КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 404802 томов
Объем библиотеки - 533 Гб.
Всего авторов - 172209
Пользователей - 91970
Загрузка...

Впечатления

Шляпсен про Ярцев: Хроники Каторги: Цой жив (СИ) (Героическая фантастика)

Согласен с оратором до меня, книга ахуенчик

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
greysed про Шаргородский: Сборник «Видок» [4 книги] (Героическая фантастика)

мне понравилось

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
kiyanyn про Маришин: Звоночек 4 (Альтернативная история)

Единственная здравая идея: что влияние засрапопаданца может резко изменить саму обстановку, так что получает он то же 22 июня, только немцы теперь с куда более крутым оружием...

Впрочем, это, несомненно, компенсируется крутостью ГГ, который разве что Берию в угол не ставит, а Сталина за усы не дергает, так что он сам сможет справиться с немецкой армией врукопашую (с автоматом для такого героя было бы уже как-то неспортивно...)

Словом, если начинается, как чушь, то так же и закончится.

Нет, конечно, бывают и исключения, когда конец гораздо хуже начала...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Маришин: Звоночек 2[СИ, закончено] (Альтернативная история)

мне тоже понравилось. хотя много технических подробностей

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Панфилов: Ворон. Перерождение (Фэнтези)

После прочтения трилогии "Великая депрессия", которая мне понравилась, захотелось почитать еще что либо из произведений этого автора. Начал читать "Ворона", но недолго. Дочитав до описания операции по очистке Сербии, в ходе которой были убиты около пяти тысяч "американских элитных вояк"(с), бросил эту книжку. В родной стране говна много, автор его вскользь описывает, а вот поди ж ты! "Америкосы" ГГ дышать мешают! Особенно насмешила сноска, в которой пацаны-срочники всегда выигрывают у элитников американцев. Ну да, и пример взят энциклопедический - провал "Дельта Форс" в освобождении заложников. "Голливудская известность" Дельты, ерничает автор. А нашумевшая известность родного спецназа после Беслана, Норд-оста и т.п. его не колышит. В общем, мое мнение о книге - типичный "вяликоруский" шовинизм и ксенофобия. В топку!

Рейтинг: -2 ( 3 за, 5 против).
Шляпсен про Огнев: Шакал (СИ) (Боевая фантастика)

До вроде ничего так, но вот эти философские рассусоливания за жисть, ну и чё за финал, товарищ автор.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Serg55 про Вовк: Танкист (СИ) (Альтернативная история)

когда вторая книга будет? любопытные отступления у автора.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
загрузка...

Вдали от дома (fb2)

- Вдали от дома 495 Кб, 240с. (скачать fb2) - Тимофей Николаевич Печёрин

Настройки текста:




Тимофей Печёрин Вдали от дома


Вдали от дома

Его название было забыто, предназначение — утрачено. Для существ трехмерного мира он был лишь кубом — большим, черным и гладким; из материала, неподвластного времени и стихиям. Тысячи, а может и миллионы лет он спал на опустевшей планете близ умирающей звезды — никому не нужный, неинтересный.

Но даже самому долгому сну приходит конец. Он пробудился, вернее был пробужден — неуклюжими, грубыми усилиями примитивных существ. Эти существа не представляли, какую силу скрывает он в себе, и даже не могли представить предел его возможностей. И все-таки пробудили его: случайно ли, намеренно — не важно.

Ожили древние механизмы внутри черного куба; ожили и положили начало процессам, что неведомы даже лучшим ученым современности. С жадностью и любопытством он вглядывался в окружающую Вселенную, выискивая произошедшие за время сна перемены. Словно невидимые щупальца простер он сквозь бесконечность…

Ни примитивная техника, ни убогие органы чувств существ, пробудивших его, ничего, конечно же, не заметили. Для них он оставался лишь кубом — большим, черным и гладким.

Неодушевленным предметом…

* * *

Людей на выставке было немного. Полтора десятка первоклашек, приведенных сюда пожилой учительницей, трое старичков благообразного вида и высокая хрупкая экзальтированная дама неопределенного возраста. А еще — тип примерно сорока лет, смотревшийся на выставке столь же неуместно, как пальма посреди тундры.

Однако именно на этом, последнем человеке, мы остановимся подробнее. Ибо для дальнейшего повествования он оказался неизмеримо важнее других «любителей живописи». По паспорту этот человек именовался Георгием Сергеевичем Брыкиным; по внешности — был среднего роста, крепкого телосложения и с короткой стрижкой. Именно так бы его описала милиция, с коей Брыкин был знаком отнюдь не понаслышке.

Старушка, жившая с ним в одном подъезде, в разговоре с товарками приписала Брыкину «бандитскую внешность». И как бы она ни ошибалась в других случаях — именуя, к примеру, подростка-эмо «наркоманом», а каждую вторую девушку «проституткой», на сей раз она угодила «в яблочко». И подтвердила пословицу про палку, способную стрелять хотя бы раз в год.

Георгий Брыкин действительно был, мягко говоря, не в ладах с законом. И чаще откликался не на паспортные ФИО, а на «погоняло» Гога Хриплый, «заслуженное» давними проблемами с горлом и голосом. Успел Брыкин и в тюрьме отсидеть, и в разборках поучаствовать, и неоднократно воспользоваться пистолетом, ждавшим своего часа во внутреннем кармане куртки.

Небритый, хмурый, с ранними морщинами на лице, вид Гога Хриплый имел весьма отталкивающий. Привлекательной его внешность могла показаться разве что «плохой девочке» тринадцати-пятнадцати лет. Из тех, кто почитает за доблесть злоупотребление косметикой, ношение непропорционально высоких каблуков, нарочито плохую учебу и голос с потугой на грубость. А еще — ритуальную стойку «с сигаретой в руках» (курить необязательно); поздние прогулки и неуклюжие, но громкие матюги в ответ на замечания родителей.

Все же остальные видели в Брыкине лишь зверя: угрюмого и хищного, в лучшем случае — сытого и относительно мирного. Правда, такое отношение, ничуть не огорчало Хриплого и даже в чем-то устраивало. Особенной тяги к Дружбе и Любви он не испытывал, довольствуясь суррогатом в виде «братвы» и девиц легкого поведения. А также тягой к «прекрасному», воплощенному в холсте и краске. И коли у человека нет неудовлетворенных потребностей, то разве нельзя считать его счастливым?

Стоило Хриплому войти в выставочный зал — и сразу стих гомон первоклашек, благообразные старички почти синхронно отступили в дальний угол, а экзальтированное настроение дамы сменилось обычным страхом. Но страх этот был напрасным: Брыкин не имел ничего общего с героями «стрелялок», убивающими ради самого процесса. В противном случае он не имел бы шанса дожить до наших дней. И на выставку Хриплый пришел не случайно, и уж точно не по ошибке. Его привела любовь к искусству — возможно, еще более сильная, чем у других посетителей.

Видение Жизни, застывшей на бумаге, с раннего детства завораживало и очаровывало Георгия. Чем именно — он не знал и сам. Зато с тех самых пор он испытывал священный трепет при виде любой картинки — хоть в книжке, хоть в журнале, хоть на упаковке или этикетке. Пытался рисовать и сам — но раз за разом, с яростью и разочарованием, уничтожал свои творения. Не помогли даже уроки в художественной школе, брошенные Брыкиным менее чем через год.

В общем, стать художником будущему Гоге Хриплому было не суждено. Вместо этого он превратился в ярого любителя живописи; не в «ценителя» или «знатока», коими себя считали экзальтированная дама и