КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 463754 томов
Объем библиотеки - 671 Гб.
Всего авторов - 217508
Пользователей - 100930

Последние комментарии


Впечатления

ТатьянаА про серию Поймать судьбу за хвост

Чистой воды графомания. Избитый, многократно переваренный сюжет: земная девушка, самостоятельная и высокоморальная, влюбляется в неземного мага; множество разных проблем и непонимания (плюс у девушки открываются необычные способности, плюс обучение в магической Академии, где этот маг, конечно, учитель), в итоге все женаты и счастливы.

Русского языка автор не слышала никогда: повсеместно "под девизом", "из разряда", "от слова совсем", "типа того". "Мечтательно зажмурила глаза", "Решительно тряхнула головой", "изнывала от любопытства","до боли желанный". А также "непонимающий взгляд", "со школы, обычно, ходила...", "соскучилась по тебе, по нас", "одеть нечего", "неторопливо кушающих Алексов". Кофе "заваривают". Авторская находка: "Любопытство точило зубы о нервы, я стискивала зубы..."

В общем, сплошная Вики Весенняя...

«Не ходил бы ты, Ванёк, во солдаты...»

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Любослав про Щепетнов: Олигарх (Альтернативная история)

Серия "Карпов" - очень даже интересна! И не скучно! И познавательно!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Shcola про Юллем: Янки. Книга 2 (Боевая фантастика)

И книга плохая, и обложка плохая.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
roman_r про Веллер: Бомж (Современная проза)

Бред сумасшедшего высосанный из пальца.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Дубровный: Дочь дракона (Юмористическая фантастика)

одна из лучших фэнтези...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
renanim про Шелег: Охотник на демонов (Героическая фантастика)

послабее первой книги. если эта тенденция сохранится то заброшу эту серию

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).

Проклятие Янтарной комнаты (fb2)

- Проклятие Янтарной комнаты (пер. А. Кольф) (и.с. Книга-загадка, книга-бестселлер) 1.53 Мб, 374с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Стив Берри

Настройки текста:




Стив Берри «Проклятие Янтарной комнаты»

Посвящается моему отцу, который зажег во мне огонь десятилетия назад, и моей матери, которая, приучив меня к дисциплине, помогла выдержать жар этого пламени.


Что бы ни служило причиной разорения страны, мы должны сохранить те сооружения, которые приносят славу человеческому обществу и не способствуют увеличению силы врага, такие как храмы, могилы, общественные здания и все труды замечательной красоты…

Умышленно лишать человечество этих чудес искусства — значит объявлять себя его врагом.

Эммерих де Ваттель. Закон наций, 1758 год

Я подробно изучил состояние исторических памятников в Петергофе, Царском Селе и в Павловске, и во всех этих трех городах я был свидетелем чудовищного осквернения этих памятников. Более того, нанесенный ущерб, который полностью оценить исключительно сложно из-за его непомерной величины, несет следы преднамеренности.

Иосиф Орбели, директор Эрмитажа.
Свидетельские показания на Нюрнбергском трибунале 22 февраля 1946 года

Пролог

Концентрационный лагерь Маутхаузен, Австрия

10 апреля 1945 г.

Заключенные барака номер восемь звали его Ухо, потому что он был единственным, кто понимал немецкий язык. Никто никогда не называл его настоящим именем — Петр Борисов. Кличка Ухо накрепко приклеилась к нему больше года назад, с первого же дня, когда он попал в лагерь. Это прозвище он носил с гордостью, а ответственность воспринимал как оказанную честь.

— Что слышно? — прошептал ему в темноте кто-то из заключенных.

Ухо сидел скрючившись около окна, прижавшись к холодному стеклу, его едва заметные выдохи тонким кружевом повисали в сухом замерзшем воздухе.

— Они будут еще развлекаться? — спросил другой заключенный.

Два дня назад охранники забрали русского из восьмого барака. Он был пехотинцем из Ростова-на-Дону, новичок в лагере. Его крики были слышны всю ночь и закончились на рассвете выстрелом из пистолета. Вскоре его окровавленное тело повесили на главных воротах на всеобщее обозрение.

Ухо на секунду отвернулся от окна:

— Тише. Из-за ветра плохо слышно.

Грязные, завшивевшие трехъярусные нары — меньше квадратного метра на каждого заключенного. Экономно и рационально. Сто пар ввалившихся глаз смотрят на него не отрываясь.

Все застыли. Никто не шевелился и практически не дышал. Их разум уже давно поглотил ужас Маутхаузена. Ухо обернулся:

— Идут.

Мгновение спустя дверь барака распахнулась. Морозная ночь ворвалась внутрь, опережая шарфюрера Хумера, надзирателя восьмого барака.

— Achtung!

Клаус Хумер был из СС. Еще два вооруженных эсэсовца стояли позади. Все охранники в Маутхаузене были эсэсовцами. Хумер оружия не носил никогда. Его оружием было большое мясистое тело с сильными руками и ногами.

— Нужны добровольцы, — сказал Хумер. — Ты, ты, ты и ты.

Петра вызвали последним. Он не понимал, что происходит. Вечером умерло мало заключенных. Газовая камера не работала, в это время ее проветривали и мыли полы, готовя для следующего забоя. Охранники оставались в своих бараках, теснясь возле печек. Тепло этих печек поддерживалось дровами, которые заготавливали заключенные ценой своих жизней. Врачи и их помощники спали. Накапливали силы для новых экспериментов, в которых заключенные использовались как подопытные животные.

Хумер посмотрел на Борисова:

— Ты ведь понимаешь меня?

Ухо ничего не ответил, глядя прямо в черные глаза охранника. Год террора научил его понимать цену молчания.

— Нечего сказать?

Хумер говорил по-немецки.

— Хорошо. Главное, чтобы ты понимал… и держал язык за зубами.

Другой охранник прошагал мимо с четырьмя шерстяными шинелями, держа их на вытянутых руках.

— Шинели? — пробормотал один из заключенных.

Никто из заключенных никогда не носил шинель. Грязная рубашка из мешковины и рваные штаны, скорее тряпье, чем одежда, выдавались по прибытии в лагерь. И снимались с умерших заключенных, грязные и вонючие, чтобы выдать новым заключенным.

Охранник кинул шинели на пол.

Хумер указал на них:

— Mantel anziehen.

Петр потянулся к зеленой груде.

— Шарфюрер велит надеть их, — объяснил он по-русски.

Трое остальных последовали его примеру.

Грубая шерсть колола кожу, но все равно было приятно. Прошло уже очень много времени с тех пор, когда ему было относительно тепло.

— На улицу, — сказал Хумер.

Трое русских