КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 423985 томов
Объем библиотеки - 577 Гб.
Всего авторов - 201970
Пользователей - 96155

Впечатления

ZYRA про Солнцева: Коридор в 1937-й год (Альтернативная история)

Оценку "отлично", в самолюбовании, наверное поставила сама автор. По мне, так бредятина. Ходит девка по городу 1937 года, катается на трамваях, видит тогдашние машины, как люди одеты, и никак не может понять, что здесь что-то не то! Она не понимает, что уже в прошлом. Да одно отсутствие рекламных баннеров должно насторожить!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
кирилл789 про Углицкая: Наследница Асторгрейна. Книга 1 (Фэнтези)

вот ещё утром женщина, которую ты 24 года считала родной матерью так дала тебе по голове, что ты потеряла сознание НА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ! могла и убить, потому что "простая ссадина" в обморок на часы не отправляет. а перед тем, как долбануть (чем? ломиком надо, как минимум) тебе по башке, она объяснила, что ты - приёмыш, чужая, из рода завоевателей, поэтому отправишься вместо её родной дочери к этим завоевателям.
ну и описала причину войны: мол, была у короля завоевателей невеста, его нации, с их национальной бабской способностью - действовать жутко привлекательно на мужиков ихней нации.
и вот тебя сажают на посольский завоевательский корабль, предварительно определив в тебе "свою", и приглашая на ужин, говорят: мол, у нас только три амулета, помогающие нам не подвергаться "влиянию", так что общаться в пути ты и будешь с троими. и ты ДИКО УДИВЛЯЕШЬСЯ "что за "влияние"???
слушайте две дуры, ггня и афторша, вот это долбание по башке и рассказ БЫЛО УТРОМ! вот этого самого дня утром! и я читаю, что ггня "забыла" к вечеру??? да у неё за 24 тухлых года жизни растением: дом и кухня, вообще ничего встряхивающего не было! да этот удар по башке и известие, что ты - не только не родная дочь, ты - вообще принадлежишь к нации, которую ненавидят побеждённые, единственное, что в твоей тухлой жизни вообще случилось! и ТЫ ЗАБЫЛА???
я не буду читать два тома вот такого бреда, никому не советую, и хорошо, что бред этот заблокирован.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Ивановская: От любви до ненависти и обратно (Фэнтези)

это хорошо, что вот это заблокировано. потому что нечитаемо.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Матеуш: Родовой артефакт (Любовная фантастика)

девочкам должно понравиться. но я бы такой ггней как женщиной не заинтересовался от слова "никогда": у дамочки от небогатой и кочевой жизни, видимо, глисты, потому что жрёт она суммарно - где-то треть написанного.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Годес: Алирская академия магии, или Спаси меня, Дракон (Любовная фантастика)

"- ты рада? - радостно сказал малыш.
- всегда вам рада!
- очень рад! - сказал джастин."
а уж как я обрадовался, что дальше эти помои читать не придётся.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
ZYRA про Криптонов: Заметки на полях (Альтернативная история)

Гениально.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).

Новый мир, 2005 № 01 (fb2)

- Новый мир, 2005 № 01 (и.с. Журнал «Новый мир») 1.46 Мб, 429с. (скачать fb2) - Юлия Винер - Владимир Иванович Новиков - Максим Анисимович Кронгауз - Александр Семёнович Кушнер - Максим Альбертович Амелин

Настройки текста:




Препинание - честь соловья

                           *      *

                               *

Ехать в автомобиле

По дороге ночной

В романтическом стиле

Под ущербной луной,

Заходящей за тучу,

И в сверкании фар

Куст выхватывать — штучный,

Золотой экземпляр.

В дождевой пелерине,

В черно-синих тонах,

Проведя по машине

Мокрой веткой впотьмах,

С непонятной отвагой

Потянувшись ко мне,

Он как мальчик со шпагой

На картине Мане.

Полуночница-птица,

Словно тень, промелькнет.

Видно метров на тридцать,

И не дальше — вперед,

Я не знаю, что будет

Ни с поэзией впредь,

Ни с земным правосудьем,

Ни с ценою на нефть.

Но надеется сердце

На везенье и честь.

Ах, у всех европейцев

Что-то общее есть.

В пепельницу окурком

Ткнусь, приметлив и зряч.

Есть и под Петербургом,

Среди вырицких дач.

Мы любили, страдали,

Разгоралась заря.

Помнишь, в детстве читали

Нам “Лесного царя”?

Туч косматые клочья

И балладный нажим.

Всякий, едущий ночью,

Поспешает за ним.

 

Фотография. 1957

Группа советских поэтов: Смирнов,

Инбер, Твардовский, Прокофьев, Мартынов,

Слуцкий — я всех перечислить готов,

В группу попавших, седьмой, самый чинный,

Важно стоит Заболоцкий, ему

После всего, что с ним было, Равенна

Кажется, может быть, сном: одному

Из семерых ему ад по колено.

Дантовский, четко расчерченный ад,

Строго расчисленный, с дымом и пеплом.

Пышный, парадный венок жестковат

На фотографии, накрепко слеплен,

Я присмотрелся: да сколько ж кустов

Лавра пошло на него или роща?

Инбер, Прокофьев, Мартынов… Смирнов

Пишет всех лучше, а главное, проще.

Льется на группу полуденный свет.

Слава, и честь, и завидное благо.

А Пастернака с Ахматовой нет,

Не нашумел еще “Доктор Живаго”,

Гром впереди и великий разнос,

Выступят Инбер, Смирнов и Мартынов,

Слуцкий-бедняга, под общий психоз

Сдуру попавший, со скорбною миной.

Вот он — в избранников тесной толпе.

Может быть, если б не эта поездка,

Не возомнил бы он так о себе,

Мненье не высказал сжато и веско.

Лет через десять, надломлен и хмур,

Скажет он мне в коктебельской столовой:

“Не осуждайте меня чересчур.

Я виноват”. Испугаюсь: “Ну что вы!”

 

                           *      *

                               *

Опыт дружбы уныл и тяжел

И мучителен. Если б Итакой

Или Троей дышал он и цвел!

Где блестящий ее ореол,

Средиземной подсвеченный влагой?

Где классический профиль и фас

И бок о бок упорство в сраженье?

На романтиков я бы как раз

Не ссылался: их дружба — на час

И на тысячу лет — расхожденье.

Вы мне нравились, смех, болтовня,

Град на даче — мильоны горошин —

Призрак в августе зимнего дня.

Беспокоилась мать за меня,

Говорила: ты неосторожен.

Осторожничать, скрытничать? Нет.

И печаль, и сердечная рана

Извлекались на солнечный свет.

Неужели за сумраком лет

Друг наш вытащит их из кармана?

Ведь не все же, не все таковы

Результаты, земные итоги.

Как дымился тот град средь травы!

И не страшно Патроклу молвы

И Ахиллу — и любят их боги.

 

Увлекательное чтение

Я помню, — он пишет, — в поместье у нас коня —

Любителя музыки. Мать над клавиатурой

Склонялась — и музыка радовала меня,

И конь прибегал под окно, шелковисто-бурый,

Клал голову на подоконник — и замирал.

Пожалуйста, гладьте, треплите его по гриве

Рукой — не вскипит, не покажет зубов оскал.

Вы счастливы? Конь, безусловно, еще счастливей!

Такой