КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 391385 томов
Объем библиотеки - 502 Гб.
Всего авторов - 164367
Пользователей - 88944
Загрузка...

Впечатления

IT3 про Колесников: Доминик Каррера (Технофэнтези)

очень хорошо,производственно-попаданческий роман.читаю с интересом.автору - успехов и не забывать о продолжении.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
time123 про Коваленко: Ленточка. Часть 1 (СИ) (Альтернативная история)

Это такая поебень, что слов для описания мне просто не подобрать.

Могу лишь пожелать автору начать активней курить, и увеличить дозу явно принимаемых наркотиков, дабы поскорее избавить этот мир от своего присутствия.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Олег про Данильченко: Лузер (Альтернативная история)

Стандартный набор попаданца с кучей роялей и женщин всех рас.
В принципе задумка не плохая, но избыток событий и некоторая потеря логики (или забывчивость автора), убивает все удовольствие от прочтения. Множественные отступления вызывают лишь желание просто листать дальше, не вникая в содержание (касается обеих частей). Пройдя мимо ничего не потеряете.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
IT3 про Корн: Дворец для любимой (Фэнтези)

домучил и с удовольствием удалил.автору видно лень разрабатывать сюжетные ходы и посему его герой постоянно попадает в плен.в каждой книге его похищают и пленяют.блин,да его или убили бы уже давно,или поумнел бы.собственно вся серия посредственна и скучновата,достоинство у нее одно - она длинная.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
serge111 про Краснов: Долгая дорога в небо (Альтернативная история)

Автор уж очень заморачивается по поводу оружия, все эти длиннющие подробности про разные калибры к разным стволам очень раздражают... в целом читается как приключения, а не как фантастика, не плохо, но концовки нет, и в завершении повторяется большой кусок текста (вопрос к редактору!, если он был)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Чукк про Панфилов: Эффект бабочки (Альтернативная история)

Идея интересная, но написано скучно. Осилил 10% и отложил.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
Витовт про Пендлтон: Палач. Цикл романов (Крутой детектив)

Спасибо за дополнение. С уважением, Vitovt.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
загрузка...

Биография (fb2)

- Биография (и.с. Новинки «Современника») 1144K, 299с. (скачать fb2) - Юрий Алексеевич Додолев

Настройки текста:




Биография

БИОГРАФИЯ Повесть

«…мы знаем, что помним, — мы, с трудом вспоминающие порой даже вчерашний день!»

И. Бунин. Жизнь Арсеньева.

1

— Это квартира Самохина? — спросил по телефону женский голос.

— Да.

— Вас беспокоит жена Николая Николаевича Болдина…

«Опять Болдин», — с досадой подумал я. Все было отрезано, отрублено, нас ничто не связывало. Но несмотря на это, вот уже почти пятьдесят лет моя жизнь все время соприкасалась с жизнью этого человека.

— Слушаю, — сухо сказал я.

Женщина чуть помедлила.

— Николай Николаевич умер. Я решила позвонить вам, потому что в последние годы он часто вспоминал вас.

— Вспоминал? — удивился я.

— Не только вспоминал, но и рассказывал, что вы были соперниками в любви.

— Он ошибся, — возразил я. — Соперников у Болдина не было. — Я хотел добавить, что ему всегда и во всем везло, даже слишком везло.

— Охотно верю вам, — сказала женщина и, сообщив, где и когда будет панихида, повесила трубку.

Было около двенадцати, я собирался ложиться спать и теперь понял — не уснуть. Не верилось, что Болдина уже нет. Казалось: совсем недавно мы носились как угорелые по школьным коридорам, мечтали, торопили время — хотелось поскорее повзрослеть, поймать своего журавля.


Где он, мой журавль? По-прежнему в небе, а синица… синица, пожалуй, в руках. Жизнь прошла. Я говорю так потому, что самое главное, самое важное уже позади. Остались воспоминания. Но воспоминания — это тоже жизнь, это думы про то, что было.


В детстве, еще до войны, я не подозревал, что Колька Болдин неравнодушен к Люсе Ореховой, сидевшей на первой парте как раз перед столом учительницы. Я и Люся жили в одном доме, только в разных квартирах, вместе ходили в школу, вместе возвращались. Я был уверен: она ни о ком, кроме меня, не думает. Я психовал, даже пускал в ход кулаки, когда одноклассники пытались привлечь ее внимание или взглядом, или шуточкой, или какой-нибудь выходкой. На Кольку и Петьку Сиротина мое негодование не распространялось — мы были единомышленниками, друзьями, только им я рассказывал о своем намерении жениться на Люсе. Мысленно я называл себя Томом Сойером, а Люсю — Бекки Тэтчер, находил в себе и в ней сходные с ними черты.


В определенном возрасте каждый мальчишка — Том Сойер, а девочкам свойственны поступки Бекки Тэтчер. В детстве я об этом не думал, жил в предвкушении чего-то необычного и мечтал, мечтал, как мечтали тысячи моих сверстников. Сейчас это кажется смешным, а тогда… Звонок жены Болдина возродил то, о чем я старался не вспоминать.


В довоенную пору почти все мальчишки хотели стать красными командирами. Мы с завистью провожали взглядами подтянутых военных с кубарями и шпалами в петлицах, а если встречали комбрига или комдива, то как завороженные смотрели на их ромбы; устремляясь мечтами в будущее, надеялись, что, может, и нам когда-нибудь присвоят такие же высокие звания.

Колька и Петька собирались стать летчиками, я же лишь иногда представлял себя в кабине тупоносого истребителя: однажды Колька авторитетно заявил, что в авиационное училище меня не примут — слишком длинный, придется пригибаться в кабине, а это не положено. «И в танковое тебя не возьмут», — добавил он, окинув меня с головы до ног придирчивым взглядом. Я разволновался, принялся переубеждать его, сам же думал, что Колька прав: я, дылда, не умещусь ни в кабине истребителя, ни в танке.

Был я долговяз, тощ, рос не по дням, а по часам, прямо как тесто в квашне. Мать покупала мне рубашки и штаны на вырост. Через два-три месяца они становились коротковатыми. Колька и Петька были примерно одного роста: Болдин по плечо мне, Сиротин чуть выше. Колька был поплотнее Петьки; темная, аккуратная челочка слегка прикрывала его высокий, чистый лоб; в синих, словно бы бездонных глазах часто появлялись смешинки. Он любил побегать, повозиться, как это делали все мы, но, стоило возникнуть в конце коридора учительнице, тотчас превращался в пай-мальчика. Вначале я не обращал на это внимания, потом спросил: «Боишься?» Колька сделал вид, что не понял. Был он — так утверждал Петька — непобедим в драках. Они чаще всего начинались стихийно: невозможно было объяснить, почему мальчишки, еще минуту назад спокойные, вдруг превращались в рассерженных петухов. Случалось, что-то не могли поделить и мы — я и Колька. Доставалось обычно мне: синяк под глазом, расквашенный нос, всхлипывание, иной раз и размазанные по лицу слезы. Однако после того как во время одной потасовки я, нелепо размахивая руками, саданул Кольку в челюсть, он перестал «вразумлять» меня, хотя поводов для этого было предостаточно:




загрузка...