КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 605530 томов
Объем библиотеки - 923 Гб.
Всего авторов - 239830
Пользователей - 109748

Последние комментарии


Впечатления

Stribog73 про Рыбаченко: Рождение ребенка который станет великой мессией! (Героическая фантастика)

Как и обещал - блокирую каждого пользователя, добавившего книгу Рыбаченко.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Еще раз пишу, поскольку старую версию файла удалил вместе с комментарием.
Это полька не гитариста Марка Соколовского. Это полька русского композитора 19 века Ильи А. Соколова.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Лебедева: Артефакт оборотней (СИ) (Эротика)

жаль без окончания...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Рыбаченко: Николай Второй и покорение Китая (Альтернативная история)

Предупреждаю пользователей!
Буду блокировать каждого, кто зальет хотя бы одну книгу Олега Павловича Рыбаченко.

Рейтинг: +10 ( 11 за, 1 против).
Сентябринка про Никогосян: Лучший подарок (Сказки для детей)

Чудесная сказка

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Ирина Коваленко про Риная: Лэри - рыжая заноза (СИ) (Фэнтези: прочее)

Спасибо за книгу! Наконец хоть что-то читаемое в этом жанре. Однотипные герои и однотипные ситуации у других авторов уже бесят иногда начнешь одну книгу читать и не понимаешь - это новое, или я ее читала уже. В этой книге герои не шаблонные, главная героиня не бесит, мир интересный, но не сильно прописанный. Грамматика не лучшая, но читабельно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Хищник [Джей Уилльямс] (fb2) читать постранично

- Хищник (пер. Э. Башилова) 141 Кб, 12с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Джей Х. Уилльямс

Настройки текста:




Джей Уилльямс Хищник


Небольшая группа людей проникла в космическую станцию через люк, неся неподвижное тело на самодельных носилках.

— Кто на сей раз? — спросил Феннер.

Не отвечая, Горслин снял прозрачный шлем, закрывавший лицо и голову, расстегнул молнию на комбинезоне и устало потер пальцами глаза.

— Бодкин, — сказал он наконец. — Те же симптомы, что и у других. — Он повернулся к остальным. — Несите его прямо в изолятор, — и добавил вполголоса, только для Феннера: — Это его не спасет.

Феннер вздохнул, глядя на товарища, распростертого на носилках. Лицо его под пластиковой маской было темно-лиловым, грудная клетка судорожно вздымалась, на губах проступила пена.

Горслин снял комбинезон и понес его на согнутой руке.

Вместе с Феннером они поднялись по пандусу в общий зал.

— Хочешь выпить, — сказал Горслин, — и закурить. Снаружи курить нельзя, это ужасно.

— Надо воспитывать себя по-спартански, — сказал Феннер, усмехнувшись. — На нашей станции, где изучают биологию планет, это просто необходимо.

— Не очень-то это помогло бедняге Бодкину. — Горслин бросил комбинезон в угол и нажал кнопку шкафчика. Оттуда на узкий лоточек выпала зажженная сигарета. — Сделай мне коктейль, Люк. — С этими словами он упал в удобное кресло.

Хейген, начальник станции, упругой походкой вошел в зал через раздвижную дверь. Он всегда ходил так, словно у него ноги на пружинах. В минуты сильного волнения этот маленький толстяк дергал свою козлиную бородку.

— Привет! — воскликнул он. — Слушайте, Феннер и Горслин, я только что видел Бодкина. Это кошмар: третий покойник за одну неделю!

— Верно, — сказал Горслин, беря из рук Феннера коктейль, — придется собрать вещички и вернуться на Землю. Согласны?

Феннер сидел в кресле в удобной позе. Руки он сложил на груди и смотрел на шефа, сидевшего напротив. Феннер думал о том, как обманчива внешность: никогда не скажешь, глядя на Хейгена, что тот способный организатор. Просто удивительно, до чего иногда внешность не соответствует характеру, скорее ему противоречит. Вслух он сказал:

— Простите, Хейген. Я хочу спросить у Горслина, видел ли он рядом каких-нибудь животных, когда это случилось?

Горслин покачал головой.

— Я помнил твое задание. Но ничего не заметил. Все было так же, как и в первых двух случаях. То есть почти так же. — Он отпил из бокала и продолжал: — Мы были в секторе Б. Бодкин фотографировал лепторинов, опыляющих известные вам цветы. Мы с Хакимом выкапывали корневые луковицы и собирали личинки на корнях — вы их тоже знаете.

Хейген кивнул:

— Да, да, продолжайте.

— Так вот. Стайне и Петруччи занимались образцами почв. А Бондю ловил так называемых бабочек. Было очень тихо. Высокие растения бессильно опустили ветки. Я помню, Хаким сказал: «На Земле в такую погоду сказал бы, что приближается гроза». А я ответил, что хорошо бы снова увидеть земную травку, хоть и в грозу. В это время Бодкин встал и ушел, оставив свою съемочную аппаратуру. «Ты куда?» — спросил я, но он, не отвечая, схватился за голову и замер. Я сразу понял, что с ним. Пока я подбежал, он успел рухнуть на землю.

— А насекомых там не было?

— Мы их заподозрили сразу. Осмотрели его всего: нет ли на нем лепторинов или других жучков. Но нет, ничего похожего: ни следа, ни укуса, ни синяка. Совершенно ничего.

Он замолчал. Потом, глубоко вздохнув, продолжал:

— Потом я стал подозревать животных. Спросил Бондю, не видел ли он каких-нибудь: ведь именно он бегал вокруг. Он ответил: показалось, что кусты шевелятся, но он не знает отчего. Я заставил Стайнса и Петруччи обшарить все кусты, но они ничего не нашли. Тут я подумал, что если мы сразу отнесем Бодкина на станцию, может быть, его еще можно спасти.

Хейген медленно склонил голову в знак согласия.

— Совершенно правильно сделали.


Пока Горслин говорил, другие члены экспедиции тоже вошли в зал, и теперь Хейген обратился к ним:

— Что с Бодкином?

Бондю, высокий и худой энтомолог с мрачным лицом, ответил за всех:

— Боюсь, надеяться не на что. — Он постучал себя по лбу. — Ничего там нет, пустота. Врач говорит, что Бодкин жив, но это уже не человек, только оболочка.

Феннер воскликнул:

— Я прав! Я уверен, что прав. Причина в каком-то животном. То, что никто его не заметил, не аргумент. Любой хищник предельно осторожен, да и окраска у него защитная. Единственное, что мы почувствовали, — необычная тишина — как раз говорит, что нечто подобное бродило поблизости.

— Да, это так, — сказал Горслин. — Помнишь, Хаким, не было никаких звуков: птицы не чирикали, трава не шелестела, лягушки не