под руку, увлек вглубь сада. Девушка недоумевала, куда он ее ведет, но разгадка оказалась проста -к фонтану.

- Я быстро! - пообещал принц и бегом поспешил в свои покои.

Зара присела на бортик фонтана и под аккомпанемент серебристых струй, так приятно обдававших прохладой, незаметно, убедившись, что никто не видит, ослабила корсаж. Дышать сразу стало свободнее.

Как же все-таки жарко!

Струйка пота стекла по спине, невольно навевая мысли о ванне с ароматическими маслами.

Дома можно переодеться, ходить в легких шифоновых платьях, забросить подальше чулки... А то и вовсе облачиться в пеньюар, как Апполина. Ей никто и слова не скажет!

Не выдержав, девушка наколдовала себе веер.

Вернулся Арилан в свежей тонкой рубашке, пахнущий свежестью и чем-то еще, безумно ей нравившимся. Принц был наблюдателен и, один раз поняв, что ей нравится запах этого парфюма, стал неизменно перед встречей с ней наносить капельку на шею и запястья.

- Предлагаю совершить небольшую водную прогулку. Ты как?

Зара ответила легким кивком головы. Она хотела спрыгнуть на землю, но Арилан опередил ее, обхватил за талию и аккуратно поставил на землю. Руки не спешил убирать, но девушка пока делала вид, что не замечает этого.

- И как, у меня тонкая талия? - не выдержав, лукаво спросила она.

- Наитончайшая на свете.

Усмехнувшись, он неожиданно поднял ее над землей и завертел.

- Арилан, перестань! У меня голова кружится! Арилан Сеговей, немедленно поставьте меня на место!

И принц поставил, только взял за это плату в виде поцелуя в щеку.

Зара оторопело смотрела на него.

Нужно ли дать пощечину? Но момент уже упущен, да и поцелуй ей понравился.

- Зачем ты это сделал? - медленно, делая паузы между словами, спросила девушка, обойдя фонтан. - Арилан, я же говорила тебе: мы просто друзья...

- А это был дружеский поцелуй. Зара, неужели ты на меня сердишься?

Самое страшное было в том, что она не сердилась. Была обескуражена - да, недовольна - пожалуй, но не сердита.

- Больше так не делай, хорошо?

- А с твоего разрешения? - не сдавался Сеговей. Он сделал несколько шагов в ее сторону и облокотился о бортик фонтана. - Зара, ты же знаешь, я тебя люблю...

- Неужели до сих пор не прошло?

Принц отрицательно помотал головой, а потом решительно заявил:

- Зара, ведь я тебе тоже нравлюсь, так что не будет ничего плохого, если я тебя поцелую.

- Какое еще 'если', ты меня уже поцеловал! - цвет ее глаз дрогнул, лазурь сменила сапфировая синева.

Арилан осторожно взял ее за руку, наклонившись, поцеловал запястье и, накрыв своей ладонью, крепко сжал ее пальцы.

- Зара, скажи мне, почему мы не можем встречаться, быть парой? Назови мне хоть одну причину.

Девушка хотела ответить, назвать десяток причин, но не

успело: их разговор прервало тактичное покашливание постороннего зрителя.

Оба, как по команде обернулись; принц по-прежнему не выпускал руки дочери Советника. На песчаной дорожке стоял Нубар Эрш, судя по выражению его лица, подумавший о том, чтобы уйти и оставить их одних.

Зара вспыхнула, порывисто высвободила руку и поспешила отойти от Арилана.

- Вижу, я несколько не вовремя...- оценив ситуацию, резюмировал глава Департамента иностранных дел. - Хотел дать Вам одно поручение, но, судя по всему, разговор придется отложить до завтра. С утра зайдете ко мне, хорошо? Извините.

- Простите, что ушла до окончания рабочего дня, - девушка делала принцу знаки исчезнуть, - и если кому-то нужно извиняться, то мне. Так что Вы хотели мне поручить?

- Завтра, Зара, - улыбнулся Нубар. - Грешно было бы забивать Вашу голову делами в такую минуту. И извиняться Вам не за что: Ваш отчет уже на столе у Шандера, так что у меня нет никаких оснований насильно удерживать Вас в четырех стенах в такой замечательный день. Я крайне сожалею, что помешал Вам, но, согласитесь, с моей стороны было приличнее хоть как-то обозначить свое присутствие. Еще раз простите за невольное вторжение в Вашу личную жизнь. Сеньорита Рандрин, Ваше высочество, приятно провести время!

Эрш слегка поклонился и оставил их одних.

Нет, это ж надо было помешать юноше объясниться в любви? В итоге все оказались в крайне глупом положении, а он еще и невольно вторгся в частную жизнь своей подчиненной. Наверное, это к Сеговею она сбежала, не дождавшись окончания рабочего дня.

Хорошая пара, Советник должен одобрить выбор дочери, особенно в свете намечающихся событий.

Нубар улыбнулся и подумал, что не напрасно занимает свой

пост: ему была понятна истинная подоплека череды судебных разбирательств по делу Отолора. В связи с этим брак Зары Рандрин и Арилана Сеговея лишь укрепил бы положение герцога С'Эте. Другое дело, что ему показалось, будто девушка была несколько шокирована поведением принца. Зная ее отца, для графа не представляло труда считывать настроение и эмоции по цвету глаз - так вот, тогда они были вовсе не лучезарно лазоревыми.

Завтра, наверное, опять начнет извиняться, поставив его в неловкое положение. Урок ему на будущее: если подчиненные сбегают с работы, не пытаться их искать.

Эрш остановился на верхней ступеньке лестницы, бросил взгляд на солнце и с тоской подумал о кипе неразобранных бумаг в своем кабинете.

И почему молодежь так бредит карьерой, а не радуется тому, что имеет? Там, наверху, ты все меньше принадлежишь самому себе, все меньше времени остается на маленькие привычные радости, которые раньше не замечал, а теперь начинаешь ценить.

Власть - это ответственность и тяжелое бремя.

- Сеньор Эрш!

Он вздрогнул и удивленно посмотрел на запыхавшуюся сеньориту Рандрин. Пытаясь придать себе максимально официальный вид, видимо, стремясь загладить свою несуществующую вину, она даже перенесла из дома и накинула жакет.

- Нет, Зара, Вы, определенно сумасшедшая! - покачал головой Нубар. - На улице настоящее пекло, а Вы...

- Просто мне показалось, что мое платье...

- Ну, и что не так с Вашим платьем? По-моему, очень миленькое, как и его хозяйка. Так, теперь Вы еще и покраснели. С каким именно пунктом Вы не согласны?

Девушка промолчала и покорно сняла жакет: в нем действительно было нестерпимо жарко.

- Итак, зачем я Вам понадобился? Только давайте зайдем в

холл, а то, боюсь, Вас хватит солнечный удар. Заранее предупреждаю: если Вы собирались во второй раз извиняться за несуществующий проступок, я этого слушать не стану.

- Нет, я совсем по другому поводу. Вы хотели мне что-то поручить?

- Зара, Вы невозможны! - рассмеялся граф, с помощью магии придержав перед ней двери. - Вам что, не терпится поработать? В такую-то погоду! Я, к примеру, только и мечтаю о том, чтобы вырваться отсюда к реке, но, увы, в отличие от Вас, лишен этого удовольствия на ближайший час. Но, раз уж Вы так настаиваете, я могу поручить Вам найти что-нибудь совершенно бесполезное в архиве. Смотрите, вот и Эсфохер перепрыгивает через две ступеньки, радуясь, что выбрался из этой духоты. До завтра! - бросил он своему заместителю. - Жду, как обычно, в четверть десятого. Так что, Зара, хватит терзаться угрызениями совести, без Вас Департамент не рухнет.

Зара кивнула, понимая, что поступила не слишком умно, поспешив вслед за начальником. Он вовсе не сердился на нее, скорее наоборот, был настроен крайне доброжелательно.

Попрощавшись, девушка вернулась во двор, где ее поджидал Арилан. Не позволив ему взять себя за руку, сеньорита Рандрин быстрым шагом направилась к выходу из внутреннего двора. Сегодняшняя выходка принца выбила почву из-под ног, перекроила привычный ход событий. Нужно было немного побыть одной, чтобы все обдумать.

С одной стороны, Арилан очень милый, ей с ним весело, всегда нескучно, да и нравится он ей. Но, с другой стороны, девушка не испытывала к нему того, что пережила с Меллоном, и, что греха таить, что до сих пор теплилось где-то в глубине ее души.

С тех пор, как она рассталась с Аидарой, неправильно, нелепо, на резкой визгливой ноте, Зара ни с кем не встречалась и не хотела встречаться.

Остановившись под окнами Департамента магической

обороны, она на мгновенье задумалась, что было бы, если бы Меллон попросил прощения. Подумала - и отбросила от себя эту мысль. Все, зачеркнуто, это прошлое. Но сколько же воспоминаний!

Сегодня ее поцеловал другой, так, как некогда целовал... Боги, этот Арилан, сам того не желая, поднял со дна то, что пылилось там целый год. Надо же, как живучи эмоции!

Решительно прекратив душевные терзания, Зара обернулась к принцу:

- Я согласна прогуляться с тобой, но при одном условии: больше никаких поцелуев!

- Зара, - обиженно ответил Арилан, - ты так и не объяснила, почему мы не можем встречаться.

- Потому что мы друзья. Потом, возможно, да, но сейчас я тебя не люблю.

- У тебя кто-то есть? - насторожился молодой человек; во взгляде появилось что-то новое, жесткое. Неужели ревность?

- Нет. Арилан, перестань нести всякую чушь!

- Зара, пойми, встречаться - это не значит заключить брак.

- Разумеется! - фыркнула девушка. - Но это значит, что ты опять начнешь меня целовать.

- А тебе не понравилось? - Арилан взял ее за руку, крепко сжал пальчики.

- Понравилось. Тьфу ты, это не то, о чем ты подумал! Мне просто понравилось, но я не хочу, чтобы у тебя вошло это в привычку. Не знаю, как тебе объяснить...

- А ты и не объясняй.

Прежде, чем она успела среагировать, принц заключил ее в объятия и поцеловал в губы. Поцелуй вышел коротким и смазанным, потому что Зара мотнула головой. Арилан попытался еще раз, но получил увесистую пощечину.

- За что? - искренне удивился он. - Я же действительно тебя люблю.

- Ваше высочество принц Арилан Сеговей, немедленно уберите от меня свои руки! - прошипела девушка. Глаза ее

потемнели, налившись тяжелым свинцом. - Арилан, повторяю в последний раз: руки убери!

Но принц не убрал, еще крепче прижал ее к себе и уткнулся лицом в ее волосы.

- Ты самая-самая, самая прекрасная, самая умная, самая удивительная, ты мне по ночам снишься, - шептал он, игнорируя попытки Зары вырваться на свободу. - Зара, если ты меня отвергнешь, то я уеду, потому что не смогу каждый день видеть тебя и знать, что я тебе противен. Все, чего я добился, все эти успехи - это ради тебя. Я хотел быть достойным такой девушки, как ты. Неужели ты совсем ничего ко мне не чувствуешь?

- Почему же ничего? - воспользовавшись магией, девушка высвободилась из его объятий и огляделась по сторонам. Сколько же свидетелей было у этой сцены? Завтра весь Дворец заседаний будет полниться слухами... - К примеру, сейчас я много чего к тебе испытываю, только, боюсь, все эти чувства тебе не понравятся. Арилан, сделай милость, исчезни, а то мы поссоримся.

- Прости, я не думал, что ты так отреагируешь, - принц понурил голову и неожиданно опустился перед ней на одно колено.

- Нет!!! - предупреждая его слова, замахала руками девушка. - Я пойду с тобой, куда угодно, только молчи!

Арилан недоуменно взглянул на нее, поднялся на ноги и отряхнул штаны.

Зара с облегчением перевела дух и поспешила увести друга в город. Ее всю колотило изнутри; девушка жутко боялась, что на одной из улиц принц вновь встанет на колени и произнесет четыре роковых слова.

А юноша никак не мог понять, почему Зара так странно себя ведет. Украдкой бросая взгляды то на ее сосредоточенные синие глаза, такие глубокие, восхитительные своими многогранными переливами, то на скрепленные на затылке заколкой волосы, такие мягкие на вид, что он с трудом

удерживался от того, чтобы не прикоснуться к ним, принц пытался разгадать загадку ее поведения. Ему было обидно, что она оттолкнула его, хотя до этого выказывала всяческие знаки

этот поцелуй... Ей же понравилось, в первый раз она совсем не была против, почему же так отчаянно сопротивлялась во второй раз?

Как Зара не понимает, что ему хочется обнять ее, держать и никогда больше не отпускать? Почему он не достоин ее любви, что еще ему нужно сделать, чтобы дочь Советника приняла его ухаживания? Почему она с радостью воспринимает его как друга, с удовольствием проводит с ним время, делится мелкими радостями, улыбается, купая его в лазури своих глаз, но, стоит ему заговорить о чувствах, становится такой холодной?

Они вышли на набережную и остановились. Принц спрыгнул на причал и за несколько монет нанял лодку. Он отказался от услуг матроса, заявив, что сам сядет на весла.

Задумчивая Зара сошла на борт по сходням, поколебавшись, воспользовалась протянутой принцем рукой и села на скамью на корме.

С воды веяло прохладой, такой живительной и желанной.

С мерным плеском весла рассекали речную гладь, выписывая на ней узоры из зигзагов и кругов.

Первым молчание нарушил Арилан:

- Зара, почему ты такая?

- Какая? - не поняла она, смутно догадываясь, что сейчас речь пойдет о любви. Вода, лодка, они одни - чем не идеальные обстоятельства для подобного разговора?

- Холодная. Ты сегодня совсем на меня не смотришь...

- Ты сам виноват. Арилан, я давным-давно тебе сказала, что я тебя не люблю.

- Я тебе противен?

- Нет. Ты мне нравишься, но, пойми, это не любовь!

- А ты знаешь, как выглядит любовь? - с жаром спросил он, бросив весла и позволив течению нести их на своих плечах.

- Знаю, - с нотками грусти в голосе ответила девушка. - Это когда ни о ком другом не можешь думать, когда никого другого не хочешь видеть, когда ни к кому другому не хочешь прикасаться.

- Он тебя бросил, да? - тихо спросил Арилан, наклонился к ней и взял за руку.

Зара вздрогнула и опустила глаза.

Как он догадался? Случайно, или кто-то рассказал о них с Меллоном?

- Как он мог?! - в негодовании воскликнул принц; теперь и вторая его ладонь накрыла ее сложенные на коленях руки. -Ты ведь такая...

- Я обыкновенная, Арилан, - улыбнулась девушка. - И в том, что случилось, виноваты мы оба.

- Обещаю, что я никогда тебя не брошу, никогда не разлюблю! Зара, один раз ты обожглась, но ведь из-за этого не нужно ставить на себе крест!

- А я и не ставлю.

Она обернулась, посмотрела на стены и шпили Старого города.

Арилан, конечно, влюбленный юноша, но в его словах есть доля правды. Может, не стоит так в штыки принимать его ухаживания? Ей не противны его прикосновения, она что-то к нему испытывает... Но было одно 'но': Заре не хотелось его обманывать, дарить ложную надежду. Он так торопит события, сегодня чуть предложение ей не сделал!

Воспользовавшись минутами ее задумчивости, принц перебрался на корму и обнял девушку.

- Давай попробуем, а? - прошептал он, щекоча дыханием ее ухо. - Если не получится, если ты не сможешь, я не стану настаивать.

- Ты уже настаиваешь и чего-то от меня требуешь. Арилан, найди себе другую девушку.

- А я не хочу другую, я хочу тебя! Ту, с мыслями о которой я засыпаю.

Его объятия стали крепче, губы практически касались ее кожи.

- Арилан, сядь за весла. Пожалуйста! - она осторожно разжала его пальцы.

Молодой человек неохотно подчинился, вернулся на место, но от этого Заре легче не стало: принц не сводил с нее взгляда, красноречиво свидетельствовавшего о его чувствах. Пылкий, горячий он скользил по ее лицу, все чаще останавливаясь на губах, а потом и вовсе на несколько мгновений спустился ниже. Девушка даже задумалась, какого рода сны с ее участием сняться юному Сеговею. Размышления на заданную тему, заставили покраснеть кончики ее ушей, и она поспешила уверить себя, что там все пристойно.

- Арилан, перестань на меня смотреть: ты меня смущаешь.

- Но это единственное, что ты мне не запретила.

- Какие же вы, мужчины...

- Какие? - с живостью подхватил он.

- Бесстыжие.

- Зара, я ни о чем таком не думаю, поверь, я просто любуюсь и хочу прикоснуться... Специально для тебя: прикоснуться -значит обнять и гладить твои волосы. А ты что подумала?

- Всякую чушь, - улыбнулась девушка. - Арилан, давай договоримся: ты не станешь утомлять меня своими жаркими признаниями в любви, а я взамен разрешу тебе иногда меня обнимать и целовать в щечку. По-дружески.

- Согласен. А я так боялся, что ты меня прогонишь, - тихо добавил он.

Обстановка разрядилась, и остаток вечера они провели за непринужденной дружеской беседой. На прощание принц даже не предпринял попытку снова ее поцеловать.

На следующее утро Зара с волнением вошла в приемную,

w rj w

гадая, что же хотел поручить ей начальник. За прошедший год Нубар ни разу не давал ей персональных заданий, текущая же работа распределялась одним из его помощников. И тут вдруг... Она жутко боялась, что не справится.

Нубар Эрш задерживался, и девушка в ожидании присела на диванчик. В приемной она была не одна: у стола Аделины стоял Каран. Секретарь только что налила ему чашку чая и теперь активно строила глазки этому симпатичному блондину.

Зара поздоровалась с коллегой.

- Надо же, и Вы здесь? - искренне удивился он, на время потеряв интерес к Аделине. - Эрш тоже Вас вызвал?

Девушка кивнула, догадываясь, что им поручат совместное задание.

Каран был немногим старше нее, обаятельный и открытый с виду, он славился тем, что мог втереться в доверие кому угодно. У Зары с ним сложились хорошие отношения, и она радовалась, что работать придется не с Хроносом, не упускавшим случая, чтобы не сделал ей двусмысленный комплимент. Зато ловелас-Хронос нравился Ри, у которой с ним был роман. Парочка открыто, на глазах у всех, целовалась в коридорах, что не могло не вызывать общественного недовольства. После того, как второй помощник сделал им замечание, пригрозив выговором за аморальное поведение, они стали вести себя тише, перейдя на будто случайные прикосновения и обмен взглядами.

Внезапно словоохотливая Аделина замолчала и придала лицу серьезное выражение - значит, услышала шаги начальства. Так оно и есть - через минуту в приемную вошел Нубар Эрш, вежливо поздоровался с присутствующими и попросил Зару с Караном зайти к нему.

- Ну, что ж, вы, наверное, засиделись в пыльных архивах? -издалека начал он, усевшись за стол и мельком взглянув на утреннюю почту, принесенную секретарем. - Так и астму заработать недолго! Вечные бумажки, бесконечные отчеты, сводные таблицы... Признайтесь честно, надоело ведь?

Каран неопределенно пожал плечами, Зара предпочла не отреагировать вовсе, терпеливо ожидая, что последует за прелюдией начальника.

- Если уж я ненавижу эти бумажки, то вы и подавно. Но, что

поделаешь, их тоже должен кто-то составлять! Кто что будет: чай, кофе? И как Ваша мать, Каран, смена климата пошла ей на пользу?

- Да, сеньор Эрш, ей уже значительно лучше. Мне, пожалуй, кофе.

- А Вам, Зара? Ах да, Вы же любительница мятного чая! Или по утрам Ваши привычки меняются? Зара, что Вы так на меня смотрите? - в глазах графа заплясали искорки смеха. - Я, кажется, не диковинное животное, или я чего-то в спешке не заметил? Если так, скажите, буду крайне Вам признателен.

Девушка покраснела.

Ну, подумаешь, поведение начальника ее удивило, но это вовсе не повод, чтобы на него так пялится.

- Сеньорита Рандрин, Вы все еще в этом мире?

Она непроизвольно вскинула голову, сверкнув сапфировыми глазами. Он что, над ней издевается?

- Вы с ней осторожнее, Каран, сами видите, как неадекватно порой реагируют молодые э-эрри. Зара, спокойно, это не оскорбление и не намек на Вашу неопытность. Видимо, Ваши сокурсники обращались с Вами не лучшим образом, если Вам за каждым словом чудится насмешка. Откуда я знаю, что Вы подумали? Просто у Вас очень выразительный взгляд.

Аделина расставила перед ними чашки: одну с кофе и две с чаем - и удалилась.

- Итак, теперь поговорим о деле, - Нубар сделал глоток и откинулся на спинку кресла. - Я намерен послать вас обоих в Шегер. Вам, Каран, думаю, не стоит объяснять, что это, а для Вас, Зара, новичка в нашем деле, поясню, что Шегер -крупнейшее княжество конфедерации Мангеш, наших восточных соседей. Наши агенты доносят, что там творится что-то неладное: появился некто, кто собирается объединить Мангеш в единое государство. И этот некто как-то связан с культом Темной госпожи. Сами понимаете, нас это не может не беспокоить. Вам предстоит встретиться с князем Юсфеном, передать ему (из рук в руки!) письмо от меня и попробовать

убедить его подписать с нами военно-торговый договор. Сам князь нам не нужен, но на его территории обнаружены месторождения ценного вещества, которое, попади она в руки врагов, может причинить нам много бед. Попробуйте также разведать обстановку, узнать, кто же баламутит там воду, путая наши планы. Не привлекая излишнего внимания, поговорите с местным населением. Да, еще нужно будет встретиться с одним человеком. Думаю, Зара, это по Вашей части, Вам, как э-эрри, будет проще.

- Почему?

- Потому что никто не должен знать об этой встрече, и, в то же время, без посторонней помощи Вам этого человека не найти. Так что, как ни крути, придется воспользоваться Вашим гипнотическим даром.

- Но не разумнее было бы послать вместо нас кого-нибудь из Третьего отдела? - подал голос Каран. - И подослать к князю кого-нибудь из Первого?

- Не разумнее. Это не официальный визит, даже не визит вовсе. Вы поедите инкогнито. Для обеспечения безопасности, особенно Вашей, Зара, потому что Вам придется съездить в соседнее княжество, Департамент магической обороны обязался выделить телохранителя - опытного боевого мага. Суть поручения я вам подробно опишу чуть позже, в том числе, дам необходимые письменные инструкции, а теперь готов выслушать Ваши предварительные вопросы и замечания.

Глава 16.

- Хочешь один совет? - Зара подняла голову и посмотрела на отца: он стоял у двери, облокотившись спиной о косяк. -Меньше говори, больше смотри и слушай. Князь Юсфен -верткий тип, неприятный, но туповатый, вы справитесь.

Главное, игнорируй его желание обсудить детали договора наедине. Я, конечно, не знаю, какого типа мужчины тебе нравятся, но сомневаюсь, что эта образина придется тебе по вкусу. А он известный любитель приволокнуться за женщинами. Ну, что ты на меня косишься? Между нами есть одна большая разница, какая, узнаешь, когда увидишь Юсфена. Можешь не извиняться, я не обиделся. То, что я не образец любовной верности, известно всему Айши. Так что, моя юная моралистка, задеть меня констатацией сего прискорбного факта невозможно. Инструкции Эрша наизусть выучила? - она кивнула и, скрывая легкий румянец, склонилась над ворохом вещей. Несмотря на то, что у нее была своя личная горничная, девушка по старинке собирала дорожный сундук сама. - Умница! Такие бумаги хранить нельзя. Если нужно еще что-то узнать о конфедерации Мангеш, спроси.

На известие о скором отъезде дочери по делам службы Рэнальд Рандрин отреагировал флегматично, ограничившись коротким: 'Что ж, станешь совсем взрослой'. Наверняка узнал обо всем заранее и даже дал свое согласие. Не удержавшись, Зара спросила его об этом.

- Вовсе нет, я не вмешиваюсь во внутренние дела Департамента иностранных дел.

Герцог был спокоен вел себя, как обычно, будто не замечая приготовлений к долгому путешествию. Зара думала, что он захочет больше времени проводить с ней, даст несколько полезных указаний - но нет, Советник не спешил изменять ритм своей жизни, все так же задерживаясь во Дворце

rj w rj w

Заседаний часов до восьми. За едой говорил на отвлеченные темы, обсуждал какие-то мелочи, интересовался, как продвигаются дела у племянницы в каком-то новом начинании.

Заре было обидно, казалось, что отцу все равно, что он нисколько не волнуется за нее. Рандрин не спешил ее разубеждать, игнорируя обращенные на него вопросительные

взгляды.

А сегодня вечером, в канун отъезда, герцог неожиданно зашел к ней. Сначала просто наблюдал за тем, как дочь укладывает в сундук последние вещи, а потом дал тот самый совет.

- Спасибо, я успела вникнуть в суть вопроса, впросак не попаду. У тебя, наверное, дела, я видела на столике в приемной кучу нераспечатанных писем...

- Ты так вежливо намекаешь на то, что мне нужно уйти? -герцог отделился от косяка и присел на стул рядом с ней.

- Нет, просто у тебя есть много вещей, которые гораздо важнее меня. Ты прав, я не маленькая, отлично со всем справлюсь сама, и переживать за меня не за чем.

- Дурочка! - он покачал головой, наклонился и прижал к себе ее макушку. - Что же, по-твоему, для меня может быть важнее жизни и здоровья единственной дочери?

- Вряд ли единственной, - возразила Зара, осторожно вернув туловищу прежнее положение. - Я всего лишь одна из. Самая наглая и настойчивая - это да, но не более.

- Единственная, потому что я тебя принял. Остальных для меня не существует, а ты... Ты - это продолжение меня, абсолютно такая же, даже ведешь себя порой так же. И вот еще что, Зара, что бы ты ни думала, я за тебя переживаю, поэтому, пожалуйста, будь осторожна и не пренебрегай услугами телохранителя. Его ведь тебе не просто так выделили, вовсе не потому, что ты дочь Советника. Если случится что-то важное, нужен будет совет, помощь -пространственное зеркало к твоим услугам. Надеюсь, его ты положила?

- Да, компактное. Честно, я не ожидала от тебя...

- У разных людей чувства проявляются по-разному. Ладно, не буду тебе мешать. Когда закончишь сборы, зайди ко мне, я тебе всю подноготную Юсфена расскажу, надеюсь, пригодится.

Девушка ответила коротким кивком и снова погрузилась в

ворох своих нарядов: раз поездка неофициальная, то и выглядеть она должна как обыкновенная женщина благородного происхождения, а посему ни драгоценности, ни бальные платья не возбраняются.

Рандрин смотрел на ее серьезное сосредоточенное лицо, на профиль со знакомыми фамильными чертами и думал, справится ли она. Все-таки Зара всего год на службе, у нее еще нет достаточного опыта, да и магиня, при всем уважении к ней, из дочери не самая сильная, среднестатистическая выпускница магической школы со средним баллом выше среднего. Но вмешиваться он не собирался. Во-первых, ее начальнику лучше знать, во-вторых, ей полезно опробовать свои силы в свободном плаванье, в-третьих, Зара способна принимать самостоятельные решения, достаточно умна и сообразительна. А дар э-эрри убережет ее от множества проблем, сгладит недостатки в знаниях тайной дипломатии.

Не маленькая, боевой магией владеет на нормальном для ее возраста уровне, даже эгена смогла убить, так что справится. Справилась же в Сооте - а ведь была моложе. Да и присмотрят за ней. Хотя, тут он усмехнулся, присматривать за кем-то из рода Рандрин, ой, как тяжело!

- Все мы до безобразия своевольны, - уходя, подумал герцог. - И свободолюбивы. Так что не завидую я ее телохранителю, намается он с девчонкой!

Приступ беспокойства миновал, можно было просмотреть вечернюю почту.

Зара была приятно удивлена, когда после завтрака, вопреки обыкновению, отец не ушел на службу. Не спешила и Апполина, теперь посещавшая Дворец заседаний ежедневно.

Все они молча сидели в гостиной и ждали появления Карана.

Карета была заложена, вещи уложены.

- Самое главное, будь благоразумной. Сперва думай, а потом говори. Да, вот еще что, полагаю, тебя не обременит время от времени сообщать мне, как идут дела. Я имею в виду не официальные отчеты, которые ты будешь давать своему

начальнику, - улыбнулся Рандрин, - а обычную беседу минут на пять. Все-таки это первое твое серьезное поручение...

- Все-таки волнуешься? - слабо улыбнулась девушка, прислушиваясь, не идет ли дворецкий. В дорожном платье, пусть и сшитом из легкой ткани, было жарко, она не удержалась и расстегнула две верхние пуговицы.

- Волнуюсь и даже скрывать этого не буду. Ну что, Апполина, теперь мое поведение вписывается в рамки нормальных человеческих отношений? - пошутил Советник.

Полуэльфийка закатила глаза:

- К тебе определение 'нормально' вообще не применимо. Легкой тебе дороги, Зара! Пусть твой путь будет гладок, а ум -ясен.

В дверях появился Симуус и доложил, что оба мага ожидают на улице.

Пришло время прощаться.

Отец обнял Зару и сказал:

- Будь умничкой и не опозорь нашу фамилию! Извини, смотреть, как ты уезжаешь, не буду: заседание Совета через пять минут, я и так опоздаю. Надеюсь, простишь? Тебе с лихвой хватит Апполины: она и рукой помашет, и пару заклинаний прошепчет, может, даже, если расчувствуется, слезу пустит. А из меня все равно ничего путного не выйдет. Не забывай о нашем уговоре. Удачи и счастливого пути!

Когда девушка спустилась в холл, Рандрин уже ушел. Зато кузина никуда не торопилась (она была не столь щепетильна в вопросах утренних опозданий) и, стоя на лестнице, командовала слугами, выносившими вещи.

Зара с волнением преодолела порог отчего дома, жмурясь от яркого солнца, бросила взгляд на карету и стоявшего возле нее Карана. Он приехал верхом, но теперь спешился и о чем-то беседовал со вторым всадником. Наверное, это и есть тот самый обещанный телохранитель. Солнце мешало рассмотреть его повернутое в профиль лицо, поэтому девушке пришлось подойти ближе.

Каран заметил ее, поздоровался и галантно распахнул дверцу кареты. Обернулся и телохранитель. Лучше бы он не оборачивался!

Зара глубоко вздохнула, отвела глаза, но это не помогло. Рваный ритм дыхания никак не желал восстанавливаться, она будто захлебывалась воздухом, а трепыхавшееся где-то в районе желудка сердце обдало холодной волной нервной дрожи.

Меллон Аидара! Нет, но почему именно он!

Девушка оглянулась на дом, мысленно торопя Апполину, а потом, понимая, что молчание и так неприлично затянулось, обернулась к Меллону и выдавила из себя подобие приветливой улыбки:

- Доброе утро, сеньор Аидара, рада видеть Вас снова. Вот уж не думала, что именно Вы станете третьим участником нашей поездки.

- Доброе утро, сеньорита Рандрин. Признаться, я тоже.

- Вы что, знакомы? - удивился Каран.

- Да, в одной школе учились, потом часто встречались у общих знакомых, - пришел на помощь былой возлюбленной баронет. Голос у него был бесцветный, тон - вежливый и спокойный. Зара даже удивилась: раньше он не мог похвастаться таким самообладанием. Неужели так сильно изменился за год?

- Меллон, можно Вас на пару слов? - ей необходимо было все прояснить, чтобы избежать ложных догадок.

- Разумеется, сеньорита Рандрин.

Молодой человек спешился и, передав поводья кучеру, подошел к ней.

Девушка отвела его в сторону, так, чтобы ни Каран, ни появившаяся в дверях Апполина, ни слуги не могли их слышать, и тихо сказала:

- Поверьте, я ничего не подстраивала, я ничего не знала! Для меня Ваше появление здесь стало сюрпризом.

- Неприятным, я полагаю? - кисло улыбнулся Меллон,

внимательно глядя ей в глаза. - То, что Вы не причастны ко всему этому, я знаю. Мне предложили, я согласился, но до вчерашнего вечера также пребывал в счастливом неведении насчет того, кого мне предстоит охранять. Не бойтесь, то, что когда-то было между нами, никак не отразиться на выполнении моих обязанностей. Успокойтесь, - тут он сделал паузу, - Зара, я не доставлю Вам хлопот. А теперь пойдемте, Вам лучше сесть, а то Вы такая бледная.

- Неужели заметно? - ужаснулась она.

- Как другим - не знаю, а я вижу. Вот теперь уже лучше. Еще раз заверяю, у Вас нет никаких поводов для беспокойства.

Баронет протянул ей руку, Зара, немного помедлив, оперлась об нее и позволила довести себя до кареты. Заметив, что Апполина обеспокоено смотрит на нее, девушка вымученно улыбнулась: не хватало еще, чтобы и она, и Каран были в курсе их отношений.

То ли полуэльфийка поверила, то ли просто вошла в положение, но ни словом не обмолвилась о нездоровом цвете лица кузины. Проследив, чтобы все вещи были погружены и надежно закреплены, она подошла к Заре и протянула ей какую-то бутылочку. Надпись на эльфийском гласила что-то, вроде 'Заживитель'.

- Что это? - девушка с интересом повертела склянку в руках. Она была матово-зеленой, ничего не разглядеть.

- Настойка, которая помогает восстанавливать силы после тяжелых физических и моральных ранений.

Моральных ранений?

Видя, что Зара не понимает, Апполина пояснила:

- Я имела в виду увечья, вызванные ментальной магией. Не вся она направлена на причинение боли путем разрыва тканей. Полагаю, твой телохранитель понимает о чем я говорю.

- Понимаю, сеньорита Рандрин, - вежливо склонил голову в поклоне Меллон. - Но в Мангеше нет ментальных магов такой силы, к счастью, они вообще редко встречаются. А если даже и найдутся, то, уверяю, я не позволю причинить вред дочери

Советника.

Зара усмехнулась. Значит, она для него дочь Советника... Какая же короткая память у любви!

Слова прощания были сказаны, звонко щелкнул, рассекая воздух, кнут, и карета тронулась.

Девушка радовалась тому, что мужчины путешествуют верхом: ей необходимо было побыть наедине сама с собой, привести мысли в порядок. Делая вид, что перебирает бумаги, она отчаянно пыталась не думать о том, что было связано с тем кареглазым всадником, что ехал чуть впереди Карана.

Целый год... Время... Будто его и не было! Вся горечь снова поднялась из глубин сердца, нахлынула удушливая тоска, как недавно, под окнами Департамента магической обороны, только теперь она обрела цвет и форму.

Она думала, что встреть она его случайно на улице, легко сможет поздороваться, вежливо осведомиться о здоровье и пройти мимо - в реальности все оказалось иначе, намного сложнее. Может быть, это Арилан виноват: говорил с ней о любви, целовал... Ее ведь до этого целовал только один мужчина. Тот, который вполголоса что-то объяснял Карану.

Хорошо, что между ними будет кто-то, один на один девушка бы не вынесла.

Орочьи воспоминания, их нужно чем-то заглушить! И Зара достала одну из приготовленных для путешествия книг, открыла на первой попавшейся странице и попыталась углубиться в чтение. Сначала было нелегко, буквы прыгали, кружились в причудливом танце, никак не желая складываться в слова, обретать смысл, но потом дело наладилось, и девушка с интересом страница за страницей глотала выдержки по истории Шегера и сопредельных княжеств.

Весь день прошел в пути; на ночь остановились в одном из небольших городков.

Гостиница напоминала гостиницу Эгюль, может, немного больше, но стиль оформления был тот же. Уставшей от

дорожной тряски Заре было решительно все равно, как будет выглядеть комната, в которой она заснет, поэтому девушка не стала настаивать на поисках более фешенебельного варианта.

Предоставив мужчинам улаживать все формальности, Зара медленно поднялась по лестнице, скользя ладонью по перилам. Они были отполированы десятками пальцев, касавшихся их задолго до сеньориты Рандрин. Десятки рук, десятки жизней.

Девушка остановилась на площадке второго этажа и, подперев голову руками, наблюдала за фигурками людей внизу. Наконец появилась служанка, а за ней и Каран. Улыбается, говорит что-то о том, что эта местность славится отменными домашними винами. Зара рассеянно слушала, кивала и все ждала, что за спиной раздастся второй голос. Но он не раздался.

Приведя себя в порядок и смыв дорожную пыль, девушка спустилась к ужину. Водные процедуры немного взбодрили, придали сил, только меланхолия не прошла.

За ужином, используя условленный шифр (каждый сотрудник Департамента иностранных дел, проходя испытательный срок, в обязательном порядке учился им пользоваться), обсудили дальнейший план действий. Каран брал на себя Юсфена, в задачу Зары входило лишь добиться аудиенции.

- Он еще тот хрыч, ничего из себя не представляет, а мнит себя императором мира, - уплетая отбивную, сетовал Каран. -Не удивлюсь, если не удосужится принять нас в первый же день. И никакие письма не помогут.

- А от меня-то какой толк?

- О, огромный! Во-первых, Зара, Вы женщина, во-вторых, красивая женщина, а, в-третьих, э-эрри. Конечно, может, я не прав, и никаких проблем не возникнет, но нужно заранее просчитывать все варианты. А их у нас на данный момент три. Первый - князь примет нас с распростертыми объятиями и начнет юлить. Вариант второй - он соизволит принять нас после многодневного ожидания и заявит, что условия

договора ему не подходят. И третий, самый поганый - ему основательно промыли мозги, и нас вышвырнут из княжеской резиденции. Вот тогда, Зара, Ваши способности и пригодились бы в полной мере.

- Будем надеяться, что князя еще не успели настроить против Антории.

- Да вроде он пока к нам лоялен, но там, в Мангеше, ведь не все чисто, кто-то баламутит воду, подбирается к власти. Зара, не приведи, конечно, Шеар-Хэ, но Вы знаете, как со служителями Темной госпожи бороться? - шепотом спросил мужчина.

Девушка пожала плечами:

- Как и со всеми другими - уничтожать.

Разговор перешел на менее серьезные материи, к примеру, на достопримечательности княжества Шегер. Оказалось, что Каран уже бывал там в составе дипломатической миссии -поэтому-то его и послали, он был в курсе местных правил игры.

Зара внимательно слушала, стараясь не упустить ни одной детали: даже бытовые мелочи полезны в работе. Местное вино оказалось неплохим, она с удовольствием смаковала содержимое своего бокала.

- А куда подевался наш спутник? - наконец решилась спросить девушка.

- Ушел куда-то, сказал, что у него дела. Не беспокойтесь, на территории Антории нам вряд ли что угрожает.

Зара пожала плечами: тут никогда не угадаешь. В королевстве много всякой нежити обитает, те же вампиры, опять-таки демоны и эгены попадаются. Оставалось надеяться, что никто не оформил на них заказ этим крылатым убийцам.

Ночью ей не спалось. Проворочавшись пару часов в постели, девушка оделась, на цыпочках спустилась вниз и вышла на улицу.

Незнакомый лабиринт домов и зияющих проемов между ними. Робкий свет фонарей, расцвечивающий желтыми

пятнами темноту.

Она в нерешительности прошлась вдоль гостиницы, потом покинула полоску света, отбрасываемую теплящейся в специальном углублении свечой, и зашагала по улицам незнакомого города.

Хлопнули раскрываемые за спиной крылья - и стихия воздуха приняла ее, убаюкав на своих руках.

Наслаждаясь полетом и той свободой, которую он дарил, свободой от всего, даже от своих мыслей, девушка скользила над крышами домов, надеясь, что ее полет не нарушит покой добропорядочных горожан.

Зара приземлилась на центральной площади перед муниципалитетом и присела на скамью перед прямоугольной чашей фонтана-поилки. Сон все не шел, и она просто бездумно смотрела в темноту.

Наклонившись, чтобы поправить спустившийся чулок, девушка поняла, что ночные прогулки по пустынным незнакомым улицам не зря называют опасными. Резко вскочив, она несколько мгновений заворожено смотрела на то, как уходит под воду едва заметное узкое пятнышко - пущенный неизвестным стрелком болт.

Помяни наемного убийцу - он и появится.

Страшно подумать, что было бы, если бы она не наклонилась!

С другой стороны, может, это просто грабитель? Но грабители нападают на припозднившихся одиноких горожан и требуют денег, а не тихо отсиживаются в темноте.

Нет, у городских грабителей арбалетов нет.

Откуда был выпущен болт, где притаился стрелок?

Зара метнулась на ту сторону фонтана, скорее интуитивно, чем осознанно, увернувшись от второго смертоносного подарка.

И снова тишина. Охотник притаился, позволяя жертве в полной мере насладиться страхом.

Магия бессильна против невидимого противника. Девушка

понятия не имела, где он притаился, а зажигать светлячок боялась: это могло стоить ей жизни. Темнота являлась одновременно и ее врагом, и союзником.

- Меллон, телохранитель, сожри его демоны, где тебя носит, когда ты мне так нужен? - прошептала она, раскрывая над собой купол защиты - если болты не заговоренные, поможет. -А еще обещал, что мне никто не причинит вреда! Ушел, нежится, наверное, под боком какой-то девицы... Конечно, с ней ведь можно, чтоб ему в любовницы вампирша досталась!

Но звать на помощь она не собиралась, вместо этого сосредоточилась, анализируя ситуацию. Стреляли только с одной стороны площади, значит, охотник один. Да, он перемещается, но не быстро. Есть шанс, что за спиной у нее никого нет.

Присев на корточки, согнувшись в три погибели за бортиком фонтана, Зара осторожно начала плести иллюзию. Сердце бешено билось, воображение рисовало ухмыляющееся лицо стрелка, подошедшего к ней на расстояние вытянутой руки, но девушка старательно отгоняла от себя порожденные страхом фантазии. Если она поддастся панике, то проиграет. Убийца и рассчитывает на то, что девушка пойдет на поводу у страха, блокирующего разум, начнет кричать, заметается по площади и облегчить ему задачу. Он не хочет за ней бегать, он хочет, чтобы она прибежала к нему сама.

Стоп, а с чего она взяла, что охотник впереди нее? Точно, он ведь смещался влево. Тогда убийца сбоку. Боги, с той стороны не так далеко до ближайшего дома!

У нее в запасе максимум пара минут, так что нужно действовать быстрее.

Не заботясь о чистоте одежды, Зара легла на мостовую и медленно, стараясь не производить ни звука, даже замедлив темп дыхания, отползла за правую оконечность поилки. Знакомство с такими сооружениями подсказывало, что к бортику прислонено ведро на цепи, значит, его нужно нашарить, чтобы колокольным звоном не оповестить о своих

передвижениях.

Рискованно повернувшись спиной к предполагаемому противнику, девушка в очередной раз нарушила схему поведения охваченного паникой существа: не пятилась, а ползла головой вперед, тщательно ощупывая пространство перед собой.

А вот и ведро. Она бы непременно на него натолкнулась, если бы не предприняла меры предосторожности. Обогнув его, Зара села, позволила себе два глубоких вздоха и закончила заклинание. Оно змейкой поползло над мостовой, вынырнув у левой оконечности фонтана. Мнимая девушка медленно присела на корточки, осмотрелась, потом вскочила и кинулась наутек к зданию муниципалитета.

Расчет Зары оправдался: стрелок успел совершить небольшой вояж по периметру площади и поджидал свою жертву под сенью государственного герба.

Сразу три болта один за другим вонзились в призрачную сеньориту Рандрин: один вошел в верхнюю часть грудины, второй - в солнечное сплетение, последний - в горло чуть ниже подбородка. Шансов выжить, будь на месте иллюзии любой человек, обладающий пусть даже сверхъестественной магической силой и способностью к регенерации, не было никаких.

Закусив губу, стараясь ни о чем не думать, прежде всего о смерти, девушка заставила свое творение покачнуться и упасть навзничь на мостовую.

Ну же, подойди к ней! Он должен к ней подойти, должен убедиться.

В руках затеплился синий шарик - встретившись с чем-то на своем пути, он взрывается, так что малейшее касание с живым существом становится для последнего фатальным.

Томительные мгновения ожидания - и вот она что-то видит, какую-то тень, сгусток материи, отделившийся от стены. Стрелок приближается к предполагаемой, жертве, склоняется над ней...

Робкий серп месяца, избавившийся от плена туч, показался бледным подобием света по сравнению со вспышкой, озарившей площадь.

Боевое заклинание разметало по камням куски плоти, в клочьях разнесло арбалет охотника.

Зара с облегчением провела рукой по вспотевшему лбу и выпрямилась. Хорошо, что не сняла защиту - поверженный враг вовсе не оказался поверженным. Фрагменты тела завертелись и, подталкиваемые невидимой силой, вновь собрались вместе.

Теперь было достаточно светло, чтобы разглядеть на редкость живучего охотника. Им оказался вовсе не человек, даже не орк или представитель какой-либо иной расы - это было бесплотное существо. Вернее, не так - это было существо, сотканное из уплотненной материи воздуха, земли и камней, скрепленное каким-то зеленоватым раствором. Безликое, бесполое, оно, однако, обладало пропорциями человеческого тела. Рост - выше среднего, две ноги, одна голова... и четыре руки.

Существо наклонилось и без видимых усилий выдрало из каменного мощения площади булыжник. Размахнулось оно быстро и почти не промазало: камень оставил отметину на бортике фонтана аккурат на том месте, где стояла Зара. Хорошо, что она успела отшатнуться.

Девушка отреагировала мощным потоком ветра, припечатавшим противника к муниципалитету. Ранило ли это его? Как бы ни так! Едва ветер стих, как существо ринулось в атаку, на ходу обретая форму зверя. Из плоти и крови.

Метаморф?

Мысль позвать на помощь теперь не казалось такой уж постыдной.

Поблагодарив отца за доставшиеся от него в наследство крылья, Зара рванулась в небо, уходя от оскалившейся двумя рядами зубов пасти. Она щелкнула в полудюйме от ее ботинка.

Выдохнув и зависнув над площадью, сеньорита Рандрин

запустила вниз нескольких светлячков: прятаться было бесполезно, зато четкая картинка происходящего не помешала бы.

С трудом затормозив, едва не врезавшись в дом, тварь издала утробный рык (прощай, беззаботный сон горожан!), сверкнула алыми глазами и прижалась к мостовой. Будто готовясь к прыжку. Оказалось, что не будто: существо действительно прыгнуло и значительно выше, чем положено было по законам природы. И уж тем более по законам природы ей не положено было обзавестись парой мощных, гораздо больше туловища, крыльев. По сравнению с ними Зарины казались хрупкими и никуда не годными.

Еще раз рыкнув и облизнув клыки длинными языком со странными щупальцами, тварь начала игру в кошки-мышки. Воздух будто бы был ее родной стихией, зловонное дыхание и звук лязгающих челюстей преследовал Зару повсюду.

Девушка метнула в нее ледяные иглы - шерсть сосульками осыпалась на мостовую, обнажив черную блестящую кожу. Ухмыльнувшись, тварь нанесла ответный удар. В ее зубах оказался край платья Зары, она дернула за него, ударила жертву крыльями, и та, потеряв равновесие, рухнула наземь, в последний момент успев наколдовать себе мягкую перину -иначе по мостовой растеклась бы густая красно-бурая лужа крови.

Защитный купол уберег девушку от когтей спикировавшего вслед за ней противника. Странно, почему он не помог ей в воздухе? Тварь недовольно зарычала и попробовала защиту на зуб. Раз - и в нем образовалась трещина. Существо вгрызлось в него, словно в суповую кость, будто заглатывая и пережевывая магию.

Стараясь не обращать внимания на ноющее, все в синяках (падение не прошло бесследно) тело, Зара опробовала на метаморфе еще одно боевое заклинание. Да, вред оно причинило, насквозь прожгло туловище, но почему-то убить не убило, только разозлило.

Защита трещала по швам, готовясь отдать хозяйку на растерзание убийце.

Нужно было сильнодействующее средство, от которого не было противоядия, и девушка решила воспользоваться взглядом э-эрри. Но это требовало некоторых усилий, а именно: перехватить взгляд алых глаз твари.

Время утекало, как песок сквозь пальцы, быстро, стремительно и безвозвратно. Защитный купол покрылся паутиной трещин и чуть заметно вибрировал. Сколько он еще продержится?

Метаморф сокрушал магическую защиту когтями, крыльями, зубами; отвратительные зеленоватые слюни капали на мостовую из огрызающейся пасти.

Сев на колени, девушка заставила себя взглянуть на отвратительную морду, обезображенную последствиями ее колдовства. Тварь оказалась умной: почувствовав, что Зара ловит ее взгляд, резко отскочила назад и обогнула защитный купол. Началась новая игра, оба участника вертелись, как волчки, один стараясь опередить другого.

У Зара кружилась голова, слегка подташнивало, но она не сдавалась.

Защита мерцала - значит, готова испариться. Ее нужно чем-то подпитать или преобразовать во второй уровень, но девушка понимала, что это бесполезно: только зря потратит силы, тварь все равно ее разрушит. Минутой раньше, минутой позже - имеет ли значение?

Странно, что ей до сих пор никто не пришел на помощь, должен же в этом городе быть маг? Они же устроили такое светопреставление, что мертвецы проснуться. Сообразить, что на площади сцепились два волшебника, нетрудно, даже близко подходить не нужно, так что на месте горожан она бы давно в припрыжку спешила к какому-нибудь магистру.

А ее товарищи? Где носит двоих дипломированных магов? Давным-давно должны были сообразить, что ее в гостинице нет, и стрелой нестись сюда. Или жизнь дочери Советника

стоит дешевле их крепкого сна? Есть же долг, в конце концов! Неужели Каран напился и дрыхнет без задних ног?

Или...? Эта мысль почему-то до этого не приходила ей в голову.

В городе могла стоять гробовая тишина, а всполохи магии редкие полуночники приняли бы за зарницы. Такое ведь бывает, достаточно опытный маг может заключить площадь в звуконепроницаемую сферу.

Капелька пота скатилась по переносице. В горле пересохло.

Если все верно, то никто не придет. Ее исчезновение обнаружат только утром. Одновременно с трупом. Возможно, тело найдут даже немного раньше: прачки и молочники встают с первыми лучами солнца, да и городская стража время от времени обходит город.

Будто почувствовав ее отчаянье, тварь присела на задние ноги и усмехнулась. Черты ее начали расплываться, приобретая форму чего-то вытянутого, высокого, только глаза остались.

Глаза!

До того, как существо успело закончить превращение, Заре удалось зафиксировать его взгляд. Голову тут же пронзила резкая боль; сжав зубы, девушка терпела, силой мысли удерживая рвущегося к ней зияющего бездной зубастого рта духа. Прорваться в его сознание она никак не могла - оно меняло форму, скользило по глубинам условной головы, будто само тоже было метаморфом.

И тут все внезапно кончилось. Издав душераздирающий стон, существо комьями черной слизи разлетелось по мостовой, потом вспыхнуло синим пламенем и сгорело. Не осталось даже пепла, только отвратительные пятна на камнях и бортиках фонтана.

- Живы?

Зара не знала, чего ей хотелось больше: поблагодарить его или обругать, поэтому она промолчала. Убрала ветхую защиту и растянулась на мостовой - все равно одежда испачкана, а у

нее нет сил ни сидеть, ни стоять.

- Пошел ты к подземным демонам! - пробурчала девушка, когда спаситель еще раз кликнул ее.

- Что с ней, что-то серьезное? - голос Карана. Надо же, оба явились!

- Не думаю. Раз сеньорита Рандрин любезно отправила меня в столь занимательное путешествие, то ее жизни ничего не угрожает.

Глава 17.

Нахмурившись, Нубар Эрш выслушивал доклад Карана о ночном происшествии. Его виновница, напоенная успокоительным (что-то он сомневался, чтобы сеньорита Рандрин выпила его по доброй воле), еще спала; ее версию событий граф намерен был выслушать немного позже, заодно уточнить некоторые детали и настоятельно рекомендовать воздержаться от одиноких прогулок даже на территории Антории. Хотя ее спутники тоже хороши! Особенно этот Аидара - шатался гномья мать знает где! С другой стороны, если бы не шатался, то не заметил подозрительных всполохов.

В общем, ладно, живы - и хорошо. А метаморф мертв. Откуда он там взялся, они ведь все вымерли, давным-давно истребили. Значит, кто-то вырастил. И не обычный подвид: истинные метаморфы были наполовину людьми, у этого же личности не было и в помине, одни заготовки шаблонов действий, заточенные на сеньориту Рандрин.

Нубар не сомневался, что устранить хотели именно ее - ну не могло это существо знать все ее слабые места, знать, что она э-эрри. А оно заранее подготовилось. Или его подготовили. Вопрос: кто?

Изображение в зеркале погасло, а глава Департамента иностранных дел не изменил позы, по-прежнему сидел в своем кресле, сложив руки на столе и чуть подавшись вперед.

Метаморфы... Для их искусственного выращивания нужна

темная магия и доступ к миру мертвых. Создатель этих существ должен был знать сеньориту Рандрин и за что-то ее не любить. Либо опасаться, что она может чем-то помешать ему в будущем.

Так, что мы имеем? Пока намечаются три рабочие версии. Первая - нападение связано с возвышением Советника. Хотели устранить его дочь, чтобы причинить ему боль, намекнуть на то, что присвоение себе королевского титула крайне нежелательно. Круг лиц, желавших поквитаться с Рэнальдом Рандрином, был достаточно широк, но о грядущей смене титула знали немногие. И вовсе не те, кто поддерживал поверженный Консулат. Тайна все еще не переставала быть тайной, герцог ни разу ни публично, ни приватно не озвучивал своего намерения, но оно было очевидно. Во всяком случае, для Нубара Эрша. Опытному политику несложно просчитать истинную комбинацию, связанную с делом Отолора Кастера.

Итак, сторонники Консулата отпадают: либо слишком слабы, либо мертвы, либо сидят в тюрьме, либо недостаточно информированы.

Партия Сеговея? Это уже более вероятно. Принц Арилан был в курсе поездки сеньориты Рандрин, она сама, наверняка, ему все рассказала. В последнее время юноша тяготел к политике и военному делу - готовился вернуть трон? Правда, он подписал бумагу, но ведь ее можно было вернуть путем шантажа. Жизнь дочери Советника против уничтожения отказа от претензий на престол. Если документ исчезает, то Арилан Сеговей автоматически становится королем Ариланом Третьим.

Но тут тоже выходило много нестыковок. Первая - Арилан никак не связан с магами, тем более, такими сильными. Не успел завязать дружеских отношений ни с одним из волшебников высшей категории, которые в Антории наперечет. Если бы что-то было, агенты лорда Андеша давно бы донесли: Советник был не настолько глуп, чтобы не отслеживать круг знакомых Сеговея. Так, а что он мог

посулить? Иллюзорную выгоду? Маг второй категории, хорошо, даже первой, купился бы, но высшей - никогда. Они были верны присяге, данной Антории. Честь не продается и не покупается.

Второе 'но' - девушку хотели убить. Не ранить, не похитить, а именно убить. Меллон Аидара клятвенно заверял, что в голове у той твари стояла установка на уничтожение. Принц Арилан не стал бы убивать ту, которую любил. Допустим, чувства его не такие сильные, какими кажутся со стороны, но что-то он к ней испытывает. Человек играет на зрителей, сбрасывая маску в одиночестве, но принц с восторгом говорил о сеньорите Рандрин с матерью. Нет, он бы не пошел на такое, она ему дорога. Хотя бы как подруга.

Перейдем ко второй версии. Кто-то хотел сорвать их миссию в Шегере и решил методично уничтожать ее членов. Начали с сеньориты Рандрин, так как благодаря своим врожденным способностям она представляла наибольшую опасность.

Версия вполне правдоподобная, стоит ей вплотную заняться. У тех, кто планировал захватить конфедерацию Мангеш, вполне мог быть сильный маг, умеющий создавать метаморфов. Стоп, а зачем им маг? Какой же он идиот, почему сразу не вспомнил о насаждаемом там культе Темной госпожи! Маловероятно, чтобы Советник смог уничтожить ее целиком, убить внешнюю оболочку - да, но дух-то остался! Пусть он не так силен без тела, но его возможностей вполне хватит на парочку метаморфов. Тогда сразу становится понятным, откуда этому существу были известны слабые и сильные стороны магии сеньориты Рандрин: их знала Темная госпожа, они же встречались во время покушения на герцога.

Так, версия третья - месть. Примитивная, банальная персональная месть. Были ли у сеньориты Рандрин враги? По досье - вроде нет, хотя... Не без ее помощи убили двух влиятельных фрегойев, а фрегойи - народ мстительный. До ее отца они уже пытались добраться, теперь взялись за нее.

Коротко набросав основные тезисы всех версий,

проанализировав их плюсы и минусы, скрупулезно прописав их двумя столбиками, Эрш решил зайти к Андешу - пусть по своим каналам проверит кое-что, в конце концов, это работа Департамента внутренних дел, а не иностранных. Потом он намеревался заглянуть к Советнику - записи готовились именно для него. Несомненно, герцог уже все знает, и у него есть свои соображения на этот счет.

Какой же пчелиный улей они разворошили, где притаился враг: в Антории или за ее пределами?

Эрш не удивился, застав в кабинете главы Департамента внутренних дел Апполину Рандрин. Разумеется, она тоже была в курсе последних событий и пришла сюда за тем же, что и он.

Апполина Рандрин - крайне примечательная личность: числится в Департаменте, но никакой официальной должности не занимает. Рутинной бумажной работой, разумеется, не занимается, если только по собственному желанию. Наверное, правильнее было бы назвать ее советницей лорда Андеша, его экспертом, личным приходящим помощником. Странно, почему с ее способностями сеньорита Апполина Хеброн Рандрин не желала занять вакантное место первой помощницы? С сеньорой Тардес они, вроде бы, ладят, об Андеше и говорить не приходится... Наверное, виной всему примесь эльфийской крови: не интересуют ее их мелкие повседневные дела, иногда кажется, будто и жизнь королевства в целом.

- Доброе утро, сеньорита Апполина, - Нубар слегка поклонился. - Полагаю, Вас тоже беспокоит маленькое ночное происшествие?

Полуэльфийка кивнула и встала, освобождая стул у стола главы Департамента.

- Сидите-сидите, стулья - не предмет роскоши, неправда ли, лорд Андеш?

- Боюсь, что в данных обстоятельствах пересесть лучше мне, - едва заметно улыбнулась Апполина. - Вы занимаете гораздо

более высокое положение, чем я.

- Видимо в Антории все встало с ног на голову, если женщины начали уступать место мужчинам, - усмехнулся граф и, дабы пресечь спор, с помощью магии пододвинув себе один из свободных стульев. - Как видите, дело не стоит и выеденного яйца. Лучше скажите мне, сеньорита Апполина, у Вашей кузины были враги? Не совершила ли она за время жизни в Айши что-нибудь, что могло вызвать неудовольствие некого лица?

- Опять пытаетесь перетянуть одеяло на себя, лишаете меня работы? - укоризненно посмотрел на него лорд Андеш. Это был атлетически сложенный мужчина средних лет с необычной прической: волосы его были подстрижены неровно, коротко у висков и длиннее к затылку, так, что даже можно было заплести косичку или сделать хвост. Жемир Андеш предпочитал хвост, в который по обыкновение вплетал небольшой кинжал, скорее походивший на женскую шпильку. Но жалила эта шпилька смертельно.

- Я задал всего один единственный вопрос. Разбираться с ответом на него, равно как и прояснять некоторые темные моменты будете Вы, тут я не вмешиваюсь. Но настоятельно прошу держать меня в курсе расследования. Итак, сеньорита Апполина?

Полуэльфийка задумалась. Она не так хорошо знала Зару, чтобы с достоверностью утверждать, что у этой не было тайных недоброжелателей.

- Право, никого не приходит на ум... Разве что кто-то из школы. На выпускном балу произошел один неприятный инцидент с лордом Себастьяном д'Азаном, дяде пришлось вмешаться. После этого его распределили в какую-то глушь.

- Уже что-то! - потер руки лорд Андеш. - Но попытаться отомстить мог не только этот мальчик. Дочь Советника ведь красивая девушка, а, Эрш?

- Вам свой вердикт вынести, или попытаться озвучить Вашу версию личности заказчика преступления? - Нубар постукивал

пальцами по краю стола, одновременно наблюдая и за хозяином кабинета, и за племянницей герцога. Он иногда жалел о том, что несанкционированные прямые ментальные вмешательства запрещены (во всяком случае, во Дворце заседаний, за его стенами никто бы не смог проверить) - тогда бы не пришлось задавать вопросы, достаточно было бы просто просмотреть воспоминания нужного человека. Люди иногда не придают значения важным мелочам. Но, увы, придется довольствоваться тем, что ему сообщают добровольно.

Лорд Андеш рассмеялся:

- Дипломат всегда остается дипломатом! Вы хоть когда-то что-то в простоте скажите?

- А Вы не задавайте двусмысленных вопросов, Андеш, тогда и не будете получать двусмысленных ответов. Возвращаясь к сеньорите Рандрин, Вы намекаете на то, что метафорфа мог заказать отверженный поклонник или девушка, которая по ее милости лишилась поклонника? Увы, маловероятно! Слишком сложно, слишком большими возможностями надо обладать. Максимум, что они могли бы сделать, - пойти на сотрудничество с третьими силами, предоставить им информацию о жертве.

- Недооцениваете Вы женщин, Эрш! - покачал головой лорд, делая какие-то пометки в записной книжке. - Если девушка была способной магиней...

- Не ниже второй категории. Повторяю, Андеш, женщины мстят изощреннее и намного больнее. Бывают, конечно, те, что, обезумев от обиды и ревности, идут на убийство соперницы, но... Сеньорита Апполина, - он обернулся к полуэльфийке, - я понимаю, вопрос очень личный, но Вы не знаете, с кем за последние два-три года встречалась Ваша кузина?

- Точно не знаю, она никогда не рассказывала. Зара была влюблена в кого-то...Вспомнила, в одного молодого мага из Департамента магической обороны, - она на мгновение задумалась, вперившись взглядом в пространство. - До того,

как они начали встречаться, у него была невеста. Они не были помолвлены, но все считали, что это дело ближайшего будущего. Извините, я не помню, как ее звали.

- Сабина Менах, сеньоры, леди Сабина Менах. Но она даже собственное убийство заказать не сможет. Магической силы -ноль, умом тоже не блещет. И уже нашла нового жениха.

Все, как по команде, повернулись к Советнику. Он умел появляется в нужное время в нужном месте.

- Может, пройдем в мой кабинет? - предложил герцог.

- Мне тоже? - Апполина вопросительно взглянула на дядю.

- Как хочешь, но, думаю, тебе будет неинтересно. Потом я вкратце все тебе перескажу. Лучше поговори с Зарой, если она, проснулась, разумеется. Ее нужно успокоить: метаморф -серьезное испытание. Если есть ранения, ушибы, подскажи, как быстрее залечить.

- Хорошо, я не стану мешать чисто мужским разговорам, -полуэльфийка с готовностью поднялась и вышла. Рандрин посторонился, пропуская ее.

- Через пять минут мы с лордом Андешем будем у Вас. Просто я бы предпочел, чтобы мы не тратили время впустую, -Эрш в задумчивости потер переносицу, скользя глазами по своим записям. - Мне хотелось бы, чтобы лорд Андеш поручил своим подчиненным кое-что проверить, и желательно, чтобы они начали работу прямо сейчас.

- И что же, если не секрет, Вы хотите поручить им проверить? - Рэнальд бросил на главу Департамента иностранных дел заинтересованный взгляд.

- Так, пару моментов. Если я прав, то Вы обязательно узнаете об этом.

- С каких это пор Вы перестали доверять мне, Нубар?

- Дело не в доверии, не доверяй я Вам, давно бы оставил пост. Тут совсем другое, мои неподкрепленные ничем догадки и подозрения. Зачем же забивать Вам голову домыслами?

- Не приведи боги столкнуться с Вами на шахматном поле интриг! - усмехнулся Советник, развернувшись, чтобы уйти. -

Антории крайне повезло с главным дипломатом.

- Служу во благо королевства, - с улыбкой ответил ему Эрш и, дождавшись, когда за Советником закроется дверь, в полголоса обратился к Андешу: - Значит, так: вытащите из архивов дело об убийстве сестры герцога. Меня интересуют две вещи: за что ее убили и что стало с теми, кто принимал в этом участие. Помнится, Советник предпринимал какую-то карательную операцию, но весь род не был истреблен. Вот на живых советую обратить пристальное внимание.

- Нубар, Вы точно ошиблись с выбором профессии! - покачал головой лорд. - Вы ведь с легкостью меня подсидите!

- Если бы хотел, подсидел бы, и не только Вас, а еще и главу Судебного департамента, - без тени иронии согласился граф, -но мне это неинтересно. Дипломатия - куда более занимательная наука.

- И почетная, верно?

- Не спорю. Власть и уважение - приятное дополнение к моему посту. Но вернемся к сеньорите Рандрин. Когда ее посылали на практику, там был какой-то случай с фрегойями...

- Я уже распорядился все проверить.

- Замечательно, Жемир, а Вы еще на себя наговариваете! О служителях культа Темной госпожи тоже уже позаботились?

- Это нет, но приму к сведению. Кто же все-таки пытался сорвать Вашу миссию, Нубар?

- Вот Вы мне на этот вопрос и ответьте.

- Полагаю, что тому, кому не выгоден разговор с князем Юсфеном.

- Да уж, во Дворце заседаний нет ничего тайного! - встав, рассмеялся Эрш. - Вы еще скажите, что в курсе содержания моего письма этому князю.

- Чего не знаю, того не знаю, а из поездки в Шегер Вы особой тайны не делали.

- Но и не афишировал. Ладно, пойдемте, а то Советник решит, что мы плетем против него заговор.

- Не думаю, - глава Департамента внутренних дел очистил

стол от бумаг, установил магические замки и защитные заклинания. - Рэнальд Рандрин убежден в нашей лояльности. Это раз. И он ни за что не поверит, что Вы бы плели козни за его спиной вместе со мной, да еще так открыто. Это два. Вы бы делали это в одиночку и ничем бы себя не выдали.

- Перестаньте мне льстить, Жемир, а то мне захочется попробовать! - рассмеялся Эрш. - И какой бы заговор, по-Вашему, я сплел? Против Советника? А смысл? Он устраивает меня как правитель, я не ярый сторонник республики - так что, увы, заговорщика из меня не выйдет.

- И слава Эвное, а то бы я предстал перед судейской коллегией, - выходя из кабинета, лорд Андеш не забыл активировать защиту от незваных гостей.

- Лесть, грубая лесть! - покачал головой его собеседник, кивнув на приветствие кого-то из проходивших мимо сотрудников департамента. - Вы любите изображать благодушного просточка, пряча от посторонних глаз шкуру старого лиса и хватку волка. Будем считать обмен любезностями на этом законченным.

Жемир хмыкнул и подошел к секретарю. Вполголоса что-то сказав ей (женщина нахмурилась, кивнула и быстро застенографировала приказ начальника), он вернулся к поджидавшему его у дверей приемной Эршу и вместе с ним отправился к Советнику.

Апполина слышала, как они ушли - она стояла в коридоре возле кабинета сеньоры Шуарш. Как только дверь в приемную захлопнулась, а звуки голосов стихли, полуэльфийка решительно направилась к столу секретаря.

- Сеньорита Летион, - секретарь вздрогнула и удивленно взглянула на нее: обычно герцогиня не обращала на нее внимания, разве что интересовалась, на месте ли начальник, -как я понимаю, лорд Андеш приказал Вам распределить работу по делу о нападении между сотрудниками?

- Совершенно верно, - кивнула Алексис.

- В таком случае, я прошу Вас записать в разработку еще

одну версию. В городе был либо информатор, либо предателей. Поищите в Некском муниципалитете. И, - она вздохнула, - попросите проверить мага. Метаморфа создавали в Нексе - этого требует природа этих существ.

- Разумеется, я внесу Вашу версию в список, - заверила секретарь, кратко законспектировав новое поручение. - Но она должна быть согласована с лордом Андешем...

- Считайте, что она уже согласована. Я когда-нибудь ошибалась, сеньорита Летион?

Алексис промолчала и покачала головой. Сеньорита Рандрин-старшая редко проявляла инициативу, говорила мало, обычно молчала, но все высказанные ей предположения обычно оправдывались.

Погрузившись в свое привычное отстраненное состояние, Апполина прошла к себе, скинула туфли и с ногами забралась на диванчик.

Ее небольшой кабинет разительно отличался от других служебных помещений департамента и больше походил на обыкновенную комнату, чем на рабочее место. Тут было зелено (вазоны с цветами и маленькими деревцами занимали все свободное пространство у окна), отсутствовали секретер и полки с бумагами, письменный стол скромно приютился в уголке рядом с маленькой полкой с книгами.

Помедитировав пару минут, полуэльфийка соскочила на ковер, подошла к зеркалу и привычным заклинанием активировала межпространственную связь.

Зара все еще спала, поэтому говорить пришлось с Караном.

- Честно Вам признаюсь, никто этого не ожидал, - молодой человек нервно покусывал губы; его внешний вид красноречиво свидетельствовал о том, что после нападения метаморфа он не сомкнул глаз. - Мы спокойно поужинали, разошлись по комнатам. Ну, не все, сеньор Аидара ушел из гостиницы еще до ужина, куда, не знаю. Говорит, что просто гулял, хотел размяться. Я лег спать, сеньорита Рандрин, вроде бы, тоже. На сон я не жалуюсь, поэтому и не расслышал, как

она ушла. А потом ночью, после полуночи уже, меня разбудил Аидара, сказал, что в городе творится что-то неладное. Я ни о чем спросить не успел, как его и след простыл. Потом снова хлопнул дверью в мою комнату, крикнул, чтобы я немедленно перенесся на центральную площадь, и хлопнул телепортом. На нем лица не было, даже спросонья сложно было не заметить, что он волнуется. Аидара, разумеется, оказался на площади раньше меня и убил эту тварь. Потом мы помогли сеньорите Рандрин добраться до гостиницы, напоили успокоительным и оставили отдыхать. Я остался сторожить, а Аидара вернулся на площадь, искал какие-то следы. Вы бы его расспросили, он больше моего видел.

- Сеньор Аидара что-то нашел?

- Он мне не сказал. Вернулся мрачный, выпил две чашки кофе пополам с граппой, доложил о случившемся и снова куда-то ушел.

Апполина поблагодарила Карана и оборвала связь.

Кажется, телохранитель Зары из Департамента магической обороны напал на след. Тяжело ему, наверное: чуть не убили его подопечную. И бывшую возлюбленную: Апполина не забыла несчастного молодого человека, дежурившего у их дома. Она не стала называть его имени перед Андешем и Эршем только потому, чтобы не навлечь на него подозрения. Лорд ведь может подумать, что Меллон Аидара все подстроил, что именно он организовал покушение, так удачно исчезнув в нужный момент, а потом, когда все пошло не так, как планировалась, обеспечил себе алиби, убив метаморфа.

Многие могли бы так решить, но не племянница Советника. Она еще тогда, год назад, считала его душу и поняла, что на подлость и предательство молодой человек не способен.

Почему он ушел из гостиницы? Видимо, оттого, что ему необходимо было побыть одному.

Полуэльфийка вернулась на диванчик и прикрыла глаза, позволив мозгу расслабиться. Обычно в такие минуты всплывали упущенные звенья логической цепочки,

вспоминались забытые мелочи.

Меллон Аидара проклинал себя за то, что допустил такую непростительную оплошность. Он должен был остаться в гостинице, даже если бы рухнуло небо, должен был бы. Но то, что свершилось, уже свершилось, и сейчас волшебник хотел хоть как-то загладить свою вину.

Там, на площади, Меллон обнаружил свежий магический след. Он был нечеткий, прерывистый и вел в глубину квартала. Аидара попытался отследить его начало, но не преуспел в этом: шагах в пятидесяти от площади след обрывался.

Зайдя в муниципалитет, Меллон справился о местожительстве местного мага. Оказалось, что тот обосновался на той же улице, по которой проходил обнаруженный след. Работа в Департаменте магической обороны приучила Первого помощника не верить в такие совпадения. Метаморф прошел по этой улице, оставил после себя след, - а маг ничего не почувствовал? Конечно, он мог спать, но устроенное на площади светопреставление должно было разбудить его и выгнать на улицу, Меллон почувствовал его за два квартала. Но не выгнало.

У задачки напрашивалось всего три решения: либо местный чародей очень стар и дружит с сильным снотворным, либо он слабак и трус, либо как-то причастен к нападению на дочь Советника. Личная встреча должна была развеять сомнения.

Некский маг обитал в отдельном аккуратном особнячке с гирляндами цветов на балконе. Вряд ли он сажал и поливал их сам (обычно растения с рассеянными и вечно занятыми волшебниками не уживаются), значит, в доме жила женщина. Она и открыла Аидаре дверь. Маленькая, пухлая, с очаровательными ямочками на щеках. Жена? Любовница? Служанка? Да, пожалуй, служанка.

- Что Вам угодно?

- Магистр дома?

- Дома, но он занят, просил не беспокоить.

- У него посетители?

- Нет, но...

- Значит, для меня он свободен, - видя, что женщина решила своим телом воспрепятствовать встрече с магом, Меллон указал на брошь с бессмертником и коротко отрекомендовался: - Первый помощник главы Департамента магической обороны.

Обладательница ямочек тут же посторонилась, засуетилась, предлагая принести высокопоставленному гостю чашечку чая или кофе, а то и чего покрепче. Аидара вежливо холодно отказался и прошел к кабинету местного творца заклинаний.

Дверь была заперта. Меллон постучал и, не дождавшись ответа, поступил так, как подсказывали соображения безопасности государства и его подопечной: воспользовался магией.

Судя по тому беспорядку, который царил в помещении, в нем либо орудовала шайка грабителей, либо кто-то спешно пытался уничтожить опасные бумаги. Так и есть - в камине остатки каких-то писем.

Выставив служанку и на всякий случай с помощью парализующего заклинания ограничив ее в передвижениях (мало ли, попытается кого-то предупредить), баронет тщательно осмотрел не тронутые огнем кусочки, скрепил кусочки волокон, чтобы не рассыпались, и убрал в карман. Потом подошел к столу и бегло осмотрел его содержимое.

Меллон был не настолько беспечен, чтобы не забыть о защите, и она ему пригодилась: сработало какое-то заклинание, обдав невидимую сферу снопом искр.

- Неразумно, - покачал головой баронет, вернув долг невидимому противнику болевым импульсом.

Что-то взорвалось, сотрясся дом от крыши до фундамента. Попадали полки и стеллажи, разбилось зеркало и мелкие фаянсовые безделушки на каминной полке. Треснул потолок, посыпалась штукатурка. У стола отломились ножки, и он плашмя рухнул на пол.

Зазвенели, вылетая, стекла.

Один из рухнувших шкафов прогнул защитную сферу, но она была достаточно прочной, чтобы выдержать такой вес.

Откашливаясь от пыли, поднятой практически полным уничтожением кабинета, во всяком случае, его обстановки, Меллон обезопасил себя от падения того, что еще могло упасть и, пустив в эпицентр взрыва парализующее заклинание, осторожно приблизился к груде книг и осколков стекла. Некогда это был небольшой уединенный уголок, где можно было предаться размышлениям или чтению, а теперь - свалка мусора. Место не просматривалось от двери, рядом было окно и тяжелые гардины до пола (теперь уже две пыльные, иссеченные осколками тряпки) - значит, хозяин кабинета прятался именно там, если только не успел сбежать.

Не успел - из-под книг торчали носки домашних туфель.

Разобрав завал, Аидара нахмурился: тело лежало не так, как должно было быть - лицом к окну. И на животе. Но по логике вещей должно было покоиться на спине или боку спиной к оконному проему.

Меллон наклонился, приложил пальцы к шее покойника -успел остыть. Кто-то подсуетился и прикончил волшебника до прихода первого помощника.

И поставил ловушку.

Но этот взрыв не мог убить опытного мага, разве что рассчитывали на то, что появиться кто-то, не столь искушенный. Каран. Он, безусловно, толковый парень, но с боевой и защитной магией дела у него не очень, во всяком случае, защиту третьей степени он поставить не в состоянии, а второй здесь было мало.

Значит, план был таков: метаморф убивает сеньориту Рандрин, Каран находит его след, приходит к местному волшебнику - а дальше происходит то, что происходит.

Но ведь маг-то тоже мертв! Кто же его убил?

Присев на корточки, Меллон перевернул покойника и сразу же заметил характерный порез на шее. Полоснули

лунообразным ножом. Захват сзади, резко дернуть голову жертвы на себя, а другой выпустить ей кровь. На полу никаких следов не было - значит, догадка верна. Крови нет, потому что ее собрали, подставив сосуд. Если бы пятна уничтожили при помощи магии, на досках остался бы тончайшая вуаль шлейфа колдовства, не успела бы она исчезнуть за те пять-шесть часов, которые прошли с момента убийства, баронет бы что-то почувствовал. А так ничего, сколько бы он не водил над полом рукой и не присматривался.

Так поступали жрецы Темной госпожи.

И опять дилемма: жертва или соучастник?

В кабинете делать было больше нечего, в ворохе бумаг на столе не нашлось ничего интересного, не стоило затраченных на их извлечение трудов. Оставалось только допросить служанку и рассмотреть найденные в камине фрагменты. Меллон решил начать с последних. Ожидания его не обманули: глаз зацепился за обрывок строки: '...обязуетесь безопасно провести через портал...'. Во втором фрагменте речь шла о какой-то должности, кажется, высокооплачиваемой. Еще была фраза: 'Мы не забудем Ваших трудов'.

Аидара усмехнулся: они и не забыли, расплатились по полной. Ему не было жалко погибшего мага, разве что того, что ему не удалось убить его самому. А он бы с радостью это сделал.

Служанка показала, что хозяин вчера рано отослал ее спать, а сам заперся у себя в кабинете, строго-настрого запретив его беспокоить. Сказал, что там и заночует. Больше она его живым не видела.

Части головоломки наконец сложились. Метафорфа сотворили не в Нексе, а где-то в другом месте. Очевидно, служители Темной госпожи. Так и хотелось сказать - фрегойи, но Меллон пока не торопился с выводами по поводу национальной принадлежности злодеев: почитатели Темной госпожи могли найтись среди любого народа. Целью их было вовсе не убийство Зары Рандрин, вернее, не только оно - об

этом красноречиво свидетельствовала оставленный в кабинете волшебника заряд магии, активировавшийся от любого направленного в него заклинания. Они хотели уничтожить участников дипломатической миссии Антории, ставящей под угрозу распространения их власти над конфедерацией Мангеш. Аидара не был политиком, но легко смог вычислить причину по следствию.

В одном из городков, через который обязательно должны были проехать посланцы, находится недовольный жизнью волшебник, который ради удовлетворения своего честолюбия соглашается создать пространственный портал и в нужном месте в нужное время выпустить метаморфа. Только платой за предательство становится смерть от рук своих нанимателей: его принесли в жертву Темной госпоже.

Глава 18.

Сеньора Шуарш, привлекательная блондинка неопределенного возраста (каждая уважающая себя магиня заботится о том, чтобы время не оставляло следов на ее лице) в задумчивости покусывала кончик карандаша. Перед ней на столе лежали донесения агентов, копия служебной записки первого помощника Департамента магической обороны и блокнот с собственными записями. Таковых на разлинованном черными полосками листе было немного, всего пять строчек.

1. Откуда стало известно о предстоящей миссии Департамента иностранных дел в Шегере?

2. Был ли в Департаменте предатель?

3. Как служители Темной госпожи связывались с магом из Некса?

4. Каковы были их цели, и к какому народу они принадлежали?

5. Кто отслеживал передвижения миссии на территории Антории?

На некоторые из этих вопросов заместитель лорда Андеша

могла ответить уже сейчас, хотя информации по-прежнему катастрофически не хватало. И это не смотря на то, что на уши были поставлены четыре департамента: внутренних и иностранных дел, магической обороны и безопасности (одна из частей объединенного Военного департамента).

В Департаменте иностранных дел была проведена проверка, показавшая, что предателей среди его служащих нет, во всяком случае, среди сотрудников, обслуживающий персонал еще предстояло проверить. Нубар Эрш лично занимался этим вопросом, нарушив на время законы своего ведомства, гарантировавшие право на личную жизнь.

Мелиссу Шуарш всегда поражали его способности читать и видеть чужие мысли и воспоминания на расстоянии без прямого визуального контакта. В свое время и она ощутила на себе возможности его дара: долго мучилась, вспоминала какую-то вещь, а он с улыбкой подсказал. И ведь она ничего не почувствовала, никакого постороннего присутствия в своей голове! Ни легкого покалывания, ни тепла, ни боли - ничего.

Попытаться скрыть от него что-то можно было только поставив защиту третьей степени - запредельное умение для большинства сотрудников департамента. Да и она бы не спасла - опытный маг высший категории, обладающий редким даром считывания ментальной информации справился бы и с ней. Безусловно, обнаружил бы себя, но нужной цели добился бы.

При установленной защите первой степени подопытный ничего не ощущал, пребывая в наивной уверенности, что его мысли принадлежат только ему самому, вторая и третья требовали силового вмешательства, но тоже не стали бы проблемой при надлежащих умениях.

Граф по очереди вызывал к себе в кабинет всех сотрудников, где их допрашивала сеньора Шуарш. Сам Нубар играл роль стороннего наблюдателя, делал какие-то пометки, задумчиво смотрел на карту Антории и затем, когда дверь закрывалась, выносил вердикт о степени правдивости показаний каждого

испытуемого.

Мелисса заметила, что Эрш зарывает свой талант в землю, и из него вышел бы великолепный судья, на что граф, улыбаясь, возразил, что его дар принесет гораздо больше пользы на дипломатическом поприще.

Итак, ответ на второй вопрос был получен. Агентурные данные позволяли ответить и на половину четвертого: несомненно, организаторами покушения были фрегойи. Но как они вышли на мага, чего хотели добиться? Просто ли мести Рандринам, или... ?

Мелисса в который раз оставила отметины от зубов на граненой древесине и перечитала сводку по конфедерации Мангеш. Лакомый кусочек, место столкновения сфер влияния различных государств, в том числе, и Антории. Государства слабенькие, в них господствует феодальный строй, ремесло, да и сельское хозяйство не развиты, зато недра богаты полезными ископаемыми, а, главное, минералом, за кристалл которого люди готовы биться насмерть. Если его измельчить и специальным образом обработать, то можно получить вещество, делающее оружие таким крепким, что можно расколоть скалу. И если бы только это! Эти молочные кристаллы усиливали свойства не только физических, но и магических субстанций; кто владел ими, становился непобедимым, неуязвимым для врагов. Хорошо, что шегерцы понятия не имели об их свойствах, используя кристаллы исключительно в декоративных целях.

А еще у конфедерации был выход к морю, сонному, с многочисленными песчаными отмелями, на много миль врезавшимися в водную гладь.

Вот и ответ на первую половину второго вопроса. Фрегойи, безусловно, мстительный народ, к Рандринам любви не испытывают, особенно после карательной операции Советника, но затевать такую трудоемкую игру ради желания поквитаться не стали бы. Власть - куда более внятный мотив; тогда и насаждение культа Темной госпожи на территории

Мангеша становилась понятной.

С остальными вопросами было сложнее - фрегойи не оставили следов и избавились от единственного свидетеля. Некромант мог бы воскресить его, но некромантия на территории Антории была строжайше запрещена законом, попадая в сферу интересов Темной госпожи и ее последователей.

Вздохнув, Мелисса собрала бумаги, еще раз просмотрела, отобрав самые важные, и направилась в кабинет лорда Андеша. Вместе с ним предстояло подготовить текущий отчет, который сегодня же должен был лечь на стол Советнику. Только докладывать было особо нечего.

- О, Мелисса, заходите! - лорд Жемир пребывал в приподнятом расположении духа - значит, есть какие-то новости. Так и есть - машет перед ее лицом какой-то бумажкой.

- Чем порадуете? - сеньора Шуарш придвинула себе стул и села.

- Мы установили, кто слил информацию.

-Кто? - Мелисса напряглась и слегка подалась вперед; в зеленых глазах заблестели искры азарта.

- Ни за что не догадаетесь? - с довольной ухмылкой человека, единолично владевшего разгадкой важной тайны, глава Департамента внутренних дел занял свое место за столом.

- Арилан Сеговей? - будничным тоном поинтересовалась его заместитель, лихорадочно перебирая в голове все возможные варианты.

- Вы почти угадали. Его мать.

Сеньора Шуарш умела держать лицо. Несмотря на то, что новость была аналогична удару обухом по голове, она не подала виду, что удивлена или шокирована.

- Как, когда? Ее сын в курсе?

- Нет. Она ведь тоже сделала это не совсем осознанно... Умирающая женщина, что с нее взять?

- Всегда была против того, чтобы возвращать Сеговеев.

Скорей бы она скончалась!

- Вы на редкость добрая женщина! - усмехнулся лорд. -Ничего, потерпите, врачи утверждают, что она не протянет больше месяца.

- Нельзя быть доброй по отношении к изменникам, - жестко возразила Мелисса. - Так кому же она разболтала? Полагаю, известие принес сын?

- Совершенно верно. А Амасфея Сеговей рассказала обо всем якобы духу своего покойного мужа. Совсем плоха стала! -вздохнул Андеш, поправляя хвост.

- Дух, разумеется, не был духом, - развила тему его заместитель, материализовала из воздуха покусанный карандаш и что-то быстро застрочила на принесенных с собой листках.

- Проницательность - Ваше второе 'я', - довольно улыбнулся лорд. Вот за что он ценил и любил Мелиссу Шуарш - так это за ее цепкий ум, умение обобщать и делать выводы и за редкую для представителей ее пола выдержку. Она была не только теоретиком, но и практиком: владела боевой магией на достаточно высоком уровне. И при всем этом она была женственна, не забывала следить за собой и не пренебрегала изысканными туалетами.

Мелисса Шуарш давно овдовела: ее муж, боевой маг, по собственной глупости угодил в ловушку и погиб, не сумев противостоять превосходящему противнику. Мелисса редко о нем вспоминала, что и неудивительно: брак был заключен не по любви, а по расчету. Она тогда была совсем еще юной девушкой, всего пару лет, как окончила магическую школу и поступила в Аспирантуру.

Брак вышел недолгим: супруги Шуарш прожили вместе всего три года, - и бездетным. Как догадывался Жемир, Мелисса прилагала к этому все усилия. Смерть мужа развязала ей руки: сделала выполненными обязательства перед семьей, подарила свободу, положение в обществе (род ее родителей был худосочным и даже не имел титула) и

открыл дорогу к карьерному росту.

Закончив прерванное обучение в Аспирантуре, она заступила на службу в Департамент внутренних дел, где верой и правдой работала уже... Впрочем, не стоит разглашать истинный возраст женщины, достаточно того, что Мелисса помнила те времена, когда лорд Андеш сам был всего лишь первым помощником главы департамента.

Грешным делом лорд Андеш позволял себе ухаживать за своей очаровательной заместительницей; она ухаживания принимала (в нерабочее время, разумеется), но ясно дала понять, что дальше дружеских отношения не зайдут. Жемиру пришлось смириться, хотя, видят боги, он был не прочь жениться на этой женщине. Но Мелисса, похоже, не горела желанием выходить замуж за кого бы то ни было: очевидно, первый неудачный опыт отбил всякое желание снова приносить клятвы верности.

Что касается главы Департамента внутренних дел, то он уже был женат, хотя с прежним браком к этому времени было покончено. Нет, его супруга не скончалась, а после развода счастливо жила со своим вторым мужем. О первом она тоже не забывала, часто навещала его и их взрослого, уже совершеннолетнего сына. Разошлись они мирно и по обоюдному согласию: леди Равенна давно любила другого, а супруг не видел причин насильно поддерживать пламя в потухшем семейном очаге. Так что, к сожалению сплетников, обошлось без скандалов, а перед семейством Локкарт всегда были открыты двери дома Андешев.

- И кому же леди Амасфея поведала о миссии в Шегере? Только не говорите, что это был один из жрецов Темной госпожи!

- Этого еще не хватало, Мелисса! Поставьте лампадку в храме Шеар-Хэ и трижды сплюньте через плечо! Все-таки у нас не фрегойская провинция. Нет, это был искусственно созданный дух. Одноразовый.

- И кто же его смастерил? - зеленые глаза сеньоры Шуарш

горели, как у кошки. - Вариантов немного: либо свои, либо чужие. В любом случае этот кто-то пробрался во Дворец заседаний...

- А вот и нет! - довольно потер руки лорд Андеш. - Пару недель назад Сеговеям прислали посылку, якобы подарок от одной из провинций. В этой-то коробочке посреди всяких безделушек и прятался дух.

- Но раз дух был одноразовым, то он активировался сразу после открытия коробочки. Нестыковочка, Жемир, - Мелисса послала ему довольную улыбку и покачала головой. Она испытывала подсознательное удовольствие, когда начальник допускал просчет. Нет, не злорадство, тут было другое, беззлобное. Приятно оказаться компетентнее и попытаться помочь. - Да и откуда отправителям было известнее, что подарок откроет именно мать принца? Сам бы он ни с какими духами разговаривать не стал. Надеюсь.

- А вот и неверно, Мелисса. Дух был с секретом - в его, с позволения сказать, разум вложили определенный образ и настроили на леди Амасфею. Почему решили, что откроет именно она? А кому еще понадобится прощальное письмо Сорея Сеговея?

Сеньора Шуарш шумно вдохнула и выдохнула, стараясь погасить в себе гнев к неизвестному отправителю посылки. Она могла сколько угодно не любить Сеговеев, но не простила бы издевательств над умирающей женщиной. Так безжалостно играть на ее чувствах, причинять боль, вновь и вновь заставляя думать о погибшем муже, призывать его дух... Тогда понятно, как активировался дух: несчастная сама призвала его, приняла морок за правду и в беспамятстве страданий и тоски рассказала все, о чем ее просили.

Бездушные изверги, чтоб вас разорвали лошадьми!

Мелисса не знала, каково это, потерять любимого человека (это чувство обошло ее стороной, а смерть мужа не вызвала ничего, кроме равнодушного: 'Жаль!'), но догадывалась, что отпечаток остается на всю жизнь.

Кто же разбередил старую рану?

- Откуда пришла посылка?

- Из Некса. Как видите, все ниточки сходятся.

- Проклятые фрегойи, они успокоятся хотя бы в могиле! -заместитель главы департамента мысленно ругнулась. Губы сжались в тонкую ниточку, руки скомкали лист бумаги. Взметнув свободными рукавами синего платья, она порывисто встала и направилась к двери. - Думаю, обо всем нужно немедленно доложить Советнику, а в королевских покоях провести зачистку от магии. Я к Тардесу, попрошу отрядить ребят, а потом в приемную герцога. Встретимся там.

- Вот сижу я иногда и думаю, кто же из нас руководит департаментом, - рассмеялся Андеш. - Вам бы пошло мое кресло. Может, его бы Вы приняли, раз отказались от менее выгодного предложения руки и сердца.

Мелисса обернулась, послала ему ответную улыбку и покачала головой:

- Боюсь, во мне все еще не хватает стервозности, чтобы подсидеть своего начальника, так что довольствуюсь пока должностью Вашего заместителя. А что до Вашего второго предложения... Я не наступаю на одни и те же грабли дважды. Деньгами я обеспечена, во всяком случае, мне хватает, титул получила, не бог весть что, но приятно на карточках писать, уважением в обществе пользуюсь - так зачем же мне выходить замуж? Да и глупо это, Жемир, изображать влюбленную парочку там, где любви и в помине нет. Вы уж простите, но я Вас как мужчину не воспринимаю. Как друга - да, а как мужа... Даже как любовника нет. Так что не будем портить из-за такой чепухи наше плодотворное сотрудничество.

- Что ж, раз меня вторично отвергли, то пойду, подставлю свою повинную голову Советнику.

- Постараюсь не задерживаться.

Зара с усмешкой вспоминала свое нытье по поводу жары в Айши. Обмахиваясь веером, опустив окна в экипаже, сквозь

легкую оранжевую дымку раскаленного солнцем воздуха она рассматривала пейзажи первого из княжеств конфедерации Мангеш. Как выяснилось после, даже не княжества, а аллода, когда-то находившегося под властью соседнего княжества, затем превратившегося в самостоятельное крупное наследственное землевладение. Название его сеньорита Рандрин не запомнила, да и не стоило оно того - унылое, с чахлыми островками лесов и бесконечной сетью оросительных каналов, марка не могла ничем порадовать глаз путешественника. Разве что развлечь необычной, отличной от анторийской одеждой: более свободной и летящей.

Дома сплошь из глины, все невысокие, приземистые, городов вообще нет, разве что поселение под стенами замка правителя. Но туда они не заехали: Каран предпочел не тратить время на осмотр местных унылых достопримечательностей.

Марку пересекли за день, заночевав на границе с соседним княжеством.

Шегер - конечная точка их путешествия - лежал несколько севернее и восточнее, широкой дугой обнимая берег моря. По примерным подсчетам, они должны были добраться до него до конца недели.

Пейзаж постепенно менялся, жара переставала быть нестерпимой.

Появились тенистые масличные и апельсиновые рощи, на много миль тянувшиеся вдоль дороги. Лесов практически не было - только искусственные рощи каких-то странных высоких деревьев, практически не дававших тени. Зато холмистый пейзаж пронизывали вены каналов, иногда сливавшиеся в небольшие рукотворные озера.

Сельскохозяйственные культуры, возделываемые в конфедерации Мангеш, тоже отличались от типичных анторийских: здесь предпочитали не рожь и пшеницу, а овес и маис. Пшеница тоже попадалась, но не в больших количествах.

На бахчах зрели пузатые золотые тыквы, подставляли бока солнцу вытянутые зеленые кабачки, колосился топинамбур,

приветствовали путников жизнерадостные подсолнухи, облюбовавшие пространство между дорогой и ровными рядами грядок.

Коров практически не было видно, зато коз и овец было в избытке. Каран объяснил, что содержать крупный рогатый скот могут позволить себе только богатые люди. Таковых в княжестве было мало, поэтому символом Мангеша можно смело назвать неприхотливую козу. Уж кто-кто, а она выживет в любых условиях, если понадобиться, будет древесной корой питаться.

Заночевали в небольшом городке. В глаза сразу бросилась его необычная архитектура - обилие летящих арок, невесомых конструкций, будто парящих над землей, небольшие зарешеченные окна и фонтаны, как самостоятельные, так и бившие из ниш в стенах домов.

Внутри гостиницы было прохладно и пахло миррой. На полах - и ковры, будто идешь по покоям дворца. Постели мягкие, низкие, широкие, со множеством подушек. На такой можно спать по диагонали.

Разумеется, все это великолепие влетело не в один золотой, но Департамент иностранных дел не ограничивал их в расходах.

Останавливаться в гостиницах попроще Каран не советовал, пугая рассказами о клопах и блохах, копошащихся в циновках, заменявших постель.

Еда тоже была необычна: крайне мало мясных блюд, зато много молочных и овощных. Ко всему этому прилагались вкуснейшие хрустящие лепешки, заменявшие хлеб. Они составляли основу дневного рациона среднестатистического жителя конфедерации, бытовали во множестве вариаций, от сладких до острых, с разнообразными начинками и соусами.

Через пять дней, едва не испорченных несварением желудка (все-таки к местной кухне нужно привыкнуть), они наконец въехали на территорию Шегера.

У Зары уже рябило в глазах от обилия княжеств, и она все

больше укреплялась во мнении, что их следует объединить в одно государство. Ну, хотя бы во два.

Оплатив стражникам на границе подорожный сбор -очевидно, главную статью доходов любого княжества, - они миновали гарнизонную деревеньку с улочкой кабачков и постоялых дворов, словно мухами, облепленную повозками с тюками, рыбой и битой птицей, и выехали на широкий тракт, пролегавший на искусственной насыпи посреди низины. Часть ее была отдана на откуп рыбарям, разводившим в небольших прудах сомов и карпов, часть милостиво подарена стадам тонкорунных овец.

- Зара, взгляните! - Каран обратил ее внимание на странную конструкцию из камней - полукруг из дольменов, а в центре -широкая гладкая плита. Она стояла чуть в стороне от дороги, на вершине холма, будто покровительствуя небольшой деревушке, раскинувшейся по берегам заросшего камышами пруда. - Место для жертвоприношений.

- Кому? - сеньорита Рандрин велела остановить карету и внимательно рассматривала странную конструкцию.

- Темной госпоже, - подал голос Меллон, подъезжая ближе. -Простейший храм для низших.

- Я хочу на него взглянуть.

- Нет, - маг решительно преградил ей дорогу. - Сеньорита Рандрин, и не надо так на меня смотреть! Это не моя блажь, не мое упрямство, я всего лишь забочусь о Вашей безопасности. С меня хватит Некса. Такие места опасны, там могут существовать открытые порталы в другие миры. Точнее, мир, мир тьмы. Вы даже не почувствуете, как угодите в ловушку.

- А Вы?

- Да. Я ощущаю подобные вещи, вернее, вижу.

- То самое таинственное внутреннее зрение?

Меллон кивнул и добавил:

- Если хотите взглянуть, то я должен сначала все проверить.

Некоторое время здравый смысл боролся с любопытством,

но через некоторое время последнее вынуждено было сдаться.

Темная госпожа - это серьезно, не стоит рисковать ни собой, ни другими.

Зара велела трогаться и подозвала к себе Аидару.

- Меллон, Вы сказали, что это храм для низших...

- Совершенно верно. Временная конструкция, - он приноровил поступь коня к ритму движения кареты. -Традиционные храмы Темной госпожи красивы и пугающи одновременно. В них царит полумрак, свет проникает через единственное отверстие в потолке над жертвенным столом.

- Вы их видели?

- Нет, не приходилось. Надеюсь, и не придется, если только князь не подарил фрегойям кусочек своей земли.

- Там ведь сконцентрирована черная магия?

Маг кивнул и почему-то нахмурился. Дав шпоры коню, он обогнал экипаж и скрылся за поворотом.

- Каран, что там? - высунувшись из окна, встревожено спросила девушка.

- Да ничего особенного, просто группа людей. Может, Ваш телохранитель увидел что-то подозрительное? Он ведь боевой маг, видит мир немного не так, как мы с Вами. Надеюсь, он ошибся.

Меллон вернулся через пару минут, в задумчивости покачал головой, отказываясь отвечать на вопросы. Видел ли он что-нибудь, или ему показалось, так и осталось загадкой.

Столицей княжества Шегер считался одноименный город, один из трех городов в привычном для цивилизованного человека смысле этого слова на территории государства; остальные поселения, именуемые городками, тяготели к большим деревням.

Шегер стоял на берегу моря, облепив красноватыми глиняными домами небольшую бухту, полную крикливых птиц. Высокие глухие стены облюбовали ласточки.

Город опоясывала череда оборонительных укреплений; не один десяток подъемных мостов был переброшен через сеть покрытых зеленой ряской рвов. В них, не испытывая никакого

почтения к назначению сих сооружений, мирно плавали и столовались утки.

При въезде возле первых ворот Каран предъявил страже, вооруженной как арбалетами, так и огромными, способными поражать цель на большом расстоянии луками документы и поинтересовался, не в отъезде ли князь Юсфен. Ему ответили отрицательно и предложили проводить до княжеской резиденции.

Зара никак не могла понять, зачем ее коллега расспрашивал о князе, ведь они прибыли в Шегер инкогнито, но после Карае объяснил, что иначе бы им задали много ненужных вопросов. А так трое благородных анторийцев, следуя к родственникам, решили засвидетельствовать свое почтение 'величайшему из правителей'.

- Шегерцы любят лесть, если погладить их по шерстке, они на многое закроют глаза. Так что будем изображать иноземных поклонников государственного гения князя. Заодно без проблем доберемся до дворца с почетным эскортом. А так бы пришлось на каждом посту отвечать на вопросы и доказывать, что ты не эмиссар соседнего князька.

Сопровождаемые почетным эскортом, они благополучно миновали череду рвов, ворот и подъемных мостов, не заблудились в хитросплетениях пересекаемых ожерельем бельевых веревок и украшенных вывешенными на просушку разноцветными коврами, улочек. Порой они были настолько узкими, что едва могла проехать карета.

Солдаты покинули их посреди бойкой торговой площади, на прощание неопределенно в сторону глухой стены.

- И куда теперь? Каран, Вам-то с Меллоном хорошо, а я задыхаюсь в этом коробе. Давайте где-нибудь остановимся и нанесем визит князю пешком.

- Именно так мы и поступим, все равно нам не разрешат въехать на территорию дворца. Мы ведь всего лишь очередные чужестранцы. Вот если князь Юсфен милостиво пригласит нас погостить у него...

- Я, конечно, не дипломат, но предложения бы не принял, - в полголоса заметил Аидара, внимательно рассматривая укрепления резиденции правителя. - Оттуда без магии не выберешься, да и с магией тоже сомнительно. Каменный мешок.

- Внутри не все так плохо, как снаружи, - улыбнулся Каран. -Сам дворец очень красивый и светлый. Возле него разбит большой сад с павлинами.

- Все это, конечно, замечательно, но, может быть...- подала недовольный голос из экипажа Зара.

- О да, конечно, гостиница!

Выбранное Караном пристанище (когда-то он жил там) оказалось не таким шикарным, как предыдущие. Меньше ковров, меньше размер комнат, зато есть ванная.

Торопливо выставив за дверь своих спутников, клятвенно пообещав ждать их в холле через час и, в шутку, заверив, что она не выпадет из окна (шутку не оценили), девушка дернула за шнурок и приказала низенькой смуглой служанке наполнить ванну.

Какое это было блаженство! Не просто смыть с себя пот и дорожную грязь, освежить неопрятно выглядевшие из-за жары волосы, а еще насладиться эфирными маслами, которые служанка щедро добавила в воду. Сюда бы еще лепестки роз -и картинка из дамского романа готова.

Нежась в теплой воде, лениво рассматривая батарею баночек и бутылочек на полочках (и плевать, что за пользование всей этой красотой придется платить, она заслужила пару минут блаженства в день), Зара ощущала себя богиней. Или водяным духом - говорят, такие еще водятся вдалеке от цивилизации. Правда, никто их никогда не видел, посему рассказы о духах воды плавно перетекли в разряд легенд.

Мягкая пена обволакивала тело, оставляя на нем едва уловимый тонкий аромат.

Неохотно расставшись с водной стихией, девушка аккуратно выбралась на постеленное на холодный каменный пол

полотенце и вытерлась вторым, оставленным у бортика ванной на специальном держателе.

Перейдя в комнату и проверив, закрыты ли ставни - не хотелось бы, чтобы кто-то видел ее голой, - Зара оделась и с помощью магии привела волосы в порядок: сами они так быстро бы не высохли.

"Г» w

В выделенный ей лимит времени девушка все равно не уложилась, о чем красноречиво напомнил стук в дверь.

- Кого еще мертвецы притащили? - не слишком вежливо осведомилась сеньорита Рандрин. Босая, одной рукой она расчесывала волосы, в другой держала шпильки.

- Меня, кого же еще? - усталый голос Меллона. - Все Ваши ругательства обращены исключительно в мой адрес. Там Каран волнуется, просил проверить, как Вы, и поторопить. Будем считать, что оба поручения я выполнил.

- А вдруг это не я, а иллюзия? - Зара лихорадочно искала чулки. Распущенные растрепанные волосы - это ладно, но нечего перед мужчиной с голыми ступнями щеголять.

- Исчерпали весь свой запас красноречия? Ждем Вас внизу.

- Меллон, не обижайтесь!

- Даже не думал.

- Я же Вас знаю! По голосу чувствую.

- Давно ли?

Девушка натянула чулки, глянула на себя в зеркало (таковое в номере тоже имелось - гостиница ведь для благородных, а не для смердов) и, не касаясь руками, повернула ключ в замке:

- Не стойте в коридоре, заходите! Я уж почти все.

Телохранитель предпочел остаться стоять на пороге. С

отсутствующим видом он наблюдал за коридорной жизнью.

- Меллон Аидара, вошли и дверь закрыли!

Заре не хотелось, чтобы на нее пялились посторонние люди. Одно дело расчесывать волосы при знакомом и совсем другое - под прицелом десятка незнакомых глаз.

Она думала, он станет возмущаться, скажет или спросит что-то ехидное, вроде: 'Нравится приказывать?', но нет, молчаливо

подчинился, пересек комнату и подошел к окну.

Хлопнули ставни.

- Значит, улица гораздо более интересный предмет изучения, чем я?

- Зара, не надо начинать все снова, - он даже не провернул головы. - И на улицу я смотрю не из праздного любопытства. Да и смущать Вас не хочется.

- Вы всегда были совестливым и стеснительным.

- Я был нормальным. Решили вновь покопаться в прошлом? Что ж, давайте! Какие новые претензии Вы ко мне выдвинете? - скрестив руки на груди, Меллон обернулся к ней. Губы плотно сжаты, глаза холодны и серьезны. - Только смысл, сеньорита Рандрин? Придумали более изощренное наказание?

Зара потупилась. Ей стало стыдно за свое поведение и неосторожно заданный вопрос.

Но неужели для него это по-прежнему так болезненно?

- Меллон, Вы ответите мне на один вопрос?

- Каран ждет, - напомнил маг. - У Вас есть обязательства перед Анторией.

- Как видите, я уже готова, а ответ не займет много времени. Просто 'да' или 'нет'. Вы, - она сделала вдох, отгоняя рой нахлынувших воспоминаний, - Вы презираете меня?

- Нет. Не презираю, не желаю зла, не ненавижу. Пойдемте!

Зара и сама не знала, зачем это сказала, видимо, поддалась

мимолетному меланхоличному романтическому настроению, но слова сорвались с языка:

- Я простила Вас.

Меллон усмехнулся и покачал головой:

- Своевременно. Что ж, я рад, что больше не являюсь источником Вашего дурного настроения.

Дворец князя Юсфена, как и говорил Каран, был легким и воздушным. Резко контрастируя с унылыми городскими постройками, он напоминал пирожное со взбитыми сливками. Первый этаж массивный, глухой, практически без окон, а выше - нежно-бежевая вязь из аркад. Сливаясь и пересекаясь

друг с другом под немыслимыми углами, они образовали то трехгранный выступ, то балкончик, то обнажали зелень зимнего сада. Цепкий дикий виноград оплетал резные колонки, змейкой струился по водосточным желобам, обрамляя в рамы окна. Все они были открыты, и легкий бриз, изредка налетавший с сонного спокойного моря, играл с полупрозрачными белыми занавесками.

Они шли по аллее, обсаженной апельсиновыми деревьями; с обеих сторон благоухала зелень сада, за фигурными живыми шпалерами которого прятались от посторонних глаз прогуливающиеся дети и жены князя. Юсфен не был приверженцем моногамии и трижды устраивал пышную свадебную церемонию. Разумеется, помимо официальных жен, князь содержал нескольких любовниц, живших в отдельном флигеле дворца.

Каран решил пойти самым простым путем и попросить аудиенции правителя, через начальника стражи сообщив, что у него есть адресованное монарху письмо от одной высокопоставленной анторийской особы.

Минут пятнадцать им пришлось простоять перед закрытыми дверьми, пока к ним не вышел помощник одного из министров.

Каран незаметно подмигнул спутникам: не все так плохо, анторийцы еще не персоны нон грата в Шегере. Сам факт, что к ним вышел чиновник, а не слуга, говорил о многом.

Помощник привел их в отделанный молочными матовыми кристаллами просторный зал, в дальнем конце которого на возвышении стояла мягкая софа, заменявшая трон. Помост был устлан мягким золотистым ковром, в тон ему были подушки, разбросанные по дивану.

Другой мебели в зале не было.

Ярким пятном выделялся на фоне каменных, отполированных до блеска графитовых плит, еще один ковер, на этот раз малиновый, расстеленный перед ступеньками возвышения.

- Это те самые кристаллы, - одними губами сказал Каран, покосившись на ближайший резной столб, поддерживавший полуциркульный свод; его ребра украшал тончайший растительный орнамент.

Зара подошла ближе, осторожно дотронулась до камня рукой. Он был теплым. Вернее, не так - он генерировал тепло. Проведешь по нему ладонью - и кристалл ответит приятной волной энергии, бурлящей в его недрах. Жаль, что ее нельзя извлечь без предварительной обработки, но согреть такой камушек может. Он как солнышко, такой же ласковый...

- Нравится?

Все трое вздрогнули и обернулись на голос.

Неслышно войдя в тронный зал через одну из потайных дверей, на них внимательно смотрел князь Юсфен.

Глава 19.

- Вы анторийцы? - князь неспешно прошествовал к ним в сопровождении пары телохранителей, державшихся на шаг позади своего повелителя. Суровые обветренные лица поневоле вызывали страх. Сам Юсфен вызывал скорее брезгливость. Невысокий, жилистый, с отливающей бронзой кожей, черными вьющимися волосами, собранными в высокий хвост, он и так не был особо привлекательным, а тут еще эти маслянистые поросячьи глазки. Одет в песочного цвета свободную длинную рубаху и сужающиеся книзу штаны на тон темнее.

Каран, взявший на себя роль главного, низко поклонился, знаком попросив сделать то же самое других.

- Пусть один из вас подойдет, - князь сделал неопределенный жест рукой, и стражники встали за спиной у гостей. Сам Юсфен прошествовал к софе и развалился на подушках.

Неизвестно откуда вынырнул мальчишка с опахалом, оберегая повелителя от жары.

Покосившись на суровые лица телохранителей, Каран

направился к тронному возвышению, опустился перед ним на одно колено и в низком поклоне протянул князю письмо от анторийского главы Департамента иностранных дел.

- Что это? - Юсфен подозрительно покосился на конверт. -Мальчик, подай его мне!

Юный слуга (а, может, и раб) проворно сбежал вниз, забрал у Карана письмо и, распластавшись на ковре, передал его князю. Тот скривил губы, но тут же расплылся в улыбке, увидев печать. Взломав ее, он пробежал глазами по тексту, то хмурясь, то вновь становясь похожим на объевшегося сметаной кота.

Все трое анторийцев могли лишь гадать, что в письме Нубара Эрша могло вызвать столь противоречивую реакцию.

От Зары не укрылось, как Каран смахнул со лба капельки пота. Замер в той же коленопреклоненной позе, выжидающе смотрит на монарха. И волнуется.

Она впервые задумала о том, что будет, если князю не придется по нраву послание ее начальника. Просто выгонят ли их из дворца, бросят ли в тюрьму или попытаются убить прямо в тронном зале. Высокие телохранители с каменными лицами заставляли предполагать наихудший исход дела.

Наконец Юсфен закончил чтение и вновь перевел взгляд на своих гостей:

- Пусть подойдут остальные.

Ни Зара, ни Меллон не испытывали особого желания предстать пред очами князя, но выбора не было. Радовало лишь то, что телохранители остались стоять на своих местах. Впрочем, они мастера метать ножи, расстояние для них не проблема. Получится очень эффектно: распростертые перед тронным возвышением трупы.

Последовав примеру Карана, Аидара низко поклонился, но на колени не встал. Сеньорита Рандрин ограничилась реверансом и полупоклоном.

Зара ощутила на себе взгляд маслянистых глаз, внимательно изучавших ее лицо и фигуру; ей это очень не понравилось.

Она непроизвольно дернулась, в ответ одарив князя холодом кобальтовых глаз. Гаденькая улыбка с его губ тут же исчезла, уступив место недоуменному выражению лица. Не ожидал подобной реакции, привык, что к нему приходили по первому зову?

Сеньорита Рандрин гордо выпрямилась, щедро одарив Юсфена цветовыми метаморфозами своих глаз.

- Похоже, леди самая высокородная из вас, - заметил князь. -Почему же письмо отдали не ей?

- Спросите об этом у написавшего его человека, Ваше сиятельство, - вышел из положения Каран, метнув на коллегу неодобрительный взгляд.

- Боюсь, случай представиться не скоро. Он просил поговорить с вами... Какая-то просьба, приятная мелочь, которую я могу сделать для своих гостей. Что же, давайте поговорим, но завтра. А сегодня я приглашаю вас на ужин. Надеюсь, вы располагаете свободным временем и не торопитесь продолжить путь?

Даже если бы они не располагали, отказаться было нельзя.

- Вы поселились в гостинице? - вставая, поинтересовался князь. - Скажите моим слугам, в какой, и они перенесут ваши вещи. Как друзья моего старого приятеля вы будете жить во дворце.

Юсфен хлопнул в ладоши, и в зал вошел старший слуга в форменной коричневой одежде. Подойдя к тронному возвышению он по очереди отвесил поклоны - сначала до пола князю, затем поясные анторийцам - и замер в ожидании указаний.

- Ургус, вели позаботиться о моих гостях. Устрой их со всеми возможными удобствами, приставь слуг, проследи за тем, чтобы они ни в чем не нуждались. У них остались вещи в городе - пусть заберут и вернут заплаченные за комнаты деньги.

- Будет исполнено, господин, - слуга отвесил еще один поклон и попросил следовать за ним.

Им отвели покои в южном, самом дальнем от города крыле; из окон открывался вид на море. Но никого из членов дипломатической миссии эта живописная картина не обрадовала.

- В случае чего бежать будет сложно, - Меллон вышел на балкончик отведенной ему комнаты, на глазок прикидывая расстояние до земли: слишком высоко, их поселили на одном из верхних этажей. - Если честно, не нравится мне этот князь, слишком радушно нас принял, в слишком роскошные комнаты заселил. И, главное, безо всяких расспросов, без разговора наедине. Он что-то скрывает. Каран, это по Вашей части, но я бы ему не доверял.

- Я и не собираюсь, - Каран проверил установленное заклинание от подслушивания. Точно такое же он поставил в других комнатах. - Но попробовать вести прямые переговоры стоит. Шегерцы, они все, как лисы. Что поделаешь, национальная особенность!

Аидара рассеянно кивнул, плетя нить охранного заклинания. Проверив его на прочность, он установил дополнительное, иного типа, перед балконной дверью.

- Да, мастерски Вы! - восхищенно прищелкнул языком Каран. - Я только простенькие умею.

- Если во дворце обитают жрецы Темной госпожи или по этажам бродят полудемоны, простенькие не помогут, -авторитетно заявил маг, перейдя к окнам. - Закончу у себя, Вам и сеньорите Рандрин такие же поставлю. Замкнуть, думаю, следует сразу на несколько человек, чтобы не пропустить несанкционированного вторжения. Ловушки бы еще расставить... Да, пожалуй, не помешает. Вы умеете их ставить, Каран?

Молодой человек кивнул, поспешив добавить, что не знаком с персональными.

- Сеньорита Рандрин, - Меллон обернулся к сидящей тут же Заре (все трое старались держаться вместе), - а у Вас с этим как? Не забыли?

- Даже не надейтесь! - усмехнулась девушка. - Соотская практика многому меня научила.

В дверь постучали, и разговоры на магические темы смолкли.

Вошел слуга, сообщив о том, что господин через полчаса ждет их к ужину.

- Вот и долгожданный разговор, - подмигнул Каран, направляясь к двери. - Надеюсь, нас не отравят.

- Это была попытка пошутить или серьезные опасения? -Зара последовала за ним.

- И то, и другое. С этими шегерцами никогда не знаешь... Кстати, Меллон, на частные трапезы запрещено брать оружие.

- Брать с собой или материализовывать в случаях опасности?

- Только брать, на входе проверят.

Аидара рассмеялся:

- Каран, спасибо, что подняли нам всем настроение.

- Да не за что.

- А в чем заключалась шутка? - нахмурила лоб Зара.

Мужчины переглянулись и покачали головой.

- Да в том, - объяснил Каран, - что только дурак будет считать меч опаснее опытного боевого мага. Это, во-первых. Во-вторых, ничего не мешает этому магу при необходимости спокойно перенести свой меч из любой точки дворца. И, наконец, если обыскивать нас будут обыкновенные люди, то они все равно ничего не найдут: оружие можно сделать невидимым и заставить некоторое время левитировать в воздухе.

- Левитация - это без меня, мне больше нравится второй вариант, - Меллон отстегнул ножны с мечом и убрал подальше от любопытных глаз.

- Вот вы веселитесь, а что будет, если там будет кто-то, обладающий магической силой?

- Ничего хорошего. Идите, переодевайтесь, Вам еще обольщать князя Юсфена.

- Как тогда фрегойев, да? Вот что я вам обоим скажу: и не надейтесь!

- Не будем, попробуем своими силами, - Каран увлек ее в коридор и, склонившись к самому уху, прошептал: - Зара, будьте с ним подобрее, нам очень нужно, чтобы он подписал этот договор.

Девушка вздохнула, закатила глаза, но промолчала. Что ж, она попробует, но если этот князек не станет переходить положенные границы. Будет просто сидеть и молчать, молчать, слушать и следить за выражением лица Юсфена. Интересно, законы дипломатии запрещают применять к нему недозволенное воздействие? Один взгляд э-эрри решил бы все их проблемы.

- Каран, - уже на пороге своей комнаты шепотом спросила она, напряженно вглядываясь в ковры на стенах - не притаилась ли за ними потайная дверь, а вместе с ней - и соглядатай князя, - а можно я его заставлю?

- Нет, сеньор Эрш просил попытаться действовать в рамках закона.

- Так следов же не останется! - продолжала настаивать Зара.

- Я на себя такую ответственность брать не буду. Если хотите, поговорите с начальником.

- Непременно. Вот переоденусь и сразу поговорю.

Ноги утопали в мягких коврах, куда бы ни упал глаз, везде бархат и парча.

Комната была выдержана в теплых осенних тонах, удивительно гармонировавших с потоками солнца, лившимися через окна.

Открыв дорожный сундук, Зара извлекла из него одно из трех парадных платьев, самое скромное, и замерла перед шнуром для вызова слуг. Стоит ли доверять рукам этих смуглых шегерок? С другой стороны, она не должна обнаруживать неприязни и настороженности, вести себя естественно. И то верно: разве может дипломированная магиня бояться обыкновенной служанки?

На ее зов явилась бронзовая черноволосая красавица. Два раза поклонившись (низко, едва переступив порог, и более

сдержанно, подойдя к гостье князя), она спросила, чего желает госпожа. Госпожа желала освежиться (при такой жаре вовсе не хочется вылезать из воды) и переодеться.

- Если госпоже будет угодно, я могу отвести ее в купальню, где госпоже никто не будет мешать. Или Вам угодно принять ванну?

Может, жизнь во дворце князя окажется не такой ужасной, как она предполагала вначале?

Не прошло и четверти часа, как Зара нежилась в теплой чистой морской воде, подаваемой по сети труб в купальню. В холодное время года ее подогревали в специальном резервуаре. Плавать девушка умела (редкие деревенские дети не обладают этим умением, разве что если поблизости нет никакого водоема) и теперь с удовольствием неторопливо преодолевала расстояние от одного до другого бортика.

Сделав несколько кругов и убедившись, что кожа излучает только запах свежести и чистоты, Зара вылезла на прохладный каменный пол и вытерлась протянутым служанкой полотенцем. Почему-то она ее совсем не стеснялась, даже не задумывалась над подобным вопросом.

Шегерка забрала мокрое полотенце и подала второе, которым сеньорита Рандрин насухо вытерла тело и ноги.

В специальной комнатке для переодеваний облачившись в парадный наряд (по ее просьбе служанка принесла его сюда), Зара сочла возможным в таком виде вернуться в свою комнату, чтобы причесаться и надеть драгоценности. Если первое она доверила шегерке, то второе проделала в полном одиночестве.

Добавив последний штрих в виде легких, словно дыхание, духов, девушка критически осмотрела свое отражение и, собравшись с духом, активировала пространственное зеркало.

Похоже, она выбрала не самый подходящий момент, помешала ужину своего начальника. Тот, впрочем, отнесся к этому стоически, поставил бокал на стол, извинился перед кем-то (кем, Зара не видела, вернее, ей не давали увидеть) и вышел на свежий воздух. Набережная Шина, значит, ел не

дома. И, наверняка, с дамой. В общем, поговорить с ним сейчас - была не самая лучшая идея.

- Что-то срочное?

Девушка смущенно пробормотала: 'Нет' и хотела оборвать связь, но ей не позволили.

- Зара, добрый вечер. Что там у Вас произошло? Как добрались до Шегера?

- Добрый вечер, сеньор Эрш. Спасибо, все хорошо. Я просто хотела кое о чем спросить, но, наверное, лучше завтра.

- И чем я могу быть Вам полезен?

- Вас ждут, а это совсем не срочно...

- Зара, хватит ходить вокруг да около! Я привык, что меня периодически беспокоят во внерабочее время, Вы не первая и не последняя. Так что давайте не будем извиняться, а сразу перейдем к сути вопроса. Что-то не так пошло с Юсфеном? Письмо он уже прочитал?

- Да. А разве Каран еще не... Хорошо, сразу вопрос. Можно мне воспользоваться своим даром для подписания договора?

- Не советовал бы, - нахмурился глава Департамента иностранных дел. - Зара, лучше не вмешивайтесь, а просто наблюдайте. Будет все плохо, тогда да. И вообще поезжайте-ка Вы в Олосер, выполнять Вашу персональную часть этой миссии. Каран прекрасно управится сам, ну, а если за неделю не сможет, то уж так и быть, разрешаю построить глазки Юсфену. Будьте осторожны, в Олосере неспокойно. Без телохранителя и шагу не делайте!

- Но тут все так мирно...

- Настолько мирно, что совершаются жертвоприношения Темной госпоже. И отчитываться каждый день в одно и то же время. Хотя бы сообщайте, что живы-здоровы и не попались в руки... Ладно, пугать не буду, может, все обойдется. Вижу, Вы оделись для праздничного ужина? Хороший выбор, платье подчеркивает цвет Ваших глаз. Прическу местная служанка делала?

Зара замерла в немом удивлении.

- Откуда я знаю? Две уложенные спиралью косички на висках - неотъемлемый элемент прически любой уважающей себя шегерки. Повернитесь.

- Зачем?

- Хочу посмотреть, какого цвета ленту она Вам вплела.

- А это важно? - с сомнением покачала головой девушка.

- Определяет Ваш статус. Зара, ну удовлетворите мое любопытство!

Сеньорита Рандрин покорно повернулась.

- Золотая. Поздравляю, Вы личная почетная гостья князя. Напоминаю: с ним осторожнее, любит он красивых девушек. Попросите Карана после ужина сообщить, как все прошло. Желаю с пользой для себя и государства провести время!

Зара попрощалась и оборвала связь, подумав, что Карану лучше отложить разговор с начальником до утра - вдруг у того планы на ночь? А что, ужин в женском обществе часто плавно перетекает в нечто большее.

Ужин накрыли на открытом воздухе, на широкой выходящей в сад террасе.

Вместо кресел были уютные клинии с подушками на низких подлокотниках. Всего их было три, каждая - длинная и широкая, способная вместить несколько человек. Расставленные вокруг низкого стола, они образовывали букву 'п', раскрытую в сторону дверей в покои дворца.

Сеньорита Рандрин быстро поняла смысл выбора именно этой мебели: клиния предназначалась для двоих, а, судя по выражению лица Юсфена, он жаждал, чтобы гостья села рядом с ним. Заре, разумеется, этого не хотелось, и она билась над вежливым поводом отказаться.

Дождавшись разрешения пройти к столу, на сотые доли мгновения опередив предложение князя, Зара присела на одну из боковых клиний. Юсфен восседал на торцевой.

- Пожалуйста, солгите ему, что Вы мой муж! - чуть слышно прошептала девушка Меллону, намеревавшемуся сесть рядом с Караном.

Это был единственный способ избежать ужасной участи весь остаток вечера провести в опасной близости князя Юсфена: по законам Шегера супруги должны были сидеть рядом.

Аидара кивнул и занял место по правую руку от нее, не выразив никакого удивления. Видимо, тоже что-то слышал о местных порядках.

Юсфен нахмурился, а потом расплылся в слащавой улыбке:

- Не соблаговолит ли прекрасная анторийка занять место подле меня, дабы мы все в равной мере могли насладиться ее красотой?

- Боюсь, что нет, Ваше сиятельство, - покачал головой Меллон. - После того, как она осчастливила меня своим выбором, подобная честь, увы, для нее недоступна.

У князя было такое лицо, будто ему публично дали пощечину. Он привстал и пристально уставился на мага. Тот даже не шелохнулся под исполненным тихой ненавистью взглядом.

Снова взяв себя в руки, Юсфен тяжело опустился на клинию, приняв облик прежнего радушного хозяина.

- Так значит, прекрасная дама - Ваша супруга? -промурлыкал он, продолжая пожирать Зару плотоядными взглядами. Девушка честно старалась оставаться спокойной, но глаза поневоле стремительно темнели. Если язык она могла прикусить, но тут была бессильна. - Но отчего же я не вижу ни обручального браслета, ни кольца на ее пальце?

Все слышанные когда-либо ругательства разом пожелали вырваться на волю, лишь по счастливой случайности застряв в гортани.

Упырь плешивый, мышиный помет тебе в поросячьи зенки, разложившийся труп тебе в любовницы, а пьяного орка - в сыновья, она не бесплатная дипломатическая подстилка, она ему рожу-то разукрашу, если притронется! К темным демонам запреты начальника, если этот баклан еще раз позволит себе так на нее смотреть, то не только подпишет договор, но и навеки умалишенным станет. Да, будет скандал, да, ее уволят

- плевать!

- Потому, что я позволила себе его не надеть. У Вас очень жарко, а металл нагревается на солнце, - из последних сил сдерживая себя, ответила Зара.

- Мне бы хотелось взглянуть на него, полюбоваться искусством мастеров.

- Боюсь, что любоваться будет нечем, Ваше сиятельство: по традиции обручальные кольца чрезвычайно просты, - надо выйти под надуманным предлогом и наколдовать эти проклятые кольца. И Меллона с собой вытащить: она же не знает размеров его руки.

- Моя невеста совершенно права, надеваемые во время помолвки кольца - всего лишь символ обещания. И их не обязательно носить постоянно.

Девушка опустила глаза, чтобы скрыть мелькнувшее в них удивление и недовольство. Она же просила назвать ее женой! Теперь весь план рухнет, а проклятый Юсфен затребует ее к себе на клинию. И хорошо, если только на клинию.

Неужели Меллон решил отомстить? Но что ему стоило сказать, что она его жена?

Почувствовав бурю ее негодования, Аидара незаметно сжал ее ухо и, сделав вид, что поправляет застежку ее цепочки, прошептал:

- Успокойтесь, я знаю, что делаю. Не хотите с ним сидеть, значит, не будете.

- Ах, она всего лишь Ваша невеста, - просиял князь. - Тогда ничего не мешает...

- Простите, Ваше сиятельство, - подал голос Каран, - но приличия, увы, предписывают ей сидеть подле жениха, если тот присутствует на приеме или званном ужине. Уверен, Вы еще успеете насладиться обществом леди Зары.

Теперь тяжелый взгляд достался коллеге по департаменту. На что это он намекает? Она же ясно дала понять, что не желает иметь ничего общего с этой коронованной свиньей.

Князь, видимо, тоже услышал подтекст в словах гостя,

потому что усиленно заулыбался. Будь его воля, он тут же отослал бы 'жениха' сеньориты Рандрин обратно в Анторию.

- Конечно, конечно. Преступим к ужину.

За поеданием местных деликатесов, подаваемых на серебряных блюдах (создавалось впечатление, что Юсфен хотел пустить пыль в глаза, представ могущественным властелином богатого государства), вяло текла светская беседа. Хозяин интересовался личностями и происхождением гостей, они отвечали по заранее подготовленной легенде. Правда, в связи с недавними событиями пришлось внести в нее некоторые коррективы. Может, и к лучшему: Зара не очень походила на сестру Карана, даже двоюродную.

Когда дошли до десерта, приправленного тончайшим сладким вином, глава их маленькой дипломатической миссии преступил к осуществлению цели их путешествия: подписанию договора. Нет, он не завел о нем разговор прямо, туманно начал с восхваления Шегера и его богатств, посетовал, что в мире стало неспокойно, напомнил, что анторийцы всегда питали особую любовь к своим восточным соседям.

Юсфен слушал его, с отстраненным видом вертя перстень на пальце.

- Трудно, наверное, жить в постоянном страхе угрозы с севера?

- Угрозы с севера? - князь притворился, что не понял, о чем идет речь.

- Увы, фрегойи - общая головная боль.

- Для нас - нет, - загадочно улыбнулся правитель, отослав слуг. - Не будем ходить вокруг да около, господин Каран. Я ознакомился с письмом главы вашего департамента иностранных дел... Никогда не понимал, к чему такие сложности, зачем именовать себя так витиевато, куда просто подписываться Первым министром. Ведь по сути он им и является. Так о чем это я? Ах, да, о письме. Так что за договор, господа, я желаю на него взглянуть.

- Прямо сейчас? - оживился Каран.

- Через пару минут, когда появится мой друг. С некоторых пор я советуюсь с ним по всем важным вопросам. Вы, анторийцы, народ хитрый, а я хочу быть уверенным в том, что ничего не потеряю. Вы тут говорили об уважении, господин Каран, а сами, между прочим, являете собой яркий пример противоположного.

Маг изумленно взглянул на него, и князь пояснил:

- Я ожидал посольства, а взамен мне присылают трех дворян. Неужели в Антории не осталось дипломатов? Вы хотя бы в курсе сути вопроса, или всего лишь посредники?

- Увы, боюсь, мы не располагаем интересующими Вас сведениями. Граф Эрш - старый знакомый моего отца. Узнав, что мы с друзьями собираемся проездом в Олосер (леди Зара интересуется памятниками старины, а соседнее княжество, да не обидится Ваше сиятельство, представляет собой кладезь подобных вещей), он попросил передать Вам письмо и проект договора, дабы Вы могли заранее с ним ознакомиться.

- Значит, господин Первый министр все же собирается осчастливить меня визитом?

- Полагаю. К сожалению, я имею ни малейшего понятия о планах Департамента иностранных дел.

- Любезнейший, мне все же хотелось бы знать, каковы Ваши полномочия?

- Не более, чем у любого представителя родовой аристократии Антории.

- Уклончивый ответ. Что ж, а вот и мой друг.

Все, как по команде, обернулись и увидели темного высокого блондина с презрительной улыбкой на губах.

Выдержку и самообладание маги проявили отменную, смогли вежливо поздороваться и допить свое вино, хотя каждый думал только об одном: как бы избавиться от врага?

- Князь звал меня? - фрегой, не спрашивая приглашения, присел на клинию Юсфена. - Полагаю, причиной всему Ваши гости?

Блондин еще раз обвел глазами анторийскую делегацию, перед членами которой уже не стоял вопрос источника появления культа Темной госпожи в Мангеше, и, словно вспомнив, что еще не поздоровался с гостями князя, вновь встал и отвесил каждому мужчине по небрежному поклону, напоминавшему скорее кивок, чем знак уважения. Его глаза с интересом остановились на Заре. Улыбнувшись, став похожим на галантного эльфа и на время убрав с лица высокомерие, фрегой подошел к ней и, склонившись, поцеловал девушке

руку.

- Позвольте представиться: отойдэ Аластид нер'Арр. Безмерно рад нашему знакомству.

- Взаимно, - улыбнулась девушка, стараясь, чтобы ни один мускул не дрогнул на ее лице. - Вижу, князь не ошибся в выборе друга, что еще раз свидетельствует о его мудрости. Что же привело Вас в эти края, отойдэ нер'Арр?

- Воля случая, сеньорита. Вы так и не назвали мне своего имени...

- Леди Зара Шамааш, - Зара придала бархатистости взгляду, стараясь очаровать врага кристальной лазурью глаз. Подсознательно она чувствовала, что он не так прост, поэтому хотела заручиться его симпатией. Симпатия - это власть; фрегой расслабиться, обнаружит свое слабое место, и тогда можно будет нанести удар. Если флиртовать с князем Юсфеном было противно, то с отойдэ Аластидом - смертельно опасно, все равно, что ходить по лезвию ножа. Представитель родовой аристократии Фрегойра не даром оказался в Шегере и стал теневым правителем княжества. Друг, советник - даже для нее все слишком ясно: Юсфена использовали, а потом намеревались выбросить за ненадобностью. Сначала фрегой лишь изредка высказывает свое мнение, потом получает совещательный голос, становится доверенным лицом князя, которому тот доверяет все свои секреты, затем его всесильной тенью и, наконец, правителем.

- Леди Зара Шамааш, - он будто пробовал ее имя на вкус,

слегка растягивая слова. - Вы - как глоток свежего прохладного воздуха посреди нашей знойной пустыни. Надеюсь, Вы задержитесь в Шегере?

- Все зависит от обстоятельств и доброй воли князя, - пожала плечами девушка.

- Не беспокойтесь, Аластид, я сделаю все для того, чтобы наша прекрасная гостья не развеялась, как мираж, - вставил слово Юсфен.

Заре показалось, что он нервничал. Боялся конкурента в борьбе за благосклонность дамы? И правильно боялся: нормальная женщина, не раздумывая, выбрала бы блондина. Во-первых, красивый, во-вторых, моложе, в-третьих, у него такой голос... Опасный голос хищника на охоте. Обволакивает, усыпляет бдительность жертвы. Как же хорошо, что она уже знает, что собой представляют фрегойи!

Кстати, а где оружие? Меллон говорил, что фрегойи с ним не расстаются.

Похоже, тот же вопрос беспокоил и ее названного жениха, скользившего взглядом по складкам свободной одежды отойдэ. Правила правилами, но в таком наряде можно пронести все, что угодно.

Поклонившись сеньорите Рандрин и послав ей чуть заметную улыбку, Аластид нер'Арр обратил свое внимание на ее спутников. Выслушав их имена и выразив надежду, что Шегер их не разочарует, он вернулся на княжескую клинию и по-хозяйски налил себе вина в пустой фужер. Его принесли всего пару минут назад, как и блюдо с закусками. Среди них были и мясные, которых не ели шенгерцы, предпочитавшие рыбу или, в крайнем случае, птицу.

Вроде бы все тихо и мирно, фрегой молчит, полу прикрыв глаза, даже не смотрит на них, но Зара чувствовала напряжение обоих магов. Ей показалось, или на лбу Карана выступили капельки пота?

Каран действительно нервничал: этот неизвестно откуда взявшийся отойдэ сводил на нет все их усилия. Он не

позволит Юсфену ничего подписать, даже взглянуть на договор не даст.

С другой стороны, у них есть крошечный шанс, что князь все же не до конца доверяет чужаку. Очень крошечный и очень призрачный: охрана не проверила нер'Арра, пропустила безо всяких вопросов. И он без разрешения сел на одну клинию с Юсфеном.

Драконьи потроха, когда и как могла познакомиться эта парочка, какую неоценимую услугу оказал шегерцу фрегой, чтобы втереться к нему в доверие?

Не этот ли Аластид нер'Арр и есть тот таинственный неизвестный, желающий стать во главе Мангеша? Очень даже может быть. Весь вопрос в том, его ли это личная инициатива, или он просто выполняет задание своего повелителя.

- Любезный Каран, Вы говорили что-то о проекте договора, -напомнил князь. - Мы желали бы его видеть. Сходите за ним, с чистой совестью выполните свое поручение и наслаждайтесь жизнью. Я не стану задерживать Вас, заставлять присутствовать при детальном разборе этой бумаги, а все сам подробно распишу в ответном письме достопочтимому графу.

При упоминании договора отойдэ насторожился, напрягся, как дикий зверь, отставил в сторону тарелку и бокал. По его лицу проскользнула жесткая усмешка.

Стараясь не замечать прикованного к нему взгляда, с успехом способного заменить острый кинжал, Каран поднялся, поклонился князю и направился в свою комнату. Но вовсе не за проектом договора: никакого свитка с ним не существовало и в помине. Предстояло за пару минут быстро сформулировать, переиначить и перенести указания сеньора Эрша на чистый лист бумаги. Разумеется, лишь общие тезисы, детали предстояло обсудить непосредственно с Юсфеном. Заготовок Каран не делал, опасаясь, что их могут обнаружить и использовать против Антории.

Все пошло не так, вместо детально продуманного плана -сплошная импровизация.

Зара и Меллон мужественно остались держать удар.

Аластид нер'Арр оказался куда более прозорливым, чем князь Юсфен, и не снизошел до того, чтобы делать вид, будто ничего не понимает и верит сидящим напротив него людям. Единственное, за что они были ему благодарны, - это за то, что он предпочитал выражать свою осведомленность молча, взглядами.

Вернулся Каран и почтительно передал в руки правителя свиток. Юсфен хотел тут же развернуть его, но отойдэ остановил его:

- Стоит ли портить столь чудный вечер? Государственные дела подождут до утра.

- Да, Вы абсолютно правы, Аластид, сейчас слишком поздно. Свежей покойной ночи!

Князь мазнул взглядом по Заре и медленно встал, крепко сжимая в руках проект договора. Какими же жадными глазами пожирал этот свиток фрегой, как хотел заполучить его!

Вслед за Юсфеном почтительно поднялись со своих мест и остальные.

Князь ушел, вслед за ним удалилась и суровая вооруженная до зубов охрана.

Маги, инстинктивно державшиеся плотной группой, хотели, было, последовать его примеру, но не успели: дорогу им преградил отойдэ нер'Арр.

- Поговорим? - он с улыбкой гремучей змеи увел их в сад. Журчание многочисленных фонтанчиков скрадывало слова, тенистые шпалеры скрывали фигуры. - Давно служите в Департаменте иностранных дел? Я не идиот, анторийцы просто так к Юсфену не заглядывают, только если им что-то нужно. Ваш Эрш тоже не кретин, не станет доверять такую миссию детям своих знакомых, нет, он привлечет к этому своих сотрудников. Хотите захапать себе Мангеш, а, маги? И не надо так на меня смотреть, я не вчера родился.

Меллон бросил на Карана многозначительный взгляд: не убить ли фрегойя прямо здесь и сейчас, но дипломат покачал

головой. Отойдэ их провоцировал, готов был пожертвовать своей жизнью ради разжигания войны.

- Давно ли фрегойи стали закадычными друзьями шегерцев? - в том же тоне ответил Каран. - Неужели так сильно замерзли на своем севере, что потянулись в теплые края? Только будьте осторожны: солнце вредно для бледной кожи, можно получить ожог.

- Я обязательно это учту, сеньор Каран. Жара в этом году стоит нестерпимая. На Вашем месте я бы подумал о Вашей спутнице, принял бы меры, чтобы она ненароком не получила тепловой удар.

- Благодарю за заботу, но я в состоянии сама о себе позаботиться, - Зара облокотилась о бортик ближайшего фонтана, не сводя глаз с фрегойя. Он отвечал ей тем же, рассматривал с нескрываемым интересом.

- Что ж, - наконец промолвил отойдэ, - удачи в переговорах! Умение преодолевать трудности закаляет мужчин.

Поклонившись, нер'Арр затерялся в зелени сада.

- Вот... - чуть не выругался Каран, но вовремя остановился, вспомнив о присутствии дамы. - Он испортит нам всю игру! Зуб даю, что он сделает все для того, чтобы договор не только не был подписан, но и мы отсюда не уехали. И особенно мне не нравится то, что он выделяет Вас, Зара.

- Вы полагаете, что он догадался?

- Мог. Вот что: завтра же Вы уезжаете в Олосер. По крайней мере, там не будет этого отойдэ.

Сеньорита Рандрин не стала возражать, прекрасно понимая, что будет абсолютно бесполезна в играх между Караном, Юсфеном и его мнимым другом. Несмотря на относительно юный возраст, коллега принимал участие в нескольких дипломатических поездках с сотрудниками Первого отдела, так что ему было, где набраться опыта.

Ее поручение тоже нельзя было назвать ученическим: встретиться с тайным агентом на территории Олосера и забрать у него собранные сведения. Ситуация осложнялась

тем, что нужный ей человек по должности постоянно пребывал в разъездах: он был сборщиком налогов.

Вернувшись к себе, Зара поняла, что не сможет заснуть, пока еще раз не искупается. На зрительную память девушка никогда не жаловалась, дорогу до купальни запомнила, поэтому решила не звать служанку, а обойтись собственными силами. Облачившись в легкое домашнее платье, она поспешила к потайной лесенке, выводившей на женскую половину дворца.

В купальне было темно, девушка зажгла несколько светлячков, подвесив их под легким арочным потолком, быстро разделась и погрузилась в теплую воду. Она, словно ночные полеты, стирала заботы и тревоги прошедшего дня, даря ощущение спокойствие, безвременья и чистоты.

Было уже за полночь, когда девушка выбралась на бортик и, завернувшись в полотенце, уставилась на бледноликую луну, чей свет, падая через верхние световые окна купальни, дрожа, окрашивал воду серебром.

- Никак не можете заснуть, леди Шамааш?

Зара вздрогнула и обернулась - в дюжине ярдов от нее, облокотившись о тонкий резной столб, стоял отойдэ нер'Арр.

- Что Вы здесь делаете? Как Вы сюда попали? - девушка вскочила, судорожно придерживая полотенце на бедрах и груди. С губ в любой момент готово было сорваться заклинание перемещения в пространстве.

- Прелестную леди интересует, каким образом я оказался на женской половине дворца? А Вы как думаете? - усмехнулся фрегой. - Вы хорошо плаваете, леди Шаааш, или каково Ваше настоящее имя? Понимаю князя, я тоже не прошел бы мимо такой женщины.

Зара задохнулась от такой наглости.

Он подсматривал за ней?!

Вместо заклинания перемещения с пальцев сорвалось боевое.

Отойдэ со смехом увернулся и показал ей висящий на шее амулет:

- Я бы на Вашем месте был осторожнее, я не так уж безоружен в магии. Видите эту штучку? Она способна обвалить потолок в этом помещении.

Закипая от гнева, девушка надежнее закрепила полотенце и пристально уставилась на Аластила, постепенно меняя взгляд с человеческого на взгляд э-эрри.

- Совершенно напрасно, леди Зара, я не собираюсь посягать на Вашу честь, - заметив метаморфозу ее глаз, улыбнулся фрегой. - Не спорю, момент подходящий, но я не хотел бы заниматься этим на холодном полу с отчаянно упирающейся девушкой, которая бы воткнула в меня весь арсенал своих крыльев. Верните себе нормальный облик, мои глаза Вы все равно не поймаете. Да, все так, как я и думал: анторийцы прислали к Юсфену э-эрри. И не просто э-эрри, а высокородную э-эрри. Можете спокойно переодеваться, я Вам мешать не буду.

- Вам никто не говорил, что Вы... - начала девушка, сплетя узор очередного заклинания. Закончить она не успела, почувствовав, как что-то мягко, но надежно прижало ее к полу купальни.

- Сразу видно, что Вы молодая и неопытная магиня, - отойдэ подошел и присел на корточки рядом с ней. Рука отогнула верхний край полотенца и прошлась по позвоночнику. Зара с ужасом поняла, что не способна пошевелиться. Да что там пошевелиться - слова произнести не может. Тут бы пригодилась так нелюбимая ей ментальная магия, но, как назло, она не могла вспомнить ни одного подходящего заклинания. - Тихо, тихо, я не собираюсь Вас убивать, вреда тоже не причину. Хотя, какой соблазн, когда у твоих ног лежит обнаженная дочь анторийского Советника! Даже не знаю, вдруг Вам понравится?

Полотенце сползало все ниже, руки становились все настойчивее.

- А ведь это решило бы все проблемы, - склонившись к самому ее уху, пробормотал нер'Арр. - Я бы не отказался от

ребенка, рожденного э-эрри из рода Рандринов. Как, Зара, не хотите за меня замуж? Это не так страшно, как кажется.

Девушка мысленно сложила на его голову все проклятия, когда ладонь Аластида легла чуть ниже поясницы. Погладив по бедрам, на прощание коснувшись губами основания ее шеи, фрегой вернул полотенце на место.

- Не буду портить себе удовольствие. Да и Вам тоже. Какая же женщина мечтает, чтобы ее первая ночь любви прошла таким образом?

Он отошел, сняв с Зары путы волшебства.

- Послушайте, Вы, самонадеянный... - немного придя в себя, начала девушка.

Отойдэ поднял руку, прервав поток ее ругательств.

- Учитесь достойно проигрывать, сеньорита Рандрин. Ваша площадная брань не делает Вам чести. Что касается брака, то считайте это одним из предложений по мирному разрешению конфликта между нашими странами. Обыкновенный династический брак.

- Династический? - девушка оторопело уставилась на него, развеяв боевое заклинание. Так он не рядовой дворянин?

- Именно так. Я же говорил, что не так прост, - усмехнулся фрегой, довольный эффектом, которые произвели его слова.

- Вы жрец Темной госпожи?

Аластид кивнул:

- И не только. Так что очень не советую со мной связываться. Некс - лишь малая толика того, на что я способен. Уезжайте и забирайте своих спутников, иначе пеняйте на себя. Шегер и его кристаллы мои.

Развернувшись, он ушел, а Зара так и осталась сидеть на полу, осмысливая произошедшие события.

Глава 20.

- Я же просил быть осмотрительнее, просил немедленно сообщать мне обо всех происшествиях. Немедленно, Зара, -

это когда они случаются, а не спустя восемь часов, - Нубар Эрш расхаживал по кабинету, словно тигр в клетке. Стационарное пространственное зеркало отражало Зару Рандрин, сидевшую в одной из комнат дворца князя Юсфена. Внутренний голос твердил, что ее ожидает грандиозная взбучка, причем в двойном размере: ее сбивчивое сообщение внимательно выслушал и Рэнальд Рандрин.

В кабинете главы Департамента иностранных дел было на редкость многолюдно: кроме Советника, своим присутствием его почтили сеньор Тардес и сеньора Шуарш, Эсфохер, Шандер и парочка сотрудников Четвертого отдела, скромно замерших у двери.

Словом, девушка явственно ощущала привкус выговора, витавший в комнате. Радовало только одно: не в характере Нубара Эрша было честить своих сотрудников на чем свет стоит, впрочем, за год ее работы в департаменте ничего серьезного не случалось.

- Но я посчитала, что будет неудобным... - Зара осеклась, почувствовав на себе сразу два осуждающих взгляда.

- Разумеется, появление в Шегере Аластида нер'Арра -несущественная мелочь, о которой совершенно необязательно знать в Антории, - начальник наконец-то сел. - Зара, неужели Вы сразу не поняли, что перед Вами один из членов правящего дома Фрегойра?

- Он назвался как отойдэ нер'Арр, насколько я помню, отойдэ означает всего лишь принадлежность к родовому дворянству. Откуда мне было знать, кто прятался под вымышленной фамилией? - обиженно буркнула девушка.

- Фамилия не вымышленная, - подал голос Советник, - он всего лишь назвал только одну ее часть, своей простотой усыпляющую бдительность людей. Князь Юсфен тоже попался на эту удочку, не потрудился навести справки. Дворянин - и дворянин, один из многих. Второй наследный принц Кифрер Аластид Ша-эль-Ди, отойдэ нер'Арр, по совместительству маг и один из двух жрецов Темной госпожи

рода нер'Арр. Кифрер - общее для всех молодых людей с его титулом церемониальное имя, фрегойи не пользуются им в быту. Ша-эль-Ди - название ветви рода. Нер'Арр - древняя фамилия, среди ее представителей есть как ничем не примечательные дворяне, так и правители Фрегойра.

Если бы Зара не сидела, она бы точно упала. Кифрер Ша-эль-Ди... Титул второго наследного принца вводит в заблуждение лишь непосвященный, на самом деле все догадывались, что именно он станет будущим монархом Фрегойра. Первый наследный принц не пользовался популярностью среди дворянства, не обладал никакими особыми талантами, да и был зачат до брака. Последнее для фрегойев, впрочем, не имело значения, но могло подпортить имидж правителя в глазах других государств. Разумеется, если бы они захотели считаться с их мнением.

- Зара, выйди, пожалуйста, на время из прострации, и ответь на один вопрос: ты нам все рассказала? Мне показалось, что ты о чем-то умолчала, - герцог пристально смотрел ей в глазах; даже на расстоянии чувствовалось его внутреннее напряжение. Цвет радужки глубокий и на целый тон темнее привычного.

Ну да, умолчала: о том, что сцена происходила в купальне, о том, что во время разговора на ней было только полотенце, о том, какие вольности позволял себе Аластид. Об этом не хотелось распространяться не только при всем честном народе, но и просто наедине с отцом.

- Я рассказала все, - решительно возразила девушка.

Но Советника было не так-то просто провести.

- Зара, - покачал головой Рандрин, слегка подавшись вперед, - я же чувствую, что какие-то детали ты изменила, о чем-то умолчала. В наших общих интересах, чтобы мы знали всю правду. Я бы хотел, чтобы ты рассказала все сама, иначе я начну думать, что ты совершила что-то недозволенное.

- То, о чем я не доложила, - сугубо личное, не имеющее никакого отношения к политике.

Но личных дел у сотрудников Департамента иностранных дел при исполнении не оказалось, пришлось, сгорая от стыда, сообщить все, как было. Радовало то, что ее слышали только двое.

Как она и предполагала, реакция выдалась бурной, причем, осуждали вовсе не фрегойя, а ее: за беспечность, несдержанность, раскрытие инкогнито и обращение в э-эрри. Герцог сухо прокомментировал, что теперь дело добром не кончится, она разворошила мешок со змеями, а начальник, покусывая губы, напомнил, что девушка нарушила все его указания: не оборачиваться э-эрри, быть предельно осторожной и немедленно сообщать об изменении ситуации.

- Вы меня сразу убьете?

- Нет, частями, - усмехнулся граф. - Хорошо, в этот раз спишу на неопытность, но искреннее надеюсь, что следующего раза не будет. Выговор в личном деле - не самое лучшее начало карьеры. И, Зара, если я о чем-то прошу, то я не прошу, а приказываю. Вне службы Вы дочь Советника, на службе Вы моя подчиненная. Надеюсь, все понятно? Прекрасно! Тогда сегодня же, сразу после завтрака, Вы собираете вещи и едете в Олосер вместе с сеньором Аидара. К князю не заходите, с отойдэ нер'Арром не говорите, никому ничего не объясняете - за Вас это сделает Каран. В Олосере ведете себя тихо, сдержанно и осмотрительно. Взглядом э-эрри пользоваться разрешаю, но исключительно для служебных нужд. Вопросы?

- А обратно мне в Шегер возвращаться?

- Разумеется.

- А если там будет этот отойдэ?

- Не дразните его, не сердите и глазками не хлопайте. И не бродите по ночному дворцу в одиночестве. Вот ведь, женщины, сами неприятности провоцируют! А Вы, Зара, раз попали в такую щекотливую ситуацию, то не лезли бы на рожон, а вспомнили, в каком департаменте служите. Если уж понравились Аластиду, то воспользовались бы этим для

заключения нужного нам договора.

- Как, переспать с ним? - против воли вырвалось у взбешенной Зары.

- Полагаю, твой начальник не имел в виду столь радикальные средства, - улыбнулся герцог. - Речь шла о банальном кокетстве и различных знаках внимания, вроде взглядов, улыбок. Обнять бы себя позволила, чтобы усыпить его бдительность.

- Ему? Никогда! - практически выкрикнула девушка и оборвала связь. Пусть это чревато проблемами, но она не желает разговаривать с двумя извращенцами, для которых нормально терпеть прикосновения тех, кого ненавидишь.

- Зара Рэнальд Рандрин, мы поговорим обо всем вечером, -долетел до нее последний отголосок беседы. Тон отца выражал крайнее недовольство.

Девушка подавила в себе желание что-нибудь разбить, села на кровать и обхватила голову руками.

Она все испортила, она провалила всю операцию: своим максимализмом, несдержанностью, вспыльчивостью. Изображала бы начисто лишенную магических способностей скромницу, не щеголяла бы разноцветными глазами... После возвращения ее, наверняка, уволят или переведут в другой департамент, например, лекарских дел. А что, у нее все хорошо с врачеванием, а травология всегда была ее коньком. Карьеру-то девушка в нем сделает, дослужиться до должности какого-то помощника, но это так скучно, так обыденно и серо!

Зара дала себе слово с блеском выполнить возложенную на нее личную миссию и начала собираться. Все чувства были временно убраны в долгий ящик, на лицо надета маска.

К завтраку (он традиционно не подавался раньше десяти, если на то не было специальных указаний) девушка спустилась уже в дорожном платье. К счастью, Юсфен еще не проснулся, отойдэ нер'Арр тоже отсутствовал, и трое анторийцев трапезничали в полном одиночестве, не считая прислуживавших им слуг. Молчали, справедливо полагая, что

при шенгерцах нужно держать язык за зубами.

Каран бросил на Зару вопросительный взгляд - та кивнула. Да, она готова ехать прямо сейчас. Единственное, что ее волновало: выпустят ли их? Не отдал ли князь Юсфен под нажимом своего фрегойского друга приказ задержать их?

- Вещей минимум берите, поедете на моем коне, - улучив удобную минуту, шепнул Каран. - С сеньором Аидара я уже все обсудил, он приведет лошадей к нашей гостинице. Сотворите иллюзию, подкиньте ее для отвода глаз страже, а сами раскройте телепорт и переместитесь в город.

Значит, они бегут. Но не разумнее было забрать все вещи?

Отвечая на незаданный вопрос, Каран пояснил, что обязательно должно создаться впечатление, что они не уезжают надолго, максимум решили прогуляться по окрестностям.

- Не собираюсь я бросать свою одежду в Шегере! - шипела Зара, когда они все втроем собрались в ее комнате.

- Зара, Вы же вернетесь и беспрепятственно заберете их. Разумеется, если нас всех не отдадут в руки фрегойскому принцу, - после утреннего доклада начальству мужчины тоже были в курсе, кто такой Аластид. Карану же достался разнос со стороны Эрша, который вежливо, но твердо намекнул на то, что компетентные сотрудники Департамента иностранных дел должны назубок знать генеалогические таблицы всех королевских домов. Возразить было нечего, Каран допустил ошибку, не соотнес имя Аластид и фамилию нер'Арр. Не соотнес и не предупредил, хотя, как старший, должен был это сделать.

- У меня из головы вылетело, - после оправдывался он. - Все время путаюсь в членах правящей династии. Нет, чтобы все из одного рода были! Да и нер'Арр - не редкая фамилия, не только королевская. А на имя я как-то внимания и не обратил. Вот если бы я когда-нибудь этого принца видел...

И только Меллона никто ни в чем не винил.

Упаковав вещи в седельные сумки, Аидара ушел первым,

чтобы не привлекать подозрений. О том, как он намеревался провернуть трюк с лошадьми, маг умолчал. Может, собирался отвести глаза страже, а, может, намеревался попробовать протащить животных через телепорт. Правда, девушка никогда еще не слышал, чтобы последнее кому-то удавалось.

Выждав около часа, все это время проведя у себя в комнате, Зара осторожно поспешила в сад, посчитав благоразумным сотворить иллюзию там: вдруг кто-нибудь встретиться по дороге? Разумеется, встретились, и не только слуги. Князь Юсфен собственной персоной! В сопровождении мальчика с опахалом и пары неизменных телохранителей совершает моцион.

Пришлось остановиться, поздороваться, завести с ним бесцельный разговор о погоде, мечтая, чтобы князя поскорее позвали к себе государственные дела. Но Юсфен, похоже, не торопился, взял ее за руку и, поглаживая пальчики, пожирая похотливым взглядом поросячьих глаз, увлек в лабиринт из деревьев, цветов и фонтанов.

Девушке это очень не нравилось и совсем перестало нравиться, когда князь небрежным жестом отослал слуг, явно желая остаться с гостьей наедине. И точно - приосанился, расплылся в улыбке, предложил осмотреть оранжерею.

Перед Зарой стояла проблема: как отказаться от предложения и не испортить дипломатические отношения двух стран? Укреплять их подобным образом она не собиралась.

Сеньорита Рандрин вежливо отказывалась, Юсфен настаивал, не выпуская ее руки из своих.

Ситуация грозила выйти из-под контроля, нужно было что-то придумать. Не идти напролом, силой, а попробовать поступить иначе. Один раз за последние сутки она уже оступилась на тернистом служебном пути, не следовало усугублять свою вину.

Чего от нее хотят? Чтобы она пошла в оранжерею? Что ж, Зара пойдет, а по дороге заведет разговор на политические темы. Нубар Эрш запретил заходить к князю, но не запрещал

говорить с ним, не приказывал бежать от него без оглядки при встрече.

Итак, что мешает подписанию договора? Упертость Юсфена и присутствие фрегойского принца. Первого можно обмануть, сыграть на его тщеславии и мужском самолюбии, второго -нейтрализовать. Сам он не уедет, значит, этого должен захотеть князь. Задача сложная, нер'Арр ни в коем случае не должен догадаться, что за этим стоит она. Выслать из Шегера совсем тоже нельзя...

Идея родилась в ее мозгу уже у самого входа в оранжерею. Ревность! Если она нравится Юсфену, то он не потерпит соперника. Князь видел подчеркнутое внимание к ней со стороны фрегойя, так что остается изобразить только взаимность со своей стороны. На расстоянии, разумеется, кокетничать с опасным зверем в открытую девушка не собиралась, да это и противоречило приказу Эрша.

Дополнение к идее обрадовало ее еще больше.

Ей запретили пользоваться в отношении князя, но никто не запрещал кое-что внушить его слугам. Кто-то из них, несомненно, видел, как Зара вчера шла или возвращалась из купальни, в таком дворце на каждого найдется пара глаз за ковром, осталось только отловить первую попавшуюся служанку, да просто стражника и внушить ему или ей, что они видели леди Шамааш и отойдэ нер'Арра вместе. Для убедительности свидание будет происходить в купальне и не ограничится просто разговорами. Нет, просто поцелуи, но многообещающие.

Есть шанс, что после этого известия Юсфен взбесится и пошлет своего друга, скажем, на охоту. Ну, а Каран подсунет под нос князю проект договора. Как он убедит его подписать, не ее дело, ее задача - на время устранить Аластида.

Улыбаясь своей задумке, радуясь, что она не совсем беспомощна в плане дипломатии, Зара искупала Юсфена в лазури глаз. Не ожидавший такого подарка судьбы князь опешил.

- Вам нравятся фрезии? - спросил он, галантно пропуская даму вперед.

- Да, но я все же предпочитаю розы. Отойдэ нер'Арр рассказывал, что на его родине научились выращивать синие розы, а в Шегере есть такие, Ваше сиятельство?

- К сожалению, нет, прекраснейшая, подобных цветов не существует в природе, - князь незаметно пододвинулся ближе; рука расположилась в опасной близости от ее талии.

- Как нет? - изобразила искреннее удивление девушка, так же незаметно делая шаг назад. - Тогда где же Ваш друг взял синие розы? Я полагала, что они из Вашей оранжереи.

Есть! В его мозгу зародилось сомнение. Нахмурился, почесал переносицу.

- Аластид показывал Вам синие розы?

- Да, вчера. Там была целая корзина. Ваш друг очень мил, он обещал показать мне Шегер.

- Полагаю, что я, как правитель, мог бы справиться с этой задачей гораздо лучше него.

- Я не сомневаюсь, Ваше сиятельство.

- Так он подарил Вам цветы? - не унимался князь. Похоже, он раздумал приятно провести время с хорошенькой девушкой под сенью благоухающих декоративных деревьев.

- Честно говоря, я не знаю, от кого они были. Вчера мы беседовали о синих розах, я выразила сожаление, что ни разу их не видела, а потом обнаружила перед своей дверью корзины. Записки не было, цветы мог прислать кто угодно.

Юсфен окончательно помрачнел и потерял всякий интерес к прелестям оранжереи, Зара же, наоборот, внимательно рассматривала все ее растительное разнообразие.

Наконец оставил ее одну, сославшись на неотложные государственные дела, улыбнулся, пожелал доброго дня.

Девушка выждала минут пять и быстро вернулась во дворец, якобы что-то забыв в своей комнате.

Ей никак не удавалось найти одиночного стражника или слугу, а применять гипноз при свидетелях было нельзя. Она

уже почти отчаялась, когда заметила в конце коридора служанку со стопкой свежего белья. Женщина - это даже лучше, не придется придумывать, как она оказалась возле купальни.

Зара подозвала ее, намеренно встав так, чтобы и на нее, и на служанку падала тень.

- Госпожа что-то желает? - не выпуская белья из рук, поклонилась женщина.

- Да, хотела похвалить тебя за хорошую работу.

Служанка удивленно подняла на нее глаза и утонула в синеве

радужки э-эрри.

Удерживать контакт было легко, шегерка и не думала сопротивляться, она просто не поняла, что произошло.

Освоившись в чужом сознании, девушка, вспомнив все те немногие любовные романы, которые ей удалось прочесть (всего один, да и то в период битвы за Меллона с Сабиной), начала выстраивать в мозгу служанки красочную картинку подсмотренного свидания. Она старалась, чтобы все вышло как можно романтичнее.

Итак, решила женщина забрать грязные полотенца из комнатки для переодеваний, как услышала голоса: мужской и женский. Мужчина говорил женщине комплименты, та смущенно отнекивалась, говорила, что ей надо идти.

Служанке стало интересно, кто же притаился в купальне, она осторожно выглянула и увиделат отойдэ нер'Арра и гостью князя. Они стояли так близко, что между ними едва прошел бы солнечный луч.

Фрегой что-то прошептал на ухо леди Шамааш, та улыбнулась, потом отвернулась, и в этот момент он обнял ее, привлек к себе и поцеловал. Гостья князя не сопротивлялась, хоть на словах и выразила недовольство. Ее рука на минуту легла на спину мужчине, скользнула по ней... От второго поцелуя леди увернулась, отпрянула на несколько шагов, но не ушла. Она напомнила, что согласилась придти только для того, чтобы поговорить.

Отойдэ нелицеприятно отозвался о князе, назвал его старым обрюзгшим развратником, утверждал, что влюбился с первого взгляда, и просил разорвать помолвку. Леди Шамааш возразила, что это невозможно, но вскользь обмолвилась, что не любит жениха.

Что было дальше, служанка не видела, но различала шепот гостьи: 'Спокойной ночи, Аластид, и помните, что надежда умирает последней'.

Сочтя, что картинка вышла сочной и реалистичной, Зара с усмешкой добавила приказ: 'Ты, непременно, должна рассказать обо всем князю и поведать, как отойдэ нер'Арр отзывался об умственных и мужских способностях Его сиятельства. Он говорил об этом своим приятелям-фрегойям'. Да, удар ниже пояса, но нужно подстраховаться. Вряд ли князь сохранит хорошие отношения с тем, кто смеется над тобой в кругу друзей, утверждая, что ты абсолютно беспомощен в постели.

Отпустив служанку и вернув себе обычный облик, Зара для виду зашла к себе, а потом, не удержавшись, щелкнула телепортом, предварительно оставив свою иллюзию лежать на постели и якобы страдать от головной боли. Она и так задержалась, того и гляди мог нагрянуть Каран и начать выяснять, почему она все еще здесь.

Меллон, нервничая, уже поджидал ее возле гостиницы с двумя оседланными лошадьми.

- Ну наконец-то! - облегченно выдохнул он. - Вас только за смертью посылать!

Девушка промолчала и с его помощью забралась в седло. Она искренне надеялась, что ее маленький фокус со служанкой откроется уже после того, как они пересекут границу.

Главную трудность представляло выбраться по этим узким улочкам из города и благополучно миновать многочисленные рвы и охранные посты. Оба всерьез опасались, что князь отдал какой-нибудь приказ, ограничивающий свободу передвижения

его анторийских гостей. Вещи на всякий случай скрыли иллюзией, совместными усилиями превратив седельные сумки в корзины для пикника.

- По-моему, хорошая идея, - маг напряженно посматривал по сторонам. - Дорога идет вдоль берега моря, мы не вызовем подозрений.

- Меллон, у Вас с актерскими способностями как?

Аидара вопросительно посмотрел на нее, не улавливая хода мысли.

- А то, что Вы сейчас чернее тучи. Жених повез свою невесту на пикник....

- И по дороге они поссорились.

- Почему сразу поссорились? - обиделась девушка.

- Потому что, Зара, в реальности все бы так и было.

Зара отвернулась, скользя глазами по веревкам с бельем.

Зачем он это сказал?

Лошади продвигались к воротам мучительно медленно, утопая в живом людском море. Пробовать просить посторониться было бесполезно: прохожие и не думали ускорять шаг или прижиматься к стенам. Они никуда не торопились, спокойно шли по своим делам.

Наконец впереди замаячили стены внутренних городских укреплений.

Легкий укол беспокойства анторийцы ощутили, когда стражники потребовали предъявить документы. Меллон взял разговор с ними на себя, знаком попросив девушку не вмешиваться. Она не возражала, гадая, связана ли эта проволочка с Юсфеном. Интуиция Зару не подвела.

- Я очень сожалению, господин, но мы можем пропустить только Вас, - солдат вернул документы и на всякий случай приказал немного опустить решетку, так, чтобы не мог проехать всадник. - Начальником стражи даны строгие указания не выпускать леди Шамааш без должного сопровождения.

- Позвольте узнать, что Вы понимаете под должным

сопровождением? - нахмурился маг. - На каком основании мою невесту не выпускают из города?

- Невесту? - стражник задумался. Значит, Юсфен опасался, что Аластид нер'Арр попытается похитить анторийку. - Чем Вы можете это доказать?

Зара отвернулась и постаралась незаметно создать иллюзию кольца. Вроде бы получилось убедительно, если руками не трогать. Желательно, чтобы такое же было у Меллона, но колдовать под носом вооруженных арбалетами людей невозможно. Вернее, возможно, но не в этой ситуации. Да мужчины часто и не носят обручальные кольца: хотят погулять перед свадьбой.

- Какие-то проблемы? - улыбаясь, она подъехала к стражникам, как бы невзначай блеснув кольцом на безымянном пальце левой руки. Обручальное кольцо - вещь специфическая, на нем гравируются инициалы жениха и невесты.

- Да вот, требуют доказать, что я твой жених, - подхватил ее игру Аидара.

- Я могу предъявить им обручальное кольцо и дать честное слово дворянки. Но если и этого мало...

Зара успела вкратце ознакомиться с традициями конфедерации Мангеш и Шегера в частности и знала, что они строго регламентируют отношения мужчины и женщины на людях. То, что она намеревалась сделать, могла позволить себе только супруга или, в крайнем случае, невеста.

Лишь бы только Меллон среагировал правильно!

Девушка немного подалась вперед, наклонилась, бережно обхватила руками мага за шею и поцеловала. Она хотела, чтобы поцелуй вышел мимолетным, формальным, хотела едва скользнуть по его губам, но вышло совсем иначе.

Снова ощутив его запах, прикоснувшись к его губам, девушка не сдержалась и поцеловала по-настоящему. Нахлынули забытые ощущения, сердце вновь сжалось в комочек.

По телу пробежала теплая волна, накрыла ее с головой, заполнив каждую клеточку тела, когда Зара ощутила ответное движение. Пусть всего на мгновение, но этого с лихвой хватило, чтобы девушка поняла, что Меллон Аидара за этот год не стал для нее посторонним человеком, чтобы вновь защемило где-то под ребрами, будто от тоски. Кто бы мог подумать, что ей так этого не хватало!

Если бы он плотно сжал губы, если бы он отстранился... Но Меллон этого не сделал, позволил поцелую затянуться и только потом повел головой в сторону.

Зара неохотно вернула телу привычное положение, заставила себе улыбнуться, мысленно кляня себя за непростительную слабость. Опять то же, опять та же ловушка! Почему это никак не может отпустить ее, почему просыпается, расправляет крылья, словно дракон после зимней спячки?

И ведь она его сама поцеловала! Нет, не в этом дело - он поцеловал ее в ответ, бережно, сдержанно, как в первые месяцы их любви.

Будто ничего не кончено, будто ничего не было. Глупая иллюзия! Она не любит его, он давно холоден к ней.

- Нечего было целовать, нечего было поддаваться дурману, он ведь просто играл, - ругала себя Зара, делая вид, что изучает стену. - Нужно выкинуть из головы, не зацикливаться на этом.

Девушка все еще ощущала вкус его губ и то странное смятение, которое вновь превратило прошлое в настоящее. Вспомнился Соот, вспомнилась ночь, когда она впервые поцеловала его, их первый проведенный вместе вечер, его отъезд, их размолвка, непрочитанные письма, отвергнутые цветы, его гордость, ее кокетство с Ариланом, желание сделать больнее. И чувство, которое, даже спустя год, вызывали у нее окна Департамента магической обороны. Она ведь ни разу не бывала там: подсознательно боялась столкнуться с Первым помощником. А потом увидела его рядом с Караном, так постыдно побледнела...

Неужели что-то осталось? Этого не может быть, это все проклятый поцелуй!

Зара украдкой взглянула на Меллона: даже не переменился в лице, серьезный, собранный. Кажется, убедил их пропустить.

Почему именно его выбрали ей в телохранители? Она с самого начала чувствовала, что возникнут проблемы, только не думала, что такие. Ладно, забудется! Мимолетная женская слабость, призраки воспоминаний.

На следующих постах их не останавливали: видимо, стражники передали информацию по цепочке.

Маг изучал карту, а его спутница наводила порядок в своем внутреннем мире.

Дорога бежала вдоль берега моря; если оглянуться, были видна колония крикливых ласточек. Постепенно появились рыбацкие деревушки, опутанные сетями, пропахшие тиной и рыбой.

Часа через два сделали привал.

Зара стояла и смотрела на море, борясь с желанием сказать Меллону то, что она должна была сказать давным-давно. Ему, наверное, сейчас это и не нужно, запоздала она со своими словами. Пришла к выводу, что сказать все-таки стоит, чтобы самой стало спокойнее, и замолчал проснувшийся внутренний голос, евший ее поедом, будто бродячий пес.

- Меллон, Вы не очень обиделись тогда, у ворот?

- Обиделся? - удивился маг. - За что? Вы проявили изобретательность, сумели убедить этих твердолобых стражников, что мы те, за кого себя выдаем. Мне похвалить Вас надо, а не обижаться.

- Раньше Вы не поощряли моих инициатив, - усмехнулась девушка.

- Когда? Во время практики? Потому что они были сопряжены с риском для жизни. Пить хотите?

Зара кивнула, приняла из его рук флягу с водой и сделала несколько глотков.

Жарко, по-прежнему очень жарко... Нужно повязать что-то

на голову, чтобы не случился тепловой удар. Или она его уже заработала, раз ей не дают покоя разные хаотичные мысли.

- Все в порядке? - Меллон обратил внимание на ее участившееся дыхание и непривычный цвет лица. - Вы не перегрелись? Давайте повяжем Вам на лоб что-то холодное. И не стойте на солнцепеке, посидите в тени и не двигайтесь.

Заре и вправду было не очень хорошо: слегка кружилась голова, на коже блестели бисеринки пота. Опустившись на траву, она прислонилась спиной к масличному дереву и прикрыла глаза. Вскоре приятная прохлада коснулась ее лба: маг обернул вокруг ее головы мокрое полотенце. Его пальцы легли ей на запястье, отсчитывая ритм пульса. Девушка не двигалась, позволяя о себе заботиться, а потом, обратив на присевшего рядом спутника взгляд таких же, как и небо, глаз, прошептала:

- Меллон, простите меня.

Такого он точно не ожидал.

Меллон никак не мог понять, за что она просит прощения, несколько раз перебрал в памяти события путешествия, но так и не нашел ни одного мало-мальски подходящего повода.

Он внимательно посмотрел на девушку, пытаясь прочитать разгадку на ее лице - ничего. Может, это жара таким странным образом действует на сеньориту Рандрин?

А полотенце-то высохло, надо снова намочить.

И голова, наверняка, у нее кружится, он мог бы помочь, но ведь она не попросит! Наверное, ей неприятно, когда он к ней прикасается. Что ж, Зару можно понять.

- Так за что мне Вас простить, сеньорита Рандрин? - Меллон наклонился, прикоснулся пальцами к полотенцу, и оно снова наполнилось влагой. - Голова кружится? Тошнит?

- Спасибо, мне уже лучше, - улыбнулась Зара. - Чуть-чуть кружится. И перед глазами - красные мушки.

- Нельзя ездить по такому солнцу с непокрытой головой! У Вас есть шляпка?

Зара ответила отрицательно и поспешила добавить:

- Ничего, я что-нибудь наколдую.

- Магическое долго не прослужит, - напомнил Аидара. - Да и колдовать в Вашем состоянии... Я что-нибудь придумаю.

- Я не беспомощный ребенок, я сама. Но спасибо за заботу. А извиниться я хотела за свое отвратительное поведение по отношению к Вам.

- Я привык, - пожал плечами маг.

- Меллон, зачем Вы так? Вы до сих пор не можете меня простить, да? - протянув руку, она коснулась его плеча.

- Зара, давайте не будем! - он аккуратно убрал ее руку. -Зачем Вы начали этот разговор, для успокоения совести?

Как же ей хотелось дать ему пощечину! Инстинктивно, не задумываюсь, как мгновенную реакцию на последнюю едкую фразу.

- Все ясно: не простили и никогда не простите. Не позволят уязвленная гордость и болезненное мужское самолюбие. Жаль! А я хотела, чтобы наши отношения снова стали нормальными, исчезла эта напряженность. Но не хотите, так не хотите!

Зара встала, подошла к лошадям, достала из седельной сумки шарф и повязала на голову. Потом осторожно спустилась по протоптанной ребятишками тропинке к кромке воды и несколько минут постояла там, не двигаясь. Меллон не мешал ей, воспользовавшись моментном, делая какие-то пометки в блокноте.

Головокружение прошло, зрение вновь стало нормальным, и, сочтя привал несколько затянувшимся, сеньорита Рандрин сообщила, что можно трогаться в путь.

На сердце тоже полегчало, противный внутренний голос умолк, воспоминания больше не напоминали о себе, и Зара даже сумела завязать со своим телохранителем разговор о культе Темной госпожи - последний с каждым днем интересовал ее все больше.

Переночевав в одном из постоялых дворов, они свернули на проселочную дорогу, проложенную вдоль оросительного

канала, и через несколько часов выбрались на Олосерский тракт. Если за ними следили, то должны были подумать, что они путешествуют вдоль береговой линии, когда как их путь лежал на северо-запад.

Глава 21.

Олосер, словно клинком меча отделявший прочие государства конфедерации Мангеш от Аркидских гор, тонкой полосой врезался в Анторию. Видимо, поэтому местное наречие здесь было наиболее схоже с анторийским диалектом, а внешность олосерцев лишена яркого восточного колорита.

Разглядывая карту, Зара поняла, что не так далеко от княжества находятся 'места ее боевой славы' - Соот. При желании до него можно было добраться за неделю, если, разумеется, не пугала перспектива путешествия по негостеприимной пустоши. Где-то там, на западной ее оконечности, в свое время прятались от властей Арилан и его мать.

Глухие места, негостеприимные.

Растительности стало заметно больше, но вся она была чахлой и унылой. Не помогали даже мелкие речушки и ручейки, то здесь, то там пронизывавшие поверхность бурой земли.

По пастбищам по-прежнему бродили стада коз и отары овец, к ним добавились лошади, невысокие, длинношеие, мускулистые. Их разводили на продажу: почва Олосера не способствовала богатым урожаям.

Время от времени на княжество совершали набеги драконы, причиняя не малый вред сельскому хозяйству и животноводству, но заграничные маги существенно сократили их поголовье, заставив быть осторожнее. Под осторожностью драконы понимали не разбой среди бела дня, а одиночные ночные вылазки. Выставленные против них часовые не

спасали: стрелы лишь злили крылатых ящеров, оборачиваясь жертвами среди мирного населения.

В каждой олосерской деревне имелся набатный колокол, в который звонили, едва заметив появление подозрительной тени в небе. Правда, по мере продвижения вглубь страны шансов встретить пышущее огнем чудо природы (или домашнее животное мира Ночи, это как кому нравится) становилось все меньше: драконы не любили мирта, городов и храмов, а всего этого на северной границе конфедерации вообще и княжества Олосер в частности было много.

Тайного анторийского агента, которого предстояло разыскать среди низкорослых кустарников и вытоптанных лошадьми левад, звали Эшбрех. Фамилии у него то ли не имелось вовсе, то ли он не пожелал ее сообщать, что, к слову, было крайне разумно с его стороны. Жил он в городке под названием Убрек, в густозаселенном и относительно спокойном с точки зрения драконов районе княжества. Нубар Эрш снабдил ее названием кабачка, куда Эшбрех регулярно наведывался и где обычно передавал информацию для Антории. Шансы застать его были невелики, но надо же было с чего-то начинать?

По дороге тянулась бесконечная вереница повозок, обогнать их не было никакой возможности, поэтому пришлось приноровиться к неспешной скорости потока крестьян и торговцев. Пыль, поднимаемая колесами и копытами животных, оседала в носу, оставляла неприятный привкус на губах, оседала на одежде. Замотав лицо шарфом, чтобы хоть как-то уберечься от этой напасти, Зара с нетерпением вглядывалась в прерывистую полосу горизонта, надеясь отыскать признаки приближающегося города.

Тело чесалось, помыться, кроме как в реке, было негде. Она бы не побрезговала, окунулась в эту мутную воду, очистила бы себе пяточек с помощью магии, но, как назло, по берегам рек не росли деревья, и уединиться было решительно негде. Не считать же достойным прикрытием кустики боярышника?

Неприятно было купаться под прицелом многочисленных глаз, даже юбку выше колена не поднимешь, лишнюю пуговку не расстегнешь. Положим, Меллона можно попросить уйти или отвернуться, а с остальными что делать? Не будет же маг отгонять их от реки, пока девушка принимает ванну в полевых условиях?

И Зара мужественно терпела неудобства, думая порой, что многое отдала бы за простейшие блага цивилизации.

А тут еще эти мерзкие мошки, роем вившиеся над некоторыми кустарниками, мелкие, верткие, проникавшие под одежду. Казалось, от них нельзя избавиться без помощи магии.

Словом, по сравнению с Олосером Шегер не казался таким уж жутким - там хотя бы не было насекомых и пыли.

Через несколько часов тряски по проложенной невесть когда дороге в поле зрения наконец-то возникли вожделенные крыши домов. Увы, всего лишь деревенька, но она преисполнила сеньориту Рандрин небывалым энтузиазмом. Еще бы, ведь она сулила воду, еду и возможность переодеться.

Постоялый двор ка