КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 409417 томов
Объем библиотеки - 544 Гб.
Всего авторов - 149103
Пользователей - 93235

Впечатления

Stribog73 про Федоренко: Ничего себе поездочка или Съездил, блин, в Египет... (Боевая фантастика)

Читайте книгу со страницы автора на Самиздате:
http://samlib.ru/f/fedorenko_a_w/nichegosebepoezdochka.shtml
Или скачайте у автора файл fb2:
http://samlib.ru/f/fedorenko_a_w/nichegosebepoezdochka.fb2.zip
И кладите на ЛитРес большой прибор!

P.S. Кстати, на Украине ЛитРес официально заблокирован.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про серию Коридоры и Петли Времени

Орфографию, где нашел, исправил. А вот с пунктуацией у автора труба!

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
кирилл789 про Романовская: Верните меня на кладбище (Фэнтези)

это хорошо, что она заблокирована. очень-очень скучная вещь. очень.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Шавлюк: Огненная ведьма. Славянская академия ворожбы и магии (Фэнтези)

начал читать и понял, что, в общем-то, такую девку я и бы бросил. причём не мучаясь год, а сразу. а точнее, просто бы не стал знакомиться, как только бы она раззявила пасть.
надо же, 21 год, а какое великолепное хамло!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Бахтиярова: Двойник твоей жены (Детективная фантастика)

накручено прекрасно.) в мадам авторе пропадает вторая агата кристи.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
monahwar про Смекалин: Счастливчик (Фэнтези)

вроде интересно.жу продолжения

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Федоренко: Исковерканный мир. Сражайся или умри! (Боевая фантастика)

В версии 1.1 кое-что поправил.

Рейтинг: +2 ( 3 за, 1 против).

Чапаев. Железный поток. Как закалялась сталь (fb2)

- Чапаев. Железный поток. Как закалялась сталь (а.с. Антология военной литературы-1967) (и.с. Библиотека всемирной литературы-194) 5.46 Мб, 852с. (скачать fb2) - Александр Серафимович Серафимович - Дмитрий Андреевич Фурманов - Николай Алексеевич Островский

Настройки текста:




Д. Фурманов. Чапаев А. Сераимович. Железный поток Н. Островский. Как закалялась сталь


Бессмертный эпос революции

В стремительном движении человеческой культуры художественные ценности минувших эпох порой не только открываются скрытыми дотоле гранями содержания, обретая новое звучание и глубину, но даже «изменяют» свой жанр, как бы отделяются от события-прототипа и замысла художника. То, что задумывалось автором и утвердилось в сознании современников как интимная лирика, становится иногда в глазах потомков ярким гражданским подвигом, документальный отчет, хроника — эпосом, неистощимым источником оптимизма и гордости за человека.

Книги А. Серафимовича «Железный поток» (1924), «Чапаев» (1923) Дм. Фурманова, «Как закалялась сталь» (1933) Н. Островского, запечатлевшие в разных художественных планах и подробностях рождение нового общества, продолжают свой путь в сознании читателей; их герои словно по-прежнему идут правофланговыми в колоннах бойцов и строителей будущего. И с каждым десятилетием становится все яснее непреходящее в них, секрет их неувядающей красоты и воспитательного воздействия — эпическая полнота выражения правды, духа революционной эпохи и романтическая одухотворенность всех деяний и сокровенных помыслов их героев.

Как и многие другие произведения советской литературы об Октябрьской революции и гражданской войне, эти произведения «вырастали» из документов, из реальных событий классовой борьбы, из конкретных судеб бойцов революции. Известно, что прототипами героев «Железного потока» были солдаты Таманской армии и кубанские крестьяне-иногородние, уходившие с этой армией и ее командиром Епифаном Ковтюхом от белоказачьих банд… В роман «Чапаев» Дм. Фурманов, комиссар Чапаевской дивизии, включает зарисовки с натуры, репортажи («Пилюгинский бой»), выписки из дневника, не измененные документы и письма. Роман Н. Островского весь — «и в корнях и в ветвях» — насыщен тревогами, победами, сомнениями и преодоленным страданием самого автора, — это и история поколения, и страница жизни Островского-человека.

Стремления к эпическим, философским, всеобъемлющим обобщениям будто и не существует для Дм. Фурманова и Н. Островского. В своих произведениях эти писатели словно доделывали то дело, которым они жили на фронтах и стройках, перо поистине было приравнено ими к штыку, а потому конкретное, достоверное, открыто-публицистическое изображение революции, живых творцов ее, самого «воздуха» эпохи было в их глазах наиболее действенной формой участия в общей борьбе. «К литературе нельзя относиться мистически — это орудие борьбы»[1],— писал Дм. Фурманов, определяя свое отношение к писательскому делу. А бороться, как был убежден и он и Н. Островский, активнее всего можно, не покидая боевых рядов, не заменяя умозрительными, отвлеченными оценками событий живые, пусть даже и грубовато-прямолинейные суждения бойцов, голоса самой жизни. И потому нередко рассказ обо всем, что свершается в мире, даже вне поля зрения героя, Н. Островский, как правило, передает действующим лицам или уподобляет свою речь речи персонажей. Так, о разгроме Врангеля у Перекопа Н. Островский информирует как бы со слов и в духе своего героя:

«Голова гадины была раздавлена, и в Крым хлынул красный поток, хлынули страшные в своем последнем ударе дивизии 1-й Конной. Охваченные судорожным страхом, белогвардейцы в панике осаждали уходящие от пристаней пароходы.

Республика прикрепляла к истрепанным гимнастеркам, там, где стучит сердце, золотые кружочки орденов Красного Знамени, среди них была гимнастерка пулеметчика-комсомольца Жаркого Ивана».

Может быть, никогда в истории связи между писателем и народом, мыслью и деянием, мечтой и свершением не были столь органичными, всепроникающими. И именно поэтому и А. Серафимович, и Дм. Фурманов, и Н. Островский творили — и сейчас это очевидно — подлинный эпос, их герои будто возникали не только из их творческого сознания и опыта, а из величайшей «лаборатории» эпических художественных образов — сознания народа. Все приметы внешней «беллетризации», очерковость и документализм отступили сейчас на второй план перед цельностью и красотой сильных, мужественных характеров, наделенных, словно в эпосе, «мощью коллективной психики», соединенных со «всеобщим», «всемирным» не риторическими связями от автора, а тем, что каждый из них сам по себе есть, говоря словами Горького, — «личность… как вершина огромной пирамиды народного опыта, как некий из-под земли Исходящий огонь живой»[2].

Эпическое самодвижение народных масс, возвышенно-романтический смысл созидания нового мира и новой личности, дух революционного правосознания, смысл гуманизма — все эти многоразличные черты революционной действительности, как в фокусе, выразились в книгах