КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 404883 томов
Объем библиотеки - 534 Гб.
Всего авторов - 172234
Пользователей - 91981

Последние комментарии

Загрузка...

Впечатления

argon про Гавряев: Контра (Научная Фантастика)

тн

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Шляпсен про Ярцев: Хроники Каторги: Цой жив (СИ) (Героическая фантастика)

Согласен с оратором до меня, книга ахуенчик

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
greysed про Шаргородский: Сборник «Видок» [4 книги] (Героическая фантастика)

мне понравилось

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
kiyanyn про Маришин: Звоночек 4 (Альтернативная история)

Единственная здравая идея: что влияние засрапопаданца может резко изменить саму обстановку, так что получает он то же 22 июня, только немцы теперь с куда более крутым оружием...

Впрочем, это, несомненно, компенсируется крутостью ГГ, который разве что Берию в угол не ставит, а Сталина за усы не дергает, так что он сам сможет справиться с немецкой армией врукопашую (с автоматом для такого героя было бы уже как-то неспортивно...)

Словом, если начинается, как чушь, то так же и закончится.

Нет, конечно, бывают и исключения, когда конец гораздо хуже начала...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Маришин: Звоночек 2[СИ, закончено] (Альтернативная история)

мне тоже понравилось. хотя много технических подробностей

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Панфилов: Ворон. Перерождение (Фэнтези)

После прочтения трилогии "Великая депрессия", которая мне понравилась, захотелось почитать еще что либо из произведений этого автора. Начал читать "Ворона", но недолго. Дочитав до описания операции по очистке Сербии, в ходе которой были убиты около пяти тысяч "американских элитных вояк"(с), бросил эту книжку. В родной стране говна много, автор его вскользь описывает, а вот поди ж ты! "Америкосы" ГГ дышать мешают! Особенно насмешила сноска, в которой пацаны-срочники всегда выигрывают у элитников американцев. Ну да, и пример взят энциклопедический - провал "Дельта Форс" в освобождении заложников. "Голливудская известность" Дельты, ерничает автор. А нашумевшая известность родного спецназа после Беслана, Норд-оста и т.п. его не колышит. В общем, мое мнение о книге - типичный "вяликоруский" шовинизм и ксенофобия. В топку!

Рейтинг: -2 ( 3 за, 5 против).
Шляпсен про Огнев: Шакал (СИ) (Боевая фантастика)

До вроде ничего так, но вот эти философские рассусоливания за жисть, ну и чё за финал, товарищ автор.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
загрузка...

Горюн (fb2)

- Горюн 20 Кб (скачать fb2) - Лидия Алексеевна Авилова

Настройки текста:




Горюнъ

Викторъ Петровичъ обѣдалъ. Онъ сидѣлъ въ небольшомъ ресторанчикѣ и съ нескрываемой скукой оглядывалъ посѣтителей. Всѣ столики залы были уже заняты, когда у входа показалась небольшая фигура въ потертомъ пиджакѣ, съ худощавымъ, болѣзненно-бледнымъ лицомъ. Новый посѣтитель искалъ глазами свободнаго мѣста и нерѣшительно подошелъ къ столику, занимаемому Викторомъ Петровичемъ.

— Позволите? — робко освѣдомился онъ, отодвигая стулъ. Викторъ Петровичъ слегка поклонился.

— Сегодня можно похлебку и макароны по-итальянски, — сообщилъ вполголоса лакей, наклоняясь къ незнакомцу.

— Такъ вотъ, пожалуйста, — кивнулъ ему тотъ. Лакей скрылся. Въ то же время Виктору Петровичу подали жаренаго рябчика и судокъ съ салатомъ. Викторъ Петровичъ взялъ вилку, ткнулъ ею въ рябчика и сдѣлалъ гримасу.

— Рестораномъ величаются, — проворчалъ онъ, — а рябчика зажарить не умѣютъ!

— Изволите говорить? — встрепенулся незнакомецъ.

— Нѣтъ… Я собственно про здѣшніе порядки… Помилуйте скажите — рябчикъ! Не рябчикъ, а лягушка какая-то.

Незнакомецъ поглядѣлъ на тарелку и по блѣдному лицу его пробѣжала легкая судорога.

— Пережарился, подгорѣлъ… — ворчливо продолжалъ Викторъ Петровичъ.

— Птичка-съ… Жалко-то какъ! жалко…

— Ну, жалѣть-то особенно, положимъ, чего-же! — слегка удивленно возразилъ Викторъ Петровичъ, — а вотъ что цѣны они берутъ настоящія…

Незнакомецъ вспыхнулъ.

— Помилуйте-съ! развѣ я про цѣну, и вообще… Пережарено, недожарено — для меня не суть важно. А вотъ-съ что подали ее вамъ что люди — это поймали, замучили, перышки общипали, лапки обрубили…

Викторъ Петровичъ лукаво прищурился.

— Эге! Да вы вегетаріанецъ, что ли?..

— Дѣйствительно, трупами не питаюсь. Достачно злаковъ, плодовъ… Впрочемъ, признаюсь, я еще пока и молочное ѣмъ, и яйца.

— Послушайте, — сказалъ Викторъ Петровичъ, разрѣзая рябчика, — вы не обидьтесь, но это ваше вегетаріанство прямо-таки чепуха. Скажите, не все-ли равно этому рябчику, я его съѣмъ или вы съѣдите? Для васъ особо сейчась стрѣлять не побѣгутъ.

Лицо незнакомца сложилось въ грустную улыбку.

— Ложно понимаете-съ, — тихо сказалъ онъ. — для меня, дѣйствительно, не побѣгутъ… И вотъ-съ, хотя я держусь мнѣнія, что пословица «одинъ въ полѣ не воинъ» по мысли вредна и постыдна-съ, но въ настоящемъ случаѣ я воинъ поневолѣ. Проникнутъ сознаніемъ.

Викторъ Петровичъ высоко поднялъ брови.

— Не понимаю васъ.

— Сознаніемъ проникнутъ-съ. Увижу на столѣ птицу-ли, рыбу-ли, и тутъ же у меня вся картина ихъ избіенія; такъ сказать, борьба ихъ непобѣдимаго жизненнаго инстинкта, выражающагося безсильными сопротивленіями, трепыханіями, судорогами… это съ одной стороны, и безпощаднымь кулинарнымъ ножомъ съ другой. Все это въ глазахъ, въ сознаніи и — не могу-съ!

Викторъ Петровичъ улыбнулся.

— Это, простите, сударь мой, ничто иное, какъ блажь, сентиментальность! Горе какое нашли! Трепыханія… А какъ въ людяхъ это трепыханіе: нищета, позоръ, необразованность… Надъ птичками-то плакать, такъ вѣдь это разорваться, разорваться придется.

Незнакомецъ съежился.

— Да-съ, именно, именно душа разрывается. Поглядишь кругомъ: Боже мой, что этого страданія разлито! что слезъ! что воплей! Всюду это великое, непрестанное страданіе, именуемое жизнью. Я вѣрю такъ, — возбужденно продолжалъ онъ, — у человѣка есть многое, что застилаетъ ему его духовное зрѣніе и заставляетъ находить счастье и красоту во всемъ, на что падаетъ его взоръ. Если это нѣчто, ослѣплявшее его, случайно отпадетъ, жизнь представится ему такой, какой она есть на самомъ дѣлѣ. Часто подъ словомъ жизнь подразумѣваютъ все личное, установленное и устроенное людьми; нѣтъ! жизнь — это природа, это ея законы-съ. Жизнь — это листъ, который долженъ увянуть, человѣкъ, который долженъ страдать и умереть. Страшно жить среди страданій, ловить ухомъ всѣ эти стоны и вопли, глядѣть, какъ течетъ кровь однихъ и какъ жадно, алчно пьютъ ее другіе. — Онъ кончилъ шопотомъ, съ трудомъ владѣя нервными, вздрагивающими губами.

Викторъ Петровичъ слушалъ.

— Скажите, — началъ онъ, — я заранѣе извиняюсь за свой вопросъ, но онъ вынужденъ. У васъ въ жизни было много горя?

Незнакомецъ потупился.

— Я понимаюсъ: вы ищете корень. Въ такомъ случаѣ я позволю себѣ сказать нѣсколько словъ о своей жизни. Рекомендоваться не буду, мое имя значенія не имѣетъ; скажу только, что такихъ, какъ я, не мало теперь. Такъ вотъ-съ… про жизнь. Если вы полагали, что я терпѣлъ нужду, терялъ близкихъ людей, разбивалъ свое сердце, какъ говорится, въ романахъ, то это напрасносъ. Всего у меня было, какъ и у многихъ прочихъ, но суть не въ томъ-съ. Важно олно: съ дѣтства у меня натура