КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 409391 томов
Объем библиотеки - 544 Гб.
Всего авторов - 149091
Пользователей - 93217

Впечатления

monahwar про Смекалин: Счастливчик (Фэнтези)

вроде интересно.жу продолжения

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Федоренко: Исковерканный мир. Сражайся или умри! (Боевая фантастика)

В версии 1.1 кое-что поправил.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
кирилл789 про Хохлова: Когда вампиры плачут (СИ) (Фэнтези)

- знаешь, наш сосед - вампир!
- пойдём покупать чеснок и затачивать колья?
-----------------
в кабаке, в полутьме, как-то разглядела у приятеля клыки, поделилась с братом, он сразу же поверил. вызвал ещё одного своего приятеля, рассказал, приятель тоже сразу поверил. и сели они разрабатывать операцию по уничтожению клыкастика. вот так сразу.
даже в "колобке" завязка интриги интереснее. фу.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Обская: Проснуться невестой (СИ) (Любовная фантастика)

не фейверк, но душевно, а в конце даже слёзовыжимательно, но чуть-чуть. девочкам должно нравиться.)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Гаврилова: Зачарованная для Повелителя (Эротика)

в меру приключений, не захватывает до дрожи, этого нет. но анна гаврилова и не агата кристи, ей и не надо. вменяемая, читаемая, весёлая вещь.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Бахтияров: Проклятье новобрачной (Любовная фантастика)

ну, слов нет, настолько здорово!
даже несколько раз выскакивающее и мной ненавидимое "потом расскажу" не оторвало от чтения.
читаю мадам впервые и очень надеюсь, что и остальные вещи окажутся на таком же прекрасном уровне!
в общем, кто любит детективы (и немного мистики)) советую.)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Из дневника последних лет жизни (fb2)

- Из дневника последних лет жизни 80 Кб, 25с. (скачать fb2) - Чарльз Буковски

Настройки текста:




8/28/91 11:28 PM

Капитан пошел завтракать, а матросы захватили корабль.

День на скачках начинается с заключения пари. Здесь становится скучно, даже если выигрываешь. Минуты ожидания между забегами, превращают жизнь в пустоту. Проходящие люди выглядят серыми. И я с ними. Но куда же я еще могу пойти? В Музей Искусств? Или сидеть весь день дома и изображать писателя? Я мог бы носить маленький галстук. Вспоминаю одного мужика, вечно нажратого: с болтающимися пуговицами на рубашке, блевотиной на штанине, с растрепанными волосами, развязанными шнурками — но у него был длинный, безупречно чистый галстук. Это должно было значить, что он поэт. Его произведения? Забудьте…

Вошел, искупался в пруду, направился на пляж. Моя душа в опасности. Всегда была.

Приближалась отличная темная ночь, мы сидели на кушетке с Линдой, когда раздался стук в дверь. Линда открыла.

«Подойди сюда Хэнк».

Я подошел к двери, разутый, в халате. Молодой блондин, молодая полная девица и еще одна, средняя.

— Они хотят твой автограф.

— Я не встречаюсь с людьми, — сказал я им.

— Мы хотим только автограф, — сказал блондин, — и обещаем больше не появляться.

Потом он начал смеяться, схватившись за голову. Девицы молча наблюдали.

— Но у вас же нет ручки или даже куска бумаги.

— О, — сказал блондин, убирая руки с головы, — мы вернемся с книгой! Может, в более подходящее время…

Халат. Босые ноги. Ребята подумали, что я слишком эксцентричен. Возможно.

— Не приходите утром, — сказал я им. И захлопнул дверь.

Теперь я здесь, пишу про них. С такими надо быть покруче, иначе достанут. У меня уже были проблемы с подобными посетителями. Многие думают, что когда-нибудь ты пригласишь их зайти, и будешь пить с ними всю ночь. Я предпочитаю пить в одиночестве. Писатель ничего не должен читателю, кроме напечатанных страниц. И что хуже, большинство приходящих, вовсе не читатели. Так, слышали краем уха. Читатель и лучший человек на земле — тот, кто вознаграждает меня своим отсутствием.

8/29/91 10:55 PM

Моя чертова жизнь привязана к скачкам. Каждый день. Сегодня здесь не оживленно. Кроме как на скачках, я нигде больше не общаюсь с людьми. Но разве только со служащими. Похоже я болен. Сароян просрал свою жизнь на скачках, Фанте в покер, Достоевский в рулетку. Никогда не задумываешься о деньгах до тех пор, пока они не кончатся. У меня был приятель — игрок, который говорил: «Меня не волнует, выиграю я или проиграю. Главное — игра». Я испытываю большее уважение к деньгам. У меня всегда их было мало. Я знаю, что такое скамейка в парке, и что такое приход домовладельца. С деньгами неправильны две вещи: либо их слишком много, либо их слишком мало.

Я полагаю, что всегда существуют вещи, которыми мы себя мучаем. На скачках видишь переживания других людей, как они смиряются с неудачей. Скачки — это мир на самом краю. Жизнь между смертью и проигрышем. Никто не выигрывает окончательно. Мы просто оттягиваем приговор. Еще на несколько мгновений. (Дерьмо, кончик моей сигареты обжег палец, пока я предавался этим размышлениям. Я очнулся, выйдя из философского состояния.) Черт побери, нам нужен юмор, нам нужен смех! Я раньше больше смеялся, да и вообще делал больше вещей, исключая писательство. Теперь я пишу, пишу и пишу, с годами все больше, танцуя со смертью. Хорошее представление. По-моему, материал не плох. Однажды они скажут: «Буковски мертв». И тогда меня по-настоящему признают и повесят на вонючем фонарном столбе. Ну и что? Бессмертие — глупое изобретение живущих. Вы видите, что вытворяют скачки? Они рождают эти строчки, блестящие и удачные. Последняя синяя птица поет. Все, что бы я ни сказал, звучит прекрасно. Потому что я играю. Слишком многие осторожничают. Они учатся, они учат и они проигрывают. Условности лишают их огня.

Я отлично себя чувствую, здесь на втором этаже со своим «макинтошем». А по радио звучит Малер, он скользит с такой легкостью, ну вы знаете, иногда нужно обязательно послушать. Я получаю колоссальный заряд энергии. Спасибо, Малер, я слишком много брал у тебя, мне никогда не вернуть.

Я много курю, много пью, но я не могу много писать, строки сами плывут, я прошу еще, они прибывают и смешиваются с Малером. Иногда я специально останавливаюсь. Я говорю: «подожди, ложись спать или посмотри на своих 9–х кошек или посиди с женой на кушетке».

Так что я или на скачках или за «макинтошем». А потом я нажимаю на тормоз и паркуюсь, черт побери. Некоторые люди пишут, что мои книги помогли им выжить. И мне тоже. Книги, розы и 9 кошек.

Здесь есть маленький балкончик, дверь открыта, мне видны огни машин на автостраде, ведущей к Южной Гавани. Никогда не останавливаются. Вереница огней. Все эти люди. О чем они думают? Мы все умрем, вот это цирк.