КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 435921 томов
Объем библиотеки - 602 Гб.
Всего авторов - 205772
Пользователей - 97469

Впечатления

Xamat про Звягинцев: Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13 (Социальная фантастика)

Едва осилил.Сюжет - слишком заумно, напутано. Впечатление -напридумывать побольше "приключений". По тексту - "ни шага" без алкоголя, перекура, постоянной сексуальной озабоченности Г.Г. Слишком перегружено цитированием.
Откровенно не понравилось

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Шпаликов: Сборник стихотворений (Поэзия)

Сборник стихов и песен одного из моих любимых советских поэтов.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Народное творчество: Пословицы и поговорки (Пословицы, поговорки)

Сборник пословиц и поговорок, составленный одной замечательной женщиной, так рано ушедшей от нас по вине бездарных российских врачей.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Ливадный: Точка разлома (Боевая фантастика)

Я тут случайно оказался в очереди — человек на … надцать)) И поскольку 2,5 часа делать было решительно нечего — решил зря время не тратить и что-нибудь прочесть. И тут мне на глаза (совершенно случайно) попалась эта книга из мира «Зоны смерти»... И да! Конечно (тут) это вполне самостоятельное произведение... но ввиду отсутствия продолжения СИ «Титановая лоза» (подумал я) это все же не самая большая потеря...

На самом деле (как ни странно) фактически эта книга вполне может претендовать на продолжение «Титановой лозы» (несмотря на полное отсутсвие в ней «основных героев» вышеупомянутой СИ). В этой книге — основным ГГ становится «некто» знакомый нам по последней части трилогии «лозЫ» (под именем «Макс»). И хотя «тогда» ему было отведено неприлично много места (примерно 2/3 всей книги), «там» это (все же) был несколько второстепенный (и несколько неуравновешенный) персонаж. В комментируемой же книге («Точка разлома») Максу (уже) отведена роль главного героя (и руководителя новой группировки), а об «Аскете и Лозе» сказано всего-то пару слов (мол они где-то «на базе» Ордена) и все... Кроме того, несколько бросается в глаза, что в «представленной хронике» отсутствуют некие события (неупомянутые в СИ «Титановая лоза», например эпидемия сталкеров и прочее, прочее), о них (надо полагать) читатель узнает ознакомившись со всеми другими (отдельными) частями «этой линейки»...

Но если судить в общем, то «опечалившемуся» (отсутствием продолжения «Лозы») читателю - эта книга обязательно должна прийтись по вкусу... Так как, здесь хоть и нет «уже привычных героев», атмосфера (в целом) и динамичный сюжет (с неменее симпатичными и «новыми» ГГ) с лихвой компенсирует «все возможные неудобства»)). Более того - прочитав же книгу, начинаешь «подозревать автора» в неком ходе, с помощью которого отдельное (казалось бы) произведение (впоследствии), может «перезапустить всю СИ с новой (и неожиданной) стороны... Чтож)) Дай-то бог (как говорится!))

Рейтинг: -1 ( 1 за, 2 против).
Tata1109 про Иванова: Луна моего сердца (Любовная фантастика)

>леди Леонтиной — чистокровной девушкой.
Кто-нибудь мне объяснить, а что такое грязнокровная девушка? Нечитаемо.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Zlato про Нордквист: Петсон в Походе (Сказка)

Благодарю!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Zlato про Нурдквист: Перелох в огороде (Сказка)

Благодарю!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Шерлок Холмс и хентзосское дело (fb2)

- Шерлок Холмс и хентзосское дело (пер. H. Кузовлёва) (а.с. Шерлок Холмс. Свободные продолжения) (и.с. Великие сыщики. Шерлок Холмс) 355 Кб, 135с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Дэвид Стюарт Дэвис

Настройки текста:




Дэвид Стюарт Дэвис Шерлок Холмс и хентзосское дело

Роджеру Джонсону, другу и такому же шерлокоману, чьи наблюдения и советы сыграли большую роль в создании этой книги.


Предисловие

События, связанные с этим приключением, которое мне посчастливилось разделить с моим другом Шерлоком Холмсом, умнейшим и лучшим из известных мне людей, происходили в 1895 году. Делая заметки в своём блокноте, я уже тогда понимал, что мир ещё не готов услышать полное описание этого дела, пока в мире что-то не изменится. Однако перемены, произошедшие с ним за последовавшие годы, оказались для меня полной неожиданностью.

С началом века растущее напряжение в Европе прорвалось массовыми убийствами в Сараево, стремительной войной, способной положить конец всем другим войнам. Вклад старушки Европы в развитие мировой истории XIX века был неоценим, но сейчас она лежала на смертном одре. Частично виной тому стали ошибки и слабость её политиков, в остальном же сказалась неспособность справиться с разрушительной силой и властью, которой это развитие её наделило. В воздухе отчётливо витали вдохновлённые юными идеалистами настроения о невозможности развития без разрушения. Эти глупцы были готовы броситься навстречу неизвестному, принципиально иному будущему. Для Европы это означало гибель монархии: Старый Свет оказался в плавильном котле, где в пламени войны безвозвратно таяли былые убеждения и династии. В том же огне находилось и королевство Руритании, основное место событий, о которых и будет рассказано далее.

Дым сражений рассеялся только к 1918 году, и тогда я решил, что мне больше ничто не мешает приоткрыть завесу тайны над этой историей. Однако я понимал, что даже тогда публиковать мемуары было ещё рано, поэтому просто положил свои записи об этом и многих других не преданных огласке дел Шерлока Холмса в старый, потрёпанный годами путешествий жестяной посылочный ящик и направил в хранилище «Кокс энд К0» на Чаринг-Кросс. В своём завещании я определил, что спустя пятьдесят лет после моей смерти, когда никого из действующих лиц этой драмы уже давно не будет в живых, миру наконец будет поведана история о Хентзосском деле.

Джон X. Уотсон,

доктор медицины Лондон,

6 мая 1919 года

Глава первая Полковник Сапт

Я часто размышлял о том, что большинство дел, расследованных моим другом, знаменитым сыщиком Шерлоком Холмсом, и имевших драматическую завязку, приходило к не менее трагическому финалу. И дело, о котором я собираюсь вам сейчас поведать, — самое яркое тому подтверждение. Эти события угрожали миру в Европе и чуть не стоили жизни нам самим.

В тот ранний вечер 1895 года, когда мы с Холмсом прогуливались по Гайд-парку, ничто не предвещало начала приключений. Мой друг мучился бездействием, и когда воздух в нашей гостиной стал совершенно невыносимым из-за его любимого крепкого табака, я настоял на том, чтобы мы вышли на улицу. Холмс с неохотой согласился.

Мне всегда казалось, что жителям больших городов гораздо проще да и интереснее наблюдать за сменой времён года, чем обитателям сонных селений. Великолепные лондонские парки и пронизывающие столицу аллеи словно становились символами уходившего сезона. Их изменчивые черты становились вязью на геральдике самой природы: резкие чёрные и серые зимние тени, свежая зелень и розовые бутоны весны, летняя роскошь листвы и янтарные с золотом оттенки осени. Прогулка по Лондону всегда давала прохожему возможность заглянуть в прекрасное своим непостоянством лицо матери-природы.

В том году выдалось чудесное лето, но уже в первые недели сентября деревья окрасились лёгкими медными оттенками. Проходя вдоль свинцовых вод озера Серпентин, я заметил, что вёсельные лодочки, так популярные летом, уже исчезли, и это ещё раз напомнило мне, что самый яркий сезон года уже позади. Повернув домой, мы ощутили, что вечера уже стали прохладными, а ветер, игравший с первыми опавшими листьями, — порывистым.

— Какими бы знаниями и силой человек ни обладал, Уотсон, он по-прежнему бессилен против времени, — заметил мой друг с меланхолической ноткой в голосе. — Оно неумолимо. Хоть Шекспир и называет нас «венцом всего живого», но мы, друг мой, по-прежнему рабы времени.

Большую часть дня Холмс и так был угрюм и молчалив, и, казалось, умирающая природа лишь обострила его traedium vitae[1]. Подобные смены настроения моего старого друга были мне давно знакомы. Его мозг, этот удивительно сложный инструмент, был очень чуток к малейшим влияниям извне. К тому же я понимал, что не только неумолимый бег времени удручает моего друга: его замечательный ум бунтовал без дела.

Когда мы повернули с Оксфорд-стрит на Бейкер-стрит, зажглись фонари, и даже на грохотавших по мостовым кэбах