КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 615541 томов
Объем библиотеки - 958 Гб.
Всего авторов - 243232
Пользователей - 112893

Впечатления

vovih1 про серию Попаданец XIX века

От

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Барчук: Колхоз: назад в СССР (Альтернативная история)

До прочтения я ожидал «тут» увидеть еще один клон О.Здрава (Мыслина) «Колхоз дело добровольное», но в итоге немного «обломился» в своих ожиданиях...

Начнем с того что под «колхозом» здесь понимается совсем не очередной «принудительный турпоход» на поля (практикуемый почти во всех учебных заведениях того времени), а некую ссылку (как справедливо заметил сам автор, в стиле фильма «Холоп»), где некоего «мажористого сынка» (который почти

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Борков: Попал (Попаданцы)

Народ сайта, кто-то что-то у кого-то сплагиатил.
На той неделе пролистнул эту же весчь. Только автор на обложке другой - Никита Дейнеко.
Текст проходной, ни оценки, ни отзыва не стоит.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про MyLittleBrother: Парная культивация (Фэнтези: прочее)

Кто это читает? Сунь Яни какие то с культиваторами бегают.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Ясный: Целый осколок (Попаданцы)

Оценку поставил, прочитав пару страниц. Не моё. Написано от 3 лица. И две страницы потрачены на описание одежды. Я обычно не читаю женских романов за разницы менталитета с мужчинами. Эта книга похоже написана для них. Я пас.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
kiyanyn про Meyr: Как я был ополченцем (Биографии и Мемуары)

"Старинные русские места. Калуга. ... Именно на этой земле ... нам предстояло тренироваться перед отправкой в Новороссию."

Как интересно. Значит, 8 лет "ихтамнет" и "купили в военторге" были ложью, и все-таки украинцы были правы?..

Рейтинг: -1 ( 2 за, 3 против).

Что-то вроде любви [Леонид Филиппов] (fb2) читать постранично


Настройки текста:




Филиппов Леонид Что-то вроде любви

Леонид Филиппов

ЧТО-ТО ВРОДЕ ЛЮБВИ

Критическая статья по Пелевину

- Ты опять все подменяешь,

отвечал Затворник. - Это

только поиски свободы.

В.Пелевин "Затворник и Шестипалый"

ВВЕДЕНИЕ

Пытаясь написать нечто цельное о творчестве Виктора Пелевина, я столкнулся с непреодолимым противоречием. Есть Пелевин-писатель с его книгами, - сам по себе. И есть реакция социума на эти явления - очень разная: от одного полюса до другого; но - во всех случаях - с эмоциями. И реакция эта - тоже сама по себе. Порой эти две области настолько мало соотносимы, что совместить их в одном пространстве попросту немыслимо: Так получились две почти независимые части. В первой - разговор по большей части о творчестве. При этом я (вообще говоря, не имея на то никаких прав) позволил себе прибегнуть к помощи одного из величайших специалистов по этой части - Андрея Синявского - использовав его "Прогулки с Пушкиным" как основной мотив. Тема же части второй - не только и не даже столько сам писатель, сколько поднятые им волны. Ибо на сегодня это веселое имя - Пелевин - едва ли не лакмусовая бумажка при определении реакции того или иного комментатора литературного процесса. Так что тем, кто интересуется прежде всего отношениями советую обратиться сразу туда. у а любящим пелевинскую прозу как таковую, надеюсь, интересно будет заглянуть и в начало.

Gaudeamus:

----------------------

Публиковалось в журнале "Звезда" 5/99

1. ПОЛЕТЫ С ЗАТВОРИКОМ

Вариации на заданную тему

Он не знает запретов и готов ради пикантности покуситься на небеса. Абрам Терц

При несомненном ажиотаже вокруг имени Пелевина - как за , так и против нам как-то затруднительно выразить, в чем именно его выделенность и почему именно ему, Пелевину, досталось в последние годы столько восторгов и ругани. Помимо авторитета солидной премии и явной популярности, за которой его личность несколько расплывается, - трудность заключается в его абсолютной доступности и непроницаемости одновременно. Провозглашаемые им истины не содержат, кажется, ничего такого особенно незнакомого. Позволительно спросить, усомниться (и ох как многие усомнились): да так ли уж талантлив ваш Пелевин и чем, в самом деле, он привлекает внимание за вычетом десяткадругого ладно скроенных новелл, про которые и сказать-то нечего, кроме того, что они крепко сшиты? Кто же читатель Пелевина? Да едва ли не первый встречный из скольконибудь читающих вообще. "у как же, читал, знаю, дело известное". А уж среди "учащейся молодежи" - и подавно. Модно даже - это при том, что общая озабоченность чтением литературы за последние годы никак не возросла. Куда там! А вот Пелевин - это просто, это - дело известное.

Что же имеется в том, настоящем Пелевине такое, что располагает к всеобщему панибратству, к упрощению до лубочной, площадной "понятности"? Легкость - да. Во всяком случае - чисто внешняя. О корнях этого свойства и поговорим. Итак, первое. Он ни в грош не ставит так называемое искусство и демонстративно нарушает все и всяческие правила, отдавая предпочтение сиюминутному настроению, порой - шуточно-балаганному, порой философски-рассудочному. о в любом варианте - никаких "высоких целей". "Плоды веселого досуга не для бессмертья рождены". Это и от скромности, конечно, - в начале. о главное все же - всегда и в любых проявлениях этого писателя - абсолютная неспособность хоть в чем-то быть зависимым, несвободным. Связанным. Отсюда и поза - "ленивое положенье". Какие, дескать претензии - никто на глубину и не претендовал. Ах, вы там что-то такое находите? у так эти проблемы вам и решать. А мы расставаться с репутацией ленивого шутника не намерены - себе же дороже: отвечай потом за каждое слово - вот еще. Отсюда и уход от "тщательности" - во всем: и в языке, и в сюжетах. А то, что периодически (то часто, а то совсем редко) встречаешь, читая Пелевина, отточенные и завершенные фразы, фрагменты и целые новеллы так это от лукавого, каковой и водил пером писателя, воспользовавшись его леностью и расслабленным положеньем. е вносить же ляпы специально, это было бы не просто нелепо, это бы связало точно так же, как и тщательная редактура изначально несерьезного текста. Лень-с... Будем делать вид, что бездельничаем; способ проверенный, да и многое позволяет. Так сказать, жить играючи. А если на этом фоне кого-то вдруг поразит обилие мыслей (Пелевинмыслитель! Можно ли ожидать? Ха.), так этот кто-то, видать - редкое исключение среди читателей. Ибо тут уж одно из двух: или вы читаете по форме - и тогда вас непременно начнет раздражать и самая эта форма, и многие мелочи вокруг нее. Или же - форма вас не смущает никаким образом (скорее уж напротив) - и тогда наличие глубины удивить не должно. Да и есть уже читатели, с самого начала приученные к тому, что Пелевин - философ. Их предупредили. Опять же - лауреат и все такое. Они-то, конечно, удивятся на господ критиков, не приметивших очевидных глубин. Естественно, подобный стиль общения с миром не мог обойтись без