КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 400444 томов
Объем библиотеки - 524 Гб.
Всего авторов - 170288
Пользователей - 91014
Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Бердник: Пути титанов (полная версия) (Научная Фантастика)

Ребята, представляю вам на вычитку 65 % перевода Путей титанов Бердника.
Работа продолжается.
Критические замечания принимаются.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Юрий: Средневековый врач (Альтернативная история)

Начал читать, действительно рояль на рояле. НО! Дочитав до момента, когда освобожденный инженер-китаец дает пояснения по поводу того, что предлагаемый арбалет будет стрелять болтами на расстояние до 150 МЕТРОВ, задумался, может не читать дальше? Это в описываемое время 1326 года, притом что метр, как единица измерения, был принят только в семнадцатом веке. До 1660года его вообще не существовало. Логичней было бы определить расстояние какими нибудь локтями.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Stribog73 про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

2 ZYRA & Гекк
Мой дед таких как вы ОУНовцев пачками убивал. Он в НКВД служил тоже, между войнами.
Я обязательно тоже буду вас убивать, когда придет время, как и мои украинские друзья.
И дети мои, и внуки, будут вас убивать, пока вы не исчезнете с лица Земли.

Рейтинг: +1 ( 3 за, 2 против).
Гекк про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

Успокойтесь, горячие библиотечные парни (или девушки...).
Я вот тоже не могу понять, чего вы сами книжки не пишите? Ну хочется высказаться о голоде в США - выучил английский, написал книжку, раскрыл им глаза, стал губернатором Калифорнии, как Шварц...
Почему украинцы не записывались в СС? Они свободные люди, любят свою родину и убивают оккупантов на своей земле. ОУН-УПА одержала абсолютную победу над НКВД-МГБ-КГБ и СССР в целом в 1991, когда все эти аббревиатуры утратили смысл, а последние члены ОУН вышли из подполья. Справились сами, без СС.
Слава героям!

Досадно, что Stribog73 инвалид с жалкой российской пенсией. Ну, наверное его дедушка чекист много наворовал, вон, у полковника ФСБ кучу денег нашли....

Рейтинг: -1 ( 2 за, 3 против).
ZYRA про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

stribog73: В НКВД говоришь дедуля служил? Я бы таким эпичным позорищем не хвастался бы. Он тебе лично рассказывал что украинцев убивал? Добрый дедушка! Садил внучка на коленки и погладив ему непослушные вихры говорил:" а расскажу я тебе, внучек, как я украинцев убивал пачками". Да? Так было? У твоего, если ты его не выдумал, дедули, руки в крови по плечи. Потому что он убивал людей, а не ОУНовцев. Почему-то никто не хвастается дедом который убивал власовцев, или так называемых казаков, которых на стороне Гитлера воевало около 80 000 человек, а про 400 000 русских воевавших на стороне немцев, почему не вспоминаешь? Да, украинцев воевало против союза около 250 000 человек, но при этом Украина была полностью под окупацией. Сложно представить себе сколько бы русских коллаборационистов появилось, если бы у россии была оккупирована равная с Украиной территория. Вот тебе ссылочки для развития той субстанции что у тебя в голове вместо мозгов. Почитаешь на досуге:http://likbez.org.ua/v-velikuyu-otechestvennuyu-russkie-razgromili-byi-germaniyu-i-bez-uchastiya-ukraintsev.html И еще: http://likbez.org.ua/bandera-never-fought-with-the-germans.html И по поводу того, что ты будешь убивать кого-там. Замучаешься **овно жрать!

Рейтинг: -3 ( 2 за, 5 против).
pva2408 про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

Никак не могу понять, почему бы американскому историку (родилась 25 июля 1964 года в Вашингтоне) не написать о жертвах Великой депресссии в США, по некоторым подсчетам порядка 5-7 млн человек, и кто в этом виноват?
Еврейке (родилась в еврейской реформисткой семье) польского происхождения и нынешней гражданке Польши (с 2013 года) не написать о том, как "несчастные, уничтожаемые Сталиным" украинцы, тысячами вырезали поляков и евреев, в частности про жертв Волынской резни?

А ещё, ей бы задаться вопросом, почему "моримые голодом" украинцы, за исключением "западенцев", не шли толпами в ОУН-УПА, дивизию СС "Галичина" и прочие свидомые отряды и батальоны, а шли служить в РККА?

Почему, наконец, не поинтересоваться вопросом, по какой причине у немцев не прошла голодоморная тематика в годы Великой Отечественной войны? А заодно, почему о "голодоморе" больше всех визжали и визжат западные украинцы и их американские хозяева?

Рейтинг: +5 ( 8 за, 3 против).
Serg55 про Головина: Обещанная дочь (Фэнтези)

неплохо

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Липовый барон (СИ) (fb2)

- Липовый барон (СИ) (а.с. Бестолочь-2) 1.42 Мб, 358с. (скачать fb2) - Илья Николаевич Романов

Настройки текста:



Илья Романов Бестолочь. Липовый барон

В качестве вступления

Есть мнение, что окружающий нас мир это грезы одного безумца. Кришнаиты по своему верованию этого и скрывают. Если подойти к самой сути их религии утрировано, огрубляя, то весь окружающий нас мир это грезы Бога первородителя Кришны, который сам себе внушил что он обычный смертный и живет развлекаясь в собственном творение. Кришну «в таком разрезе» легко понять. Кому приятно знать, что все вокруг него иллюзия и вылечить от собственных грез не может никто, ведь санитары в белых халатах тоже плод его воображения. Кришна сам себе придумал жену, сам породил верховных богов пантеона, придумал демонов — асуров и их антипод, дэви, придумал мир, людей, круг перерождения нирвану и прочие. В общем, Кришна развлекается как может…

Так вот, к чему это я клоню свою мысль. В какой-то момент моей жизни я подумал, что светит мне «дурка» и заботливые, мощные руки санитаров. Очутился я, не зная где и не зная как, в каком-то месте, хотя тут я лукавлю. Теперь я очень даже хорошо знаю, где я очутился и имею представления, как сюда попал.

Попал я в мир Раян и через два дня вышел из лесу к людям на свою голову. Переместился я в этот мир или по причине того что я умер — утонув в глуши Карельских лесов и озер, или меня сюда закинуло по причине местной аномалии. Первое время мне было непросто, я не знал языка и понятия не имел о местных обычаях, законах, культуре, за что в общем-то и получил от моего наставника прозвище «Бестолочь».

Теперь отдельно по моему наставнику. Я сдуру прибился в оруженосцы к бродячему рыцарю. Почему сдуру?! Так потому что ни один здравомыслящий не станет губить свою жизнь такой дуростью. Бродячие рыцари в отличие от оседлых не могут производить своих оруженосцев в рыцари, но при этом могут делать со своими оруженосцами все что им на ум придет. По сути человек сам себя вверяет в рабство рыцарю и при этом не может выйти из этого рабства. Хотя, тут я опять слукавил, еще как может выйти из рабства, но только в случае смерти одного из двух, рыцаря или себя самого. Существует еще правда третий способ стать свободным, это самому стать рыцарем, но эта калитка для бедолаги, что вручил свою жизнь бродячему, автоматически закрыта.

Мой наставник, «кулак ему в ухо», оказался еще тем садистом. Через неделю моего пребывания рядом с ним, я мечтал его убить и всерьез готовился к этому. Бить меня мой наставник Антеро особо не бил, ну разве что на утренних и вечерних тренировках, но зато заставлял бежать на своих двоих за его лошадью и не просто бежать налегке, а под весом камней в моем мешке, что я тащил на своем горбу.

Сбежать от своего наставника я тоже не мог. Антеро мне разъяснил, что «в таком разрезе» меня будут искать и все равно вернут к нему, а с учетом того что я фигура по местным меркам очень приметная, то долго мои бега не продлятся. Убить самому этого садиста в отрытую я не мог, что характерно было познано мной на первых же тренировках.

Ночью же я просто отрубался от перегрузок своего немолодого тела. Вот, как-то так меня угораздило «встрять по полной» из-за моего незнания местных реалий.

Потом, правда, все наладилось. Я нашел общий язык со своим наставником подставив того в трактире под раздачу пьяных полноценных рыцарей. Парочка дуэлей моего наставника и наше «финансовое положение пошло в гору».

Антеро правда, при этом шкуру немного исполосовали, но это его не особо расстроило. Денег к моменту дуэлей у него оставалось «кот наплакал» и он наверно уже помышлял о «выходе на большую дорогу», в смысле экспроприировать, то, что плохо лежит, а по простому ограбить кого-нибудь, что я подозреваю он делал не раз. В общем, я вовремя подсуетился.

На выкупе рыцарями своих доспехов Антеро срубил неплохих, по здешним меркам, деньжат. Впрочем, мы еще пару дней тряслись в таверне. Мой отморозок зализывал раны и по ходу ожидал, чтобы рыцари с товарищами отъехали подальше. Встреча с этими типами «в забытых Богом землях» пограничья нам ничем хорошим не сулила, но это уже мелочи жизни.

Потом нас жизнь немного побросала месить грязь дорог вблизи с центром королевства, но мы вовремя унесли из центра ноги. Лучше плохо жить в глуши периферии, чем от безденежья «встрять по полной» в центре, где в услугах бродячих рыцарей нуждаются, как «лысому нужен шампунь против перхоти».

Почему встрять? Потому что!

Как еще можно денег заработать тому, у кого одна извилина, да и то, оставшаяся от удара меча. Вы не подумайте плохо об Антеро, в чем-то мой отморозок идеал, но это что-то явно лежит не в области гуманизма и бескровного добывания денег.

Дальше нас закинула нелегкая в одно графство в пограничье. Что тут сказать, в конце все вышло неплохо, но на тот момент я так не думал. Во-первых, Антеро тут уже успел когда-то «накосячить» и по сути приехал «сдаваться с потрохами» на суд местного графа.

Хотя не так. Скорее, все было так.

Антеро выжидал много лет прежде чем приехал просить прошения.

Опять не так!

«Клал Антеро на всякие прощения» и на этого графа, просто его на жадности занесло, «решил деньжат по легкому срубить» рассчитывая, что его прошлые прегрешения уже забыты. Однако мой отморозок просчитался. Наследник старого графа оказался той еще змеей. Но, это я опять забегаю вперед, лучше расскажу все по порядку.

Антеро, к моему удивлению, раньше служил у старого графа и был, смягчая выражения, особым уполномоченным графа.

Тьфу ты! Скажу как есть.

Антеро убивал по приказу старого графа тех, на кого тот укажет. Способ простой, перчатку в рыло и фразы что-то вроде: «Ты подлец и негодяй! Доставай железку! Я вызываю тебя на дуэль!». В общем, был в роли убийцы, только облаченного в доспехи убийцы.

В какой-то момент Антеро, то ли перестарался, то ли старый граф решил его слить, как ненужного свидетеля, то ли за какого-то там барона вступились крайне жесткие люди, но по факту моему отморозку пришлось делать из графства ноги.

«Смех котам, а саблезубой мышке слезы», но мой отморозок имел один серьезный сдвиг по психике. У Антеро была «идея фикс» иметь свой маленький феод, ну там деревеньку-другую и вдруг «все его мечты смыло в унитаз».

На старости лет Антеро оказался бродячим рыцарем со всеми вытекающими из этого поражениями в правах.

Хуже того, в постоянном состояние безденежья, и как следствии не совсем гуманным поведением… Я это к тому, что до встречи со мной, как я подозреваю, Антеро жил за счет «грабежа награбленного». В общем, Антеро на старости лет все же «пробило» и он явился с покаянием.

Граф, та еще скотина, предоставил выбор от которого нельзя отказаться. Либо две подвешенные тушки на воротах его замка, либо работа по старому профилю моего отморозка.

Сразу отвечу на вопрос, почему должно было висеть две тушки, а не одна, то тут все просто. Я оруженосец, я подчиненный преступника, значит я сам соучастник, и никого не колышет, что преступление было задолго до меня.

Ладно, не буду долго «лысого втирать», кто долго «сидел на кортах», тот поймет мой апофеоз. «Короче», согласился Антеро «на тухлую работенку». То, что «работенка тухлая», даже я понимал, хотя «сам ни бум-бум» в местной политике и обычаях.

«Завалить» надо было каких-то пришлых, что приехали из соседнего маркизства посрамить местную военную элиту на турнире графа.

Само собой, дело надо было сделать до турнира и посему нам выпала великая честь побывать на балу у графа. Для всех официальной причиной нашего пребывания на балу, был повод судейства нового графа над старым вассалом отца, но «по натуре» на балу должна была произойти резня под красивым названием дуэль.

Опять отойду в сторону и поясню причину своего пребывания на балу. Мой отморозок выбил это право для меня чисто из меркантильных соображений! Тут он сделал все чисто. Молодец! Не в наших же поношенных шмотках появляться среди элиты! Для тех кто не знает, хорошая материя в средневековье цениться на вес золота, а граф итак богат, чтобы «жаться» из-за каких-то тряпок. В общем, были мы на балу.

Поначалу нам не везло найти потенциальных кандидатов в покойники, зато я по настоящему успел оценить местные моральные устои золотой молодежи. Опять-таки, выражение «золотая молодежь» тут имеет прямое значение, потому что мажоры тут носят золотые баронские цепи, в отличие от голодранцев вроде простых рыцарей носящих серебряные цепи.

Так вот, бароны, честь, достоинство… Засранцы и уроды… Жалко девочку, но что никто не видел, а только все только подозревают, того считай и не было…

Моя роль была ролью заводилы, шута на которого поведутся покойнички, что я как-то само собой сделал на пять. Более того, я как обычно перестарался. Вместо одной дуэли состоялось два вызова на дуэль.

Тьфу ты! Опять забегаю вперед!

Один из покойников решил наказать меня как простолюдина! Шкуру мне спустить плетью, а пятьдесят ударов плетью мало кому удавалось пережить, но за меня вступился мой отморозок. Дескать, моя вина устанавливается только посредством поединка, виноват сдохну, не виноват выживу, а граф которому было выгодно два покойника от конкурента вместо одного, на это «подписался».

Мне дали временную присягу и временное звание рыцаря! К слову сказать, небывалая честь, которую я после должен еще подтвердить каким либо подвигом, но тогда я об этом не задумывался. Тогда я думал просто, выжить и плевать на завтра! Дурачок, в общем!

По словам великого Сталина: «главное, не кто как голосует, а кто как считает», так же и в моем случае, местный хранитель порядка явно подсуживал нам с Антеро.

Нам «прокатило по полной». Судья, то есть граф, пошел на еще один мелкий перекос в мой адрес. Мне было дозволено навязать покойнику барону свое орудие, а именно ножи. Кто не в курсе, то поножовщина это больше рукопашная чем фехтование, и мне посчастливилось отделать только испугом, что нельзя сказать о моем сопернике. Так сказать, опыт ножевого боя имеет каждый кто рос в девяностые, при условии, что он не был в категории «терпил»… Что тут сказать, выжил и все…

Мой отморозок тоже «не дал маху», хоть и старик. Двух из троих мы убрали, а третий оказался умнее и «не влез в подставу». Потом мы еще созерцали его подвиги на турнире.

Так себе турнир. Судейство то еще, против пришлого явно выставляли непростых «перцев» и он получил своё.

На турнире мы сорвали большой куш на ставках. Я попутно, по глупому стечению обстоятельств обручился с пригретой нами девушкой определенной местными в шлюхи, но во время мной спасенной, прежде чем она стала «официальной шлюхой» и обязанностью делить частью заработка с графом. Пил с гномом. Потом я по пьяни выбил зуб его брату, проживающего у барона, а он мне одной «колотухой» поставил синяк на пол лица…

Тьфу ты опять забегаю вперед…

Мы с гномом оружейником пропивали коней наемников, успокоенных до приезда в столицу графства, ремонтировали доспехи Антеро. Ну, как-то так, жизнь состоит из мелочей…

После турнира граф нас озадачил по полной. Этот урод, решил избавиться от лишних свидетелей, но сделал это хитро и под благовидным предлогом. Эта скотина послала меня на заведомо невыполнимое задание. Вроде, что тут такого, скататься в соседние баронство и передать бумаги от лица графа о предложение сменить вассалитет с королевского на графский?! Наивные! Барон, человек с репутаций железного слова! А он обещал вещать на стенах послов от графа и маркиза «до кучи», оба его уже всерьез достали!

Что бы я не сбежал, граф предоставил ко мне своих людей. Первое время я думал, что меня до барона не довезут, а прикопают неподалеку от местной столицы графства. Обошлось. Граф, прагматичная скотина, не сколько меня устранял, сколько получал после моей смерти в петле, повод для войны с бароном и это перевесило мою скоропостижную смерть недалеко от столицы графства.

Антеро кстати, оказался не таким дебилом каким я его счел поначалу, он напросился у графа сопровождать меня в поездке. Ему тоже не было резонна оставаться в графстве, где его ждала официальная смерть от старости, а то, что в его спине торчит смоченный ядом кинжал, никого не волнует.

Дать деру мы не могли, уж очень хорошо «нас пасли» и оставалось только полагаться на волю случая. Что тут сказать «фортануло, да и только»!

В последствии все оказалось не так плохо. По приезды в баронство я обругал местной разновидностью мата самого барона по случаю оказавшего на стене. Барон настолько «прифигел» от моего поведения, что забыл о своем слове вешать послов и удосужился на личную встречу, где я ему сдал со всеми потрохами графа готовящего военную экспансию.

Антеро тоже не дурак и под благовидным предлогом успел смыться от наших конвоиров, типа мне в усиление, а «эти дубы» только счастливо махали ему ручками вслед. Конвоиры думали, что Антеро «крышка» заодно со мной, но они «дубы», просчитались. Барон не то что бы встретил нас как родных, но вешать сразу не стал, за что ему огромное спасибо.

Дальше пьянка, в общем, мы чудили. Я умудрился опять огорошить барона и вызвался тем дебилом, что берет удар на себя. По сути я навязал ему свою идею стать подставной фигурой для убийц, в обмен на свою свободу и место в гвардии короля. Стал липовым наследником барона, для того что бы его бастард сумел добраться до короля и вступил в наследство «в облом» графу и маркизу.

Так, упуская подробности, я с Антеро доехал до столицы. «Вашу мать», как меня «достало попадать из огня в полымя»…

Ах да, совсем забыл! Зовут меня Влад. Старый, обленивший, заплывший жиром менеджер в прошлом. В еще более ветхом прошлом, бывший реконструктор, хотя в отношение «моей грядки» и меня в целом, уместнее будет сказать «отмороженный файтер» из категории «Грибных Эльфов». Кто в курсе течения рекоров, тот слышал про эту «грядку», а кто нет, тому Валидол и «Гугл в помощь», читайте «Сказки Темного леса»…

Часть 1 Мифы о благородстве благородных

Глава 1 Столица. О бренном, «пупырчатой жабе» и нелепостях жизни

Моя жизнь это постоянный круговорот «Чертова колеса». Сегодня я коне, а завтра «спасаю свой зад от коня». Раз уж так зашло дело, то расскажу о своем коне. Своим первым в жизни конем я обладаю всего месяц. За это время я «с горем пополам» научился не падать из седла. Надо же было так случиться, что эта скотина сбросила меня почти у самых ворот на въезде в Шакти, столицу королевства Скаген.

Я улетел на землю и по приземлению занимался не только спасением своей чести от хохота случайных прохожих, но и спасением своего зада от копыт разбушевавшейся скотины. И какая муха эту заразу укусила?

Кстати, по поводу мух, мух в окрестностях столицы и в самом деле много, такие жирные, жужжащие оводы, которые довольно больно кусаются.

Впрочем, причина моего бесславного падения наверняка не оводы, а банальная течка у кобылы. Я не думаю, что мой зад заставил привстать фалос у коня, не настолько я симпатичный в этом плане по сравнению с кобылицей. В общем, выползая из под копыт беснующейся скотины, позору я хлебнул изрядно.

Горожане, стражники на воротах, мелкие купцы и Антеро «до кучи», хохотали так, что я хотел сквозь землю провалиться. Описывать свои эмоции и первые слова не буду. Достаточно того что я назвал своего коня «конской колбасой», уж очень меня эта идея в том момент вдохновила. Так, по прошествии месяца без постоянной клички, мой конь приобрел имя «Колбаса».

В дальнейшем мое общение с Колбасой заключалось в словах, цитирую: «Колбаса! Колба-а-а-ска. Иди сюда мой хороший, я тебя морковкой угощу. Не кусайся скотина! Мои пальцы это уже не морковка! Зараза я тебя сегодня же отведу до ближайшей скотобойни!».

Впрочем, мои отношения с этой скотиной — это мои отношения. Касательно дальнейших событий, то мы с Антеро уплатив плату за въезд, въехали в столицу.

* * *

Первые впечатления о себе столица оставила не самые хорошие. Наш путь лежал с северного тракта, а это значит, что нам пришлось проехать сквозь пригород. Район пригорода северной части местными называется Вонючий город.

По сути это обычные трущобы. Извилистые, узкие тропки улиц между лачугами; голодные попрошайничающие оборванцы; ворьё; жульё; нищие; рэкетиры; дешевые, грязные шлюхи; угрюмые работяги спешащие на работу; мелкие торговцы — лоточники; «сивушная пьянь» и группки крепких «быков» по пять-шесть человек патрулирующие районы и следящих за порядком на территории их боссов.

Сразу после Вонючего города начинается Грязный город. Грязный город это уже территория самой столицы, это промышленные кварталы, кварталы гильдий, мастерские, ремесленники, склады, лавки мастеровых и прочие производственные возможности без которых ни один город не может обойтись.

Грязный и Вонючий города разделены глубоким рвом и пятиметровым валом, внешняя сторона у которого стесана под шестьдесят-семьдесят градусов, а внутренняя растянулась длинной насыпью около сорока градусов. Поверх вала установлена трехметровая, деревянная стена из бревен вкопанных в землю. Так себе укрепление, но толпе голодных «отбросов общества» с ходу такое укрепление преодолеть не получится.

Ворота у вала со рвом обычные, деревянные, даже не обиты медью и больше напоминают ворота от склада. Как раз у этих ворот произошел печальный для меня инцидент с моим падением и разгулявшимся жеребцом.

* * *

На мое удивление у городских ворот с меня впервые в этом мире потребовали документы. Я уже хотел «набычиться», «послать всех лесом», «я дворянин, а не абы кто, знай свое место быдло», но увидев предупредительный, молчаливый взгляд Антеро оставил нелепые замашки.

Пришлось порыться в сумках и достать рекомендательные письма, так как подорожной с отметками пути у нас естественно не было, до этого никому и в голову не приходило требовать какие-то бумаги с двух рыцарей, чтобы поставить там печать и подпись.

Антеро мне позже прояснил, что столица живет по своим правилам и по уму надо было потратить время для объезда Вонючего города, чтобы к нам не придирались на въезде в Грязный. Высшая знать этим путем не ездит, а безземельным рыцарям в столице не рады.

И в самом деле, вы что думаете, нацепите на себя рыцарские цацки и все тут же преисполнятся пред вами почетом и уважением?

Ага, как же! «Хер там плавал»! Безземельные рыцари местными рассматриваются как убийцы, грабители, в лучшем случае наемники и имеют самое низкое звание в местном табеле о рангах.

То, что мы безземельные заметно сразу. Мы не на боевых конях — Дестриэ́[1], а на обычных скотинах, над нами не видно тряпок штандартов, с нами не путешествует с десяток слуг, оруженосцев и воинов копья[2]. Вывод: «еще одна воинствующая шантрапа пожаловала мутить воду в оплоте света, добра и справедливости».

Инцидент падения с жеребца имел самые плачевные последствия для моей репутации и послужило дополнительным стимулом чтобы проверить у меня документы. Стражники из-за отсутствия у меня навыков джигитовки вообще смотрели на меня как на гавно[3], чернь смеялась и приходилось удерживать себя в руках чтобы не взбеситься и не повести себя как хотелось бы. В общем, я чувствовал себя сраным д'Артаньяном при въезде в какой-то город, когда тот появился на убитой годами кляче.

* * *

Столица не порадовала меня ценами. Нет, я конечно предполагал, что цены будут завышены, но не настолько же. Только за один въезд в город с нас стряхнули по серебреной с человека, а дальше вообще начался мрак.

Мы остановились в дешевом трактирчике на стыке Грязного города и Перевалки, области на востоке Шакти отвечающей за распределение, сортировку, хранение товаров, а так же крупным рынком их сбыта. Место, скажем так, не самое популярное среди знати, тут живут люди попроще. Однако цены даже здесь кусались. За простой, суточный постой в трактире пришлось выложить чуть больше серебряного с человека, плюс двенадцать медяков за постой двух лошадей.

Они тут совсем охренели! За такие деньги в пограничье можно жить три дня, а то и все четыре! О ценах на алкоголь вообще лучше молчать, ладно бы цены просто вдвое завышены, но тут, «швабру им в зад», «сивуху» по цене элитного пива продают.

Как оказалось, мы приехали не в самое лучшее время для туризма — урожай собран, высшая знать съезжается в столицу чтобы кутить. Там где одни начинают безудержно тратить деньги, другие завышают цены, третьи стремятся в столицу вслед за высшей знатью рассчитывая поиметь свой интерес.

Вот, как-то так, все происходит в жизни. В общем, первые впечатления о столице у меня сложились не самые лучшие.

* * *

Наскоро перекусив и выпив по паре кружек с дороги, мы начали решать свои дела. Признаться за все время в пути я не раз думал, что буду делать в столице, но реальность оказалась не совсем такой, какой я ее представлял. Время едва перевалило за полдень и вроде бы решай дела, но меня поправил Антеро. Безземельный смотрит на вещи проще и опытнее. Моя идея сразу поехать по адресам в рекомендательных письмах была отметена им как заведомый бред. Не так решаются вещи в столице.

Во-первых, искать адреса в крупном городе та еще прозаическая задача, ты можешь искать чей-то адрес по всему городу, а он тебе назло будет у тебя прямо под носом. Во-вторых, не мешало бы узнать, куда и к кому мы едем. Ну, и в-третьих, бродяге сегодня было просто «влом» кого-то искать, дорога выдалась долгой, не всегда была приятной и просто банально хотелось слегка отдохнуть.

Мой дегенерат предложил в целом неглупую вещь, заехать куда надо и там на месте все решить. «Сказано-сделано», «на том и порешили». Ехать пришлось в Скотный двор, еще один крупный район города промышляющий торговлей скотины, птицы, рыбы и прочим из живностей. Сама дорога заняла пару часов, а может и больше, время как-то незаметно летело под новыми впечатлениями.

* * *

Сейчас, я по идее, должен описывать вонь, нищету, убожество средневековья… А вот и хрен! Сами думайте и представляйте, что я испытывал. Достаточно того факта, что я «прифигел» от происходящего. Пару раз даже пришлось освобождать ногу из стремени и давать по самым наглым рожам попрошайничающих мальчишек, что бросались чуть ли не под копыта коня и тянули меня за стремя.

«Фу-у, какой ты невоспитанный, мерзкий и гадкий хам!» —:начнет втирать мораль какая-то дура: — «Бить ребенка это же мерзко!».

«Слышь ты овца, я честно хотел все сделать по морали нашей эпохи, но тут от такого только хуже!».

Я конечно, денег на ветер не кидал, подаяний не делал, но «уличная шантрапа» видимо сделала насчет меня как-то свои выводы и несколько минут с меня «канючила» деньги. Самые наглые цеплялись за стремя и тонкие ручки тянулись в моему кошельку.

С бродягой все проще, он один раз посмотрел на кого-то сердито и к нему не лезли, а я поначалу дал слабину. Дал слабину и любой малолетка знал, что надо напирать, авось что обломится. За первым кто «не отгреб» последовал второй, третий, шестой и все ко мне лезут! Либо давай всем, не шестерым, а так навскидку сотне-другой, либо действуй иначе.

В общем, под умудренным взглядом моего дегенерата, наставника «хрен ему в ухо за все былое» я сделал так, как сделал.

И! О чудо! Хромые начали видеть! Слепые научились бегать! Голодные достали откуда-то огрызки яблок и «запульнули» в меня остатками фруктов. Всего-то и надо смачно «прописать с ноги» самым наглым, что тянут руки к кошельку и «исцелений произошло больше чем на Нагорной проповеди у Христа», хотя конечно, Иисус там насколько помню, никого не лечил, а просто вещал.

Еще раз, для самых тугодумов, «со своим уставом в чужой монастырь не лезут». Нищета это система и я не способен эту систему изменить, даже если бы я был бы богаче самого короля. Нищему нужна не рыба, а удочка и у меня этой удочки нет! «Прописал с ноги самым доставучим» и тем спас остальных «от отгреба» — «принцип меньшего зла» в действии.

Я не «Добрый Сорос, с его замутами, продажи Родины по частям». Я просто я. Меня не трогают, и я не трогаю.

* * *

В дальнейшем, я неоднократно поминал всуе Ивана Сусанина. Антеро, «абордажный лом ему во все щели», тем еще оказался проводником. Мы петляли по узким улочкам столицы, несколько раз пришлось возвращаться обратно, когда мы заезжали в тупики. В целом, бродяга не виноват — из него такой же столичный житель, как из меня балерина на пятый день запоя, он был в Шакти раз или два раза за жизнь, да и то проездом. Впрочем, до нужного места мы все же добрались.

Нашим конечным пунктом оказалась какая-то забегаловка с громадной, выцветшей вывеской на которой был намалеван брутальный мужик с тесаком в одной руке и офигенно большим мешком в другой руке, наверное, по задумке художника денег.

— Остановимся тут. — сказал бродяга, как отрезал.

«Да ты! Что!» — так и хотелось мне высказать ему все то, что я о нем думаю. Маты, впрочем, опушу, достаточно того что я о нем подумал.


В забегаловке было шумно. Пиво и вино лилось рекой. У вас наверняка было такое ощущение в жизни, что вы с первого взгляда понимаете, куда вы попали и что с вами будет, если вы себя не так поведете. Примерно это промелькнуло у меня в голове, когда я зашел в трактир.

Всю публику трактира можно было условно разделить на пять частей: наемники на отдыхе и потому «кривые в зюзю»; наемники без работы и денег и потому «злые как особисты в тридцать седьмом»; наемники с работой, но без денег и потому мечтающие поработать грузчиками, в смысле облегчить ваш кошелек от груза бренного метала; вербовщики и непонятная «шалупень» обособляемые в одну кучу, потому что кто они и что тут забыли, непонятно. Хватало и пьяниц всех мастей, шлюх самого дешевого пошиба, даже не лицензированных шлюх в стандартизированных платьях, а обычных «синявок», а так же было несколько мужиков, вроде бы сидящих наособе друг от друга, но «пасущих», прикрывающих своего работодателя на найме.

— И что мы сюда приперлись?! — все же не выдержал я и спросил у бродяги. Я, стоит признаться, ожидал совсем другого места, где можно что-то полезное себе разнюхать.

— Дурак ты, сэр Ваден! — беззлобно огрызнулся Антеро. — Где еще новости узнавать, как не здесь?

— Ну да! А в трактире, где мы остановились, этого сделать было нельзя?!

— Если у тебя лишних денег много, то можно и там. Монеты трактирщику, по монете мальчишкам на посылках и так пару дней пока им тебя доить не надоест. — назидательно начал мне выговаривать дегенерат заказывая пиво. — Как был ты Бестолочью, так ей и остался! Сиди и слушай. Я пройдусь по нашим делам.

Я занял столик к углу трактира и заказал пиво. До кого не доходит, поясню, угол в помещение это не просто угол, это гарантия что тебе со спины никто не подберется, люди как-то сквозь стены не имеют обыкновения проходить.

* * *

На мое удивление, хоть в трактире собралась не самая благодушная и законопослушная публика, до меня никто «не докопался». Возможно, свою роль сыграло то, что я был не один, а с Антеро. Бродяга хоть и имеет вид законченного отморозка, но думаю главную роль играет вовсе не это, а то что он в рыцарских доспехах в отличие от меня голодранца в бахтереце[4]. Связываться с рыцарем никто не захотел, ну и на этом спасибо.

Ждать мне пришлось недолго, я даже не успел выпить вторую кружку пива, как мой дегенерат появился в компании с кем-то.

— Знакомься. Это Нетфе. Он тут отвечает за наймы. — пробурчал себе под нос чем-то недовольный Антеро.

— Сэр Ваден. — представился я, осматривая присаживающегося у нашего стола Нетфе.

Надо отметить, что Нетфе не был впечатлен моим рыцарским званием, его чуть насмешливый взгляд словно невзначай прошелся по моим доспехам присущих большинству наемников, в общем, зря я начал «пальцы гнуть».

Сам Нетфе представлял из себя плюгавенького мужичка росточком под метр тридцать, между прочим почти средний рост по меркам голодного средневековья. Возраст за сорок лет. Нос неоднократно переломан, части зубов нет и в помине, левое ухо старательно прикрытое начесанной челкой то ли покусано, то ли частично обгорело, внимательнее присмотреться не получается из-за челки. Плечи узкие, худые, по всему сложению тела заметно, что этот человек не боец. Одежда простая, относительно чистая, сшита грубыми, красными нитками с внешней стороны одежды — навыпуск шва по серой ткани.

Впечатления серьезного человека Нетфе не производит, но я понимаю, что это обманчивое впечатление. Менеджер по наймам, а возможно и вербовщик подпаивающий простачков, и выглядеть должен соответствующе. В таком деле без «крыши», или хотя бы без «страховки из быков», обойтись невозможно. «Скользкий человек, который себе на уме», такое у меня сложилось первое впечатление о Нетфе.

Нетфе сел за стол, дождался пока ему с Антеро принесут кружки, отхлебнул и на этом пауза в разговоре закончилась. По ходу не один я просчитывал, что за человек напротив меня.

— Сэр Антеро говорит, что вас интересует некоторые люди… — произнес Нетфе отхлебывая пиво и словно случайно запнувшись на слове «сэр».

«Понятно все с тобой голубок. Ты нас не в х… не ставишь. Подумаешь безземельные к нему пожаловали». — думал я, смотря на информатора.

— Это можно устроить, но все стоит денег… — продолжал Нетфе.

— Сколько? — перебил я словоблудие информатора.

— Четыре золотых. — кратко ответил Нетфе словно речь идет о мизерной сумме.

— Да ты охренел! Сын дешевой шлюхи и мытаря[5]! — первым среагировал бродяга. — Да за такие деньги быка и корову можно купить! Ты что думаешь, тут перед тобой герцоги?!

Нетфе поморщился от децибелов моего отморозка, словно случайно чуть покачал головой и два амбала через столик от нас прекратили привставать из-за стола.

— Уважаемый! Я не понял. Что вам конкретно надо. — выделил слово «уважаемый» Нетфе. — У нас тут не храм святой Мерлены, любая услуга стоит денег.

— Все просто. Нужен проводник по вашему городу, ну и хотелось бы узнать что представляют из себя люди и не были ли они замечены в чем-то. — скороговоркой выстрелил я, пока бродяга не разошелся по полной. — Услуга плевая, что тут может быть непонятного?

— Это меняет дело. Два золотых. — не задумываясь ответил «мутный Нетфе», который похоже решил пропустить мимо ушей, то что его обозвали сыном шлюхи.

— Нетфе ты меня знаешь не первый год! — начал опять расходиться Антеро, но вдруг прервался от едкой усмешки Нетфе.

— Конечно знаю! Но ведь попытаться я должен был. — примеряющее поднял руки мужичок улыбаясь во все оставшиеся зубы. — Ты меня тоже пойми. Появляется сэр Антеро после многих лет, по виду не бедствует, не один, а в компании… Должен же я понять что вы из себя представляете… Двадцать пять серебра!

— Пять серебра, иначе я решу, что ваша организация ничего из себя не представляет, раз за пустяковую услугу требует таких денег. Мне проще найти уличного мальчишку, что за пару медяков проводит меня куда надо. — зачастил я, пока Антеро опять не начал «быковать».

— Двадцать. И сообщу о всем что на виду по конкретным людям. — сбил цену Нетфе.

— Шесть! Рассказать то, что эти люди ничем непримечательны, я и сам могу.

— Девятнадцать. День. Я узнаю все что необычно. — сузил зрачки Нетфе. — Опасно ехать к тем, о ком ничего не знаешь.

Антеро на последние слова начал подавать известные мне признаки, что он сейчас начнет буянить. Это он на слова: «опасно ехать» среагировал.

Дебил! Ничему его жизнь не учит! Сам меня сюда вовлек! Сам понимает, что с этим Нетфе не все так просто! Сам знает, что в столице с безземельными не церемониться, но опять начинает вести себя как будто он в пограничье! Знать бы где кончается «напускная обезбашенность бродяги», а где начинается «конкретный клин его башки», то я бы так не беспокоился. Антеро, тот еще игрок — театр одного актера, зачастую ведет себя в шаблоне «тупого отморозка», но насчет того что он тупой это точно не про него. Насчет отморозка спорить не буду, та еще скотина.

— Пойдем отсюда! Мы не поняли друг друга. — сказал я бродяге, выходя из-за стола. Я сам не ангел, но догадываюсь, что в случае серьезного мордобоя в таверне, крайним окажемся мы. Если дело дойдет до стали, то на своей территории у Нетфе наверняка «все схвачено», в этом случае мы «попали», нас просто убьют.

Если же мы уцелеем, то на горизонте появится непонятные разбирательства со стражей, а она по словам моего отморозка с безземельными рыцарями не церемониться.

* * *

Мы вышли из таверны и я не откладывая задал один вопрос: — И зачем?

— Что бы ты знал куда обращаться, и понимал, как все тут делается. — заворчал бродяга расстроенный тем что он «облажался» в своей идее «пробить адреса». — Не думал что так выйдет…

— Зачем?!

— Привык. — ответил мой дегенерат.

Вот и весь разговор, но смысла в нем не мало. Одним словом Антеро обозначил, привычку что в пограничье он что-то из себя представляет, а в столице не успел перестроится под реалии жизни. Безземельные в столице почти не попадают на плаху, но и до тюрьмы не доживают, умирают при захвате даже если они и не сопротивлялись. Столица это не пограничье, где хорошо закованный и умелый может уйти от погони. Столица это банка с пауками, и где одиночки, какими бы они не были отчаянными, ничего не решают.

* * *

К слову сказать, не то что бы мы такие нищие чтобы не нашлось девятнадцать серебра[6], но привычка и «жаба» играют свою роль. Для Антеро, которому деньги последние года не падали с неба «не за хрен собачий, как с куста» — это в прошлом большая сумма, да и для меня удачей не обиженного тоже не ерунда. Вроде бы, что тут такого, ну потратился немного по сравнению с тем, что осталось, но так получилось…

Открою небольшой секрет. На момент приезда в Шакти у меня осталось почти пятьдесят пять золотых, а у Антеро и того больше, почти девяносто. Вроде бы золота «хоть жопой жуй», а мы тут так «зажмотились».

Деньги нам, если честно, «упали» по воле случая на ставках, да и потом кое-что смогли урвать на продаже трофеев. Естественно, нам не просто повезло, а мы знали на кого ставить, но элемент удачи присутствовал, когда мы «надавили на горло своим жабам» и не стали дальше ставить, и как оказалось совсем не зря.

Опытный психолог, да и просто человек знакомый с правдой жизни, сейчас должен воскликнуть: «Да ты брешешь! Родной! Легко пришло, легко и ушло! Не верю, чтобы вы все не просрали. Не прокутили такие деньги!».

А вот вам и нет. Законы жизни касательно денег которые «упали как с куста» крутиться вокруг определенных сумм. Урвал денег больше обычного, тут же прогулял с мыслью, что еще будет. Если же урвал намного больше, то начинаешь сать. Большой куш на то он и большой, что начинаешь думать куда бы «вложить», чувствуя, что второй раз так не повезет.

Да и по большому счету, а когда нам было потратиться?! В пограничье «напряги» с магазинами, барами и ресторанами. К тому же мы тогда совсем о другом думали. Нас сильно напрягало то, что жить нам оставалось с «гулькин х…». Мы тогда о деньгах совсем не думали, выжить бы и все на этом.

Потом уже, по прошествии времени, мы успели сообразить, что второй раз так не повезет, и начали экономить в пределах разумного. Десяток золотых, не спорю, прогуляли на двоих, но ведь почти месяц в дороге провели, треть от этой суммы мы все равно бы оставили бы в дороге.


В планах у Антеро проскальзывали две мысли. Первая заказать полный доспех у гномов. Вторая прикупить себе маленький феод. Не деревеньку, не хуторок, а просто поместье со своей землей, чтобы стать полноценным рыцарем с приставкой названия его земли в имени.

Честно говоря, те еще идеи. Ну, доспехи, еще куда не шло, вещь крайне полезная и при нашем образе жизни, а поместье зачем?

Не, я, конечно, понимаю, что у бродяги «идея фикс» обладание полным рыцарским статусом и свои маленьким владением, но в его-то годы над этим «заморачиваться»?!

Бродяга не мальчик и жить ему осталось не так и много, он по сути старик. В чем смысл? Ну, купил ты себе поместье, а что дальше?! Жить то осталось пять, ну семь лет и все? Семьи нет, оставить наследство некому, доходов от приобретения никаких, даже вложиться придется.

Безземельный без связей и сюзерена, который покупает недвижимость это мишень для грабежа, да и только. Много ли в одиночку навоюешь или в компании немногочисленных дружинников.

Идти в подчинение сюзерену после приобретения своей земли?! Но и тут не все так просто. «Ложится под кого-то» это надо уметь, а «мир полон добрых людей». «Каждая собака хочет тебя поиметь при таких раскладах» и сюзерены не исключения.

Приехал некто, отвалил денег, недолго пожил и не оставил наследников, не жизнь, а просто мечта. Получается, Антеро просто отдает деньги своему сюзерену на свои похороны. Землю купил, резко умер и земля переходит за бесценок сюзерену. Сюзерен имеет право первым, со значительными скидками, выкупить некогда землю его вассала. И в итоге у высшей знати чистый плюс и никаких трат.

Нет, можно конечно и купить землю не у дворянина или вообще не приносить кому-либо присяги, но это не спасает от грабежа. «Что в лоб, что по лбу», одинаково.


Мои планы на жизнь более прозаичные. Осесть в столице, заиметь связи, устроиться про протекции старого барона в армию и расти дальше по карьерной лестнице. Признаюсь, мелькала мысль прикупить хорошие доспехи, но некогда было, да и какие хорошие доспехи можно купить в пути, хорошие доспехи заказывать нужно.

Подумывал я и по примеру бродяги прикупить землицы, заселиться Кайей, растить детей и тут…

И тут я в своих мыслях «обломался». До меня дошло, что в наших с Антеро случаях земля это просто путевка на тот свет. Я осознал, что не стоит что-то прикупать сгоряча, а нужно не раз все обдумать.

Кайю, я допустим, смогу вывезти из графства через наемных людей, но вывозить надо не «в чистое поле», а когда уже «все на мази». Когда я буду уверен, что меня «не прикопают» по надуманному поводу или что мой новый сюзерен не пошлет меня на убой, как некогда граф…

В общем, так вышло, что денег у нас много, а потратить мы их не успели или не смогли.

* * *

— Правильно сделал, что отозвал меня. — после затянувшего молчания брякнул Антеро отвлекая меня от моих мыслей и воспоминаний. — Эта крыса как почуяла что-то… Там где безземельные разбрасываются деньгами всегда что-то не то происходит…

Я усмехнулся. Кому ты это рассказываешь старый?! Ты же сейчас не меня, а себя успокаиваешь. Похоже в таверне ты не играл взбешенного, а на самом деле взбесился и мог «дров наломать».

— И что думаешь, они бы нас на ножи бы взяли? — спросил я, не понимая к чему клонит мой дегенерат.

— Зачем?! Проще кому надо наводку сделать, и нас либо «обнесли бы», либо стража вдруг заинтересовалась бы нами. В любом случае этот ублюдок свою долю получил бы… — Антеро притих, слегка приударил пятками по бокам лошади для ее ускорения и уже обгоняя меня добавил. — Завтра сами начнем искать… Хотя чую, что в этом сраном городе у нас это займет много сил…

Глава 2 «А ларчик то просто отрывался» или о том, как поиски нам не встали почти ни во что

Вы никогда не просыпались от укусов клопов? Нет! А мне пришлось. До этого, меня это счастье как-то миновало. В трактирах приграничья этих домашних питомцев я как-то счастливым образом избегал. Может играло свою роль, что трактиры в сельской местности далеко не пользуется спросом, разносчиков домашних питомцем в приграничье на порядки меньше, а может клопы не любят деревенских. В общем, я не знаю почему вышло так, что «сия скорбная чаща меня до этого миновала».

Почесываясь и давя гадов я мысленно все проклял и понял, что останавливаться на постой рядом с трущобами Вонючего города, было не лучшей идей. Гадом буду, если сегодня же мы с Антеро отсюда не съедем и плевать на более высокую плату за постой в других районах.


Едва только рассвело, и раздались протяжные восемь ударов била по округе, как мы с дегенератом покинули заповедник живности. Даже «жрать» не стали, решили что все равно надо искать трактир получше, а сделать это проще во время дегустации еды и пива.

Кстати, о восьми ударах била. Есть тут интересная традиция в крупных городах обозначать начало и конец светового дня ударами по двухметровой, медной тарелке висящей на специальном столбе где-нибудь на возвышении. Ну нет в этом мире колоколов или по крайней мере они мне не попадались, вот они и выкручиваются как могут. Зачем бьют по билу мне непонятно, но что характерно, это относится только к бедным районам, в богатых районах такой традиции нет.

Теперь начну предполагать из-за чего так делают, спросить конкретику все равно не у кого, Антеро такими мелочами не интересуется.

Восемь ударов это наверное потому тут неделя состоит из восьми дней. Бьют по утрам и вечерам, наверное потому что это обозначение своеобразного комендантского часа, но видимо этот комендантский час не относится к знати и уважаемым горожанам, а всякую «шалупонь» за прогулки в ночи наверное могут хорошо «вздрючить». Видимо по этой же причине, в бедных кварталах ходят какие-то дауны и стучат в трещотки, мешая спать беднякам. По всему выходит, что этим звуком обозначается что «не фиг» на улицу вылазить.

Ну, мне как-то сложно представить, чтобы сторожа улиц, звуками трещотки давали знак ворам что там можно воровать, а тут пока я трещу, не стоит. Вот так я считаю, а как на самом деле, кто его знает…

* * *

Утро у нас не задалось. Все тело чесалось, после вчерашнего в горле сушняк, трактирщик зараза, пытается нас надуть. Нет, ну вы представляете, этот дурак решил что я неграмотный и в наглую пытался меня обсчитать. Пока я спорил и доказывал свои познания в математике, со второго этажа спустился «злой с бодуна» Антеро и доказал что лучший математик, это тот математик, который бьет без лишних слов в переносицу.

Во истину, ситуация сложилась по старой формуле: сопли, кровь, гавно и пчелы. Впрочем, вместо пчел был раздавленный пальцами клоп, которого бродяга тыкал в глаза трактирщику, пока тот вытирал кровавые сопли по лицу и кем-то там грозился.

Касательно угроз, вот это он зря! Ну получил простолюдин по морде от рыцаря и что?! Да чихал Антеро на твою «крышу»! Ексиль-москсель, бежим и плачем! Целый барон какой-то, владелиц заведения! Стража блядь[7]! Да вызывай! Мы ее твоими же клопами и накормим! Кстати, жуй клопа, гнида!

Не, ну кто просил трактирщика рот на моего дегенерата раскрывать?! Сидел бы молча после «рихтовки лица», а так как грозиться начал, то только Антеро «завел». Раздавленного клопа из-за этого трактирщику пришлось съесть. Потом он с минуту стонал от ударов по пузу ногами закованных в железо…

Бочонок пива мы так и не взяли, хотя Антеро грозился забрать пиво в счет компенсации урона его чести. Не взяли не потому что Антеро такой добрый, а банально из-за того что я заявил, что пиво тут дрянь. На самом деле это только одна причина, второй веской причиной было то, о чем я умолчал при Антеро. Банальная смекалка. Найти двух отмороженных рыцарей в городе с бочонком пива гораздо легче, чем найти двух рыцарей без этого бочонка.

Вы что всерьез решили, что нас за такие поступки стража по головке погладит?! Ага! Счас!

Когда мой отморозок устал пинать трактирщика, мы «драпали только так». «Летели на лошадях по улицам просыпающегося города со скоростью поноса». У нас была неплохая фора, и со стражей, наверняка вызванной прислугой трактира, мы благополучно разминулись.

Да, и вот что, сразу скажу, чтобы на нас потом не наговаривали. За постой в трактире, еду, выпитое пиво, кормежку и стойла лошадей, мы все же расплатились. Я не спорю, что с нас изначально причиталось больше трех серебра, но блин! Инфляция!

Серебро случайно превратилось в медяшку брошенную на пузо трактирщика. Так сказать, в расчете. Остальное невыплаченное трактирщику — компенсация нам за моральный ущерб и ненадлежащие качество услуг.

Не, ну какой отмороженный мой рыцарь. Я все понимаю, ну там «бодун», клопы, но бить в наглую вассала какого-то барона, нарываться на разборки со стражей, которой и повода не надо чтобы нас «вздрючить по полной».

Сейчас, кто-то там завыл про честь, пиры, дуэли, кодекс, разницу в сословиях между рыцарями и простой стражей! Ну вы и даете! Вы на какой планете живете?! Насмотрелись дешевых, мыльных опер для домохозяек с чистенькими, гладко выбритыми, жеманными фаллоимитаторами вместо рыцарей и что-то начинаете мне «гнать». Не поленитесь покопаться с истории средневековья «Земли матушки» и сравните с тем, что показывают на экранах.

Еще раз напомню! К безземельным, бродячим рыцарям в столице особое отношение. В столице своих убийц, разбойников, грабителей и без бродячих рыцарей хватает. Про насильников неслучайно не упоминаю. В мире Раян свое отношение к женскому полу, и нашими мерками судить о их быте, некорректно.

* * *

Спустя пару часов после событий с «раскулачивание трактирщика» мы осели в одном забегаловке, так сказать, поправить здоровье. Здоровье мы поправляли неторопливо, будучи уверенными, что теперь нас никто не найдет. Шутка ли, промчались галопом по Перевалке, затихарились в Скотном дворе, неспешно проехали по Посольскому городу, а после свернули на Зареку.

В целом нам повезло. Рано утром у стражи наверное была пересменка, пока суть да дело, то «наш след уже простыл». Ну и помогло то, что с утра на улицах просыпающегося города, народу не так и много. Не пришлось «ползти со скоростью черепахи» бранясь на пешеходов и обещая им нагайкой по хребту за медлительность.


Теперь о насущном, то есть о «двух баранах», которые рыскали по «округу Твердь»[8] в поисках нужных адресов. Казалось бы, чего проще найти в городе нужную улицу и дом?

Ну, как сказать. А тут есть названия улиц?! Тут о таком даже не слышали! Какие названия улиц?! Какие номера домов?! Тут все сводится к нудному описанию пути к нужному дому и нет никакой систематизации. Еще больше напрягов начинается, если нужный тебе владелиц дома переехал, дома то называются по имени владельца, со всей вытекающей путаницей в случае переезда.

У некоторых возникнет вполне резонный вопрос, почему бы не воспользовался описание проезда к нужным людям? «А вот тут вся собака и порылась». Нет у меня больше этих описаний. Были, не спорю, но больше нет. Антеро, «в зад его мой бешеный Колбаска», начудил.

Изначально у меня была целая инструкция от барона Агира, куда и как проехать по столице. Где и как я ее посеял, уже неважно. Так-то я не очень волновался по поводу пропажи. Все равно я «ни бум-беса» не понимаю в местных каракулях, а о том, чтобы обучиться местному письму, и речи не идет. Тут в ходу не фонетическое письмо, а смесь рун, иероглифов, пиктограмм и прочей «тряхомудии». Естественно, у меня был дубляж описаний проезда на русском языке, который я составил по свежей памяти сразу как расстался с бароном. Я разумно решив подстраховаться, так как своей памяти не доверяю…

Теперь о дубляже. Зайду немного издалека, что подготовить самую стеснительную и наивную публику. Как бы это сказать. Средневековье. Мыться любят не все, тут от этого чаще болеют[9]. Гигиену тоже соблюдают, кто во что горазд. В общем, не буду «тянуть кота за яйца»…

Я на свою голову научил бродягу подтираться после «больших дел», а не только после поноса, когда хочешь, не хочешь, а подтираться придется. Так-то подтираться он естественно сам умел, но пользовался далеко не всегда. А тут, так сказать мое влияние на него, и его влияние соответственно на меня. Переняли некоторые вещи друг от друга…

Так вышло, что в мое отсутствие мой дегенерат подтерся нужными мне записями процарапанными на бересте. Откуда ему было знать что это не просто клочки бересты, а мой словарь, важные вещи и прочие, что нужно помнить. Наши дорожные мешки давно стали общим достоянием, так что такой вариант событий рано или поздно мог случился. В общем, приручил я на свою голову бродягу хоть отчасти соблюдать гигиену…


Теперь по самим рекомендательным письмам, которые я должен был вручить. Письма это такие свертки, скатки пергамента в форме трубочек, запечатанные воском с оттиском печати барона. Вскрывать переписку, проблем потом не оберешься. На крайний случай мы и на это пойдем, но пока можно найти нужных адресатов своими усилиями, старались оттягивать этот вариант.

Как найдем, если мы описаний расположения домов не знаем?! А имена на что? Я помнил парочку имен и хотел на этом сыграть. Да, и вот еще что, на самих свитках было указано кому какой свиток вручить.

А вот ты и прокололся! Теперь вы меня «прижали к стенке»! Теперь понятно, что нам все имена известны! А вот хрен! Не буя нам неизвестно! Я и Антеро неграмотные!

Постой! Антеро вроде «шарит» в местных порядках и законодательстве! Антеро же рыцарь, значит грамотный и тому же он спокойно ссылается на местные законы, прецеденты, сыплет подробностями статей таких-то! Ну и как он это может делать, если читать не умеет?!

Да запросто! У них тут целый комплекс из наук необходимых высшему и низшему сословию. Конкретно по рыцарям, то они заучивают законы, правила поединков в разных областях страны, да и многое другое, что необходимо знать военному сословию.

Некоторых сразу успокою. Мне самому, до событий с потерей моих записей на русском, и в голову не приходило, что мой дегенерат не умеет читать, уж очень он уверено цитировал закон от короля какого-то под номером двести с чем-то. У местных жителей, как оказалось, память намного тренированнее по сравнения с современными жителями Земли.


Суть да дело, мы слегка встряли. Нет, конечно же мы могли заплатить нужному человеку чтобы он прочел имена на свитках и уже от этого крутиться. Только в чем смысл?! Платить какому-то сморчку за пятнадцать секунд чтения как за чтение целого письма?! Перебьется! Услуга по чтению не из дешевых, а у меня в памяти пара имен присутствует.

В итоге, мы раскатывали по округу Твердь надеясь на мое озарение, инсайт, когнитивный резонанс и прочие. Что тут сказать, Зарека — кор Дален[10] был первым в моей памяти, а «язык до Киева доведет». Кор Дален нам-то остальные имена и подскажет.

* * *

Сейчас по идее, должен расписывать вам как все у меня прекрасно сложилось, из категории, есть проблема и сразу ее решил. Материться не буду, по крайней мере прикладываю к этому все усилия.

После не увенчавшихся успехом поисков мы осели с Антеро в таверне и начали пьянствовать. «А кто без греха?! Вам тогда надо кидать камни в сторону Иисуса!».

Пили мы без энтузиазма, так, пили просто потому чтобы пить. Если честно, то мы стали кочевать из одной таверны в другую. Даже пьяные мы понимали, то, что сегодня «обломали» зажравшегося содержателя таверны, и то, что нас наверно ищут. Ну и «флаг им в руки». Искать в округе Чернь и искать в округе Твердь, куда не всякого пускают, это две большие разницы.

Странная наша натура, сам себе поражаюсь. На спиртное у нас деньги всегда находится, но на деньги для проводника или деньги для прочтения письма «мы жмотились, как последние прапорщики перед ревизией за двадцать лет».

Кочуя из таверны в таверну, мы как-то незаметно перебрались в Странный город. Странный — это потому что тут в основном живут книжники, поэты, музыканты, жрецы, писари и прочие что умеют читать. Предполагаю что это очередной мой «пьяный закос». Подсознание, «мать его за ногу», сыграло на моем стремление прочитать имена адресатов. «Мудачья натура» хотела прочтения «на халяву», а что?! Делов-то на пятнадцать секунд! И за что платить-то?!

Мы едва держась на конях, приехали из округа Твердь в округ Чернь. Писари они же ремесленники, вот и живут за чертой округа Тверди. Хотя надо отметить, что живут писари лучше чем в Грязном городе и даже лучше чем в Чистом городе! Странный город, он же «Клякса», он же «Чернильница» и прочие местные самоназвания, оказался вполне нормальным районом.

В какой-то таверне я «встал рогом» и заявил что тут мы и остановимся! Антеро поначалу меня не понял, но я был убедителен. Вам, блин, смешно, но я увидел то, о чем втайне мечтал. Ванна!

Нет, конечно, самой ванны я не увидел. Я просто увидел молодощавого старичка с чистой головой на первом этаже трактира. Что тут со мной пьяным произошло, сам не знаю. Тело чешется от клопов, во рту перегар, корка грязи на теле такая, что можно полсантиметра грязи стесать, а тут кто-то появляется чистенький как «не знаю кто». И вы что думаете, я не принял действий?!

— Бармен! Бадью мне в номер! Что?! Поправка! Две бадьи в два номера!.. Ну да дорого… Две бадьи, в один большой номер! — последние что я помню перед тем как уснул.

Уже потом я проснулся выползая каким-то чудом из-за стола. Горячая вода ненадолго отрезвила меня, а потом я погрузился в катарсис. Я опять ненадолго задремал.

Вылез из бадьи я новым человеком. Шутка ли мыться раз в месяц?! И дело не в том что я нечистоплотный. Вы что думаете, что тут в каждой таверне имеются бадьи для помывки?! Может вы думаете, что тут на каждом углу за гроши продают мыло или духи?! Насчет мыла не уверен, но духи тут есть, но блин, стоят как «непокрытая девственница», то есть относительно дорого для рядового человека.

* * *

Из номера вниз трактира мне пришлось спуститься в «горке»[11] с серебряной, рыцарской цепью поверх кителя для солидности. Принято тут так выпячивать свое дворянство и не мне этот обычай менять.

Сознаюсь, я поддатый как-то легко согласился на дополнительную услугу навязанную расторопным лакеем, почистить мой выездной костюм. Мне тогда в голову полезла всякая чушь, что мне еще с важными людьми встречаться и лучше это сделать в чистой одежде.

Пока мои шмотки стирались и чистились, пришлось спускаться в трактир в том, что было, а выбор у меня не особо богатый. У меня до сих пор нет даже своего сюрко[12], а не то что бы дополнительного комплекта средневековой одежды. То что «горка» местами прорвана и заплатана заботливыми руками Кайи кусками грубой, местной ткани меня не особо волнует. «Горка» тут смотрится необычно, а сама форма из тонкой материи, что считается местными знаком высших сословий. Поэтому особых сомнений в своем поступке я не испытывал.

Да и вот еще что. Я не то что бы такой алкоголик, хотя временами несдержан, но «жрать потянуло, как Гитлера на войну». Антеро дремлет в деревянной бадье, ну и пусть спит.

В таверне я забился с самый дальний и темный угол. Не то что я бы я такой «бирюк», но привычки никуда не деваются. Странный город, конечно, относительно спокойный место, но осторожность не помешает. Время позднее, народу в таверне почти что нет, но Антеро дремлет в ванной наверху, а я без доспехов и меча. С ножом и кинжалом особо не развернешься. Короче, расслабился в одном, поднапрягся в другом.

* * *

Вечер стремительно перетекающий в ночь. Выбор блюд само собой был небогатый. Ел то, что осталось на кухне, но сразу признаюсь даже объедки тут лучше чем «блюдо от шефа» в предыдущем клоповнике.

Пил умерено, понимая что завтра новый день и новые поиски, а значит и новые таверны, новые пьянки, новые напряги, пускай печень немного отдохнет.

От нечего делать я временами косился в освещенную часть таверны. Но, по сути, там смотреть было не на кого. Народу всего под вечер сидело человек пять, немало, если учитывать что это не квартал работяг, а работников пера.

На троих клерков даже взирать было неинтересно, быстро ели, быстро расплачивались и уходили. В темени другого угла сидел кто-то одетый в грязное рубище и пил, да так пил что нам вдвоем с бродягой за ним не угнаться. Что он тут забыл непонятно. Как и откуда у него деньги раз он в таких обносках?! Пятым был не менее странный тип.

Подросток лет шестнадцати. Худой, невысокий даже по местным меркам, всего метр десять или чуть более, если доверять своему глазомеру по поводу сидящего. Легкий пушок на щеках, на морде прыщи. Много дрочит парень от того и гормональные сбои выражаемые прыщам на лице. Одет в поношенные, но чистые тряпки. Дублет[13] на теле или что-то подобное ему, на ногах узкие штаны и мелкие полусапожки. Однако на шее нет цепи поверх дублета. Дворянин?! Одежда дворянина, но цепи нет. Видать один из многих сыновей мелкого дворянина и своей цепи еще не заслужил. Что он тут забыл?!

Можно предположить что он сын рыцаря, и по всему далеко не наследник. Второй-десятый сын у бедного рыцаря, который и с первыми двумя сыновьями не знает куда их пристроить, а не то что некондит по местным меркам. Слишком тщедушный паренек и воинская стезя сразу видно не по нему.

Паренек заметил мое внимание к нему и поначалу «стушевался». Покрылся румянцем, зачем то озирался по сторонам, видимо проверяя на него ли я смотрю.

Мне, если честно, до него не было никакого дела, но просто скучно, «а за погляд денег не берут». Мне было просто интересно разгадать его загадку, кто он и что тут делает. Так сказать применение на практике своих анализаторских способностей, как говорят в подворотнях «считывание человека».

Паренек на мое удивление оказался то ли дерзким и непуганым, то ли непонимающим по наивности. Паренек начал в открытую рассматривать меня.

Мы какое-то время пялились в отрытую друг на друга, а потом я подавшись порыву поманил его рукой к себе. Мол, «иди сюда паренек, счас с тобой порешаем».

Паренек «затушевался», но все же встал из-за своего стола и дошел до моего.

— Что надо? — начал я грубо. — Ты кто?!

— Я… кор Ягус… — начал паренек, но я его перебил.

— И чо надо?!

— Да я…

— Ладно. Садись парень. В ногах правды нет. Пьешь? — себе на удивление я пошел на мировую. Паренек невысокого роста, чихнешь и он сложится. Стоит, мнется, не понимает или не знает, как опасно пристально смотреть на кого-то, если у тебя в руках не Калаш или за тобой не стоят отмороженные люди.

— Садись. Садись! — продолжал я. — Что тебе интересно? Я же вижу что у тебя интерес.

— Ваша одежда… сэр? — сказал паренек, присаживаясь за мой стол.

— Кор Ваден. — представился я, самовольно добавив дворянскую приставку к имени, хотя знаю что право на это не имею. — А что не так в моей одежде?

— Она необычная. Вы из далеких краев? — вдруг прорвался из паренька интерес.

— Мечтаешь о далеких краях? Приключениях, подвигах?! — усмехнулся я.

Парень смущенно замолчал. Я его понимаю. Некондит выросший в стезе рыцарской бравады «по любому» чувствует себя ущербным и пытается это как-то компенсировать. Ему нужны рассказы о далеких странах, убитых чудовищах и драконах, спасенных девах, которые тут же благодарят своего спасителя страстным и горячим поцелуем и через несколько лет ухаживания даже соблаговолят на ночь с героем. «О времена, о нравы!». «Если бы молодость знала! Если бы старость могла бы!».

— Что не так с моей одеждой? — вернул я разговор в прежние русло почувствовал что паренек в себе замыкается.

— Она необычная. Вы издалека?

— Есть такое. А что в этом такого?

— Да… вот… — начал паренек смущаться.

— Давай так. Ты сидишь, успокаиваешься. Мы говорим. Но говорим не на сухую. Я пить хочу, и ты как мужчина можешь спрашивать меня. — надавил я на кора Ягуса, польстив ему тем что сравнил с мужчиной. — Сразу говорю, возражения не принимаются. Я проставляясь.


Замечу, в местном языке нет таких слов «я проставляюсь», «на сухую» и подобного. Я коверкаю местный язык, как моя совесть позволяет. Из обычной, разговорной речи собеседников я теперь понимаю в лучшем случае четыре пятых, о пятой части догадываясь из контекста. Если найдется даун, что начнет утверждать что за полгода можно полностью изучить новый язык, даже погруженным в «языковую среду», то я ему рад. Он либо гений, либо «понталыга» и зазнайка.

По моему взмаху руки нам принесли еще пива для меня, и пива для паренька. Он, надо признаться «тушевался», опасливо приобщался к алкоголю.


— Так, что не так с моей одеждою? — задал я вопрос после того как паренек отхлебнул от принесенной кружки.

— Она необычна. И видно, что одежда не из дешевых. Я не знаю о такой одежде. Значит вы издалека и многое можете рассказать. — наконец преодолел свое смущение паренек. Ну как же! Интерес двигатель науки, а паренек явно не на махание железками «заточен».

— А если конкретно?

Тут признаться был языковой ступор. Я брякнул, то что брякнул, а парень загрузился. Ну, нет тут таких слов «конкретно», а мое слово на русском понимания не привнесло.

У лингвистов есть такое понятие «Пиджен», это когда в смешанных семьях и народностях употребляется смесь из языков, появляются в речи смесь из слов разных языковых групп. Впрочем, сейчас эти размышления явно лишние. Я ненадолго прогрузившись, прослушал то, что говорил паренек. Услышал я примерно это.

Паренек вешал о дворянах за рубежом, отнеся меня к ним. Он интересовался бытом, обычаямиправилами, а так же способами покраски моей формы в пятнистый цвет. Вроде бы, что может быть проще поставить пятна на ткань, но местные ткань выкрашивают полным погружением в краситель и пигментация узора невозможна. Пигментация пятен нанесенных вручную недолговечна и трудоемка. Пигментация пятен в среде защищающей от основного красителя затратна. Парень решил что есть еще способы окраски тканей, которые ему неизвестны. Наивный, все мне так и выложил, думая что я знаю и если знаю, то выложу производственные тайны.

— А ты читать то хоть умеешь? — отхлебнув пива усмехнулся я. — Давай я тебя проверю, а то зачем мне распыляться раз ты неграмотный?


Признаться это был апофеоз моего пьянства. Я почему-то счет, что паренек умеет читать и «кинул его на слабо». И что характерно не прогадал.

Надо признаться, что местное пиво по вкусу напоминает «Балтику шестерку портер», что далеко не слабоалкогольный напиток. Ладно я, но пареньку такие напитки в новинку. Много ли надо подростку по которому видно что он непьющий?

После второй кружки навязанной «на слабо», как-то само собой я был гуру и прочая ерунда. Я телепортировался до нашего с бродягой номера и принес свитки. «Слабо» был из категории, я тебя проверяю умеешь ли ты читать.

Паренек вслух прочитал имена, а я гордый «разводом» не таясь процарапал ножом на столе ускользнувшие в памяти имена. Как назло появился вышибала и намекнул что портить столы не стоит в этом заведение.

«Слава Богу» я еще «не дошел до планки» когда выдаются заявления великанам: «Ты чо такой высокий сынок?! Не сы! Ша я порешаю!». В общем, вел себя вполне культурно. То есть признал свой «косяк» и вежливо попросил «отъеб….», один фиг завтра надо расплачиваться за все, там и сочтемся.

Кстати, вышибала это знак! Вышибала это показатель что заведение ни под кого не легло. В напрягах вышибала это гораздо лучше тут, чем неприметная крыса, которая «сливает» дружине или страже «что тут не все путем». Значит место и вправду не срань или по крайней мере хозяин у заведения не «чмо».


Пока я «обмозговал» эту мысль и придерживал паренька от того чтобы «слиться под шумок» явился Антеро. Мой дебилоид решать ничего не стал, но один его помятый вид отпугнул вышибалу. «Пьяные дворяне чудят, да и хер с ним. Завтра плакать будут, причитая что денег нет».

— Знакомься Антеро это кор Ягус. — разрешил я все возможные вопросы. — Мы тут о жизни и прочем балакаем.

Признаться паренек совсем был не рад безземельному. «Зассал» наверное, припомнив все то, что о этих отморозках рассказывают. Я его понимаю. Антеро «еще тот кадр», не зря его сослуживцы прозвали вначале «Тухлой Черепахой, а потом и Бешеной Черепахой». Ни дня без своих доспехов на которые наверное дрочит. Вояка до мозга костей, а такие хоть оденутся в розовое бальное платьице, все равно смотрятся кончеными отморозками.

— Чо это?! — спросил бродяга намекая и на вышибалу, и на притихшего паренька писарчука.

— Все в норме. Ты опять в железках?! Не надоело?!

— Молчи уж…

— Сэр Антеро, не грузи. Не пугай нашего гостя. Мы тут о вечном думаем! — вступился я за паренька.

— О вечном?!

— Ну да! Где взять то, чего у нас нет, и чтобы нам за это ничего не было! — брякнул я, и с удовольствием заметил, что бродяга на минуту «прогрузился».

Такой оборот речи я еще не вставлял в разговорах с ним. Не то что бы я такой «балабол», но по покрасневшим белкам глаз видел, что мой отморозок почему-то «на взводе» и проще его заболтать, чем потом последствия расхлебывать.

— Ладно. Забудем! Эй бармен! Вино сюда! — раскричался бродяга, садясь за стол.

Глава 3 О быте крупного средневекового города

— Вино?! — прозвучал мой вопрос.

— Вино! Бестолочь! Тьфу ты! Сэр Ваден! Не будь бараном, покажем что мы не из деревни приехали! — раскричался бродяга.

Ну, спасибо родной, твоей помощи в беседе с грамотным человеком мне как раз и не хватало. Так и хотелось брякнуть что-то из категории: «Напился, веди себя спокойно», но я сдержался, не чужой же человек.

Сразу скажу «разговора по душам» не получилось. Паренек «мальца стравливал газы» от встречи с жестокой реальности воплотившейся в моем отморозке. Антеро который недопил и Антеро который перепил, не самые лучшие производят впечатления. Блин! А я так рассчитывал на пьяные откровения паренька!

На некоторые откровения паренька бродяга словами вынудил, но это не то. Ну и каким бесом мне сдалось, что он четвертый сын мелкого дворянина и тот отправил его учиться письму, понимая, что пареньку из-за его физухи никогда не светит стать воином. Это и так было понятно при первом осмотре паренька.

Пьянка набирала обороты, а «выхлопа не было даже на горизонте». «Все карты спутал» бродяга и при этом ему в его состоянии «ничего не выговоришь, повело старика».

* * *

Вино шло как-то так, без интереса. Парень клевал носом и уже пару раз проблевался под стол, как на фоне общего бедлама, появилось новое лицо.

— Пойдем отсюда Ягус! — заявил какой-то старик, приподнимая паренька за плечо.

— Я не понял! — завопил мой отморозок, но заткнулся от пинка под столом в коленку.

— Простите, а вы кто?! — высказался я, пока Антеро заткнулся «в офиге» от меня.

Старик смерил меня взглядом и я невольно зауважал его. Старый, дряхлый, седой, слабый, но совсем «не париться» компании двух пьяных тел.

— Это мой подопечный! Я его забираю! — скрипел голосом старик.

— Да мне… — начал мой бродяга, но прервался от нового пинка по ноге под столом.

— Тогда мы можем рассчитывать, что вы замените его? — спросил я больше из вежливости, чем из ожидания что так все получится. — Мы имели интересную беседу, а вы ее прервали…

— Можете… — высказался старик что-то перетирая остатками зубов от нервов. — Но сразу говорю я не пью. Стар и здоровье не позволяет. Я его отведу и вернусь. Клянусь Рарнором…

Старик ушел волоча своего паренька наверх, а мы остались.

— Рарнор это кто? — задал я вопрос бродяге.

Надо признаться мой отморозок ответил не сразу. Заметно что он как-то сразу осунулся при упоминание Рарнора и не сразу пришел в себя.

— Дурак ты. Бестолочь! — первые слова что я услышал от моего дегенерата. — Рарнор это бог мертвых. Его имя просто так не вспоминают…

Далее был монолог бродяги о боге мертвых.

Скажу слово «бог» я услышал чуть ли не впервые, слово подзабыл и понял значение слова из контекста. Антеро атеист, которых еще надо поискать, и потому религиозные темы не самые популярные в наших с ним коротких разговорах. С прочими местными жителями я как-то не настолько контачил, чтобы расспрашивать о известных каждому малолетке вещах, «палевно это и может плохо аукнуться».

Конкретно по божку. Рарнор обычный бог. Скорбный юноша с веткой омелы в руках. Встречает смертные души у каких-то врат, которые ведут куда-то. Куда ведут врата, бродяга мне не пояснил. Клянутся им неохотно, подозревая расплату за клятвопреступление после смерти, но это не гарантия что клятву не нарушат самые отмороженные.

Ну понятно, Рарнор аналог смерти с косой в земной мифологии. И что это Антеро так струхнул то?!

Пока мой дегенерат распинался и что-то мне втолковывал про Рарнора, появился старик. Старик сел за стол, махнул рукой подзывая бармена, закал какой-то отвар и «смотрел на нас насуплено, как мышь на крупу».

— Что вам надо от моего ученика?! — попытался сказать жестко старик, но его хрипящий голос вызывал у меня только скрываемый смех.

На мое удивление Антеро не буянил и даже как-то изобразил что-то вроде покаяния.

И кого он испугался?! Какой-то сморчок. Чихнешь и он «сложится как карточный домик». Одет в нелепые серые тряпки. Верх рубаха с красным швом у горла, низ юбка до щиколоток. Пыльные, протертые сандалии, легкая щетина на лице.

«Юбка на мужике! Да он баба!» — так и хотелось воскликнуть мне, но «Слава Богу» я вовремя вспомнил, что юбки носят и Шотландцы, а они те еще парни.

Да и вот что! Сразу брякну эстетам! Да, я знаю, что кельты носят не юбки, а килты! Килт изначально это ткань восемь метров в длину и внешне выглядит как юбка! «Реконструктор я или насрано?!».

Понятно, что насрано! Ведь я не «реконструктор», а «файтер». «Те же яйца, но только в профиль».


— Уважаемый мы видимо не поняли друг друга. — услышал я свой голос что вещал на автопилоте. — Вы наверное какой-то служитель бога… Но у меня свой Бог! Я это к тому, что не хотел никакого ущерба вашему ученику! Я просто хотел узнать о местных обычаях, вере, быте! — брякнул я и сам «зассал».

* * *

Про Бога я не зря сказал. А вы думаете, что так просто появляются подобные мне?!

Поначалу мы были обычной бандой. Банда не то слово, скорее уместнее слово «грядка». Тренировки в подвалах с железом и вкрадчивый голос тренера по рукопашке о прогнившей власти и обещания выдать орудие. На какие доходы жил тренер, если он нигде не работал, вопрос только для наивных.

Потом церковь. Тренировки в подвале под храмом. Все тоже самое, только постепенно из жизни уходил алкоголь, наркота и курево. Хочешь пить на тренировке — пей, но главное не матерись! За мат можно было реально отхватить от батюшки, а по поводу бухла, ну все грешны. Ну, и за курение рядом с церковью можно было хорошо отхватить. В подвале пристройки рядом с церковью все уместно, кроме баб и мата. Сдавать батюшку не буду, скажу только все это было в Троицкой церкви, а сколько таких церквей по всей России, сам патриарх не знает.

Батюшка сам еще тот ушлепок, бывший ВДВ-шник, все понимал, все знал и до определенного момента не встревал в наши «барогозы».

Так что, когда я говорю: «За мной Бог!», это не напускное, это привитое, и я за это умру, хотя и понимаю что мы не более чем «мясо во Славу Его».

«Гвардия во имя Его! С нами Бог! Боевая единица воюет не за идею! Боевая единица может быть окружена, но только ей решать сколько ей осталось! Умри, но не сдавайся! Нет боли, нет страха, нет жалости! Пропустил удар сам дурак, не фиг было пропускать! Ушел с тренировки без синяка, значит тренировки не было!» — и прочие, само всплыло в памяти. Я тот, кто я есть, ни больше ни меньше. Так меня воспитали девяностые, таким я и останусь.

* * *

Антеро от моих слов прифигел. Жрец какого-то божка тоже. Сам я понимаю что «начал с пустого места катить бочку» на того, перед кем «среться» сам мой дегенерат.

А что вы хотели?! «Девки, музыка, бухло, угар». Впрочем, верны только последние два слова.

Старикашка даже не знал как на меня реагировать. Сам «соплей перешибешь», но столь явного пренебрежения им, наверное, нечасто встречал…

— Уважаемый. Вы сами поняли по моей речи что я здесь чужак. — услышал я свои слова на автопилоте. Кто бы сомневался, язык для меня не родной, акцент никуда не денешь. — Я всего лишь хотел узнать новое для себя…

Дедок отошел от моего явно хамского поведения, отпил принесенный отвар. Как-то смерил меня взглядом и заговорил.

Вкратце, его речь сводилась к тому что есть бог. Бог!

Антеро при упоминание бога сразу «поплыл», видимо предполагая долгую нравоучащую речь. Ну, это ты зря жрец! Я и не такие вкрадчивые разговоры о «неисповедимости путей», «тщетности бытия» и прочей религиозной морали, научился пропускать мимо ушей.

Если фильтровать всякие упоминания божка, игру в вопросы с ответами и короткие монологи старика, то сказанное можно свести к немногому.

То немногое, что я смог понять…

Бла-бла-бла. Бог. Мои вопросы по городу.

Бла-бла-бла. Тут, мои вопросы по королевству.

Бла-бла-бла. Отвар и новое пиво.

В общем, полезный попался собеседник. Перескажу лучше о городе.

* * *

Город делиться на четыре округа. Холм, Твердь, Чернь, Выселки[14]. Холм центр города, дворцы короля и высшей знати. Куча садов, фонтанов, памятников и стел. В этот округ далеко не всякий попадет будь он даже дворянином в десятом поколении. Формально побывать в округе Холм может каждый дворянин, но по правде жизни, все не совсем так.


Далее по престижности и близости к центру города округ Твердь. Твердь — местный намек на крепость и опору короля в виде дворянства. В Тверди тоже есть дворцы, но кучкуются ближе к Холму. В большинстве своем округ Твердь это небольшие усадьбы с маленькими садиками и совсем небольшие домишки по окраинам округа.

Твердь окружает Холм и делится на шесть городов. Веселый, Злой, Мрачный, Шакшу, Посольский и Зареку. В двух городах округа я уже побывал и имел представления о рассказанном.

Каждый из городов округа Твердь имеет свою специфику по проживающим. Веселый город это город развлечений с борделями, казино, ипподромом, театрами и прочими увеселительными заведениями. Веселый город это душа столицы. По слухам в Веселом иногда видели даже короля инкогнито, но мне в это как-то слабо вериться.

Злой город это угодия дворян которым не повезло обитать по соседству с Веселым городом. Ну как вам сказать. Представьте что вы живете в Москве рядом с тремя вокзалами. С учетом того, что в Веселом городе стража «особо не лютует» и пропускает на массовые мероприятия даже чернь, то временами соседям Веселого города не позавидуешь. Да ладно чернь, с ними разговоры короткие, но пьяные дворяне сами далеко не ангелы. В общем, в Злом городе стража «отрывается по полной» на заехавшим к ним по глупости бедолагам.

Зарека, еще один город что примыкает к Веселому. Зарека, как понятно из названия, лежит за рекой и потому пьянь нечасто выбирает это направление для продолжения кутежа. Зарека почему-то считается наиболее элитным районом в округе Твердь. Почему именно «пьяные барагозы» выбирают Злой город для продолжения пьянок, а не Зареку, я сразу не понял.

Я вообще подозреваю, что у местной золотой молодежи посещение Злого города это своеобразный кураж. Наверняка хвастаются друг перед другом что они натворили в Злом городе, гордятся полученными синяками, ссадинами и еще больше гордятся если «вышли из замеса за счет понтов, связей и прочего», так сказать показатель их крутизны.

Мрачный город состоит из небольших домиков и в целом про этот город можно судить из названия. Селится в Мрачном городе чиновники, лакеи, слуги всех мастей, крупные купцы, банкиры и прочие люди которым надо держать репутацию. Скучное и мрачное место, по словам старика, спальный район какой-то.

Шакша еще один город преимущественно заселенный дворянами. Про это город ничего интересного узнать не удалось, живут и все на этом.


Про Посольский город тоже говорить особо не стоит, все из названия понятно.

Округ Чернь делиться на шесть больших городов. Скотный двор, Перевалка, Грязный, Чистый, Странный и Небесный.

Про Грязный город особо рассказывать ничего не буду, упоминал уже о этом клоповнике с самыми грязными кварталами ремесленников, кузни, выделка кожи, алхимия и все в том же духе.

Чистый город, шитье, мебель, различные магазинчики на разные вкусы, большой продуктовый рынок.

Странный город, ну как-то речь про него вообще не повернулась, что впрочем, и не удивительно. Сами же в Странном городе пьянствуем. Одно только скажу. Как оказалось библиотека располагается не в Странном городе, а в Злом городе. В Злом городе и хранятся все знания этого королевства.

Ну, что тут сказать! Теперь мне еще лучше понятно, почему Злой город Злым прозывается.

Представите вы пришли в библиотеку и начали шуметь! Тут любая «архивная крыса, которую плевком убьешь» начинает проявлять такие подвиги героизма, что даже «матерая шпана начинает срать кирпичами». Не верите?!

Предлагаю подвиг для самых отмороженных, попейте в открытую водку в Ленинской библиотеке! Сразу говорю! Я пил водку в Ленинке! Но «в тихаря и без палева». Как пронес и «как не спалился, трещать не буду», тайны Родины не выдаем даже «под шафе».

Перевалка, город который сам себя определяет из названия. Перевальная база для товаров и ресурсов необходимых городу. На Перевалке есть большой рынок всего этого. А так же рынки есть на Скотном дворе, но там в основном торгуют скотиной, рыбой, птицей и прочим что живет или жило. Есть свой большие рынки в Злом городе и Чистом городе, но эти рынки тоже имеют свою специфику.

Скотный двор только упомяну, про него все основное уже сказано.

Совсем другое дело Небесный город. Небесный город, Небеса, это отдельная песня в ритме города. Какие шутники оказываются местные жители. Вроде бы из названия вылезает, что в нем часто молится, но все не так на деле.

Небеса это город населенный преимущественно мелкими дворянами у которых спеси как будто они из высшей знати. Небеса не случайно стали тем городом, куда стараются особо не ездить. Короче, представьте людей нашей с бродягой категории, только чуть познатнее. Гонору много, кулаки чешутся, «в кармане мышь повесилась», а тут кто-то «пальцы гнет» тем что «у него в жизни все путем».

Небеса это отбросы дворянства и тут на небо и с самом деле легко можно попасть за кривой взгляд и просто потому, что ты не так дышишь. Надо найти отморозков с серебряными цепями или даже разорившихся с золотыми цепями, то тебе сюда.

Небеса это клоака спеси, дешевого вина и острой стали. Небеса живут в столице как-то сами по себе и закон на улицах тут решает не стража, а местные авторитеты от низшего дворянства. Судьба этих авторитетов, впрочем, не такая гладкая. Несколько лет что-то решают, потом появляются более молодые, жадные, отмороженные и опять начинается передел сфер влияния.

Не случайно Антеро не стал заезжать с юга в столицу, он отмороженный, но не дурак. Стар он уже для таких приключений на пустом месте. Как бы это сказать, приведу пример. Если вы по делу едите в Люберцы, то это одно дело, а если есть возможность Люберцы обогнуть, то это не зазорно.


Округ Выселки, тоже не самое интересное место. Округ состоит всего из двух крупных городов, Вонючего города и Неглинки.

Вонючий город даже лучше не вспоминать, до сих пор блевать от него тянет.

Неглинка это город оделенный местной рекой Шакти от Вонючего города. Кстати в честь реки столица и названа. Неглинка это в основном крестьяне, которые по возможности обеспечивают продовольствием столицу. Врать не буду, что они кормят всю столицу, но самые дешевые продукты для бедняков они выращивают. Что-то, само собой, в столицу завозится, но то не для бедняков. Название Неглинка наверное от того, что глины в окрестностях города почти нет, так, по крайней мере, я понимаю.


В целом, по столице, стоит упомянуть и еще некоторые моменты.

Чернь, Твердь и Холм имеют свои укрепления. Так вот, касательно стен. Про ров и вал с частоколом между Выселком и Чернью, я уже упоминал.

Стена между Чернью и Твердью не очень высокая, всего семь метров, но сложена добротно из камня. Правда башен в стене не очень много, но эта стена отголосок более беспокойных времен и рассчитана наверное на сдерживание черни, а не против серьезных сил завоевателей.

Стена между Твердью и Холмом самая высокая, около одиннадцати метров, если переводить местные единицы измерения. Тут все пользуются, тем что на Руси называют саженями, считают при помощи размаха рук и высоты среднего человека.


Твердь разительно отличается от Черни. В Тверди проживает преимущественно дворяне, их слуги, их вассалы, их креатура и прочие вроде дружинников, а это значительно меняет архитектуру. Для примера в Тверди даже самые бедные дома сложены целиком из камня. Как правило, дома двух или трехэтажные. Окна у домов не заклеены растянутым и высушенным «бычьим пузырем», а полноценно застеклены. Естественно, что не везде дома блестят широкими рамами окон, хватает домов и попроще где очень узкие и маленькие окна, но при этом стекло само по себе удовольствие не из дешевых.

Зажиточными домами в Тверди считаются дома со своими небольшими придомовыми участками с небольшими садиками, беседками, цветочными клумбами сокрытыми от посторонних взглядов высокими заборами и изгородями, но такие дома располагаются ближе к стене Холма.


Отдельно надо сказать про улицы Тверди. Улицы не просто намного чище, но и на улицах меньше толпучки. Возможно это из-за того, что улицы в Тверди намного шире чем в Черни.

Для сравнения, по самым узким улочкам Посольского города можно проехать пятерым всадникам в ряд. Хотя тут я приврал! Четыре всадника на самых узких улочках еще поместится, пятый если и влезет, то ехать все уже будут впритирку друг к другу.

Чернь, такой шириной улиц может похвастаться далеко не везде. Есть конечно, в Черни широкие улицы, но как правило это центральные улицы по которым постоянно ползут загруженные телеги с товаром. Скотный двор и Перевалка вроде бы имеют широкие улицы, но из-за постоянного потока ресурсов, товаров с рынков и на рынок, там сложно иногда пройтись, а не то что бы проехать.

Дополнительно, стоит учитывать, что округ Чернь, хоть и имеет весьма посредственные укрепления, но сам по себе препятствие для захватчиков. Любой средневековый город состоит из узких, извилистых улочек по двум причинам.

Первая причина, земля застраивается спонтанно, без единого центра по планировке застройки, вроде главного архитектора. Каждый норовит охватить себе земли побольше и в ущерб всем остальным, что сказывается на ширине и прямоте улиц.

Вторая причина, не настолько прозаическая, как человеческое тщеславие и жадность. Второй причиной служит то, что узкие, извилистые улочки легче блокировать, пережать баррикадами. Опять-таки коннице не разогнаться на узкой, извилистой улочке, а пехота будет нести дополнительные потери времени, заходя в тупики.


А теперь забудьте все что я сказал о Черни касательно ландшафта Тверди. Заметно, что Твердь не раз перестраивали, что сократило узкие места на улицах. Концепция обороны Тверди тоже другая. Ширина улиц компенсируется тем, что каждый крупный район в нем обособлен как отсек в подводной лодке. Проще говоря, нам с Антеро дважды пришлось миновать посты охраны на воротах.

В первый раз при въезде со Скотного двора в Посольский город, там пришлось достать рекомендательные письма, опять без бумаг не хотели пропускать. Второй раз нас пропустили без проволочек из Посольского города в Зареку разделенных пятиметровой стеной и символическими воротами. Тут к нам не придирались, раз нас их коллеги уже пропустили на территорию Тверди, то значит, мы на это право имеем.

Кстати, на мой вполне резонный вопрос бродяге, как он с такими придирками от стражи посещал когда-то столицу, они только усмехнулся и заметил, что коррупцию еще никто не отменял.

Во я дурак! Я-то всерьез думал, что тут стража придирается к нам из-за того что мы безземельные и так сказать спасают свой город от отморозков, а как все на деле проще оказалось. Что при въезде из Выселок в Чернь, что при въезде из Черни в Твердь, стража из меня пыталась вытянуть взятку за то что они меня не видели. Я же им все расклады обламывал, доставая письма запечатанные баронскими печатями, а тут с таким не шутят.

Я еще могу поделится своими впечатлениями по поводу Тверди, только стоит ли? Единственное, наверное, что уместно сказать про Твердь, это то, что тут улицы представляют из себя не утоптанную землю, а покрыты брусчаткой. В Тверди канализационные канавы не забиты гавном и прочим мусором. Убирают заторы чаще.

В остальном Твердь мало чем отличаются от Ферреры, столицы графства Илмар.

* * *

Сейчас, я бы хотел что-то «с панталыги» красиво соврать, что я весь «в шоколаде» от пьяной беседы с местным жрецом Рарнора, но это не так. Если кратко, то хорошо посидели. Я узнал новые вещи для себя, кое что прояснил о быте города и приобрел не самое плохое знакомство. В какой-то момент я «накушался» и задремал. Мой дегенерат, кто бы от него такого ожидал, даже доволок меня до нашего совместного номера. Что тут говорить, вечер удался.

Глава 4 «Залеты судьбы» или как я осознал, что деньги быстро кончаются

Очнулся я на полу. Скотина Антеро, взялся тащить, так дотащи до койки! Вы это ничего лишнего не подумайте, я не в том смысле про койку, номер то двухместный, да и мы совсем не такие.

Порядком «задубев на полу», я стал разминать затекшие тело. Что тут сказать, спасибо и на том, что в этой гостинице блох, вшей и клопов не оказалось. Сервис, так сказать, уже на уровне.

Мой дегенерат, «кирпич ему в сральник», уже встал. Этот кадр на мое удивление скреб себе по щекам опасной бритвой и судя по нескольким порезам далеко не он побеждал в этой неравной борьбе.

— Хорош себе кровь пускать. Я через дорогу видел лавку цирюльника. Не обеднеем от потери нескольких монет. — прокаркал я, поражаюсь своему осипшему голосу. Не-е, надо лечится, а то «утро совсем не доброе».

— Сам-то как будешь бриться?! — усмехнулся бродяга.


Во «подколол, так подколол». Для тех, кто не в курсе, у меня с этим бритьем одни проблемы и насмешки. Несколько раз за полгода я предпринимал попытки побриться, но опасная бритва это вам не «Жилет, лучше для мужчины нет».

В общем, один раз я побрился, подкинув проблем на свою голову. Теперь это шутка понятная только для нас.

Мы с бродягой были приглашены на бал к графу Илмара. Приглашены вовсе не потому что мы дворяне, а просто по работе. Граф, «провались он в сортир», решил устранить ненужных ему дворян, вассалов его соперника маркиза. То есть, по факту мы шли выполнять работу бретёров[15], а официально мы были приглашены как рыцарь и его оруженосец для честного и справедливого суда за «былые косяки» моего дегенерата.

Суть да дело, но мне почему-то «приспичило» побриться. Лучше бы я этого не делал. В странствия мое лицо незакрытое бородой загорело, а на побритой нижней стороне лица белеет кожа. Я тогда еще не знал, что местные шуты красят лица не вдоль как у нас принято, а поперек лица. Что тут говорить, я выглядел как полный шут. Сколько я нового тогда услышал в свой адрес, даже вспоминать не хочу.


— Сам-то как думаешь? Буду ли я бриться?! — запоздало проскрипел я.

— А кто тебя знает? — скалился в усмешке оставшимися зубами Антеро. — Ты мне лучше другое скажи. Я так понял, что ты неспроста на столе ножом царапины делал? Что-то узнал?

— Есть такое. Все имена записал и вот что подумал… — не ну какое плохое утро, в горле сушняк, аж жить не хочется. — Не стоит искать это кора как там его на Зареке. Вчера не нашли… У нас интереснее есть имя… тоже кор… а-а-а, не помню… помню что он сотник пятой, какой-то… Вниз! К столу! …

* * *

Внизу, в трапезной трактира, на мое счастье стол с нацарапанными моими каракулями никуда не делся.

— Командир пятой сотни, третьего пехотного кор Гижек. — с облегчением прочитал я.

— Ну да, его будет проще найти. Найдем его сотню, а там нам подскажут. — одобряюще хлопнул меня по плечу Антеро. — А где тут цифры? Тут одни царапины?

Во мой дегенерат выдал! Хотя он в этом не виноват, тут дело привычки. Тут цифры пишутся не арабской вязью и даже не черточками как у римлян и греков, а столбиком точки с запятыми. Как они вообще способны это читать ума не приложу. «Слава Богу» что цифры на монетах неважны, по форме и весу монеты легко различаются.

— Вот это пять. Вот это три. — показал я Антеро цифры. — Согласись так удобнее записывать?

Бродяга ничего не ответил, но судя потому, что он шумно засопел носом, то он придерживается другого мнения.


Пока мы созерцали испорченный стол, нарисовался трактирщик, ну или его помощник. В открытую на нас «не наезжал», но так елейно поинтересовался, как у нас дела с финансами.

Сейчас, кто-то наверное подумал что «мы его послали куда подальше» или начали причитать что-то из категории «знай свое место быдло». А вот и не так!

«Он к нам с душой и без клопов», ну мы к нему по-человечески. Расплатились за все, и даже присыпали немного монет за беспокойство. Трактирщик видимо совсем не этого от нас ожидал и неприметный человечек за барной стойкой так и остался пить пиво.

Еще раз кому-то выскажу. Расплатились мы вовсе не потому что кто-то и где-то сидел, хотя и его не стоит скидывать из расчета, «гадом буду, если он не на посылках в случаях напрягов», а потому что все нам в трактире понравилось. Помылись, хорошо и вкусно поели, нам не мешали пить, так почему и нам не быть в какой-то мере благодарными?!

* * *

В дальнейшем, утро было наполнено событиями. Мы спешно поели. Выпили по кружечке. Антеро завалился к цирюльнику и его побрили без лишних царапин. Наших почищенных и сытых коней, конюх уже снарядил в дорогу. Если кто-то думает что за лошадями «плевое дело» ухаживать, то вас бы на мое место. Мне эта премудрость, и через месяц обладание собственным конем, дается с трудом.

День уже перевалил за полдень. Мы тряслись в седлах и добрались до стены окружающей Твердь. В этот раз нам на воротах в Твердь почему-то не придирались, несмотря на то, что это ворота в Злой город.

Может это из-за того что мы чистенькие, свежие, я в чистой одежде торчащей из под бахтереца, а от бродяги не смердит как обычно. Может потому что, мы въезжали в Твердь через ворота Странного города, а не через ворота Грязного или тем более Веселого. А может и потому что до нас просто не успели «докопаться».

Антеро с ходу поинтересовался, где расположена пятая сотня третьего пехотного и все вопросы к нам отпали.

На мое удивление, нам не то что ответили, но и не послали в другую сторону от места дислокации части.

Еще одним событие вызвавшим мое удивление было то, что Антеро подкинул пару серебряных десятнику, со словами, чтобы парни выпили за нашу удачу.

Вам это может показаться чем-то естественным, но я-то этого скота давно знаю. Что бы бродяга, кому-то запросто так денег отсыпал?! Нас бы и так в Твердь пропустили бы и без лишних трат! Я эту «жабу» хорошо успел узнать! Он сыплет деньгами либо от безнадеги, либо рассчитывая на «навар».

Хотя, если задуматься, даже этот поступок лежит в шаблонах поведения моего дегенерата. Старый и тщеславный, мой бродяга мечтает осесть где-нибудь на хорошем счету. Для Антеро его слова «о удаче» вовсе не фигура речи. Он и в самом деле считает, что если кто-то выпьет за нашу удачу, то нам в чем-то легче будет. Вот такие странные выверты психики у Антеро, вроде атеист, а в приметы верит.

* * *

Расквартированную тысячу третьего пехотного мы нашли легко. Проехать правда пришлось через полгорода, из Странного города через Злой, Мрачный, до самой Шакши. Естественно мы даже не стали соваться напрямик через Холм, кто нас туда пустит?!

Шакша по сути ничем не примечательна. Казармы мы нашли легко. Так же легко, без лишних слов и придирок нас направили к пятой сотне.

Рассказать бы о том, что чувствовал тогда, но вы наверное не поймете. «Очко жим-жим», я только в тот момент понял, как сильно я хочу привязаться к какому-то месту, чтобы была стабильность, а не вечная пыль дорог.

Скажу даже больше, нам в том день «везло как дуракам в отгрёбе». «Начиналось все гладко, а пошло как всегда через жопу». Видать Антеро, и в самом деле, «умеет третьей ноздрей воздух нюхать, а не только стравливать газы».

* * *

— Кого там еще принесло! — услышали мы крик с матом из-за двери. Что тут сказать, «везет как утопленникам», начальник «не в духе», а значит ты априори виноват.


Если кратко, то кор Гижека мы нашли без проблем. Старый, матерый вояка, не дворянин, но выслужился до сотника и значит заслужил приставку «кор». Гижек только взглянул на нас и пригласил присесть, достал бутылку и пока мы пили читал письмо. Что там он в письме про меня прочитал, непонятно, но смотрел он на меня странно. Как-то с прищуром, не по злому смотрел, но без особого доверия. Прочитанное, на его поведение ко мне, вроде никак не сказалось.

Дальше старый друг барона Агира нас огорчил. Он сотник и в части ничего не решает, чем может поможет, но не более. Идти нам надо к тысячнику. Даже не так. Тысячник это «сопляк и щегол» по словам кора Гижека, «придворный пиз…лиз» самое цензурное что от него прозвучало. Все дела решает его заместитель, а вот этот заместитель «это что-то с чем-то». Вояка неплохой, но как повезет. Попадешь к нему когда он «не в духе», «то пиши пропало». Судя по крику из-за двери, мы явились не вовремя.


— Кор-сэ́[16] Загра к вам просители. — раскрыв дверь отрекомендовал нас безмятежно какой-то «худой дрищ» исполняющий обязанности секретаря и писарчука.

— Пусть заходят! — раздался новый рык из-за двери.


Полутысячник, или заместитель тысячника был седой мужик лет за пятьдесят. Короткая седая щетка прически позволяла увидеть несколько извилистых шрамов на черепе. Широкие рубцы белеющие пробелами не заросших волосами полосок. Видать не от всего шлем спасает, некоторые удары и по черепушке отдают.

Лицо обветренное, с множеством морщин. Нос на удивление прямой и похоже что несломанный. Глаза серые, а может и белые, ну такие белеющие от старости, блестящие с поволокою. Рот маленький, губы как белые нитки, совсем не красные, а такие бледные, потрескавшиеся. Легкая небритость на лице и левая щека с какими-то багровыми пятнами наверное отголосок какой-то инфекционной болезни.


— Кто такие и что надо?! — не стал приглашать нас присаживаться полутысячник.

И тут я понял, что «лажаю». Я впал в ступор. Я тупо не знал что сказать. Я себе все по-другому представлял. Я не рассчитывал, что наши места в армии короля только поманят благополучием от протекции барона Агира и «начнут тонуть, как Варяг под прицельным огнем Японской эскадры».

«Слава Богу», Антеро тоже «тертый калач».

— Сэр[17] Антеро! Кор Ваден! — представил нас бродяга.

— Сэр?! Кор?! — на время немного отошел полутысячник, но после опять начал показывать свой норов. — Безземельный и бастард! То, что ты безземельный ты сам признался, а эта рожа переростка не похожа на благородного!

— Разве умирать за своего короля могут только придворные хлыщи?! — судя по словам, да и по интонациям мой дегенерат начал заводиться.

Я ожидал чего угодно. Я думал, что Антеро «взял лишнего» и этот дебил нас оставит гражданскими, но я ошибся. Старый засранец, тот еще психолог. Видимо он что то своими словами задел в душе полутысячника. По крайней мере кор-сэ́ Загра нас сразу не послал куда подальше.

Кор-сэ́ Загра молчал. Смотрел на нас оценивающе и молчал.

— С тобой все понятно! А ты что за птица?! — после полуминуты молчания сказал Загра обращаясь ко мне.

— Я это Я! — первое что произнес я, и сам понимал что несу чушь. От меня совсем других слов ждут. — Я хочу служить королю и прославить свое имя!

Судя по молчанию кор-сэ́ Загра, я брякнул что-то не то. Вы блин, все такие психологи доморощенные, думаете что в чужой культуре развивающейся по совсем другим шаблонам ваши слова будут хоть что-то стоить?! Все будут к вам прислушиваться и считать ваши обычные фразы за «откровения небес»?! Фиг там!

Мои слова чем-то не понравились кор-сэ́ Загра.

— Варвар! Бастард! — вынес он свое резюме в отношении меня.

Насчет варвара тут Эйнштейном быть не надо, акцент сам говорит за себя. Бастард это оскорбление по местным меркам. За такое на дуэль не вызывают, но кто будет драться с неравным, так убивают исподтишка.

— И что?! — начал заводиться я. — Какое это имеет значение?!

Кор-сэ́ Загра опять надолго замолчал и по-новому посмотрел на меня.

— Что умеешь? — после долго молчания спросил он меня.

— Умею оставаться в живых! — я сам не ожидал, что это брякну. — Умею не сбегать и не предавать! Этого мало?!

— Это много! — незамедлительно ответил полутысячник. — Что хочешь?!

— Жить не в пустую! — разгоряченный ответил я, и тут понял что на эмоциях ответил по-русски. Исправился и повторил без лишних интонаций, стараясь четко выговорить местную тарабарщину.

— А сможешь?! — вроде бы простой вопрос, но кор-сэ́ Загра видимо вкладывает какой-то особый смысл в вопрос, «чужая душа и культура потемки».

— Буду стараться! — услышал я хрипение своего голоса.

А вот это уже «не есть гуд»! Голос хрипит, один из четырех признаков что у меня «планка съезжает». Если вы когда-то жили в постоянном поиске адреналина, то вы меня поймете.

— Денег то хватит?! — впервые усмехнулся кор-сэ́ Загра.

— И сколько надо? — услышал я свой вопрос звучащий как бы со стороны. Хреново, второй признак! Меня так и подмывало спросить на что деньги-то, но ответ меня удивил.

— Мне самому ничего не надо! Считайте что я не против вас! Если хватит денег на нормальные доспехи, взятки и прочие, то буду рад вас видеть в своем тысяче! Сразу скажу! Никаких дуэлей! Убейте хоть полгорода, но дворян не трогайте! Если будут вас на Небесах поносить, то лучше будьте живыми трусами, чем живыми коронными преступниками! Своими руками придушу, чтобы не позорили честь тысячи!

На этом наш разговор закончился. Ну, по крайней мере понятно, почему полутысячник «злой как чёрт», кто-то из подчиненных «накосячил», прирезал не того кого надо. Я не сразу понял, что разговор о деньгах кор-сэ́ Загра не по прихоти завел. Кто же знал, что тут такие порядки.

* * *

После полутысячника мы опять оправились к кору Гижеку. Нас даже сопроводил местный писарь, прислужник кор-сэ́ Загра. Впрочем, он это делал не по своей прихоти, а по регламенту. Тут каждое волеизъявление начальника должно сопровождаться или письменно или устно. Устно полутысячнику не до нас, ждать пока сотник к нему прибежит «ему влом», вот и отправил своего вестника.

Вот тут-то я и понял что за разговоры про деньги от кор-сэ́ Загра.

Вилять не буду, я в шоке! За каждое назначение надо платить! В свое время после Наполеона каждую должность открыто покупали. Покупали должности судей и прокуроров, генералов и чиновников. Есть деньги, плати в казну и будь! Тут такая же система!

Идем мы не рядовыми, а потенциальными десятниками. Само собой никто нам на первое время десятки не доверят, но через несколько месяцев мы десятниками будем, протекция барона нам в этом помогла. В другом барон Агир, «зараза такая» даже не намекнул! Помню сидел сволочь и усмехался, когда я говорил о гвардии, мол служить хочу в элите и все такое! А он мне, что устроить может только в часть приравненную к гвардии! Нет, чтобы сразу сказать, что денег на гвардию надо немеряно, я бы сразу бы «остыл бы»!

Да и вот еще что! Если кто-то думает, что в гвардию нельзя устроиться без денег, то он не прав. Можно переводом, но это «геморройно».

Второй момент, если кто-то думает что гвардия «по связям» это не гвардия, а отбросы, то вы тоже не правы!

Вы просто не представляете какие толпы тут осаждают казармы гвардии. На место элитного бойца тут такой конкурс, что никакие деньги не помогут. Если очень большие деньги, то «будет сына гвардейцем», но девяносто процентов там пятых-десятых сыновей мелких дворян, которые «выгрызают вакансии зубами друг у друга».

Если ты превосходный боец, но без денег, то твое место будет после второго хорошего бойца с деньгами. Как не странно, дохляков и «откровенных жеманных» в гвардии почти нет, слишком большой конкурс в среде дворян, что априори являются обществом потомственных военных.

Примерно это нам изрек кор Гижек, тоже «кадр, который сам себе на уме». Хоть бы прояснил бы в двух словах о полутысячнике, а он «кинул нас как щенков в прорубь, выплывут молодцы, не выплывут, то туда им и дорога».

Спасибо и на том, что подсказал куда дальше двигать для регистрации. Подсказал в меру своих сил, какие доспехи мне надо купить. Именно мне! Антеро в своем «полном плейде» почти идеально вписывается в местные табели о вооружении для пехотного полка. Это я «как полный лох» закован в бахтерец, то есть «относительно подвижная скотина», но под удары мне лучше не подставляться. Прилетит в кольца кольчуги — ребра поломают, прилетит в платину — тут как повезет.

Пехота на то она и пехота, что берет массой, числом и стойкостью.

Да, и вот еще что. То, что мы пехота это конечно хорошо, но коней мы обязаны держать! Пипец какое противоречие! Но мы же не просто пехота, а пехота короля! Более того, мы будем десятниками, а значит нам надо не просто коней, а Дестриэ́! Сами напросились, что называется! Хочешь попасть в элиту, так будь элитой и не вой, что деньги на боевого коня надо находить!

Спрашивается, зачем нам кони?!

А для мобильности! Приехали, спешились и вступили в бой! Но при этом мы должны быть хорошими наездниками, хотя своими навыками нам в бою «не судьба» воспользоваться. Армейский дебилизм, когда «круглое носят, а квадратное катят» в действии.

Впрочем, по поводу Дестриэ́ нас не торопили. Даже «кость вместо мозга» понимают, что хорошего коня за краткий срок не купишь. Коня надо выбирать и обкатывать, да и десятниками мы станем не сразу. Пройдите регистрацию, заплатите деньги, купите доспехи, а там мы еще вам «задач нарежем».

Одно хоть хорошо, кор Гижек подсказал где искать новых адресатов, которым надо передать письма от барона Агира. Сотник-то умеет читать в отличие от моего дегенерата, и даже знает где искать друзей своего «кореша» барона Агира.

* * *

Путь наш лежал в Мрачный город. Город чиновников меня не радовал. Какая-то сволочь, вылила помои перед мордой моего коня с балкона. Мне то «по фиг», но Колбаска запаниковал. Кто не в курсе, то лошади еще те пугливые животные. В общем, я чуть не «навернулся с коня».

В здании канцелярии нам тоже «не светило солнце».

Бумага от полутысячника не стала нам «вездеходом»! Канцелярская крыса нас мариновала больше двух часов! Через два часа выяснилось, что барон Агир Мондегу еще большая сволочь, чем я о нем думал!

Это ушлёпок, налоги не платил четыре года! Вроде бы мелочь! А я тут причем?! Но по бумагам, я его отпрыск! Наследник, «вашу мать»! Чувствую, сидит сейчас «старый гондон» у себя в замке и смеется! Мне теперь хочешь, не хочешь, а придется за него платить налоги!

Нет, ну конечно можно «помахать ручкой столице, забить на армию» и кататься дальше по бездорожью, но много ли так прокатаешься?! Я не буду говорить о рисках жизни бродячих рыцарей, это само собой. Просто хочется покоя и тишины, ну относительного покоя и тишины. Если кто-то думает что «одиноким волкам дороги» легко живется, то он «наивный, чукотский юноша».

Как там у Сашки Розембаума?!

«Одинокий волк это круто! Но это так сынок тяжело.

Ты владеешь миром как будто! И не стоишь в нем ничего».

Вот и я примерно это ощущаю на своей шкуре.


Чуть позже, правда выяснилось, что старый барон, если и подставил меня, то не со зла. Это новые налоги. Ввели недавно и до пограничья как всегда не сразу новости доходят. Учитывая то, что баронство Мондегу это не просто глушь, а линия фронта, то не всякий гонец хотел рисковать своей жизнью стремясь донести письма о новых налогах.

Официально барон писем о новых налогах не получал, но я тоже не мальчик, кое что понимаю. Приехал гонец, привез письмо, и не ухал гонец. Нарвался на орков, а то, что человеческая стрела торчит в спине, это так мелочи. Какие от этого выгоды барону говорить не буду, кто может тот поймет. Да и так ли нужны эти выгоды, когда есть прихоть?!

Что тут говорить. На выбор тикать из столицы пока за мой кошелек не взялись или пытаться осесть. Не буду говорить, что я выбрал. Выбрал и прифигел.

Налог за год это мелочь, но за четыре года для меня это много, у меня же нет своих деревушек. Двадцать шесть золотых, три серебра. Кто не понимает, то это цена двух, а то и трех доспехов, если покупать их в пограничье.

Что тут сказать, я заплатил налоги за моего якобы отца.

«Ну ничего, я выбью компенсацию от барона!»: подумал я тогда.

Дальше интереснее. Чиновник, «хрен ему в ухо», садист, после уплаты заявил, что это еще не все.

Я блин, не зарегистрирован как наследник и за это тоже надо платить. Вы не подумайте ничего лишнего, это «не развод», тут такие порядки. Антеро «мотал головой»[18] в знак согласия. Еще десятка золота с меня. Пятерка за то, чтобы бумаги не шли полгода до министерства, хочешь можно и без денег, но жить полгода в столице дороже встанет. Еще десятка за место в полку, ну по местному в тысяче. На этом чиновник нас отпустил.

Смешно сказать, но я считал, что пятьдесят золота это пипец как много, а на деле это мизер. Крестьянину этих денег хватит чтобы двадцать лет не работать, а для дворян «это семечки».

Антеро молчал, сопел всю дорогу, которая сама себя выбирала. Мой Колбаска сам выбирал дорогу, а я прифигевший им по сути не управлял.

— Тебе нужны доспехи! — в какой-то момент сказал бродяга. — Я их тебе куплю!

Я в начале хотел его от души поблагодарить, но после вспомнил что он из себя представляет. Не обо мне он печется. Его рекомендация в часть привязана к моей рекомендации, по-простому не устроюсь я, не устроиться и он.

Я сгоряча чуть не выговорил ему в лицо все то, что я подумал. Хорошо одумался. Каким бы он не был, но он меня не бросил, когда граф оправлял меня на смерть. Да и прочих моментов хватает. Он слишком сложная натура чтобы судить о нем только в одном ключе. Антеро это клубок противоречий, психозов, комплексов. Пойди разберись, когда у него что сработало, расчет или эмоции. Что тут говорить лишнего. Я не знаю, почему он такое сказал.

Итогом моего трудоустройства стало то, что я имел только мелочь на пиво, а надо еще доспехи и боевого коня прикупить, надо иметь на что жить и прочие. Хорошо что Антеро сейчас не бедный. В статусе моего былого рыцаря он меня как-то прокормит и наверное нальет, если «не зажмотиться» по старой памяти мне на выпивку.

* * *

Дальнейшие проведение времени было посвящено развозке писем по адресатам и выборам доспехов. Тут я немного приврал. До конца мы не выполнили не первое, ни второе. В первом не всех застали дома или не все дома нашли, а второе, уже темнело и не все лавки работали.

Как я и рассчитывал, кор Гижек подсказал где и кого искать и потому, после получения от него ориентиров, мы долго не плутали по городу. Естественно, не всех адресатов он знал, но ведь надо же с кого-то начинать. Помниться я безбожно врал информатору Нетфе в Скотном дворе, что нам надо нескольких человек найти. Ну, так-то не врал, скорее немного приврал.

Бумаг из баронства у меня было под два десятка, большая часть от барона, пяток от его побратима и наставника воинов Элба, две от управляющего Коима. Хотя дополнительные бумаги я собирался развести далеко не сразу. «В падлу», некогда мне, свои бы проблемы решить бы. Хотя с другой стороны, если по пути и «ненапряжно», то почему бы и не завести куда надо.

Так вот, кор Гижек подсказал некоторое ориентиры в поисках адресатов. По одному ориентиру надо было возвращаться в Мрачный город сдать две бумаги в банки и одну проживающему там кор Этте. Впрочем, мы в город чиновников второй раз не поехали. Еще в первое посещение это крысятника бюрократизма, мне стало тошно от этих уродов.

Была срисовка в Перевалку к некому мешанину Лойна. Его дом мы нашли без труда, но его не застали дома. Сам факт того, что барон Агир общается в переписке с не дворянином уже много стоит. Хотя, тут как посмотреть, домик то по местному уровню Перевалки не простой.

Ну, как можно считать простым домиком, дом расположенным у стены Тверди и Черни. Сам факт того, что квартал тихий, а окна пусть и узкие, но застеклены, заставляет задуматься. Дополнительных стимулов для размышлений добавило то, что прислуга дома не пустила нас на порог, а требовала отдать бумаги им. «Хер им в грызло», сам лично вручу. Не настолько я наивный чтобы передавать бумаги через кого-то, да и на владельца особняка взглянуть охота, вдруг что-то себе смогу выбить.

Отдельно стоит упомянуть наш визит с Антеро в Веселый город. Сразу скажу, мы там потерялись и даже дома не нашли, но зато неплохо отдохнули, обмывая наше поступление в ряды армии короля.

Глава 5 О нелепости случайного или о случайной нелепости, «барагозе», драке, дуэлях

Осели мы начале в трактире, ну а потом как-то завертелось. Как мы телепортировались в казино, я не помню, но помню, что в какой-то момент прочувствовал что нас надувают. Бродяга уже успел спустить в карты шесть золотых с мелочью. Вот «задрот неугомонный»! Его разводили столичные как последнего деревенского лоха! Впрочем, насчет того что он дед из деревни, я спорить не буду. Слили ему пару партий, а он зажегся! Когда его начали опускать на деньги, то я его прихватив за локоть увел из-за стола казино. То еще мероприятие!

Антеро брыкается, ревет что сейчас всех порвет и отыграется. Охрана на нас косилась, но не встревала. Масла в огонь подливал какой-то припудренный дворянищко в поношенных тряпках от местного Версачи. Этот «полупокер» гнал что-то про честь и волю рыцаря «оставить его без штанов». Ничего личного, я так понял, шулер вовсе не на ложе с ним намекал, а на «обезнал» деревенского дурочка.

Суть да дело, чуть кровью не запахло. Я эту гниду насквозь видел и хоть сам нечетко стоял на ногах, но засветил ему «по ебл…ту». Что тут началось!

Шулер воет и плачет. Охрана казино на меня кинулась. Стол с картами в сторону валится опрокинутый. Антеро «ревет как бык, которого отлучили от случки». Какая-то дура визжит, да так, что хрустальные бокалы лопаются. Дружбаны шулера что-то кричат о чести и пьяном быдле.

Так! Я не понял?! Быдло это что?! Я?!

И ведь что удивительно, эти «пидорки» сами меня вызвали на дуэль, но как-то не спешат вмешиваться в мой «цимес» с охраной! Вызвали на дуэль не потому-то им нужна дуэль, а для того чтобы сохранить лицо перед общественностью. Типа, мы его вызвали, но мы же не виноваты что его охрана в мясо запинала, а то бы мы ему показали бы!

Охрана меня пыталась привести в чувства как умела! То есть кулаком в грызло, а после ногами.

В «грызло», я врать не буду, сразу пропустил, что неудивительно. Накушался! А вот дальше были вариации и из того что я помню.

Помню только то, что я пришел в себя под перевернутым столом, куда забился от хлестких ударов ногами. Помню, что перед лицом мелькала чья-то ступня, какая-то паскуда пыталась засветить мне по лицу с ноги, но я ставил блоки.

Помню, что чья-то ступня напоролось на мой нож «Барс». Как я нож достал?! Как умудрился ступню на нож наколоть?! В общем, этот момент не особо помню.

Помню, что я уже стою на ногах и кого-то бью. От меня все разлетаются как кегли. Бью один раз. Мажу. Бью еще раз. Мажу. Бью еще раз. Попал! И кто-то полетел!

Потом включился счетчик. Я ронял охранников. Трех я вроде вырубил «на глушняк». А много ли для этого надо?!

Средневековье! Люди моих метр семьдесят с небольшим тут великаны! Антеро, сам по местным меркам верзила еще тот, целый метр шестьдесят с чем-то. Кто не в курсе, то сходите что ли в Эрмитаж и посмотрите средневековые доспехи. Люди плохо ели и потому плохо росли. В земной истории, рыцарям за метр пятьдесят обрубали ноги для того чтобы они поместились в семейные склепы. Средневековье, это вам не сытые кроманьонцы по росту в метр восемьдесят. Средневековье это что-то!

Стоит ли говорить что при разнице в массе мы с Антеро были вышибалами еще теми.

Не, я не спорю, что парни в охране казино сами немаленькие, но кто же знал что бродяга подключится в лучшем стиле рыцарей! Чуть протрезвел, зашел со спины и бил по затылкам охране.

Первое! Угомоните этих романтичных дур, что сейчас завыли о чести! Ну как же! Это же рыцари! Рыцари всегда бросают перчатку «в ебл…т» и заявляют о дуэли! Бить со спины нельзя! Это подло!

Ну, как сказать. Наивным и розовым напоминаю, что словосочетание «Поле брани» отражено в летописях с самого основания письменности, ну по крайней мере русской письменности. Переводится это словосочетание банально, на поле битвы много матерились. Дополнительно хочу напомнить «тем, кто не держал в руках что-то тяжелее собственного уя», что есть всего два расклада. Либо ты бьешь со спины тем, кто бьет твоего, либо ты хоронишь своего побратима.

В итоге, пусть лучше нас с Антеро считаю бессчетными отморозками, которые не хотят похорон друзей, чем мы будем белыми и пушистыми праведниками, притворно плачущим над их могилками.

Второе! Вы когда-нибудь задумывались почему боксерам запрещено бить в затылок?! Для незнающих поясню, по эффекту в лучшем случае круговорот перед глазами и потеря ориентации, в худшем случае лучше вам не знать.

Третье! К тому же Антеро бил не голой рукой, а рукой облаченной в стальную перчатку! Для даунов поясняю! Зажатая в кулаке зажигалка добавляет силу удара до пяти кило, а что говорить про латную рукавицу весом в полкило.

Еще раз! Рефери не зря перед боксерским матчем проверяет перчатки боксеров, ищет утяжелители, в том числе и вазелин закаченный под кожу…

Что тут говорить. Урыли мы охрану. Как-то само собой так получилось. Дальше было интереснее. Тут кто-то выл про дуэли?! Возьмите и получите! Распишитесь!

* * *

Перед боем я предельно собран. Адреналин от пропущенного, ну там ударов и прочего, выбили из меня отчасти опьянение. Врать не буду, как пришел в себя, то «начал срать кирпичами».

Вроде бы, что тут такого?! Ну, дуэль! Ну, бывает! А если взглянуть чуть глубже?!

Два отмороженных деревенщины вызвали на дуэль лощенных «полупокеров»[19].

Я сам до сих пор удивляюсь, что нам позволили провести дуэли. Одна драка с охраной чего стоила.

Вы что до сих пор думаете, что вызов на дуэль это прихоть нежных?! Да обычно в таких ситуациях, подобных нам, ломают об колено через связи и прочие инструменты. Зачем лишний раз своей шкурой рисковать?!

В целом, сами дуэли состоялись лишь по трем явным причинам.

Первое, мы вырубили охрану казино и за спесивых дворян больше некому было заступаться.

Второе, нас сочли достаточно пьяными и потому недооценили.

Третье, за нас вступилась третья сила, в виде конкурента или недоброжелателя вызвавших нас на дуэли. По-простому, дай они заднего, то их бы ославили на всю столицу как трусов. А им это надо?! А так, два дурочка чуть стоят на ногах и качаются от алкоголя. Чем не жертвы для работы клинков?!


По поводу того что мы были сильно пьяными спорить не буду. Я вправлял нос в очередной раз сломанный. Сразу не вправишь, потом хуже будет, потом «зассышь» от боли его переламывать и вправлять. Мой дегенерат чуть дышал, «старость не радость».

Противники у нас хоть куда. Чутька пьяные, чутька приборзевщие. Оба в тряпках с какими-то шпажками вместо нормального оружия.

Кстати говоря, с учетом того что не мы этих «петухов» вызвали, то выбор оружия был за нами, выбор места и времени был за ними, но как-то все пошло не по протоколу. Я не знаю как там было на земле, но в Раян существует несколько дуэльных кодексов одновременно. Ладно бы просто эти кодексы существовали, но они временами противоречат друг другу и во многом выбор кодекса дуэли зависит от местности поединков.

Толпа пьяных, шальных дворян настаивала на веселухе. «Хлеба и зрелищ, мать вашу»! Сам я не помню, что эта «шваль» хотела биться на улице возле казино, но наверно на вызвавших нас «петушков» давило общественное мнение.

Помню только, что несколько шулеров вызвали меня на поединок, но их блин больше одного, и вторую пару мне составил мой дегенерат, который сам «вызвался на мочилово».


Теперь по минусам. Нас принудили скинуть броню. Не по пацанки выходить против барышень в тряпках как реальному пацану. Типа, давай им одеться в сталь или сам скидывай броньку. С учетом того, что мы ждать утра не хотели, то вышло так, что мы разделись по пояс.

По пояс это верно только насчет меня. Само собой все железо заковки мы сняли. Но у Антеро под доспехом и кольчугой был кожаный подкольчужник, а у меня нищеброда даже под бахтерецем не было подкольчужника.

По плюсам, нам разрешили выбрать орудие. Наверное потому что пьянь из дворян хотела «хлеба и зрелищ». Признаться, это они зря нам предложили.

Антеро то ладно, все стандартно. Полуторник против полуторника. Еще одна ремарка, второй полуторник оппоненту бродяги предоставил какой-то «ушлый перец». Я не верю в бескорыстность! Стопудово он поставил на нашу победу. А кто бы не поставил бы из соображающих?!

«Дрищ» привыкший к шпаге берет в руки бастард, тут не надо быть провидцем. Другой баланс, другой вес, другая длина и из всего этого вытекает другой рисунок боя.

Да это еще ладно, но я, блин, тоже показал себя. Шпага против кистеня и ножа. Кистень[20] тут никому неизвестен, а нож вообще воспринимается как орудие для быдла. Изначально я настаивал на кинжале, но его блин, забраковали, пришлось ограничится ножом.

Так-то нож это просто оружие последнего шанса «на ближняке». Он, по сути мне и не нужен, но нож в довесок к кистеню я выбил.

* * *

Сошлись. Длинная, узкая шпага против кистеня это смешно. Против тяжелого меча или топора я бы играл бы по другой схеме, но это шпага. Шпага! Значит колючие и быстро!

Колющие не страшны! Они пугают только дураков! Самый легкий удар в блоке и уклонении. Впрочем, и самый неприятный удар, если пропустишь…


Вжик-вжик, запел мой кистень на ускорении. Я бью связками. Связка имеет тот же принцип безостановочного движения как и у «восьмерок», с той разницей что связки непредсказуемы для противника. Удар не тормозится, а набирает скорость и инерцию за счет своей массы и беспрерывности ударов.

Долго я так не смогу. Двадцать секунда и все. Раньше, когда был молодым, мог и минуту, но я уже не молод, не та дыхалка и мышцы.

Скажу больше, если я не завалю за двадцать секунд своего оппонента, то он меня завалит. Весь расчет исходит из того что я пьяный и могу напропускать только так. Фальш[21] против шпаги, когда на тебе нет доспехов, а ты пьяный это или самоубийство, или размен, что тоже «не есть гуд» — залечивать рану. Кистень, тоже не чудо оружие, но с ним у меня есть шансы. Главное просто за двадцать секунд успеть приложиться, дальше у меня дыхалки не хватит. Ну и то, что противнику оружие незнакомо тоже помогает. С другой стороны, а мне много и не надо!

Хрясь! Это я засветил цепью с билом по шпаге выставленной в блок!

Надо отметить, что мой противник был неплохим бойцом, но с орудием выступившим против его шпаги, ему не повезло.

Мой удар билом перелетел через блок шпаги и ударил по предплечью правой.

На мое удивление, дворянчик даже свою шпажонку не выронил. Поморщился, перекинул шпагу в другую руку и уже левой что-то пытался выплясывать.

Ага! Как же! Наивный! До сих пор не дошло! Это же кистень! Мне так «по фиг», как ты выставляешь блоки! А смысл-то?! Ты ставишь блок, а било моего кистеня этот блок огибает за счет гибкой цепи!

У тебя только один шанс выиграть дуэль, сойтись со мной «на ближняк»! Только тут тебя ждет сюрприз! А я что ли зря настаивал на парном кистеню кинжале?! Хоть я и получил в пару нож, но принцип-то не меняется. Жду я тебя «на ближняке» с твоей тыкалкой бесполезной в ближнем бою!

Вторая сходка была краткой. Левша, да и черт с ним! «Лови сынок ханку» и успокойся!

Удар била. Противник понял основную фишку и пытался рвать дистанцию. Нелепый зацеп цепи за гарду шпаги и вот он я.

Обычно в этой ситуации начинаются потягушки, кто кого перетянет и значит потеряет орудие. Но я-то, «стреляный воробей».

Два шага на сближение и бесконтрольные удары левой руки с ножом по корпусу. Сколько нанес, не знаю. Много. Больше шести это точно. Мой противник опал. Победа.


Смотрю. В этот момент Антеро добивает своего противника. Тот его даже поцарапать не смог. Хотя тут я вру! Поцарапал!

Мой дряхлый дегенерат сидит на противнике и бьет ему по … Будем считать что он бьет противника по лицу, хотя это лицо ничем другим, как кровавым остатком «е…ла», не назовешь.

Бродяга выразился по полной. Самого боя я не видел, но хорошо его знаю и могу предполагать. Жесткий клинч, ушел «на ближняк», хватился за кисть или гарду, но промазал и потому зажал лезвие меча в левой руке. Зажал! Подсечка. Сел сверху и добивает. Потом левым коленом уселся на руку с бастардом и бьет до тех пор, пока зубы у противника не начнут падать.

Шутка ли?! Бить закованной, полукилограммовой, латной перчаткой по зубам.

К чести сказать. Латная перчатка была у Антеро только на правой руке. Левая, голая кисть. Он голой кистью хватался за острое лезвие и не позволял себя покалечить. Изрезанная ладонь, ручек крови и почти чистая победа.

Как допустили свидетели[22] бой Антеро пусть и без брони, но в одной латной перчатке на правую руку мне самому непонятно. Возможно, по местному дуэльному кодексу, латные перчатки не считаются за доспех, чем мой отморозок в наглую и воспользовался.

По факту, вышло то, что вышло. Бродяга сидя на противнике бьет ему по зубам. Я дышу в отдышке после боя. Противник моего дегенерата придавленный тушкой, которая на двадцать кило его больше, тихо подыхает от мордобоя.

— У свидетелей есть вопросы по поединкам? — услышал я свои слова. Сам удивился, как сильно в подкорку вбивается правила дуэлей это мира.

Молчание.

— У присутствующих есть вопросы по поединку? — кричу я.

Молчание.

— Объявляю нашу победу. Мы правы! — добавил я от себя.

* * *

«Не, ну какой я дебил!» — была первой моя мысль, когда я хоть намного пришел в себя, выпил чутька отходя от боя. — «Что там полутысячник говорил?! Никаких дуэлей! А что это было?!»

Ладно бы если бы проигранные Антеро деньги вернули бы, но покойник скинул перед дуэлью кошелек кому-то, а его шпагу по каким-то правилам мне нельзя было затрофеить — типа фамильная вещица. Ну, не окровавленные же и порезанные тряпки мне снимать! Со вторым шулером ситуация примерна та же, нечего с него было брать. Зачем все это было то?!

Надо признаться, что раскаянье меня мучило недолго. Во-первых, из двух дуэлей только один труп! А во-вторых, они же шулера! Сразу скажу для тех, кто не понял! Пяток ударов ножа в кишки это смерть, а выбитые зубы Антеро это так, мелочь.

Ну убил, и что?! Какая на фиг совесть?! Первый что ли жмур на моей совести?!

А вы-то сами такие правильные думаете что чистенькие?! Коровка тоже хочет жить, а вы любите есть колбаску по утрам! Фиг с ним коррумпированным Гринписом! Кто знает, тот поймет, а кто не знает, пусть дальше будет оставаться тупым мясом на побегушках. Копнем глубже.

Вы что всерьез думали, что никого не убивали за свою жизнь?! Да, «хер там плавал»! Думаете, что вы чистенькие и белые?! Ну не смешите! Хватит лицемерства! Убить можно не только действие, но и бездействием. Сколько раз вы проходили мимо разных ситуаций, считая что это не ваше дело?! Это же так просто, пройти мимо, считать что у обездоленных проблемы сами разрешаться.

Ну, что ты мне можешь предъявить, сытый и довольный?!..

* * *

Возвращались мы из Веселого города по дурости через Злой. Так ближе было, как нам изрядно навеселе показалось. Есть такое старое правило армейцев, что «любая кривая мимо начальства, короче прямой». По пьяной самоуверенности мы это правило нарушили.

Да и по сути, а кто бы не докопался бы на воротах во въезде в Злой до двух пьяных едва сидящих в седлах, один из которых к тому щеголял голым торсом и только толстая серебряная цепь рыцаря выдавала в котором что он не простолюдин?!

В общем, взялись за нас по полной. Стандартная придирка о документах, а глаза такие добрые-добрые, как у Ленина в восемнадцатом году объявляющем о красном терроре[23].

Понятно, что за проверкой документов последует еще что-то, а это так, для затравки. Я же мысленно все проклял.

И сдалось нам ехать в ту же гостиницу, где мы до этого ночевали?! Какого черта мы вообще подперлись вдаль и не остановились на постой в Веселом городе.

Хотя, что тут говорить! Жадность и «очко» сыграли. Веселый город так-то находится в Тверди, и значительно дороже в постое. К тому же, тут немало кутил и цены они задрали в потолок своими кутежами. «Очко сыграло» в том, что нас будут искать дружбаны шулеров. Одно дело дуэль, другое дело подставы и надуманные поводы для нанятых людей. А так, «ищи нас как ветра в поле», главное правило безземельных: вовремя унести ноги.

Я уже приготовился к накалу страстей с непонятными вытекающими из него, как удача повернулась к нам не тем, чем обычно поворачиваться к сидельцам. Другими словами «оприходовать удачу в карий глаз» нам не пришлось.

Десятник выползший из караулки оказался нам знакомым. Что он делал на точке других ворот вопрос интересный, но тут я и сам не знаю. Главное в другом, этот десятник нас узнал и по видимому припомнил, что Антеро с утра ему монет подкинул на пьянку десятка за нашу удачу.

— Шумите. — морщась высказался десятник, хотя мы ехали «бледными тенями» и молчали.

Из караулки ворот раздавался шум пьянки, да и сам десятник был навеселе. Так и хотелось сказать ему об этом, но я молчал. Бродяга «в местных напрягах» понимает гораздо больше меня. Из караулки неслись слова: «Пёс завязывай! Отдыхаем или как?!». По ходу сорвали мы десятника с пьянки с его побратимами.

— Служивый. Боги и в правду оценили то, что вы выпили за нашу удачу. Держи. Боги наверное присматривают за вами. — вытащил мой дегенерат еще несколько серебряных из кошелька.

Для некоторых поясняю, что сказал Антеро.

Первое, он напомнил о нас, «о проставе не за хер» с утра.

Второе, этим он сказал, что мы уже почти как коллеги. С утра расспрашивали о армейских частях и по ходу мы почти уже армейцы. Типа, предупредил, что потом можем и посчитаться.

Третье, тупо польстил десятнику, тем, что Боги на стороне пьяной стражи.

Четвертое, подкуп от коллеги за мелочное дело, не подкуп, а «навар». Запалим мы вас в будущем, то от вас ждем гостинцев.

— Эй ты! Как там тебя?! Пропусти их! — в полголоса буркнул десятник по прозвищу Пёс, а после и начал рычать на новобранца, что-то вякнувшего, что он не его командир.

Не, ну не дурак ли новобранец?! Спорить со старшим по званию, когда Пёс пьяный, и к тому же любой его приказ тут же подтвердит его приятель на смене?!

Суть да дело, но мы как-то переместились в караулку. Удача под вечер явно на нашей стороне. В деньгах опустило королевство налогами, нелепые дуэли с непонятными последствиями, но неформальные связи среди стражи уже хоть что-то. Хотя насчет связей это пока рано, нас только на пьянку пригласили, а что из этого выйдет, как кривая судьбы повернет.

* * *

Второе утро подряд у меня не ласковое. Старею. Давно уже научился различать такие грани как «бодун», «отходняк» и похмелье. По моей шкале у меня «отходняк». Голова не болит, но зато «все влом», во рту кака, плетусь как совсем дряхлый старик вниз по лестнице из номера за лекарством, пессимизм и «пох…изм».

Внизу в таверне за кружечкой пива постепенно начали вспоминаться события ночи.


Десятников было трое. Пёс, Ржавый и Пустой. Как мы влились в их компанию и как их по реалу звали, хоть убей, не помню. Я был более пьяным чем Антеро и вскоре даже начал пропускать, в общем, не велся «на слабо, типа выпей и ты нас не уважаешь», и прочие.

«Идите вы в баню», я столько раз с панками пил, что приобрел иммунитет на подколки. Достаточно и того что я дважды проблевался и продолжал пить дальше.

А много ли надо для «вызова Ихтиандра» с учетом того, что я еще в казино накушался?!

К моему счастью, Антеро пил за нас обоих. Как в него лезло, сам не знаю. По сути все новые знакомства теперь на него завязаны, а я так, проблевал моменты важных связей.

Что там «пел» мой дегенерат, я не особо помню. Помню только то, что мой рыцарь трещал байки про убитых орков, сожженные деревни и числа прямых зарубок на животах у женщин, счетчик изнасилований орками перед смертью.

Помню налитые кровью глаза у десятников. Рассказывать про обезглавленных и затоптанных младенцев явно было лишние. Старики с «врезанным орлом»[24] это мелочи.

Антеро показывал пока еще не нанизанные на нитку клыки орков и спрашивал кому из молокосов не бывших на границе можно продать это будущие ожерелье.

Так вот к чему эти рассказы! Лихо мой дегенерат провел пиар!

Клыки орков выкупил Ржавый заняв у своих побратимом. С его стороны это выгодное вложение денег, соберет ожерелье и продаст молокососам на пятьдесят процентов больше.

А что? Тут такие правила и порядки! Мораль тут такая. Ожерелье из двадцати восьми клыков орков это признак доблести. Если что, то у орков всего двадцать восемь зубов[25], но они толще и длиннее человеческих зубов. Орки по слухам в ответ собирают вязанки из ушей…

Сейчас в отходнике, я понимаю, что Антеро не зря поднимал тему пограничья в ленивой и разжиревшей столице.

Первое, он напомнил о врагах человечества.

Второе, он распиарил продажу зубов.

Третье, он себя пропиарил себя как борца со злом.

А вот, так. В любом действии всегда есть минимум три смысла. Так-то смыслов в некоторых ситуациях гораздо больше, но блин, привычка сознания у христиан видеть только три пласта смыслов…

Потом мы просто пили. Спасибо и на том, что я удержал в себе порывы запеть. Это то еще зрелище, песня пьяного бастарда-самозванца на русском языке. Не поймут, а вот вопросы на каком языке пел возникнут.

В целом, неплохо посидели. Нас даже сопроводил до ворот в Странный город кто-то из рядовых. Так сказать во избежание лишних конфликтов. Что тут говорить, с такой козырной картой на вторых воротах Злого нас пропустили спать в таверну без лишних слов.

* * *

Я отогнал от себя воспоминания былого и «на отходняке» пригрустил.

Кто я и что я?! На хрена?! Зачем?! Для чего я живу?! Это постоянные спутники «отходняка».

Мне повезло, следом за мной спустился мой бродяга. Этот «жмых» зажмотился или скорее «прошарил всю фишку».

Визги и рокот бродяги, что у нас еще весь день впереди и что опохмел это начало загула. Смешной, мне так хреново, а ты еще тут визжишь. Э-э, как тебя присобачило место в третьей пехотной! Не вой, и так все хреново! «Шас» соберусь и поедем! Да помню я о письмах! Да хер с ним, с доспехами!

В себя я пришел уже на Колбаске. Моего жеребца почему-то полюбил конюший в таверне и мой жеребец не голодал. Сил много, а где эти силы применить у Колбаски немного вариантов. Этот уродец пытался скинуть меня из седла.

Обойдешься родной! Усижу я, и все на этом.

Глава 6 О письмах, партнере барона и прочем

Город набирал шум. Мелькали рассыльные. Солнце паскудно светило в глаза. Бродячая реклама у лавок заманивала нас к себе. Мальчишки пытались срезать кошельки, несмотря на то что мы на конях.

Дураки! «Нал» у нас запрятан не в кошельках, а на виду только мизер. Вдвойне дураки. Ну кто срезает «нал» у конных, пусть даже два конных в толпе это почти неподвижная мишень.

Антеро поступил просто. Пойманная рука на кошельке и удар закованной руки в стальной перчатке по голове. Выживет или нет, не его проблемы.

Я дебил, через полчаса поймал за руку мальчишку и сдал страже.

Эй! Вы там! Думаете, я гуманист?! Лучше бы я его на месте убил бы!

Уже потом, бродяга просветил меня после получаса кривых взглядов в мою сторону. Воров тут ждет от двух до четырех годов на каменоломнях. Милосерднее сразу убивать.

Вот сволочь, сразу не мог сказать, пока плачущий подросток вырывался у меня перекинутый за седло. Антеро скотина! Мог бы и до сдачи паренька страже ситуацию обрисовать! Он что думает, что я в курсе местных порядков?!

Не спорю, я «налажал». В оправдание мне только то, что до стражи было ехать только полминуты.

В новое время в Англии, где вопреки рабской России лишали дворянства за жестокое обращение с крепостными, были смертные статьи за кражу пирожков. Конкретно в тысяче восемьсот девятнадцатом году в Англии было более двухсот двадцати смертных статей[26]. Весь прикол что Англичане до тридцатого года еще около сотни смертных статей ввели, гуманисты херовы. Украл ребенок пирожок и не в приют, не отрабатывать кражу, даже не в тюрьму, а так простенько и по бытовому — на шибеницу[27].

Блин! А я тут с розовой моралью современности лезу в средневековье…

* * *

В какой-то момент оказались мы в Перевалке. Антеро, «коленвал ему в задницу с проворотом» вспомнил, что мне нужен новый доспех. Мы ездили по кузням, а точнее по магазинчикам от кузен.

Цены не радовали. Это в пограничье «полный плейд»[28] около десятки, тут в два раза дороже. Да и хер с ним, не я плачу, а мой дегенерат, но тут блин другая ситуёвина. Продавцы как сговорились, цены на плейд начинались от тридцатки.

По качеству стали гавно, по подвижности гавно, по цене как «Абромс в соотношение с ценой и качеством Арматы».

Не, я понимаю, на своей шкуре экономить глупо, но не настолько же! Не последнею роль сыграло и то, что я больше и массивнее обычных заказчиков. Переделывать готовые доспехи под меня, далеко не все были согласны.

Еще одним сомнение соотношения цены и качества был молчаливый прищур моего отморозка. Прожженныйчеловек, хрен на мякине проведешь. За копейку удавится и «за любой кипиш, кроме голодовки».

— Поедем отсюда. — все что сказал мой отморозок и это самое мягкое из сказанного им.


Наши тушки после Перевалки занесло в Скотный двор. Скажу сразу мы искали в Перевалке нужный адрес, но не нашли несмотря на подсказки от кор Гижека. В Скотном дворе нам улыбнулась удача.

Нас встретил мешанин, на вид простой, как я осевший с месяцок на даче, со всеми запоями с соседями и прополкой грядок, когда мне не лень. Тихо приехали, тихо сдали свиток, тихо уехали. «Жмотяра» даже в дом не позвал. Мы тут через пол страны к нему приехали, а он тут строит из себя особиста.

Потом нас занесло обратно на Перевалку. Это мое похмельное упорство. Через час поисков мы все же нашли нужный дом. Поиски нас не обрадовали.

Дом чернел остатками обгоревших бревен второго этажа.

Сука барон! Жопой чую подставу от него на горизонте, но пока предъявлять нечего.

Через Грязный город мы добрались до Вонючего. Тут адресатов не один, а целых четверо. Один от барона, один от Элба, два отКоима.

Нашли только троих. Все как на подбор отморозки те еще.

Два еще куда не шло, почти неприметные люди, которых не заподозришь что за ними стоят какие-то силы, но третий… Этот похоже местный преступный авторитет, ну по крайней мере от посещение третьего у меня остались такие впечатления.

Четвертого мы не нашли, так получилось…

* * *

Потом мы опять петляли между лавочек продающих доспехи. «Лиха беда начало», но тут в столице есть своя стандартизация у войск короля. Нужен не абы какой доспех, а примерно одинаковый для пехоты. Кузнецы не дураки, подняли цены на доспехи определенного вида. Дешевле чем за тридцать монет «полный плейд» пехоты не купить. Мои доспехи тут считаются, броней для быдла.

Для сравнения мой бахтерец в Шакти стоит те же пять золотых. Вру семь золотых, но какая разница?! С тебя тут требуют не десятку, а почти тридцатку. Где справедливость?!

Я понимаю, если бы тут по такой цене загонялись бы доспехи гномов, но это же обычное железо, цена высока, а качество так себе.

«Слава Богу» Антеро не дремлет и отволок меня от помощника кузница. Чувствует, что я мог сорваться.

Далее мы поехали в банки. Оба банка находится в Посольском городе. Первый «Вурмут и сыновья», второй «Жарен и компания».

В первом, мы отдали бумаги и все как-то само собой разрешилось. Во втором было интереснее.

* * *

— Присядьте Коры! — сказал нам какой-то управляющий сменивший служку. — К вам послание. Указано, что вы можете воспользоваться нашей помощь для чтения.

Это уже интересно. Письма мне могут приходить только от барона Агира и мне уже до тошноты любопытно, что он там вешает. Скотина такая, кинул меня на налоги. С какого хера я самозванец рассчитываюсь по его долгам?!

— Я знаю, что ты настолько ленив что не изучил нашу речь. — вешал мне банковский служащий. — Потому сейчас это сообщение читает прислуга. Делай выводы сам! Ты мог подумать, что наши соглашения нарушены, но это не так думаешь. Я не знаю, сколько сейчас мне нужно выплатить налогов, но по этому письму ты получишь восемнадцать золотых. Уверен, что ты забыл нужные пути. На всякий случай, имя и адрес основного… — банковский служка прервался, пытаясь перевести мат на разговорный язык. — … Моего партнера тебе подскажут в банке. Да смилостивится над тобой ночь!

Ну спасибо! Что еще за Милость Ночи?! Я как всегда не в курсе местного фольклора. Сучара! Все просчитал! Просчитал вплоть, до того что я в первую очередь поеду в казармы, а только после в банк!

А так, зря я на него мысленно гнал, что он ущлепок!

«Моя вина. Да, не уподоблюсь я католикам, „миа кульпа“ и прочие. Грешен. Подумал плохое». — мелькнуло в сознание.


Пока я предавался абстракции, Антеро уже перевел мосты разговора на себя. По его словам, он в первую очередь выпытывал, как и когда, мы получим монеты. Молодец! Так держать, моя корыстная сволочь!

Восемнадцать золотых это конечно не двадцать шесть с мелочью, но уже что-то. Второй чек меня порадовал еще больше. Еще десятка по уговору, да не в конце года, а в начале.

Золото радует, но блин мозг свербит мысль, что я продешевил. Какого хера я предложил быть подставной мишенью для убийц всего за десять золотых за год?!

Просчитался бля! Привык к ценникам в пограничье! Я предполагал, что цены в столице будут выше, но не настолько же! Вот смеется барон над дурачком!

Сучара! Развел меня с моей подачи по мелочевке! Я тут жопой рискую, а его оплата меньше налогов, которые он должен! Доберусь до твоих корешей, решу проблему! Пусть компенсируют! Что я дурак что ли подставляться «не за уй собачий».

* * *

Дом кор Далена располагался почти у самой реки. Река так себе, на взгляд около десяти метров в ширину, а по глубине не берусь судить, но не думаю что не глубже трех метров. Зарека вообще интересный город. Тут тихо и спокойно, на лицах челяди самодовольство и ленивое умиротворение. Рядом со стеной с округом Чернь это еще не так бросается в глаза, но у реки тут каждый второй «светиться довольной лыбой на лице».

Еще бы им не улыбаться, жизнь удалась, жить на Зареке это конечно не тоже самое что жить на Холме, но тоже «не кисло» по сравнению со всей остальной столицей и королевством в целом. Сами окрестные пейзажи кричали об этом.

У реки дома не жмутся друг к другу, а соревнуются «разбитыми садиками», чтобы не сказать садами. Тут часто встречаются живые изгороди ограждающие дома вместо заборов. Тут дома наполнены светом через широкие витражи с мозаикой цветного стекла. По фасадам домов причудливо вьется лепнина, всякие там змейки, ящерки, паучки и прочие. Некоторые дома вместо добротных ворот в живых изгородях имеют стилизованные арки, где роль столбов исполняют статуи держащие кованые, декоративные, на взгляд невесомые решетки ворот. Больше всего меня впечатлили ворота, где роль столбов исполняют два рыцаря из белого мрамора. Одной рукой рыцари держат створки ворот, второй взмывают в небо мечами. «Хочешь не хочешь, а пройдешь под сенью мечей».

На улицах не видать городской стражи, но она тут по сути и не нужна. Каждый дом имеет свою собственную охрану. Непривычна тут и тишина. Тут по улицам не бегают крикливые мальчишки, не скрипят разбитые колеса у телег, не раздается постоянным фоном гул торговцев нахваливающих свой товар и гнобящих конкурентов. Только изредка раздается в аккомпанемент цоканью подков наших коней по брусчатке, такое же цоканье от подков лошадей запряженных в кареты. Тут даже трубочисты и золотари[29] чистые и опрятные. Сервис так сказать.

Так вот! На фоне всего это великолепия дом кор Дален был необычен. Хибарой его дом не назовешь, но смотрится он посреди всего этого великолепия несколько странно. Самое уместное в этом случае сравнение: «Как свечка в жопе».

Вы не подумайте, дом вовсе не страдает тем, что у него мало территории или тем, что он слишком высокий. Тут дело в другом. Уж очень мрачное впечатление производит дом кора Далена.

Серый фасад гранита грубо обработанных камней смотрится дико на фоне белого, полированного мрамора, «на который даже мухе стремно упасть». Никакой живой изгороди, просто тупо каменный забор с ржавыми железными крюками на вершине стены.

Окна, не то что бы их не было, но какие-то они узкие и маленькие. Застеклены, само собой, но без изысков цветных витражей.

Вместо сада что-то несуразное, «смесь бульдога с носорогом», вроде есть сад, а по факту что-то нелепое, низкое, легко простреливаемое.

Ворота в стене, не ворота, а какая-то калитка, через которую с трудом карета проедет. Ворота кстати не ажурная решетка, а такие массивные створки обитые ржавеющим железом.

Так сказать, общие впечатление на фоне излишеств Зареки, удручающие. Словно хозяин перебрался в элитный город из мест более опасных и привычек своих не поменял. Что тут говорить, этот дом уместно бы смотрелся бы в Злом городе или на Небесах, но не тут. «Ты можешь выйти из тюрьмы, но тюрьма всегда останется в тебе».

Встретили нас тоже не ласково. Еще на воротах у нас спросили: — Хули тут надо?

Что тут говорить, к гостям этот дом не привык.

В вестибюле дома нас долго промурыжили ожидание. Присаживайтесь и все дела, но фиг там подняться по извилистой лестнице на верхние этажи, одним словом: — Ожидайте!

Я бы давно на все плюнул и уехал бы подальше от такого приема, а что?! Я что ли напрашивался в гости? Мне что ли это сраное письмо надо? Это не меня ли кинул барон Агир на налоги? Но меня пробрало любопытство.

Как не странно ждать нам не пришлось долго, всего лишь десять минут. Это мелочи по здешним нормам прессования гостей.

Дряхлый старик к линялой ливрее повел нас по лестнице на второй этаж. Спина сгорблена годами, руки трясутся, показная вежливость на словах, но взгляд все выдавал. В выцветших глазах мелькала колючка зрачков. Самому-то за шестьдесят-семьдесят, а гонору-то! Знаю я такой психотип людей. Поясню. Зловредный старикашка, который с годами только стал злее. Вот так это я «прочитал» в глазах деда, прислуги у кор Дален.

* * *

Кор Дален на удивление оказался моложе своих слуг. Какое там шестьдесят-семьдесят, ему около сорока пяти — пятидесяти. Охрана у дома, понятное дело, не старики, так около тридцатки и больше, но прислуга сама говорит за себя. «Мясо оно и в Африке мясо», ближний круг в доме более весомый показатель.

Не твоя это прислуга кор Дален, а досталась по наследству от родителя. Не выгнал, не заменил на молодых, а это уже хоть что-то говорит о твоем мировоззрение и характере…

Лицо одутловатое. Густые белеющие брови, некогда бывшие черными. Грузный мужик в теле. Чуть бляхой выпирает толстый живот искусно спрятанный под черным дублетом. На ногах замшевые сапоги до середины бедра из тонко выделанной коричневой кожи. Массивная серебряная цепь навыпуск из под белой рубашки торчащей из под дублета, не застегнутого на все костяные пуговицы.

С левой стороны лица причудливый шрам идущий от щеки до рта. Такое впечатление, что кор Далену щеку порвали когда-то. Кто думает что щеки не рвутся, то проставьте мне бочонок, я вас еще и ключицы вырывать научу, невзирая на всякую одежду.

Нос как не странно, целый, не сломанный. Губы бледные, слегка искусанные. Глаза желтые, цепкие, пронзительно смотрящие. Взгляд как у кредитора, которому ты торчишь. Рост около ста тридцати пяти — ста сорока. Хозяин дома встречал нас стоя в своем кабинете.


— Письмо! — потребовал хозяин через несколько секунд пристального разглядывания друг друга.

— Вот. — протянул я сверток пергамента. Все время пребывания в доме мне это сверток руки жег, так и хотелось побыстрее от него избавиться.

Хозяин пристально взглянул на печать, подковырнул ее ногтем, махнул рукой на скамейку в стороне от входной двери и сам удалился к массивному письменному столу за который сел.

Чтение у кор Далена много времени не заняло. По его лицу во время чтения ничего сказать было нельзя, но я «как жопой чуял», что не только хорошие новости он читает. Было что-то такое в атмосфере комнаты, что мне давало ощущения грозы.


— Ты значит бастард? — вынес свой вердикт Дален указывая на меня пальцем. — Прибыл поступать на службу…

Вроде бы все точно сказал, но блин интонации какими это было сказано, мне не понравились. Дален ждал ответа, а я и не знал что говорить. Что тут скажешь против фактов изложенных в письме. Да все совсем не так, но на откровения меня почему-то не тянуло.

Меня сильно напрягло то, что в письме я выступаю бастардом, а не самозванцем бастарда. С другой стороны, я вроде как поклялся на цепи такие подробности сказать сам, но только что-то не тянуло меня на откровения с таким ко мне отношением. Слишком мутный и опасный человек этот Дален.

В общем, молчание затянулось. Антеро не встревал, а я тупил.

— Чем твой отец занимается, знаешь? — после долгого молчания спросил кор Дален.

— Нет! — ничуть не соврал я.

Опять повисло молчание, но ненадолго. Дален сверлил меня взглядом и чему-то ухмылялся.

— Врешь! — вынес он свой вердикт.

— Догадываюсь! — не стал оправдываться я.

Я не мальчик, понимаю, что приграничье это не только постоянные военные конфликты, но и контрабанда. Свечку не держал при передачах, но здравый смысл еще никто не отменял. Тем более что сам почти месяц колесил по приграничью в караване контрабандистов.

— Хорошо! — вынес свой вердикт хозяин. Что «хорошо» мне не понятно. — Твои дальнейшие действия?

— В чем?! — удивился я.

— Мне партнер пишет чтобы я приглядел за тобой… Как я могу тебе доверять?! — заявил Дален. В чем «предьява» непонятно, но чувствуется легкий «наезд».

— А как я могу тебе доверять?! — парировал я, наплевав на сословия и гостевой статус.

Молчание. Состязание по передавливанию взглядов.

Есть что-то такое в желтых глазах магическое, звериное. Вроде, глаза как глаза, но так раздражают своей желтизной. Так и хочется ударить по лицу, а лучше выстрелить из двустволки.

Молчание опять затянулось, мой бродяга слегка толкает локтем меня в бок, но «отстань противный, тут у нас дело на принцип пошло».

— Уточню! — прервал состязание взглядов Дален. — Ты фигурируешь наследником, а это со временем может сказаться на наших делах…

— А никак! — адреналин в крови хлещет, противостояние взглядов заводит. — Как я могу быть уверен в тебе?!

— Хороший ответ. — усмехнулся Дален выпуская пар из ноздрей. — Конкретно! Твои действия в случае смерти твоего отца?!

— А я знаю?! — возразил я. — Он живет себе и переживет нас с тобой!

— В таком случае давай договоримся, что ничего «в схемах» менять не будем. — слегка спустил напряжение Дален.

А вот ты и проговорился! Теперь понятно все с тобой! Не ты ведущие звено. Ты завязан на Агира, а не Агир на тебя. Однако это тебе не мешает планировать и мечтать о большем. Ты мутный и осторожный тип, который плюет на все и в первую очередь заинтересован в своих темах.

— В таком случае мне нужны гарантии и небольшая помощь! — слегка обдумав слова Далена, я гну свою линию.

— Гарантии? — с усмешкой. — Помощь?! — презрительно.

— Ничего сложного. Просто отвести письма до адресатов. Самому не до этого. — не обращая внимания на реакцию Далена продолжил я.

— А я извозчик?! — начал рокотать голос хозяина дома. Слово «гарантии» похоже прошло мимо ушей как само собой разумеющиеся.

— Нет! Но у тебя есть слуги, которые знают город. Тебе это ничего не стоит. А уважение к тебе от будущего партнера, при помощи в простой вещи, ты приобретешь.

— Даже так! — задумался Дален. — Хорошо. Письма оставишь у Вакта, это слуга что тебя провел. Надеюсь мы друг друга поняли. Если что обращайся.

Так я тебе и поверил! Обращайся! Ага, только на крайняк! Ты щука которой уже мал аквариум и которая мечтает дорасти до акулы, но тут дилемма, расти не дают. Не дам я твоему слуге писем, точнее не дам весомых писем, а так мелочь к адресатом которые мне не важны, для примера письма от Элбы и Коима. Не думаю что друзья строгого гвардейца или письма от управляющего важны. От первого надо ждать сентиментальных воспоминаний, а от второго шифровки к партнерам, «которые с кондачка» не разгадываются. Минус шесть незначительных писем, мне уже легче, и на том спасибо.

Я не верю, что тут не существует способов осторожно срезать печать и прочитать послание. То что мы с бродягой дауны и на не способны это сделать «без палева», еще ни о чем не говорит. В противном случае не было бы нужды Агиру посылать письма с оказией.

Мы распрощались с хозяином дома и спешно покинули мрачную усадьбу.

* * *

— И что ты о нем думаешь? — покачиваясь в седле спросил я у Антеро.

— Осторожный, опасный, готовящийся. — обрисовал тремя словами суть Далена мой бродяга. — Зря ты ему письма отдал.

— Так там же ничего не было важного. — возразил я.

— Важно или нет, но ты сдал тех на кого опирается Агир или его друзья. Как бы это не стало нам боком… — сказал Антеро и я осознал свой «косяк».

«Твою мать»! «Лень, хозяйка косяков»! Буду надеяться, что все обойдется…

Глава 7 Жизнь и смерть на Небесах

Начну с главного. Доспехи для меня мы все же купили! В Скотном дворе у Антеро остались какие-то мутные связи и скажем так, по цене мне повезло. Сошлись на девятнадцати золотых и семи серебра. Да и вот что, сразу скажу, я не платил ни копейки. Мой бродяга наехал на меня, что дескать у меня появились деньги и его слово уже неуместно, но «хер там плавал». Сказал, делай! Я тебя за язык не тянул, что ты оплатишь покупку доспехов!

Сами доспехи те еще! Чутька ржавые, чутька побитые, слегка малы и потому так дешево. Хотя дешевы доспехи не поэтому, а потому что я тут переросток и в этих доспехах все плавали, а я наоборот чутька вылезаю из них. Минус еще полтора золота за подгонку у кузнеца под мои габариты.

При этом, меня не оставляет чувство что сняли эти доспехи со жмурика, но толкнуть никому кроме меня не смогли, некондит по габаритам, хоть и востребованный товар по сути.

Теперь мое свободное время занято полировкой железок. Не то что бы я такой цивильный, но статус обязывает. Мой начальник по сотне кор Гижек, но десятник скотина еще та! Кор Юдус, заставил меня полировать ржавчину.

— Не дело когда элита выглядит наемниками! — его веские слова.

Спасибо и на том, что не спешат заявлять, что мне надо нового коня покупать.

Предъявляют мне другое, цитирую: — Элита не может быть быдлом! Ты обязан иметь оруженосца! Не роняй фамильную честь, носи с гордостью свой фамильный герб! Не запятнай себя недостойным! Дерись только с равными!

Начну с конца. Нам аукнулись наши дуэли в Веселом городе. Как про них узнали, сам не знаю, но «мозги снощали, как монахи ворвавшиеся в женский монастырь».

Антеро еще пронесло, безземельный, что с него взять, а за меня взялись по полной. Даже вспоминать об этом не хочу. «Бля», стукачи везде! Столица, семьдесят тысяч, а по сути одна большая деревня!

Скажу только то, что на первый раз меня пронесло, пожурили без занесения в личное дело и прочих санкционных действий. На деле все прозаичнее, ну никем был в «местной песочнице» шулер и потому из-за него особо не выли родственники и сюзерен…

Фамильный герб, тоже момент не самый приятный. А я знаю, как он выглядит?! Ну, видел я какие-то тряпки в баронстве и что? Я что их запоминал?!

Я блин, обязан носить в свободное время сюрко с гербом своего имения, но кто бы мне подсказал, как оно выглядит. И ведь что противно, ни у кого не спросишь такую банальную вещь. Я так понял, что в письмах Агир никого почти не известил что я подставная фигура. Даже Гижек, начальник сотни, не в курсах, что говорит о нем как не о самом близком знакомом барона Агира.

Так вот на пустом месте я встрял. Заказать сюрко не проблема, проблема намалевать на нем свой герб!

Третье про оруженосца. Тут вообще смех да слезы! Формально я рыцарь, либо по временному посвящению пока не совершу подвиг или не минует три года, либо по статусу рядового войск короля приравненных к гвардии, а на деле пшик. Кто ко мне пойдет в оруженосцы?! Кому нужен этот геморрой?! Подвиг сразу говорю не вариант. Под подвигом подразумевается убийство барона Агира, так звучит задание от графа Илмара, который меня во временные рыцари посвящал.

Да мне даже это представить сложно, как его можно убить. Тем более что барон оказался не таким и плохим человеком. Вдвойне сложно его убить, совесть, а не только хорошая охрана. Ну, убью я своего самозваного отца и что?! Меня граф пустит в расход, как лишнего свидетеля! А мне это надо?!

Сразу отмечу, что предьявы с сюрко и оруженосцем моего отморозка не касаются. Он по статусу мой наставник и безземельный. К безземельному никто в здравом уме в оруженосцы не пойдет, ну за исключением меня. Герб тоже самое. Какой герб у безземельного?!

Хожу теперь в свободное от караула время в сюрко с гербом короля поверх ржавых доспехов. А тут такое не любят. Это все равно что «мент» в свободное время от службы ходит по форме. Вроде ничего такого, но к служебному фанатизму относится «с косым взглядом».

По графику дежурств скажу, что он не особо напряжен. Пол дня в карауле, пол дня на базе. Да и если что, тут сутки не двадцать четыре часа, а примерно двадцать пять с половиной. Спасибо отцовским часам, что я взял на рыбалку, примерно представляю ход времени. Часы, если что, я оставил на изучение гному Далину, надеясь на внедрение в производство после корректировок по длительности суток. Да и не об этом речь…

Как мне было проще в пограничье! Никто мозг не снощает, все просто и понятно.

Отдельно скажу, про быт. Можно жить в казарме, но это не престижно. В казарме живут только нищеброды, числом около десятка из сотни. Ну и мы с Антеро в том числе.

На горизонте еще одна задача, найти себе жилье неподалеку, чтобы недорого и без клопов.

* * *

Теперь, когда я поныл о своих напрягах, начну себя реабилитировать. Самой простой разрешимой проблемой, был поиск жилья. Остановились мы не в таверне, как кто-то мог подумать, а сняли две комнаты у одной бабенки. Вдова, за сорок пять, дряблые сиськи, которые она почему то не скрывает в открытом декольте платья мешанки. Ей принадлежат несколько лавочек на рынке, где торгуют тушками птицы.

Так! И еще раз, чтобы потом не возникало лишних вопросов. Сняли мы жилье, относительно дешево, не только потому что это округ Чернь, пусть и у самых ворот в округ Твердь, а конкретно у города Шакши. Тут несколько другой момент.

Как бы это сказать. «У Антеро не только усы стоят», подсуетился мой отморозок. Теперь по ночам иногда я слышу не только его храп, но и различные скрипы качающейся кровати.

Кто там вякает, что «в старости не стоит» и вспоминает про всякую «Виагру»?! Гюго в мемуарах славил тот момент, когда у него «не встал» из-за дремучей старости, почти перед самой смертью, словами: — Ну наконец-то! Все зло от баб!

Француз, что с него взять, прожил-то всего ничего, почти восемьдесят пять лет.

А чем, мой отморозок хуже?! «Сосна скрипит и ели гнулись!». Как говорил Вини-Пух: — «Входит и выходит»[30]. Я признаться, ребенком не понимал, почему взрослые смеются при просмотре вместе со мной детского мультика.


Отдельной песней прозвучит мое обретение фамильного герба. Тут я ожидал «море проблем», но все разрешилось само собой. Помнится, я забухал в Странном городе и это мне, как не странно, помогло. В общем, нашли мы с Антеро старика, жреца Рарнора и его ученика. На наше счастье, они еще не съехали из гостиницы. Суть, да дело, вышло так, что я попросил сначала паренька, а через него и его учителя покопаться в королевской библиотеке насчет моей родословной.

Ой, кто бы знал, как мне тяжело дались эти переговоры. На трезвую голову слушать байки о каком-то божке. Не буду гнать, как и что я высказал жрецу чтобы не навести на себя подозрения. Одним словом, результат был.

Мой герб оказывается белая, полярная сова на темном фоне. Девиз: «Храбрый и отважный». Впрочем, я как бастард могу выбрать новый девиз, при основание своего рода, но мне в это как-то слабо вериться.

Дело осталось за малым, заказать сюрко с таким гербом, что я незамедлительно и сделал. Тряпка тряпкою, но вышла эта услуга недешево, почти двадцать серебра. Ушлепки, что тут говорить. Хорошая тряпка в средневековье стоит дорого, тут же нет мануфактур и заводов Китайцев, все ручная работа.


С оруженосцем дело не сложилось совсем. Кому я нужен?! Кто отдаст ко мне в прислугу своего хоть десятого сына, которого кормить нечем?! Какой спрашивается у моего оруженосца карьерный рост?!

Я «ныкался» по всем возможным салонам, а у меня на выбор их всего два.

Км-м, про салоны. Тут существует такие «тусовки», приемы на дому, называются «салоны». Первый салон куда я попал был откровенный бордель для дворян, только замаскированный на прием на дому. Там нас «приняли на ура». Ну как же, новые люди среди солдатни!

Км-м, по поводу измен. Ну, как это сказать. А я Кайе ничего не обещал! Я же не знал, что тут подарить бусы тоже самое что у нас подарить кольцо. В общем, я не чувствую себя ничем ей обязанным. «Лишнего на своего малого друга не ищу, но и малому не отказываю». Что я дурак что ли?!

Второй салон, откровенная бредятина. Скучно, мерзко и тоскливо. В этот салон мы попали благодаря покровительству кор Гижека. Вспомнил «зараза» про наше существование! Как помочь в существенных вещах, то он не при делах, а как «втравить в залупу», то он молодец. Вспомнил на нашу голову, что он чем-то обязан барону Агиру и решил выразить свою благодарность. Стопудово, он нам не новые связи организовал, а за счет нас поднялся, типа предъявил заплесневевшей публике новые лица.

Так называется, предъявил в салоне наши морды. Да тут старые все, только две более-менее свежие девицы, да и то по той причине что они «перестарки», двадцать три и больше стукнуло им и все, старухи по местным меркам.

Эй, не вякайте, любители романтики! Пушкин и Онегин вам в помощь! Вспоминайте и узнавайте возраст старости у дворянства России. Тут еще «по Божески» к возрасту не выданных замуж девиц подходят.

Ну вот, опять! Ну да, я знаю, что женщина которая за собой следит и ухаживает, и в сорок пять выглядит восемнадцатилетней, но вы это местным объясните!

Откуда знаю, ну бывает. Напоролся как-то на девушку, которая оказалась матерью двух дочерей. Внешне около двадцати, а муж постоянно на работе. Спасибо дочкам, не сдали, но «упаси меня Бог» от таких дочерей…

Км-м, вроде бы «малины», по поиску себе оруженосца, «хоть жопой жуй», а не тут-то оно и было. Ну да, у старперов вторых-десятых сыновей хватает, но кто же в здравом уме хочет им такой доли?!

В общем, облом по всем фронтам во втором салоне, «не перепихнуться», не связей, не интереса. Вру, во втором салоне вариантов целых два, но мне как-то не хочется за мимолетный порыв бежать под алтарь. Чувствую, только уединишься в дальней комнате, и тут же нагрянет целая свора свидетелей благословляющих на брак. А мне оно надо?!

Ну, ты и сволочь похабная! Дворяне не такие! Они благородные, честь и совесть нации! «Ни грамма в рот, ни сантиметра в жопу!».

Ну, как вам сказать романтикам, читайте классиков. Как там Пьер Безухов женился?! Тупо посидел с Элен наедине в одной комнате и женился. Тупо зассал возразить отцу Элен, что он ее даже не целовал, а так, просто посидел рядом.

Элен, хоть и красавица, но «каждому кобелю давалка», из-за чего они и развелись. Тупо зассал сказать «нет» Пьер, а потом тупо отдал половину имущества за то, что развелись с тем что «принадлежит общественности».

Я конечно, не Пьер, не богат как он, но блин, момент тоже надо учитывать. Бастард барона у которого по слухам нет других сыновей, гвардеец[31], дворянин, еще не стар по местным меркам. Вывод?! Да окрутят меня, если только дам повод. Не-е, лучше в первый салон буду ходить для снятия напряжения…

Ну, поныл вам немного о своей житухе и слегка опустило. Расскажу лучше другое, серьезное. Тут дело серьезное. Жизнь и смерть…

* * *

На Небеса мы попали по случаю. Просто занесло нас на Небеса. Небеса не зря прозываются Небесами. Тут в ходу поговорка: «С неба на небеса улетел».

К слову о небесах, тут как-то считается, что небес много. Средние небеса для грешников. Высшие небеса для знати. Низшие для праведников от не дворян.

«Тебя съедят черви на нижнем небе!» — проклятье, обзывка, намек на низкое, не дворянское происхождение. По сути, тут знать сразу попадет на высшие небеса, никакой уравниловки Иисуса с верблюдом и игольным ушком.

Одно хоть успокаивает, что вер тут много и в разные небеса для разных сословий, не все верят.


Я и Антеро в сюрко короля и наверное поэтому до нас не придирались. Сюрко короля это отдельная тема.

По какой-то нелепой случайности мы носим красные перекидухи с гербом какого-то нелепого существа. Химера, но химера не в классическом земном смысле, ну там грифон и подобные им, а нечто местное и нелепое.

Герб короля это что-то с чем-то. Собачье туловище и рыбий хвост заместо головы. Сразу говорю, я не понимаю почему так. Любителям аналогий и вообще геральдики в целом напомню, что мир Раян это не Земля. Раян развивался по своим законам, со своей мифологией, геральдикой, законам.

Все, что я понимаю в местной геральдике, так это то, что герб который я ношу на сюрко, это признак королевской власти. Сам не понимаю, как это нелепое существо может указывать на королевское происхождение.


Так вот. У меня в сумке на крупе коня письмо к очередному адресату, я позевываю после ночной смены в карауле у казармы. Вот сволочи, ничего толкового охранять не доверяют нашей сотне, только всякий некондит, где и утащить нечего.

Антеро с умным видом ковырялся мизинцем в носу. Светило солнышко сквозь темные, набегающие тучки.

Мы тупо ездили по улицам, искали адрес. Потом заглянули в трактир, слегка выпили. Когда мы собрались дальше в путь, то заметили какую-то толпу рядом с трактиром. Пошли, посмотрели. Посмотреть было на что.

Дуэль. Старик против молодого мужчины.

Они только готовились и мы почти ничего не пропустили.

Шепот в толпе обсуждающих из-за чего дуэль, мелкие ставки, свидетели поединка пытаются разогнать толпу, чтобы был более широкий круг для дуэлянтов.

* * *

— Это убийство. — услышал я шепот кого-то в толпе.

Кем бы не был неизвестный шептун, я с ним согласен. Деду за шестьдесят, а бой на стали это не бокс. Чем отличается поединок на стали от рукапошки и вообще единоборств в целом?!

Тем, что первый же пропущенный удар он, как правило и последний. Кто не в курсе, то надо просто пустил кровь и кружишь пока противник сам свалится от удушья. Вместе с потерей крови теряется кислород и человек начинает задыхаться.

Дед обречен. Старый, а не требует замены поединщика или наверное не может сделать это. Чужак он на Небесах и заступиться за него некому.

Рассказывать, почему я не вступился, не буду. Я просто поддался чувству толпы. «Толпа жаждала крови, как стая собак алчущая первого визга разрываемой на куски девочки»…

— Антеро… — начал я.

— Молчи дурак. Без тебя разберутся… — прошипел мой отморозок.

Я его понимаю, в случае моего участия, у Антеро одна только головная боль. Служба королю завязана на меня. Даже если меня не убьют, то полутысячник кор-сэ́ Загра меня «без вазелины полюбит» за дуэль при такой массе свидетелей.

«Полюбит» не за саму дуэль, тут их формально никто не запрещает, а за то, что честь полка уронил. Честь полка это тоже отговорка, которая будет на бумаге. На деле тут каждая служба у любого высшего дворянства или сановника имеет свою внутреннею регламентацию и правила. Хочешь дуэль, никто тебе не запрещает, но дерись вдали и глуши, без лишних свидетелей, без сюрко с гербом хозяина, в своем собственном сюрко.

В общем, «за косяк с широкой оглаской дуэли», сначала «с вазелином полюбят» куратора тысячи. Потом уже «без вазелина тысячник полюбит полутысячника». И только потом «когда любовь вырастет в размерах как снежный ком, все счастье мужской любви упадет на меня».

Так недолго и со службой королю попрощаться. Кор-сэ́ Загра при приеме на службу ведь предупреждал, чтобы в мы не встревали в дуэли. Ладно бы если это был мой родственник или задета фамильная честь, или хотя бы я знал этого старика, то, по крайней мере были хоть какие-то оправдания на ковре перед начальством…

«Встрял дед, и паровозом утянет на дно любого, кто за него впишется». «Заказ». Дед кому-то мешает или я не я.

* * *

Бой начался стремительно. Каролинг против тесака не очень честно по длине клинков, тесак всегда короче на пятнадцать и более сантиметров. Старое Земное правило дуэлей, выход на бой с тем оружием что под рукой, это уже потом ввели гламурный кодекс дуэльных пистолетов и различных правил к ним, чтобы ЯКОБЫ уровнять шансы…

Звон. Искры и первые зарубки на стали. Дед держится. Сил у деда меньше, но баланс тесака позволяет ему не дать закружить оружие в круговой. Разошлись.

Вторая сходка. Молодой провел двойку, Конрад[32] и верхняя левая диагональ. Откат[33] у старика без перехода в контратаку. Разошлись.

Молодой либо прощупывает старика, либо играет с ним, такой рисунок боя. Где связки? Где напор? Где круговая по ногам раз выносливости больше чем у старика?

А может молодой просто считает старика мясом, которое легко завалит когда захочет?

Третья сходка. Молодой разошелся. Бьет и бьет связками, не жалеет сил. Старый пятится по круговой и только отбивается.

Раз. И все! Конец!

Клинок на финте зашел в кишки. Я думал что это финт, но молодой всех обманул. Обманное движение было реальным. Каролинг скользнул вдоль лезвия тесака, оттолкнулся от клинка и удар на кисти врубился старику под ребра справа, чуть выше печени. Конец старому…

* * *

Дед удивил. Все мечтают умереть красиво, а дед это исполнил.

Против выносливости и скорости молодости дед мог поставить только одно. Деду уже нечего было терять. Молодой привычно уходит, разрывает дистанцию, точнее пытается это сделать, но старик и не думает заваливаться. Схватился рукой за лезвие каролинга и глубже в себя загнал клинок, не дал вытащить меч из своего тела.

Шаг вперед, еще один маленький шажок, пробитое легкое дает о себе знать, но старик не так прост. Тесак выпал еще при сближении, но у старика остались ладони.

Запястье в переносицу бретёру шокированному живучестью старика. Сил у старика не хватило вбить кость переносицы в мозг, хотя там и сил то немного надо, скорее он уже терял сознание. Впрочем, противнику это было уже не важно. Перебор.

Молодой на время потерял ориентацию. Кинжал в дряхлой, слабеющей руке добил противника. Удар под челюсть, кончик клинка пробил гортань.

Два трупа. Молодой умер почти сразу, раньше чем старик.

Старик недолго жил. Он еще хрипел и отплевывал кровью с губ. Бредил, шептал в гробовой тишине, что он «медведь, которого он убил и который полз по рогатине». Вот так перед смертью его пробрало.

Хорошая смерть. Честная. Ушел красиво.

Кто может сейчас заявить: «В чем тут честность?! В чем красота?!».

Да идите вы! Что вы понимаете в красоте?! Красота это не только ажурные чулки на изящной женской ножке.

Есть высшая красота и высшая справедливость. И вам наверное это уже не понять. Посмотрите что ли в глаза смерти не с передозника или нелепости вроде автомобильной аварии. Сходите что ли осознано на заведомую смерть, ну там на медведя с рогатиной, пусть даже будет подстраховка с двустволкой, или в горячую точку съездите на курорт, может тогда поймете.

Скажу просто: «Я понял. Я увидел старика. Он прекрасен».

* * *

— Поедем. — шептал мой отморозок. — Тут не на что больше смотреть.

Именно шептал. Стояла гробовая тишина, зрители отходили от поединка.

Единственные звуки в этой тишине были от какой-то бабы, что сдавливала свои завывания. Все зло от баб. На Небесах не зевай, улетишь на Небеса. Уверен, что старик умер из-за нее. Мертвый романтик, это и смешно, и грустно.

— Погоди. — шепчу я в ответ Антеро. — Посмотрим.

Посмотреть было на что. Баба за тридцать ползала по земле рядом со стариком. Именно по земле, тут Небеса, а не Твердь.

Баба что то выла подавляя звуки. Рядом стояли три типа и не мешали ей, но по ним видно были что они не с ней.

— Ты как? — спросил я.

— Не стоит. — покачал головой Антеро. — Не наши проблемы.

— Я пойду. А ты?!

— Зря!.. Ну ладно. — не одобряет мои будущие действия мой отморозок.

* * *

— Уважаемая? Вам помочь? — услышал я свой голос.

Толпа уже рассасывалась и нас легко было заметить. На меня подняли заплаканные глаза. Это бездна. Женщины какими бы они не были хорошими или плохими, более эмоциональные существа. Другое дело, чтобы пробить их на подлинные, а не лицемерные эмоции, надо что-то сделать запредельное.

— Только вас тут и не хватало. — прошипел кто-то из троицы.

Ну, да конечно. Сюрко с гербом короля. Тут не наши тушки, а представители короля, так будет в бумагах если что. Доблестная стража короля, которая не остановила казнь, но приехала когда все основное уже произошло.

— Я не понял! Ты что-то имеешь против короля?! — зарычал Антеро.

Не то что бы Антеро такой отмороженный, или тем более суицидник, просто чувствует, что сейчас за нами сила закона.

А так, сходились мы с ним и вдвоем против четверых, и даже против орков втроем выходили против почти десятка. Про помощь загнанного орка в той эпической битве старательно умолчу. Пусть потомки помнят, что их предок «вертел орков на мизинце».

Что тут говорить, Антеро «третьей ноздрей чувствует», когда можно нарываться, а когда не стоит. Все-таки до старости дожил и последние лет десять был безземельным, а они те еще психологи. В противном случае, недолго живут безземельные без хорошего чутья.

Троица переглянулась и ушла по своим делам. Хорошего шороха нагнал Антеро.

* * *

День улетел в никуда. Какого!

В общем, пришлось ждать пока тело погрузят в карету. Карету пришлось ждать около часа в таверне. До таверны тело за денежку довез на тачке какой-то мешанин. Тачка воняла рыбой, но старый не обессудь, так получилось.

С женщиной, слово баба после знакомства с ней как-то неуместно уже употреблять, впрочем, поговорить с ней как-то не получилось. Ушла в себя. Я даже имя ее не запомнил. В голове вертелось только одно, что мы влезли в чужие разборки и ответка не за горами.

Ну и пусть. Пусть ответка будет расплатой за мою трусость, лень и кровь старика. Старик показал как надо умирать. А если вы такие храбрые или глупые, то что же не влезаете в бандитские разборки?! Кто до сих пор не понял, поясню. Мы кому-то случайно перешли дорогу даже тем, что не дали добить падаль, а конкретно эту женщину.

Дворян полны все Небеса, но что-то я тут не вижу благородных. Сказки о доблестных рыцарях и дворянах пойте себе перед сном. Доблесть и глупость несовместимые вещи. Я что-то не вижу очереди страждущих помочь за просто так и при этом самому подставится.

Ладно бы если бы женщина была бы симпатичная, а это сморщенное яблоко. Кому она нужна без денег, охраны и красоты?

В общем, сопроводили женщину с трупом до Мрачного города. Дорогу она решила срезать! Поехали называется через Небеса!

Сопроводили. Распрощались и забыли об этой дуэли как о страшном сне. Что бы я еще раз по своей дурости поехал на Небеса.

Часть 2 Наглость — второе счастье

Глава 1 Про шёпот, намеки, неожиданном напряге с цепью и о моей тупости

Жизнь моя катится по накатанной колее. После событий с дуэлью старика на Небесах прошло чуть больше трех недель. Вовсю зарядили по столице дожди.

Бывают сильные ливни, но они-то как раз меньшие зло, несмотря на то, что канализационные канавы с потоками воды не справляются и все нечистоты плавают по улицам. Прошел сильный ливень и опять благодать.

Меня гораздо больше раздражает мелкий, постоянный, моросящий дождик. Холодно из-за того что водная взвесь в воздухе постоянно вытягивает из тебя тепло, латы ржавеют, а тебе еще патрулировать окрестности дворца невзирая на погоду.

По поводу патруля. Нас наконец-то начали ставить в охрану Холма. Самого дворца короля я так и не увидел, наш маршрут патрулирования проходит ближе к стене с Твердью. А тут, рядом со стеной, почти не на что смотреть. Бедные кварталы Холма не сильно отличаются от богатых кварталов Зареки. Те же сады, те же живые изгороди, те же двухэтажные коттеджи.

Я так понял, что тут существует какая-то градация на высоту домов. Далеко не все дома выделяются тремя этажами. Впрочем, местные тоже хитрят и за счет высоты потолков, некоторые двухэтажные дома смотрятся в высоту почти как трехэтажные дома.

Ну, как-то так. Скучная рутина, пессимизм и плохое настроение. Что бы вы осознали причины моего пессимизма и плохого настроения, поясню. Наступила тоскливая осень. Листья на живых изгородях частично повяли, частично осыпались. Вечная слякоть. А тебе еще три дня ходить, нарезая круги вдоль отведенного участка патрулирования, по всему этому плавающему мусору и фекалиям.

Три дня в карауле по пол дня, потом два дня отдых, потом еще три ночные смены, два дня отдыха и по новой.

Теперь я в свободное от службы время щеголяю в новеньком сюрко с гербом моего самозваного батюшки, белая сова на черном фоне. Антеро кстати, с моей подачи, тоже надел герб барона Агира, но у него какой-то усеченный герб — бледные краски на тряпке сюрко, а у меня вышивка. Тут так заведено, чтобы было понятно, кто простой воин, а кто родня владельца домена.

Кто бы знал, каких ссор и ругани мне встало уболтать бродягу надеть на себя сюрко с гербом барона.

Еще бы! Барон в вассалы Антеро не принимал, герб на сюрко это фикция, как и моя тряпка, но есть существенная разница. У меня с бароном личная договоренность, а у Антеро даже на словах нет уговора. В общем, тут к ответу могут предъявить за такой подлог.

С другой стороны, тут могут предъявить и за то, что на сюрко нет герба. Безземельных в столицы не любят, как и не любят, когда дворяне свои личные дела на отдыхе решают в сюрко с гербом сюзерена.

Что тут говорить, из двух зол выбирается меньшие. Лучше пойти на подлог, шансов встретить людей барона в столице немного, меньше чем шансов нарваться на проблемы без одежды с гербом или выслушивать от десятника мат за использование уставной формы внерабочие время.

Км-м. Скажу по десятнику. Точнее скажу о том, какой тут «развод с десятниками».

Помниться, нам было заявлено, что мы потенциальные десятники. Ага, как же! До сих пор держу карман отрытым! Дворянская честь! Не смей врать! Вранье это бесчестье и прочие бредни!

Мне хватило ума самому понять, что заявления о том, что мы станем десятниками, после того как к нам присмотрятся, это «голимый развод».

Я присмотрелся к тысяче, навел первые, легкие знакомства и осознал что «такой заманухой, тут всех разводят». Тысяча состоит по большей части из мелких дворян. И что, тысяча десятников?!

Не, ну конечно всякое бывает. Я под конец «учебки в армии» застал удивительный факт, две роты ШМСа[34] состоящие из ефрейторов, то еще зрелище. Ефрейторы чистят толчки, ефрейторы моют полы, ефрейторы в нарядах и прочие. И я такой же ефрейтор, который впоследствии семь раз пропивал, прогуливал, «прокосячил», «профукал» очередное сержантское звание.

Что называется, не в лычках счастье. «Косипор, но полезный косипор, всяко лучше сержанта, которого опустили на очки и который не может ни рулить ротой, ни пользы от которого нет». Со стороны кажется, что младший сержант ведет роту, а на деле ты рулишь младшим сержантом, который для вида рулит ротой.

Так вот. К чему это я.

Присмотревшись, я осознал, что сотник кор Гижек дутая фигура. Сотник и все дела на бумажке, но на деле он сотник только из-за выслуги лет, а вовсе не из-за таланта руководителя или особого опыта. В какой бы армии я не служил, но везде по ходу есть своя креатура и свои люди.

Реальный авторитет у командира второго десятка и трех-четырех его дружков. Одним из дружков этого авторитета кора Зувура, оказался командир седьмого десятка, мой десятник кор Юдус.

Однажды между нами с кор Юдусом состоялся почти приватный разговор. Почти приватный, потому что в караулке и при свидетелях, но почти по душам.

* * *

— Исправляетесь, как я вижу. — сказал кор Юдус заходя в караулку. — Втянулись в службу…

— Стараемся. — пространственно ответил я.

— Это хорошо. Старание и послушание на службе все. — ответил Юдус прогнав от чахнувшего камина Лысого.


Кстати по кличкам. Лысый пытался ко мне «приклеить погоняло Бастард», за что в последствии получил по зубам. Я еще лояльно поступил, тут за бастарда обычно на дуэль вызывают и убивают без всяких угрызений совести. Сразу скажу, потом этот дурак пытался навесить на Антеро «погоняло», что-то там, то ли Седой, то ли Старый, за что и от бродяги отделался сломанным носом.

Антеро после мордобоя Лысого прилюдно заявил, что он Тухлая Черепаха или Бешеная Черепаха, Черепаха в общем, и никак иначе. Тут к прозвищам относится серьезно, прозвище еще надо заслужить и подтвердить. Так что я временно без прозвища, но всяко лучше быть без прозвища, чем обозначаться «тухлым погонялом — Бастард».

Мы, между прочим, за рукоприкладство не только не пострадали по административной линии, но еще и приобрели негласный авторитет. Впрочем, проблемы у нас наверняка бы возникли, если мы этого дурака прирезали бы на дуэлях, а так, «все как-то на тормозах спустилось».


— Тут тобой важный люди интересуются… Да и я «наводил справки»[35]… Отец твой в соре с графом Илмар… — осторожно подбирал слова десятник.

У меня внутри словно все оборвалось. Ну вот! Началось!

Судя по тому что Юдус осторожничает со словами, все пока не очень плохо, но уже первый звоночек прозвучал. Звоночек это пока еще не набат, но тоже тревожно.

— К моей службе есть нарекания?! — попытался я перевести разговор в другое русло.

— К службе нареканий нет… но не в этом дело… — не принял смены разговора десятник. — Я это к тому, что будь готов…

Совсем неожиданный для меня поворот разговора.

— Я как-то говорил, чтобы вы не носили везде… Не позорили герб короля… — подбирал старательно слова кор Юдус. — Считайте, что ближайшее время это вас не касается…


Этим Юдус признаться ввел меня в шок. Вам наверное не понятно, что он сказал между строк.

Юдус дает разрешение на дополнительную нашу страховку. Одно дело «наехать» на бастарда и его сопровождающего в сюрко с доменом отца, и совсем другое дело «наехать» на исполняющего обязанности слуги короля. Тут сюрко короля все равно что ментовская корочка, от крупных проблем не спасет, но по мелочи придраться сложно.

Уже потом, через два дня, я узнал от Лысого, дурака, но полезного дурака, историю Юдуса. Четвертый сын рыцаря, лет десять и больше служит. Отца, сестер, первого и второго брата убил в переделе собственности какой-то барон. Отнял усадьбу и деревеньку принадлежащую отцу и стал сдавать их в аренду. Третий сын пошел под вассалитет убийцы и стал арендодателем некогда имущества его семьи.

Так-то третьего сына можно понять. Вариантов нет. Выжить бы. А так, фикция правления и сытое место вместо постоянных судебных тяжб или партизанской борьбы. Третьему и так не судьба было наследовать, а тут ему «фортануло».

Однако четвертый сын предательство старшего брата не простил. Юдуса не тронули, но и он ничего не забыл. Просто изменить ничего не может. Один в поле не воин.

Помогая мне инфой, он мстит подобным, кто взял на меч его отца.


— А как же король? — все что я смог выдавить из себя.

— А причем тут король?! — начал сворачивать разговор Юдус. — Про дуэли надеюсь напоминать не надо?!

В другое время «я счел бы это за наезд на меня», но тут другой смысл. Юдус дает подсказку, что пока мы в сюрко, то правила вызова на дуэль на нас не распространятся.

Понятно! Значит, уже бретёры ищут с нами встречу. Только совсем отмороженные или тем, кому заплатили особо много, рискнут навлечь на себя административный гнет. Основной удар наверное будет не через дворянство, а через «ночных работяг» с которых «взятки гладки».

— Доспехи я смотрю, полируешь. — свернул разговор Юдус. — Про оруженосца помнишь?!

А это он сейчас к чему про оруженосца?! Пока я гадал о том, что десятник хотел сказать, он плюнул в очаг камина и пошел на проверку караула.

— Ты понял?! — мрачно спросил меня Антеро, когда Юдус вышел.

— Угу. — буркнул я, хотя ничего про оруженосца не понял. Вечером, без лишних ушей Лысого, переспрошу у него, в чем смысл слов десятника про оруженосца.

— Началось. — коротко подытожил разговор мой отморозок.

* * *

Утро у меня не задалось. Нет, вы не подумайте, я трезв и вчера не очень много пил, кружка или две пива это не очень много, но утро не задалось.

С утра шею как-то странно кололо, резко и пронзительно. От этих уколов я собственно и проснулся. Растер шею, накинул одежду и спустился на первый этаж.

Спросонья я не придумал ничего лучшего, как пожаловаться на уколы в шею Антеро. Его это как не странно заинтересовало в крайней форме. Он попросил меня осмотреть мою шею. Ну смотри, если так интересно, а дальше началось нечто…

— Ты дурак! — это первые слова, которые я могу озвучить из-за цензуры. — Цепь уже почернела!

А вот это уже интересно! Причем тут цвет цепи и моя шея?!

— Вспоминай дословно, о чем ты клялся! — я вырезаю маты Антеро во благо крикливых барышень.


Суть да дело, но вскоре выяснилось, что уколы в шею неспроста. Это утрируя, меня в шею бьет током цепь, а как на самом деле, даже не берусь судить. Одним словом магия.

Это может вам смешно, но тут это обычное дело, вера в магию. С магией, я не то что бы не сталкивался совсем, но как-то и увиденным не особо проникся. Все что я видел, так это как стрелы вроде мазали по бойцам, хотя изначально точно летели по их тушкам. Со временем я счел это глюком.

Ну, была еще пара случаев, когда я видел что простая серебряная цепь на время меняла свой цвет, с белого на время окрашивалась в красный. Дайте хорошие реактивы и любой химик самоучка сделает такой же фокус.

Магия в моем представлении это вызов драконов, молнии с чистого неба по конкретной цели, поднятые мертвецы, ну там шаманство с погодой и подобное этому.

Так вот, я «мальца накосячил». Клянутся в Раян неохотно, вовсе не потому что тут слово надо держать, а потому что «тут ответка не за горами». Цепь на рыцаре это не только статусная вещь, но и способ повлиять на пустобреха.

Как я понял основной принцип из объяснений Антеро, тут в определенный момент такие чудеса возможны. Конкретизирую все что я понял.

Цепь это артефакт, который контактирует с аурой, а может и подсознанием носителя. Не выпытывайте из меня подробности, сам не знаю как это делается или за счет чего эффект.

По факту, когда подсознание считает, что клятва нарушена следует кара. Есть несколько фаз наказания. Я как-то уже пропустил основные фазы. Дошло до крайностей, цепь почернела. По мне так это обычное окисление металла. Мой отморозок еще долго удивлялся, что меня не убило до сих пор. Черная цепь не у бродячего это почти приговор. У бродячих отдельный реестр цвета цепи.

По ходу мой бродяга меня просветил, что снимать цепь с мертвого рыцаря могут только сюзерен и особые люди, которые обладают тайной артефакта. В противном случае наступает смерть от молнии.

Ну, это он совсем вовремя просветил! А я-то все гадал, что это за моя шизофрения, которая мне примерещилась на второй или третий день нахождения в этом мире. Меня при мародерстве рыцаря слегка током ударило, когда я снимал серебряную цепь.

Воспоминания дали мне новую пишу для размышлений. Получается, я имею какой-то иммунитет перед местной магией. При попытке снять цепь меня не убило. Сейчас цепь меня не убивает. Раньше тоже Антеро отмечал что у меня слишком насыщенный красный цвет при клятвах. Добавить до кучи, что тут Землян не любят и уничтожают как демонов и пазл понемногу складывается. Высокое сопротивление к местной магии основа для гонений на соотечественников. Неудивительно, что местные маги, которых по слухам итак немного, ищут «демонов».

А кому нужен антимаг?! Антимаг это угроза для магов, а если антимаг еще даст потомство, которое обладает иммунитетом к магии?

* * *

Потом мы с Антеро напряжено вспоминали дословно, о чем я клялся. Оба случая клятв были в его присутствии. Графу я давал стандартную клятву, малого, временного посвящения. Барону я клялся на конкретике. Если клятва завязана именно на подсознание, а не на ауру, то надо вспоминать, о чем мне пищит током мое подсознание.

После пятнадцати минут воспоминаний перемешанных с матом и руганью, до нас вроде дошло, в чем прокол. Мы вспомнили, что я обещал барону честно сознаться его друзьям, что я самозванец и все в том же духе. Примерно так и звучали слова моей клятвы только более церемониально.

Сказано, то надо делать. «Косяк осознал», спешу исправить. Мне вовсе не улыбается узнать насколько у меня большой процент сопротивления электричеству.

* * *

Уже на конях, я понял, что количество людей, которым надо сказать что я самозванец, не такое и большое. Три, ну четыре человека. Гижек, мой формальный командир сотни. Партнер в контрабанде на Зареке. Список пополняют один пьяница — полубомж в столице, который почему то не спешит променять столицу на баронство Агира. Я чувствовал при посещении полубомжа, что с ним не все так просто. Плюс еще один, о котором я не мог однозначно сказать «друг он или насрано».


С Гижеком, проблем не возникло. Таверна и вино для проникновенности беседы сделали свое дело. Сотнику вообще было по фиг кто я и откуда я. Сдает старый, хватку теряет. Другой бы на его месте давил бы на меня этим компроматом, а ему по фиг.


С Даленом разговор был суровее. Мои пункты авторитета явно просели. Одно дело обсуждать преемственность с наследником и совсем другое обсуждать наследственность с дутой фигурой для отвода глаз. Скажу просто, я много о себе узнал. Маты, ругань, попытка наехать на меня.

Он весь такой честный и замечательный доверился пришлому! У самого рыло в пушку! Не верю, что он весь такой из себя благородный! Насмотрелся на благородных! Благородные, остатки еды среди фекалий ищут! Уж они-то точно никаких клятв не нарушали, потому что клятв и не давали!

В общем, тяжелый был разговор с Даленом. Когда он немного поостыл, то сменил риторику. Деловой человек в первую очередь думал, как ему к своей пользе использовать новую инфу. Как не странно, но то, что я самозванец, пусть и с одобрения барона, в чем-то даже подняло мою значимость в глазах кор Далена.

Это ж какая прямая выгода, если мой самозваный батюшка вдруг резко умрет. Тем более, что люди всегда судят о других людях по сравнению с собой. В глазах Далена читалось что он просчитывает меня на момент моей помощи в скоропостижной смерти «батюшке».

А что?! Я даже не бастард, который мечтает самому править без оглядки на кого-то, так сказать не только человек низкого, неблагородного происхождения, но и самозванец, а значит вдвойне подлец.

С другой стороны Далена наверное напряг момент что Агир пошел на признание меня дутой фигурой, а тут масса моментов которые надо учитывать.

Первое, барон по старости поглупел?! Такую бомбу под себя подложил!

Второе, барон делает хитрую многоходовку?!

Третье, барон приперт к стенке обстоятельствами?!

Естественно, Дален хотел выжать из меня причины почему Агир так поступил, но я уходил от ответа. Условия, что я «буду трещать какие напряги у барона», в клятве у меня нет. Поставил в известность и все, условие соблюдено.

Еще одним моментом было то, что Дален хотел «отжать проценты от сделок под шумок, но хер ему». Все прошлые договоренности в силе. Иж ты!

Пытался Дален и сыграть на полученной инфе. Вскользь пытался меня сагитировать, что мне лучше завалить моего названого отца и самому решать сделки. Скользко строил фразы чтобы их можно было понять двусмысленно, вроде сказал невинную фразочку, а подоплека грязная. Это на случай, чтобы ему предъявить ничего нельзя было. Страхуется.

Зря я, по ходу, доверился ему. Жучара! Это он еще не знает, что названого отца сейчас прессует граф Илмар. А может и знает и ищет запасной аэродром?!


С полубомжом разговор вышел занятный. Его халупа на окраине Вонючего города оказалась гостеприимной. Урван, да именно просто Урван, без всяких кор и им подобных, оказался самым лояльным. Нормально посидели, выпили вина. Именно вина, причем не самого дешевого, чтобы я начал подозревать в нем не просто полубомжа, а человека на ставке. Свой агент у барона в столице не иначе. В прошлый визит он мне настолько не раскрылся. Старею видимо, разучился видеть двойное, тройное, четверное дно в людях.

Урвану вообще было по фиг кто я и откуда я. Я бы удивился тому как он выжил среди отбросов общества Вонючего города, но вовремя понял, что за ним сила. Вот он грамотный вор в законе, который не выпячивает регалии и косит под простачка. Сразу скажу тут воры не наши воры в законе, хватает сил чтобы их урезонить и потому они лучше маскируются.


Четвертый разговор был так себе. Ни за, ни против этого разговора сказать не могу. Странное ощущение у меня оставил последний дед, именно дед, а кем еще может быть друг у старого барона.

* * *

Кор Равур, дед годами за семьдесят. Живет в Злом городе. На лице куча морщин и несколько шрамов, в основном с левой стороны лица. Глаза бледные, как с поволокою. Губы мясистые, но бледные. На лбу и по щекам черные, бесформенные точки какой-то старой болезни. Оспой что ли переболел? Одет в камзол. Ног не видно из-за стола. На наше появление кор Равур не соизволил встать. Побрезговал встать даже для приветствия или и в самом деле не может?! Хотя и в прошлый визит, когда мы передали ему письмо, он тоже не блистал здоровьем.

— Вы не спешили! — вместо приветствий и расшаркивания произнес старик.

Вот так номер! Он нас оказывается ждал!

— Спешили? — переспросил я, и без соизволения присел на пуфик у окна.

— Я так понимаю клятва дает о себе знать… — сказал дед и закашлял до крови на салфетке, бережно спрятанной за столешницей.

Мы с Антеро переглянулись. Какая щука оказывается водится в местном болоте.

— Подойди! Глаза уже не те! Дай на тебя взглянуть! На твою цепь! — хрипел старик по которому без всяких гадалок можно понять, что он одной ногой в могиле.

— Вы знает о клятве? В письме было? — сказал я, подходя, вытаскивая цепь спрятанную под одеждой.

— Ну, как я и думал. Цепь уже черная… Плохо ты знаешь своего отца. — усмехнулся кор Равур. — Такое даже в зашифрованных письмах не прочитаешь…

— Откуда?! — за все время подал голос изумленный бродяга.

— Догадался. — жестко отрезал старик. — Кем я по вашему работал почти всю жизнь?!

Мы с моим отморозком опять переглянулись. Это на кого мы нарвались.

— Тут не только кость… — постучал себе пальцем по лбу кор Равур. — Я раньше был секретарем на службе… Км-м, это все что вам надо знать…

Ага, как же! Судя потому как ты соображаешь и секретничаешь, ты «особист местного разлива», не меньше. Опыт не пропьешь. Сам от старости сыплешься чуть ли не на глазах, но «ушки торчком при первых намеках что кто-то продал Родину».

— Давай говори, что должен был сказать и проваливай. — не стал миндальничать старик.

— А мне надо говорить, раз вы обо всем догадались?

— Конечно надо! Догадки догадками, а услышать все же лучше. О чем ты кстати поклялся?

— Что все расскажу друзьям барона.

— Ну рассказывай!

— Я самозванец. Я поклялся об этом честно рассказать друзьям барона. Я подставная фигура для убийц от графа Илмара, чтобы бастард барона Агира спокойно вступил в наследование землей. За это барон устроил меня в армию. Вроде все.

Старик долго молчал. Как-то по странному смотрел на меня, шикнул на слугу принесшего горячий отвар с каким-то лекарством, но все же спровадив слугу отпил отвар.

— Интересно. Кто бы мне такое сказал бы, не поверил бы… Я думал ты тут по другому вопросу… Впрочем не важно. Агир мне что-нибудь велел передать на словах? — после пару минут молчания прокашлял старик.

— Нет, это общие послание всем друзьям барона…

— Друзьям?! — усмехнулся старик. — А они у него еще есть в столице? Я последний из нашей компании. Агир тебе этого не говорил?

Ну, здравствуйте! Тьфу ты, блин! Это что получается, я зря карты раскрыл перед тремя людьми до старика и сам себе на пустом месте устроил проблем! Агир, блин, тоже молодец! Не мог с самого начала конкретизировать кто у него друг, а кто так, партнер или случайный пассажир!

— Кому ты еще это рассказал?! — вдруг прорезался властный голос у кор Равура. — Я по твоей физиономии вижу что ты наделал делов!

— Не многим. Трем. Кор Далену, кор Гижеку и Урвану…

— Гижек не опасен. Урван свой человек против барона интриг вести не будет, а вот Дален змея. Как ты вообще догадался с ним откровенничать?! Дурак! Не-е, рано мне еще умирать! Сначала за тобой надо подчистить…

— Да откуда я знал?! Агир не сказал кто у него друзья, а кто опасен для него… — начал оправдываться я, но был перебит стариком.

— Узнаю Агира! Кинет щенка в воду и смотрит как тот будет выплывать. Потонет туда ему и дорога. Выплывет… — закряхтел старик, но потом вдруг резко сорвался на крик. — Не, Агир! А отец! На худой случай барон! Уши есть везде! Не та пошла молодежь, думать разучились!

Антеро, от крика кор Равура на меня, только усмехнулся. Ну да, что-то все старики на меня кричат в этом мире. Видимо это моя карма быть вечным дураком и бестолочью для всех стариков. Равур видимо заметил тщательно скрываемую усмешку Антеро. Это я научился видеть малейшие тени эмоций на его словно каменном лице, а Равур то как просек?! Опыт?

— Да не стой ты там. Садись. Сейчас позвоню и вина принесут. — это старик не мне, а Антеро сказал. Ну, понятно! Сейчас будет что-то вроде клуба от престарелых по интересам гнобления меня.

Дальнейшие моменты «моего прессования», я лучше упущу. Скажем так, я многое о себе новое узнал и обогатил свой словарный запас мата и ругани. Даже Антеро, а он еще тот матерщинник, временами довольно морщил усы, услышав для себя новые словесные обороты.

Кор Равур уже забыл что хотел меня выгнать, после того как я ему все расскажу. «Одной ногой в могиле, но хлебом не корми, так хочет надо мной словесно поизмываться».


Если сделать цензурную выжимку сказанного, то сказал кор Равур не очень много, но все конкретно. С Дален теперь надо держать ухо востро, этот … в общем, много проблем может сделать. Отдельно меня старик предупредил, что верить Далену нельзя, в любом его предложении будет свой подвох. Кто не понял, это старик намекает, чтобы я не велся на предложение Далена ускорить прощание с моим названым отцом. И ведь что важно, я по разговору с Даленом прошелся верхами, суть его слов не сказал, да и Антеро молчал, а Равур все «сам просек».

Что тут говорить, словесно меня поимели рад десять. Я даже устал краснеть осознавая свою тупость. Одно только хорошо во всем этом позоре. Равур обещал мне помогать на первых порах советами, его связями, да и просто предложил нам с Антеро пожить у него.

Насчет того чтобы пожить, да тем более на халяву это конечно лестно и выгодно финансово, но не вариант. Несколько часов на дорогу из Злого города до Шакши кроют медным тазом это предложение. Кто жил в Москве, и тратил по несколько часов добираясь до места работы и от места работы домой, те поймут.

Да и вот еще что. Не надо быть такими наивными. Бескорыстная помощь моей дутой фигуре присланной от старого друга барона Агира, которого Равур не видел много лет?! Хм-м, свежо предание, но вериться с трудом. Я совсем не верю в бескорыстие помощи от старика. У него тут свой местечковый интерес. Я вообще считаю, что Равуру «на меня и барона плевать с большой колокольни», просто скучно старому целыми днями ждать смерти и ничего не делать. А тут, со мной хоть какое-то развлечение…

Глава 2 Петля сжимается, ротация, а я ищу оруженосца

Со времени нашего посещения кор Равура прошло два дня. Надо признаться страху на меня нагнал старик. Местных жителей нельзя считать тупыми в деле убийства себе подобных, тут они и современных жителей Земли могут многому научить. Так же не надо считать, что в королевстве Скаген совсем не работают законы и что тут бандитский беспредел девяностых. Тут все сложнее и тоньше. Вольницы конечно хватает, но за некоторую, вроде ерунду, тут можно «неплохо отхватить» от всех группировок дворян.

Для примера, Равур подтвердил мое предположение, что до воина в сюрко короля сложнее докопаться. При действительно серьезных замесах, никто конечно, не будет смотреть на герб твоей униформы, но из-за ерунды вызвать на дуэль слишком напряжно.

Есть правда в этом негласном, неписаном правиле исключение, о мести по кровной вражде, тут за такое и на короля «ложат с прибором». В остальном, на время ношения сюрко короля, я от бретёров защищен.

К тому же, герб химеры — пса с рыбьим хвостом вместо головы, меня не спасет от нападков всякой черни и наемников, золото все риски перекроет, а репутационные потери им не грозят. Другое дело, а зачем платить много, если можно более простыми и привычными способами все решить?

Старик Равур меня успокоил, что до определенного времени меня будут пытаться убить обычными способами, зачем убийцам переплачивать в два-три раза дороже, если можно за обычную цену меня успокоить.

Эти два старых мудака[36] даже поспорили на меня, сколько мне удастся прожить. Совсем моего присутствия не стеснялись, ущлепки! Антеро на меня поставил десятку золотом, что я месяц протяну. После подумав, добавил новый спор еще на пятерку, что я два месяца протяну! Вот и вся вера в меня моего отморозка!

Это он мне еще польстил, по словам Равура. Эта развалина считает, что я протяну около двух недель, максимум три, но никак не месяц. Это я ему случайно такую пищу для размышления подкинул, рассказав о словах моего десятника, передавшего, что мной интересуются…

* * *

Когда мы ехали от кор Равура, Антеро мне сказал, что глупо упускать возможность заработать. Он меня лучше знает и уверен, что я всех еще «не раз обламаю».

После этих слов я на него даже обижаться перестал. Сам я, если подумать и вспомнить, не лучше. Помниться я спорил на исход дуэлей с Антеро. В первый раз у меня вообще был беспроигрышный вариант. Я тогда думал просто, победит мой дегенерат и я срублю денег, а умрет дегенерат, то я сбегу пока мне язык не отрезали «за базар». От того что за мной помимо десятка воинов, побежит еще тот кому я проспорил все равно «погоды не делало».

По ходу Антеро перенял у меня некоторые моменты беспроигрышных вариантов. Все равно, ему не служить королю, если я сдохну, а так, хоть по деньгам поднимется…


Через два дня после посещения Равура произошло событие которое прозвучало уже не тревожным звоночком, а первым звоном колокола. Нас Антеро вызвали к сотнику, к кору Гижеку. Гижек пытался сгладить неловкий момент, угостил вином, но от этого новость не стала более благозвучной.

Нас с Антеро временно разделяют по разным сотням. Тут такое не принято, разделять бывшего наставника и его подопечного, но вдруг неожиданно произошел форс-мажор, несколько человек в девятой сотне заболели. Так сказать, им в усиление временно отправляют меня.

Всем нам троим, не надо было объяснять причины, таких кадровых перестановок. Мы с Антеро ожидали в ближайшие время всяких подлянок, и эта вроде мелочь, вполне в духе власть имущих и тугого кошелька. Гижек после моего глупого признания о моем самозванстве тоже что-то начал понимать. Не знаю, что он понял, но наверняка он не дебил и понимает, что моя фигура замешана в политике пограничья.

Указ спустился сверху. Тысячник, «лощеный пиз…з» просто поставил в известность кор-сэ́ Загра, что надо временно усилить девятую сотню и о чудо даже назвал конкретные имена в усиления. Для бального плясуна, что формально по бумагам управляет тысячей, знать поименно кого-то в тысяче, поменьше мере странно.

Ну как же! Всего-то делов, дать увольнительные кому-то в девятой сотне и под этим соусом вызвать подкрепление. Меня и еще нескольких человек, чтобы не было заметно мое убийство. Убить одного переведенного, и убить одного из нескольких переведенных, это разные вещи. Смерть одного среди нескольких переведенных это случайность. Смерть единственного переведенного это конкретный маркер что был заказ.

К слову сказать, девятая сотня это почти отбросы тысячи. Тут такая градация, что первая сотня в тысяче лучше второй, вторая лучше третьей и так далее. Десятник первой сотни выше по званию десятника второй сотни и так далее. Тоже самое касается и тысяч.

* * *

Гижек что-то вешал, что мое понижение это временно, что формально он мой командир, а я временно откомандирован. Он дурак или претворяется?!

Тут дело вовсе не в понижении. Цель разлучить меня с Антеро, довесок ко мне бродяги, лишний неучтенный фактор, от которого лучше избавиться перед операцией.

К тому же девятая сотня это не пятая. Пятая частично патрулирует Шакшу и частично на обороне Холма, а девятая сотня патрулирует ворота между Шакшей и Скотным двором и сам Скотный двор.

Скотный двор это уже не место проживания дворян, а постоянная текучка торговцев, наемников, черни. Скажем так, более криминогенный район. Об этом городе я могу много что рассказать, все таки тут живу, правда почти у самих ворот в Шакшу, где намного спокойнее.


— Насколько меня переводят? — неожиданно для себя я услышал свой голос на новость от Гижека.

— На неделю… Две… — запнувшись кор Гижек добавил, показав что ничего не решает. — Три… Пока не выздоровеют… Через месяц по закону больных комиссуют, так что это самый большой срок…

Угу! Так я и поверил! Если я протяну месяц, то что-то новое придумают, а мне этот месяц еще протянуть надо…

* * *

Жизнь вильнула задом. После визита к Гижеку, новой неприятной новостью стало то, что мой выходной заканчивается тут же, а не через день. Нас с бродягой еще и в разные смены поставили. Он в дневную, а я в ночную и наоборот. Иди теперь на службу не выспавшимся. Мелочь, а неприятно.

Хотя какая мелочь?! У нас теперь разные периоды бодрствования и сна, даже вне службы на выходных, которые тоже не совпадают. Сомнительно, что мы теперь будем вместе. Как там у римлян?! «Разделяй и властвуй».

— Иди. — вместо напутствия провожая меня на службу выдавил из себя мой отморозок. — Помни, я на тебя поставил!

Ну, спасибо! Напомнил. Такую злость во мне пробудил. Ну уроды, я конечно не могу с вами рассчитаться, но назло вам буду жить.

* * *

О дальнейшей рутине рассказу по касательной, не стоит это болото подробного пересказа.

Я постепенно вхожу в новый распорядок дня. Десятник у меня попался явная крыса и стукачок. Десятник девятой сотни, седьмого десятка Катэ. Да именно Катэ без всяких «кор». Катэ! Что за имечко то?! Катька!

Десяток тоже как на подбор, вечно бухие или под хмельком парни. Хотя тут наверное я наговариваю от раздражения. Сам не ангел, а от нервов мне сейчас в любой тени мерещится убийца.

Десяток стоит на страже ворот между Шакшей и Скотным двором, изредка патрулируем улицы ночного города.

Катэ, «коленвал ему с проворотом в зад», на второй день знакомства с ним, в дневной страже сказал, чтобы я не носил сюрко с гербом короля в свободное время, типа не по уставу. Катэ это не Юдус, что вошел в мое положение и подсказал как минимизировать риски.

Одно хоть радует, до места караула мне теперь добираться всего ничего.

Теперь «травану» о моих предосторожностях. Сразу после ночной смены, на которую я попал как только распрощался с Гижеком, я начал страховаться.

Страховка?! Ну как вам это объяснить, интуиция. Держусь центральных улиц даже если кто-то там подвывает в подворотне сексапильным, женским голоском что ее насилуют. Наивные, так я и повелся на «замануху». Ну, а если и в самом деле было насилие, то сори барышня, я тоже жить хочу. Тебе что, отряхнулась, слезки утерла и дальше пошла, а мне «пропустить вспышку», значит умереть.

Эй! Вы там, не войте романтичные барышни и прыщавые мальчики! Вступался я уже в этом мире за изнасилованную девочку, чуть сам не подох. Мой лимит благородства исчерпан с тех пор, как на меня начали серьезную охоту. Дворян полна столица и что я самый рыжий, влезать во все «кипиши»?!

Еще раз! Самые духовитые, что вы тут «предьявы» мне строите?! Сходите что ли в армию, там от какой дури быстро отучают. Смешно сказать, я три года до армии не матерился, отучил меня подзатыльниками батюшка в церкви, а точнее под церковью. В армии не прошло и восьми месяцев, как я опять начал материться, что рекорд — обычно те кто считают себя интеллигентами начинают материться спустя месяц. Что тут сказать: «Кто в армии служил, тот в цирке не смеется»…

Еще одним элементом моей страховки стало сворованное на рынке стекло.

Да, даже не начинайте! Тут все бутылки из глины, а стекло вещь дефицитная. Как своровал не буду трещать, сделал и все тут.

Любители шпионских погонь наверное подумали, что я сделал себе зеркало и стал подсвечивать себе за спину. Ну, так то, эти любители шпиономании не так и не правы, с поправкой что тут вместо зеркал используют мелкие, медные пластины, начищенные до блеска.

Опять сознаюсь, такое вот женское зеркальце я стянул у хозяйки дома в котором мы арендуем комнаты. Антеро ее огуливал в меру его старческих сил, а я покопался в её ненужном имуществе. Потом она долго искало свое зеркальце по всему дому, а я с невинной рожей помогал ей в поисках. А вот не надо разбрасываться вещами!

Да, и еще, посмеюсь немного. Антеро, Дон Жуан доморощенный, ей зеркальце купил на следующий день. Совсем в последние время крыша у него поехала, подкаты бабам начал делать, хотя итак все на мази.

Впрочем, вдова с собственной жилплощадью в столице, это он хорошо подсуетился. В случае моей смерти у него есть запасной аэродром…

Стекло мне нужно совсем для другого. Скупил десяток куриных яиц. Часть пошла на яичницу. В шести оставшихся я проколол костяной иглой маленькие дырочки и вылил содержимое яиц. Внутрь засыпал смесь мелкого толченого стекла вперемешку с такой же толченой солью. Пришлось отдельно докупать кусок кожи и кроить себе маленькую сумочку под форму яиц, для переноски боеприпасов. Больше трех яиц за раз в сумочку не помешается, но мне и этого хватит при напрягах.

Для тех, кому не доперло. Яйцо в глаза, и больше ничего от жизни человеку не надо. Некоторые воры носили в карманах соль для того чтобы при опасности кидать ее в глаза. По-моему, они извращенцы или я не знаю какой-то хитрости при переноски соли в карманах.

В армии для «косяков», которые любили совать руки в карманы, эти карманы набивали песком и зашивали. После пробежек такие гематомы образовывались, что как они вообще ходили, непонятно. Для повторных залетных «косяков» эти карманы уже зашивали солью.

Надо ли пояснять что соль и стекло в глаза это хороший стопор для нападающего.

Если найдется такая скотина, что начнет заявлять, что я не имею чести и не следую кодексу Бусидо или романтичным, розовым представлениям о рыцарях, то я вас успокою. Меня тоже все без всяких правил будут резать. Это жизнь, а не сопливая романтика.

* * *

Отдельно расскажу о своем поиске оруженосца. Тут двумя словами обойтись не получится.

А на хрена мне оруженосец?!

Так-то он мне не нужен, но этот дополнительная страховка. Так сказать следит за тылом, ну и на посылках полезен.

Как я понял, с оруженосцами у всех в тысяче проблемы. Оруженосец, оказывается, сильно повышает статус рыцаря в службе короля. По штату они должны быть у всех, а на практике не в каждой сотне есть несколько оруженосцев.

Поясню. Кому такая придурь в голову придет, идти в оруженосцы к служивым?! Служивые, конечно не безземельные, но тоже не велик ранг. Нет, ну конечно бывают перспективные по родословной воины или по договоренности между домами дают в оруженосцы ненужного сына, но это исключения из практики.

Я как всегда решил пойти другим путем…

* * *

Что такое рынок на Скотном дворе? Это нечто непередаваемое. Попытаюсь набросать основные штрихи восприятия.

Вонь; звуки мычащих коров; гавно на утрамбованной земле по названию улица; постоянный крик торговцев; крики держи вора; как не странно запах чеснока и лука; бренчание по струнам каких-то придурков, которым «медведь на ухо наступил»; балаган от каких-то заезжих гастролеров; и запах специй…

Я в сюрко короля еду на Колбаске.

Так плевать на Катьку! Ну будет словесный выговор, ну настучит, но мне моя жизнь дороже.

Совсем в глушь рынка не суюсь. Опасаюсь. А в глуши, есть на что посмотреть.

В Скотном дворе торгуют не только убитой и пока еще живой скотиной, но и людьми.

Именно людьми. И не пытайтесь меня подловить на словах, что рабства в королевстве Скаген нет. Это не рабство, а долговое рабство. Все-таки есть разница. Никто тебя не просил брать кредит, не просил продавать своего ребенка за миску еды. Формально долговые рабы имеют права, а на практике как повезет.

Ценителям напомню о святоче философии Аристотеле, отце наук. Что там потомственный аристократ из династии врачей говорил о рабах?! Не помните?

Огрубляю, сведу его речь: «к святой простоте русской речи»[37] «Раб сам выбирает свою судьбу, умереть ему рабом или свободным человеком. Если человек раб, то он сам выбрал свою судьбу».

В защиту Аристотеля скажу, что многие домашние рабы жили лучше, чем пролетарии. Свободные голодали, а домашние рабы умирали от ожирения.

Как там, в госпитале говорил мне один морячок в авторитете: «Главное не упасть на палубу. До конца службы будешь ее драить. Палуба не очко, но зае…».

Тут с рабством примерно такие же расклады. Не ждите от меня того, что я все вам раскрою, того что сам не знаю. Основное я понял, а в нюансах «сам дьявол ногу сломит».

* * *

Мой путь в людском море прервал один инцидент. Сразу скажу, я хотел купить себе раба. И давайте без всяких воплей, ну, вроде не глупые люди.

— Держи вора — крик, почти сразу сменился стоном.

Бабе из черни не повезло. Рыбина в лицо это только у Чарли Чаплина смешно. Такой хлесткий шлепок по лицу, что даже я проникнулся полученной пощечиной.

Еще раз! И что блин произошло?! Ну, получила баба мальца и что?! Трамвайные воры, нос битвой срезали самым крикливым, еще в семидесятых.

Вор убегал. Петлял, разминался с подножками, миновал весомые, но медлительные удары кулаков. Один из инцидентов на рынке и что тут такого, но меня привлек этот парнишка. Смешной, рисковый.

Баба выла и не унималась. Я не знаю, что он у нее подрезал, но ее вопли начали меня доставать.

В общем, я кинул «со всей дури» серебряной монетой ей в лицо, лишь бы заткнулась. Со стороны это рыцарское благородство, а на деле, так она достала резать мне уши своими визгами. Жирная, не бедствует, а все тоже. Обокрали!

Я даже услышал в спину шепоток что «благородные занимаются благотворительность». Ну, если поставить синяк монетой это благотворительность, то я блин, меценат.

Не, я конечно, когда меня обворуют, сам буду тоже кричать, но есть же мера! Ну, повыл минуту и хватит, лавочка с шоу сворачивается. Фортовый уже убежал, где его теперь ловить, так что забудь. Не оголодаешь ты, жирная бабешка.

* * *

Через полчаса, я не доезжая до рынка с двуногим скотом заметил продолжение веселья. В узком, боковом переулке легко можно было узнать везучего вора. Хотя, как сказать везучего…

Малолетка, около одиннадцати. Худой. Тело костистое. Длинные руки с тонкими пальцами. На голове что-то непонятное по прическе — зарос. Борода и усы даже не пробиваются. Глаза пронзительные, серые. Одет в что-то непонятное, не с его плеча. Обуви как таковой нет, босой. На щеках веснушки. Понять пегой он или рыжий трудно, какая-то смесь цветов.

Лишних слов не было. Вора зажали в подворотне четверо таких же малолеток в рванье. Ну понятно, это передел между своими.

Я, если честно, тоже бы проехал бы мимо узкого переулка, но чувство постоянного напряга не отпускает меня. Постоянно смотрю по сторонам.

Начало приватного разговора я пропустил, но в финале поучаствовал.


Паренька пытались бить, а он пользуясь кишкой узкой улицы дрался как лев. Заводилу даже вырубил. Вожак прессовал подшефных в наступление. В руках у них мелькали заточенные деревяшки, типа ножи. Малолетка ничем от них не отличался, но только размахивал кухонным ножиком.

Триста спартанцев, блин! При поддержке пятитысячной армии в засаде, в ущелье против двухсот с лишним тысяч оккупантов. Не-е, герои, это само собой. Но и подвиг войск поддержки не надо замалчивать.

В общем, рубился вор, как мог. А тут я нагрянул. Слегка бухой, слегка настороженный.

Чем отличает убийство малолетки от убийства взрослого? Не спорю, что это не очень красиво, им еще жить и жить, но так получилось. Не я, так они бы сами умерли в переделах.

* * *

Любителям классики и Достоевского скажу только то, что как-то вы измельчали. В общем, о чем главный посыл «Преступления и Наказания»?!

Неотвратимость наказания?! Чушь!

Муки совести? Чушь!

Плаксивая интеллигенция? Чушь!

А вот не чушь, то, что для русских само собой разумеющиеся понятие «совесть»[38].

В других языках такого понятия нет. В восточных языках есть понятие: «Потеря лица», то есть главное чтобы «не запалили позор», а так делай что хочешь.

В европейских языках равнозначного термина «совести» тоже нет. То, что мы переводим под наши лекала это огрубление понятий. Европейцам не понять Русскую душу из-за одного только этого емкого термина, а таких же сложных терминов больше десятка.

Светило, блядь, Русского народа Толстой, который плакал, что ему пришлось убить Болконского, потому что так сюжет поворачивался, ну не мудак ли?!

Не, ну все понятно, надо так надо. А зачем оправдываться то?! Ну, хотел показать красоту неба и тщетность бытия после измены Лизы, а зачем врать-то? Отправил бы отдыхать на воды и закрутил бы Болконский роман с итальянкой, так правильнее, жизненнее и без надрыва. Так зачем Толстой оправдывался? Испугался гнета общественности?!


Так вот. Как вам сказать. Я сделал, то, что сделал, и сами меня считайте тем, кем считайте. Я убил в спину двух малолеток. Это так просто. Удар, еще удар и у тебя перед глазами валится вожак убитый вором.

К черту справедливость и романтику. Хотя за справедливость я любого порву, даже самого себя.

«Живешь не по справедливости, то справедливо тебе умереть». — отголосок старого воспитания и мировоззрения. — «Справедливость, это не аксиома и не закон. Справедливость это весы, балансирование на грани морали, совести и законов».

Именно законов!

Закон это не справедливость, это область приказа вторгающаяся в область морали. Пока жива мораль и справедливость, законы о том, что надо уступить дорогу машине скорой для спасения жизни не нужны. В некоторых ситуациях справедливость решает просто, бить, и потом под суд. В этом и весь Достоевский с совестью и справедливостью. И главный его посыл вовсе не в трусость и в муках совести студента, а отмороженность главного героя, готового умереть за справедливость.

А как вы хотели?! За свой порыв надо платить! И это справедливо! Закон может быть несправедлив, но ответственность твоего выбора справедлива! А что я тут вам философию втираю? Все равно не поймете. Расскажу лучше о спасенном.

* * *

Парня зовут Улейв. Сопит, потирает ушибы и не знает что от меня ждать. Я бы на его месте, тоже бы не знал бы, откуда подлость вылезет. Предложения из комплекта: «А пойдем ко мне домой», тут сразу котируются, как тухлые. Ушлым напомню, что долговой рынок рядом, а спрос на пятилетних, которые в двенадцать становится не только прислугой, но и «вафельниками», тут очень большой.

Два покойника с моей стороны, вроде как положили начало разговора, парень еще мнется и не знает, что от меня ожидать.

— На колени юныша! — услышал я свой подбухнувший голос. — Как там тебя?! Один фиг! Нарекаю тебя?! Нарекаю тебя Гумусом!

Надо признаться, что мой оруженосец от моих слов офигел не меньше чем я, в свое время, от слов Антеро. Стоял и тупил!

Картинка сюрреалистическая. Четыре трупа у наших ног, паренек с кухонном ножом в руке и латник с сюрко короля что-то с заумным видом вешающий.

Что тут говорить, пришлось пнуть своего будущего оруженосца, чтобы он упал на колени. Я воплощение пафоса и непререкаемости закона. Аз есть!

Если вы меня спросите почему я так поступил, то «идите лесом». А чем вор хуже раба?! Обворует?! А что у меня воровать, тому, кто со мной повязан кровью?! Тем более что деньги давно уже хорошо «заныканы» на чердаке у вдовы.

Глава 3 Прописка в оруженосцы Гумуса, первое покушение, мой закос под больного и прочие

Гумус это прикольно звучит для некоторых, а по латыни это «дерьмо». Если честно, то точный перевод «земля», но она от дерьма мало чем отличается. Спасибо Антеро, что назвал меня «Бестолочью», а я просто продолжаю традицию. Это я о том, что мой оруженосец «дерьмо». Я просто следую традиции, что тут же объяснил своему оруженосцу.

Какие на хрен, возражения! Тебе почет и честь! И так я плевал на то, что ты думаешь! Гордись, блин! Ты теперь свет и опора рыцарства! Не вижу «довольной лыбы на лице»!

Так то, я не был уверен, что он не сбежит от меня в первую же ночь, по возможности прихватив, все что плохо лежит.

Сбежит, ну и «попутного ветра ему в попу». А не сбежит, то совсем другой расклад. Я сам это на своей шкуре проходил, но в отличие от Антеро запугивать новобранца не стал.

Пустое это. Воришке, есть где спрятаться в столице. Зачем «лишний барагоз», еще свой авторитет пустыми словами опровергать.


Малолетка на мое удивление не сбежал ни в первую ночь, ни во вторую, когда я был в карауле. Вроде бы, воруй все что плохо лежит пока хозяев нет или они спят, а вот он такой правильный оказался.

По поводу караулов. В караулы я Гумуса не брал, не особо ему доверял. Зачем знакомить с общественность, того кто через пару дней «станет на лыжи»?!

Действительность меня поразила.

* * *

По возвращению со стражи я застал Антеро и Гумуса на первом этаже дома. Мелкий отжимался, а старый стоял над ним с палкой.

Вы не подумайте, старый его особо не бил. Ну, так мальца, не от души что называется.

Еще раз для всяких глазурных!

Малой воспринимал отжимания как игру, а палку по спине, как элемент игры.

Я хренею! Я бы еще понял бы, если бы кто другой, а не одиннадцатилетний воспринимал бы отжимания за игру, но не мой мелкий! Мало того, что это возраст юношеского максимализма и противоречия взрослым, но к тому же, я не ожидал подчинения кому-либо от это от малолетнего убийцы.

Тут я и почувствовал свою чуждость с местными жителями. Вам может это показаться наивным и смешным, а вот такая моя противоречивая душа. Мне проще воспринять грязь и вонь средневековья, но не то, что нас рознит в эмоциях.

Я воспитанный на рассказах о семилетних, которые снимали караульных фрицев из дамского пистолета через полушубок вместо глушителя, как-то не догонял пластичности подростковой психики. Ребенок на войне это уже взрослый, ребенок убивший это уже взрослый, ребенок в среде воров это уже взрослый.

Да что я вам загоняю. Мне самому непонятно, почему мой малой повелся на физуху. Может у психологов и есть какое-то объяснение этого факта, а я не психолог. У психологов триста направлений и они сами не могут между собой договориться, так что и вы не ждите от меня внятных объяснений.

Одно скажу. У меня друг поймал на слове и желании своего пятилетнего сына. Хочет пятилетний быть разведчиком и батя его на этом поймал. Типа, а ты знаешь что разведчики пятнадцать раз подтягиваются, а ты и одного раза не сделаешь. Сделаешь?! Ну не все же сразу! Надо тренироваться!

Наверное, Антеро поймал Гумуса на этом. Другого объяснений того что мой оруженосец тянул из себя жилы в физухе, я не нахожу.

* * *

— Это что тут происходит?! — выдавил я охренев, увидев отжимающего Гумуса.

— Проходим посвящение в оруженосцы! — подмигнул мне мой отморозок.

Вот ты!..

Не сочтите меня за полного неадеквата, хотя временами, я таким являюсь. А что вы ждали от человека, который тащил на своем горбу камни в мешке в дополнение к кольчуге и бежал вслед за конем отморозка?! Что тут сказать, копец мелкому. Антеро его «задр…ит».

— Гумус! Встать! Я твой рыцарь! — сам от себя не ожидая, проорал я. — Жрать мне неси!

Мой дегенерат посмотрел на меня с укоризной. Дескать, я мешаю воспитывать молодое поколение. А вот не надо старый, на меня смотреть с укоризной. Главное единоначалие!

Впрочем, о чем это я. Впух Гумус. Я поев, подтвердил его пытки с моим наставником и сам с палкой стал над его тушкой. Воин ты или насрано?! Я воспитаю из тебя мужчину!

* * *

Я еще раз удивлюсь, но даже через четыре дня Гумус от нас не сбежал. Достали мы его наверное изрядно, но он ничего, крепится. На второй день Антеро, отрывая часы от отдыха, стал его учить биться на мечах. Тут понятно, без вариантов для мелкого его победить. Я на третий день подключился к тренировкам на орудие.

Что тут сказать. Позору я хлебнул изрядно. Меня сделал малолетка в бою на ножах, а точнее их имитации.

Пусть он достал меня только один раз из пяти заявленных, но достал в печень. Печень!

Печень, это пять-десять секунд жизни. А что я хотел?! Вор! Бьют, так бьют!

Я еще сделал ебло кирпичом, что так и надо, типа я научил, как бить в печень. Типа я сам раскрылся, подставился под удар. Сенсей, блин! Было даже желание, прекратить тренировки на имитации ножа, а зачем мне позориться?!

Слава Богу, я себя преломил. Ну, обосрался! Бывает! Не только учитель учит ученика, но и ученик учит новому учителя!

Затихли романтичные?! «А я вам базарю на зуб», что это так! Вот будет у вас своих пятьдесят учеников в разной степени подготовленности, тогда пожалуйста спорите со мной. Насчет пятидесяти вру, сорок три.

«Стул» — гопник, через две недели, восьми тренировок по три-четыре часа в лесу, отоварил троих таких же гопников, что до него докопались, рейкой от забора, несмотря на то, что троица тоже рейки выломали. Он вершина моей преподавательской гордости. Потом он в армейскую разведку попал и не раз мне говорил по пьяни, что это благодаря моим методам. Лестно, блин.

К чему я это?!

Это я к тому, что за Гумуса мы взялись вдвоем с Антеро. Когда он отдыхал — я не знаю. Сенсей в Хапки-До мне говорил, что подготовленному бойцу надо только три часа для сна. Врал! Пять!

Я это к тому, что когда я приходил с ночной, то я пока силы есть, прокачивал малого. Потом я спал и перед моим выходом на смену я замечал, как Антеро напрягал малого. Ладно бы мы его напрягали, но он фанат и сам тренировался, пока нас не было.

Еда и крыша над головой есть, а хули тут не тренироваться?!

* * *

На пятый день моего знакомства с Гумусом я забрал его от греха подальше, с собой в караулку. Не, вы не подумайте про грех, но мой отморозок слишком разошелся с нагрузками. Грузит малого камнями. Даже не так как меня не грузил! Масса у малого тридцать килограмм, а он с тридцатикилограммовыми камнями приседает. Пипец.

Любители от физкультуры, которые на двух пальцах отжаться не могут, ну не войте. Проставьте мне бочонок пива и вам на спор такую лекцию про физуху прочитаю, про сердце, легкие, режимы, питание и гормональные сбои. Я не спорю, что любой серьезный спортсмен знает больше меня, но я тоже по своей шкуре знаю хоть что-то.

Что тут говорить, забрал малого с собой и все тут…

* * *

Надо признаться, что малой внес новую струю в нашу жизнь. Я как-то забыл что меня ищут убийцы. Даже не так, меня уже нашли убийцы, но пока не знают как ко мне подобраться.

Забыл я даже и про то, что оруженосец прикрывает мою спину в бою, а малой оказывается все помнит…

Взяли нас на переходе. Врать не буду, я лажанулся! Расслабился! Меня сняли прямо из седла. Я от падения с Колбаски растерял последние, не пропитые мозги. А шутка это ли упасть с полутора метров на камень мостовой?!

Врать не буду, что я типа сгруппировался, так получилось просто, инстинкты.

Тут бы я и подох бы в ночи на Скотном дворе, но был еще один маленький фактор моего выживания.

Гумус вмешался сразу. Он следовал за мной в ночи и его просто не заметили, а может просто не учли. Что с сопляка взять?! Прирезать меня просто не успели. Помешал малолетка.

Этот бесстрашный герой, тире дебил, начал орать, за что ему отдельное спасибо.

Если бы за меня взялись сразу бы двое, то мне бы уже было бы не вывернуться. А так. Расскажу лучше, как я воспринял все своими глазами…

* * *

С седла я упал, как-то само собой. Камень в голову, и я опал. Спасибо и на том, что это камень с руки, а не с пращи. Что может быть проще и нелепее, как умереть от простого камня.

Вы не подумайте, это я не тогда подумал, а уже после. Сто грамм в висок и копец, а тут в висок не было прямого попадания. Зарядили в лоб. Кровь хлещет, но кость не пробили. Лобная кость самая мощная, выдерживает тонну на сантиметр квадратный, если мужик на работе не врал.

В общем, упал с коня, истекаю кровью и офигиваю от происходящего.

Придти в себя мне не дали. Меня какая-то тварь колет чем-то, а я еще не отойдя от падения, отмахиваюсь от него руками в меру своих конвульсий.

Нападающий меньше меня по массе, а кто бы и сомневался, тут все мелкие, но сидит на мне и колит меня как швейная машинка. Отчасти меня спасают латы, лицо я старательно прикрываю наручами, а точнее руками в наручах.

В лицо мне убийца так и не пробил, ну только немного поцарапал. Урод! Я теперь красавец, поставил мне шрам на левой щеке. И на том спасибо, что шрам прямой, а не витой и рваный, под бородой его почти не будет видно.


Очухался, взял его на захват рук. Вертелся. Хрипел. Чуть ли не срался под себя от мысли, что я так нелепо умру. Потом смесь адреналина и норадреналина, ну и мышцы в довесок, помогли вывернуться.

Тупо придавил массой. Тупо бил по лицу кулаками несостоявшегося убийцу. В какой-то момент под рукой что-то хрустнуло, а я все бью. Ой, дурак! Нет, чтобы взять живым…

В общем, проломил я висок убийце. Я так не хотел, так получилось.

Сиду на этой тушке, перевожу дыхание и слышу звук хлюпанья рядом с собой.

Как вы думаете, какое звук издает нож при частых ударах?!

Мелкий «рубил машинкой» спину покойника. Кухонный нож давно уже сломался об ребра, он колол остатком ножа по спине толстяка. Тело даже не содрогалось от ударов, такое ощущение, что малой колол свиную тушу. В секунду два удара.

Что тут сказать, он мою жизнь спас, двух за раз в такой ситуации, я бы точно не вытянул бы.

— Живой? — самое умное, что я смог с одышкой выдавить из себя.

— Я молодец?! Я справился? — ответил мне мой оруженосец.

О-о, подростковая наивность. Да я после случившегося тебе ноги целовать готов.

— Молодец! Мы их наказали. — прохрипел я, вдруг осознав что у меня горло оказывается пережато. Несостоявшийся убийца оказывается меня успех слегонца придушить.

* * *

Сейчас, уже отойдя от событий я могу спроецировать происходящие. Я упал с коня. Малой плелся вдали, отставая от меня на коне.

Камень мне в голову и я упал с Колбаски. Первый прыгнул на меня с желание добить, а вторым занялся мой оруженосец.

Мелкого никто в расчет не брал. Про него не выходящего из дома вдовы просто никто не знал. Итог закономерен.

Мы ободрали трупы как липку. Брать, если честно, было нечего. Пара тупых ножей, рваная одежда, которую мы побрезговали взять и все на этом. Пожалели на меня денег на первый раз.

Что тут говорить. Великий сенсей, блин, который чудом разминулся со смертью от двух бомжей с ножами.

* * *

В караулке я только отмахнулся от помощи доброжелателей. «Идите вы лесом». Сам при помощи медного, ручного зеркальца, украденного у вдовы, зашивал себе щеку и лоб.

Какая на хрен дезинфекция?! Смазал иглу капелькой черной мази орков, брил на левой щеке все лишние волосы и так зашил себя. Если что, то напомню, что мазь Орков тут под запретом, но я осторожно без палева все сделал. Мазь Орков всегда со мной, как и яйца с пылью стекла. Кто будет обращать внимание на то, что я зашипел себя зашивая? Едкая дрянь, болезненная, но действенная. Да, я не спорю, что косячно себя пошил, но кому верить в таком деле?

Мелкому? Так одно дело в спину ножом тыкать, и совсем другое дело по живому шить. Или считаете, что медицину можно доверить моим временным коллегам? Да не в курсе они, что это за зверь такой медицина. Сам себя заштопал, как мог, и все на этом…

Касательно нападавших ничего было непонятно. Едва я только ввалился в караулку, то нагнал шороху, изображал из себя раненую дворянскую невинность с криками: — Чернь рамсы попутала!

В общем, положил с прибором на службу, мотивируя это тем, что я ранен. Так сказать, отстаньте противные от раненого.

Гумус вместе с пятеркой отдыхающих в караулке, ушли на место моей несостоявшейся смерти. Так сказать на расследование, пока трупы живые и их не ободрали окончательно. Что они там искать собираются, мне непонятно. Мы с оруженосцем трупы первым делом осмотрели, одежда дрянь, оружие не лучше.

Впрочем, по возвращению патруля выяснилось, что я не особо умен. Трупы нападавших еще не успели утащить, и на телах у покойников оказалось несколько интересных отметин. Под мышкой левой руки у одного было тавро ожога в виде стрелочки, у второго в том же месте стояло тавро простой точки. У обоих на руках и ногах были полосы, следы от кандалов.

Как мне пояснили, это бывшие каторжники и их приняли в стаю кто-то из шаек городского дна. Тавро точки — новичок, тавро — стрелочки уже посвященный по мелочи.

Вот уроды! Да на мне оказываются новичков проверяли! Великий воитель, блин! Чуть не умер от обычных шестерок дна.

К черту все! Первым делом куплю себе нормальный шлем, а не это уставное убожество — ведро в котором даже днем обзора почти нет, а про ночь я вообще молчу. По ходу меня пасли несколько дней и срисовали мою привычку ездить на работу без шлема для повышения обзора.

Хотя, о чем это я? У меня уже есть шлем с нормальным обзором, комплект доспехов бахтерица я так и не продал. Вот шлем из этого комплекта и буду носить, наплевав на все.

* * *

Пока я предавался таким мыслям, Катька вдруг развел бурную деятельность. Он хотел, чтобы я написал подробную бумагу о нападение. Перед кем он решил выслужиться непонятно. Даже мои заверения, что я толком не умею писать, его не устроили. Естественно я врал. Я вообще не умею писать местными иероглифами, но кого это волнует. В караулке оказывается все такие же балбесы как и я, никто не умеет писать.

Зачем десятнику моя бумага с подробностями нападения непонятно. Вроде и по уставу, все же нападение на слугу короля, но вот кому пойдет эта бумага кроме дознавателей отдельная песня. Обойдутся и без моих отписок.

Катька выл, что если надо писаря сейчас вызовем из теплой постельки, а после и вовсе был послан рядовой, невзирая на мое мнение. Десятник оправил бойца за писарем.

Эта тыловая крыса хотела моего Гумуса отправить за писарем, но я совсем не понял его самоуправства. Это я, что ли не начальник своему оруженосцу?! Сиди Гумус, эта крыса в отношение тебя, тут ничего не решает! Так меня он выбесил своим самоуправством с моим подчиненным, что даже передать не могу.

И вообще, я жертва нападения. Ранен так сказать, голова болит от удара камнем, так что отстаньте от меня. С этого дня я на больничном.

Сказано — сделано. Собрался и уехал из караулки, наплевав на службу. А то, что это получается?! Я тут на замене по причине якобы болезней кого-то из этого десятка, а мне что заболеть самому нельзя?!

Типа я серьезно ранен, кровью истекаю, голова болит! Да эти мусорные крысы, наверное ножом отравленным меня пырнули.

Что значит Катька?! Ты мне не веришь?! Что чернь не способна смазать ножи ядом?! Это же чернь, которая напала на благородного, на воина короля! Такие отморозки, типа, на все способны!

Катька еще орал мне в след, что он меня со службы не отпускал, но так на него по фиг. Он мой временный начальник, а со своими непосредственными начальниками, Юдусом и Гижеком, я как-нибудь договорюсь.

Признаться, ехал я из караулки и все напрягался. Нет, не потому что ждал повторного нападения, сомнительно, что за одну ночь на меня сделают два покушения. Я Катьке врал о возможном яде на ноже и сам своего вранья застремался.

А что если и в правду эти уроды яд использовали? Ехал, вслушивался в свои ощущения по телу, но вроде без яда обошлось.

* * *

На хате у вдовы, меня признаться совсем не ждали. На мой стук в дверь только через пять минут вышел полуголый Антеро, что для него по меньшей мере странно. Все-таки кличку Тухлая черепаха, он не просто так заслужил, постоянно в доспехах, кроме совсем редких исключений. Ну, понятно. Интим я им обломал.

Бродяга отодвинул засов на двери, расслабил руку с кинжалом, осмотрел нас и хмыкнул, пропуская в дом.

— Уже?! — только и сказал мой отморозок. — Я так и проспорить могу!

— Ага. — только и ответил я. — Как считаешь, был яд на ноже?

— Да кому ты нужен! Яд еще на тебя переводить. Если за три лучины не начал кровью харкать, то считай что пронесло.

Вот и весь разговор, все утешения моей тушки недобитка.

Антеро ушел к себе, ну точнее не совсем к себе, но это не моего ума песня, это его дело со вдовой.

Из всего этого короткого диалога я вынес только одно и это не вовсе какая-то умная мысль, о том, как мне в следующий раз уцелеть.

Я обратил внимание на блеск в глазах Гумуса. Парнишка то, похоже впервые увидел полуголого Антеро. Такого мечтательного восторга и обожания я давно не у кого не видел в глазах.

Ну, я отчасти понимаю своего оруженосца. Такое жилистое, бледное тело украшенное целой сетью шрамов, мало где увидеть можно. Теперь мне понятно, почему он не сбежал со всем что плохо лежит в первый же день. Парнишка то оказывается подвигами и рыцарством втайне бредит.

Хотя, а я в его возрасте разве был лучше? К тому же в этом мире почти нет социальных лифтов. Родился простолюдином и кроме совсем редких исключений, ты простолюдином и помрешь. А какие рыцари из простолюдин? Максимум наемники, но наемники это не благородное сословие.

Как-то неправильно это. Я это совсем не о рыцарях и социальных лифтах. Меня вдруг поразила мысль, что я так толком для мелкого ничего и сделал. Толком не поблагодарил за свое спасение. Непорядок это. Надо что-нибудь придумать, расстараться…

Глава 4 Переезд, легализация Гумаса, глупый подарок

Остаток ночи я тупо пил. Снимал стресс так сказать. А вот не надо считать, что если «разминулись с носатой, то вы первым делом побежите свечку в церковь ставить». Тут, если что, православных храмов нет, как нет даже христианских храмов, а в местный пантеон я не верю.

Гумус спит, я его отправил спать. Он хотел составить мне компанию в выпивке. Чарку вина я ему проставил за ночные заслуги, а дальше увидев что он быстро хмелеет велел идти спать.

Вы что думаете, я откажу в вине за свое спасение уже не ребенку, а убийце? Убивать, спасая мою шкуру, то он взрослый, а как выпить чутька, то он что ребенок? В глухих деревнях с восьми лет начинают и совсем не слабое вино глушат, а в лучшем случае самогон, если и не тройной одеколон.

Да я не спорю, что я косяк. Просто и малого за мое спасение надо было уважить.

Моя алкогольная интоксикация закончилась вместе со второй бутылкой стыренной в наглую у запасливого Антеро. А вот лучше надо свои нычки прятать! Как моими записями на бересте подтираться он может, а я что не могу в ответ обрадовать его?! Коммунизм между двумя рыцари в действии, в смысле есть личное, а есть несущественное и общие.

Потом меня потянуло на инвентаризацию своего имущества. Я перебирал то немногое, что я нажил в этом мире за полгода.

Бахтерец, который я так и не сменял на деньги, я под вином решил ужать, урезать, подогнать под фигуру моего Гумуса. Много ли надо ума чтобы лишние кольца у кольчуги снять и зажать заново? Ну, выкину золотой кузнецу так как своих пассатижей у меня нет, будет мой малой в нормальной броне.

Потом в мою голову пришла пьяная мысля, что и одежду ему надо новую справить или хотя бы старую постирать и ушить по фигуре…

Хотя, о чем это я?! Какие к черту портные?! Вручу иголку и нитку, и пусть тренируется в пошиве одежды под свой размер. Непорядок это, не по уставу, что форма не подогнана…

Потом мою голову посетила мысля, что к ужатому бахтерецу неплохо было бы и приобрести подкольчужник и сюрко. Вот это уже конкретные траты. Шлем, наручи и поножи пока лишнее, все равно вырастет, а тегиляй[39] все же нужен…

Броня и тряпки это конечно хорошо, но нужно еще и оружие. Хотя все это не то. Все это, если разобраться, я хочу сделать не ради него самого, а ради своей шкуры. А нужен конкретный подарок за свое спасение. Так с мыслями о подарке Гумусу я и уснул.

* * *

Утро у меня было бодрячком. В пьянстве есть много фаз для любителей в алкоспорте непонятных. Бывает перепил, бывает недопил, бывает перенедопил и это только известные общественности фазы. В общем, настроение с утра у меня было неплохое.

Антеро «смотрел на меня сычом», ну извиняйте! Стырил у вас запасы, не обломишься жмот.

Утро привнесло с собой идею съехать от вдовы. Пускай меня ищут тут, а я буду у Равура. Болею я или насрано?! Ночью в караулке я заявил, что болею, так надо свою легенду поддержать.

Как там говорил кор Гижек, месяц не был на службе и комиссован, ну считаю, что месяц вне службы у меня есть. Во всех бумагах о моем жительстве я записан на этот дом, ищите меня, если вам надо. Уверен, что Антеро не выдаст, где я временно обитаю.

Мой дегенерат, как я и ожидал, не захотел переезжать к кору Равуру. Далеко от Шакши, так что это естественно.

В целом, мою идею сменить дислокацию, он одобрил. Так что после легкого завтрака, мы Гумусом собирали вещи. Знаю, что нехорошо ехать на постой не предупредив, но уж уважите липового наследника вашего друга, тем более вас никто за язык не тянул.

* * *

Сборы не заняли много времени. Я помня о камне в голову — надел свой старый шлем из комплекта с бахтерецом, ну там, нащечники, стрелка переносицы, в общем обзор хороший. Само собой, сюрко с гербом короля, страховка должна быть полной.

Перестраховался я и в маршруте. Шакша, Посольский город, Перевалка, Грязный. Потом Чистый, Странный и Злой. Проше, конечно, было бы сразу срезать после Посольского через Зареку, Веселый и в Злой, но я блин начал «стрематься». Так проще наблюдателей заметить.

Еще одним моментом стало то, что я решил не откладывать оснащение своего оруженосца. А где подгонку брони делать, как не в Грязном городе, или заказ на пошив тегиляя и сюрко, кроме как в Чистом городе?!

Все золото с собой я брать не стал. Ограничился десяткою, а остальное совсем на черный день, пусть и дальше пылится на чердаке. Денег у меня вообще в обрез. У Антеро деньги есть, но это его деньги. У него, по моим прикидкам, осталось около шестидесяти пяти золотых. Съем хаты, покупка мне доспехов, мелкие взятки, продукты это только то, что сразу приходит на ум из трат.

* * *

В пути все было как-то обычно, без особых нервов. Короткий отрезок до Шакши, Посольский город. К послам я не просто так заехал, ту все лишние хвосты сами собой отметутся. Опять город черни — Перевалка. Тут я излишне перестраховался, думал что заметил за собой ходоков. В общем, заехал в глушь.

Для некоторых поясню, заехать в глушь, когда ждешь преследования за собой и заехать в глушь, когда ждешь засады это разные вещи. Что тут сказать, на деле я перестраховался. Мы только заехали с Гумусом непонятно куда. Потом как-то выбрались из подворотен и случайно нарвались на какого-то бродячего торговца ручными животными.

Перевалка странный город, тут все что угодно можно встретить. Ну, вот и мы повстречали этого торговца на своем пути.

Рассказывать какие песни он пел не буду. Торговал мужик какими-то щенками, то ли котятами, то ли детенышами песца или ласки. А я что биолог, чтобы в них разбираться. Торговец что-то пел, что это выводок элитного зверя и что если откормим выводок, то их белая шубка хорошо пойдет на воротник любой даме.

Я бы проехал бы мимо, но уж очень заблестели глаза у моего оруженосца. «Твою мать»! Он повелся на мимишность детенышей, а вчера резал спину толстяку, где логика то?!

В общем, купил я этот выводок. Из пяти, правда, в живых было уже четверо. Пятый подох. Скажу наперед, что четвертый тоже сдох, прежде чем мы доехали до Равура.

А так, красивые зверьки. Белая шубка, тело вытянуто как у ласок. Будут ручными питомцами. Должен я же как-то отблагодарить своего оруженосца за спасение моей жизни?!

После Перевалки, я, как и запланировал, обрадовал моего оруженосца обновкой в заковке. Еще пару часов вышло в ожидании пока подмастерье кузница подгонит мою старую броня под Гумуса. Я в это время пил пиво в таверне через квартал. Гумуса покормил, но не наливал, ему и вчерашнего хватит.

Тут мы и узнали, что четвертый звереныш подох. Это выяснилось когда мы подъезжали к таверне.

Я догадался и заказал молока, что для таверны по меньшей мере странно. Пока ждали молока, почти полчаса, подох третий детеныш…

Мой мелкий остро переживал каждую смерть. Ну, что я могу сказать тебе в утешение? Это жизнь малыш.

Двух последних я поил через мизинец. Макал мизинец в молоко и поил, вдавливал в пасть мизинец слепым малышам.

«Не выживут.» — мелькала мысль с моем мозгу, размягченным пивом.

Детеныши как не странно не спешили умирать, цеплялись за жизнь. Потом пришлось сменить палец на кусочек тряпки вымоченном в молоке.

Как там в байке про маленькую девочку идущую по полосе прибоя после шторма? У девочки спрашивали, почему она кидает рыбок в море, все равно всех рыбок она не спасет. Девочка отвечала, что те рыбки, которых она спасет, будут ей благодарны. Так примерно и выжили эти два комочка белой шерстки.

* * *

Подогнанный по размерам бахтерец хорошо подошел Гумусу. Кузнец оставил задел под подкольчужник и немного на вырост. Остатки колец и часть броневых пластин я забрал на будущую переделку, когда Гумус подрастет.

Тут же у кузнеца я купил со скидкой обычный тесак из дрянного железа. Товар не ходовой в столице, а моему мелкому в самый раз под обучение моей техники. Хватит ему с обломком кухонного ножика бегать, пусть привыкает к нормальному оружию.

Сказать, что Гумус был рад обновкам, это ничего не сказать. В глазах блестели звезды до которых он в скором времени дотянется. Уже свой доспех и оружие! Так недолго и рыцарем стать.

Я не стал развевать его наивные мысли. Через три года я стану обычной пехтурой, если доживу конечно. Ну, даже если и доживу, то один фиг, мне его посвятить в рыцари не по статусу.

* * *

Потом мы переместились в Чистый город. Тут опять ожидание. Мерки, пошив тегиляя и сюрко. С тегиляем на мое удивление проблем не возникло. Портной вытащил из подсобки отстиранный от крови старый подкольчужник, кожаная рубаха в нескольких местах продырявленная. Договорились на ушивку немного в рост. А вот с сюрко вышла заминка, надо приехать завтра или лучше послезавтра. Пока ушьют тряпку, пока нанесут сову на тряпку, пока на тряпке высохнет краска…

Потом по планам у меня был визит в Странный город, но я поддавшись импульсу подался в Веселый. Поехал вовсе не для того чтобы веселится, а потому что в Злом не любят тех, кто едет через ворота Веселого. Я-то с Гумусом точно проеду, вот возможный соглядай, точно лишние напряги приобретет.

На воротах Злого я дополнительно перестраховался. Спешился, мелькая сюрко с гербом короля, и с десятником караулившего на воротах раздавил маленькую, в смысле вина мы выпили.

За бутылками, конечно, побежал малой. Именно бутылками! То, что мы сейчас только вдвоем с десятником пьем, это еще не значит, что простые парни в десятке ближе к концу стражи не выпьют.

За разговорами под вино с десятником как-то незаметно прошел час или быть может больше. Я напрягая память травил байки про десятников Пса, Ржавого и Пустого, которых помню в перерывах между вызовам «Их-ти-ан-дора». Байки про коллег по страже Злого города, понятно, что в ходу.

Джарут, десятник в Злом городе, оказался вполне нормальным парнем. Ну как парнем, больше двадцати пяти, такой молодой, а уже десятник. В общем, скорешились мы с ним мальца.

Да и вот еще что. О главном, я как всегда напоследок. Пока мы пили, стража задержала на воротах какого-то подростка. Ну, побили немножко. Он стонал и плакал. Тут мы с Джарутом появились. Я поддавшись интуиции попросил раздеть бедолагу паренька.

Кто бы сомневался, что у него под левой рукой был ожог точки. В общем, били его долго. Задерживать не стали, это бесполезно, все равно вытащат, но на больничку его прописали надолго.

До кого не дошло, то под левой подмышкой у моих несостоявшихся убийц тоже были ожоги. Я не думаю что паренек убийца, скорее соглядай, хвост так сказать. Я еще раз осознал свою никчемность в этом мире. Сколько петлял, а хвост со спины самостоятельно снять не смог.

Что тут говорить, после такой бдительности парней на страже, я опять послал Гумуса до таверны. Парни заслужили, по две бутылки каждому …

* * *

До кор Равура мы добрались уже ближе к ночи. Десяток на воротах немного подзадержался на службе, ну и мы с Гумусом в том числе. Сменный десяток только завистливо смотрел на нас. Десятник сменного десятка, конечно, немного пригубил вина для консолидации мыслей между сменщиками, а остальным фуй.

Так что представите реакцию слуг Равура на наше с Гумусом появление.

Не скажу, что я был трезвым, но и сказать, что я ничего не соображал, тоже нелепо.

Кор Равур встретил меня хмуро. Я рассказал ему о покушение и напомнил о его словах, что он готов меня приютить на время.

На мое удивление, его завел не мой пьяный вид, а два звереныша у меня на руках.

Я вам помниться заявлял, что Равур меня научил новым матам, но это я зря заявлял. В этот момент я гораздо больше новых матов изучил. Упуская ругань и маты, конкретизирую. Меня развели как последнего лоха. Я дурак, что притащил смерть в его дом. Причем под смертью понимаются вовсе не соглядаи.

Сами белые, пушистые комочки в моих руках это смерть. Меня в наглую развели на покупку сайкух. Так местные зверьки называются. Мелкие хищники, которые могут и взрослого мужчину завалить, когда вырастут. Вырастаю они всего ничего, не больше нашего песца, но слишком быстрые и ловкие.

Со временем белая шубка у них полиняет и поседеет. Зверьки не поддаются дрессировке. Хорошая охрана для узких коридоров, где закованному латнику не развернуться. Хотя, не все идут на такой мазохизм, чтобы ожидать пока сайкух найдет дырку в стене и выползет, чтобы перекусить горло слугам. Такой вот подарок моему оруженосцу. Новый мой косяк на пустом месте…


Отдельным разговором с Равуром был мой оруженосец. Старик одобрил мою подстраховку, но убил меня простым вопросом: — А из какого рода происходит твой оруженосец?

Что тут сказать, обнадежил я паренька, а на деле полный швах. Не быть ему оруженосцем, тут за самозванство ого-го какие санкции. Я-то ладно, мой названый батюшка меня сдавать не будет, а мальчишке при поимке от дознавателей ничего хорошего не грозит.

Пока я думал над новой проблемой, старик меня обнадежил. Все решаемо. Липовые документы, липовому оруженосцу, липового рыцаря. Да. Это встанет в копейку, но это страховка. Это у рыцарей цепь заменяет документы, а у прочих должны быть бумаги.

Да. Эти липовые документы не все проверки пройдут, но только цепкий крючкотвор может заметить подлог. Для простых пентюхов вроде меня, десятников, сотников и провинциалов, такая липа сойдет за официальный документ. В общем, как сделают бумагу, то светить лишний раз не стоит.

Ну, раз такой умный, то помогай. Делай липовую бумагу на его имя! Один фиг я самозванец, одним подлогом больше, одним подлогом меньше, мне какая разница. Один фиг виселица или колесование, если подлог выясниться.

На самом деле, не особо мне нужна была эта липовая бумага о дворянстве, просто это был способ проверить Равура, пустобрех он или нет. Ну, и парня жаль, если к нему прикопаются. Хотя по цепочке и на меня можно выйти, так что тут моя совесть и мой зад пришли к консенсусу.

А так, больше нечего сказать за тот вечер, переходящий в ночь.

* * *

Дальнейшие несколько дней пролетели для меня незаметно. Я любовался на свою рожу в надраенном медном зеркале. Увиденное не вдохновляло на подвиги.

Левая щека распухла, покраснела и пошли первые признаки заражения. Рана на лбу еще куда не шло, но щека начала беспокоить. Равур даже вызвал врача на дом, хотя наверное это был обычный визит врача к нему, и врач просто заглянул между делом ко мне.

Лекарство от врача, смесь каких-то трав и кровопускание. Если травы я принял спокойно, ну как же, те же таблетки только не в форме пилюль, то после предложенного кровопускания послал врача далеко и надолго. Вслед за оскорбленным врачом выкинул за дверь пучок трав, который он мне предложил. Шарлатан блин!

Кто не в курсе средневекового лечения, то тут от всех болезней лечат кровопусканием. Во второй армейской части, куда меня перевели за косяки, тоже служила такой фельдшер по прозвищу «Зеленка». Старушка от сифилиса и спида лечила зеленкой. Болеешь раком?! Ну ничего, мы тебе сейчас на спине сеточку из зеленки на спине нарисуем и все само собой пройдет.

Это может звучит как-то пустяково, но такая царапина еще не таких кабанов как я ложила в могилу. Антисанитария, а антибиотиков нет. Тут не вторая мировая, когда антибиотики открыли. Лечись, чем можешь.

Не знаю, как бы медики бы на моем месте поступили бы, а я тупо доверился прежнему своему опыту. Накалил стальную иглу и поставил себе точки вдоль шва, так сказать, ослабил выход гнойных масс.

Да, я знаю, что мой метод лечения наивен, но мне помогло. Хотя, я просто забыл добавить, что смазал прокаленную иглу черной мазью Орков. Помогла мазь или мой метод, я не знаю. Знаю только, что опухоль спала.

* * *

Мелкий за последние дни, строил из себя невесть что. «Ходит гоголем, красавец одним словом».

Я, как немного свое здоровье поправил, его припустил на землю. Ты конечно молодец, но что-то я не видел, как ты потеешь на тренировках.

Проснулся, протер глаза, отжимайся.

Да не подвывайте вы любители здоровья. Знаю я, что нагрузка на сердце большая в течение двух часов как проснулся, типа организм не успел перестроится на режим бодрствования.

Впрочем, я так же и знаю, что упражнения на силу заканчиваются после тридцати раз, дальше идет на выносливость. За неделю довести отжимания до тридцати это плевое дело, было бы желание.

Отжался молодец, теперь на завтрак. Час передыхаешь и теперь нагрузка пошла.

Так, когда я сам немного пришел в норму, я начал его гонял.


Потом подключился Равур. Все эти четыре дня он к нам приглядывался. Старик не зря живет рядом с библиотекой. Нашел за эти дни какой-то бедный, захиревшей род из которого якобы Гумус. Бумага мне встала в пять золотых и это еще по скидке. Блин, нищаю на глазах.

Дальше выясняется что читать я не умею и следовательно не могу прочитать завитушки на пергаменте. Покраснел, побелел для вида и давай брякнул, что дескать неплохо было бы моего оболтуса грамоте научить, раз мне самому не дано.

Равур попучил глаза для вида и дал добро. Понятно, что он не сам с мои малым возиться не будет, но вот своего слугу поднапряг.

Кто не понял моего финта ушами, то поясню. Я тоже буду на занятия с мелким ходить. Глядишь, что-то новое для себя узнаю. Сразу скажу, напрямую попросить не мог, стыдно, да и есть разница просить за оруженосца и просить за себя. За себя это дороже мне встанет, когда ответная услуга потребуется.

Глава 5 Воспоминания, и о том, как я сдриснул на пустом месте

Жизнь встала на новую колею. Я в полном отрыве от происходящих событий. Никуда не вылезаю из дома кор Равура. От нечего делать я стал тренироваться. Не то что бы я до этого временами не тренировался, но именно временами. Тренируюсь я не в общем дворе, а у себя в комнате, что вскоре дало о себе знать.

* * *

Разруху объясню просто. У подлинного мастера меча в Российских реалиях стоит спросить только одно: есть ли у него люстра в комнате? Если есть люстра, то он просто позер, а не мастер. Пояснять тем, кто понимает, как-то бессмысленно. Для далеких от реконструкции, толкинизма и прочего, поясню.

У меня дома лет семь не висела люстра, голые лампочки дешевле обходились, да и по ним сложнее случайно попасть. Потолок стандартный, два с чем-то метра, а при среднем росте с вытянутой рукой и клинком около метра, задеть потолок это естественно.

Между прочим, тренировки в ограниченном пространстве дают простор в спарринге. Такие вещи вылезают в спаррингах от этих скупых движений, вызванных привычкой биться со своей тенью, в месте для этого не приспособленном.

То, что рядом стекло и антикварный шкаф, который старше тебя и всей ближней родни в целом, дает дополнительный повод не мазать. Впрочем, это не спасло антикварный шкаф от полудюжины зарубок за несколько лет усиленных тренировок.

Поставил тяжелую, ритмичную музыку и «машешь безостановочно в течение двух-трех минут», пока длится песня, а на большие ты и не способен. И так, пока кассета с двух сторон не кончится, за легкими перерывами.

Шутка ли махать даже по воздуху железкой больше двух с половиной кило. Для наивных поясню, что потом на тренировках на меня смотрели как на мазохиста, когда я по балде отрабатывал фальшем удары. Все ждали, когда я кисть себе сломаю.

Угу, сломаешь ты кисть, как же! После таких тренировок на дому, скорее балда сломается.

От тяжелого клинка не рассчитанного на подростковую руку выработалась привычка вкладывать корпус в каждый удар. Выработалась привычка не тормозить удары. Каждый последующий удар вкладывается в следующий. Инерция и скорость ударов нарастают, до тех пор пока ты не делаешь пять ударов секунду.

Кто считает, что это невозможно «выдавать в связках пять ударов в секунду», ну что я вам могу сказать. Я могу много что сказать, сыпать подробностями, наукой, примерами спортсменов, но только зачем?

Не мальчик чтобы «на слабо» доказывать аксиомы. В связке «бреющей восьмерки» любой онанист сделает три удара меньше чем за секунду, главное, чтобы кисть была гибкой и в руках у него была не шпага, а что-то инерционное. Современные, классические фехтовальщики с из пародией на бой по прямой дорожке, могут и больше ударов за секунду нанести[40], но у них и другое оружие, и другая техника.

От домашних тренировок на полное изнеможение меняется рука. Худая творческая кисть, как у всех в моей родни, преобразовалась в массивный кулак. Когда сгибаю кисть вылезает не одна скупая мышца на сгибе кисти, а две тонкие мышцы. Одна мышца за другой. Ни у кого потом не видел такой аномалии, я это про спортсменов в других видах спорта.

Шутка ли, что потом мне запретили наносить нижние правые диагонали, а именно Конрад и Манор. Что не удар, то в голову, несмотря на массу партнера и его блоки. Мой клинок просто не замечал блоков. А что я мог поделать? У меня половина связок на Манор завязана…

В какой-то момент, со мной все перестали спарринговаться. А зачем позориться? Я стал соглашаться на заведомо неравные расклады, ну там двое мечников против одного. Двое щитников против меча и кинжала. Двое щитников против одного меча…

Так то, до сих считается, что один щитник в легкую вынесет одного мечника, тупо щитом припрет вплотную и будет кромсать…

Переломная точка наступила, когда я вынес почти в сухую Марча, а он не просто Марч, но чемпион города, который в массе вдвое меня превосходил. Сто двадцать — сто тридцать против шестидесяти пяти кило, так-то не кисло.

А потом я просто постепенно начал спиваться, пользуясь старыми запасами мышц…

Росчерки на потолке, врать не буду, появлялись и раньше, но не в таком количестве. Шутка ли махать клинком пару часов и от изнеможения на долю секунды потерять концентрацию. А если ты пьяным и на гормонах от того что девочка не дала машешь?

Более того скажу, девочка не дала или ты в просто в гневе, то я не срывал гнев на близких, а просто махал клинком.

В эти моменты тебе никто и ничто не нужно. Ты просто пьешь воздух, который хватаешь урывками. Кайфуешь от потянутой мышцы в руке, которая окончательно расслабилась. Слышишь звон в ушах на пределе слуха. Это не глюк. Это в самом деле время замедлилось.

Однажды испытав это ощущение, ты будешь пытаться его повторить. Ты не видишь росчерка меча в руке. Это невозможно из-за скорости меча. Ты просто чувствуешь меч.

Такую хрень говорят, что меч это продолжения руки. Меч это продолжение тела! Меч это само твое тело! Ты в прямом смысле слова молишься на меч, хотя никому в этом и не признаешься. Меч это твоя душа! И это не избитое книжное у самураев. Для тебя это такая же реальность, как небо над головой…

Росчерки на потолке я не маскировал, а вот царапины на антикварном шкафу пытался спрятать. Замазывал пластилином на первое время, а потом лакировал.


Так вот. К чему я это все рассказываю? Ну, перебрал. Ну, бывает. В общем, разнес я по старой памяти потолок у себя в комнате. Слава Богу, что себя не порубил, как это бывает в проходке вперед в связках. Тупо не с той ноги пойдешь в связке и рубишь себя по левому бедру.

Кто не в курсе, все связки сначала отрабатываются стоя на одном месте, и только потом ты их не останавливаешь, когда идешь вперед. Все удары в движении рассчитываются чтобы случайно по себе не попасть. Кому-то может это смешно, но при средних три удара в секунду, пойти не стой ноги в связке, значит, отрубить себе ногу.

Кто-то может подумать, что если ты задел себя по ноге, то начинаешь выть и материться. Не так это. Ты считаешь, что ты сам виноват. Не с той ноги пошел и потому меч тебя наказал. И это справедливо. Сам подставился. Пропустил удар, сам дурак, не фиг было пропускать.

Тоже самое касается нелепой «мельницы», ну это восьмерки двумя руками и двумя клинками одновременно. Сама мельница ерунда, потому она и нелепая, а вот когда ты на ее основе начинаешь комбинации различные строить в движении, то всякое может произойти.

Кто там вякает, что простая мельница это просто. Ты в движение попробуй даун. Рассчитай, куда в следующую долю секунды прилетит один из двух мечей, при условии, что руки естественно быстрее двигаются в три-четыре раза, чем ноги. Попробуй рассчитай, чтобы самому по себе не зарядить и прибавь к этому расчет на сбив клинка от встречки, которую вообще не рассчитать.

Еще, как не фиг делать, можно себе по голове засветить на больших скоростях и инерции, в переходе с левого ската. Такая фича обычно вылезает, когда привык, что клинок проносится над головой в паре сантиметров над макушкой, а потом ты резко надел шлем. Тупо недовернул немножко кисть и все, встречай лбом гарду меча…

* * *

Равур смотрел на меня долго и не знал что сказать. Похоже, я нашел чем его удивить. Я уже подумал, что он попросит меня съехать от него подальше, но обошлось.

Описывать бардак не буду, стыдно. Хотя какой у бухаря стыд?

Кор Равур оказывается зашел ко мне в комнату не просто так, а по делу. С детенышами надо что-то решать. Я так и не смог от них избавиться. Рука не поднялась их утопить в ведре. Звереныши открыли глаза и на всех шипят. От них надо избавляться, пока не заматерели.

Гумус уже не настолько восторжен от двух белых шубок. Его просветили на счет того какие твари вырастают из таких ласковых пушистиков. Прокусить его кожу они пока не могут, но первые попытки уже начали делать. В общем, сам купил, сам от них и избавляйся…


Кто бы знал, какого это мне было спускаться по лестнице.

Коробка с сайкухами. Они пищат. Глазки такие синенькие-синенькие. Но надо! Мужик я или насрано?!

Словно искупая свой будущий грех, я погладил их напоследок. Детеныш напоследок прокусил мне палец.

Ну, это по-честному. По-справедливому. Я вас сейчас пойду топить, а ты меня превентивно наказал.

На мое удивление детеныш укусив меня, перестал пищать, даже как-то успокоился. Ну и кто я после этого?

Отнес коробку с малышами к себе в комнату. Притащил ведро с водой. Посмотрел на них. И забил на убийство. Пусть Равур не ждет от меня убийства прямо сейчас. Куда они денутся. Успею еще их притопить. Пусть пока поедят перед смертью.

Вымазав палец в молоке, я начал их кормить. Мелкие, на мое удивление, больше меня не кусали, а просто слизывали молоко. Так это вы меня кусали за палец от голода, а тут уже домашние Равура истерику завели, что у вас звериные инстинкты убийства проснулись.

В последствии, я как-то нелепо отмазался от убийства несмышленышей. Не сегодня. В общем, я насрано…

* * *

Покормив малышей я спустился вниз и начал гонять Гумуса. Пускай тренируется, а не стариковские байки слушает про малышей, что в самом младенчестве мечтают человеческую кровь пить.

За прокачкой Гумуса я как-то и забыл про пушистиков. Поживут на денек больше и все на этом. Они же не виноваты что их природа такими создала.

Гумус потел, но терпел мое плохое настроение. Я стоял с палкой над его душой и по малейшему поводу его отлынивания, не стесняясь, хлестал его по жопе. Ну не в духе я сегодня, бывает…

Тренировка у Гумуса впрочем не задалась, он только как час или около этого потел, как случилось то, что заставило забыть об о всем лишнем.


В небольшой внутренний дворик, ну тот, который рядом с конюшней и в котором я стоял с палкой над тушкой Гумуса, прилетел из-за забора камень. В первый раз я решил что это посторонний шум, мне померещился. Но потом прилетел второй камень.

Это явно уже неспроста, и я решил выяснить в чем тут дело.


Наученный горьким опытом, я не спешил высовывать голову для того чтобы посмотреть кто там из-за забора камнями кидается.

Ага, высуну я голову из-за двухметрового забора, и мне тут же прилетит арбалетный болт в мою тыковку. А зачем мне это надо?!

За забор заглянул Гумус, оруженосец он или насрано?

Не сметь завывать, что я ребенка под стрелы подставил и что я кровопийца! Понимать надо, что по малому никто стрелять не будет. Кому его тушка нужна, если цель я. Убийцы тоже не дураки и им совсем не надо меня вспугнуть, ищи потом меня по всему городу.


— Ну что там? — спросил я, устав держать тушку оруженосца на своих плечах.

— Мальчишка какой-то. — ответил Гумус осторожно выглядывая из-за забора. — Сейчас новый камень кидать будет.

Подтверждая слова мелкого, прилетел новый камень во внутренний дворик.

— Беги к воротам. Спроси у слуги, просился ли мальчишка вовнутрь. Что он хотел. И тут же обратно! — ссаживая со своих плеч Гумуса, я начал «нарезать задачи».

Мелкий умчался, только голые пятки засверкали. Блин, ему надо обувь какую-то справить, опять траты…

Обернулся мелкий быстро. Чуть задыхался, не без этого, но слова передал точно и без отдышки.

— Кор Ваден, он стучался в ворота и вас спрашивал, но слуга ответил ему что тут такой не живет. — зачастил словами, как пулемет Гумус. — Дед его прогнал и обещал собаку спустить.

— Какую собаку? — удивился я.

— Это слуга сказал, что у нас собака есть, пугал его.

— Понятно! Что парень хочет? Он говорил слуге?

— Говорит что для вас письмо…

А вот это уже интересно. Все кто меня хорошо знают, в курсе, что я не умею читать на местном языке. Похоже, что парнишка засланный казачок.

Ну, раз по своей глупости ввязался в шпионские игры, то не обессудь, будет тебе пытки как в лучших фильмах про Джеймса Бонда.

— Вот что, Гумус. Залазь на забор и крикни ему, пусть к воротам подходит. Ждут его там. И сразу спрыгивай с забора. — держа за плечо мелкого, я смотрел ему в глаза для внушительности. Вряд ли по нему будут стрелять, но и изображать из себя мишень лишний раз не стоит. — Давай подсоблю. Но ты понял?! Как крикнешь, сразу спрыгивай!

Мелкий исполнил задачу без всяких осложнений, а я метнулся к себе в комнату за кистенем. Кинжал итак всегда со мной, как впрочем и нож, яйца и мазь Орков.

По дороге я крикнул встретившейся толстой кухарке, чтобы пряталась, но перед этим оповестила кор Равура, что у нас гости по мою душу.

Сам я пулей влетел в свою комнату. В латы облачаться нет времени, жалко что я бахтерец переделал под мелкого. Кольчугу со вставками пластин, одеть можно меньше чем за десять секунд, а вот с латами такие фокусы не проходят. Пришлось ограничится щитом и кистенем. Меч не стал брать, лишний он в таких замесах, кистень надежнее, несмотря на все недостатки этого оружия.


У ворот я оттеснил в сторону старого слугу, тот понимая важность момента не особо и сопротивлялся. Мелкий застыл у стены с подаренным тесаком, видать подвигов ему захотелось. Равур пристально всматривается в окно из своего кабинета.

Если убийц несколько, то отобьемся. Хотя есть в этом какая-то странность. День на дворе, ну или скорее ближе к вечеру. Что-то рано убийцы начинают, нет чтобы ночи дождаться и спокойно, пока все спят, через забор перемахнуть. Хотя, что у них в головах твориться кому бы понять, может они на момент неожиданности рассчитывают.


Через небольшую шелку в деревянных, немного рассохнувшихся воротах я видел только одного мальчишку. Впрочем, это еще ни о чем не говорит. Наверняка старшие его группы сбоку от ворот, прижались к стене. А может быть и еще хуже. Пока мы тут, они уже перелезли через стену и занимают позиции.


Калитка в воротах рядом, только руку потяни чтобы отодвинуть засов, а я пару секунд туплю, собираюсь с духом.

— Дай я. — сказал старик слуга, которого я, к своему стыду, так и не знаю как зовут. — Как впущу, наваливайся на калитку и запирай засов. Никуда от меня парень не денется…

Вот, ты умник какой! Не, ну конечно спасибо, что тут рядом ошиваешься и взялся за важную задачу. Но кто протупил и не известил меня, что тут якобы почтальон прибыл по мою душу?! Стареешь что ли, и мозги не так уже соображают?! А может думал, что тут мальчишка просто пробивает, тут ли я или нет, и не стал показывать, что даже заинтересован его словами, чтобы бежать и кого-то извещать?

Вопросов больше чем ответов. Взять бы живым мальчишку, а там он запоет, хотя из меня дирижер в пыточной, как из дерьма пуля.


Мальчишка не подозревая подвоха незамедлительно прошел в чуть приоткрывшуюся калитку ворот. Я навалился на калитку и спешно задвинул засов. Старик слуга держал мальчишку, прижимая к его горлу как по волшебству появившийся нож. Мой малой только хлопал глазами и не понимал, как так быстро уже подвиги кончились.

Пока Гумус приходил в себя я кивнул малому, чтобы он был само внимание, и спешно прошелся руками по телу мальчишки в поисках оружия. Как ни странно мальчишка был совсем чист, но это еще не повод скидывать его со счетов.

— Смотри за забором. Как полезут, ори что есть мочи. — сказал я мелкому, под влиянием не отпускающей меня паранойи.

— Записка где?! Кто тебя послал?! Сколько вас?! — это я уже мальчишке.

— Дяденьки отпустите меня. Мне прокричали из тюрьмы что тут меня накормят и денег дадут. Надо только письмо принести. Мне обещали! — орал мальчишка.

— Ничего не понимаю… — такими были мои первые слова. — Где письмо?!

— Тут в руке… — плакал мальчишка, испугавшись суровым приемом его тушки.

Я вывернул руку мальчишки, в ладони зажат какой-то клочок ткани. Что это?!

Письмо?! Почему на ткани?! Почему так?!


Тупил я недолго. Развернул серый кусок ткани и все стало на свои места. На серой, грязной ткани я увидел какие-то красные разводы. Ткань до боли знакомая, в такого же цвета рубашке ходил Антеро.

Суки! Убили Антеро! Бродяга же знает, что я не умею читать! Трясущимися руками разглаживаю ткань.

Узоры наверное написаны кровью. На обычные иероглифы непохоже. Рисунок примитивный. Кружок головы, овал туловища, четыре прямых рук и ног. Человечек за решеткой. А вот снизу написано кровью совсем не то, что я ожидал. Там были арабские цифры: три и пять.

Что это за шифр?! Откуда?! Кто тут знает эти цифры?! На случайные разводы кровью непохоже, слишком старательно цифры выведены, гораздо более старательно выделены цветом, чем человечек за решеткой. Не один раз кровью цифры прорисовывали.

А потом я вспомнил, как в таверне в Странном городе нацарапал по пьянее на столе имена, которые забыл. Там я так же процарапал эти цифры. Антеро помниться еще кривился от того, что у них цифры гораздо лучше смотрятся.

Теперь понятно! Имена, а точнее буквы, которыми записаны имена, он не запомнил, а вот цифры у него в памяти отлегли. Письмо значит от него. Он в тюрьме. Понимал, что я не поверю чьим-то словам со стороны и прислал в подтверждение его личности эти цифры.

— Это от Антеро. Накормите его, раз ему обещано. Я к кору Равуру. Скоро буду. — после затянувшего молчания, начал я отдавать приказы слуге Равура, на шоке просто не осознав что я не имею прав что-то приказывать в чужом доме.

Уже спустя минуту, когда я шел к старику, я понял свой косяк, но как-то уже поздно забирать свои слова обратно.

* * *

— Кор Равур. Похоже что Антеро в тюрьме. — сказал я старику. — У меня нет сомнений, что послание от него.

— Резко за вас взялись… — все что смог вытолкнуть из себя старик, прокашляв кровью на платок и тщательно его спрятав от моих глаз.

Туберкулез?!

— Кор Равур извините меня за все. За комнату, за сайкухов, за лишние волнения. — неожиданно для себя произнес я. — Так получилось…

— Иди уж… Вижу что не терпится расспросить посланника. Потом жду у себя… — отмахнулся от меня старик.

* * *

— Рассказывай! — резал голосом я, сразу как появился на кухне.

Мальчишка сидел за столом и наворачивал холодный, не разогретый суп, да так, что за ушами трещало.

— Мне просто скинули камень с куском тряпки. Я даже лица его не видел. — пробубнил с набитым ртом мальчишка.

Совсем мелкий, на взгляд так лет десять, но кто знает сколько ему на самом деле, голод не помогает вырасти.

— Где эта тюрьма? Далеко отсюда? Ты рядом живешь? — сыпал я вопросами.

Если честно, то большинство ответов на вопросы были простыми и ничего нового к известному не добавляли.

Парень просто рядом ошивался. Его окрикнули из-за решетки и обещали золотые горы и кормежку в том числе. Другие беспризорники на вопли из-за решеток уже привыкли не реагировать. Мало ли что там пообещают, далеко не все исполняют обещанное. А это новичок или слишком оголодал и повелся на обещанное.

— Сколько тебе обещали из-за решетки? — отвлекся от своих мыслей я.

— Монету…

Я опять заскрипел мозгами. Медяшка слишком мало. Золото слишком много, наверное серебро.

— Держи, тут три. — протянул я монету пареньку. Меньшей монеты просто при себе не оказалось. Серебро с номиналом тройка. Судя по расширившимся глазам паренька, на такою удачу он и не рассчитывал.

— Не пойми неправильно, но пока я не проверю твои слова, ты побудешь здесь. Тебя будут кормить, но ты постоянно будешь под присмотром, а спать будешь под замком. — сказал я, опять применив самоуправство в чужом доме. — Гумус следи за ним в двое! Куда он, туда и ты! Чуть что поступай с ним как с толстяком! Спать он будет в чулане, там вроде засов есть, а если нет, то дверь привалишь чем-нибудь!

— Кор Ваден, а вы куда? Можно мне с вами? — зачастил вопросами мелкий.

— Исполнять! — рявкнул я, и пошел к Равуру обсуждать последние новости.

* * *

— Уверен?! — напоследок спросил меня старик.

— Надо. — все что я смог сказать.

— Ну езжай. — вот и все напутствие от старика.

Я спустился со второго этажа, посмотрел напоследок на малого охраняющего бродяжку, поправил наручь и поехал. Гумуса я с собой осмысленно брать не стал. Страховка спины это конечно хорошо, но и доверия к засланному у меня не особо много.

А вы как думали? Паранойя либо есть, либо нет, и на мелочи она не разменивается.

Глава 6 Тюрьма, поклеп, маты за мое разгильдяйство, и придурки

Мрачный город оказывается так прозывается, не только из-за проживания в нем чиновников. Тут одна из городских тюрем.

Я туплю и на смеси мне известных слов пытаюсь подкупить стражника. Моего словарного запаса или моей убедительности, явно не хватает. Упертый осел! Ну что ему стоит?!

Вечер, темнеет, а я тут отсвечиваю, как проститутка перед Кремлем, бери не хочу.

От нечего делать я начал орать, звать Антеро. Еще один мой тупизм. Сразу скажу я тут не один такой орущий, нас тут таких около четверых, пятый уже глотку сорвал.

Когда я устал орать, я доехал до ближайшей таверны горло промочить. Взяв бутылку себе в помощь, я вернулся к тюрьме. А дальше меня озарила одна мысль.

Тупость конечно страшная, но думаю мой дегенерат поймет. Я начал петь со всей силы свой глотки, только то, что понять может мой отморозок. Только две песни на русском языке он слышал и именно эти две песни я и исполнил.

Первая Киша, «еб…ный клоун», песня с переизбытком мата и вторая «только мы с конем, по полю идем».

Хватило и первой песни. Антеро понял по звукам чуждым местным, что это я пою. Дальше был обмен криками ослабленный стенами и его советы мне.

— Хорош орать! Я слышу тебя! Найди… — раздавался от куда-то приглушенный голос бродяги.

— Кого?! — ору я в ответ.

— … — опять что-то невнятное.

— Кого?!

— Тысячника! Тысячника! Тысячника найди дурак! — наконец пробился из застенок голос Антеро.

Ну, так бы сразу и кричал бы, а то про кого-то кор Гра или кор Ара, а оказалось просто кор-сэ́ Загра. Конечно, Загра не тысячник, а только исполняет его обязанности, но думаю мне именно к нему, а не к придворному, который официально эту должность занимает. Сомнительно, что придворный вообще в курсе что у него в тысяче кого-то в застенки посадили. Хотя может и знает, мой временный перевод в девятую сотню не без его подачи проходил. Вполне возможно, что мой временный перевод и арест Антеро это звенья одной цепи…

* * *

Ехать сразу к тысячнику я не стал. Темнело и его все равно в части уже не застать, с утра поеду. Как доехал до дома Равура уже не помню. И только в кабинете у старика я понял, что на эмоциях ехал по темным улицам слишком беспечно, словно за мной и не ведется охота. Много ли надо ума и сноровки, чтобы из темного переулка выстрелить арбалетным болтом в голову?

Старик, видя мое пессимистическое настроением, мне и об этом напомнил. Капитан очевидность, блин! Но, за совет спасибо, так же как и спасибо, что в чувство меня привел.

Равур так-то умные вещи говорил. Сказал, что не верит в случайности. Сказал, что выяснит по старым связям в чем тут дело. Да и вообще обещал помочь по мере сил. Правда он тут же поправил себя, и заявил, что денег не даст, что все расходы целиком на мне.

Ну, понятно все с ним. Это он не мне или Антеро помогает, а себе. Наверняка на доле от его связей. Впрочем, хорошо что он и так помогает. Я в этом мире чужак и даже взятку «вертухаю»[41] не смог вручить, а что уж говорить про более серьезных людей.

После старого на меня насел мой малой, интересовался как дела у старого рыцаря. А что я ему мог сказать? Так как-то нелепо от него отмахнулся, не до него.

Малой между делом меня известил, что парнишка принесший письмо уже спит в чулане, он его туда запер, как я и приказал. Парнишка-то оказывается вовсе и не рвется на свободу. Тут кормят, спать можно в тепле, даже деньги заплатили сверх уговора, в общем парнишка мечтает тут «прописаться».

Еще один на мою голову! С одним-то не знаешь, как толком быть, а тут второй ко мне просится через оруженосца. Да еще эти котята, тьфу ты песцы, ласки, а вспомнил, сайкухи. Надо бы их покормить, пока не забыл.

Так уйдя в свои мысли, я наскоро покормил малышей и отрубился. Последней мыслью перед сном мелькнуло, что надо мелким уже блюдце с молоком ставить. Научатся пить с блюдца, то поживут еще, а не научится, то и топить их не придется.

* * *

Едва только рассвело, я стремительно умчался в тысячу. Мелкий семенил вслед за моим конем по полной выкладке. Бахтерец, тесак, сюрко с белой совой, но картину от его боевого вида портило отсутствие у него шлема, наручей, поножей… Да и что греха таить, босяком он бежит мне в след!

Пипец мой рыцарской чести! Своего оруженосца обуть так и не удосужился!

Кстати, а тут мне за это могут и предъявить. Дескать, оборванца какого-то подобрал! А уж не бродягу ли ты с улицы в оруженосцы взял?!

Хотя! Здравствуй паранойя! Что это я на пустом месте на себя возвожу. Не скажут мне такого. Тут такая глупость, чтобы принять оборванца в оруженосцы, кроме меня никому в голову и придти не может. Привычка мышления у местных. Местные скорее посчитают, что мелкий совсем из нищего рода или то, что я его так наказал за что-либо.

В голову постоянно лезет какой-то бред, воспоминание как паренек принесший письмо с утра, рвался ко мне поговорить, а я от него только отмахнулся. Не до него, вечером поговорим, а он от этого лицом просветлел, еще один день сытый и в тепле. Вспоминался и кор Равур с утра собиравшийся в дорогу, ну точнее его слуги карету запрягали. Вспоминались белые крысята. Малыши все-таки научились пить молоко из блюдца.

В общем, я не был собран в дороге. Убивай — не хочу. Уже у части я немного пришел в себя. Собрался. Сейчас у тысячника начнется.


К кор-сэ́ Загра нас с мелким провели незамедлительно. А как же! Он мой оруженосец, моя тень, куда я туда и он. За нашими спинами тихо хлопнула закрывшаяся дверь и тысячник за меня принялся.

— А-а! Явился! Ты что, сукин сын! Дезертировать! — во всю луженую глотку разорался Загра. Меня чуть звуковой волной от его вопля не выкинуло за дверь. — Тысячу позоришь! Самовольное оставление боевого поста! Где бумага о нападении?!

Ну началось! Что же я попу с утра вазелином не смазал?! А еще лучше бы вазелином себе уши бы залепил бы! Один фиг меня снощать будут в особо извращенной форме: через уши, потом через мозг и так по спинному мозгу до самого анала.

— Распустились у меня! Вылетишь у меня из тысячи, как дерьмо у сопляка при виде орка! — не останавливаясь орал тысячник, и это самое цензурное что можно передать.

Эти крики даже меня ввели в ступор, а что говорить про моего мелкого, стоит дрожит, чуть не писается. Я же поймал себя на мысли что «вытянулся во фунт», ну в смысле вытянулся, щелкнул каблуками и «стою по уставу Российской армии». Как оказываются, привычки глубоко в спинной мозг проникают, даже спустя годы привычка неожиданно вылезла. Я даже по привычке стал пучить глаза как у блудливого, виноватого пса.

Какой там рескрипт на полном серьезе издал Петр Первый? «У подчиненного вид должен быть усердный, лиховатый и глупый, чтобы разумением своим не смущать начальство»[42]. Ну вот я по это старому рескрипту сейчас и позирую нечто похожее в меру своих усилий.

— Что не новобранец, то отбросы! Чести как у сраки, а ума как говна у младенца! — продолжал орать Загра, но вовсе не его крик заставил меня шевелить извилинами.

Загра прооравшись начал семафорить руками. Прикладывал ладонь к уху и в перерывах между руганью открывал рот как рыба, которая вылезла на берег.

Ну, ты и фокусник, кор-сэ́ Загра! А раньше не мог намекнуть, что нас подслушивают! У меня от твоих воплей чуть сердце не остановилось, а это оказывается в расчете на прослушку!

— Что молчишь! Дурак! Нечего сказать в свое оправдание! — продолжал орать тысячник, активно семафоря руками.

Ну, понял! Надо что-то вякать в свое оправдание. И я что-то завыл себе в оправдание про ранение, удар головой об землю, яд, лечение, да и про то что до сих пор болею.

Загра, впрочем, не давал мне сказать больше одного, двух предложений в свое оправдание. Постоянно орал на меня, и словно в гневе у него лишние временами прорывалось.

— Ты дурак! Дурак учил, дурак и получился! Один пост оставляет! Другой караваны грабит!

Ну, понятно теперь хоть за что Антеро взяли. Зная немного его биографию, я не удивляюсь такому повороту событий. Вопрос только в том, а как на него вышли? Откуда ноги растут в этой истории? Случайно нашелся свидетель из разграбленного каравана и на него показал?

Чушь! Бродяга мне уже объяснял, что слово купца или его помощника ниже слова рыцаря. Слова охранников вообще никто в расчет не берет. Слово купца весит больше, только если купцов несколько, а это уже не мелкий караван, а средний или большой караван. Не настолько мой отморозок дурак, что в такую аферу соваться. Значит, его оговорили.

Как там Равур говорил: мой перевод в девятую сотню, нападение, арест Антеро, это звенья одной цепи. Вот граф сволота! Бьет меня на взлете, пока я не встал на крыло! Браконьер чертов!


От моих мыслей меня отвлек едва слышный шепот тысячника: — Не молчи дурак! Говори.

Я опять начал что-то мямлить в свое оправдание, а он шептал пока я говорил. Немного можно прошептать между двумя предложениями моих оправданий до новой порции ругани, но основное тысячник мне прошептал.

Надо искать дознавателя Шакара, помощника купца Марута и решать вопрос с арестом еще до суда. Суд гарантированно приговорит бродягу к смерти. Не важно, виноват он или нет, тут такие силы поднялись, что сомнений в его гибели нет. Сам Загра ничем помочь не может. Не его уровень, да и «большой брат» за ним следит. В общем, режь подставных свидетелей и подкупай дознавателя. И за своей спиной внимание не ослабляй, тебя тоже ищут, но по законам тебе ничего не предъявить.

Признаться, когда он прошептал, что мне по законам нечего предъявить, я невольно ощутил пот по позвоночнику. Еще как есть что, мне въявить в вину. Самозванец, взял в оруженосцы другого самозванца, если это вскроется, то меня ждет даже не легкая смерть от топора на плахе, а куча незабываемых впечатлений до самой моей смерти.

Загра орал еще долго. Потом устав глотку рвать, прервался на то что бы налить себе вина, да и мне заодно налил, и жестом указал чтобы я не терялся.

Хороший он все же мужик! Зря на него наговаривают. Должность у него такая, стращать по мелочам, чтобы по крупному бойцы не залетели…


Тысячника я покидал в смешанных чувствах. Мне в след ухмылялся писарчук при кор-сэ́ Загра. Вот ты какой оказывается, пушной зверек! Это из-за тебя крысы я чуть не оглох! Пипец, что творится! Это из-за этого что ли дрища тут такой маскарад? Загра оказывается даже в своей прислуге не волен. Траванул бы его что ли крысиным ядом! Или может правильно, что не меняет его на нового. Этот уже засвеченный, а вот новый может оказаться не таким дураком, не поведется на дешевые крики.

* * *

Перед отъездом из части я заглянул к сотнику Гижеку. Сотник ничего мне нового не сказал. Единственное что он меня поздравил с обретением оруженосца и заверил, что за мое самовольное оставление караула у меня проблем особых не произойдет. Мои бумаги опять переводят в пятую сотню.

После нападения на меня и моего дезертирства, все заболевшие в девятой сотне вдруг резко выздоровели. Меня ждут на службе, но Гижек меня уверил, что две недели у меня по больничному от старой загноившейся раны, он мне обеспечит. Больше двух недель не советовал пропускать, проблемы из-за этого могут вылезти.

Ну, что тут сказать. Спасибо и на том, что прикрыл меня от произвола администрации по мере своих сил. Сочтемся как-нибудь…


На выезде из части меня ожидал новый сюрприз.

— Вы только посмотрите господа на этих деревенщин! Привыкли у себя по деревням по коровьим лепешках босыми бегать! — довольного громко чуть ли не проорал кто-то в компании двух таких.

Твари! Зацепились словами за моего оруженосца!

По виду, так сами полная рвань. Сапоги у всех поношенные, а у одного и вовсе рваные. Грязные, потасканные рубахи торчащие из замызганных камзолов. Лошадей рядом с ними не видно. Пешком что ли пришли? Но все туда даже! Дворяне! По крайней мере серебряные цепи таскают поверх камзолов. Увешаны оружием как будто на войну собрались.

Все с вами понятно. Вот меня и нашли бретёры. Подкараулили у части и сейчас петушатся. Им не важно что я скажу. Итог будет одним и тем же. Вряд ли все трое по мою душу, скорее кто-то один из них. Двое так, за компанию. Я не верю, что всем троим заплатили за мою тушку.

— Этих деревенщин даже речи не учат. А может они от страха языки потеряли. — не унимался петушной. — Спорю на золотой, что они даже своих имен не помнят! Такие они тупые! Как пса нацепил, так про свою фамильную честь забыл!

Это уже конкретно в мой адрес. Типа снимай сюрко с гербом короля.

Стараюсь не обращать внимания на придурков. Они меня специально провоцируют и надо быть полным дебилом чтобы на детские подначки повестись.

Так-то про фамильную честь слова, это уже перебор. Тут за такое вступаются заведомо на смерть против более сильного соперника. А я вот не повелся, чем выбесил до предела всех троих.

— Да у них все в роду трусы! Как таких уродов в ряды армии берут?! У короля в войсках только трусы служат! — заорал еще один из троицы.

Ну, он дурак! Это ж надо быть таким дебилом! Дураком родился, дураком и помрет! У части королевских войск орать, что королевские войска отбросы и трусы! Даже два других из троицы, на дебила посмотрели с ужасом.

Хочешь, не хочешь, а на дуэль с ними надо нарываться. Не поймут меня в войсках, если я им не отвечу. Только это большая разница биться на дуэли по чести рода и биться за честь тысячи.

В первом случае это глухое место без лишних свидетелей, где я не удивился бы, если меня все втроем попытались бы толпой окучить или еще какая-то подлость вылезла бы. Второй случай это интереснее. За честь полка надо и можно биться в любом месте, даже если это людное место.

Не поеду я с вами в подворотни дебилы! Забудьте про свою западню, вы сами нарвались. Учите устав придурки!


— Я не понял! Ты что поносишь короля и его войска! — заорал я со всей дури. — На смерть! Сейчас! Вы дерьмо мытаря! Все трое! Всех вас вызываю!

Не сочтите меня дураком за то, что вызвал на дуэль всех троих. Как говорили в армии: — Учи устав! Устав это не только способ задрочить солдата, но и способ спасти свою жопу от дисбата!

Что во внутреннем уставе для тысячи написано: — Отдать свою жизнь за честь тысячи.

Что написано во всех дуэльных кодексах: — Если дуэлей больше чем одна в день, то вызываемый вправе требовать замены.

То есть, я могу позвать еще два человека себе в помощь, и биться мы будем не в подворотне, а тут у входа в часть, на плацу.


Надо признаться, мои сослуживцы и случайные прохожие с самого начала «уши грели» и ждали, когда я подпишусь на дуэль. Я своим пофигизмом на честь рода подарил им возможность не только посмотреть, но и поучаствовать в дуэли.

И откуда все понабежали? Крутятся рядом со мной, а самые нетерпеливые уже просят меня выбрать их отстоять честь тысячи.

Самый умный среди троицы попытался слиться от вызова, типа он не при делах, а просто рядом стоял. Но куда там?! Двадцать армейских рыл гнобили его за трусость, так, что мне даже говорить ничего не пришлось.

Само собой начали раздаваться первые ставки на бои, поначалу мелочные на серебро, небогато живут мои сослуживцы.


Народ на бои начал подтягиваться как алкаши к открытию магазина. Появилось все начальство что было на месте в части, десятники, сотники, даже кор-сэ́ Загра и стукачок при нем подтянулись.

Шум, гомон, споры.

Все ждут кого я выберу себе в помощники успокоить пришлых. Ко мне пробился десятник моей сотни, ну один из дружков авторитета сотни и потребовал чтобы я его взял в помощники или кого-то из его десятка. Моего десятника, Юдуса, не было, он на посту, но почему бы не уважить его кореша. Я единственное потребовал, чтобы десятник сам показал на лучших в его десятке, а то как бы не облажаться, честь тысячи на кону.


Мы между делом кочевали всей толпой на плац. Благо идти всего недалеко. Вокруг троицы такой шлейф бодрых вояк, что смыться у них нет никакой возможности.

Ну кто вас с Небес к нам на район звал?! «Улетите сейчас на небеса», между прочим это не я придумал, а тут в ходу такая поговорка.

За третьего в моей связке, чуть ли не драка произошла. Вы представьте себе больше двадцати орущих друг на друга десятников доказывающих, что их орлы самые лучшие. Потом подключились и сотники. Сотников всего ничего, четыре из десяти в тысяче, но шума они делали больше, чем все десятники вместе взятые.

В какой-то момент мне кто-то тихо прошептал на ухо, что мне проставят два золотых, чтобы человек из нужного десятка поучаствовал.

Вы не подумайте ничего лишнего. Но тут дуэль за честь тысячи, это все равно что участвовать в армейских соревнованиях. Бойцу слава, почет, возможность себя показать, десятку и сотне способ похвастаться своими орлами. А сколько начальству можно под этим соусом себе вкусных плюшек выбить…

Несмотря на то, что пришлось биться без заковки, чтобы уровнять шансы с бездоспешными, как вы думаете, были ли у этих петухов шансы выжить?


Бой решили проводить сразу трое на трое. Ну как решили?! Решал я, но мне настойчиво советовали такой расклад. Шли ставки: кто первый убьет своего противника, за какое время первый поляжет, спорили даже на количество ран от которых подохнут залетные.

Мне навязали за шесть золотых кого-то из третьей сотни. Вторым я взял десятника Варта из четвертого десятка, пятой сотни. Уж очень сильно он просился, а мне поддержка в своей сотне не помешает.

По какому дуэльному кодексу решили провести бой, я не особо вникал. Понял основное. Бьемся тем оружием, что при себе. Ну и ладушки.

Я взял себе в противники того дурака, который орал что все в моей тысяче трусы. По дуэльному кодексу я так был обязан поступить, да и мне, если честно, от этого легче. Крикливый дурак, явно не самый опасный боец.

* * *

Бой особо долго не затянулся. Я сходу пластовал воздух своим фальшем. У крикливого каролинг, а какой может быть блок у каролинга против инерционного оружия?

Хрясь! Это полетели искры от каролинга. Крикливый пытается не потерять инициативу, но куда ему.

Поначалу он наверное ждал, пока я выложусь по полной, запыхаюсь, но я же тоже не первый день на свете живу. За последние несколько месяцев я значительно восстановил свою прежнею форму, правда, в перерывах между пьянками. Однако и опыт никуда не денешь. Ага жди! Как же, поведусь я выкладывать по полной!

Связки шли не постоянным шелестом рассекаемого воздуха, а рывками. Связка другая. Пауза. Опять связка, опять проверка, поиск бреши в обороне противника.

В общем, я не зарывался. Осторожно так напирал и теснил крикливого. Вплотную к себе не подпускал, что для местных несколько необычно. Я, если что, только кончиком фальша могу врубиться в тело противника, а вовсе не серединой клинка как многие тут привыкли. Да, так дольше, но так оно и надежнее.

Кто не понимает, поясню. Я меня фальш, а не шпага или каролинг. Масса клинка больше, отражать удары сложнее. У меня преимущество в том, что любой прямой блок от противника это ему смерть. Просто сломаю на прямом блоке каролинг. Впрочем, я и резкий удар по себе устану отражать, и потому постоянный шелест связок и дистанция.

Метр руки, плюс метр меча, плюс полтора метра по максимуму в движении. В среднем дистанция между мной и крикливым была около двух метров. То есть он при обычной атаке даже до меня не дотянется, а если дотянется, то мне и мечом пользоваться не надо чтобы уйти от удара.

Чуть прогнул спину назад и противнику надо дополнительно еще двадцать сантиметров, чтобы достать меня. Или сделал «отшаг по круговой» — ушел с линии удара, и сам начинаю наседать.

Манор, горизонталь, левая нижняя диагональ, переход на правую верхнею диагональ. По круговой провел клинок к левому бедру, на кисти левая верхняя диагональ. Выход на Конрад. На Конраде немного занесло, но я компенсировал инерцию сразу выходом на кисти на левую верхнею диагональ.

Кстати самая подлая связка, всего два элемента, но против правши самое-то. На эту связку крикливый и попался. Может он и неплох, но мой фальш, явно был лишним элементом против которого он не привык отбиваться.

Блок. Он еще на Конраде пытался сбить мой фальш вниз по круговой, а после этого из неклассического правого переката выйти на левый перекат.

Дебил! Пошел бы в скольжение, и мне бы пришлось левой ногой заступать за свою правую и уходить в отрыв.

Вместо этого крикливый сбил свой блок от инерции Конрада. Был бы у меня каролинг, то даже инерции каролинга бы хватило бы чтобы сбить его блок. Это один из двух самых сильных ударов. Их не блокировать надо, а рвать дистанцию от них или отводить по круговой.

В общем, я каролинг крикливого сбил вверх фальшем. По привычке провернул кисть и врубился в правое плечо.

Специально сделал короткий подшаг, пусть даже подшаг это не шаг, а короткий шаг вперед не с опорной, задней ноги, а с передней. Зря что ли я весь бой на носочках качаюсь и балансирую. Чуть голову вперед и меня инерцией тянет вперед, чуть голову назад и меня тянет назад от удара.

Что тут сказать. Врубился я в ключицу. Знаю что косяк!

Надо было немного руку довернуть и сразу в голову зарядить, но привычка девяностых. Мы специально никогда в голову не били. Шлемов на всех не хватало, а с каждой второй — третьей тренировки, кто-то пропадал на лечение.


Правая рука у крикливого опала. Нет, сама рука на месте, но кровь на губах, выроненный меч. По ходу я ему до середины грудной мышцы все рассек. Достал до легкого. Не жилец при местной медицине с кровопусканиями вместо лечения. Впрочем, недооценивать местных тоже не надо. У местных ведь есть еще маги, хоть их и мало, чем они и пользуются — на оплате услуг магов можно разориться.

Смотрю на своих партнеров. Они еще кружат в поединках.

Я что, самый первый?! Кажется, что времени прошло много, но это не так. Весь поединок не больше чем полминуты.

По правилам я могу вмешаться в любой поединок, помочь своим партнерам. Смотрю.


Варт из четвертого десятка сотни уверенно кружит, пока ничья. Боец из третьей сотни явно переоценил свои силы. Уже пропустил царапину и понемногу заливает плац кровью, но и противник ему попался самый крутой среди всей троицы. Ему и помогу.

Влез в бой под углом сто десять с левой стороны, а на больший угол и рассчитывать нельзя. Противник тоже не дурак, угол сто восемьдесят при бое двоих на одного невозможен в принципе, даже против новичка.

Он круговую по ногам и я круговую по ногам. Блокируй его руку паренек из третьей, я его дожму, когда он с тобой на долю секунды завязнет.

Бретёр вытащил кинжал. Ну блокируй, только не все блоки у тебя будут удачны.

К слову сказать, блокировать кинжалом в чем-то проще, а в чем-то сложнее. Кинжал — более короткое лезвие, рычажная сила меньше на приемку моего клинка, надо просто кисть провернуть и в сторону мой фальшь увести.

С другой стороны и кинжалом блокировать тоже уметь надо. Сложнее использовать глазомер и подставить кинжал под удар. Ножом блокировать в принципе вообще невозможно[43], что бы Сигал в Голливуде не показывал. Это такой глазомер надо иметь, что я даже не знаю.


Кинжал не особо помог бретеру. Я, как теряющий девственность ниндзя, быстрый и осторожный. Кто сказал, что только у тебя есть кинжал?

Мой кинжал на твой меч. Что-то совсем поплыл мой партнер, уже не особо напирает на бретёра. Ну, будешь тогда вторым номером.

Бретёр разрывается между нами двумя. Блок меча бретёра по мечу моего партнера с третьей сотни. Скрежет моего фальша по кинжалу бретёра, но я проваливаюсь в пустоту от его постоянных уходов в сторону.

Твою мать! Я-то думал что мы его легко уделаем, а по ходу мы и вдвоем его не достанем. Бретёр по навыкам явно лучше меня. Врать не буду. Один на один я бы его не уделал бы, о чем мне говорит мой чуйка, сработавшая с первых секунд столкновения.

Достал ты меня! В смысле, надоело возиться с тобой. Ну, если относительно по честному нельзя, то будет по относительно нечестному. А так не хотел светить кистень.


Фальш улетел на землю. Да, так вот. Кинул оружие на землю. Уже инстинктивно сгибаю затылок от подзатыльника моего учителя. Оскорбил оружие! Какое там жирными пальцами по стали провести! Я такой косяк сделал! Меч выкинул!

Левая с кинжалом меня страхует, пока я вытягивал кистень. Лови дурачок! Нечего отвлекаться на парня из третьей.

Приятно?! Сейчас добавлю. По-своему бы не попасть, а то било у кистеня вещь непредсказуемая.

Поймал?! Вкусно?! А ты как думал?! Блокировать цепь кистеня кинжалом? От кистеня можно уберечься только разрывом дистанции или наоборот сближением, но ты то связан боем с двумя, если ты на секунду завязнешь в ближнем бою со мной, то это верный заход тебе в спину от подранка из третьей. Да и оружие для тебя незнакомое.


В общем, пришлось выложиться в бою со вторым. В этом бою я уже почуял, что стал задыхаться. Шустрого дважды отоварил по хребту. Не повезло ему. Осколки ребер наверняка легкие проткнули. Улетай на небеса противный!


Третьего и без нашей помощи убил десятник. А вот нечего ему было отвлекаться на смерти корешей, в итоге третий зазевался.

Красиво их сделали. Ну, по крайней мере без потерь. Честь тысячи отстояли.

Нас лезут поздравлять. Хлопают по плечам. Кто-то недоволен, проспорил. Перед Загрой и сотниками все расступаются.

— Считай, что ты отстоял честь тысячи! Свои проступки ты искупил кровью! — кратко и по существу на публику громко произнес Загра.

На деле он этим не только себя пропиарил, но и нашел формальный повод отмазать меня от административного гнета. Ну как же! Моего орла, что живота своего не щадил за честь полка, отдать на расправу крючкотворам?! Меня мои же офицеры не поймут!

По ходу, сегодня не только третья и пятая сотни себя пропиарили, но и вся третья тысяча. Что там я говорил про Российскую армию? Да я косипор, но полезный косипор. Тут по ходу та же самая действительность любой армии, наработаешь авторитет и потом авторитет начнет тебя прикрывать.

Глава 7 Траты, жрец и печаль казематная

Гумус радостно месил босыми ногами осеннею грязь, ну как же наставник молодец, а я был погружен в свои думки. Ну отоварили мы в части трех, а где уверенность что новые не нарисуются.

Опять же, одно дело честный бой и совсем другое дело грязный. Вечно озираться по каждой темной тени в подворотни, никаких нервов не хватит.

Не случайно самураи не любили ниндзя. Вроде что тут такого?! Многие ниндзя могли в прямом столкновение по честному порубить среднего самурая, но их презирали за грязные методики боя. Европейские рыцари тоже презирали ландскнехтов за их эффективность, или испанскую пехоту, или швейцарских алебардистов.

Не скажу, что у меня совсем чистые методики боя, но именно поэтому я понимаю, как легко человека подловить. Сам далеко не ниндзя, но кое что из методик знаю. Не случайно Хапкидо считается самым грязным единоборством, по которому даже соревнований не проводят. Кому нужен итог в спарринге с выколотыми глазами, вырванными ключицами, оторванными яйцами и прочие прелести.

Врать о том, что я имею в этой дисциплине черный пояс, даже первого дана, не буду. Так, ознакомился немного, двух на неожиданности если повезет в рукопашке подловлю, да и то, если повезет.

Да что там я. Я однажды увидел как сэнсэй с финалом на пол лица пришел на тренировку, а он это не я, он второй дан. Говорил, что он с мотоцикла навернулся, но мне кажется, что тот мотоцикл был в баре и весил больше сто десяти. Ну, с кем не бывает по неожиданности и пьяни.


От моих мыслей меня отвлек мой мелкий. Ушибил об что-то ногу и ругается. Надо ему обувь какую-то справить.

В общем, на таких мыслях неудивительно, что мы в Злом завернули до Чистого, заказали ботинки по местной моде и мерке. Через пару дней мелкий сам за ними забежит без моего участия.


Кор Равуру я передал слова кор-сэ́ Загра. Старик призадумался.

— Про купца ничего не скажу, а дознаватель мне известный. Не бедствует, но никто его не ловил. — вот и вся характеристика. — Где он живет и как его найти, не знаю, но завтра буду знать. Плохо что с Антеро не поговорить. Тут я тебе не помощник. Отдыхай пока.

— А кто помощник?

— Жрецы часто ходят к заключенным. Их пускают за небольшую мзду. Есть кто на примете?

Вот ты жук! Ну, не верю, что у тебя самого нет знакомых жрецов. Просто тебе лень или еще что-то вроде этого.

— Есть. — ответил я, припоминая жреца, ну того, ученика которого я спаивал в таверне. Как там его. В общем, не помню, но примерно представляю, где его искать, при условии что он еще не съехал. — Жрец… как там… бога смерти, юноши с веткой чего-то там подойдет?

— Рарнор. Подойдет. — поправил меня старик. — Езжай тогда к нему. Кто знает, что из этого выйдет…

* * *

На счастье Антеро, жрец Рарнора еще никуда не съехал. Почти месяц в гостинице. У него что тут, скидка по проживанию или не он платит?

Мне даже искать старика не пришлось, подфартило. Сидел внизу таверны и спорил с некто вонючем и грязным, о пользе или вреде мытья. Ученик, которого я месяц назад спаивал, сидел за столом и с умным видом вникал в беседу двух пердунов.

Ну, просто идиллия, беседа местного Платона с Диогеном, у них как и всех сократиков было принято спорить о высших вещах за вином. Это от сократиков растут корни русской беседы о недосягаемом на кухне под беленькую. А панки это вообще отголосок двух с половиной тысячи лет от Диогена и его учеников, Киников[44] — в переводе с древнегреческого «собак», как и само слово «циник» отголосок жизни Диогена.

Я это к тому, что я был несколько обескуражен тем, что жрец Рарнора пил вино за компанию с бомжом. Особо он на кружку не налегал, но ведь нам с Антеро он вообще загонял, что не пьет алкоголь из-за здоровья. Врал скотина, побрезговал с нами выпить…

Речь шла не о чем-то особо заумном, как я уже говорил спор шел о пользе или вреде чистоты, но такими словами и фразами что у меня ум за разум заходил. Я понимал от силу одну пятую слов, а обычно наоборот.

Мозги скрипели и отказывались верить что за этим набором звуков от собеседников есть какой-то смысл. Хотя если взглянуть на кислую рожу трактирщика, то он тоже мало что понимал, хоть и язык для него родной.

— Вот что любезный. Налей-ка мне кружечку. — довольно громко сказал я. Это я решил привлечь к себе внимание не только трактирщика, но и старика жреца.

На меня покосились с недовольством все десять человек в таверне. Да, вы не ослышались, именно десять. За одним столом сидели и спорили о чистоте, бомж и жрец с его учеником. Остальные так сказать были на периферии и вслушивались в слова умудренных мужей. Судя по опрятности одной стороны и вонючести другой, тут были сторонники обоих версий спора.

— И часто тут такое? — довольно пространственно спросил я у трактирщика.

— Не очень часто, но лучше бы вообще не было бы. — морщась словно от зубной боли ответил мне трактирщик. — Раз в пять дней, иногда чаще, иногда реже, тут такие словесные баталии происходят, что хоть таверну поджигай…

Ну-ну, так ты мне в уши и заливай, что таверну подожжешь. Сам что сказал, «словесные баталии», а это не обороты речи простого трактирщика. По ходу ты от споров своих посетителей тоже чему-то обучился. Значит, в кайф тебе такие речи слушать, а на фоне меня верзилы малограмотного ты косишь под простачка. Типа: «Будь проще и люди к тебе потянуться».

Хотя, дело может и в другом. Вон как в таверне чисто и опрятно, а тут кто-то поносит витиевато твой порядок и чистоту.

Я присел у барной стойки и минут десять выслушивал малозначащие для меня звуки. Ждал, пока жрец освободится, а то как-то нелепо будет обращаться к нему, с просьбой навестить в тюрьме Антеро, пока он мыслями в споре.

Я неторопливо лакал вторую кружку, как на меня спорщики решили обратить внимание.

— Молодой человек. Не сочтите за неуважение, вы как человек непосвященный в таинства области знаний… — начал жрец.

— Да просто! — перебил жреца бомж и рявкнул. — Мы хотим, чтобы ты был сторонним судьей в споре!

— Так я же почти ничего не понимаю в том, что вы говорите. — возразил я.

— Именно поэтому в виду вашей беспристрастности мы обращаемся к вам… — начал жрец.

— Даже осел понимает, что яблоки вкуснее соломы! — рявкнул бомж.

Бомж совсем борзой, сравнил меня с ослом. Хотя, видимо, это расхожая поговорка. В любом случае борзой, ты сам не понял, как попал. Я тебя в споре закопаю не только потому, что мне это выгодно, чтобы жрец проникся ко мне симпатией, но и потому что ты слишком грубый, вонючий и борзой.

— Я согласен быть судьей, но при условии что вы будете говорить медленно и словами мне понятными. — присел я за стол к спорщикам и поставил свое условие. — Если вы будете говорить теми же словами, то я вас просто не пойму…

Сухощавый старикашка жрец согласно покачал головой. Бомж только хмыкнул на мое признание, типа, а что от тебя еще деревенщины и тупицы можно ожидать.

* * *

Поначалу быть судьей в споре быть не задалось. Я в течение получаса выяснял для себе значения новых слов. Вот не надо вякать, что вы с ходу сможете спорить даже с самым тупым философом, не зная терминов. Майевтика, мать ее так! Кто знает значение термина, тот поймет. А кто не понимает, ну что я вам буду объяснять, «классический университет» вам в помощь.

В общем, я был Сократом, точнее разыграл карту Сократа. Как бы это объяснить по-простому. Это когда ты строишь из себя дауна, что при моем знании языка несложно, а потом ловишь собеседника на простом противоречие в его же словах.

Кто не понял, это не ловля «на понятиях»! «Понятия» четко структурированы и прописаны по замкнутой схеме. «Понятия» это кубики! Ты из кубиков можешь составить слово, но не можешь составить то, что за пределами языка понятий[45].

Сократ совсем не этим брал. Простыми словами, Сократ докапывался до незаметных мелочей и переворачивал всю схему с ног на голову. Самураи сказали бы что Сократ прогибался, как ветка ели под снегом, чтобы скинуть снег[46].

Сократ вечно пьяный, постоянно строил из себя дурочка в спорах. Пускай пыжиться говорливый и сам под себя копает, подлови и сбей. Не случайно Будда, когда один из учеников пытался узнать у учителя ответ на один из трех вечных вопросов, надолго замолчал. Невозможно подловить на противоречие того кто молчит, так же и бой между мастерами, долго не длится, до первой ошибки, а в защите ошибок меньше.

В общем, я долго молчал. Копил словарный запас, а потом меня было не заткнуть.

Бомжа я поймал на простом противоречие. Этот чудик, считает что грязь защищает от болезней. Да, я же с тобой согласен! Вспомнил он народах дальнего севера, которые умирали, когда их насильно мыли коммунисты[47]. Естественно, никаких коммунистов в моей риторике не было, а были сказания моего народа.

Старикашка-жрец на мою риторику загрустил. Ну, не надо так. Это уловка.

Бомж раздухарился. Сыпал аргументами. Блин! Просил же, без сложных слов! Победитель в споре, херов! Ну, ничего, сейчас ты быстро остынешь.

Да, я согласен, что мыться водой это смерть! Причем я в этом ничуть не соврал!

Мыться водой это и в самом деле смерть! Только дьявол кроется в деталях. Я рассказал предание моего народа о незримой смерти в воде.

Любая вода что не исходит паром несет в себе эту смерть, соврал конечно, достаточно семидесяти градусов, но зачем мне лишний геморрой, объяснять как градусы меряются.

Рассказал о предание моего народа о живом яде, который выходит из тела человека и смешиваясь с водой, убивает живых.

Кто не к курсе, немцы в городах вдоль их великой реки — часто дохли от холеры, потому что их великий Рейн нес в себе фекалии, лучшую среду для бацилл холеры. Правда в том, что фильтры для воды немцы придумали вовсе не потому что они такие умные и чистоплотные. У них просто выхода не было, столетиями канализацию городов сливали в Рейн, вот и дохли постоянно от холеры. Цивилизация блин! Начало двадцатого века, когда они от перенаселения начали фильтры изобретать.

Надо признаться, что поначалу бомж пытался меня перебивать и что-то заумное говорить.

Смешной. Я же варвар и потому не в курсе, что собеседника нельзя перебивать. Я тупо орал «на своей волне». Бомж не унимался. Пытался поймать меня на словах. Говорил, что кипяченая вода с ядом от этого не станет менее безопасной и даже грозился на примере мне это доказать.

Смешной, а кто возражает, что химикаты в кипяченой воде от этого не становится менее опасными.

Не, ну так-то он меня правильно подловил на словах. Я бы на его месте так же действовал бы. Но опять, дьявол кроется в деталях. Я сослался на то, что чужестранец и плохо знаю язык. В общем, повинился что сразу не донес до публики, что яд живой и как все живое умирает в кипящей воде.

Думаете, на этом спор прекратился? Думаете, меня предали местной анафеме?

А вот и нет. Такое было бы возможно, только если нет оппонента в лице жреца, что негласно поддерживает меня. Думаете, почему Галилея не сожгли в отличие от Коперника? Тот тоже играл на противоречиях в политике кардиналов. Хотя отрицать то, что у него был друг кардинал, я тоже не буду[48].

На словах это просто, а мне это стоило почти часа криков и споров. Живой яд, новый термин в местном языке. Даже жрец Рарнора прогрузился от моих слов.

К слову сказать, доказательная база у меня была примитивной. Верую! Ну, точнее, у нас веруют! Как ни странно для меня, но тут на такие финты повелись. С другой стороны, а чем наука в шестнадцатом веке отличалась от религии? Банально заглянешь в учебник по естествознанию, харкаешься от латыни, а там четверть ссылок на Августина и прочих святых и еще четверть на разные мифы.

Дальше было интереснее для меня. Бомж подловил меня на умозаключение, что если есть живой яд в воде, то почему бы живому яду не быть везде. Это он на воздух намекал. Не знаю если ли здесь такой термин как «воздух», но этим он меня чуть не поймал.

Я если честно был уже накушавшийся. Два часа впустую в трактире не проходят.

Силуэты собеседников давно уже размытые. Я даже забыл зачем ввязал в этот нелепый спор, да и вообще зачем сюда пришел. Правильно моя мамка говорила, уступи крикливому дураку дорогу, пусть он сам споткнется о свои слова, только мамка не учла того, что я сам такой же дурак.

Дальше что я нес, сам уже не помню…

Кто-то может подумать, а для чего я это все рассказал. А чтобы не думали, что древние дураки. Как сказал кто-то из древних греков, две тысячи лет назад: «Не надо смеяться над древними поколениями! Помните что поколений, которые будут смеяться над вами будет гораздо больше!».

* * *

Проснулся я под утро, еще даже не прозвенели удары била. Темно, во рту кака, где я непонятно. Я оказывается спал на полу, на коврике в какой-то комнате.

Вот не надо читать мораль, что на меня охотятся, мой кореш в тюрьме, а я тут напиваюсь. Для пользы дела старался, ну и перестарался…

Тайна моего пребывания разрешилась просто. Я все в той же таверне, спал в каком-то номере. Темень номера чуть разгоняет одинокая лучина над миской с водой рядом с письменным столом. За столом кто-то сгорбившись сидит и пишет.

Старик?! Я что у него в номере? А что я здесь забыл-то?

— Очнулся? — не поворачиваясь ко мне сказал жрец. — Ты пока приходи в себя. Голову поправь, а я пока допишу.

Вот чертяга! Даже не глядя на меня понимает, что мне сейчас не до разговоров. Как он там говорил: «Голову поправь», что я и сделал, спустившись вниз таверны. Сходил в туалет, заказал кружку у сонного мальчишки на посылках в таверне.

Постепенно в памяти стало проясняться.

Ну, блин! Я вчера чудил! Все! Завязываю пить! Сейчас только приду в себя и больше не буду! Вообще никогда пить не буду!

Хотя кому я вру?! Сколько раз я себе обещал уйти в завязку, но больше полугода ни разу не держался, а обычно уже на третьем месяце опять начинал понемногу.

Я же вчера произвел революцию в местной науке, дал основу для обоснования микробов и бактерий, ну и заодно загнобил вонючего. Поставил на место грязного, местного Диогена, да простят меня кости реального Диогена, реальный хоть и был бродягой, но как все греки был чистоплотным.

Блин! Я же вчера и на Диогена в споре ссылался.

Рассказал байку про Александра Македонского и Диогена, ну эту ту, что ученик Аристотеля навестил живущего в бочке. После недолгой беседы великий завоеватель сказал: — Проси чего хочешь.

Диоген ответил: — Отойди, ты заслоняешь мне солнце.

В этом ответе не только цинизм и пренебрежение властью Александра, но и тонкий стеб, насмешка над правителем. Не случайно одним из эпитетов Александра был «Солнце». После этого Александр сказал, что если бы он не был Александром, то он хотел бы быть Диогеном.

Потравил байку про Диогена и мальчика. Ну, это ту байку, когда грек не имел принципиально никакого имущества, кроме чашки чтобы из нее и пить, и есть. А однажды Диоген увидел как мальчик пил из ручья воду, зачерпывая ее ладошкой, и выкинул единственную чашку.

Рассказывал про то, как Диоген зимой обнимал мраморные статуи, грелся об статую, а зимы в Европе тогда стояли суровые, снег лежал.

Рассказал про Диогена, когда тот с зажженным факелом бегал по многолюдным улицам среди белого дня и говорил, что он ищет людей. Тоже тонкий стеб, для тех кто способен понимать тонкий, черный юмор.

Ну и под конец рассказал как его на старости продали в рабство за копейки. Выкупил его бедняк. Диоген в благодарность научил наукам сыновей хозяина, а нищие хозяйство превратил в преуспевающие. Когда он умирал, его хозяин, для которого он давно стал членом семьи, хотел его освободить из рабства. Со слезами уговаривал Диогена стать свободным, чтобы в Аиде Диоген был бы свободным. Диоген отказался, сказал, что был рабом и умрет рабом. Последний тонкий стеб от Диогена.

Более того, я травил байку про Порфирия Иванова, ну про фашистов что суровой зимой его поливали из шланга или катали его на больших скоростях голого на морозе, а ему хоть бы что.

Хорошо что удержался и не потравил байки про Егорку Летова из Гражданской Обороны и Горшка. Первый, своей лекцией в МГУ на философском факультете, всю высшую профессуру отправил в нокаут своими речами, хотя и говорил без мата как обычно в его песнях. Второй своим жизненными принципами мне просто симпатичен.

Как я вообще вчера переместился в комнату жреца?! Провал в памяти, хоть убей не помню. Что тут говорить, я дебил, а дебил он и в другом мире дебил…

* * *

Слегка поправив здоровье, я поднялся наверх в комнату жреца. Ну его нафиг эту синьку, так на старые дрожи и переопохмеляться можно.

— Уважаемый… Я вчера специально вас искал… — начал я, мучительно пытался припомнить имя жреца, но только натыкался на звенящую пустоту в мозгу вместо имени.

— Халмар, жрец Рарнора. — подсказал жрец понимая мои муки. — Я понял что ты меня искал. Ты сам вчера об этом говорил, когда мой ученик тащил тебя в мою комнату. Я тебя помню. Тебя и твоего наставника.

Блин! Не самое лучшие начало для продуктивной беседы.

— Ты наверное думаешь, а почему ты у меня, а не спишь внизу под лавкой? — продолжал жрец. — Все просто. Ты мне интересен. Не так часто встречаются люди что заставляют сменить взгляды на жизнь Эсте.

— Эсте это?

— Эсте, ты вчера с ним спорил. Он тоже жрец Рарнора, но у нас разные взгляды на служение. Мы… как бы это сказать… по разному понимаем суть вещей… — немного замялся Халмар. — Я давно так не смеялся… Не удивлюсь, если на днях, при свете, Эсте будет бегать по городу с факелом в поисках благородных людей… Ты вчера был очень убедителен…

— Это я все вчера?! … Я ничего лишнего хоть не наговорил?

— Все лишние ты уже вчера сказал. Ты мне скажи, а зачем ты нас вчера в бордель звал? Ты что думаешь, что старикам так сильно нужны такие утехи плоти? — усмехнулся старик.

Блин! Ну, если меня на баб по пьяни потянуло, да еще не к знакомым бабам, которых в этом мире априори быть не может, а к шлюхам, то я вчера был «и правда на кочерге».

— Ну, мне это… стыдно что ли… — начал оправдываться я.

— Не извиняйся. Я все понимаю, сам был молодым. — успокоил меня жрец.

Так-то старик, я тоже не зеленый сопляк, четвертый десяток пошел, а для него я молодежь.

— Рассказывай. Ты вчера так и не рассказал всего. Уснул раньше чем я понял основное. — продолжил жрец.

— А что я говорил?

— Говорил, что против тебя с наставником строится козни и ты хотел попросить у меня помощи. Это единственное что я смог понять. — безмятежно ответил мне Халмар.

Силен бродяга. Далеко не каждый приютит у себя в комнате пьяное тело напившиеся до скотского состояния, тем более если известно, что от этой тушки могут быть проблемы. Старика есть за что уважать.

— А почему… — начал я, но был перебит.

— Я уже сказал. Ты мне интересен. Ты фактор нестабильности. Там где ты появляешься все идет не своему жизненному циклу. Можешь считать, что ты отчасти меняешь судьбы людей рядом с тобой. Эсте вот впервые за несколько лет решил помыться, решил открыть и заметить невидимые ворота в коже. — усмехнулся старик.

Это что я вчера и про поры в кожи говорил?! Ничего не помню! Наверно говорил.

— Меня вдохновил на продолжения моей работы о ядах. Твои слова о ядах которые убивают камень и металл… И вообще что все в мире существует и медленно умирает от яда, по меньшей мери интересна для опровержения.

Н-да! Я по ходу вчера и о кислороде рассказывал. Вот пьяный дурак, нашел с кем языком зацепиться. Таким темпами можно ждать по свою душу магов, которые естественно меня схомутают, как пойдут слухи о пьянице что слишком много болтает непонятные здешним вещи.

— Э-э…

— Нэ́хт Халмар. — подсказал жрец. — Вижу что ты нечасто общался со жреца и не знаешь рангов орденов… Что ты хотел?

— Я хотел чтобы вы навестили в тюрьме моего наставника. Меня туда не пускают. Его ложно обвинили в том что он не совершал. — пришел в себя я, и зачастил словами. — Нам нужно знать подробности…

— Достаточно. Я тебя понял. Признаться, ты и в самом деле не веруешь в наших богов, как и говорил при первой нашей встрече. Это даже забавно. Давно я не занимался такой ерундой. — прокаркал жрец. — Такое обычно делают послушники, но в твоем случае мне даже будет приятно вспомнить молодость…

Глава 8 О том, как до меня доходит на кого я наезжал, потерял крысят и прифигел от того что мы нищие

Как бы это сказать. Халмар оказался не простым жрецом. Не иерарх конечно, но и не рядовой служитель. Так, где-то выше середины в их культовой лестнице. Я это понял, когда жрец начал раздавать приказы. Ученик у него один, но вот то что у него помимо ученика есть еще несколько слуг меня несколько напрягло.

Слуги копошились и убежали на улицу доставать откуда-то карету. То что старик-жрец поедет в карете, меня еще больше испугало. Я-то считал, что старикашка простой человек, а он оказывается…

В карету я не сел, я ехал рядом на Колбаске. Старик глядя из окна кареты, мило со мной болтал о мелочах. Ну, как мелочах. Может это мне кажется что о мелочах, а он наверняка находил массу противоречий в моих словах.

Для особо одаренных, поясню. Я хоть и живу в этом мире больше полугода, но о здешнем образе жизни почти ничего не знаю. Что видел и о чем слышал проще перечислить, чем сказать о том чего я не знаю. Вот не надо считать, что если вы прожили тут полгода, то вы себя какой-то мелочью не выдадите. Другая культура, другой язык, другое мышление, другие правила поведения и морали. Вечно выдавать себя за чужестранца не получиться, ведь даже чужестранцы в чем-то ближе, чем человек из другого мира.

В общем, я пытался перевести разговор в практическое русло. Ну там «потравил», что нас с Антеро заказал граф, в любом случае старикашка об этом узнал бы от бродяги. Рассказал в основных чертах о причинах мести графа. Жрец на мои откровения среагировал на удивление спокойно и «без лишнего кипиша». Впрочем, и его роль в этом театре событий невеликая, поговорить с моим дегенератом и передать мне то, что может поспособствовать его освобождению…


Тюрьма была все тем же мрачным местом. Кто-то опять кричал, пытаясь докричаться до арестантов. Стража такая же упертая и не берущая взяток. Старика-жреца и его ученика, несущего сверток с едой и бухлом для Антеро, прикупленном мной в трактире, на мое удивление пропустили без проволочек. Мне оставалось только ждать.

Я прождал час. Час для меня тянулся очень долго. Потом вышли служители Рарнора. Мы отъехали туда где потише и нэ́хт Халмор сидя в карете начал делиться со мной новостями.

Оказывается, зря я на графа грешил. Мой дегенерат считает, что граф не при чем. Все проще и прозаичнее. Возможно, убийцы по моему следу и идут от графа, а его взяли скорее всего по наводке от одного из трех наследников баронов. Для маркиза слишком мелкая месть.

Антеро уже посещал дознаватель и тот случайно ляпнул, что убитые ждут своего убийцу. Барон Ройне, барон Ээмери и рыцарь Деркул, последнего сразу можно отметать, не его уровень. Ээмери, на него это не похоже, да и жив он остался, если конечно после турнира не помер. Выходит, что усилиями наследника Ройне Антеро загремел в застенок. Возможно, что и сам маркиз Висмирт, через наследника барона Ройне приложил свою руку к этому фарсу на следствие.

Фарс состоит в том, что по показаниям обвинения, бродяга в компании таких отморозков, несколько месяцев назад совершил налет на караван, находясь от него на другом конце страны. Обвинению так плевать, что у бродяги есть я, как свидетель его невиновности. Сверху кто-то сказал и дознаватель только проводник воли верхнеестоящего.

Суд высшей знати ради простого рыцаря никто не будет собирать. Поединок чести невозможен по каким-то причинам в местных законах. До адвокатов и суда присяжных тут еще не доросли. Обвинения собраны, запротоколированы и дело будет решаться в частном порядке в обычном суде рядом с городской ратушей. Ратуша, если что, не на Холме или Зареке, кому она там нужна в черте оседлости дворян, а тут же в Мрачном городе — месте обитания чиновников.

Вот и все новости что удалось узнать.

Нэ́хт Халмар, еще добавил, что поделать в этом случае он ничего не может, и ему жаль. Не его уровень. Это он интересно к чему? А он что может освобождать мелких преступников что ли?

На последок жрец сказал, что я через его ученика могу «передавать передачки» бродяге, дескать пускай опыта набирается, а он сюда больше ни ногой. Ну и еще посоветовал мне быть осторожнее, так сказать «от сумы и от тюрьмы не зарекайся».

Что тут сказать, я «профукал» целые сутки ни за что, а моему дегенерату так и не помог.

* * *

— С тебя восемь монет за беспокойство. И не серебра если ты о нем подумал. — без предисловий начал на меня наезжать кор Равур, едва я с ним встретился.

— За что деньги то? — прифигел я, ни тебе здравствуй, ни тебе где пропадал, а так сразу на меня начал с наезда.

— За то, что я твои вопросы решаю, пока ты непонятно где шляешься. — проворчал Равур. — Ты что думаешь, мне делать больше нечего как в ваши неприятности за свой счет решать?! Считай что Антеро уже на свободе… Ну, если ему повезет конечно…

— А зачем ты меня к жрецу отправлял, если знал что это бесполезно… — почему-то завелся я.

— А хотел на тебя посмотреть. Узнать на что ты способен и способен ли. — удивил меня ответом хозяин дома.

Ну, старикан, «жопа с ручкой, пробивал меня на инициативу»! Я это тебе еще припомню!

— Ты сам уже понял, что обычными методами ваше дело не решить. — как ни в чем не бывало продолжал Равур. — Догадываюсь, что ты уже в курсе, что мелких преступников могут жрецы себе забирать на хозяйственные работы. Они же могут и договориться с начальством чтобы сбавить серьезность обвинений в обычных случаях. Думаю, ты уже понимаешь, что ваше дело не из таких.

Ну, старый засранец! Я до этих твоих слов даже не в курсе этого был, а только начал догадываться, когда жрец сказал, что ничем помочь не может.

— Против системы можно бороться только из самой системы или если за тобой стоит другая система. — продолжал отрывать мне глаза на местную систему правосудия Равур. — Тебе повезло что есть я, и я не пожалел денег на нужные встречи. Теперь тебе надо встретиться с одним человеком… Если вы договоритесь по деньгам, то будет Антеро на свободе.

— А сразу нельзя было сказать, что Антеро можно выкупить?! — возмутился я.

— У тебя денег бы не хватило бы на такие взятки. Не думаю что ты бы смог заплатить больше, чем заплатили за твоего наставника.

— А кто заплатил, ты узнал?

— Какая нетерпеливая молодежь пошла. — слегка пожурил меня Равур. — Конечно узнал! Некто барон Ройно, но за ним стоит наверно маркиз Висмур. Как понимаю, тебе даже в голову не приходило, что наследник убитого тобой барона начнет мстить?!

— Но почему тогда в тюрьме Антеро, а не я?

— А я знаю?! Может у него на тебя другие планы. Если поначалу для тебя подсылали убийц, то судя по затишью, теперь на тебя теперь более интересные планы. Вот не надо думать, что им неизвестно где ты сейчас живешь. Чувствую, более интересная месть затевается. — обрадовал меня старик предвестием приближающегося песца.

— И ты так спокойно говоришь, зная что убийцы знают, что я живу у тебя?

— Ты совсем ума лишился! Ты что думаешь, слово другу позаботится о тебе просто звук?! — придавил мне на совесть Равур.

Ну, понятно все с ним. При его харканье кровью ему смерть не особо страшна, вот он и цепляться за слово «честь» пока живет.

— В общем, иди отсюда. Через шесть лучин я за то тобой пошлю. Поедешь на встречу. — завершил разговор Равур и оставил его в покое.

* * *

От хозяина дома я ушел в раздумьях. Равур на большие деньги намекал, а я так-то не печатная машинка. Взятки на поступления в ряды войск, покупка одежды и обмундирования для моего мелкого, да и просто моя синь сильно ударила по карману. Я стал мысленно примерно подсчитывать сколько у меня наберется.

Вышло не очень много. Три с мелочь золота при себе, совсем я не кисло разошелся, от десятки за неделю только это осталось. Еще где-то около пятнадцати прикопана на чердаке у вдовы. Восемь я должен Равуру. Шесть мне должны в части за участие в дуэли кого-то из третьей сотни. Полтора золота я получу через две неделе за службу. Плюс надо на что-то питаться и на что-то пить…

Двадцать золота это максимум что я могу заплатить за вызволение Антеро, а это смешно, а не взятка. Я за прием на службу больше отвалил со всеми налогами и прочим. Единственный выход порыться в доме у вдовы и ограбить моего дегенерата, пускай его золото его же и выкупает, знать бы только, где искать и сколько у него осталось. Вот я дурак, мог через жреца узнать, где бродяга «нычку» устроил. Что тут говорить, я протупил.


За такими мыслями на меня насел мой мелкий. Что-то спрашивал, чем-то интересовался.

Да «нечасти́» ты речами! А-а, блин! Блин! Решать еще надо что-то с мелким что принес письмо, а то он тут уже третий день как окопался и отъедается. Выгонять уже как-то поздно, да и парнишку в чем-то жалко. Стоит, смотрит на меня заискивающе. А вот на хрена мне второй оруженосец?! Я и одного по деньгам с трудом тяну! Не-е, потом решу что с пареньком письмоносцем делать. Не до него сейчас.

Вот такая моя скотская натура, вечно все важные вопросы спускаю на тормозах. Типа потом все само собой разрешится.

Блин! Я же сутки крысят не кормил!

Я прихватив молоко на кухне, кинулся в свою комнату. Ну не войте мелкие, сейчас вас покормлю! Вот примерно это, я должен был сказать, но не судьба.

Крысят, ну этих ласок, ну по местному сайкухов просто не было в коробке.

Первой мыслью была, что крысята все же «докоптили небо», притопили их пока меня не было. Присел на кровать, чуть «взгруснул» о неприкаянных душах бессловесных тварей. А потом в мой пропитый мозг начала тихо «скребстись» другая мысль.

Мой мелкий мне обязательно сказал бы что крысят уже притопили, а он об этом «ни гу-гу». Что-то тут не складывается.

— Гумус! — заорал я на весь дом. — Живо ко мне!

— Звали кор Ваден? — через полминуты заглянул ко мне в комнату мой мелкий.

— Гумус! Где сайкухи?! — сказал я и по непониманию в глазах оруженосца понял, что тот сам не в курсе.

Блин! Сбежали из коробки крысята-убийцы! Меня же Равур за такие новости «с гавном съест»! Жопа начала чувствовать много криков после которых двери этого дома будут навсегда для меня закрыты!

И ведь как смогли то?! Они же совсем мелкие! Только глаза недавно открыли! Хотя что тут гадать. Были у меня в детстве котята, те в конце второй недели тоже чудеса изобретательности стали проявлять по побегам. А сайкухи это не котята, а я даже примерно не знаю сколько им недель исполнилось, другая фауна, другая конституция тел. В общем, влип я.

— Это твоя вина! Ищи их! — после недолгих размышлений нарезал я задачу оруженосцу.

Так-то я знаю и понимаю, что вины Гумуса тут нет никакой, это я мудак, но ведь надо же на единственного подчиненного свой косяк переложить. Во-первых, это единственное нерушимое правило общения начальства с подчиненным, и во-вторых, солдат постоянно должен быть чем-то озадачен, чтобы лишние мысли в голову не закрадывались. Найдет и поймает — хорошо, не поймает — буду думать, как отмазать свою попку от гнева Равура.

— Гумус! Делай что хочешь! Но крысят поймай! И вот еще что! Молчи! Никому не говори, что крысы убийцы сбежали! — продолжал нарезать я задачи. — Ты меня понял! Выкручивайся, как можешь! Но крысят мне поймай!


Ну, не надо на меня гнать за то, что я отыгрываюсь на единственном подчиненном! Послужите что ли в армии, тогда вам пояснять ничего не надо будет! Есть такая профессия, не-е, это не «профессия родину защищать», а рожать и подрезать. Ну и так же, прикрывать свою попку от гансов, пиджаков, сундуков, стукачей и старослужащих.

В общем, Гумус роется по всей комнате в поисках крысят, а их нигде нет. Ну, что тут сказать, похоже что фраза «писец подкрался незаметно» в моем случае это уже не фраза, а действительность. Крысята похоже, а самый большой «мой большой писец».

За тихими поисками сайкухов без палева прошел час. За этот час Гумус напряг паренька посыльного на помощь в поисках. Вот он принцип дедовщины в действительности! Типа я уже оруженосец, а ты пока «не пришей к пи… рукав, работай салага».

За инициативу и солдатскую смекалку я Гумуса похвалил, но тут же дал подзатыльник, чтобы сам не сачковал. А вы что думали?! Дедовщина это изобретение двадцатого века? Дедовщина всегда была, но под другими названиями, и существует столько же, сколько существует человеческие цивилизации.

За раздачей подзатыльников двум мальчишкам и сдержанным обещание подарить монету, само собой серебро, как-то незаметно прошло все оставшиеся время. Да и вот еще что, подзатыльник мальчишке посыльному это награда и принятие в свою среду, своих бьют с любовью, а чужих просто в мясо.

— Кор Ваден. За вами приехали. — отвлек меня Гумус от созерцания шороха который я навел.

— Бросай искать. Поедем. — ответил я. — А ты! Как там тебя?! Ищи дальше. Найдешь и поймаешь, и я подумаю как с тобой дальше быть…

Вот так пообещал в нескольких словах пареньку устроиться, а сам даже не знаю куда его пристроить, к себе взять точно не смогу, но слова уже прозвучали. Свои слова надо «кровь из носа» всегда соблюдать, иначе себя уважать не буду.

* * *

Мужик что приехал за нами был неприглядным, каким-то серым и невзрачным. Сидел на низкой кобыле для статуса, но серебром цепи не блистал, значит не дворянин, но в положении, на хорошей должности, раз может себе позволить лошадь.

— Куда едем? — спросил я, усаживаясь в седло.

— Увидишь! — ответил мне мужик.

Вот засрань. Он меня ни во что не ставит, судя по ответу. Впрочем, мне не нужно его уважение, мне бы свои вопросы решить, а не лаяться из-за своей липовой дворянской чести.


Ехать пришлось не в Мрачный, а на Небеса. Блин! Мне с моими жизненными напрягами только не хватало мелькать в этом рассаднике дуэлей. Всю дорогу я ожидал, что до меня докопаются. Пронесло.

Осели мы в таверне. Встречающий нас мужик не впечатлял. Низкий, полноватый, толстые пальцы в чернилах. Глазки бегающие. Жиденькая, курчавая бородка и бакенбарды. Лоб покатый с кучей морщин.

— Как понимаю кор Ваден? — задал риторический вопрос это нечто.

— Да. Давайте присядем и закажем что-либо, раз мы здесь. — ответил я.

— Конечно. Проследуем…

Мы забились не в какой-нибудь угол таверны, как я ожидал, а вип кабинет, все на виду, но нас почти не видно из-за занавесок.

Дальнейший разговор был для меня очень тяжелым. Вы когда-нибудь разговаривали с человеком, который по привычке работы очень скользко строит все фразы? Вроде и сказал человечек ничего особенного, но вот смыслов в каждой фразе минимум два, а то и четыре. Сразу скажу, я многое не понимал, не дело не только в чуждом и плохо известном мне местном языке, а просто в силу специфики мутного человека.

Я понял только основное. Мужик писарь в пятом отделе. Как будто это мне что-то сказало! Представить он не захотел. Типа достаточно и фривольностей обращения к друг другу на ты! Суд над Антеро будет условно показательным! А вот это уже не есть гуд! Разные реальности, разный быт, а условно показательный суд во всех мирах одинаков!

Для примера, у меня товарища судили условно показательным судом. Обнесенная фирма забрала заявы, и даже в плюсе, отбились деньги по страховке, а имущество вернули подельники. Охраннику с разбитым черепом заплатили так, что он готов повторить свой героический подвиг по защите вверенного ему имущества забесплатно. Знакомый мент «Хряк» лишние хвосты подчистил. Свидетели забрали показания, а человек все равно сел.

Присудили товарищу в нарушение всех законов, четыре года строгача, не смотря на то, что на строгач первой ходкой нельзя определять за такие статьи. Если прокурору и судье надо чтобы человек сел, то сядет как миленький, остальным в назидание. Тут походу такой же случай выходит.

Веселое начало разговора вышло, нечего сказать. Тут Антеро не сядет, а ляжет на плаху и всем так по фиг что он невиновен конкретно в этом эпизоде.

Дальше начались торги, а я все гадал почему нам помогает «этот колобок с испачканными чернилами пальцами». Этот свой вопрос я задал незнакомцу, когда он совсем забурел и потребовал сотню за содействие.

Он совсем забурел! Гарантий никаких, а золота требует! Уж не кидала ли ты любезный друг?! Либо делись, почему ты так заинтересован в развале дела, либо ты мошенник от системы наказания!

Местная система наказания меня не то чтобы совсем удивила, но по ней я лучше понял реалии Российской системы наказания.

В любой стране правят три кита: чистоган, связи и сила. Однако страна, где правит только чистоган, связи и сила не может называться страной. Такая страна быстро развалиться. Всегда приходится соблюдать видимость правил. Не будет правил совсем и овцы начнут паниковать. Овцам нужна уверенность в завтрашнем дне. А так, по одной съеденной овце в день и все стадо не паникует, правило одной овцы как-никак.

На этом собирается сыграть незнакомец. Страна на пороге войны, а тут невиновных рыцарей убивают ни за что, когда стране нужны идиоты, то есть добровольцы. Но это внешний слой зашиты. Внутренняя корысть незнакомца в другом. Все банально, незнакомец хочет подсидеть начальство, а это дело дает ему такой шанс.

Как и что он собирается делать, я не понял. Понял только то, что он сам заинтересован чтобы дело развалилось, а за его начальство взялись политические силы, у которых начальство деньги взяло. Денег взял и не оправдал доверия!

Думаете, его с должности снимут?! Фиг там, он всплывет в речке с перерезанном горлом, если вообще всплывет. Тут, за освободившиеся место, и начнется грызня его помощников.

Просветил меня незнакомец и откуда ноги растут в этом мутном деле. Мои подозрения что у простого барона, наследника Ройно не хватило сил для этого замеса, подтвердилось. По косвенным признакам платил Ройно из своего кошелька, а вот свел с нужными людьми его скорее всего маркиз, сюзерен Ройно.

Потом были напряженные торги за ценник. Я напирал на то, что сам почти что нищий, что незнакомцу самому надо развалить дело, что я циничная скотина и за семьдесят золотых лучше буду оплакивать товарища на похоронах.

В общем, договорились на шестидесяти. Я выторговал себе день чтобы достать деньги. Больше затягивать было нельзя. Суд будет на днях, «скорый и справедливый суд, как и любой показательный суд». Ну и на этом мы как-то расстались…

* * *

Остаток дня я рылся в пыли чердака, искал «нычки» бродяги. Этим делом я был занят до самой ночи. Деньги нашлись не где-нибудь, а в сортире. Сразу подмечу, тут все местные, городские в общем, пользуются ночными горшками и выплескивают ночные отходы на улицу, но для гостей домов есть еще специальное помещение. Городской сортир для гостей это небольшой чуланчик с дыркой в стене. В этом чуланчике, за свежим куском глины на фоне потемневшей и потрескавшейся отделки, я и обнаружил заначку Антеро.

Вот дебил мой отморозок! Если я нашел, то воры тоже найдут! Хотя я к нему несправедлив, у него же никогда не было такого богатства на руках, вот и прятать он и не научился.

Еще одной важной ремаркой служит то, что на заначку меня навел мой Гумус. Молодец парень! Я бы сам бы не догадался бы! А он не только заначку не закрысил, но и мне глаза открыл на некоторые самые нелепые «нычки» по воровским понятиям. Вот и не говорите, что воры это не люди, чести и совести мол у них нет. Гумус же вор, а своего дебила наставника, то есть меня, не бросил и не кинул на деньги.

Впрочем, найденная заначка меня не особо порадовала. Я спешно начал считать, прикидывать сколько у бродяги было примерно денег на приезд в столицу, сколько он примерно потратил, и нет ли второй заначки.

Вот засрань, мой отморозок! И это я еще считаю себя транжирой!

На момент приезда в столицу у него было примерно около девяносто желтяков. Это охрененно много! У нас зарплата полтора золота в месяц! Ну, я понимаю, до хрена денег ушло на взятки. Хотя, что я вру! Я же взятки платил из своего кармана. Антеро мне только доспехи покупал. Округляя минус двадцатка. Что-то вроде семидесяти у него должно оставаться, ну еще минус десятка на кутежи, карты, еду и питье. Ну, шестьдесят у него должно быть!

Должно! А было сорок два золота, двенадцать серебра и три меди.

Вот это подстава от моего отморозка! Наших денег едва хватает на его выкуп! Знал бы что он такой азартный картежник[49] давно бы «обнес его нычку», лучше я у него сворую деньги, чем он всяким жуликам сольет за игрой! Азартный дурак и кости, вещи несовместимые.

Завтра надо платить, а чем, мне пока не особо понятно. Почти пятнадцать моей «нычки» и его сорок два это меньше шестидесяти, а ведь еще на что жить надо. Придется опять завтра светить своей харей в части и требовать причитающиеся мне шесть золота, а Равур пусть ждет свои восемь, когда-нибудь сочтемся…

Часть 3 Потерянная родня

Глава 1 О необъятности необъятного или о том, как мне пришлось попрощаться с Антеро

Последующая неделя пролетела для меня незаметно. Не то что бы я был сильно припухал в эту неделю, но по мелочи геморроя было много. Расскажу вкратце о основных событиях.

Ездил в часть, выбивал мои шесть золотых. Третья сотня не зажала деньги, а в моей сотне мне даже заняли еще пятерку на всякий случай. Начальство опять пожурило меня для вида, а на деле все ждали от меня, что я вытащу из застенков бродягу. Вот стервы, нет чтобы связями помочь или деньгами! Хотя, насчет денег не думаю чтобы мне пять золота просто так упали в займ, просто они сами небогатые люди.

Мой косяк с потерей крысят убийц вскрылся на второй день. Мальчишка посыльный слишком усердно их искал по всему дому. Спалил меня он своей усердностью. Я тоже дебил, мог бы ему сказать, чтобы он «не палил контору», но куда там. Обещание устроить его, выразилось в чрезмерном рвении.

Давайте, я вам даже не буду рассказывать, о том, что я о себе нового узнал. Если у меня уши в трубочку свернулись, то какого вам-то будет.

Сайкухов кстати поймали на третий день. Вышло это почти случайно. На второй день кухарка заметила следы мелких зубов на мясе, и потому уже было примерно понятно, где мелких сайкухов искать. С этими крысятами вышла еще одна интересная история.

Ночью какой-то горемыка залез в дом. Кто он, глупый вор или дешевый убийца, мы так и не узнали. Горемыка пролез через первый этаж на кухню и там он с мелкими крысятами повстречался.

Эй! Не надо наговаривать на крысят! Они его не убили! Они же малыши! Прочь все гнусные инсинуации! Просто незнакомец знал, что это за твари такие, ну и нашумел немного с перепугу. Итог закономерен. Арбалетный болт в голову.

Ну, кто же знал, что он один дом штурмует или дом обносит. Не разобрались в общем. Сразу отоварили. Успокоил горемыку не кто-либо, а старик, который страховал меня на воротах, ну это тогда, когда я пересрался и встречал мальчишку посыльного. Что тут говорить, старый, а опыт не пропьешь. Раз, и уноси готового.

А вы что думали, что убить человека технически, это так сложно? Сэнсей говорил что для убийства ближнего тебе, существует более сотни различных способов. Я при всем своем опыте и воображение, больше двадцати способов придумать до сих пор не смогу.

Так вот, сайкухов мальчишка посыльный все же поймал. Правда они его покусали немного за руки, но у парня вся судьба от его рвения зависела, и потому он старался как мог. Так я стал беднее еще на две монеты серебра. Обещал одну, одну доплатил за мелкие травмы.

По поводу этого мальчишки меня постоянно преследовала паранойя. Если с Гумусом я сам спровоцировал его быть моим оруженосцем, то с этим пареньком все непонятно. Уж не прислали ли его ко мне?!

Ситуацию с пареньком я слил красиво и без задней мыслей. Я сплавил паренька жрецу в ученики, помощники, ну не знаю, кем там он будет по их иерархии. А что?! Моя совесть чиста. Тепло, кормят, учат грамоте, вырастет в большого человека, если не будет тупить.

По поводу того как я договорился со жрецом это отдельная песня и скажу о ней только сильно усечено. В общем, если я буду трезвый, то мне он рад, а если буду свинячить, как в последний раз, то как карта ляжет.

Что тут говорить, бить по лицу сторонника Эсте было лишние. Ей богу не помню за что я его прессанул! Только догадываюсь, что он на меня был в обиде, что его учитель бегал с факелом среди белого дня по городу.

Эсте, оказывается пошел по стопам Диогена, за что и оказался в застенках. Так-то кому мешает пьяный и грязный клоун с факелом, но он догадался докапываться до благородных. Некоторые дворяне совсем не дураки и поняли скрытый наезд на дворянство в словах: «Ищу благородного!».

Это даже в чем-то смешно, посадить в застенки жреца, которые за такие мелочи обладает правом вызволять арестантов. Эсте не только себя своей волей освободил, но и половину тюрьмы. Вот за этот пьяный «кипиш» сторонник Эсте на меня был недоволен.

Второй раз Эсте заезжал в тюрьму уже как почетный сиделец. Шутка ли, разнесли своими пьяными кутежами треть Мрачного.

А вы что думаете что на этом все закончилось?! Ага! Как же!

Второй побег из тюрьмы Эсте был с санкции высших иерархов их бога. Зря они конечно, это сделали, но их тоже можно понять. Ученый их братии, светило одного из направлений смерти сидит в тюрьме, это такой урон по престижу. Вот уроды! Дали бы что ли местному Диогену протрезветь.

Во втором освобождение я уже участвовал в качестве собутыльника. В этот раз выпустили не пол тюрьмы, а только десяток относительно благопристойных граждан. С учетом моей относительной трезвости я повернул мысль Эсте на относительно безопасное русло.

Мыться мы пошли! Там, к моему счастью, этот кадр и задремал. Не удивлюсь, что он напишет целый научный трактат о пользе горячей воды, чтобы уснуть по пьянее. Ну вот примерно между ванной в таверне или может чуть позже, я и засветил стороннику трезвости и грязи. Хоть убей, я не в курсе почему я так сделал!

На утро я распрощался с местным Диогеном, тот отправился замаливать грехи на границу. Это не его решение, так старшие в культе порещали. Так между делом я еще раз узнал, что начинаются напряги между Скагеном и Алгаром.

Жрец, который отпевает покойников, едет на границу с другим государством?! Столица переполнена наемниками! Даже в одном из двух салонов, в которые мне вход открыт, ну тот который со шлюхами для дворян, все разговоры только о войне.

По делу Антеро тоже произошли малозаметные изменения. Ну, как вам сказать, я о этих мелочах узнал совершенно случайно. Главный свидетель потерялся. Потом его через два дня нашли в качестве жмурика в одной из подворотен без одежды, потому и так долго опознать не могли. Ну, по крайней мере, мне теперь понятно на что часть моего золота пошла.

Примечателен и другой факт. Вдруг нашлись люди, которые начали свидетельствовать, что Антеро был на момент преступления на другом конце государства. Я не в курсе местной присяги на библии или уголовном кодексе, но одно имя мне было знакомо. Я долго думал это случайность или так просто совпало.

Иермо, вот от кого я не ожидал помощи, его же Антеро неплохо окучил в дуэли. Ему-то какой резон вступаться за бродягу?! Ну, по времени он как свидетель самое то, но вот в чем его резон?! Клятва на цепи рыцаря это не шутка, это весомый довод, только почему он выступает свидетелем?!

Деньги? Честь? А может просто хочет самолично убить в ответной дуэли бродягу? Ну, своего рода рыцарская честь, вдул, то собственной рукой должен наказать!

По поводу суда. Мне на суд сказали не являться! Меня там гарантировано будут ждать! И я не дурак! Застремался ехать. Толку то на суде от меня, если я ничего изменить не могу, а сам только нарвусь на лишние проблемы?!

Так в доме у Равура я и ждал исхода суда.

* * *

Антеро приехал после полудня. За время в застенках он похудел. Лицо осунулось, только глаза блестят. Двухнедельная борода. Перебитый хрящ носа отчетливо виден на похудевшем лице.

Лишних слов не было. Просто обнялись и полминуты не выпускали друг друга из хватки. Разговор тоже не клеился. Гнать про то, что бродягу застенки сломили не буду, но какой-то надлом наметился.

А что вы хотели?! Это не предвариловка! Ему уже дознаватель рассказал, что жить ему осталось немного. А он, вот такая сволочь, вывернулся!

Разговор не заклеился даже когда повернулся о деньгах. Мой дегенерат только отмахнулся от меня. Вот это уже не звоночек, а набат! Что бы Антеро не жался за каждую копейку?!

За то, что я разбазарил его копилку, он не в обиде. Еще бы он обижался! Поворот разговора, что я и из своих денег докинул на его свободу, он тоже не поддержал. Отмазался, что сочтемся.

Бродяга решил покинуть столицу и искать счастья на границе с Алгаром. Так-то умное решение. Ближе к войне, которая все спишет, подальше от бумажной войны. Он в тюрьме слышал, что собирается одна грядка наемников, к ним он и решил податься. Тоже грамотно и умно!

Кто-то может сказать, что увольняться из рядов армии глупость. Ну, как вам сказать, смотря когда. В обычное время это да. А вот во время войны, тут как повезет. Наемников конечно, кидают на самые опасные направления, но особо не журят за трофеи. Это простого ратника будут иметь все кому не лень, за золотую сережку с остатком мочки уха, а с наемников какой спрос?!

И вот что! Не надо на меня наговаривать, что поддерживаю законы войны, ну там остаток уха на сережке. Что вы понимаете в обычном?! Я не могу изменить этот мир! Да вы тоже не можете изменить законы войны в нашем мире.

Первая, Вторая, Косово, Ирак, Ливия, Грузия, Домбас — это просто последние войны за двадцать лет, вы что думаете, там по другому?! Я в этом плане лошок, но кое что и я помню, знаю. Заткнитесь и не нойте, иначе я припомню то, что не хочу вспоминать…

Одно лишь толком скажу. Антеро все замыслил не кисло. Он не просто увольняется, а переводится, ну, по крайней мере, хочет так сделать. А чем не карьера?! Был рядовым, а будет десятником в отряде наемников. Разумно! Начальство сейчас голову ломает, кого назначить на сержантские должности в сборной солянке наемников, а он тут с инициативой.

Если вы думаете что это ерунда быть десятником в сборной солянке, то вы просто не служили в армии. Тут надо быть чем-то средним, чтобы тебя не прирезали ночью и начальство не угробило своими задачами. Ну, и чтобы тебя слушались до определенного момента.

Думаете много авторитетов найдется среди армейских чтобы понимали когда бить вольницу, а когда своих отстаивать?! Тут мыслить надо так же как наемники, а в этом у Антеро последние лет десять прошли как-то само собой. В общем, это его профиль.

Долго наши прощания не прошли. Сели чутька выпили за его свободу. Он завешал мне свой выигрыш у Равура, если я проживу месяц или даже два.

А я что?! Мне платить, если я умру, точно не придется, а если проживу два месяца, то со старика пятнадцать монет срублю. Красиво и я не в обиде!

У Равура тоже были свои посиделки с Антеро. О чем они там говорили мне неизвестно, меня они на свою пьянку не позвали. Скажу только одно, чрез час мой дегенерат вышел от хозяина дома осунувшийся как побитая собака.

Жаль. Я привык к тебе мой отморозок…

* * *

Прощание с Антеро вылилось в мое пьянство. Я впервые в этом мире, а точнее за восемь месяцев[50] напился в мясо в одну харю. Сам не знал, что уход бродяги от моей тушки, так на мне скажется. То, что я напился, я понял, когда разнес единственную табуретку в комнате ударом об пол.

Не вините меня. Я синь, и синь запойная. Знали бы вы что творилось, когда я меня умерла моя невеста, то это просто ерунда разбитая табуретка. Я так чудил тогда что чуть не сел…

Из того вечера я помню только то, что учил Гумуса биться кинжалом противимитацией кистеня, учитывая ландшафт. Я бью имитацией кистеня, а он маневрирует, прячется за деревом, кустами, встает проеме двери, выманивает меня чтобы справа от меня была стена.

Вот не надо думать, что все тренировки происходят на срыве. Нет, не так. Все хорошие тренировки всегда на срыве, но этот срыв не обязательно по пьяной лавочке. Гормоны пьянят сильнее. У хорошего мечника не может быть потолка без росчерков и царапин…


Потом была часть, ну в смысле на следующее утро я поехал в тысячу. Что-то умерло во мне с уходом Антеро. Страх потерялся, а я устал отсиживаться за стенами в ожидание убийц. Так бывает. Ты сильно боишься, а потом вдруг страх как отрезало.

Становится так по фиг.

Гижек меня не вдохновил, а вот с Юдусу я был рад. И пошла моя дальнейшая служба. Я ждал всякой гнусности от Ройне, но меня почему то, это уже не особо волновало…

Глава 2 О быте простого — элитного полка или о том, какое счастье быть зрителем на параде

Прошла почти неделя с того момента как уехал Антеро. Уезжал он еще четыре дня, ну там перевод и все сопутствующее бумаги. Прав был старая сволочь, начальство только радо было избавиться от него под благовидным предлогом. В общем, по бумагам он в сборной солянке наемников патрулирует границу с Алгаром.

Я, на свое удивление, в тысяче пользуюсь авторитетом. Устроил на пустом месте соревнования между сотнями на дуэли.

Из хороших новостей, мне выплатили полтора золота зарплаты, а так же я срубил десятку с Равура за то, что я живу по спору между ним и моим бродягой.

На мое удивление меня больше не пытались убить. То ли я езжу не теми дорогами, то ли не до меня заказчику.

Гумус стал сыном полка. Вру, сыном десятка. Ну, нескольких десятков, чьи десятники корешаться между собой. Я это к тому, что мне не пришлось прикладывать усилий чтобы гонять своего оруженосца, и без меня его гоняют все кому не лень.

Каждая собака в нашей сотне гоняет его по физухе и бою с оружием. Смена растет и не войте что нельзя ребенка излишне нагружать. Из подобных детей полка такие монстры вырастают в конце концов! Думаете это ерунда?! Каждый научит сокровенному, что от остальных таит?! Ведь главное совсем не чистый бой, хотя на него всегда надо делать основной упор, а грязные приемы, которые помогают выжить…

* * *

Я хотел бы сказать что эта неделя прошла красиво, ну там еще парочка дуэлей и я весь такой красивый на белом коне с развивающимся плащом. Бог сохранил меня от лишних приключений. Я даже стал забывать, что на меня когда-то велась охота. В общем, расслабился.

Живу я, если что, все так же у Равура. Да, знаю я, что это долго ехать из Злого в Шакшу, но и денег у меня нет чтобы снимать хату у вдовы, поиздержался.

Из последних весомых событий было то, что Юдус забухал. Ну, по бумагам он болеет, а бухает он или по бабе сохнет, то его дело. Временным заместителем десятника назначили меня. Честно говоря, не ожидал. Думаете мне это в кайф?! Да ты салага в армии не служил!

Зарплата та же, а геморра больше! Я теперь разводящий, а мне это надо?! Чаще других месить гавно улиц?! Что тут говорить, «лучше иметь дочь проститутку, чем сына ефрейтора».


Еще из последних новостей, есть блин, совсем кислая. Наша тысяча принимает участие в параде! Это вам клоунам непонятно, а когда я узнал о параде, то понял, почему Юдус заболел!

Вот тварь! Сбежал и все косяки десятка теперь на меня лягут! Вы хоть представляете какая жопа любой парад?! Это со стороны все выглядит красиво, а на деле… Считайте, что в течение страницы я матерился.

Дебилизм ситуации в том, что пехотный полк, тьфу ты, пехотная тысяча, выступает в конном составе. Как бы вам объяснить, армейский дебилизм. Тысяча состоящая из дворян должна иметь своих лошадей, ну там по бумагам быстро подъехать на лошадях, спешиться и с ходу вступить в бой. Ну, так по военной доктрине и местному уставу.

Надо ли объяснять, что в моем десятке, лошади были только у четверых человек, включая меня?! Все мои слова об этом параде заключаются только в двух словах: «Юдус! Сука!».

И это притом, что я молчу о том, что я сам почти толком не владею вольтижировкой, и как подозреваю, не я один.

Ну, вы думаете, что все это мелочи. Ага! Как же! Сношать за косяки десятка меня будут! Достать шесть лошадей, даже обычных лошадей, а не дестриэ́ которые нам положены по штату это пипец! Обычная лошадь это минимум три золотых, с учетом столицы все шесть! И ведь каждая сволочь знала, что такая напряга с лошадьми рано или поздно вылезет, но все на мели и все откладывали покупку коня на завтра. А что?! Коня надо кормить, а золото само кормит владельца!

Спасибо и на то, что парад назначили через неделю. Для умных людей, это между прочим, тоже набат! Парад — слухи о войне — смотр войск!

От безнадеги я стал осторожно расспрашивать Равура о том, может ли он как-либо поспособствовать аренде лошадей. Давайте я вам не буду пересказывать его ответ.

Совсем забурев от ответа Равура, я сделал то, что любой здравомыслящий солдат никогда не сделает. Я пришел плакаться начальству. Пистоны я получал полчаса, аж все уши опухли, но начальник обещал поспособствовать.

Скажу сразу, плакался я не Гижеку, сотник все равно ничего не решает. Я в очередной раз наплевал на негласное, прыгнул через голову. Сразу плакался кор-сэ́ Завуру. Отгребал за весь десяток, но своего добился.

Лучше полчаса отгребать от начальства приватно, чем чувствовать в своем междупопие пистон на протяжение нескольких месяцев. Работает правило снежного кома. За косяк моего подразделения сначала отдерут тысячника по бумагам, он реального тысячника, потом Гижека нагнут, а потом и за меня примутся, и никого не волнует что я временный десятник.

В общем, Завур пообещал помочь. Помогло то, что я, ну не то чтобы на хорошем счету, но тысячник знает о моих напрягах, а он мужик справедливый. Ну и дуэль на плацу за честь тысячи, мне тоже в зачет.

Через два дня лошади у моего десятка появились. Ну, вы это, не расслабляйтесь. По ходу лошади были со скотобойни. Дряхлые, как я на десятый день похмелья, хотя никогда за жизнь больше пяти дней не бухал.

Надо ли говорить, что не только я с трудом держусь в седле?!

Наставника для своей тушки и тушек моего десятка мне пришлось искать самому. Точнее говоря, искать наставника мне не пришлось, сам нашелся. Кто бы ожидал, что Лысый хороший наездник. Это может вам смешно, но какого мне — подчиняться в учебе человеку, которому я уже несколько раз за длинный язык лично прописал в зубы.

Катаюсь на Колбаске, скриплю зубами, но слушаюсь Лысого. Был бы Антеро, я бы лучше под его началом бы изучал премудрости катания, но блин не судьба. Хотя старик, уже научил меня всему что мог, с силу его преподавательского таланта. С другой стороны, ну не мне же учить десяток, тому что сам не умею!

Из всей науки Лысого я запомнил только то, что если на параде лошадь захочет посрать перед королем, то ее надо дернуть за хвост, из-за этого лошадь некоторое время гадить не будет. Ну там инстинкт, лошадь от рывка за хвост срать перестанет. В остальном, Лысый был бесполезен.

На Лысом, я правда, отыгрался. Нет, вы не подумайте, все по честному и без всякой дедовщины. Я ввел новую игру в части. Ну как ввел?! Так получилось, что наши забавы понравились всей тысяче.

Я стал устраивать конные скачки на дворянах! Все до безобразия просто. Садится один мелкий дворянин на хребет другого мелкого дворянина и дерется на кулаках с другой такой парой, пока всадник не падает с лошади. Надо ли говорить, что моим постоянным скакуном был Лысый.

Я представляю счастье Лысого. Мои почти восемьдесят кило, а в доспехах больше сотни на его шее и это при том, что он сам шибзик как и все местные, весит не больше шестидесяти, плюс около двадцать пять кило его доспехов и я на его шее. Надо ли говорить что заезды коней наша пара редко выигрывала?! Мы выигрывали только, если я с первого удара валил всадника от конкурентов, но не ради победы я сидел на Лысом! Мне было просто приятно от того что у него сгибались коленки под моей тушкой в доспехах!

А вот не надо ему на меня вечно орать, что я «осел на лошади». Со стороны может это и смешно звучит, а мне неприятно. Я не спорю, что он критикует меня по делу, но не надо при всех ронять мой авторитет. Что тут говорить, Лысый это Лысый, дурак которого надо еще поискать, но полезный дурак…

* * *

На параде наш десяток проявил себя хорошо. Не то что мы самые лучшие, но и не самые худшие. Да! На клячах! Ну, а что вы хотели! Буква и дух устава соблюдены и все на этом!

Сказать, что эта неделя для меня вылилась в постоянную нервотрепку, это ничего не сказать! Ночь в карауле, день на плацу, а через три дня невзирая на выходные все наоборот! Сука Юдус! Так меня подставил под раздачу!

Скажу просто, мы не облажались, как некоторые, и потому нас особо не сношали.

Да и вот еще что! Самого короля я и близко не видел, хоть парад проходил на Холме. Мне просто некогда было вертеть головой по сторонам! Сады, широкая аллея, дворец, но среди толпы павлинов короля не разглядеть…

Из мелких новостей внимания стоит то, что игра в наездников приобрела значение игры тысячи. Загра для поддержания боевого духа не стал останавливать забавы тысячи.

А вы что думали?! Древние не дураки, понимают, где можно выгоду приобрести. Чуть что, волейбол это не игра современности, а игра дворян времен Д'Артаньяна. Футбол это вообще игра индейцев, привезенная вместе с золотом в Англию. Американский футбол это Регби, корни которого, если не ошибаюсь, из средневековой Испании. Бейсбол это чуть измененная лапта, украденная идея у Русских.

Загра просто не стал сдерживать порыв тысячи, а использовал этот порыв в своих интересах. Игра в наездников пока не приобрела значения игры тысячи, но начальство не против таких забав среди солдатни, что всяко лучше, чем пьянствование.

Самые ушлые начали делать ставки на фаворитов. Блин! Как я пролетел с этой идеей, сам не знаю, а теперь уже поздно локти кусать!

Кстати о деньгах, я с нетерпением жду вторую зарплату. Полтора золота, ну блин счастья полные штаны. Да я больше за месяц пропил, чем получил!

Дешевка я все-таки! Зачем подписался быть подставной фигурой для убийц, если это себя не оправдывает?!

Ладно, выть не буду. Если вспомнить, то я сам виноват. Сам предложил барону такой вариант. Все просто, я тогда хотел выжить и думал что «ухватил Бога за яйца». Какой я наивный дурачок…

* * *

Из последних событий могу рассказать то, что Юдус после парада выздоровел. А кто бы сомневался?! Я опять обычный рядовой. Лысый слег с раной. Лысый, конечно дурак, но полезный дурак.

Этот дурочок нарвался на моего клиента, споткнулся об него. Ну и дуэль на пустыре. «Свидетель на поединке»[51] от нашей части не утерпел и сам ранил обидчика Лысого. Герой блин!

«Героя свидетеля», тоже ранили несколько раз, но он выжил. «Дрался аки лев» и двое жмуров на его совести, ну это, если считать обидчика Лысого.

Меня эти события уже не напрягают как раньше. Устал трястись от каждой тени в подворотнях. Ну убьют и что, дальше что ли не жить?!

Из новостей наверно можно только сказать, что я подсел на ставки в ипподроме. Вот не надо мне гнать, что это «голимый развод». Сам это знаю что выиграет нужная лошадь. Просто я пытаюсь эту нужную лошадь угадать.

А что вы хотели?! Я в долгах после вызволения Антеро, вот и пытаюсь быстро срубить монет. Пока не получается, но проигрался я немного, около золотого, ну почти месячный оклад.

Да и вот еще что. Совсем забываю сказать. Я решил проблему с крысами, ну с этими, как его, сайкухами. Я их тупо выкинул на Скотном дворе незадолго до парада. Равуру я сказал что их утопил, а на деле посчитал, что они уже достаточно окрепли чтобы самим добывать себе пропитание.

Вот не надо! Одни воют, что я бросил тех, кого приручил, другие воют, что я отпустил убийц людей на свободу. Заткнитесь и те, и другие! Сделал так, как моя совесть позволяла! И все на этом!

Еще одним примечательным событием был второй мой визит после парада к жрецу. Лучше расскажу подробнее, а то…

* * *

Халмара я застал в необычной обстановке. Жрец не то что бы стал моим духовником, но мне было приятно с ним разговаривать, тем более он спустя рукава смотрел на мой перегар. Вроде о чем можно говорить с фанатиком?! Хотя этот жрец не фанатик, точнее не только фанатик, но еще и в какой-то мере ученый.

Так всегда со мной было. В компании гопников мне приятно, но не хватает мудрости и науки. В компании ученых и людей искусства мне не хватает отморожености.

Я люблю контрасты силы и интеллекта. Мужчина должен быть сильным, умным и храбрым — иначе он не мужчина. Впрочем, достаточно ума и храбрости, сила это лишнее, но приветствуется. Как вы думаете кого я больше боюсь — качка, который бычит или задрота, который заслоняет свою девушку?!

Я старый и долбанутый адреналиншик и отчетливо осознаю, что при гормональной бури в крови, люди способны на невозможное. Опера по пьянирассказывают, как нарики ломают лобовое стекло одним ударом кулака, а я знаю, как матери поднимаю легковушки, чтобы освободить своего ребенка.

Я так же знаю, что это счастье, если человек не испытывает адреналинового драйва. Красивые поступки и подвиги это одна сторона грани. Другая сторона неприглядна и о ней все умалчивают. Стыдно просто…

* * *

Жрец сидел в накуренной комнате. В жаровне помощник сжигал какие-то травы. Халмар сидя на полу что-то гудел себе под нос и качался в такт неслышимой мне музыке.

— Ты вовремя. — сказал мне старик. — Садись. Ночь близка!

— Нехтэ́[52] Халмор, а что происходит?

— Ночь… — сказано таким тоном, что я подумал, что он бухой. А так же я при взгляде на его помощника понял, что у их культа какая-то особая ночь.

Как меня накрыло, я сам не понял…

* * *

Что бы вы понимали. Я противник химозы. До попадания в этом мир, я завязал. Два года совсем без всякой шмали. А мне это надо в течение шести часов сидеть и трястись, приговаривая: «Хреново, вызывай скорую»?!

Какая скорая в лесу, когда до ближайшей дороги по тропинке пару часов ходу. Я всего лишь раз двадцать проблевался, хотя чем можно блевать от дыма?! Мой знакомый умер под утро. Разрыв клапана сердца. Как вы думаете, курили ли мы что-то кроме сигарет после этого?!

Перед девками стыдно! Культурные нимфочки, все с высшим образование, «я же свой х… не на помойке нашел». Они пили только самогон, но ведь не дуры, наверняка поняли, почему нас так прихватило.

На утро всем парням пришлось тащить окоченевшие тело по тропинке. Не было бы девок, наверное с учетом того как мы устали, там его и прикопали бы, на усладу хищникам. Пропал без вести, ну может матери шепнули бы анонимкой, что помер. Потом отписки в ментовке, в общем, удовольствий полный край.

Мне еще мой корешь, «царствие ему небесное, пред тем как его прибрало», плакался, что любая наркота убивает душу. Просто пусто и все на этом. «Безвредный гаш и план» убивает душу и память, оперативка садиться, кратковременная память. Душа, просто перестаешь испытывать эмоции. От бутерата просто тупеешь.

Мой корешь, который мне плакался, через год умер. Тот еще кадр был. Я этого покойничка утаскивал от административного суда, случайно увидев его на улице, когда он сал на стенку суда. Вроде ерунда, но сесть надолго за такую мелочь можно «как два пальца обосать», за оскорбление суда. Лучше я бы там его и оставил бы. Посидел бы, глядишь, сейчас бы жив был бы.

Про остальное ничего не скажу, не любитель. По слухам могу только ответить, что герыч это приговор. Самые явные нарики по герычу ловится на слабо. Типа у них силы воли больше, чем у всех остальных. Доза и забудь про человека.

Я только одного человека знаю, что слез с герыча, но он ушел глубоко в религию. Ему после Первой мозги крутило, насмотрелся на раздавленные траками кишки и летающие головы в сетках привязанных в заряду рпг. Жена татарка, трое сыновей. Жену перекрестил в старообрядчество. Дети с пяти лет отжимаются больше сотни, и все кроме самого мелкого подтягиваются больше тридцатки…

* * *

Прихватило меня не кисло. Пять минут в этом кумаре, что топор вешать, под бормотание жреца и меня повело. Какой Кастанеда мальчик все-таки. С индейцами он там курил и свои галлюцинации записывал на бумаге. Кастанеда на тот свет оправил больше народа, чем бомбардировка Хиросимы. Сколько, после его бреда, захотело попробовать?

Примерно на этих мыслях меня замкнуло.

Потом как-то нелепо. Меня прогрузило. Вспомнился почему-то Егорка Летов из Гражданской обороны. Люблю я этого панка, чья беда была в том, что его стихи гораздо умнее его публики, ведущейся только на маты. Бунтующие детишки по малолетке просто не замечают, что за матами прячутся глубокие мысли, эмоции и осознание, что не в человеческих силах что-то поменять.

Мастер скрытого смысла в песнях, мастер интертекста, если по научному. Для примера только одна его песня «про малиновую девочку» смысла несет больше чем способен понять средний обыватель. В этой песне он иносказательно, не называя своими именами, обосрал — покритиковал последствия деятельности: Америки, Петра Первого, Малевича за его черный квадрат, Мальвину и Пьеро, священников и инквизицию, социалистических революционеров.

Вспомнился один его короткий стишок про накоту:

Кролик, мусолил капустный листок,
В 69-м году был знаменитый фестиваль Вудсток.
Я полотенцем очки протёр.
У котейки хвостик нечаянно обгорел.
Введенский в петле плясал,
Маяковский пулю сосал,
Передонов зубами во сне скрипел,
В Сибири наблюдался католический бум.
В сортире котейка странные звуки издавал.
Серый котейка блевал огурцом,
Был обзываем подлецом!
Всю ночь на помойке мусор горел.
Май сатанел!
Под утро из тучи дождик попёр!
Отчаянно вспотел Егор!
Глобальные вещи тужились в мозгу.
Пальцы лазили в бороде!
Женя Колесов перебрался в Москву.
Федя Фомин получил пи…ы,
Я в это время песенки орал,
Передонов умирал.
Давал недотыком конопрокат!
В Австралии есть такой зверёк — вомбат!
КАСТАНЕДА об этом ничего не писал!
Серый котейка в ботинок ссал!

Это стишок как-то еще удержал меня какое-то время на грани, а потом я отрубился.

* * *

В какой-то момент я понял, что жрец пытается меня вытянуть на откровенный разговор. Смешной!

Главное чтобы на панику не пробивало, это поймать ритм! Ведет товарища на панику, то вруби ритм музыки. У меня нет под рукой магнитолы, но есть нос, соплю в ритм и слушаю ритм своего дыхания.

Вот это, если честно, было совсем зря. Тут не косяк, тут курильница и я только «сильнее ушел».

Были бредовые мысли, что надо воткнуть вилку в руку жрецу. Потом меня прогрузило, что откуда в этом мире вилку-то взять?! Тут вилок нет в принципе!

Были мысли о синапсах. Это врут, что нервные окончания умирают. Уже лет восемь известно, что есть дублирующая нервная система. Федор Иванович Гиренок, уважаемый мной профессор мальца офигел, когда студент с задних парт радостно воскликнул что теперь можно бухать безбоязненно, мозги не пропьешь.

С учетом того, что Гиренок без стакана коньяку не начинал лекции, и постоянно держал в руке якобы чай, он оценил мой душевный порыв.

Потом меня колбасило по Сталину. Константиныч — мой друг физик ядерщик, работающим простым электриком в общаге под старость, много что рассказывал. Константиныч был неинтересен своим внукам и предпочитал общаться со студентами. С учетом его личной биографии и биографии его отца, деда, прадеда, ну и тому, что он бухал с генералами в восьмидесятые с ним было интересно. Константиныч знал много тайн родины, он много что рассказал.

После войны много возвращалось наркоманов, в основном по морфию. «Сестричка кольни, мне так хреново». Сталин поступил просто.

Кто там воет про лагеря?! Все не так было.

Были при каждой аптеке пункты лечения. Плохо или похмелье, то эти дни шли на заводе как больничные. Плохо, пришел в аптеку и тебя кольнули, помогли ломку перетянуть. Но при одном условии. Не дай бог ты при малолетках скажешь, что тебе от укола так хорошо или компанию притащишь, то суши сухари и в лагеря.

А потом человек оглядывается, он один не работает, так сказать болеет. Скучно. Перенесет человек пару ломок и завязывает. Так из страны раненых наркоманов на морфии СССР втянулась в индустриализацию. Я не претендую на то, что это правда. Так говорил Константиныч, а он очевидец этих лет…

* * *

Второй раз меня прижало уже по серьезному. Я уснул. Приснился мне полный бред.

Я у себя дома на Земле. В своей квартире, лежу на своем диване. В ушах звенит какая-то нота. Постоянный писк этой ноты. Я голый. Холодно. И я обнимаю кого-то рядом со мной теплого. Со мной на диване лежит красивая девушка. Я ее обнимаю. Ласкаю грудь.

— Ты кто милая? — спрашиваю я.

— А я твоя смерть. — говорит она мне и улыбается.

— Смерть? — не верю я.

— Смерть. — как-то спокойно и разочаровано.

— Что же ты меня не целуешь? Обними меня. Мне так одиноко. Люди меня бояться. А я вовсе не страшная. Мне молится. Меня уговаривают придти к ним, но они не интересны. Меня молят не приходить к ним, но они скучны. Сломленные и угасающие — пусты. Они видят только конец, а я ведь начало. — сказала она с лукавой усмешкой.

— Не дешево ли ты меня покупаешь? — спросил я.

— Полюби меня и я буду тебя хранить и оберегать от встречи со мной. Возненавидь меня, и я буду тебя опекать, и провоцировать встретится со мной. — улыбается мне девушка. — Смотри, настанет день, когда ты сам будешь молить, чтобы я пришла…

— Уже молил когда-то…

— Вы люди думаете, что я старуха, а я такая. Знаешь, как мне одиноко?! Пойдешь со мной? — словно не услышала моих слов, девушка продолжила.

— А что там?

— Там пустота. Но какая разница, если ты со мной! И если ты меня любишь!

— Мышонок?

— Я могу быть и ей. Пойдем.

Меня клинило, вспомнилось почему то нелепое и жалкое. В бреду:

Если однажды вдруг,
Смерть повстречаешь ты,
То от нее не беги,
И ей в глаза посмотри.
Помню когда-то я,
Сам встречу с ней искал,
И танцевать с ней хотел,
Раз в жизни все потерял.
Но я ее пугал,
Тем, что встречаясь с ней,
Снова в глаза смотрел,
И улыбался… Ей…

Пришел в себя я не сразу. Все та же ночь. Все тот же лунный свет. Холод. Я дрожу в ознобе. На диване отпечаток тела. Я четко занимаю половину дивана. Вторая половина дивана, словно после нее.

— Нет! Вернись! — ору я спросонья. — Я пойду…

Но ее уже нет…

* * *

— Ты здесь? — спросил меня жрец.

Давайте я не буду повторять первых своих слов. Скажу только одно, наверное я первый человек, который обматерил жреца бога смерти. Правильно я хотел ему вилку в руку вонзить. Тварь он такая!

* * *

В третий раз я вернулся в себя не сразу.

— Ты здесь? — повторно спросил меня жрец.

— Старик, ты гад! — первое, что без мата я смог произнести.

— Не останавливайся! Говори! Сейчас надо говорить! Что видел!

Я умолчал про Егорку Летова, Константиныча и Сталина. Рассказал про свой сон. Я не рассказал кто такая Мышонок, да и вам это не надо знать. Сыпал просто своими ощущениями и общей картиной.

Старик-жрец на мой рассказ долго молчал. У порога валяется тушка его ученика и моего Гумуса, их понятно тоже накурила уже потухшая курильница.

— Хорошая ночь. — только что и сказал старик. — Ты увидел свою смерть. Хорошая ночь!

— А она красивая. — невольно вырвалось у меня.

Старик-жрец только улыбнулся…

— Когда устанешь жить, позволь себе полюбить. Эта женщина убьет тебя быстрее, чем все твои враги… — выдал он каким-то измененным голосом.

Пророчит что ли? Хотя! Какой он херов пророк?! Я и сам без наркоты и культовых служащих это знаю…

Глава 3 О земляках, быте бездомных воинов короля и талантах Гумуса

После этого визита к жрецу Рарнора у меня отпало всякое желание с ним общаться. Кто бы и что не говорил, что нервы восстанавливаются, но я точно знаю, что психика не восстанавливается. Наркоманы конченые ублюдки и отморозки. Даже вроде невинный гаш и невинная трава, ломает психику, а я знаю, о чем я говорю. Насмотрелся точков всех мастей.

Это на всю жизнь, даже если человек давно в завязке. «Сплошная», как и сам гаш, оставляет от человека безэмоциональный овощ, оставив только холодный разум.

А ведь сколько еще всякой дури в самых разных формах потребления, от дешевого клея, до жидкой наркоты вроде бутерата, грибов или тарена.

У всего свой эффект, но все только в долг. Как сами торчи говорят, на время ты получаешь вдвое больше обычного, но потом платишь как за десять.

Доходит до того что хер не стоит без дозы. Или что еще хуже, стоит, но толку то, удовольствия никакого, хоть семенем все вокруг залил…

* * *

После визита в таверну к жрецу, меня подкараулил на выходе какой-то дебил. Я еще от накурки не отошел, а он дуэль затевает.

Гумус по науке от моих сослуживцев в тысяче, обходит дурака на сто градусов.

— Да иди ты дурак! Сегодня такое прекрасное утро чтобы умереть. Что ты ко мне лезешь? — сорвался я на отходнике от накурки.

Бретёра или просто дурака, что нарывался, мои слова видать сильно задели. Кем бы он там не был, но он быстро как-то убежал.

Поднимаю свою руку. Рука чуть заметно дрожит.

— Гумус! Что у меня с глазами?

— Кор… У вас зрачков нет…

Жрец! Сука!

— Поедем Гумус. — слышу хрип своего голоса. — Не бойся меня. Ты мой оруженосец…

Кто не понимает. Когда башню срывает, то убиваешь всех подряд, и если тебя в Российских реалиях не посадили, то ты либо убиваешь в глуши, либо слишком умен чтобы не попадаться.

В такие моменты сдерживают только принципы. Непреложные правила, которые тебе общество записало в подкорку. Я не бью лежачих больше пяти раз, конечно, если они не сопротивляются. Я бью любое тело на пути не разбирая свой это или чужой, даже если это моя любимая женщина.

Просто все мои любимые женщины знали, что это уже не я, а то, что я всегда загоняю вглубь своего сознания. И потому я ни разу за жизнь не бил любимых женщин. Лежишь и не двигаешься, и тебя минует. Я об этом всегда, как бы в шутку предупреждал любимых, замечая, что когда у меня голос начинает сильно хрипеть…

Жрец! Сука! Я до сих пор неадекватен! Я все еще под вашей накуркой! У меня же зрачков нет!

— Едем домой Гумус. — голос хрипит, но теперь я зная что мою психику ломает, а значит я лучше себя контролирую.

* * *

Дальнейшие три дня в карауле прошли сами собой. Гумус с Юдусом отрабатывал имитацию тесака простив каролинга. Пару раз и мы с Юдусом сходились фальш против каролинга, но быстро на это забили.

Я все понимаю. Не фиг терять авторитет на глазах десятка. Сочли на публике, что победила дружба.

И вот не надо думать, что я такой крутой. Просто незнакомая техника и непривычное оружие и все на этом.

Я помню, как нарвался на классического фехтовальщика в «Золотых лесах»[53], куда я обычно приходил бухой повыеживаться.

Врать не буду, «отползал я как последняя сука». Он меня бьет, а я по нему не могу попасть. Я презираю классических фехтовальщиков, но при этом отдаю им должное. В определенные моменты и они могут «неплохо навалять».

Оправдываться, что я был бухой, или то, что у тимбары[54] нет инерции, а значит для моей техники тимбара это хуже, чем голые руки, не буду. Мне вломили и все на этом…

Однако проиграть третьему месту в Москве по классическому фехтованию тоже неплохо, остальные «дивные» и на это не отваживались.

К чему я это?! Да просто, чтобы не сочли меня великим сэнсем учащим жизни. Все лажают! И даже те, кого вы считаете что они не лажали, тоже лажали.

Эту мысль, я пытался довести до моего мелкого. Мы опять начали тренироваться. Я ему честно признался что бою на ножах буду учится у него, а в остальном его понатаскаю.

Что бы вы поняли, на пять моих ударов он мне отвечал мне одним ударом по моему корпусу. Для меня это все равно что проиграть. Размен пять к одному, а значит, херовый я сэнсей. Я мальца бы расслабился бы, если бы он наносил на ножах один свой удар на десять моих, а это не так. Это значит я лох…

В общем, я учил тому что сам мог научить, а то что я не самый крутой учитель, «ну на безрыбье и рак щука».

* * *

Прошло еще несколько дней. Я как то невольно скорешился с Юдусом, моим десятником. Вот честно, жопой перед ним не вилял! Просто как-то само собой получилось, что мы вместе пошли к дворянским шлюхам, ну я это про первый салон куда мне путь открыт.

Я впервые взял с собой в салон своего оруженосца. Лучше бы я этого не делал! Я до этого не подозревал что я такая ревнивая скотина. И ведь нашел к кому ревновать?!

Подстилки, которых я в глубине души презираю, стелились под Гумуса. Когда они думали что я их не слышу, то я различал шепот, что они оруженосца забесплатно затащат в койку. Были фразочки из категории: «Буду первой. Запомнюсь ему на всю жизнь».

Честно говоря, я попытался выкинуть из головы этот шепот. Я рубился в кости и пытался заработать нам с оруженосцем на пропитание. У меня кончились последние деньги, и я как дурак решил положиться на удачу.

В костях удача повернулась ко мне жопой. Гумус, судя по его довольной лыбе, был на волне удачи.

Несправедливо блин! Я тут обязан покупать элитные вина для того чтобы салон окупился и уединится с дамочкой, а ему запросто так все обломилось! Хотя, что я вою. Сам был молодым. Постарел, уступай дорогу молодым…

— Ты не улыбайся так открыто. — напустив я яду в свой голос. — Я последние деньги в кости продул…

— Кор Ваден… — ужаснулся мой мелкий. — А что мы есть будем?

— Обрезки от хера… — ответил я, и проматерился.

* * *

Блин! Только получив своего оруженосца, я понял какой это геморрой за кого-то отвечать. Как я теперь понимаю Антеро. Мой дегенерат, если ты слышишь мои мысли и чувства, извини меня за все косяки…

Что тут говорить, возвращались мы в дом Равура не в самом лучшем настроение. Старик нам конечно не даст умереть с голода, но о увеселениях придется забыть. А что это за жизнь, если бабы недоступны, купить выпить не на что, да и банально пирожок себе не купить по дороге! Впрочем, бывает и хуже.

И вообще! Равур торчит Антеро на спор десятку, а значит мне он торчит два золотых, с учетом того что я ему торчу восемь. Надо с него два желтка стряхнуть, может и отыграюсь?

* * *

Рассказывать о том, что я часто появляюсь в лавках старьевщиков, я не буду. Так получилось. Просто выиграл одну безделушку, которая владельцу была недорога и он не захотел ее отыгрывать.

А зачем мне нужен это нелепый медный браслет?! Ну да он выглядит как старый, и все на этом! Это точно не артефакт, уж я-то теперь знаю. У самого браслет от стрел примерно на десять выстрелов. Между прочим эти браслеты запрещены, конкуренция магам от шаманов Орков…

В общем, решил я эту безделушку продать. Как там говорится, копейка рубль бережет, а мне сейчас любая копейка в радость. Времена, когда я сорил золотом, уже прошли.

Я сейчас даже моим убийцам рад. Я в полном праве снять с них все лишние, если никто не видит, а если видят, то как повезет…

За браслет я торговался как последний Одесский еврей, то есть до пены на губах. Доторговался до платы в сочетание с бартером. Ну, это так торговец считает, что мне под этим предлогом можно вручить ненужный товар. Так я стал просто…

Этот торговец вытащил патрон от пистолета!

Я вначале прифигел, но быстро взял себя в руки и начал выть, что это за хрень у него в руках. Типа, а на фига мне это некондит нужен?!

Я не особо и помню, о чем мне торговец завывал, что-то там про медь и особый артефакт из далеких краев.

Патрон! Я тут не один!

Кто бы знал, каких усилий мне стоило не показать свой интерес. У меня мозги не торговца и полчаса ругани в которой по крупицам вылезает инфа о товаре мне стоили много нервов.

Узнал я всего ничего. Есть лавка на Перевалке, товар оттуда, торговцу эти цилиндры попали по случаю. Всего этих цилиндров немного, меньше пяти штук, точнее неизвестно, я просто боялся показать что мне эти цилиндры интересны. Только покажу интерес и не то что за патроны, а за информацию придется платить, а мне это надо?!

Патроны покупать не стал, все равно без пистолета они бесполезны. Уже уезжая из лавки я понял свой косяк. Даже патроны без пистолета в быту пригодились бы, но не возвращаться же за ними, мигом цена подскочит до небес. Завтра за патронами Гумуса отправлю, пусть скупит за бесценок.

Что тут говорить, придется падать в ножки Равуру и молить его пробить, что за лавка такая и как ее найти.

* * *

Гумус на следующий день по моему указанию выкупил патроны. Всего их три. Это покупка обнесла мой кошелек на медь, но сейчас я каждую медяшку считаю.

О лавке, из которой эти патроны появились, долго рассказывать не буду. Скажу только то, что я опять должен Равуру, но в это раз три золота. Об этом я не жалею, мне лавку старьевщика дороже было бы искать своими силами.

Обычная лавка. По слухам скупка краденого, но старьевщика никто не ловил за руку. Визит в лавку ничего не дал. В лавке на которую навел старьевщик при предъявление патрона на меня смотрели как на идиота. Старьевщик, падла такая, делал вид что не понимает, о чем я говорю.

— Кор. — подал голос Гумус, когда мы вышли из лавки. — У него на лавке знак скупщика. Он ждал знака.

— А ты раньше сказать не мог! — немного обозлился я. — Что за знак?

— Кор. Я не знаю. Меня не учили. Я обычный уличный воришка.

— Ладно. Разберемся. — ответил я, хотя сам был не уверен в этом.

* * *

Как я и подозревал, Равур ни в чем не мог помочь в деле шифровок от воров. Это не его профиль. Я в тупике.

Сознание рисует картинку, что я тут не один. Тут есть Земляне, я даже америкосу буду рад, а не то что бы Русскому. Пистолетный патрон, значит мужик, значит надо искать переростка по местным меркам. Наверняка он не дурак и он тоже уже встроился в общество. Одно только настораживает, а зачем он патроны продал?! Кто же в здравом уме будет продавать местным такие вещи? А жив ли мой земеля?!


Несколько дней меня ломало желание навестить старьевщика и силой под надуманы предлогом вытрясти из него все то, что он знает. Я боролся со своими демонами. Пытать того, кто связан с ворами, только дурак будет.

Потом я понял, как подступиться к этой проблеме. Надо просто обратиться к тому кто меня отрекомендует как своего. Есть у меня такой тип на примете, не зря же в свое время мы с Антеро заехали в один трактирчик. Есть там один ушлый тип, который наверняка мне поможет, но с ним проблема в другом. Фиг он что сделает забесплатно, а значит пока у меня не будет монет за покупку услуг Нетфе, про него можно и не вспоминать.

К тому же надо еще денег достать на скупку пистолета и патронов. Мне как-то не вериться, что раз в этом мире есть патроны, то где-нибудь не завалялся и сам ствол. Расспросы про происхождение товаров с Земли наверняка тоже обойдутся не без звона монет. Вот так мое любопытство и желание найти земляка вылилось в пустые мечты. Я на мели, какое тут праздное любопытство…

* * *

Как оказалось, напряги любят ходить толпой. На горизонте начали стягиваться тучи. Похоже что не я один заметил что вокруг дома Равура стало гораздо оживление. Потом у меня с Равуром состоялся разговор. Разговор со стариком меня не обнадежил.

Съезжать мне от него надо, а то однажды ночью обитатели дома могут и не проснуться. На себя, как я понял, деду наплевать, но ведь он не единственный кто случайно попадет под раздачу. Что называется, погостил у меня и хватит. Пора и честь знать. Пока за тобой не было плотного наблюдения, то гость у него дома это одно, а сейчас совсем другое.

Вот это признаться меня совсем не обрадовало. Я на мели, на съем жилья денег нет. Тут я жил бесплатно, а меня «из вписки гонят санными вениками».

Я поначалу даже обиделся на старика, но потом остыв, здраво рассудил, что не такую глупую вещь он мне и толкует. Съеду я от старика и интерес к его дому пропадет, ну по крайней мере ослабнет до минимума. Потом можно и к нему еще не раз приехать пожить, если грамотно отметать хвосты или интерес ко мне утихнет. Что тут говорить. Вот так! Халява кончилась!

Одну ночь вне караула мы с Гумусом переночевали по старому адресу у вдовы, а дальше отношения с ней не сложились. Тетка бывалая, потребовала денег за съем комнаты. Нет, вы не подумайте что я жадина, но просто нечем мне платить. В общем, расстался я с былой любовницей Антеро не очень хорошо. Наорал на нее, ну и наговорил много чего лишнего.

Пипец воин короля с оруженосцем бездомные бродяги! Позор на чести короля!

Ну как бездомные, не все так плохо как я расписываю, но приятного тоже мало. Пришлось заселяться в казарму. Казарма эта бесплатная, но жить в ней можно только от безнадеги. Не в почете это тут, жить в казармах. Кто пожил в казарме тот поймет без пояснений, а прочим, мне даже объяснять влом…

В казарме, на момент нашего с Гумусом заселения, жило семь человек. В прошлый раз жило около десятка, а сейчас, похоже трое нашли для себя способ, съехать из ангара на сотню человек.

Заняли койки неподалеку от оружейки, ну там копья, алебарды, гизармы и прочие, что используется на войне, а не при патрулях по городу. Ну как койки, скорее топчаны из грубых досок. Тумбочек нет, все вещи можно хранить под кроватью. Еду можно готовить во дворе за ангаром на костре. Сортир в сотне метров от ангара. Постоянный холод и гуляющие ветра.

Думаете что бытовые условия это самое худшие в жизни в ангаре? Да блин! Тут симулировать нельзя! Нельзя отмазаться! Самое худшие что постоянно под боком у начальства и чуть что тебя припрягают. Расслабиться толком нельзя! Какое там нажраться! Нет, ну конечно ты можешь нажраться, никто тебе не запрещает, но никто и не советует попадаться на глаза начальству в таком состоянии.

Меня какая-то тыловая крыса, одетая в тряпки по местной моде, отчитала за неподобающие состояние, когда я в честь ознакомления с соседями мальца выпил. Потом на следующие день мне и от Гижека перепало, ну и зарплату немного урезали, если верить Гижеку. Оказалось, что я, по незнанию, на какого-то заместителя заместителей нарвался. Не всем же служивую лямку тянуть, кому-то достаточно и у кормушки кормиться.

Одно только хорошо в том, что мы живем в казарме. Тут нас посторонние не достанут, при условии конечно, что они не дураки пытаться убить меня на территории тысячи…

* * *

В караул мы с Гумусом заступали голодными. До второй зарплаты девять дней, а жрать уже нечего. Ну, объели немного товарищей по караулу. С голоду не подыхаем, но желудок постоянно урчит. Три дневных смены в карауле это счастье объесть товарищей в начале смены и в конце смены. Ночью пьешь водичку, чтобы желудок хоть чем-то наполнить.

Признаться, два дня выходных я ждал с опасением. В ангаре, к общему столу на халяву не присядешь, в отличие от караулки. Тут все такие же горемыки, денег нет и сами перебиваются в питание «кому что Бог пошлет». По всему выходило, что два дня мы с Гумусом будем голодать.

С наступлением выходных мне приходило в голову, что может стоит продать бахтерец Гумуса, но после я отмел эту идею. Скину его, с учетом моих невысоких торговых навыков, за тройку, а покупать придется за восьмерку. В чем выгода? Да и броня в плане выживаемости лучше, чем пара монет.

Как оказалось у Гумуса совсем другие планы на наше питание. Паренек голодать критически не захотел. Этот! Считайте, что я опять долго матерюсь…

В общем, моя мелкая зараза притащил откуда-то местных кореньев. Да ладно местные коренья, полкило кореньев еще куда-нибудь можно спрятать под одеждой, главное стянуть незаметно. А как он дохлую курицу умудрился стащить незаметно и где ее прятал?

— Откуда?! — ошалев от выложенных припасов только и смог спросить я.

— На рынке подарили. — лыбится во все свои зубы паренек.

— Иди сюда!

Сначала я его погладил по голове за инициативу. Потом я дал ему подзатыльник за риск, если его «спалят» на краже, мне же за него отчитываться. Потом я показал ему кулак и похвалил.

— Если еще будут дарить на рынке… — пристально смотрю ему в глаза. — Ты не попадайся… за оруженосца которому дарят, могут и рыцаря со службы уволить! Ущерб чести и все такое же! Ты меня понял?!

— Да кор! — признаться, парень не ожидал такой моей реакции. Он что думал, что я его только хвалить буду, не озаботившись внушением.

— Часто в местах где дарят не мелькай! Подарили в одном месте — иди в другое! — продолжал я читать мораль Гумусу. — Ты конечно молодец! Но будь осторожнее! Ты меня понял?!

— Да кор.

— Ладно! Не обижайся на меня. Ты молодец! Просто все для меня это неожиданно! Ну и дарители тебя не должны поймать! Пойдем на задний двор курицу жарить. Я тут заметил… Побудь на фишке! Я тут кровать в дальнем углу на дрова разберу.

Глава 4 Снова о талантах Гумуса и моей пьяной дурости

Зажили мы гораздо лучше, после того как Гумусу стали дарить на рынке припасы. Сердобольным и совестливым поясню.

В армии нет такого слова украли, есть слова «родил», «поднял», «исчезло», «проеб…». На крайний случай есть слово «спер» — между прочим английское «spare» (лишний, запасной) в иврите превратилось в «спер», а после осело и на русской почве — «сперли, спереть». «Спер» — это то, чего у тебя нет теоретически, а на практике — вот оно.

Воровство в армии это давнее, уважаемое и освященное традициями занятие. Собственно и воровством-то оно называется только при поимке за руку (жопу). Грамотная кража уважительно именуется «рождением»:

— Где взял?

— Родил!

— Объявляю благодарность!

— Рад стараться-с! То есть, бля, Служу Российской Федерации!

То есть, Гумус конечно молодец, что не дает умереть нам с голоду, но такое счастье долго продолжаться не может. Примелькается стервец и вот наступит нам каюк.

Воровать, так воровать вагонами, чтобы хорошо отдохнуть, а если прихватят за жопу, то хотя бы что б не стыдно было за масштабы.

Как «рожать вагонами» я понятное дело не придумал, но парочка идей в моем пропитом мозгу все же мелькнула. Мы почти десять дней по салонам не ездили…

* * *

Что тут говорить. На весь выбор у меня всего два салона, первый с дворянскими шлюхами, второй со старперами. Надо ли говорить, куда мы поехали? Там где чаще пьют меньше возможностей «спалиться».

Я играл по мелким ставкам в кости, в долг, под честное слово. Это между прочим, не только операция прикрытия, но и способ объяснить излишне любопытным откуда у меня деньги появились.


На мое удивление у меня в этот вечер рука была легкая. Начал со ставок в долг, а через полчаса даже что-то накопил.

Гумус вначале сидел рядом со мной за столом, а после перестал отсвечивать, пошел на работу.

Трудись мой родимый! Только умоляю тебя не спались! Тут наши сослуживцы с тысячи, если спалишься, то просто дуэлью за своего оруженосца я не отделаюсь.

Да и вот еще что! У своим мы не воруем! Свои, это свой десяток и сотня, с определенными оговорками своя тысяча, а до чужих так пофиг!

А вы что думали? «Родить» в своей роте и тем более в своем взводе это «крысятничество». А «родить» в другой роте это подвиг, конечно если тебя не поймали.

Думаете, почему в армии дневальных ставят на тумбочки? Если свои «крысятничают», то это разборки внутри роты, и вполне обоснованные разборки. Если же чужая рота чутька опустилась, а твоя приподнялась, то это конкуренция!

Несмотря на то, что я почти полностью ушел в игру, но все равно ловил краем уха крики и вопли пьянствующих в салоне. Вроде, никто не кричит, что его «обнесли».

Чуть что, то я Гумусу поставил задачу все деньги не брать. А мне оно надо, потом объяснять, откуда у меня чужой кошелек?!

Снял кошелек с пьяного и сорящего деньгами, одолжил треть денег и вешай обратно кошелек, ну или на крайний случай подбрось обнесенному кошелек, типа он сам его обронил.

Не хватало еще, чтобы слухи пошли, что в салоне воришка завелся. А так, пьяный богач залезет в кошелек и гадает, куда столько денег спустил. Под таким соусом обнесенный не будет орать, что его обнесли. Тут пол салона видела, как ты пьяный чудил. Кошелек при тебе. Сам ты в мясо пьяный, вот и не вой, а лучше вспоминай, где деньги спустил.

* * *

Через час, когда я в очередной раз спустил, а потом опять поднял денег, я вышел из-за стола, якобы в туалет.

— Как? — прошептал я рядом со своим мелким.

— Два. Шестнадцать. — шепот в ответ.

Ну понятно, два это золото, шестнадцать серебро.

— Сколько?

— Двое.

Какой он шустрый оказывается! Двоих обнес! Мне даже не пришлось гадать кого он обнес. Достаточно взглянуть на два самых пьяных тела и все само собой понятно. Ну не из нашей части и на этом спасибо. Тут моя совесть полностью чиста. Свои это свои, а «чужие пошли лесом».

— Молодец. Я тут еще для вида посижу немного за столом, а ты отдыхай. Двое это много.


За столом удача в очередной раз мне улыбнулась. Я даже выигрыш довел до золотого с мелочью. Ну как сказать, какая это мелочь! У меня зарплата полтора золотых за месяц, ну по нашему за двадцать четыре дня. Тут все-таки в месяце двадцать четыре дня, а месяцев четырнадцать.

На хорошей ноте выигрыша я выполз из-за стола. Думаете мы сразу покинули салон? Ага! Как же! Это палево! Нет, мы еще кутили понемногу!

Для даунов поясняю, поднялся по деньгам не беги, это подозрительно. Пару серебра я спустил на самое дешевое бухло. Было скучно и нудно. Мне компанию составляли помимо Гумуса еще парочка каких-то упитых девиц.

Дня наивных поясню. Проституция в дворянской среде хорошо замаскированное занятие, все почти что тоже самое, что и по российским реалиям. Покупаешь девушке спиртное, травишь байки, пытаешь не проявить себя отморозком, вешаешь лапшу на уши, потом такси, хата, она ломается для вида. На утро есть всего два варианта. Первый: «Мы теперь вместе?», если глупая. Второй: «Надо бы еще встретиться, ты не против?», если умная.

Тут примерно тоже самое, только такси вызывать не надо. Наберешь вина на определенную суму по завышенным ценам и иди в уединенное место.

В общем, я скучал. Пил умерено. Языком чесал не очень активно. Скучно.

Гумус, скотина такая, пил вместе со мной. Но есть разница пить за компанию и пить когда на него барышня вешается! Я все понимаю! Молодость, лицо еще наивное и симпатичное, но я сейчас нажрусь чтобы нажраться, а он пойдет отдыхать потому что мне по пьяни влом?! Гадом буду если я не уйду в уединенное место первым, хоть мне и не особо горит с этой гориллой кувыркаться что тут за жрицу любви! Субординация, мать ее так!

Дальнейшие произошло как-то само собой.


Появился Юдус, уже мальца нарытый. Знакомая харя! Как я тебе рад мой начальник! В общем, какие там бабы?! «Идите все лесом!».

Глупые бабы считают что всем мужикам надо тупо посношаться. Чушь это все. Разные мировоззрения. По опросам в интернете, все люди пользуются интернетом. По опросу среди проституток все мужики озабоченные. А то, что род деятельности накладывает погрешности на мировосприятие, мало кто задумывается.

Наивным, еще раз поясню. Были, и сейчас есть, в Японии такие женщины как Гейши, с которыми не спят, а просто отдыхают душой. Есть дешевки с которыми можно спать: Майки — будущие Гейши. Есть еще какие-то ученицы учениц, ученицы Майко, эти дороже, но только потому что еще девочки до первого раза.

Души я не вижу в этих якобы дворянках. Поговорить с ними не о чем. Тупое мясо и все на этом, а тут появился мой корефан, с ним хоть не так тоскливо.

* * *

Как позднее оказалось, десятнику я обрадовался зря. Это хитрая жопа сам почти на мели и денег у меня пытался занять. Ну, извини братан, мне со своими долгами разобраться бы!

В общем, общение с десятником было приятно, уходить куда-либо было лень, а душа просила выпить. Другое дело, что я как-то нелепо отказал в деньгах Юдусу и палиться что у меня почти целый золотой было глупо. Еще посчитает что я зажал.

«Рожденное» Гумусом тоже не у меня и как я подозреваю, даже не у него на кармане. «Родил — скинь», а где это «скинь», где его нычка я не знаю.

В дальнейшем, я наверное провел самую удачную аферу в своей жизни. Я начал орать, что уступлю уединение со своим оруженосцем за бутылку! Объявил аукцион!

Вы не подумайте ничего лишнего, плаксивые полупокеры, петушки в этом салоне не в чести, а даже если и найдется такой даун, то это великолепный повод по пьяни набить ему рожу, а если повезет, то и вызвать на дуэль. По турнирным правилам мне достанется наследство из оружия и доспехов, а по боевым, я не дурак биться запросто так.

В общем, аукцион для женского пола. Я не знаю, чем там популярен мой мелкий, но подозреваю что в определенных местах он не такой и мелкий. На этой мысли в моем пьяном мозгу помимо ревности даже появились первые признаки комплексов. Хотя, а что я загоняюсь, а может он просто «мастер языка».

На мое удивление, мой аукцион постепенно начал проявлять себя. Ценник вырос с одной бутылки до пяти. Выиграла какая мадмуазель полупреклонного возраста что не пользуется популярностью.

Ну, Гумус не смотри на меня так сурово! Тебе ли не все равно! Тебе какая разница?! Тут твой наставник трезвеет и наш десятник мучается тем же! Иди на подвиг мой родной, а родина тебя не забудет! Будешь знать стервец, как у меня баб своей молодость отбивать! Считай что это тебе наказание, от мстительной скотины, то есть меня.

* * *

Дальнейшие события помню урывками. Какие-то визги, крики, кто-то пытается бить меня по лицу. Перебрал я с вином, ну или тем, что тут за вино выдают. Помню, что я ору: — Дуэль!

Мне вторит еще две такие же нарытые рожи. Один это Юдус, а второй-то что орет?! Судя потому что нам отвечают пять рож криками «дуэль», этот третий на нашей стороне. Кто этот третий вообще?! Из-за чего я кричу?!

На месте нам подраться не дали. Юдус еще что-то соображает и не соглашается проводить дуэль на месте, в помещении. Палево это дуэль при свидетелях, нас за такое в части нагнут что мы долго не будем разгибаться. Внутренние правила части «это вам не мальчик написал», ударение сами поставите.

Я постепенно трезвея, узнал в третьем, одну из двух пьяных рож которую предположительно обнес Гумус. Одет не в доспехи как мы с Юдусом и Гумусом, а в тряпки, золотая цепь на шее. Первый сын барона? Любой из сыновей графа? Что тут вообще забыл носитель золотой цепи, в этом пристанище для нищей солдатни?! Нервы себе что ли щекочет?!

Рядом нарисовался Гумус с довольным лицом. Вот стервец, даже от перестарка урвал удовольствие. Завидую его молодости и неразборчивости.

— Гумус. Тут что происходит? — шепчу я. Хорошо, когда есть рядом кто-то кто может подсказать твои провалы в памяти.

— Кор. Вы уснули. Потом появились эти пятеро. Они сказали, что только нищие пропивают деньги в этом клоповнике. Что кор-сэ́[55] не знает чести раз пьет с солдатней… — торопливо зашептал Гумус.

Ну, зная свою подлую вторую натуру, не удивляюсь, что я даже не проснувшись начал орать. Вызывали на дуэль виконта, сына графа, если земными терминами, а тут я дурак влез в разборки. Орут про клоповник, честь и солдатню, а что вы хотите от моего «второго я»?!

Дебил! Спал бы и дальше! Ну, кто меня просил вмешиваться! Своих бретёров за спиной хватает, а я еще в лишние напряги сам полез! Синька чмо!

— Юдус, что происходит. — пытаюсь я окончательно придти в себя.

— Дуэль через три лучины. Во дворе дома. Трое на трое. Трезвей быстрее. У тебя палка с цепью при себе?

Твою мать! Кистеня то с собой у меня нет, он в казарме. Я только при фальшионе и кинжале.

— Шансы?

— Сам глянь… — ответил мне десятник.

Рваньем пятерку не назовешь. Вполне нормальные дворяне, но глаза и повадки. Глаза цепкие, настороженные, холодные. Движение резкие и рваные. Бретёры — профессиональные дуэлянты. Явно не те неумехи, из той тройки в которой только один был неплохим мечником. Это классом мастерства повыше. Блин!

— А ты то что орал?! — единственное что просилось у меня на язык.

— Да так…

Ну, конечно. Кто-то может сказать про дружеские чувства, но я то понимаю, что если кинул в беде кого-то из своего десятка, то его потом в гавно опустят в части. С чужими делай что хочешь, а за своих рви хоть зубами, на том стоит и стояла любая армия.

— Что по судьям? Поединок боевой или турнирный?!

— С их стороны те двое. С нашей тот пьяный курдюк. — кивнул в сторону мало что отупляющего пьяницы. Вот такой нам, блин, насудит. — Ты меня тоже за дурака не принимай, конечно турнирный.

Турнирные правило это ограничения, без подлых ударов и прочих грязных приемов, но и доспехи трофеяться. Впрочем, у противников нет доспехов, так что в самых лучших случаях нам ничего кроме мечей не обломиться, а мы сами должны железо скинуть.

В боевых правилах ограничений нет, кто с чем вышел тот и молодец, но ничего не трофеется.

— А почему турнирные? — не понял я. — Не лучше ли чтобы в доспехах…

— Дурак?! Ты жить не хочешь? — прошептал мне с угрозой десятник. — Я уже обо всем договорился. Объяснил, что твои крики это с перепоя. Ляжем, нас добивать не будут, даже приплатят за ущерб чести…

— Не кинут?

— А кто их знает. Если все плохо, то ложись. Если видишь что их делаем, то думай сам… Ты же не обещал от своего имени…

Вот вам и простая дуэль. Казалось бы просто мясорубка, а десятник нам соломки подстелил на самый крайний случай. И при этом думает, как наколоть тех, с кем договориться. Одно плохо, с судьей с нашей стороны нам не повезло. При таком пьяном раззяве как бы нас не порвали бы. Лошок которого запугают и он будет заикаясь говорить что мы сами споткнулись и упали на топор пятнадцать раз. При таком судье, я лучше буду биться до последнего.

Юдуса я тоже понимаю, ну не нашлось другого дурака, что лезет в политические разборки, только это ничтожество пьяное в мясо.


— Гумус. — шепчу я. — На лошади удержаться сможешь? Скачи в часть, бери мой кистень. Если есть кто в казарме кричи что дело чести тысячи, ну и что за мной не заржавеет… Веди всех. Я время потяну…

Кто-то может подумает, что я дурак. Кто-то подумает, что я и в самом деле рассчитываю на кистень. Все не так. Я могу близким делать по мелочи подлянки в силу своей вредной натуры, но по крупняку это не мой формат. Обычно в моей жизни я замечал, что люди делают прямо наоборот…

Пусть малой живет. Вы что всерьез думаете, что мой малой успеет до казармы и потом сюда помощь приведет? Ему до ближайших ворот только десять минут скачки, плюс придирки на воротах от ночной стражи, потом вторые ворота, третьи ворота, потом часть, уговоры. Быстрее чем за час в одну сторону он не успеет.

Вы что всерьез думаете, что в нами будут биться по честному? С нами пьяными, что уже нечестно? Даже если мы просто будем хорошо держаться против троих, то вы что думаете, что два судьи со стороны дуэлянтов не вмешаются?! Им деньги уплачены за исход и не в их интересах, чтобы объект выжил. А то, что мы стали небольшой преградой, ну то мой пьяный крикливый язык виноват…

* * *

Что надо делать чтобы быстрее отрезветь? Съесть жирное, голову под холодную воду. Некоторые говорят что секс тоже помогает. Насчет последнего не уверен, но точно знаю что силы для боя вместе с женщиной уходят.

Что вы думаете я делал?!

Я орал на весь салон, что сначала я уйду прочитать свои стихи даме с которой я сидел весь вечер. Ну, это так называется, нашел способ уйти в отдельную комнату.

А вот сейчас милая отстать от меня. Неси холодную воду, «Чапай думать будет». Ну куда ты лезешь? Воду неси!

Я стремительно пытался протрезветь. Через десять минут я протрезвел настолько что подумал, а может ну его на фиг? Может про меня забудут, пока я тут якобы с барышней кувыркаюсь? Ну, мало ли что пьяный дурак выкрикнул? Через двадцать минут, я почувствовал угрызения совести. Я тут вроде как отмазался, а Юдус из-за меня впух. Через двадцать пять минут я начал глушить свою совесть бутылкой. Так осторожненько совесть глушил.

Вспомнился почему то Антеро, как он лакал пиво перед дуэлью. Вот он отмороженный. Не, ну я то не такой дебил. Я тут просто посижу, типа увлечен процессом, а потом тихо смоюсь. Блин! Как я теперь понимаю моего дегенерата. Ему тогда против чемпиона тоже было до дрожи в коленках страшно, но он же встал и переборол свой страх. А я вот, такая сволочь! Сусь тут под себя и лакаю вино.

Через сорок минут, я опять на старые дрожи нарытый, вышел от барышни.

Что там за визги?! Ну да! Пьяный я! А мне какая разница в каком состоянии умирать?! Сами-то часто смотрели в глаза смерти или только по рассказам и книжкам это знаете?!

Я не самый крутой мужик из тех кого встречал по жизни, так серединка на половинку. Ну да, мальца зассал! С кем не бывает?! Но ведь я тут! Сами-то хоть раз ходили на разборки вдвоем против восьми?! Там нам просто почки отпустили, ну полежали в больничке, а тут другой замес.

— Я думал что ты не придешь… Четвертая лучина горит… Я все оттягивал, как мог… — прошептал мне Юдус.

— Согласен… струсил немного… — признался я. — Сам-то что не ушел по моему примеру?

— Нашу тысячу начали поносить, не мог уйти…

А вот вам еще одна средневековая черта. Ты можешь совсем не иметь чести, или быть последним моральным уродом, но поносить твою честь на людях ты не можешь себе позволить, даже если ты десять раз виноват. Потеряешь авторитет, потеряешь свое влияние. Потеряешь свое влияние, потеряешь связи. Потеряешь связи из-за осуждения равных, потеряешь все. Нельзя в любом обществе завязанном на силу, терять свой авторитет…

В понятиях девяностых звучит проще: «За базар надо отвечать. Даш слабину нагнут свои же.»…

— Когда?

— Сейчас.

* * *

Во дворе было темно. Пара факелов только мешали ориентации. Лучше совсем без света, чем на границе света и тьмы. Я старательно пытался запомнить кочки и ямы, мне по ним скоро скакать.

После снятых лат кажется, что порхаешь над землей, но это иллюзия, ты та же медлительная скотина. Кожаный поддоспешник я не снимал, лучше потеть, но от касательного ранения кожа меня защитит.


— Тебя как зовут то, покойник? — не испытывал я никакого пиетета перед нашим напарником, пусть и с золотой цепью. — Как-то понимаешь, перед смертью хочу знать твое имя!

— Кор-сэ́ Латьяун. — коротко и почти трезво ответил он. — Господа! Это не ваша дуэль. Я понимаю, но постарайтесь. Если мы выживем, то я клянусь честью, напою вас так, что все бордели будут нас вспоминать с ужасом…

Ну, что тут сказать. Мне понравилось его заявление. Неглупый малый, понимает наши шансы. Мало того, он понимает, что нам нет резона за него умирать. Понимает он и что такое благодарность.

— Красиво сказано. — коротко прокомментировал мой десятник. — Где служишь?!

— Первая особая. — ответил Латьяун. Юдус на эти слова только поморщился.

— Паркетные шаркуны?!

— Они самые. Понимаю не лучшая рекомендация…

— За что тебя?

— Отец.

— Шаркун. Слушай. Сразу отходим к тому углу. Они на свету, мы в потемках…

— Ваши имена?

— Кор Юдус и кор Ваден. — ответил я за нас с десятником. — Третья пехотная, пятая сотня…

— Сходитесь! — громогласно раздался окрик одного из судей.

* * *

Бой понеся стремительно. Как мы и договаривались, сразу пытались прибиться к стене, в темень.

Каролин, фальшь и полутор против двух полуторов и полуметрового тесака.

Как думаете кто самый опасный? Я вот ставлю на тесак! Слишком необычное оружие и потому стоит внимательнее присмотреться к его владельцу.

Преимущество сорок сантиметров длины полутора против тесака это слишком, чтобы тут не было подвоха. Сам я, в свое время, с кинжалом против полутора мог выйти. Опасно, но если ноги быстрые и борцовская техника есть, то можно и в таком неравном раскладе потягаться.

Нападающие нас удивили. Вдвоем накинулись на кор-сэ́. Один сцепился в блеске искр стали с Юдусом, а я получается выпал из боя. Я крайний слева, мне противника не досталось.

Кто-то может сказать что я мог бы в спину воткнуться в наседающего на Юдуса, но что вы понимаете. Нет, я не спорю, что в обычной ситуации так и было бы, но ландшафт. Мне было дольше обходить, прежде чем я успею. Две секунды на обход в бою это слишком много, обычно все решается за доли секунды.

— Твой! Я возьму! — кричу я Юдусу. Слава Богу, вместе служим, вместе спаринговались и он меня понял.

Юдус не защищается от своего противника. Пытается врубится в правого от него, одного из двух наседающий на кор-сэ́. Такое доверие дорого стоит! Он знает, что я порву себе жопу, но его прикрою!

Знали бы вы как тяжело защищать медлительным тяжелым фальщем кого-то кроме себя. Себя проще, не успел блокировать, то прогнул спину и ушел от удара, даже если стопы стоят на том же самом месте. Оружие для нападения не предназначено для защиты…

Рисунок боя немного сместился. Бой выровнялся. Теперь трое на троих. Признаться первые секунды были самые опасные. Противники вдвоем вынесли бы кор-сэ́ за пару секунд, а дальше расклады совсем не наши.

Теперь же я просто рублюсь с крайним, Юдус со средним, кор-сэ́ с крайним, тот что с тесаком.

Периферийного зрения хватает на то чтобы видеть что дела у Латьяун не очень. Защищается он хорошо, но больше все ногами, отступает, отбивается от группы. Пипец котенку!

— Дурак! К нам живо! — ору я, в горячке боя, забыв имя.

Думаете, почему противник с тесаком теснит кор-сэ́? При таком коротком оружие вся надежда только на сближение. Сближаться лучше в отрыве от остальных, иначе в спину навтыкают пока ты будешь обжиматься на земле с противником.

— Урод! Строй держать! — это признаться старое из прошлой жизни. Барг, «царствие тебе небесное».

Не знаю, Бог услышал мои крики или кор-сэ́ сообразил и ему повезло отступить ближе к нам. Однако по факту оказалось чуть ли не хуже. Мы стремились в сумрак от света факелов, ну вот и начали ощущать за спинами стену. Я еще как-то теснил своего противника, что и неудивительно, преимущество оружия нападения в массе. Юдус держался на равных. Кор-сэ́ был прижат к стене противником.

Что такое стена или дерево за спиной?

Так-то ничего страшного, если ты к этому готов и отрабатывал это, хотя препятствие за спиной немного напрягает и в этом случае. В случаях если противник ищет сближения, то это почти верная смерть, достаточно одного клинча клинков больше чем на четверть секунды, если противник быстрый и опытный, а в среднем полсекунды.

Тут и пришел бы конец Латьяун, но случилось ожидаемое. Полутор у моего противника накрылся. Так просто, хрясь и все, треть клинка отлетела.

Почему треть, а не половина?! Ну тут просто, у любого клинка только последняя треть рабочая, остальное в довесок.

— Твой! — ору я Юдусу. Как хорошо, когда напарник с тобой сработался.

Юдус теснит того что с тесаком, ну того что теснит кор-сэ́. Защита опять похерена, верит в мои силы.

Я пользуясь, что мой противник пока еще не одупляет, того что у него трети клинка нет, насел на среднего противника.

Думаете просто перестроится в бою, когда длина клинка укоротилась? На это обычно надо от трех до пяти секунд, а я этим нагло воспользовался. Настолько нагло, что даже оставил левый бок открытым.

Все ждал, что мне что-то холодное воткнется в почку, но пронесло. Мне всего лишь надо было выиграть пару секунд, чтобы Юдус потеснил тесак, помог Латьяун выжить. Я опять потел, пытался защитить напарника оружием не приспособленным для защиты.

По поводу пота. Тридцать секунд боя, а я уже потный и дышу через раз. Рука уже плохо слушается. Нижние связки пожалуйста, а вот верхние — рука уже устала…

Первым ранили Юдуса. Я прозевал! Мой косяк! Он мне доверился, а я подвел! Тупо не успел, дыхалки не хватило. Два с лишним килограмма на правом скате[56] не так легко поднимать и уводить скат в сторону.

Десятника полоснуло по левому плечу, это еще хорошо что он успел извернуться. Не извернулся бы, то в голову влетело бы.

Мой противник уже подстроился под длину укороченного клинка, достал дагу[57] и в перекрестье меня блокирует.

Кор-сэ́ Латьяун тоже недолго продержался. Три удара за секунду. Я мало что мог заметить периферийным зрением. Заметил только то, что ему прилетело по правой руке, левому бедру и животу.

Ну, вот сейчас и мне конец. Жить кор-сэ́ в условия боя несколько секунд, Юдус скоро ослабеет от кровопотери, а я уже слюнями харкаюсь, когда дышу. Понятно, что нас с десятником уже не пощадят. Слишком хорошо отбивались…

О чем думает человек перед смертью? Думаете, вспоминается своя жизнь? Более продвинутые подумали, что я вспомнил незавершенное или самое злое чтобы был всплеск адреналина в крови. А вот все не так. Не знаю как у других, у меня было по другому.

Мне вспомнилась она на диване.

— Милый мы всегда будем вместе?

— Конечно…

Вспомнился улет у жреца. Та, что пришла в обличие смерти и ее слова. Вспомнились старое на тренировке. Умирать не одному: «Ты сдох и не забрал ни одного! Ну, ты и лох!».

Все за долю секунды, а дальше меня уже нет. Есть вторая сущность. То, что я пьяный, во многом помогло второму нутру вылезти быстрее. Именно поэтому я любил спаринговаться пьяным…

«Я иду!» — последняя осмысленная мысль.

— Хур Симарг[58]! — орет кто-то.

Я его не слышу, я просто знаю, что он орет. Звук за долю секунды, по опыту знаю, звучит совсем не так, а звучит примерно так: «Хумрл!»

Четкий квадрат со стороной на полметра, остальное в серой хмари. Память урывками.

У того, что с обломанным полуторником, полуторник еще раз хрустнул почти у самой гарды. Клинок подвел его, и неклассический левый скат не спас его голову. Фальш застрял в черепе, дойдя до челюсти. К черту меч!

Провал в памяти.

Валяюсь в обнимку с кем-то. Бью его! Бью! Бью!

Чем бью?

Откуда в руке нож?!

Провал в памяти.

Какая размытая, медленная тень. Почему так медленно он движется?!

Он медленный, но я и сам не могу двигаться быстрее. Просто видишь, как по тебе летит, но не можешь ускориться. Хрясь по телу. Ты крутишься, уходя от удара, но слишком медленно.

Провал в памяти.

Опасно! Медленный. Рот раскрыт — он что, что-то кричит? Летит полоска света. Медленно летит. Глаза пустые…

Провал в памяти.

Сквозь звон в ушах прорвался тихий шепот: — СВОЙ!

Кто-то дергается ко мне. Медленно, но я и сам не двигаюсь быстрее, просто могу быстрее замечать. Полоска света. Потом он упал. Что-то ему в спину прилетело и сбило его с ног.

Почему все такое плоское?! Плоское[59] и красное?!

ШЕПОТ.

Почему они шепчут?

Кто это?!

Мелкий. Чужой?

Добил, поваленного чужим телом…

* * *

Первой осмысленной мыслью было: «Руки трясутся. Почему я сижу?».

Я сижу на земле, а уши до сих пор режет визг какой-то дуры. Ты что так вопишь-то?! Что произошло? Осматриваюсь.

Семь тел на земле. Десяток ползает по полю, еще два десятка стоят в сторонке. Три тела орут. Противно так, визгливо, уши режут.

Из семи тел, пять не поднялось. Двоих утаскивают.

Что тут было?!


— Наставник! Кор! Наставник! — пробилось в сознание чьи-то крики, и кто-то трясет меня.

— Чего тебе?! — но это еще не совсем я, а тот кто уползает в глубь сознания.

— Ты кто?! — первое, что вырвалось у меня. — Тьфу ты! Чего тебе надо?!

— Кор! Вы пришли в себя! Я молодец?!

Медленно приходу в себя. Осматриваю себя. Все плоское и красное.

— Что у меня с глазами?!

— Я не знаю…

Обтираю себе лицо предплечьем. Тьфу ты! Глаза целы. Просто кровью глаз залило.

— Помоги дойти… — сказал кто-то во мне.

Так-то, я уверен, что и сам могу дойти, но просто боюсь.

Чего может боятся человек, который только что очнулся?! Трех вещей: того сделал, того что не сделал, и того что с ним сделали. Я боялся не подняться, после того что со мной сделали…

Глава 5 Исход убийства кор-сэ́

Пришел в себя я не сразу. Какая-то халупа. Три тела лежат и истекают кровью. Еще пять тел из которых три женских и два мужских вьются над нами, как мухи над навозом.

— Все лишние вон! — услышал я свой крик.

— Кор? Вы пришли в себя? — чей-то голос.

Ах да! Гумус. А ты то, что здесь забыл?! Я же тебя в казарму отправлял. Ты не мог успеть вернуться!

— Ты что здесь делаешь?! Я же тебя отсюда оправлял! Ты не мог успеть вернуться!

— Кор… Я не уезжал… Я тут был… — замямлил он.

— Отстать от парня! — провыл Юдус. — Он нас спас.

Вот интересно, какие подробности.

Вышло по нелепому. Когда меня с памятью перекосило, а мы начали уделывать троих, вмешались двое оставшихся судей.

Двоих я успел приласкать. Тут бы мне и пришел бы конец, каким бы я не был бы, но вмешался случай.

Камень из пращи в лопатку еще никому не добавлял прыти. Какая на фиг праща?!

А вот обычная праща из обрывков рубахи и первого же подобранного камня.

Гумус оказывается, освоил пращу в меру его таланта в части. Когда, я его оправил якобы за помощью, он просек что я его обманываю. В общем, он решил остаться и спрятался в темени.

Да, и вот еще что. Это в книжках прикольно. А в реальности разброс у пращи на десять метров примерно полметра. Как он вообще попал да из пращи сварганенной из подручных материалов?!

В любом случае, он попал между лопаток четвертому, что кинулся на нас, когда понял, что его товарищи впухают. Пятый по мне в основном и отыгрался. Пятого Юдус с Латьяун уже без меня дорезали.

* * *

— А у нас поединок был турнирный? — первый мой осмысленный вопрос.

— Да — удивился кор-сэ́.

— Гумус! Ты почему еще здесь?! Живо по телам пробежался! Кошельки, ремни, сапоги! Одежду снимай! — разорался я.

На меня смотрели с недоумением. Ну, какие вы наивные, хоть и столичные. Пока мы тут «лясы точим», без нас все самое важное снимут.

— Ты еще тут?! Бегом! — ору я.

Гумус убежал, а на меня все еще смотрят с недоумением.

— Турнирные правила. — пояснил я. — Тем более они сами влезли в бой, а значит это уже не дуэль, а бой. Трофеи! Мы не настолько богаты чтобы оставлять шлюхам хоть нитку!

Такого смеха я давно не слышал. Кор-сэ́ Латьяун ржал как лошадь и меня совсем отпустило после боя.

— Не хотел бы я быть вашим оруженосцем… — посмеявшись, сказал кор-сэ́.

— Ты еще моего наставника не знаешь… За такой проступок я бы сесть на жопу не мог бы дня три… — немного приврал я.

По попе бродяга меня никогда не стегал, он же не самоубийца стегать взрослого мужика по попе.

— А на деле. Мужчины, скажите… что со мной?! — выдавил я из себя.

Глаз затекает кровью, значит, мне череп посекли. Нога затекает, я даже боюсь на нее глядеть. Левый бок холодеет.

— Жить то буду? — прозвучало от меня совсем тоскливо. — Не калека?!

— Ты поэтому оруженосца отозвал? — спросил Юдус.

— И поэтому тоже…

— Лоб, волосы. Нога с другой стороны бедра. Если сможешь встать, то сухожилия целы. Живот, тут я не знаю…

— Сильно теку?!

— Нормально.

— Зашьешь? — сказал я, доставая мазь Орков.

Знаю что это контрофакт, но что мне тут стесняться и скрываться. Вместе в бою были, думаю не настучат, тем более что это мазь по ним же потом будет работать. Мазь всегда со мной, как и яйца, но про яйца я в бою не вспомнил.

— Это…

— Знаю! Иголка в коробке!

Встать на ногу я смог. Ногу не смог согнуть. Пизда ноге! Я калека! Теперь до конца моих дней буду хромать.

Лоб ерунда, придется волосы сбрить и зашить, ничего страшного.

Живот. Разрезали кожаный поддоспешник. Чуть кишки выпирают, но пока не вываливаются. Боли нет, но смотреть на это чуть сознание не теряю. На чужих, любые травмы мне по фиг, а на себе от вида крови становится дурно…

Что тут говорить, меня зашивали первым. Живот и ногу, череп отложили до лучших времен. Волосы сбривать, рану мыть, хотя десятник и кор-сэ́ считали, что можно шить и по волосам. Ну, может вы так считаете, а я против.

Врать не буду, я выл как последняя сука. Не совру, что от мази Орков я заплакал, но это не западло. Это же слезы от боли, это можно…

Кор-сэ́ шил Юдус. Рука, левое бедро. На животе бедолага, потерял сознание.

— Готов?! — спросил я у Юдуса.

— Дорогая… — шептал десятник.

Я его понимаю, страшно, когда люди теряют сознание от боли и только одна мысль: «А насрано ли я, или переживу!».

— Ложись. Что-нибудь в зубы возьми. Помогает… — сказал я склонившись над его плечом.

— Юдус! А почему мы дураки не сбежали?! — я это говорил, чтобы отвлечь его от боли.

— Честь! — орал десятник.

— Почему?! — отвлекал я его от боли.

— Слово!

— Почему?! — отвлекал, его от боли я.

— Деньги!

— Почему?! — отвлекал я его от боли.

— Нас не отпустили бы живыми!

— Почему?! — отвлекал, его от боли я.

— Я тебе поверил… — стонал он и закатил глаза.

* * *

Потом прибыла карета. Суетись шлюхи, слуги нас крыли матом. Потом пришел в себя кор-сэ́ и сам покрыл их матом. Вместе воевали, вместе и лечиться будем.

Уже в карете кор-сэ́ Латьяун пытался перейти на официальный тон. Одна его фраза чего стоит: — Моя благодарность перед вами коры безгранична.

— Слышь ты, дурак! Тут люди за тебя кровь проливали! А я стал калекой! А ты нам тут официальными фразами уши режешь! Ты друг или насрано?! — услышал я свой голос.

— Господа…

— Какие господа! Тебя твоя карета, совсем последнего ума лишила?! Где были твои и слуги, когда мы встали рядом с тобой?!

— Право я не знаю, как быть…

— Кто нам обещал по всем борделям провести или твое слово это просто звук?!

— Я…

— Это Юдус! Юдус, как твое прозвище?! Да по фиг! Десятник! Я Ваден! Просто Ваден! Прозвища не заслужил! Третья и пятая! Пехота!

Вы когда либо видели глаза камбалы по которой прошелся каток по укладке асфальта. Если видели, то примерно представляете глаза выжившего графенка.

А ты что думал родной, что если ты кор-сэ́, то все тебе априори обязаны?! Мне так то, на тебя глубок по фиг, меня больше беспокоит моя нога, которая не сгибается, но и себя загонять в прислугу я не позволю.

— Друзья?!

— А у тебя их так много дурак, чтобы ими разбрасываться?! Настоящих друзей, а не тех, что сбегут при первой же ерунде?!

Вот эта фраза кор-сэ́ Латьяун прогрузила его больше всего.

Расскажу лучше для понимания реальную жизненную историю.

* * *

Я по молодости любил заходить к Торину, наркоманы склоняли его прозвище в Торен. У Торина всегда «был дым коромыслом». Вполне обычная ситуация, когда пятнадцать незнакомых рыл глушат водку.

Однажды я нарвался на сообщество блатных. Тел восемь разгоряченных водкой и одна баба на восемь тел, это уже признак, что эти товарищи не самые желанные собеседники. Они мажорики, а я такой скромный.

Что же ты хочешь от меня мажорик?! Жизнь удалась. Чего тебе еще надо? Хочешь чтобы я в тебя поверил?! А вот не верю!

Авторитет среди мажориков, самый блатной, долго что-то мне выл под ухо о своей крутости. Весь он такой замечательный, и машина у него такая, и бабы такие, и друзья такие. Фотки показывал и выеживался…

Вообще, что ты до меня лошка, полубомжа докопался?! У тебя пьяных друзей полный вагон или докопаться до постороннего твое кредо?!

После получаса его скулежа, его убил только один мой вопрос на его монолог.

— А теперь покажи среди этих фоток своих друзей?

И все, человек сдулся. Нечего ему было сказать.

После, он вытащил паспорт и на задней странице, за обложкой, достал маленькую фотку три на четыре.

— Она мой друг. — все что он смог ответить мне.

Все прочие перечисляемые за полчаса уже не друзья, а просто пассажиры.

— Когда меня на год посадили за угон машины, она единственная кто писала… Хотя я тогда и ее имени не знал. Просто в одном дворе росли… Пересекались временами… Друзьям так по фиг, выйдет скоро, зачем писать… А она не такая… — сказал мажорик и сломался.

* * *

— Друзья? — переспросил кор-сэ́ Латьяун.

— А ты как думаешь?! Часто тебя в бою прикрывали?! Даже не отвечай! Я не хочу слушать твоих ответов! Просто не забывай что мы равные!

— Я запомню. — через полминуты ответил кор-сэ́ Латьяун. — Простите меня…

* * *

Очухался я уже дома у кор-сэ́ Латьяун. Задремал от кровопотери. Из неприятного, нога не сгибается, спасибо и на том, что боли не чувствую.

Допрыгался дурачок до травмы по которой комиссуют. Как жить дальше, сам не знаю.

Не знаю, потерял ли я сознание или просто уснул, но когда проснулся, то нас с Юдусом обхаживали как принцев. В тот момент по наши тушки прибыл маг поднятый из теплой постельки.

Вот тут я почти что обосрался. На предплечье браслет от Орков просив стрел, сам я чужак, которых по слухам ищут маги, называя «демонами». Мои вопли что я здоров никого не волновали.

А что вы хотели?! Я еще спросонья от шока не отошел.

Маг, дедушка в черном балахоне обозвал меня придурком, что носит на себе браслет Орков, который пьет мою душу. Второй раз он назвал меня придуром, когда почуял на ранах душок черной мази Орков. Тут он матерился гораздо дольше.

Оказывается мазь Орков лечит гарантировано, но с косяками. Обезболивает и потому я еще не подох от боли. Кто же себя так варварски лечит?! То ли дело высшая магия!

То, что он дебил, я ему кричал сквозь боль. А у меня был выбор, когда я раны наскоро зашивал?! Что же ты такой мудрый рядом не ошивался, когда мы себя наскоро латали?!

Что тут говорить, я теперь Квазимодо. На половине черепа теперь нет волос. Хоть с этим я с магом согласен, сначала побрить, а потом зашивать.

А еще маг говорил, что я самый сраный клиент за его богатую практику. На меня сил ушло больше, чем на самого сложного его больного. По этой причине у меня нога и не зажила полностью. В общем, хромать мне теперь полгода, пока, то ли сухожилия правильно срастутся, то ли мениск до конца встанет.

Это вам легко! А вы попробуйте разобраться в медицинских терминах на чужом языке. Спасибо и на том, что меня «не спалили» на том, что я чужак. Хотя первый звоночек уже прозвучал.

По словам мага, на мое лечение у него ушло в пять раз больше сил, чем обычно. Это весомый показатель. С учетом того что меня цепь сразу не убивает, я подозреваю свое большое сопротивление магии. Лечение просто подтвердило прежние выводы. Если сопротивление магии передается по наследству, то я не удивляюсь, почему земляков убивают маги…

* * *

Второй раз я очухался уже далеко за полдень. Меня будила настолько страшная служанка, что я проснувшись, подумал что еще сплю. Бля, как мне тебя жалко кор-сэ́ Латьяун. Хотя, у твоего отца, тут может расчет на то, что после таких страхолюдин, любая грымза на которой тебя насильно женят, уже красавица?!

Я с минуту отбивался от того счастья что на меня свалилось. По поводу того что на меня свалилось, я не соврал! Это дура на меня упала! Я ранен или насрано?! По ходу насрано! Матерясь, я поднялся с кровати. В коридоре меня ждал Гумус.

— Кор. Вы поправились?!

— Гумус! Где трофеи?! — не подумайте что я мелочный, просто бойца надо озадачить пока он меня не достал.

— Кор…

— Не вой! Ты молодец! Но на будущие, если я тебе говорю, то исполняй!

Вот это, может я и зря. Если бы не его камень из пращи, то не факт, чтобы я сейчас жил, но блин субординация! Раз дашь слабину и он тебе тут же сядет на шею. По своему опыту в оруженосцах знаю…

— Что там?! Куда меня будили?

— С вами хочет говорить граф… — высказалась страшная служанка.

Блин! А я уже про тебя забыл. Какое страшное пробуждение…

* * *

— Я навел о вас голубей[60]. Вы интересный человек. — начал граф. — Бастард, смерти которого хотят и Висмур, и Илмар. Пьяница, дурак, варвар, неплохой боец. Я ничего не забыл?!

— Вы забыли сказать, чем я вам интересен. — сказал я еще не отойдя от лекарств, скажем так, не совсем в своем обычном сознание. — Зачем я вам нужен? Деньгами рассчитался бы за свое спасение и ваш сын. Я-то вам зачем? Простите, я не верю в случайные встречи. Если я здесь, то зачем-то вам нужен?

— А еще хам! Дурак, я вроде уже говорил! Думаешь, спасение сына не дает тебе право хамить мне?! — ответил мне граф.

— Извините меня. — начал давать заднего я. — Действие лекарств. До сих пор не отошел от боя.

— Принимаю! — смягчил тон граф. — Выпьешь?

— А нальете?

— Пьянице отказать в алкоголе перед смертью? — усмехнулся граф. — Я не настолько жесток!

Мы выпили. Графу хоть бы что, а мне на старые дрожи уже край.

— Ты думаешь, почему я с тобой выпил? — спрашивал просто старый человек. — Это мой последний сын. Я устал. Может, ты меня поймешь. Ты мне не ровня, но на время этого разговора забудь о нормах приличия… Впрочем, тебе это будет сделать несложно.

— Поговорить не с кем?

— Есть такое. Равные, всех бы убил бы! Неравные бояться и пресмыкаются! Презираю их! Всех презираю! — разошелся граф, но я даже пьяный понимаю, что это игра.

Не может человек так быстро опьянеть, тем более, если сам предлагает выпить. Это игра рассчитанная на одного зрителя, на меня. К чему такая игра мне непонятно, но от того что я понимаю правила игры еще не следует, что игру стоит ломать.

— Сын такой же, как я? — спрашиваю я, отлично зная ответ.

— Такой же мерзавец! — ответил мне граф. — Почему ты не бросил его? Я уже знаю. Знаю, что вам надо было просто соблюсти приличия и лечь с легкими ранами…

— Вы не поверите…

— И все же?!

— Пьяный!

— И?!

— Захотел посмотреть в глаза смерти! Меня там ждут!

Молчание длилось долго. Я даже успел выпить бокал. Хотя в меня и не лезло. Граф пил, ну точнее делал вид что пил.

— Хочешь умереть?!

— Хочу встретиться. Умирать не спешу. А как можно встретиться и не умереть?! Побывать близко со смертью… — понес я какой-то похмельный бред.

На будущие, никогда не опохмеляйтесь вином!!! Голову не лечит, а изжогу вызывает (если красное вино)!!! Проше уж сразу вином напиться, опохмелиться не получится.

— Даже так… — опять молчание от графа. — Что думаешь насчет моего сына?

— Избалован. Жизни не знает. Вам поздно его уже воспитывать. Упустили время. Вырос. Друзья у него наверно такие же, хотя какие они друзья… — запнулся я, собираясь со словами. — Обычное дело. Такие друзья кинут при первой же сложной ситуации. Я знаю много таких историй…

— И?!

— Я не знаю, почему он попал в самый дешевый салон. Наверно нервы себе щекотал. Но с такими увлечениями ему недолго осталось…

— Ты поднимешь, кому это говоришь?! — резал рыком голос графа.

— Я говорю это не графу… — запнулся в ответе. — Я говорю это отцу. Если у вас хватит наглости убить своего гостя, спасшего жизнь сына за дерзость, то делайте! Мне надоели ваши игры! Что вы хотите?!

— Уверен, что мне можно говорить такое?! — стал повышать голос граф.

— Уверен, что я могу убить вас за пару биений сердца несмотря на всю вашу охрану, что за нами, конечно же, наблюдает… — пошел я с крапленых козырей. Пьяная борзота, что тут скажешь. — Только зачем мне это?! Я думал, вы умный человек…

— Ты именно такой, как тебя описали… — усмехнулся граф, но я видел, что это усмешка натянутая.

Так усмехается человек, которые решает, а не раздавить ли насекомое или пощадить, чтобы пальцы не пачкать.

— Что с сыном?! — продолжил граф. — Младший, но жалко…

— От ваших врагов, я думаю… Вы сами его прикроете. — сказал я. — Главное чтобы он новых не завел…

— А ты?!

Ого, это уже, как предложение звучит.

— А что я?!

— Ты можешь ему стать другом?

— А зачем мне это, кроме славы, почета, вечеринок пьяной знати на которых я без его общества не смог бы попасть?!

— Смешной и глупый…

— Не настолько смешной… — замялся со словами. — Друзей не покупают! Друзья либо есть, либо нет! Я не могу ничего гарантировать!

— И все таки, я в тебе не ошибся. — сказал граф и подал знак. — Тебе рады в этом доме, но твои проблемы это твои проблемы!

Меня сопроводили от графа. Я качаясь вышел из кабинета. Первое время я чуть не сдристнул в штаны. Наглость второе счастье…

* * *

Сказать что дальнейшая жизнь пошла как-то по-другому это соврать. Я так же живу в казарме. Единственное, Гумус больше не ворует на рынке, ну по крайней мере до тех пор пока у нас есть деньги.

Спросите, почему я не съехал с казармы сразу как появились деньги?

Тупо зассал. Тут такие жуки пробивают мою краткую жизнь в этом мире. Побоялся показать что уже есть деньги. Да и в казарме спокойнее, тут до меня лишние не доберутся, при условии, конечно, что они не супер дорогие профессионалы или полные дураки. Ни тем, ни другим, закон не писан.

Скажу так. Я распродал трофеи, раздал долги и вроде пока не бедствую. Да, конечно, я живу в казарме, но мне не привыкать к общаге и казарме в целом. Просто я жмот, и все на этом…

Из новостей за неделю. Во-первых, нам выдали жалование.

Да вы не ослышались, именно нам! Мне полтора золота, четыре серебра Гумусу, как моему оруженосцу. Надо ли говорить, что Гумус своего серебра не получил. Перебьется! Мой ушитый бахтерец, ботинки, рубаха, штаны, тесак — все это дороже стоит.

Еще одной новостью было надушенное письмо пришедшие в казарму. Прочитать письмо, я конечно не смог, и обратился к Гижеку. Тот прочел, посмотрел на меня с осуждением, сказал что меня ждут в новом салоне.

Вот смешной чувак! Ты что серьезно думал, что я женюсь на двух перестарках в салоне, в который ты меня привел?!

* * *

Если честно, то я многого не ожидал от нового салона. Опыт не пропьешь. Благодарность богатых немногого стоит. Пока ты нужен, то тебя помнят, а потом ты обычный мусор.

К этому салону я готовился, а не пришел как обычно в том, чем хожу обычно. Даже сходил к цирюльнику, где тот состриг остатки волос на не выбритой части головы и побрил меня.

Зрелище оказалось то еще. В медном надраенном зеркале на меня смотрел какой-то переросток по местным меркам с бритой башкой. На фоне трех застарелых шрамов на башке краснеет четвертый. Бледная челюсть, покрасневшие лицо, бледный череп со шрамами. Красавец, нечего сказать!

Кор-сэ́ Адрус Латьяун меня удивил. Он отрекомендовал меня при всей толпе в новом салоне, как своего лучшего друга. Лестно не спорю, но как-то странно. Странно и то, что Юдуса не позвали. Я тут нищий рыцарь с серебряной цепью хожу между мажоров, а моего десятника забыли. Что-то тут не сходится.

По поводу нищеты, ну как вам сказать. Мы с Гумусом не самые богато одетые перцы. Стыдно?! Может, раньше и было бы стыдно, но я повзрослел.

Не деньгами мериться человек. Этого не объяснить, это прочувствовать надо. Я могу с десяток баек рассказать из прежней жизни, но только зачем. Кто может, тот поймет, а кто не может, ну может к нему прейдет со временем.

Базару нет, я нагло пользовался своим статусом. Понятное дело, что бабы мне не давали. Но кто сказал, что все счастье в бабах?

Скажем так, я нажрался, подрался. Сразу скажу маловерным. Подрался на кулаках. Еще раз скажу маловерным. Дрался не с высокой знатью, я же не самоубийца?! Дрался со слугой. Высокий, сильный, мощный, а я пьяный и дерзкий. Делались ставки, и я поставил на себя.

Твою мать! Какой я пьяный даун! Лучше бы я этого не делал!

Я могу оправдываться, что правая нога почти не гнется. Что я был пьяный. Что мне не повезло. Да мало ли что там можно придумать?! В общем, отхватил я люлей и ставку свою профукал.

На этом кривая моей удачи не остановилась. Я просрал всю наличность, что у нас с Гумусом была. А что вы думали тут ставки больше чем вся моя зарплата, много ли надо усилий чтобы все просрать?! Привет голод! Гумус, тебе скоро опять придется воровать!

Повезло в другом. Кор-сэ́ Латьяун заплатил мои долги, «слава Богу», что я не очень много проиграл.

— Кор-сэ́. А почему нет с нами Юдуса? — спросил я, уже на грани автопилота.

— Отец считает что он… Отец против…

— А я?

— Ты другое дело. — замешкался с ответом Адрус Латьяун. — Он считает, что ты дурак, но верный дурак. Сказал, что такие не предают…

— Мозгов не хватает?

— И это он тоже говорил…

— Забей… пошли пить… — сказал я. Остальное я не помню.

Глава 6 Жесткая правда о земляках, и как я был на охоте

Если кто-то думает, что я забыл о земляках, то это не так. Просто времени не было и средства не позволяли. Во время второго посещения салона, а точнее группы салонов с кор-сэ́ я учудил так, что сам не знаю как к этому относиться. Мне наконец-то повезло в кости.

Повезло в два этапа.

Во-первых, мне не хватало денег на минимальную ставку в банк и я сделал финт ушами. Ну точнее, поставил на аукцион своего оруженосца. Все честно, никакой пидоросни. Как бы в шутку, аукцион для дам. Схема то уже отработана! Сработала раз, то почему бы не сработать и во второй раз?!

Если честно, то такого ажиотажа я не представлял. Шутейный аукцион превратился в аукцион спеси. Надо выиграть и все тут! Или я не самая-самая?! А зачем мне этот юноша, когда кобелей полный салон, сама не знаю.

Признаться и мы с Латьяун подлили пару поначалу, ну точнее попросили его знакомую поднять ставки с сексуальным придыханием. Вот это уже номер!

Телка, на которую все текут, чуть ли не стонет от взгляда на моего оруженосца. Тут такое началось, что я думал Гумуса бабы изнасилуют.

Десятка золота за час уединения! Они тут с дуба рухнули?! Да его обмундирование меньше стоит!

Полученную десятку я быстро спустил до трех монет. Потом с трех поднялся до пяти. С пяти просел до четырех. С четырех ушел в отрыв на восемь. С восьми фортануло на шестнадцать.

Дебил остановись!

С шестнадцати опустился до трех…

Потом новый заруб в кости.

Три выросли в девять. Девять в семнадцать.

Дебил остановись!

Начал с семи.

Спустил до четырех. С четырех до шести. С шести до двенадцати.

Дебил остановись!

А вот хрен! С двенадцати, до шестнадцати. С шестнадцати, до двадцать одной монеты. И вот тут я зассал дальше играть.

Это для высшей знати это мелочь, а мне так-то не кисло выиграть зарплату за год службы.

Помню еще, что отдал деньги Гумусу и приказал бить меня по лицу, если еще раз за вечер я сяду за стол. К чести Гумуса, надо признаться он в точности исполнил мое пожелание, за что и отхватил от меня в ответ.

Стоя над его тушкой без сознания, я вспомнил свой приказ. Блин, надо ему монету выделить за понимание и усердие. Спорить со мной пьяным это еще-то счастье. Друзья в прошлой жизни и то со мной не спорили. Типа протрезвеешь, потом поговорим какая ты сволочь.

Как не странно мой пьяный дебож с оруженосцем был принят на ура местной публикой. Единственная кто возмущалась так это бабенка, что час провела с Гумусом. Я не знаю, чем он там ее очаровал, но теперь я для нее скотина и солдафон, это если смягчать выражения. Интересно, а большая у него шишка, раз за него так бабы переживают?!

* * *

Оставшиеся события я плохо помню. Перебрал. Помню, что ползал пьяным в ногах у Гумуса и орал что не встану, пока он меня не простит. Это местная публика не поняла, но сочла за причуды рыцаря. Думали, наверное, что это такая шутка, а вот я не хрена не шутил.

Потом я опять подрался. Надо было спустить пар. Дрался со старым противником. Ну, с тем слугой, что уже на кулаках надавал мне по роже. Шел в бой, чтобы искупить свою вину, а получилось что я все обосрал.

Навалял я слуге. Тупо со злости. То ли он расслабился после прежней победы, то ли я был злой. Меня от его тела оттащили, когда было уже понятно, что я дурачок и гашу его в мясо.

А вот так. Раз на раз не приходиться, о чем я заявил своему оруженосцу. Мастер он на то и мастер, что этих, раз на раз, почти не бывает. Бывает раз на сто, но случается и раз среди сотни, что и мастер отдыхает. Вроде он меня понял, на наглядном примере.

* * *

Из дальнейших событий после этой эпатажной пьянки достойно упоминания визит в таверну к наемникам, ну тут, которую мы с Антеро посещали.

Не буду говорить, что Нетфе мне удалось уболтать совсем за мелочь, но скажем так, я был готов расстаться и с большим. Четыре золота так-то это тоже не мало, почти три моих зарплаты. В ответ, Нетфе выделил человека чтобы сопроводил нас до скупщика краденого и отрекомендовал нас.

Выложенный товар, если честно меня не обрадовал. Зачем мне украшения и прочая ерунда, если я хочу видеть совсем другое.

Пришлось пойти на крайние мере и автоматически набить ценник на будущую покупку информацию. Я показал патрон и попросил принести все странное.

Скупщик долго мялся, смотрел на меня, думал, но после вынес образчики товаров.

Мотки веревок, алюминиевые штыри альпинистов, почему один ботинок с шипами, ледоруб, консервы, патроны двенадцатого калибра, ствол разобранной двустволки.

— Это все?

— Достаточно.

— Как к тебе это попало?

— Но ты же настолько глуп, чтобы считать, что я тебе это скажу?! — сказал скупщик и заметил движение в темени.

Пасут тут меня, поведу себя не так и меня продрявлют. Не удивлюсь, что в темени засел кто-то с арбалетом.

— Нет, не глуп. Просто интересно в пределах того что можешь сказать…

— Приносят разные люди…

— Когда? Кто? Как их найти?

Молчание было долгим. Я уже решил что протупил, не надо было так в лоб спрашивать. Старьевщик в это время видимо думал, что ему будет, если он чуть приоткроет тайну и какая плата за риск.

— Двадцать.

— Не смеши. Ты сам ничего не знаешь. Не стоит одно имя этих денег.

— Не одно…

— Следы все равно ведут к одному…

Долгое молчание. Про следы я ляпнул просто предполагая. Все вещи альпинистов, ну если не считать двустволки. Логично думать, что всё это одна группа, чем несвязанные между собой люди.

— Тебе-то какой в этом интерес? — разродился словами, после долгого молчания старьевщик.

— Ты все равно не поймешь… — пытался я съехать с темы.

— И все же?

Я маялся с ответом, но в голову лез всякий бред. Неудивительно, что я понес бред в ответе.

— Месть!

— Кому?!

— А это не твое дело!

— Как хочешь! Месть это дороже!

— Ты мне зубы не заговаривай! Не ты, так другой! — начал рычать я.

Дурак, что тут скажешь. Сам стою под прицелом, а выеживаюсь, как лох перед Брюс Ли.

— А уверен что есть другой?

— Все в руках Бога! — и я по привычке пожал плечами. Такая глупость эта моя привычка. Антеро привык к этой моей причуде, но остальные местные не знают этого жеста.

— Какого бога?! — вдруг насторожился старьевщик.

Единого! Так и хотелось брякнуть мне, но я сдержался. А каких местных богов я знаю? Рарнора, бога смерти, и Мерлену, которая хрен знает за что отвечает, как я понял за благотворительность. Остальные боги как-то проходили мимо моих ушей. Вам же не интересно, во сколько реинкарнаций Будды верит японцы, а почему мне должно быть интересно, во что верят даже не еретики, а язычники.

Естественно, что я хотел брякнуть что я верю в смерть, но постеснялся. Звучит пафосно и звучит как наезд. Решил применить более мягкий вариант.

— Я верю в Рарнора. — сказал я, применив более мягкое склонение смерти.

Вот это было нечто. Надо было видеть глаза старьевщика. Интересно, что я такого сказал, что он так пересрался. Не думаю, что если бы я сказал, что верю просто в смерть, он так испугался бы.

Интересно, что за маньяками тут считают жрецов Рарнора, что их боятся криминальные элементы?! Вполне нормальные люди, или может я, чего-то не знаю?

— Я ничего тебе не скажу! И нечего тебе продавать не буду! — подавив дрожание рук высказал мне старьевщик.

Зря он старался, я заметил какую реакцию на него произвело имя Рарнора.

— Уверен?

— Вон отсюда! Иначе стражу позову!

А вот это уже серьезное заявление. Нет, конечно, не стража это серьезное заявление, а то что криминальный элемент будет звать стражу. Не по понятием это и явно с перепугу.

— Я вернусь… — сказал я на прощание точно зная, что вернусь не один и в чьей компании.

* * *

Я бы хотел сказать, что все мои глупые слова сразу же обратились в быль, но это не так. Во-первых, я заступил на три дня в ночные дежурства, а какие поездки с жрецом на Перевалку, когда я сплю на ходу. Ну и во-вторых, я в тот же день заехал к жрецу, но его тупо не застал. Где он там шлялся я не знаю, понял только то, что искать его в ближайшие дни бесполезно.

Через три дня ночных дежурств, визит к старьевщику как-то сам собой отложился.

Приехал Латьяун и пригласил на охоту, а я как-то забыл про земляков. Когда я еще побываю на охоте с высшей знатью?!

За три дня караула, я все уже обдумал. Я не сомневался что все мои земляки, кем бы они не были, уже мертвы. Я что ли не знаю местных нравов?! Ублюдки на ублюдках и ублюдками погоняют…

* * *

Охота с самого начала не задалась. Хотя какая это охота?! Два десятка дворян высшей знати, ну и я с Юдусом и Гумусом, ну и примерно полсотни прислуги, всяких там загонщиков, подавальщиков подушек, виночерпиев, поваров и все в том же духе…

Я полдня стрясся в седле по кочкам да ухабам. Боялся облажаться, тем, что вылечу из седла всем на смех. Колбаска, та еще скотина непредсказуемая. И почему я до сих пор его на колбасу не пустил?!

Оленя упустили. На кабана бабы зассали, ну как зассали, испугались для вида. Понятно не им же лезть на кабана, но для виду стращали кавалеров, типа это опасно и страшно. В общем, перестращали. Высшая знать зассала от подробностей напоминаемых бабами, про выпушенных кишки и прочих прелести встречи с кабаном. Будем считать, что егеря кабана упустили…

Было скучно и нудно. Я от безнадеги почему брякнул, перебрав с вином, что хорошо бы сейчас сходить на уток. Это к моему удивлению сочли самой удачной шуткой сезона. Я даже стал великим шутником. Интересно, а что я такого сказал?! Я же от чистого сердца говорил, но видимо у них тут другой юмор…

Дичи не было никакой. Ну, не считать же за дичь пару зайцев, которых разорвали в пух и прах гончие. И на хрена мы поехали на этот пикник?!

Одно хоть меня радовало, пьяная рожа моего довольного десятника. Чувствую я, теперь я у него любимец в десятке. Хрен всем вам! Хрен я выйду в следующий караул из караулки. Там и буду спать. Думаю Юдус на это не обидеться! Уж я-то ему расписал, как я пошел против воли бати Латьяун.

Ага! Вот это смех! Присовокупил тлетворное влияние десятника к пагубному влиянию общества высшей знати. А я тут рискую, тащу его жопу на охоту…

Если честно, хрен я там, чем рискую. Уж я-то знаю, сколько коротка память у власть имущих. Меня все равно рано или поздно отлучат от кормушки общения с мажориком.

Юдус и Гумус, две единственные хари, которым я был рад на этой пьянке. Тьфу ты, я хотел сказать пикнике! Тьфу ты, я хотел сказать охоте. Тьфу ты, я хотел сказать что в поездке по лесу, я был им рад.

С Юдусом мы нажрались не слезая с седел. Вы не представляете как мы пересрались, когда мы уединились в ельнике, чтобы выпить, а на нас несется что резвое, крупное, быстрое и наверное рогатое.

Раздаются крики, примерно такие: — А ну бля!

В общем, наложали мы. Пропустили оленя. Давайте я вам не буду передавать маты загонщиков. Было бы высшее дворянство, они бы наверно что-то бурчали себе под нос, ну это когда офицер шепчет, а ты по губам у него читаешь отборный мат и даже различаешь склонения матов.

Впрочем, никто кроме загонщиков нас не материл. Все такие же охотнички собрались. Пару дам вообще неплохо провели время, судя по их помятым платьям.

А вы что думали? Вы что всерьез думали, что дворянство на охоте охотиться?!

* * *

Из дальнейшего я помню, как тихонько блевал в кустах. Блевал без палева, запалят, так дальше не нальют, а у меня по пьяни планы появились на брюнетку.

Вышел я из кустов, а там на поляне «поляна накрыта». Отъелся понемногу кислым и жирным, на время протрезвел.

Ну, что же вы завыли песни?! Я вот не понимаю, зачем на охоту брать музыкантов?! От тяги к прекрасному, чтобы зверь лучше ловился? Еще больше я не понимаю, а зачем вообще музыканты на охоте?! Тут как потдали, каждая скотина с золотой цепью вырывает музыкальные инструменты из рук профессионалов, чтобы научить общество своему высокому гению!

Звучит это примерно так: «Я дворянин! Я умею петь и играть! Счас я вам спою! Даме поразившей мое сердце посвящается!».

Ты уж клоун определись, сердце поразила тебе дама или хер, впрочем, сам узнаешь через две недели, как закапает с конца.

Самым неприятным было, когда меня попросили сыграть. А что я вам могу сыграть, мой инструмент бубен, да и тот не музыкальный бубен, а тот который с лишними зубами.

Я не помню, как я там отнекивался. Помню, что меня все-таки вывели из себя.

Не считайте меня полным дауном, что начал пьяным прыгать с кулаками на высшую знать. Я же не самоубийца!

Хотели песен, будут вам песни! Пусть я не умею играть, но мои песни вы точно запомните! Не подумайте, что я сразу что-то исполнил на бис.

Это я то?! Я пьяный?! Да я только пару минут думал, чтобы исполнить. Еще минут восемь пытался перевести с русского на местный. Сбивался в переводе, забывал слова и все в том же духе.

А теперь самое главное!

Я не умею играть не то что на местных инструментах, но и гитаре. Ты можешь хоть жопу наизнанку вывернуть, но руки у меня не для струн. Если вы думаете что с неоднократно сломанными пальцами что-то можно хорошо играть, то я даже не знаю что вам сказать…

Вы думаете, как я пел?!

Тупо стучал ритм по корпусу местной балалайки, и завывал то, что я там напереводил.

Спел как спелось, со всеми погрешностями моего небогатого лексикона. Честно говорю, старался. С учетом песни, что я пел, то это показатель того, что я уже был в мясо. Каждый придурок в реконструкции знает «Дорогу панцирной пехоте», но обычно не знают чья это песня. «Пехота» это уже неофициальный гимн рекоров. Легенды — Вовы из Мурманска, это песня. Но мало кто знает другие песни Легенды.

В общем, я тупо орал дорогу панцирной пехоте. Песня, для которой не надо быть великим музыкантом. Эту песню можно петь, а точнее кричать «а капелла». Песня простая и циничная, и наверно поэтому Дивные поют ее шепотом, чтобы по шапкам не надавали.

Под железный топот ног,
Не останется дорог.
Под забралом перегар,
А в ладонях скипидар[61].
Эй дорогу панцирной пехоте!
Эй дорогу панцирной пехоте!

Всю песню приводить не буду, достаточно и того что там есть строчки про: крестьян которым ломали хребты, глотки сожженные кагором, закон мечей и прочие прелести войны.

Песня оставила смешанные чувства. Юдусу и еще нескольким дворянам понравилось, а дамы поджимали губы и кривились, когда думали что я не вижу. Ну, так дело не пойдет. Я тут глаз положил на брюнетку, надо как-то срочно исправлять свое резюме.

В голове вертелось разное. Нет, что я бы спел бы Высоцкого, Розенбаума, Киша, Летова, да ну худой конец Люмена, Мельницу, Арию или Ленинград. Да мало ли хороших песен и малоизвестных исполнителей?!

Но Блин! Меня уже на песнях Легенды переклинило. Спел Елочки-Иголочки, Легенды:

Опускается на голову, горе смрадное, птицей-бедой.
Умывали добры молодцы. Лики свои. Ключевою водой.
Не резвиться ясну соколу. В блёклых небесах.
Кровь стучала цветом маковым. По вискам…
Благословляли нас ёлочки-иголочки,
А растворялись мы, как птицы в облаках,
Окрести нас, снежные иголочки.
Белым холодом, да чёрным солодом.
Кто пойдёт во поле ратное? Взявши булат. Да очи закрыв?
Кто взлетит на солнце красное? Травами прикрыт. Да кровью остыв?
Чем заплатим цену красную? За огонь. Да за милый хлеб?
Кто вернётся обратно в дом? Кто возьмётся за плуг? Кто возьмёт в руки серп?
Провожали нас ёлочки-иголочки,
А уходили мы, как птицы в облака.
Окрестили нас, снежные иголочки.
Чёрным холодом, да красным золотом.
О чём поплачут наши матушки? Горькой слезой. Да чистой росой?
Будут зарастать раны рваные. Мягкой травой. Да пылью дурной.
Маков цвет алым пламенем. Полыхнёт, разорвав глаза,
Дождь прольётся алой капелькой. Сталью сверкнёт гроза…
Хоронили нас ёлочки-иголочки,
А умирали мы, как птицы в облаках.
Отпевали нас снежные иголочки.
Лютым холодом, да жжёным оловом[62].

Я не спорю, что это наивно, навязывать свое мировоззрения людям для этого не готовым. Я не спорю, что это глупо выкладывать душу, тем, у кого нет души. Я не спорю, что я был пьян. Я не спорю, что я не самый лучший исполнитель. Даже готов признать, что я хреновый музыкант. Я не спорю, что херовый из меня переводчик.

А вот в одном я поспорю!

Не сметь мне плевать в душу и говорить что моя песня это завывания крестьян?! Я тебя не понял! Повтори-ка! Что ты говоришь, что моя песня это песня о крестьянах, которые хотели стать дворянами?! Ты уверен мальчик, что ты это думаешь?! Не плюй мне в душу скотина!

Я не знаю, чем бы это закончилось. В итоге, конечно, мне был бы песец. Все шло к дуэли, а я, учитывая мое упитие, мог и не посчитаться с тем, что молокосос барон, а я самозванец бастарда барона.

Мне в том вечер повезло. Малолетку нашлось кому урезонить, кроме меня. Как не странно, мой корявый перевод понравился дамам. Хотя может и не перевод, кто в их головах разберется?!

Говорят, единственный мужчина, который понял женщин, еще долго голым бегал по улицам и кричал: «Это так просто!».

Так было, до тех пор, пока его не поймали, и не упрятали в психушку. С тех пор мужчины не могут понять женщин, а те, кто понимают, ничего уже не скажут. Из психушки сложно докричаться до общества.

Я не понимаю, как так вышло, что я не участвовал в дуэли. Вообще дуэли не было. Одно помню сквозь сон, кто-то говорил, что с отмороженной пехотой не надо связываться, они отмороженные, не разбираются в титулах. Варвары. Звери. Сначала бьют, а потом думают.

Помню, что было мягко и приятно. Спал я похоже, на бедре у брюнетки, на которую я глаз положил.

Кто там воет про секс?! Забудьте про него! Ну, по крайней мере забудьте, что все к нему сводится. Уснул на бедре прекрасной дамы и все! А если бы было продолжение, то скорее всего, она бы для меня не была бы прекрасной. Была бы очередной. Оставьте мне иллюзию романтики. Я временами устаю быть циником. Хочется просто поспать на стройной, женской ножке…

* * *

Охота закончилась для меня непросыханием. До города мы Юдусом раздавили последние из припасов, и стали стрелять у едущих рядом, то, что у них может быть из алкоголя.

Я сам не понимаю как нас терпели.

Мою жажду утолила брюнетка на бедре которой я спал. Богиня! Я тебя уже заочно люблю! Хоть и не помню твоего имени! Правда, я четко запомнил твое лицо. Я помню, что тебе должен, пусть даже ты сама этого не запомнишь! Ты спасла мою жопу от дуэли на которой я убил бы этого придурка, а потом меня бы порезала бы на ленточки его родня. За это, я тебе должен, и впишусь в самый нелепый «кипиш», но лучше бы, чтобы ты об этом не подозревала, а то начнешь меня подставлять под «кипиш».

* * *

Город встретил нас хмурым небом и дождем. Я вымок до нитки. Въезжали через ворота Грязного, лень было переться огибая город до Небес или Скотного двора. Как нас занесло в Странный город, хоть убей, не помню. И тут, что называется, «Остапа понесло».

Я отбился от кавалькады дворян. Первые воспоминая относится к таверне в которой живет жрец.

К жрецу меня занесли копыта Колбаски, совсем случайно. Я был «на кочерге» и просто хотелось разобраться в самом себе и событиях вокруг себя. А с кем лучше всего пытаться разобраться в самом себе, как не в компании жреца?

Жрец встретил меня поначалу насторожено. Пьяная скотина в моем лице, не самый лучший собеседник, согласитесь. Но потом как-то все встало на свои места.

Я поплакался жрецу о жизненной несправедливости и прочем, о чем обычно несут пьяные люди. Не знаю, что я ему там наболтал, или что он услышал среди моего бреда, но его заявление было весомым, жестким и кратким.

— Проведем обряд!

— Это как в прошлый раз?! — вскричал я с ужасом.

— Как в прошлый раз не будет. Будет другой обряд. Не волнуйся, все будет хорошо. Пошли.

Я качаясь, последовал за жрецом. Гумус хотел составить мне компанию, но жрец его выгнал, как и своих помощников. Самолично раскурил курильницу. Сам заваривал травы. Теперь я понимаю, почему он постоянно пьет разные отвары! Не от старости и не потому что он себя лечит от чего-то. Он же наркоман чертов!

— Пей! — сказал он протянул мне чашу.

— Вдыхай! — и он замахал тряпкой над курильницей.

— Думай! Вспоминай! Ищи! Почувствуй родство! Отдайся потоку!

Меня постепенно накрыло. Я это уже не я. Я это кто-то чужой. Я вижу мир глазами другого. Вот это приход…

Глава 7 О моих галлюцинациях или о курорте земляков

День для отряда начался как обычно. Лейт, как и его банда стремились в столицу. Хотя, назвать группу наемников бандой тоже не совсем точно. Скорее отряд наемников ищущие найма. Почти три десятка битых жизнь мужчин. Еще недавно, отряд был чуть ли не вдвое больше, но проклятый найм. Оглядываясь на остатки отряда, Лейт невольно задумался…

* * *

Дворяне режут друг друга словно и не ходят слухи о войне с Алгаром. Хотя, может в связи со скорой войной, дворяне и торопиться порезать соседей.

Если задуматься, ожидание войны это не только удобное время для сведения старых счетов. Смутное время прагматически выгодно. Призовет сеньор на службу и надо покинуть свои владения, а там «добрые соседи» ждущие, когда в замке убавиться защитников.

Проще провести превентивный удар, разом решается сразу несколько задач: и тыл свой прикрыл, и «со старыми друзьями разобрался», и обогатился, и под шумок землю у соседей отрезал.

Умрут все в роду «добрых соседей» и земля отойдет королю, а тот через сановников быстро выставит ее на торги за бесценок. Разоренные земли никогда не стоят дорого. Доход от разоренной земли минимальный, если и не убыточный. Банально невозможно уследить за всем уже в дне пути от столицы.

По закону, крестьян на земле нет, урожая нет или он мизерный, а на деле кому пошел весь урожай, попробуй проследи. Королю проще за бесценок продать землю и иметь хоть какой-то доход сразу, чем вкладывать свои деньги в развитие того, за чем нет возможностей толком уследить.

К тому же, пока объявят торги. Пока землю кто-то приобретет. Пока новый хозяин приедет на свои новые земли, время уже пройдет. За это время не только урожай можно собрать с бесхозных земель, но и утащись все, вплоть до ржавого гвоздя, если земли отойдут не тебе. В общем, не только война все списывает, но и ожидание войны многое списывает.

Естественно, что грязную работу лучше делать не своими руками. Тут дело не только в том, что кто-то лишний может увидеть твой герб, выжить и донести. Все еще банальнее. Хороший налет совсем без потерь не обойдется, а зачем своих воинов ложить, когда эти воины скоро понадобится либо на войне, либо в защите от спутников войны. Чужих парней не жалко, а то, что дорого берут за свои услуги, то набег все окупит.

Некоторые «благородные» ворчат, а то и «брызжут слюной» что еще полгода назад найм отряда был значительно дешевле. Вот они идиоты! Одно дело патруль в почти мирное время, другое дело, когда работка разовая и тухлая. Ну и третье, не они одни «благородные» такие умные, спрос на наемников в преддверии войны значительно вырос.

Дошло даже до идиотизма, «благородные» заключают договора найма не с крупными отрядами, а с небольшими группками двух-трех человек. Надеются наверно, что по человечку-другому, на отряд наберется.

Раньше наниматели не искали себе лишних проблем, у крупных отрядов есть своя репутация, которой они дорожат. В крупных отрядах есть свой вождь, контролируя которого, можно контролировать весь отряд.

А какой контроль может быть в сборной солянке разбойничающего сброда, когда там не один вождь, а как минимум несколько? Репутации у сборного отряда никакой, дорожить им нечем. Квалификации и опыта у одиночек, собранных в отряд, тоже как повезет.

Какой может быть опыт у тех, кому не рады ни в одном крупном отряде? Либо зеленые сосунки, либо остатки банд неудачников, либо крайние отморозки, которых, несмотря на весь их опыт и мастерство убийства, не желают видеть ни в одном порядочном отряде наемников.

Репутация для отряда это выгодные наймы. Репутация это, если до старости доживешь и повезет понравиться работодателю — возможность осесть в замке рядовым, а то и десятником замковой стражи. Денег меньше, но зато в тепле и уюте, и опасности никакой. Чем не жизнь для тех, кто устал от бродячего образа жизни?

Впрочем, и сами наемники одиночки не спешат идти в найм к «благородным». С одиночкой или небольшой группой никто не будет обсуждать цель найма. Вот наберется отряд, тогда и узнаете. А зачем рисковать своей головой, влезая не пойми во что?

Кинуть сборную солянку наемников «благородные в таких разрезах» тоже могут, ведь репутации у отряда нет. Обманет работодатель, остаткам отряда не выплатит оставшихся денег, трофеев может лишить, убьет выживших и никто с «благородного не спросит».

Одно дело сориться с крупным отрядом наемников, опасно и невыгодно. И совсем другое дело остатки сборной солянки добить. Выживет несколько наемников, а кто их слушать будет? Сами же вожаки крупных отрядов их прирежут, чтобы «воду не мутили». Какой спрос с неудачников, выгоды от которых никакой, а проблемы они доставляют своими воплями о справедливости.

Все по-другому, когда дворяне сорятся с остатками крупного отряда за которым репутация. Выжившие так ославят кидалу, что к нему больше никто в найм не пойдет. Ну, и у любого крупного отряда с репутацией есть патент от короля и знамя, в отличие от отрядов новичков. Выживет кто-либо из отряда с репутацией и проблем у дворянина с судом знати будет немало.

Суд знати в таких случаях на стороне наемников. У всех в памяти случаи, когда несколько крупных отрядов мстили кидалам, когда они выигрывали суды. Мстили не потому что кинутых и убитых жалко, а все из-за той же репутации. Невыгодны в среде наемников прецеденты, когда кидают известные и крупные отряды.

К тому же это формальный повод пограбить и не делиться добычей с работодателем. И отомстили, и обогатились. Ничто лучше не сплачивает разные отряды наемников как формальный повод призывающий к доброму делу, а за этим формальным поводом прячется нажива.

Свидетелей резни после таких случаев не оставалось, а были только косвенные свидетельства. Ну, там видели рядом с замками крупные отряды, но кому из высшей знати надо лишиться такого выгодного инструмента для грязных дел, как отряды наемников. Все-всё понимают, подозревают, но и разгребать ворох грязных дел никто не хочет. Там такое вылезет, что никому мало не покажется.

Так, у крупных отрядов наемников с репутацией, патентами и знаменами, сложился своего рода паритет с дворянами в спорных делах. Все возможно, но лишний раз из-за мелочей сориться с известными отрядами наемников никто не хочет…

* * *

Об о всем этом думал Лейт, и проклинал тот момент, когда он от безнадеги с тремя своими приятелями согласился прибиться к сборной солянке. Приятели полегли. Двое в бою, третий через день от ран. Сборный отряд убавился наполовину. Повезло что «благородный» не обделил с деньгами и трофеями.

Лейт не был наивным и понимал, что дворянин не стал нарушать контракт вовсе не потому что он честный и благородный. Просто ему это невыгодно. После первого контракта был заключен второй, а сборный отряд отправился в столицу для пополнения добровольцами.

Единого центра власти в отряде как не было, так и нет. Не то что бы совсем власти не было, а было раньше семь групп, которые договаривались между собой. Теперь ключевых групп всего три.

Лейт вздохнул с сожалением. Теперь он ни на что не влияет. Без поддержки товарищей, и тех, кто к ним только начал прибиваться, его голос ничто. Так нелепо бой пресек все его планы по созданию своего собственного отряда.

Был бы он помоложе, то это не было бы такой трагедией. В молодости кажется, что все еще впереди. Друзья сами появляются. С возрастом не то что бы друзья, но и приятели реже появляются. Старость не любит одиночества, но в старости люди теряют навык легко сходится с людьми.

Новый контракт подписали почти все. Глупцы, второй контракт скорее всего будет последним. Лейт не стал торопиться с подписанием контракта. Он оговорился, что это всегда успеет. С отрядом в столицу Лейт ехал только потому что так безопаснее по этим смутным временам. Формально он вообще не в отряде.

Гнида Жамут хотел чтобы он покинул отряд раз контракт не продлил, но тут этот блевота поторопился. Своих Жамут сохранил почти всех, да и под его начало стали стягиваться люди, но ведь есть и другие вожаки. Двум остающимся авторитетам не понравилось самоуправство Жамута. В общем, восемь дней пути от баронства до столицы, Лейту разрешили проехать в отряде.

* * *

После полудня сборный отряд нарвался на непонятных людей. На повороте лесной дороги, на дистанции двадцать саженей. Отряд наемников и странные люди, столкнулись неожиданно для обоих сторон.

Странный, нелепые, высокие. В непонятной, яркой, кричащей одежде, по которой не распознать к какому сословию принадлежат люди. Одежда не выглядит дешевой, явно не крестьянские тряпки.

Чужестранцы? Купцы? Посольство? Но почему они пешком, а не на лошадях?

Еще более странный состав встреченных людей. Разношерстный по возрасту и полу. Несколько стариков, пять или шесть взрослых мужчин, подростки. На беглый взгляд по крайней мере пять или семь женщин разного возраста.

В количестве женщин Лейт сомневался. Все они странные, а тот сбоку непонятно парень или девка. Длинные волосы, но на худой фигуре сисек вроде нет. Тоже самое, непонятно, как определить пол у жирноватой, подстриженной совсем коротко, но вроде с сиськами.

Странным было и поведение. Некоторые махали радостно руками и что-то неразборчиво на непонятном языке кричали. Другие молчали и смотрели насторожено. Третьи делали вообще что-то непонятное, держали у лиц какие-то черные и белые коробочки.

Самым странным было то, что ни у кого не было оружия!

«Они такие же… как этот сраный отряд. Собранны в группу, но главного у них нет…»: — подумал Лейт.

Наемники поначалу застыли на дороге. Потом начали охватывать странных людей полумесяцем. Стандартная процедура, когда столкнулся с чем-то непонятным. Вожаки отряда непонимающе переглядывались между собой.

— Кто это? О чем они лопочут? Что они тут делают? — слушались со всех сторон вопросы.

На лицах странных людей постепенно радость сменилась тревогой. Бояться!

Если бояться, то значит виноваты! Виноваты, то беглые! Беглые, значит ничьи! Ничьи с богатством! Странные, зеленые, красные, синие мешки у некоторых за плечами и на земле. Мешки значит добро! Добро у тех кто ничей, значит, это добро первого кто добро подобрал!

Лейт понял еще до первых криков, что дальше произойдет. Понял, конечно, не только он, но и все три вожака. Сейчас никто из них не сможет остановить грядущего.

Так стая дворовых собак, столкнувшись с наглой кошкой, еще не сразу понимает, что перед ними кошка. Недолго, но стая собак, всегда тупит, но после с визгами и слюнями кидается на кошку.

Старика в страной одежде, что вышел на встречу, убили первым. Старик еще хрипел, прижимал ладони к окровавленной голове и выл что-то непонятное. Странный дурак! Ну, кто же идет договориться со встречными без охраны и своего флага!

— Беглые! — заорал кто-то и началось.

«Дурак! Какие беглые! Для беглых они слишком хорошо и странно одеты!» — успел подумать Лейт, отмечая, как наемники бросились на добычу.

Остановить убийства и грабеж, никто из вожаков не смог бы, даже если бы они этого все захотели бы…

* * *

— Бей-й-й! — орал кто-то в первых рядах, самый оголтелый и дурной.

«Дурачьё! Первый на поле боя и первый при дележе это разные вещи». — успел подумать Лейт.

Пускай придурки лезут вперед на что-то непонятное, а он лучше во второй линии. Вроде и не тыл, чтобы на трофеи не претендовать, но и не дурак, что первым лезет не пойми во что.

Предосторожность наемника спасла ему жизнь. Стали раздаваться какие-то странные хлопки и посыпались первые тела нападающих.

Инстинкты сработали правильно, залечь, откатиться, замереть, понять откуда опасность, снова откатиться.

Лейт заметил, как странный человек наводил на бегущих руку. Раздавался хлопок и падал очередной дурак. Восемь хлопков потом пауза. Пауза дала подумать наемникам, что артефакт сдох, и опять понеслись самые нетерпеливые. Еще восемь хлопком и еще пять дураков дергаются в конвульсиях. Впрочем, на общий хаос происходящего странные хлопки почти не повлияли.

Кто-то из странных убегает, а за ними гоняться. Кто-то из странных мужчин ползает по земле и прикрывает руками голову, молит наверно на своем, чтобы его не убивали. Дураки странные! Всех мужчин в расход после сопротивления. Всех женщин, ну тут кому как повезет…


Орет какая-то дура не по нашему, ее бьет один из наемников. Так бьет без усердия, голыми руками, чтобы отрубилась.

Кто-то воет и кричит о помощи. Это уже свои воют. Дурак, не сумел убить безоружного странного мужика и теперь валяется с ним в обнимку, катаясь по земле. Чужаки выше и сильнее и потому понятно, почему этот дурак зовет на помощь.

«Не вой! Сейчас помогу. Кинжал в затылок и оставил там торчать, довод при дележе, что один мой был».

Мужика со странным артефактом уже завалили. От броска топора тот увернулся, брошенный нож его только поранил. Точку в его жизни поставил арбалетный болт по корпусу, когда он трясущимися руками делал какие-то операции со своим артефактом.

«Дураки! Живым его надо было брать! И успокоились бы вечерком с каленым железом за павших, и узнали бы, как его артефакт действует!».

Еще был какой-то странный мужик. Поднятым, брошенным топором сумел убить нападающего, но не бросился к своим на подмогу, и сам не стал убегать, а зачем-то спешно рылся в своих вещах. Роиться в вещах во время боя!

«Лови дурак! Мне не надо чтобы ты еще такой же артефакт достал!».

Шестопер попал неудачно. Лейт метал его, рассчитывая отвлечь странного мужика, а перо шестопера пробило его тупую голову. Подбежал к нему, убедился что он мертв и плюнул сгоряча. Кого теперь пытать и расспрашивать?!

Бой уже закончился. Всех мужчин кроме одного уже убили. Это последний мужик, что дрался. Самый трусливый, то ли самый умный, в лес убежал даже раньше баб. Бабы тоже большей частью убежали, но это ненадолго. Слышны их крики в лесу…

* * *

Первым делом Лейт схватил странные мешки и сволок их в кучу. Три мешка достаточно, чтобы свои не начали предъявлять, что все себе захапал. Быстрый «шмон» убитых собой. Все спрятанное на телах в мешок, потом можно рассмотреть. Одежду снять можно потом. Сейчас важнее успеть перетряхнуть мешок второго убитого. Зачем-то же он рылся в мешке во время боя. Это Лейту нужно в первую очередь.

Выжившие наемники, из тех, кто поумнее, заняты тем же самым. Глупая молодежь бегает по лесу вслед за бабами.

«Молодые дураки! Женской ласки им захотелось! Дураки! Живые это общаг! Они вроде как и поймавшего, но скольких ты убил в бою? Ни одного? А хочешь, чтобы тебе одному баба досталась? Максимум будешь первым, да и то, если старший разрешит!».

«Так! Со странными и непонятными вещами вроде наскоро разобрался. Теперь свои. Как плохо, что Жамут жив и рядом околачивается».

Ближайшее тело Лейт уже успел осмотреть. Срезал кошелек и ремень с деньгами за подкладкой. Прибрал к рукам дорогой кинжал. Второй труп рядом уже кто-то дербанит. Плохо! Так и нищим можно остаться.

Жамут орет чтобы прекратили мародерствовать.

«Пускай орет! Это он сейчас орет, чтобы все самому себе прибрать, но он тут один. Бегают где-то его парни или лежат убитые. Чем не повод поставить точку в отношениях с ним сейчас раз и навсегда?!».

Не свезло. Вон из леса его показались. Двое. Тащат какую-то побитую бабу в изорванной одежде. Осматриваются, пока еще в шоке от количества убитых товарищей. Один, не иначе как от шока, начал залезать рукой в сиськи пойманной. Глаза шальные от пролитой крови. Баба орет и пытается вырваться.

«Дура! Ты только его распаляешь! Нет ничего лучше, чем свой страх сорвать на бабе скованной страхом! Не орала бы, может тебя бы сейчас среди трупов и не стали бы насиловать. Потом да, в тишине и уюте, но не сейчас!».

Как хорошо и приятно для слуха, когда баба так орет! Жамуту уже не до меня. Он авторитет сейчас теряет. Бабу насилуют без него. Пытается что-то орать, но кто его сейчас слушать будет, у всех глаза шальные от страха. Если пресечь насилие не можешь, то его возглавь! Ты первый или так?!

Видно же, что Жамуту сейчас совсем не до бабы, но надо свой престиж поддержать. По крайней мере первые пять минуть он на ней будет попыхтеть, иначе его свои же не поймут и начнут думать лишние. Ты либо первый во всем, иначе делись властью и авторитетом. Не смог своих кобелей в узде удержать, вот и пыхти сейчас, пока мы втроем трупы обираем на самое ценное и маленькое.

Жамут запыхтел. Дура орет. Не понимает что ее крики только услада. Когда это было, чтобы баба не орала, если она не шлюха?!

Старайся Жамут, пыхти. Вот дьявол! Остальные подходят и тащат оставшихся баб. Тут уже не до «шмона». Тут хитрее надо быть.

— Помоги! — шепчет кто-то.

— Все сюда! Он умирает! Лекаря! У кого мазь! — орет Лейт.

Вроде бы глупость привлекать к себе внимание, но плюс к репутации хорошего товарища в отряде. Дополнительно никто после таких криков и близко не подойдет. Пускай Лейт возится с павшим, пока трупы остывают и еще не обысканы. Дураки! Все самое ценное уже снято.

— Держись друг! — шепчет Лейт. — Зовут то тебя как? Извини, запамятовал. Нигу?! Куда тебя? Под кем ходил-то? Не повезло вашим! Всех положили! Не вой! Так надо! Как я тебе рану зашью, если доспех не скину?!

Нигу не долго прожил.

Возможно, из-за того что Лейт слишком бесцеремонно стаскивал бахретец с умирающего. При серьезном ранении в живот кольца всегда вспарывали, но не было времени, товарищ умирает. Возможно, потому что Лейт ножом ковырялся в кишках в поисках того что убило его нового товарища.

Маленький кусочек железа, а вою, криков, дерьма и крови много. Интересная хреновина. Разобраться бы еще, как эти кусочки железа летают.

— Нигу был мне другом! — сказал Лейт всхлипывая. — Он перед смертью завещал мне свое имущество! Давайте убьем всех баб за моего друга!

Убивать баб никто не захотел. Зачем?! С трупами не так интересно. Поэтому все как-то пропустили мимо ушей заявления о завещании Нигу.

* * *

Баб поймали немного, впрочем, на выживших наемников хватило. На четырнадцать живых, пять баб это самое то, не много и немало. Одну правда убили сгоряча в бою, но с кем не бывает, так облажаться может каждый…

Сейчас облажавщийся стаскивал голые трупы в кучу для погребального костра. В наказание, пока остальные лапают баб и наслаждаются их криками.

Троим наемникам не до женщин. Ранения разной степени тяжести. Десять на пять, вполне неплохо. Себя Лейт не считал. Не до глупостей. Уже не любитель таких развлечений, молодость прошла, а с ней прошла и пора жажды крови и страха. То ли дело молодая шлюха, которой самой надо, пусть она сама себе в этом и не признается.

Развлечения развлечениями, но главным среди выживших похоже стал ублюдок Жамут. Последний из главарей кто сохранил за собой кулак подчиненных и сам уцелел. Втроем против восьми здоровых, на фоне остальной анархии, он главный. Это наверное еще не понимают остальные семеро, да и сам Жамут может еще не осознал.

Зря! Похоже, что осознал. Сейчас будет свой авторитет ставить.

Что нужно вожаку чтобы утвердиться? Быть первым и лучшим! Что нужно, чтобы быть первым и лучшим? Пользоваться лучшим! Кто лучший среди пойманных? Самая молодая и пока еще симпатичная, не потасканная. Кто больше всех отбивается и плачет? Та, что меньше потаскана?

Совсем лишние были слова кого-то из раздевающих, что девка слишком сильно плачет и пытается отбиться. Странные девки, носят штаны как мужики, а не юбки. Из-за штанов пришлось повозиться. Вспарывать штаны не стали, добыча же. Просто штаны стянули.

Слишком сильно баба отбивалась и на нее обратил внимание Жавур.

— Что там с этой визгливой? Гляньте, может не тронутая? — заорал довольный вожак копаясь в трофеях.

— Не дает!

— Так ноги ей раздвинь и посмотри!

— Девка вроде! — чуть позже раздалось от подручного Жавура.

— Девку не трогайте! Она так дороже сойдет! — отвлекся Жавур от добычи и сам решил взглянуть.

— Я не понял! Я ее поймал! Моя добыча! Ты что это курдюк дерьма распоряжаешься моим правом?! — заорал молодой дурак.

Дурак! Не понимает что власть теперь у Жавура. Что ему нужен повод. Он не под ним ходил! Его не жалко. Не понимает, что он и будет поводом!

— Понимаешь. Тут есть такое дело, как общаг. Девок продадим. Она нетронутая дороже выйдет. — примеряющее начал Жавур, положив руку на плечо дурачку.

Дальнейшее, естественно, не было для Лейта неожиданностью. Дага воткнулась в горло расслабленному спокойным тоном дураку. Чистка рядов несогласных с его мнением. Поднятие своего статуса. Вожак заботиться об общем благе, а этот жадина решил обесценить общаг.

— Все поняли?! — разорался Жавур. — Главное общие дело! Свое потом! Не слишком старайтесь! Мы продадим этих баб и выручим за них хорошие деньги! Если есть еще не тронутая, то не трогайте ее!

— А как же она? — спросил какой-то дурак. Но этот дурак ходит по Жавуром, он его не тронет, по крайней мере сейчас, пока положение его шатко.

— В жопу и на клык! — разорался Жавур. — Мне что тебя учить, как это делать?! Товар не портите! Это ее не сильно испортит! Это наши деньги!

Девку по совету старшего, стали употреблять против ее воли.

Теперь не трое против одиннадцати и даже не трое против семерых. Теперь пятеро против пяти. Два молодых дурака судя по их блестящим глазам, повелись на речи Жавура. Совсем тоскливо. Так и за остальных он вскоре примется, если под него не лягут.

Ну конечно, долг, дружба, общаг, общие благо, а если копнуть глубже, то страх и восхищение силой у молодых перед старшим. Копнуть еще глубже, то общаг это личный карман Жамута.

Много ли навоюешь один против девяти, если у тебя нет артефакта, что хлопает и выпускает кусочки металла, которые пробивает доспехи, как иголка тряпку.

* * *

Лейт не был дураком. Он понимал, что сейчас даже Жамут не все контролирует. Со временем, через день-другой, он полностью вступит в силу, а пока он первый среди равных. Не может остановить процесс, который подняла новая структура отряда. Не может остановить насилие, хоть ему наверно, как и Лейту более интересно считать трофеи и строить планы.

Лейт не стал манкировать, и сам поучаствовал в процессе. Зачем ему лишние взгляды и насмешки, что он не мужчина. Он не мальчик чтобы на такое вестись, но и не дурак чтобы не понимать, что это своего рода общая повинность. В своей компании он бы такой ерундой не занимался бы. Кто что делает, то их право, но повязывать себя общими хрюканьями и стонами, он бы не стал.

Сейчас же главное не выделяться из общих рядов. Сделал дело и отвалил. Не так и хотелось. Воняет гавном из выпушенных кишок, бабы воют, молодежь зубоскалит и гасит свой страх в бою издевками над бабами, раненые стонут, тут у любого кто пожил не встанет.

Так поелозил для общего фона, чтобы самому не сдохнуть, как дураку что заявлял что целка его. Елозил не на ком-то, а на самой высокой. Страхолюдина. Худая, высокая, чистенькая, но слишком высокая. Если баба на полторы головы выше самца, то какое тут удовольствие? Комплексы, хотя Лейт и не знал такого слова.

Впрочем, высокая и худая пользовалась популярностью и вовсе не из-за ее роста. Просто она не притворялась. Ну, точнее притворялась на фоне своих подруг. Так же выла и плакала, но тазом шевелила в такт.

Ей нравилось. Просто не хотела перед подругами сойти за шлюху. Уж в чем по жизни разбирался Лейт, так это в шлюхах. Жизнь стареющего наемника учит в таких вещах разбираться…

* * *

Коней после бойни сборного отряда осталось с излишком. Конь это не только средство передвижения, но и скотина за которой надо ухаживать. Пленницы совсем не разбирались в уходе за скотиной. Пришлось самим наемникам заботится о копытных.

Лагерь разбили недалеко от бойни. Пленниц связали их же веревками что обнаружились в странных мешках. Там вообще было много чего странного и непонятного, но как-то слишком много веревок, хороших веревок, крепче тех, что из женского волоса смоченного в клею.

Были какие-то непонятные железки из белого металла, какие-то гвозди только большие по размерам. Были странные ботинки с шипами. Цилиндры из металла и с рисунком поверх цилиндров. Странная одежда, тонкая как у благородных, но прочная. Были и клевцы[63], странно что их в бою не использовали. Ножи из хорошей стали, но спрятанные глубоко в вещах.

У Лейта, в вещах было и еще что-то странное. Это был не артефакт убивающий хлопками, а какие-то длинные, полые трубки в чехле с деревяшкой в комплекте. Что это Лейт не разобрался, хоть и пытался. На артефакт, что убивал звуком, не похоже. Впрочем, у Лейта и не было времени разобраться, что это за штука у него появилась.

Дележ трофеев оставил Лейта без одного мешка. Он к этому был готов. Все самое ценное на его взгляд, переложил в два оставшихся мешка. Лейт с самого начала знал, что придется делиться.

Торговался за свои права, но при этом не перегибал палку, чтобы его не сочли жадиной. После упорных словесных боев, он с показным сожалением расстался с одним мешком, в котором, как он знал, уже ничего ценного нет.

Отдельно пришлось торговаться «за имущество погибшего друга». Доспехи и оружие достались почти без боя, а вот за лошадь пришлось побороться. Вмешался Жамут, черви ему в кишки, пришлось уступить лошадь Нигу. Ну, гад, сочтемся!


Пленницы даже в чем-то привыкли к своей участи. Меньше плакали и почти не выли. Им даже разрешили спать на разноцветной ткани, толщиной с мизинец. Спали, правда, они все равно связанные. Много ли надо ума чтобы порезать горло спящим?

Лейт не спал. Лежал и надрачивал лениво свой отросток. Елозил по земле, но сдерживался. Кто-то из молодых может подумать, что он идиот. Рядом пять баб для таких нужд, а он непотребным занимается. Но что взять от глупой молодости? Пока не кончишь, не уснешь, хоть ты трое суток на ногах. Максимум, что погрузишься в дрему на десяток мигов, а умение долго не кончать приходит с возрастом…

Спать нельзя. Ночью все решится. Лейт не такой глупый, чтобы не понимать, что ночью можно и не проснуться. Он с Жамутом на ножах и все может решиться ночью…

Первой и второй караул Лейт пропустил. Задремал караульный и Лейт поднялся. Тихо в сумраке отполз. Тихо собрался. Тихо надел упряжь на лошадь, на вторую не стал одевать, хватит уздечки. Погрузил трофеи и уехал.

Можно конечно было устроить тихую резню, но такое не проходит без последствий. С него потом спросят, куда пропали почти тридцать рыл и почему он один живой. Это-то ерунда, нашелся бы, чем ответить. Хуже другое, когда он трофее начнет сбывать, а он зная свою натуру, на этом бы попалился бы. Имея трофеи и не сдать их за звонкую монету это немыслимо. Вернулся один и с богатыми трофеями?! За такое можно не кисло упасть.

Хотелось взрезать горло Жамуту, но это успеется. Да, и если честно, он один что ли такой умный? Народ бывалый, все бы гладко не прошло бы, как бы он не старался бы.

Лейт подозревал, что не он один притворялся спящим. Точно было известно, что не спала девчонка малолетка. Малолетка, если учитывать, что она не тронутая, а так выглядит как взрослая. Выше старого наемника. Худая, по лицу еще глупая. Дал бы ей лет шестнадцать, если бы она не была такая высокая. Впрочем, шестнадцать. Дома у себя могла бы иметь уже двух-трех детей. Почему нетронутая?!

Девка с какими-то нелепыми красными волосами, ну или скорее цвета жженой меди. Где такие рождаются-то, с такими-то волосами?

Жалко девку, но Лейту тоже жить хочется. Можно, конечно, было ее взять с собой, но зачем? Пользы от нее никакой, а проблем выше крыши. За нетронутую девку за ним пойдет охота, а так, он при своем. Ну, лошадь лишнею взял, но это отдельная тема. Тут все чисто по кодексу наемников, главное просто до города добраться, чтобы при старших можно было обосновать свои права.

Жалко девку. Не то что, та шлюха, что под ним жопой шевелила. Этих двух, шлюху и нетронутую, не затрахают. Остальным как повезет…

* * *

Город встретил Лейта шумом. Заплатил мзду на воротах и проехал. Лейт не сомневался, он знал, что былые товарищи уже как сутки в городе.

Много ли надо ума чтобы затеряться в лесу, тем более если тебя особо и не ищут.

Сбыт трофеев подтвердил, что он уже не первый в городе. Ну, специально же задержался на сутки. Семнадцать лучин отоспаться, восемь лучин на разведку — поиск следов отряда, двенадцать лучин на еду и уход за лошадьми. Еще лучины, чтобы не приближаться к отряду, а следовать за ним отдаленно.

Скупщик подтвердил предположение Лейта, что он не первый в городе. Трофеям не удивился, значит он не первый на сбыте необычного.

Из трофеев ушло все, даже непонятная палка из стали. Артефакт или не артефакт, но магия это не то, что нужно простому рубаке. Не понял Лейт что в этой палке ценного, да и если честно, то наемник побаивался неизвестного. Бывало в жизни всякого, чтобы относиться с опаскою к непонятному. Товарищу, «прибери его ночь», руки откусило непонятная хрень из изделия орков.

Бахтерец доставшийся в наследство сбыл кузнецу. Лишнею лошадь сбыл на Скотном дворе. Дел хватало…


В таверну для найма Лейт прибыл уже под вечер. Тут уже были все былые подельники. Пьянствовали, пропивали удачу на найме и удачу на лестной дороге. Были бы товарищи что погибли на найме, то и Лейт был бы сейчас в этих рядах, а так. Не срослось…

— Это Лейт! — заорал кто-то из прихвостней Жавура хмельным голосом. — Ты куда нашу лошадь увел?!

— Заткни пасть падаль! — заорал Лейт. — Где моя доля с продажи девок! Все уже пропили!

Нет ничего лучшего, как перевести обратно наезды на себя.

— Доля! Где! Моя?! Я только чуть отлучился, а вы меня уже кинули! — орал Лейт на всю таверну. — Ты мою долю закрысил?! Сиди и молчи! Где Жавур?

Лейту не нужна была доля, он не дурак, понимал что остальные не получили им по доле причитающиеся. Жавур все закрысил. Убить бы эту гниду, но лишняя огласка не нужна. Город, а не лес, тут еще осторожнее надо быть, чтобы не ухватили за жопу.

Пришлось сесть за общий стол и лениво хлебая пиво, слушать как выжившие в налете и на лестной дороге, хвастаются своими подвигами.

Дурачьё!

Таких баек эти столы слышали многие тысячи. Общие у этих баек вера в свою удачу, удаль, силу и то, что вы самые-самые.

Как так получилось, что выжили в основном самые молодые и глупые? Из одиннадцати выживших после бойни на лестной дороге за столом сидело шестеро, не считая Жавура. Стариков, что ли пустил в расход под каким либо предлогом?!

Нет, все проще. Только одного, судя по разговорам, подняли на копье. Жадиной оказался. Правильно он от них уехал. Вместо одного могло быть и двое.

* * *

Быть трезвым среди пьяных не самое приятное времяпровождение. Но надо создать алиби. Жавуру не жить. Лейт это понял, когда молодой наемник расписывал, как одна из пяти взятых в плен умерла от ласки.

Наверное, в другие времена это не было бы так противно, но тут примешалось личная неприязнь к вожаку.

Баб уже сдали в бордель, всех кроме самой молодой, ну той, которая нетронута. Ее в другой бордель, тот, что больше заплатит. Сегодня не успели, а завтра как проспятся, точно сдадут.

Жавур по разговорам успел нажраться в относительном спокойствие трактира.

Когда еще такой случай подвернется? Расслабился ты без меры, пора и честь знать. Зажился на свете ублюдок…


Лейт качаясь и натыкаясь на чужие столы, пошел якобы в туалет. Все под контролем. На столы особо опасных и незнакомых наемником он не натыкался. Упился старик, с кем не бывает.

Как говориться ничего личного, просто дело. Остатками наемников достоин руководить не такой ублюдок, как Жавур.

Все будет тихо, он сам упадет случайно на нож. То, что у Лейта есть личные счеты к этому ублюдку, не в счет. Причем тут Лейт?!

Лейт был пьяный и заснул в нужнике. Мечта о своем отряде начала приобретать конкретные черты. Молодежи нужен лучший пример, чем тот, кто крысит долю…

* * *

С девчонкой Лейт столкнулся почти случайно. Он всякое ожидал, но не этого. Столкнулись в коридоре. Она дрожит, трясется, руки в крови…

Раскусила девка, что ее ждет. Увидела, как ее товарок сбывают в бордель, и поняла свою участь.

Лейт затолкнул девку обратно в комнату, к трупу. Дура пыталась драться, но куда ей. Убила случайно, на неожиданности и думаешь повторить?!

Разорванная серая юбка из серой, необычной ткани лучше всего говорила как случилось невольной убийство.

Ладонь ребром к губам от Лейта. Ну не дура же! Должна понимать! Девка притихла.

Ладонь к шее убиенного. Жив ли? Жилки на шее не бились.

Еще раз ладонь ребром к губам.

— Молчи. — зашептал Лейт. — Ты меня не понимаешь, но этот жест тебе должен быть понятен.

Где золото? Куда он его спрятал? А вот оно!

Лейт отсыпал серебро девке. Конечно, можно ее продать, но смысл? Девку жалко, а смысла никакого. Девка купила кровью свою свободу, только раб ляжет под другого, а она не такая. Как можно такое не уважать?!

Золото брать Лейт не стал, ну почти не стал. Большую часть все равно оставил. Золото еще понадобится чтобы очернить убитого. Крыса он, и все на этом.

Лейт показал пальцем на кровать. Сиди здесь! Должна понять, если не дура. Серебро в руках ей даст дополнительную пишу для размышлений что Лейт ей не враг. Враг денег не дает! Друг, просто так, знаки не дает!

Лейт вернулся через долю лучины. В руках был плащ, который он не останавливаясь накинул на девку. Девка пыталась отшатнуться на испуге. Даже пыталась тыкнуть кинжалом в пузо.

Дурак! Надо было оружие Жавура забрать.

Пришлось дать кулаком в зубы, чтобы успокоилась. Вырубил ненадолго. Отобрал из окровавленной, бесчувственной руки кинжал. Надавал пощечин. Поднял силой тушку девушки на ноги. Накинул сворованный плащ, скрывающий чуждую одежду.

— Ты меня все равно не поймешь, но это не важно! — сказал Лейт. — Слушай мой голос. Интонации важнее слов. Беги! Но мне не попадайся! Я потяну время.

Девушка дрожала, но внимательно слушала интонации. Руки в крови. На полу валяется тяжелый подлучинник в крови, медный таз с водой валятся рядом. Проломленный висок насильника лучший способ доказать, что не все берется силой…

* * *

Девка проскользнула через черный вход и скрылась во тьме подворотен. Лейт ее проводил по подворотни и поспешил занять свое место за столом, жалуясь на понос.

— Пьем! Разрази вас понос, который был у меня! — орал Лейт.

Глава 8 О истории мира, демонах, покупках и о глобальной подставе

Первой моей мыслью было то, что я не протрезвел от укурки. По всем косвенным признакам прошло не так много времени, а у меня еще в голове чужие мысли, запахи, события. Я как будто прожил несколько дней из жизни другого человека. Вопрос только в том: что это было, мои галлюцинации или это было на самом деле?

— Халмар ты маг? — первое, что я спросил.

— Жрец. — усмехнулся он.

— Это правда, то что я увидел, или просто бред моего разума?

— Я не знаю, что ты увидел. Мне это не открыто. А то, что обряд прошел как надо, это хороший знак. Не всем обряд что-то показывает. Обычно они просто спят и ничего не помнят из обряда…

Я кратко пересказал события мной увиденные. Халмар надолго прогрузился.

— Чужак-демон увидел других демонов. — сказал он задумавшись.

— Демон?! — чуть ли я не вскричал.

Копец, пропалился! Как и где пропалился?! Что теперь будет?!

— Да не тревожься ты. — сказал жрец наверное заметив мои гримасы. — Мне до тебя нет дела. Я не маг, чтобы из твоего появления трагедию строить. Я давно уже знаю…

— Халмар! Так ты знал?

— Догадывался. Стал подозревать после той истории с живыми ядами в воздухе и когда Эсте после твоих слов стал чудить…

— А почему…

— Потому! — отрезал жрец. — Ты знаешь, почему начали охотиться на демонов?

— Догадываюсь… Маги?

— Все не так. — поморщился Халмар. — Изначально все из-за орков. Появились непонятно откуда, сразу целыми племенами и начали резню. С ним пришли их боги. Они то и были настоящими демонами. Потом, когда к оркам привыкли, пришли гномы, но они сразу же стали на сторону людей и убивали орков так, что их нельзя было заподозрить во зле…

Жрец прервался, смочил губы настоем и продолжил.

— Легенда о демонах из других миров стала забываться. Все привыкли к гномам и оркам. Но потом стали появляться странные люди не говорящие по нашему. Часть из них даже стала нашими. Такие же рыцари, такие же дворяне, но были и другие. Он принесли новую веру и тогда все старые религии встали против них. Случилась страшная война. Дворяне уже повязаны с нашим дворянством и под предлогом религиозных войн много было пролито крови. Именно тогда орки стали силой и воспользовавшись междоусобицей между людьми, отвоевали себе большие территории. Тогда же стали поднимать голову и маги. Раньше они были смирнее. Жрецы перестали быть единственной силой, нас потеснили маги. Жрецы зависят от верующих, а маги только от себя и знаний. Только спустя сто лет утихли последние очаги войны и знать перестала вспоминать кто и кого убил в этих войнах.

— А сейчас?

— Маги.

— А им то мы зачем?

— Несколько сотен лет назад выяснилось, что люди из других миров странные. Странные идеи, странные знания, странные взрывы. Но я думаю не это главное. Ты наверно уже знаешь, что магия на твоих соплеменников действует хуже. Маги забеспокоились. Сначала за вас стали объявлять награды. Опыты, расспросы. А потом всех стали просто истреблять, когда узнавали все что им нужно.

— А ты почему меня не сдал, если знаешь что я такой же?

— Как тебе сказать, есть несколько причин. Сам считай, какая из них самая важная. Первая ты мне симпатичен. Вторая ты натолкнул меня на новые мысли. Третья это хороший повод утереть нос зарвавшимся магам. Четвертая мне без разницы в кого ты веришь. В смерть верят все и ты не исключение. Пятая. Твоя смерть, что пришла к тебе в обряде не наша смерть. Рарнор не любит женщин, это я тебе как его жрец говорю.

— Почему?

— А как может любить женщин тот, кто стремится к смерти. Женщины дарят жизнь, а смерть отнимает. Рарнор не мог придти к тебе в облике женщины. Это пришел не Рарнор, а кто-то другой. Не удивлюсь что это сестра Рарнора или кто-то из его родственников, а может кто-то, кто занимается тем же что и мой бог. Как может смертный идти против осененного богом, пусть даже это не его бог, а бог во всем подобный его богу? Пришла бы к тебе Мерлена, то это меня смутило бы, а к тебе пришла смерть. Кто я, чтобы влезать в игры богов, если мой бог молчит по поводу тебя?

— А почему мне помогаешь?

— Тебе все причины называть? — усмехнулся жрец.

— Достаточно основной.

— Смерть всегда смерть, в любых обличиях и мирах. Ты осенен смертью. Разве этого недостаточно?

— Если ты так заботитесь о смерти, то почему не вскрываете себе вены и лечите других людей? — сказал я, припомнив невнятные слухи, что я собирал про жрецов бога смерти.

— Тебе этого сейчас не понять. Жизнь не может без смерти и наоборот. Нужен баланс. И как можно лучше взглянуть на бога только если не через глаза умирающего? Незримая смерть от которой умирают целые страны разве это не показатель его силы?

— Я слышал вы лечите эту незримую смерть?

— Видишь огонь? Сейчас он маленький, а потом вырастает и его надо останавливать. Если сумел зажечь, то сумей и погасить, иначе не ты властитель огня, а он твой повелитель. Думаешь моему богу не надо временами остановить лишние потери? Потому и лечим. Кто умеет лечить, тот умеет и травить, и наоборот. Не задумывайся. Это самое основное, что я могу сказать, не нарушая обетов. Все на самом деле гораздо проще и сложнее при этом.

Я надолго прогрузился. Думалось разное, но основная мысль сквербила мозг.

— Ты мне поможешь?

— Смотря в чем…

— Надо в одну лавочку съездить и имущество кое-какое выкупить. Лавочник, что-то не захотел продавать мне ворованное и чуждое этому миру. Тогда я начал клясться богами. Имя Рарнора его слишком сильно испугало. Твое присутствие думаю, сделало бы его сговорчивее…

— Не поеду… — огорчил меня словами Халмар.

— Халмар…

— Не перебивай! Я тебе не отказываю в помощи! Мне просто лень ехать куда-то. Поедет мой ученик. — усмехнулся жрец. — Ему надо опыта набираться. Понимать что о нас думают… Он будет моим представителем. — задумчиво изрекал жрец. — И все на этом!

Ну, раз все, то все. Разговоры закончились. Договорились назавтра с утра съездить в лавку на Перевалку. Так-то мне это не совсем в масть. У меня завтра служба, но с другой стороны, я не хотел упускать возможность узнать что-то о земляках.

Перебьются без меня полдня в карауле. Пришлю Гумуса, пускай он десятнику по ушам проедет, что я болею и буду чуть позже. Не думаю, чтобы десятник окажется гнидой и меня на полдня не прикроет, долг платежом красен…

* * *

Лавка старьевщика. Я с мальчиком на конях. Халмар навязал на мою голову бывшего посыльного, что принес маляву от Антеро. Паренек стал послушником, и в общем, об этом не хрена не жалел. Старой мечтой паренька было пробраться на Холм, а там бы его бы подобрали добрые тетеньки и кормили бы.

Я не стал развеивать эту его глупость. Даже, если бы он на Холм и пробрался бы, то сомневаюсь что он там что-то хорошие узнал бы. В лучшем случае тюрьму бы изучил изнутри, в худшем поселился бы у богатого дворянина дома и однажды попрощался бы со своей девственностью, ну это я про анал…

Надо отметить, что паренек держался в седле как я на корове без седла, и при этом смазанной вазелином. Ничего не поделаешь, статус послушника самого Рарнора, нельзя пешком идти!

Паренька звали Ч-жур, странное имечко, но не мне об этом судить.

На груди у паренька была большая, зазеленевшая, медная бляха — какой-то знак, что он служитель культа. Бляха по ходу, это нужна для малоизвестных, Халмар такой ерундой не пользуется, его итак все весомые люди знают.

Бляха, на мое удивление временами светилась каким-то гнилостным светом. Что за мир?! Куда не плюнь, на мага попадешь или на их проделки! Нет чтобы по честному, я тебе кистенем по кумполу, а ты мне копьем в бок. Магия и религия, неучтенные факторы в моей простой картине мира.

* * *

— Ну что, начнем разговор заново?! — начал я с порога я борзеть и напирал интонациями.

Паренек стоял в стороне и начищал медную бляху подолом новенькой, серой мантии на нем.

— Чего тебе надо?

— Тащи все странное, что у тебя есть. Ну и нужен откровенный разговор. — чуть сдал обороты я.

— Не в свое дело лезешь!

— Так и ты не своим делом занялся! Или ты думаешь это не так?

— Чего уж тут… Сначала маги… Потом ты…

— Маги?

— Приходили, смотрели, часть забрали…

Ну вот! Блядь! Плакала моя двухстволка!

— Тащи что осталось. Конфисковать не буду, выкуплю по честному… — обещал я, боясь, что он, что-то под прилавком забудет.

Выбор не поражал. Ботинка с шипами больше не было. Веревок тоже стало меньше. Большей части всяких альпинистских хреновин тоже не было.

— Это все?! Больше ничего нет? — сказал я вновь показа патрон.

— Эти штуки все забрали. Забрали и артефакт что ими плевался… — начал мне плакаться старьевщик.

— Ты мне по ушам не езди! Ч-жур иди сюда! Скажи мне, он врет?

Вот это был конкретный наезд. Брал на слабо. Я не знаю, что там эти жрецы могут и что не могут, но ведь я не один такой незнающий.

Паренек замешкался, перестал натирать бляху и испуганно посмотрел на меня. Блин! Не мог что ли подыграть мне?!

— Мне что Не́хт Халмара напрягать по такой ерунде?! Как вернемся, все выскажу твоему наставнику! — продолжал я, играть игру при засвеченных картах.

— Не надо лишних действий… Это не все… — сломался старьевщик поведясь на мою игру. Его так-то тоже можно понять.

Как часто в вашей жизни подзаборная рвань, что пыжится связями, приводит кого-то в подтверждение этих связей и брызгая слюнами, что то из себя строит?! Один раз не соврал, может и второй раз не врет!

— Сейчас принесу все оставшиеся… — продолжал торговец.


Принесенное, особо не впечатляло. Консервы, тряпки, синий рюкзак, зажигалка, пара телефонов, жидкость для розжига костра, туалетная бумага, неплохой котелок на три литра, плохо свернутая палатка без трубок, пара пенок, фляга — судя по запаху со спиртом, насос для накачки матраса, ледоруб, несколько пар колготок, ну и остальное по мелочи.

— И это все?! — расстроился я, разворачивая палатку.

Кто ночевал в лесу под дождем, тот поймет. Палатка без дужек почти бесполезна, установить можно, но геморрою больше. Я признаться, уже подумал, что ружье уплыло к магам, но не все упирается в мои думки.

Старьевщик помялся и вытащил из-под прилавка разобранное ружье, патроны к нему, несколько алюминиевых дужек для палатки, разорванный лифчик, несколько крюков и еще один ледоруб и ракетницу.

Ракетница к сожалению не пистолет, а просто палка, армейская хрень из которой не выстрелишь в упор.

— Рассказывай! — ловил я момент пока старьевщик еще стесняется того что он жучара утаивал под прилавком. Воспользовался моментом его смятением. — Когда тебе принесли?! Кто?! Где их можно найти?!

* * *

Выяснилось, что все это добро попало к скупщику более двух месяцев назад, точнее он не мог сказать. Попало от двух человек, Лейта и Жавура, вот и подтверждение что мои галлюцинации не были галлюцинациями.

Жавур по слухам мертв, а вот где искать Лейта старьевщик сам не знал…

По всему, когда я бегал по инстанциям и устраивался в армию, мои земляки «отоварились по полной». Сбежавшая девка из моего сна, скорее всего уже мертва. Я не верю в доброту людей в этом городе. Живыми могут остаться только проданные в бордели. Держитесь девки, я вас вытащу, чего бы мне этого не стоило!

Семнадцать патронов и ружье это конечно круто и здорово, но так захотелось хотя бы поговорить с земляками. Я буду не я, если не найду выживших. Я, сука, не я, если не сделаю все что в моих силах. Я вытащу вас из жопы в которую вы попали.

Чувствую, предстоят большие траты на поиски девушек, никто за бесплатно ничего разнюхивать не будет, а мне со службы не так легко отлучиться. Я конечно, со временем и сам вас найду, но когда я буду вас искать по всем борделям столицы?

Пока я буду вас самостоятельно буду искать, то не факт что вы доживете. Отношения к женщинам в этом мире для меня не секрет…

«Девчонки только доживите, я вас вытащу. Мне бы только найти вас, а там я что-нибудь придумаю. Выкраду, выкуплю или наеду по надуманному поводу на вашего владельца, в общем, что-нибудь придумаю. Доживите, прощу вас». — думал тогда я, сжимая кулаки. Я и сам не мог предположить, что меня так зацепит, что тут я могу найти своих земляков.

* * *

Я выкупил все что могло пригодиться. Само собой ружье и семнадцать патронов. Патронташа под патроны не было, но и так сойдет. Взял палатку и то, что оставалось от дужек для палатки. Ракетницу. Зажигалку. Две пенки. Пару веревок и то, что оставалось от альпинистского снаряжения. Котелок. Один ледоруб. Флягу со спиртом. Часть женских и мужских тряпок. Рюкзак и консервы. И самое главное, после ружья. Туалетную бумагу!

Туалетка в походе это не только предмет использующийся по назначению, но и бинт, и розжиг для костра, и салфетка, и письмо. В последнем качестве мне туалетка и нужна. Достало записывать слова на бересте, а пергамент настолько дорогой, что я его никогда не покупал.

Идите в баню со своими телефонами, духами, косметикой, планшетниками, засохшими печеньками и конфетами и прочим.

Хотя насчет духов я соврал. Была мысля, духи приобрести, но они стояли больше, чем все остальное вместе взятое. Духи для местных это не экзотика, но редкость и большая ценность. Меня «жаба задушила». Обойдутся бабы и без духов. Единственное, что я купил из малополезного — это косметику, да и то ради карандаша для бровей или чего-то подобного. Мне же надо чем-то писать на туалетке?!

Все обошлось свыше шести золотых, да и то с большими скидками. Я по памяти Лейта помню, что все свои трофеи он сбывал гораздо дешевле, но что уж тут мелочиться. Я так-то и старьевщику что-то должен за честные ответы на вопросы. Что, впрочем, не помешало мне торговаться до последнего.

Кто-то может подумать, что слить зарплату за четыре местных месяцев это слишком. Но сами подумайте! Одно разобранное ружье с семнадцатью патронами с дробью, уже стоят этих денег, остальное в довесок пошло.

Кстати по ружью, его оказываются маги тоже смотрели, но не учуяли магии и не соотнесли ружье с пистолетом, а старьевщик что-то подозревал насчет ружья. Побольше бы таких идиотов среди магов. Хотя какие они маги, по рассказам торговца, малолетки какие-то приперлись в лавку. Старшим магам, как и Халмару, было лень куда-то ехать.

* * *

Сдавать Ч-жур Халмару пришлось чуть ли не на руки. Это естественно. Я его в свои дела напряг, то мне за него чуть что и отвечать.

Жрец коротко меня расспросил о успехах и я ему коротко поведал. Помочь в поисках девиц жрец отказался, сказал что это мое дело и если богу будет угодно, то все сложится, а нет, то ну их на хер. Слова жреца прозвучали жестко и жестоко, учитывая что по факту, так и есть.

Потом я спешил и настегивал Колбаску, время уже на исходе, а я в караулке часа четыре как должен быть.

* * *

Юдус встретил меня неласково. Материл меня, как я сам редко кого матерю. Я смирно, повесив голову принимал все словесные помои что на меня вылились. Так надо, субординация!

Десятник перед десятком авторитет свой восстанавливал, а приватно я ему многое из его слов верну.

Чуть позже выяснилось, что материл меня десятник обосновано. Тут моей тушкой уже несколько раз интересовались и вот это меня не на шутку напрягло.

— Кто?! — спросил я.

— Тряпки из дворца… — сказал Юдус, дальнейшие его слова я не буду повторять. — Ты почему никого не известил, что в турнире участвуешь?!

— Какой турнир?! Ты что сегодня пил?!

— Ты в ежегодном королевском турнире объявлен! Тут на тебя многие осерчали, за то что ты, вперед них вылез!

— Ничего не понимаю…

— В части слухи идут, что ты на «кожаной флейте свистел» за место на турнире…

Вот это уже не есть гуд! Сами догадаетесь, что значит свистеть на кожаной флейте!

— Юдус… Ты же знаешь, что это какая-то ерунда… Мне оно надо, этот турнир?! С моей-то ногой, что не гнется?!

— Да, я то, это понимаю, но странно, не находишь?

— Чё меня то, искали то?

— А я их знаю?! Бумаги какие-то… — сказал десятник и сплюнул, вот и весь разговор.

* * *

В тысячу я примчался на всех парах. Юдус только прилюдно послал меня далеко и надолго, из категории «попутного хера тебе в жопу». Обидно блин, но и меня выгораживать перед десятком не спешил. А может и не так был неправ граф Латьяун, считая, что десятник не пойдет до конца за своих друзей?

Хочется верить, что это он произнес только на публику. Хочется, но я-то уже бывалый, а с таких мелочей все и начинается понемногу…

* * *

— Сотник! Что это за хрень с моим участием в турнире? — сходу спросил я, как только ворвался к Гижеку.

— Известили уже?

— Юдус напел.

— Писцов не видел?

— Нет.

— Тебе повезло!

— В смысле?

— Зная тебя, я могу предполагать, что ты бы сразу бы отказался от турнира… — сказал сотник и пристально смотрел на меня.

Ну, так-то, ты прав, отказался бы. А мне оно надо участвовать не пойми в чем и не пойми за какие заслуги. От лишних движений в твою сторону от начальства надо видеть только подставы.

— А что не надо отказываться? — спросил я.

— Хочешь ты или не хочешь, но тебе придется участвовать в турнире.

— Отказаться не могу что ли?

— Позор для части, если откажешься. За позор могут и из тысячи попереть.

— Я не понял…

— А что ты не понимаешь дурак! Ты бумаги на участии в турнире подписывал? — впервые за все время общения с сотником, сотник начал на меня кричать.

— Нет.

— Понятно…

— Что понятно?

— За тебя подписали, в обход более лучших претендентов, которые, между прочим, участвовали в соревнования по тысяче за это право, а тебе…

— Ты хочешь сказать что это… — и тут я все понял.

Вот это глобальная подстава. Откажусь от участия в турнире, то сочтут за труса и из тысячи выгонят. Соглашусь, то встречусь случайно по турнирной лестнице с отморозком, который меня случайно убьет. И некого не волнует, что согласия на турнир я не давал и даже не знал ничего о турнире. За меня все уже решили.

— Ты говоришь, что надо было участвовать в отборе по тысяче. Я же не участвовал. Почему я попал на турнир?!

— А я знаю! Иди с тысячнику, решай вопрос. Я вижу что ты сам не рад. Вижу что ты сам не в курсе событий…

* * *

Кор-сэ́ Загра не было на месте и я прождал его в приемной три часа. Задолбался ждать, сам на нервах, за три часа чего только в голову не шло.

Понятно теперь почему на меня охота вдруг резко «сошла на нет».

Это гораздо приятнее, видеть, как подыхает враг на арене турнира, чем просто узнавать, что он сдох в подворотне.

Тысячник, а по бумагам полутысячник, как увидел меня в приемной, так сразу позвал за собой.

Описывать его маты для отвода ушей подслушивающих и его тихий шепот не буду. Скажу как есть.

Меня подставили. Слухи о дуэли на плацу тысячи обернули против меня. По этим слухам я хороший боец и меня вне конкурса пропихнули на турнир. Подпись мою подделали. Изменить ничего нельзя. Участвуй в турнире и надейся просто остаться калекой, а не помереть…

Нечего сказать, обнадежил меня тысячник. Я даже не знал, что ему ответить. Узнал только то, что турнир приурочен к дню рождения короля, а он будет через три недели. Загра советовал мне усилено тренироваться и даже посоветовал обратиться к одному рядовому в тысяче.

Почему рядовому, раз такой хороший боец? А вот не всякий хороший боец — хороший руководитель или может этот боец не хочет терять время на подготовку строевой зеленой молодежи. Так или иначе, наводку на хорошего тренера я принял с благодарностью.

Знать бы какие у меня шансы и кто конкретно меня начнет гасить в нарушения турнирных правил…

Часть 4 Имбицил на троне

Глава 1 Это не со мной, я просто хочу жить

Коротко расскажу о событиях почти двух недель. В тысяче постепенно начали понимать, что это не моя инициатива прыгать на турнире на несгибающейся ноге.

Я немного зарос волосами и щетиной, теперь я не такой бледный. Шрамы на голове почти незаметны.

Гумус, восторженный, чукотский юноша, считает что я великий герой, что дерзнул посрамить все королевское общество на турнире. Что бы я ему не внушал, но он почему то в меня верит. Его бы мысли, да Богу в планы…

Кор Равур меня долго материл за турнир. В помощи поисках моих земляков отказал. Халмар, жрец Рарнора тоже отказал.

У самого у меня деньги кончились на пятом борделе, да и если честно, хер уже не стоял.

А вы как думали?! Заказывать новых проституток и не попользовать их, раз уже за встречу деньги заплачены?! Как я ничего себе «не намотал», сам не знаю. То ли повезло, то ли и в самом деле проститутки свежие, еще «не запаращеные».

От безнадеги в своих поисках и от стертого хрена, я обратился повторно за помощью к жрецу. Тот долго меня «футболил», но в конце что-то там наколдовал. Какая-то хрень, кусок деревяшки намоленный.

Суть деревяшки, если рядом окажется кто-то из выживших наемников, сдавший земных девчонок в бордели, то я их почую за триста саженей. Почему нельзя было сразу навести деревяшку на девчонок, я не понимал, а жрец только огрызнулся от меня и ничего не пояснил. Но на безрыбье и рак щука.


Я тренируюсь у Ивара. Просто Ивар, без всяких «кор». Молодой парень, владеет холодным оружие лучше, чем я могу представлять, а видел я немало. Эта зараза даже может отбить стрелу с гуманизатором выпушенную по нему с расстояния пяти метров.

Еще раз! Отбить! Мечом! Не поймать рукой, это невозможно, пальцы сгибаются не настолько быстро. Именно отбить мечом!

Еще раз! Для зазнаек и тугодумов! Отбить мечом стрелу физически возможно, а поймать, я сомневаюсь. Скорость полета стрелы примерно сто пятьдесят, ну двести километров в час, большая́ скорость, я в этом сильно сомневаюсь.

Удары на кисти выдают эти же сто пятьдесят, ну двести километров в час, так что с точки зрения физики тела это возможно.

Именно на кисти! А не мышцах локтя, плеча или спины. Чем ближе мышцы к корпусу, тем более они мощные и медлительные…

Отбить стрелу мечом вполне реально, а вот поймать пальцами, сомневаюсь, хотя не раз это пытался проделать. Тупо не хватало скорости реакции.

Увернуться от стрелы выпушенной по прямой, как бы не считали, не такая и сложная задача. С десяти метров это может сделать каждый, если видит, что по нему стреляют. Тупо упал и откатился.

Уйти от стрелы по дуге это гораздо сложнее, но и таких лучников не так много. Нарвался на лучника и сам ты без щита, то тупо упади, когда он по тебе стреляет. До лоха с луком, без щита, ты можешь и добежишь, в зависимости от ландшафта, а до хорошего лучника «хер там плавал», как минимум одну стрелу по корпусу ты пропустишь.


Так получилось, что я Ивара случайно подвинул по турнирной лестнице. По сути я участвую в турнире заместо него. Его тупо вычеркнули из списков.

Сказали ему, что он конечно молодец, но он безродный и все на этом. То, что парень безродный, еще один показатель, почему он не десятник, а просто рядовой.

Общение с Иваром поначалу не сложилось. Он видел во мне «хрена с горы», который занял его место на турнире. Пришлось пригласить его в казарму пятой сотни и без палева напиться. Гумус на стреме, а мы «кирогазили».

Эй, вы там! Да, я пьяница, и что?! А вы то, как бы отрывали душу перед незнакомым парнем, который на вас «зуб точит»?! Думаете, сказал: «Извини» и все на этом?! Я тупо делал, то, что мог, а не то, что хотел! Сдалось мне напаивать парня, который меня вертит на тренировках, как я новичков в свое время?!

Выхлоп от этой пьянки оказался удивительным. Ивар мне чуть ли не плакался о несправедливости жизни, и о том, что все решают связи. Он мечник, который многим может утереть нос на турнире, прозябает в казарме, а я такой блатной пролез вперед него.

Надо ли говорить, что я объяснил парню всю подоплеку с охотой на меня. После этого он проникся к моей участи и по пьяни обещал, что будет гонять меня, как я тараканов тапком.

Обещание Ивара, как оказалось, не было пьяными бреднями. На утро он меня разбудил, и я, скрипя зубами, стал отжиматься и рвать себе мышцы[64], в прямом смысле слова, камнями зажатыми в кулаках.

Все это конечно хорошо, но за две недели, да даже за два месяца, физуху не поднимет. Тем более что у всех есть свой потолок. У меня никогда не хватит реакции увидеть полет стрелы, ну в той части траектории, когда она в метре от тела лучника[65]. По-другому у меня связи синапсов расположены. Я свой предел знаю…

* * *

Из оставшийся событий за две недели расскажу основное. Я еще четыре раза пьянствовал с кор-сэ́ Латьяун.

Кто-то скажет, что я даун! А я скажу, что я реалист. А хули мне бояться, если все уже решено! Дело не в фатализме, а в мировоззрение. Один хер, на тренировку меня поднимет Ивар, рядом живем в казармах. Похмелье, не похмелье, кого это волнует! Постепенно повышающиеся нормативы по физухе, тренировки никто не отменяет, независимо от того болен ты или просто хреново.

Я замутил с брюнеткой, у которой спал на бедре. Халла баронесса Вандис. Имений нет, весь ее ранг только от того, что батя у нее камердинер[66] при короле. Все имение, это дом в Мрачном, замка нет, силы за ее батей кроме связей нет никаких. Обычная баронесса из новых, у которых благородных в роду почти что нет. Дворяне второго сорта.


Кстати по поводу дворян второго сорта, к коим и относится мой самозваный батюшка. Это особая каста за выслугу и подвиги. В отличие от «владетельных», «названые» имеют как преимущества, так и обязанности.

Первые не платят налоги. Совсем никакие! Ну и до кучи, ряд прав и привилегий. Вторые платят налоги и возведены в ранг от барона и выше, платят налоги, но зато есть попущения на торговлю.

Старому дворянству, что присоединились к новому королевству, тогда было невдомек что торговать, это нехилый кусок в прибыли, не все решается отказом от того чтобы платить налоги.

Старому дворянству приходится изворачиваться, чтобы официально караваны им не принадлежали…

Есть еще третья градация дворянства, так называемые «домашние». «Домашние» в отличие от «названых» произведены в ранг баронами, графами, маркизами и герцогами. Прав нет никаких, а налоги платят и королю, и сеньору.

Есть какая-то градация, что «домашний барон», ниже «названого барона», но я на этом себе всю голову сломал. «Сам черт себе ногу сломит» на этой разнице в титулах и привилегиях.


В общем, замутил я с брюнеткой. Не подумайте, ничего лишнего, но дала она мне только на третий раз, хотя по слухам некоторым перепадало и на первый, и это не смотря на симпатию ко мне, что я чувствовал инстинктом. Ну, я понимаю, где я, а где «властительный» граф, точнее его сын — не будем на него показывать пальцами, у кого есть мозги, сам догадается на кого я намекаю.

Впрочем, кор-сэ́ Адрус Латьяун просветил меня касательно некоторых моментов. Меня считают бастардом, но с перспективой. Единственный наследник барона. Барон из новых, «названых», но со своей землей. Латьяун не сказал, но я понял, почему его батя не против того, чтобы я общался с ним, а не с нищетой вроде моего десятника.

На это походу и клюнула названая баронесса. Я не буду гнать, что все бабы мелочные и расчетливые скотины. Это так, и это факт, но у всех баб инстинкт оставить своих детей «в полном шоколаде». Баб не поменять и потому это надо принимать как данность. Так же, как бабам не поменять, некоторые грани мужиков, которые мы сами за собой не замечаем.

А вот так вот, мои родные мужики. Прежде чем судить кого-то, посмотрите сами на себя. Мы сами во многом не лучше. Это объективно и справедливо, если эти слова для вас что-то значат. Так сложилось и все на этом…


Впрочем, прежде чем я с Халлой переспал, много что еще произошло. Я опять поставил на аукцион Гумуса. Выручил аж целых тринадцать золотых. Помогло что Халла и еще одна бабенка подвизгивали ценники.

Эстетам и прочим морализаторам, скажу заткнитесь! От Гумуса не убудет, ему в кайф, а мне прибыль!

Скажу еще одно. Я наученный своим опытом, почти сразу отдал выигранные деньги Гумусу, ну почти все. Я свою подлую, пьяную натуру знаю, пропью, прогуляю или проиграю. Таким маневром я сохранил девять золотых из тринадцати, четыре я тупо проиграл.

На эти пьянки высшей знати я брал с собой и Юдуса, и Ивара. Первый из-за «прогиба перед непосредственным начальством», а второй мне просто нравиться.

Юдус как ни странно кого-то уломал и потом обжимался с ней за занавесками. Ивар тупил. Хороший боец это не только счастье в бою, это проклятье в мирной действительности.

Кто знает фанатов любого рода деятельности связанного с риском для жизни, тот меня поймет. Им бабы не нужны, они во всем себя пытаются контролировать вместо того чтобы просто расслабиться. Сам таким был по молодости и потому это «знаю на своей шкуре». Затащишь такого фанатичного дауна в бордель, так он еще отбиваться будет…


С Халлой поначалу, до того как мы переспали, получилось вообще все нелепо. Я вел себя настолько развязано, что ей надо было бы реагировать. Дала бы пощечину, но пощечины не было…

Потом, я плохо помню. Уединились куда-то, чтобы я без свидетелей объяснился, ну и как-то все само собой произошло. Раз пошла со мной после всего произошедшего, то не так я и «накосячил»! В противном случае, не пошла бы! Что твориться в головах у женщин, хер знает. Говорю по факту.

Халла меня чуть ли не изнасиловала. Набросилась на меня с поцелуями в каком-то закутке. Мои шаловливые ручки освободили ее грудь из плена глубокого выреза, задрали подол платья и кучу прочих юбок под подолом, и все это не прерывая поцелуев. Я прислонил Халлу к какой-то стене. Так стоя и воссоединились. Потом мерные звуки ударов, звуки всхлипывания увлажненных органов, смены поз и все прочие.

Она извивалась, сдерживала звуки и кончила раньше меня, что и неудивительно учитывая, сколько я до этого выпил. Ну вот, как-то так все было.

Из этой мимолетной интрижки, на тот момент, я усвоил только то, что благородные дамы не носят трусов. Так-то трусы вообще не пользуются модой в королевстве, но насколько я знаю, у дам трусы заменяют панталоны до колена под кучей юбок. Так вот, Халла не носила и этих панталон. Сквознячки наверно любит или может рассчитывает на кого-то вроде меня.

Потом над нами еще подшучивали в компании, дескать: «Куда мы вдвоем удалились? Почему у баронессы так блестят глаза? И почему она придерживает лифт платья?». С платьем мой «косяк», немного в спешке надорвал…

По своим эмоциям, скажу другое. Несмотря на то, что я обычно, считаю таких женщин… В общем, «и на старуху бывает проруха».

С баронессой напротив моего обыкновения, не было тихого наездов из категории «теперь мы вместе». По факту после было что-то вроде типа «дружим организмами» и все на этом. Сейчас я понимаю, что это было что-то вроде хитрого хода по заманивания меня, привыкания к постоянству, которое вроде как не жмет ограничением моей свободы. Принцип тот же что на рыбалке, хитрой рыбе надо дать заглотить поглубже и резко подсекать в сторону. Что тут сказать, не я первый, не я последний, на эту уловку попадаюсь…

И как я должен относиться к ней после этого?! Явно не дура, а может, рассчитывала на более выгодную партию и потому не спешила меня загнать под алтарь. В любом случае, не дура, а за это уже можно уважать. Это уже немало, учитывая, что к уму прилагается красота.

* * *

В дальнейшем, как вам сказать, кураж начал набирать обороты. Я догадываюсь, кто послужил катализатором, чтобы посетить кварталы черни. Вовремя сказанное слово в одной разговоре, намеки в другой компании, что мужиков много, а дам на всех нет, и как-то в один момент все спонтанно вспомнили о Веселом городе. Какое там, вопли о черни. Веселый город!

Дворянки на каретах, дворяне спят на конях. Ивар, единственный почти трезвенник и наверное девственник, зорко озирается по сторонам. Так-то спасибо родной, ты после моего разговора о том, что меня будут убивать при любой оказии, мечтаешь увидеть и первым убить убийцу.

Тебя я Ивар понимаю. Молод и силен, крут. А где свои навыки проявить?! Я буду не я, если тебя не сопью и не подложу под тебя лучшую шлюху. Хотя по своему опыту знаю, что тут нужна не шлюха, а дама сердца. Идеал, даже придуманный, на который надо молиться и этот идеал толкает на подвиги.

Для справки, «культ прекрасной дамы» это не только историческое явление, это еще и психологическое явление, если и не психиатрическое явление. Сам таким был и потому могу гнобить это явление по своему опыту…


Кто бы там, что не подумал, но в Веселый мы ехали не просто по приходи. Я помню где наибольшие количество борделей и потому всю дорогу кричал, что самые высокие шлюхи мои, мне в мелких узко…

Гнусно и мерзко для кого-то звучит, но таковы правила игры. Как еще мне найти женщин с Земли, кроме как по росту?!

А вот так вот мои родные. За одной мыслью всегда прячется другая, если и не третья. Почему мухи родятся? Потому что! Но сначала «присядьте на корты» и «не выдыхайте», первые три ответа забудьте, среди пяти оставшихся ищите смысл.

Халла в моменты, когда в пути речь заходила о борделях как-то стра