КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 414737 томов
Объем библиотеки - 556 Гб.
Всего авторов - 153103
Пользователей - 94494

Впечатления

кирилл789 про Анд: Судьба Отверженных. Констанция (СИ) (Любовная фантастика)

как сказала моя супруга: автор что-то курила, и это - не сигареты.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
медвежонок про Кучер: Апокриф Блокады (Альтернативная история)

В этой повести автор робко намекает, что ленинградцев во время блокады умышленно убили голодом и холодом советские руководители, чтобы они не разочаровались в идеалах коммунизма и лично товарищах Жданове и Сталине. Ну, может быть. Нынешним россиянам тоже ведь обещан рай. Нынешним руководством.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
renanim про Воронов: Помеченный на удаление (Социальная фантастика)

любителям круза понравится.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
кирилл789 про Анд: Как стать герцогиней, или Госпожа-служанка (СИ) (Любовная фантастика)

чем прекрасна "барышня-крестьянка" пушкина а.с., так это тем, что пушкин писал о том, о чём ЗНАЛ! это была его среда жизни, отношения между людьми, которые он видел и впитал с младенчества, мораль, которая была жизнью именно этого слоя - дворянства. поэтому и сейчас читается с увлечением.
графоманка по фамилии анд пишет о "прости господи". взяв что-то, похожее за пушкинский сюжет, вместо романтики и завлекательной интриги, у неё получилась шл-ха, влезшая в тело 17-летней графской дочери. и ведущая себя соответственно, как гулящая девка.
в общем, что читать не буду, понял уже, когда к 17 сопливке служанка обратилась: миледи.
МИЛЕДИ - ОБРАЩЕНИЕ К ЗАМУЖНЕЙ ДАМЕ!!!
это так же элементарно, как и вытирание места дефекации. ты берёшься писать об аристократии? ПОУЧИСЬ СНАЧАЛА! книжки почитай.
госсподи, как вы надоели, безграмотные, безмозглые, ленивые до труда. "многа букф" у них! мозги устанут!
если бы были, может быть и устали, пусто-до-эха-черепные.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Лабунский: Зима стальных метелей (Альтернативная история)

галиматья конечно но иногда интересные мысли проскакивают

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Serg55 про Лисина: Ведьма в белом халате (Фэнтези)

м.б. и интересно, но заблокировано

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
кирилл789 про Миленина: Невеста смерти (Любовная фантастика)

и что, вы хотите сказать, что вот этот, изображённый на обложке мужик с женскими сиськами и есть смерть с косой???
я посмотрел откуда автор, СПбГУ. понятно, питерский универ, где 63-летний доцент соколов расчленил свою 24-летнюю любовницу-аспирантку. а миленина лидия - его коллега. не удивляет.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Не место для героев [СИ] (fb2)

- Не место для героев [СИ] 1.59 Мб, 459с. (скачать fb2) - Владимир Петрович Батаев

Настройки текста:



Владимир Батаев НЕ МЕСТО ДЛЯ ГЕРОЕВ

Пролог. Герой, которого этот город заслуживает

Щелчок зажигалки с пятой попытки наконец вызвал крохотный огонёк. Газ заканчивается. Да и сигарета предпоследняя.

Вздохнув, парень засунул почти пустую пачку в карман висящей на спинке стула куртки. Вышитый на спине чёрный ворон будто ехидно косился на него жёлтым глазом. Парень усмехнулся своему «тотему», в честь которого взял прозвище. Корвус. Дома это звучало бы глупо, а здесь — в самый раз. Жаль только, курева не достать, да и пива тоже. И так единственную пачку пришлось на год растягивать. Хотя в прекрасном новом мире есть свои преимущества.

Он обернулся, поглядев на женщину, лежащую на смятых простынях. Что ж, можно сказать, жизнь удалась. Миллион не украл, зато королеву трахнул.

— Не дыми на меня, а то мне тоже курить захочется, — нахмурилась женщина.

Он только усмехнулся, продолжая разглядывать любовницу. Прямо вылитая эльфийская принцесса, только ушки не заострённые. Хотя у эльфиек вроде не бывает столь пышных бюстов. Такая фигура, как и кукольное личико без единой морщинки, для женщины за тридцать, у которой ребёнок возраста первоклассника, — едва ли не более невозможное чудо, чем попадание в другой мир. И даже белоснежные волосы, заплетённые в тугую косу толщиной в запястье, ничуть её не старят. Напротив, придают некую безвозрастность. Опять-таки эльфийскую.

Корвус усмехнулся своим мыслям. Да уж, что-то с метафорами нынче небогато. И чего на эльфах зациклился? Их даже в этом мире не водится. Да и вообще магии он пока не заметил. Хотя местные жители многое сочли бы чудесами, но он-то не в находящемся на уровне средневековья обществе вырос. А любая достаточно высокоразвитая технология неотличима от магии для того, кто не понимает и не может представить принцип её действия. Почему бы технологии не перемещать людей между мирами. Хотя вот зачем — это уже другой вопрос. А ещё более важный вопрос — кому это нужно? Впрочем, с ответами до сих пор никто не спешил, а эта тема, определённо, не главная на повестке дня.

— А где нынче Его Величество? Надеюсь, он не явится внезапно исполнить супружеский долг?

— Он за этим давным-давно не являлся, — отмахнулась женщина. — Всё что-то мутит с этими Стражами, ему не до меня. Кстати, хотела с тобой об этом поговорить.

— Как прикажете, моя королева.

Стражи. Уж если кто-то знает о целях и способах перемещения людей между мирами, то это они. Хотя сами это отрицают, заявляют, будто являются такими же «попаданцами» или местными уроженцами, внезапно обнаружившими в себе магические силы. Ну да, как же, горазды макаронные изделия на уши вешать. Жаль, только в фигуральном смысле, макароны были бы кстати, практически деликатес, по сравнению со здешней адской кухней.

— Наш дорогой король Эдуард решил спасти мир, — заявила женщина.

Корвус аж поперхнулся. Ну, для начала мир — это громко сказано. Один городишко, будь он неладен. Да и от чего спасать? Разве что от самих обитателей.

— А миру что-то угрожает? Помимо всяких тварей, порой закусывающих мирными гражданами. Но с этим мы вроде и так боремся в меру сил. Чего это Эдик там ещё выдумал?

— Эдик, — недовольно фыркнула королева. — Ну вот что за панибратство с мужиком, вдвое тебя старше? К тому же королём.

— Я трахаю его жену, какой уж тут пиетет, — возразил Корвус. — Так что он задумал?

— Он уговорил Стражей попытаться перенести весь город в другой мир.

— В наш?

— Возможно. Или в какой получится. Это неважно, — отмахнулась женщина.

Корвус нахмурился. Он совсем не считал это неважным. Вернуться домой? Поиграл в королевского гвардейца, любовника королевы — и иди работай в офис, менеджером среднего звена? Нет уж, спасибо. А то и вовсе все жители города сгинут где-нибудь в правительственных лабораториях или изоляторах. Переселенцы из другого мира — это не шутки. Тем более, не все из них люди. И есть ещё Избранные, у которых будут искать источник их несколько более чем среднестатистических силы, скорости реакции и регенерации. Пусть до суперменов им далеко, но любой не уступит хорошо тренированному атлету, причём совершенно без подготовки. Это здесь на несколько тысяч человек они не редкость, а вот среди семи миллиардов… Нет, в офис их точно никто не отпустит.

— И думаешь, Стражи смогут перенести целый город? Они вообще экспериментировали?

— Ну, кое-что притащить из других миров им регулярно удаётся, сам знаешь. Но далеко не всегда то, что хотели. А перемещать предметы отсюда нет смысла: никак не проверить, куда они попадут.

— Видел я их добычу, — проворчал он. — Парочка железяк подозрительно смахивала на детали лунохода. А может, марсохода. И не факт, что притащили их из ангара на Земле.

— Вот именно, — кивнула королева. — Мы все запросто можем оказаться хоть на Луне, а то и вовсе застрять между мирами. Но Эдуард меня и слушать не стал. Он просто помешался на этой идее. Хочет переплюнуть деда, пытавшегося вывезти жителей в ковчеге. Тоже мне, Ной выискался. Они в океане сгинули, а мы и вовсе неведомо где пропадём.

— Ну пиздец, — протянул Корвус. — И что делать-то? Мы с Эдом, конечно, болтаем иногда, ему интересны истории про наш мир. В шахматы играем ещё. Но прислушиваться к моему мнению он не станет.

— Иногда и пешка может убрать с доски короля, — задумчиво протянула женщина. — А ты как минимум конь. По крайней мере, жеребец ещё тот.

Корвус задумался. Он, конечно, Избранный. А значит, быстрее и сильнее обычного человека — хотя и не намного. Но Стражи — игроки совсем другой лиги. Да одна телепортация чего стоит. Не говоря уж о том, что могут попросту выкинуть развоевавшегося идиота за пределы этой реальности.

— Ты станешь героем, — горячо зашептала женщина, прижавшись грудью к его спине. — И моим героем в том числе. А если короля не станет, то королеве-регенту никто не помешает обзавестись принцем-консортом. А против спасителя мира в этой роли не возразит никто.

Предложение было заманчивым. И награда соблазнительна. Прямо как в сказке — полцарства и королева с роскошным телом в придачу. Но убивать короля… Они, конечно, не друзья, сказывается разница как в возрасте, так и в положении и менталитете. Но всё же приятели. Ну, наставлять ему рога это не мешает. Нужно было лучше удовлетворять жену, чтоб она не прыгала в постель с молодым любовником, сам виноват. Но убивать его — совсем другое дело. Да и кому нужен этот статус героя и принца? Без того неплохо.

Корвус покачал головой. Конечно, отказываться от почестей он не станет. Но и стараться только ради них — тоже. А вот помешать планам Его Величества всё же необходимо. Он так и не понял, что в мире, откуда пришли сам Корвус и большинство других Избранных, этому городу и его жителям не найдётся места. Если бы Стражи могли гарантировать успех перемещения и выбрать место назначения — какой-нибудь мир со средневековым обществом, — осталось бы только восславить монарха и благословить его замысел. А так, ткнуть пальцем в небо и попасть им в задницу, это никуда не годится. Кто-то должен этому помешать. А кроме него, похоже, некому.

— Ну и как мне их остановить? Мечом? Против всей королевской рати и Стражей?

— О, ни в коем случае. Не считай меня дурой, дорогой, — рассмеялась женщина, вылезая из постели. — Я, как и ты, дитя двадцатого века и не верю в сказки о героях-богатырях. И припасла кое-что на такой случай.

— Я прекрасно помню, что мы из одного мира, — заверил Корвус, развалившись на кровати и закинув руку за голову. — Правда, с годами какая-то путаница выходит, если ты насчёт возраста не привираешь.

— Похоже, в разных мирах время течёт с разной скоростью, — пробормотала она, роясь в шкафу. — Или же перемещение может произойти из любого времени. Может, и эта штучка из нашего мира, из далёкого будущего. А может, из другого.

Она извлекла из шкафа металлический ящик размером со сложенную шахматную доску. Подняла его женщина без видимого напряжения, что вряд ли удалось бы, не будь она Избранной. Водрузив ношу на стол, королева откинула крышку.

Корвус одним плавным движением выскользнул из постели и оказался возле неё. Увидев содержимое находки, он удивлённо присвистнул.

* * *

Корвус мчался по улице со всей доступной Избранному скоростью, мысленно костеря себя на все лады. Так увлёкся новой игрушкой, что чуть всё не проворонил. Король Эдуард уже ушёл вместе со Стражами, теперь приходится догонять. Лишь бы они не успели провернуть задуманное.

Зато теперь он был готов к столкновению. Если Эд не захочет прислушаться к доводам разума, у Корвуса найдётся более веский аргумент — телескопическое копьё. В сложенном виде оно даже смахивало на рукоять джедайского меча, но поворот кольца на рукояти раздвигал древко на всю двухметровую длину. Выдвижные строенные лезвия на обоих концах располагались с внешней стороны древка, не закрывая полые вершины-стволы. Стрелять из этого хитроумного оружия можно было и в сложенном состоянии. Экспериментируя, Корвус ненароком подпалил кровать и прожёг дырку в двери, но в результате разобрался с переключением режимов стрельбы — лучевым и плазменным. С таким оружием вполне можно попытаться противостоять Стражам с их возможностями. Особенно если не упустить элемент неожиданности.

Наконец, он выскочил на площадь посреди района мастеровых. Ограниченность ресурсов, истощаемых с каждым годом, приводила к сокращению производства, так что эта часть города была населена меньше других. Возможно, поэтому Стражи и решили начать отсюда. Может, они хотят город по кусочкам перетаскивать? Или король просто решил сбежать сам, прихватив минимум жителей и бросив остальных? Если так, то можно было и не вмешиваться.

— Корвус, ты что тут делаешь? — удивлённо воззрился на него король Эдуард. — Я ведь приказал гвардейцам оставаться.

Действительно, вопреки ожиданиям, королевской рати не было и в помине. Корвус усмехнулся. Это облегчало задачу. Пять Стражей и один монарх — приемлемые потери.

— Переносить город в другой мир? Вы сбрендили, Ваше Величество?! — без всякого уважения к правителю заорал он. — Да на кой хер это кому надо вообще? Не говоря уж о том, что мы все можем сдохнуть в процессе.

— В любом случае уже поздно, — холодно отозвался король. — А с твоим поведением разберёмся позже. И не надейся, что это сойдёт тебе с рук. Заступничество моей жены не поможет.

— Что, забодаешь меня? — ухмыльнулся Корвус.

— Мальчик, не думаешь же ты, будто я слеп. Твоя связь с королевой мне давно известна. И меня это не волнует, — Эдуард презрительно отмахнулся. — Она родила мне наследника, а больше ничего и не требовалось. Дурацкая традиция жениться на пришлых Избранных, спасибо дедуле. Эти шлюхи горячи в постели, но жить с ними — упаси бог. Никакой аристократичности и на уме не пойми что.

— Конечно, средневековой деревенщине цивилизованного человека не понять, — распалился Корвус. — Останови Стражей. Или это сделаю я.

— Процесс пошёл, отменить невозможно, — отозвался один из пятерых стоящих кругом мужчин. — Если прервать, неизвестно, что произойдёт.

— Зато известно, что случится, если не прервать! — рявкнул Корвус.

Он выхватил из внутреннего кармана куртки сложенное копьё. Ни король, ни Стражи не обратили на это внимания. Подумаешь, какая-то металлическая трубка.

Выстрел был беззвучным. Зелёный плазменный шарик размером с горошину врезался в спину одного из Стражей и взорвался, опрокинув тело с дырой, сквозь которую свободно прошёл бы футбольный мяч.

Остальные Стражи только теснее сомкнули круг. А вот Эдуард выхватил меч и с криком бросился на врага. И напоролся на лезвия вмиг раздвинувшегося копья.

— Предатель, — прохрипел он, бросив меч и схватившись обеими руками за древко.

— Да, — не стал спорить Корвус. — Но при этом герой. Такой вот хреновый герой, но другого не нашлось.

Он снова выстрелил, на сей раз лучом. Пронзив тело монарха, заряд настиг ещё одного Стража.

— Мы теряем контроль.

— Завязывайте с этим дерьмом, — приказал Корвус.

В ответ Страж махнул рукой. Тело умирающего короля, а вместе с ним и половина копья, исчезло с негромким хлопком.

— Идиот! — заорал на него коллега.

— А что было делать, ждать, пока он нас перестреляет?

— Какая теперь…

Договорить он не успел. Троих оставшихся Стражей, а заодно и тела их мёртвых товарищей, поглотил возникший из ниоткуда шар непроницаемой тьмы.

Корвус нервно сглотнул и начал медленно отступать. Он надеялся, что вот сейчас этот шар схлопнется и исчезнет, не оставив никаких следов случившегося. Идеальное преступление. Король и Стражи исчезают, никто ничего не видел…

Но шар и не думал пропадать. Вместо этого он начал расширяться. Заряды плазмы и лучи энергии исчезали в надвигающейся чёрной стене без видимого эффекта. В отчаянной надежде Корвус ткнул во тьму уцелевшими лезвиями. Судя по ощущениям, попал во что-то твёрдое. И это что-то схватило оружие и потянуло к себе. Корвус поспешно выпустил рукоять, развернулся и помчался прочь.

* * *

Корвус стоял возле туманной чёрной стены, уходящей в неведомую высь. Это больше не выглядело шаром, хотя, возможно, где-то наверху и глубоко внизу закруглялось. А может, с расширением утратило форму. Шутка ли, накрыть целый район. Целый район, где жили люди. Несколько сотен человек. И что с ними теперь? Заодно город потерял все мастерские и проход к одним воротам. И всё из-за одного идиота. Оставалось только решить, кто же этот идиот — он сам или король Эдуард?

Та же судьба могла постигнуть весь город. А быть может, всё удалось бы. И что тогда? Сейчас вокруг городских стен расположилась бы армия, а жителей отлавливали и отправляли на дознания, проверки, обследования, исследования и вскрытие? Но даже если так, всё равно спасение вышло каким-то неправильным. Через жопу оно вышло, чего уж греха таить.

А в ушах ещё звучали аплодисменты и восторженные крики народа. Её Величество королева-регент таки объявила о героическом подвиге безвестного гвардейца, спасшего мир от обезумевших Стражей, захвативших в плен «нашего дорогого короля Эдуарда». И герой даже получил награду. Если это можно так назвать.

— Какой ещё Лорд-Командующий? — возмущённо орал Корвус. — На кой хер мне этот непонятный титул?

— Не нравится — переименуйся, — равнодушно пожала плечами королева. — А что ты хотел? У меня муж трагически погиб, я в трауре. Принц-консорт был бы совсем не кстати. Да и вообще, я подумала и решила, что лучше останусь свободной женщиной.

— Она, блядь, подумала и решила! Охереть не встать!

— Захлопни пасть! — прикрикнула женщина, отвесив ему пощёчину. — Я тебе дала больше, чем заслужил. И давала чаще, чем стоило. Кстати, в постели ты не так уж хорош.

— Да уж конечно! И мир спас не так, и член, оказывается, маловат! Что-то, пока я был нужен, тебя всё устраивало. А теперь от мужа избавилась, а меня в утиль.

— Если будешь нарываться — последуешь за моим мужем, — предупредила женщина. — Так что советую придержать язык. Герои нужны только на парадах, потом про них быстро забывают. Пятнадцать минут славы пройдут быстро. А герой в отставке никому не интересен. Никто и не заметит, если он сдохнет под забором. Можешь тихонько сидеть себе в Башне и ничего не делать. Трудиться на благо народа не заставляю, всё равно не сумеешь. Заведи любовницу или целый гарем, развлекайся, всё за счёт казны. Только под ногами не путайся, не то раздавлю. Прощайте, Лорд-Командующий.

— Коммандер, — буркнул он. — Лорд-Коммандер! Так лучше звучит.

— Да похер вообще, — отмахнулась она. — Хоть горшком назовись и в печь влезь.

Да уж, награда та ещё. Какой-то выдуманный на ходу титул без прав и обязанностей. Герой должен зваться как-нибудь вычурно, вот и всё. Лорд-Коммандер… Умывальников начальник и мочалок командир, чёрт подери. Выгнан из королевской постели и дворца вообще, отправлен в гарнизон городской стражи. Ну хоть не в рядовые, даже вовсе независим от капитана стражников.

Нет уж, не будет так, как хочет эта стерва. Герой с громким титулом может и начать качать права. Не справится с ролью? Пусть так. Не справится один — наберёт помощников.

— О чём грустишь-печалишься? — прозвучал незнакомый насмешливый голос за спиной.

— Герою не к лицу унывать, — вторил ему второй, женский.

Корвус обернулся и с удивлением уставился на парочку. Парень и девушка в джинсах и футболках. Но на только что провалившихся сюда из другого мира не похожи. Будто на ежедневную прогулку вышли.

— Вы ещё кто такие? — угрюмо буркнул Лорд-Коммандер.

— Даллас.

— И Дакота.

— Новые Стражи.

— Раз уж старых ты угробил скопом.

— А свято место пусто не бывает.

— Хотя святого в этом месте ничего и нет.

— Ну вы и ебанутые, — только и сказал Корвус.

Парочка синхронно рассмеялась.

— Ты что-то обронил, — указал Даллас.

— Не потеряй, а то не найдёшь, — добавила Дакота.

Лорд-Коммандер взглянул под ноги. Там лежал старинный компас. Он машинально подобрал находку, а когда вновь поднял взгляд, чтобы сообщить паре придурков, что это вовсе не его вещь, те уже исчезли.

— Долбаные Стражи, — проворчал он. — И старые-то были плохи, но эти вообще пиздец. И откуда только взялись такие на мою голову.

Он досадливо сплюнул, сунул дурацкий компас в карман, вытащив взамен пачку с последней сигаретой. Что ж, самое время докурить и бросить. А потом — начать новую жизнь. В роли Лорда-Коммандера, героя спасителя мира в отставке. Который будет делать то, что необходимо. И на сей раз постарается справиться получше.

Интерлюдия 1. Тьма и пламя

Преподаватель оглядел аудиторию, выбирая, кого из студентов призвать к ответу. Прогульщики и двоечники пытались спрятаться друг за друга и за отличников.

Антон не относился к числу ни тех, ни других. Если и прогуливал занятия, то изредка и только ради репетиций в группе. А было это не так часто, максимум пару раз в неделю — вечно то гитарист на свидании, то ударник в больнице или обезьяннике за драку. А ещё говорят, будто это басисты безответственные и умом не блещут. Да он просто пример для подражания!

— Готова? — повернулся он к соседке.

— Нет, — сухо отозвалась Маринка.

— Ну, авось пронесёт, — попытался ободрить её Антон.

Девушка не ответила. Все попытки Антона сблизиться с ней разбивались о стену холодного отчуждения. Впрочем, всех остальных она тоже сторонилась. Ну остальные-то понятно, кто не зануда и зубрила, тот гопота сельская. Но он-то парень хоть куда! Ещё и в панк-рок группе играет, девчонки любят музыкантов. Она-то тоже не цивилка. Правда, готесса, а не панкушка, но всё ж. Может, она из тех, которые любят парней, которых от баб с трудом отличить можно, этих, как их, андрогинных? Вроде у готов такие популярны.

Эх, Маринка. Даже в универе вечно вся в чёрном и в перчатках. Да ещё и воротник под горло, хоть бы раз с декольте пришла. Ведь и показать есть что.

— Может, вечером погуляем? — сделал очередную попытку Антон. — Чай, кофе?

— Потанцуем, — насмешливо продолжила девушка.

— Ну тоже вариант, — пожал плечами он.

— Вот вы там, девушка, — указал на неё преподаватель. — Вижу, вам есть что сказать. Скажите нам всем, по теме семинара.

— Вот спасибо тебе, — прошипела Маринка.

Антон вздохнул. Эх, если она сейчас получит неуд, точно на него обидится. И что делать?

— Можно выйти? — выкрикнул он, подняв руку.

— Нет, — сухо отозвался преподаватель.

— Ну мне в туалет надо, — заканючил парень. Препод покачал головой. — Тогда я прям тут обосрусь, — предупредил Антон, встал и принялся расстёгивать ремень.

— Выйдите из аудитории! Вон! — велел преподаватель. — Как его фамилия?

Староста мигом сдал нарушителя порядка. Ну и хрен с ним, не отчислят за такое, отругают, пальцем погрозят, велят больше так не делать, да и всё.

Антон выскочил в коридор и побежал. Идея была дурацкая, но он всегда хотел это сделать. А тут к тому же не из хулиганства, а ради спасения Маринки от неуда, благородное дело, почти рыцарский подвиг.

Кнопка пожарной тревоги имелась за углом. И защитную крышку давно оторвали, или сама отвалилась, нажимай кто хочет, даже выламывать не надо. Если только её не отключили, но, по идее, не должны. В крайнем случае ещё одна этажом выше рядом с лестницей.

Трезвон пожарной сигнализации разнёсся по всему корпусу. Авось примут за внеплановые учения. А пока разберутся, не вспомнят, кого перед этим с семинара выгнали. Да и если что — никто ничего не видел, не докажут, презумпция невиновности.

Антон поспешил обратно к аудитории. Из которой почему-то никто не спешил выходить, а изнутри раздавался жуткий душераздирающий панический вопль.

Он заглянул в аудиторию. Маринка сидела на полу, сжавшись в комок и закрыв голову руками. Вопила именно она.


Декан отхлебнул кофе и поглядел на сидящую перед ним парочку.

— Ну-с, молодые люди, и что с вами делать? — вздохнул он.

— Да мы ничего не сделали, — пожал плечами Антон.

— А вот Максим Сергеевич мне другое сказал, — вздохнул декан. — Говорит, начудили вы на его занятиях изрядно, семинар сорвали. Придётся ваших родителей вызвать.

— Телефончик медиума дать? — хрипло осведомилась Марина. — Или есть знакомые в этой области?

— Что, простите? — приподнял очки декан.

— Говорю, спиритический сеанс проводить сами будете, или специалист нужен? — не смутилась девушка. — Раз с моими родителями связаться хотите. Умерли они. Погибли при пожаре.

— Прошу прощения, я не знал…

— Если хотите, можете моего дядю вызвать, но он вечно зарыт в дела по горло и вряд ли придёт, — она бросила на стол декана визитку. — Но всё же визитка точно рано или поздно пригодится. Я могу идти?

Декан кивнул. Девушка встала и направилась к двери. Антон склонился вперёд, чтоб разглядеть, что написано на визитке. Прочитать удалось только крупный шрифт: «Похоронное бюро».

— А я вообще ничего не сделал, живот прихватило просто, — затараторил парень. — Что делать-то было? Терпежу никакого. Против природы не попрёшь. Больше в кафетерии завтракать не буду, вот клянусь. Опять нутро крутит, можно я побегу?

— Иди уже, — махнул рукой декан. — Но чтоб больше не повторялось.

— Чесслово, — уже от дверей заверил парень, спеша догнать Маринку.


— Что ты за мной ходишь? — огрызнулась девушка.

— А может, я влюбился, — признался Антон.

— Подрочи, и всё пройдёт, — отозвалась она.

— Ну чего ты, — насупился парень. — Я ж не знал. А то не стал бы тревогу врубать. Хотел как лучше.

— Да ты вообще ничего обо мне не знаешь. И меня не знаешь. Зато влюбился.

— А может, я люблю загадочных, — не отступил Антон. — И вообще, познакомиться получше никогда не поздно. Это обратно раззнакомиться уже никак. Давай я тебя домой провожу?

О том, чтоб вернуться на занятия, уже и речи не было. Маринка явно не хотела, чтоб однокурсники таращились на неё после случившегося. А Антон решил, что, если сейчас отступит, потом уже точно всё будет без толку, так что надо переть до победного.

— Домой? — девушка поморщилась. — Не хочу объяснять дяде, почему так рано пришла.

— А я тут рядом живу.

— Хрен с тобой, — решила Маринка.

Антон хотел сказать, что хрен всегда с ним, но, подумав, решил всё же смолчать.


Он сидел на диване и потягивал холодное пивко. Маринка на предложение выпить в час дня ответила раздражённым взглядом и ушла в ванную. И застряла там уже надолго. Бутылка опустела. Пожав плечами, Антон отправился к холодильнику за второй.

Дверь в ванную была приоткрыта. Внутри тихо, вода не шумит. Он прислушался и решился заглянуть в щёлку. Не с целью подсмотреть, но вдруг что случилось. Может, Маринка там в обморок упала, головой ударилась…

Ничего не увидев, решил приоткрыть дверь чуть шире. Несмазанные петли заскрипели.

— Ну заходи, раз пришёл, — всё ещё хрипло после недавнего крика сказала девушка.

Она стояла у зеркала, спиной к двери. Обнажённая. Антон нервно сглотнул.

— Не нравится? — осведомилась она. — Не этого ждал? Разочарован? Ясное дело…

— Да я… не… не хотел подглядывать.

— Да смотри, смотри, — хмыкнула девушка, развернувшись. — Или не хочется?

Он засопел, не зная, что сказать. Увиденное не отталкивало, но всё же… Грудь красивая, вполне соответствует любым эстетическим стандартам. А вот на остальном теле, кроме лица, пожар оставил нестираемый след. Сплошной шрам от ожога. Выглядит странновато, непривычно… Но не противно. Всё же Маринка красавица. Хотя наверняка многие реагировали нервно.

Антон шагнул вперёд, протянув руку к её руке.

— А можно дотронуться? Не будет больно?

— Ты извращенец, что ли? — фыркнула девушка. — И дурак, точно. Шрамы старые. Не больно.

Он провёл ладонью по её плечу. Ощущение странное. Девушка вздрогнула.

— Ой, только не ври, что всё хорошо и тебе нравится, — поморщилась Маринка. — Или к психиатру сходи.

— А справку от венеролога тоже принести? Или на слово поверишь?

— Кретин, — буркнула Маринка, оттолкнув его руку, и принялась одеваться.

Антон собирался выйти, но остановился в дверях и обернулся. А то ещё подумает, что ему всё же неприятно на неё смотреть. Может, от другой он бы и отвернулся, скривившись. Но это ж Маринка.

— Ты точно извращенец, — проворчала девушка, но выставить его не пыталась.

— Сама-то, — хмыкнул он. — Первый раз в гости к парню пришла, сразу в ванной догола разделась и дверь не заперла. А как подглядел — так вуайерист, ага.

— Вуайерист, надо же. Ишь ты, умник, как заговорил…

— Словарь читал, — похвалился он. — Правда, пока только до «в» и дошёл.


Они сидели на противоположных сторонах дивана и пили пиво. Маринка не стала надевать перчатки, и это был явный показатель доверия.

— …В общем, те парни Федю и его барабанные палочки наверняка надолго запомнили. Да и врачи, которые эти палочки вытаскивали, думаю, тоже, — закончил историю Антон.

— Прям уж врачи, — усомнилась девушка. — Как будто они сами их не вытащили бы. Палочки тонкие, не застрянут же. А Федя твой, видать, извращенец, если вправду палочки парням запихал…

— Ой, у тебя все кругом извращенцы. И откуда знаешь, что не застрянут? Проверяла?

— А вот проверяла! — с вызовом заявила девушка. — И целоваться на огурцах тренировалась. И что?

— А вот докажи.

— На первом свидании никаких минетов.

Антон чуть не подавился пивом. Значит, она всё же считает это свиданием? Интересно, попрыгать и поорать от радости будет перебором или нет?..

Додумать помешал звонок в дверь.

— Что за херня? — проворчал парень, глядя в чёрную хмарь за порогом.

— Что там? — насторожилась Марина.

— Муть, — сплюнул он. — Да что за вашу ма…


Чёрная хмарь, заползающая в квартиру, проглотила окончание слова и скрыла парня с глаз. Марина подскочила с дивана. Дым, густой чёрный дым, пожар…

Тяжело дыша и стараясь не сорваться во второй за день приступ паники, она отступала к балконной двери. Нет, нет, на дым не похоже, и вправду муть какая-то… Но что это ещё может быть?

Спина упёрлась в балконные перила. Хмарь, будто поняв, что жертве некуда отступать, метнулась вперёд. Будто язык пламени…

Потеряв над собой контроль, девушка развернулась, перегнулась через перила, оттолкнулась ногами и полетела вниз. Чёрная муть рванула следом, накрыв падающую фигуру. И рассеялась.

* * *

— …А-а-ать! — с таким криком из туманной чёрной стены вывалилось тело.

Совершающие патрульный обход городские стражники с удивлением уставились на выходца из Разрыва.

Парень катался по земле, закрыв лицо руками и продолжая орать. Наконец затихнув, он несколько секунд полежал, поднялся на колени и тут же скрючился в приступе рвоты.

— Вот ведь херня мутная, — пробормотал он.

— Эй! — окликнул его один из стражников. — Ты в порядке? Откуда ты вылез?

Он поднял голову, огляделся вокруг и почесал в затылке.

— Ну ни хрена се вопрос. А куда я влез? Вот это вопрос.

Он усмехнулся. Стражник нервно сглотнул и отшатнулся при виде игольно-острых зубов и глаз с вертикальным зрачком.

— Надо доложить Коммандеру, — обернулся он к напарнику.

— Я пришёл с миром, проводите меня к вашему главному, — предложил парень.

Но стражники уже развернулись и поспешили прочь.

— Ну и хрен с вами.

Антон поднялся и помотал головой, отгоняя стоящие перед глазами чёрные пятна. Пошатываясь, прошёл пару шагов до оказавшейся рядом стены и, опираясь на неё рукой, заковылял дальше.

— Мы слишком долго выход искали, но шли бесконечно вдоль стены, — пробормотал он. — Ну, если выхода не найдётся, воспользуюсь входом, хрен с ним.

* * *

Маринка зашипела от боли в содранной о неровный каменный пол ладони. Впрочем, могло быть хуже, хоть в вонючую бурую лужу не угодила. Девушка всё ещё тяжело дышала после пережитого приступа паники. Может, всё вокруг галлюцинация? Или иллюзия умирающего мозга, а на деле её тело лежит под балконом? Но боль в руке утверждала, что всё реально. Но как она попала в эту пещеру?

От мыслей отвлёк скрежет по камням за спиной. Девушка обернулась и закричала. Скребя по полу когтями, к ней на четвереньках приближалось какое-то мерзкое существо. Лысая башка, уши торчком, нос крючком, а зубы… в полпальца длиной и острые как на подбор. Ночной кошмар стоматолога.

Да какая разница, что за тварь. Даже если это ад с чертями, живой она им не дастся. С этой мыслью Маринка рванула прочь по тоннелю.

Позади раздался рык и цоканье когтей, заставив девушку прибавить скорость. Откуда-то из-за поворота донеслось эхо голосов, даруя надежду на спасение.

При виде несущейся на них со всех ног девушки воительницы подняли было оружие. Но тут же расступились, пропуская её за спины и встретив клинками преследующую Марину тварь. Монстр взревел от боли и попытался зацепить ближайшую противницу когтями. Но другая ткнула клинком чудищу в шею, обрывая его омерзительное существование. Тварь забилась в предсмертных конвульсиях, дрыгая лапами.

— Ты кто такая? — обратилась к девушке одна из воительниц.

— Марина, — ошалело отозвалась та.

— Ну зашибись теперь, — по-мужски сплюнула амазонка.

— Какой вопрос, такой и ответ, — успокаивающе положила ей руку на плечо подруга. — Что ты от неё хотела услышать? И так всё ясно. Шла, упала, очнулась…

— Гипса нет, — брякнула Марина.

— Нет, — кивнула женщина. — Потому что это не кино и забавных приключений не будет. Это жизнь. Вонючая жизнь в вонючей канализации вонючего городишки. И эта жизнь, — она пнула тушу дохлой твари, — пытается тебя сожрать. И бежать некуда, так везде.

— А где я?

— Сказала же — в вонючей канализации вонючего городишки. Это похоже на метафору, что ли? Пошли, у нас тут кое-какие дела. Из-за тебя возвращаться не будем.

Женщины направлялись туда, откуда прибежала Маринка. Девушка опасалась, что там окажутся ещё такие же твари, как напавшая на неё, но воительниц это, похоже, не волновало. Они остановились возле вонючей лужи, всматриваясь в стену за ней.

Теперь и Маринка заметила, что стены там нет, а на её месте клубится всё та же чёрная мгла.

Одна из женщин зашагала прямиком по бурой жиже, не боясь запачкать сапоги. И так же смело сунула руку прямиком во тьму. Пошарив там, вытащила обратно и осмотрела. С рукой ничего не случилось, и воительница повторила попытку, на сей раз углубившись по плечо.

— Что-то попалось, — объявила она.

Женщине пришлось поднапрячься, чтобы извлечь свою добычу на тусклый свет фосфоресцирующего мха. Сначала показалась рука. Воительница потянула, отступая назад, и наружу вывалилось тело.

Темноволосый обнажённый мужчина, хорошо сложенный, как отметила Маринка. Кожа бледновата, но это готичненько. Он упал лицом вниз и не шевелился.

— Дохлый мужик, — резюмировала воительница, пнув его в бок. — Эка невидаль. Пошли дальше искать.

Тело конвульсивно дёрнулось и приподнялось на локтях. Рука метнулась в сторону, ударив женщину по ногам и опрокинув. «Дохляк» пружинисто вскочил и замер над упавшей на полусогнутых, по-звериному склонившись вперёд, будто не уверенный, не встать ли на все четыре. Он оскалился, продемонстрировав ровные белые зубы, вполне человеческие.

— Бежим! — крикнула остававшаяся на ногах амазонка и, толкнув Маринку, поспешила последовать собственному приказу.

Девушка помчалась за ней. Боясь упустить женщину из виду, она не осмеливалась притормозить, чтобы дождаться отставшую. А когда эхо стало доносить крики, прибавила хода.

Готичный брюнет оказался не только вполне живым, но и агрессивно настроенным. Да и весь готический флёр мигом выветрился, стоило ему подняться, сразу проявилась звериная натура хищника. Сумасшедший какой-то. А может, оборотень. Могут ведь быть оборотни там, куда попадают через чёрную пелену, упав с балкона? Где бы и чем это место не было. Немного утешало, что тут всё же есть какой-то город, а не только тёмные лабиринты тоннелей с бурой жижей на полу и голодными чудовищами.

— Зря мы его вытащили, ох зря, — пробормотала воительница, наконец остановившись отдышаться.

— А кто это?

— Да откуда ж я знаю? — пожала плечами женщина. — Вернись да спроси.

— Что-то не тянет, — признала Марина.

— Вот именно. Ну да ладно, одной тварью больше, хуже не будет.

Марина подумала, что в кино и книгах после этой фразы всегда немедленно становится хуже, причём намного. Но тут ведь не кино и не книга. Чем он хуже того урода, что гнался за ней. Этот даже более-менее на человека похож.

— Хуже не будет, — согласилась она.

* * *

Он приподнялся на локтях и покосился в сторону. Три живых существа. Напасть, убить, уничтожить.

Резкий взмах рукой — и ближайшее существо падает. Он пружинисто вскакивает на ноги. Он хищник, убийца, а они добыча, жертвы. Он оскалил зубы и напряг мышцы, проверяя их работоспособность.

Два существа быстро удалялись. Догнать? Существо на полу пошевелилось. Хищник склонился над ним, забыв про двух других.

Он не помнил почти ничего. Отдельные слова и мысли, как искры, вспыхивали в кромешной тьме. Во тьме, где он был долго, очень долго…

Существо попыталось ударить. Хищник перехватил руку и повернул. Раздался хруст, потом крик. Убийца склонился ниже. Настырное существо повторило попытку другой конечностью. Снова хруст и крик.

Он склонился ниже, опустился на колени и почти ткнулся носом в щёку жертвы. Она пыталась отвернуться. Он положил руку ей на горло. Он знал, что, если надавить, будет хруст. А крик?

Ноздри дёрнулись, улавливая запах. Пот. Страх. Он провёл рукой по телу существа. Что-то не так. Один из ногтей удлинился, превратился в острый коготь и подцепил ткань, прикрывающую тело. Резкое движение, треск.

Запах усилился. Хищник склонился ниже, прикоснулся языком к коже. Попробовал вкус. Провёл ладонью, сравнивая ощущения. Солоно и мягко. Есть и другие чувства.

Он вновь склонился к телу. Принюхался. Ухватил ладонью мягкую выпуклость. Впился в неё зубами. Крик.

Оторванный кусок плоти он проглотил, почти не жуя. Голод. Он приник ртом к месту укуса, глотая текущую жидкость. Существо продолжало кричать и дёргаться.

Удар, ещё удар. Голова жертвы со стуком бьётся о камень. Но жертва не затихает. С рычанием хищник встал, поднимая жертву. Разбежавшись, он ударил существо о вертикальную каменную преграду. Хруст. Существо затихло. Но хищнику понравилось ощущение. Он ударил ещё раз и ещё. Он продолжил бить, пока голова жертвы не перестала издавать стук и хруст.

Опустив тело на пол, он принялся копаться в окровавленном месиве. Что-то блеснуло и вновь исчезло. Рывком сорвав мешающие волосы и остатки раздробленных костей, он принялся рыться в хлюпающей массе. Нащупав что-то твёрдое, не похожее на кость, он дёрнул. В пальцах оказалось что-то. Он не знал, что это. Хищник поднёс находку ближе к глазам, чтобы рассмотреть. Предмет начал извиваться и, выскользнув из окровавленных пальцев, скользнул хищнику в ноздрю.

Он зарычал. Не от мгновенной боли, а от раздражения. Закрыл глаза на несколько мгновений и замер. А когда открыл — в них светился разум, сменивший звериные инстинкты.


Человек, женщина, мертва. Пригодна в пищу, но не является промысловой дичью.

Голод всё ещё напоминал о себе. Он склонился над телом и сдёрнул с пояса убитой нож. Так гораздо удобнее, чем рвать зубами. И нужна одежда. Её не подойдёт. Разорвана и не тот размер.

Хищник по-прежнему не знал, кто он. Ничего не помнил о себе и своём прошлом. Но разум вернулся, возродилась способность мыслить. Появились знания. Знания, принадлежавшие прежде этой женщине. И ещё смутные воспоминания. Их хищник отогнал подальше. Ненужный хлам, бесполезны. Её жизнь не важна, её прошлое прошло.

Женщина ничего не знала о нём. Только общие факты, вероятно не соответствующие действительности. Человек, мужчина. Он не был уверен, соответствует этим определениям или нет, но ощущал потребность идентифицировать себя. Мистер — да, это слово подойдёт. Имени он не помнил. Имя человеку даёт другой человек. Кто-нибудь даст ему имя. А пока он будет просто Мистер.

Мистер начал разделывать тело. Первым делом нужно утолить голод. Он заметил, что вокруг уже начали собираться другие существа, не люди. Вероятно, они тоже голодны. Он может поделиться с ними, здесь достаточно мяса. Потом он добудет ещё, когда потребуется. И новых золотисто-серебряных червячков, прячущихся в мозгу и хранящих знания. Нужно восстановить информацию, исчезнувшую во время пребывания там, во тьме. Восстановить или заменить. Знания — сила. А он — воплощение силы. Он твёрдо это помнил, хотя и не знал, почему это так.

Часть 1. Пока Ворон живёт в Тауэре…

1.1. Чёрный Ворон

Солдат выбрался из люка на крышу и негромко откашлялся, пытаясь привлечь внимание. Стоящий у парапета мужчина не обернулся и вообще делал вид, будто не заметил, что его уединение прервали. С хорошими новостями адъютант не явится.

— Лорд-Коммандер Корвус…

— Ну, чего тебе? — вздохнув, мужчина всё же прервал созерцание города.

— Страж умер, милорд, — объявил солдат.

Коммандер задумчиво кивнул, одарив стражника угрюмым взглядом.

— Минус один Пограничник — плюс десяток новых дыр в Границе, — сумрачно резюмировал он. — Будет весело. Не порадовал ещё своего капитана?

— Никак нет, — отрапортовал адъютант. — Вы приказали доложить вам первому.

— А от этой пары ублюдков что слышно?

— Ничего, милорд, — доложил стражник, ни на миг не задумавшись, о ком именно идёт речь.

— Жаль, — вздохнул Корвус. — Я бы не отказался послушать сказочку на ночь. Вроде: «А при чём тут мы? Он сам жопой на пику ограды сел. Извращенец, наверное. Переоценил свою живучесть».

— Жаль, что вы не Страж, милорд.

— Ненавижу лизоблюдов, — сообщил Коммандер. — Продолжишь в том же духе — уволю или убью. А может, и то, и другое. Пшёл вон.

Солдат поспешно ретировался.

Оставшись один, мужчина вновь облокотился на парапет. Пожалуй, ещё пару минут покоя и тишины можно себе позволить. Даже если потом придётся навёрстывать время бегом, это того стоит. За восемь лет на должности Лорда-Коммандера такие моменты выдавались не слишком часто…

С вершины Башни открывался отличный вид на город. Будь под рукой бинокль, возможно, даже удалось бы разглядеть с такой высоты противоположную оконечность городской стены. Выше поднималась только уродливая скруглённая макушка Шпиля, но в наличии там смотровой площадки Коммандер не был уверен.

Впрочем, вид довольно унылый. Обшарпанные убогие домишки не выше трёх этажей, выстроенные как попало, превращали город в запутанный лабиринт проулков, подворотен и тупиков. Жалкая подделка под средневековье, как и многое другое. Хотя, возможно, иллюзия хаотичности застройки создана всего лишь для неудобства передвижения новоприбывших. Или для введения их в заблуждение. Того, кто успел заглянуть за ширму, этим не проведёшь.

Средневековье, как же! С Башней ещё повозились, имитируя каменную кладку, а вот Шпиль, облицованный омерзительным розовым кварцем с синеватыми прожилками, да и вся городская стена — гладкие, без единого стыка и трещинки. Хорошо, хоть ворота не забыли, а то пришлось бы подкоп делать — и в половине случаев свалиться с обрыва в океан. Чудо-остров, будь он неладен.

Досадливо плюнув вниз, Коммандер направился к люку. Передышка закончена, пора вернуться к делам. Заглянув в свой кабинет, он подхватил со спинки стула серую куртку с вышитым на спине чёрным вороном, выдвинул ящик стола и достал старый компас. Стрелка бешено крутилась, пытаясь указать разом на несколько точек, где в ближайшее время ожидались разрывы в Завесе. Надо поспешить, чтобы опередить Капитана, первым прибыв к Разрыву. Если угадает нужную точку, там же найдётся и эта парочка ублюдочных Стражей. А тет-а-тет они не постесняются признать, что устранение уже второго «сослуживца» — их грязных ручонок дело. И может, удастся убедить их хотя бы лет на пять отложить несчастный случай для третьего, остающегося последней помехой их планам. Если Граница рухнет — они и сами не обрадуются.


— Так и знал, что вы это скажете, — кивнул Коммандер, хмуро глядя на парочку, рассевшуюся на невысоком белокаменном заборчике.

В Верхнем Городе, пусть и на самой его окраине, среди аристократов в вычурных одеяниях из шёлка и парчи, эти двое смотрелись инородными элементами. Девушка в белом топе и шортах, парень в чёрной футболке и джинсах — они легко потерялись бы в толпе в родном городе Коммандера. В городе, оставшемся в другом мире, за Гранью, Чертой, Завесой, Вуалью — каждый называл её на свой вкус и лад.

— Тогда чего спрашивал, — развёл руками парень.

Коммандер только покачал головой. Его ожидания не оправдались ни на грош. Эти ублюдки ещё более сумасшедшие, чем он считал.

— Даллас и Дакота сидели на заборе и целовались, — протянул насмешливый голос из переулка.

Через мгновение показался и сам говоривший. Плавным движением, неизменно ассоциирующимся у наблюдателя со змеёй, он скользнул на середину дороги и встал напротив Коммандера, сверкая улыбкой, демонстрирующей набор острых как иглы зубов, и щуря на солнце глаза с вертикальным зрачком.

— Подглядывать нехорошо, Сэт, — пожурил его Даллас.

— За это бьют, а иногда даже убивают, — дополнила Дакота.

Большинство, услышав подобное от Стражей, поспешили бы сбежать подальше и укрыться за крепкими дверьми с надёжными замками. Впрочем, никому это ещё не помогло. Но Сэт в ответ только усмехнулся ещё шире и насмешливо зашипел.

— По какому поводу собрание?

— Приветственная делегация, — буркнул Коммандер. — Шёл бы ты отсюда. Неча сходу людей своей рожей пугать.

— Ой, ты свою-то рожу давненько видел? — хмыкнул в ответ Сэт, ничуть не обидевшись. — Тоже мне, ангел небесный, спаситель мира во всей красе. Да от твоего вида из Башни все крысы разбежались. Уж поверь, я знаю, они мне сами рассказывали.

— А я думал, ты не разговариваешь с едой, — не остался в долгу Коммандер.

— Это был не разговор, а допрос. Уж тебе ли не знать разницу.

Коммандер отмахнулся и отвернулся, не в последнюю очередь для того, чтобы скрыть непроизвольную усмешку. Этот парень ему нравился, несмотря на шутовство, дурной характер и многие другие недостатки, некоторые из которых пересказывались только шёпотом под покровом ночи вместо сказок-страшилок. Жаль, что он пошёл по иному пути. В его лице Башня потеряла первоклассного воина. А странности… Что поделать, у всех свои тараканы в голове. Особенно у Избранных. А если у кого-то вместо насекомых змеи — какая разница.

— Ну-с, и где визитёры? — нетерпеливо осведомился Сэт, прохаживаясь по мостовой из стороны в сторону.

Коммандер неодобрительно покачал головой. Даже не оборачиваясь, он прекрасно знал каждое движение представителя Чёрного Замка по скрипу промасленной кожи, в которую этот позёр неизменно рядился. По крайней мере, на публике, ибо, по слухам, правдивость которых мог бы подтвердить разве что сам Сэт, крадучись в ночной тьме за жизнью очередной жертвы, он двигался абсолютно бесшумно.

— Бум! — изрёк Даллас, прокомментировав долгожданное появление, но Коммандер и сам расслышал негромкий хлопок, сопровождающий замещение пространства.

— Ух ты! — радостно воскликнул Сэт. Коммандер поспешно обернулся, чтобы увидеть, что такого примечательного умудрилось рухнуть в их мир. И едва сдержал рвущееся наружу ругательство. — Помидорчики!

Даллас и Дакота не стали сдерживаться и захохотали, наблюдая, как воин в чёрной коже с мечом за спиной ломанулся к обшарпанному грузовичку-пикапу и, перегнувшись через борт, ухватил в каждую руку по крупному сочному овощу. Впиваясь в добычу острыми зубами, он быстро расправился с обоими плодами и полез за новыми.

— Дизентерию подхватишь, — обронил Коммандер.

Сэт обернулся. Измазанное томатным соком лицо выглядело устрашающе, будто не помидоры он лопал, а разорвал кому-то глотку.

Выскочивший из кабины водитель, собиравшийся было отогнать овощного воришку, в ужасе попятился и залопотал что-то на непонятном языке.

— Моя твоя не понимать, — развёл руками Даллас.

Дакота хихикнула над этой немудрёной шуткой и прижалась к парню, положив голову ему на плечо. Коммандер только вздохнул. И это Стражи, охранники Границы…

— Помидоры, ну надо же, — поморщился он. — Ничего, и на нашей улице перевернётся грузовик с текилой.

Даллас одобрительно хмыкнул, явно поддерживая эту идею.

Широкополая шляпа-сомбреро и пончо на плечах выдавали национальность водителя любому, попавшему сюда из того же мира.

— Habla usted Espanol? — осведомился Коммандер.

— Si, si, — закивал водитель.

— А я нет, — сознался Коммандер, разведя руками. — Сэт?

— Я пару ящиков утащу, остальное забирай, — отмахнулся тот. — Хотя…

Коммандер, уже направившийся было обратно к Башне, резко обернулся. Ну конечно, вот и городская стража. Как всегда, к шапочному разбору — слишком поздно, чтобы противостоять опасности, которую мог принести Прорыв, зато в самый раз, чтобы не дать мирно текущей ситуации так и закончиться.

— Ты! — гаркнул на Сэта Капитан. — Убирайся! Эта машина и груз экспроприируются в пользу Башни!

— Хрен тебе, Кэп, — оскалился Сэт. — А помидорчики — мои!

Дакота залилась звонким хохотом, но Капитан даже не обернулся, делая вид, будто Стражей здесь вовсе нет.

— Забейся в ту нору, откуда выполз, крысоед! — рявкнул Капитан.

— Эх, а вот сейчас обидно было, — неодобрительно покачал головой Сэт, доставая меч.

Сопровождающие Капитана солдаты напряглись, но не отступили. Коммандер вздохнул. И откуда берутся такие идиоты? Даже эти, лучшие бойцы городской стражи, беззаветно преданные своему командиру, потеряют минимум половину отряда, прежде чем одолеют Сэта. Они даже не Избранные. Конечно, сам по себе факт Избранности не делает великим бойцом, но повышенная скорость реакции и выносливость при наличии развитых боевых навыков станут решающим преимуществом. Да Сэт прирежет парочку раньше, чем они достанут мечи из ножен, потом ранит или убьёт ещё нескольких, а как только оставшиеся начнут брать верх — сделает ноги. В отличие от солдафонов, он не станет рисковать жизнью за помидоры. Но наверняка обидится и начнёт потом вылавливать патрульных на улицах. И кому придётся с этим разбираться?

— Сэт, ты не дотерпел до дома и решил начать резать салат прямо тут? — вмешался Коммандер. — Да уж, гляжу, кулинарными талантами тебя и природа, и Граница обделили. Если будешь кромсать свои любимые томаты мечом, да ещё с размаху, они потом разве что в суп сгодятся.

— А бывает суп из помидоров? — заинтересовался Сэт.

— Конечно, — кивнул Коммандер. — И много других блюд. Уверен, в Башне даже отыщется кто-то, умеющий их готовить. Загляни как-нибудь на обед, попотчую тебя фаршированными помидорами и мясом с томатным соусом.

— Коммандер Корвус, — козырнул Капитан, то ли только сейчас его заметив, то ли до последнего надеясь, что Избранный Башни уйдёт и не станет встревать.

— Может, и зайду, — задумчиво протянул Сэт. — Но не думай переманить меня этим на свою сторону.

— Мы все на одной стороне, — развёл руками Коммандер.

Сэт только хмыкнул, покосившись на Капитана.

Коммандер чуть заметно пожал плечами. Несмотря на вечное несогласие и даже противоборство с Капитаном гвардейцев, он не жалел о своём решении восьмилетней давности. Взять Башню полностью под свою руку, разогнать стражу — и сидеть там в одиночестве, как сыч? Ну, пусть даже в окружении дюжины Избранных, которых явно недостаточно, чтобы рыскать по городу в поисках местных воров, грабителей и убийц. Будто проблем с одними попаданцами из-за Грани мало! Нет уж, пусть обязанности полиции худо-бедно выполняют солдафоны Капитана, как и прежде. Служить и защищать Коммандер никогда не рвался.

Сэт, как и обещался, прихватил два ящика помидоров и отошёл от пикапа, оставив его в распоряжении солдат. Которые, подчиняясь приказу Капитана, принялись толкать транспорт в сторону Башни.

— Может, скажешь им, чтоб с ручника тачку сняли? — тихонько пробормотал Сэт.

— Вот ещё, — хмыкнул Коммандер. — Солдат должен уметь преодолевать препятствия.

— Хороший ты мужик, — одобрил такую точку зрения Сэт. — Надеюсь, не будешь вставать у меня на пути и не придётся тебя убивать.

— Молодой человек, я спас этот мир, ещё когда ты у мамки отпрашивался прийти домой попозже.

— Ещё пара таких спасений — и от мира ничего не останется, — возразил Сэт, не удержавшись от того, чтобы оглянуться на Потерянный Район. Впрочем, туманная чёрная стена надёжно скрывала от взоров снаружи то, во что превратилась территория, частично перешедшая за Грань.

— Что там? — не удержался от вопроса Коммандер.

Сэт взглянул на него своими змеиными глазами с вертикальным зрачком, оскалил острые зубы и коротко выплюнул:

— Муть.

— Если повторится, — Коммандер кивнул на дымчатую преграду, — я надеюсь на тебя.

— Если повторится, я буду прятаться подальше и поглубже, чтоб меня накрыло последним, — буркнул Сэт. — Одной минуты там, на самой границе, мне хватило. Вон, к Пограничникам обращайся, — он кивнул на Далласа и Дакоту. — А я…

— Ты единственный, кому повезло выжить, выпав из разрыва на Границе.

Хотя везение сомнительное. Впрочем, Сэт вроде не жалуется, ни на перемены во внешности, ни на одинокую жизнь в Чёрном Замке. С другой стороны, может, и удобно выставлять себя глашатаем древнего аристократического рода, ни одного представителя которого уж два десятка лет никто не видел. Вымерли они там, в чудовищ превратились или прежний Избранный сам своих хозяев перебил — кто знает. Сэт уж точно не признается.

— Успокойся, при следующем Падении Границ мы тут все умрём, — расхохотался Сэт. — Спасения не будет. Так что иди лопай помидорчики, пока счастье привалило.

— Не забудь заглянуть на ужин, — напомнил Коммандер, кивнул на прощание и двинулся в сторону Башни.

— Коммандер Корвус, что ж ты вьёшься над моею головой, ты добычи не дождёшься, Коммандер Корвус, я не твой, — вслед ему дурным голосом затянул Сэт.

Коммандер печально улыбнулся, ничуть не обидевшись. В конце концов, он сам выбрал себе такое имя и символ. А парень явно не знает остального текста песни и чем она заканчивается. Оставалось надеяться, что в контексте состоявшегося разговора песня всё же не станет невольным пророчеством.

1.2. Учиться, учиться и учиться…

— Следующий, — вяло протянул дежурный по кухне, отдавая очередной наполненный поднос.

Будто без команды все застынут на месте, не зная, что делать. В отличие от него, остальные торопятся. Утреннее построение ждать не будет. А успел пожрать или нет — проблемы личного состава, которые командование не волнуют.

Жорик переминался с ноги на ногу в ожидании своей очереди, уныло поглядывая на медленно сокращающуюся шеренгу впереди. Да ещё некоторые, вместо того чтобы встать в хвосте, как положено, лезли вперёд, будто им больше других надо или у них привилегии. Хотя попробуй возрази — вмиг рожу начистят. Качать права — не для таких, как он.

Четыре месяца муштры, плохое питание и постоянные физические нагрузки не слишком-то сказались на телосложении парня. Может, пара кило с пуза и сошли, но невооружённым взглядом совсем не заметно. Может, бег и отжимания — неподходящие упражнения, надо было бы тяжёлой атлетикой заняться для перегона жира в мускулатуру? Но тут не фитнес-клуб, желаний и предпочтений рекрутов никто не спрашивает. Вот и остаётся наворачивать круги вокруг Башни, протирать животом плац, да копать от забора и до обеда, когда прикажут, чтоб на следующий день было что закапывать. Овладение каким именно из этих навыков в совершенстве влечёт за собой перевод в городскую стражу, никто не понимал. Разве что умение не задавать вопросов и тупо исполнять приказы, но по понятной причине уточнять никто не пытался.

— Следующий, — в сотый раз повторил солдат, выверенным до автоматизма движением принимая у Жорика пустой поднос.

— А можно жёлтого не класть? — попросил парень.

— Нельзя, — безразлично отозвался дежурный, поочерёдно открывая краны, из которых в поднос стекала разноцветная бурда неизвестного происхождения.

Кроме цвета, баланда отличалась только консистенцией. Жёлтая, по мнению Жорика, была похожа на сопли. Хорошо, хоть вкус у всех был одинаковый — абсолютно никакой. Некоторые говорили, что на вкус как картонка, но у картона хоть какой-то вкус есть.

— Ну какая разница-то, — промямлил Жорик, решив, вопреки обыкновению, попытаться настоять на своём. — Пропусти один кран, и всё. Я её всё равно не жру, только зря переводить.

Солдат обернулся и смерил Жорика пристальным оценивающим взглядом.

— Ах, не жрёшь… — протянул он. — Порядок и дисциплину нарушаешь. Сбалансированным питанием брезгуешь, сволота жирная…

Жорик только вздохнул, видя, как солдат назло наливает побольше жёлтой бурды, которая уже переливалась на баланду других цветов по соседству. На этом дежурный не остановился, а взял ложку и перемешал всё содержимое подноса в равномерную радужную массу. Парень уныло принял получившееся «дерьмо единорога», как в шутку прозывали смешанную бурду рекруты.

— Довыделывался, Жор, — то ли посочувствовал, то ли подколол приятеля Лонг.

— Иди ты, Длинный, — вяло огрызнулся Жорик. — Ты-то жёлтенькое любишь.

Узкоглазый и желтокожий Лонг, для представителя азиатской расы и впрямь довольно высокий, только усмехнулся, ничуть не обидевшись. Жорик никогда не мог отличить китайца от японца или корейца, а сам Лонг не признавался. Как и в том, настоящее это его имя или прозвище.

— Лопай быстрее, если опоздаем, сам знаешь, как нам влетит, — напомнил азиат, уплетая баланду за обе щёки.

Жорик только вяло ковырялся, не в силах заставить себя есть. Эх, взять бы этот поднос да надеть на голову скотине-солдафону… Только вот последствия такого поступка будут куда менее радужными, чем отвратительная баланда. В итоге чувства протеста хватило только на то, чтобы оставить полный поднос на столе, вместо того чтобы отнести в мойку.


— Раз-два, раз-два, — задавал ритм сержант, заставляя рекрутов отжиматься. — Раз-два. Встать!

Рекруты постарались как могли быстро принять вертикальное положение.

— Отбросы! — рявкнул сержант. — Особенно ты! — он ткнул пальцем в последнего поднявшегося, каковым был, конечно, Жорик. — Имя?

— Рядовой Жор! — отрекомендовался тот, назвавшись насмешливым сокращением, придуманным Лонгом.

Нормальные, с точки зрения Жорика, имена тут были не в ходу. Большинство звалось «значащими» прозвищами, а из знакомых по родному миру парень слышал только несколько англоязычных имён. Впрочем, Пети, Маши и Васи в окружающей обстановке и впрямь воспринимались бы нелепо.

— Понятно, — махнул рукой сержант, решив, что такого даже высмеивать бесполезно. — Не стыдно? Даже бабы лучше тебя справляются.

— Я любовник, а не боец, — изрёк Жорик, уже второй раз за день ощутив внезапный прилив наглости.

Смешки среди рекрутов мигом стихли, а сержант, собиравшийся уже двинуться дальше вдоль строя, замер на полушаге и смерил оборзевшего новобранца ошалевшим взглядом.

— Мне это не интересно, — наконец, сухо заверил он.

— Нам тоже, — поддержала его девушка, стоящая слева от Жорика.

— Может, дать ему наряд в подвал на ловлю крыс? — задумчиво протянул сержант, будто размышляя вслух. — Вдруг они заинтересуются…

Рекруты засмеялись, а Жорик уныло уставился в пол, понимая, что вторая попытка выступить против системы закончится ещё хуже первой.

— Нет там крыс, — неожиданно возразил кто-то. — Мне из достоверного источника стало известно, что они разбежались в страхе перед моей рожей.

Жорик удивлённо поднял взгляд на неожиданного заступника.

— Смир-рно! — рявкнул сержант, и сам вытянувшись по струнке перед подошедшим со стороны ворот мужчиной.

— Со своим Капитаном меня не попутал? — осведомился мужчина, сплюнув на плац. — Срал я на вашу строевую подготовку.

— Так точно, Коммандер! — отрапортовал сержант. — Вольно!

— Что, и вас такими же дебилами растят? — оглядев рекрутов, поинтересовался Коммандер.

Несколько голосов вразнобой выкрикнуло: «Так точно, сэр!», посчитав сказанное шуткой.

Коммандер на мгновение поднял руки и лицо к небесам, будто собираясь помолиться или ища какого-то знака свыше. Но тут же резко опустил и выдохнул одно слово:

— Пиздец!

Жорик заулыбался и закивал. Так вот он какой, таинственный Лорд-Коммандер, по слухам когда-то спасший мир. Правда, от чего именно и как спас, Жорик не знал. Но из смутных обрывочных слухов составил для себя совсем другой образ главного Избранного Башни — строгого, сурового, надменного, всегда ходящего по стойке смирно и следящего, все ли пуговицы застёгнуты на мундирах подчинённых и хорошо ли отполированы сапоги.

— Ну хоть один со мной солидарен, — заметил реакцию Жорика Коммандер и дружелюбно ткнул парня кулаком в плечо, отчего тот, впрочем, пошатнулся и едва не упал. — Эх, жаль, в Избранные не годишься. Таких не берут в космонавты, сам знаешь.

Парень кивнул и пожал плечами, но улыбаться не перестал. Попасть в Избранные он и не рассчитывал. Даже на секунду не зародилось надежды, хоть и оказался Главный Большой Начальник земляком, не стесняющимся крепкого словца и плюющим на муштру. Того, кем оставался сам Жорик, это не меняло.

— Ну что, дебилы, покажете, чему вас научили? — обратился к строю Коммандер.

— Приготовиться к упражнению! — тут же рявкнул сержант.

Рекруты поспешили вновь принять положение для отжимания.

— Эй, я не тебя спрашивал, — холодно процедил Коммандер.

Сержант поспешно отступил. Избранный смерил его недовольным взглядом и многозначительно потёр кулаком о ладонь.

— Ну, так, кроме лечь и прикинуться ветошью, вас ещё чему-то учили?

Новобранцы поднимались, неуверенно переглядываясь. К такому повороту муштра их не готовила.

— Ладно, упростим задачу, — вздохнул Коммандер. — Кто лучший ученик?

Он обернулся к сержанту. Тот с некоторой опаской шагнул вперёд и указал пальцем на широкоплечего здоровяка. Рекрут, радостно улыбаясь, выступил из строя.

Коммандер в ответ усмехнулся куда менее доброжелательно, шагнул навстречу и ударил. Левый кулак влетел в лицо, правый под рёбра, заставив парня согнуться, а врезавшийся в затылок локоть завершил серию движений.

— Хреново вас учат, — резюмировал воин, слегка пнув поверженного в плечо. Тот негромко застонал. Коммандер удивлённо вскинул бровь. — Живой. Старею…

Сержант выглядел совсем потерянным. Взгляд его нервно мельтешил, перебегая с Коммандера на едва не убитого им лучшего рекрута и на застывших в строю новобранцев, притихших ещё больше обычного.

— Отличная демонстрация, сэр! — внезапно подала голос девица, прежде заявлявшая об отсутствии интереса к любовным талантам Жорика.

— Лучшая ученица, я так понимаю?

Сержант судорожно закивал, радуясь, что кто-то отвлёк внимание на себя.

— Рядовой Блэкхолл, сэр! — доложила девушка, сделав шаг вперёд.

— Ну, как скажешь, рядовой Дырка, — кивнул Коммандер, переведя её фамилию на свой лад и наполовину сократив. — Если уж чинопочитание так в заду свербит, то я не сэр, а милорд.

— Так точно, милорд, — не моргнув глазом отрапортовала она.

— А почему стрижка не по форме, рядовой? — насмешливо полюбопытствовал Коммандер, остановившись рядом и проводя пальцами по длинным белокурым локонам.

— Не было приказа, милорд. Прикажете постричься?

— Ты забыла добавить «милорд», — указал Коммандер, с размаху ударив её тыльной стороной ладони по лицу.

— Так точно, милорд. Прошу прощения, милорд, — недрогнувшим голосом подтвердила рядовой Блэкхолл, даже не пытаясь стереть кровь из разбитой губы.

— А если я прикажу тебе встать на колени и отсосать мне? Тоже выполнишь?

Жорик во все глаза уставился на деваху в ожидании реакции. Она озадаченно моргнула, приоткрыла было рот, но тут же захлопнула. Коммандер кивнул, будто именно такой реакции и ждал, и ударил её по другой щеке.

— Встать в строй, — махнул рукой он. — Похоже, вы вообще ни на что не годны.

Он двинулся вдоль шеренги, пристально всматриваясь в лица рекрутов. Наконец, остановился перед чем-то заинтересовавшей его девушкой и поманил пальцем.

— Представься.

— Милана, — назвалась она, не выходя вперёд. — А вы?

Сержант выпучил глаза и раскрыл рот, судорожно хватая воздух как выброшенная на берег рыба.

— Лорд-Коммандер Корвус, Чёрный Ворон, зорко следящий с вершины Башни за всей падалью в этом гнилом городишке, — отрекомендовался мужчина, отвесив некое подобие галантного поклона. — Там ещё какие-то титулы были, но они мне не нравятся, и сделаю вид, что их забыл.

Неожиданно он шагнул вперёд и ударил. Но Милана уклонилась и даже попыталась контратаковать. Коммандер парировал, перехватил её руку и заломил за спину. Притянув девушку к себе, свободной рукой поймал её шею в локтевой захват.

— Сдаёшься?

Вместо ответа Милана со всей силы наступила ему на ногу.

— Носки сапог армированы, как раз на такой случай, — расхохотался Коммандер, оттолкнув девушку. — Облом.

— Попытка не пытка, — отозвалась она.

— Что тут происходит?

— Проверяю твоих новобранцев, Кэп, — сообщил Коммандер, обернувшись к новоприбывшему. — Отсеиваю зёрна от плевел, так сказать. Да, спасибо, что доставил мой груз.

Он махнул рукой в сторону ворот, через которые солдаты как раз загоняли во двор грузовичок с помидорами в кузове.

— Поделим по-братски, как всегда. Машина твоя, овощи мои. И эту, — он указал пальцем на Милану, — я забираю. Избираю.

— На основании? — уточнил Капитан.

— Если сдохнет — напишу тебе докладную, — развёл руками Коммандер.

Судя по угрюмому выражению лица Капитана, докладных он ещё ни разу не дождался.

— Кстати, — Коммандер неожиданно остановился перед Жориком, задумчиво взглянул на его пузо и перевёл взгляд на грузовик с помидорами. — Ты только жрёшь хорошо или готовить тоже умеешь?

— Умею, — кивнул Жорик, у которого при виде помидор слюнки потекли. Настоящая еда вместо опостылевшей баланды! — Я поваром работал. Ну, помощником. Но я учился. Просто опыта было мало и…

— Другие повара есть? — обратился к строю Коммандер, но не получил ответа. — Значит, назначение получаешь ты. Бери ещё двоих в помощь, и разгружайте собственность Капитана от наших ящиков. Кухню найдёшь. Не найдёшь — уволен.

Жорик рьяно закивал. Где кухня Избранных, он знал прекрасно. Не раз отирался под дверью, наслаждаясь ароматом жарящегося мяса. Хотя поговаривали, что мясо это — крысиное, потому как других животных в городе не водится. Но запах всё равно был очень аппетитным.

Капитан раскрыл было рот, собираясь возмутиться по поводу необоснованного перевода ещё троих рекрутов, которые даже не попали в число Избранных, но Коммандер не оборачиваясь зашагал прочь. Милана следовала за ним.

Сержант подбежал к начальнику и принялся негромко докладывать.

Лонг уже суетился рядом с приятелем, захватив с собой ещё какого-то парня. Жорик припомнил, что однажды этот здоровяк стоял в очереди за баландой позади него, и одобрил выбор.

— Продолжать упражнения! — гаркнул Капитан на растерянно мнущихся рекрутов.

Тягающую на кухню ящики с помидорами троицу командир городской стражи полностью проигнорировал. Зато рядовую Блэкхолл увёл с собой.

— Ну и денёк выдался, — выдохнул Лонг, вытаскивая из пикапа очередной ящик. — Прощайте, солдатские будни.

— Да уж, — пропыхтел Жорик, покачав головой.

Будни, серые будни… И это в чужом мире, где всё так непривычно и страшно. Скажи ему кто четыре месяца назад, что в такой ситуации главное недовольство у него будет вызывать противная баланда, ни за что не поверил бы.

1.3. Трудный урок

Пропустив девушку вперёд, Коммандер захлопнул дверь и тут же приставил лезвие ножа к её горлу.

— Значит, Милана, — протянул он с какой-то странной интонацией. — А про город Милан слыхала? А про такие города, как Даллас и Дакота?

— Коммандер, вы как-то неправильно в города играете, — с опаской отозвалась девушка, стараясь не шевелиться. — И Дакота — это, по-моему, штат, а не город.

— Правда? Разве? — мужчина убрал нож и развернул новоявленную Избранную лицом к себе. — А Милан?

— Ну есть такой город, да. А ещё ресторан, — при этих словах девушка почему-то поморщилась. — Это тест на знание географии? Не думала, что от Избранных такое требуется.

— Да, с географией тут совсем беда, — покачал головой Коммандер, расхаживая по кабинету из угла в угол. — Ты уверена, что Дакота — штат?

— Вроде, — девушка пожала плечами. — Не помню. Я с другого континента.

— Из Милана?

— Надо было поменять имя…

— А ты не меняла? Родители так назвали? — нахмурился Коммандер. — И почему же? И почему Даллас и Дакота? В чём смысл? Тем более если это штат, а не город… Сумасшедшие ублюдки! Надо найти кого-то оттуда и расспросить о географии и истории…

— Может, я пойду обратно, на плац? — поинтересовалась девушка, осторожно отступая к выходу.

Стать Избранной уже перестало казаться ей такой уж удачей.

Нож, брошенный меткой рукой Коммандера, пролетел мимо её уха и вонзился в дверь.

— Отвечай на вопрос.

— Можно повторить?

— Про Милан и твоё имя, — Коммандер расслабился и откинулся в кресле как ни в чём не бывало, будто не он только что размахивал ножом и бормотал какую-то околесицу. — Только не говори, что тебя там зачали, я буду смеяться.

— Смейтесь, — буркнула Избранная. — Всё ещё хуже. Папа сделал маме предложение в ресторане «Милан», когда они узнали, что ожидается моё рождение.

— Ресторан хоть итальянский был? — Коммандер и впрямь расхохотался, ничуть не собираясь щадить чувства девушки. Он вновь резко посерьёзнел. — Я бы тебе поверил, для вранья это слишком нелепо. Но где девчонка с такой глупой историей научилась драться?

— Не знала, что для того, чтобы дать в морду, надо получать диплом, — пожала плечами Милана. — А где учились вы?

— Сколько ты уже здесь? — внезапно сменил тему мужчина. — В этом мире и в рекрутах? Месяц, два, три? А навыки рукомашества только сегодня проснулись? Может, мой вид так вдохновил?

— Полгода. — Девушка потупилась. — Я старалась не выделяться.

— Нравится ползать по плацу, или баланда пришлась по вкусу?

— Зато всё понятно и никто ничего особенного не требует. — Милана непроизвольно оглянулась на торчащую из двери рукоять ножа.

— Ага, лучше, чем ходить в подчинении у психа, — усмехнулся Коммандер. — А для Избранной физические нагрузки не проблема. Главное, не бежать быстрее и не прыгать выше других. Ну что сказать… Кончилась халява.

— И что от меня требуется?

— Учиться, учиться и ещё раз учиться, — отрезал Коммандер. — Только теперь уже полезному. Вам там вообще ничего не объясняли, что ли? Я проверю, слышали ли другие рекруты имена Даллас и Дакота… И если да…

— Нас учили ходить строем и дружно кричать: «Так точно, сэр!», — поморщилась девушка. — А кто такие эти двое? Тоже Избранные?

— Они — причина моей паранойи, — скривился мужчина. — Ладно, теперь ты Избранная. Выбрось эту поганую униформу, можешь одеваться во что захочешь.

— А где мне взять то, что хочу? — уточнила Милана.

— Да где хочешь, — отмахнулся Коммандер. — Я твой командир, а не нянька. Укради, отними, купи — по желанию. Найди там капитанского адъютанта с самой подхалимской рожей и передай, что он уволен. Ты теперь за него.

— Как скажете…

Девушка взялась за ручку двери, собираясь выйти. Внезапно крепкая рука ухватила её за волосы и прижала к двери щекой. Но Коммандер же всего мгновение назад сидел за столом?..

— Похоже, я произвёл неверное впечатление и ты ещё не поняла, что значит быть Избранной, — задумчиво изрёк он. — Что ж, это будет первым уроком. Мои приказы надо выполнять. Без криков «Да, сэр!» и прочей чепухи, но делать. Я приказал выбросить это рекрутское тряпьё.

— И что, мне голой идти? — пробормотала Милана.

— Никто не собирается бегать вокруг тебя на задних лапках и спрашивать, не нужно ли чего. Ты не принцесса, а воин. Не путать с безропотным пушечным мясом под названием «солдат». Воин должен думать и на приказ прыгать не спрашивать: «Как высоко?», а спросить: «Нахрена?» То, что мне плевать на твои потребности, не значит, что ты должна молча смириться и уйти, если я отмахнулся.

— Ладно, — сквозь зубы процедила девушка. — Я всё ещё не понимаю…

На полуслове она резко ударила Коммандера локтем под рёбра и рванулась в сторону, оставив у него в кулаке приличный клок волос. С некоторой натугой Милана выдернула из двери нож.

— Неплохо, — одобрил воин, пару раз хлопнув в ладони, изображая аплодисменты. — Но приказа это не отменяет. Сейчас что-нибудь подберём тебе на первое время. В остальном придётся заботиться о своих нуждах самостоятельно. А если кто-то отмахивается — требовать своё.

— Нож я заберу, — ухмыльнулась Милана, стягивая камзол.

— Нет, — возразил Коммандер, выворачивая ей руку и отбирая оружие. — Это один из моих любимых. Сходишь в арсенал. А ещё наши швеи получше тех, что шили эту дрянную форму, — он дёрнул девушку за рукав рубашки, напрочь его оторвав. — Капитану стоило бы их высечь.

— Я сама подшивала под размер, — чуть обиженно буркнула Милана.

— Значит, высечь следует тебя. Не так ли?

Он вытащил из шкафа красную рубашку и коричневые кожаные штаны, бросил их на стул и достал плеть.

— Это шутка? — с опаской уточнила девушка, отступая на шаг.

Молниеносным движением Коммандер оказался рядом с ней, вновь заломил руку и прижал грудью к столу. Отложив плеть, он освободившейся рукой рванул рубашку, окончательно превращая её в лохмотья, а следом и штаны.

Ощутив, что хватка Коммандера исчезла, Милана попыталась встать, но успела только приподняться на руках, как удар плети ожёг спину, заставив с криком рухнуть обратно на столешницу.

— За что?! — выкрикнула она.

— Будто не за что? — холодно отозвался Коммандер, нанося второй удар. — За полгода отлынивания в рекрутах, например. За незнание, неумение, неподготовленность, — каждое слово сопровождалось ударом. — Ну и для профилактики.

Девушка сжалась, но очередного удара не последовало.

— Одевайся.

Милана встала и обернулась, не стесняясь своей наготы. Коммандер смотрел чуть насмешливо, ожидая, что она сделает. Стараясь держать иссечённую спину ровно, она подошла и замахнулась, попытавшись дать мужчине пощёчину. Он небрежным движением перехватил запястье.

— Ну что за женские… — левый кулак ударил его в солнечное сплетение, выбив воздух из лёгких. — Неплохо… — Он взглянул на девушку с каким-то новым интересом.

Милана вяло улыбнулась и упала, потеряв сознание.

1.4. Мальчик на побегушках

Жорик застыл на пороге кладовой, от увиденного напрочь забыв, за чем его послал шеф-повар.

— Энни, — растерянно произнёс он.

Девушка, стоящая на коленях перед мужчиной, услышав своё имя, хотела оглянуться, но тот не пустил, удержав за волосы. Ещё пару раз двинув бёдрами, воин наконец отстранился, заправился и застегнул штаны. Энни поднялась, облизывая губы, и виновато взглянула на Жорика.

— Ну, парень, умеешь ты момент выбрать, — недовольно буркнул воин. — Подождать не мог?

— Вообще-то, это моя девушка, — хмуро сообщил Жорик, сжимая кулаки.

— Тогда претензии снимаются, — развёл руками мужчина, усмехнувшись. — Везунчик ты, сосёт на «отлично». Может, пропустишь? — он остановился перед загородившим проход Жориком.

Кто-то из ленивых поварят наставил ящики прямо у стены возле двери, оставив только узкий проход, в котором двоим было не разминуться. Особенно если один из них такой комплекции, как Жорик.

— Я туда шёл, — кивнул он вглубь кладовой.

— Тогда прошу, — Избранный отступил на шаг, пропуская помощника повара.

Смерив воина хмурым взглядом, Жорик протиснулся мимо него. Хоть и хотелось схватить что-нибудь потяжелее да огреть мерзавца по голове. Будь это один из солдат, парень, возможно, и не сдержался бы. Но Избранный точно без раздумий вспорет такому противнику толстое брюхо и уйдёт, насвистывая, да ещё удивится, чего это поварёнок психанул. За полгода на кухне Жорик хорошо понял разницу между Избранными и остальными людьми, замеченную ещё при первой встрече с Коммандером на плацу.

— Я всё объясню, — заверила Энни.

Но Жорик оттолкнул схватившую его за руку девушку прочь и прошёл мимо, собирая в корзину затребованные шеф-поваром продукты.

— Жор, ну прости, — взмолилась девушка. — Я не хотела.

— Не хотела, чтоб я вас застал? — уточнил парень. — Верю.

— Ты не понимаешь…

— Думаешь, я не только толстый, но и тупой? Убирайся, видеть тебя не хочу.

— Это не то, что ты думаешь. Он для меня ничего не значит.

— Он тебе сладости с кухни не ворует, да? А что даёт?

— Ничего. Я не шлюха! — возмутилась девушка.

Жорик только фыркнул. Не увидь своими глазами — не поверил бы. Ему-то Энни даже поцеловать себя не позволяла, просила не спешить. Ну да, поварёнку хватит улыбочек и обещаний, это Избранный таким не удовлетворится.

— Ты ничего не понимаешь! — выкрикнула Энни. — Ты тут недавно и ничего не знаешь!

— Теперь я знаю больше, — вновь оттолкнув девушку с дороги, Жорик прошёл к двери.

Лучше не заставлять шеф-повара ждать, а то разжалует из помощников в младшие поварята за нерасторопность. Придётся бегать разносить еду в комнаты Избранных. Включая этого типа. Нет уж, лучше поспешить. А на переживания найдётся время потом.

* * *

Увесистый котёл с помоями едва не вывалился из рук поскользнувшегося Жорика. Мало того что подвальные коридоры тёмные и узкие, так ещё вечно грязные. Хотя вроде и крысы почти перевелись, даже на глубоких уровнях. То ли всех сожрали, то ли поняли, гады, что на них охотятся, а может, впрямь Коммандер своей рожей распугал.

Этот может, он всё может. Например, послать младшего повара таскать помои в подвал, как распоследнего поварёнка. И чего ему вздумалось? Суп пересолёный оказался, или мясо не дожарено? Чего, спрашивается, было так орать, можно подумать, без этих помоев кто-то с голода подохнет. Мало ли, что их ещё вчера надо было отнести, если шеф-повар слёг с болью в животе и не распорядился, а сам Жорик не в курсе дел. При их работе странно, что все ещё от отравлений не передохли, первыми приходится всё на зуб пробовать, чтоб понять, что это такое и на что годится.

Жорик поставил котёл на пол и прислонился к стене передохнуть минутку. Ну и неудобная же посудина. Вот станет он шеф-поваром, надо будет новую ёмкость для помоев подыскать. Да и многое другое поменять…

Мечты Жорика вовсе не были необоснованными. Всего за год он дослужился до помощника шеф-повара, а готовил уже лучше него. Это только поначалу было трудно, с таким дефицитом продуктов и порой странноватым ассортиментом. Привычные парню рецепты тут мало годились, вечно приходилось что-нибудь выдумывать для замены отсутствующих ингредиентов. Да и имеющиеся порой совсем не походили на привычные аналоги. С тоской вспоминались давно закончившиеся помидоры, нормальные, земные, хоть и успевшие в какой-то момент надоесть до оскомины.

Подняв котёл, парень поплёлся дальше, в тусклом свете фосфоресцирующего мха высматривая цветные пометки краской на стенах. Интересно, что там, куда ведут эти синие стрелки? Плантация «вроде как капусты» или грядка по виду смахивающих на мандрагору корней, на деле аналога сахарной свеклы, только гораздо слаще? Половину продуктов Жорик вовсе видел только разделанными, принесёнными из «отдела первичной обработки». Ну мясо понятно почему в натуральном виде стараются никому лишнему не показывать. Впрочем, вряд ли хоть что-то из растущего в этом подвале может пробудить у неподготовленного человека аппетит. На здоровенные белёсые с синими прожилками листья, похожие на помесь лопухов с пальмовыми листьями нездорового оттенка, Жорик поначалу тоже смотрел косо, а по вкусу оказалась капуста как капуста. Тушёная с помидорчиками особенно хороша была. Даже тот страшный тип с острыми зубами и змеиными глазами, заходивший к Коммандеру на ужин, нахваливал и просил добавки.

Жорик остановился на большом синем пятне на полу. Либо это конец пути, либо тот, кто делал разметку, уронил здесь банку с краской. И что делать? Вывалить объедки на пол и уйти? Вряд ли каменный пол прорастёт от такого удобрения. Да и в качестве приманки для крыс что толку, кому их тут ловить.

— Эй, кто там? — донеслось из ближайшего коридора.

Жорик от неожиданности едва не подпрыгнул и с трудом удержал котёл. Присмотревшись, он разглядел бледные мазки краски по контуру прохода. Видимо, и впрямь её тут пролили, а домазывали уже остатками.

— Я тут помои принёс! — гаркнул он, тут же вжав голову в плечи от возникшего эха. И уже гораздо тише добавил: — Куда их сливать-то?

— Это мой ужин, — уныло отозвался голос. Кажется, женский.

С некоторой опаской младший повар вошёл в коридор. Если верить ходящим среди слуг байкам, в подвалах кого только не водилось. Чудовищ из этих рассказов хватило бы для подвигов пары сотни героев из десятка мифологий. Но Жорику-то хватит и одного реального монстра, решившего разнообразить помойную диету человечиной.

Вдоль коридора располагались небольшие комнаты с решётками вместо дверей. Все камеры, кроме одной, пустовали.

— Ты новенький? — оглядев Жорика, спросила женщина. — Кажется, я тебя раньше не видела. Или забыла? Я уже много чего забыла…

— Я тут впервые, — промямлил повар, разглядывая обнажённую пленницу.

Она не выглядела опасной, хотя условия содержания говорили об обратном. Решётка была заперта на увесистый брус, с обеих сторон закреплённый в пазах на грубые засовы, до которых из камеры никак нельзя было дотянуться. Да женщине бы это при всём желании не удалось, учитывая цепь, прикреплённую к ошейнику и не дающую приблизиться к решётке. Ещё две цепочки от ошейника отходили к кандалам на запястьях, не позволяя ни опустить, ни вытянуть перед собой руки. Женщине приходилось держать их согнутыми в локтях, прижимая к груди, чтобы не держать постоянно на весу.

Впрочем, прикрыть грудь руками ей не удавалось. Тут и здоровенных лапищ Жорика бы не хватило. Такая огромная грудь при общей худобе смотрелась совершенно неестественно.

— Силикон? — брякнул Жорик, не удержавшись.

Женщина удивлённо заморгала и замотала головой.

— Я не понимаю. Зачем вы меня мучаете? Приходите, задаёте вопросы. Я ничего не знаю! Я не понимаю!

— Спокойно, спокойно, успокойся, — забормотал парень. — Я тебя не обижу. Я только… — он продемонстрировал чан. — Мне велели принести…

Она кивком указала на каменное корыто у стены. Судя по всему, туда и следовало вывалить помои. В качестве корма для заключённой. Понятно, чего Коммандер разорался. Хотя вряд ли он сильно заботится о благополучии пленницы, судя по условиям, но всё ж не хочет, чтоб с голоду померла.

Жорик принялся отпирать засовы. Поднатужившись, поднял тяжёлый брус и отставил в сторону. Худенькая женщина вряд ли смогла бы его сдвинуть даже со свободными руками и без запоров. Коммандер явно перестраховался. Разве что она Избранная…

— А ты кто?

— Я не виновата! — взвизгнула женщина, забившись в угол и закрывшись руками. — Я ничего не делала! Я просто служанка! Я ничего не трогала!

— Да я тебя ни в чём не обвиняю, — попытался как можно мягче говорить Жорик, чтобы не напугать её ещё больше.

Впрочем, парень уже понял, что никаких объяснений от пленницы не получит. То ли долгое сидение в камере в одиночестве, то ли что-то другое явно помутило её рассудок.

Он вывалил помои в корыто, отошёл к двери и остановился. Надо бы просто уйти и забыть об этом. Коммандеру сказать, что приказ выполнен, и ничего не спрашивать. Но он всё стоял и никак не уходил, сам толком не зная почему.

За четыре месяца в казарме Жорик почти отвык любопытствовать и задавать вопросы, вместо ответов на которые рекруты всё равно получали нагоняй. Но год на кухне вернул и усилил природную любознательность парня. Шеф-повар только поощрял, когда помощники интересовались кулинарным процессом, радуясь возможности свалить на них часть обязанностей. Но также из-за этого Жорик привык, что полученные ответы влекут за собой новые обязанности. И не был уверен, что готов взвалить на себя дела, связанные с этой женщиной.

— Ты останешься со мной?

Женщина перестала бояться и выбралась из угла, но, вопреки ожиданиям, не поспешила к корыту с едой, а просто сидела и разглядывала посетителя.

Жорик рьяно замотал головой.

— Ты пришёл помочь?

Парень молчал, не зная, что сказать. Она будто забыла, что он принёс еду, и теперь не понимала, кто он такой и зачем здесь.

— А чем тебе помочь? — наконец спросил повар.

— Грудь болит, — пожаловалась она. — Слишком большая, слишком полная. Надо опустошить.

Женщина с трудом дотянулась кончиками пальцев до соска и слегка надавила. Брызнуло молоко.

— Нельзя разбрызгивать, — тут же отдёрнув руку, забормотала она. — Он придёт и накажет. Нельзя.

Жорик отступил на шаг, но упёрся в решётку. Потряс головой, пытаясь собраться с мыслями. Она недавно родила? Но где тогда ребёнок? В Башне младенцев не появлялось. Может, он родился мертвым и она сошла с ума от горя? Но это не объясняет условий содержания. Да и размер груди, даже полной молока, слишком уж ненормальный. И что она хочет? Чтобы Жорик её подоил? От этой мысли парень нервно хихикнул. Она же не корова. Да он и корову-то никогда не доил…

Но она смотрела так умоляюще, что парень просто не мог развернуться и уйти. Может, она всё же сможет объяснить, что делать, если задавать вопросы помягче и не нервировать?

Жорик приблизился и опустился перед сидящей на полу женщиной на корточки, оказавшись с ней почти лицом к лицу.

— Как мне тебе помочь?

Для наглядности он пальцем указал на грудь, стараясь, впрочем, не прикасаться. Но женщина сама взяла его за руку и положила ладонь на свою грудь. Она оказалась горячей и твёрдой как камень из-за переполненности молоком.

Женщина кивнула и улыбнулась, поощряя раскрасневшегося парня. Теперь они будто поменялись ролями, и уже она старалась не спугнуть его.

Жорик осторожно прикоснулся пальцами к крупному соску, из которого тут же выступила капля молока, и как мог мягко надавил. Молоко брызнуло прямо на него.

— Нет-нет, не так, — запротестовала пленница. — Нельзя разбрызгивать.

— Но мне некуда сцедить…

Он оглянулся на котёл, но его пришлось бы долго отмывать, да и тащить потом полный котёл наверх совсем не хотелось. Разве что вылить потом в коридоре, где она не увидит. В конце концов, ему-то не всё ли равно, что будет с этим молоком? И чего она так волнуется по этому поводу? Кто ей запретил разбрызгивать? Неужели сам Коммандер?

Жорик едва не хлопнул себя по лбу, озарённый внезапной догадкой. Откуда берётся молоко на кухне, если тут нет животных, кроме крыс? Кажется, где-то ещё водились ящерицы, но эти вообще не млекопитающие. Раньше он вовсе не задумывался о происхождении привычного продукта. Но не крыс же доят, в самом деле.

Пленница тем временем встала. Жорик тоже хотел подняться, решив, что она передумала. Но женщина подошла ближе и чуть склонилась, так что её грудь нависла прямо над лицом парня, а сосок скользнул по губам.

— Это неправильно, — попытался возразить он, чуть отстранившись.

— Почему? — удивилась она.

Жорик задумался в поисках возражений. А действительно, почему неправильно? Может быть, странно и необычно. Но в конце концов, он уже не раз на кухне пил молоко. Может быть, даже её. Хотя должны быть и другие женщины.

— Это неприлично, — наконец, нашёлся он.

Женщина недоумевающе нахмурилась и отстранилась, позволяя ему подняться.

— Неприлично, — задумчиво повторила она, будто вспоминая значение слова.

Кивнув каким-то своим мыслям, женщина быстро опустилась перед парнем на колени и сноровисто развязала шнуровку штанов. Он не успел возразить, как его давно уже напряжённый член оказался у неё во рту.

В отличие от Жорика, для женщины это было явно не впервые. Действовала она умело. Растерянный парень и не думал пытаться отстранить её или как-то управлять её движениями. На мгновение он представил на её месте Энни, но поспешно отогнал всплывшее воспоминание об их последней встрече.

Надолго его не хватило. Отстранившись, женщина облизнула губы и поднялась.

— Теперь пососи мою грудь, — настойчиво потребовала она.

На сей раз возражать Жорик не стал.


Из подвала Жорик вышел, едва ли не приплясывая. Даже необходимость разговора с Коммандером его уже не так пугала. Да он сам будет просить поручить ему обязанность носить еду в подземелье! Хотя лучше не задавать лишних вопросов и не рассказывать всего.

С одной стороны, случившееся было неправильным, было в этом что-то извращённое. С другой стороны, если обоим участникам всё понравилось, значит, ничего плохого в этом нет.

Жорику было немного стыдно, что в какой-то степени он воспользовался ситуацией. С другой стороны, женщина сама проявила инициативу. И вела себя вполне адекватно, первоначальный приступ паники больше не повторялся. Впрочем, Жорик и не пытался снова задавать ей вопросы. Даже имени не узнал. Это нехорошо, надо будет исправить…

— Куда прёшь! — рявкнул солдат, толкнув Жорика в плечо.

От неожиданности парень едва не выронил котёл, крышка слетела и откатилась в сторону.

— Я же просто мимо шёл, — возразил он, уверенный, что никак не мог задеть солдата.

— Ты ещё спорить будешь, крысоед?

— Да ладно, пусть катится, — махнул рукой второй стражник. — Видишь, он ни одной крысы не поймал. Хотя, может, сожрал всех по дороге.

Жорик молча нагнулся подобрать крышку и получил пинка под зад.

— Это котёл для помоев, а не для крыс, — сообщил он, обернувшись к обидчику.

— И что? — не понял тот.

— А вот что.

Жорик размахнулся и надел тяжёлую посудину стражнику на голову. От удара тот рухнул.

— Ах ты… — его товарищ потянул меч из ножен.

— Цельсь! Пли! — раздалось с другой стороны двора.

Вонзившаяся в плечо солдату арбалетная стрела отбросила его назад.

— Мазила! — Коммандер отвесил подзатыльник Избранному с арбалетом в руках.

— Да я туда и целился, — возразил тот.

— Значит, дурак, — не отступил Коммандер. — Стрелять на поражение, если не было другого приказа! Ты, — остановился он перед Жориком, — чего тут с котлом ходишь? Я тебе что велел?

— Так я отнёс помои, назад иду, — растерянно пробормотал помощник повара.

— Куда отнёс? — нахмурился Коммандер. — На синей метке оставить котёл надо было! Инициативный, что ли?

— Ну… я… так получилось… — под строгим взглядом главы Избранных вся уверенность мигом испарилась.

— Одни идиоты кругом, да ещё инициативные, — посетовал Коммандер, выдирая стрелу из плеча раненого и возвращая арбалетчику. — Да, я и про тебя тоже. А ты, — он опять обернулся к Жорику, — зайдёшь в мой кабинет. Ужин принесёшь, там и разберёмся. У нас на инициативных воду возят. Ну, в твоём случае, помои.

— Это на обиженных, — осмелился возразить Жорик.

— Это там, — он неопределённо махнул рукой. — А тут обиженных троллям скармливают. Вали уже, или дел нет?

Жорик кивнул и поспешил на кухню. Зайдя за угол, он ещё успел услышать, как арбалетчик спросил:

— А с этими что?

— А эти обиженные, — отозвался Коммандер.

1.5. Эти глаза напротив

— Магистр, — рыжеволосая воительница низко поклонилась сидящему на троне человеку в сером балахоне с капюшоном. — Я привела Оракула.

— Я вижу, — прошелестело из-под капюшона. — Расскажи, что ты видела, дитя.

Храмовница торопливо отступила и отвела взгляд. Она привыкла спокойно смотреть как в пустые глазницы Оракула, так и в непроницаемую тьму под капюшоном Магистра, но когда эти двое смотрели друг на друга… Нет, такое выше человеческих сил.

— Он грядёт, грядёт! — Оракул почти взвизгнула и закрыла лицо ладонями, будто это могло помешать ей видеть. — В златой чешуе, распахнув стальные крыла. Хранимый звездой, он принесёт свой порядок. Он долго ждал, скоро час пробьёт. Его когти востры, а глаз верен. Жёлтые глаза!

— Успокойся, — в шелестящем голосе Магистра послышалось раздражение. — Говори яснее.

— Не могу, не могу, — залопотала девушка. — Он смотрит, смотрит. Эти глаза…

— Было б на что посмотреть, — насмешливо прозвучало откуда-то сбоку. — Следить за собой не пробовала, милочка? Полюбуйся на себя в зеркало, на что ты похожа… Ах да, пардон, ты же не можешь.

— Как ты посмел явиться сюда?! — слова Магистра больше не напоминали шёпот, а громом разнеслись по залу. — Как ты прошёл?

— Твои стражники живы, если ты об этом, — небрежно отмахнулся Сэт. — Хотя один, возможно, истечёт кровью, если ему никто не поможет. А другой сможет стать хорошим танцором.

— Нечистый, — прошипела Оракул.

— В отличие от тебя, я сегодня мылся, — возразил Сэт. — И вообще, моргала тебе выколол он, — воин указал на Магистра, — а шипишь ты на меня. Несправедливо.

— Тварь из Чёрного Замка, мне неприятен твой вид, — изрёк Магистр.

— Таки ты тоже не звезда моих эротических кошмаров. А вот она, возможно, станет, — Сэт окинул оценивающим взглядом рыжеволосую храмовницу.

— Убей его, Ламия, — Магистр махнул скрытой в широком рукаве рукой.

— Эй, придержи коней и эту кобылку в первую очередь, — Сэт поднял руки в миролюбивом жесте. — Я ж не просто летящей походкой вышел за водкой и случайно к вам забрёл. Я тут по делу, которое вы как раз обсуждали.

— Хочешь сказать, Оракул говорила о тебе? — осведомилась Ламия.

— Ты на мне чешую или крылья видишь? И почему красивые бабы всегда такие дуры?

— Ты не в моём вкусе, выползок, — огрызнулась женщина.

— Выползок? Это что-то новое. Есть такое слово? — удивился парень.

— Ближе к делу, червь, — распорядился Магистр. — Ты испытываешь моё терпение.

— Ну ладно. Значит, мои хозяева, то бишь милорды и миледи древнего рода Скейлд, испокон веков правящие Чёрным Замком, которых вы никогда не видели и в существовании которых сомневаетесь, — он хихикнул и выдержал театральную паузу, но не дождался реакции и продолжил: — В общем, они меня послали к вам, угрожая в противном случае с лестницы спустить. А вы ведь знаете, какие сложные взаимоотношения у змей с лестницами.

— Можно я его убью, Магистр? — обратилась к фигуре на троне Ламия.

— Ладно, ладно, я понял, ещё короче, — замахал руками Сэт. — В общем, что такое — большое, чешуйчатое, крылатое, с зубами и когтями? Не знаете, нет? Ну совсем простая загадка ведь. А если ещё рядом гору золота представить? Ладно, даю последнюю подсказку — у них бывают сложные отношения с гномами.

— Гномов не бывает, — отрезала Ламия.

— Ну тогда, наверное, драконов тоже, так что я зря вас побеспокоил.

— Дракон? — задумчиво повторил Магистр.

Оракул упала в обморок.

— О, до неё дошло, — удовлетворённо кивнул Сэт.

— И почему это волнует твоих хозяев? — вопросил Магистр.

— Действительно, подумаешь, десятиметровая крылатая ящерица, дышащая огнём, кого будет волновать такой пустяк. Будем надеяться, что он питается исключительно девственницами и через недельку сам от голода подохнет. Да, милашка? — Сэт подмигнул Ламии. — Ты, если что, обращайся.

— Не требуется, — огрызнулась она.

— Ты, часом, не лесбиянка? — усомнился парень. — Всё, понял, ухожу. Думаю, Коммандера новость заинтересует. В смысле, про дракона, а не твою ориентацию. Баллисту построит… Всегда хотел пострелять по дракону из баллисты.

— Пусть идёт, — остановил рвущуюся в бой Ламию Магистр.

Женщина проводила удаляющегося наглеца свирепым взглядом. С каким удовольствием она отрезала бы его болтливый язык, да и не только язык…

* * *

Тоннель вёл вниз, закручиваясь спиралью, через каждые несколько шагов понижаясь, превращаясь в подобие лестницы с очень широкими ступенями. Безжизненное тело Оракула на плече не тяготило Ламию, девчонка была лёгкой как пушинка.

Коридор начал выравниваться, что означало — до лаборатории уже недалеко. Впрочем, лаборатория — слишком громкое название для этой омерзительной пещеры. Ламия не смотрела по сторонам, но и без того прекрасно помнила всю обстановку.

Пульсирующая алая сеть, расползшаяся по стенам и потолку, напоминающая переплетение лиан или кабелей, но живая, органическая, питающая одни экспериментальные объекты и вытягивающая соки из других. Смешивающая телесные жидкости в чудовищный коктейль и впрыскивающая его новым жертвам, которые, в свою очередь, изменятся и станут питанием для других. Как вот эти огромные туши с атрофированными конечностями и крохотными на фоне остального головами. Живые куски мяса, неспособные, впрочем, существовать без искусственной поддержки извращённой системы жизнеобеспечения. Ущербное творение ограниченного разума.

Как и Оракул. Такой же несовершенный и хрупкий организм, не выдерживающий возложенной нагрузки. Человеческое тело и мозг не способны воспринимать и обрабатывать такой поток информации достаточно долго. Большинство не переживают даже процесс внедрения.

Тело Ламии выдержало бы. От этой мысли женщина содрогнулась. Нет, ей подобное не грозит. Она куда более удачное произведение и нужна Магистру такая, какая есть.

Здесь, в месте своего второго рождения, она всегда нервничала, хотя и ничего из того времени не помнила. Но воображение восполняло знание. Тем более, за другими экспериментами, закончившимися неудачей, она наблюдала неоднократно. Да и без того впечатлений хватало. Остальных храмовников сюда попросту не допускали. Меньше знаешь — лучше спишь.

Она бросила тело на мягкий, пружинящий под ногами пол, тоже будто живой. Хотя для чего бы могло понадобиться покрывать плотью пол пещеры, было совсем непонятно. Ощущение, что находишься то ли в пасти, то ли в желудке огромной твари, могло бы стать полным, если бы не металлическое ограждение площадки верхнего яруса. А внизу, в загоне троллей, пол был обычный, каменный, исцарапанный и выщербленный когтями. Быть может, прожорливые твари слопали покрытие?

Ламия обернулась к выскользнувшей из-за крайней мясной туши фигуре и рефлекторно схватилась за рукоять меча. Неужели этот мерзкий выползок из Чёрного Замка посмел пробраться сюда?

— А, это ты, — расслабилась Ламия, узнав новоприбывшего. — Где твой хозяин, этот аппендикс ползучий?

Бледный мужчина в чёрном пожал плечами и указал пальцем куда-то себе за плечо. Посчитав на этом вопрос исчерпанным, он приблизился к Оракулу и присел на корточки.

— Передай, что нужна новая туша, — велела Ламия. — Хотя ты ж не говоришь…

Мужчина кивнул и улыбнулся, продемонстрировав ровные белые зубы.

Ламия пожала плечами, посчитав это согласием. А уж как он будет контактировать с местным творцом — это их проблемы. Сам Экспериментатор в те моменты, когда был способен разговаривать, звал этого молчаливого типа просто Помощник или Мистер и при этом почему-то посмеивался. Что это за создание и каково его предназначение, Ламия не знала. Вероятно, результат очередной попытки сотворить идеального воина, почему-то в таком качестве не устроивший Магистра или его «аппендикс», здесь заправляющий.

Тем временем Мистер склонился над Оракулом и, превратив ногти в острые когти, принялся рвать тело, бросая ошмётки вниз, на корм троллям. Извлекаемые из плоти золотые и серебряные проволочки он аккуратно скручивал на катушки, сделанные, похоже, из чьих-то костей. Позже предстоит вживить их в новое тело.

— Пришла проведать папочку, милая? — прозвучал голос, заставивший Ламию вздрогнуть.

Выползшее на балкон существо пока ещё отдалённо напоминало человека. Просторный балахон, волочащийся по полу, скрывал, во что превратились его ноги, об этом можно было догадываться только по движениям. Но вот торчащий из правого рукава пучок щупалец на пальцы ничуть не походил. Скоро и ему придётся подыскивать новое тело, от мешка жгутов-лиан проку будет немного. Возможно, Помощник как раз и нужен на случай экстренной замены.

— Оракул, — коротко отозвалась Ламия, кивнув в сторону активно разделываемого тела.

— Опять, — уныло вздохнуло существо. — Рутина, скука. Найдите на сей раз кого покрепче. Да не мускулами! От крепости мышц при вживлении нервной сети толку никакого!

Ламия безразлично пожала плечами. Что найдётся, то и получит. И вообще, подбор объектов не её обязанность. Разве что Магистр позволит притащить этого зубастого выползка. Впрочем, вряд ли этот придурок отличается психологической устойчивостью.

— А для тебя, милочка, я придумал парочку улучшений, — захихикал Экспериментатор, окидывая женщину жадным взглядом. — Передай Ему, пусть подумает.

— Ты уже говорил, — напомнила Ламия. — В прошлый раз. Магистр сказал нет.

Существо понурилось и махнуло левой рукой с нечеловечески длинными пальцами. Да, регресс уже почти достиг критической точки. А запихнуть всю преобразованную тушу в новое тело будет невозможно, значит, снова часть знаний и навыков пропадёт. Вот бы найти человека, который и сам разбирается в подобном… Но вряд ли такие люди существуют.

Ламия наморщила лоб, пытаясь вспомнить. Слово так и вертелось на языке. Как же называются люди, занимающиеся изменением других людей? Хирурги — это совсем не то. Наука о передаче свойств одного организма другому… А свойства содержатся в…

Забытые слова никак не хотели всплывать в памяти. Женщина тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Какая разница, как всё это называется. Воину Храма знать такие слова ни к чему. А если понадобится — Магистр скажет.

Ламия развернулась и пошла прочь, чётко печатая шаг по пружинящему полу.

Интерлюдия 2. Да хранит тебя звезда

— Ночь пройдёт, наступит утро ясное! — выкрикнул рыцарь в бело-золотом облачении, замахиваясь мечом. — Солнце взойдёт!

Его противник в чёрном балахоне отшатнулся, споткнулся и упал. Посох отлетел в одну сторону, а сам он откатился в другую, подальше от грозного клинка.

— Дайте этому психу деревянный меч, как у всех! — недовольно заорал с земли «чёрный маг», указывая на своего противника.

— Да успокойся, — вмешался оруженосец. — Эмджей за последний десяток лет ещё никого зазря не зашиб, глаз у него верный и руки не дрожат.

— Да похер мне! — не отступил недоделанный некромант. — Пускай с железками на бугурты ходит!

— Пошли отсюда, Макс, — недовольно буркнул рыцарь, отмахнувшись от подбежавшего разбираться с происшествием мастера. — Надоел мне этот детский сад, штаны на лямках.

— Да погоди ты, ща всё уладим, — попытался остановить его оруженосец, но тот не слушая зашагал прочь через весь полигон в направлении, где они оставили машину.

Вздохнув, Макс побрёл следом, угрюмо пялясь в спину другу, но не спеша его догонять. Эмджей шёл уверенно, не оглядываясь, не сомневаясь, что верный друг, товарищ, спутник и оруженосец следует на шаг за спиной, как всегда, на каждой игре уже дюжину лет. Крылья на шлеме отливают золотом, белое сюрко развевается по ветру, отчего кажется, будто вышитый на спине золотой дракон машет крыльями.

— Мих, давай не будем горячиться, — предложил Макс, открывая багажник.

— Хочешь потусить с этим поколением ларпа? — презрительно сплюнул рыцарь. — В следующий раз сначала возрастную категорию узнаю.

— Им впору тебя Михал Михалычем звать…

— Ну уж, ты загнул, — покачал головой Эмджей. — Нам всё ж под тридцать, а не за сорок. Хоть я, поверь, такой же буду в сорок лет.

— Ага, — кивнул Макс. Вздохнул, собрался с духом и выпалил то, что давно собирался сказать: — А я всё, завязываю. Последний выезд.

— Чего? — Эмджей от удивления выронил шлем, который так и вертел в руках. — Да брось, в следующий раз будет лучше.

— Не будет. И следующего раза не будет у меня. Ни желания, ни смысла. Сам видишь, — Макс махнул рукой в сторону полигона, где парни на десяток лет моложе бегали с резиновыми и деревянными мечами, а то и просто палками.

— Ладно, согласен, в нашем захолустье сплошной провал, движуха сдохла, — кивнул Миха. — Ну, поедем на крупные фесты и игры. Пусть пореже…

— Пару раз в год, прокатав весь отпуск? — хмуро уточнил Макс. — Не, спасибо, не хочу.

— Бросаешь меня, значит. После двенадцати лет дружбы.

— Миха, жизнь этим, — Макс потряс снятой кольчугой, — не ограничивается!

Эмджей в ответ так посмотрел, что Макс только махнул рукой и пошёл заводить машину, оставив друга разоблачаться самостоятельно. Впрочем, тот ограничился снятием только шлема, кольчужного койфа и сюрко.

— Чешуя приросла? — осведомился Макс, намеренно провоцируя друга.

Тот попыхтел, но всё же не сдержался:

— Ну, хоть ты не начинай! Это ламеллярная кольчуга, а не чешуйчатая.

— Вопрос спорный, — протянул Макс.

Друзья затеяли привычный бессмысленный спор, поскольку формально кольчуга не могла считаться принадлежащей ни к одному из двух видов. Внешне будто декоративная, с пластинами, стилизованными под крупные чешуйки, наползающие друг на друга, она смотрелась словно скопированная из какой-то компьютерной игры. Но на деле отличалась прочностью и надёжностью, не сильно уступая полноценным латам. Но латы Миха упорно не признавал, ограничиваясь поножами и наручами, также выполненными на заказ, изображающими драконьи крылья, такие же, как на шлеме.

В целом исторических аналогов снаряжение Эмджея не имело, из-за чего с реконструкторами у него отношения не слишком ладились, тогда как ролевики почти поголовно переходили на «безопасное вооружение», которого не признавал уже сам Миха.

Не прерывая дискуссии на тему, может ли считаться подкладка «драконьей кольчуги» основой и чем там под ней скреплены на самом деле пластины, проволокой или шнуровкой, Макс свернул с дороги и затормозил возле давно примеченной однажды полянки.

— Ты чего? — не понял Эмджей.

— Вылазь, — усмехнулся Макс. — Не просирать же наш последний выезд. Я пока палатку поставлю, а ты за дровами чеши. Сразимся пару раз по-взрослому, гитара и пиво с собой, чего ещё надо.

— Сначала сразимся, — возразил Миха, вытаскивая из багажника меч.

Щит он брать не стал, поскольку у Макса такового не было, но всё же достал и прислонил к колесу. Изображённый на щите всё тот же дракон будто наблюдал за друзьями своими янтарными глазами.


Уж чего не ждал Эмджей, отправляясь на рассвете до ветру, так это обнаружить в кустах окровавленный труп. И это в полсотне шагов от места, где они с Максом полночи горланили песни и до хрипоты спорили обо всём на свете. Да и эти кусты он, кажется, уже проходил в поисках дровишек, и дохлятиной тут даже не пахло.

Миха помотал головой, удивляясь собственному равнодушию. Будто каждый день покойников находит.

Поскольку инстинкт самосохранения у парня доминировал над иллюзорным чувством гражданской ответственности, выбор между немедленным собиранием манаток и вызовом кого следует даже не возникал. Но взыграло любопытство, и, вместо того чтобы идти будить Макса, он ногой осторожно перевернул тело. Которое в ответ застонало и приоткрыло глаза.

Впрочем, облегчение продлилось недолго. Мысль, что это просто какой-то местный алкаш забрёл в лес, упал впотьмах и треснулся башкой, едва успев мелькнуть, тут же испарилась. Раненый зажимал окровавленный бок рукой, так что теоретически мог и на ветку напороться. Но вот выглядывающая из-под располосованной котты, принятой с первого взгляда за рубашку, кольчуга явно намекала, что мужик не из местных. Хотя и на ролевика он не походил, уж точно не из тех, от которых вчера свалили парни. Ну не из средневековья же он сюда сквозь время провалился.

Решив, что первым делом надо вызвать скорую, Миха машинально похлопал себя по карманам, которых в рыцарском облачении не наблюдалось. Сообразив, что мобильник остался в машине, парень собрался было вернуться на поляну.

— Стой, — простонал раненый. — Границе нужен Страж.

— Чего? — переспросил Эмджей. — Лежи спокойно, не дёргайся, я за помощью.

— Нет, — мужчина закашлялся, по подбородку потекла струйка крови. — Помоги сам.

Он протянул руку. Парень покачал головой. Нет, вставать ему точно не стоит, но вот перенести к костру и оказать первую помощь, пожалуй, лишним не будет. Пока скорая доедет, если вообще вызов за город примет. Миха присел перед раненым, собираясь поднять его на руки, но тот перехватил руку парня своей. Эмджей не стал вырываться, но пальцы почти сразу разжались сами.

Теперь уже точно покойник обмяк, глядя остекленевшими глазами на Миху. А через секунду мёртвое тело рассыпалось в прах, оставив только пятно крови. Тихо матюгнувшись, парень как был, на корточках, отполз на несколько шагов назад и плюхнулся на траву. Сомнений в реальности случившегося у него не возникло, так что Эмджей не стал протирать глаза или щипать себя. Но несколько минут в попытках обдумать и осознать только что увиденное ничего не дали. Ещё раз выругавшись, он поплёлся обратно в лагерь.

Он решил поискать какие-нибудь следы, не с неба же этот тип в кусты свалился. Хотя учитывая исчезновение, такой вариант исключать нельзя. На всякий случай Эмджей облачился в доспехи. Подумав, влез в багажник и, отодвинув запаску, извлёк настоящий боевой меч вместо тупой железки, которую таскал на игру. Зачем он каждый раз брал клинок с собой, Эмджей и сам не знал. Может, как раз на такой случай. Кто-то, прирезавший странного мужика, мог всё ещё оставаться поблизости. Пока он раздумывал, будить ли Макса или не терять времени, тот сам выбрался из палатки.

Эмджей шагнул навстречу и приветственно махнул рукой. Луч света, пробившийся сквозь кроны деревьев, на мгновение озарил фигуру в доспехах с мечом в одной руке и щитом в другой.

— Твою ж мать, — хрипло пробормотал Макс, тупо уставившись на место, где только что стоял его друг. — Вот говнюк!

Он ещё долго выражал эмоции, перемежая мат и истеричный смех. Наконец выдохшись, уселся на землю и уставился на место, где в последний раз видел Миху. Никогда он не верил в возможность подобного, разве что давным-давно и совсем чуть-чуть. Но глупо не верить своим глазам.

— Ну и кто кого в итоге кинул? — пробормотал он, грустно улыбнувшись. Он знал, что не пошёл бы, даже позови Эмджей с собой. — Где бы ни был, дружище… Да хранит тебя звезда.

Эта фраза давно стала у них обычной при прощании. Кажется, она из какой-то песни… Вряд ли Максу доведётся произнести её снова.

Он решительно встал. Что бы он там ни видел, а для порядка осмотреться всё же надо.

1.6. Ты то, что ты ешь

Жорик приоткрыл дверь и протиснулся внутрь. Мимо его уха тут же просвистел нож.

— А, это ты, — буркнул Коммандер, отодвигая в сторону какие-то бумаги. — Я и забыл. Не умеешь стучаться — учись уворачиваться.

— Простите, милорд.

— За отсутствие воспитания или за инициативность? — уточнил тот. — Хотя без разницы. За последствия своих действий отвечаешь сам. Будь то новые обязанности или возможность получить нож в глаз. Усёк?

Жорик кивнул, ставя на стол поднос с едой. Грибной суп, картошка с грибами и кисель — тоже грибной, но совсем из другого сорта.

— Сегодня что, грибной день? — слегка недовольно буркнул Коммандер. — Ну хоть картошечка.

— Шеф-повар болеет, припасы задержали…

— Так разберись, ты же инициативный. Ладно, рассказывай.

Разговор прошёл лучше, чем Жорик опасался. Он только один раз получил кулаком по морде.

— Ещё раз наврёшь или что-то скроешь — убью, — предупредил при этом Коммандер.

Обязанности по регулярной кормёжке и дойке пленницы вполне ожидаемо оказались возложены на Жорика. Так же как и контакты с «отделом первичной обработки», с этим связанные.

— О подробностях сначала спросишь прямое начальство, — распорядился Избранный. — Я не в курсе, что ты знаешь, но, видать, маловато.

— Там крыс разделывают, — брякнул Жорик.

— Крысы — это мелочь, — отмахнулся Коммандер. — Зайдёшь туда без стука — обосрёшься. Доклад мне каждую неделю, письменно. Кратко, только по существу, бумажек без тебя хватает.

— А я думал… — Жорик замялся, но под выжидательным взглядом вынужден был продолжить: — Думал, вы канцелярщину не любите.

— Ненавижу, — согласился Коммандер. — Поубивал бы всех, чтоб только отчёты про них не читать. Жаль, не могу. Регентшу, Магистра, Стражей…

— А Капитан…

— Его я прибить могу, — заверил Коммандер. — Но тогда у меня бумажек станет в пять раз больше. А ты думал, я весь день хожу, солдат шпыняю, а вечером напьюсь грибного киселя и ковёр смотрю?

Примерно так Жорик и думал, но посчитал нужным возразить:

— Кисель не галлюциногенный.

— Прирождённый повар, — усмехнулся Коммандер. — Ему про политику, а он про кисель. Не зря я тебя приметил.

— Вы помните? — удивился Жорик.

— Я эти помидоры век не забуду, — Избранный тяжело вздохнул. — Помидоры уж точно лучше драконов, а?

Жорик кивнул, хотя понятия не имел, о каких драконах речь.

— Вопросы есть?

— А почему она… ну, такая? — не удержался парень, жестом изобразив огромный бюст.

— Потому что неча жрать всё, что плохо лежит, — буркнул Коммандер. — Тебя тоже касается. Даже сказки учат — не пей из болотца, троллем станешь.

— Козлёночком, — возразил Жорик.

— Опять ты там и тут путаешь, — отмахнулся Избранный. — Поймёшь ещё. А пока свободен.

Ушёл Жорик вполне довольный, но слегка озадаченный. Это что же такого надо выпить, чтоб троллем стать? В троллей он не особо верил, но Коммандер, кажется, не шутил.

* * *

— Что тут творится?!

От возмущённого вопля Жорик едва не подпрыгнул, что в лежачем положении сделать затруднительно. Оседлавшая его женщина даже не повернула головы на крик, а пристроившийся к ней сзади Лонг только пожал плечами. Повернув голову, парень с испугом уставился на капрала Блэкхолл.

— Я… да… мы… — промямлил он.

И чего Капитанову любимицу занесло в подземелья? Да ещё сюда. Да ещё именно в такой момент. Ну почему не несколькими минутами раньше?

— Я и так вижу, что вы! — заорала капрал. — Но какого хрена?!

Жорик втянул голову в плечи и закрыл глаза. Оставалось только молиться, чтобы сейчас из-за угла выскочил голодный тролль и разорвал капрала на части. Ох и зол будет Коммандер! И не только из-за неизбежной стычки с Капитаном, но и потому, что в еженедельных докладах Жорик о своих развлечениях с пленницей ни разу не упоминал. А не поднимать шум Блэкхолл не уговорить.

— Прекратите немедленно! — снова заорала девушка. — Когда я к вам обращаюсь, не сметь…

Она задохнулась от возмущения, не сумев подобрать слов для характеристики продолжающейся оргии.

Жорик бы с радостью поспешил привести себя в пристойный вид, но остальные участники не спешили предоставить ему такую возможность.

Гулко разнёсшиеся по коридору шаги на мгновение оживили призрачные надежды на появление подземного монстра. Но прозвучавший следом знакомый голос их вмиг развеял.

— Смирно! Равняйсь!

— Нам пиздец, — беззвучно прошептал Жорик.

Девушка застыла по стойке смирно, повернув голову направо. При этом взгляд её оказался направлен как раз в сторону совокупляющейся троицы в клетке.

— Так-так, капрал Дырка, и что это мы тут делаем? Капитан послал свою любимицу понаблюдать за чужими развлечениями и пересказать ему в качестве сказки на ночь? — глумливо осведомился Коммандер. — Без этого у старика уже не встаёт?

К удивлению Жорика, их троицу Избранный едва удостоил мимолётным взглядом.

— Никак нет, сэр! — отрапортовала девушка, стараясь сохранять хладнокровие.

— Значит, ты тут по собственной инициативе?

— Я… Сэр… — капрал затруднялась подобрать слова. Сосредоточенности мыслей не способствовали и пальцы Коммандера, сноровисто расстёгивающие пуговицы её форменной рубашки. — То есть, милорд…

Расправившись заодно и с ширинкой брюк, рука мужчины проникла девушке между ног.

— Ого, капрал Мокрощёлка, да у тебя тут целый водопад, — усмехнулся он. — Что скажешь в своё оправдание?

Одной рукой продолжая орудовать в промежности, другой он грубо стиснул грудь девушки, вырвав у неё невольный вскрик.

— На колени! — приказал Коммандер, сопроводив слова резким рывком за волосы.

Повернувшись к Жорику, Избранный подмигнул и ухмыльнулся, после чего погрозил кулаком. Помощник повара предпочёл трактовать эту жестикуляцию в свою пользу. Без жёсткого нагоняя он точно не останется, весь вопрос в том, выживет ли после этого.

— И что стоим, кого ждём? — поинтересовался Коммандер, вновь потянув девушку за волосы, заставляя поднять взгляд. — Только не говори, что не понимаешь намёка.

Жорик едва не поперхнулся, а Лонг вовсе откровенно захохотал. Ну если такое Коммандер считает намёками…

От вида того, как белокурая капральша неумело обхватывает губами член держащего её за волосы мужчины, Жорик даже снова возбудился, несмотря на страх. Но, наткнувшись на взгляд Коммандера, поспешно отвернулся. Когда он рискнул посмотреть снова, Блэкхолл стояла нагнувшись и держась руками за прутья решётки, а Коммандер пристроился к ней сзади. Лицо капрала искажала гримаса то ли боли, то ли удовольствия, она закусывала губу в попытке сдержать стоны, но это удавалось девушке плохо.

— Пошла отсюда, — Коммандер сопроводил приказ шлепком по голому заду.

Поспешно подтянув штаны и на ходу торопливо застёгивая рубашку, девушка заковыляла прочь.

— В мой кабинет, — распорядился Коммандер, указав пальцем на Жорика.

— А я? — неуверенно спросил Лонг.

— А ты кто? — нахмурился Избранный, будто только что заметил азиата. — Я тебя первый раз вижу и, надеюсь, последний.

— Если больше не увидимся, знай, ты был отличным другом, — заверил Лонг, пожав приятелю руку, как только Коммандер скрылся за поворотом.

— Ну спасибо, обнадёжил, — проворчал Жорик.

* * *

Коммандер углубился в изучение разложенных на столе бумаг и не обратил на вошедшего помощника повара внимания. Но стоило Жорику опустить поднос с ужином на стол, как кулак Избранного молниеносно взметнулся и врезался ему в нос.

— Я тебе что приказывал?

Жорик понурился и на всякий случай отступил на шаг. Впрочем, он не сомневался, что при необходимости Коммандер мгновенно перепрыгнет через стол или просто метнёт нож, но всё же иллюзия безопасности лучше, чем ничего.

— Вы приказывали докладывать о важных событиях. А это я важным не счёл, — осмелился возразить он.

— Идиот, — заключил Коммандер, покачав головой. — Спросить не мог? Думаешь, мне жалко, что ли, было бы? Да хоть всех баб в Башне перетрахай. Но думать же надо.

Жорик молчал. Коммандер вроде бы и не злится, что странно. Но чем он тогда недоволен?

— Как мне надоел этот идиотизм, — Коммандер взял со стола стопку бумаг, потряс ими в воздухе и швырнул обратно. — Никто ничего не хочет, не может и не знает. Ты — показательный пример. И что теперь, если я разок спас мир, мне каждому идиоту задницу подтирать или как минимум бумажку подавать?

— Нет, милорд…

— Бесит, бесит, бесит, — в такт словам Коммандер лупил кулаками по столу. Глубоко вздохнув, он откинулся на спинку стула и закинул ноги на столешницу. — Разве я так многого прошу? — вопросил он, обращаясь к потолку. — Всего лишь завтрак, обед и ужин каждый день, которые не противно жрать. Выполнения приказов и знания своих обязанностей от солдат и слуг. Отсутствия чудовищ в Башне… Ну ведь не от идиотов же прошу избавить, знаю, что это невозможно!

— Простите… — пробормотал Жорик.

— За идиотизм? Или незнание того, что можно, а что нельзя и почему? — уточнил Коммандер. — Ты жив только по двум причинам. Во-первых, ты неплохо готовишь. Во-вторых, я уже потратил на тебя немного времени и жаль, если оно пропадёт впустую. А вот то, что незнание — не твоя вина, не оправдание. Я считаю, что кто хочет знать — тот узнает. И чёрт подери, если после того, как я потрачу на тебя ещё какое-то время, ты не исправишь ситуацию, то пожалеешь, что я не убил тебя здесь и сейчас.

Жорик не сдержал облегчённого вздоха.

— Что я должен делать? — спросил он.

— Выслушать, понять и провести разъяснительную работу со слугами на кухне. Эх, когда я выясню, кто виноват, что это не делалось раньше, он отправится на котлеты. Есть возражения?!

Жорик нервно сглотнул, но яро замотал головой. Готовить котлеты из человечины он не горел желанием, но когда альтернатива самому пойти на мясо, тут не до привередничества.

— Ты то, что ты ешь. Слыхал такую поговорку? — осведомился Коммандер. — Так вот, в данном случае это чистая правда. И если хочешь оставаться человеком…

Жорик опасливо покосился на тарелку с картошкой и мясом. Заметив его взгляд, Коммандер наткнул кусок на вилку, придирчиво осмотрел со всех сторон и обнюхал.

— Это ящерица, — резюмировал он. — Сэт принёс, они только в его подвалах водятся почему-то. Вкуснятина, кстати, почти как курица. А человечина больше на свинину похожа. Хотя ты и сам должен знать.

Жорик пожал плечами. О происхождении поедаемого мяса он старался не задумываться.

— Чего нос повесил? — хмыкнул Коммандер. — Тут выбор не богат. По сути, кроме людей, в этом мире и нечего жрать. Ну, не считая баланды. А всё остальное… — он неопределённо повёл рукой и хмыкнул.

— Но ведь вы едите, — Жорик указал на картошку.

— А я Избранный, мне можно, — возразил Коммандер. — Другим тоже можно, но осторожно. А то… — он выразительно провёл пальцем по горлу. — Ладно, пошли. Лучше один раз увидеть.


Больше всего в память Жорика запала кровь, хлещущая из перерезанного горла шеф-повара в ведро, заботливо подставленное Коммандером, «чтоб добро не пропадало». Вёдра потом пришлось нести Жорику, тогда как сам Коммандер взвалил на плечо тело «уволенного за несоответствие служебным обязанностям» повара. И то и другое они доставили в «отдел первичной обработки», который Избранный и хотел показать новому шеф-повару.

— Вот сюда и попадёшь, если не исправишь свой косяк. И то, если повезёт, — махнул рукой он.

Жорик во все глаза таращился на существ, только отдалённо похожих на людей, которые сноровисто взялись за разделку принесённой туши.

— Кро-ови, — прохрипело сгорбленное существо с непомерно длинными лапами, глядя на Коммандера снизу вверх.

— Смету мне на стол утром, с учётом увеличения производства в полтора раза, — кивнул Избранный. — А сейчас тащи что есть.

Существо кивнуло и уковыляло в соседнее помещение, вернувшись со связкой кровяных колбасок.

— Жри побольше, они полезные, — напутствовал Коммандер Жорика на обратном пути, указывая на колбаски. — И второй, который с тобой был, тоже пусть жрёт. Авось человеками останетесь. А что овощи полезны — это всё брехня. От них вон чего бывает, — он кивнул в сторону «отдела первичной обработки».

— А из чего колбаски? — осмелился полюбопытствовать новый шеф-повар.

— Из крови, конечно, — хмыкнул Коммандер. — Ну и мяса. Ты ж повар, должен знать. Сам регулярно кровь сдаю, цени.

Он закатал рукав и продемонстрировал множество мелких шрамов от порезов.

— Мы — Избранные, — пояснил Коммандер. — Нас ничего не берёт. Это, как говорится, в крови. И не только говорится, а так и есть. Иммунитет там и всё такое. Я не врач, не знаю, как оно работает. Некоторые говорят, не должно, но всё равно работает. Отраву из организма выводит, нейтрализует. А, ладно, — он махнул рукой. — Вот найду когда-нибудь врача или генетика, а лучше обоих, будем разбираться, что к чему и почему.

— А может, тогда переливания крови делать? — предположил Жорик.

Слова Коммандера вогнали его в ступор. Как это кровь, попавшая в желудок, может оказывать какой-то лечебный эффект? Хотя и почему съеденные овощи превращают людей в уродливых тварей, тоже непонятно.

— О, конечно, это наверняка будет надёжнее и эффективнее! — всплеснул руками Коммандер. — Ты просто гений, парень. Как же это никто раньше не догадался? Только вот есть одна маленькая проблемка. Может, раз ты такой умный, сходишь и найдёшь врача, захватившего с собой хоть какое-то медицинское оборудование? Я даже не прошу машину скорой помощи или лабораторию! Всего лишь нужное для анализа крови оборудование. Или, может, кого-то, способного различить группу крови на глаз или по запаху? Нет? Я так и думал. Гениальных теорий и я тебе могу по дюжине в час выдвигать. Только вот осуществить их оказывается проблемно. Да я два месяца искал кого-то, точно знающего, штат Дакота или город!

— И что?

— Не поверишь. Это два штата, три города и два округа, — Избранный раздражённо махнул рукой. — Удивительно, что ещё дурную болезнь так не назвали. В самый раз было бы.

Почему Коммандера так интересует Дакота, Жорик не знал и решил не спрашивать. По крайней мере, в этот раз. На один день откровений оказалось более чем достаточно.

1.7. 50 оттенков подземелий

Очередной удар плети ожёг и без того располосованную до крови спину. Милана вскрикнула и рефлекторно дёрнулась, потеряв опору. Запястья рвануло от врезавшихся под её собственным весом кандалов. Едва она нащупала пол кончиками пальцев, как новый удар вновь заставил выгнуться и застонать.

Грубая рука схватила за волосы, вынуждая запрокинуть голову, а мужское тело прижалось к иссечённой спине.

— Ну что, госпожа адъютант, кто тут теперь главный? — насмешливо спросил Избранный.

Девушка прикусила губу, чтобы не стонать, когда его рука зашарила у неё между ног. Мужчина ухватил её за ягодицы и приподнял. Милана воспользовалась этим, чтобы схватиться за перекладину для устойчивости, и сама развела ноги. Грубые руки переместились на бёдра, продолжая придерживать снизу, а тело притиснулось к спине вплотную.

Примерившись, Избранный чуть опустил девушку. От прикосновения к спине с рассечённой кожей и ощущения проникновения члена одновременно Милана закричала, уже не сдерживаясь.

Здесь, в глубоком подвале под Башней, всё равно никто не услышит. Никто не знает, что она здесь. Этот Избранный — как бишь его зовут? — может сделать с ней всё, что захочет. Даже если потом её тело обнаружат в подземных коридорах, всё спишут на троллей. Да и не останется после них других следов.

Беспомощность возбуждала ещё больше. Она вновь застонала и обвисла на перекладине, позволяя партнёру самому двигать её тело как угодно.

От смешанного с болью наслаждения сознание поплыло. А может, сказалась и распитая на двоих бутыль местного самогона. И из чего только гонят эту жуткую сивуху? Но платить за неё приходится натурой.

Здесь тело стало товаром в самом буквальном смысле, не эротическом. Кровь и даже другие телесные жидкости Избранных пользовались большим спросом у слуг. Они верили, что, поглощая часть Избранного, тем самым защищаются от изменений. У воинов отбоя не было от служанок, жаждущих сделать им минет. Сначала Милана ругалась на подчинённых, а потом махнула рукой — в неслужебное время пусть делают, что хотят. Коммандер тоже смотрел на это сквозь пальцы и, посмеиваясь, приговаривал, что если не поможет, то авось и не повредит.

Мысль о Коммандере заставила Милану начать двигаться активнее. Жаль, как жаль, что не он на месте этого Избранного… А впрочем, какая разница. Подобные фантазии о начальнике не будоражили воображение девушки постоянно и вовсе не мешали служебному общению. Попробовать было бы интересно, но вряд ли у него в штанах нечто принципиально особенное. Просто именно Коммандер разбудил в ней такие желания. Интересно, знал он, что делает, или это вышло случайно? Что ж, если однажды Корвус предложит поразвлечься, она не откажется, но сама навязываться не станет.

Пожалуй, его приятель из Чёрного Замка в этом плане может оказаться куда интереснее. А странный и немного пугающий вид даже в плюс. К тому же он явно чокнутый и ощущение угрозы будет не таким иллюзорным, а значит, более острым.

Избранный вышел из неё, и Милана протестующе застонала. Но мужчина только решил сменить положение, зайдя спереди. Теперь девушка обхватила его ногами и прочно удерживала, сама задавая темп и глубину проникновения. Милана вскрикивала каждый раз, как мозоли от меча на его ладонях сдирали подсохшую корку крови с её спины.

Впрочем, раны уже начали подживать. Если б не столь быстрое заживление, вероятно, она бы и не рискнула пойти на такие игры. Особенность Избранных. Хотя большинство из них исцеляются не настолько быстро. А всё спасибо Сэту. И, конечно, тому несчастному Избранному, которому забредший в подвалы тролль разворотил лапой череп.

От вида кровавого месива Милану тогда затошнило. Но представитель Чёрного Замка, увязавшийся с патрулём, ловко выдернул из этой каши блеснувшую золотом проволочку, неведомо как там оказавшуюся. И так же проворно без спроса сунул её в ухо девушке.

— Фокус-покус, теперь ты дважды Избранная, — расхохотался он, скалясь игольчатыми зубами, пока девушка ругалась от краткой боли и тёрла ушную раковину в попытках извлечь инородный предмет.

Объяснять подробнее гадкий тварёныш отказался. Изменений в силе или скорости реакции Милана не заметила, а вот раны заживать стали быстрее. А ещё начали порой сниться странные сны, как воспоминания о событиях, которые никогда с ней не происходили. Но она всегда очень быстро забывала все сны, так что не слишком об этом беспокоилась. Тем более, психиатров тут всё равно не водится, а проволочку из головы уже не достать.

Избранный запыхтел и ускорил темп. Милана плотнее стиснула его бёдрами и изогнула спину, ощущая, как мужское семя выплёскивается внутри неё. Забеременеть она не боялась, почему-то уверенная, что сможет это проконтролировать. А если нет, всегда есть народные средства, на всякий случай девушка не забыла уточнить этот вопрос у служанок.

Как только мужчина отпустил её и отошёл, Милана подтянулась на перекладине и ногами обхватила его за шею, вновь притягивая к себе. Лицо Избранного, уткнувшееся ей между бёдер, отразило лёгкий испуг. Он не сомневался, что начальница может одним движением свернуть ему шею.

Милана усмехнулась. Резкая смена ролей. За мгновение она перестала быть беспомощной пленницей в цепях, а стала хозяйкой положения, держащей в руках — ну ладно, пусть между ног — чужую жизнь. Эта мысль так завела, что она снова кончила.

Несколькими минутами позже, растирая освобождённые от кандалов руки, она покосилась на мужчину и спросила:

— Не обиделся?

— Как можно, мадам адъютант, — хмыкнул он, прекращая украдкой вытирать рот. — Мне наш Коммандер ясно растолковал, что тут с обиженными делают. На корм троллям не хочу.

Милана кивнула. Эту историю она слышала. Потому и выбрала именно этого типа и даже не удосужилась запомнить его имя. Он уже разок проштрафился перед Коммандером, да и вообще показал себя к службе в отряде Избранных Башни не очень годным. К тому же из арбалета стреляет паршиво. Корвус ясно дал понять, что ещё один косяк с его стороны — и среди Избранных появится вакансия. Так что болтать парень не станет, а когда в очередной раз, что неизбежно случится, оплошает, то похвалиться связью с адъютантом Коммандера уже и не сможет. Никакой эмоциональной привязанности к любовнику Милана не испытывала. Вообще, было бы интересно, например, свернуть ему шею в процессе. Вот только как заставить его тело после этого продолжать рефлекторно двигаться?.. Так что пусть пока живёт.

Она натянула форменную рубашку на израненную спину и, чуть пошатываясь, направилась к двери. Избранный по-джентльменски поддержал её под руку.

— Ты только прилюдно не забывайся, — напомнила Милана.

— Никак нет, — послушно отрапортовал он.

Милана только фыркнула. Ну, может, из него ещё и выйдет толк. А если он в следующий раз продержится подольше, возможно, она даже отмажет его перед Коммандером, если очередная оплошность будет не слишком крупной. Но это вряд ли.

1.8. Просто такая странная любовь

Девушка в десятый раз набрала в рот воды из кувшина, тщательно прополоскала и сплюнула в ведро. Но этот привкус всё ещё оставался.

Капрал Блэкхолл порывисто вскочила и зашагала по комнате, раздавая пинки всем подвернувшимся предметам мебели.

Да как он посмел так с ней обойтись! Ещё и на глазах кухонной прислуги! Она солдат, а не какая-то подстилка! Если он только вздумает повторить это снова, она… она…

Капрал прекратила метания, села на кровать и уткнулась лицом в ладони. Она прекрасно отдавала себе отчёт, что ничего не сделает и в следующий раз, если такой случится. Всё повторится. И даже не потому, что физически не сможет совладать с Избранным. Попросту под стальным взглядом Коммандера исчезали всяческие мысли даже о малейших попытках к сопротивлению. А от прикосновений его твёрдых пальцев по телу начинали бежать мурашки, а между ног предательски влажнело.

Мысли о Коммандере посещали девушку уже долгое время, с той самой первой встречи на плацу. Он герой, спаситель мира, думала она тогда, делая шаг вперёд из строя. Но когда он остановился напротив, кривя губы в глумливой ухмылке и оглядывая её холодным взглядом серых глаз, капрал поняла, как ошибалась. Он должен был протянуть руку, взять её ладонь и увести с собой, сделать своей правой рукой и научить всему! Но он предпочёл эту… Эту Милану! А ей досталась только пара оплеух и оскорбительная кличка! Герои не должны бить тех, кто слабее, и тем более женщин! У героев не должно быть холодного стального блеска в глазах, смотрящих на всех будто нацеленные в мишень стрелы! Герой должен защищать людей!

Как Капитан. Да, Капитан совсем другой. Он заметил её и оценил, приблизил к себе и возвысил. Не за красивые глаза, а за старание и исполнительность. Капитан ценит её и доверяет… И видит в ней исключительно солдата, а не женщину. От Капитана она никогда не услышит: «А если я прикажу тебе встать на колени и отсосать мне?». А если и услышит — ответит твёрдым отказом.

О, как в тот миг, на плацу, в ответ на этот вопрос она хотела ответить: «Как прикажете, милорд!». И удержалась только потому, что поняла: он действительно прикажет, прямо там, при всех. А потом усмехнётся, застегнёт ширинку, развернётся и уйдёт, оставив её стоять на коленях перед всем строем, униженную и опозоренную.

И всё равно подобное произошло! Но хотя бы всего перед тремя свидетелями, а не перед ротой. Впрочем, заключённая не в счёт, кем бы она ни была. А поварята… Вряд ли они хотят, чтобы об их собственных делишках стало широко известно. Если Коммандер вообще оставит их в живых. Что ж, она сама заставит их помалкивать, угрозами или договором. Коммандер вряд ли станет трепать языком, не такой он человек, чтоб похваляться. Хотя ведь запросто может между делом упомянуть. Для него-то случившееся вряд ли очень важно, просто незначительный эпизод, не представляющий особого интереса. Ничего, она ещё заставит его обратить на неё внимание…

Но не сегодня.

Девушка устало откинулась на кровати и закрыла глаза. Но ни сон, ни хотя бы спокойствие не приходили. В памяти упорно всплывала картина событий в подземелье, а предательское тело вторило, вновь отзываясь на воспоминания о грубых прикосновениях.


— Без этого у старика уже не встаёт? — звучит глумливый голос Коммандера.

Блэкхолл не поворачивает головы, продолжая смотреть вправо, вынужденная следить за оргией в клетке, вместо того чтобы посмотреть ему в глаза. Но это и к лучшему, не видеть этого лишающего воли взгляда, хищного прищура нацеливающегося на добычу охотника.

Она хочет возразить, что Капитан вовсе не старик, едва ли на несколько лет старше самого Коммандера. Интересно, а сколько ему? На таких людях годы чаще оставляют след шрамами, чем морщинами. Ему может быть как тридцать, так и все сорок. Девять лет здесь, в этом мире… Тут год за два впору считать. Но он-то здесь как рыба в воде.

Она не осмеливается выступить в защиту Капитана. Не её это дело. Не здесь. Не перед ним. И только по-уставному рапортует:

— Никак нет, сэр!

Он подступает на шаг, и капрал напрягается в ожидании удара. Но нет, подходит почти вплотную. Уголком глаз она видит поднимающуюся руку. За шиворот схватит или сразу за горло? Но вместо этого пальцы принимаются расстёгивать её рубашку.

— Я… Сэр… То есть, милорд… — она запиналась, стараясь не выдать участившееся дыхание.

Рука добралась до брюк. Блэкхолл не сдержала вскрик, когда два твёрдых пальца резко проникли внутрь неё, а другая рука до боли сжала грудь.

Повинуясь рывку за волосы и резкому приказу, она опустилась на колени и уставилась на оказавшийся прямо напротив бугор в штанах. Нет уж, она не проявит инициативы, пусть не надеется.

Очередной рывок за волосы заставил её поднять голову и взглянуть в лицо Коммандера.

— Только не говори, что не понимаешь намёка, — протянул он.

Со стороны клетки послышался смех поварят, заставивший Блэкхолл покраснеть. Или это из-за насмешки в глазах Коммандера над её глупостью и неопытностью? Нет-нет, это всё из-за поварят, да как они смеют…

Почувствовав настойчивый рывок за волосы, девушка решила не вынуждать Избранного получать своё силой. Действовала она не слишком умело, но старательно, хотя попытка заглотить поглубже закончилась тем, что капрал подавилась. Тогда Коммандер очередным рывком за волосы поднял её на ноги и заставил нагнуться. Для устойчивости девушка вцепилась руками в решётку. Мужчина не стал церемониться: проведя пальцами у неё между ног и убедившись, что девушка вполне готова, одним рывком вошёл. Твёрдые пальцы, сжимающие бёдра, не позволяли ей двигаться самой, Коммандер взял полный контроль на себя. Он совершенно не заботился о её комфорте, Блэкхолл кусала губы, чтобы не закричать, каждый раз, когда он резко погружался на всю глубину, но стоны всё равно прорывались.


Никто прежде не обращался с ней так грубо, прежде девушка и представить себе не могла, что наступит момент, когда её просто поставят раком и трахнут, не спрашивая на то мнения и согласия. Но при воспоминаниях об этом её руки почти непроизвольно скользили по телу, поглаживая грудь и бёдра, болезненно отзывающиеся на прикосновения к синякам, оставленным слишком жёсткой хваткой. Не сдержавшись, Блэкхолл принялась ласкать себя пальцами, но это не шло ни в какое сравнение с ощущениями, полученными с Коммандером.

Прежние любовники всегда были нежны и заботливы, и ей это нравилось, но всегда оставалось чувство лёгкой неудовлетворённости. Хотя она сама же пресекала попытки проявить излишнюю напористость — и они извинялись, обещали не спешить и старались доставить ей удовольствие. А если бы тогда, там, в другом мире, разгорячённый мужчина не остановился и взял её так, как хотел сам? А в ответ на скандал и попытку вышвырнуть из дома дал оплеуху и повторил? Ха, ни один из них не был на такое способен. От подобных типов девушка всегда старалась держаться подальше. Тому, кто способен ударить женщину, место в тюрьме… Или в другом мире, в звании Лорда-Коммандера с неограниченной лицензией на убийство. Но нет, как ни старалась, никого другого представить на месте Коммандера Корвуса девушка не смогла.

* * *

Войдя на кухню, капрал сразу узнала двух поварят, которых искала. Впрочем, их трудно с кем-то перепутать. Один толстяк, прямо стереотипный образ идеального повара, второй азиат, которых в Башне раз-два и обчёлся.

Две недели девушка собиралась с духом. До сих пор никаких слухов о происшествии в подземелье по Башне не распространилось, но она хотела быть уверена, что так оно и останется.

— Эй, вы двое! — окрикнула Блэкхолл.

Азиат от неожиданности едва не выронил из рук поднос, но в последний миг каким-то чудом удержал. Такая неловкость была неудивительна, учитывая, что он не снимал с рук прихватки, хотя о поднос с салатом вряд ли можно обжечься.

— Капрал Ды… — начал толстяк, но осёкся под строгим взглядом. — То есть Блэкхолл. Что вам угодно?

— Поговорить.

Хмыкнув и посопев в раздумьях, он разогнал поварят по мелким поручениям, оставив на кухне только азиата.

— Вот что, Жор, — капрал попробовала для начала проявить дружелюбие, даже обратилась по имени, услышанному от поварят. — Ты ведь помнишь, что было там, в подвале…

— Хочешь повторить? — смерив собеседницу взглядом, повар хмыкнул и шагнул навстречу. — Ну можно, можно…

— Да ты сдурел?! — возмущённо рявкнула Блэкхолл. — Чтоб я и ты… и вы двое… Ха, не мечтай!

— Ой, да ладно, — протянул азиат. — Я-то видал, как ты на нас таращилась, пока Коммандер тебя драл.

Толстяк подступил уже почти вплотную и с неожиданной для его комплекции проворностью схватил её за горло. Мясистые пальцы оказались крепче и твёрже, чем могла предполагать Блэкхолл, от неожиданности девушка даже забыла про висящий на боку короткий меч.

— Я тебя запомнил ещё тогда, на плацу, — протянул повар с каким-то глухим ворчанием. — Как ты надо мной насмехалась. Не смешно сейчас?

Блэкхолл нервно сглотнула, тоже вспомнив. И вправду, это же тот самый неуклюжий рекрут, которого Коммандер тогда отправил на кухню. Коммандер… Из того дня на плацу все воспоминания Блэкхолл были о нём, а не о каком-то толстяке-рекруте. А сейчас в глазах неуклюжего жирдяя, где-то в самой глубине, едва заметно, поблескивало то же, чем буквально светился взгляд Коммандера. Но и этого хватило, чтобы Блэкхолл замерла, не в силах шевельнуться.

— Не надо здесь, при всех, — смогла только промямлить она.

Толстяк кивнул и разжал пальцы.

— В подземелье, через час, — буркнул он. — И попробуй не прийти…

Капрал резко развернулась и поспешила убраться из кухни. Только миновав два поворота, она позволила себе остановиться и привалиться спиной к стене. Ладонь судорожно сжала рукоять меча. Как смеет какой-то поварёнок так с ней обращаться? Но этот поварёнок знает то, о чём не должен разболтать всем. А этот отблеск в глубине глаз… нет, она не сможет заставить его молчать угрозами. Значит, придётся прийти в подземелье и… Главное, чтобы никто больше об этом не узнал. Особенно Коммандер.


Как назло, проскользнуть незамеченной не удалось. И что парочке Избранных понадобилось в подвалах, да ещё именно в это время? И как нарочно, одна из них — эта проклятая стерва Милана!

К удивлению Блэкхолл, Избранные не стали её задерживать и даже спрашивать, куда понесло помощницу Капитана. Милана как-то странно держалась, прижавшись спиной к стене, чтобы дать капралу пройти, и опираясь при этом на руку спутника. Ранена она, что ли? Может, они тут с троллем столкнулись? Жаль, если так: от Избранных тролль вряд ли ушёл живым, а было бы неплохо, повстречайся с ним наглый поварёнок.

Жор уже ждал. Хотя бы один, без приятеля-азиата. Вздохнув, Блэкхолл зашагала навстречу, нарочито чеканя шаг и не снимая ладони с рукояти меча. Помощник повара сверлил её взглядом, пытаясь кривить толстые губы в насмешливой ухмылке, но выглядело так, будто он сожрал что-то кислое или просто мерзкое. Капрал остановилась на расстоянии полушага и встала по стойке смирно. Она заставила себя стоять ровно и не дёргаться, терпя поглаживание мясистых пальцев по щеке, и только судорожно сглотнула, когда повар рванул ворот её рубашки, вырывая пуговицы с мясом. Пытаясь отстраниться от происходящего, Блэкхолл закрыла глаза, стараясь представить на месте гадкого толстяка кого-то другого, но лапищи, тискающие её грудь, и громкое сопение никак не ассоциировались с Коммандером.

— Пиздец, — прозвучал внезапно знакомый голос совсем рядом.

Следом раздались звуки удара и падения чего-то тяжёлого, а омерзительные прикосновения исчезли.

Блэкхолл открыла глаза. Жор лежал на полу, а рядом стоял Коммандер, сложив руки на груди.

— Ну ты совсем охренел, да? — поинтересовался Избранный.

Блэкхолл затаила дыхание, а сердце забилось чаще. Он пришёл, пришёл, чтобы спасти её!

— А что, — шмыгнул разбитым носом повар. — Вы же сами говорили, хоть всех баб в Башне перетрахай, вам не жалко.

— А ведь и впрямь, говорил, — секунду поразмыслив, кивнул Коммандер. — А ещё говорил, что думать надо.

Сказано это было спокойным и даже равнодушным тоном, но прозвучало страшнее, чем могли бы крики и угрозы. Коммандер шагнул вперёд и опустил каблук сапога на горло повару. Блэкхолл ожидала, что сейчас прозвучит хруст шейных позвонков, даже надеялась на это. Но Избранный только наклонился, взглянул толстяку в глаза и покачал головой.

— Вот сам не пойму, чего я вдруг стал такой добрый, что ты до сих пор жив.

— Две причины… — прохрипел повар.

— Да, точно, — Коммандер щёлкнул пальцами, будто и впрямь получил долгожданный ответ на давно мучавший вопрос, и отступил в сторону.

Толстяк, кряхтя, начал подниматься. Но как только встал на ноги, Коммандер резко развернулся и коротким ударом в челюсть вновь отправил его на землю.

— Ещё раз — и больше ни разу, — изрёк он, глядя в сторону. — И я тебя не убью, а запру в клетку вместо твоей подружки. Станешь экспериментом номер двадцать шесть. Раз человеком быть не желаешь, посмотрим, что получится вместо этого. Жаль, за мешок дерьма на ножках Магистр вряд ли много заплатит. Так что, наверное, запру с тобой Сэта на пару дней, а то он меня тоже слегка задолбал.

— Я понял, Коммандер, — понуро пробурчал повар. — Простите.

— Простите, я больше не буду, — передразнил Избранный, раздражённо сплюнув. — Тут тебе не детский сад и не церковный приют для идиотов имени Святого Лорда-Коммандера. Я предупредил последний раз, до тебя, надеюсь, наконец дошло. На этом всё. Так что извиняться надо не передо мной.

— Простите, капрал Блэкхолл, — пробормотал повар, не поднимая глаз.

— Пшёл отсюда теперь, — Коммандер сопроводил слова пинком для ускорения.

Как только шаги повара стихли, Коммандер подошёл к девушке и, взяв за подбородок, заставил поднять глаза.

— Ну как можно быть такой дурой, капрал Дырка? — укорил он.

Блэкхолл не сдержалась и разревелась. К её удивлению, Коммандер притянул девушку к себе и позволил уткнуться в плечо, успокаивающе поглаживая по волосам.

1.9. Шеф-повар Жор

Получивший затрещину поварёнок с опаской смотрел на заставшего его за кражей печенья шеф-повара.

— Пошли, — глухо проворчал тот, с лёгкостью подхватывая здоровенной ручищей полный чан помоев.

— Куда, шеф Жор? — испуганно пискнул мальчишка.

— Кормить чудовищ, — зловеще улыбнулся повар. Потом пожал плечами и добавил: — Ну и на грядки за овощами.

Подхватив корзину, поварёнок поспешил за начальником, который с трудом протиснулся в дверь, боком и пригнув голову.

По кухне ходили слухи, что шеф-повар на самом деле тролль-людоед, съевший прежнего помощника повара и теперь притворяющийся им. Глядя на огромную тушу, заполняющую едва ли не весь коридор впереди, мальчишка был склонен в это верить.

Только недавно принятый на кухню, поварёнок ещё не бывал в подвалах, где располагались грядки. Поговаривали, что растения там не совсем обычные и с некоторыми из них приходится едва ли не драться, прежде чем срезать. В хищные овощи, нападающие на людей или пытающиеся защищаться, паренёк не очень верил, хотя вид приносимых на кухню продуктов вполне располагал к подобным фантазиям.

— Недоедаешь, что ли? — оторвал его от размышлений голос шеф-повара. — Или кого со стороны подкармливаешь?

— Да я просто… — промямлил мальчишка.

— Кровяную колбасу любишь? — неожиданно спросил шеф-повар.

Паренёк неуверенно кивнул.

— Это хорошо, это правильно, — одобрил Жор. — Коммандер заботится о нас.

Они дошли до пятна синей краски на полу.

— Тут Коммандер тролля повстречал, когда разметку наносил, — поведал шеф-повар. — Ох и досталось бедняге. Это я про тролля, конечно. Не любит наш Коммандер, когда ему мешают.

— А разве тролли бывают?

— А по мне не видно? — хмыкнул Жор. — Всё от неправильного питания и непристойного поведения. Ты это, случайными связями не злоупотребляй. А то здесь тебе не там. Такого подцепишь, что не только нос отвалится, но и хобот на его месте вырастет. И это не фигура речи, а факт, случалось.

Он поставил котёл с помоями у стены и свернул в коридор, отмеченный зелёной краской. Проход через несколько шагов сужался так, что габаритный шеф-повар с трудом протискивался боком. Для того ему и понадобился помощник: с корзинами да мешками здоровяк ни за что не пролез бы. Путь привёл в обширную пещеру, освещаемую, помимо фосфоресцирующего мха, пробивающимся откуда-то с потолка солнечным светом.

— В полной темноте совсем уж гадость растёт, так что тут всё продумано, — объяснил Жор. — Кем-то, мда… Иди вон картошки набери, Коммандер её любит.

Сам шеф-повар снял с пояса тесак и принялся срезать крупные белёсые листья с синеватыми прожилками. Вопреки слухам, листья не сопротивлялись, не шевелились и даже не стонали от боли. А вот картошка оправдала худшие ожидания поварёнка.

— Шеф Жор, она на меня смотрит, — пожаловался паренёк.

С недовольным ворчанием повар приблизился и раздражённо вперился в торчащий на белом стебле глаз. Глаз не выдержал игры в гляделки и моргнул. Небрежным взмахом ножа Жор отсёк стебель и, выдернув клубень размером с арбуз, всучил его поварёнку.

— Подумаешь, глазок пророс, меньше внимания обращай, — буркнул он. — Глаза не кусаются. Давай бегом на кухню и обратно, не мне же остальное тащить.

К возвращению помощника Жор успел накопать разнообразных корнеплодов странного вида и навязать пучки трав.

На обратном пути шеф-повар прихватил ранее оставленный помойный котёл и свернул в коридор с синей меткой. Пройдя мимо пустых камер, он остановился перед единственной занятой и принялся отодвигать запирающий брус. Поварёнок при виде запертой там пленницы едва не выронил весь свой груз.

— Нравится? — хмыкнул Жор. — И зря. Мне вот тоже нравилась.

— Иди ко мне, милый, — протянула женщина, призывно улыбаясь.

Она стояла возле дальней стены камеры, прикованная короткими цепями, закреплёнными на ошейнике и ручных кандалах и не позволяющими ей даже присесть.

Подойдя к пленнице, шеф-повар деловито сдавил сосок на огромной груди. Взглянув на выступившую каплю буро-зелёного цвета, он выругался и сплюнул. В тот же миг миловидное лицо женщины переменилось, рот нечеловечески раскрылся на манер бутона цветка, лепестки которого усеивали мелкие острые зубы. Повар плюнул ещё раз, на сей раз прямиком в эту хищную чудовищную пасть.

— Видимо, картофельные очистки ты жрать уже не будешь, — задумчиво протянул он.

Поставив котёл у стены, он снова запер камеру. Женщина попеременно то умоляла, то распахивала пасть и принималась шипеть.

— Вот что от здешней еды бывает, — сообщил Жор обомлевшему поварёнку. — Зараза в ней, людей меняющая. И половым путём потом тоже передаётся. Так что жри, что дают, а сам ничего без спросу не хватай. У нас режим питания налажен, нарушать нельзя.

Поварёнок рьяно закивал, мысленно поклявшись никогда больше ничего не таскать с кухни.

Услышав крысиный писк, шеф-повар поразительно быстро для своих габаритов наклонился и ухватил зверька толстыми пальцами. Раздался хруст, и грызун затих.

— Пошли, ещё кой-куда заглянем.

Паренёк с ужасом ожидал, какие ещё открытия сулит сегодняшний день. Про «отдел первичной обработки» он тоже наслушался историй — мол, человечину и крысятину там разделывают, приводя в такое состояние, чтоб не было понятно, чьё это мясо. Наблюдать эту картину поварёнку не очень-то хотелось. Но шеф-повар не стал заходить внутрь.

На стук из открывшейся двери высунулось длинное гибкое щупальце, в которое повар вложил дохлую крысу.

— Приятного аппетита, — пожелал он.

— С-спас-сибо, Жор, — донеслось изнутри.

— Ты там как?

— Хорош-шо, — прошипели в ответ. — Смета з-завтра.

— Отлично, Лонг, — кивнул повар. — Бывай. — Дверь захлопнулась, а Жор обернулся к поварёнку. — Ну, чего встал? Тащи на кухню. Я позже приду. Растолкую тебе всё остальное как надо.

Махнув рукой, он снова зашагал вглубь катакомб.

Интерлюдия 3. О вкусной и нездоровой пище

Рэнди всегда знал, что при своём образе жизни не пропадёт и его обязательно когда-нибудь найдут где-то в лесу, в четырёх пакетах. Но оказаться попросту выброшенным из окна восьмого этажа — это так приземлённо…

Он не успел пожалеть обо всём, что хотел, но так и не сделал, да и прошлое не промелькнуло перед глазами. Просто пара секунд свободного падения и приземление на булыжную мостовую. А ведь под окном был асфальт…

Рэнди поднялся, отряхнулся, пригладил растрепавшиеся рыжие лохмы и огляделся вокруг. С первого взгляда стало очевидно, что он уже не в Бостоне. Но для загробного мира местечко смотрелось странновато. Да и ушибленный при приземлении локоть у покойника вроде бы болеть не должен. Хотя кто знает, с мелькающей перед глазами жизнью ведь уже обманули.

— Вон он, ну наконец-то. Эй, мужик, стой! Стрелять буду!

Стоять и дожидаться двух странно одетых мужчин, у одного из которых в руках был арбалет, Рэнди ни в коем случае не собирался. Вопросы о том, что случилось и где он оказался, мигом отошли на второй план. Об этом лучше будет спросить кого-то, не считающего собеседника мишенью в тире. Благо удирать от представителей закона было не впервой.

Рэнди никогда не любил маленькие городки, предпочитая мегаполисы. Полчаса беготни по узким улочкам среди двух-трёхэтажных домишек только укрепили его взгляды. В том же Бостоне он давно растворился бы в толпе, здесь же навстречу ему попалось всего несколько прохожих, да и те поспешили свернуть и убраться подальше, то ли из-за странного, на их взгляд, вида беглеца, то ли заслышав голоса преследователей, которые и не думали таиться. Рэнди чувствовал себя крысой в лабиринте: стоит ошибиться и забрести в тупик — тут и конец. При определённой доле везения, бегать можно ещё долго, но что толку, если не знаешь, куда бежать, а спрятаться негде. Впрочем, врезавшаяся в стену стрела мигом заставила отбросить пораженческое настроение, напомнив, что движение — это жизнь.

— Сюда.

Рэнди обернулся на голос. На пороге одной из лачуг стояла девушка и призывно махала рукой. Без долгих раздумий он решил положиться на удачу, которая до сих пор не подводила.

Девушка поспешно заперла за гостем дверь и приложила палец к губам, призывая к молчанию.

— И куда он делся? Коммандер с нас шкуры спустит, — донеслось с улицы.

Ответа второго Рэнди не разобрал. Выждав ещё пару минут и убедившись, что преследователи прошли мимо, девушка облегчённо вздохнула и отошла от двери.

— Я Люси, — она чуть смущённо улыбнулась, нервно теребя передник платья.

Рэнди постарался ответить самой очаровательной улыбкой из своего набора.

— Матушка нарекла меня Рэндольф, но на моих стаканчиках в «Старбаксе» всегда пишут просто Ранд, — представился он.

Люси недоумевающе заморгала, явно не поняв шутку.

Рэнди тяжко вздохнул. Что-то явно не так с местом, где нет «Старбакса».


Предложенный ужин не вызывал аппетита и явно не стоил нервов, потерянных Рандом за время отсутствия девушки. Он до последнего продолжал опасаться, что Люси выдаст его местной полиции, или как они там называются. К счастью, на сей раз паранойя не оправдалась. Хотя подозрения не исчезли полностью. Зачем девушке помогать совершенно незнакомому типу? В альтруизм Рэнди не верил уже лет двадцать, не меньше. За якобы бескорыстным желанием помочь всегда скрывается попытка облапошить, уж он-то знает.

Он с опаской зачерпнул немного цветной каши с подноса, будто попавшего сюда из школьной столовой. На вкус оказалось не так странно, как на вид. Вернее, вообще никак.

— Что это?

— Ужин, — с недоумением отозвалась девушка.

— Это понятно, но из чего он приготовлен?

Люси только нахмурилась и пожала плечами. На половину вопросов Ранда она отвечала такой же реакцией, будто не понимала, что он хочет узнать. То ли сама не знала, то ли считала это всем известной прописной истиной, не требующей пояснений.

— Я не местный, издалека…

— Да, из-за Грани, я поняла, — кивнула Люси.

Что такое Грань, она тоже не объяснила. По крайней мере, Рэнди счёл объяснение «это граница между здесь и не здесь» неудовлетворительным. Похоже, Люси считала это таким же очевидным, как то, что Земля круглая, а дождь идёт вниз, тогда как деревья растут вверх. О таких вещах спрашивают только дети, а как им отвечают, Рэнди понятия не имел.

— Подожди, не ешь, так невкусно, — спохватилась девушка, направившись к шкафу.

В её отсутствие Рэнди успел осмотреть домик и знал, что в одном из ящиков хранятся какие-то приправы или специи. В другом он обнаружил неплохой набор ножей, включая внушительный мясницкий тесак, так что на ужин ожидал чего-то более существенного, чем безвкусная каша.

Мелконарезанные сушёные овощи и ещё какие-то специи придали цветной бурде хотя бы некоторую съедобность. Но если питаться этим каждый день — лучше повеситься. Вкусная еда всегда была одной из страстей Рэнди, наравне с дорогими вещами, красивыми женщинами и азартными играми. Сейчас он был готов отдать за приличный обед хоть ворованный «Ролекс», хоть душу, хотя многие не сомневались, что душу он и так давно продал за везение в казино.

— Кого тут надо убить, чтобы получить бифштекс? — риторически вопросил он, отодвигая едва тронутый ужин.

Люси испуганно ойкнула.

— Я не в прямом смысле, — поспешил успокоить девушку Рэнди. — Как мне отсюда выбраться? Вернуться за Грань?

— Никак, — она пожала плечами. — Некуда идти. Есть только город.

В других обстоятельствах Рэнди счёл бы подобные слова бредом, но учитывая, как он сюда попал… Что ж, если это ад, понятно, почему тут так кормят. О параллельных мирах и других измерениях Рэнди никогда не думал. Есть они или нет, какая ему лично разница. А вот угораздило. Хотя попасть неведомо куда всяко лучше, чем разбиться об асфальт.

— А что такое бифштекс? — неожиданно спросила Люси.

Пришёл черёд Рэнди недоумевающе моргать.

— Кусок жареной говядины… Он же так и называется.

— А что такое говядина? — последнее слово девушка произнесла медленно, с расстановкой.

Теперь мужчина заметил, что артикуляция губ собеседницы не совпадает с услышанными им словами.

— На каком языке ты говоришь? Как он называется?

— А зачем ему название? — пожала плечами Люси. — Очень редко появляется кто-то, говорящий на другом языке, но такие недолго выживают.

Рэнди задумчиво кивнул. Что ж, и в этом ему повезло. Он не понимал, как такое возможно, и даже не был уверен в том, на каком языке говорит теперь сам. По крайней мере, это объясняло некоторое непонимание. В мыслях и сказанное, и услышанное он воспринимал на родном языке, а Люси, вероятно, слышала на другом.

У города, как и у языка, названия не оказалось. Может, когда-то и было, но забылось за ненадобностью. Других всё равно нет, перепутать не с чем. Про себя Рэнди окрестил это местечко Пандемониумом.

— И как же вы тут выживаете? — недоумевал Рэнди. — Если есть только город, то где поля, огороды, сады, стада? Из чего, в конце концов, эта каша, да и твои приправы? — Девушка замотала головой, явно не понимая, о чём он говорит. — Ну, растения и животные где?

— В тоннелях есть крысы. И там кое-что растёт, — подумав, сообщила Люси. — Но это запрещено есть. Только Избранным можно. Ты ведь меня не выдашь? — Она покосилась на мешочки с приправами.

Рэнди покачал головой. Запрещено, значит? Что ж, запретный плод всегда слаще. Хотя что именно там может расти в подземных тоннелях, он представлял слабо. Но если этим не брезгуют Избранные, само название которых говорит об их особом положении, да ещё и запрещают другим, то сойдёт и для него. Похоже, придётся стать вегетарианцем, не крыс же жарить.

Девушка отодвинула стол и подняла плетёный коврик. Под ним оказался скрыт люк в погреб. Если, конечно, представшее глазам Рэнди можно было так назвать. Скорее, это была пещера, тускло освещаемая фосфоресцирующим мхом. Впрочем, некоторые другие растения тоже слегка светились, и ни одно из них не было похоже на знакомые Рэнди.

— Это можно есть? — усомнился он. — И ты умеешь их готовить?

Люси кивнула, но тут же уточнила:

— Много есть нельзя, только Избранным, остальным запрещено.

— Я люблю нарушать запреты, — заверил Рэнди.

Из пещеры в двух направлениях отходили коридоры, но Люси заверила, что они перекрыты.


Кое-что в происходящем не давало Рэнди покоя и казалось даже более странным, чем само попадание в другой мир. Люси ни слова не сказала о том, почему помогла ему скрыться, как не спрашивала и о планах на будущее. Одинокая девушка впускает в дом беглого преступника и ведёт себя так, будто само собой разумеется, что он останется жить у неё. Самому-то Рэнди идти некуда, но ей какая с этого выгода?

Впрочем, особого выбора у него не было. Оставалось только стараться использовать текущее положение с максимальной пользой, будучи при этом настороже.

— Ты одна живёшь? — спросил Рэнди. — Такая молодая привлекательная девушка — и вдруг одна…

— Раньше я жила с отцом и братьями. Но… они ушли.

Немного сочувствия, несколько комплиментов и природное обаяние сделали своё дело. Юная красавица из странного мира упала в объятия опытного ловеласа.

Рэнди не позволил себе полностью отдаться страсти: если всё пойдёт хорошо, для удовольствий ещё будет время. Люси с готовностью и пылом отвечала на ласки, что заставило Рэнди ещё раз усомниться в образе одинокой девушки, недавно потерявшей семью.

— Пойдём в постель, — предложила она.

— Этим можно заниматься не только в постели, я покажу тебе кое-что новое, — усмехнулся Рэнди, усаживая девушку на стол.

Попытка возразить оборвалась страстным стоном, когда мужчина вошёл в неё. Но и продолжая ритмично двигать бёдрами, а руками ласкать полные груди с напряжёнными сосками, Рэнди не переставал настороженно прислушиваться.

Тихий скрип, едва слышный за вскриками Люси, заставил его мигом оторваться от любовницы. Шагнув в сторону, он придавил крышкой люка высунувшуюся из подвала руку. Хотя рукой назвать конечность с длинными узловатыми пальцами и острыми когтями было трудно.

Рэнди бросился к шкафу и вытащил из ящика мясницкий тесак. Паранойя не подвела: если всё слишком хорошо — значит, это ловушка. Увидев высунувшуюся из подвала морду, он не раздумывая ударил. Убивать людей Рэнди прежде не доводилось, хотя он не мог со стопроцентной уверенностью сказать, что все когда-либо раненные им в потасовках противники выжили. Но одно дело огреть кого-то бутылкой в баре или даже ткнуть ножом в бок, а другое — размозжить голову тесаком. Впрочем, при виде лысой головы с длинными торчащими ушами, таким же длинным носом и острыми клыками в широкой пасти рука не дрогнула.

Тело существа забилось на полу в конвульсиях, дёргая непропорционально длинными, по сравнению с бочкообразным телом, конечностями.

— Что это за тварь? — брезгливо поморщился Рэнди.

— Это мой папа, — всхлипнула Люси.

— Ты же говорила, что твой отец умер, — ошарашенно пробормотал Рэнди.

Девушка, определённо, ни капли не походила на вылезшую из катакомб тварь, уж в этом он успел убедиться, как следует её рассмотрев и ощупав.

— Нет, он… изменился… И… Ты его убил…

— Я что-то сомневаюсь, что он шёл познакомиться с будущим зятем, — огрызнулся Рэнди.

Он торопливо столкнул труп вниз, закрыл крышку люка и встал сверху. Она, кажется, ещё что-то про братьев говорила. Интересно, сколько их. Он-то думал, «ушли» означает «умерли», а выходит, они переселились в катакомбы.

— Ты прав, — Люси кивнула и шмыгнула носом. Глубоко вздохнув, она попыталась успокоиться и утереть слёзы. — Прости меня. Я… Они…

Не выдержав, девушка снова заревела.

— Ты заманивала домой мужчин, отвлекала, а они нападали и убивали, после чего вы вместе по-семейному ужинали, — договорил за неё Рэнди, выразительно помахав тесаком для разделки мяса.

Ножи с самого начала привлекли его внимание и не давали покоя. Теперь всё встало на свои места. Про семьи каннибалов ему доводилось слышать и раньше, как реальные истории, так и вымышленные. Здесь же, в условиях отсутствия животных и нормальной еды, такой вариант выглядел даже вполне объяснимым, хотя от этого не менее отвратительным. Непонятным оставался только облик выползшего из подвала создания. Не от человечины же его так перекосило.

— Да, — подтвердила Люси. — Я не хотела, но… Они моя семья.

— И что теперь?

Рэнди опасался, что девушка схватит нож и бросится на него, но она не проявляла агрессии и желания отомстить за убийство отца.

— Ты ведь Избранный, да?

— Допустим, — пожал плечами Рэнди.

Решительно кивнув и утерев слёзы, Люси на одном дыхании выпалила, будто боясь передумать:

— Там ещё два моих брата, ты должен убить и их, они стали чудовищами.

— И с чего вдруг такая перемена взглядов? — не поверил он.

— Думаешь, у меня был выбор?! — вскричала девушка. — Они бы и меня съели! Они уже не те, кем были! Сначала я пыталась им помочь, а потом… Они перестали быть собой, перестали меня узнавать, называть по имени! Только шипели, рычали и требовали еды, мяса! Что мне было делать?

— Сообщить Коммандеру, — предположил Рэнди.

— Мы ели запретную еду, — потупилась Люси. — Я тоже. Он… Коммандер — страшный человек. Он бы и меня не пощадил.

Молчаливую прежде девушку будто прорвало. Несколько раз её речь снова прерывалась слезами, но и сквозь всхлипы она пыталась бессвязно бормотать, спеша высказать всё, что накипело и наболело. Как братья впервые обнаружили вход в катакомбы, когда чинили прогнивший пол. Как решили нарушить запрет и попробовать растущие там овощи. И как начали постепенно меняться, в итоге превратившись в существ, одно из которых зарубил Рэнди. Мать Люси тоже подверглась изменениям, но другим. Каким именно, девушка не сказала. Она тоже ушла в катакомбы, но наружу больше не выходила. Скорее всего, превратившиеся в чудовищ мужчины съели и её.

— А говорили, овощи полезны, — протянул Рэнди. — Кругом сплошной обман. Ты-то почему не изменилась?

— Есть что-то, кроме баланды, запрещено, мне кусок в горло не лез от страха, — пробормотала она. — Они смеялись, называли трусихой и дурочкой. Я только чуть-чуть, сушёных, для вкуса.

Говоря это, она отвернулась, будто от стыда. Но Рэнди понял — врёт. Впрочем, настаивать на ответе он не стал. Всё равно проверить правдивость не сможет.

Удар снизу по крышке люка едва не сбил его с ног. Пытающееся выбраться наружу существо явно было сильнее, чем можно было подумать с виду. Рэнди торопливо отступил в сторону и замахнулся. Крышка с грохотом ударилась о пол, и в тот же момент тесак с глухим стуком вонзился в обтянутый серой кожей череп. Тварь рухнула, но за её спиной оказалась вторая. Рэнди не успел вновь занести своё оружие, как когтистая лапа ударила его по руке. Тесак вылетел из разжавшейся ладони. Мужчина попятился, пока не упёрся спиной в стол. Чудище, согнувшись и почти упираясь передними лапами в пол, приближалось. Сжав кулаки, Рэнди попытался принять боксёрскую стойку. Тварь на мгновение остановилась, смерила противника оценивающим взглядом и, искривив пасть, издала какой-то непонятный звук.

— Ты ещё надо мной смеёшься, — процедил Рэнди.

В ответ последовал ещё один странный звук, на сей раз больше похожий на всхлип. Взмахнув лапищами и едва не задев когтями по лицу Рэнди, монстр внезапно захрипел и рухнул на пол. За его спиной стояла Люси с окровавленным ножом в руках.

— Спасибо, — почти прошептал Рэнди.

— Ты не Избранный, — покачала головой Люси и снова заплакала.

Аккуратно отобрав у неё нож, Рэнди прижал девушку к себе, поглаживая по волосам и бормоча что-то успокаивающее. Люси уткнулась носом в его плечо, тихо всхлипывая. Она так и не соизволила одеться, так что Рэнди приобнял её с осторожностью, стараясь, чтобы это не выглядело неуместным приставанием. Но к его удивлению, девушка в ответ начала тереться об него всем телом, явно призывая к ответным действиям.

— Да что с тобой такое?

Отстранившись, он обнаружил на брюках мокрое пятно, там, где Люси прижалась промежностью.

— Я ничего не могу с собой поделать, — потупилась девушка.

Рэнди и раньше заметил, что она легко и быстро возбудима, но не до такой же степени.

— Это часть изменений, — призналась она. — Тело само реагирует.

Рэнди вздохнул. Что тут вообще творится? Что за мир такой, в котором поешь салат и станешь или гоблином, или нимфоманкой?

— Ты уйдёшь, да? — плаксиво спросила Люси.

Рэнди не ответил, пинками сталкивая трупы в подвал. Кровавые пятна на полу он прикрыл плетёным ковриком. Потом надо будет прибраться как следует, но пока сойдёт. С виду будто бы ничего и не произошло.

Уйти? Куда? К солдатам, стрелявшим в него из арбалета, и их беспощадному Коммандеру? Он тут, видимо, главный представитель власти. А как говорится, прежде чем рассчитывать на попечение государства, стоит вспомнить про судьбу индейцев.

Или остаться с совершенно сумасшедшей бабой, собиравшейся им поужинать, а теперь мечтающей затащить в постель? Ну, в конце концов, у каждого есть свои скелеты в шкафу… или гоблины в подвале.

— Думаю, вопрос, где я буду спать, не актуален?

Люси с радостным визгом повисла у него на шее. Он только пожал плечами, решив, что красивая и страстная девушка, к тому же умеющая готовить, — не худшее, с чем он мог столкнуться. Пусть она явно не совсем нормальна психически, но и он, видимо, слегка спятил, раз ищет положительные стороны во всём окружающем безумии.

1.10. Грядёт, грядёт могучий герой

Коммандер затаил дыхание, пристально глядя на бешено вращающуюся стрелку компаса. Он будто пытался загипнотизировать примитивный прибор взглядом, заставив замереть в обычном положении, указывающем на Потерянный Район. Но нет, проклятая железяка упорно отказывалась делать вид, будто ничего не происходит, настойчиво твердя о необычайно мощном прорыве.

— Проклятье.

— Чего? — с набитым ртом прочавкал Сэт.

— Твой дракон прилетел, вот чего. Так что хорош жрать мой обед.

Сэт и не подумал поставить тарелку, только зачавкал активнее, торопливо вгрызаясь в отбивную и черпая ложкой картофельное пюре.

— Догонишь, — махнул на него рукой Коммандер, устремляясь к двери.


— Быстрей, мать вашу! Шевелитесь резче, не то крысам скормлю!

Капрал Блэкхолл впервые видела Коммандера таким нервным. Он с криками носился по плацу, подгоняя своих Избранных едва ли не пинками, хотя те и без того торопились как могли. Действовали они слаженно. Двое распахнули створки дверей сарая, ещё четверо выкатили наружу баллисту, а первая пара уже поспешила к внешним воротам. Другие вытаскивали снаряды.

Зачем Коммандеру понадобилась баллиста, Блэкхолл не знала. Но очень хотела выяснить, да и Капитан приказывал разузнать. В кого же он собрался стрелять? Даже если Избранные задумали восстание, чего опасался Капитан, откуда такая поспешность? Да и баллиста не лучшее оружие в условиях боя на городских улицах. А штурмовать Белый Дворец осадными орудиями совсем ни к чему. Разве что нападение планируется на Шпиль или Храм. Определённо, не на Чёрный Замок, поскольку Сэт также присоединился к Избранным и вместе с Коммандером умчался вперёд, не дожидаясь расчёта баллисты.

— Подъём, бездельники! — рявкнула Блэкхолл, ворвавшись в казарму. — У нас внештатная ситуация!

Солдаты нехотя оторвались от своих занятий и начали собираться, кто неторопливо, кто, наоборот, суетясь и не попадая ногами в штанины форменных брюк. Капралу оставалось только кривиться и ждать. Свой отряд она считала образцовым, и обычно они соответствовали. Но одно дело вовремя заступать на дежурство, содержать в порядке форму и ходить строем, а другое — быстро собраться в авральном порядке в выходной.

Оставалось только позавидовать Избранным. Вроде и за муштрой никогда замечены не были, а как действовали, любо-дорого поглядеть. Но оно и понятно. В городской страже за несоответствие служебным обязанностям можно выговор получить, наряд вне очереди или звания лишиться. А Коммандер, если Избранные оплошают, в лучшем случае изобьёт, а в худшем может убить и крысам скормить, как грозился, тут не забалуешь. С таким командиром без тренировочных марш-бросков со стрелой для баллисты на плече с марафонской скоростью побежишь.

— Пять нарядов вне очереди всем, кого через минуту не увижу на плацу! — прикрикнула Блэкхолл.

Солдаты заворчали, но зашевелились активнее. Что же теперь, с мечом наголо за ними бежать, угрожая зарубить отстающих, чтоб догнали отряд Коммандера?


Стрелка компаса вела прямиком к Шпилю. Едва поняв это, Сэт принялся грязно ругаться. На особо заковыристых выражениях Коммандер одобрительно кивал, полностью разделяя такую точку зрения. Хотя, с другой стороны, совсем неплохо, если дракон разнесёт логово этих феминисток-лесбиянок-амазонок или хотя бы сократит их поголовье. Лишь бы чокнутые бабы не вздумали к тому же объявить себя защитницами животных, особенно вымирающих видов реликтовых пресмыкающихся. И ведь даже Сэта им при этом сплавить не удастся, скажут — теплокровный.

Грохот за спиной поставленной на колёса от пикапа баллисты говорил, что Избранные не отстают. И почему чёртов мексиканец насос с собой не захватил? Да и вообще, резину следовало давно сменить, а так пришлось просто выбросить. Так что «драконья погибель», как пафосно обозвал орудие Сэт, теперь грохотала по брусчатке мостовой металлом колёсных дисков, за километр предупреждая всех о своём приближении. Народ опасливо выглядывал из дверей и окон, провожая взглядами несущуюся неведомо куда группу Избранных.

— Паника в селе! — проорал Сэт, истощив весь запас ругательств. — Коммандер взбесился!

Хлопки резко закрывающихся дверей на мгновение заглушили даже грохот металла по камням. Довольный произведённым эффектом Избранный захохотал.

Коммандер только засопел и прибавил хода. С такими глупыми шуточками и впрямь до паники в городе недалеко. А уж самому Коммандеру до бешенства тем более рукой подать. Желательно с размаху, прямо по наглой морде, скалящейся острыми зубами.

— Достанешь ты меня, кормить перестану.

— Вот ещё, — фыркнул Сэт. — Ты что, жадина? Жадина-говядина… Ммм, говядина…

Коммандер только покачал головой. Ни минуты Сэт серьёзным побыть не может. И к тому же не боится ничего и никого. Даже в дверь кабинета стучать отказывается, рискуя каждый раз получить нож в брюхо. Коммандер уже и приказ своим бойцам давал докладывать о прибытии гостя из Чёрного Замка, так с тех пор Сэт ни разу на глаза Избранным не попался, проникая в Башню неведомыми путями через подвалы.

— Без приказа ничего не делай, — бросил Коммандер, сворачивая с улицы на площадь перед Шпилем.

В ответ Сэт только хмыкнул. Но менять планы было уже поздно, придётся понадеяться, что его самоуправство и неумение работать в команде не испортят дела. Впрочем, Избранные и сами не станут полагаться на тварь из Чёрного Замка и рассчитывать, что он станет прикрывать их спины. А дракон…

— Где дракон?! — возмутился Коммандер, оглядывая площадь.

Десятиметрового огнедышащего ящера, появление которого давно обещал Сэт, видно не было. Вряд ли он спрятался в толпе воительниц, собравшихся вокруг кого-то или чего-то. Разве что дракон размером с собаку или максимум лошадь.

— Может, он невидимый? — радостно предположил Сэт.

Коммандер только вздохнул. Да уж, такой энтузиазм по такому поводу. Невидимый дракон ведь ещё интересней обычного, может, даже будет видно, как у него в брюхе пламя формируется перед выдохом. Ради такого зрелища Сэт наверняка готов подставить под огненный факел пару Избранных или самого Коммандера.

— Я здесь! — прозвучал мужской голос из круга самозваных амазонок.

Женщины неохотно расступились, поглядывая на Коммандера с Сэтом исподлобья и не убирая ладоней с рукоятей мечей.

— Да твою ж мать! — всплеснул руками Коммандер, оглядев парня в белом сюрко с вышитым золотым драконом.

Драконья морда также смотрела янтарными глазами со щита, который парень держал в левой руке.

— Жёлтые глаза, жёлтые глаза! — тонким голосом истерично взвизгнул Сэт, явно кого-то передразнивая, и смачно харкнул на булыжник мостовой.

— Отставить! — рявкнул Коммандер, обернувшись к толкающим баллисту Избранным. — Бросайте эту хреновину, пускай наш прорицатель её домой забирает, по ящерицам стрелять.

— Эй, а чего я-то? — возмутился Сэт. — Это Оракул при виде щита кирпичей наложила, на вторую стену вокруг Храма хватит.

— Ты говорил, что твои хозяева…

— Так я это Магистру и его рыжей стерве говорил, — перебил Сэт. — А тебе пересказывал. Ну и не уточнил, да…

— То есть ты подслушал, додумал, не так понял, приврал, сам себе поверил и развёл панику? — хмуро уточнил Коммандер. — А чего в Храм тогда ходил в тот день?

— Не помню, — пожал плечами Сэт. — Гулял. А там такие новости. Ну я-то сразу сообразил: крылья, когти, чешуя, жёлтые глаза — ясное дело, дракон.

— Дракон… — протянул Коммандер. — На щите и вышивке. Твою мать…

— Ты мою маму не трогай! — возмутился Сэт. — Она тут не при чём.

— Ты же тут, значит, она виновата, — не согласился Коммандер.

— Простите, — вмешался парень. — Что тут происходит? Кто вы такие?

— Отвали, — отмахнулся Коммандер. — Ты попал в другой мир, сиди тихо, не отсвечивай, авось выживешь. Ща я с этим полудурком разберусь и тобой займусь.

— Ну ошибся, с кем не бывает! Чего сразу обзываться? — обиделся Сэт. — Я ж как лучше хотел. Может, дракон ещё прилетит когда-нибудь, не последний день живём. А баллиста у нас уже есть.

— Я прибыл для выполнения обязанностей Стража Границы, — спокойно сообщил парень. — Но мне не успели объяснить, в чём они состоят.

Коммандер взглянул на ошарашенную физиономию Сэта, не сомневаясь, что сам выглядит не лучше.

— Пиздец, — протянул он. — Да лучше б дракон.

— Прикольно, — заявил Сэт.

— Потрудитесь объясниться, — потребовал парень, направив в их сторону меч.

— Спокойно, граждане, расходитесь по домам, ничего особенного не произошло, — прозвучал спокойный и уверенный мужской голос.

— Мы во всём разберёмся, всё под контролем, ваша безопасность в надёжных руках, — вторил ему женский.

— Полный пиздец, — поправился Коммандер, оборачиваясь к новоприбывшим.

Откуда подошли Даллас и Дакота, он не заметил. Точно не со стороны улицы, но и не из Шпиля, двери которого отчётливо виднелись напротив, охраняемые парой стражниц. А других входов на площадь не было. Оставалось предполагать, что они просто материализовались, перенесясь откуда-то.

— Гуляй, Корвус, это не твоего ума дело, — махнул рукой Даллас.

— И не выражайся, у нас тут культурный город, — пожурила Дакота.

— Значит, вы всё же убрали Рыцаря, — обронил Коммандер, проигнорировав скрытую угрозу.

Имени третьего Стража он не знал. В отличие от сумасшедшей парочки, он никогда не общался с жителями города. Только периодически появлялся на местах предполагаемых Прорывов и иногда просто стоял, иногда активно жестикулировал, игнорируя всех, кто пытался с ним заговорить. В местах его появлений на город ничего не сваливалось, из чего Коммандер заключил, что Страж закрывает Прорывы. А Рыцарем его прозвал из-за носимой поверх кольчуги гербовой котты. И вот взамен явился новый Страж, в доспехах и с драконом на щите. Возможно, Рыцарь нашёл себе достойную замену. И успел это сделать, в отличие от других, погибших раньше. Но кто знает, чего ждать от новичка, который, похоже, не очень понимает, что происходит. И если оставить его в руках Далласа и Дакоты, недолго проживёт.

— Ты не уполномочен, Коммандер, — хмыкнул Даллас.

— Документы и вертельные грамоты предъяви, потом допрашивай, — поддержала его Дакота.

Эта их привычка постоянно дополнять реплики, а порой даже договаривать фразы друг друга, всегда раздражала Коммандера. Иногда создавалось впечатление, что имеешь дело не с двумя людьми, а с одним в двух телах. Может, они телепатически связаны? Хотя, может, просто давно знакомы и хорошо изучили друг друга. Но учитывая телепортацию — ни в чём нельзя быть уверенным.

— Отойди от них, парень, — махнул рукой Коммандер.

— Корвус, — в голосе Далласа зазвенела уже неприкрытая угроза.

— Не лезь, — с той же интонацией вторила Дакота.

— Городская стража, всем стоять на месте! — выкрикнула запыхавшаяся Блэкхолл, врываясь на площадь во главе отряда.

— Да твою ж мать! — почти прорычал Коммандер.


Капрал вздрогнула, непроизвольно вжав голову в плечи, что не добавило ей презентабельности. И без того тяжёлое дыхание и струящийся по лбу пот вряд ли могли соответствовать роли полномочного представителя власти. Но лучше так, чем прийти, только когда всё уже закончится. Что бы тут ни происходило.

Блэкхолл оглядывала площадь, пытаясь разобраться в диспозиции. Какой-то незнакомый ей парень в доспехах, со щитом и мечом даже не подумал выполнять приказ стоять, а зашагал прямиком к ней. Это ещё кто такой? Вроде в Шпиле только женщины живут. Может, он из Храма?

Те двое в джинсах и футболках наверняка новоприбывшие. Не повезло ребятам. Судя по тому, как они держатся рядом и переглядываются, наверняка парочка, может, даже на свидании были, когда провалились. Но почему они обращаются к Коммандеру по имени, да ещё и таким тоном? Были знакомы там, дома, в родном мире? Но его же там-то не Корвусом звали!

— Подумай о подружке! — покачал головой парень.

— Ах, такая молодая, во цвете лет… — протянула девушка.

При этом оба усмехались и поглядывали на Блэкхолл. Капрал непроизвольно покраснела. Они что, знают? Откуда? Как?

— Я вот о чём думаю! — воскликнул Коммандер, указав пальцем в направлении туманной стены, ограждающей Потерянный Район.

Блэкхолл поникла. Ну да, конечно, плевать ему на её безопасность и благополучие. Хотя безопасность города, конечно, и должна быть для Лорда-Коммандера важнее, но…

А почему эти двое ей угрожают? И чем они угрожают городу и стабильности Границы?

— У нас всё под контролем, — отмахнулся парень.

— А если что будет не так — прорвёмся, — хихикнула девушка.

— Э, погодите-ка, вот этого не надо! — выступил вперёд Сэт.

Ну конечно, и этот нелюдь тут. Коммандер с ним прямо не разлей вода стал в последнее время.

— Вы Стражи? — спросил парень с драконом на щите, останавливаясь перед Блэкхолл. — Я тоже. Могу я получить информацию относительно охраны Границы и текущего положения дел?

Блэкхолл замерла с приоткрытым ртом. Страж Границы? А почему он её-то спрашивает о своих обязанностях?

Странная парочка засмеялась, едва ли не показывая пальцами. Но не успела Блэкхолл потребовать объяснений, как они заговорили, почему-то договаривая фразы друг друга:

— Как не стыдно, дамы и господа.

— Новичку ещё простительно, но остальные…

— Не знать в лицо и не узнавать тех…

— Благодаря кому ещё не провалились в небытие между мирами.

— Глупые, глупые люди.

— Один Корвус умный, — девица оглянулась на Коммандера и подмигнула.

— Но всё равно дурак.

— Что ж, видимо, придётся нам представиться.

— Даллас и Дакота.

— Стражи Границы, защитники мира.

— И Сэт! — неожиданно выскочил перед ними Избранный Чёрного Замка.

— Ну что за клоунада, — скривился Коммандер. — Ладно, этот, — он махнул рукой на Сэта, — но вы-то. Ещё бы песней представились и букву «Ди» себе на майках намалевали.

— Не «Ди», а «Эр», — возразил Сэт.

— А ты вообще заткнись!


Эмджей хмуро оглядывал собравшуюся на площади толпу. Едва оказавшись посреди мощёной площади вместо лесной поляны, он сразу понял, что произошло. Не одна книжка написана про то, как кто-то попадает в другой мир. Обычно — чтобы спасти его от какой-то великой опасности. Что ж, если надо, почему бы и нет. Кто-то ведь должен быть героем, а он для этого вполне подходит, и знания, и навыки вроде есть. А чего не хватает, всегда можно попутно наверстать, главное — потенциал и моральная готовность.

Но никто как-то не радовался и даже не особенно удивлялся его появлению. Хотя стражницы у ворот явно должны были видеть, как он возник из ниоткуда. Но они только позвали подмогу, предпочитая, видимо, сначала убивать незваных гостей, а потом уж разбираться. Хорошо, что он догадался вовремя объявить себя Стражем, иначе расправы от рук воинственно настроенных валькирий было бы не избежать.

Видя вокруг толпу вооружённых женщин, Эмджей невольно начал строить догадки, уж не угодил ли он в мир, где все мужчины по каким-то причинам вымерли. Не совсем то, о чём он мечтал, но тоже неплохо. Тем более, среди дамочек немало симпатичных мордашек и фигурок.

Явление странной парочки, искавшей какого-то дракона, эти мимолётные иллюзии разбило, но ничего не прояснило. Только ещё больше запутало. Они прекрасно поняли, что он из другого мира, но просто отмахнулись, предпочтя непонятный спор между собой.

Окончательно всё запутало появление вполне современно одетых парня и девушки, сходу начавших претендовать на своё главенство. Ошарашенный происходящим, Эмджей даже не разобрал толком сказанное ворвавшейся на площадь блондинкой, услышав только слово «стража». И в результате выставил себя дураком. Хотя по сравнению с поведением других…

Такой гвалт и нелепое поведение ему было видеть не впервой. Да на любой ролёвке кто-нибудь начинал дурачиться, в итоге выбивая из образа других и превращая игру в сущий цирк, пока Мастера не надают по шее особо разбушевавшимся оболтусам. Но тут-то вроде всё всерьёз.

По крайней мере, оружие у них точно настоящее, не какие-то игрушки и резиновые муляжи. Намётанным глазом разницу сразу видно. Как и опыт во владении этим оружием. Среди валькирий немало новичков, как сразу схватились за рукояти, так и не отпускают, будто боятся не успеть вовремя среагировать. Да ещё и стискивают так, что костяшки побелели, и вообще напряжены. Вот эти два типа, Корвус и Сэт, совсем другое дело, тёртые калачи. Обычно, когда человеку угрожают мечом, он как минимум инстинктивно напрягается, а они будто не заметили, ни один мускул не дрогнул. Движения плавные, экономные, выверенные, даже когда вроде бы яростно жестикулируют.

Даллас и Дакота вовсе безоружны, но держатся так, будто сила на их стороне.

— В последний раз прошу объяснить, что происходит, — потребовал Эмджей. — Я не отличаюсь великим терпением и…

— А кто тут отличается? — перебил его Корвус. — Не грозись, здесь все пуганые. И даже если ты впрямь Страж, бессмертным от этого не стал.

— Думаешь, сможешь меня убить? — нахмурился Эмджей, чуть приподнимая щит и поводя мечом.

— Мне это ни к чему. Их опасайся.

— Вот зачем ты нас выставляешь перед пареньком злодеями! — всплеснул руками Даллас.

— Кто без греха, пусть первым бросит камень, — поддержала его Дакота. — Разве мы тебе что-то плохое делали?

— Пока… — многозначительно добавил Даллас. — Не съедим мы мальчонку. Мы вообще человечиной не питаемся.

— В отличие от некоторых, Коммандер, — Дакота выразительно поглядела на Корвуса.

Эмджей невольно шагнул в сторону. Ну и кому верить? Один обвиняет других в убийстве, они его в ответ в каннибализме. И никто не отрицает обвинений.

Он оглянулся на толпящихся чуть в отдалении валькирий. Может, лучше с ними договориться? Не зря же угодил во двор их замка, башни, или как это строение назвать. Случайностей же не бывает в таком деле, как перемещение между мирами.

От группы женщин как раз отделилась одна, выйдя вперёд.

— Убирайтесь вон отсюда! — заорала она. — И можете забрать этого, — она указала на Эмджея. — Хотя, по договору, всё, что выпало из Разрывов на нашей территории, — наше, но хрен с вами.

— Всегда с нами, хошь покажу? — предложил Сэт.

— Пошла ты нахер со всеми договорами, — отмахнулся Корвус. — Не до того. Катитесь в куклы играть, отлизывать друг другу, или чем вы там ещё занимаетесь. Не насрём мы вам на газоне. Ну разве что за Сэта не ручаюсь.

— Да не, мне не приспичило, — заверил тот.

— От имени всего Сестринства я требую соблюдения наших территориальных границ! — продолжила настаивать женщина. — Иначе…

Коммандер сделал едва заметный жест. Но он всё же оказался замечен. Один из стоящих позади солдат шагнул вперёд и поднял взведённый арбалет.

Эмджей сам не понял, как оказался стоящим перед женщиной, прикрывая её щитом. Он только успел подумать, что надо бы что-то сделать, как в следующий миг арбалетный болт ударил по драконьей физиономии.

— Ну твою мать, — возмущённо всплеснул руками Коммандер. — Вот ведь защитник прекрасных дам выискался. Куда ж ты лезешь в чужие разборки!

— А сам-то, — напомнил Даллас.

Воительницы, возмущённые попыткой нападения, двинулись на врагов, ощетинившись мечами. Солдаты за спиной Коммандера тоже выхватили оружие.

— Прекратить! Всем стоять! Именем короля! — завопила блондинка, назвавшаяся городской стражницей.

Почему-то на её слова ответили дружным хохотом.

— Ну вы действительно притормозите, — поддержал её Даллас.

В наступившей на мгновение тишине очень громко прозвучал щелчок взводимого курка. В руке Стража неведомо откуда появился револьвер.

— Того, кто прольёт первую кровь, я пристрелю, — пообещал он.

Свободной рукой Даллас достал из кармана пачку «Мальборо». Оба Стража закурили.

— Угощайтесь, кто хочет, — предложила Дакота.

— Спасибо, девять лет как бросил, — буркнул Коммандер.

— Курение убивает, да? — хмыкнул Даллас, выпуская дым из ноздрей.

— Табачный ларёк не нашёл.

— Можно организовать, — заверила Дакота.

— Кого для этого надо убить? — Коммандер явно заинтересовался предложением.

Эмджей понял, что все вокруг смотрят на него.

— Я всё ещё не понимаю, что тут творится, но оно мне в любом случае не нравится, — объявил он. — Хотите меня убить? А сможете?

Он пару раз демонстративно взмахнул мечом. Судя по скептическим усмешкам, никто не впечатлился.

— Сможем, — вздохнул Даллас. — Но не хотим. Просто кое-кто лезет в воду, не зная брода.

Он выразительно взглянул на Коммандера.

— А кое-кто мог бы держать меня в курсе, а не отшучиваться в ответ на конкретные вопросы, — не остался в долгу тот.

— Думаю, мы можем сделать в будущем наше сотрудничество более тесным, — протянула Дакота.

— Как насчёт меня? — вновь напомнил Эмджей.

— Всё в твоих руках, — пожал плечами Даллас.

— И зависит от твоего поведения, — добавила Дакота.

— Мы всё расскажем и всему научим.

— А дальше — выбор за тобой.

— И если им этот выбор не понравится, они тебя убьют, — перевёл Коммандер. — И похоже, они весьма привередливы, если судить по судьбе твоих предшественников.

— Живи и дай жить другим, — развёл руками Даллас. — А если кто-то мешает…

— Нет человека — нет проблемы, — встрял Сэт.

— Это была моя реплика, — надулась Дакота.

— Сначала объясните, а там посмотрим, — решил Эмджей.

Идти на поводу у этих ненормальных он ни в коем случае не собирался. Но действовать наугад было бы глупо. Лучше получить всю возможную информацию, а уж потом решать. Возможно, первое впечатление окажется обманчивым и на деле всё не так мрачно. В конце концов, все эти люди, сейчас ругающиеся и бряцающие друг перед другом оружием, живут здесь давно и до сих пор друг друга не поубивали. И этот Даллас поспособствовал нейтрализации конфликта, хотя вполне мог не вмешиваться. Значит, не так уж Стражи плохи. Кто знает, на почве чего возникали у них разногласия с предыдущими коллегами.

— Вот и ладненько, разобрались, — кивнул Даллас, крутнув револьвер на пальце и перехватив его за ствол. — Славно, не люблю убивать людей до завтрака.

— Полдень давно прошёл, — указал Коммандер.

— Он поздно встаёт, — театральным шёпотом пояснила Дакота.

— Поздно просыпаюсь, — поправил Даллас.

Он протянул револьвер Коммандеру, но, когда тот уже поднял руку, передумал и бросил оружие городской стражнице. Блондинка неловко поймала револьвер, едва не уронив на землю.

В ответ на хмурую мину Коммандера Даллас только ухмыльнулся, а Дакота погрозила пальцем:

— Будешь шалить — она тебя пристрелит.

Эмджей слегка напрягся, на всякий случай приготовившись обороняться. Но Стражи не проявляли никакой агрессии, приближаясь вальяжной походкой, будто по подиуму шествовали.

— Поехали, — изрёк Даллас, хлопнув Эмджея по плечу.


— Пошли отсюда, — махнул рукой Коммандер, едва только Стражи исчезли.

Подавая пример, он первым развернулся и зашагал к Башне.

— А баллиста? — напомнил Сэт.

— Забирай, дарю, — злорадно усмехнулся Коммандер, представляя, как Сэт будет в одиночку толкать грохочущую хреновину к Чёрному Замку.

Тот остановился, озадаченно почёсывая в затылке. Неужто наконец настал момент, когда Сэт от удивления утратил дар речи! Одно это стоило всех хлопот. Ну и картина того, как он пыжится и потеет, усердно волоча баллисту домой. Но её лучше рисовать в воображении: если остаться и наблюдать, придётся помочь. Или выслушивать нытьё пополам с плоскими шутками.

— Эй, вы, ну-ка, помогите. Да-да, вы, взялись и потащили. Я вам за труды по ящерице подарю. Что значит зачем? Ящерица в хозяйстве всегда пригодится! В крайнем случае сожрать можете.

Коммандер усмехнулся и покачал головой, но оборачиваться не стал. Вот хитрец, стражников припахать решил. Не стоило его недооценивать. Хотя с драконом Сэт облажался по полной. Но ещё вопрос, не окажется ли новый Страж хуже гигантской огнедышащей ящерицы. Что с ящерицей делать, понятно. Пристрелить и забыть. Ну если вдруг мясо окажется вкусным, то сожрать и вспоминать добрым словом. А вот Страж — величина неизвестная. И если судить по Далласу и Дакоте — непредсказуемая. Откуда свалился этот рыцарь в сверкающих доспехах, тоже непонятно. Но судя по тому, что полез прикрывать амазонку от стрелы, хлопот с ним не оберёшься. Прежние Стражи в местные разборки никогда не встревали. Что ж, всё течёт, всё меняется. Теперь и Даллас с Дакотой тесным сотрудничеством грозились. Ну, семь бед — один ответ.

— Если кто явится: Сэт, Стражи, амазонки с жалобами, королевское посольство, Магистр со всем своим рыцарством или общество защиты троллей и гоблинов, — стрелять на поражение и в диалоги не вступать, — распорядился Коммандер, обернувшись к своим Избранным.

— В общем, всё как обычно, — пожала плечами Милана.

— Не как обычно, а как надо, — поправил Коммандер. — Короче, меня не беспокоить. Отвечаете головой. И на кухне распорядитесь об обеде, а то Сэт у меня всё сожрал.

— А доставка обеда не станет беспокойством? — осведомилась Милана.

— Пошути мне тут ещё, — Коммандер погрозил кулаком. — Конечно, станет. Вот и крутись, как хочешь, чтоб одно с другим совместить.

— Не могу, милорд, — пожала плечами девушка. — Вы приказывали излишней инициативы не проявлять.

Он отмахнулся и зашагал в свой кабинет. Для пустой болтовни настроения не было. Трёпа и шуточек Сэта хватило на весь день. А ещё не вечер и он может заявиться на ужин. И ладно, всё равно надо ещё раз послушать, что точно говорила Оракул, а что навыдумывал сам Сэт. Вроде там что-то про новый порядок было. Вот уж чего не хватало, так чтоб Страж-новобранец начал всех по своей линейке строить. И кто знает, что умеют Стражи помимо телепортации и закрытия Разрывов. Впрочем, они точно не бессмертны, так что проблема решаема.

Коммандер откинулся в кресле и закинул ноги на стол. Редкий момент покоя. Только курить хочется, раздразнил Даллас. Надо будет с ним поговорить и на тему сигарет. Но всё потом, потом…

1.11. Встреча на высшем уровне

— Вызывали, Коммандер? — отчеканила лейтенант Блэкхолл, войдя в кабинет.

В дверях она едва не столкнулась с громилой, в котором с трудом признала толстяка-повара. Он прижался к стене, пропуская её вперёд и отводя взгляд. Гордая этой маленькой победой, девушка прошествовала в кабинет и едва не обомлела на пороге.

Коммандер, как обычно, сидел в кресле за столом, но на коленях у него расположилась какая-то рыжая деваха. И как раз этот момент она выбрала для того, чтобы склониться к Коммандеру, будто собираясь что-то шепнуть на ухо, что само по себе, на взгляд Блэкхолл, было довольно раздражающе. Но вместо этого рыжая дрянь смачно облизнула щёку мужчины, оставшегося, впрочем, совершенно к этому равнодушным.

Коммандер неопределённо повёл рукой, призывая лейтенанта подождать. Блэкхолл послушно шагнула в сторону, пропуская мнущегося в коридоре здоровяка.

— Жор, наконец-то, — буркнул Коммандер. — Тебя за хлебом пошлёшь, так только сухарей дождёшься.

— Вряд ли, притом что хлеб я и пеку, — набычился громила.

— Это, мать твою, метафора была, — скривился Избранный. — Повар, он и есть повар, щи кипят, каша подгорела.

— Ни разу такого не случалось, — всё так же угрюмо проворчал тот.

— Только поэтому ты и жив ещё, — погрозив пальцем, напомнил Коммандер. — Ладно, к делу. Проводи эту… — он на мгновение запнулся, явно сдержав нелестный эпитет, — посланницу Магистра в подвал. И сдай ей свою подружку, пускай с ней теперь старый хрен в пальто развлекается.

— Я непременно передам Магистру ваши рекомендации по эксплуатации подопытной со всеми комментариями, милорд Коммандер, — ехидно заверила деваха, легко спрыгивая с колен и подхватывая со стола плащ с вышитым белым крестом.

Блэкхолл с трудом сдержала зубовный скрежет, наблюдая, как эта нахалка неторопливо вышагивает, демонстративно виляя упругой задницей, обтянутой облегающими кожаными штанами.

— Напугала. Я ему на воротах как-то раз кое-что похлеще написал, — хмыкнул Коммандер. — А уж если мне понадобится выразить всю глубину своего отношения, отправлю Сэта с приветом, он ещё от себя добавит и приукрасит, но я со всем соглашусь.

Рыжая стерва гортанно рассмеялась, хотя и несколько нарочито. Упоминание Сэта её явно не обрадовало. Но, по крайней мере, в этом Блэкхолл была с ней полностью солидарна. Как, вероятно, и девяносто девять процентов остального населения города.

— Ну пошли, большой парень, покажешь, что у тебя есть, — игриво подмигнула посланница Магистра, мимолётно скользнув кончиками пальцев по щеке повара.

Коммандер выразительно погрозил громиле кулаком, тот уверенно кивнул. Помедлил и кивнул ещё раз. После чего наконец убрался, захлопнув дверь и оставив Блэкхолл наедине с хозяином кабинета.

Коммандер немедленно откинулся на спинку кресла и облегчённо выдохнул.

— Твою ж мать! — выкрикнул он в следующий миг, с грохотом обрушив кулаки на столешницу и заставив Блэкхолл подскочить от неожиданности.

— Чёртова сука, — гораздо тише, но не менее раздражённо проворчал Коммандер, глядя на дверь. — Жду не дождусь, когда, наконец, Сэт её выебет или убьёт. Или и то, и другое, в любом угодном ему порядке. Они друг друга стоят.

— Мне показалась, она больше интересуется вами, милорд, — как можно более хладнокровно произнесла Блэкхолл.

Коммандер обернулся к ней, будто только сейчас вспомнил, что находится не один. Встал и приблизился к девушке.

— Ты что же это, ревнуешь, лейтенант Дырка? — насмешливо осведомился он, удерживая девушку за подбородок и вынуждая смотреть себе в глаза.

— Никак нет, милорд, — попыталась отчеканить она, но вышло неуверенное мямляние.

— Ну и хорошо, — кивнул Коммандер, хотя явно не поверил. — Как видишь, трахать я собираюсь тебя, а не её. Так что гордись.

Она собралась было ответить, но не смогла определиться, что же хочет сказать. Огрызнуться, согласиться, уточнить или что-то ещё? Блэкхолл так и замерла с приоткрытым ртом, а Коммандер терпеливо ждал, небрежно накручивая на палец прядь её белокурых волос. От его близости и насмешливого взгляда мысли путались.

Так и не дождавшись ответа, мужчина притянул её к себе и жадно впился в губы. Не разрывая объятий, он наполовину довёл, наполовину донёс девушку до стола. Через несколько мгновений она уже лежала на столешнице в распахнутой рубашке и болтающимися на одной лодыжке штанами, а руки склонившегося к ней мужчины скользили по телу, поглаживая, сжимая, заставляя изгибаться и подаваться навстречу прикосновениям.

Звук скрипнувшей двери заставил Блэкхолл инстинктивно попытаться вскочить и прикрыться, но рука Коммандера удержала. Другой рукой он метнул в незваного гостя нож.

— Я что, не вовремя? — беспечно поинтересовался Сэт.

К сожалению Блэкхолл, нож пролетел гораздо выше Избранного, предусмотрительно заранее пригнувшегося, так что теперь его голова выглядывала из-за двери на уровне пояса.

— Пошёл вон! — рявкнул Коммандер.

— Жадина, — хмыкнул Сэт. — Мог бы и поделиться с другом.

Чтобы увернуться от второго ножа, ему пришлось на мгновение захлопнуть дверь.

— Ладно, ладно, намёк понял! — выкрикнул он из коридора, решив повторно не искушать судьбу. — Ну, я пошёл… Ну, я пошёл!

Последние слова он почему-то пропел. Впрочем, от этого психа можно ждать чего угодно.

— У меня один вопрос, — усмехнулся Коммандер, склонившись к самому лицу девушки и обжигая щёку горячим дыханием.

Она внутренне сжалась в ожидании, надеясь, что вопрос всё же не будет касаться Сэта и его желания присоединиться. Впрочем, вряд ли её мнение будет учитываться, до сих пор Коммандер делал что хотел, не спрашивая согласия или разрешения. Что же изменилось?

— Как тебя зовут?

1.12. Это ещё не конец света

Коммандер привычно метнул нож на скрип приоткрывшейся двери и ничуть не удивился, вновь увидев в проёме голову Сэта, на сей раз едва ли не на уровне пола. Любому нормальному человеку было бы проще стучаться, вместо того чтобы подобным образом избегать припасённого для встреч незваных гостей острого лезвия. Но Сэт и нормальность, определённо, существовали на разных полюсах. Коммандер даже не стал пытаться в который раз затевать разговор на эту тему. Если кто-то желает глупо рисковать целостностью своей шкуры, лишь бы хоть на минуту не показаться воспитанным человеком, это его проблемы.

— Обед не скоро, — буркнул Корвус, одарив гостя хмурым взглядом, и вновь уткнулся в бумаги.

— Ты так говоришь, будто я к тебе только пожрать прихожу! — всплеснул руками Сэт. — Главное — компания. А еда это так, раз уж выпить нечего.

Коммандер вздохнул. Вот стоило пять минут побыть дипломатом, пригласив политически значимого представителя Чёрного Замка на ужин и заодно спася от его гнева идиота Капитана, как аукнулось мигренью на всю оставшуюся жизнь. Надо было просто в морду ему дать, метод старый, проверенный, надёжный. А теперь от такого друга не знаешь куда деваться, даже в собственном кабинете покоя нет. Нет, конечно, иногда поболтать с Сэтом забавно, ещё веселее наблюдать его насмешки над кем-нибудь другим. Но ключевое слово тут — «иногда», изредка и желательно со стороны. А выносить этого типа в больших количествах — никакого терпения не хватит, ни ангельского, ни дьявольского. А он-то, Коммандер, и вовсе просто человек.

— Как ты вообще сюда проходишь? — всё же решил уточнить он. — Избранным велено тебя не пускать, а в подземелье коридоры, ведущие от Башни к Замку, вроде замурованы. Ты и сам об этом говорил, да и я проверял.

— Замурованы, — кивнул Сэт. — Были. А потом я нашёл кирку.

Коммандер задумчиво забарабанил пальцами по столу. Шутит Сэт или на сей раз всерьёз? Многочисленные попытки пробить стены тоннелей успехом не увенчались, удавалось их только поцарапать, в лучшем случае отколоть совсем крохотный кусок. Впрочем, перегородки, вероятно, не входили в изначальный проект, а были выстроены позднее. И уже не теми, кто создавал сами тоннели, возможно, из другого материала. Надо бы заново проинспектировать подвалы и проверить на прочность пару переборок. Главное, не переусердствовать и не прокопаться прямиком под Храм или Шпиль, а то придётся в тоннелях постоянную стражу выставлять.

— Ну ты прямо землекоп, — протянул Коммандер. — Может, даже полтора. Не хочешь подать пример Капитанским рекрутам? Лопату я тебе дам. В рекордные сроки выроешь окоп, глубже и шире, чем у всех остальных. Того, кто справится с задачей хуже всех, потом зароешь. И тебе веселье, и им урок. Ещё и от Капитана благодарность получишь.

— Не умеешь шутить — не берись, — скривился Сэт. — Твой юмор сплошь одни бородатые баяны.

— Зато ты у нас прямо стенд-ап комик, — буркнул Коммандер. — Так чего припёрся?

— Какой ты негостеприимный, фу таким быть. Я к тебе с подарком, а ты…

Сэт бросил на стол свёрток. Коммандер развернул подарочек с некоторой опаской, ожидая найти там коллекцию сушёных гоблинских пальцев, зубов троллей или руку и сердце какой-нибудь «принцессы». Но это оказались всего лишь кожаные наручи, вероятно, из шкуры какой-то ящерицы, с крупными чешуйками сверху, но мягкие внутри.

— Так ты, оказывается, к тому же дубильщик и кожевник.

— У всех свои хобби, — пожал плечами Сэт. — Да не напяливай, не по твоим лапищам! Они по женской руке! Подружке своей подаришь.

— Ну спасибо. А…

— «Спасибо» не булькает, — тут же перебил Сэт. — У меня просьба есть.

— Понятно, слова «бескорыстие» ты не знаешь, — хмыкнул Коммандер.

— Да я не в том смысле, — отмахнулся Сэт. — Подарок отдельно, просьба отдельно. Назад не отберу, если откажешь. Но помощь твоя мне очень нужна.

Коммандер удивлённо вскинул бровь, наблюдая за гостем. Впервые на его памяти Сэт выглядел таким серьёзным и сосредоточенным. Кажется, он даже нервничает. Видимо, и впрямь что-то важное. Хотя многозначительная мина вполне может маскировать очередную глупую шутку, но в этом случае юморист точно окажется спущен с лестницы.

— Я не помешала? — осведомилась возникшая из ниоткуда Дакота. — У нас там событие, требующее внимания Лорда-Коммандера.

Не дожидаясь ответа, девушка исчезла так же, как появилась.

Коммандер вскочил и рывком выдвинул ящик стола, едва его не выдернув. Стрелка компаса бешено крутилась. Он нервно сглотнул. Даже из-за появления своего нового коллеги, этого предсказанного псевдо-дракона, Стражи не считали нужным лично приглашать Коммандера. А тут вдруг нате, явление Дакоты народу. Да ещё и одной, без Далласа, при том что раньше Коммандер никогда их не видел более чем в шаге друг от друга.

— Твоё дело очень срочное? — обернулся он к Сэту.

— Подождёт, — поморщился тот. — Первым делом армагеддоны.

— Не каркай, — огрызнулся Коммандер, хватая свою неизменную куртку с чёрным вороном и бросаясь к двери.


Отсутствие на горизонте столбов дыма или, тем более, чёрного тумана слегка успокаивало. Возможно, глобальной катастрофы и не случилось. Авось всего-навсего Даллас что-то не поделил с новым Стражем, словил фут стали в брюхо, а Дакота запаниковала. Но в этом случае она явно обратилась не по адресу. Коммандер, конечно, не возражает понаблюдать за агонией этого странного типа, убедившись, что одной опасностью стало меньше. Да и истерика Регентши по поводу запачкавших тронный зал кишок будет усладой для глаз и ушей. Хотя что вообще Стражи забыли в Белом Дворце, на который упорно указывала стрелка компаса, оставалось загадкой. А может, Даллас там вырезает королевский род и заодно всю аристократию? Тоже недурной вариант. И звучит правдоподобнее. В конце концов, Дакота сказала: «событие, требующее внимания Коммандера», а не «глобальная катастрофа» или «трагедия». Но мечтать не вредно.

У ворот Дворца Коммандер свернул в сторону. Многолетний опыт научил определять по колебаниям стрелки компаса не только направление, но и расстояние. И в данном случае, если это не второй Великий Прорыв, который уже было бы видно, то бардак, разбирать который его позвали, творится не во Дворце, а где-то позади него. Тем лучше, видеться с Регентшей ему совсем не хотелось.

Хотя о том, что через её двор пронеслось полтора десятка Избранных, безжалостно топча попавшиеся на пути клумбы и грядки и раздавая пинки всем, кто не успел вовремя увернуться, не разделяя слуг и аристократов, вдовствующей королеве непременно доложат. Так что стоит ожидать появления на месте происшествия ещё и королевской гвардии. Хотя это уж точно самая малая из проблем.

Стрелка продолжала указывать вперёд, к проёму ворот в городской стене. А дальше только пустующий обычно пляж, являющийся краем известного мира. Ну и верфь, заброшенная больше двух десятков лет и наполовину разобранная на стройматериалы и дрова. Ковчег уплыл в поисках Другого Берега, а на постройку второго не нашлось ни желающих, ни материалов.

Коммандер замедлил бег. Что там такого важного и интересного могло случиться? И зачем туда понесло Стражей? Разве что ковчег вернулся, но это нереально, на два десятка лет припасов у них хватить не могло. А мифический Другой Берег навряд ли существует в этом мире. А если всё же существует, разве реально доплыть до него в убогом корыте, которому и допотопный ковчег постройки Ноя с сыновьями даст сто очков вперёд? Хотя чем чёрт не шутит, пока бог спит.

— Чего тормозишь? — возмутился Сэт. — Вдруг там кого-то убивают, и без нас!

— Добьём уцелевших, — отмахнулся Коммандер.

Такую логику Сэт счёл удовлетворительной и прекратил суетиться.

Коммандер начал было прокручивать в голове разнообразные варианты, но одёрнул себя. Нет, ковчег, Другой Берег или его жители, если таковые существуют, тут совершенно не при чём. Компас на них не отреагировал бы. Хотя из-за Грани вполне мог свалиться какой-нибудь корабль, а возле верфи единственное пригодное для причаливания место в непосредственной близости от города. Кто сказал, будто Разрывы возникают только на территории острова? Всё, что появлялось за его пределами, могло попросту тонуть в океане. Вот только круизного лайнера с несколькими сотнями пассажиров и не хватало для полного счастья. Или того хуже, военного крейсера. Хотя при таких масштабах дело, скорее всего, закончилось бы очередной прорехой в Грани, как в прошлый раз. Так что воображение стоит придержать в узде. С другой стороны…

— Это пиздец, — вынес вердикт Коммандер, обозрев происходящее. — Но не полный. Могло быть хуже.

— Масштабненько, — протянул Сэт. — Но, конечно, не армагедец.

— Могло быть хуже, — настойчиво повторил Коммандер.

— Правильно, главное — сохранять оптимизм.

Коммандер вздохнул и снова окинул взглядом раскинувшуюся на берегу картину. Пришлось ещё несколько раз мысленно повторить, что это далеко не конец света и могло быть намного хуже. Впрочем, хуже может быть почти всегда, так что радоваться нечему.

— Пошли разбираться, — вздохнул он.

Сэт кивнул, в предвкушении потирая руки.

— Какого хрена тут происходит?! — заорал Коммандер.

— Всё как ты просил! — весело отозвался Даллас.

Коммандер глубоко вздохнул, подавляя желание сесть на песок и закрыть голову руками. Да, сболтнул по глупости, было дело. Кто ж мог подумать, что Страж воспримет сказанное так буквально. Да и не этого он хотел. По крайней мере, более чем наполовину не этого. Придётся перестать сетовать на чувство юмора Сэта. У Далласа оно куда хуже. Да ещё с последствиями, которые придётся разгребать.

Он укоризненно взглянул на Дакоту. Та только улыбнулась и развела руками. И ведь не соврала, ситуация, определённо, требует внимания Лорда-Коммандера.

— Мысли позитивно, — напомнил Сэт и поспешил вперёд, не дожидаясь подзатыльника.

Коммандер пожал плечами и последовал за ним. Что ж, на сей раз и впрямь в ситуации было хоть что-то позитивное, для разнообразия. Но учитывая, что этот Прорыв явно непосредственно контролировался Стражами, можно было обойтись и без обузы в довесок.

Он кивнул Капитану, поспевшему на место раньше и пытавшемуся распоряжаться.

— Я Лорд-Коммандер Корвус, — объявил он. — Добро пожаловать в ад.

Интерлюдия 4. И на Марсе будут яблони цвести

Марширующие строем кадеты дружно горланили:

— Хорошо, когда с тобой товарищи,
Всю Вселенную проехать и пройти.
Звёзды встретятся с Землёю расцветающей,
И на Марсе будут яблони цвести!

Эта песня стала практически неофициальным гимном Международного Академического Корпуса Обучения и Подготовки. Многие кадеты МАКОП и впрямь на полном серьёзе надеялись попасть на Марс. И неважно, что «Красная стрела» с первой партией учёных и техников только готовится к отлёту. Долетит ли корабль, да не случится ли за этот год чего с автоматически развёрнутым куполом? Не говоря уж о разработке пассажирского корабля для перевозки толпы колонистов. Конечно, на это брошены огромные ресурсы, как финансовые, так и интеллектуальные, но… Всегда есть какое-то «но», которое внезапно может разрушить все планы.

Уж Джейк-то это хорошо знал. Досадливо плюнув, он поправил зелёный «бойскаутский» галстук и крутанул колёса инвалидной коляски. Ему на Марс теперь уж точно не попасть. И чего стоит вся хвалёная наука, неспособная поставить на ноги одного парня после неудачного падения на тренировке?

Он направился к спальному корпусу. Сегодня у его отряда день физподготовки, для него — выходной. Следовало бы заглянуть в санчасть, отчитаться, но к чёрту. Не выгонят же его за это, раз уж из-за неполноценности не исключили. Благо предки подсуетились и всё устроили. Даже сиделку наняли, пристроив её на неполный курс. На Марс, естественно, ей, как и Джейку, не попасть, но выпускники МАКОП везде будут нарасхват, если, конечно, всё пойдёт в соответствии с планами. Первый выпуск только через три года, кто знает, что за это время может произойти.

Джейк уже подъехал к входу, когда услышал голоса за углом.

— Отвали, Ганс. Да отцепись ты, придурок.

— Да ладно, крошка, чё ты ломаешься.

Женский голос он не узнал, а вот Ганс… Хотя в Корпусе учился далеко не один Ганс, в том, с которым из них предстоит столкнуться, Джейк не сомневался. Хоть они и состояли в разных отрядах, но когда-то приятельствовали, вместе издеваясь над задохликами и приставая к девчонкам. Теперь Джейку было стыдно за то, каким козлом он был до того, как получил травму.

— Эй, Ганс, а что, симуляторы опять сдохли и у вас занятия отменили? — с нарочитым дружелюбием поинтересовался Джейк.

— Тебе какое дело, колясочник? Катись отсюда.

Ганс ухмыльнулся, уверенный, что удачно пошутил.

Джейк глубоко вдохнул, стараясь успокоиться. Не хватало только опять по привычке рвануться в драку и позорно растянуться на земле. Если бы он только мог встать… Но тогда Ганс не посмел бы так говорить, да и, скорее всего, сам Джейк стоял бы на стрёме, отгоняя любопытных.

— Джейкоб Дюранд, вот ты где! — обратилась к нему девушка. — А я как раз тебя ищу. Ты час назад должен был отметиться в санчасти.

Джейк выдавил из себя фальшивую улыбку и кивнул. Ну вот, теперь это точно его дело, раз девушка оказалась тут из-за него. Как её зовут, Джейк забыл, хотя несколько раз встречал в санчасти. То ли Хелен, то ли Хельга. Нет, вряд ли Хельга, к соотечественнице-немке Ганс так лезть бы не стал.

— Да, прошу прощения, не уследил за временем.

— Вот и катись побыстрее! Или подтолкнуть? — рыкнул Ганс.

Джейк стиснул кулаки, но не сдвинулся с места. Одновременно управлять коляской и махать кулаками не получится. Хоть силы у обоих раньше были примерно равны, теперь у Ганса явное преимущество. В маневренности уж точно. Да и с ноги ударить может, в отличие от Джейка.

А если подумать, что, собственно, Ганс ей сделает? Ну пообжимает чуток, да и всё. Он, конечно, говнюк, но не бандит и насильник. Зажать девчонку в углу — это ж не всерьёз. Вокруг полно народу ходит, стоит ей заорать, мигом сбегутся. Да она и сама сдачи дать может. Силой со здоровяком Гансом, конечно, не сравнится, но девица рослая, как коленом промеж ног двинет, мало не покажется.

Джейк тряхнул головой, отгоняя малодушные мысли. Он не боялся, что Ганс его изобьёт, в первый раз, что ли, по физиономии получать. Не хотелось выглядеть жалким калекой, валяющимся на земле в ожидании помощи. А Ганс наверняка отпинает коляску куда подальше.

— Нам надо идти… — начала Хелен, попытавшись обойти парня.

Но Ганс ухватил её за плечо и прижал к стене.

— Пускай калека сам едет… или ползёт. Лучше составь компанию мне, а не ему, для него ты слишком хороша.

Рука Ганса поползла с плеча девушки ниже, на обтянутые свитером выпуклости. Джейк подумал, что на другой этот свитер наверняка висел бы мешком. Да и вообще, какой свитер в этой аризонской жаре? Как она ещё тепловой удар не схлопотала? Сам Джейк вспотел даже в форменной рубашке с закатанными рукавами, да и Ганс весь раскраснелся, вон и синий галстук весь в пятнах, явно как платок его использовал.

— Позови кого-нибудь, — пробормотала девушка, бросив на Джейка умоляющий взгляд.

Он со свистом выдохнул сквозь зубы. Ну вот, она тоже не верит, что калека сможет что-то сделать. Мало ли, что всего год назад этот калека был лучшим футбольным нападающим среди всех отрядов в Корпусе. Эх, сейчас бы мяч в руки да зарядить им Гансу по башке, чтоб мозги на место встали.

Ударом по почкам здоровяка-немца не свалить, остаётся разве что подъехать и вцепиться в него, не позволяя отбросить коляску пинком. Повиснуть всем весом, оттащить от девушки, позволив убежать, а потом… Правила «сидячего не бьют» нет, а если б и было, Ганс бы его нарушил.

— Салют, товарищи!

Из-за угла вывернул парень. Джейк испытал одновременно облегчение и раздражение. Подмога прибыла, но почему именно в таком виде? Лично Джейк с новоприбывшим знаком не был, но в лицо знал. Неизменная гитара через плечо выдавала главного заводилу из «чёрного отряда», как их прозвали за чёрные галстуки «цвета космоса». В основном русские, сами себя они звали «пионеры звёзд» и прикалывали на галстуки по красной звёздочке за каждый сданный курс.

— Чаво те, товарищ? — с акцентом пробурчал Ганс.

Знание двух основных языков было обязательно для всех кадетов. Но необязательно идеальное знание.

— Хенде хох! Хайль Гитлер! — отозвался парень, «блеснув» своим знанием немецкого.

Ганс глухо заворчал. На упоминание Гитлера немцы реагировали болезненно.

— Начальства не видать? — то ли ничего не заметив, то ли проигнорировав, продолжил парень, оглядевшись по сторонам. Вытащил из кармана мятую папиросу. — Закурите? — Не дождавшись ответа, пожал плечами и чиркнул спичкой о коробок. — Собрались американец, немец и русский, прям как в анекдоте…

— Другого места курить не нашёл, рус? — процедил Ганс.

— Эх, вот вам и братство народов и дружбы очаг, — покачал головой парень. — Напомнить, как мы вас, фрицев, до Берлина гнали?

Ганс засопел и качнулся было в сторону обидчика, но остановился, не желая упускать девушку.

— Нам в санчасть пора, — решил вмешаться Джейк.

Ганс, конечно, отделает этого выскочку. Тот хоть и повыше на полголовы, но в плечах раза в полтора уже. И поделом, раз так выпендривается. Ладно бы, лично Ганса оскорбил, так весь немецкий народ-то за что.

— Так вперёд, не болей, кадет, — он хлопнул Джейка по плечу.

Вот ведь… Тупой он или издевается? Джейк заскрипел зубами, но смолчал. Что толку объяснять, только фальшивого сочувствия не хватало.

Девушка оторвалась от стены и обошла Ганса, который на сей раз не решился её останавливать.

— Как звать, красавица? — окликнул её парень.

— Хелен.

Джейк кивнул. Значит, всё же верно запомнил.

— Ленка, значит, по-нашему. А я Костя, — он зажал папиросу в зубах и протянул руку для пожатия. — Будем знакомы.

Девушка только чуть коснулась пальцами его ладони и поспешно отдёрнула руку.

— Э, слышь… — начал Ганс.

Костя поднял руку ладонью вперёд, призывая к молчанию. Щелчком отбросил недокуренную папиросу, сбросил с плеча гитару и протянул Джейку. Тот машинально принял инструмент.

Парень шагнул навстречу Гансу, разводя руками. И вдруг резко ударил с левой. Немец пошатнулся и растянулся от последовавшей подсечки. Не стесняясь бить лежачего, Костя ударил пяткой в солнечное сплетение.

— Мудак ты, фриц, — вздохнул он.

— Я Ганс, — простонал поверженный, с трудом хватая ртом воздух.

— Всё равно мудак, — решил Костя, с размаха врезав носком ботинка противнику в висок. Поглядел на шокированных такой жестокостью невольных зрителей и пожал плечами: — Жить будет. Если не помрёт.

Хелен подбежала и присела возле Ганса на корточки, проверяя пульс. Джейк закатил глаза. Ох уж эти медики…

— В санчасть, — распорядилась девушка.

Костя скривился, почёсывая в затылке.

— Чем они больше, тем громче падают… Но вот таскать таких бугаев…

Хелен закрыла глаза и поморщилась. Похоже, спаситель окончательно утратил в её глазах симпатию. Джейк бы с радостью помог, но…

Девушка закинула руку Ганса на плечи и попыталась поднять бесчувственное тело. К удивлению Джейка, ей это удалось. Костя ругнулся на русском, но всё же подхватил бессознательную тушу с другой стороны.

— Гитару не урони, — буркнул он Джейку. — Поехали.

* * *

Вернувшись с занятий, Настя обнаружила три записки, приколотые на гвоздь возле двери. Это объясняло хмурый взгляд дежурного на вахте — парню надоело бегать от телефона к комнате, чтобы сообщить отсутствующим кадетам о вызове из санчасти. Правда, он не поленился проставить время звонков. Последний вызов был полчаса назад и, в отличие от двух первых, предназначался Насте, а не Джейку.

Девушка вздохнула. Что ещё он натворил? Сначала не могли доискаться, а теперь просят его забрать. Вот горе луковое, ему надсмотрщик нужен, а не сиделка. Даром что ходить не может, а всё равно попробуй его найди, вечно где-то шастает.

Можно было бы пойти к дежурному, попросить позвонить в санчасть и выяснить, что стряслось… Только ведь наверняка там на телефоне сидит такой же дежурный, который не в курсе дел, а узнавать не побежит. В такие моменты отсутствие мобильной связи раздражало. Но формально МАКОП оставался секретным объектом, так что связь с внешним миром — исключительно с разрешения начальства, а для внутренней достаточно проводной сети между корпусами. Прямо будто в прошлый век вернулись. Кадет должен учиться и тренироваться, а не языком по телефону чесать! Если б ещё все соблюдали расписание и распорядок, находясь в положенное время в положенных местах…

— Да что ж это такое, — всплеснула руками Настя.

Билли оторвался от полураздетой девицы, с которой обжимался.

— Ну ты б постучалась, — пробурчал он.

— Галстук на дверь вешал бы! — возразила Настя. — И вообще, что ты тут делаешь?

— Джейк ключ дал, — пожал плечами парень. — Он не сказал, что ты придёшь.

Настя вздохнула. Ну конечно, разве откажет Джейк последнему другу. Именно последнему, а не лучшему или единственному. Остальные приятели быстро отвернулись от ставшего инвалидом парня. И она вполне могла понять желание помочь оставшемуся верным другу. Почему бы и не позволить ему уединиться с подружкой у себя в комнате, если тому сосед мешает. Но её-то предупредить ведь можно было! Нет, какое дело Джейку до сиделки, она всего лишь наёмный работник. И, похоже, он вообще забывает о её существовании, не говоря уж о том, чтоб знать её расписание занятий или предупредить Билли о её приходе.

— Собирайся, пойдём, — велела Настя. — Надо Джейка из санчасти забрать. Может, коляска сломалась, поможешь.

Билли кивнул и засуетился, приводя себя в порядок. Его подружка скорчила кислую мину и принялась неторопливо застёгивать блузку, в процессе демонстративно потягиваясь и выпячивая грудь. Настя забросила сумку в угол и вышла в коридор. Подумаешь, фифа, превосходство своё показать пытается. Ну и пусть на неё парни слюни пускают, зато в голове, поди, ветер гуляет. Наверняка, раз с Билли связалась.

Настя давно привыкла к тому, что никогда не будет привлекать к себе восторженные взгляды. Невысокая, пухленькая, да ещё и в очках. Что поделать, ноги от ушей и сиськи с арбуз ей не отрастить никак. Здесь, в Корпусе, её посредственная внешность особенно бросалась в глаза. Почему-то в МАКОП почти не было некрасивых людей, большинство будто с глянцевых обложек журналов сошло. Видимо, внешность тоже являлась одним из критериев отбора. Мол, в человеке всё должно быть прекрасно, и душа, и ум, и тело. Впрочем, это логично, в качестве колонистов для заселения Марса предпочтительно выбирать людей с хорошими генами.


С креслом Джейка всё оказалось в порядке. От Насти требовалось всего лишь подписать пару бумажек, подтверждающих, что она поставлена в известность о нарушении пациентом графика медицинских освидетельствований и обязуется не допускать подобного впредь.

И как она должна это контролировать? Можно подумать, великовозрастный оболтус станет слушаться сиделку, которая всего на три года старше. А если пропускать занятия, её попросту отчислят.

— Джейк, послушай, — начала Настя, как только они вышли из санчасти.

— Я больше не буду, — пробурчал парень.

Настя нахмурилась. Что он ещё успел натворить-то? Вроде не такой уж серьёзный проступок, чтоб из-за него безалаберный парень внезапно испытал острое чувство вины. Да и вообще сидит как в воду опущенный, по сторонам не смотрит, нахохлился. Даже на медсестру не пялился.

— Эй, чувак, ты чего? — удивился и Билли, перестав оглядываться на медкорпус, за дверями которого осталась фигуристая санитарка.

— Ничего, топай себе, — огрызнулся Джейк.

Билли обиженно засопел.

— Ладно, увидимся.

Джейк только угрюмо кивнул.

Настя вздохнула. Видимо, произошло что-то, в очередной раз напомнившее Джейку о его неполноценности из-за невозможности ходить. Но расспрашивать бесполезно. Захочет — сам расскажет. Но без участия этой медсестры наверняка не обошлось. Ох уж эти мальчишки…

На гвозде возле двери ждала очередная записка. На сей раз для них обоих. Распоряжение явиться в девять ноль-ноль к первому корпусу. Странно, они ведь в разных отрядах, что за общий сбор такой?

— Джейк, что случилось-то? — всё же для порядка поинтересовалась Настя.

— Неважно, — отмахнулся он. — Ты мне не психоаналитик, а сиделка, вот и не приставай.

Девушка пожала плечами и взялась за книжку. Избалованный мальчишка, привык всю жизнь всё получать на блюдечке с золотой каёмочкой. Хоть место в Корпусе, хоть любую девчонку. А тут эта медсестра его, поди, отшила, вот и разнюнился. Нельзя быть всегда первым и получать всё лучшее за просто так. Что он травму получил — это, конечно, печально. Но хоть почувствовал, каково не быть всегда на вершине. Да и наверняка медицина скоро изобретёт возможность поставить его на ноги. А если и нет, с деньгами и без ног можно хорошо жить и быть в центре внимания и всеобщего восхищения.

Сама Настя никогда в центре внимания не была. Разве что если над ней насмехались, дразня очкастым колобком или ещё как. Эх, несправедливо, что кому-то всё дано от рождения, а другим приходится довольствоваться малым.

Она углубилась в чтение. Только поставив себя на место очередной героини, девушка могла почувствовать, каково быть Избранной, лучшей среди всех. Здесь герои никому не нужны, её и в первопроходцы Марса не возьмут. Остаётся только помечтать о волшебном мире… Хотя, конечно, это нереально. Но помечтать-то всё же можно. Уж там она бы себя проявила…

* * *

— Шлюха! — выкрикнул доктор Джексон, экспрессивно размахивая руками. — Опять парней на драку спровоцировала! Из-за тебя бедняге чуть мозги не выбили! Вся в мать, лишь бы хвостом крутить!

Хелен стояла, опустив глаза, и молчала. Какой смысл пытаться объяснять, он всё равно не станет слушать.

— Всё из-за тебя! — ещё пуще взвился мужчина. — Из-за тебя и твоей матери! Я вынужден торчать здесь, лечить синяки и ссадины этих детишек! Если будешь так себя вести, я им всё расскажу! Всё! Пусть знают, что я сделал!

— Я ни в чём не виновата, — всё же не удержалась Хелен.

— Не виновата? Ах, она не виновата! Твоя мать тоже говорила, что ни в чём не виновата, когда прибегала ко мне, побитая очередным хахалем!

Он приблизился и схватил девушку за подбородок.

— Я помню, когда она получила вот этот шрам, — протянул он, прикоснувшись пальцем к едва заметной белой полоске под нижней губой Хелен. — Если б не я, такой рубец бы остался… А где благодарность?

Девушка молчала. Если уж он так завёлся, что опять начал путать её с матерью, тут точно бесполезно взывать к здравому смыслу.

— И вот, вместо того чтоб получать Нобелевскую премию, я сижу тут. Мои эксперименты, видите ли, нецелесообразны. Ха! Да что б они понимали! Если б они знали! А приходится скрывать — из-за тебя! А ты меня совсем не слушаешься!

— Я буду слушаться, — пообещала Хелен.

— Будешь, — кивнул доктор Джексон. — А иначе, как говорят русские, я тебя породил, я тебя и уничтожу! Быстро переодевайся и приступай к своим обязанностям!

Девушка с трудом сдержала вздох. Под обязанностями явно подразумевается не деятельность медсестры. Но стоит выразить недовольство, он ещё больше взбесится. А деваться ей некуда.

Хелен покорно направилась к шкафчику и, достав лабораторный халат, на нагрудном кармане которого значилось H. Jackson, принялась неохотно переодеваться.

Не дав девушке застегнуть пуговицы, мужчина толкнул её к кушетке. Хелен покорно легла и закрыла глаза. Она уже давно привыкла молча терпеть прикосновения потных ладоней, слюнявых губ и всё прочее. Его вполне устраивала безропотная покорность с её стороны, а любая инициативность только раздражала. И хорошо, хоть не заставляет притворяться, будто ей нравится.

* * *

— Товарищи двоечники, лодыри, хулиганы! — обратился к строю мужчина в военной форме без знаков различия. — А также отличники, хорошисты и все прочие. Догадываетесь, зачем вас здесь собрали?

Кадеты удивлённо переглядывались и пожимали плечами. Ребята и девчонки из разных отрядов, разных курсов, с разной успеваемостью, некоторые из них и видели-то друг друга впервые.

— Никак нет, сэр! — по-солдатски рявкнул Ганс, сделав шаг вперёд из неровного строя.

— Обращайтесь ко мне «товарищ комбат», — поправил мужчина.

— Батяня комбат, — хмыкнул кто-то в строю.

— Давай-ка пока без лишних фамильярностей, сынок, — погрозил пальцем тот. — Там время покажет, кому я стану как отец родной, а кому хуже отчима.

— Отчимы бывают добрее отцов, — пискнула какая-то девчонка.

— Первый приказ — к моим словам не придираться! — объявил товарищ комбат. — Сначала слушать, потом задавать вопросы по делу, если что непонятно. Всем ясно?

— А что, Корпус полностью превращается в военное училище? — с опаской осведомился Джейк.

— Нет, не превращается. Но вводятся военно-полевые занятия. Начальство решило, что пора вас, раздолбаев, поучить дисциплине и работе в команде. И вашу группу курировать поручено мне. И ещё какому-то штатскому профессору, потому как Корпус организация не военная, — судя по тому, как при этих словах товарищ комбат поморщился, текущее положение дел его не очень радовало. — Вот явится опаздывающий штатский, подъедет автобус и отправляемся.

— Но мы не отряд! — возмутился Ганс. — Пускай эти бойскауты, пионеры и прочие своими отрядами едут, а мы, пилоты, своим.

Его приятели в синих галстуках дружно поддержали вожака.

— Вот из-за таких взглядов наши занятия как раз и ввели! — рявкнул на него комбат. — Не нужно нам на Марсе общество с цветовой дифференциацией галстуков! Запрещать их вам руководство не захотело. Но отныне забудьте про строго внутриотрядную общественную жизнь! Будете как миленькие действовать дружно, ходить ровным строем и петь хором, независимо от цвета галстука!

— А вещи собирать когда? — лениво протянула фигуристая блондинка.

— Да, когда? — поддержала её подруга.

— А никогда, — ухмыльнулся товарищ комбат, явно наслаждаясь видом ошарашенных лиц. — Всё необходимое будет в автобусе или уже в лагере. Личных вещей с собой минимум. Только то, что при себе.

— Ну лады, — хмыкнул Костя, поправляя гитару на одном плече и рюкзачок с «аварийным набором» на другом.

Его товарищи по отряду в таких же чёрных галстуках и с такими же рюкзачками закивали. «Пионеры звёзд» следовали девизу «Будь всегда готов!», так что всё необходимое почти постоянно таскали при себе.

— Вон и профессор, — буркнул комбат, явно недовольный чрезмерной запасливостью некоторых кадетов. — И транспорт.

Со стороны санчасти приближался мужчина в белом халате в сопровождении ассистентки. А в ворота въезжал туристический автобус.

Задние сидения оказались завалены свёрнутыми палатками, примотанными бечёвкой, чтоб не разлетелись по салону. Оставшихся свободными мест как раз хватило по числу пассажиров.

Комбат недовольно оглядел кадетов, рассевшихся группами по отрядным цветам, но ничего не сказал.

— Поехали, — махнул он водителю, который мигом вскочил и козырнул старшему по званию. — Вольно.

— По шестидесятому на Финикс? — уточнил солдат.

— Какому ещё шестидесятому? — нахмурился комбат. — Нет такого шоссе! По шестьдесят шестому.

— Ну да, простите, оговорился, — повинился водитель.

Комбат кивнул. Автобус тронулся.

Часть 2. Добро пожаловать в ад!

2.1. Добрым словом и пистолетом

Кадеты выбирались из автобуса, подгоняемые людьми с мечами. Что это за чудаки с допотопным оружием, назвавшиеся городской стражей, никто не понимал. Стража какого города? Уж точно не Финикса. И как автобус внезапно оказался на берегу?

— Эй вы, идиоты! — водитель автобуса заорал на выбирающихся из кабины фуры парня и девушку. — Кто вас за руль пустил? Права вчера получили или купили? Слепые, что ли?!

Парочка только улыбнулась в ответ и спокойно отправилась проверять груз.

— Молчать! — прикрикнул мужик в форме стражи с какими-то непонятными погонами на плечах. — Тихо!

Для весомости он махнул старинным длинноствольным револьвером.

— По какому праву распоряжаетесь?! — гаркнул на него комбат. — Часть, звание, личный номер?!

Тот на секунду опешил.

— Я капитан городской стражи…

— Часть, звание, личный номер?! — повторил вопрос комбат.

Капитан заморгал, явно не понимая, о чём его спрашивают.

— Да послушайте вы, — начал он, — в ваших интересах следовать моим распоряжениям…

— Требую подтвердить ваши полномочия! — комбат обернулся к кадетам. — Стройсь! За мной!

— Вы не можете… — попытался остановить их капитан.

Стражники неуверенно топтались вокруг, не пытаясь применить силу, и выглядели едва ли не более растерянными, чем кадеты.

Капитан начал угрожать применением силы, комбат упорно продолжал требовать удостоверить полномочия, предъявить документы, назвать часть и личный номер. Солдаты и кадеты переглядывались, в ожидании результатов разборок начальства. Разрешило ситуацию появление на берегу новых лиц.


— Я Лорд-Коммандер Корвус, — объявил тип в серой куртке, не похожей на военную форму. — Добро пожаловать в ад.

Сопровождающий его парень мерзко хихикнул.

— Подтвердите ваши полномочия! — переключился на него комбат.

Назвавшийся Коммандером оглянулся через плечо и кивнул следующим за ним людям. Они быстро выстроились полукругом, нацелив на кадетов арбалеты.

— Следующий тупой вопрос зададите апостолу Петру или козлу рогатому, смотря кто и где будет вас встречать, — предупредил Коммандер. — А теперь слушать меня и не перебивать или я вас перебью.

— Ты сказал, это ад, а теперь угрожаешь нас туда отправить, — встрял водитель автобуса.

— Я предупреждал, — Коммандер забрал арбалет у ближайшего бойца и хладнокровно выстрелил водителю в живот. — Ещё вопросы есть? Вопросов нет. Слушать сюда, пока не началось…

С громким хлопком из ниоткуда возник человек в бело-золотых доспехах с мечом в одной руке и щитом в другой.

— Ну вот и началось… — протянул Коммандер.


— Вы что это творите? — голос заявившегося Стража был полон праведного возмущения. — Что за привычка без разбора стрелять в собеседников?

Коммандер раздражённо сплюнул.

— Тебе-то что за дело? Заняться больше нечем? Вон бери пример с коллег, — он кивнул на Далласа и Дакоту. — Курят себе в сторонке, с ценными указаниями не лезут.

— Не надейся, сам разбирайся, — мигом отреагировал Даллас.

— Эти люди теперь под моей защитой! — объявил рыцарственный Страж, вставая между Коммандером и пассажирами автобуса. — Я не позволю убивать ни в чём не повинных людей. Ваша обязанность как Лорда-Коммандера поддерживать порядок…

— А я чем занимаюсь? — Корвус вопросительно поднял бровь. — Парень, свали в туман или где ты там обычно обитаешь. Ты мне мешаешь. Потом сам волосы по всему телу с досады рвать будешь, взглянув на последствия.

— Не представляю, о каких последствиях речь, — надменно объявил парень.

— Вот именно, не представляешь, — вздохнул Коммандер. — Потом расскажу на досуге, а сейчас не время.

Он выразительно кивнул в сторону толпящихся у автобуса людей.

— Думаю, им тоже следует знать, что происходит, — не согласился Страж.

— Много будут знать — хреново станут спать, — скривился Коммандер. — Не трать моё и их время. У них его может оказаться не так уж много.

— Ты не пройдёшь, — напыжился Страж, выставив перед собой щит с драконьей мордой.

Коммандер пожал плечами и направился к фуре.

— Ну как подарочки? — спросил Даллас.

Оглядев груз, Коммандер одобрительно кивнул. Судя по надписям на плотно упакованных коробках, тут имелась не только обещанная текила, но также виски и сигареты.

— А пивка нет?

Даллас проворно запрыгнул внутрь прицепа, выкинул наружу пару коробок «Мальборо» и извлёк на свет упаковку баночного «Хольстена».

— Ух ты, класс, — обрадовался Сэт, едва не вырывая у Стража пак жестянок.

От жадности он прибрал по банке в каждую руку, так что открывать их был вынужден зубами.

— Эгоист, — проворчал Коммандер.

— Не парься, там ещё полно, — ободрил Даллас.

Подобрав оставшуюся часть упаковки, он перебросил одну банку Дакоте, другую взял себе, а две оставшиеся протянул Коммандеру.

Корвус с наслаждением отхлебнул напиток, который не пил уже почти десять лет.

— Будешь? Или ты ещё и трезвенник? — обратился он к молодому Стражу.

— Не сейчас же! — возмутился тот.

Коммандер хмыкнул. Ничего, через несколько лет парень по-другому запоёт. Хотя, возможно, он, как и Даллас с Дакотой, сможет сам притащить из других миров всё, что нужно.

— Да что тут творится?! — рявкнул мужик, требовавший предъявить полномочия.

Коммандер вздохнул. Ну вот, испортил этот любитель золотых драконов всё дело. Весь эффект от убийства задающего тупые вопросы солдафона сошёл на нет. Придётся, видимо, пристрелить ещё одного. Остальные молодняк, права качать с перепугу вряд ли станут. Интересно, кто они вообще такие и куда ехали? Курсанты военного училища, что ли? Но тогда странно, что половина девки.

— Вы попали в другой мир, — сообщил Страж. — Придётся приспосабливаться и приживаться, вернуться нельзя…

Он оглянулся, ища подтверждения своим словам. Коммандер только пожал плечами и кивнул на Далласа. Тот, насвистывая, демонстративно отвернулся. Ну, как всегда, сразу я — не я и лошадь не моя. Может, и могут Стражи вернуть попаданцев в родной мир, только желанием таким не горят, а заставить их не получится.

— Какой ещё другой мир? Что значит приспосабливаться?!

— Я что про тупые вопросы говорил? — равнодушно напомнил Коммандер, прихлёбывая пиво. — Кэп, пристрели этого болтуна, будь другом. Зря, что ли пушкой машешь тут.

— Никто никого не пристрелит! — Страж развернулся к Капитану, который, впрочем, вовсе и не собирался стрелять.

— Ну, как знаешь, — пожал плечами Корвус. — Сам тогда вправляй им мозги, раз такой умный. Если что, я предупредил. Поймёшь ещё, что добрым словом и пистолетом всегда можно добиться большего, чем одним только добрым словом.

— Послушайте, дамы и господа…

— Товарищи, — поправил Стража кто-то из толпы.

Парень на мгновение растерялся, чем не замедлил воспользоваться горластый солдафон.

— Кадеты, на прорыв! — рявкнул он, подавая пример.

Оттолкнув Стража с дороги, он бросился прочь. Кадеты замешкались. Некоторые шагнули было вперёд, но, не видя поддержки товарищей, остановились.

Коммандер не стал вмешиваться. Далеко не убегут. Он уже заметил приближение от города ещё одной группы. Значит, кадеты. Ну точно, военное училище. С одной стороны, это плюс, к дисциплине приучены, может, и физическая подготовка какая-никакая есть. С другой — только организованной военизированной группировки и не хватало. Хоть и молодёжь, а всё же чревато. Впрочем, видать, паршивая у них дисциплина и подготовка. Но всё же лучше подстраховаться. Так что, возможно, ситуация складывается к лучшему.


— Не вы потеряли?

Коммандер не обернулся, по голосу поняв, кто явился.

— Сэт, с тебя пять баксов. Я ж говорил, что марионетки старого чучела прибегут раньше, чем королевская рать.

— Это потому, что королевской конницы нету, — пожал плечами Избранный. — А пятёрку запиши на мой счёт, с первой пенсии отдам.

— Юморить будем или делами займёмся?

— Это делёжкой шкуры неубитого дракона, что ли? — уточнил Корвус. — Вон к нему вопросы сначала.

Он кивнул на Стража.

— Никто не пройдёт! — подтвердил тот.

— Какая банальность, — фыркнула Ламия. — Мальчик, ты думаешь, что сможешь нас остановить? Кто ты вообще такой?

— Судя по репликам — Гендальф, — выдвинул предположение Сэт. — Но тогда косплей паршивый.

— А вот и не подерётесь, — протянул Даллас.

Коммандер одарил провокатора раздражённым взглядом. Тут уж ежу понятно, что без драки не обойдётся. И масла в огонь подливать вовсе ни к чему, без подначек справятся.

— Они… убили… — с запинкой воскликнула одна из девчонок.

Какие-то заторможенные эти кадеты. Надо же, как долго доходило. Только со второго трупа поняли. От шока не заметили первого солдафона, мучительно умирающего от стрелы в брюхе?

Корвус наконец повернулся, оценивая положение. Эта рыжая стерва Ламия явилась, конечно, не одна, а со всем составом храмовников. По крайней мере, можно надеяться, что эти полторы дюжины — весь состав, но надежда ох какая смутная. Может, там ещё тридцать три богатыря спят мёртвым сном в подвалах в ожидании, когда пробьёт час последней битвы. Или во что там эти крестоносцы недоделанные верят?

Тело солдафона валялось на песке у ног самого здоровенного храмовника. И сразу ясно, что как раз этот-то громила своим двуручником бедолагу рубанул, раскроив от плеча едва не по пояс. Он явно успешный продукт экспериментов Магистра — нечеловеческая силища и абсолютно не омрачённое мыслительной деятельностью выражение физиономии характерны для троллей, но других признаков превращения не заметно, с виду вполне человекообразен. Видимо, и неконтролируемой тролльей агрессии нет. Здоровенный, тупой и послушный, идеальный солдат, особенно если вести войну на уничтожение.

— Мы — рыцари Храма! — провозгласила Ламия. — Есть ли добровольцы, желающие вступить в наши ряды, дабы бесстрашно сражаться во имя и во славу?

— Во имя и во славу чего? — негромко уточнил Коммандер.

Ламия заметно напряглась, но сделала вид, будто ничего не слышала. Корвус не стал настаивать. У самого лозунги не лучше, хотя и задвигает их куда реже.

— Какого Храма? — пробасил один из кадетов.

— Просто Храма, он тут один, не перепутаешь, — хмыкнул Коммандер. — Кстати, я приму достойных в число Избранных воинов Башни. Достойность определяю я. Остальных всегда рекрутирует в городскую стражу наш Капитан. В общем, фанатики налево, растяпы направо, остальные ко мне.

— Избранные? — восторженно выкрикнула выбежавшая из группы девчонка. — Спасители мира?

— Ну, спас я мир как-то разок, — пожал плечами Коммандер. — Не советую, дерьмовое это дело.

— Ты спас мир? — удивился Страж.

— Вы ему что-то толковое рассказывали или анекдоты травили? — поинтересовался Корвус у Далласа и Дакоты.

— Кажется, про твой подвиг упомянуть забыли, — без капли смущения отозвался Даллас. — А для тебя это было важно?

— Подвиг — это всегда важно, — уверенно заявила девчонка. — Это же великое свершение!

— Не знаю, не видел, — пожал плечами Даллас.

— В герои метишь? — Коммандер раздражённо сплюнул. — Книжек начиталась? И как ты себе это представляешь?

Девчонка замялась, но не отступила под напором. Коммандер окинул её пристальным взглядом и снова сплюнул. Малявка, метр с кепкой в прыжке, да и полновата, на подвиги она собралась. Меч-то не удержит, не говоря уж о том, что от вида крови, поди, в обморок хлопнется.

— Молчишь? Ну тогда я скажу. Ты воображаешь, что всё будет как в книжках. Нацепишь кольчужное бикини, возьмёшь говорящий волшебный меч в свой рост, который сам будет подсказывать, как бить, да ещё попутно остроумно оскорблять врагов. А враги, конечно, добровольно полезут под удар с нечленораздельными воплями, беспорядочно махая дубинами так, чтоб тебя ненароком не задеть. И после смерти рассыплются прахом, чтоб не омрачать взор героини видом выпущенных кишок. А потом сядешь на говорящего коня и уедешь в сторону заката, пока они с мечом на пару будут травить не пошлые анекдоты. Так? А вот хрен тебе!

— Почему? — слегка ошарашенно уточнила девчонка.

— Коня нету, — сообщил Сэт. — Эх, если б я имел коня…

— На ужин были бы котлеты из конины, — договорил за него Коммандер.

— Ничего подобного! — возмутился Сэт. — Нафига оно надо? Конина жёсткая и невкусная, лучше человеков жрать. Их много, а говорящие кони — дефицит.

— Вы едите людей? — ужаснулась девчонка.

— И мы умеем их готовить! — гордо подтвердил Сэт. — На вкус как свинина. А с томатной подливочкой вообще шик.

— Кстати, он у нас тоже Избранный, — заметил Коммандер, кивнув на Сэта.

— Но Избранные ведь должны быть героями… — промямлила девчонка.

— Вот такие хреновые герои, — пожал плечами Корвус. — За тёплое место под солнцем придётся подраться.

В подтверждение своих слов он замахнулся кулаком, но на пути снова встал Страж. Коммандер уже подумывал врезать ему, но позади прозвучало:

— Всем стоять, именем короля!

— Кстати, а какое у нашего короля имя? — неожиданно спросил Сэт.

— Не знаю, — скривился Корвус. — В то время, когда я был вхож во дворец, малец скорее всего считал, что его зовут Идиотсюда или Немешай. Спроси того хрена с горы, который нам этим именем грозит. Кстати, кто он сам такой, тоже спроси.

— Не знаю, кто он, но он привёз с собой девку с длинною косой, — протянул Сэт.

Коммандер оглянулся и хмыкнул.

— Первый раз видишь Её Величество Регентствующую Королеву-Мать?

— Не первый, но не прочь рассмотреть поближе.

— Она тебе в матери годится, — заметил Корвус.

Сэт только пожал плечами.

И впрямь, королева-регент не выглядела на свои сорок с лишним. Толстая белая коса до колен не воспринималась как седая, а лицо без единой морщинки казалось безвозрастным. Такое лицо могло быть у бессмертной эльфийки, с надменностью и скукой взирающей на копошащихся вокруг короткоживущих людишек, выбирая, кого из них одарить своей благосклонностью ненадолго. Или у фарфоровой куклы. Красивое, но безжизненное. Если хранить куклу в комфортных условиях, годы долго не скажутся на её внешности. Пока однажды от неосторожного движения кукла не упадёт и её фарфоровая маска не треснет, открыв скрывающуюся внутри пустоту.

— Значит, в королевскую гвардию стали набирать идиотов, — заметил Коммандер. — Именем короля… Тьфу. При короле Эдуарде такого не было.

— Так не надо было его убивать, — указал Сэт.

— Цыц, парень, тебя тогда тут не было, так что нечего судить о том, чего не видел и не знаешь. Кто тебе вообще сказал, будто я короля убил?

— Слухи ходят, — пожал плечами Избранный.

— А до меня доходили слухи, что ты по ночам охотишься на мирных жителей, — заметил Коммандер.

— Мирные жители по ночам дома сидят, — хмыкнул Сэт. — Но вообще, было дело, ага.

— Да, неудачный пример, — вздохнул Корвус.

— Я не опоздала к раздаче слонов? — осведомилась королева.

— Слонов не подвезли, дракона брать будешь? — предложил Коммандер.

— Эй! — возмутился Страж.

— Меня больше интересуют мои новые подданные, — невозмутимо ответила Регентша.

— Ещё скажи, что печёшься об их благополучии, и я прям тут помру от смеха, — фыркнул Коммандер. — Это бойскауты какие-то, — он указал на парня в зелёном галстуке, сидящего в инвалидной коляске. — Вряд ли ты среди них найдёшь нового любовника или исполнителя для твоих делишек.

— Как ты разговариваешь с Её Величеством! — возмутилась Ламия.

— Сэт, будь другом, убей эту суку, — всплеснул руками Корвус.

— Которую? — уточнил тот, переводя взгляд с храмовницы на королеву.

Коммандер только развёл руками, предоставляя Избранному выбирать самому.


Сэт выхватил из-за пояса пару кинжалов и, хищно оскалившись, двинулся на рыжеволосую воительницу. Коммандер только вздохнул. Вот ведь идиот. Хоть не полный — сообразил, что Регентша с ним в поединок вступать точно не станет. Но чего выпендриваться и лезть в ближний бой, когда за спиной меч висит.

Впрочем, Ламия оказалась ничуть не умнее. Остановив шагнувшего было вперёд громилу-храмовника, она тоже взялась за ножи, сбросив портупею с мечом. Эта парочка точно друг друга стоит.

Воспользовавшись моментом, пока всеобщее внимание отвлеклось на сошедшихся в поединке Избранных, Коммандер поманил Капитана. Тот ответил хмурым взглядом и кивнул своей помощнице. Корвус сдержал улыбку. Хорошо, когда люди делают в точности то, чего ты от них хочешь, считая, что поступают наперекор.

— Скажи этому придурку, что он неправ, стоя у меня на пути, — обратился он к Блэкхолл, указав на Стража.

— Э-э… — замялась девушка. — Отойди, а то он тебя убьёт.

Коммандер сплюнул.

— Ну, спасибо, это я и сам сказать мог. Ты должна была объяснить, что я тут вроде как из хороших парней и не надо мешать мне делать своё дело.

— Вроде как? — протянул парень.

— Довольствуйся тем, что есть. Каждому своё.

— Знакомые слова, — заметил Страж.

— Вот только не надо умничать, — покачал головой Коммандер. — Единственное подобие концлагеря тут у храмовников. Но если у них на воротах и есть надписи, то матом и сделал их Сэт.

— Ты стреляешь в людей, которые с тобой спорят, бьёшь женщин… — начал перечислять Страж.

— А мне надо проводить воспитательные беседы и ставить провинившихся в угол? — осведомился Коммандер. — Очнись, парень! Мы не в детском саду. Тут всё всерьёз. Хочешь забрать этих сопляков с собой? Забирай, если есть куда. Или предлагаешь пустить их свободно гулять по городу? Ну, пойди предложи остальным, — он кивнул в сторону королевы и храмовников. — Если б ты не мешал, мы бы сейчас уже во дворе Башни с Кэпом делили новобранцев. Но нет, надо было встать грудью на защиту мирных граждан. Вон лезь на автобус и ори: «Революция, товарищи!», давай сразу замутим переворот и мировую войну, чего мелочиться.

— Не понял…

— Вот именно, что не понял! — зашипел Коммандер, стараясь не привлечь внимание остальных к спору. — Тут всё на честном слове держится. Сцепятся две стороны — влезут остальные и начнётся всеобщая бойня.

— Эти вон сцепились и ничего, — кивнул Страж на кружащих по песку Сэта и Ламию.

— Сэт дурак, ему можно, — отмахнулся Корвус. — Он вообще на новичков не претендует, пришёл поприкалываться и подраться. Чем и занимается.

— И почему ему это позволяют?

— Эти олухи тебе вообще ничего не растолковали, да? — вздохнул Корвус, погрозив кулаком Далласу. — Хрен знает, кто там в Чёрном Замке сидит и кто оттуда вылезет, если их Избранного пришибут. Если назначили такого психа в качестве своего представителя, то какие ж они сами. А может, там и нет никого, вымерли все, но рисковать и проверять желающих нет. Разве что сгоряча… — он оглянулся на поле боя. — Твою ж мать!..

Сэт оказался повержен, Ламия сумела свалить противника на песок и теперь пыталась сломать ему шею ногами.

— Дорогуша, Сэт наверняка счастлив уткнуться мордой тебе между бёдер, но я позволю себе прервать ваши предварительные ласки, — заявил Коммандер, отбирая у ближайшего Избранного арбалет и прицеливаясь в храмовницу. — Отпусти его, он мне ещё пять баксов должен.

— Жмот, — прохрипел полузадушенный Сэт.

Ламия неохотно разжала хватку и поднялась.

— Я требую повторения банкета! — объявил Сэт. — Только в следующий раз юбку надень.

— Я уже жалею, что вмешался, — буркнул Корвус.

— Предупредили бы, что тут будет представление, взяла бы с собой сына, — всплеснула руками королева. — Но может быть, вы уже закончите развлечения и объясните бедным детям их положение?

— Да не вопрос, — пожал плечами Коммандер. Развернулся к по-прежнему толпящимся у автобуса кадетам и объявил: — Вам пиздец.

— Хватит ребячиться, — нахмурилась женщина. — Если б знала, что ты и за девять лет не повзрослеешь, ни за что не назначила бы тебя Лордом-Коммандером.

— А если б я знал, как всё обернётся, тоже много чего не стал бы делать, — не остался в долгу Корвус.

— Убивать Стражей во время создания Разрыва, тем самым делая его неконтролируемым и постоянным, например, — обронил Даллас.

Корвус снова погрозил ему кулаком. Остальные вовсе предпочли делать вид, что никакого Стража тут нет. Только Сэт хотел что-то сказать, но закашлялся.

— Ваше Величество, — нарушила возникшую паузу Ламия, — позвольте от имени Магистра и от лица Храма передать вам в подчинение нашего лучшего воина. — Она указала на громилу с двуручником. — Нотунг будет подчиняться всем вашим приказам… Только если они не окажутся слишком сложными. Он отличается преданностью и исполнительностью, но не умом.

— Что ж, дураки не склонны к предательству, — кивнула королева. — Прекрасно. Взамен я дарую вам право первого выбора рекрутов, которые, не сомневаюсь, будут воспитаны в традициях истинной веры и почитания королевской власти.

— Что за херню несут эти бабы? — обернувшись к Коммандеру, прохрипел Сэт. — Отдельно слова вроде понятные, а вместе получается чушь собачачья.

— Это высокая политика, в ней всегда так, — пояснил Корвус. — У тебя не получится, даже не пытайся. За комплимент про красивые сиськи королева тебе медаль не даст.

— А пощупать?

— Перебьёшься, — Её Величество соблаговолила обратить внимание на обсуждение её персоны. — А теперь, возможно, Лорд-Коммандер соизволит расчистить нам путь к новобранцам?

— Драться со Стражем? — фыркнул Корвус. — Ищи другого дурака. Я уж хотел ему в рыло дать, но тут ты припёрлась и помешала, а теперь я успокоился. Вон нового своего мордоворота посылай, мне любопытно, какого цвета у него кровь.

— Я признаю правомочность королевской власти, — вмешался Страж, поклонившись королеве. — Ваше Величество, прошу.

Он отошёл в сторону, встав между Коммандером и автобусом, но пропуская королевских гвардейцев.

— Ты ему не нравишься, — поведал Сэт.

— Я не буду тебя звать Капитан Очевидность, у нас уже есть один Капитан, путаница возникнет, — проворчал Корвус.

— Там кто-то ещё в автобусе! — указала Блэкхолл, заметив шевельнувшиеся занавески в окне.

Королева кивнула командиру своих гвардейцев. Тот прошёл мимо расступившихся кадетов и забрался в автобус.

Коммандер прошёл к фуре, разорвал коробку и достал пачку сигарет. Даллас протянул ему зажигалку. Усевшись на песок, Корвус закурил, блаженно затянулся и принялся наблюдать за развитием событий. Усмешка Далласа при виде заходящего в автобус гвардейца не осталась для него незамеченной. Оставалось выяснить, какой неприятный сюрприз так радовал Стража.

Гвардеец вышел, толкая перед собой лысоватого щуплого мужичка в белом лабораторном халате.

— Как вы смеете! Уберите руки! — вопил тот. — Я профессор Джексон! Лауреат Нобелевской премии! Не толкайте меня!

Гвардеец без капли уважения пинком вышвырнул профессора из автобуса и вернулся проверить, не спрятался ли внутри кто-то ещё.

Дакота захихикала.

— Признавайтесь, что за пиздец там притаился? — вздохнул Коммандер.

— Не понимаю, о чём ты, — в один голос отозвались Стражи.

Раздался крик боли. Через мгновение в дверях появился парень с окровавленным ножом в руке и гитарой на плече.

— Взять его! Остановить! — заорал Коммандер, вскочив на ноги.

— А в чём дело-то? — нахмурился Сэт.

— Держи его, придурок!

Пожав плечами, Сэт решил подчиниться приказу. Увидев приближающегося типа в одеянии из чёрной кожи, размахивающего мечом и скалящегося игольно-острыми зубами, парень выпрыгнул на песок и зашвырнул в надвигающегося Избранного гитарой. Сэт бросил меч и, обеими руками поймав инструмент, прижал его к груди будто младенца.

— Парни, валим! — скомандовал гитарист.

Четверо в таких же чёрных галстуках, как у него, мигом рванули в разные стороны.

— Держите их! — заорал Коммандер, сам рванув наперерез.

Но у него на пути опять встал Страж. На сей раз Коммандер не задумываясь ударил его кулаком. И едва не взвыл от боли, попав по драконьей морде на щите.

Остальные тоже не стояли на месте. Наперехват разбегающейся пятёрке бросились храмовники, королевские гвардейцы и чуть замешкавшиеся Избранные, расслабившиеся в расчёте на то, что делом уже занялся Сэт.

Но кадеты в чёрных галстуках оказались шустрее. То ли помог эффект неожиданности, то ли тот факт, что они боролись за свои жизни, тогда как противники всего лишь выполняли приказ, но четверо из пяти ускользнули. Пятого настиг Нотунг, одним ударом двуручника проткнув парня насквозь и пригвоздив к земле. Остальные даже не оглянулись на крик, полностью сосредоточившись на бегстве.

— Доволен?! — рыкнул Коммандер, в упор уставившись на Стража.

— Эй, не сваливай свою вину на меня! — возмутился парень. — Это же ты приказал их остановить!

— Что? — не сразу понял Корвус. — А, ты про убитого. Я-то про удравших… Громила молодец. А остальные нет!

Последнюю фразу он выкрикнул, обернувшись к солдатам.

Подойдя к убитому «черногалстучнику», Коммандер сдёрнул с его плеча рюкзачок и принялся рыться внутри, задумчиво хмыкая. Наконец, извлёк армейский нож с чёрной рукояткой, такой же, какой был в руках у «гитариста», и заткнул себе за пояс. Застегнув рюкзак, повесил себе на плечо.

— Вообще-то, трофеи с убитого полагаются не тебе, — заметила королева. — Ну да ладно, дарю. Такова моя королевская воля.

— Дарит она, — хмыкнул Корвус. — Ты ещё у Сэта гитару попробуй отбери.

— Не отдам, — буркнул Избранный. — Этот парень её мне бросил, так что моё. Моя прелесть…

— Кстати, этот парень напомнил мне кое-кого в молодости, — задумчиво протянула Регентша, пристально глядя на Коммандера.

Тот пожал плечами. Остальные, похоже, парня не слишком хорошо разглядели или просто были не очень внимательны. Но сам-то он не мог не узнать физиономию, которую регулярно видит в зеркале, хоть и возраста десятилетней давности.

— Может, уже начнете разбирать новобранцев, пока они все не разбежались, а? — предложил Корвус. — Или подождём делегацию из Шпиля и будем делить совсем по-братски?

— Лорд-Коммандер прав, — согласилась Её Величество. — Приступим.

2.2. Раздача слонов

Настя отступила за кресло Джейка и закусила губу, сдерживая слёзы. Вот вам и волшебный мир с Избранными героями. Совсем не так, как в книжках. И о чём она только думала, выскакивая вперёд? Правильно этот Коммандер сказал, куда ей в герои. Про кольчужное бикини это он, конечно, загнул, и не думала она об этом, не по фигуре такой наряд. Эх, в книжке героиня бы не смутилась от такой отповеди. Может, Коммандер как раз и есть местный Властелин Тьмы, внушающий героям сомнения и старающийся запутать, сбить с пути? Но всё же из неё самой героини не выйдет. Коммандер даже за оружие не взялся, только кулаком замахнулся, а она уже перепугалась. Если б рыцарь не заступился…

Вот он наверняка настоящий герой. Без страха и сомнений встающий на пути тьмы и зла. Но всё же водителя убили, комбата убили — и их рыцарь защитить не смог. Но вроде бы не слишком этим огорчён.

Что тут творится, Настя не очень понимала, но не сомневалась, что ничего хорошего ей и остальным кадетам происходящее не обещает. Королева среди всех вроде бы самая адекватная. Оставалось надеяться попасть в отобранную ей группу. Фрейлиной вряд ли назначит, пора уже отбросить фантазии, но лучше стать служанкой во дворце, чем ужином людоедов.


Джейк тоскливо вздохнул, глядя вслед сбежавшему «чёрному отряду». Если б он мог ходить, то бежал бы сейчас с ними. Прихватив с собой Билли и ещё кого-нибудь. Да хоть того же Ганса, пусть он и засранец, но в драке иметь его на своей стороне неплохо. Лучше уж рискнуть жизнью в бою, чем сидеть и ждать своей участи, как баран на бойне. Молодец этот Костя, да и остальные ребята. Оказывается, «черногалстучники» в своём наборе НЗ ещё и боевые ножи таскают. Странно, что им позволили носить холодное оружие на территории Корпуса. С другой стороны, никто ни разу не видел, чтоб они его доставали.

Джейк не был уверен, что, даже будь у него нож, смог бы пырнуть противника. Раненого гвардейца вытащили из автобуса. Мужик истекал кровью, видимо, задета крупная артерия. Похоже, Костя бил вслепую, куда попадёт, вряд ли он действительно намеревался убить. Хотя кто этого русского разберёт. Сначала, не увидев его среди остальных, Джейк подумал, что «пионер» испугался и спрятался, но он просто затаился и выжидал момент.

Кадеты не решались переговариваться, только переглядывались. Ну они все мечтали о других мирах — точнее, о других планетах, но какая разница. Тут не надо беспокоиться о куполах и возможной утечке кислорода, а их знаниям и умениям наверняка найдётся применение. Теперь они все настоящие пионеры, в первоначальном смысле слова — первопроходцы, покорители фронтира. Конечно, местные жители недоверчивы и агрессивны, их можно понять, вспомнив судьбу тех же индейцев. Ничего, кадеты объяснят этим непросвещённым средневековым людям, что пришли с миром, не как завоеватели, а случайно.

Хотя партизанский отряд на свободе всё же не помешает. Так что «черногалстучники» молодцы. Дипломатов из них всё равно не вышло бы. А так, в случае чего, смогут вытащить остальных. Всё-таки в переговорах с дикарями предпочтительно занимать позицию силы. Но пока мечи у них, а у кадетов ничего, лучше проповедовать исключительно позицию мирного сосуществования, которая, конечно, справедливая и правильная.


— Эй, ты же врач? — обратилась королева к доктору Джексону.

— Вообще-то, профессор, — гордо поправил тот. — Я генетик, а не хирург.

— Теоретик он косорукий, — перевёл Коммандер.

— Попрошу без грубостей! — возмутился профессор. — Конечно, у меня имеется медицинское образование. Но без лекарств и инструментов вряд ли тут даже хирург смог бы помочь.

— В автобусе должна быть аптечка, — указал Джейк.

— Сходи принеси, — хмыкнул Коммандер.

Джейк промолчал. Этот тип уже пристрелил водителя всего лишь за вопрос. Так что лучше молча проглотить насмешку.

— Я принесу, — предложила Настя.

— Ну иди, героиня, спасай доблестного королевского гестаповца, — махнул рукой Коммандер.

Джейк удивился. Раненый гвардеец даже на немца не походил. Да и откуда местные аборигены знают про гестапо? Хотя кто сказал, что кадеты — первые, кто тут оказался?

— И что вы мне предлагаете с этим делать? — получив аптечку, возмутился профессор.

— Ну, можешь обмазать его зелёнкой и йодом, забинтовать, заклеить пластырем и дать активированный уголь, чтоб не обосрался, — предложил Коммандер. — Теперь я не сомневаюсь, из какой страны эти ребята.

— Я американец! — указал Джейк.

— А я немец! — встрял Ганс.

— Значит, вы умрёте, янки и фрицы, — пожал плечами Коммандер.

— Русская свинья! — взревел Ганс, кидаясь в драку.

Коммандер перехватил его руку и вывернул.

— Не надо, — остановила его королева. — Не калечь его. Мне этот мальчик пригодится.

Пожав плечами, Коммандер пнул Ганса, опрокинув на песок.

— Вроде бы право первого выбора было предоставлено мне, — вмешалась рыжая воительница с белым крестом на плаще. — Я не оспариваю вашего пожелания, Ваше Величество, и не претендую на паренька. Но с вашего позволения… Я бы хотела в первую очередь забрать профессора.

— Что значит забрать? — возмутился доктор Джексон. — Я не вещь, чтобы меня забирать! Мы могли бы договориться о сотрудничестве. Если вас интересуют мои исследования и вы готовы предоставить лабораторию…

— Жить хочешь? Тогда будешь делать, что скажут. Вот такие условия, — улыбнулась женщина вроде бы дружелюбно, но Джейк при виде этого почему-то вздрогнул.

Профессору это тоже не понравилось.

— Хелен, Хелен! — позвал он помощницу. — Сделай что-нибудь! Помоги мне!

Джейк хмыкнул. Интересно, что, по мнению доктора, может сделать красотка-медсестричка?

— Да пошёл ты, — неожиданно отозвалась девушка. — Здесь ты мне ничего не можешь сделать, я больше не стану терпеть всё это. Можешь рассказывать им всё что хочешь. Всю правду, как ты её понимаешь, да ещё приврать. Плевать. Надеюсь, они свернут твою тощую шею, когда закончат смеяться.

— Да как ты смеешь!..

— Заткнись, старый извращенец. Я ухожу.

Джейк удивился. Вот уж от неё не ожидал. Она даже Гансу сдачи дать не могла, а тут внезапно такие перемены. И о чём она говорит? Неужели доктор к ней приставал? И почему же она не пожаловалась? Или старик чем-то её шантажировал?

— Ну отлично, — всплеснул руками Коммандер. — У нас тут нарисовалась ещё одна героиня. Прямо урожайный день. Ладно, будешь показательным примером.

Рыцарь с драконом на щите отвлёкся, его отвели в сторону для разговора те двое, что были за рулём фуры. Горе-водители, на пустом перекрёстке врезались в автобус, это ж надо. Если б не случилось чего-то непонятного и они не очутились здесь, могли все погибнуть в аварии. Когда Коммандер сказал про ад, Джейк на мгновение усомнился: может, они и впрямь погибли.

Воспользовавшись отсутствием защитника, Коммандер двинулся на Хелен, явно собираясь обойтись с ней совсем не по-джентльменски. Как ни странно, девушка не испугалась, а шагнула навстречу и ударила первой. Коммандер отлетел на шаг и растянулся на песке. Джейку вспомнилось, как она умудрилась в одиночку поднять бессознательного Ганса, тогда он это списал на адреналин, но теперь засомневался.

К упавшему мигом подбежала светловолосая девица в форме стражи.

— Вы в порядке, милорд? — склонившись над Коммандером, спросила она.

— Да знаешь, даже лучше, чем до удара, — пробурчал он. — Пиздец…

— Finish him! — выкрикнул странный парень, прижимающий к себе гитару.

— Заткнись, Сэт, — огрызнулся Коммандер. — А то я сейчас тебе фаталити покажу.

Воспользовавшись моментом всеобщей растерянности, Хелен уже направлялась в сторону городской стены.

— Эй, а ну, стоять! — выкрикнула храмовница.

— О, женская драка на песке, жаль не в грязи, — радостно подскочил Сэт.

Хелен побежала.

— Вашу мать, она мне ключицу сломала, — прошипел поднявшийся Коммандер. — Дайте зелёнки, что ли.

— И тебя не волнует, что она уходит? — осведомилась королева.

— У меня всего две ключицы, и я не собираюсь рисковать оставшейся пока целой, — огрызнулся мужчина. — Вон у тебя ручной терминатор теперь есть, послала бы его.

— Милорд, вас надо перевязать, — засуетилась блондинка.

— Заживёт, как на собаке, — скривился он. — Максимум завтра к вечеру буду как новенький.

— Я бы к сегодняшнему вечеру оклемался, — сообщил Сэт.

— Зато я могу в зеркало смотреться без отвращения, — парировал Коммандер. — Эй, док, — он обернулся к профессору, — что это за Барби на стероидах?

Джексон с надменным видом скрестил руки на груди и отвернулся. Коммандер хмыкнул и двинул ему в ухо здоровой рукой.

— Что вы себе позволяете! — завизжал учёный.

— Кхм, — многозначительно откашлялась храмовница.

Доктор мигом шмыгнул ей за спину, забыв про попытки качать права.

— Всегда говорил: лучше один раз стукнуть, чем час уговаривать, — хмыкнул Коммандер. — Давайте разбирайте остальных пошустрее, а я пока обезболивающего приму. Избранных себе потом у Кэпа отберу, так что мою долю оставьте ему.

Он направился к грузовику.

Храмовница оглядела кадетов и, как ни странно, остановила взгляд на Джейке.

— Почему ты в коляске?

— Травма, — буркнул он. — Ноги парализовало.

Женщина кивнула.

— Не очень давно, судя по физической форме? Тренируешься? А хочешь снова ходить?

Джейк кивнул. Интересно, как это она собирается попытаться поставить его на ноги? Но почему бы не рискнуть.

— Я с ним, я его сиделка, — заявила Настя.

— И я тоже с ними, — присоединился Билли.

— Почему бы и нет, — пожала плечами рыжая.

Королева отозвала храмовницу в сторону, пошептаться.

— Ещё ты и ты, — вернувшись, указала воительница на двух девчонок. — Если есть добровольцы, желающие стать рыцарями Храма, с милостивого дозволения Её Величества могу взять ещё двоих.

Вперёд вышли двое парней в красных галстуках. Окрас был выбран не из-за пионерской символики, а в цвет Марса.

Храмовники окружили новобранцев, то ли для защиты от возможного нападения, то ли чтоб не попытались сбежать. Второе, конечно, более вероятно.

— За мной, — распорядилась рыжая.


— Как видишь, ни мировой войны, ни катастрофы не случилось, — указал Эмджей.

— Ага, — равнодушно согласился Коммандер, отхлебнув виски из бутылки.

— А жаль, — вздохнул Даллас.

— Ещё не вечер, — ободрила его Дакота.

— Да уж, вы постарались на славу, — кивнул Коммандер. — Где-то по городу бегает мой молодой двойник с троицей приятелей да шляется страдающая ПМС Барби на стероидах. Так что веселья будет хоть отбавляй. Ну а этим, — он кивнул вслед удаляющимся с королевой и её гвардейцами кадетам, — тоже будет не до скуки. Вот тем, что достались Капитану, придётся поскучать, если они не фанаты ползанья по-пластунски по плацу.

— Всё равно не вижу в этом ничего критичного, — продолжил настаивать на своём Эмджей.

— На здоровье, — хмыкнул Коммандер. — Меньше знаешь — крепче спишь. Монархист нашёлся…

— Королева, в отличие от некоторых, не приказывает отрубить голову каждому встречному.

— Конечно, зачем впустую тратить ресурсы.

— Не убедил, — покачал головой Страж и исчез.


Коммандер вздохнул и обернулся на грузовик.

— У меня один вопрос: кто за руль сядет?

— Я! — в один голос выкрикнули Даллас, Дакота и Сэт.

— Перефразирую. Какого бы адекватного человека за руль посадить?

Ответом ему было молчание.

Корвус пожал плечами. Авось не разворуют за пару дней, да и Избранных можно поставить охранять. А там ключица заживёт и сам перегонит фуру на задний двор Башни. Он обернулся к Сэту:

— Пошли пешком, по пути расскажешь, чего от меня хотел.

2.3. Хотите знать больше?

Ламия в очередной раз подтолкнула профессора Джексона в спину. Генетик — наконец-то она вспомнила нужное слово — вот так находка! С его знаниями и накопленным Экспериментатором практическим опытом дело точно пойдёт на лад. И новые Воины Храма выйдут на улицы города и наконец покажут всем, кто здесь главный.

Новобранцев и пленников — хотя есть ли между ними разница? — она оставила наверху. Сначала нужно всё подготовить. Вживить то, во что нынче превратился этот ошмёток Магистра, в тело профессора и дать новому существу разобраться в ситуации и привыкнуть к оборудованию. А потом первым делом стоит поднять на ноги этого инвалида, замена Нотунгу не помешает, не самой же Ламии делать всю грязную работу. Ещё следует заняться королевским заказом. Выращивание новых Воинов займёт какое-то время, не стоит пока ссориться с Регентшей.

— Что это? — заикаясь от страха, спросил профессор.

— Еда, — небрежно отмахнулась Ламия, на сей раз не обратив внимания на гигантские туши, а высматривая между ними пресловутого Мистера.

Ну куда это чучело запропастилось? Без него возни с проклятой кучей щупалец будет куда больше. А облажаться и испортить тело нового носителя никак нельзя. Нужно сохранить как можно больше его памяти и знаний.

— Что это такое? Зачем? Как вы?.. — продолжал сыпать невнятными вопросами генетик.

Ламия усмехнулась. Профессор Джексон, несмотря на очевидный страх, явно заинтересовался. И даже рискнул потыкать пальцем в одну из мясных туш, но резко отскочил, когда та в ответ слабо дёрнула атрофированной усохшей ногой. Трус. Эти горы плоти давно перестали быть людьми, а способность сопротивляться своей участи потеряли ещё раньше. Даже если кто-то из них сохранил способность мыслить после трансформации, то всё равно быстро утратил рассудок. Благо орать они не могут, пасти заткнуты питающими шлангами. Да уж, вот только непрекращающегося воя ужаса и отчаяния здесь и не хватает.

— Да шагай ты, — вновь толкнула пленного Ламия. — Насмотришься ещё. Не съедят они тебя. Разве что ты их.

— Очень непрактично, следовало избавляться от конечностей максимум на этапе эмбрионального развития, — заметил профессор.

— Да Магистр знает, где их мамочки в тот момент бродили, может и по другим мирам, — пожала плечами Ламия. — А вообще, не ко мне вопросы, я не в курсе, кого из них где понабрали и как обрабатывали.

— Что? — генетик отшатнулся. — Они не созданы такими? Переделаны из людей? Невозможно!

— Ну да, ну да, — кивнула женщина. — Недопустимо, бесчеловечно и всё такое. Слыхали.

— Да нет же! — возмущённо выкрикнул Джексон. — Технически невозможно! Никакое изменение ДНК и мутагенные факторы не способны повлечь подобные перемены формы тела, да к тому же не в единичном случае, а стабильно! Подобная технология не может существовать! Они не могли быть взрослыми сформировавшимися организмами!

— Технология, — насмешливо протянула Ламия, руками обводя зал. — Вот она, наша технология.

Затравленно озираясь по сторонам, генетик бросился бежать. Женщина без особой спешки последовала за ним. Удрать тут некуда. Да и, кажется, он скорее поражён и шокирован успехами по изменению людей, чем испуган самим фактом экспериментов.

Ламия настигла беглеца у ограждения верхней площадки. Судорожно вцепившись в поручень, он таращился вниз и повторял:

— Невозможно, невозможно…

— Это всего лишь тролли, — попыталась утихомирить его храмовница. — Ну и гоблины там где-то бегают среди них.

— Разные виды модификаций! — заорал он, размахивая руками. — Разные, но типовые! И ты скажешь, они не наследственные? Что все они были обычными людьми?

— Этих не мы создавали, хотя некоторых частично переделывали, — пожала плечами Ламия. — Но в целом они сами изменились. Здесь им только добавили некоторые… спецификации.

Новое слово всплыло откуда-то из глубин памяти. Судя по кивку генетика, употребила термин Ламия верно.

— Но ведь они такими уже родились? — уточнил он.

— Некоторые. Наверное. Никогда не интересовалась размножением троллей. Не суетись. Сейчас познакомишься со специалистом, тогда всё и узнаешь.

Мистер нашёлся неподалёку, в широкой нише, невидимой с балкона за одной из туш. Он обкусывал щупальце-жгут, извлекая из него золотую проволоку.

— Ты что творишь? — возмутилась храмовница, узнав в его закуске одну из частей тела Экспериментатора.

Мистер невозмутимо посмотрел на женщину и вернулся к прерванному занятию. Сначала он отгрызал куски плоти, держа проволоку как шампур, после чего аккуратно обсасывал остатки слизи.

— Прекрати! Это не еда!

— Любая органическая плоть — еда, — возразил он. — Различается только степень питательности и возможность усвоения организмом. Невозможность усвоения и воздействие содержащихся в органике веществ может привести к летальному исходу. Но этот факт не мешает употребить плоть в пищу. Один раз.

Ламия ошарашенно заморгала. Не столько от смысла сказанного, сколько от того, что это существо вообще оказалось способно разговаривать. Раньше при ней Мистер настойчиво хранил молчание.

— И зачем ты это жрёшь? Отравиться решил?

— Мой организм способен усвоить данную органику без вреда для себя и обогатившись питательными веществами, — спокойно пояснил он. — Это лучший способ очищения нити от биологически активного покрытия для последующего внедрения.

— Внедрения куда?

В ответ Мистер выразительно постучал пальцем себе по виску.

Ламия нахмурилась, не до конца уверенная, было это указанием на место внедрения или на её умственную неполноценность.

— Что это такое? — мигом заинтересовался профессор.

— Для тебя — не еда, — всё так же равнодушно отозвался Мистер.

— К чёрту еду! — заверещал Джексон. — Нить, проволока, золотая проволока! Что это?

Существо на несколько мгновений задумалось.

— Смарт-нить, — наконец ответил он. — Это наиболее подходящее название из имеющихся в моей памяти на данный момент. Терминологическое разграничений золотых и серебряных нитей на данный момент невозможно без указания цвета. Понятия «золото» и «серебро» следует трактовать как обозначение цвета, а не материала.

— Ты андроид? — с подозрением осведомился профессор.

— Все небиологические компоненты моего тела являются привнесёнными и не составляют исходную часть первоначального организма. Но известно, что андроид может являться полностью биологическим организмом. Основное отличие от человека — искусственное происхождение. В таком случае она, — Мистер указал на Ламию, — андроид. Информация, позволяющая характеризовать меня как андроида, отсутствует.

— Я — Воин Храма! — возмутилась Ламия.

— Характеристика «Воин Храма» не является взаимоисключающей для характеристики «андроид», — возразил Мистер.

Видимо, поняв, что спокойно закончить трапезу незваные гости не дадут, он изменил способ очистки смарт-нити. Удлинив ногти, он срезал плоть с основы, сбросив в ведро, а саму проволоку облизал, избавив от налипших остатков. После чего спокойно воткнул один конец проволоки себе в ноздрю. Проволока начала самостоятельно втягиваться внутрь.

— Погоди, погоди, — завороженно наблюдая за этим процессом, забормотал Джексон. — А ты различаешь понятия андроида, генетически изменённого человека и клона?

— В зависимости от контекста, — сообщил Мистер, игнорируя продолжающую втягиваться в его нос проволоку. — Если разница является принципиальной, то Ламия — генетически изменённый человек с комплементарно созданной личностью. Соответствие физических параметров изначальным — менее двадцати процентов. По известным мне данным, более подпадает под характеристику «андроид», за исключением принципиального отличия, заключающегося в основе обрабатываемого материала.

— И сколько нитей из Экспериментатора ты уже внедрил в себя? — нахмурилась храмовница.

Информация о её происхождении Ламию не взволновала. Но её наличие у Мистера означало, что он поглотил уже немалую часть памяти сотворившего её существа. Сам Экспериментатор в прошлых воплощениях такого не помнил, но объём информации, поддающийся обработке органическим мозгом, ограничен. По крайней мере, сам он заявлял именно так. Возможно, смарт-нити, присвоенные Мистером, были лишними и ненужными, но ведь их можно было употребить для создания второго Оракула, например. Или чего-то ещё. Зачем все эти знания простому Помощнику?

— Золото — мягкий металл, — невпопад отозвался он. Нить наконец полностью втянулась в ноздрю, Мистер встряхнул головой, будто пытаясь этим привести мозги в порядок. — Смарт-нити второго типа не предназначены для хранения и передачи данных. Изменение области применения является ненадлежащим использованием. Актуальность незначительна. Перезаписывание данных ненадёжно. Основная цель является помехой выбранному применению. Результатом становится дестабилизация структуры объекта, известного как Экспериментатор. Поглощение с целью расширения базы знаний признано наиболее актуальным решением.

— А разговаривать нормально ты не можешь? — скривилась Ламия.

— Использование повседневной разговорной модели речи и лексикона снижает точность формулировок, — возразил он. — Но если ты настаиваешь, то могу. Я заметил, что люди часто нервничают, когда собеседник говорит непривычным для них образом. Имитировать стиль повседневного общения мне нетрудно, но это снижает эффективность взаимопонимания. Прошу не использовать такие выразительные средства, как метафоры, ирония и сарказм. Их оценка и трактовка требуют большей сосредоточенности на разговоре, чем я считаю в данном случае необходимым и желательным. Более того, ошибочность понимания имеет место время от времени независимо от прочих названных факторов.

— Последнее было сказано не по-человечески, — не удержалась от язвительности Ламия.

— Использование канцеляризмов входит в модель повседневной речи людей определённой среды, — не согласился Мистер.

Храмовница только фыркнула. Ишь, разговорился. Ей этот тип точно нравился больше, пока помалкивал.

— Ладно, главное, говори попроще, для тех, кто без базы знаний в голове, — отмахнулась она. — Ты собрался стать новым Экспериментатором? Это он приказал? Для этого он тебя создал?

— Ответ на все вопросы — нет. Новым носителем станет доставленный тобой субъект. Происходящие в последнее время в городе наверху перемены привели к решению изменить сложившуюся прежде иерархию взаимоотношений. Продолжение пассивного наблюдения с минимальным участием признано более нецелесообразным. Формулируя максимально просто: теперь я тут главный.

— Магистр с этим не согласится, — покачала головой храмовница, положив ладонь на рукоять меча.

— Свержение власти Магистра не входит в мои планы на ближайшее время, — успокоил её Мистер. — Смена иерархии пока ограничена взаимозамещением статусов с Экспериментатором. И последующим введением новаций с сопутствующим продолжением сбора информации. Твоё сотрудничество приветствуется.

— А член тебе не пососать? — огрызнулась женщина.

— Не заинтересован. Но предложение о проведении подобного эксперимента учтено.

Ламия раздражённо тряхнула головой. Да уж, мало ли, что заговорило это чучело нормально, а мыслит всё равно как робот. Андроид он там на самом деле или кто и откуда взялся, но уж точно не человек. Выходит, его не создавали здесь. Помощник, как же. Шпион он попросту. Хотя на кого работает, пока непонятно. Может, и на себя.

От этой мысли храмовница чуть не рассмеялась. Ну да, конечно, тайная пятая сила. Ну или шестая, если Стражей считать. Ах да, ещё этот Сэт ведь тоже не просто придурковатое чучело, а представитель Чёрного Замка. Хотя учитывая, что оттуда уже десятилетия ничего не слышно, кроме заявлений очередного — может и самозваного — представителя, то неудивительно, что Чёрный Замок уже никто и не считает чем-то значимым. А вдруг и Мистер как раз оттуда?

— Значит, мы будем работать вместе? — своеобразно сориентировался в ситуации доктор Джексон. — Что ж, ваше главенство на начальном этапе вполне резонно, вы тут лучше ориентируетесь. А после введения в курс дела… Как насчёт партнёрства? Впрочем, не будем торопить события…

— Ты заменяем. К тому же будешь изменён, — мигом охладил его пыл Мистер. — Переговоры на данный момент не имеют смысла. А позднее в них не будет потребности.

— Так приступай к делу, — приказала Ламия, не убирая руку от меча.

Споры о полномочиях и мотивах она решила отложить на потом. В любом случае пока что этот так называемый Помощник необходим. Без него она не справится с внедрением того, что осталось от Экспериментатора, в нового носителя. А уж после можно будет разобраться с правами и обязанностями.

Пройдя к одной из стоящих у дальней стены бочек, Мистер откинул плотно пригнанную крышку и извлёк наружу склизкий аморфный комок плоти с шестью отростками. Ламия подумала, что это отдалённо похоже на осьминога или медузу, хотя, что это за существа, она точно вспомнить не смогла. Впрочем, она хорошо помнила, что именно так выглядел отброшенный Магистром «аппендикс», избавленный от твёрдого панциря перед помещением в первого носителя. Хотя и странно, ведь она, созданная уже потом Экспериментатором, в которого и развился «аппендикс», никак не могла этого видеть. Но терзаться такими размышлениями храмовница не привыкла, без того в жизни хватает сложностей, чтоб тратить время на невнятные и противоречивые воспоминания. Что-то помнит и знает — хорошо. Чего-то не помнит — значит, это не важно.

— Погодите-ка, — запротестовал профессор, отступая от надвигающегося Мистера. — Что вы задумали? Я не согласен! Я доктор Джексон, лауреат Нобелевской премии! Вы не имеете права так со мной поступать! Я буду полезнее в здравом уме, твёрдой памяти и физической неприкосновенности!

— Доктор Джексон, — внезапно остановившись, задумчиво изрёк Мистер. — Забавное совпадение.

Он покосился на Ламию, будто ожидая от неё подтверждения сказанному. Но храмовница только пожала плечами. Какое совпадение, откуда ей знать, о чём он бормочет и забавно это или нет.

— Доктор Джексон и Мистер, — произнёс он. — Знание содержит сходство.

— Мистер? — переспросил профессор, озадаченно моргая. — Доктор, мистер… Хайд?! — воскликнул он, озарённый догадкой. — Вас зовут Хайд, мистер Хайд? «Странная история доктора Джекилла и мистера Хайда». Только я — Джексон, не Джекилл. Но действительно, созвучно. Так вас вправду зовут Хайд?

— Теперь — да, — кивнул новоявленный Мистер Хайд. — А ты — Джекилл.

— Нет-нет, там всё не так. И изменение… — забормотал профессор. — Это ведь Джекилл становится Хайдом, а я не стану вами…

— Забавное совпадение, — упрямо повторил Мистер, вновь оглянувшись на Ламию.

— Да-да, очень забавно, — не стала спорить она. — Посмеёмся потом, сначала дело.

Храмовница быстро подошла к доктору Джексону сзади и схватила за плечи, не позволяя больше отступать или пытаться сбежать. Хайд приблизился и свободной рукой схватил его за скулы, заставляя раскрыть рот. Комок плоти в другой руке зашевелился и замахал отростками. Профессор захрипел в ужасе, но не смог выдавить ничего членораздельного, а через мгновение пара ложноножек проникла ему в рот, подтягивая за собой и остальное. Ламия крепко удерживала судорожно пытающееся вырваться тело, пока «медуза» проникала в глотку, а оттуда в пищевод профессора.

— Да брось его, — посоветовал Хайд.

Женщина промедлила и едва не пожалела об этом. Брезгливо оттолкнув бьющееся в конвульсиях тело, она отступила подальше от растекающейся лужи мочи. Содержимое опорожнившегося кишечника осталось в штанах, но, к сожалению, то же самое не относилось к запаху.

— Естественный результат начавшейся перестройки организма, — прокомментировал Хайд, заметивший её реакцию. — Прискорбное несовершенство человеческой пищеварительной и выделительной системы будет исправлено симбионтом. К счастью. Забота о его питании и выборе еды, не грозящей летальным исходом, были бы крайне удручающей и обременительной обязанностью.

— Удручающей? — переспросила Ламия.

— Так говорят, — кивнул он. — Требуется пояснить значение слова?

Храмовница покачала головой. Сомнение вызывала способность Мистера испытывать эмоции, а не смысл сказанного.

— Что с остальными частями… симбионта?

— Это всё, что необходимо и достаточно. Вся значимая и актуальная информация содержится в смарт-нитях, включённых в основную центральную часть организма. Внедрение дополнительных отростков вызовет преждевременную деградацию тела носителя и при этом повысит эффективность крайне незначительно. А восстановление самосознания Экспериментатора станет помехой проведённой мною иерархической подвижки.

— Короче, он будет возражать против смещения его с должности, — перефразировала Ламия. — Я тоже возражаю. И Магистр будет против.

— Протест отклонён. Возражение вызвано неполнотой объёма имеющейся информации. Для цели Магистра и Храма, заключающейся в создании новых генетически модифицированных людей, моё участие и руководство процессом являются наиболее эффективным решением.

— А какие цели при этом преследуешь ты?

— Мои текущие цели не вступают в конфликт с означенными целями Храма, — уклонился от прямого ответа Хайд. — Для получения большей информации необходимо согласие на сотрудничество.

— Нет уж, так не пойдёт, — Ламия выхватила меч и начала отступать.

Нужно доложить Магистру и взять подкрепление. Не то чтобы она сама не могла справиться, но лучше подстраховаться. Хайд, как ни странно, не попытался напасть, а отошёл к бочкам и открыл вторую. То, что он вытащил, не походило на «медузу»-симбионта или на съеденное щупальце, но при этом явно состояло с ними в родстве. Кальмар — в голове засело именно это слово. Кажется, они как раз родня медузам и осьминогам. Чем бы они все ни были.

— Ужин? — напряжённым тоном спросила храмовница.

Хайд не ответил, прыгнув на неё. Одним скачком он преодолел внушительное расстояние и сшиб Ламию с ног. Меч отлетел в сторону, а руки храмовницы оказались болезненно заломлены за спину.

— Что ты собрался делать? — прошипела женщина, не прекращая безуспешных попыток вырваться. Хайд оказался гораздо сильнее, чем она могла предположить. — Что это? Ещё один симбионт?

— Всего лишь сателлит, — без капли напряжения в голосе пояснил Хайд. — Твоя модификация. Гораздо лучшая, чем предлагал твой создатель.

Ламия почувствовала, как когти противника разорвали её штаны. Он же одной рукой держит её запястья, а в другой эту тварь! Обернуться и посмотреть, куда Мистер сунул симбионта, сателлита или как оно там называется, она не могла.

— Ты что собрался сделать?! — крикнула женщина, ощутив его пальцы на своей заднице.

— Представляется наиболее эффективным введение сателлита через задний проход. В отличие от симбионта, соединение сателлита с организмом более ограничено. Рекомендуется использование выделительной системы и замена её функционала возможностями сателлита.

— Обойдусь, не очень-то значимое улучшение!

Ламия продолжала вырываться, но теперь больше надеялась, что удастся отговорить Хайда от задуманного, убедив в неэффективности плана.

— Протест отклонён. Это полезный побочный эффект. Основная функция сателлита — усиление и защита носителя.

— Усиление? Значит, я потом тебе задницу надеру!

— Запланировано воздействие только на твою задницу. Вернее, через неё, — совершенно серьёзно ответил Хайд.

Почувствовав проникновение инородного объекта, Ламия заорала от боли. Она поспешно постаралась расслабить мышцы, но это не очень помогло. В отличие от симбионта, «кальмар» был не столь желеобразен.

Ламия открыла глаза и поняла, что в какой-то момент потеряла сознание. Но ненадолго, судя по ощущениям. Что-то внутри неё ещё продолжало двигаться, ища местечко, где сможет прижиться. Но теперь это не причиняло никакой боли, только лёгкий дискомфорт. Вероятно, сателлит в процессе проникновения всё же размягчился, иначе не смог бы проползти так глубоко.

Женщина скорчилась, поджав ноги и руками обхватив живот. Хайд уже успел отпустить её и отойти. Теперь он снова методично жрал очередное щупальце. Нужно встать и… напасть? Нет, это бесполезно, как бы ни хотелось. Бежать. Доложить Магистру. Но он возражал против модификаций. И она не справилась с поставленной задачей.

— Я же не знала… — простонала женщина, едва осознавая, что говорит вслух.

Хайд оторвался от еды и повернулся к ней.

— Не волнуйся, скоро придёшь в форму. Даже лучшую, чем была. Сателлит соединится с нервной системой и перестанет мешать. Будешь чувствовать его так же, как руки и ноги. Хотя всё же иначе.

— Вытащи его!

— Я мог бы, — Хайд махнул рукой с удлинившимися когтями. — Но ты вряд ли это переживёшь. Введение прошло сложнее, чем предполагалось. Недостаток информации. Впрочем, заднепроходное отверстие не пострадало. Сможешь использовать его для совокуплений.

— Оно не для того предназначено.

— Выводящая функция более неактуальна, об этом позаботится сателлит. Я ведь уже говорил. Большего сказать не могу до получения согласия на сотрудничество. Знание — сила. — Хайд направил очищенную смарт-нить на Ламию, склонил голову набок и каким-то странным тоном спросил: — Хотите знать больше?

2.4. Такова королевская воля

Дворец поражал, хотя и отнюдь не величием. Остатки позолоты на кипельно-белой лепнине стен казались скорее каким-то налётом плесени, а несколько сохранившихся гобеленов настолько истрёпаны, что больше смахивали на половые тряпки. И никаких ковров на белокаменном полу, полностью поглощающем звук шагов, так что мелькающие в боковых коридорах фигуры слуг кажутся призраками. И даже про столь же бесшумно шагающего громилу за спиной можно было забыть, мешала этому только боль в плече, крепко стиснутом здоровенной лапищей, когда Ганс ещё в саду попытался шагнуть в сторону, к кусту роз, откуда доносилось какое-то странное шипение.

Так что приходилось послушно топать за Её Величеством вдовствующей Королевой-Регентом, утешаясь возможностью беспрепятственно пялиться на её задницу.

Короткая процессия остановилась перед приоткрытой дверью, из-за которой доносились какие-то странные звуки. Королева пробормотала что-то себе под нос, слов Ганс не разобрал, но принял это за ругательство. В чём его окончательно убедило происходящее внутри, явно не ставшее неожиданностью для Её Величества.

Помещение оказалось рабочим кабинетом, по роскоши вполне достойным монарха. Впрочем, обстановку Ганс окинул только беглым взглядом, основное внимание привлёк массивный деревянный стол в центре, а точнее, происходящее возле и непосредственно на нём. Парнишка лет шестнадцати, нимало не смущаясь окружающей обстановки, загнул и вовсю наяривал девицу, которая, судя по простецкому одеянию, могла быть только служанкой. Оба обернулись к нарушившим их уединение. Но если в глазах служанки читалась надежда и мольба, то паренёк только расплылся в довольной улыбке.

— Мама! — обратился он к Её Величеству, не переставая двигать тощим задом. — Я хочу, чтоб она орала, а она не орёт!

— Малыш, ну я же говорила: если что-то не выходит по-твоему, попробуй изменить подход, — совершенно обыденным тоном сказала королева.

Ганс аж поперхнулся. Да что у них тут за порядки такие?

Тем временем Её Величество приблизилась к парочке, взяла со стола нож для резки бумаги и непринуждённо вонзила его девушке в руку, пригвоздив кисть к столешнице. Девица завопила от боли, а королева только потрепала довольно заулыбавшегося сына по волосам и направилась к дальней стене. Громила подтолкнул замершего в растерянности Ганса следом. Открыв двери шкафа, за которыми оказался тайный проход с ведущей вниз лестницей, Её Величество начала спускаться. Ганс с сопровождающим двинулись за ней.


Нотунг сгрузил тело мёртвого гвардейца на пол и неподвижной статуей замер рядом. Её Величество огляделась по сторонам, будто ожидая обнаружить в небольшой комнатушке с голыми каменными стенами кого-то, умудрившегося ускользнуть из виду. Всю обстановку составляло массивное кресло в центре, оборудованное кандалами для рук и ног, а также фиксирующим голову обручем. Ганс нервно сглотнул, заранее не ожидая от подобного ничего хорошего. Не добавлял оптимизма и стол в углу, укрытый простынёй.

Занавеси на противоположной стене, как оказалось, скрывали новый проход и лестницу, ведущую ещё глубже. Заглянув за ширму, королева выругалась на чистом русском.

— Ну и где этот Мистер, когда он нужен, — проворчала она. — Чучело поганое, никакой пользы, всё приходится делать самой. Ну а ты что встал? — обернулась она к Гансу. — Присаживайся.

— Спасибо, я постою, — буркнул парень.

Женщина криво усмехнулась, выразительно покосившись на громилу.

— Садись, — строго повторила она. — Это приказ. Такова моя королевская воля.

Ганс неуверенно топтался на месте. С одной стороны, если не сядет добровольно — Нотунг мигом поспособствует выполнению королевского приказа. А если сядет…

Сомнения разрешились, когда королева непринуждённо стянула через голову платье и повесила на одиноко торчащий из стены крючок. Желание попытаться бежать сразу пропало. Да и Нотунг всё равно догонит, видел Ганс уже, на что способен этот громила. К тому же кровожадности, в отличие от сынка, Её Величество не проявляла, да и ножей пока не видать. А если ей нравится использовать кандалы, почему бы и нет.

— Не раздевайся, — отмахнулась она, когда Ганс начал стягивать кадетскую форму. — Ширинка же на брюках есть?

Он ответил кивком и кривой ухмылкой, после чего уселся в кресло. Женщина проворно защёлкнула оковы на руках и ногах, склонившись грудью к самому его лицу, дразня, но не позволяя коснуться. Её рука скользнула к промежности парня, расстёгивая молнию.

— Отлично укомплектован, — похвалила она, плотоядно облизнувшись.

Замерший в ожидании продолжения Ганс оказался разочарован. Королева отстранилась и обошла кресло, опустив ему на голову фиксирующий обруч. После чего направилась к Нотунгу.

— Возьми эту дохлятину и раскрои ему череп, — распорядилась женщина.

Ганс не мог обернуться, чтобы посмотреть, оставалось надеяться, что она подразумевала всё же покойного гвардейца, а не его самого. Вероятно, для наглядности она указала пальцем, поскольку не проявлявший сообразительности Нотунг всё понял верно. Краем глаза Ганс смог разглядеть, как здоровяк подхватил безжизненное тело и принялся лупить его головой о стену.

— Действительно, тупой, — со вздохом посетовала королева, вновь объявляясь в поле зрения прикованного Ганса. Она откинула со стола простыню, открыв массу инструментов и колюще-режущих предметов. Обернулась к захрипевшему пересохшим от испуга горлом парню. — Орать собрался? Да на здоровье. Хотя я тебя не убью, не думай. Это тело мне ещё пригодится.

— А что, без боли удовольствия не получаешь? — с показной бравадой осведомился Ганс. — Можем попробовать нормально, вдруг со мной без этого обойдётся?

— Не льсти себе, — фыркнула женщина, продолжая перебирать инструменты на столе. — Дело совсем не в сексе, мальчик. Хотя в нём тоже, чего скрывать. Но Фриц в твоей шкуре мне милей, чем ты сам. Да и удобней.

По взмаху руки в сторону продолжавшего глумиться над трупом громилы, Ганс догадался, что Фриц — имя покойного, а не оскорбление его собственной национальности. Хотя на немца тот не походил, по крайней мере, на арийца.

— Ну всё, хватит! — прикрикнула на Нотунга королева.

Тот мигом бросил тело на пол. Тяжело вздохнув, Её Величество приблизилась к останкам и принялась пальцами копаться в месиве, в которое превратилась голова гвардейца. Ганс, преодолевая тошноту, продолжал коситься, пытаясь понять, что она там ищет и чем это грозит ему самому. Наконец, женщина удовлетворённо хмыкнула и поднялась, сжимая в пальцах тонкий жгут, сплетённый из золотых и серебряных кусков проволоки.

— Это что такое? — не сдержал вопроса Ганс.

Королева только отмахнулась, вернувшись к столу. Положив свою находку, взамен она взяла ручную дрель. Окинув Нотунга скептическим взглядом, покачала головой и направилась к креслу.

— Я бы сказала, что больно не будет, но на самом деле будет чертовски больно, — безразлично сообщила женщина. — И это закончится не очень быстро.

— А последнее желание? — предпринял попытку Ганс.

Но ответа не получил. А через несколько секунд сверло начало медленно проникать в его макушку. Парень заорал…


…И продолжал орать до тех пор, пока равнодушная мучительница не удовлетворилась с трудом просверленным отверстием в черепе, не отложила дрель, взяв взамен пинцет, и не выдернула из головы терзаемого парня другой проволочный жгутик, чуть тоньше первого.

Крик прервался на полувздохе. Тело замерло с застывшей на лице гримасой ужаса и боли, будто кто-то щёлкнул выключателем. Взгляд потускнел, утратив малейшие признаки сознания.

— Уф, всё правильно, — с облегчением ободрила себя женщина. — А всё ж интересно, как оно так устроено…

Единственный слушатель продолжал молчаливой громадой возвышаться на том же месте, где замер после выполнения последнего приказа. Впрочем, от него королева и не ждала никакого ответа. Она только покачала головой. Даже тот странный тип, называющий себя Мистером, не смог объяснить, как эти нити-проволоки записывают и поглощают сознание носителя. Ведь это не копирование, а именно перемещение, иначе в проведённой операции не было бы никакого смысла…

Отбросив ненужное сплетение проволок с сознанием Ганса на пол, королева взяла со стола другой жгут, с разумом командира гвардейцев. Стоило поднести его к отверстию в черепе Ганса, как жгут стал извиваться, будто червь, стремясь скорее обрести нового носителя. Женщина чуть брезгливо выпустила из пальцев псевдоживое порождение неведомых технологий.

Тот, кто недавно был Гансом, закашлялся и хрипло произнёс:

— Этот швайне меня в автобусном туалете подкараулил, представляешь…

— Да, смешно… Смерть твоя из сортира пришла… — без доли веселья согласилась Её Величество.

Она подобрала с пола простынь и попыталась стереть забрызгавшую тело в процессе операции кровь, но только размазала её.

— Может, освободишь?

Королева оглядела пленника, задержав взгляд на выглядывающем из расстёгнутой ширинки вяло обмякшем члене, и разочарованно вздохнула. Придётся подождать, пока его тело придёт в норму и оправится после «переселения душ».

— Ещё раз облажаешься — больше воскрешать не стану, — предупредила она. — Найду другого начальника гвардии дворца, пускай даже он будет сильно пьющим.

— Скучаете по Лорду-Коммандеру, Ваше Величество? — скривился мужчина.

— Заткнись, Фриц, — цыкнула женщина, освобождая его от кандалов. — Распорядись натащить воды в кабинет, оттуда этот, — она кивнула на Нотунга, — принесёт.

— А это что за… — скривился Фриц, оглядывая громилу.

— Подарочек от Храма. Потом растолкую, — махнула рукой королева.

Не смея больше мешкать, гвардеец поднялся, разминая мускулы нового тела, отвесил было поклон, то тут же со стоном схватился за голову, отозвавшуюся от резкого движения острой болью. Шипя сквозь зубы ругательства на немецком и зажимая ладонью кровоточащую дыру в макушке, Фриц поспешил выполнять приказ.

Едва его шаги на лестнице стихли, женщина приблизилась к Нотунгу и спустила с молчаливого и неподвижного исполина штаны. Комната огласилась ещё одним разочарованным вздохом.

— Всё в силищу ушло: и мозги, и… — королева пренебрежительно махнула рукой. — Ничего эти храмовники не смыслят в полезной функциональности. Подтяни портки.

Нотунг всё так же безмолвно и покорно исполнил приказ.

2.5. Барби на стероидах

— Эй, крошка! Куда торопишься? Эй! Я с тобой говорю!

Хелен не обернулась и только ускорила шаг, раздумывая, не перейти ли снова на бег. Но если она хочет затеряться в толпе, то не стоит привлекать к себе излишнее внимание. Впрочем, пока это не особо удаётся. Да и переодеться стоит.

Приставала был не один, а с троицей приятелей. Хелен хватило мимолётного взгляда, чтобы оценить их и посчитать неопасными. Держатся непринуждённо, значит, местные, «золотая молодёжь». Мечи на поясах явно напоказ, а не для применения. Обыкновенные хлыщи, вышедшие на прогулку, вероятно, один из них проживает в особняке, возле стены которого они отирались. Район выглядит вполне благополучным, так что неприятностей Хелен не ожидала. Но то ли странная одежда, то ли сам факт гуляющей в одиночестве и без оружия девушки всё же привлекли к ней внимание.

— А ну стой, кому говорю! — зло крикнул парень, срываясь на бег.

Хелен могла бы оторваться от погони, но не стала. Наоборот, замедлила шаг, будто решила послушаться.

Приставала, несмотря на краткость забега, успел запыхаться. Услышав его дыхание прямо за спиной, Хелен ударила локтем назад, целя в гортань. Парень с хрипом рухнул на колени и схватился за горло, тщетно пытаясь вдохнуть.

— Ты что творишь, дрянь! — выкрикнул один из его приятелей и попытался ударить девушку.

Хелен перехватила его руку и одним движением сломала в запястье и локте. Второй получил удар ногой в подбородок. Последний схватился за рукоять меча, но девушка оказалась быстрее. Несколько ударов кулаками в грудь, после каждого из которых отчётливо слышался хруст рёбер, а в завершение — пинок в пах, отправили незадачливого вояку на землю.

— Ах ты сука, — со всхлипом выдавил обладатель сломанной руки.

Хелен подавила порыв добить его и ограничилась плевком в рожу.

— Не плачь, малыш, ещё сможешь на меня подрочить дома под одеялом, правда, только левой рукой.

— Браво, браво, дорогая, — прозвучал женский голос, за которым последовало несколько хлопков в ладоши. — Неплохо ты этих говнюков отделала.

Хелен обернулась. Говорившую сопровождали ещё четыре женщины, все с мечами на поясах и с копьями в руках. И сразу видно, что, в отличие от мальчишек, у этих оружие не для красоты.

— Вы кто такие?

— Ты новенькая? — вопросом на вопрос ответила предводительница амазонок. — Только с прорыва? Хм, значит, мы уже опоздали… И много вас там привалило? Раз уж тебе позволили смыться… — Она ещё раз оглядела побитых юнцов. — Или там никого живого не осталось, а?

— Я никого не убивала, — покачала головой Хелен. — Нас в автобусе тридцать два было, троих убили. И ещё двое водителей фуры… Но они, кажется, здесь не впервые.

— Стражи пригнали фуру? И автобус? Совсем с ума сошли… Понятно, почему при этом тебя проморгали.

— Я просто быстро бегаю, — пожала плечами Хелен. — И ещё я этому Лорду-Коммандеру врезала.

Амазонка вытаращила глаза от удивления и расхохоталась.

— Тогда ты точно десятка других стоишь. У вас ведь там не все такие боевитые, а?

Хелен покачала головой, прикидывая, как избежать расспросов о происхождении её боевых навыков. Но амазонка и не собиралась допытываться, по крайней мере, пока.

— Вступай в наше Сестринство, нам такие нужны! — предложила она, по-мужски хлопнув Хелен по плечу. — Не боись, мы сестёр не обижаем и другим в обиду не дадим. Мужикам — особенно.

Словно в подтверждение своих слов, она врезала всё ещё стоящему на коленях и баюкающему сломанную руку пареньку ногой по уху.

Хелен кивнула. Пожалуй, держаться подальше от мужиков — неплохая идея. Да и эти амазонки вроде адекватнее, чем встреченная раньше приветственная делегация. Хотя, похоже, они и впрямь кто-то вроде местных амазонок. Впрочем, груди себе не отрезают — и на том спасибо. В любом случае у кого-то надо выяснить, где она оказалась и что тут происходит. Она кивнула и пожала протянутую руку.

— Девочки, забирайте их! — распорядилась предводительница.

Четыре амазонки мигом засуетились. Двоих парней, со сломанной рукой и с перебитыми рёбрами, заставили подняться и тычками копий погнали вперёд. А оставшимся двум амазонки связали ноги и, перекинув другой конец верёвки себе через плечо, поволокли по земле.

Хелен хотела было возразить, что это несколько чересчур, но по полному отсутствию реакции мальчишек на такое обращение поняла, что им уже всё равно. Мёртвые жаловаться не будут. Видимо, на лице девушки отразились возникшие при этом чувства, поскольку предводительница амазонок снова одобряюще хлопнула её по плечу.

— Не переживай из-за этой падали, они того не стоят.

Хелен только кивнула. Может, и не стоят. Может, и сволочи. Но всё ж люди. Живые люди. Были, пока с ней не столкнулись. Ведь она не хотела, не собиралась. Всё вышло машинально, рефлекторно, бездумно. А надо было думать! Ведь знала же, на что способна, могла сдержаться! Или просто убежать.

Как могла давным-давно убежать от Генри Джексона. Только куда? Быть вечной беглянкой, без документов, дома и даже денег, скрываться, прятаться, постоянно оглядываться… Боевые навыки тут не слишком помогут, а сопутствующих знаний и умений ей не дали. Так что теперь, здесь свести всё к тому же? Нет уж, спасибо. Этот мир живёт по иным правилам, убивать здесь норма, даже не только из самозащиты, Лорд-Коммандер это уже продемонстрировал. И в такой жизни физические возможности пригодятся куда больше отсутствующих навыков шпионажа и разведки. Достаточно быстро бегать, сильно бить, махать мечом — и быть жестокой. Что ж, ладно. Когда кто-нибудь в следующий раз снова протянет к ней руки без её на то желания — она сдерживаться не станет.

* * *

Первым тяжёлым испытанием стал обед. И дело было не в огромных мисках с разноцветной бурдой, из которых воительницы наполняли тарелки по своему вкусу. Правда, бурда всех цветов оказалась одинаково безвкусной. И не в мясе, которое вкус как раз имело, хотя и какой-то странноватый. Пусть даже о его происхождении настоятельно советовали не спрашивать, подозрительно при этом посмеиваясь. И не в мужененавистнических разговорах. Тем более что из-за двух других столов до Хелен доносились только отдельные реплики, а за тем, где собрались соратницы доставившей её в Шпиль воительницы, назвавшейся Ипполитой, обсуждали в основном саму Хелен и то, как ловко она одолела разом четверых. При этом Ипполита бесстыдно привирала, значительно преувеличивая заслуги Хелен и опасность её противников. Главным оказалась нехватка стульев.

Конечно, не сам этот факт, а его объяснение. В Шпиле вовсе не случился дефицит мебели. Попросту большинство амазонок приходили со своими сидениями. В качестве которых использовались рабы. Разумеется, исключительно мужчины. Некоторые выглядели вполне благополучно — конечно, не считая рабского смирения и страха перед хозяйками. Другие щеголяли побоями, шрамами, едва поджившими ранами и даже отсутствием конечностей. Заметив второго раба без ступней и третьего без пальцев, Хелен решила больше не приглядываться, уставившись в тарелку.

Впрочем, за столом Ипполиты рабов было меньше, и выглядели они, кажется, получше. По крайней мере, Хелен постаралась себя в этом уверить.

Четвёртый стол, размером поменьше, пустовал. Заметив интерес Хелен, Ипполита сообщила:

— Наши хозяйственницы предпочитают есть у себя, в общей зале собираются только по праздникам.

Ничего этим, впрочем, не объяснив. Но Хелен и не стала настаивать.

Зато наконец удалось кое-что разузнать о мире. Местами даже больше, чем хотелось бы. Амазонки постоянно срывались с общих пояснений на пересказ конкретных случаев, не брезгуя побахвалиться своими подвигами и заслугами сестёр. Некоторые при этом поглядывали на Хелен с интересом, по мнению девушки явно выходящим за рамки дружеского или сестринского. Впрочем, делать какие-то намёки или распускать руки они не пытались, а за просмотр, как известно, денег не берут. Оставалось надеяться, что так продолжится и дальше, поскольку обнаружить среди ночи в своей постели бойкую поклонницу Хелен совсем не хотелось. А так как спать придётся в общей казарме, оградиться от подобного запертой дверью никак не удастся.

Девушка убеждала себя, что это жестокий мир, в котором тем, кто хочет выжить, так или иначе самим приходится стать жёстче. Но это оправдание даже в мыслях звучало довольно жалко. Особенно после выражения благодарности новенькой за сытный обед. На брякнувшую это амазонку тут же начали коситься и шикать, но Хелен уже поняла, откуда взялось мясо. Значит, трупы оттащили не для заметания следов, как она сперва подумала. И впрямь, от кого тут прятаться?

Судя по рассказам, что городская стража, что королевская гвардия занимались чем угодно, только не защитой мирных граждан и расследованием преступлений. Личная безопасность оставалась собственной заботой каждого отдельного гражданина. В том числе и внутри Шпиля, что стало ясно после завязавшейся за соседним столом драки, которую никто даже не попытался разнять. Так что обещание Ипполиты не давать в обиду выходило просто пустыми словами.

Но по крайней мере, у Хелен появилась крыша над головой, еда — пусть даже весьма неприглядного происхождения и вкуса, — кое-какая одежда, меч и некоторая степень защищённости от внешних угроз. И не было альтернатив. А при выборе между воительницами-мужененавистницами и всеми остальными она предпочитала уже немного согретое место.

Другой проблемой стали пока непонятные Хелен подковёрные игры между фракциями амазонок, которых было то ли три, то ли четыре — кем являются один раз упомянутые хозяйственницы, девушка так и не выяснила. Уже несколько раз за день к ней подходили незнакомые воительницы и предлагали сходить потренироваться, поболтать, осмотреть Шпиль или взглянуть на город из окна, из которого открывается замечательный вид и о котором другие даже не подозревают. Сопровождающая Хелен амазонка из числа подручных Ипполиты никак этому не препятствовала и не комментировала.

— Новенькие сами решают, с кем тусоваться, мы никого не неволим, — соизволила сообщить она, после чего на все расспросы на эту тему только пожимала плечами.

Хелен твёрдо решила держаться компании Ипполиты. В её фракции, по крайней мере, большинство одевались нормально, в самую простую одежду, разумеется, мужского покроя. А представительницы других кто гремел частями доспехов, частично самодельных, частично с горем пополам подогнанных под размер, кто, напротив, рядился совсем не по-воински, а будто дешёвые шлюхи. Одна из замеченных Хелен дамочек вовсе щеголяла обтягивающим то ли кожаным, то ли латексным костюмом, закрывающим тело по горло, при этом оставляя грудь полностью обнажённой. Поди, к нему и маска прилагается…

Изучить весь немалый Шпиль за день не представлялось возможным, особенно учитывая совершенно безумную планировку. Ни один этаж не повторял другой, коридоры вели в разных направлениях, изворачиваясь порой под немыслимыми углами, комнаты тоже были разного размера и располагались по разные стороны. В некоторых местах явно не хватало дверей, хотя заложенных проёмов Хелен вычислить не смогла, все стены были выложены совершенно одинаковым розовым кварцем, ну а синеватые прожилки прерывались и начинались вовсе безо всякого порядка. Но если нет замурованных комнат, значит, там стены толщиной в несколько метров! А это совсем уж идиотизм какой-то. Впрочем, когда на очередном этаже вовсе не обнаружилось лестницы наверх, Хелен убедилась — идиотизма тут хватает.

— Вторая лестница парой этажей ниже, ведёт сразу наверх в обход промежуточных этажей, — поведала сопровождающая. — Хочешь продолжить осмотр?

От этого щедрого предложения Хелен немедля отказалась. Всё равно самостоятельно найти какое-то из ранее виденных помещений она не сумела бы даже под дулом пистолета, несмотря на фотографическую память. План помещений в любой момент по желанию готов был возникнуть перед глазами, но вот как по нему ориентироваться, оставалось загадкой. Не те навыки подопечной заботили доктора Джексона, ох, не те…

Впрочем, некоторые навыки, которые профессор то ли счёл уместными, то ли не позаботился об их удалении, очень пригодились в тренировочном зале. Бросая очередную спарринг-партнёршу через плечо или бедро на несколько метров, Хелен каждый раз жалела, что не воспользовалась этими умениями против грёбаного докторишки. Чего стоило свернуть его тощую шею, а потом изобразить убитую горем дочь… Хотя в своём умении достоверно изобразить печаль по поводу скоропостижной кончины этой мрази девушка сильно сомневалась. Но радостный смех всегда можно списать на истерику. Жаль, что «дорогой папочка» отличался предусмотрительностью и заранее подготовил несколько способов разглашения информации после своей смерти, включая банальный приложенный к завещанию и запертый в банковском сейфе диск. По его словам, имелись и другие хранилища, а рискнуть Хелен слишком боялась. Но здесь теперь пусть хоть всем раструбит, какая разница.

— Полегче, дорогая, — хлопнула её по плечу Ипполита после того, как очередная амазонка, сделав сальто в воздухе, шлёпнулась на спину и с трудом поднялась. — Не поубивай наших сестёр ненароком. В том, что ты Избранная, мы не сомневаемся, ни к чему так усердствовать. Да ещё и не всякая Избранная так может…

— Я вела здоровый образ жизни и старалась поддерживать форму, — пожав плечами, соврала Хелен.

Пусть здесь сокрытие тайны и не имеет принципиального значения, трепаться на каждом углу всё же не стоит. Лучше пока притворяться Избранной, но при этом соблюдать строгую диету. Новость о вызываемых едой трансформациях девушку чрезвычайно удивила. Хотя новоявленные соратницы только посмеялись над её лёгким шоком, Хелен как доверенная помощница гениального, хотя и аморального, генетика прекрасно знала, что никакая пища мутации вызвать не может. Да и не могут генетические изменения в одночасье преобразить человеческое тело. Даже доктор Джексон, безусловно и впрямь заслуживающий Нобелевскую премию, а то и парочку, не смог перестроить человеческий геном всего лишь для отращивания новых конечностей, не говоря уж о большем. По крайней мере, что касается людей, родившихся с нормальными генами. Зато в генетическом конструировании на эмбриональном периоде преуспел.

Но если местные трансформации из-за неправильного питания являются не генетическими, то какими? И окажется ли им подвержена сама Хелен? И что такое Избранность? Что вызывает её? Как найти ответы на эти вопросы, девушка пока не представляла. И экспериментировать на себе не планировала. Пусть ради научного интереса старается и рискует кто-нибудь другой. Хоть тот же Генри Джексон. А ей достаточно оставаться начеку и не жрать что попало. По крайней мере, пока не представится возможность узнать больше за чужой счёт.

* * *

Возможность представилась на второй день. Но совсем не так, как представляла это Хелен. Она надеялась, что кто-то всё же владеет если не всей полнотой, то стратегически важной частью информации и рано или поздно удастся с таким человеком поговорить. Видеть своими глазами, как эту информацию получали, девушка вовсе не стремилась.

Стоило почувствовать себя более уверенно после спокойно прошедшей ночи, привыкнуть к обществу «сестёр» и начать смиряться с их привычками и образом жизни, как едва вырисовавшаяся на горизонте идиллия покатилась под откос. И кой чёрт дёрнул Хелен поддаться то ли любопытству, то ли сочувствию ближним и поспешить на отдалённые крики, девушка и сама не знала. Но пройти мимо лестничного проёма, из которого доносились вполне однозначные звуки, она не смогла. Сюда сопровождающая её вчера не водила, хотя этот этаж точно входил в маршрут экскурсии.

При виде пыточной Хелен даже не удивилась. Этого стоило ожидать. Вряд ли амазонки калечат рабов в общих казармах или своих комнатах. Так что без специализированного помещения не обойтись. Удивляло то, что среди жертв были женщины, мужчины же определённо не входили в число рабов, большинство полностью или почти утратили человеческий облик. История про мутантов оказалась не шуткой или розыгрышем новенькой, на что Хелен особо и не надеялась. Но здоровенные мускулистые туши с серой кожей, которую уместнее назвать шкурой, и скалящиеся острыми клыками длиннолапые твари, слегка смахивающие на придурковатого приспешника Лорда-Коммандера, всё равно стали для неё сюрпризом. Да и происходящее при более внимательном рассмотрении не сильно походило на пытки. Конечно, развлечениями бы подобное мало кто назвал, даже для извращённой оргии уже перебор. Но несколько скованных цепями тварей и впрямь спаривались с закованными в колодки женщинами, а те, за исключением одной, даже не выражали протеста, стоически снося творимую с ними мерзость.

— О, милочка, какими судьбами? — проскрипела одна из амазонок.

По крайней мере, Хелен причислила её к амазонкам, поскольку женщина была вполне свободна и явно распоряжалась происходящим при содействии четвёрки товарок. Но ни военной выправки, ни боевитости и задора во взглядах ни у одной из пятерых не наблюдалось. Передвигались они чуть сгорбившись, будто готовились в любой момент начать кланяться или просто привыкли к помещениям с низкими потолками. И одежда странная, непригодная для боя, если эти сшитые из разноцветных тряпок, хотя и строго тёмных тонов, обёрнутые вокруг тел куски ткани вообще стоит причислять к одежде.

— Продукты на завтрак уже отправлены, обед ещё не скоро, — тем временем продолжала женщина. — Так чего явилась? Неужто вступить в хозяйственный отдел решила? Со всеми остальными рассорилась?

Хозяйственный отдел, обслуга — так вот, кто такие «хозяйственницы». Об очевидном Хелен и не подумала. Но происходящее мало походило на процесс готовки.

— Я крики услышала, пришла посмотреть, — сообщила она. — Думала, вдруг напали на кого. Но раз всё в порядке…

— Спешишь? Торопишься? Брезгуешь? — хихикая после каждого слова, спросила хозяйственница. — Новенькая? А Избранная? А то далеко можешь не уходить.

По кивку в сторону пленниц стало понятно, почему они попали в число жертв, а не вошли в ряды амазонок. Не Избранные. А значит, простые слабые женщины. Бесполезные в бою. Вот вам и женское сестричество, единство против патриархата и шовинизма. Хороша сказочка была, да недолго сказывалась.

— Ты не боись, если сама чего лишнего не наешься, протянешь ещё какое-то время, — словно мысли прочла странная женщина. — Хотя рано или поздно все попадают. У кого души нет, тем всем туда и дорога. На мясо да на молоко. Чего ещё с них взять.

— Души нет? — скептически переспросила Хелен. — А у вас, значит, есть? И кто это определяет?

— Ты дура, что ли? — перестала хихикать женщина. — Избранный — с душой. А на нет — и суда нет. Чего непонятного-то? Это раньше не понять было. А тут, в этом мире, всё сразу ясно.

— Тёмном мире, — с подвыванием протянула из угла другая.

— Ага, тёмный мир, где сразу выявляется свет душ, — назидательно подняв палец, подтвердила первая. — Великий знает, Великий видит, Великий явит.

Остальные четверо хором повторили слова про Великого, как молитву или мантру.

— Я-то точно Избранная, любую спросите, — с нарочитым высокомерием заявила Хелен, махнув рукой в сторону лестницы. — Но и вправду новенькая. И душ пока не видела.

— Покажем, покажем, чего б не показать.

Приговаривая, хозяйственница подошла к металлическому столу, на котором лежало тело мужчины, в отличие от живых — вполне человеческое. Привычно подхватив уложенный рядом топорик, она в несколько ударов раскроила покойнику череп и без капли брезгливости засунула пальцы прямиком в мозг. Хелен стоически терпела зрелище, не морщась и не пытаясь отвернуться. Не каждый день душу показывают. Хотя при мысли об этом девушка с трудом сдерживала усмешку. Душа, ну додумались! Вот ведь варварство. Похоже, эти то ли служанки, то ли жрицы из местных, дикарки средневековые. Хотя Ипполита ведь говорила, что среди местных Избранных не бывает… То ли эти бабы склонны к самообману, то ли одна из трёх предводительниц амазонок что-то напутала.

К удивлению Хелен, жрица таинственного Великого и впрямь смогла продемонстрировать материальный объект, который почему-то считала душой. Но с чего вдруг этот жгут из золотистых и серебристых проволочек сочли материальным воплощением мистической сущности человека? Разве что из-за того, что он неведомым образом оказался внутри мозга… И видимо, этот случай был не единственным.

В кибертехнологиях Хелен ничего не смыслила. Но жгут определённо должен был быть каким-то имплантатом. Жаль, по расколотому черепу теперь не определить, подвергался ли покойник каким-то операциям. Хотя при достаточном уровне технологий имплантация могла проводиться и безоперационным путём, через ухо, ноздрю или глазную впадину, например, если каждая «проволочка» вводилась отдельно. Впрочем, это уже какая-то научная фантастика. Но учитывая попадание в другой мир — уже ничего нельзя исключать. И что угодно будет более вероятным, чем материализация души.

— А что же вы и наделённых душой не щадите, не только бездушных? — указала девушка.

— Не я его убивала, — пожала плечами жрица. — Да и что значит физическая смерть, душа-то вот она, целёхонька. Сольётся с Великим, как и положено.

— Так ведь он мужиком был…

Женщина презрительно фыркнула.

— Плевать на этих глупых девчонок. Что они понимают. Бабы, мужики — перед Великим все едины!

— А я могу увидеть Великого?

— Только один раз, — по-птичьи склонив голову набок, сообщила жрица.

Хелен кивнула, потом покачала головой и на всякий случай всё же отказалась вслух. Ну их, этих фанатичных верующих. Тут двойной трактовки быть не может: увидела бога — можно и помирать.

— Как хошь, как хошь…

Женщина отмахнулась от незваной гостьи и вернулась к своим делам, более не обращая на Хелен внимания. Но девушка не спешила уходить. Не потому, что происходящее вдруг начало нравиться, отнюдь. Уж лучше всё увидеть за один раз, чем потом возвращаться.

Жрица приблизилась к одной из насилуемых чудовищным троллем женщин и начала самым натуральным образом доить. Та не обратила на это внимания, как не реагировала и на действия монстра. Присмотревшись, Хелен решила, что пленница всё же не беременна, уж, во всяком случае, не на той стадии, когда должно появляться молоко. Недавно родила? Надо будет спросить Ипполиту о детях в Шпиле… Что есть человечину придётся, уже стало понятно. Но не младенцев же!

— Ты только посмотреть хочешь? Или поучаствовать?

Хелен едва не подпрыгнула от неожиданности. Так засмотрелась на «доярку», что не заметила, как подошла другая жрица.

— Да нет, спасибо, я пас.

— Ясное дело, не актив, — хихикнула та. — А ребятки-то просто ух, покруче душевных мужиков. Ими и девочки Мегеры не брезгуют. Ты не из её кодлы?

Хелен покачала головой. Мегерой звали предводительницу другой фракции амазонок. Похоже, самой чокнутой. Хотя к тому же выводу она пришла и раньше, по одним только их нарядам.

— А зачем всё это?

— Что зачем? Молоко? — не поняла жрица. — Пить. Готовить там разное…

— Нет. Спаривание.

— Пользительно, — пожала плечами женщина. — А то молоко пропадёт, деградация начнётся.

Хелен удивлённо моргнула. Не ожидала она услышать от псевдосредневековой жрицы местного непонятного бога словечко вроде «деградации». Видать, нахватались от попавших из других миров. Жаль, здравого смысла не набрались. Собирательницы душ нашлись, надо же!

Решив, что с неё уже достаточно, Хелен пробормотала что-то невнятное в качестве прощания и поспешила прочь. Весь оставшийся день она слонялась по коридорам Шпиля, ограничиваясь, впрочем, обжитыми помещениями и не суясь в тёмные закоулки. Как назло, Ипполита с утра отправилась в какой-то дозор, а больше попытаться расспросить было некого. Да и предводительница фракции-то не факт, что станет откровенничать с новенькой, пусть сама же её и привела.

Мысли Хелен не покидала так называемая «душа», делающая человека Избранным — именно в такой последовательности, вопреки утверждениям жриц. Есть ли у неё самой в голове такая штука? Или ей суждено превратиться в очередную дойную корову, стоит только съесть что-то не то? А ведь она уже ела хлеб! Об этом-то совсем и не подумала! Из чего его пекут? Из какого зерна? Оно заражено? Как быстро начинается и происходит трансформация? Сколько для этого нужно съесть? Есть ли некая критическая масса продуктов? И об этом амазонок даже спрашивать нельзя, они же все Избранные и её считают такой же! Так что вряд ли даже задумывались над такими вопросами. Хотя могли экспериментировать на рабах…

Девушка уже начала подумывать, как бы разузнать, где она может раздобыть раба, не являющегося Избранным, чтобы проверить влияние местной еды на нём. Но не успела взвесить все аргументы за и против такого решения, как, выскочив из-за очередного поворота, наткнулась на тех, кого никак не ждала здесь встретить. Сам Лорд-Коммандер и его острозубый прихвостень…

— Ну привет, Барби стероидная, — прокаркал Коммандер Корвус.

2.6. О монстрах и людях

Рэнди откинулся в плетёном кресле и открыл книгу. Он никогда не был любителем почитать, но чем тут ещё заняться. Весь день приходилось прятаться в подвале, выбираясь на улицу в основном по ночам. Впрочем, несколько раз он всё же совершал дневные вылазки — после того, как раздобыл себе местную одежду, стащив вывешенное на просушку бельё.

Трудно притворяться местным в небольшом городишке, где едва ли не половина населения друг друга знает. Приходилось осторожничать в разговорах, отделываясь неопределёнными ответами о том, где живёшь и зачем пришёл в чужой район. А то укажешь конкретный дом, а окажется, что собеседник с его хозяевами каждые выходные в карты играет.

Впрочем, кажется, у них тут ни карт нет, ни выходных. Большинство вовсе не работает. А зачем, когда еду выдают бесплатно, какую-никакую одежду тоже, пусть не нарядную. Сиди себе и плюй в потолок весь день. Странно, что детей в городе не так уж много, казалось бы, чем тут ещё развлекаться, кроме как плодиться и размножаться. Возможно, в баланду добавляли какие-то препятствующие зачатию вещества. Но ведь дети всё же рождались…

Впрочем, при отсутствии медицинского обслуживания, возможно, большинство умирали в младенчестве. Ну вон у Люси было двое братьев, значит, с плодовитостью всё же порядок.

При воспоминании о семье своей сожительницы Рэнди передёрнуло. Перед глазами сразу всплыла картина закапывания в огороде расчленённых тел гоблинов. И о куче костей, найденных в той самой пещере, где он ныне расположился. Да уж, порядок тут пришлось наводить долго. Зато сейчас получилась почти жилая комната, освещаемая разросшимся по стенам фосфоресцирующим мхом, в свете которого вполне можно читать.

Обстановка, конечно, спартанская. Но предметы роскоши в этом мире редкость, остаётся радоваться, что удалось стащить хоть что-то. А все вещи, кроме тех, что он перетащил в подвал из дома Люси, пришлось именно украсть. В том числе и книгу. Хотя вообще непонятно, зачем книга на английском языке была нужна местным жителям. Люси прочесть её не смогла.

А жаль, книга оказалась очень хороша. Рэнди даже жалел, что не читал её раньше. Какие мысли верные, общечеловеческие. Даже его текущему положению соответствуют. Он перелистнул страницу и прочёл:

«Человеку нужно, чтоб кто-то живой был рядом. Можно сойти с ума, ежели у тебя никого нету. Пускай хоть кто-нибудь, лишь бы был рядом. Я тебе говорю! Я тебе говорю: жить в одиночестве очень тяжко!».

Он вздохнул. Хорошо, что рядом есть Люси. Вот уж точно «хоть кто-нибудь». Поговорить с этой бабой абсолютно не о чем, тупая как табуретка. К тому же шуток не понимает. Зато хорошо готовит, красивая и в постели творит чудеса. И огородничает ещё… Сумасшедшая людоедка-нимфоманка, затрахала уже! Да уж, недостатков у неё определённо больше, чем достоинств…

Но другой компании у него нет. Кроме Йориков…

Он поглядел на полку с черепами. Найденные кости он отволок подальше и покидал в перекрывающую тоннель густую липкую паутину. К счастью, какой бы гигантский паук ни сплёл эту сеть, на её замусоривание он не отреагировал и не объявился, так что Рэнди вздохнул с облегчением. А вот черепа жертв людоедской семейки он зачем-то сохранил. Как напоминание о том, что Люси вовсе не такая милая и безобидная, какой кажется, а может, из уважения к погибшим. Хотя тогда уж стоило бы их похоронить. Но не в огороде же закапывать, а тащить мешок с костями за город… Нет, настолько далеко уважение Рэнди к невинно убиенным не простиралось.

А ещё внутри нескольких черепов нашлись какие-то странные проволочные жгуты, сплетённые из тонких серебристых и золотистых металлических нитей. Их Рэнди тоже сохранил, вдруг и правда из драгоценных металлов. Правда, одну проволочку, похоже, Люси утащила: было четыре, а осталось три.

Да, не о такой жизни он мечтал. Хоть и подумывал порой когда-нибудь, разбогатев, купить домик в маленьком городке и жить тихой идиллической жизнью. Но в роскоши и со всеми удобствами, а не в подвале с заросшими мхом стенами и гоблинами по соседству. Хороша идиллия и покой, когда стоит высунуться на улицу и ляпнуть кому-нибудь что-то не то, мигом набежит стража и утащит в подвалы Башни, к великому и ужасному Лорду-Коммандеру.

Все идеи замутить какую-нибудь аферу тоже были отброшены из-за тупости местной деревенщины. Да и на что их разводить, если у половины ничего ценного вовсе нет. А какие хорошие были планы, от банальной организации казино до более специфичных методов отъёма средств у населения. Что поделать, лучшие планы мышей и людей часто идут вкривь и вкось.


Из тоннеля донёсся подозрительный шум. Впрочем, с точки зрения Рэнди, подозрителен был любой шум, если шумят там, где никого не должно быть. Он поспешно схватил в одну руку мясницкий тесак, а в другую длинный нож с узким лезвием, кажется предназначавшийся для потрошения рыбы. Хотя здесь весь набор профессионального шеф-повара, неведомо как оказавшийся в доме Люси, использовался для разделки только одной добычи…

Ну если окажется, что Люси наврала и братьев у неё не двое, а больше… Или что те твари вовсе не были её роднёй, а вот их родственнички как раз сейчас решили заявиться на семейный ужин… Нет уж, Рэндольф Хьюз не станет главным блюдом на этом пиршестве!

— Солдаты, за мной! — во всю глотку заорал он. — Оружие наизготовку! Стрелять на поражение!

Пусть он теряет эффект неожиданности, но вдруг уродцы перепугаются и сбегут… Если эти твари вообще понимают человеческую речь и не слишком оголодали, чтобы отбросить всякий страх. Но ведь Люси с ними договаривалась, и на рожон они не лезли.

— Бля, там засада! — донёсся в ответ вполне человеческий голос. — Костян, валим!

— Сразу видно, кто прогуливал уроки тактики, Макс, — спокойно произнёс другой. — Засада, о которой предупреждают? Засада в перегороженном проходе? Тут обитают странные ребята, но не настолько тупые. И за нами даже не гнались толком. А теперь опередили и перекрыли все выходы? Они тут с мечами ходят, думаешь, у них есть рации или телефоны?

Рэнди сдержал стон недовольства. Ладно, его блеф раскрыли. Гораздо важнее, что это люди, а не монстры. Причём минимум один — весьма здраво и логично мыслящий. К тому же эти парни явно не в ладах с местной властью. А значит, Счастливчик Ранд вполне может найти с ними общий язык.

Рэнди двинулся по тоннелю, впрочем не выпуская оружия и держась настороже. Но не успел он высунуться за очередной поворот, как кто-то схватил за руку, вывернул и подсечкой отправил на пол. Другой наступил ногой на вторую руку, заставив Рэнди вскрикнуть от боли.

— Полегче, Пит! — прикрикнул тот, что придавливал Рэнди к полу.

Нога мигом поднялась, попутно пнув в сторону выпавший из ладони нож. Отобрав и тесак, нападавший отпустил Рэнди и отступил. Поднявшись, он наконец смог осмотреть незваных гостей.

Четверо, одеты вполне современно, за исключением дурацких шейных платков чёрного цвета. У всех перекинутые через плечо одинаковые рюкзачки, а на поясах ножи.

— Ну, добро пожаловать, раз пришли, — поприветствовал Рэнди.

— А ты храбрец, — хмыкнул высокий брюнет, видимо, главный из четвёрки. — Один пошёл, хотя ждал, похоже, кого-то пострашнее нас.

Он кивнул в сторону разрезанной паутины и продолжающегося за ней тоннеля. Значит, они успели по дороге встретить гоблинов. И устранили преграду на их пути. Вот спасибо, удружили.

— Да прикопал тут троих в огороде, думал, родня на поминки пришла, — пробурчал Рэнди. — А вы кто такие и откуда?

— Константин, — представился собеседник. — А это Макс, Пит и Лёха.

— Русские, что ли? — с подозрением оглядел их Рэнди, вспоминая, как пересёкся однажды с парочкой русских и едва ноги унёс потом. Впрочем, те были бритоголовыми татуированными амбалами, а эти вроде как нормальные люди выглядят.

— Это проблема? — вскинул бровь Константин.

— Только если при проигрыше в карты обвиняете победителя в шулерстве и кидаетесь на него с ножом, — пожал плечами Рэнди. — Меня Ранд кличут.

— От Рэндом или от «рандом»?

— А в чём разница? — не понял Рэнди. — Вообще, маменька Рэндольфом нарекла, но, кроме неё, меня так никто с раннего детства не звал.

— Окей, Ранд, как скажешь. Так пригласишь нас или… — Константин покосился на паутину.

Ага, уйдут они, как же. Рэнди даже не сомневался, что в случае отказа в тоннель вытолкают его. И хорошо, если при этом не пырнут. Поэтому он только приглашающе махнул рукой и первым пошёл в сторону обжитого подвала.

— А насчёт того, откуда мы, — не забыл про вопрос Константин, — это сложный вопрос. И для начала неплохо бы понять, где мы. Просветишь?

— Да чтоб я сам знал, — хмыкнул Рэнди. — Может, вместе разберёмся.

* * *

Люси бегала за едой трижды, на разные пункты раздачи, и всё равно порции пришлось делить пополам. Впрочем, безвкусная бурда не вызывала никакого аппетита, так что никто не стал жаловаться на её нехватку и просить добавки. Процесс вялого ковыряния в этом жалком подобии еды сопровождался куда более интересным и важным обменом информации. Конечно, более интересным для незваных гостей, чем для Рэнди.

Для него история прибытия кадетов в Пандемониум была не более чем занимательной байкой. Такие регулярно во всяких фантастических журнальчиках печатают, которые Рэнди когда-то, как и все подростки, почитывал. Альтернативный мир, где все страны, объединив усилия, готовят команды первопроходцев для колонизации Марса? Ну прекрасно, тут вам и патриотизм для всех, общепланетный, и всеобщая дружба народов, и Великая Идея, вдохновляющая детей и идеалистов, и намечающиеся подвиги и приключения. В тираж, немедленно!

Но они-то сидят в крохотном городишке, где на цивилизацию и современные технологии нет даже намёка, зато по канализации бродят чудовища, которые в лучшем случае тебя сожрут, а в худшем — это тебе придётся жрать их жёсткое и вонючее мясо, чтоб не подохнуть с голоду. И при этом плевать, что где-то в Нью-Йорке можно купить баночку холодной «Колы» за пятнадцать копеек! Что тот альтернативный Нью-Йорк, что вполне привычный Рэнди Бостон где-то там, за Гранью, вне досягаемости. Вместе с «Колой», гамбургерами и чипсами. И плевать, сколько они стоят, хоть по сотне баксов. Внушительная пачка банкнот, спрятанная у Рэнди под матрасом, тут сгодится только на подтирание задницы, так что он с радостью отдал бы её всю за одну баночку хоть «Колы», хоть «Пепси», даже подогретой. Так что весь энтузиазм Кости, повествующего об этом с блеском в глазах, прошёл втуне.

Ну а остальное, рассказанное ребятами, сводилось к «попали, на нас напали, мы сбежали». К тому же сам Костя почти ничего не видел и не слышал, отсиживаясь в автобусном туалете, а остальные трое рассказчиками оказались паршивыми.

Где четвёрка нашла вход в подземные тоннели, Рэнди в итоге так и не понял. Чего-то ребята недоговаривали. Посреди улицы тут канализационных люков нет. А если они прошли через чей-то подвал, то, похоже, договориться мирно с жильцами не смогли, а то и вовсе не пытались.

Мнение о том, что эти парни отнюдь не мирные граждане, укрепило их спокойное восприятие новости о людоедстве. Как ни пытался Рэнди выражаться обтекаемо, дурочка Люси едва ли не созналась, что сама человечинкой не брезговала. Но «пионеры» только переглянулись и пожали плечами.

— Тут как в космосе на корабле, — сказал Макс. — Если случилась авария и ресурсов на всех не хватает, численность экипажа необходимо сократить. Конечно, в экипаже это должно быть добровольно, но тут у людей нет командного духа, все сами за себя. Так что выживает наиболее приспособленный.

Рэнди не стал спорить, тем более возразить ему, по сути, было нечего. Но мысленно сделал заметку не становиться для этих парней обузой. Иначе мигом в шлюз выкинут.

Рассказ Рэнди тоже не блистал подробностями. О политическом устройстве города ребята за час узнали больше, чем он за всё время своего тут пребывания. Если про Её Величество и Лорда-Коммандера он слышал, то существование некоего Храма стало новостью. То ли народ тут не религиозен, то ли в этом Храме проповедей по воскресеньям не читают. И неудивительно, ведь тут и воскресений-то нет, кажется, даже календарь не ведётся — по крайней мере, простыми гражданами, для которых один день мало чем отличается от другого.

Удивительной для всех стала первая реакция Люси, при виде Кости в панике шарахнувшейся к двери. Её успели перехватить и, с трудом успокоив, втолковать, что Костя — вовсе не Лорд-Коммандер, за которого дурочка с первого взгляда его приняла. Рэнди только пальцем у виска покрутил, уже привыкнув к закидонам подружки, а вот трое остальных подтвердили, что тоже заметили некоторое сходство. Впрочем, им рассматривать чьё-то лицо было некогда, парни предпочитали уделить время оценке общей диспозиции бойцов и просчитать тактические возможности. А кто там на кого похож — какая разница? Перепутать-то точно не смогли бы, как-никак, этот Коммандер старше минимум раза в полтора. Ну а Люси единственный раз могла его внимательно рассмотреть лет десять назад, во время получения титула, и хорошо запомнила как раз из-за важности и торжественности момента.

— А было бы забавно совершить подмену и занять его место, — хмыкнул Костя. — Жаль, его подчинённые тоже вряд ли обознаются. Они-то его часто видят лицом к лицу, а не смотрят из-за угла, как он пробегает мимо по улице. Ну да ладно, даже если он мне какой-нибудь троюродный дядя, толку с этого.

— Можешь при случае представиться Коммандером перед кем-то, кто с ним редко контактирует, — предложил Пит. — Ещё бы куртку с вороном, похоже, это у него вроде опознавательного знака.

— И начать можно с продовольственного склада, — заметил Макс, с омерзением отодвигая опустевший поднос. — На этой дряни я долго не протяну.

— Нету тут продовольственных складов, — вздохнул Рэнди.

— А проблема с едой есть, — согласился с приятелем Костя. — И овощи жрать нельзя, пока не выясним, Избранные мы или нет. А для этого сперва надо выяснить, что такое эта Избранность вообще, как определяется и чем характеризуется, кроме неподверженности мутациям.

Он пристально уставился на Рэнди. Тот пожал плечами.

— Пока не превращаюсь. Не знаю, как быстро это происходит. Ну, Избранность — это сила и боевые навыки, как я понял, — он покосился на Люси, та кивнула. — Хотя я не заметил за собой… А вы и так тренированные.

— Остаются люди, — обронил молчаливый Лёха.

— Не пройдя преисподни, нам не выстроить рай, — протянул Костя. — А люди тут в любом случае готовы жрать друг друга.

— Людоеда людоед приглашает на обед, — рассмеялся Макс.

Они начали расспрашивать Люси, как она заманивала свои жертвы и как их готовила. От обсуждений блюд из человечины у Рэнди желчь подступила к горлу, и, отговорившись необходимостью осмотреть тоннель с паутиной на предмет заделывания дыры, он отправился вниз. Никаким осмотром заниматься он не стал, что там сделаешь. Закидать чем-нибудь… Видимо, костями будущих жертв компашки новоявленных каннибалов. Так что он просто уселся в своё кресло и взялся за книгу.

«Иногда сидишь вот так, один-одинёшенек, задумаешься, и некому тебе сказать, что правильно, а что нет. Или увидишь чего, но знать не знаешь, хорошо это или плохо. И нельзя обратиться к другому человеку да спросить, видит ли он то же самое. Ничего не поймёшь. И объяснить некому».

О, Рэнди как раз мог бы им сказать! Очень даже мог бы… После чего превратился бы в первое блюдо. Нет, «хорошо» и «плохо» у него с этими ребятами явно разные. Праведником он себя бы в жизни не назвал, но всему есть предел. Не так мамаша Хьюз воспитала своего сыночка, чтоб он человечину лопал да нахваливал! Но четырёх тузов бьёт только кольт. Значит, придётся блефовать. А умением держать лицо при игре в покер в этом городке вряд ли кто-то сможет потягаться со Счастливчиком Рандом.

Услышав через некоторое время сверху характерные постанывания, Рэнди только поудобнее откинулся в кресле и перелистнул очередную страницу. Значит, Люси с ними поладила по-своему. Ну и на здоровье. Пусть себе развлекаются ребятки. Ещё видно будет, кто в итоге возьмёт банк, а кто окажется без штанов в самый неподходящий момент.

2.7. Поход в Шпиль

— Ну и дела…

Коммандер не прервал своего занятия и не обернулся на голос. Как бы Сэт ни крался, ему не удалось остаться незамеченным. Двери не смазаны не от лени и безалаберности, а из предосторожности. Да и кожаный костюмчик змеёныша по-прежнему скрипит.

— Вот уж не думал, что ты спортсмен, — не обратив внимания на игнорирование, продолжил Сэт. — Только ты не ту руку тренируешь, сломана ведь была ключица правой.

— Поучи змей яйца высиживать, — огрызнулся Корвус, продолжая подтягиваться на левой руке. — Чего надо? Обед не скоро. Текила на столе, в столе, в шкафу и под кроватью. Угощайся, а лучше забирай и проваливай.

— Фу, какой ты сегодня грубый. А ведь помочь обещал…

Коммандер выпустил перекладину, взял полотенце и принялся вытирать пот.

— Брысь из моей комнаты, подожди в кабинете.

Сэт пожал плечами, но всё же послушался. Корвус беззвучно выругался, отбросил полотенце и повёл рукой, проверяя, как ощущается недавний перелом. Хотя кость уже срослась, он всё же старался излишне не напрягать руку. Не у всех живучесть, как у Сэта, чтоб на третий день уже разминать травмированную конечность, умничать он тут ещё будет. Впрочем, если не придётся держать кого-нибудь за шиворот, свесив из окна, то всё должно быть нормально. А если придётся — на это есть левая рука.

Вот ведь приспичило змеёнышу. Сколько лет сидел и не рыпался, а теперь как на пожар торопится. А ведь даже не уверен, что впрямь видел свою подружку среди амазонок в толпе при явлении нового Стража. Да и не подружка она ему, по сути, исходя из рассказанной истории. Но раз пообещал помочь, придётся выполнять. И чёрт дёрнул согласиться, всё выпитое пиво виновато.

— Ну так какой план? — спросил Сэт, стоило Коммандеру переступить порог кабинета.

— Войти, найти, забрать, уйти, — ответил Корвус, отбирая у незваного гостя бутыль текилы и делая глоток прямо из горла. Варварство, конечно, так текилу пить, не водка же, но где тут лимон или тем более лайм найти. — А на обратном пути зайти на кухню и раздобыть соль.

— И отпраздновать успех миссии, ужравшись до поросячьего визга? — предположил Избранный Чёрного Замка.

— Или залить горе, по обстоятельствам. То есть план тебя устраивает?

— А то, — хмыкнул Сэт. — Я обеими руками за минимализм. Чё мы, хуже Цезаря?

— Ага, лавровых венков только не хватает, — вздохнул Коммандер. — Ты кирку взял?

— Неа, лучше, — заверил Избранный, вытаскивая из кармана мятую бумажку и расстилая на столе.

— Только не говори, что это рисунок кирки…

— Это план тоннелей, — удивлённо вытаращил глаза Сэт. — Проход я уже пробил, чего зря время терять. Даже не один проход, все стены, какие мог, все проломил. Выбирай маршрут, запоминай повороты, в случае быстрого отхода пригодятся.

— Быстрого отхода, — передразнил Корвус. — Говори прямо: если придётся драпать.

Он склонился над бумажкой с кривыми каракулями. Места, где были перегородки, Сэт пометил крестиками на линиях. Вряд ли в таком убогом плане могла идти речь о масштабе, но всё же разное расстояние между линиями коридоров напомнило Коммандеру о том, что он и сам замечал прежде: между некоторыми тоннелями определённо должно было находиться что-то ещё. Если только стены толщиной не три-пять метров, а то и больше. Что, впрочем, тоже не исключалось. Но, учитывая их прочность, это уже было бы излишней перестраховкой.

— Где-то там ещё трубы должны быть, — пробормотал Коммандер.

— В стенах они, — сообщил Сэт. В свою очередь насладившись видом вытаращенных от удивления глаз собеседника, продолжил: — Граница Завесы почти до Чёрного Замка доходит, там стену в тоннеле отрезало, и оттуда баланда подтекала. Я на самом краешке проверил, сначала палкой, потом рукой. Трубу нащупал. Отрезанную. Внутри Завесы трубы уже нет.

— А что есть? — насторожился Корвус.

— Муть, — как обычно охарактеризовал Завесу Избранный, не забыв и сплюнуть.

Коммандер даже не стал ругаться за оплёванный пол кабинета. Информация определённо стоила и большего, пусть хоть нагадит, если захочет. Вот ведь псих, а говорил, и близко к Грани не подойдёт. Вряд ли кто-то другой рискнул бы в это чёрное марево руки совать.

— Так что, идём, или ты ещё отжиматься будешь? — поторопил Сэт.

— Что за дурацкие подколки? Можно подумать, ты не тренируешься, чтоб быть в форме.

— Неа, — оскалился Избранный. — Я и так красавчик.

— Вот поэтому тебя даже баба заломать может, — не преминул поддеть зазнайку Коммандер.

— Тебя вообще девчонка уложила и из строя вывела, — не остался в долгу тот. — А Ламия не чета этой Барби. Можно подумать, ты бы с ней справился. И вообще, в следующий раз я её одолею. Я подкачался, хотя и не так, как ты.

— Посмотрим, — проворчал Корвус. — А девчонка тоже непроста. И странно, что город ещё на ушах из-за неё не стоит. Терминатор в юбке…

— А ты бы ей под юбку-то залез, признай, — свистяще засмеялся Сэт. — Запал ты на неё. Любишь, когда женщины тебя бьют? Ну, сейчас много кандидаток в дамы сердца найдёшь. Ух, с каким удовольствием они тебе наподдадут.

— Не выпендривайся. В случае чего, наподдавать будут нам обоим. И лучше не нарываться, со всеми амазонками мы не справимся.

— Для того мы и идём подвалами, а не через парадный ход.

Коммандер отмахнулся и сдёрнул со спинки стула куртку с вороном на спине. Глотнул ещё текилы, подумал, сунул бутылку в карман и зашагал в коридор. Сэт поспешил следом.

* * *

Корвус долго терпел косые взгляды и фырканье Сэта, но наконец не выдержал:

— Ну что тебе опять не так? Слишком медленно иду, слишком быстро или не с той ноги?

— Почему ты меч не носишь?

От праведного возмущения в голосе Избранного Коммандер чуть не рассмеялся. Вот уж таких претензий он не ждал. Сэт, несмотря на всю торопливость, посчитал нужным остановиться, развернулся, да ещё и обвиняюще указал пальцем.

— А что, это стало преступлением? — насмешливо вскинул бровь Корвус, демонстративно опираясь на прихваченное с собой копьё с длинным листовидным наконечником. — Тут все с мечами, имею я право на некоторую оригинальность?

— Я тоже оригинален! — заявил Сэт, демонстрируя весь таскаемый на себе арсенал разнокалиберных ножей.

— Ты — склад металлолома, — отмахнулся Коммандер. — Больше двух ножей в руки не возьмёшь. А для метания твои не шибко годятся. Ну не люблю я лоб в лоб биться, лучше издали закидать.

— А если противник приблизится?

— Отойду! А это, — Корвус потряс копьём, — на случай, если кто-то выскочит из-за угла и отходить будет некуда и некогда.

— Всё равно не понимаю, — пожал плечами Сэт.

— Если у меня нет меча, все сразу понимают, что фехтовать с ними я не стану, и даже не рыпаются. А совсем тупые получают нож в глотку или брюхо раньше, чем замахнутся. Так зачем таскать путающуюся в ногах железяку, когда не собираешься ей пользоваться? На службе в королевской гвардии натаскался, хватит.

— Значит, меч навевает неприятные воспоминания о службе Её Величеству, — по-своему интерпретировал Сэт.

— Его Величеству королю Эдуарду. С его супругой мы общались в неформальной обстановке, без оружия. Так что, будем стоять или дальше пойдём?

— А мы уже пришли, — объявил Сэт, указывая на раскиданные вдоль стены обломки кладки. — Кто-то тут успел пошебуршить и кирпичи растащил.

— Кирпичи? — переспросил Коммандер. — Стена казалась сплошной, как ты её вообще от других отличил? Оштукатурена была, что ли? Не похоже.

— Обмазана глиной. Ну надеюсь, что это была глина. И кирпичи, наверное, из неё же.

— Кто-то изрядно заморочился… — протянул Корвус. — А потом пришёл идиот с киркой и всё развалил…

— Рано или поздно это было неизбежно, — ничуть не обиделся Сэт. — Но кто-то довершил разрушения после меня. Кто-то большой и не любящий кирпичи.

— Нам не страшен толстый тролль, — отмахнулся Коммандер. — Мы ж не кирпичи, можем и сдачи дать.

Словно в ответ из тоннеля донёсся рёв.

— Кажется, он обиделся на толстого, — протянул Сэт.

Вышедшее из-за поворота существо и впрямь смахивало на тролля, чьё превращение ещё не завершилось. Массивный и мускулистый, а вовсе не толстый, с пока ещё вполне человеческим лицом, хотя кожа уже начала сереть и грубеть. Обычное дело, за исключением одной детали — голову существа увенчивали длинные рога, смахивающие на бычьи.

— Оказывается, в нашем лабиринте минотавры водятся, — пробормотал Корвус.

— А мы клубок не взяли! — всплеснул руками Сэт. — И чем его теперь душить?

Коммандер оглядел короткую толстую шею рогатого тролля и перевёл взгляд на Сэта, уступающего чудищу габаритами более чем вдвое.

— Ты всерьёз считаешь, что Тесей Минотавра задушил нитью Ариадны?

— Нет, но как же оригинальность?

Продолжить препирательства помешал виновник обсуждения, который с рёвом помчал на незваных гостей, опустив голову и выставив вперёд рога. Избранные, не сговариваясь, метнулись к стенам, пропуская прущую, не разбирая дороги, тушу. Коммандер бросил в спину противнику нож, воткнувшийся над лопаткой, но минотавр не обратил на рану никакого внимания.

— Неправильное копьё я взял, — буркнул Коммандер. — Надо было такое, как против конницы, с упором в землю.

— Ты б ещё гранатомёт взял. Это просто тролль, — заявил Сэт и, выхватив пару изогнутых ножей-кукри, помчался навстречу противнику.

Тролль-минотавр не оставил наглеца без внимания, попытавшись размазать по стене, но Сэт ловко проскользнул под лапищей, полоснул тварь по боку, обежал со спины, рассёк другой бок и побежал обратно, к Корвусу. Разъярённо рычащая туша топала за ним по пятам.

— Идиот! — заорал Коммандер, замахиваясь копьём.

Сэт успел даже пожать плечами, прежде чем сделал кувырок и откатился в сторону, уходя с траектории броска. Наконечник копья вошёл в грудину тролля на всю длину, так что должен был выйти со спины, но этого оказалось недостаточно. Монстр только заревел от боли ещё громче, но не остановился.

— Да твою ж мать! — рявкнул Коммандер, рванув навстречу.

Ухватившись руками за древко копья, он подпрыгнул и, сделав кувырок, перелетел через тролля и повис у него на спине, обеими руками вцепившись в рога. Которые оказались металлическими, но, к счастью, заточенными только на концах.

— Ну ты и гимнаст, — присвистнул Сэт.

Корвус не стал тратить дыхание на ответ. Он со всей силы давил на рога, ногами упираясь в спину тролля и стараясь при этом не напороться на остриё копья. Минотавр ревел и метался, пытаясь стряхнуть доморощенного наездника. Оставалось надеяться, что он не догадается попытаться впечатать седока в стену.

Что-то хрустнуло, и один рог остался в руке Коммандера. Не удержавшись за второй, он слетел на землю, основательно приложившись спиной. И едва успел откатиться в сторону из-под падающей туши.

— Ну ты даёшь, вот это родео, — заржал Сэт. — Ты что, хотел ему шею свернуть? Этакому бычаре?

— Я его отвлекал, — процедил Корвус, не собираясь признаваться, что именно это и пытался сделать. — А ты чего в сторонке стоял?

— Не хотел мешать твоим развлечениям, — преспокойно пожал плечами Избранный. — Оставишь как трофей?

Коммандер сообразил, что всё ещё сжимает в кулаке вырванный рог.

— Это просто железка. Кто-то вбил ему в башку две железки в форме рогов.

Сэт присвистнул.

— Это, наверное, больно…

— Да уж вряд ли щекотно. — Корвус пнул труп с развороченным на месте выломанного рога черепом. — Эх, хана моему копьецу…

— Остриё-то уцелело наверняка. Ну, может, погнулось…

Коммандер только сплюнул и отшвырнул рог. Ещё не хватало ворочать эту тушу ради вытаскивания наконечника. В арсенале таких ещё полно, а сейчас без древка это всё равно будет просто бесполезной железякой. Пускай на своей территории амазонки потом прибираются.

— Ладно, пошли уже, — махнул рукой он.

* * *

— Жрать охота, — сказал первый женский голос.

— Надо было обедать нормально, кто тебе мешал, — отозвался второй. — А то ишь, привередничает она, мясо не жрёт.

— Жру, — возразила первая. — Смотря чьё.

— Вот привереда, — хмыкнула напарница. — Хотя не, привереды крысятинку не лопают. Ты прям с костями, кишками и шкурой хомячишь? Или половину продукта выкидываешь?

— Да пошла ты, людоедка хренова…

Коммандер и Сэт притаились за углом, прислушиваясь к диалогу стражниц и выжидая подходящий момент для нападения. Хотя Корвус уже готовился плюнуть на эффект неожиданности и пойти напролом. Несмотря на то, что Сэт строго соблюдал режим тишины, он и не издавая ни звука умудрялся комментировать услышанное обильной жестикуляцией. По крайней мере, Корвус посчитал эти размахивания руками комментированием, поскольку найти в них иной смысл было вовсе невозможно. То, что понятными жестами оставались только покручивание пальцем у виска и изображение процесса еды, Сэта ничуть не смущало, хотя Коммандер уже несколько раз качал головой и разводил руками. Похоже, для этого парня главное болтать, вслух ли, жестами — без разницы, да и понимание собеседником вовсе необязательно.

— Тю, чистоплюйка-крысоедка, — захохотала амазонка. — Сегодня мужика не жрёшь, а завтра Сестринству изменишь? Я б вас, мужерабок, всех того, в расход пустила давно. Как этот, как его, пятый элемент.

— Пятую колонну, дура! — не выдержал Корвус. — Колонну!

— Мужик! — в один голос заорали спорщицы, направив на него копья.

Два мелькнувших в воздухе ножа оборвали порыв защитниц.

— А как же скрытность и осторожность? — упрекнул Сэт.

— Думаешь, на крики кто-то прибежит? — пожал плечами Коммандер. — Твоей работы киркой в тоннеле они явно ещё не видали, да и рогатый тролль на подступах — неплохая защита от случайных гостей. Подозреваю, они тут, скорее, чтоб отгонять его. Проходов-то не было. Разве что спуски.

— Тогда чего мы прятались?

Корвус вздохнул.

— Одна могла успеть побежать за подмогой, если б нас засекли раньше. А так — это всё же был эффект неожиданности.

— Эффект недержания желания поумничать и кого-то поправить это был, — хмыкнул Сэт. — Вот они и охренели от такой наглости. Хотя они по жизни охеревшие.

Он пнул амазонку, которая в ответ застонала.

— Не добил, — удручённо вздохнул Корвус. — С левой промазал.

Он выдернул нож и перерезал женщине горло. Забрал второй и тщательно вытер оба об одежду убитых. Чуть поразмыслив, прибрал к рукам и копья.

— Надо было допросить, — укорил Сэт.

Коммандер скептически вскинул бровь.

— Серьёзно? Думаешь, эта мужененавистница, пусть и не людоедка, взяла бы и рассказала нам всё, предав сестёр? Или ты эксперт по экспресс-пыткам? Да и о чём ты хотел спрашивать? Есть ли среди них баба с ожогами и где её искать?

— Ну да, — подтвердил Сэт.

— Ты себя в зеркале давно видел? Как думаешь, похож на описание того, каким был до попадания сюда? Может, у неё чешуя выросла или ещё что. К тому же с дырой в лёгком не шибко поболтаешь, — он указал на кровавую пену на губах мёртвой амазонки.

— Ладно, уболтал, чёрт языкастый, — махнул рукой Сэт. — Тогда просто идём искать…

Коммандер скривился. Ага, просто, как же. Ничего простого тут точно не предвидится. И зачем он вообще на это согласился? Впрочем, с амазонками Коммандер до сих пор пересекался довольно редко и был о них чуть лучшего мнения. Не хорошего, просто лучшего, чем теперь. Ну, феминистки, повёрнутые на независимости от мужчин и своём превосходстве. Ну, пусть даже мужененавистницы, половина наверняка лесбиянки. Но такие лозунги, как услышанный только что, да ещё и высказанный на полном серьёзе, в частной беседе, не на публику… Оставалось надеяться, что таких, как эта кретинка, путающая термин, обозначающий внутреннего противника, с названием известного фильма, среди них всё же немного. Иначе…

— Ох, накроется наш поход, причём непременно пиздой, — пробормотал он, шагая по лестнице вслед за Сэтом.

— Отставить генитальный пессимизм, — прошипел в ответ тот. — Смотри позитивно: даже если мы окажемся в полной жопе, она будет женской.

— Но ведь полной…

— Об кости предпочитаешь биться? Полная — это ещё не жирная.

— Я бы с твоей рожей тоже не был особо переборчивым, так что заткнись.

Разговор в любом случае пришлось прекратить, поскольку лестничный пролёт закончился выходом в коридор наземного этажа.

Корвус выглянул первым, держа наготове одно из копий. Время отбоя уже наступило, но вовсе не факт, что амазонки склонны строго соблюдать режим дня. Может, у них вообще еженощные оргии прямо в коридорах, кто этих баб разберёт. Ну а от бессонницы и вовсе никто не застрахован, в этом случае копьё в брюхо станет лекарством с пожизненной гарантией.

Убедившись, что в поле зрения никого нет, он махнул рукой Сэту, на всякий случай на него шикнув. Хотя тот и сам догадался вести себя тихо, даже кожаным облачением скрипеть перестал. Может же, когда захочет!

— Надо взять языка, — шепнул Коммандер.

— Язычиху, — прошипел в ответ Сэт и тут же пригнулся, уклоняясь от подзатыльника.

С каждым шагом Корвус всё более уверялся в идиотизме затеи. Ну и где искать эту девку? Марина, Мария, или как там её… Да без разницы. Имя она наверняка сменила, как и большинство остальных попаданцев. И далеко не факт, что любая встречная амазонка будет знать её в лицо. Или что лицо осталось прежним. К тому же ни один из них раньше в Шпиле не бывал и в здешней планировке не ориентируется. Да и планировочка та ещё!

Коридор вильнул, резко расширился, превратившись в холл с утыканными дверями стенами. Что там, кладовки, сортиры? Для жилых помещений расстояние между дверями маловато. Да ещё и два коридора…

Выбрав наобум левый, Корвус продолжил путь, останавливаясь возле каждой двери и прислушиваясь. Но вот чёрт знает, нет никого внутри или просто хозяйка комнаты не храпит как бульдозер. Придётся искать храпунью. Тогда соседки и смертью её не сильно опечалятся, и заподозрят в убийстве друг друга, а не пару идиотов, приперевшихся в логово врага. А ведь если поймают — так просто не убьют. Лучше уж постараться погибнуть в бою.

Выйдя на очередную развилку, Коммандер остановился.

— Тут целый сраный лабиринт! — шёпотом возмутился он. — Ты куда меня завёл? Валим обратно, подумаем, где добыть план помещений, потом вернёмся.

— Нифига, — покачал головой Сэт. — Убитых стражниц найдут, пролом в тоннеле засекут, будут настороже.

— И что, во все комнаты ломиться?

Сэт внезапно шикнул и указал на ближайший коридор. Прислушавшись, Коммандер различил шаги. Что ж, на ловца и зверь бежит.

— Ну привет, Барби стероидная, — поприветствовал он вырулившую из-за поворота блондинку.

Она замерла от неожиданности, вытаращив глаза.

А быстро девка нашла тёплое местечко. Хотя этого стоило ожидать. Тем более сообщений о беспорядках в городе пока не поступало, а вряд ли она смогла бы два дня по углам прятаться. Слишком холёная, явно к жизни на улице не привыкла. Да и приметная, а стражникам на пунктах раздачи было велено докладывать о высоких фигуристых блондинках, ведущих себя хоть чуточку подозрительно.

— О, твоя подружка, — хихикнул Сэт. — Тили-тили-тесто…

— Чего это она мне подружка-то? — нахмурился Корвус.

— Ну как же, бьёт — значит любит.

— Я сейчас тебя побью, — пригрозил Коммандер.

— Отстань, противный.

— Вы что тут делаете, шуты гороховые? — опомнилась девушка.

— А что, разве не тут должен проходить вечер стенд-апа? Эх, говорил же тебе, не там свернули… — изобразил удивление Сэт. И тут же, перестав паясничать, продолжил: — Ну, ты собираешься её ловить или так и будешь пялиться?

Выругавшись сквозь зубы, Корвус вручил Сэту копья и двинулся на противницу. Она не пыталась убегать, а приняла боевую стойку. Коммандер хмыкнул и поманил её пальцем.

— Ну, давай, цыпочка, потанцуем.

Девица только фыркнула и не сдвинулась с места. Спровоцировать не вышло, жаль.

Коммандер метнул нож, пролетевший над левым плечом девчонки. Она инстинктивно повернула голову и едва не пропустила удар в ухо. Но в последний момент успела среагировать, пригнулась и нанесла удар снизу, целя в живот. Корвус перехватил её руку и вывернул. К его удивлению, Барби подпрыгнула и сделала сальто на месте, выворачиваясь из захвата. Он, конечно, ещё с первого столкновения понял, что девка не так проста и явно имеет некоторую подготовку, но такое…

Впрочем, боевого опыта ей явно не хватало. В отличие от Коммандера, который последний десяток лет только и делал, что практиковался в битье морд. Не успела Барби приземлиться, как получила подсечку и рухнула на пол. Корвус мигом навалился сверху, выкручивая ей руки.

— Вы с акробатикой закончили и решили на горизонтальную ламбаду перейти? — прокомментировал Сэт.

— Заткнись и помоги, — прошипел Корвус.

Сэт мигом уселся на ноги изо всех сил извивающейся девчонке, лишая её возможности лягнуть или, извернувшись, провести захват, каким недавно Ламия едва не свернула шею ему самому.

— А теперь тихо, — велел Коммандер. — Мы зададим несколько вопросов, а потом отпустим. Ну как отпустим… Дадим по башке, вырубим и оставим отдыхать в уголке. Или…

Он достал ещё один нож и плашмя приложил лезвие к её щеке. Барби перестала извиваться и осторожно кивнула.

— Вот и умница.

Повезло, что попалась именно она. Ей-то хранить верность амазонкам особых причин нет, можно попытаться выторговать жизнь, надеясь на честное слово вроде как врага. Другая на её месте начала бы вопить, мол, всё равно убьёте, ничего не скажу, своих не предам и прочую пафосную дребедень.

— Мы ищем одну бабу. Зовут Марина, — Коммандер глянул на Сэта, тот кивнул в подтверждение. — Особые приметы — ожоги по всему телу.

— Кроме лица, груди и задницы, — добавил Сэт.

— Груди? Не сисек? Да ты и впрямь влюблён, — не удержался Корвус.

Избранный промолчал, проигнорировав подкол.

— Я тут полтора дня всего, — прошипела девчонка. — Не видела никого с ожогами. Но и не особо присматривалась. А по именам вообще почти никого не знаю.

— Ожоги она должна прятать, — вздохнул Сэт. — Всё время так делала. Может, кто с ног до головы закутанной ходит? Включая перчатки.

— Жрицы… Перчатки не видела, но только двух рассмотрела.

— Что за жрицы? — нахмурился Коммандер. — Впервые слышу. Это Шпиль, а не Храм. Ничё не попутала?

— Жрицы Великого, собирают души Избранных для него.

Корвус взглянул на Сэта. Тот выглядел так же озадаченно. Какой ещё Великий? И какие ещё души?

— Души собирают? Это как? Молитвами и песнопениями направляют? Или головы сушёные развешивают?

— Проволочки, из мозга… Не знаю, что это.

— А, хреновинки, — с видом, будто на него снизошло озарение, изрёк Сэт.

— Хреновинки, — подтвердил Корвус. — Иначе и не назовёшь. Ты себе сколько навтыкал?

— Штук пять… или семь… — с неохотой отозвался Избранный.

— Понятно тогда, почему ты такой шизик…

— Но-но, я от природы такой эксцентричный! И вообще, хреновинки я сначала подсушивал, они тогда не такие буйные. Зато сны какие — как кино смотришь!

— Ладно, не отвлекайся, — одёрнул Коммандер. — Что делать-то будем? Барби, чего-нибудь ещё путного скажешь?

— Не знаю я ничего! Хотя… — пленница притихла и задумалась. — Сиськи нормальные, значит? Видала я одну, в латексе по уши, а бюст наружу.

— И где её найти? — в голосе Сэта явственно слышалась отчаянная надежда.

— Да без понятия, — тут же спустила его с небес на землю девчонка. — И хватит звать меня Барби. Сами вы… Бэтмен и Робин, вот.

— Эй, — Корвус повёл ножом у неё перед лицом. — Не зарывайся.

— А что, тебе Бэтмен не нравится? — удивился Сэт.

— Мне не нравишься ты в роли постоянного помощника! И где мой дворецкий Альфред?

— Если расскажешь, как стать Избранной, я сама тебе буду чай пять раз в день приносить.

— Где брать будешь, чтоб принести? — фыркнул Корвус. — И вообще, ты и так Избранная.

Он покачал головой. Ну что за глупая девчонка? Неужели думает, что просто так, ни с того ни с сего, вдруг такой сильной стала и так прыгать смогла?

— Но вообще, можешь подавать мне пиво и подливать виски или текилу, — чуть подумав, добавил он. — Авось и ещё на что сгодишься…

— Отсюда свалить не возражаю, по сравнению с половиной этих ненормальных баб вы, два придурка, не так уж и страшны, — внезапно заявила девица. — Но только без «чего ещё». Протянешь руку — оторву.

— Эй, нож всё ещё у меня! — для порядка возмутился Коммандер.

А про себя задумался. Боец она и впрямь неплохой. К тому же все видели, как она его свалила, а если теперь окажется в подчинении — это восстановит порядок. Даже лучше, чем убийство. Только не врёт ли? Влезть в доверие ради шпионажа — это вряд ли. Полтора дня тут всего, даже если изначально согласна с идеологией амазонок, эту ситуацию никто не мог предугадать, никто их визита не ждал и не стал бы подучивать новенькую воспользоваться возможностью. Да и было бы за чем шпионить… А желание свалить можно понять. Вон уже успела увидеть, как у кого-то из черепушки хреновинку выковыривают, так что примерно ясно, чего у них тут творится. Конечно, и в Башне всякое делается — и в основном руками самого Корвуса. Но показательные казни обычно не прилюдны, для одного-двух зрителей, как в случае с поварёнком.

— А что же без «чего ещё»? Так неинтересно. Али не люб я тебе?

— Оленелюб, ещё какой оленелюб, — мигом поддакнул Сэт.

— Говорю ж, шуты гороховые, — выдохнула девушка.

Коммандер убрал нож и махнул рукой Сэту. Тот послушно поднялся. Корвус резко перевернул девицу, вновь уселся сверху, прижимая её руки к полу, и склонился пониже к её лицу.

— Учащённое дыхание, ускоренное сердцебиение, расширенные зрачки — все признаки возбуждения налицо, — указал он. — Милочка, как же без «чего ещё», когда ты меня так хочешь?

— Это не твоя заслуга, — процедила она, закрыв глаза и отвернув покрасневшее лицо. — Такая уж я… есть.

— Такой уродилась?

Она отозвалась глухим смешком. Пожав плечами, Корвус встал, освобождая пленницу. Конечно, надо будет за ней пристально следить. В первую очередь, чтоб внезапно в спину не ударила. Но и просто из интереса тоже. Что-то в ней странное, и в поведении, и в словах. За десять лет в этом мире и девять из них на должности Лорда-Коммандера он научился подмечать такие мелочи. А уж сколько раз впоследствии прокручивал в голове тот разговор в спальне с Её Величеством… Да уж, тогда бы эту наблюдательность и умение понимать детали. Что ж, всё приходит с опытом, пусть учился на своих ошибках, как дурак, но хотя бы не безнадёжный идиот, всё же поддающийся обучению. Но сейчас раздумывать о странностях стероидной Барби некогда, лучше заняться этим в тишине кабинета, со стопкой текилы в руке.

— Подъём, — распорядился он, протягивая руку. Чуть помедлив, девушка всё же приняла предложенную помощь, хотя с её-то физической формой точно могла взвиться на ноги одним рывком. — Так и быть, обещаю не насиловать. А теперь валим. И без споров, — пресёк он порыв Сэта раскрыть рот. — Можешь оставаться тут блуждать один в поисках своей девки и сдохнуть с отрезанными яйцами под смех местных сучек. Потом вернёмся, когда-нибудь, с картой и разведданными.

— Я могу план нескольких этажей начертить, — встряла девчонка. — Но без лестницы наверх, она непонятно где. Тут планировка как на картинах Эшера.

— Это у которого лестницы вот так? — не найдя слов для описания, руками изобразил Сэт.

— Ага, и дерево — во, — передразнил Коммандер. — Хватит трепаться. Пошли, Барби.

— Меня Хелен зовут.

— Ленка, значит, — кивнул Корвус. — Валим отсюда, Ленка.

Девчонка вызвалась проводить коротким путём. Хоть и опасаясь ловушки, Коммандер всё же согласился. В крайнем случае она умрёт первой, чего не может не понимать. А на фанатичку вроде не похожа.

— Ну и куда ты нас завела? — возмутился Корвус, спустившись вслед за проводницей по лестнице.

Не засада амазонок, конечно, но, похоже, тупик. Судя по дойным «коровам» в колодках, где-то неподалёку может быть кухня… Хотя троллей и гоблинов держать рядом с едой негигиенично. Неужто в Шпиле такой дефицит камер?

— Это, — обвела рукой помещение Хелен, — следует уничтожить.

— Чистоплюйка, — сплюнул Корвус, но отобрал у Сэта одно копьё и пошёл протыкать глотки троллям и их мелким сородичам.

Сэт взял на себя женщин, без малейших сомнений методично располосовывая им горла. Он же первым отреагировал на выскочившее из угла и бросившееся на него нечто, столь же хладнокровно располосовав и его. За первым последовали ещё четыре, тут уже присоединился и Коммандер, поработав копьём.

Нападающие оказались теми самыми жрицами, про которых упоминала девчонка. Бабы как бабы, только в тряпки с головы до ног замотаны, будто мусульманки.

— Ну всё, закончили? — скривился Коммандер. — Теперь к выходу выведешь или по своим следам возвращаться?

— Погоди, ещё не всё, — прочавкал Сэт, уже успевший чем-то набить рот.

Прибрав к рукам топорик для разделки мяса, он сразу же пустил его в дело, оттяпывая головы жрицам.

— Коллекционировать засушенные бошки будешь? Нашёл время…

— Хреновинки потом выковыряю.

— Они не Избранные, — заметила Хелен.

— Да щас прям.

В качестве аргумента Сэт продемонстрировал тарелку с остатками салата.

— Но вы с ними так легко расправились… И вообще…

— Избранность — не суперсила, — вздохнул Корвус. — Тренироваться надо. Ну или допингом накачиваться.

— Угу, — согласился Сэт. — Накачаться хреновинками, стать сто раз Избранным.

— Свихнуться от остатков чужих личностей в своей голове и весь остаток короткой жизни спорить самому с собой, пока не подерёшься и не свернёшь себе шею, — продолжил мысль Коммандер.

— А ты не слушай, — посоветовал Сэт. — Им надоест и заткнутся.

— Кур поучи яичницу жарить. Пошли уже.

— Я другого выхода не знаю, — призналась Хелен.

Одарив её раздражённым взглядом, Коммандер затопал вверх по лестнице. Чтоб ещё хоть раз послушал бабу! Да ни за какие коврижки! Ну хоть насолили немного амазонкам, тоже дело. Придётся им на время сесть на безмолочную диету. Да и новых тварей в тоннели спустить пока не смогут.

Вернувшись немного назад по коридору, он остановился у другой лестницы.

— А эта в тоннели ведёт или опять тупик?

— Не знаю я, — буркнула Хелен.

Снизу донеслись женские голоса. Прислушавшись и насчитав всего два, Коммандер махнул рукой, приказывая спрятаться, и взял копьё наизготовку. Второе Сэт использовал для переноски отрубленных голов, привязав их к древку за волосы.

— Как меня это достало, — жаловалась одна амазонка. — Нахрена путь к Верхнему Городу стеречь? Забаррикадировать его и вся недолга, можно вообще землёй засыпать.

— Ага, а когда понадобится, ты завал разгребать будешь, — поддела её другая. — Вместо экскаватора. Как раз соответствуешь.

Коммандер решил, что услышал вполне достаточно. Стражницы, как все недовольные трудяги, жаловались на опостылевшее дежурство. Значит, внизу ещё двое, сменившие этих. Ну а где выход из тоннелей в Верхнем Городе, он знал.

Копьё врезалось в грудь рослой широкоплечей амазонке, которую напарница обозвала экскаватором. Острячка схлопотала нож в глаз. Корвус пробежал мимо покатившихся вниз по лестнице тел, не став тратить время, чтоб подобрать оружие, и держа наготове ещё пару ножей.

Только заступившие на стражу амазонки, в отличие от уставших товарок, успели среагировать. Пожалев, что не отправил вперёд Сэта, Коммандер поднырнул под копьё и прыгнул на противницу, сбивая её с ног. Они покатились по земле. Изловчившись, Корвус полоснул ножом по горлу копейщицы и быстро вскочил. Но отражать атаку второй не пришлось. Над телом амазонки стояла Хелен с окровавленным мечом. А Сэт вальяжно расположился рядом, держа на плече копьё с трофеями и даже не думая доставать оружие.

— Блевать будешь? — осведомился Корвус.

— Вот это, — Хелен указала на привязанные к копью головы, — куда более тошнотворно. А это просто труп.

Она присела и вытерла меч об одежду убитой. Коммандер усмехнулся. А девчонка — кремень.

— Пошли, — уже в который раз за вечер повторил он. — Выйдем через бордель.

— У нас есть бордель?! — вскинулся Сэт.

— Ты в городе не первый год и даже бордель не нашёл? — в свою очередь удивился Корвус. — Хотя тебе там всё равно не понравится. А если понравится — сам тебя прибью. И вообще, ты ж трагически влюблённый.

— Чего это сразу трагически? — возмутился Избранный.

Коммандер только отмахнулся и зашагал по тоннелю.

2.8. В преддверии перемен

От прикосновения мужской руки к плечу по телу Ламии прокатилась волна дрожи, закончившаяся спазматическим сжатием в промежности. Она стиснула зубы, чтобы сдержать стон. Обернувшись, воительница гневно уставилась на посмевшего побеспокоить её солдата. Ну конечно, новобранец, один из этих, с красным галстуком. Никакой субординации! Как он смеет руки распускать?

— Чего тебе?!

— Да я про наших спросить хотел, — парень неопределённо мотнул головой в сторону. — Сколько им взаперти сидеть? Нас-то с Эдди приняли, а их чего?

Он потупил взгляд, то ли утратив решительность, то ли пялясь в вырез расстёгнутой на две пуговицы рубашки собеседницы, сквозь которую отчётливо проступили мгновенно затвердевшие соски.

Ламия глубоко вздохнула, пытаясь вернуть себе спокойствие. Но только отчётливей ощутила бегающие по телу мурашки, набухшую грудь и стекающую по бедру каплю секреторной жидкости — в последнее время она вспоминала всё больше подобных слов, которые раньше не использовала. Тело реагировало так каждый раз, стоило ей приблизиться к мужчине. Эта крайне повышенная возбудимость сохранялась уже несколько дней, с момента введения «кальмара»-сателлита, и невероятно раздражала Ламию. Она Воин Храма, а не подстилка, у которой ноги сами раздвигаются при виде любого самца!

Мистер заявил, что подобная реакция связана с перестройкой организма, в том числе гормональной, вызванной сателлитом, и скоро пройдёт. Но для этого типа, похоже, и несколько лет — совсем недолго. Чурбан бесчувственный! А на вопрос, что с этим делать, пока не прошло, он только пожал плечами и обронил: «Потрахайся».

А с кем? С подчинёнными? Нет уж, проходили уже. Придурок мигом начал бахвалиться перед приятелями и вообще наглеть, пришлось свернуть ему шею для наведения порядка. Но тогда это была просто проверка функциональности тела перед попыткой соблазнить Лорда-Коммандера. Теперь-то Ламия понимала, что перед Корвусом изрядно переигрывала и вообще вела себя излишне демонстративно и ненатурально. Сейчас у неё наверняка всё получилось бы, но при отсутствии самоконтроля такой вариант тоже категорически не годился.

Впрочем, новобранец как раз сгодится. Приятель у него тут только один, с остальными вряд ли станет откровенничать и хвалиться, не зная, как они это воспримут. Да и можно сразу после его прикончить, раз уж начал задавать неудобные вопросы. Ну а пленников и впрямь пора отвести вниз, к Мистеру Хайду. Тоже после. Полчаса погоды не сделают.

— За мной, солдат.

Ламия завела новобранца в ближайшую свободную комнату. К сожалению, таких хватало, воинов на службе у Магистра имелось намного меньше, чем могло разместиться в Храме. Впрочем, главное не количество, а качество, и если Джекилл и Хайд сделают свою работу как следует…

Она тряхнула головой, отгоняя неуместные сейчас мысли, и заперла дверь.

— Э… Мэм… Мадам… Миледи…

Ламия прервала бессвязное бормотание новобранца, взяв его руку и положив себе на грудь.

— Отставить разговорчики, — распорядилась она. — Раздевайся.

Парень начал торопливо расстёгивать пуговицы, но, по мнению Ламии, слишком медленно. Взяв дело в свои руки, она толкнула его на кровать и, оседлав, рванула рубашку. Не в силах больше сдерживаться, впилась в его губы, одновременно пытаясь расстегнуть ремень. От забравшихся под рубашку и тискающих её груди мужских рук Ламия распалилась ещё больше, всегда ярко-алые, безо всякого маникюра, ногти удлинились и располосовали ремень вместе со штанами и трусами. Парень дёрнулся было, когда ногти другой руки впились в его плечо, но боль тут же исчезла. Приподняв подол и без того не слишком мешающей юбки, Ламия ухватила его член и направила в себя.

Мелькнула мысль потом проверить, годится ли ещё для совокуплений и «заднепроходное отверстие», как обещал Хайд. После чего Ламия полностью отдалась во власть инстинктов, остались только ритмичные движения бёдер, сжимающие грудь руки и вкус крови из прокушенных губ любовника во рту.

В чувство её привело неожиданное шевеление сателлита внутри и подступившая к горлу тошнота. А ведь ещё бы чуть-чуть… Разочарованная, она попыталась разорвать затянувшийся поцелуй — даже если любовника потом придётся убить, сблевать ему в рот всё же будет перебором. Видимо, вопреки уверениям Хайда, сателлит всё же не справился с безотходным перевариванием пищи…

Но скользнувшее по её горлу вверх и проникшее в рот парня оказалось вовсе не остатками обеда, а каким-то осклизлым щупальцем. Ламия замерла, опираясь руками и впившись ногтями в плечи любовника и не переставая неконтролируемо двигать бёдрами, не в силах заорать. Она закрыла глаза, чтобы не видеть выражение ужаса на лице новобранца, но главное — не смотреть на связавший их мерзкий отросток. К её удивлению, парень не пытался вырваться, только судорожно задёргал бёдрами, кончая. В тот же миг оргазм настиг и Ламию. Но и после этого его член не торопился опадать, а она продолжала ритмично насаживаться на него.

Наконец ощутив обратное движение щупальца, Ламия сосредоточилась, возвращая себе контроль над телом, и открыла глаза. Хотелось сплюнуть, но во рту было сухо. Возбуждение исчезло, оставалось надеяться, что навсегда. Зато внутри появилась тяжесть, будто от переедания, хотя Ламия не могла вспомнить, когда это она прежде объедалась. Похоже, недостаток знаний Хайда о сателлите был куда большим, чем он сам считал, и проклятый «кальмар» не пожелал ограничиваться выделительной системой, захватив и желудок.

Хватило одного взгляда на закатившиеся глаза и перекошенный рот парня, чтобы понять, что он мёртв. Ламия поспешно вскочила с трупа. Да уж, соитие вышло что надо, на полноту проникновения точно грех жаловаться, вот только кто в кого глубже проник? Она нервно хихикнула, но тут же встряхнулась. Она воин Храма! Подумаешь, труп, что она, мертвецов не видала?

Впрочем, осмотр покойника показал, что таких прежде не видала. Тело внутри до пояса оказалось пустым, одни кожа да кости, в буквальном смысле. Все внутренние органы сателлит растворил и всосал в себя через щупальце. Не хватало питательных веществ? Или он принял происходящее за нападение и атаковал? Это и есть обещанное Хайдом усиление?

Решив, что от пустых догадок нет никакого толка, Ламия поправила рубашку, одёрнула юбку и вышла из комнаты. Пусть труп найдёт кто-нибудь другой и это не свяжут с ней, иначе обо всём узнает и Магистр. А пока пора заняться пленными.

* * *

Настя изо всех сил вцепилась в перекладину, через которую была перекинута цепь наручников. Ноги болтались в воздухе, не доставая до пола, и стоило ослабить хватку — оковы мигом врезались в запястья. Рядом в таком же положении висели Билли, его подружка и ещё одна незнакомая девчонка из Корпуса.

Всех четверых храмовники привели сюда под тем предлогом, что их хочет видеть Ламия. Впрочем, это не было ложью, поскольку вскоре заявилась и сама Ламия. С растрёпанными волосами, припухшими губами и подозрительным пятном на юбке спереди — она явно занималась чем-то поинтересней допроса. Хотя кто знает, могла и совмещать…

Настя даже чуточку позавидовала. Красивая, сильная, способная за себя постоять женщина, и занимает в Храме не последнее место… Конечно, уже ясно, что храмовники — тоже злодеи, но героев тут, получается, вовсе нет. Разве что тот рыцарь с драконом на щите, но, один в поле, вряд ли он что-то сможет изменить. Так что поменяться местами с этой Ламией было бы не так уж плохо. Но, конечно, что угодно лучше, чем висеть на цепи.

— Что вы себе позволяете?! — взвизгнула подружка Билли. — Вы не имеете права! У нас есть права!

Удар в живот мигом заставил дурёху перестать пытаться качать права. От боли она на мгновение разжала пальцы, выпустив перекладину и всем весом повиснув на сковывающих запястья кандалах.

— Больно? — без капли сочувствия осведомилась Ламия, поигрывая ножом. — Очень хорошо. Её Величество просила новую игрушку для сыночка, а мальчишка любит причинять боль. Посмотрим, кто из вас подойдёт для этого лучше.

Настя, несмотря на своё положение, не сдержала горькой усмешки. Ну её-то точно сюда зря притащили. Какая из неё секс-игрушка для инфанта, разве что он совсем уж непривередлив.

— А что насчёт меня? — встрял Билли. — Вашему принцу всё равно, что ли, девка или парень? Я ж готов к вам вступить, служить и защищать, во имя и во славу, или как там…

Настя скривилась. Уж молчал бы, трус. Ладно, когда там, на берегу, согласился завербоваться, не зная куда, тогда они все сглупили. Но сейчас-то… Ради своей шкуры готов сам немедленно начать пытать остальных. Вот Джейк бы не согласился… А если бы ему за это пообещали вернуть возможность ходить? Настя тряхнула головой, отгоняя мысли о Джейке. Его всё равно тут нет. Наверное, потому его и не взяли, нужен для чего-то другого.

— Ты здесь просто за компанию, проще было забрать всех сразу. Скоро вы все отправитесь в другое место, где один Мистер сделает с вами кое-какие плохие вещи, — хихикнула Ламия.

Плохие вещи? Хуже подвешивания на цепях и избиения? Хуже того, чтобы отдать в рабство мальчишке-садисту? Интересно, что же может быть хуже? Хотя нет, не интересно, лучше не знать. Но, наверное, всё же придётся…

Ламия принялась разрезать на пленниках одежду.

— Эй, слушай, если хотела увидеть меня голым, могла просто попросить, — вякнул Билли.

— Заткнись, — приказала Ламия, сопроводив слова ударом. — В следующий раз яйца оторву, Клинку Магистра они всё равно ни к чему.

— Какому ещё клинку? — переспросил Билли, не прислушавшись к угрозе.

Ламия в ответ и впрямь ухватила его за мошонку. Судя по тому, как парень взвыл, — сжала не шутя.

— Оставь его в покое!

Настя покосилась на кричавшую. Вот дура, за дружка вступиться решила. Как будто вот прямо послушаются её.

Ламия отпустила Билли и, облизнув пальцы, двинулась к новой жертве. Получив пощёчину, девчонка захныкала в унисон с Билли, под ногами которого понемногу начинала скапливаться лужица крови. Хотя причиндалы пока на месте, так что мог бы и потерпеть боль.

— Его Величеству ты понравишься, — протянула Ламия, ущипнув девушку за сосок. — Хотя…

Настя с опаской наблюдала, как храмовница станет проверять пригодность девушки.


Ламия ещё раз оглядела висящую перед ней обнажённую девушку. Стройная, с большой грудью и упругой задницей. Хоть сейчас в королевский гарем, без всяких модификаций. Только вот, судя по намёкам Её Величества, у её сынка стручок мелковат, а девчонка должна орать от боли, когда её трахают. Так что привлекательная внешность в этом случае не главное. Хайд, конечно, обещал обо всём позаботиться, но цена его заявлениям уже известна. Так что лучше проверить.

А девчонка-то намокла… Неужели её заводит такая ситуация? И два пальца входят свободно. Ламия попробовала развести их в стороны, растягивая стенки и наблюдая за выражением лица девчонки. Да уж, о боли тут и речи быть не может, разве что кулак целиком засунуть. Но толку-то.

Обойдя пленницу, Ламия проверила и задний проход. Тут пальцы входили туже, но дискомфорта явно не вызывали. Эту девку можно через роту пропустить, после чего она отряхнётся и дальше спокойно пойдёт.

Храмовница поднесла пальцы к лицу девчонки, и та без капли брезгливости принялась их облизывать. В Шпиль её отправить, что ли? Мегера такому подарочку обрадуется.

Ламия перешла ко второй пленнице. Эта более худощавая, задница костлявая.

По сухому пальцы прошли с трудом, девчонка морщилась и кривилась. Это уже лучше. При попытке прощупать тылы и вовсе вскрикнула. Ламия не стала её растягивать и ограничилась одним пальцем. Проходя мимо первой, вновь дала ей облизать пальцы.

На третью храмовница поглядела скептически. Полновата, бёдра широкие, у таких обычно и первый-то раз почти безболезненно проходит. Интересно, а может Хайд вернуть им девственность? Или даже сделать плеву самовосстанавливающейся… Хотя вряд ли королевский сынок обрадуется необходимости каждый раз мараться в крови. Или наоборот?

— Не надо, — пробормотала девчонка. — Я… у меня давно не было…

— А теперь будет часто, — «обрадовала» её Ламия.

Сжатые от страха мышцы никак не хотели впускать палец, а когда всё же удалось пробиться, девчонка застонала от боли. Конечно, вряд ли она всё время будет так зажиматься, но пока это лучший результат. Интересно, что проще исправить — фигуру в целом или всего одну часть организма? Впрочем, пусть с этим Хайд разбирается, её дело — сообщить ему полученные данные.

* * *

Пленники покорно шагали по пружинящему полу, в страхе поглядывая по сторонам. Ламия их не торопила, она и сама не горела желанием общаться с Хайдом. Это его раздражающее показное всезнайство, не оправдывающееся на практике, нечеловеческая манера говорить и холодная логика, да к тому же физическое превосходство. И хочется в морду дать, и не получается…

Мистер обнаружился на своём излюбленном месте, в нише. И вновь кого-то разделывал. Странно, Ламия никого к нему не приводила, так откуда взял жертвы для опытов?

— Эй, ты что, моих воинов тайком отлавливаешь?!

— Это Стражи, — не поднимая головы, отозвался он.

Стражи? Он убил Далласа и Дакоту? Вот это новость! С одной стороны, отличная, а с другой — что теперь с Завесой будет?

Впрочем, подойдя ближе, Ламия разглядела, что тела уже порядком разложились. Значит, это прежние Стражи и Хайд просто выкрал тела из подвалов Башни.

— Нашёл что-то интересное? Секрет их возможностей?

Уже задав вопрос, Ламия мысленно обругала себя. Ну конечно, железу телепортации и орган контроля Завесы он нашёл, как же. Магические секреты из трупа не вызнать.

— Нашёл, — к её удивлению, ответил Хайд, демонстрируя два серебристых обруча. — Я назвал это контролирующим контуром. Предположительно, технология сходна со смарт-нитями, но даёт более широкий спектр возможностей. Гипотетически. Для проверки необходимо вживление в мозг.

— А не широковаты? — усомнилась Ламия, оценив диаметр обручей. Они вполне налезли бы на голову, как диадема или корона, куда уж внутрь засовывать.

— Имело место вживление непосредственно в костную ткань черепной коробки. Способ взаимодействия с мозгом не определён. При внешнем контакте доступ к контролирующему функционалу отсутствует. Соединение с помощью смарт-нитей не дало результата.

— Так с чего ты взял, что эти штуки вообще как-то работают? — скривилась Ламия.

— Контакт между интерфейсами устанавливается без проблем.

— А так, чтоб понятно было?

Хайд приблизился и нахлобучил один из обручей на голову Ламии. Заметив столпившихся на балконе пленников, Мистер направился к ним. Второй обруч оказался на голове тощей девчонки.

— Ай! — Ламия вскрикнула от щипка, которым Хайд наградил пленницу.

— Контакт между интерфейсами, — повторил он. — Передача данных в обе стороны, телепатический контакт.

— Мог просто объяснить, без демонстраций, — проворчала Ламия, потирая плечо. Интересно, синяк появится? Или передача ощущений так далеко не распространяется?

— Демонстрация не окончена, — сообщил Хайд и столкнул девчонку с балкона.

Снизу раздались крики ужаса. Через несколько мгновений Ламия тоже заорала и согнулась от боли в промежности. Добравшийся до девчонки тролль явно решил поразвлечься перед едой.

Разрывающая боль внутри была почти невыносима, девчонка явно не переживёт таких любовных игр. Ламия ощущала себя так, будто тролль насилует её саму. Она распласталась на спине, пытаясь раздвинуть ноги как можно шире, но это ни капли не помогало. Как ни странно, снова вернулось возбуждение, так что к боли примешалось и удовольствие. Попытка снять обруч не увенчалась успехом, шевелить руками тоже было чудовищно больно, видимо, тролль переломал своей игрушке кости.

— Прекрати это!

— Демонстрация не окончена, — повторил Хайд.

Но всё же спрыгнул вниз. Когда боль исчезла, Ламия поняла, что он снял с девчонки обруч. Но её собственное тело ещё не отошло от полученных ощущений. Перевернувшись на бок, она наблюдала, как Хайд выбрался на балкон и нацепил обруч на другую пленницу. Ахнув, девчонка рухнула на колени, под ней мигом растеклась лужа.

Мысленно костеря Хайда на все лады, Ламия не забыла всё же одновременно и поблагодарить его за сателлит, блокировавший её выделительные функции. Хотя бы не обделалась. Собравшись с силами, она перевернулась, встала на четвереньки и с трудом выпрямилась.

— Демонстрация окончена! — рявкнула храмовница, сдёргивая с головы обруч.

— Безусловно, — спокойно кивнул Мистер.

На замену крикам сброшенной вниз девчонки пришло чавканье троллей. Ламия передёрнулась, представив, какие ощущения испытала бы сейчас.

— Вы ненормальные! Что вы за твари?! И эти твари!.. Это безумие! — завопила толстушка, пятясь. Вторая всё ещё стояла на коленях в собственной луже.

— Тише, девочка, — прошипел подкравшийся к ней сзади Джекилл, положив руки на плечи. — Мы сделаем тебя прекрасной.

Ламия заметила, что его пальцы ненормально длинные. Похоже, опять Хайд просчитался и деградацию тела нового носителя Экспериментатора не удалось устранить удалением большинства смарт-нитей.

— Да, она больше других подходит, — пробормотала Ламия. — Я проверяла их…

— Это не имеет значения, — сообщил Хайд. — Известные мне данные содержат выражение: «Сделать из говна конфетку». Мы это можем.

— Тогда я не останусь на десерт.

— Предпочитаешь два вторых? — уточнил Хайд.

Ламия поморщилась. Что он несёт? Набрался всякого из чужой памяти, а сортировать полученную информацию и не пытается. Он что, думает, всё, что знал один человек, должны знать все?

— Я уже на неделю вперёд наелась благодаря твоему сателлиту!

— Симбиотическому организму в процессе развития и адаптации требуется усиленное питание, это норма.

Ламия только отмахнулась, не имея сил сейчас вдаваться в объяснения. Вылезание изо рта щупальца и сжирание им кого-то она точно к норме не относила.

— А со мной что будет? — с опаской спросил пленный парень.

— Кандидат в Воины Храма? — уточнил Хайд. — Что ж, прекрасно, всё готово.

— Да-да, готово, — подтвердил Джекилл. — Это будет невероятный прорыв! При таких… технологиях… Биоинженерия, подобная магии! Если удастся…

— Мои расчёты безошибочны, — оборвал сомнения Хайд.

— А если я не хочу? — испуганно пробормотал парень.

— Я тебе велела заткнуться и предупреждала, что будет! — разозлилась Ламия.

Пусть поквитаться с Мистером за его демонстрацию не получится, а на Джекилле срываться нельзя, но этот идиот своё получит! Рванувшись вперёд, она ухватила его одной рукой за глотку, а другой вцепилась в мошонку и рванула. Отшвырнув паренька в сторону, Ламия оглядела добычу и жадно отправила в рот.

— Ничего себе, — протянул Джекилл.

Ламия выдернула застрявший в зубах волос и сплюнула. И впрямь, что за странный порыв? Сожрать мужские гениталии — по здравом размышлении она такого делать бы не стала. Но в тот момент это показалось единственно верным действием. Влияние сателлита? Но на этот раз он не контролировал её тело, она всё сделала сама.

— Этот твой сателлит, — начала было она, но замолчала, уставившись на окровавленные пальцы и наконец заметив удлинившиеся ногти. — Он странно на меня воздействует.

— Я недооценил нестабильность твоей сущности, — признал Хайд. — В памяти Экспериментатора не содержалось информации о степени халтурности процесса твоего создания.

Не дожидаясь ответа, он направился в свою нишу и вернулся с очередным медузоподобным сгустком в руке. Ламия опасливо отступила, но этот симбионт, сателлит, или чем там была эта штука, предназначался не для неё. Хайд приблизился к потерявшему сознание от боли парню и прилепил комок плоти к его окровавленной промежности.

— И как это скажется на расчётах? — осведомился Джекилл.

— Незначительно.

Хайд поднял тело парня и мотнул головой, приказывая Джекиллу следовать за собой.

Ламия за ними не пошла. Она уселась на мягкий тёплый пол, обхватив руками колени и уткнувшись в них подбородком. Придётся дождаться возвращения Хайда, чтобы вернуть ему обруч. Не бросать же такую уникальную штуковину без присмотра. А заодно и поговорить с ним насчёт пресловутого сателлита. И выяснить, что случилось с мозгами девчонки, так и сидящей, пуская слюни, в луже своей мочи после его демонстрации…

2.9. Каркнул Ворон…

Хелен лежала на узкой койке и пялилась в потолок, пытаясь отогнать то и дело всплывающие перед глазами картины увиденного за последнее время. Всё равно скоро рассветёт, а одна ночь без сна для неё не проблема. Лучше потратить время с пользой и всё обдумать.

Странно, что Коммандер так запросто оставил её в первой попавшейся свободной комнате, а сам пошёл пьянствовать с Сэтом. В наивности и доверчивости его заподозрить трудно. Самоуверенность? Пренебрежение? Мол, что девушка может сделать… Вряд ли, учитывая, что он не первый год имеет дело с амазонками из Шпиля. Возможно, ему просто плевать. В конце концов, что она могла бы сделать, если бы и захотела? Пойти и перерезать глотки спящим Избранным? Так Коммандер не станет о них плакать. Не смогли защититься — сами виноваты.

То же самое он сказал о женщинах в борделе, если большинство из них вообще можно так назвать. Ходили куда не надо. Жрали что не следует. Сами виноваты. Ни капли сочувствия. Даже избавить их от такой жизни отказался, хотя Сэт рвался сам перерезать страшилищ.

— Они сокращают число идиотов, — наставительно заявил Коммандер. — Ну а извращенцы из числа Избранных не пытаются разводить собственные подобные зоопарки. Нам надо, чтоб этакая тварюга, — он кивнул на дверь, за которой скрывалось существо с частично женским телом, в остальном смахивающее на гигантскую паучиху с обрезанными в целях безопасности лапами, — шастала по тоннелям? А ведь шастала, пока ребятки Хьюго её не поймали. Хьюго у нас санитар канализации, так что оставь его в покое. А уж для чего он этих существ использует — нас не касается.

— Нет, ты серьёзно хочешь сказать, что кто-то может вот это, — Сэт указал на ту же дверь, — трахать? Ну признай, что пошутил и это не бордель, а кунсткамера!

— Ты себя в зеркало давно видел? — вскинул бровь Коммандер. — Думаешь, так сильно от них отличаешься? Человеком тебя тоже не назвать. Попробуй по городу клич кинуть, что собираешь гарем, — авось любительницы экзотики сбегутся. Если поверят, что ты не станешь их убивать и жрать. Заодно и про свою несчастную любовь забудешь.

— Иди ты, — надулся Сэт.

Хелен тоже подозревала, что Коммандер просто подшучивает над приятелем и над ней заодно, пока за очередной дверью им не встретился клиент заведения. От вида того, как мужчина совокупляется с огромной, заплывшей жиром тушей с крохотными конечностями, в которой можно было определить существо женского пола только по наличию грудей — зато аж трёх пар, — Хелен едва не стошнило.

— А ещё говорят, будто это я псих! — возмутился Сэт.

— Может, и на твой вкус найдётся, хотя с ожогами вроде никого не было, но могли и появиться, — подколол его Коммандер. — Всего три монеты. Хотя по знакомству со мной получишь скидку.

— Какие монеты? — опешил Избранный. — Тут что, деньги есть?

— Борделя не нашёл, про существование денег и то не знаешь… Ты чем тут занимался пять лет? Изображал по ночам ужас, летящий на крыльях ночи?

— Типа того, — пожал плечами Сэт.

— Ну, требуй у хозяев Чёрного Замка зарплату за все годы службы, — хмыкнул Коммандер. — Правда, тратить особо некуда. С тех пор как квартал мастеровых накрылся, в Нижнем Городе торговать стало почти нечем. Так что с деньгами теперь играется только местная аристократия. Надо спросить у Хьюго, что он вообще покупает-то.

— А мне сколько платить будешь? — осведомилась Хелен.

— А я Избранным не плачу, работают за еду, — рассмеялся Коммандер. — Одежда и оружие тоже за казённый счёт. Так что ни к чему им деньги.

— Деньги Шрёдингера какие-то, — заметил Сэт. — Они как бы есть, но их ни у кого нет.

— Деньги — это промежуточное звено для упрощения процесса натурального обмена, — указал Коммандер. — Ты что, историю в школе не учил? Но когда нет производства, еда течёт из крана, а одежду выдаёт государство из своих запасов, торговля умирает.

— А зачем государство даром раздаёт людям необходимое? — удивилась Хелен.

— Потому что иначе народ передохнет или поубивает друг друга. А что за королевство без подданных? Но денег им давать — это уже лишнее. А то ещё потратят в этаком заведении.

— О моральном облике населения печёшься? — усмехнулась Хелен. — А сам что? Ещё скажи, будто людей не ешь.

— Только хорошо приготовленных, — заверил Коммандер. — И у меня отличный повар. Правда, он мутант-сексоголик, но пара лечебно-профилактических ударов в морду способны творить чудеса.

— Кстати, о пожрать! — встрепенулся Сэт. — Чем лучше текилу закусывать?

— Помидорами!

Они переглянулись и почему-то расхохотались.

Всю дорогу до Башни эти двое рассказывали друг другу истории о том, что с ними случалось в прошлом после неумеренного употребления алкоголя. Хелен эти байки пропускала мимо ушей, ей подобное было не близко. Сама она спиртного никогда не пила, зато насмотрелась на доктора Джексона, который регулярно принимал на грудь и начинал сначала стенать о неполученной Нобелевской премии, потом орать на саму Хелен, обвиняя во всех грехах, в том числе совершённых её «матерью». А заканчивалось всё прикосновениями потных рук и слюнявых губ, благо на большее в пьяном виде его не хватало.

Так что присоединяться к распивающей текилу парочке Хелен совершенно не тянуло. Оставалось надеяться, что Коммандер сдержит обещание и не станет приставать, ни пьяный, ни трезвый. Больше-то бежать некуда, вряд ли в Храме или во дворце окажется лучше.

Нет, только не Храм, туда отправился Генри Джексон. И эта Ламия какая-то странная. Хелен не могла точно сформулировать, что в храмовнице ей не понравилось, но своим ощущениям верила. А уж приведённый ей громила явно не был рождён естественным путём от мужчины и женщины. Недаром им понадобился профессор Джексон. Как бы не пришлось в скором времени столкнуться с целым выводком «братьев» и «сестёр».

Дворец — это, в принципе, вариант. Но кто знает, что ждёт там. Королева осталась для Хелен полнейшей загадкой. Она держалась уверенно и хладнокровно, не реагируя на провокации и подначки. Но ледяная маска спокойствия не склоняет к доверию.

Уж лучше пара шутов гороховых, эти хоть не скрывают того, кем являются. Несмотря на демонстративную придурковатость, они, конечно, жестокие и безжалостные убийцы, к тому же людоеды. Хотя тут почти все людоеды, это вообще не в счёт. Да и жестокость их не бессмысленная и злобная, в отличие от амазонок. Из двух зол, как говорится. Ну, в данном случае — из четырёх.

* * *

Разбудил её стук в дверь. Хелен мигом вскочила с постели и приняла боевую стойку, но никто и не думал нападать или вламываться в комнату, хотя дверь и не запиралась. Выглянув в окно, она обнаружила, что солнце уже в зените. Стук повторился сильнее и настойчивей.

— Кто там?

— Кто, кто… Дед Пихто! — отозвался недовольный мужской голос. — Милорд приказал позвать, так что жопу в руки и бегом! Мне ещё эту дуру-лейтенантшу искать, а я с вечера не жрамши, только из патруля!

Хелен открыла дверь и уставилась на парня. Драные джинсы, расстёгнутая аляповатая гавайская рубашка с попугаями, изрядно замызганная и с дырой подмышкой, на голове зелёная бандана. Присмотревшись, она поняла, что это шейный платок одного из кадетов. Меч на поясе и арбалет в руках с прикидом совершенно не сочетались. Дисциплина в рядах Избранных Башни явно не в почёте.

— Чё смотришь, цыпа? — криво усмехнулся Избранный. — Влюбилась, что ль? Не велено, милорд особо распорядился. Как там было… Ворон каркнул: «Нехер тут!». Как-то так, ага. А он с похмелюги злющий… Если чё, я те этого не говорил. Ага?

— Все Избранные так одеваются?

— Тю, солдат должен внушать страх. И ваще, это моя счастливая рубаха. Хотя какая, нахрен, счастливая… Я в ней и сюда угодил. И щас из-за неё мальчиком на побегушках оказался, милорд издалека приметил. Да ну на, сегодня ж сменяю Стэну на футболку с покемонами. Спасиб за совет, цыпа.

Глядя вслед удаляющемуся парню, Хелен не сдержала усмешки. Похоже, в свой отряд Коммандер набирал таких же чудиков, как сам. Она пожалела, что бросила свои вещи в Шпиле. Видимо, здесь вещи из «старого мира» ценятся и считаются показателем крутости. Хотя на берегу она подобным образом одетых людей не заметила.

Интересно, откуда этот парень взял бандану? А точнее, что случилось с носившим платок кадетом? Впрочем, это не главный вопрос. Важнее было спросить, где, собственно, искать Коммандера. Но Избранный уже свернул на лестницу, не бежать же за ним. Хелен побрела по коридору в поисках ведущей наверх лестницы. Вороны любят гнездиться повыше, может, и Коммандер Корвус не исключение.


Последствия ночной гулянки в кабинете почти не ощущались. Вот Джексон после пьянки вечно оставлял настоящий свинарник, который потом приходилось убирать, конечно же, Хелен. Впрочем, Коммандер дефицита в слугах не испытывал, скорее всего, попавшийся ей навстречу мужчина с мешком в руке, который и указал нужную дверь, как раз выносил мусор. Значит, смятая банка из-под пива, валяющаяся возле стола, появилась уже после его ухода. Как и два окурка в испачканном пеплом и в нескольких местах проплавленном пластиковом подносе.

— Что встала? Заходи, раз пришла, — неприветливо буркнул хозяин кабинета, будто её появление не было его инициативой. — Ты вчера обещалась мне пиво подносить. Так давай, приступай к работе.

Как ни странно, Коммандер был без своей неизменной куртки, её вообще в помещении не было видно. И даже без рубашки. Надеты ли на нём штаны, за столом не было видно, но Хелен бы не удивилась их отсутствию. Учитывая, что Коммандер был не один, а стоящая за его спиной девица массировала ему плечи. Впрочем, она-то была одета. На взгляд Хелен — весьма безвкусно. Ярко-красная рубаха — это ж просто кровь из глаз! Видимо, компенсирует недостаточно броскую внешность. Чего стоят мышиного цвета волосы, кривовато подстриженные в подобие каре. Ножом она их обрезала, что ли? Хотя, в принципе, миленькая. Если умело макияж наложить, наверное, даже станет привлекательной. Но косметика тут наверняка редчайший дефицит. Самой Хелен подобные ухищрения не требовались, она сразу появилась на свет красивой, о чём доктор Джексон не переставал напоминать. Как будто ей от этой красоты какая-то польза была, один вред же. Так что этой девице повезло. Хотя внимания Коммандера, кажется, избежать ей не удалось.

— Кофе, — поправила Хелен. — Я говорила про кофе. Про пиво сказал ты.

— Ты смотри, какая нахалка, а, — хмыкнул Коммандер, покосившись на девицу.

— А берите её себе в адъютанты, милорд, — предложила та. — Вы ж меня как раз за нахальство выбрали. А мне ведь даже не удалось вас ударить. В отличие от неё.

— Ох, спасибо, что напомнила, именно плевка на могилу моего самолюбия мне этим утром и не хватало! — всплеснул руками мужчина. — Мало того, что этот засранец зубастый меня перепил… У него метаболизм акулы, мать его!

— А вы разбираетесь в обмене веществ акул лучше, чем в географии, или так же?

— Хуже, — буркнул Коммандер. — Найди мне ихтиолога теперь, я хочу знать, какой у акул метаболизм.

— Непременно, сразу, как только разрешатся все текущие кризисные ситуации и выдастся день без появления новых, — заверила девица.

— Избаловал я тебя, стерву. Высек бы, да ведь толку не будет…

Девушка моментально побледнела и тут же резко покраснела.

— Ничего в этой Башне не проходит мимо моего внимания, Милана! — назидательно подняв палец, сообщил Коммандер. — Особенно то, что оставляет кровавые пятна.

Хелен мало что поняла из их диалога. Чтобы не стоять как дура посреди кабинета, она выполнила распоряжение и принесла из дальнего угла банку пива.

— Себе тоже можешь взять, — махнул рукой Корвус. Хелен отрицательно покачала головой. — Ну и как хочешь. А ты будешь?

— Полдень на дворе, — укоризненно напомнила Милана.

— Меня окружают идиоты, — покачал головой Коммандер. — Да к тому же непьющие.

— Для чего вызывал-то? — напомнила Хелен.

— Будешь моим вторым адъютантом. Милана объяснит, что к чему и какие у тебя обязанности. Работать будете посменно, чтоб кто-то всегда дежурил.

— И массаж тоже входит в обязанности адъютанта? — нахмурилась Хелен.

— Боишься не сдержаться и наброситься на меня? — вскинул бровь Корвус. — Поди, уже от одной мысли потекла, а?

Хелен раздражённо отвернулась. Стоило промолчать, теперь точно будет требовать массаж, просто чтобы поиздеваться. Жаль, что реакцию тела на соприкосновение с мужчиной она контролировать не может. Ведь даже замедлить дыхание и сердцебиение может, а это нет.

В приоткрытую дверь просунулась белокурая кукольная головка.

— Вызывали, милорд? — с придыханием спросила она, но увидела Милану и тут же нахмурилась.

— Тащи сюда свою задницу, — махнул рукой Коммандер. — Пиво будешь?

Новоприбывшая вошла в кабинет и встала по стойке смирно, не отвечая на вопрос.

— Ясно, — вздохнул Корвус. — Ещё одна трезвенница. Ладно, тогда лезь под стол и отсоси мне.

— Как прикажете, милорд, — чуть покраснев, отозвалась девушка.

Чеканя шаг, что, по мнению Хелен, было совершенно неуместно, она приблизилась к столу и опустилась на колени.

— Ну нет, я на это смотреть не собираюсь! — возмутилась Хелен.

— Да не перевозбуждайся ты так, — усмехнулся Корвус. — Если хочешь на её место, вперёд. Думаю, справишься. С лейтенантом Блэкхолл, в смысле. Как думаешь, Стеф, сможет эта Барби выкинуть тебя из-под стола?

Ответом был только звук расстёгиваемой ширинки. Значит, штаны на Коммандере всё же есть. Но вряд ли это надолго.

Хелен направилась к двери.

— Стоять! — остановил её резкий окрик Коммандера. — Я тебя не отпускал! За нарушение дисциплины назначаю тебе дежурство по кухне на сегодня! Будешь разносить еду. Твоё счастье, что обед, наверное, уже прошёл, но ужин весь твой. Милана всё покажет и расскажет. Если повар начнёт приставать — разрешаю дать ему. По роже. Можно с ноги. Только чтоб дееспособность сохранил. Отдаваться не разрешаю. Если всё ясно, то обе свободны.

— Так точно, милорд, — козырнула Милана. Вытолкнув Хелен в коридор, она добавила: — Приятного аппетита, лейтенант.

И тут же захлопнула дверь, в которую с той стороны через секунду что-то ударилось.

— Нож метнул, — пояснила Милана. — Пиво пожалел.

Хелен пожала плечами и собиралась двинуться дальше, но адъютантша остановила её, схватив за плечо.

— Слушай, ты, сучка мелкая, — зло зашипела она. — У тебя что, какие-то комплексы? Или ориентация? Оставалась бы тогда в Шпиле, сиськи мять! Или просто ханжа? Настолько пуританское воспитание?

Хелен смерила соперницу взглядом. Мелкая? Это она-то? Ростом адъютантша ей не уступает, но более худощава и весит явно поменьше. Да и по возрасту вряд ли намного старше. По крайней мере, если судить по виду.

Вцепилась крепко, так запросто не стряхнуть. Можно было бы применить силу, даже сломать ей руку, но вряд ли стоит начинать первый день на службе с травмирования коллег. Тем более по такому поводу. Но чем поставить нахалку на место у Хелен найдётся.

Не менее зло, хотя и с некоторой запинкой, она зашипела в ответ:

— Мой… отец… приёмный отец… насиловал меня почти каждый день. Это достаточно пуритански, как думаешь?

— Значит, комплексы, — без капли сочувствия кивнула Милана. — Бедняжечка с травмированной психикой, ай-яй-яй. Здесь психологов нет, и твои проблемы никого не колышут. Если милорд прикажет, будешь не только плечи разминать, но и задницу вылизывать. Ясно? Иначе я сама тебе швабру в жопу засуну и заставлю так полы мыть по всей Башне!

— Силёнок не хватит! — огрызнулась Хелен. — Сама ему задницу вылизывай, раз так хочется.

— Я бы с ним трахнулась, — не стала отрицать Милана. — Только он не предлагает. И тебе не предложит, на это у него есть лейтенант Дырка. Но если что — не вздумай артачиться! Без Коммандера мы тут все пропадём.

— Да-да, он спас мир и всё такое, это я слыхала.

— Насчёт этого не знаю. Но он за этот город каждый день жопу рвёт. Он к каждому Разрыву Завесы бегает, даже не зная, кто оттуда может вывалиться! А то и хуже того — зная. Тут недавно ожидалось появление дракона. Так милорд баллисту приготовил и побежал! Правда, это оказалась ошибка и вместо дракона явился новый Страж. Но он готов был столкнуться с хреновой громадной огнедышащей ящерицей! И если из-за Грани когда-нибудь на самом деле вывалится Годзилла, встречать её будет именно наш Коммандер! Если ты за эту готовность встать на защиту твоей задницы ему отсосёшь, с тебя не убудет.

— Организуй секту Свидетелей Лорда-Коммандера и ходи по городу, проповедуй, — скривилась Хелен, ничуть не убеждённая речью адъютантши. — Я никому отсасывать в благодарность за то, что он обещает сделать или, наоборот, не делать, не собираюсь. Больше никогда! Лучше сама с драконом сражусь, у меня это даже лучше получится, чем у твоего идола.

— Хорошо, — неожиданно улыбнулась Милана. — Думать и принимать решения самостоятельно умеешь. Дырки нам тут не нужны, одной хватает. Надеюсь, и отвечать за последствия решений готова.

— Это была проверка? — нахмурилась Хелен. — И про какие последствия речь?

— Всё, что я сказала, правда, — пожала плечами Милана. — Но ты не обязана молча соглашаться. Как сказал милорд, когда тебе говорят: «Прыгай!», спроси: «Нахрена?». Это, конечно, не касается боевых приказов, там надо моментально исполнять. Коммандер херни не прикажет, уж тут не сомневайся. И не забывай, что от твоих действий зависят жизни товарищей. Это к слову о последствиях. Испортишь милорду настроение отказом в интиме, а он от раздражения по пути слугу толкнёт, да тот с лестницы и свалится. Кто виноват будет?

— Коммандер, — без капли сомнения ответила Хелен. — А он склонен винить в своих поступках кого-то другого?

— Если б он вообще испытывал чувство вины, то вряд ли смог бы спать, — усмехнулась Милана. — Он, наверное, убил больше людей, чем ты в жизни пирожных съела.

— Вот уж в этом не сомневаюсь. Только при мне он убил троих, не считая мутантов.

— Э-э… Ты в жизни съела меньше трёх пирожных? — опешила Милана. — С детства на диете, что ли?

— Я же пуританка, забыла? — скривилась Хелен.

— Ладно, пошли на кухню, — распорядилась адъютантша, приобняв Хелен за плечи. — Пирожных не обещаю, но сладкая булочка, может, и найдётся. А если нет, Жор к вечеру испечёт. Только не спрашивай его, из чего. Это всей еды касается.

Хелен не стала противиться и пытаться что-то объяснять. Незачем Милане знать, что она не Избранная. Хотя насчёт брезгливости к местным продуктам — это адъютантша неплохо подсказала ненароком, сгодится в качестве отговорки. А повара стоит расспросить о происхождении здешней еды и её влиянии на людей. Он уж точно должен что-то знать, особенно раз сам начал мутировать. Ну а если нет, придётся всё же откровенно поговорить с Коммандером Корвусом и надеяться, что он в ответ прокаркает что-нибудь дельное.

2.10. Материнская любовь

Откинувшись в кресле, королева одной рукой ласкала себя между ног, а другой обхватила член стоящего рядом сына. Паренёк не смотрел на мать, сосредоточив внимание на разыгрываемом перед королевской семьёй представлении. Фриц старался вовсю, доказывая, что не зря получил новое тело. Насилуемая им девчонка орала в голос, хотя больше от боли в вывернутых за спину руках, чем от самого процесса изнасилования. Поймав взгляд начальника гвардии, Её Величество одобрительно кивнула. Всё правильно, именно такой пример и надо подавать мальчику. Увы, его габаритами природа обделила, так что заставить женщину кричать он может только намеренным причинением боли.

Всё его папаша виноват, у того тоже стручок был курам на смех. Только этот чурбан средневековый даже не подозревал, что женщины могут попросту имитировать удовольствие. Хотя он и склонность причинять боль никогда не проявлял, видимо, в этом сынок пошёл в неё. Ну и хорошо, не хватало ещё, чтоб какая-нибудь хитрая стерва окрутила мальчика, лживо превознося его достоинства в постели. То, что сама она в своё время и оказалась такой хитрой стервой, только упрочняло точку зрения. Нет уж, для своего сына она подобного не допустит. Хотя жениться на Избранной ему всё же придётся: такова традиция, против её отмены многие возмутятся. И скоро, уже восемнадцать на носу. Но на ком именно — решит королева-регент, маме лучше знать, кто подойдёт для её ребёнка. Впрочем, если храмовники и Мистер справятся с поставленной задачей, с этим проблем не будет.

— Иди сюда, малыш, — позвала она, по напряжению почувствовав, что он готов кончить.

Королева наклонилась вбок через подлокотник кресла и обхватила член сына губами. Небольшой размер позволял полностью взять его в рот, что женщина и сделала, пальцами поглаживая мошонку. Мальчик положил руку ей на голову, но не пытался управлять ритмом, предоставляя контроль матери. Как и во всём остальном.

Девчонка завизжала, но королева и не подумала отвлекаться. Живое шоу, конечно, с одной стороны, лучше порно, но, с другой, в нём не сделать нарезку кадров и не переснять неудачные дубли. И в любом случае участвовать гораздо приятнее, чем смотреть. Интересно, как быстро новое тело Фрица будет готово повторить на бис? С другой партнёршей и по иному сценарию, конечно. Собственных пальцев маловато, да и мысли отвлекают от процесса. Что поделать, такова уж материнская доля: сначала благо ребёнка, а уж потом собственное удовольствие.

По участившемуся дыханию сына поняв, что он близок к финалу, она ускорила темп движений и одновременно принялась языком обводить головку. Юноша наконец проявил инициативу и двинул бёдрами навстречу, так что она уткнулась носом в волосы на лобке. Женщина глухо замычала, делая вид, будто это доставило ей неудобство.

Проглотив всё, что сын выплеснул ей в рот, королева облизнула губы и тут же получила благодарный поцелуй.

— Мам, ты лучше всех.

Она только улыбнулась, глядя на сына. Ответить тем же, даже с выражением искренности на лице, было не проблемой, но правдивей от этого слова не стали бы. А потом начнёт канючить на тему того, зачем же тогда она уединяется с Фрицем, если сама говорила, что он лучше… Нет уж, без парочки настоящих оргазмов имитировать фальшивый она отказывается. Так что в следующий раз пусть мальчик трахнет очередную служанку, а не пристаёт к матери.

У неё ещё есть дела по организации его будущего брака. Надо выяснить, как продвигаются дела у Мистера, придумать способ скрыть выбор подставной невесты от дворян и прочих не в меру любопытных, но, к сожалению, получивших некоторый вес в местном обществе персон… Да и следить за политической ситуацией в целом. Ох уж эти чёртовы Стражи и их выходки! Определённо следует выяснить, куда делись сбежавшие в город кадеты, среди которых подозрительно похожий на Корвуса паренёк, да и девчонка, свалившая с ног самого Лорда-Коммандера. И попытаться наладить контакт с новым Стражем, раз уж он заявил, что лоялен к королевской власти. Иметь на своей стороне Стража было бы неплохо. Да и просто поиметь его, парень вроде весьма ничего…

Она собиралась уже подозвать Фрица, но закрывшаяся за инфантом дверь вновь распахнулась, явив тушу Нотунга. Похоже, случилось что-то важное, она ведь приказала беспокоить только в случае явления делегации из Храма или экстренной ситуации.

Выдернув застрявший между зубов волос, королева поднялась с кресла и направилась к своему телохранителю. Надо будет научить сына бриться, а не просто подстригать мотню. В его возрасте уже пора. Хотя лучше самой побрить, нормальной бритвы тут не найти, порежется ещё…

Нотунг протянул записку, если так можно назвать клочок бумаги с одной буквой «М». Значит, Мистер всё же соизволил явиться. И конечно, в самый неподходящий момент. Похоже, сегодня она так и останется неудовлетворённой.

— За мной, — приказала она, отмахнувшись от Фрица, принявшего распоряжение на свой счёт.

* * *

— Это то, что я просила? — указала Её Величество на девушку в ошейнике с цепью, стоящую на коленях у ног Мистера.

— Нет, — коротко отозвался он.

Королева подождала, но пояснений не последовало. Впрочем, присмотревшись к девчонке, она всё поняла и сама. Пустой взгляд, отрешённое выражение лица, большая грудь, видимо набухшая молоком: обычная дойная «корова» в начальной стадии трансформации. В дворцовом хлеву таких полно, периодически некоторые умудрялись нажраться какой-нибудь гадости, несмотря на присмотр, и мутировали дальше, становясь непригодными для дойки. Такие отправлялись обратно в Храм, а взамен присылали новых. Странно, что Мистер соизволил заняться доставкой очередной никчёмной мутантки. Впрочем, он, похоже, вообще не видит разницы между важными вещами и мелочами.

— Ну и нахрена ты её притащил? Оставил бы во дворе.

— Демонстрационный образец, — пояснил он, продемонстрировав зажатую в руке пару серебристых обручей.

— И что это?

Вместо ответа Мистер молча водрузил один обруч на голову мутантки, а со вторым шагнул к королеве.

— Сначала объясни! — потребовала она, отступая на шаг.

Ишь чего удумал! Нашёл дурочку, участвовать в его экспериментах. Что он демонстрировать-то собрался? В любом случае становиться подопытной на равных с «коровой» она не собирается.

— Контакт между интерфейсами, — поведал Мистер. Выдержав паузу, на сей раз он счёл нужным пояснить: — Телепатический. Передача ощущений.

— Да не хочу я ощущать себя безмозглой производительницей молока! — рявкнула Её Величество.

Мистер замер на полушаге и, как показалось королеве, озадаченно моргнул. Впрочем, нет, просто моргнул, видимо, этот рефлекс присущ даже такому нелюдю, а эмоциональную составляющую она просто придумала. Не стоит судить этого типа людской меркой.

— Вот что, Мистер…

— Хайд, — перебил он. — Меня зовут Хайд. Мистер Хайд.

— Да хоть Бонд, Джеймс Бонд! Плевать мне! Я уже привыкла звать тебя просто Мистер.

— У меня появилось имя. Хайд.

Королева вздохнула и махнула рукой. Чёрт с ним, пусть будет Хайд, раз так хочет. Спорить с этой бездушной машиной — пустая трата времени. Это только в анекдоте, если миллиард раз ввести пароль «Мао Цзедун», то компьютер согласится, что это правильный пароль.

— Ладно, Хайд, как скажешь. — Она подождала, но поправлять и требовать, чтобы его называли полным именем «Мистер Хайд», он не стал. — Так вот, устраивай демонстрации на ком-нибудь другом. Могу позвать служанку или Фрица. А то вон Нотунг, не подойдёт?

— При взаимодействии через контролирующий контур с искусственно созданной личностью возможны сбои, вызывающие необратимый эффект, — с обычным хладнокровием сообщил Мистер. — Проверено на Ламии. При передаче острых ощущений произошло разрушение сознания подопытной, — указал он на девчонку. — Возможно, это последствия обратной передачи остаточного эффекта транслированных ранее ощущений. Теория требует перепроверки.

— Не на мне! Особенно если у неё от этого мозги разжижились!

— Физическое повреждение тканей мозга не предполагается. Проверка признана неактуальной ввиду уникальности образца. Объект не подвержен мутационному воздействию пищи, а также попыткам изменения при помощи специализированных средств. Попытки загрузить в это тело иное сознание также не увенчались успехом.

— Ты не сумел её трансформировать, — перевела на человеческий язык королева.

Она приблизилась к девушке и ощупала её груди. Молока нет. Просто сисястая. И промежность сухая, значит, постоянной течки тоже нет. Обычная девчонка, только будто лоботомированная. Вон даже ниточка слюны из уголка губ свисает, а она не утирается.

— Наблюдается полное отсутствие высшей психической деятельности, — поведал Хайд. — Рефлексы не нарушены. Проверки показали физическое здоровье субъекта при отсутствии признаков разумности, включая способность к членораздельной речи.

— То есть она сейчас как новорожденный младенец? — уточнила королева. — Хотя нет, ходить ведь может? И есть самостоятельно?

— Моторные функции также сохранены в полном объёме, — подтвердил Хайд.

— И как это называется?

— Знание не содержит подходящего термина.

Королева отмахнулась. Риторических вопросов не понимает, нелюдь. Ясное дело, если б он знал нужный термин, то давно бы его сказал. Уж его склонность к точным определениям трудно было не заметить. Хреновая у него информационная база, «знание», как он её зовёт. Что и неудивительно, если собирать её из памяти Избранных, в которой всякой чуши куда больше, чем полезных сведений. А отличать одно от другого Мистер совершенно не умеет.

Её Величество непроизвольно улыбнулась, вспомнив, как однажды он заявил: «Я повелитель троллей в вашем подвале, похититель овощей с вашего огорода, мутаген в вашей баланде». Отсмеявшись, пришлось объяснить, что «чёрный рыцарь, скрытый плащом» не устрашающий, а комический персонаж. А то потом узнает кто-нибудь о его связи с ней, стыда не оберёшься. Вот ведь даже перефразировать в том же стиле реплики сумел, а интерпретировать смысл оказалось не по силам. Впрочем, с пониманием юмора у этого нелюдя точно проблемы.

— Наиболее близким термином является «вегетативное состояние», — тем временем продолжил Мистер. — Но сохранение моторных функций выходит за пределы обозначенного данным определением состояния. Повторить результат эксперимента не удалось. — Помедлив, он добавил: — Ламия от участия отказалась. Проведённые тесты показали отсутствие долговременных последствий в случае отсутствия задействования созданий, являющихся искусственно созданными личностями. Предположение: причиной полученного эффекта является участие в процессе комплементарно созданного разума. Мозг подопытной оказался перегружен. Гипотеза требует проверки.

— Ты мне мозг выносишь, — замахала на него руками королева. — Попроще и покороче говори.

Она отвернулась, пытаясь осмыслить услышанное, не отвлекаясь на собеседника. Ведь так-то мужик очень даже видный, брутальный, мрачный. Но как рот разинет — терминатор хренов. Интересно, в штанах у него всё как у нормальных мужиков или он как Нотунг? Хотя Мистер, может, даже и нужду-то не справляет, так что прибор вовсе не требуется. Впрочем, неважно.

Итак, Ламия — искусственно созданная личность. Вот это интересно. А что значит «комплементарно»? Эх, говорил бы он всё же попроще, некоторые тут академий не кончали!

Её Величество дёрнулась, ощутив, как на голову лёг металлический обруч. Вот ведь сволочь упёртая! Слова «нет» не понимает!

Но не успела она поднять руку, как согнулась и застонала от боли. Оглянувшись, королева увидела, что девчонка тоже лежит на полу, свернувшись клубком и прижав руки к животу.

— Ты что сделал?

В качестве ответа Хайд повторил демонстрацию, пнув девчонку на этот раз по почкам.

— Твою ж мать, которой у тебя не было! — заорала королева. — А ну, прекрати, мудак!

— Демонстрация закончена, — сообщил Мистер.

Регентша сдёрнула обруч, и боль тут же исчезла. Что ж, насчёт отсутствия долговременных эффектов этот мерзавец не соврал. Чурбан бесчувственный! Мог бы и помягче метод выбрать. Так ведь даже не со зла, просто посчитал наиболее эффективным. На него и обижаться глупо, всё равно не поймёт и не заметит. Ещё и на ПМС спишет…

Хм, а девчонка-то чувствует боль. В отличие от почти нечувствительных мутанток. Конечно, и те, если им руки ломать, скулить начинают. Да и то быстро к корыту с баландой возвращаются, даже не косятся опасливо на обидчика, тут же забывая, что случилось. А уж на пинки, шлепки и щипки вовсе не реагируют. Хотя поначалу некоторые даже бормочут что-то более-менее связно, просят подоить, когда вымя переполнится. Но быстро тупеют до совсем животного состояния. А то и хуже, даже спаривание не интересует. Бывает, солдаты их в жопу дерут, а они уткнутся в корыто и жрут.

Подождав, пока девчонка перестанет корчиться от боли, королева вернула обруч себе на голову и подошла к ней. Послюнявив два пальца, засунула ей между ног. Ощущения передались точно так же, как и боль.

Её Величество укоризненно взглянула на Хайда. Мог бы и таким образом продемонстрировать. Хотя сама виновата, нечего было ломаться, вот он и выбрал самый быстрый вариант. Нет, всё же от этого типа лучше держаться подальше, а то однажды может решить, что свернуть ей шею станет самым эффективным действием. И ведь свернёт, ни на секунду не задумавшись. Но пока он нужен. Да и от кого ещё можно было получить этакий подарочек?

— Что это за штуковины? — указала она на обручи. — Откуда?

— Контролирующие контуры. Из черепов мёртвых Стражей.

Регентша злорадно улыбнулась. А ведь трупы Стражей были у Корвуса. Побрезговал вскрывать, полудурок, упустил такое.

— И что ещё они делают? Как телепортироваться?

— Доступ к возможностям Стражей отсутствует. Необходимые для получения доступа способ и средства контакта контура с мозгом носителя не определены. Предполагается имплантирование в череп. Способ взаимодействия с мозгом не установлен. Эксперимент на данный момент признан нецелесообразным.

Королева с облегчением выдохнула. Ну хотя бы вскрыть ей череп он не попытается. По крайней мере, пока. А то неизвестно, одолеет ли этого нелюдя даже Нотунг. Да и подчинится ли приказу атаковать создателя? Хотя чёрт знает этих храмовников. Мистер ещё про какого-то Экспериментатора у них говорил, которого теперь заменил профессор. Так что, может, Нотунг и не творение Хайда. Вполне вероятно, учитывая, что экземпляр явно бракованный, а Мистер всегда стремится к безупречности. Ну, в его понимании. Что для нелюдя идеал, для человека может оказаться той ещё мерзостью.

— Значит, только передача ощущений? И всё? Может, эти штуки протухли, засохли, или ещё что?

— Возможно. Для подтверждения гипотезы необходим свежий образец.

Ага, легко сказать. А где его взять? Вряд ли кто-то из Стражей позволит расковырять ему череп. Или ей. Ох, этой Дакоте Её Величество голову оторвала бы с удовольствием. Девять лет девка тут бродит и ни на день не постарела, ни морщинки, ни капли жира не появилось. Ну ладно, морщин-то и у самой Регентши нет, несмотря на возраст. А вот на фигуре возраст понемногу начинает сказываться…

— Ну так напади на Стража, — предложила она. — Если кто и справится, то только ты.

— В данный момент демонстрировать факт моего присутствия Стражам нецелесообразно, — отказался Хайд. — А расчётная вероятность успеха нападения не превышает тридцати процентов в случае использования эффекта неожиданности. Тогда как возможность незаметно подкрасться к Стражу не поддаётся вычислению.

— Вот за одно только отсутствие завышенного самомнения и самолюбования я бы тебе дала, — вздохнула Её Величество.

— Не заинтересован.

Вполне ожидаемому отказу королева ничуть не огорчилась. Она продолжала ласкать пальцами девчонку, получая передаваемое через обручи удовольствие. Эх, жаль, она слишком растянутая. В жёны инфанту безмозглая кукла, конечно, в любом случае не годится, а вот для постельных развлечений была бы в самый раз. Да ещё с контактом через эти контуры… Хотя тут можно обдумать варианты, это ещё успеется.

— А что с заказанным мной объектом?

— В процессе изменения. Сохранение разума и сознания с минимальными целенаправленными модификациями в совокупности с масштабными физическими и физиологическими изменениями требует времени и аккуратности. Просьба уточнить требуемые параметры во избежание ошибок.

Королева поморщилась. Каждый раз он требует повторить. А ведь склерозом явно не страдает. Прямо будто какой-нибудь дизайнер, привыкший к придурковатым заказчикам, меняющим свои желания по три раза в день, забывающим об изменениях сообщить, но требующим их исполнения.

— Красивая, сексуальная, с хорошей фигурой. Чувствительная к боли. С узкими дырками, всегда готовая к траху. Но не нимфоманка, кидающаяся на любой увиденный член. С быстрым заживлением ран. Послушная. И чтоб с виду эти особенности не были заметны. Она должна быть убедительна в роли Избранной из другого мира. Не твоего мира! Близкого к моему.

— Быть всегда готовой к соитию, но не желать соития. Остро реагирующая на сигналы о повреждениях тела, являющиеся при повышенной регенерации незначительными и малозначимыми. Покорная и управляемая, но демонстрирующая цельный волевой характер, — то ли констатировал, то ли возразил Хайд.

— Именно так, всё верно, — подтвердила Регентша.

Ну да, требования выглядят противоречивыми. Видимо, потому он и требует повторять. Никак не может осмыслить и интерпретировать такое сочетание. С болью и регенерацией понятно, это всего лишь непрактично с точки зрения его точной машинной логики. Переживёт, его мнение не спрашивали. А с остальным-то как ему втолковать, что к чему, чтоб ничего не перепутал?

— Быстрая возбудимость, но не постоянная течка, — уточнила королева. — Нам вовсе не надо, чтобы будущая королева вечно ходила с мокрым пятном между ног. Можно сделать так, чтобы она возбуждалась только на моего сына? И не от любого прикосновения. Ну там, пососав его член, например.

— Возможно, — выдержав паузу для размышлений, кивнул Хайд. — Но это потребует ограничений в питании.

— Ну и ладно, — отмахнулась Регентша. — Это мелочи, будет говорить, что всегда на диете. Ты же пышку-толстушку выбрал, так что сыграет убедительно. Ну а характер не трогай. Она и так трусиха, легко будет запугать. Но образ Избранной Героини представляет, сумеет изобразить на публику. Ты удачно подобрал экземпляр.

— Два других оказались испорчены, — Мистер указал на утратившую разум девчонку. — Остальные параметры уточнения не требуют?

— Вроде нет. Переспроси в следующий раз, — съязвила королева.

— Непременно, — совершенно серьёзно согласился Хайд, развернулся и скрылся за ширмой, прячущей уводящую вниз лестницу.

Регентша сняла со своей головы обруч и с некоторым сожалением вытащила из девушки пальцы. Та жалобно заскулила, видимо выражая недовольство этим фактом.

Её Величество погладила девушку по волосам. Не вставая с колен, та потёрлась о бедро новой хозяйки и доверчиво посмотрела ей в глаза. Королева усмехнулась. Не такая уж она отрешённая, как показалось поначалу. Инстинкты работают, как у животного. Видимо, просто боялась Хайда с его экспериментами и тестами, а может, он, пока ждал тут, очередную проверку проводил. От его выходок у кого угодно взгляд остекленеет.

— Пошли, девочка, — распорядилась королева, потянув за цепь. — Найдём Фрица и проведём свой эксперимент. Нам обеим не помешает хорошенько потрахаться. И если всё пройдёт как надо, мы ещё не раз поиграем вместе.

* * *

Королева застонала, отрываясь от губ сына и продолжая ритмично двигать бёдрами, поднимаясь и опускаясь на его члене. Наконец-то всё как надо! Немного мешало только несовпадение ритма. Фриц болван, никак не может подстроить темп. Но ощущения девчонки, которую он трахает в соседней комнате, всё равно доставляют то удовольствие, которого не хватало. И сынок доволен, и мама не обижена.

А девчонка молодец, не зажимается, кайфует. Зверёныш, как есть, ну оно и к лучшему. Не засоряет телепатический «эфир» чувством страха и опасением боли. Да и чего ей бояться, Фрицу приказано обращаться с ней как с самой Её Величеством.

Внезапно ощущение распирающего изнутри члена пропало, хотя сам член физически остался. На смену пришло чувство разочарования и неудовлетворённости. Что там этот болван удумал? Ведь не кончил ещё, она бы почувствовала.

Дверь в смежную комнату приоткрылась, в щель просунулась голова Фрица.

— Ваше Величество, там Страж прибыл. Тот, новый, со щитом. Сказал, до него дошли сведения, что вы желаете его видеть.

Королева мигом спрыгнула с постели и принялась одеваться. Страж! И почему так не вовремя? Ну да ладно, дело того стоит.

— Ему сообщили, что вы заняты, и дали распоряжение никому вас не беспокоить, — продолжил Фриц, заслужив разгневанный взгляд. — Он сказал, что вернётся снова через два часа.

— Болвана гвардейца казнить, — приказала королева. — А ты… мог в таком случае и подождать несколько минут с новостями!

— Мам, ты что, уходишь?

Её Величество сдержала рвущееся наружу ругательство. Нашёл время капризничать, мальчишка. Он что, не понимает, насколько важен Страж? Да ничего он не понимает, сама виновата, избаловала. Ладно, время ещё есть, хотя про своё удовольствие опять можно забыть, не до того.

— Ну что ты, сынок, мама тебя никогда не бросит, — уверила она, скользнув на кровать и погружая его член в рот.

Быстренько отсосать и бежать приводить себя в порядок. К встрече со Стражем нужно подготовиться. Он должен увидеть красивую и величественную Королеву, а не только что оттраханную бабу. Раз уж он разыгрывает из себя доблестного рыцаря, то кто лучше подойдёт на роль Прекрасной Дамы? Хотя авось одними серенадами под балконом дело всё же не ограничится. Платонические чувства не так сильны, как скреплённые бурным сексом. Главное, не слишком на него вешаться, в образ одинокой вдовы это не очень впишется. Нужно соблюсти грань между доступностью и холодностью, чтобы он чувствовал себя соблазнителем, добившимся благосклонности самой королевы… Ну, эта игра ей не в новинку, она знает, что делать, пусть и давненько не практиковалась.

Сын не выдаст, а Фрица всегда можно отдать Хайду на опыты, а то от этого тупицы всякого можно ждать. Лучше не рисковать. Надо было и Корвуса девять лет назад прикончить сразу, как перестал быть нужен, не было бы сейчас проблем от него. Игрушечный Лорд-Коммандер не захотел оставаться марионеткой и спокойно сидеть в Башне. Нет, ему непременно надо было стать костью в горле и занозой в заднице! Ещё и Стражи ему бухло и сигареты грузовиками пригоняют. Это ж надо! Ничего, вот заведёт она своего ручного Стража, тогда будет видно, кто кого!

Облизнув губы и улыбнувшись сыну, она поспешила одеваться.

2.11. Королевский гвардеец

Стоя в шеренге из десятка желающих вступить в королевскую гвардию, Рэнди чувствовал себя не в своей тарелке. Меч на поясе оттягивал ремень, казалось, широковатые штаны вот-вот свалятся, а вспотевшая спина жутко чесалась. Похоже, прежний хозяин формы не очень жаловал стирку и мытьё.

Идея притвориться городским стражником Рэнди не очень-то понравилась с самого начала. Но за местного он бы точно не сошёл, а к только что провалившемуся из-за Завесы человеку возникло бы слишком много вопросов. К тому же Костя с приятелями не слишком-то интересовались его мнением, а просто поставили перед фактом. А когда «пионеры» притащили тела пары стражников, одного с перерезанным горлом, а другого удавленного, чтобы не запачкать форму, Рэнди решил, что в королевской гвардии может оказаться безопаснее, чем рядом с ними. И окончательно уверился в этом, когда парни принялись за разделку тел убитых солдат.

Сами проникнуть в ряды гвардейцев кадеты не могли: их непременно узнали бы находящиеся здесь товарищи, присутствовавшие на берегу гвардейцы, а то и сама королева. Хотя вряд ли Её Величество самолично проводит смотры новобранцев. Но «черногалстучники» явно были параноиками, они даже спали всегда по очереди. Да что там, и во время оргий с Люси минимум один непременно стоял на стрёме. Обычно это был Костя, он, кажется, предпочитал уединяться с девушкой вдвоём, хотя Рэнди не слишком пристально за этим следил.

Остальные новобранцы прибыли раньше и уже успели перезнакомиться друг с другом. Видимо, меньше чем десятками в королевскую гвардию не принимали. Трое кадетов, узнаваемых по разноцветным шейным платкам, держались рядом и продолжали шептаться даже в строю. Остальные — четверо горожан и двое явно только недавно попавших в город из-за Грани — тоже разбились на группы. Один Рэнди оставался в стороне. Да и гвардейцы на него поглядывали косо: видимо, стражники-ренегаты нечасто пытаются переметнуться.

— Смирно! — рявкнул один из гвардейцев.

На плац — если дворик позади казарм заслуживает такого названия — вышел ещё один гвардеец. В такой же коричневой форме, как у остальных: похоже, в королевской гвардии знаки различия вообще не использовались, хотя вряд ли офицерский состав здесь так велик, что офицеров сложно запомнить в лицо. Но судя по тому, как вытянулись охраняющие новобранцев солдаты, новоприбывший, несмотря на молодость, был важной шишкой. Хотя проявляемое уважение могло быть вызвано и его комплекцией: этакий здоровяк запросто равному по званию морду начистит, а может и двоим за раз. Конечно, видал Рэнди парней и покрупнее, не то чтоб этот какой-то невероятный гигант или силач, но всяко не из тех, на кого станут задираться без причины. А уж дополняющие образ квадратный подбородок и белокурые волосы делали парня идеальным кандидатом для попадания на плакат — хоть рекламный, хоть агитационный.

— Эй, Ганс! — выкрикнул один из кадетов. — Мы-то думали, куда ты делся.

— На него ж королева глаз положила, — напомнил другой.

— Молчать! — рявкнул названный Гансом. — Я Фриц Шульц, начальник королевской гвардии. Ещё раз нарушите субординацию — отправитесь на кухню! И не факт, что дежурить.

— Так точно! — хором грянули девять глоток.

Не сообразивший присоединиться к остальным Рэнди удостоился пристального взгляда начальства. Но устраивать выволочку ещё одному новобранцу Ганс-Фриц не стал.

— Вы пока ещё только анвертеры, претенденты на вступление в гвардию, — объявил он. — Для того чтобы стать полноправными рядовыми, вы должны доказать свою готовность служить Его Величеству королю и Её Величеству Регентствующей Королеве-Матери. В гвардию будут приняты только пятеро. Поэтому возьмите мечи, разделитесь на пары и… сократите свою численность вдвое. Вперёд!

Рэнди как единственный имеющий при себе меч, не побежал к гвардейцам, заведующим раздачей оружия, а вместо этого медленно попятился назад. На такой поворот он никак не рассчитывал. Костя и его приятели с задачей точно справились бы лучше.

Впрочем, растерялся не он один. Без вопросов исполнять приказ помчались только трое кадетов. Ещё двое горожан поплелись с опаской. А оставшаяся четвёрка застыла на месте.

— Я на такое не подписывался! — возмутился один из пришедших из-за Грани, темнокожий мулат.

— Так-так, — осклабился Фриц. — Вот и прекрасно. Таким в гвардии в любом случае не место. Этого — взять живьём!

Рэнди понял, что это его шанс. Конечно, он уже прикончил папашу и одного из братьев Люси, но они давно потеряли человеческий облик. А вот проткнуть мечом совершенно нормального человека, который к тому же не слишком горит желанием прикончить тебя, — совсем другое дело. Но вырубить вполне можно.

Достав меч, Рэнди подкрался сзади и огрел мулата рукоятью по затылку. Его приятель мигом отскочил и бросился к гвардейцам за оружием. Но не успел: путь преградил один из вооружившихся кадетов.

Рэнди отвернулся, уставившись вместо этого на начальника гвардии.

— Приказ выполнен, герр Шульц! — отрапортовал он.

— Молодец… рыжий, — задумчиво протянул тот. Оглядев остальных новобранцев, он почесал белокурую макушку и пожал плечами. — Постригись покороче и кепи носи.

Помимо Рэнди и кадетов, на ногах осталась всего пара новобранцев из числа горожан, неуклюже обменивающихся ударами. Командир гвардейцев не стал дожидаться окончания их вялотекущего поединка. По взмаху его руки солдаты подхватили тела троих убитых и куда-то поволокли.

— Этого тащите за мной, — приказал Фриц, указав на мулата.

Кадеты не замедлили выполнить приказ. Пришлось и Рэнди присоединиться, ухватив ношу за левую ногу. Не оставаться же смотреть на то, как оставшиеся двое пытаются друг друга прикончить. В правильности решения он убедился, услышав за спиной крики. Похоже, начальник гвардии забраковал обоих горожан. Но оборачиваться, чтобы убедиться во вмешательстве в поединок солдат в коричневых рубашках, Рэнди не стал.

Обогнув казармы, процессия направилась к одиноко стоящему возле стены зданию, у входа которого прямо на земле расселись несколько солдат с подносами, заполненными разноцветной бурдой. Рэнди догадался, что это один из пунктов раздачи, такой же, как в городе. Он сам не раз проходил мимо подобных, хотя заходить внутрь не рисковал. Но по словам Люси, никакой кухни там не было, а бурда текла прямиком из кранов, по описанию смахивающих на водопроводные. Хотя в то, что месиво, называемое в этом городе едой, поставляется по трубопроводу, Рэнди всё ещё до конца не верилось. Это в каком же количестве баланду надо замешивать, чтоб на всех хватало? И кто это делает? И где? Да и признаков необходимых для подобного технологий вокруг не наблюдалось. Вон все с мечами ходят. Но с другой стороны, водопровод-то Рэнди видел в одном из домов, куда забрался в отсутствие хозяев. А вот Люси приходилось ходить за водой в колодец во дворе, которым пользовались, помимо неё, ещё несколько соседей. Правда, воды там всегда было почти по край, черпай себе ведром на здоровье. И даже подобие канализации имелось — просто дырка в полу. Тут снова оставалось верить девушке на слово, что никакой бочки внизу не зарыто.

Рэнди надеялся, что кухни в здании и впрямь нет. Наблюдать, как человека будут разделывать на мясо, ему совершенно не хотелось. А уж тем более самому в этом участвовать. Он и так приложил руку. Но в то, что парня просто запрут в карцер, верилось слабо. Взгляды начальника гвардейцев уже стали для Рэнди вполне очевидны. Как ни странно, окончательно убедился в верности сложившегося впечатления он после замечания о волосах. Хотя тёмные волосы двоих кадетов Фрица, кажется, не волновали. Но, видимо, одних только «белокурых бестий» тут набраться на всю гвардию попросту негде, пришлось немного снизить критерии.

— Поднимите решётку и бросьте эту обезьяну туда, — распорядился Фриц, открыв боковую дверь. — Таким недочеловекам в сортире и на помойке самое место. А тут два в одном. Только в чувство приведите сперва.

За дверью оказалось небольшое помещение, в центре которого красовалась внушительных размеров яма, закрытая решёткой. Без подсказки Рэнди ни за что бы не догадался, что это туалет. Впрочем, нагадить в мусоропровод умельцы всегда найдутся, хотя и для этих целей яма крупновата. Видно, предназначена для крупногабаритного мусора. Но с виду скорее можно принять за ракетную шахту. Ну или лифтовую, если не учитывать круглое сечение, поскольку на потолке имелся точно такой же проём.

Отпустив свой груз, Рэнди ухватился за решётку. Один из кадетов кинулся помогать.

— Да не так, болваны! — обругал их Фриц. — От середины открывается. С краем аккуратней!

Рэнди приподнял решётку с одной стороны, кадет сделал то же самое с другой. При этом, дёрнув слишком сильно, он едва не свалился в открывшийся провал: решётка оказалась легче, чем представлялось, с ней вполне справился бы и один.

Фриц поднял мулата за шиворот и несколькими ударами по щекам привёл в сознание. Тот ещё не успел толком очухаться, как получил мощный пинок, направивший его нетвёрдый шаг прямиком к яме.

— Провались, отброс, — напутствовал гвардеец, пнув парня ещё раз. — Отпускай!

Рэнди на мгновение замер, вцепившись в прутья так, что побелели костяшки пальцев. Точно так же, как у мулата, успевшего при падении ухватиться одной рукой за край второй половины решётки. Конечно, выбраться ему командир гвардейцев, оказавшийся приверженцем арийских взглядов, в любом случае не позволит. Так есть ли разница, отдавит ему пальцы сапог Фрица или сброшенная Рэнди крышка ямы?

Рэнди вздохнул и разжал руки. Разница определённо есть, но в первую очередь в последствиях для него самого. Полететь в мусоропровод следом за бедолагой, родившимся с неугодным кому-то цветом кожи, ему совсем не хотелось.

Край решётки оказался остро заточенным. Рухнув всем весом, он с лёгкостью отсёк встретившиеся на пути пальцы. Два остались наверху, не попав в мелкие ячейки крышки ямы. Проходя мимо, Рэнди машинально спихнул их ботинком. Он встал перед Фрицем, стараясь всем видом продемонстрировать ожидание дальнейших приказаний и готовность их исполнить, хотя в ушах ещё звенел крик летящего вниз мулата. Он ничего не мог для него сделать. Ничего реально полезного. Только бессмысленные демонстративные жесты во вред себе.

— Молодец, рыжий, — кивнул Фриц.

— Так точно, герр Шульц, — отозвался он.

Щёлкать каблуками, вытягиваться по струнке или гаркать во всю глотку Рэнди не стал и пытаться. Всё равно вышло бы слишком нарочито, наигранно и неумело. Не стоит стараться казаться тем, на кого совершенно не похож, всё равно никто не поверит. Подобострастный служака из растрёпанного рыжего оболтуса в штанах не по размеру совершенно никакой, это и полному идиоту видно. Но вот изобразить верного, хотя и не слишком рьяного, сподвижника, предпочитающего валить грязную работу на менее сообразительных товарищей — почему бы и нет? Тут главное — соблюсти равновесие. Рядовые исполнители легко заменяемы, а слишком ленивые халтурщики не нужны. А вот тот, кто способен заставить других делать свою работу и при этом проследить, чтобы они сделали её как следует, всегда полезен.

— Ну-ка, выметайтесь отсюда, — распорядился Фриц.

Вся четвёрка мигом выскочила за дверь. Командир гвардейцев нажал на неприметную панель на стене, и из шахты сверху хлынул поток воды, смывая оставшуюся на решётке кровь и вообще все следы разыгравшейся здесь сцены. А заодно и проталкивая дальше тело где-то внизу, на дне шахты, оказавшейся всё же трубой.

Как ни соскучился Рэнди по душу, под такой напор воды попадать не хотелось. Лучше уж продолжить мыться в корыте, чем оказаться припечатанным к решётке. А вот мыть здесь что-то, пожалуй, удобно. Начиная от подносов с раздаточного пункта и заканчивая чем-то крупногабаритным. Туалет, мусоропровод и мойка разом — многофункционально сделано. И явно не в средневековом стиле, в отличие от остального. Выходит, это самое «остальное» — не более чем стилизация. Проще говоря — подделка. Которую кто-то создал и, судя по непрекращающейся работе трубопроводов, продолжает обслуживать. Вероятно, этот кто-то связан и с Гранью. А значит, в курсе, как отсюда убраться. Остаётся как-то его найти и заставить рассказать.

Хотя ведь до сих пор никто подобное провернуть не смог… Или смог и просто тихо смылся? Скорее всего. Вряд ли хозяева города, кем бы они ни были, согласятся отпустить всех. Но всех и не надо, главное, его, Рэндольфа Хьюза, пусть домой отправят. Можно даже не в Бостон, а хоть в Дублин. Или куда угодно. Лишь бы не посреди океана выкинули. Но и это никак не проверить…

Несмотря на копошащиеся в голове сомнения, за солдатом, которого Фриц отправил проводить новобранцев в казарму, Рэнди последовал, полный надежд. Пусть призрачных, но это лучше, чем ничего. Да и избавление от четвёрки кадетов-людоедов уже само по себе повод для радости. Пускай Костя ждёт, пока его шпион доложит о положении дел во дворце, долго ждать придётся.

Часть 3. Монета на ребре

3.1. Всё началось не со зла

Её Величество ещё раз придирчиво оглядела себя в зеркале и усмехнулась. Ну прямо как девчонка перед первым свиданием. А ведь уже больше двадцати лет на свидания не ходила. Но тогда всё было по-другому. Она оделась бы иначе, а в последний момент передумала и снова переоделась… Но тут выбор нарядов из старого мира невелик, только то, что реквизировали у прежних попаданцев.

Королева в очередной раз приподняла подол плиссированной юбки и, поморщившись, вновь позволила ему упасть до колен. Нет, мини ей больше не носить, всё же бёдра излишне располнели. Впрочем, ладно, королеве всё равно не к лицу сверкать задницей. Которая к тому же тоже давно не как у двадцатилетней. Жаль, из подходящего белья нашлись только стринги, которые теперь врезаются во все места. Может, просто отвыкла носить такое. Или всё же стоит подумать о диете…

Она поправила тесноватый лифчик, выгодно подчёркивающий размер и форму груди, но при этом ужасно неудобный. Подумав, застегнула верхнюю пуговицу на блузке. Покачала головой, снова расстегнула и оторвала её зубами. Вот так будет лучше, будто это ненамеренно. Пуговица отправилась в выдвижной ящик тумбочки: если вдруг ещё одна на самом деле оторвётся и потеряется, замены будет не найти.

Что ж, хотя бы над причёской раздумывать не пришлось. Толстая белая коса давно стала её «фирменным стилем». И красиво, и практично. Королева усмехнулась, вспомнив, как перепугалась, увидев отрастающие «седые» корни. За все годы она так и не узнала, почему после прохода через Завесу волосы изменили цвет. Оно и к лучшему, конечно, иначе сейчас уже точно появилась бы настоящая седина, а краски для волос тут не достать.

Она поправила охватывающий голову обруч, который решила оставить в качестве короны. Главное, чтоб никто не нацепил второй. Но Фриц не посмеет выкинуть такой фокус, ему на этот счёт даны строгие указания. Он, конечно, болван, но преданный, да и к дурацким шуткам не склонен. В отличие от…

Её Величество тряхнула головой, отгоняя неуместные мысли. Не время вспоминать о неудачном выборе прежнего любовника, лучше сосредоточиться на будущем.


Шагая следом за гвардейцем по коридорам дворца, Эмджей удивлялся отсутствию звука шагов. Он, конечно, в берцах, а не стальных сабатонах, но с учётом веса доспехов бесшумностью шага никогда похвалиться не мог. Так рыцарю этого и не требуется, его приближение должны слышать издали и заранее начинать бояться. Каких-нибудь следопытов пускай отыгрывают те, кто на игру приезжают в пошитых из штор плащах…

Эмджей одёрнул себя. Это не игра. Всё взаправду. И на поясе у него настоящий боевой меч. И у врагов тоже. И ссора не закончится парой зуботычин и матом прибежавшего на шум Мастера. И даже если Её Величество в попытке сделать реверанс запнётся о трещину в полу и сковырнётся с каблучков, ржать нельзя. Впрочем, в отличие от ряженых дурочек в картонных коронах, которые в лес приезжают в туфлях на шпильках, со здешней королевой подобного казуса не должно случиться.

Там, на берегу, держалась она… истинно по-королевски. Другого определения и не подобрать. Эмджей так и не смог понять, местная она или тоже из его мира. Что ж, при личном общении без толпы горластых, качающих права придурков вокруг этот вопрос быстро прояснится.

К его удивлению, сопровождающий гвардеец повёл Стража не в тронный зал, где Эмджей уже успел побывать пару часов назад. Пройдя извилистым коридором, они остановились перед ничем не примечательной дверью. В ответ на стук выглянул перегородивший проём громила. Эмджей чуть напрягся, вспомнив, что этот тип на его глазах убил человека, но хвататься за меч не стал. Лучше сразу телепортироваться. Интересно, удастся ли переместиться мордовороту за спину, не зная, что там? Бить в спину — не подлость, а тактический приём. Особенно когда противник на полголовы выше, раза в полтора шире и способен одним ударом насквозь проткнуть человека, пришпилив его к земле, как энтомолог бабочку.

Опасения оказались беспочвенными. Громила долго таращился на гостей, не меняя каменного выражения лица, но в итоге кивнул и отступил в сторону. Гвардеец входить не торопился, так что Эмджей не стал дожидаться приглашения.

Сидящую за большим деревянным столом женщину невозможно было не узнать, хотя теперь королевский статус в ней выдавал только серебристый обруч на голове. Если бы не это да невероятной длины и толщины платиновая коса, её вполне можно было принять за обычную офисную сотрудницу статусом от секретарши до директора. Хотя нет, властное выражение лица секретарше никак не подходило, эти, даже когда пытаются изображать важность, выглядят напыщенно и нелепо, как прикидывающаяся павлином курица. А в королеве, даже одетой цивильно, чувствовалось истинное величие.

Эмджей замялся, не зная, что делать. Уместно ли будет в такой обстановке поклониться? Но не с порога же это делать в любом случае, а оставлять громилу за спиной не хотелось.

— Нотунг, выйди, — приказала Её Величество, разрешив сомнения, и сама поднялась навстречу гостю.

Телохранитель молча покинул кабинет. Едва дверь за ним закрылась, Эмджей шагнул вперёд и отвесил полупоклон.

— Рада вас видеть, милорд Страж, — с улыбкой кивнула женщина. — Надеюсь, вы не возражаете против встречи в неформальной обстановке?

— Нисколько, Ваше Величество. Зовите меня просто Эмджей. Все эти «милорды» как-то не по мне.

— Эмджей, — задумчиво протянула она. — Интересное имя. Необычное. Американец? Или…

— Вообще, меня Михаил зовут. Эмджей — это прозвище. Михаил Михайлович я, то бишь Михаил-младший, джуниор. Вот отсюда и Эмджей. Один друг так звать начал, потом прилипло, вот и…

Он запнулся и пожал плечами.

— Это удачно прилипло, я вот себе подходящее прозвище так придумать и не смогла, а русские имена тут не в чести. Хорошо хоть, к королеве «эй, ты» никто обращаться не посмеет, так что слышу только «Ваше Величество», — развела руками она. — Даже покойный супруг всегда обращался «дорогая» и никогда — просто «Жанна».

— Жанна — прекрасное имя для королевы. Могу я обращаться к вам по имени?

— Можно даже на «ты», раз уж мы земляки, — предложила Её Величество, улыбнувшись.

— Вы… ты хотела о чём-то поговорить? — вспомнил Эмджей.

— Да, — кивнула королева, машинально поглаживая перекинутую через плечо косу. — Прежние Стражи сотрудничали с королём, моим покойным супругом. Потом им на смену явилась эта пара чудиков… Они предпочитают общаться с Корвусом… Лордом-Коммандером. И я подумала, появление нового Стража может это изменить.

— Готов служить Вашему Величеству, — не задумываясь, отозвался Эмджей.

Сомнений в правильности такого решения у него не возникло. Ни Коммандер, ни парочка коллег ему категорически не нравились. Ещё с первой встречи, когда они обвиняли друг друга в людоедстве и убийствах. Да и потом Даллас и Дакота так ничего толком и не объяснили, не ввели в курс местных дел. Вот тебе Завеса, вот возникающие в ней Прорывы, через которые что-то или кто-то может провалиться, закрывай их, если хочешь. А не хочешь — не закрывай. Мол, само существование Стража способствует поддержанию баланса, а с остальным они сами разберутся. Только вот они-то неизвестно чем занимаются, грузовики с автобусами из других миров таскают, а он, как дурак, прыгал с одной улицы города на другую, где по каким-то непонятным ощущениям определял появление Прорыва, но независимо от того, пытался он что-то сделать или нет, ничего не происходило. Появлялись какие-то чёрные пятна в воздухе, которые по его желанию иногда исчезали, но, даже если продолжали висеть, из них ничего не появлялось.

— Стражи иногда переносили что-нибудь из других миров… Одежду, разные вещи. Но уже девять лет их нет и… — Королева развела руками.

Эмджей кивнул. Царящее во дворце запустение он видел и сам. Но что с этим делать? Переноситься в другие миры и угонять там грузовики, как сделали Даллас и Дакота? А как? Пока он пробовал телепортироваться только в пределах города. Ну и в «квартиру» без окон и входной двери, показанную ему Далласом и Дакотой. Но и она ведь должна быть где-то в этом мире, может быть, под землёй…

— А что случилось с прежними Стражами?

— Погибли при возникновении Разрыва. Возможно, к этому приложил руку Лорд-Коммандер. По крайней мере, он точно был рядом… Тогда же погиб и мой муж.

— Сочувствую.

— Не стоит, — отмахнулась Её Величество. — Это было давно. И мы никогда не любили друг друга. Ему нужна была жена из числа Избранных, а мне… Сам видел, какая тут жизнь, а титул королевы даёт некоторые преимущества.

Эмджей снова кивнул, хотя на сей раз с некоторой заминкой. Жизни в городе он как раз толком и не видел. Ну не ходить же по улицам, стучась в дома, и спрашивать, как горожанам живётся. Да при виде Стража в доспехах мирные жители сразу разворачивались и старались убраться подальше! А ведь многие из них даже вряд ли знали, что он Страж. Просто незнакомец в доспехах и с оружием. Но патрулирующие улицы стражники точно знали, а эти убегали быстрее всех.

— А что за история с Избранностью?

— Никто толком не знает, — пожала плечами королева. — Просто некоторые оказываются Избранными, другие нет. Нам местная пища не вредит, ну и… можем кое-что.

— Что, например?

Эмджей рефлекторно отшатнулся, когда нога королевы в остроносой туфельке промелькнула у него перед лицом. Так быстро, что он не успел толком ничего разглядеть. Но судя по высоте замаха, у Её Величества очень неплохая растяжка. А через секунду женщина вновь как ни в чём не бывало стояла у стола, оглаживая юбку.

— Неслабо, — протянул он.

— Тут Избранных за сотню, наверное, так что особых преимуществ в этом нет. И мужчины-Избранные всё равно сильнее.

Эмджей понадеялся, что королева не заметила его замедленной реакции, приняв её за выдержку. Похоже, Стражам физические преимущества Избранных не полагались. Хотя, конечно, возможность телепортироваться покруче будет. Главное, успеть переместиться раньше, чем окажешься с перерезанным горлом. С такой скоростью реакции Коммандер вполне мог успеть перебить прежних Стражей, если те не ожидали нападения. А потом и короля. Вот за это, пожалуй, надо бы сказать ему спасибо.

Он украдкой окинул королеву взглядом, задержавшись на вырезе. Шикарная вдовушка. Попалась бы ему такая в родном мире, может, и женат был бы сейчас. Вместе бы на ролёвки гоняли.

Хотя так ведь даже лучше! Здесь-то всё взаправду, всерьёз, по-настоящему! И он может сделать что-то действительно важное. Помочь народу, городу… и его королеве.

Конечно, она не настоящая королева. В смысле не средневековая аристократка, в остальном-то вполне соответствует. Но так даже лучше. Сможет понять его, не придётся объяснять ей простейшие вещи. И общие темы для разговоров наверняка найдутся. Да и вообще, одинаковый менталитет — это важно. Он-то ведь тоже не настоящий рыцарь. Ну, настоящие-то рыцари были тем ещё быдлом, это в балладах и книгах потом образ романтизировали.

А способ поухаживать она сама подсказала. Осталось разобраться, как перемещаться в другие миры и обратно с подарками. Но это дело техники, вряд ли окажется сложнее, чем телепортация в пределах города.

— Приятно встретить земляка, с которым можно просто поговорить, без титулов и всяческого пиетета, — со вздохом, от которого натянулась ткань блузки на груди, заметила королева. — Тебе здесь, наверное, всё непривычно и неуютно? Я сама до сих пор к некоторым вещам привыкнуть не могу. Особенно бытовые мелочи достают.

— Да ничего особенного, почти как дома, — пожал плечами Эмджей. — Разве что телека и компа нет. Хотя телека у меня и дома уже десять лет не было. Двери странные, а в остальном обычная квартирка.

— Квартирка? — удивилась женщина. — А где живут Стражи? Всегда хотела узнать, куда они… вы переноситесь.

— Могу показать, — предложил Эмджей, протягивая руку в латной перчатке.

Оставалось пожалеть, что припёрся почти в полном доспехе. Хорошо хоть, шлем и койф догадался снять. Ну да ладно, за ручки подержаться возможность ещё будет. Привести девушку к себе домой — гораздо более важный шаг. Он усмехнулся. Даже в таких странных обстоятельствах суть некоторых вещей не меняется.


Жанна оглядывалась по сторонам, едва сохраняя на лице выражение спокойствия. Обычная комнатка, каких она видела десятки. Но то было больше двадцати лет назад. И увидеть подобную обстановку когда-нибудь ещё она не ожидала. Обстановка довольно спартанская. Кровать, письменный стол с офисным креслом в углу, небольшой книжный шкаф… Увидеть вновь книги она тоже не рассчитывала. Хотя читать никогда особо не любила, а у Стража, кажется, сплошное фэнтези, но сейчас она готова была почитать даже благоглупости про прекрасных принцесс, храбрых рыцарей и ужасных драконов. А то ведь никаких развлечений, кроме секса и пыток.

Она усмехнулась. О таком времяпрепровождении при пареньке, конечно, нельзя упоминать.

Хватало, впрочем, и странностей. Отсутствие двери и окна за шторами на стене. И почему Страж назвал это квартирой, когда тут всего одна комната? Хотя, может, есть и другие, куда тоже можно только телепортироваться.

Валяющийся на столе шлем с какой-то кольчужной подкладкой и повешенный на крючок в стене щит тоже смотрелись тут чужеродно. Впрочем, для чокнутых ролевиков это, наверное, норма. А вот шкафа для одежды нет. Этот чудак что так и ходит постоянно в доспехах?

— Очень уютно, — заметила королева, присаживаясь на край кровати.

Интересно, сядет рядом или устроится на стуле? И как себя дальше вести? С одной стороны, чего зря время терять, а с другой, и так встреча вышла слишком панибратской, этак посчитает дурочкой-давалкой, пробившейся на трон через постель. По сути-то, наполовину будет прав, но зачем ему это знать.

— Я сейчас, вернусь через пару минут, — неожиданно заявил Страж и исчез.

И куда это его понесло? В другую комнату, переодеться? Или новый Прорыв случился?

Когда по ощущениям прошло минут десять, а Страж всё не появлялся, королеве надоело ждать. Взяв с полки первую попавшуюся книжку, она скинула туфли и забралась на кровать с ногами. Пожалуй, стоит изобразить любовь к подобному чтиву. Мужики любят, когда женщины разделяют их идиотские увлечения. Хотя начнёт расспрашивать, каких авторов читала, какие любимые книги… Нет, не прокатит.

Поначалу она пролистывала книгу через страницу, но постепенно увлеклась. История волшебника-недоучки, призвавшего зелёного чешуйчатого демона, на самом деле являющегося утратившим магию волшебником из другого мира, оказалась даже забавной. Хотя бы Избранных, спасающих мир, нет.

Но где запропастился Страж? Книга подошла к сотой странице, значит, прошло часа два, если не больше. А если он не вернётся? Как выбраться из комнаты без дверей? И сколько она тут протянет без еды и воды?

Возникла и ещё одна, даже более насущная проблема. По крайней мере, не терпящая долгого промедления. Жанна даже заглянула под кровать, но горшка там не обнаружила. Ну конечно, зачем способному телепортироваться Стражу гадить там же, где спит. А ей-то что делать? Хоть бы кадку с пальмой в углу поставил для красоты.

Вот уж дурацкая выйдет ситуация, если Страж всё же вернётся. Рассматривать иные варианты Её Величество пока не желала. Оставалось надеяться, что возвращение случится в ближайший час-другой, иначе придётся наделать лужу прямо на полу. Или приспособить для своих нужд шлем, но это, пожалуй, понравится Стражу ещё меньше.

Вновь отвлечься чтением не удалось, так что книжка отлетела на подушки. Да уж, о таком в романах не пишут. Запертому где-то герою никогда не может внезапно приспичить. А уж тем более героиням, особенно королевам. Видимо, они гадят только в души окружающим.

Вскочив с кровати, Её Величество принялась ощупывать и простукивать стены в поисках потайного хода. Хотя надежда на это была призрачной: Стражам двери не нужны. Но кто-то ведь эту комнату построил, может, и не сами Стражи. Впрочем, этот же кто-то, скорее всего, построил и весь город и вряд ли при этом клал камни вручную.

Услышав за спиной хриплый вздох, Жанна едва не подпрыгнула от неожиданности. Вернулся!

— Ты где был?! Быстро верни меня во дворец!

— Что? — опешил от такого напора Страж. — Погоди ты.

Он отмахнулся и плюхнулся на кровать, рассматривая то, что держал в руках. Выглядел парень растрёпанным и хмурым. Белая накидка с драконом оказалась испачкана, в одном месте то ли порвана, то ли прорезана, а в другом обожжена. Ботинки вообще выглядели так, словно он пробирался через болото.

Штуковина у него в руках походила на какой-то странный меч с зазубренным изогнутым лезвием. Хотя гораздо более странной была его рукоять, обтянутая чешуйчатой кожей и с непонятными торчащими в разные стороны отростками.

— Что это?

— Трофей, — буркнул парень, скривившись, и отбросил штуковину в угол.

Королева подавила любопытство. Это подождёт.

— Верни меня во дворец.

— Да что тебе так приспичило! — не сдержавшись, рявкнул Страж.

— Именно что приспичило! — не менее раздражённо огрызнулась Жанна. — У тебя тут ни туалета, ни окна!

Эмджей раскрыл рот, но смолчал. Поднявшись, он быстро подошёл к стене и провёл по ней рукой. Её Величество мигом выскочила в открывшийся проём, оказавшись в узком коридоре. Без единой двери. Не успела она возмутиться, как Страж прикоснулся к другой стене, открывая ещё один проход.

Несмотря на своё нетерпение, Жанна застыла на пороге нового помещения. Туалет. Самый обычный, с настоящим унитазом, даже с сиденьем, а не просто закрытая решёткой дыра в полу. Но долго наслаждаться видом блага цивилизации было некогда.

— Не вздумай меня тут запирать! — резко предупредила она.

Парень замер, глядя на неё с озадаченным выражением лица.

— Если любитель посмотреть, можешь наслаждаться, — буркнула Жанна, начиная задирать подол.


Эмджей мигом отвернулся и шагнул в сторону, одной рукой держась за край проёма, чтобы дверь не закрылась. Вот ведь неловкая ситуация вышла. Он надеялся, что не слишком покраснел. Поди, не мальчик уже, чтоб стесняться. Ну подумаешь, даму зов природы одолел, со всяким бывает, дело житейское. Потом они ещё вместе над этим посмеются.

По крайней мере, этот несуразный случай позволил отвлечься. Путешествовать по мирам оказалось не так просто, как он думал. Само-то перемещение труда не составило, а вот попасть именно в нужный мир… Похоже, требуется чётче представлять желаемое место назначения, а не просто «какой-нибудь другой мир». А то с такими координатами угодил в этакую дыру, что и вспоминать не хочется. И попытки выбраться переносили в похожие места, то чуть лучше, то чуть хуже. И кажется, людей там вовсе не водилось.

Знать бы, как миры расположены относительно друг друга. Имеет ли вообще при этом значение расстояние, или существует какая-то иная градация? По крайней мере, очевидно, что не все они похожи на Землю. Хорошо хоть, гравитация и атмосфера оказались пригодными для людей. А то мог вовсе быть моментально расплющен или сожжён. Нет, с экспериментами определённо стоит поостеречься.

Услышав звук сливаемой воды, он постарался натянуть на лицо выражение спокойного безразличия. Женщина, выйдя в коридор, бросила на него быстрый взгляд и поспешила в комнату.

— Я прошу прощения за долгое отсутствие, возникли некоторые затруднения, — Эмджей опустил взгляд на испорченное сюрко и трофейный меч в углу. — Мда, затруднения… Не уверен, что смогу приносить вещи из других миров. Сначала мне надо немного подтянуть технику перемещения, а то на поворотах заносит.

— Приносить вещи? Ты что, оставил меня тут и попёрся… — женщина запнулась от возмущения и покачала головой. — Попёрся за вещами? В другой мир? Сам? — Она встала с кровати, приблизилась и ухватила Эмджея за сюрко. — И там тебя чуть не порезали и едва не подпалили?

— Ну да, — он пожал плечами, — мирок попался не самый удачный. В следующий раз…

— Я тут навсегда остаться могла! И умереть от жажды!

Эмджей снова пожал плечами. Кто ж знал, что он может так вляпаться.

— И зачем тебя куда-то понесло? — продолжила наседать королева. — Стражи всегда перемещали вещи сюда!

— Сюда? — тупо переспросил Эмджей. — Не сами переносились? Даллас и Дакота пригнали грузовик…

— Я не знаю! — всплеснула руками женщина. — Они точно на этом грузовике сами приехали? Я не видела, кто был за рулём.

— Ну, я тоже не видел, — признал парень. — Но другого возможного водителя ведь там не было…

— Может, и пригнали, — согласилась Жанна, понемногу успокаиваясь. — Но это же грузовик! Прежние Стражи при мне иногда вещи переносили. Не всегда то, что хотели, но всё же…

Эмджей попробовал. Закрыл глаза, представил… И обнаружил в своей руке бутылку вина. Ещё одно усилие, и в другой руке появился хрустальный бокал.

А это оказалось не так уж сложно. Точно гораздо проще, чем перемещаться куда-то самому. И даже не приходится искать в другом мире нужные вещи. Конечно, при таком способе совершенно неизвестно, откуда именно они берутся. Может, из чьей-то квартиры. Вот кто-то удивится, не обнаружив в шкафу бутылки и стакана.

Жанна отобрала у него вино, выдернула пробку зубами и хлебнула из горла.

— Что? — спросила она, поймав его удивлённый взгляд. — Если я женщина и королева, это не делает меня тепличной розочкой.

Пожав плечами, Эмджей отправил бокал обратно, понадеявшись, что он вернётся на то же место. Он и сам не раз, бывало, никак не мог найти дома разные мелочи — хотя с посудой такого вроде не случалось — и знал, как это раздражает. Вот вроде помнишь, что положил ключи, ручку или расчёску куда-то, а их там нет. И потом обнаруживаются в совсем другом месте. Или вовсе не находятся.

Но даже если кто-то там, в других мирах, лишится нужной ему вещи, он всегда может пойти и купить замену. А тут такой возможности нет.

— Если ты не знал, что можно переносить вещи, то откуда всё это? — королева обвела рукой комнату, особо выделив книжный шкаф.

— Всё уже было, когда Даллас и Дакота перенесли меня сюда. Хотя пары моих любимых книг тут нет…

Решив, что пора это упущение исправить, Эмджей немедленно принялся пополнять свою библиотеку. И так этим увлёкся, что пришлось сразу обзавестись и ещё одним шкафом.

— Я возьму вот эту почитать.

Он оглянулся на женщину. Жанна устроилась на кровати, поджав под себя ноги. В одной руке бутылка вина, в другой книга. Прямо по-домашнему выглядит.

— Конечно, забирай совсем, — кивнул Эмджей, перенося новый экземпляр для себя. — Это одна из моих любимых. Там ещё томов пятнадцать продолжения.

— Будет чем заняться в свободное время, — с какой-то странной интонацией протянула женщина. — Хотя, пожалуй, в ближайшие пару дней мне не захочется оставаться одной в закрытом помещении. И как у тебя ещё клаустрофобия не появилась? Хотя ты же можешь в любой момент переместиться.

Перемещаться Эмджею пока совершенно не хотелось. Ещё слишком свежи были в памяти картины чужих миров, он опасался, что из-за этого может снова оказаться там. Да и видеть человеческое лицо после того, как едва не застрял в обществе жутких нелюдей, видевших в нём не то врага, не то просто дичь, было в радость. Конечно, можно переместиться в город, но там народ от него самого шарахается, как от Чужого. Похоже, быть Стражем — одинокая работа.

— Наверное, силе и власти всегда сопутствует одиночество, — пробормотал он.

— Что?

— Я говорю, быть королевой, должно быть, одиноко, — выкрутился Эмджей. — С подданными по душам не пообщаться, надо держать марку и всё такое.

— Так и есть, — согласилась Жанна. — Похоже, у Стражей та же история, а?

Эмджей кивнул, глядя на женщину со всевозрастающим интересом. Надо же, как она проницательна. Как у них мысли сошлись. Красивая, умная, понимающая. И одинокая. И ему-то как раз статус позволяет быть с ней на одном уровне. Стражи, может, даже поважнее королей. Впрочем, незачем влезать в местную иерархию. Герой должен оставаться вне политики, сражаясь за правое дело, а не за власть. Хотя Даллас и Дакота, видимо, этих взглядов не разделяют, играя на стороне Лорда-Коммандера. Который явно не из числа хороших парней, что бы там ни пытался заявлять. Ещё и оболгать Её Величество старался.

— А у тебя ведь есть сын! — вспомнил Эмджей. За всеми событиями упоминание о короле и том, что Жанна является королевой-регентом, вылетело у него из головы. А Коммандер что-то и про мальчишку говорил. — Сколько ему?

— Скоро сядет на трон, а я отойду от дел и смогу отдохнуть, коротая вечерок за книжкой, — вздохнула женщина. — Вот стукнет ему через два месяца восемнадцать… Хотя всё равно ведь помогать советами буду, куда я денусь, не вешать же всё разом на плечи ребёнка.

Эмджей вытаращил глаза от удивления. Восемнадцать? Он-то думал, мальчишке ну максимум двенадцать. А сколько же самой Жанне тогда?

— Это во сколько же ты его родила? В тринадцать, что ли?

— Спасибо за комплимент, — улыбнулась она. — Но я немного постарше.

— Не верю, — покачал головой Эмджей, внимательно её разглядывая. — Может, тут годы короче?

— Местные учёт лет не ведут, я по дням считала. Продолжительность суток, кажется, примерно такая же, как у нас. Я не знаю, как точно посчитать, тут ведь даже луны нет.

Эмджей покачал головой. Вот уж ни за что не подумал бы. Да многие его сверстницы выглядят хуже, тем более после рождения ребёнка. И это в цивилизованном мире, где им доступны все технологические блага и косметические средства.

— И давно ты тут?

— Полжизни, примерно, — пожала плечами она. — Может, хватит о моём возрасте? Женщинам такие темы не очень приятны, знаешь ли.

— Да ладно, было бы из-за чего комплексовать. Ты шикарна.

— Для своих лет?

— Для любых, — решительно возразил Эмджей.

— Ладно, наверное, мне стоит вернуться во дворец, — сменила тему королева. Она встала и прошлёпала босыми ногами к Стражу. — Спасибо за вино и комплименты, но дела, дела…

Она пошатнулась, и парень подхватил её, удержав за талию.

— Похоже, вино в голову ударило, — улыбнулась она. — Давненько не пила.

Решив, что лучшей возможности может и не представиться, Эмджей не сдержался и подался навстречу, накрыв её губы своими.

— Теперь веришь, что мои комплименты были искренни? — спросил он, оторвавшись.

— Не совсем, — протянула она, отходя к кровати и присаживаясь на край. — Но ты можешь меня убедить. Только доспехи сними.

Эмджей начал торопливо срывать наручи, но застёжки никак не хотели поддаваться пальцам в латных перчатках, которые не снять, не отстегнув надетые поверх наручи… Тут требуется или помощь оруженосца, или аккуратность. Озарённый идеей, он телепортировал перчатки на стол. За ними последовали наручи, поножи и ножны с мечом. Грязные ботинки встали в угол.

— Магический стриптиз, такого я ещё не видала, — рассмеялась Жанна.

Плавным движением — и куда только девалась пьяная неустойчивость? — она скользнула к нему и потянула сюрко через голову. Не выдержав, Эмджей притянул женщину к себе так крепко, что она пискнула, и вновь впился в её губы.


— Полегче, я уже не так молода, не забывай, — шутливым тоном пожурила его Жанна.

Ну что за болван, кольчугу так и не снял. Хотя это даже пикантно, как минимум необычно. Но всё же к чему эта подростковая торопливость, вроде ведь уже не мальчик. Зато какой пыл, какая страсть!

Она запрокинула голову, подставляя шею для поцелуев. Блузка неведомо как исчезла с плеч, видимо, тоже переместил. Вот ведь торопыга. Если он во всём такой быстрый, надежда самой получить удовольствие не оправдается.

Жанна вздохнула с облегчением, избавившись наконец от сдавливавшего грудь лифчика. Губы Стража мигом спустились с шеи ниже, исследуя открывшиеся просторы, пока руки старались забраться под юбку.

Королева застонала, не совсем притворно, к собственному удивлению ощутив возбуждение, хотя и какое-то необычное. В чём заключалась эта необычность, она понять не могла, да особо и не старалась.

— Кольчуга, — шёпотом всё же напомнила она.

— Не могу её телепортировать, — пропыхтел парень. — Сейчас сниму.

— Чёрт с ней, оставь.


Эмджей только приветствовал такое решение — отрываться ни на секунду не хотелось. И чего проклятая кольчуга застряла? Прав был Макс, подшучивая, что когда-нибудь чешуя прирастёт. Может, слишком несосредоточен для телепортации? Но штаны-то переместились запросто. Секс в доспехах — оригинально, однако. Хотя в жизни ведь надо попробовать всё.

Главное, не облажаться после долгого воздержания. Но попробуй тут не перевозбудиться от такого тела. И этой женщине сорок? Ни за что бы не поверил! Большая грудь ничуть не обвисла, задница упругая, кожа гладкая.

Опрокинув женщину на кровать, он задрал ей подол и опустился на колени. Но она сама потянула его на себя.


Жанна развела согнутые в коленях ноги, уперевшись пятками в кольчужные бока. Стальные чешуйки холодили кожу и иногда при движениях болезненно задевали напряжённые соски. Она старалась не показывать неудобства, но заметила, что в эти моменты парень и сам как-то болезненно кривится. Вот ведь сопереживающий какой.

Чтобы ненароком не рассмеяться, она впилась в его губы, прокусив до крови. И сама чуть не вскрикнула. Что, он тоже кусаться вздумал?


Эмджей старался приподняться повыше, чтобы не касаться распластавшейся под ним женщины кольчугой. Тереться о железку-то, поди, не слишком приятно. Даже ему самому проклятая штуковина доставляла неудобства. Скрепляющая пластины проволока где-то разъединилась, что ли, и теперь цепляется за сосок? Но, по крайней мере, периодические болезненные царапанья помогали сдерживаться, тоже польза.


Жанна вскрикнула и обвила партнёра ногами и руками, плотнее притягивая к себе. Ощущения были поразительные! Напряжённый член, таранящий её лоно, чувствовался необычайно остро, будто часть её собственного тела. Нечто отдалённо похожее она испытывала, лаская себя пальцами, только пальцы не так чувствительны, не пульсируют и не становятся больше и твёрже.

Эмджей попытался отстраниться, но она удержала, протестующе застучав пятками ему по спине. Через броню он, конечно, не почувствовал, но призыв не останавливаться понял.


— Ох, ты ж, боже мой, — пробормотала она и только по хрипоте голоса поняла, что сорвала горло от оргазменного крика.

— Да… это было… нечто…

Жанна крепко поцеловала любовника в губы. Обычно после секса её на нежности не тянуло, но тут определённо был особый случай. Подобного она ещё никогда в жизни не испытывала. Включая одновременный оргазм, который вообще считала чем-то мифическим.

Эмджей наконец вышел из неё и поднялся. Она провела ладонью по лбу, утирая испарину, и задела пальцами металлический обруч. Ну конечно! Он же Страж! И как она не подумала? Хотя кто бы догадался, что контрольный контур из головы мёртвого Стража вступит в контакт с имплантированным живому? Мистер Хайд, кажется, такого тоже не предполагал. Или не посчитал нужным информировать, с него станется. Но если бы она и знала, всё равно не сделала бы лучше, чем вышло.

А если надеть второй обруч на Фрица, получится то же самое? Впрочем, нет, к чёрту Фрица. Он Стражу и в подмётки не годится. Сравнение, конечно, не объективно, но и чёрт с ним тоже. К тому же настолько терять над собой контроль при Фрице не стоит. Он, разумеется, не семи пядей во лбу, но может придумать какую-нибудь дурость в попытке воспользоваться ситуацией. И даже если это в ней просто говорит паранойя, лучше не проверять. От добра добра не ищут. К тому же Страж куда полезнее гвардейца, так что с ним стоит укреплять связи почаще. Можно повторить через полчасика, например, только содрать всё же с него эту железную чешую.

— Прости, я тебя поранил.

Жанна оглядела своё покрытое царапинами тело и отмахнулась.

— Пустяки, на Избранных всё быстро заживает. Хотя в следующий раз лучше без брони. У нас ведь будет следующий раз?

— Ну конечно, — закивал Эмджей. — Ещё бы! Ни за что бы не отказался.

— А если бы я отказалась? — вскинула бровь королева. Заставив парня немного помучиться в раздумьях, махнула рукой. — Не напрягайся, шучу. Я в жизни такого прежде не испытывала, дурой была бы, если б не захотела ещё.

Она подобрала лифчик и огляделась в поисках блузки.

— Куда ты закинул мою одежду?

— Хм… — замялся он. — Кажется, куда-то в другой мир, я не очень соображал, когда телепортировал. Я тебе новую одежду перенесу! Много, разной!

— Можешь начать с белья, — предложила Жанна, помахав перед ним означенной деталью туалета. — Этот мне маловат. Но лучше не здесь! — остановила она мигом с пылом взявшегося за дело парня. — Сначала перенеси меня во дворец, чего туда-сюда лишний раз барахло таскать. И… могу я забрать вот это? На память о первом разе.

Она указала на странный меч, принесённый Стражем с собой из путешествия по другим мирам. Конечно, с виду он какой-то корявый и неудобный, но выглядит устрашающе. В худшем случае сойдёт для показухи, а в лучшем может оказаться не просто железкой со странной рукояткой, как то копьё, которое болван Корвус угробил сразу, как только в руки взял.

— Конечно, забирай, видеть эту дрянь не хочу, как и того, у кого её отобрал, — передёрнулся Эмджей.

3.2. Должен остаться только один

Эмджей оставил королеву в том же кабинете, из которого забрал. Благо за время их отсутствия никто не вздумал нарушить королевское уединение. Чему наверняка немало способствовал стоящий на страже громила. Невероятно, этот тип несколько часов с места не сходил! Да человек ли он вообще?

К моменту ухода Стража огромный деревянный стол оказался весь засыпан разнообразными женскими шмотками. Её Величество осталась весьма довольна, хотя даже он сам видел, что минимум в половине случаев промахнулся с размером. Впрочем, тесноватые вещи ей идут, подчёркивают шикарные выпуклости фигуры.

Ох, Жанна, Жанночка, Жанетта!

Эмджей едва не насвистывал, идя по городу, и даже не обращал внимания на спешащих убраться с его дороги жителей.

— Эй, придурок!

Страж замер от удивления. Кто это посмел так неуважительно к нему обратиться?

— А, это ты, — буркнул он, узнав Далласа. — Как раз хотел с тобой поговорить.

— Ты чего творишь? — хмуро осведомился Даллас. — Тебе кто позволил?

— Ну, ты давай полегче, не наезжай, — возмутился Эмджей. — Ты мне не начальник, мы на равных.

Даллас рассмеялся, чем разозлил парня ещё больше. Подумаешь, мало ли, что они с подружкой тут дольше. Это не ставит их выше новичка! И не даёт права насмехаться или выставлять его дураком, вместо того чтоб нормально рассказать коллеге о новых возможностях.

— Тебя же предупреждали, что будет, если начнёшь создавать проблемы, — отсмеявшись, заметил Даллас. — Думаешь, это шутки были? Мы действительно убили остальных Стражей, не сомневайся. Раз уж одному удалось передать должность тебе, мы решили это не пресекать. Ты забавный. Но несколько сотен раз подряд дырявить Грань — это перебор.

— Вы грузовик и автобус притащили, и ничего, — напомнил Эмджей.

— Это мы, нам можно. А тебе нельзя. Что понадобится по мелочи — таскай на здоровье. Но не в таком количестве. Не для того эта система существует, чтоб ты через неё всякое барахло набирал.

— А для чего?

— А это не твоего ума дело! Система должна работать. А ты забираешь ресурсы на открытие Прорывов.

— Что? — Эмджей с удивлением взглянул на собеседника. — Я думал, Прорывы — это сбой.

— Да ну? А откуда тогда тут новые жители должны браться? Демография постоянно падает, смертность превышает рождаемость. Ну и мутации ещё, эти все уродцы не в счёт. А проект должен работать… даже если уже никому не нужен. Правила есть правила.

— И кто их установил? И зачем? — заинтересовался Эмджей. — И какая в этом проекте у нас роль?

— У тебя — сидеть в сторонке и не мешать! Остальное — не твоё дело. А не то… — Даллас провёл пальцем по горлу. — Трахай королеву или кого хочешь ещё, а в другие миры без надобности не суйся. И с надобностью не настолько часто.

— Я не буду тупо выполнять приказы какого-то напыщенного говнюка! Или объясняй всё толком, или шёл бы ты…

— Во многом знании — многие печали. Плохо спать будешь. Храпеть начнёшь. Подружку во сне будить.

— А откуда ты знаешь, что мы с Жанной…

— Кстати, как ты умудрился к ней подключиться?

Эмджей удивлённо заморгал, не поняв вопроса. Что этот тип несёт? «Подключиться» — это такой эвфемизм, что ли? И что, он не знает, как это делается?

— Что за вопросы? Это наше личное дело! Иди вон к своей Дакоте «подключайся» как хочешь, во все места! Или порно посмотри, если не знаешь, как это бывает!

Даллас снова засмеялся.

— Вон ты чего удумал. Ну и воображение. Людишки такие озабоченные.

— Людишки? — хмуро переспросил Эмджей. — А сам-то ты кто тогда?

В памяти тут же всплыли встреченные в других мирах твари. Неужели и этот Страж — один из них? Просто замаскированный. Мимикрировавший. Способные маскироваться, как хамелеоны, там точно водились.

— Этого тебе тоже знать не положено. А вздумаешь играть на стороне любовницы, мы подыграем Корвусу. И тогда — бах, бах, — Даллас сложил пальцы «пистолетом» и изобразил выстрелы. — Я тебя предупредил.

С этими словами он исчез.

Эмджей сжал в ладони эфес меча и сосредоточился. Ну уж нет, этот тип так просто не уйдёт. Раз не хочет отвечать по-хорошему, придётся заставить. Нечего с ним церемониться, с нелюдем. Ещё и угрожать вздумал. Ладно, самому Эмджею, но Жанне… Подыграют Корвусу они, будто и так этого не делают.

Проект у них… Эксперименты на людях ставить вздумали? И ведь не первый десяток лет уже наблюдают, пополняя численность населения помаленьку. Захватить людские миры задумали? Вряд ли, слишком уж голливудщиной отдаёт. Хотя кто знает, что в головах у всяких тварей творится. А если просто понаблюдать за тем, как люди будут бегать по этому городу, как крысы в лабиринте в поисках то ли выхода, то ли сыра, — и того хуже. В любом случае пора им объяснить то, что всегда узнают Чужие в блокбастерах: человек — самый страшный и опасный хищник, даже посадив его в клетку, не стоит совать туда руки, лапы, клешни, псевдоподии, тентакли, или чем там очередную тварь снабдила мачеха-природа.


Эмджей переместился, двигаясь по оставленному Далласом следу. Что это за след, он и сам толком не понимал, но ощущал каким-то шестым, седьмым или восьмым чувством, имеющимся у Стража.

— Дурак, — ещё не успев открыть глаза, услышал он. И тут же получил удар в ухо.

Не удержавшись на ногах, Эмджей начал падать, но моментально телепортировался, вернувшись на прежнее место, и не глядя махнул мечом. Клинок только рассёк воздух, Далласа там уже не было.

Эмджей огляделся. Он оказался в большом помещении, смахивающем на какой-то склад. Под потолком проходило несколько рядов балок. На одной из них Эмджей и стоял. Никаких лестниц или иных способов сюда забраться не наблюдалось, но Стражам это и не требовалось. Фигура Далласа виднелась в отдалении, на другой балке. Внизу неровными рядами были расставлены ящики разных размеров. За ними было бы удобно прятаться, поджидать противника и атаковать из засады. Но когда враг способен мгновенно переместиться куда угодно, такая тактика становится неактуальна.

Антураж в самый раз годился для финального боя, режиссёр любого блокбастера за такие декорации убил бы. Специально Даллас место выбирал, что ли? В насмешку? Интересно, это вообще в том же мире, где находится город?

Отбросив лишние в данный момент мысли, Эмджей занёс меч и переместился. Он оказался рядом с Далласом и сразу нанёс удар. Но тот успел исчезнуть.

Проклятье! Для того чтобы опустить меч, явно требуется больше времени, чем для телепортации!

Тем не менее Эмджей предпринял новую попытку, на сей раз нацелившись на подколенные сухожилия. И ещё одну, стремясь ткнуть врага в подмышку. Но Даллас вновь опережал на секунду. Чтобы телепортироваться, надо только подумать. А мысль всегда быстрее руки.

— Мальчик развоевался. — Эмджей обернулся на голос, но за спиной уже никого не было. — Героем хочет быть. Руки коротки. Ты такой предсказуемый. — Эмджей вертелся во все стороны, но не успевал даже заметить появляющегося и исчезающего противника. — А вдруг, если я умру, мир рухнет?

Эмджей покачал головой. Нет, произнося такую длинную фразу, Даллас точно не мог остаться незамеченным. А что если он переносит только голос? Открывает канал, по которому передаётся звук?

— Если я такой слабый и ничтожный, чего же ты прячешься?

— Беги отсюда. Заползи в койку старой королевы и хнычь у неё на груди, — то ли не услышав, то ли проигнорировав его слова, продолжил оскорбления Даллас. — Если будешь сидеть тихо, мы тебя не тронем.

Эмджей усмехнулся. Если бы этот тип мог себе позволить его убить, то наверняка уже сделал бы это. Способностями Стража он явно владеет лучше. Видимо, для чего-то третий Страж нужен ему живым. Но надолго ли? До того ведь они уже пытались убить последнего своего коллегу. И не наткнись Эмджей на него в безлюдном лесу, осталось бы только два Стража. Так что, похоже, уйти отсюда должен только один.

Парень снова переместился, держа меч наготове. И хотя телепортировался, не зная куда, смог оказаться рядом с Далласом. Но снова не успел нанести удар.

Нет, так дело не пойдёт.

Он выставил меч плашмя на вытянутых руках перед собой. Сосредоточился и переместился. На сей раз так, чтобы лезвие клинка появилось прямиком в горле Далласа. И успел увидеть удивление в его глазах, прежде чем Страж снова исчез. Не раздумывая, Эмджей телепортировался следом. Теперь на несколько сантиметров левее. И ещё раз, чуть правее.

Глаза покатившейся по полу головы Стража взирали на своего убийцу всё с тем же удивлением и, кажется, уважением.

Предсказуемый, значит? Ан нет, не сумел нелюдь предвидеть всего. Теперь стоит осмотреть это местечко, заглянуть в ящики…

Не успел Эмджей додумать эту мысль, как оказался на улице города. Тело и голова Далласа переместились вместе с ним. Убрав клинок в ножны, парень попытался снова вернуться на странный склад. Но на сей раз усилия не увенчались успехом.

Пожав плечами, он с трудом ухватил отрубленную голову за короткие волосы и поднял на уровень своего лица. Остекленевшие глаза больше ничего не выражали.

— Не надо было оскорблять мою женщину, — зачем-то сообщил мертвецу Эмджей.

Оглядев труп, он заметил, что вокруг нет ни капли крови. Даже на лезвии меча не было. Осталась на том складе? Спонтанное перемещение и само по себе странновато, а то, что оно затронуло труп, но не вытекшую из него кровь, странно вдвойне.

Поразмыслив, Эмджей решил, что такое событие, как смерть одного из Стражей, заслуживает внимания Её Величества. И может быть, Жанна сможет прояснить некоторые странности, она ведь здесь гораздо дольше и общалась даже с предыдущими Стражами.

Приподняв тело Далласа за руку, он переместился со своим мёртвым грузом во дворец.

3.3. Жареные новости

— А вот и экспресс-доставка! — объявила материализовавшаяся в кабинете Дакота, плюхнув сумку-холодильник на стол прямо перед носом Коммандера.

— Экспресс — это когда быстро, а не через несколько дней, — заметил он. — Не то чтоб я жаловался, ты не подумай. Особенно если на этот раз довеском не идёт какой-нибудь трамвай.

— Склонность к подобным шуткам свойственна Далласу, — пожала плечами Стражница. — Ты сам считал, что это круто, так что теперь не жалуйся.

Корвус озадаченно нахмурился. При чём тут его мнение-то? Ну да, подобные трикстерские шутки с исполнением желания с подвохом — это, конечно, классика. Хотя с чего Даллас вообще вздумал изображать из себя джинна, да к тому ж интерпретировать невзначай брошенную фразу как желание? Конечно, на такой подарок грех жаловаться, несмотря на довесок. Тремя десятками попаданцев больше или меньше — это не критично. И так регулярно кто-нибудь из-за Завесы проваливается. А вот грузовик выпивки и курева сам собой точно не свалился бы.

— Да у вас вообще крутизна из ушей течёт, — хмыкнул он. — Вы что, изображаете воплощения Духа Свободной Америки или типа того?

Он кивнул на початую бутылку «Джек Дэниэлс» и пачку «Мальборо» на столе. Учитывая взятые Стражами прозвища, выбор марок наверняка был не случаен. Хотя пиво вон притащили немецкое.

— Типа того, — хихикнула Дакота.

— Ну, подари Далласу ковбойскую шляпу тогда.

Девушка открыла рот для ответа, но только издала жуткий вопль и начала заваливаться. Коммандер вскочил и перемахнул через стол, едва успев подхватить падающую Стражницу. С трудом нащупав слабый пульс, Корвус поднял Дакоту на руки и перенёс на свою кровать. Похлопывание по щекам не помогло привести девушку в чувство. Она свернулась в клубок и всхлипывала, не приходя в сознание.

Коммандер вернулся в кабинет и на всякий случай проверил компас. Стрелка указывала на Завесу. Значит, никакого масштабного Прорыва не случилось и на Дакоту повлияло что-то другое. И где Даллас? Обычно эта парочка не разлей вода, должен же он был почувствовать, что с подружкой неладно. Или на такое Стражи всё же не способны?

Вот ведь невезуха: только начал налаживать с ней контакт, и сразу такая оказия. Если помрёт, на содействие Далласа можно больше не рассчитывать. Если он вообще не выкинет со злости всю Башню в космос. Да и вообще жалко, красивая баба. Красивых всегда жалко. Не говоря уж про Завесу. Смерть ещё одного Стража может спровоцировать повтор событий девятилетней давности. Хотя тогда трое Стражей не смогли сдержать Грань, а сейчас вроде справляются. А поначалу их было вообще двое. И с того дня эта парочка ни капли не изменилась, не постарела. И, в отличие от паренька с драконом на щите, сразу были в курсе дел.

Корвус покачал головой. Все эти странности не давали ему покоя уже девять лет. Вряд ли сейчас снизойдёт откровение. Лучше просто подождать, авось Дакота оклемается и что-нибудь объяснит. Или, как обычно, загадочно улыбнётся и исчезнет.

— Даллас! — раздался её истерический вопль.

Коммандер вздохнул с облегчением. Раз орёт, значит, жить будет. Прихватив виски, он направился в спальню. Дакота сидела на постели, обхватив голову руками и уставившись в пол.

— Выпей.

Она не глядя схватила предложенную бутылку и сделала несколько глотков. Повернула голову и уставилась на Корвуса совершенно безумным взглядом.

— Даллас!

— Нет его, — пожал плечами Коммандер. — Наверное, не услышал тебя. Хотя ты так орала, что должны были все черти переполошиться.

— Его нет, — тупо повторила девушка и кивнула. — Нет. Его нет.

— Да явится, куда он денется. Ну или ты к нему…

— Я к нему… — послушно повторила Дакота, но тут же замотала головой. — Нельзя. Завеса. Тяжело контролировать. Этот сопляк… Как он посмел!

— Да что случилось-то?! — не сдержался Корвус.

Дакота моргнула и взглянула на него уже более осмысленно. Сделала ещё несколько глотков виски и поднялась, чуть пошатываясь.

— Даллас мёртв, — сообщила она. — Я осталась одна. Без него. Мы…

— Любили друг друга? — подсказал Корвус. — Сочувствую.

— Любили? — с недоумением переспросила Стражница. — Ты болван. Мы были едины.

— Ну да, ну да, одна душа на двоих и всё такое…

Дакота истерично рассмеялась.

— Связь, — постучала она себя по виску. — Постоянно. Я не умею быть одна. Думать одна. Не слышать его.

Она снова пошатнулась. Коммандер удержал её от падения, и девушка доверчиво прижалась к нему, положив голову на плечо.

— Ты не понимаешь, — прошептала она. — Но только ты можешь понять. Ты был ближе всех тогда. И сейчас снова.

— Успокойся. Выпей ещё. Я не мастак утешать…

— Да уж знаю, — хихикнула Дакота. — Мы всё о тебе знали. Теперь только половину. Только я.

— Ну и хорошо, что ты знаешь, — не стал спорить Коммандер. — Потому что я-то нифига не понимаю. При чём тут я вообще?

— Ты нас придумал, — пожала плечами девушка. — Сам сказал — мы воплощения. Образы из твоей головы. Таинственные. Загадочные. Могущественные. Крутые. Стражи. Ты убил прежних. Нужны были новые. Ты был ближе всех.

— И как же вы воплотились? И почему такими? Не припомню, чтоб что-то придумывал…

— Компиляция. Из разных образов и черт. Ты убил старых Стражей. Новые должны быть такими, чтоб никто не стал их убивать. Не захотел. Не посмел. Харизматичные и опасные. С сумасшедшинкой. Как в кино.

Корвус кивнул. Как в кино. Это объясняло всю показушность и странности. Крутые персонажи. Брутальный парень и сексапильная девчонка с необычными, но знакомыми окружающим именами. Ну, необычными-то они были бы в родном мире Коммандера, а здесь подобное в порядке вещей.

— Точно, — щёлкнул пальцами Коммандер. — Я понял, чего всё время не хватало и казалось странным. Отсутствие музыкальной темы при ваших появлениях и выпендрёже.

— Да, было бы забавно, — согласилась Дакота, отстраняясь. — Ох, в голове такая каша, как будто… Нет, не с чем сравнить. Как пошевелить отсутствующей рукой, только в мыслях. Будто пытаешься что-то вспомнить, что точно знал раньше, но упираешься в стену. Понимаешь?

— Не очень, — признал Корвус. — Значит, у вас и впрямь общее сознание. Было. Сконструированное из моей памяти…

— Мы чудовища, рождённые сном твоего разума, — зловещим тоном протянула девушка. — Монстры из лабиринтов твоего подсознания.

— И как же вы оттуда вылезли?

— Магия, — развела руками Стражница. — Ты разве не заметил, где мы?

— Заметил. Как и то, что ничего волшебного здесь нет. Так что не надо врать. Непонятное — да. Но больше смахивает на дым и зеркала, чем на магию. Кругом фальшивки. А то, что не подделано… Раз ты знаешь всё, что знаю я, то должна помнить и третий закон Кларка.

— Любая достаточно развитая технология неотличима от магии, — немедленно отрапортовала девушка. — Ладно, подловил. Трудно обмануть того, с кем мыслишь одинаково. Хотя, конечно, я знаю больше. Ну, по крайней мере, мы с Далласом знали. Но информация не так важна, как способ её обработки.

— Так на вопрос ответишь? — напомнил Коммандер.

— Неа, — покачала головой Дакота. — Я и так разболталась. Зачем тебе это? Какая разница? Поверь, ответы не принесут тебе пользы и ничем не помогут. Я не могу что-то изменить, даже если бы захотела. И вместе с Далласом не могла бы.

— У Стражей определённо есть некоторое возможности…

— Как у пользователей, а не администраторов системы, — пожала плечами она. — Поменять настройки, переместить файлы, запустить некоторые программы… Но не переписать код или даже переустановить систему. Так что аналогия не точна.

Корвус задумался. Интересно, параллель с компьютером выбрана просто для наглядности? Или и впрямь есть некий пульт управления, к которому Стражи имеют доступ?

— А кто тогда управляет? Кто администратор?

— Да никто, — рассмеялась девушка. — Админ ушёл в отпуск и не вернулся. Остаётся пользоваться системой, пока она не накроется от накапливающихся ошибок. И благодаря тебе это уже чуть не случилось. Мы с Далласом как бы резервная копия защитного протокола. — Она встряхнула головой. — Нет, эти аналогии с примитивными компьютерами из твоей памяти никуда не годятся. Ладно, неважно, суть ты уловил.

— Кто убил Далласа? Какой сопляк? Новый Страж? И что будет с Гранью? Появится замена?

— Как много вопросов, — поморщилась Дакота. — Ошибка более-менее стабилизирована, надо просто периодически нажимать на кнопку проверки, поставлю на пульт сапог. Не в буквальном смысле, не пугайся так. Можешь даже убить этого парня, мир не рухнет. И… спасибо.

— За что?

— За то, что ты такой чёрствый и бессердечный, — ухмыльнулась Стражница. — Иначе я бы совсем расклеилась и ревела, забившись в уголке. С меня причитается, папаша.

Она подмигнула и исчезла. Коммандер усмехнулся и покачал головой.

— Опять врёшь, — сказал он в пустоту, — мышь ты белая.

Когда он вернулся в кабинет, на столе стояло семь упаковок пивных банок, по шесть в каждой. Всего сорок две. Корвус только пожал плечами, убедившись, что Стражница прекрасно его слышала, и открыл первую банку. Что ж, вопрос, сколько пива он может выпить за день, конечно, немаловажен. А такой юмор хотя бы безвреден. Ну или в основном безвреден.

* * *

Услышав скрип резко раскрывшейся двери, Коммандер выглянул в кабинет. Он ожидал, что это снова припёрся Сэт. Кто же ещё может так нагло врываться без стука? Ну что за надоедливый тип! Видеть эту мерзкую рожу больше раза в день категорически не хочется, а он всё никак не может этого понять.

Хотя, может, он выяснил, где Страж, или разузнал что-то насчёт смерти Далласа. Но если сейчас придётся бежать ловить этого придурка с драконом на щите, это будет совсем некстати. Да и как поймать того, кто может телепортироваться? Придётся или пытаться поговорить, или убивать. А надо ли его убивать, Коммандер ещё не решил. К тому же парень запросто мог уже давно переместиться, пока Сэт сюда бежал.

Но это оказался не Сэт. Коммандер с удивлением уставился на массивную тушу, заслонившую дверной проём. В руках туша держала сковороду. Подняв взгляд повыше, Корвус уставился на обозлённую рожу.

— Это как понимать?! — взревел Жор, потрясая сковородой. — Я вас плохо кормлю? Что за самоуправство на моей кухне?

— Не понял, — протянул Корвус. — Меня лишили звания Лорда-Коммандера и не известили? С утра это была моя Башня. Включая кухню. Ты обалдел?

Шеф-повар хмуро запыхтел, на его роже отражалось напряжение мыслительного процесса. Совсем отроллился, что ли? Жаль, если придётся прикончить. Кто готовить-то будет?

— Вы, милорд, зачем сковороду сожгли? — наконец спросил Жор, выставив перед собой испорченный предмет кухонной утвари. — Тут магазинов нету, где другую искать?

— С чего ты вообще взял, что это был я?

— А кто ещё мог?! Поварята бы сказали! А они отмалчиваются! Кого ещё они так боятся? Зачем сковороду сожгли?!

— Моя Башня, кухня и сковорода! — заорал в ответ Коммандер. — Раз сжёг, значит, так надо было! Захочу — и тебя сожгу!

— Чего надо-то было?! — не уступил Жор. — Могли мне сказать! Я б пожарил! Что такого-то? Печень чью-то вырвали и спешили приготовить, пока свежая? Так меня этим не смутишь!

Корвус хмыкнул. Надо же, какое о нём мнение. Вырвал чью-то печень и сразу сожрал, надо ж такое выдумать. Хорошо хоть, не сырую. Людоедство людоедством, а цивилизованные привычки никто не отменял. Хотя повар прав, надо было к нему обратиться. Хотел как лучше, а получилось как всегда.

— Я тебе отчитываться должен? Кто кому служит? Ты мне тут ещё профсоюз организуй и забастовку устрой! Охренел совсем, морда троллиная! Тебя в Храм сдать, для опытов?!

— Не надо, — пробурчал Жор, притихнув. — Но в другой раз предоставьте готовку мне. Ваше дело мир спасать. А не сковородки портить.

— Моя сковородка, — настойчиво повторил Корвус. — Хочу и порчу.

— Ну и забирайте, раз ваша.

Коммандер едва удержал на лице выражение спокойной уверенности, наблюдая, как полутролль своими лапищами сминает чугунную сковороду вдвое. Окончательно испорченный кухонный инвентарь он положил на стол, прежде чем выйти из кабинета.

Корвус облегчённо выдохнул. Драться с поваром в ограниченном пространстве кабинета было бы не так просто. Да и жрать потом пришлось бы абы что. К тому же труп на полу производит совсем не то впечатление, которое сейчас нужно. А вот Жору, видимо, пора напомнить, что случается с наглецами. Кого бы показательно прикончить? Кроме Стража, никто на ум не приходил.

Услышав стук в дверь, Коммандер поспешно схватил смятую сковородку и, недолго думая, выкинул в окно. Авось ещё кто-нибудь подумает, что он сам её и помял.

— Заходи.

— Вызывали, милорд?

Он оглядел свою вторую адъютантшу. Просторная рубашка, явно на несколько размеров больше нужного, всё равно натягивалась на груди. Как ни пыталась Хелен, а такой выдающийся бюст не спрятать. Обидно будет, если такое тело изуродуют мутации. А вот обращение на «вы» заставило поморщиться. Похоже, Милана сумела-таки привить ей уважение к начальству. А кто, спрашивается, просил?

— Проходи, — Корвус приглашающе указал рукой на дверь в спальню и отступил, пропуская девушку.

Она ответила полным подозрения взглядом, но всё же пошла, стараясь держаться подальше. Коммандер и не пытался прикоснуться к ней. Про непроизвольную реакцию девушки на любой контакт он не забыл. Как и про то, что она этому совсем не рада.

— Мне доложили, что ты не обедаешь с Избранными и питаешься одной баландой. Так понравилась эта бурда из канализации?

— За это полагается взыскание? — осведомилась Хелен. — И в каком виде? Порка? Битьё членом по губам?

— Хуже. Ты приговариваешься к ужину со мной.

Он прошёл к столу и сдёрнул прикрывающую его ткань. Под ней оказалась одна из немногих имеющихся в Башне тарелок, на которой лежал местами подгоревший бифштекс с овощным гарниром.

— Издеваетесь, милорд? — процедила девушка. — Как думаете, почему я не ем с Избранными, а?

— Брезгуешь человечиной? — предположил Корвус.

— Не без того, — кивнула Хелен. — Но главное — потому что я не Избранная. Хотите меня мутировать и сдать в бордель?

— Это говядина, настоящая. И овощи вполне земные. Подарочек от Дакоты. А насчёт отсутствия Избранности, может, объяснишь? Почему ты так уверена? И откуда тогда необычная для девушки сила? И прочие особенности заодно. Рассказывать можешь во время еды.

Девушка пожала плечами и села за стол. Коммандер устроился напротив, взял банку пива и приготовился слушать. Сам он уже успел поужинать раньше, местной едой. Зачем дразнить себя нормальной пищей, запас которой невелик? Да и за десять лет давно отвык, желудок может и воспротивиться. К тому же учитывая его кулинарные таланты… Нет, и впрямь следовало припахать к делу Жора.

— Вы перехваливали своего повара, милорд, — подтвердила его мысли Хелен, попробовав предложенное блюдо.

— Я сам готовил. Если совсем несъедобно, могу приказать Жору поджарить новую порцию, ещё осталось. А это Сэту скормлю.

Она пожала плечами и заявила:

— Для меня съедобна практически любая органика. Моё тело способно сохранять жизнеспособность в различных экстремальных условиях. Боевые навыки тоже входят в комплект. Я не Избранная. И даже не человек. Я генетический конструкт, спроектированный в качестве суперсолдата. С некоторыми последующими модификациями… специфического характера.

При последних словах она поморщилась. А Корвус от такого откровения уставился на собеседницу, вытаращив глаза. Ладно, Дакота. Что со Стражами всё очень странно, было понятно всегда. И в мире, где люди от капусты становятся троллями, уже не остаётся ничего невозможного. Но Хелен-то не отсюда. Он успел опросить попавших в Башню кадетов и убедиться, что Хелен не появилась в их компании уже в автобусе или на берегу. Хотя все они утверждали, что прежде она держалась очень тихо и скромно. Но факт подмены тоже был маловероятен. Во-первых, это не в стиле Стражей, а во-вторых, кадеты не переставали поглядывать на фигуристую медсестру, даже когда вокруг них бегали какие-то непонятные типы с мечами, угрожая поубивать. В этом Коммандер их вполне понимал, сам был не лучше в их возрасте.

А Хелен будто прорвало. Раскрыв свой секрет, она принялась излагать и все подробности. После стольких лет молчания девушке хотелось выплеснуть всё накопившееся. И, видимо, уже было всё равно кому, пусть даже на роль психолога или исповедника Коммандер подходил мало.

Эта невероятная история больше походила на сюжет фантастического фильма или книги. Если бы перед ним не сидело живое доказательство, Корвус ни за что не поверил бы. Но другого объяснения всем замеченным в Хелен странностям он так и не смог придумать, сколько ни старался. К тому же для вранья она могла бы придумать что-то поправдоподобнее.

Он постукивал пальцами по столу, осмысливая услышанное. Перед ним сидит клон, созданный из генетического материала женщины, в которую когда-то был влюблён придурковатый профессор Джексон. Насчёт того, что случилось с той бабой, Хелен не была уверена, но подозревала, что Джексон, взбесившись от её шашней с другими мужиками и презрительного отношения к нему, однажды сорвался и убил её. А может, она просто уехала, помахав ручкой неудачливому хахалю. В любом случае гениальный генетик, работавший в то время над проектом по созданию генетически модифицированных солдат, не выдержал утраты любви всей своей жизни и решил её вернуть. И вместо суперсолдата создал Хелен. Полностью переделать проект он не мог или не успевал, поэтому все модификации боевого назначения остались. А добавленная сверхвозбудимость очень подозрительно смахивала на начальную стадию местных мутаций.

— А молока у тебя, случаем, нет? — уточнил Корвус, указав на её грудь.

— Мой так называемый папаша, конечно, тот ещё шизик, но не настолько извращенец, — фыркнула девушка. — Хотя, возможно, это просто не вписалось в проект. Он никогда на подобное не намекал, но кто его знает. Вот по поводу моего бесплодия он попеременно то жаловался, то радовался. Солдатам ни к чему бесконтрольно плодиться.

Отцом для Хелен доктор Джексон был исключительно по документам. Свой генетический материал он в проект не вносил, стремясь, чтобы клон был в точности похож на его утраченную возлюбленную. Вплоть до мелочей вроде крохотного бледного шрама под нижней губой. А будучи человеком нетерпеливым и в родители не годным, чего не отрицал и сам, «дочь» он создал уже взрослой. По документам — несовершеннолетней, чтобы получить опекунство, но полностью сформировавшейся.

Воспитателем он тоже был плохим. Все базовые знания в разум Хелен он вложил изначально, учить её говорить, читать, писать и всему остальному не пришлось. Как это было сделано, сама Хелен точно не знала, а для Корвуса подобные технологии вовсе оставались за пределами понимания. Хотя вполне могли существовать и в его мире, оставаясь строго секретными, разумеется. Но вряд ли. Возможность клепать суперсолдат, физически во всём превосходящих обычных людей, выпуская их из лаборатории сразу готовыми к бою, обладающими всеми необходимыми знаниями и навыками, — вряд ли подобной возможностью не воспользовались, а при этом и информация через некоторое время выплыла бы наружу. С другой стороны, пехотные войны давно остались в прошлом, а модифицированных бойцов лучше использовать как диверсантов или для особых заданий, при этом массовая штамповка не требуется. Но это в том мире, а вот здесь…

Ох, не стоило допускать попадания профессора Джексона в Храм! Ведь храмовники-то как раз и стремятся наштамповать нечеловечески сильных и послушных воинов. Нотунг тому подтверждение и, по счастью, вроде бы первый успех. И даже если новые образцы будут не так тупы, критическое мышление сразу не появится.

Хелен тоже не сразу поняла, что не обязана во всём подчиняться Джексону. Впрочем, попытка бунта была пресечена банальным шантажом. Военные, которым профессор подсунул неудавшийся прототип, с радостью разобрали бы её по гену, чтобы выяснить, как повторить успех. Конечно, они не оставили бы в покое и самого Джексона, но, в отличие от девушки, он знал внешний мир гораздо лучше и мог скрыться. Тогда как она жила в изоляции, почти не общаясь с людьми, помимо «отца». И даже чтение и просмотр телевизора строго фильтровались, чтобы не дать ей «лишних», по мнению доктора, знаний.

— И сколько ты так жила? — полюбопытствовал Корвус.

— Какая разница? — пожала плечами она. — Сколько мне лет, по-твоему?

— Ну, двадцать-двадцать пять, — предположил он. — Хотя учитывая, что родилась ты уже взрослой, даже не представляю, как твой возраст вообще считать. Документально, физиологически и фактически будут три разные цифры.

— А тебе сколько?

— Тридцать два. Если здешний подсчёт лет соответствует земному. Даже продолжительность суток точно неизвестна. Если кто-то и попадает сюда с часами, то при такой жизни их разбить — плёвое дело. Да никто, скорее всего, и не заморачивался. Не до научных изысканий. А лишний час в сутках на глазок не засечёшь. Что, выгляжу старше?

— Не понять, — покачала головой она. — Я понаблюдала за Избранными. Вы все так выглядите, кто больше, кто меньше. Какая-то… печать безвозрастности. Будто маска или результат пластической хирургии.

— Возможно, у нас тоже увеличена продолжительность жизни, — предположил Корвус. — Опять же, никто не прожил достаточно, чтобы проверить. Хотя вот нашей королеве сейчас вроде как за сорок. Может, просто здоровое питание.

— Ну, значит, возраст здесь не важен и можно не ломать голову в его подсчётах.

Корвус покачал головой. А ещё говорит, не человек. Откуда тогда эта бабская привычка скрывать возраст? Нет, несмотря на искусственное происхождение, клон — тоже человек. И генетические изменения в случае Хелен на это влияют куда меньше, чем превращающая в троллей и прочих тварей мутация. Там-то как раз изменения сознания и мышления нельзя не заметить.

— Как тебе ужин?

— Ужасен, — честно сообщила девушка, отодвигая тем не менее пустую тарелку. — В следующий раз готовить лучше буду я. Ты только продукты переводишь. Хорошо, что у меня крепкий желудок.

Корвус усмехнулся. В следующий раз, значит? Интересно.

— Выпьешь? Думаю, повод для этого есть. Пива или что покрепче?

— Покрепче, — решительно кивнула Хелен. — Никогда раньше не пила…

Не церемонясь, она залпом хлопнула полстакана виски.

— Ну и как ощущения? — хмыкнул Коммандер, пару минут понаблюдав за тем, как меняется выражение лица девушки.

— Плохо, — невнятно пробормотала она и попыталась встать.

Корвус едва успел подхватить падающую девушку. Да уж, вот и вся сверхчеловеческая выносливость, сразу отрубилась. Похоже, модифицированные солдаты планировались настолько идеальными, что даже пьянствовать не могли бы. Но если гвардия трезва, зачем она нужна?

Он подхватил Хелен на руки и перенёс на кровать. Ну вот, уже вторая искусственно созданная женщина в его постели за день. Странное совпадение. Но, видимо, и впрямь совпадение. Впрочем, полностью отбрасывать возможность подставы всё же не стоит. Даже если вы параноик, это ещё не значит, что за вами не следят.

В отличие от Дакоты, Хелен приходить в сознание не спешила. Что ж, вечер прошёл совсем не так, как он ожидал, но всё же неплохо. Подойдя к постели, он провёл пальцами по щеке девушки. Дыхание Хелен сразу участилось. Он с сожалением отошёл. Нет, так будет совсем не то.

Покачав головой, Корвус вновь уселся за стол и налил себе виски.

3.4. Закалка Клинков

Джейк стискивал потными ладонями ничего не чувствующие колени, пока колёса инвалидной коляски катились по пружинистому полу. Обстановка подвала выглядела весьма сюрреалистично, но сейчас его такие мелочи не волновали. Даже если эти туши вокруг — люди, об их судьбе уже поздно беспокоиться. И вряд ли его ожидает та же участь. Слишком хорошо с ним обращались, чтобы теперь сотворить какую-то гадость, нет в этом смысла, могли с самого начала бросить в карцер. Разве что терапия, которая должна поставить его на ноги, сработает как-нибудь не так. Но даже если окажется, что вероятность вылечиться куда ниже, чем шанс превращения в гигантскую жирную мерзость — он рискнёт.

Хотя исчезновение Насти и Билли навевало некоторые подозрения, но Ламия обещала, что сейчас Джейк с ними встретиться. И опять же, будь это обманом, не стала бы местная начальница самолично толкать его коляску. Дать по башке, ухватить за руки-ноги и вся недолга, с расходным материалом не нянчатся. Нет, Ламия обещала, что поставит его на ноги и сделает Воином Храма. И за возможность снова стоять на своих двоих Джейк готов был служить верой и правдой, хоть рыжей амазонке, хоть таинственному Магистру, хоть чёрту рогатому.

— А, вот и вы, наконец-то, — прозвучал шелестящий голос.

Взглянув на выступившего из тени человека, Джейк узнал доктора Джексона. Что ж, в МАКОП плохого врача бы не взяли, и то, что его ногами будет заниматься человек с настоящим медицинским образованием, а не средневековый костоправ, определённо плюс. К тому же, он клятву Гиппократа давал и всё в таком роде, так что ничего плохого случиться не должно.

— Привет, док. Что-то паршиво выглядите, — заметил Джейк.

— Вы как всегда сама любезность, мистер Дюранд, — огрызнулся Джексон. — Поскольку Хелен тут нет, взамен можете пялиться на сиськи Ламии, она не станет вас за это бить. Наверное. Только пускайте слюни молча, мне недосуг слушать ваш лепет.

— Сам заткнись, Джекилл, — вмешалась храмовница. — И позови Хайда.

— Мне затруднительно будет выполнить оба этих распоряжения одновременно, — оскалился доктор.

Джекилл и Хайд? Джейк смутно припомнил, что слышал про какой-то фильм с таким названием. Ну да, Джексон и Джекилл — похоже звучит. Только в чём соль шутки он всё равно не понял.

— Почему бы вам всем не заткнуться? — прозвучал новый голос. — Постигните искусство слушать тишину, а не ложь, не лесть, не полдень и не тьму.

— Ты опять что-то не то съел? — осведомилась Ламия. — Даже если тебе кажется, что подобная околесица звучит мудро, знай: ты ошибаешься!

— Вероятность ошибочной трактовки смысла высказывания принята к сведению, — спокойно кивнул Хайд. — Приступим к превращению этого, — он указал на Джейка, — в Клинка?

— Погодите-ка! — запротестовал Джейк. — Сперва я хочу увидеть Билли! И Настю!

— Да, кстати, и впрямь неплохо было бы взглянуть на результаты твоих экспериментов, — поддержала Ламия.

Джейку не понравилось, что его друга и сиделку обозвали экспериментами, но он счёл за лучшее придержать язык. Может она всё же имела в виду экспериментальные методы оздоровления, хотя Билли и Настя вроде ничем и не болели.

— Пройдёмте, — мотнул головой Хайд, призывая остальных следовать за собой.

Ламия остановила коляску подальше от пульсирующего кокона, к которому направился Хайд, и сама осталась позади Джейка. Доктор Джексон тоже держался в стороне.

— Узрите! — провозгласил Хайд, прикоснувшись к кокону, стенки которого под его рукой стали расползаться так, будто у него к пальцам привязаны бритвенные лезвия.

Джейк только хмыкнул, глядя на такую показуху. Наверняка кокон очень тонкий, так что рвётся от малейшего касания. Но при виде содержимого очередной смешок застрял в глотке.

Внутри находился человек. И присмотревшись к его лицу, Джейк даже узнал своего друга. Хотя с Билли этот мужик имел мало общего. Во-первых, он был огромен! Банальнейшее определение «гора мускулов» будто специально для него было придумано. Во-вторых, странноватый цвет кожи, слегка зеленоватый. Не как какой-нибудь магистр Йода, а скорее трупный, что ли, лучшего определения на ум не приходило. Ну и в-третьих, он был совершенно седым, включая брови.

— Мда-а, — недовольно протянула Ламия.

Мужик будто по команде открыл глаза, зарычал и рванулся, выдираясь из сети подсоединённых к нему трубок. Капельниц? Хайд успел отодвинуться и не оказаться на его пути, не то непременно был бы снесён такой тушей. Седой грянулся на землю, как ни странно, бесшумно, и, чуть пригнувшись, огляделся по сторонам, остановив взгляд на Ламии.

— Билли? Э-э… Билл? — с опаской позвал его Джейк.

— Су-ука! — прорычал в ответ гигант.

Как можно прорычать слово, не содержащее ни одного гортанного звука, Джейк так и не понял. Но седому это удалось.

— Кого-то сейчас трахнут, — хихикнул доктор Джексон.

Джейк только теперь заметил, что его друг — или тот, кем он теперь стал — голый. И притом явно возбуждён.

— Твою мать, Билли! — не удержался он от восклицания, увидев размер мужского достоинства приятеля.

— Спокойно, парень, — похлопал новорождённого гиганта по плечу Хайд. — Иначе придётся оторвать тебе голову и получится, что я зря трудился над твоими улучшениями.

Здоровяк глухо заворчал, за что мигом получил удар по почкам и пинок по ногам, поставивший его на колени. Хайд проделал это столь быстро, что если бы Джейк моргнул, то вовсе не увидел бы его движений.

— Что случилось? — прохрипел Билли, тряхнув головой.

— Ты стал Воином Храма, Клинком Магистра! — объявила Ламия.

— Я тебя… Ты мне… мой… Ты мой член сожрала!

— Билли, — позвал его Джейк. Тот растерянно уставился на приятеля. — Тебе это приснилось, наверно. Проверь…

Здоровяк посмотрел себе между ног, сказал «Ого» и на всякий случай пощупал рукой.

— Мой коллега очень основательно подходит к делу и стремился довести физическое состояние субъекта до совершенства, — так гордо, будто в этом была его собственная заслуга, объявил доктор Джексон.

— Он седой и похож на труп! — не удержался Джейк.

Билли тут же принялся оглядывать себя, даже попытался поглядеть на свою спину, напомнив этим собаку, стремящуюся поймать собственный хвост.

— Зато его кожа стала прочнее! — немедленно вступился за коллегу Джекилл.

— Я уже как будто и не я, — пробормотал Билли. — И кто я теперь?

— Клинок Магистра! — объявила Ламия.

— Нарекаю тебя… Экскалибур, — изрёк Хайд.

— Почему? — в один голос спросили Джейк и Билли.

— Нотунг уже есть. Ты, — он указал на Джейка, — разумеется, станешь Дюрандалем. Так что он — Экскалибур.

Судя по выражениям лиц, остальные тоже не поняли подобной логики, но Хайд говорил с такой уверенностью, будто это очевидная прописная истина.

— Слишком длинно, — проворчал Билли. — Сокращённо будет Экс, что ли? Бывший?

— Возьми топор и зовись Аксом, — предложил вариант Хайд.

Он вновь подошёл к кокону, оторвал его от жгутов и вручил Билли.

— Пойди брось в яму с троллями, пусть жрут.

К удивлению Джейка, парень безропотно послушался.

— А где девчонка? — напомнила Ламия. — Её Величество дожидается подружки для сынка.

Хайд кивнул и ушёл, на сей раз не позвав с собой остальных.

Джейк хмыкнул. Это Настю-то в подружки принцу? Хотя Билли вон на себя не похож. Может, и она тоже? Интересно, тоже окажется седой?

Как оказалось, он угадал. Если, конечно, девчонка, с которой вернулся Хайд, и впрямь была Настей. Сходства Джейк не обнаружил.

Побелевшие волосы отросли до середины спины, грудь увеличилась минимум на пару размеров, догнав бюст помощницы доктора Джексона, Хелен. А вот всё остальное тело наоборот стало гораздо стройнее, включая лицо, прежде круглое, как блин. И черты определённо стали утончённее. Но главное — уши, остроконечные и длиннющие, торчащие над макушкой.

— Что это за… — раздражённо процедила Ламия.

Хайд не обратил на комментарий никакого внимания. Сгрузив свою бессознательную ношу на пол, он принялся хлопать девушку по щекам.

— А я тоже стану седым? — спросил Джейк.

— Нет. Причина этого эффекта выявлена и в дальнейшем будет устранена, — сообщил Хайд.

— Что у неё с ушами?! — продолжила возмущаться Ламия.

— Она эльфийка. Люди считают эльфиек сексуальными.

— Понятно. Ты сожрал память какого-то чудика и решил, что его мысли нормальны для всех людей, — вздохнула храмовница и обернулась к Джексону. — Ну а ты куда смотрел?

— Сожрал память? — зацепился за фразу Джейк. — Это как?

Ответа он не получил, поскольку в этот момент эльфийка — Настя? — открыла глаза, села и завизжала.

— Тихо ты, дура, — зашипел подскочивший к ней Джексон, одной рукой зажимая ей рот, а другую будто случайно положив ей на грудь.

— Настя? — неуверенно позвал Джейк.

Она прекратила визжать и уставилась на него. Джексон с видимой неохотой отпустил девушку и отошёл.

— Имя Настя ей теперь не подходит, — вмешался Хайд. — Отныне она будет… Анастейша.

Все присутствующие, кроме самой Насти, которая сжалась в комок, стараясь укрыться от внимания, повернули к нему недоумевающие лица. Хайд только пожал плечами и не стал ничего объяснять.

— Дурацкое имя, язык сломать можно, её будут звать не так! — отрубила Ламия. — Но это потом, пусть принц сам думает, как свою игрушку кликать. А пока рассказывайте, вы двое, что в ней такого особенного?

— О, всё как заказывали, — расплылся в самодовольной улыбке доктор Джексон. — Внешность, сами видите, красивая, сексуальная. Уши эти… Это Хайд придумал. Что касается внутренних перемен, то они почти полные. И неспециалистам будет трудно понять…

— А ты попроще и о том, что важно, — нахмурилась храмовница.

— Выделительная система устранена, полное усвоение специализированной пищи, — вмешался в объяснения Хайд. — Но пища годится только жидкая. Предпочтительнее всего телесные жидкости.

— Чего? —