КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 615541 томов
Объем библиотеки - 958 Гб.
Всего авторов - 243232
Пользователей - 112893

Впечатления

vovih1 про серию Попаданец XIX века

От

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Барчук: Колхоз: назад в СССР (Альтернативная история)

До прочтения я ожидал «тут» увидеть еще один клон О.Здрава (Мыслина) «Колхоз дело добровольное», но в итоге немного «обломился» в своих ожиданиях...

Начнем с того что под «колхозом» здесь понимается совсем не очередной «принудительный турпоход» на поля (практикуемый почти во всех учебных заведениях того времени), а некую ссылку (как справедливо заметил сам автор, в стиле фильма «Холоп»), где некоего «мажористого сынка» (который почти

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Борков: Попал (Попаданцы)

Народ сайта, кто-то что-то у кого-то сплагиатил.
На той неделе пролистнул эту же весчь. Только автор на обложке другой - Никита Дейнеко.
Текст проходной, ни оценки, ни отзыва не стоит.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про MyLittleBrother: Парная культивация (Фэнтези: прочее)

Кто это читает? Сунь Яни какие то с культиваторами бегают.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Ясный: Целый осколок (Попаданцы)

Оценку поставил, прочитав пару страниц. Не моё. Написано от 3 лица. И две страницы потрачены на описание одежды. Я обычно не читаю женских романов за разницы менталитета с мужчинами. Эта книга похоже написана для них. Я пас.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
kiyanyn про Meyr: Как я был ополченцем (Биографии и Мемуары)

"Старинные русские места. Калуга. ... Именно на этой земле ... нам предстояло тренироваться перед отправкой в Новороссию."

Как интересно. Значит, 8 лет "ихтамнет" и "купили в военторге" были ложью, и все-таки украинцы были правы?..

Рейтинг: -1 ( 2 за, 3 против).

Первый олигарх [Вячеслав Александрович Яцко] (fb2) читать постранично


Настройки текста:




Первый олигарх

Продолжение повести "Последний самодержец". Лена Балашова попадает в тело княгини Юрьевской, морганатической жены Александра II. В результате либеральных реформ в стране нищета, голод, разгул преступности коррупции. Против императора зреет заговор олигархов и террористов. Но стоит ли его спасать?



1. Игроки

Что ни толкуй Волтер или Декарт -

Мир для меня - колода карт,

Жизнь - банк; рок мечет, я играю

И правила игры я к людям применяю


М.Ю. Лермонтов




- Да, господа, наш клуб хорош всем, но имеет один существенный, я бы даже сказал - преогромный - недостаток, - говорил князь Барятинский, удобно развалившись в кожаном кресле в портретной гостиной Английского клуба.

Это замечание, как он и рассчитывал, немедленно привлекло внимание.

Дремавший на диване тучный генерал приоткрыл левый глаз; молодой человек в свитском мундире, читавший за круглым столом последний номер The Times, вопросительно взглянул, приподняв брови; сидящий на другом диване моложавый господин в тёмно-коричневом фраке улыбнулся и сказал:

- Извольте, любезный князь, объясниться. Иначе я, как старшина клуба, буду вынужден просить сатисфакции.

- С удовольствием, дорогой Егор Францевич,- ответил князь. - Всем известно, как близко к сердцу вы принимаете дела клуба.

Князь сделал паузу, чтобы ещё больше заинтриговать слушателей.

- Но вначале позволю напомнить, что сучилось третьего дня, когда здесь принимали американцев. Генерал Мельников держал речь целых полчаса и закончил её тем, что поцеловал руку у господина Фокса!

- И что же тут такого? - спокойно ответил Берд. - В прошлом году во время обеда на масленицу один из гостей подозвал лакея и стал возмущаться тем, что ему положили жирную салфетку. Выяснилось, что он, перебрав лишнего, вместо салфетки вытирался блинами. В том, что некоторые не знают меры, никакого ущерба для клуба нет и быть не может.

- Позвольте пояснить! - разгорячившись, воскликнул Барятинский. - Посмотрите на эти портреты! - он встал с кресла и указал рукой на стены, где в золочёных рамах висели портреты изображённых во весь рост российских императоров, начиная с Петра Первого и кончая правящим Александром Вторым.

- Что мы видим? Или, скорее, что мы не видим? - патетически вопросил князь.

Присутствующие в недоумении смотрели уже не на портреты, а на Барятинского.

- Мы не видим ни одного женского образа! - заключил оратор и снова сел в кресло.

- Вы прекрасно осведомлены, любезный Владимир Анатольевич, - пояснил хладнокровно Берд, - что в соответствии с уставом клуба, доступ в него для лиц женского пола воспрещён. Это правило распространяется и на лиц императорской фамилии. И даже на их портретные изображения.

- В том-то и дело, в том и заключается главный его порок, - ответил Барятинский. - Ведь девиз клуба - Concordia et laetitia, а какое может быть laetitia без дам? Так мы можем совсем опроститься и дойти до того, что начнём целовать друг другу не только руки, - заключил он.

- Что касаемо laetitia, совершенно согласен, - вступил в разговор генерал. - Какое же веселье без дам! А вот как насчёт concordia? Из-за belles femmes и войны начинались, и сколько офицеров на моей памяти стрелялось, и сколько семей было разрушено.

Генерал, подкрутив седые усы, повернул голову и многозначительно посмотрел на висящий на соседней стене портрет Александра Второго.

В свете было хорошо известно о скандалах, сотрясавших семью императора из-за его многолетней связи с Екатериной Долгорукой. Полностью подпав под влияние молодой (на 29 лет его младше) любовницы, стареющий ловелас совершал один безумный поступок за другим. В 1879 году он поселил Долгорукую с тремя прижитыми от неё детьми в Зимнем Дворце непосредственно над покоями законной жены, императрицы Марии Александровны. Когда через год императрица угасла от болезней и нравственных страданий, Долгорукая развила бурную деятельность, в результате которой император вступил с ней в неравный брак, не дождавшись истечения траура по жене. Полное пренебрежение приличиями, демонстративное попрание нравственных устоев нанесло непоправимый ущерб репутации императора и усилило брожение в обществе, все слои которого итак испытывали недовольство катастрофическими результатами либеральных реформ.

- А все-таки, я не вижу разумных причин, по которым нельзя поместить в этой комнате портреты императриц, - вновь заговорил Барятинский. - Как бы хорошо смотрелись в своих великолепных нарядах Елизавета Петровна и Екатерина Вторая!

- Добавьте ещё - Екатерина Третья, - иронически добавил генерал.

В обществе упорно циркулировали слухи о том, что Екатерина Долгорукая, которой император пожаловал титул светлейшей княгини Юрьевской, добивается коронации.

Почувствовав, что разговор принимает опасный оборот, Берд решил переменить тему и обратился к молодому