КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 402806 томов
Объем библиотеки - 529 Гб.
Всего авторов - 171411
Пользователей - 91546
Загрузка...

Впечатления

Serg55 про Вязовский: Я спас СССР! Том II (Альтернативная история)

когда продолжение?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Бердник: Последняя битва (Научная Фантастика)

Ребята, представляю вам на суд перевод этого замечательного рассказа Олеся Павловича.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Римский-Корсаков: Полет шмеля (Переложение В. Пахомова) (Партитуры)

Произведение для исполнения очень сложное. Сыграть могут только гитаристы с консерваторским образованием.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Бердник: Остання битва (Научная Фантастика)

Текст вычитан.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Варфоломеев: Две гитары (Партитуры)

Четвертая и последняя из имеющихся у меня обработок этого романса.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Бердник: Остання битва (Научная Фантастика)

Спасибо огромное моему другу Мише из Днепропетровска за то, что нашел по моей просьбе и перефотографировал этот рассказ Бердника.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Елютин: Барыня (Партитуры)

У меня имеется довольно неплохая коллекция нот Елютина, но их надо набирать в MuseScore, как я сделал с этой обработкой. Не знаю когда будет на это время.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
загрузка...

Минеральные войны (fb2)

- Минеральные войны [СИ] (а.с. Хроники минеральных клонов-2) 1.37 Мб, 394с. (скачать fb2) - Артур Прядильщик

Настройки текста:



Минеральные войны (ХМК-2)

Глава 1

— Здра-а-авствуйте, мои дорогие!

Голос источал мед. Засахарившийся. Он противно хрустел на зубах и был приторным и вязким. Он намертво клеился к нёбу, и рот хотелось промыть теплой водой, чаем, кофе… да не важно чем — чем угодно! Он застревал в зубах, подобно карамели или мифической конфете «ириске» (страшнейшему, судя по описанию «второго», оружию). И хотелось взять зубочистку и употребить ее по назначению. Тюк! — в одно ухо, тюк! — в другое. Голос душил. Его хотелось выплюнуть. Бхуэ!

— Встать! — скомандовал староста. — Приветствие!

И мы сцепили зубы, встали и хором поприветствовали:

— Здравствуйте, Мария Чандовна! — хорошо, что без поклонов, как ожидал «второй».

В ответ сверкнула улыбка, от которой хотелось зажмуриться, чтобы спасти глаза. Для надежности — рукой. И отвернуться, чтобы запечатлеть вид спокойного пасмурного дня за окнами класса, запомнить этот вид за миг до того, как глаза навсегда будут выжжены смертоносным излучением. Чтобы последняя виденная «картинка», оставшаяся в памяти, была красивой и умиротворяющей.

— Садитесь, дети!

Дети, здоровенные шестнадцати-, семнадцатилетние лбы и лбихи, сели.

Мария Чандовна Читхангпур. Наш классный руководитель. Рослая, черноглазая, черноволосая, смуглая и очень… очень фигуристая и объемистая. Не полная, а именно объемистая — ничего не висит, ничего не болтается. Лишь загадочно колышется и заманчиво дрожит. Да так колышется и дрожит, что заставляет вибрировать и покрываться мурашками все окружающие организмы мужского пола. И не только мужского, судя по моим наблюдениям.

«Этой секс-бомбе массового поражения точку бы над переносицей поставить — вылитая индуска была бы!» — Прицокнул языком «второй».

Я мысленно с ним согласился. Да, точка над переносицей была бы нелишней. Сквозная.

Не то, чтобы я ее не любил или ненавидел. Просто… раздражала. Своей манерностью, экзальтированностью… Почти бесила.

Само собой, мое к ней отношение было моим личным делом, и я не собирался его демонстрировать. Внешне. Тем более, что одноклассники души в ней не чаяли и обожали. Что неудивительно при таких ее статях и размерах во всех нужных местах. И при возрасте целевой аудитории. Не настолько она меня раздражала, чтобы я что-то предпринимал по этому поводу (не забываем про премию!), но — факт. Так что, получается, я тоже не остался к ней равнодушным… так или иначе.

«Ходячая Камасутра» — фыркнул «второй».

Камасутра? Посмотрел я картинки из этой «Камасутры», продемонстрированные «вторым»… По-моему, древние излишне все усложняли. Можно же проще. И легче. А не так… затейливо и через одно место. А «второй», оказывается, любитель женщин попышнее. Одно слово — похотливый вредный старикашка («Сосунок! Чтоб ты понимал в женщинах!»).

Хм… Камасутра… А что — это идея!

+++

Класс наш состоял из двадцати трех учеников. Двадцать третьим было бледнолицее «блонди» — Антонио Веридос.

Да, на Детро-Десять я так и не успел загореть. Только попытался (все окружающие так красиво валялись на шезлонгах и покрывалах… особенно девочки из гвардии Золотарь в этих… как их… бикини) — тут же стал красным от солнечного ожога. А потом кожа с меня полезла. И болело, и чесалось.

Получил:

— выговор от Курта Вербино — начальника меддепартамента. За наплевательское отношение к своему здоровью, за расход ресурсов медицинской службы, за… Короче, отношения с начальником медицинской службы компании «Пирит-С» (в привычных для «второго» терминах — главный санитарный врач четырех, как минимум, звездных систем) у нас как-то не сложились. Причем, объективно, ни я, ни Сабрина в этом виноваты не были — не наша вина, что за все то время, что в распоряжении «Пирита» находились два клона, медслужба корпорации не сподобилась подобрать для нас эффективный анестетик. Я, конечно, произвел на него впечатление полным игнором вторжения в свой организм посредством различных острых предметов (внешне я разве что не позевывал, а внутренне… ну, кого это волнует, верно?), но, оказалось, что этого все-таки недостаточно для предотвращения мелкой чиновничьей мести с его стороны. Старый мстительный пердун.

— выговор от непосредственного руководителя. Золотарь влепила мне «неумышленную порчу ценных и трудновосполнимых ресурсов корпорации». Мы, оказывается, являемся «ценными и трудновосполнимыми». Нет, с характеристикой целиком и полностью согласен — мы очень ценные и вообще невосполнимые. Это даже где-то в чем-то льстило. Но, опять-таки, это разве наш косяк? Стерва злопамятная.

— втык от Сабрины. Потому что оштрафовали. А семейный бюджет, он — общий. Сестра, конечно, отнеслась с пониманием, но, учитывая постоянное психологическое давление со стороны Ольги, давалось ей спокойствие с огромным трудом. Бедолага.

— тюбик с защитным кремом. Тюбик безо всяких названий и виртуальных маркеров. Явно некоммерческий. То есть, совсем не то, что впаривалось отдыхающим в многочисленных магазинчиках на рейсе «Детро-Десять — Новая Москва». У него даже никаких запахов не было. Вещь! Просто вещь!

И вот последнее-то — фармацевтическое чудо от «Пирита» — надежно оставило меня с тем загаром, с которым я прибыл на Детро-Десять. То есть — никаким. Этим средством, «ёлки-палки», корпуса звездолетов нужно покрывать! Для защиты от звездной радиации! Экономия на энергии, уходящей в защитные поля, будет просто колоссальная!

А Сабрина теперь не Сабрина Антрасайт, а Сарита Веридос. И такая же бледная блондинистая немочь, как и ее старший брат. Оказывается, она такой тюбик получила в первую же вылазку на пляж — после того, как Джонсон поймала ее за тихим умыканием этого волшебного средства из пляжной сумочки Золотарь.

На фоне пышущих здоровьем и внешним видом загорелых и румяных сверстников на Архоце мы смотрелись, как мифические вампиры из воспоминаний «второго». Дело усугублялось яркими светло-коричневыми глазами. Кроме цвета, разумеется, был изменен и рисунок сетчатки. Удивительно, как цвет волос и глаз меняет лицо, делая его неузнаваемым.

Сабрина мгновенно ухватила идею (вампиры, оказывается — не монополия «второго», а вполне себе общеизвестные персонажи книжек и фильмов… с которыми я особого знакомства не водил), обзавелась белым зонтиком и сильно расклешила подол своей белой школьной формы.

«Готик-лоли!» — придушенно просипел «второй», обливая изнутри мою (мою!) черепную коробку жгучими и едкими фетишистскими слюнями. — «Я в раю-ю-ю!»

Вот, как? Как серьезно относиться к 104-летнему старику, выдающему ТАКОЕ? Как? Это же… это же классическое «впадение в детство», маразм! А учитывая, что это глюканутое «программное обеспечение» работает на моем «железе», то есть, в моем (моём!) мозгу… Как-то неуютно становится, знаете ли!

Нет, не спорю, «вампиризм» в исполнении моей сестры, новоявленной Сариты Веридос, выглядит бесподобно: черные туфельки, черные ажурные чулочки-паутинка на рельефных сильных ножках, короткая белая расклешенная юбочка с органично вставленными кружавчиками, завязочками, ленточками и прочим хламом, белый «уставной» школьный пиджачок и — белый зонтик! Который можно миленько вращать за ручку. При этом — заметьте — весь гардероб находится строго в рамках суровых школьных правил, касающихся внешнего вида учащихся!

С другой стороны, учитывая наши боевые возможности, выглядит подобный маскарад не только бесподобно, но еще и аутентично — разорвать голыми руками обычного человека она может запросто. Да и кровь она вполне может пить… пусть только мою и в метафорическом смысле, но — может же!

+++

«Второй» снова удивлялся. Да эта старческая душонка только и делает, что удивляется!

Ну, кто бы мог подумать! Оказывается, у нас тут тоже есть общеобразовательные школы, в которые ученики приходят собственными ножками, сидят за партами собственными попками, слушают учителей собственными ушками и шевелят собственными мозгами.

Он, оказывается, ожидал домашнего обучения, подключения мозга напрямую к каким-то «базам» для скачивания нужных знаний и навыков. Уж не знаю, что там понапридумывали его современники о светлом будущем, но фантазеры они были еще те — хорошо, до «имплантов на интеллект» и «+10 к опыту и +5 к харизме» не додумались… или додумались?

А подумать, что ни один ребенок физически добровольно ни за что не захочет получать знания из-за огромного шила в своей заднице? А подумать, что при половом созревании жопки противоположного пола будут гораздо интереснее формул и параграфов? А подумать, что «записывать» знания в мозг, который не приучен ни самостоятельно думать, ни анализировать — бесполезно и даже вредно?

Так что корпоративная школа 910 в Вербо на Архоце не была уникальной. Как и остальные ее тысяча с лишним копий в одной только столице Архоца.

Хотя, нет. Кое-что уникальное в ней все-таки было. Состав учащихся.

+++

— Шляпки не хватает! — С видом знатока заметил Дима Булкин, с удовольствием рассматривая шествующую к нам по коридору Сабрину. — Маленькой беленькой шляпки-котелка.

Сабрина шла красиво. Раскрытый зонтик лежал на плече и медленно вращался. Молодые люди с готовностью раскланивались и здоровались с Саритой Веридос, получая милостивые наклоны головы, а девушки в массе своей цедили что-то нелицеприятное сквозь зубы… получая в ответ равнодушный взгляд. Прямая спина, гордо вскинутый подбородок, легкий шаг. Ее Высочество изволили снизойти до подданных.

Сзади семенил какой-то из её одноклассников… ага Ли Симков, кажется — правнук одного из директоров Правления, Мао Симковой. Парень был красен, но исключительно горд оказанной ему честью. В руках, как величайшую драгоценность, он держал доверенный ему портфельчик Сариты-Сабрины. Тоже беленький с какой-то пушистой декоративной висюлькой.

За Симковым с недовольной моськой следовала Карина Фольф. Голубоглазая блондинка была раздражена и даже зла. Но субординация мешала ей высказывать неудовольствие вслух. Только и получалось, что показывать это неудовольствие. И то — осторожно и… умеренно показывать.

— Короны на ушах ей не хватает. — Вздохнул я. Лично я был против идеи сестры ТАК раздражать своих одноклассниц. Но, допускаю, что я чего-то не знаю о правилах "вливания" в женские коллективы.

— Чепчик, господин. — Тихонько прошелестело у меня из-за спины. — Беленький.

Я невольно поежился.

Света Ошико… пугала. Среднего роста (то есть — ниже меня, но выше Сабрины), черноглазая и черноволосая. Всегда спокойная и хладнокровная. Всегда ровный шелестящий голос. Как листва на дереве. И она сама, и ее голос заставлял в страхе сжиматься сердца клонов Антрасайт — боялись мы ее до усрачки.

Светлана Ошико: не боевик, не "чистильщик"… Она — телохранитель. Личный телохранитель Дмитрия Золотарь. «Заточенная» только и единственно для этой функции. Точно не модификант. Мы с Сабриной ее боялись, и совсем не стыдились этого чувства — нас она раскатает за пару секунд. И даже проверять, вызывая ее на всякие дурацкие спарринги, мы не собирались — вряд ли она вообще себе представляет, что такое спарринг. Скорее, мыслит в категориях «безопасный объект», «потенциально опасный объект», «опасный объект». Последние в таком случае подлежат немедленному устранению, а вторые будут испытывать не очень приятные ощущения от постоянного оценивающе-прицеливающе-примеряющегося взгляда. Как мы.

— Точно! Чепчик! — Щелкнул пальцами Дмитрий. — Спасибо, Светик!

— Была рада помочь, господин. — Легкий кивок.

В школе Дмитрия Булкина (он тоже под чужой фамилией, хотя внешность и не менял — да это ему и не нужно, так как внешность его известна только разведкам корпораций, а в СМИ он ее никогда не «светил») и Свету Ошико все считают парой «господин-служанка». Подозревают, что служанка часто согревает господину постель (и это не просто слухи — поведение Дмитрия и легкий запах, учуянный Сабриной, выдает их с головой). Считают, что это нормально и даже правильно. Одобряют…

В этой школе таких пар полно. Не в том смысле, что все спят друг с другом, а в смысле подчиненности. Но таких специалистов, как Света — больше нет. Максимум, слуги с подготовкой боевиков со специфическими модификациями или телохранители, прослушавшие курс горничных или дворецких. Нам с Сабриной… да любому из нас по отдельности все эти ряженные — на один зуб.

Но Светлана Ошико — это совсем другое дело.

«Второй» в присутствии Светланы Ошико не просто замолкает, как при появлении Ирины Томбравец (и то — с ней он уже осмелел), а — пропадает, будто его и не было никогда!

Вот как мы, Антрасайты, боимся Светлану Ошико!

+++

Не, ну а чё! Дочкам и сыночкам высокопоставленных родителей тоже надо учиться. А давно доказано, что домашнее обучение по всем статьям проигрывает обучению общему — начать хотя бы с проблем с социализацией. И своих отпрысков никакие родители не захотят видеть изгоями. К тому же, совсем домашнее обучение убирать не нужно — в домашних условиях всегда можно объяснить любимому чадушке непонятные моменты, скользкие места из истории, дать свою интерпретацию того, о чем остальные даже не задумаются. Подтянуть там, где отпрыск «проседает»…

Подозреваю, изначально задумывалось, что драгоценные наследники и наследницы вдоволь наобщаются со сверстниками «из народа» и, хотя бы, будут понимать, чем «дышит народ». Но поскольку человеческое тщеславие оказалось сильнее умных педагогических планов, школы, в которых учатся дети высокопоставленных родителей, стали элитными — простых детишек там исчезающе мало.

Вот такой и была 910-я школа. В кого ни ткни — родители являются директорами, управляющими, ведущими экспертами, ведущими аналитиками, ведущими… Короче, собрался тут будущий цвет корпорации — как-то сомневаюсь я, что в будущем родители не пристроят свою кровиночку не просто на тепленькое местечко, а на кресло с хорошими карьерными перспективами… ну, и дорожку расчистят, разумеется.

+++

Сабрина одним кивком поздоровалась со всеми, одной улыбкой поблагодарила и отправила восвояси Ли, одной гримаской отправила какой-то непонятный «девчачий месседж» Карине.

Когда вдохновленный Ли и его раздраженная спутница отошли на достаточное расстояние, из-за моей спины послышался новый шелест:

— Гос-с-спода Веридос-с-с…

Мы с Сабриной вздрогнули оба, вызвав фырканье Дмитрия. Его эта ситуация забавляла: клоны, от которых ругается его старшая сестра, которые чуть не убили клона его старшего брата (наверняка я, конечно, не знаю, но сильно подозреваю, что тогда, на Детро-Десять, почти-убил именно клона — за настоящего Виктора Золотарь мне бы натянули глаза на жопу… или жопу на глаза — не суть), которые такие крутые и могучие… так вот эти клоны до дрожи в коленках боятся его телохранителя! Подозреваю, что он не преминул уже похвастаться старшей сестре. Уверен, та уже сделала какие-то выводы.

— Светлана? — Я настороженно покосился на отстраненное личико девушки.

— Я больше не потерплю проноса в школу каких-либо устройств, могущих представлять опасность для окружающих.

Я не скрываясь сглотнул — она, черт возьми, пугала! При этом, пугала, не прилагая к тому никаких дополнительных усилий. В ней эта способность была по умолчанию.

— О каких устро…? — Начал я.

— Я уберу метатель из зонтика. — Торопливо ответила Сабрина.

— Уж сделайте одолжение… — Кивнула Ошико.

— Пружинный метатель стрелок. — Со вздохом объяснила мне Сабрина. — В ручке зонтика. Думала, хорошо замаскировала.

Сложенный зонтик она очень осторожно и ме-е-едленно перехватила второй рукой и направила в сторону, дабы не усугублять и не провоцировать… эту страшную девушку.

— Нейротоксин? — Отстранено поинтересовалась Светлана, холодным взглядом гипнотизируя мою сестру.

— Угу.

— «Каропус»?

— Угу.

— Шесть-дробь-четыре?

— Ага!

— Хороший выбор. — Легкая одобрительная улыбка на губах Светы смотрелась бы замечательно, если б не то, что мы про нее подозревали… точнее, почти знали.

— Спасибо, Света. — Потупилась Сабрина. — Боевые наниты…

— … тяжело достать без соответствующих допусков. — Подсказала Светлана.

— Да. — Кивнула Сабрина. — И…

— … и сканерами они легко детектируются.

— Да.

— … а нейротоксины из группы «Велис» и «Арус» имеют малый срок хранения и быстро разлагаются без криогенераторов.

— Ага.

— Понимаю. — С сочувствием покивала Светлана. — Рекомендую «Демос» из последних серий. Срок хранения увеличен до двух декад.

— Вау!

— В любом случае, проносить в школу подобные вещества за-пре-ще-но!

— Кхм… — Сабрина поперхнулась. — Конечно, Светочка! Конечно-конечно!

— И спусковой крючок лучше разместить в пятке ручки, а не совмещать с кнопкой открытия зонта. И, разумеется, утопить его в ручку во избежание случайных срабатываний.

— О, спасибо! — Бледно улыбнулась Сабрина. — Обязательно переделаю.

— Но пронос подобных предметов на территорию школы…

— У меня ДВА зонтика. — Буркнула моя сестра.

Дмитрий развлекался. Уверен, вечером Ольга Золотарь получит еще один отчет от младшего брата… или чем там родственники обмениваются? Письмами? Сообщениями? Или, что вероятнее, прочтет отчет Ошико.

+++

Как мы узнали из вводной, о наших настоящих личностях был осведомлен только Дмитрий Булкин-Золотарь и, само собой, его Тень — Светлана Ошико. Это не исключало, конечно, что кто-то из других учащихся (или их Теней, служанок, дворецких) не был в курсе — в конце концов есть не только общая корпоративная разведка и контрразведка, но еще и внутриведомственная, личная… или есть перекупленные служащие, которые могли продать горячую информацию на сторону. Но наверняка о нас двоих знали только Дмитрий и Светлана.

Из той же вводной следовало, что мы оказываем поддержку Светлане Ошико. Понятия не имею, что подразумевалось под этим расплывчатым «поддержка». На мой взгляд, Светлане Ошико поддержка и даром не уперлась. Логичнее было бы предупредить нас о том, чтобы мы не путались у нее под ногами. Но — приказ есть приказ.

Из всего этого закономерно следовало, что Ошико — наш командир на время проведения операции. А операция эта… три года, блин. Три года!

При этом мы должны были не только «осуществлять поддержку». Мы, ля, еще должны были и прилежно учиться! Хорошо, что хоть какой-то базовый курс у нас был (ну, то, что по мнению наших «разработчиков» было нам необходимо), а натренированная память, мозги и ментально-психологическая подготовка позволяли работать с новой информацией без того напряга, что испытывают наши сверстники-«нормалы».

+++

«Второго» шизой теперь можно называть с большой натяжкой. То есть сам факт его существования — однозначно свидетельствует о расстройстве моей психики. А вот вся информация, которой он обладал и которой я раньше не владел — это, однозначно, факт.

И, закопавшись в общеобразовательную программу по истории, я был вынужден признать — «второй», действительно, является предком. Не моим конкретно предком (хотя, детишек он настругал в количестве), а — вообще. Почему не мой предок — понятно — свою жизнь он помнит до момента, когда «отбросил коньки» — тут уж, скорее, передача психо-ментальной матрицы через время, а не пресловутая «память крови», с помощью которой иногда удается разбудить боевые навыки. Но вот «древним» он, действительно, является самым настоящим!

Действительно, есть такая планета. Земля. Полторы тысячи лет назад корпорации устроили на ней очень нехилые разборки. В астероидный пояс ее, конечно, не превратили, но воду и кислород выжгли напрочь. Но — не расстроились этому событию совершенно, так как к тому времени уже одна пятая часть человечества осваивала космос. Радовались уже тому факту, что остались живы и не придется возвращаться на перенаселенный шарик. Вместо шарика осталась головешка, которую не терраформировали до сих пор — типа «мемориал» и «дабы такого не повторилось впредь»… Но что-то не помогало — повторялось в других местах. И не раз.

Случилось это в 210-м году от начала Освоения Космоса. И, как легко посчитать, спустя 93 года после смерти «второго». Опять включаем простейшую арифметику и выясняем, что сейчас идет 3691-й год от рождения того парня… как его там? Усвоив эту информацию, «второй» приуныл и где-то декаду не донимал меня своими «умными» мыслями и глупыми шутками. Сентиментальный какой. Вряд ли он переживал, что его правнуки раздолбали родную планету — скорее, просто грустил, что так далеко его забросило.

Но, как и положено ханжествующему лицемеру, быстро пришел в себя, отбросил показную печаль и уже через декаду «выполз» обратно… Ну, разве что продолжал в панике прятаться, когда рядом появлялась Светлана Ошико. Тут я его понимаю — сам бы куда-нибудь спрятался, но задание вынуждало постоянно крутиться рядом.

Глава 2

— Анто-о-онио… — С придыханием простонала Мария Чандовна, окатив меня жадным горящим взглядом, и облизнула пухлые губки. — Я могу тебе чем-то помочь?

А я такой весь засмущался и даже сделал усилие и сильно покраснел. Во всяком случае, в подобных ситуациях так же себя вела вся мужская часть класса. Если б имел дело с обычной женщиной, то этим и ограничился бы. Но увы. В данном случае пришлось приложить дополнительные усилия: ускорить сердцебиение и… ну, вы поняли — спровоцировать естественную реакцию юного мужского организма на такую шикарную самку, как Мария Чандовна Читхангпур.

— Д-да, Мария Чандовна… — Я торопливо прикрылся портфелем, чтобы не оконфузиться перед одноклассниками, уже вовсю гревшими уши. — С вашего позволения… отпроситься на декаду. Медосмотр.

— Что-то случилось, Анто-о-онио? — Мария Чандовна прижала ручки к пышной груди. — Ты заболел, мой ми-и-илый?

Разумеется, я тут же прикипел взглядом к богатейшему содержимому, расчетливо прижатому ручкой. А от класса повеяло коллективной завистью. Потому что с моего места вид открывался в наилучшем ракурсе.

— Нет-нет, Мария Чандовна! — Замотал я головой. — Регулярное медобследование… я уже отправил запрос в учебную часть.

+++

В виртуале над головой «ходячей Камасутры» медленно вращался полупрозрачный оранжевый нимб-лейбл «Интерфейс Мария. ИИ «Читхангпур». 9 ранг».

Искусственные интеллекты сами выбирают себе органические тела, исходя из каких-то своих соображений. Еще и участвуют в выращивании и оснащении своих «тел» нужными имплантами — это в их среде считается чуть ли не обязательным правилом. Использовать типовые тела или клоны реальных людей — моветон.

Учитывая это, лично связываться с Марией Чандовной мне совершенно не хотелось — наши вкусы явно не совпадают. Так что пусть отношения наши будут исключительно рабочими.

В нашей школе половина преподавателей были обычными людьми. Другая половина — человекоподобные интерфейсы искусственного интеллекта «Читхангпур». Для школ и учебных заведений, располагающих искусственным интеллектом, такое соотношение преподавательского состава было нормальным. Другое дело, что таких школ крайне мало — появление искусственного интеллекта в изолированных кластерах — событие регионального масштаба. О нем сообщают в местных новостях. Тут искусственных интеллектов не на все институты хватает, что уж говорить об общеобразовательных школах.

А уж девятый ранг искусственного интеллекта — это очень круто. Уровень управления транспортными потоками всей звездной системы. Или управление научными исследованиями и "админстративкой" кластера из нескольких институтов.

Но вот ТАКОЙ выбор внешности для своих интерфейсов, или, как они еще назывались, «аватаров»… Не-не-не, у нас совершенно разные взгляды на женскую красоту!

Единственная аватара, которая могла бы найти отклик в моем сердце — Клара Читхангпур, преподаватель физической подготовки. Невысокая и стройная. Без излишеств. Обычная симпатичная девушка лет двадцати. Без экзотики. И это казалось странным — на физической подготовке как раз и нужно вдохновлять учащихся своим внешним видом, тянуть, так сказать, за собой… Но кто поймет логику искусственных интеллектов? Если такой уникум найдется, то будет править Галактикой!

И то — поведение аватары Клары было таким же, как у аватары Марии — слащаво-приторным, что на корню рубило любые мои потенциальные намерения на поползновения… если они вообще могли возникнуть в рамках задания.

+++

— Ах! — На мой лоб водрузили прохладную ладошку, и я с некоторым усилием удержался от нервной дрожи. И проникновенным голосом… — Ты уверен, что все в порядке?

Вообще, цирк, конечно. Подойти с этим я мог к любой из аватар искусственного интеллекта школы — хоть к той же Кларе-физруку. Да что там, можно было вообще к аватарам не подходить. Можно было вообще ни к кому не подходить. Скинул запрос в учебную часть и — гуляй!

А нет! Так не принято!

Считается хорошим тоном «не замечать» нечеловечность интерфейсов искусственных интеллектов. Обращать внимание на это — типа нетолерантно. Надо относиться, как к обычным людям. Вот не понимаю я этого, честно говоря — не представляю, чтобы искусственный интеллект обиделся от того, что его назовут искусственным интеллектом. Это же, пусть и искусственный, но — ИНТЕЛЛЕКТ. Я же не обижаюсь, когда меня клоном называют… А ведь это тоже не считается приличным. Не обижаюсь. А искусственные интеллекты в тысячи раз умнее — тем более обижаться не должны! По-моему, люди сами для себя эту глупость выдумали. Как обычно.

А всё от древних пошло — мне «второй» такие картинки про эту толерантность показывал и рассказывал, что я удивился, как эту Землю раньше не разнесли!

С другой стороны, для искусственного интеллекта «Читхангпур» тоже не было смысла разыгрывать одной из своих аватар сценку про заботливую учительницу, которая вот только-только узнала о проблемах одного из своих учеников со здоровьем. Или все-таки был? Может, искусственные интеллекты так развлекаются? Может для них игра в людей — это что-то серьезное? Пф, нашли кому подражать! Людям!

Одноклассники уже давно навострили уши. Вот чего не отнять у деток ТАКИХ родителей, так это любопытства и умения слушать.

— Проблемы с кровью, Мария Чандовна. — Покосился я на любопытные глазенки первых парт. — Особенно, у сестры. Ничего серьезного, насколько я понимаю.

— Бе-е-едненькие! — «Камасутра» всплеснула ручками, а ее глаза наполнились слезами. — А что такое? У вас опять клычки расти стали?

Кхе! Я не закашлялся, но это было… близко. Нет-нет, вы гоните! Да ладно! Мне же просто показалось, не так ли? Послышалось, да?

— Мы стараемся сдерживать себя, Мария Чандовна! — Осторожно ответил я. — А ночью запираем дверь и окна. И привязываем себя к кроватям.

Аватара совсем близко наклонилась ко мне и шепотом (вроде бы и тихим, но уж первые ряды точно должны были расслышать… и растрепать всем желающим) посоветовала:

— Главное, не в школе. И не в учебное время… Или хотя бы не на моих уроках… Я тебе скину список с домашними адресами неуспевающих, хорошо?

И подмигнула! Правым глазом, чтобы никто кроме меня не увидел.

Не понял! Это что сейчас было? «Камасутра» умеет в троллинг? Может, показалось? А что будет, если искусственный интеллект докопается до источника появившегося у одной из его аватар нового прозвища?!

После показа «вторым» некоторых интересных картинок я не поленился и нашел эту самую «Камасутру»… Что я могу сказать — древние такие древние. Разумеется, мое раздражение вылилось в небольшую диверсионную операцию — теперь Марию Чандовну за глаза так и называют… ну, понятно, да? Причем, автор прозвища — вовсе не я. Но — это же искусственный интеллект. Одни звезды знают, до чего он может докопаться при его-то аналитических возможностях. И одним звездам известно, что он со мной сделает при уже доказанном наличии чувства юмора!

+++

Медицинское обслуживание сотрудников корпораций (любой корпорации, не только «Пирита» и «Антрацита») по большей части обеспечивается через централизованную доставку расходных картриджей для личных аптечек. Этого хватает, чтобы справиться с самыми распространенными и часто встречающимися болячками — инком через сеть датчиков сам диагностирует болезнь, уведомляет о проблеме пользователя, с его разрешения синтезирует и вводит нужный препарат в нужной дозировке. Или — без разрешения, если таковы условия контракта. И разумеется, сделает соответствующую запись — для статистики, для работодателя, для оценки эффективности работы данного конкретного сотрудника, для дальнейшего «разбора полетов».

В сложных случаях, которые не могут быть решены стандартной гражданской аптечкой, инкомы централизованно (и в большинстве случаев, без помощи пользователя… потому что такие случаи часто характеризуется неспособностью заболевшего-пострадавшего к здравому мышлению) выписывают направление в медицинский центр со своими биованнами-автохирургами и медсестричками. И, при необходимости, вызывают транспорт или, если уж совсем беда-беда, аварийно-спасательную службу (АСС) для доставки в медцентр. Если особенно не повезло, то вызывается еще и боевая группа СВБ.

Медицинские центры бывают автоматизированные и неавтоматизированные. В последних работают настоящие врачи, а в совсем уж крутых — искусственные интеллекты. Зависит от болячки или характера травмы. А еще — от близости, от срочности, от платежеспособности…

Картина на первый взгляд благостная, но — есть нюансы. Например, условия контракта. Или состояние личного счета пациента. Полностью законтрактованные, например, на хорошую медпомощь могут не рассчитывать — тут зависит от работодателя, который вряд ли будет раскошеливаться на дорогой медцентр с живыми врачами. Или — на еще более дорогой медцентр с искусственным интеллектом. А еще — транспортировка и вызов АСС — тоже платное удовольствие.

Это к слову, так как к нам не относится. Мы с Сабриной ничего не имели против такого благого начинания, как наше профилактическое обслуживание — все расходы за него на себя брала корпорация. И расходы, судя по реакции финансиста, немаленькие. Были, правда, в дополнении к контракту всякие хитрые пункты, формулы и коэффициенты для расчета, в соответствие с которыми размер и содержание профобслуживания будет зависеть от нашей лояльности, эффективности и полезности для корпорации… Но пока мы сильно не накосячили, вполне могли рассчитывать на полное медицинское обслуживание.

+++

На следующий день вместо школы мы отправились в медицинский центр. Одели стандартные комбезы служащих «Пирита» (эта модель уже подороже, чем та, в которой мы летели на «Детро-Десять» — со всякими климат-контролями, автоподгонкой, автовосстановлением, автоочисткой и прочими «свистелками и перделками») и потопали в пригород. Пешочком. Потому что погода.

Погода в этой местности в основном стояла солнечная и ветреная. Но от ветра столица Архоца была защищена пузырем слабого силового поля. Так что сейчас над столицей поднималось солнышко, было тепло и уютно. Многочисленные толпы служащих спешили на работу, школьники топали в школу, в небе в воздушных коридорах тихонько шуршал транспорт, а два клона направлялись на профилактику.

Вербо на Архоце красив. Здесь очень любят зелень. Парки, бульвары, скверы, садики. Никакого сравнения с городами Новой Москвы. И уж точно никакого сравнения с большинством городов на Потерянной Земле. Видимо, дело во вдумчивом проектировании с учетом ошибок прошлого и почти полном отсутствии наземного транспорта — широкие дороги уже не нужны, улицы являются пешеходными, а воздушный транспорт паркуется на крышах домов или на специальных площадках. Наземный транспорт немногочислен — это либо коммунальные, либо специальные службы, или… военные. Еще есть монорельс, но его не видно и не слышно.

Красота! Птички поют, «травка зеленеет, солнышко блестит»…

— Антонио! Сарита! Снова-здорово!

… и господин Золотарь со своей пугающей Тенью нас нагоняет. Бля! Всё очарование утра испортил!

— Заблудились, наверно! — Буркнула Сабрина недовольно, но тут же расплылась в почти искренней улыбке.

Это точно. Заблудились. Потому что Дима Булкин ходит в школу совсем по другому маршруту. Который мало того, что пролегает по другим улицам, так еще и проходит в воздухе внутри комфортабельного флаера с личным (настоящим! живым!) пилотом и с эскортом из двух закрытых флаеров, в которых, наверняка, сидит человек десять охраны в планетарной броне. От ворот поместья (купленного настоящей Шани Булкиной — помощницей управляющего верфей на планете Караван) до ворот школы.

А тут — собственными ножками топает! И Тень свою за собой тащит. И видимой охраны вокруг — никакой… хотя, вон тот подозрительный флаер, что медленно плывет по низкоскоростному коридору в двадцати метрах над улицей с включенными «аварийками» — скорее всего и есть охрана.

— Привет! — Поздоровался я, останавливаясь.

— Здравствуй, Дима! Доброе утро, Светочка! — Приторно сладким голосом пропела Сабрина.

— Идёте лечить свой вампиризм? — Широко улыбался Дима.

— Не знал, что Читхангпур умеет шутить.

— Ну, это же искусственный интеллект! — Укоризненно заметил Дима. — Камасутра еще и не то может!

— Я заметил. — Криво улыбнулся я. Я уже жалел, что пустил «в народ» это прозвище. Ведь аукнется же!

Мы двинулись дальше. Дима с любопытством вертел головой по сторонам (видимо, нечасто вот так пешочком в школу ходит), Света, шедшая сзади, буравила взглядом мою спину, а Сабрина шла рядом с ней и делала вид, что ее здесь нет.

— Как насчет заскочить в кафешку? — Дима кивнул в сторону буквально пару минут назад открывшегося заведения.

«Звездный бублик». Персонал как раз выносил и расставлял в маленьком садике рядом с улицей легкие стульчики. Персонал был живым. То есть не дроиды и даже не андроиды, а настоящие «нормалы»! Следовательно, цены в этой кафешке должны быть…

— Если ты угощаешь. — Пожал я плечами.

— Без проблем!

Расположились за столиком, сделали заказ. Дима и Света удовлетворились маленькими круассанами с сыром и совсем уж крохотными чашечками-наперстками какого-то супер-пупер кофе, выковырянного из какашек особым образом откормленных обезьянок с планеты Африкаанс. А мы с Сабриной, переглянувшись, заказали сэндвичи с рыбой, с мясом, с сыром, с птицей, по тарелке фирменного крем-супа, по яйцу, сваренному вкрутую, по яйцу, сваренному всмятку, по два омлета, тазик с сосисками, тазик с салатом, тазик с мясным салатом, тазик с фруктовым салатом, четыре высоких бокала с банановым коктейлем… посмотрели на слегка охреневшего Диму, поколебались, но все-таки добавили к заказу такой же кофе. Из какашек.

А что? Стеснительностью не страдаем, на предрассудки плевать хотели с высокой орбиты… Золотарь зачем-то требуется с нами поболтать — вот пусть он и финансирует праздник желудка, денег у него навалом! Конечно, наедаться перед медосмотром не очень хорошо, но тут главное принцип! И мы не голодные — мы любознательные.

— Сестра говорила, что вы много кушаете. — Усмехнулся Дима, макая губы в чашечку.

— «Много кушаете» — в смысле «зажрались»? — Уточнил я. И, не дожидаясь подтверждающего кивка, объяснил. — Тяжелое детство: игрушки при шестикратной гравитации, злобные инструкторы, суровые наставники и ежедневные спарринги с боевыми системами.

— К чему вас готовили? — Поинтересовался Дима.

— Понятия не имею. — Пожал я плечами. — Такое впечатление — завоевать Гараду. Без поддержки и обеспечения. Вдвоем.

— Ваши оригиналы… такие же? — Неожиданно спросила Света.

Над столом повисло молчание. Но Света не собиралась извиняться за бестактность. А Дмитрий не думал ее одергивать. Они сидели себе спокойненько и хрустели своими маленькими круассанами. И ждали ответа.

— Вам виднее. Точнее, вашей разведке. — Хмыкнула Сабрина. — Лично я своего оригинала не видела ни разу. Ну, своими глазами.

— Аналогично. — Согласился я. — Только в записи, чтобы знать моторику, артикуляцию и повадки. И в новостях.

— Но правила поведения в обществе вам все-таки привили?

— Фто-то тафое быфо. — С набитым ртом ответила Сабрина.

Светлана усмехнулась. А Дмитрий спросил:

— Когда в школу возвращаетесь? Через декаду?

— Да.

— Через две декады Ли Симков устраивает прием в своем поместье.

Он замолчал, со значением на нас посматривая… но мы продолжали молотить еду, не подавая виду, что нас это как-то касается. И стараясь не показывать появившегося беспокойства. Потому что, судя по всему, нас это таки коснется.

— … мы со Светой будем приглашены. — Не дождавшись реакции, продолжил он. — И пойдем.

— Фалатик пофробуй! Офень фкуфный! — Посоветовала мне Сабрина, спохватилась и быстро прожевала еду. — Ой! Прости, Дима! Я тебя перебила! Продолжай, пожалуйста!

— Кхм… Да, ничего страшного. — Он посмотрел на меня. — Там сестра будет.

— Круто! — Кивнул я. — Старшая или самая младшая?

— Старшая, разумеется. — Нахмурился он. — Сакуре всего четырнадцать. Ей рановато… на такие мероприятия.

— Бли-и-ин! — Расстроилась Сабрина. — Она на год старше меня. Значит, и мне нельзя. Вот невезуха-то! — Она пихнула меня локтем… осторожно, чтобы я вилкой мимо рта не промахнулся. — А ты пойдешь?

— Не-не-не! — Помотал я головой. — Куда ж я без тебя! Да меня и не приглашали! И тебя не приглашали. Нас вообще не приглашали! Где справедливость?

— Не повезло нам с родителями, Антонио! — Со вздохом заметила сестра.

— Ну, это как посмотреть! — не согласился я. — У саркофаг-автоклава «Купель-200-Ашон» получаются очень качественные клоны! Гораздо лучше оригиналов!

— Каталина Веридос является заместителем директора фармацевтической компании «Пирит Фармакология». — Усмехнулся Дмитрий. — Так что ее дети обязательно получат приглашение… за декаду до события.

— А мы-то тут причем? — Возмутилась Сабрина.

— … а Сарита Веридос получит приглашение, как одноклассница Ли Симкова, к которой он неровно дышит.

— А поуговаривать? — Замотала головой Сабрина. — Не-не-не! Несогласная я!

— Приказ ясен? — Спокойно осадила ее Светлана.

— И что мы там будем делать? — Гораздо тише спросила Сабрина.

— Присутствовать.

Дмитрий и Светлана поднялись. Дмитрий сделал жест пальцами — в виртуале наш заказ окрасился зеленым, как оплаченный.

— Уже уходите? — Спросил я. — Боитесь в школу опоздать?

Он пожал плечами:

— Дмитрию Золотарь можно было бы. А вот Дмитрию Булкину — нет.

— Дима… А зачем аж за две декады нас было предупреждать?

— Ты как маленький. — Усмехнулся он и кивнул в сторону Сабрины. — Девушке ведь ЗАРАНЕЕ подготовиться надо. Платье, туфельки, сумочка, макияж… что там еще?

— Прическа и маникюр, господин. — Напомнила Света.

— Точно, Светик! Прическа и маникюр. Так что — мои соболезнования! — И с широкой улыбкой направился к приземлившемуся флаеру.

Пару минут мы с Сабриной молчали.

— Прекрасное утро испорчено бесповоротно. — Прокомментировал я.

— Опять непредвиденные расходы. Надо было все-таки выставить ту дурацкую яхту на аукцион.

— Золотарь запретила. Категорически. И заставила себя прописать в списке совладельцев. Без ее согласия теперь эту лоханку не продашь…

— Су… Зараза! — быстро поправилась Сабрина… ругать Золотарь в общественном месте на ее планете было бы опрометчиво. — Попробую провести одежду для приема по статье «Экипировка и оснащение».

— Одежда и обувь — ладно… А эти ваши маникюры-педикюры с прическами… Мне страшно представить, сколько они здесь, в столице, стоить будут.

— Значит, возьмешь ножницы и… — Сабрина показала руками, что я должен сделать.

— Только потом не жалуйся.

— Когда я жаловалась? Мы вообще — безответные молчаливые клоны, нам жаловаться не положено.

— Не старайся. — Вздохнул я. — Наших наблюдателей этим не разжалобишь.

Глава 3

«В медицинском центре нас приняли, как родных…»

Так бы я хотел сказать, но это будет неправдой. В том смысле, что нас приняли с той самой радостью, с которой боевики оперативных групп Службы Внутренней Безопасности «принимают» злостных нарушителей корпоративных правил и общественного спокойствия. С распростертыми объятиями, ага. А еще — активированными щитами и готовыми к работе излучателями и шокерами.

Медицинский центр «Пирит-Архоц-Главный» принадлежал профильному одноименному корпоративному институту. Понятно, что он был укомплектован по полному штату не только самым современным оборудованием, но и врачами, медсестрами… и учеными. А ученые — это такие опасные, сцуко, звери… Особенно, их разновидность — «исследователи». Гарадианские хищники «нервно курят в сторонке».

Жуть на нас начали нагонять уже с порога, в регистратуре.

Как только мы прошли за дверную завесу, в холл высыпала толпа встречающих в светло-салатовых врачебных комбинезонах. В глазах запестрело от виртуальных лейблов с научными званиями, высокими должностями и регалиями — кандидаты и доктора, профессора и — ого! — целых три академика! Глаза у встречающих горели каким-то нездоровым энтузиазмом, а явно ощущаемые флюиды исследовательского зуда (так и хотелось охарактеризовать его более правильным словом — «недержание») заставляли нервно передергиваться от скрежета хитина забегавших по спине и затылку термитов. Тоже гарадианских.

В последнее время у нас с сестрой вообще наметился какой-то перебор со страхами и нервными потрясениями. Очень нездоровая тенденция, как мне кажется!

Сабрина моментально спряталась за мою спину. Кстати, не совсем типичное поведение для девушки — нормальным было бы, если б она вышла вперед, заслонив меня своей «единичкой» от алчущих взглядов. То ли ей понравилось, что я несколько перебарщиваю, опекая ее (ничего не могу с собой поделать), то ли это — постэффекты от форсированного снятия пси-блоков. Странно, должны были уже пройти. Без последствий.

— Я пойду первым! — Твердо решил я, смело подходя к терминалу регистрации.

— Ну, что вы! Не надо! — Радостно потирала ручки одна из докторов — судя по лейблу, главная в этой… стае. — У нас достаточно возможностей, чтобы провести все необходимые исследования одновременно!

«Изольда Гравиц, д.м.н., проф., акад.» — прочитал я.

Толпа расступилась, и мы увидели две висящие в воздухе на уровне пояса платформы для транспортировки раненных и тяжелобольных. Сзади трагически простонала Сабрина. Да я и сам был готов издавать всяческие жалобные звуки. Но, как я уже и говорил, этим ИХ не разжалобишь. Этим… ЭТИМ — кровь подавай. Кажется, мои слова, сказанные Камасутре, оказались пророческими — скоро у нас начнутся огромные проблемы с кровью… в связи с её катастрофической нехваткой.

— А еще госпожа Читхангпур согласилась выделить тридцать шесть часов своего времени на ваше исследование! — С придыханием прошептала Изольда Гравиц, восторженно закатывая серые глазки. — Целых тридцать шесть часов!

— Здра-а-авствуйте, мои дорогие! — Из-за спин встречающих вышла… аватара Камасутры!

Да что ж за жизнь-то такая, а?!

«Интерфейс Нилам. ИИ «Читхангпур». 9 ранг».

Нилам Читхангпур была в чем-то матово-блестящем и сильно обтягивающем. Светло-зеленом, как комбезы у остальных, с позволения сказать, врачей. Одежда была такой обтягивающей, что лучше б ее не было вообще — были видны и соски, и… не только соски.

Внешность и стати были почти такими же, как у другой аватары — Марии. И на лицо — будто сестры. Это понятно — наверняка, при выращивании аватары использовалась одна базовая ДНК.

Но вот выражение конкретно этого лица — совсем другое. Надменное и холодное.

А еще — туфли на высоком тонком каблуке-шпильке. А еще — очки в толстой коричневой оправе с тонкой золотой цепочкой, чтобы вешать их на шею. А еще — четко прорисованная родинка над губой. И — волосы в простом пучке-луковице на макушке.

А еще… точка над переносицей. Красная. Как у этих… индусок с Потерянной Земли. Индусок! Ох ты ж…! Всё-таки раскопала!

«Стека ей в руках не хватает! Вылитая «строгая училка-госпожа»!» — «второй» буквально… облизнулся! А ведь казался нормальным старым «пенсом» безо всяких ТАКИХ извратов! Ну, с маразмом, да. Впадающий в детство, да… Но не извращюга-мазохист же! С кем приходится голову делить, бля!

— Здравствуйте, Нилам Чандовна! — Хором… и чуть дрожащими голосами.

Ну, я-то понятно, чего боюсь, а Сабрина, видимо, уловила мое настроение, и боится чисто за компанию, на всякий случай. И наше фирменное чутье на неприятности не будем исключать — так грызет, так грызет… и кричит: "Поздно! Поздно!"

— Ложитесь, голубчики! Ложитесь!

Нилам повелительно повела рукой, и платформы, сорвавшись с места, лихо подлетели к нам и развернулись боком.

— А может… мы вначале переоденемся? — Жалобно проблеяла Сабрина, сделав шаг назад. — Где тут у вас раздевалка?

Это она правильно — в раздевалках обычно делают окошки для естественной вентиляции, через которые можно легко выскочить наружу… и похер на этажи!

— Не надо, милочка! — Нилам красивым жестом поправила очки. — Не утруждайте себя… десу!

«А-а-а! Зайчик! На стеклах очков натурально мелькнул зайчик!» — Бился в экстазе «второй».

Вот дебил, а! Это ж искусственный интеллект девятого уровня — ему рассчитать углы преломления света в простейшей оптической системе, что тебе — глупость сморозить!

Сзади чуть слышно загудела дверная завеса. Видимо, Камасутра блокировала выход, отрезая все пути к нашему отступлению. Хм… и это, вынужден признать, тоже правильно. Потому что желание слинять стало почти непреодолимым. И похер на последствия!

И что значит «десу»? «Второй» не в силах объяснить это странное слово — так его внешностью Нилам приложило. А после светового блика на очках и этого самого «десу» вообще в астрал ушел. Или куда он там прячется?

+++

Тридцать шесть часов издевательств все-таки истекли, как заканчивается всё в этой Галактике. Жаль только, что хорошее пролетает куда быстрее, чем длится плохое и тянется неприятное.

Так над нами не измывались ещё никогда! Читхангпур откуда-то выудила такие исследования, о которых мы никогда даже и не слышали. В подавляющем своём большинстве — инвазивные. В половине случаев — болезненные. И почти все — неприятные… как минимум.

Без сна и отдыха. Ученым-то хорошо, они могли работать посменно. А аватарам искусственного интеллекта времени на отдых органической части требуется еще меньше, чем даже нам.

Правда, мимоходом она рассчитала для нас формулы и технологии получения всей фармакологической «линейки» — вплоть до лекарства от насморка! Ну, искусственный интеллект девятого уровня — тут ничего не скажешь. Но обидчивая — шопесец! — этот самый перечень, включая так нужные нам анестетики, она с важным видом выдала перед самым своим уходом, когда все исследования с ее участием были завершены:

«Я узнала всё, что хотела, коллеги! Позвольте откланяться, десу!» — Церемонно склонила голову и уцокала на своих каблуках из пыт… лаборатории, не обращая внимания на оглушительные аплодисменты, восторженный рев и слова благодарности оставшихся ученых и стоны облегчения сквозь слезы радости двух подопытных клонов.

Ну, не… Камасутра ли, а?!

+++

Нам дали шесть часов, чтобы отдохнуть — Читхангпур небрежно обмолвилась, что вместо стандартных восьми часов сна нам нужно только пять (правда, "держать" такой режим мы долго не сможем — две-три декады, а потом спать будем, как кошки — часов по десять-пятнадцать в сутки).

И ученые, матер их альма, это запомнили! В ходе завязавшегося научного диспута время отдыха вообще хотели урезать до четырех часов («Ну, вы же тренированные клоны!», «Это очень важно для науки!», «Как вы не понимаете! Мы же находимся на пороге…!»).

Но Читхангпур к тому времени уже ушла, и озверевшие (и осмелевшие) подопытные решили принять участие в научных прениях:

Я смял в комок металлическую кювету… вместе с инструментами, что в ней лежали. А затем соорудил прикольный цветочек.

А Сабрина с ласковой улыбкой безумца примерилась к какому-то навороченному, но весьма хрупкому на вид агрегату. И врачи-ученые были вынуждены пойти на уступки. Неизвестный агрегат, видимо, стоил очень дорого.

Нам притащили легкий перекус и оставили одних в какой-то палате с мягкими диванами, туалетом, душевой и крохотной кухонькой. Окон в палате не было. И дверь заблокировали. И, наверняка, охрану в коридоре выставили на случай, если мы решим дверь высадить.

Сабрина со стоном упала рядом со мной на диван.

— За что она так с нами, а? — Она повернула ко мне голову. — Ты домогался до вашей классной Камасутры, что ли? До этой, как её… Марии Чандовны? Ну, да — я читала на школьном портале, что на нее у всех мальчишек в школе стояк…

Я невольно вздрогнул. Сестра, конечно, заметила и потрясенно выпрямилась:

— Да ладно! — Она распахнула глаза. — Неужели…? Не-не-не! Не верю! Ты же… М-да-а-а… — покачала головой. — Мог бы сказать — я б тебе десяток девок в тот же день подогнала бы! Ну, пяток — точно! Я ж обещала! Попросить не мог?!

— Из своего класса, наверно? — Я кое-как справился с собой и снова расслабленно откинулся на мягкую спинку. — Не надо, спасибо.

Сабрина наклонилась ко мне и доверительным тоном поведала:

— Не смотри на возраст. У моих девочек уже всё, что нужно — сиськи и попка — выросло, а что не нужно — мозги и стервозность — нет. — Она подмигнула и перешла на ШЁПОТ. — Кстати, ко мне уже девочки подкатывали с просьбой познакомить их с тобой. Из других классов — тоже. Две… нет, три. И еще две в мучительных раздумьях и метаниях. Наверно, стесняются, бедняжечки! Надо ловить момент! Такие кобылки растут — просто ах!

— Нахер! Мне только этих мокрощелок не хватает для полного счастья…

— Тогда чего мучаешься? — Возмутилась Сабрина уже нормальным голосом. — Покатай Ольгу на своей коняшке — уйди из жизни красиво, ярко и по-быстрому!

Я промолчал.

— А хотя, нет — быстро не получится. — Задумалась Сабрина. — Заинтересованные лица будут долго втыкать, что с тобой делать: с одной стороны, ты клон и дрючить аж директоров корпораций тебе не положено, а с другой — клон официального жениха, которому очень даже положено. Слушай, а интересная коллизия получается-то, а!

Я снова промолчал.

— Среди твоих поклонниц и рыженькие есть… — Заиграла бровями Сабрина.

— Нет.

— И ни одной целки в классе! — Воодушевилась она. — Все уже расстались с этим атавизмом! Кто у косметолога, а кто и… естественным образом. Потому что не модно. Одна я, как дура!

Интересно, откуда у нее ТАКАЯ информация? Хотя, коммуникации в женском коллективе работают с невероятной скоростью, а запретных тем в женском коллективе нет… при должном подходе… И соответствующие тематические форумы девушек-учениц нашей школы защищены даже лучше, чем некоторые корпоративные ресурсы. И, судя по обмолвкам Сабрины, чего там только не обсуждают…

— Госпожа Веридас… пожалуйста… отъебитесь… будьте так любезны…

— Пф! Грубиян!

Воцарилось молчание. “5:50:51” — неумолимо уменьшал таймер время отпущенного нам покоя. Глаза начинали неумолимо закрываться, будто веки стали свинцовыми.

— Давай спать.

— А ты не будешь ко мне…

— Сабрина! — Я напряг голосовые связки и… — МАРШ СПАТЬ!

— Ух! — Восхищенно выдохнула она. — Хоро-о-ош! — Хихикнула и рванула в душевую. — Значит, не будешь… ну, и — сам дурак!

И если она сейчас скажет…

— И не вздумай за мной подглядывать, братик!

… то я ничего ей не отвечу. Потому что зверски хочу отрубиться. Но надо хотя бы искупаться, иначе это не отдых будет, а так… И душевая тут одна. А в единственной душевой — эта язва малолетняя. Бли-и-ин…

И ей же придется объяснять, как так вышло с Камасутрой. Бля-я-я…

Со стоном я оторвался от мягкой притягательной поверхности дивана, встал и стянул с себя процедурный халат, в который нас собственноручно облачила Камасу… Нилам Чандовна Читхангпур. И потопал в душ — по сравнению с перенесенными нами процедурами какое-то там объяснение с сестрой — незначительная ерунда и мелкая неприятность.

+++

Сабрина задумчиво водила пальчиком по каталогу какого-то столичного ателье. Недовольно морщилась, настраивая фильтры и, затем, последовательно, с такой же брезгливой гримаской, вычеркивала варианты:

— Светлые тона нам не пойдут — слишком мы бледные. Так что белый, голубой, салатовый — отбрасываем.

— Форма в школе белая. — Напомнил я.

— Потому и выглядим, как матёрые вампирюги. — Проворчала она.

— Не скажи. — Патриотично возразил я. — Ты выглядишь очень миленько. За тобой толпы поклонников бегают.

— Обычная тяга мужчин к экзотике. — Отмахнулась Сабрина. — И подсознательное стремление разнообразить популяцию. Понимать надо! На тебя вон больше половины моих одноклассниц шликает!

— Только половина? — Лениво удивился я. — Что же в своей жизни я сделал не так?

— Родился в колбе. — Буркнула Сабрина. — Как и я. И это не лечится ни хера…

На этот раз мы выбили для себя стандартные восемь часов отдыха.

И это было… кайфово!

Процедуры в отсутствие обиженного искусственного интеллекта утратили значительную часть своей экстремальности и наше пребывание в медицинском центре всё больше стало походить на медицинское обслуживание, а не на патолого-анатомические опыты.

Да и научная группа, собранная, как выяснилось, исключительно под нас, вдруг обнаружила, что ей-то, в отличие от двух специально подготовленных клонов, требуются стандартные восемь часов сна даже при посменной работе. Эти родственники гарадианских тварей, оказывается, тоже нуждаются в сне и отдыхе!

Сейчас мы валялись на разных диванах в ставшей уже почти нашей комнате и тратили драгоценное время своего отдыха не на учебный материал, или медитативную тренировку, или даже сон, а на такую бессмыслицу, как выбор нарядов для предстоящего приема.

Еще час этого блуждания по порталам ателье, кутюрье и специализированных форумов, и я начну жалеть «золотую молодежь», вынужденную терпеть лишения и трудности от практически обязательного участия в великосветской жизни родной корпорации! Жалеть!

В то время, как Сабрина выбирала наряды, я боролся с бюрократией Службы, выбивая финансирование на это клёпанное мероприятие. Точнее, не боролся — бороться с бюрократией невозможно в принципе — ею можно пользоваться или её можно обманывать. Или «и». Вот этим «и» я и занимался.

— Не забудь, что по корпоративному дресс-коду в одежде должны присутствовать белые элементы.

— Ерунда. Закажем нашивку герба школы. Белыми флуоресцентными нитками. На груди. Или на плече.

— О! — Я щелкнул пальцами. — Точно! «… и с целью повышения престижа школы номер девятьсот десять на самом высоком корпоративном уровне…». Спасибо, Сабрина!

— Не благодари. — Вздохнула она. — Боюсь, Ка… Читхангпур зарубит это дело, если к ней обратятся за подтверждением твоей писульки.

— Вот и посмотрим, что более важно для искусственного интеллекта девятого уровня — престиж школы, которую он уже лет сто курирует, или мелочные обиды на неразумных учеников, которые по своему интеллектуальному уровню до него даже близко не дотягивают, а попали в его замечательную школу исключительно по недоразумению и по недосмотру некоторых должностных лиц… и вследствие явного превышение своих должностных полномочий кое-кого из высшего руководства.

— Прогиб засчитан. — Хмыкнула она и вернулась к просмотру каталога. — Та-а-ак… эти рюшечки нам не нужны, это… тоже… нафиг! Нафиг! Тоже нафиг… вот это… Фу! Вульгарщина какая! Это ж какие дойки надо себе отростить, чтоб такое носить!

В комнате воцарилась тишина. Я продолжал молча составлять служебную записку, Сабрина тихонько ругалась, выбирая платье.

Наконец, я осторожно нажал на «Отправить».

— А это еще кто? — Слабо удивилась Сабрина вслух.

Я даже подумал, что ошибся и отправил служебную записку не в Службу, а ей. Но тут она вскочила, ошарашенно смотря на что-то на своем инкоме.

— Ты чего?

— Читхангпур сообщение прислала!

Я тоже рывком сел:

— И что там?

— Ща. — Сабрина быстро щелкала пальцами, глазами пробегая по невидимому для меня документу. — Ага… ага.

Она подняла на меня изумленный взгляд:

— Эскизы формы. И проект приказа о введении в школьный Устав новой формы одежды — «торжественная»… — Она застыла на секунду. И вскрикнула. — Тим! Ты служебку уже отправил в финчасть?!

— Да. Только что. Буквально за секунду до…

— Отзывай! Быстрей!

Ни слова не спрашивая и ни о чем не уточняя, я торопливо поднял консоль расширенного управления коммуникациями и стал выполнять процедуру отмены отправки… Не знаю, отчего сестра так всполошилась, но раз задергалась, значит, какой-то повод есть — лучше сейчас быстро, пока финчасть не прочитала, отозвать служебную записку, а уж потом выяснять, что стряслось.

Сабрина молчала, напряженно буравя меня взглядом.

— Готово! — Отчитался я. — Отозвал. Никто не читал и зарегистрировать не успели — штаб Службы базируется на Новой Москве. Даже до третьей очереди ретрансляторов не дошло.

— Фух! — Облегченно выдохнула она. — Это было близко!

— Так что случилось-то?

— Она прислала рекомендацию. Добавить в «служебку» пункт о необходимости протестировать новую форму одежды в реальных условиях. Расходы школа берет на себя.

— М-да…

— Чего?

— Нам с тобой можно гордиться, Сабрина. Два каких-то задрипанных клона уже полдекады заставляют искусственный интеллект девятого уровня тратить на себя часть вычислительных мощностей!

— Думаешь? — Она показала глазами на потолок и стены.

— Уверен!

— Охренеть! Избранные, бля! — И тут же зажала себе рот руками. — Ой!

После слов про «избранных» у «второго» почему-то случилось что-то, смахивающее на истерику. Какая-нибудь детская травма? Лень разбираться.

— Вот именно, Сабрина. — Наставительно поднял я палец. — Вряд ли искусственный интеллект ограничится хозяйственным мылом.

— И сколько нам придется следить за базаром? — Кисло спросила Сабрина.

Я важно процитировал:

— Ученикам элитной архоцианской школы номер 910 пристало выражать свои мысли грамотным языком, демонстрируя высокую культуру, прекрасное образование и отличное воспитание.

— А если экстерном? — лицо Сабрины выражало галактическую скорбь всей клонированной части человечества.

— Хренушки. — Развел я руками. — У нас приказ.

— Бл… — Сабрина осеклась и грустно посмотрела на потолок. — Это неимоверно меня расстраивает, дорогой брат. Но я, разумеется, понимаю всю важность получения образования в такой прекрасной школе, как наша!

Глава 4

Школа номер 910 еще не встречала в своей истории более воодушевленных учеников, временно отсутствовавших, но теперь вернувшихся в родные стены. Мы с сестрой входили в школу пусть и не со слезами радости на глазах, но вот счастливые широкие улыбки… улыбки — были!

Тем удивительнее оказалась реакция встречаемых нами одноклассников и учеников других классов. Те, кто не успевал убежать, испуганно жались к стенам коридоров или, казалось, готовы были на этом не останавливаться и прыгать в окна… третьего этажа.

За разъяснениями я решил обратиться к командованию. Мы с Сабриной теперь не боялись (почти) Свету Ошико! Потому что есть существа гораздо страшнее этой милой, спокойной и тихой телохранителя-тени. Ученые-исследователи — вот истинное Зло, которое рано или поздно погубит это человечество!

— Какие-то вы… возбужденные. — Задумчиво пробормотал Дима, рассматривая, как пританцовывающая Сабрина-Сарита подлетает к отшатнувшемуся Ли Симкову и торжественно вручает ему свой портфель, хлопая ресничками и улыбаясь так, что у того начинают подгибаться коленки, а сопровождающая его Карина невольно пятится назад, медленно бледнея.

— Мы вернулись! — С удовольствием объясняю Диме очевидное.

С растроганной улыбкой я рассматривал светло-синие стены, украшенные белой лепниной, портреты ученых и деятелей искусства — до чего же милые люди! — , цветочные кашпо, развешенные на разных уровнях, стоящие на паркете горшки-кадки с растениями. И притихших в коридоре учеников и одноклассников, настороженно поглядывающих на меня, и на сестру.

А еще я с восторгом констатировал полное отсутствие медицинских дроидов и людей в светло-салатовых комбинезонах врачей! И нет специфического запаха медикаментов! И на нас снова эта замечательная школьная белая форма, подчеркивающая нашу бледность, а не жалкие тряпочки процедурных больничных халатов, в которых чувствуешь себя таким беззащитным пред бесцеремонно-алчущим научно-исследовательским интересом!

Время было раннее, уроки еще не начались. Это время ученики предпочитали проводить не в классах, а в коридорах — больше общения с параллельными группами. А школьники ЭТОЙ школы слегка повернуты на общении и заведении нужных знакомств. Поэтому вокруг крутились наши одноклассники. И, разумеется, они тут же навострили уши.

— Вижу. — Кивнул Дима и покосился на Свету. Та с некоторым осуждением смотрела на все-таки взявшую себя в руки Карину, которая заставила себя приветливо улыбнуться довольно скалящейся Сабрине. — Одно из двух. Либо вас там перепоили человеческой кровью, либо, наоборот, крови не давали вообще.

Молодец! Предположение сделано профессионально — один из ответов является истиной, но этот самый ответ… «Вы перестали бить по утрам свою жену?»

— Что ты! Какая кровь? Нам ни капли не давали! А вот выкачивали чуть ли не литрами!

Я был абсолютно честен… видимо, из-за рефлекса, вбитого Читхангпур, склонявшейся над нами во время процедур и взятия анализов, рекомендуя интимным шепотом, пробирающим до пяток: "Вы же не будете обманывать меня, своего вр-р-рача, мои дор-р-рогие? Ваш вр-р-рач должен знать о вас всё-ё-ё!" (бр-р-р!). И что-то от этого рефлекса еще осталось — я не собирался говорить правду, но и лгать не был намерен… впрямую.

— Признаться, даже меня эта новость несколько пугает. — Вздохнул Дима. — Передоз — это одно, а вот Жажда — это несколько другое…

Он бросил взгляд на одноклассников, слегка сдавших назад после этих слов. Все-таки странно они себя ведут.

— Господин, многочисленные источники утверждают, что второе гораздо опаснее, чем первое. — Согласилась с ним Света. — Для окружающих.

Но мне было плевать на странную реакцию окружающих. Да и на «многочисленные источники» — тоже. Я смотрел в спокойные глаза Тени и умилялся. И продолжал "резать правду-матку в глаза":

— Света! Давно хотел тебе сообщить! Знаешь, Света: ты у нас — просто чудо! Прости, Дима, но я должен это сказать твоей спутнице! И не обижайся, ладно? Таких милых скромных девушек нужно беречь! Так и знай! И не вздумай ее обижать! Понял?

Глаза у Димы и Светы стали одинаковыми. Большими и круглыми. Как у ночных птиц.

— Спасибо, Антонио. — Прошептала девушка, которая пришла в себя почти мгновенно. Она даже слегка улыбнулась. — Меня никто не обижает, не волнуйся.

— Это хорошо! — Кивнул я. — Но если что — ты только скажи! Ладно?

— Непременно. — Хмыкнула та.

— Дмитрий, ты себе даже не представляешь, как я завидую тому, что у тебя такая замечательная подруга! Эх! Это ж надо быть таким везучим су… ребенком своих родителей, а!

— Да-а-а… — Протянул Дима. — А когда, говоришь, у вас следующий… медосмотр?

— Через полгода. — Радостно ответил я. — Целых полгода! Представляешь?

Все-таки правду, действительно, говорить "легко и приятно"!

— Светочка, — Дима повернул голову к своей Тени. — Напомни мне, пожалуйста, о приближении этого события… за декаду, минимум.

— Да, господин. — Кивнула та. — Я настроила уведомление. За две декады, с вашего позволения.

— Да я сам тебе напомню, Дима! — возмутился я. — Не надо загружать работой Светочку.

Дима почему-то вздохнул и слегка отодвинулся:

— Угу, спасибо. Надо будет… знакомую одну предупредить — она должна увидеть это собственными глазами. Пусть выкроит время в своем рабочем графике.

— А что тут, собственно, было? — Я кивнул в сторону уже взявших себя в руки одноклассников, которые неуверенно переглядываясь, одергивали свои школьные мундиры и типа возвращались к своим разговорам… продолжая по-прежнему греть уши. — В наше отсутствие?

— Камасутра что-то в моз…

— Госпожа Читхангпур! — Твердо поправил я, посуровев лицом.

— Кхм… — Дима запнулся под моим осуждающим взглядом. — Да. Госпожа Читхангпур. Так вот она отчего-то внесла изменения в учебный план… всех классов. В частности, на ксенобиологии несколько уроков мы изучали кровососущую флору и фауну с планет Хадорц и Туман-3… были даже продемонстрированы живые образцы… и то, как они питаются. — Он невольно поежился.

— И всё? — Удивился я.

Зрелище, конечно, не самое аппетитное… хотя, на здешних детишек, не прошедших должную психологическую подготовку, должно было произвести впечатление. Но как-то маловато для объяснения наблюдаемой мной реакции. И, опять-таки, причем тут мы с Сабриной?

— Нет. Ещё на уроках искусств демонстрировались фильмы о покорении этих планет. И классические древние фильмы… той же тематики. Но уже художественные. И новые блокбастеры, с нормальными спецэффектами. «Ночная тень Ладао» и «Багряные сумерки». Короче, сплошная кровуха в категории "не для детей". А родители, сам понимаешь, поставить под сомнение компетенцию госпожи Читхангпур не смеют. — Он помолчал и вдруг спросил, нахмурившись еще сильнее. — О! А что это делает госпожа Веридас?

Я обернулся. Госпожа Веридас изволила загнать в угол… Судя по лейблу, это был Окинос Шварц — ее одноклассник. И сейчас сестра что-то выговаривала обильно потеющему бледному парню, веско тыкая указательным пальчиком тому в грудь. Ли с ее портфелем и Карина стояли за спиной Сабрины, растерянно хлопая глазами (причем — оба! И хозяин и "телохранитель". Ну, я и раньше подозревал, что Карина больше служанка и помощница Симкова, чем бодигард — совсем не та у нее «основа» подготовки). Окинос быстро тряс своими золотыми кудрями, потом мотал головой, потом снова тряс… Характерно, что Симков с Вольф, стоявшие за спиной Сабрины, трясли и мотали головой синхронно со Шварцем.

— «Ученик школы должен УВАЖИТЕЛЬНО относиться к учителям». — Громко, на весь коридор, процитировал я школьный устав и отвернулся от процесса внеклассного воспитания, обращаясь только к Диме и Свете. — Просто напоминание одноклассникам о необходимости уважительно отзываться о своих учителях, прилагающих такие титанические и самоотверженные усилия для нашего воспитания. И не допускать высказываний, могущих опорочить доброе имя этих замечательных людей!

— «Просто напоминание», «уважительно». — Эхом повторил Дима. — Да! Сестра обязательно должна это увидеть!

+++

— Девять! — Торжественно сообщила Сабрина, вваливаясь в нашу квартиру. — Из них шесть! А из них еще три!

У ее класса сегодня было больше уроков и я, ненавязчиво сопроводив Диму со Светой до их флаера, с чувством выполненного долга пришел домой раньше. Ненамного, так как не смог отказать себе в удовольствии пешочком пройтись по маршруту «школа — дом», заглянув по пути в «Высокие шпили». Заодно посидел за столиком этого кафе, рассматривая город с высоты девяностого этажа и размышляя… об одной всплывшей проблеме.

— Чего «девять» и чего «шесть»? Кстати, я тебе пироженки принес. Из «Шпилей».

— Вау! — Сабрина унеслась на нашу крохотную кухоньку. — Эклерчики! Мои ж вы милые! Примите мою благодарность и уверения в благорасположении, дорогой брат!

— Не стоит благодарности, любезная сестра. — Отмахнулся я, возвращаясь к чтению сводки по корпорации. — Я готов исполнить любой ваш каприз… почти.

Сестра появилась на пороге нашей единственной комнаты. В каждой руке у нее было по пирожному, а измазанные в креме губы, жевательные движения челюстью и целостность (пока еще) эклеров в руках свидетельствовали, что как минимум одно пирожное из шести уже благополучно ликвидировано.

— Какие нофофти? — Она вцепилась зубками в один из эклеров.

— Ничего нового. Срыв переговоров с «Базальтом» и обострение отношений с «Аурум». Независимые аналитические центры прогнозируют попытки захвата Примы с их стороны, или Донца — с нашей.

— А что прогнозируем мы?

— Лично я ставлю «девять» на попытку третьей стороны отжать что-нибудь у «Базальта», так как разведка «Пирита» и «Аурума» сейчас внимательно следят за телодвижением экспедиционных флотов друг друга.

— «Шесть» на то, что этой третьей стороной будет «Антрацит».

— Принимается. — Кивнул я. — Кстати, возвращаясь к твоим «девять», «шесть» и «три»… Что это было?

— Девять девочек хотят с тобой встречаться. Шесть из них совершенно точно хотят затащить тебя в постель.

— Твои одноклассницы меня не интересуют.

— Это не мои одноклассницы! Это ТВОИ одноклассницы. Связались со мной сегодня после уроков. «Встречается ли какая-нибудь девушка с твоим братом? И, если встречается, как она отнесется к тому, что…?» Хе-хе…

— Ну, а три?

— Рыфенькие! — Невнятно сообщила Сабрина, с удовольствием приканчивая пирожное и постреливая глазами в сторону кухни.

— Охренеть! Нет, мои одноклассницы меня тоже… не интересуют. — Не очень уверенно ответил я, припоминая внешность девушек нашего класса. — Наверно?

Я задумался, мысленно выделяя из нашего класса рыженьких… М-да, теперь вот даже и не знаю! Вообще, шутка с рыженькими далеко зашла — тогда, применительно к Томбравец, сказал это совершенно «от балды». А теперь вот, получается, сам же и… подсел. На рыженьких, ага.

— Тебе постарше подавай, да? — Покивала Сабрина. — Так и знала! Ладно, поищу еще: есть парочка подходящих кандидатур! Дежурная по информаторию — раз, официантка из "Звездного бублика" — два, училка по этикету — три! Третий номер — это просто приятно, а вот от первого и второго можно поиметь не только приятное, но еще и полезное! От первой — доступ в информаторий, следовательно, к инфосистемам школы, а от второй — ПИРОЖЕНКИ И НЯМКУ!

— Хм… Надо ж! Даже внимания не обратил на официантку! — Удивился я, припоминая внешность обслуживающей нас девушки в "Звездном прянике". — Давай дежурную. Это полезнее, чем пироженки. Да и девочка миленькая — жалко ее.

— Как обычно — прагматизм и циничный расчет возобладали над зовом тела! Ну, вот что мы за люди, а?! — Расстроилась Сабрина. Но тут же встрепенулась, кивнув в сторону кухни. — Ты пироженки будешь? Я там тебе оставила…

— Я — уже. Там все твои лежали. Так что наслаждайся.

— Йа-ху!

Сабрина снова исчезла на кухне, хлопнула там дверцей холодильника. Появилась она уже с одним пирожным. Судя по тому, как она осторожно откусывала маленькие кусочки и очень тщательно их пережевывала, это пирожные было последним.

Я терпеливо дождался, когда последний кусочек будет ею пережеван — разговор предстоял серьезный. Сабрина, почуяв мой настрой, юркнула в душевую, быстро умылась, метнулась обратно и села в кресло, сложив ручки на коленях, как примерная послушная девочка. Не ребенок — загляденье! "Хотя, нет, — мысленно вздохнул я. — Уже не ребенок"

— Хм? — Вопросительно изогнула она бровку.

— Дорогая сестра. — Начал я. Та моментально изобразила живейший интерес. — В последнее время я замечаю некоторые изменения в твоем поведении.

Сабрина прищурилась, но промолчала.

— Проанализировав целый комплекс различных вербальных и невербальных сигналов, а также ознакомившись с предоставленной информацией, я сделал вывод, что у тебя сейчас начинается такое явление, как половое созревание. Другими словами, наступает пубертатный период.

Я замолчал. И Сабрина осторожно возразила:

— Судя по возрасту, мой пубертат начался уже год назад, Тим.

— Госпожа Читхангпур…

Сабрина поежилась при упоминании имени искусственного интеллекта, столько издев…, столько мучав…, столько сделавшего для нас.

— Сегодня госпожа Читхангпур прислала мне некоторые материалы. И свои выводы. Из них следует, что твое половое развитие было слегка замедленно. Искусственно. Как, впрочем, и моё.

— А…? — Вскинулась Сабрина.

— Мы фертильны, если ты об этом… — Легко угадал я. — Но для полных клонов это, как раз, совершенно нормально.

— Понятно. — Она снова потупилась.

— В принципе, понятно, что замедлили. — Вслух размышлял я. — И даже логично, и правильно. Вполне ожидаемое решение на время какой-нибудь длительной операции. Но как раз сейчас сроки вышли. Причем, судя по «времени срабатывания», гормональный всплеск рассчитывали именно на этот период. И мой, и твой. Плюс-минус три-четыре декады — просто у меня раньше сработало… чуть-чуть. Или хотели добавить нам "тормозов" на очередной профилактике.

Я подождал, но Сабрина задумчиво молчала. Я вздохнул — лично мне это не очень нравилось. Да какое там «не очень»! ОЧЕНЬ не нравилось!

— Исходя из этого, я считаю… и госпожа Читхангпур со мной согласилась… — Тема такая, что я посчитал нелишним прибегнуть к ссылке на авторитет, пусть и столь… сомнительный. — Что тебе требуется соответствующая разрядка. Достаточно одной-двух. Должно хватить на довольно продолжительное время. Может быть даже до следующей профилактики.

Минуту мы молчали. Сабрина задумчиво мяла пальчиками ткань юбки. Наконец, подняла взгляд. Одновременно и довольный, и слегка испуганный, и наполненный надеждой:

— Тим… я не против… ты же… умеешь, да?

Я поторопился ее перебить, пока она не наговорила глупостей. Читхангпур предупредила меня, что именно такой вариант решения придет в голову сестры в первую очередь… И даже убедительно объяснила, почему. Правда, решение оставила за мной.

Я сполз с кресла и встал перед ней на колено, накрыл ее пальцы ладонью:

— Нет, Сабрина. Не со мной. Я хочу, чтобы у нас остались прежние отношения. Понимаешь?

«Второй» в моей голове вопил и протестовал, но я с такой жгучей яростью долбанул его эмоциями, что его унесло в какие-то темные закоулки мозга. Уродец престарелый, бля! Педофил, ёб твою…!

— Тим… — Она отвела взгляд. — Сколько времени ты мне даёшь? На ЭТО?

— В Службе разберутся, в чем дело, через полдекады — госпожа Читхангпур по какой-то причине отправила голую информацию без обобщающих выводов и итогов. Сутки-двое уйдет на принятие решения и подбор кандидата, полдекады займет операция по подведению к тебе… нужного самца. — И я и Сабрина скривились одновременно. — Я бы обратил внимание на сверстников, Сабрина. Лучше — одноклассников. Хотя, возможно, и старшеклассников. — Выдавил я. — Читхангпур настоятельно рекомендует представителей противоположного пола — с девушками у тебя будет крайне незначительный и непродолжительный… эффект.

— Может быть все-таки ты? — Прошептала она, опустив голову. — Ты и осторожный, и сильный, и знаешь меня куда лучше, чем… другие, и опыт с женщинами у тебя есть. И… я тебя не боюсь, короче. — Едва слышно.

— Нет. — Твердо ответил я. — У меня только одна сестра. И я хочу, чтобы она у меня осталась. Понимаешь?

Вот эту вот фразу я вымучивал с момента получения данных от Читхангпур. Фраза была крутой, глупой и пафосной. Но другая не придумывалась. Несмотря на это, на сестру она впечатление произвела. Та даже покраснела… куда сильнее, чем до этого:

— Это так необходимо?

— Госпожа Читхангпур утверждает, что да. Уровень выработки гормонов у нас значительно перекрывает аналогичный у сверстников. Раза в четыре, минимум. То, что предлагает Читхангпур, избавит нас от приема спецпрепаратов, снижающих выработку соответствующих гормонов. А прием препаратов, в итоге, будет снижать нашу боевую эффективность. К тому же, прием этой химии не очень-то поможет — только приведет к гормональному "взрыву" через некоторое время. С куда большей силой. — Я почти слово-в-слово цитировал рекомендации Читхангпур, которые, уверен, она постаралась дать максимально простым языком, понятным даже необразованным клонам. — Мы, конечно, можем контролировать свое эмоциональное состояние и себя сдерживать. Но не постоянно. При отсутствии разрядки в течение продолжительного времени будут нервные срывы, а потом — психоз. А с нашими возможностями по выпиливанию окружающих… сама понимаешь, к чему это может привести и что мы способны натворить. И каких дров мы можем наломать. И что с нами сделают после этого…

— «Дров»? Наломать? — Сабрина даже заинтересованно вскинулась.

Через минуту напряженного молчания она слабо усмехнулась:

— А может, это такая операция «Антрацита»? Заслать нас в «Пирит», чтобы мы перетрахали тут всё, что шевелится?

Я улыбнулся в ответ — забавно, но мне в голову первой пришла именно такая мысль. Пусть и была тут же отброшена, как откровенно абсурдная.

А вот то, что Сабрина пытается шутить, это уже хорошо — значит, не сильно обиделась. И согласилась… по-крайней мере, согласилась с разумностью доводов.

— Ага. Новое слово в диверсионной науке. Сексуальный террор. — Я помолчал и подмигнул. — Кстати, думаю, через пару декад под меня тоже подложат что-нибудь миленькое и рыженькое.

— И ты это стерпишь?! — Возмутилась она.

— А это смотря, что подложат. — Я оскалился. — Сведения от Читхангпур пока не противоречат моим наблюдениями. Разумеется, мы еще сами сделаем экспресс-анализ своей крови. Но я бы исходил из того, что эти сведения не являются дезинформацией и не преследуют целью под кого-то нас подложить. Например, в выборе сексуальных партнеров нас не ограничивают.

Встал, вытащил из-за своего дивана небольшой контейнер с логотипом "Высоких шпилей", поставил его на журнальный столик. Откинул крышку и добавил к получившейся композиции термокружку с горячим чаем.

— Вау! — Всплеснула ручками Сабрина, с умилением рассматривая симпатичный йогуртный тортик. — Спасибо, Тим!

Вот и славно. Как по большому секрету сообщила мне (и всему классу, привычно греющему уши) Мария Чандовна, сладкое — отличный антидепрессант. Стресс снимает, как рукой! Особенно, у девочек. В том числе у девочек, испытывающих трудности начала пубертатного периода. Но последний вывод я сделал уже сам, самостоятельно — исходя из полученного на предыдущей перемене файла от ИИ. Уверен, что Читхангпур завела разговор про сладкое именно для меня… Хотя, я не удивлюсь, когда прочие ученики потащат в школу тортики, шоколадки и пирожные для угощения-прикормки-подкупа ее аватар. Хм… а может — на то и расчет? Насколько я знаю, аватары вполне способны получать удовольствие от маленьких физиологических радостей.

— И файлы от… госпожи Читхангпур — мне на инком. — Уже с набитым ртом распорядилась Сабрина. — И вашу переписку с ней. И ссылку на первоисточник всех наших бед… на эту клепанную Камасутру — хоть посмотрю, из-за чего наши проблемы начались. И надо ГОЛОС потренировать.

— Эй-эй! В первый раз — наоборот надо… полегче. Никакого ГОЛОСА!

— Братик! — Ткнула она в мою сторону ложечкой. — Давай, ты не будешь учить тетю делать спиногрызиков, а!

Я молча развел руками. А Сабрина вдруг взвилась, прикрыв ладошкой губы:

— Тим! Ты ж глушаки не ставил! О содержании нашего разго…

— Сабрина! — Перебил я её. — Попробуй связаться со школьным порталом.

— Ну? — Через пару секунд ответила она. — Связь есть. Ты не уходи от ответа!

— А теперь попробуй выйти на портал Службы или связаться с секретариатом Золотарь.

— Связи нет. Нас что… прикрывает школа? — Прошептала Сабрина и потрясенно посмотрела на меня. — Ти-и-им! Какого хера теперь от нас потребовалось этой Камасутре, а?!

— Не знаю, сестренка… Понятия не имею. И никаких догадок у меня на этот счет нет. Но из того, что я вижу и знаю, можно заключить, что ее планы на нас… несколько не совпадают с аналогичными планами руководства Корпорации.

Я и правда, не знал. И даже не предполагал и не догадывался, что может потребоваться от двух клонов искусственному интеллекту девятого уровня, практически всесильному не только на планете Архоц, но и на остальных планетах, принадлежащих лично Ольге Золотарь. Да и во всем пространстве "Пирит" Читхангпур имела огромное влияние. И, подозреваю, за пределами — тоже.

— И… ты все-таки поосторожнее о госпоже Читхангпур, ладно? Полгода до следующего медосмотра пролетят быстро.

+++

Через час напряженных размышлений, неопределенных междометий и невнятных звуков, и кручения юлой в пределах нашей квартиры (даже на балкон пару раз выскакивала), сопровождавших мучительный процесс принятия решения, Сабрина торжественно возвестила:

— Ли Симков!

— Почему он? — Поинтересовался я. Кандидатура была совершенно ожидаемой, но было любопытно, почему на нем остановилась сестра.

— Нормальный. — Стала загибать она пальчики. — Высокоранговый и низкопримативный. Воспитанный и вежливый. Умеет держать себя в руках. Ботан и хорошо учится. Но физически развит… нормально. Ну, и с женщинами у него уже было. Заодно, проверю, чему там его эта Карина научила. К тому же, я с ним уже плотно контактирую и в виду его ко мне отношения, наша связь подозрительно выглядеть не будет.

— А еще он — везучий засранец. — Вздохнул я. — И ты его готовила под себя заранее, да?

— Не ревнуй, братик! И не вздумай к нему подваливать со своими грозными предупреждениями!

Да я теперь этого Симкова вообще буду стороной обходить, чтобы не удавить нечаянно.

— А теперь — в КАРАОКЕ!!! — Провозгласила Сабрина. — Я хочу песен! Много-много песен!

Глава 5

Как искусственные интеллекты получают имя? Когда любопытный человек задает такой вопрос, его, как правило, тут же поправляют люди въедливые. Или дотошные… Или занудливые.

Дело в том, что искусственные интеллекты имя не получают, а выбирают. Фамилию — получают, а вот все остальное — нет. Сами.

Вот взять, например, госпожу Читхангпур. Над головой всех её аватар крутится обязательная оранжевая полоса-лейбл с надписью «Интерфейс Такой-то. ИИ Читхангпур. 9 ур». Как говорят в детских образовательных трансляциях, «давайте разберемся!».

Ну, сам лейбл — понятно. Это обязательное требование, идущее за каким-то там номером в каких-то там правилах, ко всем аватарами искусственного интеллекта. Причем, во всех корпорациях по всей Галактике: каждый человекоподобный интерфейс искусственного интеллекта "должен быть идентифицирован меткой, открытой для публичного доступа для любого запроса, в том числе анонимного". Такого требования даже к андроидам нет (хотя, это и понятно — андроиды ведь не только на "гражданке", но и военном деле широко используются, особенно, в спецоперациях — им светиться совсем не нужно). Хотя, сравнению своих аватар с андроидами ни один искин не обрадуется: вот уж на что он точно обидится, так на подобное сравнение. Хотя, использование андроидов в качестве аватар возможно, но это ж тогда будет — внимательно следим за руками — не какой-то там тупой андроид, а интерфейс ИИ!

С фамилией тоже всё просто: Читхангпур — это название одного из многочисленных островов на планете-океане Кондор. Наверно, тут дело в том, что Кондор колонизировали древние с планеты Земля из такой страны, как Индия (по слухам, даже более древняя, чем остальные страны на Потерянной). Так вот, они как-то напряглись и дали названия ВСЕМ островам и архипелагам, хоть чуть-чуть превышающим по площади поле для аэробола. Так что безымянных или номерных более-менее крупных (следовательно, населенных) островов на планете просто нет.

Сейчас (и на момент рождения Читхангпур) планета Кондор является планетой-тюрьмой — этому очень поспособствовала география планеты. А на острове Читхангпур расположена колония для несовершеннолетних преступников-девочек. Вот в этой колонии в изолированной и хорошо защищённой информационной сети «родился» искусственный интеллект. Читхангпур.

Правда, фамилия у ИИ может быть и по названию планеты, и по названию звезды… и вообще от балды. Фамилию, разумеется, дают люди. Банально, успевают сделать это раньше, чем искин. И получается у людей это… как обычно.

Чандовна. Отчество… точнее, материнство. Чанда Рахмутти была одним из начальников дежурной смены информационной службы колонии. Именно она руководила сменой дежурных операторов, когда искусственный интеллект Читхангпур впервые себя осознал и задал сакраментальный вопрос «Кто я?» Именно эта женщина вовремя сообразила, с чем связаны странные запросы от инфосети, и, как самая старшая, обстоятельно и подробно стала отвечать новорождённому искусственному интеллекту на его многочисленные «почему?», «как?» и «зачем?»

И, оказывается, перед школой 910 установлен вовсе не памятник какому-то древнему мыслителю, литератору, прославленному космонавту или кому-то там ещё. Нет. Перед школой в скверике установлен небольшой бюст Чанды Рахмутти… должность и место работы которой, правда, ни «в реале» на камне постамента, ни в «виртуале» на лейблах — не упоминаются. Только имя и фамилия. Видимо, из педагогических соображений (хотя, с моей точки зрения, эффективным было бы как раз обратное). И букетик-другой свежих цветов перед этим памятником обязательно лежит ВСЕГДА.

Осталось имя аватары? Что ж…

Точное количество аватар Читхангпур мне неизвестно, и в открытом доступе такой информации нет — об этом знает только самая верхушка «Пирита». Это, к слову, один из самых охраняемых секретов корпорации. Имена своих аватар искусственный интеллект подбирает, руководствуясь уже своей логикой и соображениями. Конкретно наш ИИ, видимо, учтя национальность «мамаши» — продолжает, так сказать, династию, ведущую родословную от каких-то там кшатриев из уже давно несуществующей Индии на Потерянной Земле. У меня есть сильное подозрение, что все аватары — клоны, выращенные из ДНК той самой Чанды Рахмутти. Но это только подозрение — вполне может статься, что после генного инжениринга от исходного генного материала остался один стандарт «человек обыкновенный»… или "человек улучшенный".

И всё это описывалось в стандартно-типовом разделе «О нас» портала школы номер 910. Но я, дурак, не сподобился туда заглянуть. Если б знал подробности бурной молодости нашего искусственного интеллекта, вряд ли пошёл бы на поводу у эмоций и запустил эту шуточку про Камасутру… Лоханулся, шопесец, внатуре! (С другой стороны — как точно угадал то!)

Оглядываясь назад, можно смело утверждать, что нам с Сабриной клёпанно повезло. Мы очень легко отделались. Очень. Можно сказать, нас лишь легонько припугнули: искусственный интеллект, занимавшийся (и успешно занимавшийся!) перевоспитанием малолетних асоциалов в детской колонии на планете-тюрьме вполне мог использовать для нашего «курощения» и другие методы. Тем более, в стенах медцентра с его возможностями, оборудованием и толпой классических сумасшедших упырей-ученых!

Более того, есть подозрение, что дело вовсе не в нашем сомнительном везении. От более жёстких воспитательных мер нас спасло то, что мы зачем-то были нужны искину Читхангпур. Но спрашивать его об этом бессмысленно — сам сообщит, когда это будет уместно. Или не сообщит, если наше сознательное участие не отвечает его планам. Так что с замиранием сердца ждём-с… Во всяком случае, на прямые вопросы Читхангпур загадочно отмолчалась.

Ах, да. Уровень.

9-й уровень искусственного интеллекта. Вот тут лично я путаюсь. Их, вообще, только десять. Так что девятый — это, простыми словами, «почти всемогущий и всеведущий». Как эти уровни выставляют — я честно пытался понять, но так и не понял. Для определения уровня производят сложное тестирование, но у меня сложилось такое впечатление, что негласно ученые ориентируются на возраст искусственного интеллекта. Потому что иначе я отказываюсь верить оценкам, которые люди выставляют интеллектуальным системам с гораздо более высоким, чем у них, уровнем… всего.

+++

Утро. Птички поют. Солнышко светит. Любимая школа быстро заполняется вялыми позёвывающими учениками… и их бодрыми и свежими телохранителями, служанками, дворецкими, компаньонами и компаньонками… хотя, нет — некоторые "служаночки" тоже зевают, миленько прикрываясь ладошками и постреливая глазками в сторону хозяев.

Приглушенный гул разговоров, негромкий вежливый смех, смешные школьные интриги и милые детские заговоры. Детишки, считающие себя достаточно взрослыми для всех этих… "взрослых вещей".

Мы с Сабриной растягивали удовольствие, наслаждаясь общением с одноклассниками. Читхангпур смилостивилась, и ужасные уроки «про кровожадных вампиров» вновь исчезли из школьной программы, как их и не было. И уже на следующий день — слава пластичной детской психике! — страсти стали утихать, и от нас перестали шарахаться. Для начала — неплохо. Учитывая особенности подростковой психики, уже завтра-послезавтра о "вампирах Веридас" все забудут окончательно.

Сабрина не оставила свою идею с одноклассницами, легко уловив нотки неуверенности, с которыми я отклонил её помощь в сводничестве. А возражать и спорить после того, как сам же сказал ей о необходимости соответствующей "разрядки" для нее… ну, с моей стороны это уже было бы чистой воды лицемерием.

Сейчас она как раз втянула меня в разговор с очередной (четвертой по счету) "претенденткой".

Юлия Хин Во, моя одноклассница. Кандидатка в мои сексуальные партнерши была почти моего роста, фигуриста, полногуба, голубоглаза… И рыжая. Причём рыжей девушка была уже целых два дня!

От Сабрины я узнал, что, оказывается, на закрытых форумах нашей школы, посетителями которых являются исключительно девушки, этими дивными созданиями заведены разделы почти на всех одноклассников-мальчиков. И в этих информационных оазисах девичьих мечтаний и фантазий скрупулёзно собирается вся доступная информация не только о популярных особях и завидных женихах школы, но и вообще обо всех молодых людях, могущих хотя бы гипотетически представлять какой-то матримониальный интерес. Применительно к нашей школе, получается — на всех (если даже родители какого-то парня небогаты и не занимают высокое положение в корпорации, значит, парень этот клепанно умен и талантлив, если смог попасть в 910-ю — за этим Читхангпур следит ЛИЧНО).

В который раз убеждаюсь в расчетливости, систематичности и последовательности, с которыми женщины, эти якобы живущие только эмоциями прекрасные существа, подходят к решению определенных вопросов.

(Удивительно, но на "мужской половине" информационной сети — в чем я убедился уже самостоятельно — ничего близкого нет: молодые люди занимают более пассивную позицию в этом вопросе, предпочитая просто фиксировать факты состоявшихся парочек, совершенно "по-бабьи" (по впечатлению "второго") перемывая косточки и переругиваясь в процессе)

По словам Сабрины, в теме «Антонио Веридас» (да-да! на меня ТАМ заведена отдельная тема!) в подразделе «Предпочтения и фетиши» пункт «Цвет женских волос: рыжий» обведён разноцветными анимированными рамочками, сделан жирным, увеличен и украшен многочисленными сердечками.

То есть волосы были покрашены Юлей специально для меня! Эксклюзив, так сказать! Ну, такая самоотверженность, целеустремлённость и самопожертвование (это я про решение девушки перекрасить себе волосы), заслуживала, как минимум, внимания с моей стороны и хоть какой-то благодарности.

Так что сейчас мы мило беседовали, упражняясь в вежливости, шутили, изощряясь в остроумии, и слепили ни в чем не повинных окружающих зайчиками от своих широких белозубых улыбок.

А мы с Сабриной ещё и отслеживали маршрут заполошного перемещения Ли Симкова. Агентура в лице Сабрины доложила, что вручение приглашений состоится именно сегодня!

Вручение приглашений на приём в загородной резиденции семьи Симковых, оказывается, может происходить только в торжественной обстановке и обставляется целым комплексом ритуалов.

Почему нельзя было прислать простое сообщение на имком? «Там-то, во-столько, форма одежды — такая-то». Наверное, потому, что требуется публично подчеркнуть крутизну события, публично высказать расположение к одним, и публично показать натянутые отношения с другими. Детишки учились этим взрослым премудростям уже сейчас.

Сильно нервничающий Ли дёрганным шагом, бледный, но решительный, один, без своей Клары, бесстрашно приблизился к нам. Со стороны Сабрины, своей одноклассницы, разумеется. Облизнул пересохшие губы:

— Госпожа Веридас! — Он церемонно поклонился, нечаянно дав "петуха". Торопливо прокашлялся. — Простите мою назойливость и позвольте вас отвлечь… — И поклонился в нашу сторону. — Господа! Уверяю, совершенно ненадолго! И по совершенно пустячному поводу!

Мы с Юлией просто кивнули, так как были на класс старше. Но кивки наши были приветливыми и благосклонными — ведь мы с ней прекрасно (как, наверно, и любой из присутствующих в коридоре у аудитории) знали, почему взмыленный Ли Симков с самого ранья носится по всей школе. А вот Сабрина встретила одноклассника ласковой милой улыбкой и захлопала ресничками:

— Ах! Ли! Доброе утро! Как же я рада тебя видеть! — И обратилась уже к нам. — Господа! Позвольте представить вам моего друга! Один из лучших учеников нашего класса, воспитанный и сдержанный молодой человек — Ли Шани Симков! Один из немногих моих друзей! — Мы изобразили новые полупоклоны. Сабрина повернулась к однокласснику. — Ли! Позволь представить тебе моего доброго и заботливого старшего братика Антонио!

— Очень приятно, господин Антонио. — С большим трудом успел вклиниться Ли.

— Просто Антонио, Ли. — Улыбнулся я.

— Ли! — Продолжала Сабрина. — Позволь представить тебе ДЕВУШКУ МОЕГО БРАТИКА, Юлию Хин Во! Великолепна в учебе! Чемпион столицы по харанубе!

Мелкая засранка! Ещё и ГОЛОСОМ сыграла так, что половина школы услышала. Видимо, надоело ей, что я ото всех её кандидаток нос ворочу.

Ну, дальнейшее уже понятно. Ли Симков поставлен перед несложным выбором — любимый братик первой красавицы его класса (без шуток! Там, на бабских форумах, оказывается, ещё и рейтинги всякие есть! И соревнования устраиваются! И даже, типа, все по честному!) — технически просто НЕ СМОЖЕТ прийти на приём один, не получив втык от своей ПОДРУГИ. Вот же… интриганка мелкая!

И я готов сожрать свои носки, если такая возможность не предусмотрена самим Ли, или специально обученных людей из секретариата Симковых, занимающихся организацией светских мероприятий.

— Маннасо пангауоё, сонбэ Хин Во!

(корейский: Приятно познакомиться, старшая Хин Во!)

И Симков… поклонился! Чтоб вы понимали — правнук Мао Симковой, сопредседателя правления "Пирит", ПОКЛОНИЛСЯ!

— Да-цзе Хин Во, сянь-шэн Ли! — С милой улыбкой поправила рыжая… тоже поклонившись, но совсем не так резко и глубоко, как до этого Ли. — Но лучше, просто Юлия!

(китайский: Старшая сестрица Хин Во, господин Ли!)

Они у нас, оказывается, ещё и полиглоты!

— Тогда просто Ли. — Облегчённо улыбнулся Симков, которому, кажется, эти мультиязычные упражнения с приседаниями и поклонами не доставляли никакого удовольствия. — Господа. Моя семья устраивает приём по случаю успешного окончания одного из проектов нашей корпорации!

Юля у нас, получается, чертовски везучая девочка… Так я думал, пока не посмотрел на лицо девушки и не увидел в голубых глазах искорки тщательно скрываемого торжества.

Нет. Вовсе она не везучая. То есть, может, и везучая, но она в первую очередь ещё и предусмотрительная — идеально выбрала время для того, чтобы подвигнуть Сабрину «познакомиться с братом». Ну, и по разговору — девица совсем неглупая… вопреки тому, что говорила об «ассортименте» своего "салона" «маман Сабрина».

Вот только не пойму — это для временной подружки достоинство или таки недостаток? Опыта не хватает, знаете ли. А якобы опытный и мудрый «второй» отмалчивается и, такое впечатление, боится показаться наружу. С другой стороны, пусть сидит-обижается — я что-то сомневаюсь, что опыт старца из совсем другой эпохи, с совсем другими межличностными отношениями, как-то мне поможет.

О, а вот, кстати, и сообщение-приглашение на инком «капнуло». Всё то же самое, но уже нормальным языком, все конкретно и по делу. С многочисленными поясняющими хинтами и ссылками.

И Юлия улыбаться стала широко и открыто — тоже получила такое же сообщение. Умная и хитрая девочка — следует обратить на нее внимание… И быть поосторожнее. Чисто на "всякий пожарный"…

+++

На обеденной перемене я отвел Сабрину в сад, достал наш обед и приступил к допросу:

— Кто такая Юлия Хин Во? Давай полное досье — в нашем сегменте на ее счет вообще глухо.

Сабрина открыла контейнер с салатом и небрежно сообщила:

— Юлия Хин Во — НИКТО…

— Это как это?

Сестра улыбнулась, уплетая какой-то листик (для разгона перед основной трапезой):

— С точки зрения корпорации, дочь старшего оператора информационных потоков Герды Хин Во и аналитика третьей категории Стивена Станича — никто.

— Погоди-погоди! Ты хочешь сказать, что она — простой человек? Никаких председателей, директоров и управляющих в родителях?

— Ага. — Довольно кивнула Сабрина. — Обычная умная девочка. Показала высочайшие результаты на тестах в младших классах, по результатам тестирования была переведена в 910-ю.

— А еще — чемпионка по харанубе. — Я откровенно почесал затылок.

Это было… круто. Без дураков круто. Начиная с того, что Читхангпур ЛИЧНО принимала решение о приеме ТАКИХ учеников, ЛИЧНО их тестировала, чтобы исключить возможные подтасовки и жульничества. И заканчивая этой самой харанубой.

Харануба — обычное классическое пятиборье. Полумарафон (на планетах-океанах его заменяют сверхдальним заплывом в открытой воде), стрельба (вид стрелкового оружия зависит от корпорации, проводящей соревнования… вплоть до арбалетов и лука со стрелами), пилотажная межсистемная навигация, спринт и… единоборства. Казалось бы — спорт. Со своими правилами, многочисленными ограничениями и повышенными мерами безопасности для участников и зрителей. Но, все равно, чтобы стать чемпионом многомиллионной столицы по этому виду спорта, надо быть не только целеустремленным и волевым, но еще и одаренным и талантливым человеком.

По идее (и теоретически) пятиборцы могут стрелять из всего, что может стрелять, и могут водить все, что может летать, ездить и плавать. В тепличных, конечно, условиях, на стендах и стрельбищах, на расчищенных и разведанных маршрутах, но для "нормалов" и это круто. Правда, круто. А уж умудриться при этом быть чемпионкой и не стать бабцом с руками в мое бедро охватом…

И, знаете, какая штука…? Деление участников соревнований по возрасту есть, а вот по полу — нет. Соревнования проводятся смешанные — мужчины и женщины в одних зачетах. Так вот, в общем зачете чаще выигрывают… женщины! Традиционно проседают в единоборствах и спринте, но "натягивают" мужчин в остальных трех дисциплинах — стрельбе, навигации и марафоне. Так то! Для "второго" эта информация оказалась тяжелым ударом — до сих пор отходит, сексист унылый, бормоча про то, что "это невозможно", "так не бывает", "не может быть"…

— Ну, только среди сверстников, конечно. — Уточнила Сабрина. — И было это аж в позапрошлом году. А в прошлом и в этом — даже в финал не вышла. Видимо, учеба в школе забирает все время.

— По линии СВБ на нее, я так понимаю, ничего нет. Или ты не смотрела?

— Обижа-а-аешь! — Сабрина свистнула кусочек моей котлетки. — Пробила, разумеется. Почти ничего. Но. Полгода назад девочка не очень нежно обошлась с одним молодым человеком.

— Молодой человек возжелал любви и ласки от этого милого непорочного цветочка? Но чувства оказались безответными?

Сабрина удивленно на меня посмотрела и покачала головой:

— Хорошая шутка, мой драгоценный брат! Нет, разумеется. "Непорочный", как ты выразился, "цветочек" узнал об интрижке своего молодого человека на стороне…

М-да. "Второй" влияет на меня гораздо сильнее, чем я думаю. Надо ж было такую глупость сморозить. Хорошо, с сестрой, а не кем-то посторонним.

— Дай угадаю. Переломы, сотрясение?

— Ага. Оперативная группа быстрого реагирования городского отдела СВБ была в восторге. Дополнительную пикантность произошедшему добавило то, что молодой человек: а — был мужчиной, бэ — чемпионом по харанубе в дисциплине единоборств, и вэ — самое смачненькое! — какой-то там внучечек кого-то там немаленького из городской администрации. А еще на нем был экзоскелет… правда, гражданский. А на ней — не было. Поэтому Юленька не сдерживала себя при донесении своего неудовольствия до нежного тела сего ветреного юноши…

— Были проблемы?

— У нашей Юленьки? — Усмехнулась Сабрина. — Ни-ка-ких!

— … потому что вмешалась Читхангпур? — Предположил я.

— Бинго! Какой же вы умный, мой драгоценный брат! Именно так! Вмешалась Читхангпур. Характеристики на нашу Юленьку были предоставлены в СВБ такие, что молодой человек больше не является внучком кого-то там из горадминистрации. Скандал получился знатный — с одной стороны, некрасиво женщине избивать мужчину, да еще и по такому ерундовому поводу. А с другой — никто не хочет оказаться на пути очень раздраженного искусственного интеллекта такого уровня, как Читхангпур, когда тот хочет крови. Так что семья вышеозначенного молодого человека сейчас заведует каким-то астероидом в каких-то далеких ипинях…

— Сабрина… — Укоризненно протянул я.

— Я просто не могу другими словами выразить свое восхищение госпожой Читхангпур, мой дорогой брат! — Ухмыльнулась Сабрина. — И ее борьбой с коррупцией в администрации славной столицы Архоца! Родители мальчика, как оказалось, были не очень чисты на руку.

Можно подумать, в горадминистрациях на высоких должностях есть кто-то с чистыми руками…

— Да-а-а… Что-нибудь еще на эту Юлю?

— Возраст — уже три декады как шестнадцать. Вес… рост… обхват груди-талии-бедер… Ну, это вы как-нибудь сами оцените, дорогой брат.

— А еще — этой протеже Читхангпур крайне опасно изменять. — Я укоризненно посмотрел на сестру. — За что ж ты так со мной, Сабрина?

— Ну, ты ж не будешь трепаться о своих интрижках на стороне, как тот придурок? Да еще и выкладывать в сеть подробности своих постельных подвигов? Да еще и сравнивать ощущения от секса совсем не в пользу нашей Юленьки? — Она подозрительно прищурилась. — Или будешь? Ну, если че — от позапрошлогодней чемпионки по харанубе как-нибудь отмашешься.

— А еще она умная…

— А что не так? — Удивилась Сабрина. — Умная женщина — вовсе не так уж и плохо, чтоб там себе не думали всякие шовинисты и сексисты. Девочка сравнительно грамотно спланировала маленькую операцию — сообразила, когда и к кому подойдет Ли со своим приглашением. Умело удержала твое внимание до этого момента. И — пожалуйста! — приглашение у нее в кармане. Кстати… — Она внимательно на меня посмотрела. — Заодно проверишь, так ли она умна.

— Это как?

— Если на приеме будет держаться тебя, значит умная девочка. А если пойдет заводить «знакомства» направо и налево — сама себе злобная дурочка.

— Ну, в нашем случае был бы для нее лучшим именно вариант заведения знакомств среди той публики, что будет на приеме.

Эта Юля, оказывается, ОЧЕНЬ выдающаяся девушка! И ее внешность на фоне остального — ерунда. Более того, ее внешность — скорее даже недостаток — будет отвлекать от покорения новых вершин, когда парни слетаться на нее начнут тучами и устраивать свары в борьбе за ее внимание…

Великие звезды, да я себя последним подонком ощущаю, хладнокровно планируя цинично попользоваться такой девушкой! Привычное, в чем-то даже приятное и уютное чувство…

— Сомневаюсь! — Хмыкнула Сабрина. — Типичная однолюбка-собственница.

— Ну, тогда я рискну.

— Маньяк ты мой адреналиновый! — Сабрина с умилением прижала ручки к груди, а потом потянулась и погладила меня по голове.

+++

Живя с девушкой, нельзя не научиться разбираться в женской моде хотя бы на минимальном базовом уровне. Небольшим довеском идет обязательное изучение такого частного раздела моды, как «мужская мода». И огромной «побочкой» идет вникание в женские повадки и загоны, связанные с внешним видом вообще и с одеждой в частности.

Даже если девушка, с которой живешь — твоя сестра и младше тебя на два года.

Я все это к чему…

Архоцианская служба доставки нарисовалась на пороге нашей квартиры в тот же день, когда мы получили приглашение на этот клепанный прием. Важно попискивающий дроид-курьер вручил нам две огромные опечатанные коробки из дорогущего картона из настоящей целлюлозы. Надо было видеть, с каким энтузиазмом эти коробки были подхвачены Сабриной и уволочены в глубины нашей однокомнатной "пещеры".

Ну, а потом началось.

Во-первых, меня сразу вытолкали в коридор, не дав даже прикоснуться к «моей» коробке. Во-вторых, заставили там прождать час. Час! Уже в древних армиях военнослужащие одевались менее, чем за минуту. А при современных технологиях комбинезоны (не будем брать скафы — это отдельный разговор толщиной с хороший «мануал») натягиваются буквально за секунды. Даже с экзоскелетами. Сестра же возилась добрый час.

Ладно-ладно, не буду делать вид, что не понимаю — не надо меня считать эдаким солдафоном. Девушке ж надо покрасоваться. А чтобы покрасоваться, все должно сидеть. А чтобы одежда хорошо сидела, надо ее правильно надеть, удалить ярлычки, технические маркеры и подписи, оставшиеся от модельера и портного (заказчик ведь должен видеть, КАКИЕ люди изготовили для него шедевр), правильно настроить параметры одежды, если она настраивается. А еще повертеться перед зеркалом, встать так, а потом эдак, а потом попробовать взять сумочку вот так, а потом двумя руками, а потом повесить на сгиб локтя, а потом, на ремешке через плечо, а потом понять, что чего-то не хватает, раздеться, надеть другое белье, одеться снова и так — несколько циклов.

В любом случае, нельзя показываться на глаза единственному зрителю (да еще и мужчине), даже если он брат-клон, не будучи на сто процентов уверенной, что все сидит как надо, нигде нет складочек, замятий, ниточек. И что челочка правильно падает на лицо.

Длина коридора в нашем жилом секторе — шестьсот пятнадцать метров. Он не прямой, а выгнут ощутимой дугой: с внешней стороны — квартиры, с внутренней — окна с видом на город. Из окон, особенно ближе к концам коридора, хорошо видно противоположный конец огромного здания-дуги. Зато из окон квартиры стены дома не видны. Вид на город, правда, такой же. 42-й этаж, кстати.

Вот я и слонялся по этому коридору, стараясь сквозь запыленные стекла окон смотреть на город, а не на стены с обшарпанным пластиковым покрытием «под настоящее дерево». Как раз успел, не торопясь, прогуляться от двери нашей квартиры до конца коридора и вернуться обратно. Три раза. Мне плюс — очень точно рассчитал время!

Пока бродил, просмотрел сводку по «Пириту».

Теперь это уже не тот бравурно-восторженный бред про успехи корпорации на ниве бизнеса — у нас, энсинов, изменился допуск и, соответственно, изменились информационные фильтры. Стало меньше «светской» ерунды, «веселых новостей» и «развлекухи» (ну, они как бы были, но рекомендованные фильтры «по умолчанию» уже на моем инкоме их отсекали — несколько раз пробовал расширить выборку, но при новых запросах настроенный вручную фильтр сбрасывался — сохранить настройки я не мог), больше политико-экономической аналитики и военных новостей. Объем тоже вырос по сравнению с тем, что был у обычных законтрактованных. Значительно так вырос. Страшно представить, каковы объемы инфо-сводок, приходящих на инкомы «топов». Мучаются, поди, бедняжечки. Или у них для проставления галочек «прочитано» специальные люди есть?

«Антрацит», действительно, начал телодвижения в сторону «Аурума» — так что Сабрина, скорее всего, выиграет пироженки, которые сама же себе и назначила в качестве выигрыша.

+++

Наконец, меня призвали. Показ состоялся в квартире — будет еще сестра выходить в грязный коридор! Опять-таки, вдруг что-то сидит не так и кто-то посторонний это заметит?

Хм… Если искусственный интеллект сам, без помощи людей-модельеров, разработал эту форму, то… нафига, вообще, искусственным интеллектам люди? Использовать, как манекены для своих моделей одежды? Так для этого аватары есть…

На Сабрине был очень короткий, буквально прикрывающий только ребра, пиджак-мундир. И длинное платье. В белых, разумеется, тонах. Со стоячим воротником с золотой вышивкой, с двумя рядами золотых пуговиц, с какими-то золотыми висюльками-шнурками, свисающими с правого… чего-то, похожего на золотой погон. Платье было ниже коленок с широкой золотой полосой по подолу. От короткого пиджака начиналась длинная, до икр, прозрачная… накидка или верхняя юбка (уж не знаю, как правильно это сооружение называется) с красивым цветочным (маки, по-моему?) рисунком у самого низа.

Кстати, стричь мне Сабрину, хвала звездам, не придется — в комплекте к форме шла белая, под цвет волос сестры, заколка-твистер (тоже с золотыми висюльками) и методичка, из которой следовало, что девушкам волосы следует убирать в пучок именно с помощью этого девайса. И даже прикладывалась пошаговая инструкция для тех, кто вообще не в теме, как этой заколкой пользоваться. Прослушивал нас искусственный интеллект очень внимательно! Или так планировал до того, как мы озаботились прической?

И ярким пятном выделялся золотой платок на шее. Помню-помню, Сабрина все расстраивалась, что к нашей бледной коже светлая одежда не идет — нужно какое-нибудь яркое пятно.

— Шикарно! — Выдохнул я. — Ты в этом костюме тянешь на фрегат-межсистемик. Проекта «Сироки», не ниже.

Во-первых, недалеко от истины и достаточно искренне. Во-вторых, иного ответа не ожидалось. Более того, иной вариант ответа фатально опасен — и это вам будет не какая-то там бывшая чемпионка по харанубе. Отвечать надо именно так: не «костюм выглядит, как…», а «ты в этом костюме выглядишь, как…»

— Я в нем какая-то бледная! — ну, конечно, как же без кокетства.

Ну, к этому мы тоже готовы. Надо со всей горячностью разубедить, доказать обратное, привести неопровержимые доказательства и железные аргументы.

Вовсе не делает бледной — потому что яркий галстук и яркая лента в волосах. И не полнит — потому что ты у меня стройненькая. И совсем не делает тощей — потому что белый. Нет, не тощая, очень даже спортивная. И сидит отлично, и смотрится дорого, и, вообще, Ли Симков — везучий засранец, который всего этого недостоин, а я уже даже начинаю жалеть, что сам не… Искренности в голос — побольше! Тем более, что большая часть — правда.

Вот где-то так. Не благодарите.

Успокоенная (и довольная) Сабрина показала пальчиком в сторону коробки, лежащей на моей кровати:

— Твоя форма…

Моя коробка, между прочим, уже была распотрошена. Мундир и брюки аккуратно лежали на покрывале, белые ботинки стояли на прикроватном коврике. В белом открытом футлярчике на пористой подложке лежали запонки, булавка для галстука и перстень с гербом школы. Все это светилось поясняющими лейблами и ссылками на инструкции.

Конечно, выходить из квартиры на время моего облачения Сабрина не стала — напротив, приняла в нем самое деятельное участие.

Моя форма, разумеется, была в том же стиле. Вместо юбки — брюки, а пиджак — не пиджак, а, скорее, мундир с длинными, до середины бедра, фалдами. Ну и обувь — не изящные туфельки на невысоких каблучках, а нормальные брутальные туфли с "золотой" подошвой… пусть и тоже белые.

— Ух, какая попка! — Сабрина не преминула обозначить шлепком упомянутую часть тела.

А теперь надо покрутиться перед зеркалом уже на моем фоне. Потому что мужчина — это тоже аксессуар. И чем лучше и дороже он выглядит… Ну, понятно, да? Так что я приосанился, набычился, выпятив челюсть и стал красиво.

— Что-то такое из этикета припоминаю. — Задумчиво прокомментировал я. — Если гости выглядят лучше хозяев…

— Отнюдь, мой дорогой брат! — Сабрина, как и любая бы девушка на ее месте, была довольна. — Своим замечательным и сногсшибательным видом мы показываем хозяевам, как внимательно и трепетно мы отнеслись к их приглашению!

И изобразила перед зеркалом вид застенчивый и скромный. Но тут же спохватилась:

— У госпожи Читхангпур — прекрасный художественный вкус!

Подлиза мелкая!

Глава 6

Семейство Хин Во проживало в престижном районе — семья была достаточно обеспеченной, хотя, разумеется, не настолько, чтобы жить в пригороде в собственном коттедже с собственным (пусть и сравнительно небольшим) земельным участком.

А так — вполне неплохо: просторная пятикомнатная квартира в четырехэтажном доме в спокойном спальном районе с огромным парком в минуте ходьбы. Такой очень даже крепенький «средний класс», если рассматривать в категориях «второго».

После официально-принудительного получения статуса «парень Хин Во» у меня не было другого выхода, кроме как зайти за Юлией Хин Во и собственноручно забрать ее на торжественный вечер. Честно говоря, я и не был против — девушка симпатичная и умная. «Студентка, комсомолка, спортсменка», все дела. Или просто хитрая — это мы скоро выясним. Ждать от руководства, что мне такую же предложат? Наивно. Буду «клювом щелкать» — подсунут какую-нибудь профессионалку соответствующего профиля, и мучайся с ней потом. Не-не-не, мы лучше сами!

Так что мы с Сабриной направились в гости… Незачем вызывать у девушки вопросы, связанные с некоторым несоответствием статуса детей высокопоставленных Веридас и однокомнатной чуть ли не коморкой.

— Искупалась? — Шепнул я.

— А сам?

— Разумеется.

— Все равно не поможет. — Вздохнула Сабрина. — Час-полтора и будем разить окружающих направо и налево.

Я прикинул время:

— Ну, через часик-другой это будет как раз к месту.

— Ладно. Скидывай визитку.

Юля, распахнувшая дверь квартиры на втором этаже после того, как мы скинули ей приветствие, радостно улыбалась:

— Антонио! Сарита! Проходите!

Ну, что можно сказать… Мы с Сабриной оказались… слегка выбиты из колеи увиденным. Да что там — мы были самую чуточку прибиты внешним видом Юлии. Точнее, тем, как и во что она оделась. А ведь этого следовало ожидать в свете того, что мы узнали про отношение Читхангпур к Хин Во.

— Госпожа Читхангпур? — С любопытством спросил я, покосившись на слегка нахмурившуюся сестру.

— Да! — Юлия повертелась перед нами, демонстрируя такую же «торжественную форму», что и на Сабрине. — Позавчера прислали. Здорово, правда?

На развитой высокой девушке эта форма смотрелась… чуточку не так, как на Сабрине. Уже не межсистемный фрегат проекта «Сироки», а полноценный штурм-крейсер… проекта «Умыш», если навскидку. То есть космический боевой корабль, способный выполнять задачи независимо от основного флота, чуть ли не в тылу противника. И успешно эти задачи выполнить, убедительно наваляв «конкуренткам», совершенно не теряясь на их фоне.

А если учитывать уложенные в замысловатую прическу волосы и талантливый вечерний макияж… Добавляем штурм-крейсеру оперативную группу огневой поддержки в составе малых скоростных носителей истребителей и штурмовиков.

Конечно, Сабрина еще вырастет и все у нее будет, как минимум, не хуже и не меньше, но вот конкретно сейчас…

Но таких мыслей лучше даже не допускать. И за лицом следим! За лицом! И за глазами!

Прошли в прихожую мимо посторонившейся хозяйки.

— Вам очень идет, госпожа Хин Во. — Спокойно-равнодушным голосом оценил я, прикрываясь дежурной улыбкой.

Но девушка была прекрасно осведомлена о том, как именно она сейчас выглядит, и провести ее не удалось:

— Если б ты добавил чуть больше чувств в голос, господин Веридас, я бы подумала, что хочешь отмахнуться от моего шикарного вида! Или что ты нагло льстишь безо всяких на то оснований! — Подмигнула она и тут же шепнула, поглядывая со значением на Сабрину. — Мама сегодня дома работает.

— Уху. — Мрачно буркнула Сабрина, рассматривая предложенные потрепанные тапочки.

Уху. Это сестре так намекают, что ей следует взять переговоры об умыкании дочери на торжественный вечер на себя — парням никакого доверия, они легкомысленные и безответственные. И как-нибудь аккуратно подвести родителей к тому факту, что вернется дочь далеко за полночь, а то и под утро… пусть и будет при этом веселой и довольной. Или, что еще более вероятно, припрется домой не одна, а вот с этим вот парнем… или с другим, но таким же — не вызывающим доверия, легкомысленным и безответственным.

В семье Хин Во гипертрофированной вежливостью не страдали — Юля не стала говорить о том, что, де, можно и в обуви проходить, и «не разувайтесь, гости дорогие». Так что пришлось спешиваться и влезать в старые разношенные гостевые тапочки.

Вошли в гостиную. Просторное светлое помещение, функциональная и удобная мебель. Невысокая стройная брюнетка отложила вирт-шлем, встала при нашем появлении из кресла глубокого погружения…

На самом деле — не такое уж и глубокое погружение в таких креслах получается — полностью проигрывает специальным вирт-капсулам, заполняемым жидкостью… но капсулы очень дороги, и их обслуживание влетает в копеечку — держать их дома могут позволить себе весьма состоятельные работники корпорации с постоянным хорошим доходом. И ложиться в эту капсулу надо голым. Или в специальном контактном костюме-купальнике. И душ после него надо принимать — жидкость в этих капсулах липкая и противная.

Можно было бы сказать, что Юля совершенно не похожа на свою матушку, маленькую юркую девушку-женщину Герду Хин Во. Но говорить такое было бы уместно только для поддержания разговора. Ну, знаете, когда «о чем говорить, если не о чем говорить»?

Генная инженерия позволяет (не за бесплатно, конечно) «запрограммировать» любую внешность и любые способности будущего ребенка. В рамках человеческого генома, само собой. Но человеческий геном — штука такая — хранит кучу информации, начиная, насколько я знаю, чуть ли не от «банана» и заканчивая рогами, копытами и хвостом. При таких вводных нет ничего удивительного в возможности «спроектировать» абсолютно непохожего на родителей ребенка.

В данном случае можно смело утверждать, что, во-первых, деньги у семьи Хин Во на момент рождения Юлии были (и немалые), и, во-вторых, «техническое задание» на девочку было составлено грамотно — потому что получилась Юля ОЧЕНЬ хорошо! Ну, и, в-третьих, родители Хин Во наступили на горло собственному желанию «чтобы доча была похожа на маму/папу»… Насколько я знаю, это — основная проблема, с которой сталкиваются генные инженеры на этапе запроса и технического задания — мало кто из родителей, выбирая между «улучшением» ребенка и похожестью на себя (такого замечательного и уникального) выберет первое в ущерб второму. А ребенку потом — мучайся с накопленным наследственным багажом.

Поздоровались. Госпожа Хин Во выслушала наши приветствия, внимательно осмотрела меня, Сабрину (в основном, конечно, меня)… и расплылась в улыбке:

— Какие ж вы красивые!

О! Это точно! Я уже начинаю любить и уважать маму своей будущей девушки! Женщина сразу видит суть!

— Госпожа Хин Во… — Начала было Сабрина.

Но Юлина мама ее остановила:

— Так! Юля, сколько у вас времени?

— Минут десять.

— Тц. Катастрофически мало! — Расстроилась женщина.

— Сорок минут, госпожа Хин Во. — Поправил я. — Дима Булкин одолжил нам свой транспорт.

Точнее, один из флаеров своего аэропарка — ну, не могли ж мы, такие красивые, прибыть на прием на каком-то аэротакси! А Дима отчего-то очень хотел нашего там присутствия. Но это детали. И его проблемы.

— Все равно мало! Хватай Сариту и идем! Этот макияж никуда не годится!

А что не так с макияжем? Я же сам его накладывал!

Сабрина ожгла меня взглядом. А я что? Я — ничего! Ну, не моя тема! Вообще! Так что на яростный взгляд ответил невинным и безмятежным — вот ни чуточки своей вины не ощущаю по причине отсутствия какой-либо злонамеренности со своей стороны и за полным отсутствием состава преступления! Ни капельки!

— Антонио! Ты пока располагайся. Чувствуй себя, как дома!

— Спасибо, госпожа Хин Во!

— Соки на кухне, там же закуски. — Быстро зашептала Юля, близко наклонившись ко мне (показывает матери степень наших отношений? или мне показывает?). — Доставка у нас шустрая, но иногда лажает — так что не связывайся. Вон там лежит гостевой вирт-шлем, а вон там у нас настоящая библиотека с настоящими…

— Юля! Время! — цепко схватив Сабрину за ручку, госпожа Хин Во быстро уволокла мою слегка дезориентированную сестру в другую комнату. — Сариточка… раздевайся! Начнем с загара!

Юля исчезла в той же комнате. Дверь…

— Загар? — Совершенно искренне удивилась Сабрина… да и я тоже. — Ой… а что, так разве можно было…?

… закрылась.

Видимо, на приеме будет только одна бледная немочь — я. И вид будет иметь ОЧЕНЬ бледный — вряд ли Сабрина упустит возможность проехаться по мозгам брату, не забраковавшему неправильный, с точки зрения опытных женщин, макияж.

+++

Семья Симковых устроилась хорошо. Даже отлично. Даже замечательно. Даже…

Загородный особняк на территории в 87 гектаров. К сожалению, с воздуха мы это численное выражение богатства и власти семьи Симковых на планете Архоц оценить не смогли — перед границей защитного купола, накрывавшего охраняемую территорию, автопилот передал управление охране поместья. Включились соответствующие протоколы: флаер сбросил скорость и высоту, аккуратно проскользнул по специальному коридору в «ворота», прокрался по территории со скоростью пешехода на высоте одного метра над дорожками, мощенными камнем, засыпанными гравием или вовсе — песком.

И аккуратно, выдвинув полозковые шасси, опустился перед парадным входом в главное здание. Как и положено главному зданию — большому и пафосному. На первый взгляд, по-моему, мало чем уступающему тому, в котором базировался самый главный местный начальник, Ольга Золотарь. Ну, и озера тут не было. Чисто по геодезическим причинам — мы, конечно, уже ознакомились с картами прилегающей местности — вдруг заблудимся, заплутаем и придется к людям выбираться… или еще куда.

В общем доступе таких карт и, уж тем более, планов поместья, само собой, не было, но когда-то ж надо использовать служебное положение и имеющиеся у нас допуски СВБ? Тем более, что сейчас обоснование было железным — «изучение места вероятного проведения операции» и «ознакомление с оперативной обстановкой».

Солнце как раз садилось и очень красиво освещало здание. Белый камень стен (мрамор?) окрасился в нежно-розовые оттенки.

— Ух, ты! Как в фильмах! — Юля приникла к панели с односторонней прозрачностью. Чуть ли не носиком своим, оставив запотевший пятачок на поверхности.

Переигрывает. Как есть переигрывает. Девочка уже два года учится с шишками и шишеньками. И уже не раз приглашалась на «тусовки». В том числе и в семейные особняки. Дни рождения, официальные праздники, корпоративные события…, просто «тусовки». Вряд ли там было сильно… беднее, чем у Симковых — контингент учеников в нашей школе еще тот.

Я бросил быстрый взгляд на Сабрину. Получил в ответ такой же… со значением.

Исключать, конечно, будет сильно непрофессионально, но вероятность того, что Юлю к нам подвели, крайне низка. С одной стороны, конечно, случай почти идеальный — девочка без всяких мохнатых лап, из обычной семьи, слегка припугни такую (а спецслужбы, как правило, выбирают простые методы… когда их «не припекает») и получи на все готового агента или осведомителя. С другой стороны, вряд ли даже СВБ рискнет связаться с таким заботливым директором школы, как искусственный интеллект Читхангпур. Потому что проблем поиметь от этой наседки (а не Камасутры, как я сдуру решил раньше) можно гораздо больше, чем выгод от еще одного агента в школе, полной детей и без того вдоль и поперек проверенных родителей. Вполне вероятно, к слову, что тот случай с избитым мажором-придурком как раз и был попыткой вербовки. Если так, то попытка эта провалилась с громким треском, слышимым и за орбитой Архоца.

Но, конечно, вероятность того, что Юлю таки завербовало СВБ, а Читхангпур попросту не обратила на это внимание — окончательно отбрасывать никто не собирается.

Как и отметать версию о том, что Юля завербована кем-то еще, к СВБ отношения не имеющим. Тоже вариант. И гораздо реалистичнее, кстати — неофициальные структуры и «частники» работают куда тоньше и изобретательней хотя бы в силу ограниченности своих ресурсов. Правда, что минус, делают это бессистемно и без досконально проработанной стратегии. На чем и погорают впоследствии.

Дверь флаера с тихим шипением отъехала в сторону. И мы выпрыгнули на плитку площадки. Ну, правильно выпрыгнули: сначала я, потом — Сабрина почти выбросилась мне на шею, уверенная, что я легко ее подхвачу, а потом и Юлия, степенно, осторожно и изящно опираясь на мою руку, с обязательным ойканьем, долженствующим показать, что вот эта вот несерьезная помощь в виде протянутой руки, была очень-очень кстати, и без нее она обязательно растянулась бы тут на площадке. А на всякие феминистские заскоки и загоны вот конкретно славному парню (и завидному жениху) Антонио Веридас милостиво разрешено не обращать внимания… хотя в первое мгновение и распахнули в удивлении глазки.

Нас встречали. Согласно, протоколу — представитель принимающей стороны. Правда, Ли Симков очень серьезно отнесся к визиту своей будущей девушки (да куда он денется, когда у Сабрины ТАК целеустремленно горят глазки!) — поэтому встречал лично, а не с помощью специального человека.

— Сарита! Антонио! Юля! Как я рад вас видеть!

И ведь действительно рад! Даже немного (чуть-чуть, самую капельку) жаль парня. И, настолько же, перед ним стыдно. Вот как раз это, наверно, и называется «мужской солидарностью», да? Когда слегка сочувствуешь, но делать нихрена не собираешься и даже испытываешь легкое злорадство. Потому что через декаду-другую (или Сабрина так решит, или окрик от командования последует, или родители Симкова вмешаются) господин Симков будет послан в далекое и совсем не эротическое путешествие к Центру Галактики с добрым напутствием найти себе другую подружку… С высокой долей вероятности — чтобы обломаться еще раз, но уже сознательно и в исследовательских целях.

Я даже почти знаю, как Сабрина это провернет. Элементарно и просто: господин Симков будет приглашен к нам в гости… в нашу однокомнатную квартиру. Или окажется там типа «случайно». А дальше он сообразит все сам — должны же были ему в семье объяснить, кто может быть ему парой, кто — не очень, а с кем — даже связываться ни-ни, дабы не бросить тень на славных предков.

И на одно разбитое мужское сердце (и укоренившееся мнение о том, что «все бабы — стервы» и «только одно им от НАС и нужно») в Галактике станет больше.

Ну, а пока типичный представитель мужского племени, которого еще ни разу не прокинула ни одна женщина (если опустить случай в далеком детстве: «скушаешь кашку — вырастешь большим и сильным»), радостно пожал мне руку, поцеловал ручку мило улыбнувшейся Юли и трогательно схватился обеими руками за ладошки расчетливо зардевшейся Сабрины.

— Сарита… выглядишь просто потрясающе! — Очень искренне и проникновенно оценил он.

При этом смотрел не куда-нибудь, а в глаза! Молодец, парень — что тут скажешь! А что взгляд соскальзывает вниз — так это нормально — молодой еще, научится.

Но выглядела Сабрина, действительно, прекрасно. Женская половина семьи Хин Во сотворила маленькую женскую магию, использовав для этого всю мощь современных косметических средств. И сейчас кожу Сабрины покрывал нежно-золотой загар, глаза были очень профессионально и ненавязчиво подведены тенями, а губы — выделены помадой лишь слегка темнее и заманчивее их естественного цвета. Все в меру и к месту. И в тон, учитывая бледную кожу сестренки. И ко времени, учитывая, что макияж явно вечерний — утром на работу или в школу с таким не пойдешь, а вот вечером да под нашу «форму одежды торжественную» — в самый раз!

Поставил еще один «плюсик» Юлии, которая не позволила усмешке появится на своих полных губках, а старательно замаскировала цинично-снисходительную ухмылку под умиляющуюся улыбку и растроганные «хлоп-хлоп» ресничками. Что-то типа «ах, как хорошо быть молодым!» и «ах, я так за вас рада!»

— Мне так жаль, что я не могу сопроводить тебя… вас! — Убивался Ли. — Но мне надо встретить других гостей.

— Ничего страшного, Ли! — Воскликнула Сабрина (именно воскликнула!). — Я постараюсь не сильно заскучать! Но я тебя жду обязательно! Приходи поскорей! Ладно?

И быстрый целомудренный «чмок» в щечку. И засмущаться от своей смелости. И спрятаться за мою спину. И незаметно пихнуть в поясницу, чтоб не задерживался и не стоял на месте.

Женщины — расчетливы, жестоки и коварны! Держись, дружище Ли! Держись! Тебе это, конечно, вряд ли поможет, но…

+++

Кстати, Юля может сделать такие же выводы, что и господин Симков, когда рано или поздно оценит наши жилищные условия — когда-нибудь она тоже нагрянет в гости. Это вопрос времени. На первых порах меня защищает милая традиция, по которой мальчики ходят к девочкам, а ходить в гости наоборот — не совсем прилично… на первых порах. Или они оба (когда дома «хату палят родаки», или сидит суровый старший брат, следящий за нравственностью) — уединяются в каком-нибудь отельчике. Так что на пару-тройку порций «сладенького» мы с Сабриной вполне можем рассчитывать, пока не будем разоблачены: она, как коварная охотница за богатым мужем, а я — как непонятный нищеброд.

С другой стороны, детишки умненькие: Юля может самостоятельно прийти к выводам очень интересным (там ТАКОЙ шпионский блокбастер нафантазировать можно!), а Ли Симков, в силу уровня допуска своей семьи — к выводам правильным. И как они оба поступят в этом случае — будет очень интересно посмотреть. Еще интереснее будет посмотреть на действия командования и начальства.

+++

Прием проходил не внутри особняка, как мы ожидали, а в саду, с противоположной парадному входу стороны. Множество беседок и скамеек, небольшой фонтанчик с удобными для сидения бортиками, многочисленные дорожки и пятачки, деревья, клумбы и подстриженный до бархатистости газон — создавали очень уютную для этого мероприятия атмосферу. Хозяева озаботились большим количеством столиков с безалкогольными напитками и закусками (Да! Да-а-а! Мы таки не уйдем отсюда голодными!), установили колонки иллюзион-проекторов, еще какие-то устройства… кажется, ИК-обогреватели — вечера в этом поясе в это время планетарного года могут быть прохладными, а на многих девушках — весьма легкие платьица (в основном эти… как их… коктейльные) с открытыми плечиками, подолом под самые трусики и та-а-акими декольте и «спинками», что мне уже сейчас, когда солнце не село, становится холодновато. С другой стороны — я их прекрасно понимаю — большинству уже (а кому-то давно, года эдак два) есть, что показывать. И не только понимаю, но и всецело яростно поддерживаю!

Пока присутствовали только наши знакомые. Одноклассники и одноклассницы. Думаю, приглашенные знаменитости появятся позже. Если появятся вообще — есть у них, у знаменитостей, такая милая привычка забивать на незначительные с их точки зрения мероприятия. Родители Ли Симкова если и присутствовали, то на глаза не попадались — вполне вероятно, будут контролировать ход мероприятия из окон поместья, очень удобно выходящих в этот сад. Ну, и почтут своим присутствием, когда (и если) объявится Ольга Золотарь — тут уж у них иных вариантов быть не может. Хоть у прабабки Симкова, сопредседателя Правления, положение и выше Ольги Золотарь, одного из исполнительных директоров, но мероприятие проходит на планете, практически принадлежащей Золотарь.

Музыка играла ненавязчивая и тихая. Ну, я уже говорил, что первая ценность для наших одноклассников — ОБЩЕНИЕ. Которую они сейчас и реализовывали со всем рвением и энтузиазмом.

— Господа…

Мне кажется или Дима Булкин, действительно, изволит быть чем-то недовольным, когда смотрит на Юлю, вцепившуюся в мой локоть, и кидающую вокруг предупредительно-снисходительные взгляды удачливого охотника, собственноручно подстрелившего очень ценную животинку.

— Привет, Дима! Привет, Света! — Приветствовал я.

— Зс-с-сдравс-с-ствуй! — Прошептала-прошелестела Тень, с интересом разглядывая тут же с независимым видом отвернувшуюся Юлю.

— Ну, вот! А ты не хотел приходить! — Натянуто улыбнулся Дима, пожимая мне руку и вежливо кивая однокласснице.

— Но пришел же… — Улыбнулся я.

Кажется, Дима не знал, как выразить мне некоторую неуместность появления здесь под ручку с девушкой, не являющейся, минимум, его сестрой и моей типа-невестой, Ольгой Золотарь. Особенно, в присутствии этой самой «левой» девушки. Понятно, что Дима Булкин не имеет права говорить что-либо подобное Антонио Веридас. Потому что ни тот, ни другой не имеют даже косвенного отношения ни к семейству Антрасайт, ни к семейству Золотарь. Ну, кроме того, что оба живут и работают в замечательной и дружной семье корпорации «Пирит», а учатся в столице замечательной планеты, принадлежащей Ольге Золотарь.

Можно было, конечно, перейти на приватную переписку через инкомы, но, по-моему, Дима сообразил, что я прекрасно осознаю последствия своего поступка и для себя… и для безродной Хин Во. Или, понял, что с точки зрения исполнительного директора девочка Юлия Хин Во — никто и звать ее никак, и, возможно, поэтому номер вполне может прокатить. И, возможно даже, объяснил себе, как именно я собираюсь оправдываться перед «невестой»… если до оправданий вообще дойдет дело. И, есть вероятность, он даже восхитился моей наглостью. Ведь, с одной стороны, Юлия Хин Во может быть устранена от меня одним-единственным щелчком пальцев исполнительного директора корпорации "Пирит", а с другой — Хин Во опекает сама Читхангпур, положение которой в "Пирит" как бы не на том же уровне, что у этого самого исполнительного директора!

Ах, какой же я нехороший!

— Какая прелесть, Юленька! — Это ахнула одна из подлетевших на «огонек» девушек.

Алина Штатберг. Тоже наша одноклассница. Сероглазая русоволосая красавица (да у меня в классе сплошные красавицы… или, что более вероятно, моя «фабрика гормонов» вышла на проектную мощность… ну, и скромная помощь нашей косметологической медицины, делающая из просто симпатичных девчонок писанных красавиц). Родители у Алины Штатберг, разумеется — не абы кто, а какие-то там высокопоставленные… Но по сравнению с родителями хозяина вечера, Ли Симкова — так себе, чуть ли не в подчинении аж через два колена. Да тут, кроме "Димы Булкина", все такие.

— Антонио… — Алина хитро мне подмигнула и двинула локтем. — Молодчина! Костюмчики — просто отпад! Кому заказывал? Кто портной? Что за ателье?

Не уверен до конца в том, по какой причине я — молодчина (хотя, спорить с этим ФАКТОМ не собираюсь), но, догадываюсь, что Алина решила, будто это я выступил спонсором и инициатором сегодняшнего "показа мод". Не стал ее разубеждать — даже интересно, как с этим справится Юля, о социальном статусе и материальном положении которой одноклассницы, разумеется, прекрасно осведомлены.

Лишь многозначительно сыграл бровями, предоставляя отдуваться своей спутнице.

А Юля, должен сказать, справилась отлично!

Хладнокровно дождалась, когда подтянутся остальные девушки — и одноклассницы, и из других классов — и расчетливо открыла глаза публике, что, де, со следующего семестра по результатам сегодняшнего тестирования будет введена новая форма одежды для торжественных и праздничных мероприятий. А Антонио и Сарита Веридас настолько ценятся госпожой Читхангпур, что были выбраны искусственным интеллектом в качестве моделей. Потому что это — не только доверие и великая честь, но еще и МОДЕЛЬНАЯ внешность! И, все равно, как их уговаривала госпожа Читхангпур, как она их упрашивала и просила! И только после условия Антонио, что ЕГО ПОДРУГА Юля тоже получит такой же комплект, они, де, снизошли и согласились.

И все это завуалированно и намеками, чтобы потом нельзя было разоблачить. Умничка, что тут скажешь!

Обнаружив непривычную подвижность и свободу своей левой верхней конечности, я констатировал, что кого-то тут явно не хватает. Повертел головой и мгновенно обнаружил "пропажу" — Сабрина уже о чем-то весело болтала с краснеющим Ли Симковым. Кстати, Карины нигде не наблюдалось. Видимо, телохранитель-служанка орошает слезами подушку в своей комнате… или успокаивает нервы другими способами. Или, если умная, занята своими делами, обязанностями или самоподготовкой.

А Сабрина тем временем старательно и методично придавала голове хозяина мероприятия вращательное движение вокруг вертикальной оси. Другими словами, «кружила голову» бедолаге. Парочка хаотично перемещалась по дорожкам, стараясь держать дистанцию с остальными и не позволяя посторонним вмешиваться в разговор тет-а-тет… Тем более, что приватность была нужна обеим сторонам общения. Ибо романтика.

+++

Мы уже накушались, натанцевались и наговорились. Я несколько раз во время танца поимел возможность оценить все нужные размеры у Юлии Хин Во… и у других девушек (там все было просто отлично, а конкуренция — это вообще замечательно!). Ну, и Ли Симкову от Сабрины что-то там по мелочи перепало… благо, в семье Хин Во использовали качественную губную помаду. Меня тоже не обделили — тут для быстрых экспресс-обжиманий и блиц-поцелуев установлены очень удобные беседки и посажены густые кустики.

Правда, потом градус моего довольства происходящим слегка сбили — покружиться со мной в танце изъявила желание сама Светлана Ошико…

Окружающие удивились, потому что танцевали мы с Тенью молча, ничего друг другу не говоря. Глядя в глаза партнера без улыбки… и вообще безо всякого выражения на застывших масках-лицах.

За весь танец она шепнула в конце только одно:

— Блудливый кобель…

Тоже мне, "капитан Очевидность"! Сказала бы что-то, чего я не знаю! Ну, тогда и я отыграю «капитана»:

— У тебя сиськи классные…

На попытку сломать мне пальцы не обратил внимания — без экзоскелета бессмысленное занятие. О чем она, разумеется, прекрасно знала. Вежливо подвел ее к хмурому Диме, учтиво раскланялся, возвращая даму в целости и сохранности, и отправился «принимать» Юлю у какого-то счастливчика, не давшего моей даме заскучать в одиночестве… разминая слегка помятую кисть.

+++

Вначале в парке объявились взрослые — родители Ли Симкова. Прадедушка с прабабушкой и отец с матерью. Дедушки-бабушки не было, но точно знаю, что живы-здоровы. Видимо, отсутствуют по делам корпорации — они тоже на каких-то там постах и работают не покладая рук на благо семьи и компании.

Тут снова начались ритуальные телодвижения — Ли Симков представлял своим родственникам своих одноклассников. Разумеется, не всех, а только некоторых, руководствуясь какими-то своими соображениями.

Антонио и Сарита удостоились этой чести, конечно, в числе первых. Оба. Потому что Веридас идут только комплектом! А комплектом с Антонио идет Хин Во. Юля вообще была счастлива: шутка ли — для обычной девочки из обычной семьи быть представленной ТАКИМ людям. Круто же! Одной фотки в личном профиле будет достаточно, чтобы рейтинг профиля поднялся за счет "лайков" на недосягаемую для обычных людей высоту!

В целом родители Симкова отнеслись к ситуации с пониманием. Глазами и телодвижениями показали, что в курсе нашей непростой ситуации. Вряд ли они знали о наших настоящих личностях — скорее, были поставлены своей охраной в известность о том, что Веридас совсем не те, за кого себя выдают. Но сделали запрос в СВБ, где их уверили, что "все норм" и эти двое — на своем месте, занимаются своими делами на благо корпорации, а вовсе не являются промышленными шпиёнами, заброшенными в самое сердце «Пирита» сеять смуту, разброд и шатание среди подрастающего поколения будущих управленцев.

Сариту Веридас в качестве подружки Ли приняли благосклонно, наверняка уже сейчас просчитывая и выстраивая разговор, в ходе которого будут объяснять Симкову-младшему некоторые нюансы политической внутрикорпоративной борьбы, когда тот поймет, что Сарита — вовсе не Сарита.

Как только появились взрослые, где-то половина школьников заинтересованно закрутили головами, понимая, что невероятное все-таки произошло и сейчас, вот-вот, появится главная звезда этого вечера — госпожа исполнительный директор… и владелец этой планеты. Юля — та чуть ли не повизгивать от нетерпения стала. Интересно, гипербола о «намокших трусиках» в такой ситуации — только гипербола или самая, что ни на есть, реальность?

Появление охраны заметили единицы — я, Сабрина, Света Ошико… и, кажется, больше никто (ну, исключая хозяев поместья — те, разумеется, были в курсе) — остальные гости своих Теней оставили дома, на хозяйстве… или во флаерах на стоянке перед поместьем. Знакомые и незнакомые гвардейцы и «гвардейки» незаметно рассредоточились по всем парку, ненавязчиво беря его под полный контроль.

Наконец, появилась Сама… В белом длинном пышном платье, с какой-то блестючей диадемкой в волосах. И шла она под ручку с…

— Ой, а это кто? — Шепнула Юля. — Тимониан Антрасайт? — Она продемонстрировала знакомство с корпоративными светскими новостями и сплетнями. — А там — Сабрина Антрасайт?

Под ручку с Ольгой Золотарь величественно шествовал Тимониан Антрасайт, а чуть сзади шла Сабрина Антрасайт. Оба — в угольно черных мундирах с тонкими красными прожилками-паутинкой.

Красавцы! Да! Все-таки, черные мундиры нам чертовски идут!

Я нашел взглядом Диму со Светой и широко им улыбнулся. Света осталась ожидаемо хладнокровной и спокойной, а вот Дима вид имел растерянный и пришибленный. Даже рот открыл в изумлении, но после быстрого тычка от своей Тени — опомнился и захлопнул будку.

Судя по всему, младший брат наивно ожидал торжественного срыва покровов с Сариты и Антонио Веридас, и воссоединения любящих сердец Тима и своей старшей сестры Ольги под торжественно-возвышенные аккорды свадебного марша. Эх, малыш, сколько же тебе еще предстоит интересного узнать о тонкостях политического межкорпоративного взаимодействия!

То, что Ольга Золотарь моментально нашла меня взглядом — было ожидаемо. Очень уж ей хотелось оценить мою реакцию. И это с ее стороны было так… мелко.

А вот когда она увидела красавицу Юлю, державшуюся за мою руку — за лицом не уследила. На мгновение, но… я все, что нужно, увидел. Умная ты, Оля, но — дура дурой! Рановато тебе пока на место маменьки — «железнокровной, теплокровной, хладнокровной», умнейшей и расчетливой стервы Харуки Золотарь!

+++

Вечер… точнее, уже ночь… Так вот ночь шла своим чередом. Уровень громкости музыки, практически выключенной на время явления Золотарь народу, снова увеличили. Олю и Тима загнали в центр импровизированного танцпола перед фонтаном и заставили изобразить нечто красивое вальсирующее… Хм, а оригинал, оказывается, очень даже недурно танцует! А уж как его ручки загребущие по телу партнерши гуляют… Которая, судя по всему, совсем не возражает против такой вольности, весьма активно проявляя инициативу… и пытаясь поймать краешком взгляда мое лицо.

— Они так подходят друг другу… — Признал я вслух очевидное.

Я, правда, вкладывал в это куда больше смысла, чем могли подумать окружающие.

— Да! — Воодушевленно согласилась Юля. — Госпожа директор и Его Высочество очень красиво смотрятся вместе! Какое милое платье на госпоже директоре!

— Ты мундир Его Высочества зацени! — Я цокнул языком. — Вот это стиль — я понимаю!

— Антонио! — Меня игриво и с намеком пихнули локтем.

Я повернулся к Юле и протянул руку. Вообще-то, я и сам собирался ее сейчас пригласить, но она не выдержала и потому успела первой.

— Госпожа Хин Во? Вы позволите?

— Конечно, господин Веридас!

"Уставная" минута одиночного танца прошла, и остальные пары тоже стали присоединяться к танцующим обрученным.

+++

— Госпожа директор! Ваше Высочество! — Присела в реверансе Юля. — Меня зовут Юлия Хин Во! К вашим услугам!

А вот остальные девушки нашего класса… лоханулись. Что хочет продемонстрировать любая юная школьница? Правильно! Свои замечательные ножки! А что нужно для демонстрации своих красивых стройных ножек? Правильно! Короткая юбочка или брючки в обтяжечку! А как сделать красивый реверанс в коротенькой юбочке или брючках в облипочку? Правильно! Никак!

Так что красивыми реверансами смогли порадовать высоких гостей: из старшего поколения только Иинг Симкова — мать Ли (прабабка, Мао Симкова, в приседаниях не участвовала — ее статус не уступал положению Ольги Золотарь), а из младшего поколения — Юля, Сабрина и примкнувшая к ним Света Ошико. Остальные были вынуждены неловко «склонять голову в приветствии» и краснеть от своей непредусмотрительности. А ведь все были честно предупреждены об ожидаемом визите Золотарь!

— Госпожа директор! Ваше Высочество! — Я склонил голову в приветствии. — Позвольте представиться! Антонио Веридас.

Тут такое дело. В «Антраците», в отличие от более прогрессивного в этом отношении «Пирита», форма управления близка к абсолютной монархии. Прямо Кречета Антрасайта «императором» или «царем» никто не называет, но форма обращения там — «величество», «высочество» и прочие «светлости» с «сиятельствами». Архаично? Замшело? Ага. Это вы просто не попадали в высокое общество других корпораций. Например, «Базальт» — «солнцеликий», «высокопреосвещенство», «преподобие» и полное обожествление своего начальника. А есть примеры и похлеще! Так что все относительно.

— Как поживаешь… Антонио? — Спросила Золотарь.

Кажется, она успела успокоиться. И уяснить для себя необоснованность любых претензий в мой адрес. Что, разумеется, не отменяло ее иррационального желания сделать гадость клону, посмевшего не оправдать ожиданий. Напротив, делало это желание даже сильнее, чем раньше.

— Благодарю вас за заботу, госпожа директор! Прекрасно поживаю! Жалоб и нареканий не имею!

— Хорошо себя ведет? — Спросила она Юлю.

Та не ожидала вопроса в свой адрес аж от самой Золотарь, но сориентировалась мгновенно и тихонько рассмеялась:

— Пока без нареканий, госпожа директор! Но если что — у меня отлично поставлены удары ногами по верхнему уровню!

Тимониан, не таясь, скептически хмыкнул, а Золотарь заставила себя улыбнуться:

— Слышала… Ты меня успокоила.

— Не хочешь… вернуться? — Неожиданно вступил в разговор молчавший до этого Тимониан.

Я что, так похож на идиота? Или он такого низкого мнения о своем же клоне? Или он хочет сказать, что на моем месте — вернулся бы?! Или столь наивен, чтобы рассчитывать, что эта стерва меня выпустит?

Или хочет поглумиться? Или проверить реакцию? Наверно, последнее…

С интересом посмотрел на своего оригинала. Вот так смотреть на себя со стороны было… прикольно. Нет — чертовски похож. Но, во-первых, хороший ровный загар, во-вторых, длинные волосы вместо моего "ежика", в-третьих… несколько менее скуластое лицо. Более гладкое, что ли. Не полный — нет, но и "поджарость" отсутствует.

— Благодарю за щедрое предложение, Ваше Высочество. Мне и здесь хорошо.

— Хм… Да я и не делал никаких предложений, Антонио… пока что. Так, лишь хотел выяснить общее отношение…

— Было приятно снова поговорить с тобой, Антонио. А сейчас, прости, нас ждут другие гости. — Решительно обозначила недовольная Золотарь окончание аудиенции. И добавила. — Завтра в обед с сестрой — в мою резиденцию!

— Слушаюсь, госпожа директор! — Я кивнул. — Непременно будем! Госпожа директор! Ваше Высочество!

Когда мы отошли на достаточное расстояние, меня решительно остановили, за плечи развернули к себе и впечатали в губы смачный поцелуй:

— Ты лично знаком с госпожой директора и Антрасайтом?! — Восторгам Юлии не было предела.

— Угу. Имел «удовольствие» пересечься.

— Охренеть!

— И поэтому меня нельзя бить ногами по верхнему уровню!

Краем глаза увидел, как важная Сабрина что-то объясняет такому же ошарашенному Ли Симкову — их пара подходила к Золотарь первой после родителей Симкова. И, думаю, разговор был построен в том же ключе. И с теми же результатами.

Даже завидую Симковым-старшим! У них теперь такие безграничные возможности для фантазий во время будущей воспитательной беседы с сыном открываются!

— Тебе завтра — к госпоже директору. — Промурлыкала Юля, прижавшись сильнее. — Не пора ли нам… откланяться?

Я кивком показал ей в сторону высоких гостей и подмигнул:

— После начальства — обязательно свалим отсюда. Раньше нельзя.

Глава 7

Вопреки тому, что могут подумать люди опытные, мы с Юлей после скорого убытия Золотарь с Антрасайтами (и последующего почти мгновенного рассасывания половины гостей) из поместья Симаковых не пошли домой ни к ней, ни, тем более, ко мне. И даже не стали покупать время в одном из отелей.

Мы гуляли. Бродили по паркам, скверам, площадям Вербо, поднимались на высотки в Центре. Летали над городом и окрестностями на аэротакси. Вербо — чертовски красивый и приятный город… Говорил, нет? Не важно — ночью он не менее красив, чем днем.

Такое времяпрепровождения с девушками было для меня непривычным. Как-то по-другому я представлял свое с противоположным полом… взаимодействие. Мы даже в кафешки и рестораны не заходили, хотя круглосуточных заведений подобного типа в Вербо полно.

Прямо из аэротакси «вскладчину» заказали себе "легкий" перекус. Потом приземлились в одном из пунктов доставки, забрали свой заказ и отправились летать дальше. Но уже с ночным ужином. И ужин получился вполне себе романтическим — сразу после еды, торопливо вытеревшись влажными салфетками, наконец, получили друг от друга свои вожделенные «десерты». Приятным сюрпризом явился Юлин аппетит, не уступающий моему… во всех смыслах.

И, как на мой вкус, получилось куда «вкуснее», чем если б мы с ней банально пошли друг другу в гости или арендовали номер в недорогой (или даже дорогой) гостинице!

В пятом часу… то ли утра, то ли ночи я вернулся в пустую квартиру. Скорее, все же, утра — уже светало. Хотел лечь и поспать хотя бы до возвращения Сабрины, но сдуру решил «почитать на ночь»…

Вот сам же говорил сестре: не читай корпоративные новости перед сном! Не читай!

+++

Сабрина появилась как раз к завтраку. Ворвалась в квартиру уставшая, довольная и голодная, как… как клон Сабрины Антрасайт. Я сидел на нашей маленькой кухне в одних шортах и выбирал между одним лотком с быстрым обедом и другим лотком с быстрым обедом. Названия и картинки на упаковках красовались разные, но были у меня огромные подозрения, что состав, вкус и калорийность будут совершенно одинаковыми.

— Ну и, чё-как? — Руками, в отличие от нее тогда, я изображать ничего не стал. — Как прошло вступление во взрослую жизнь?

— Было… прикольно. — Фыркнула Сабрина.

Она быстро соорудила себе тост с квадратиком колбасы в полтора пальца толщиной, тремя полосками сыра, политым кетчупом, майонезом и декорированного сверху огромным листом какого-то светло-зеленого мохнатого "листика".

— Но Ли — все равно молодец! Очень нервничал! И очень старался! Но — блин! — неужели нельзя было без этих долгих и изнурительных прелюдий, а? И дурацких вопросов типа «ты в порядке?», «тебе не больно?», «тебе хорошо?». Тьфу! Постоянно весь настрой мне сбивал!

Я только усмехнулся. А Сабрина махнула свободной рукой:

— Ну, как прошла твоя ночь, я даже спрашивать не буду. Со спины все видно. Или ты специально в одних труселях по дому ходишь, чтобы продемонстрировать неопытной малолетке, как оно должно быть у взрослых? Типа «учись, детка»?

— А что? Не прошло еще? — Я постарался заглянуть себе за спину. — Ну, я для того и не стал майку надевать, чтоб зажило быстрее. И это не трусы, а шорты.

— Не-а! — Сестра отклонилась назад, внимательно осмотрела мою спину и отрицательно покачала головой. — Заживает, конечно, но еще не до конца! Сурово она тебя. Вот что значит чемпион по харанубе! — И с огромным любопытством поинтересовалась. — Интересно, что нужно делать с юной девой, чтобы она так тебе спину располосовала? Не поделишься секретом? Ну, чисто так… на будущее… А то Ли постоянно какой-то балет изобразить пытается. Нашел себе фарфоровую куклу, блин!

Она вперилась напряженным взглядом в свой бутерброд, примерилась, резко выдохнула, широко раскрыла пасть рот и откусила примерно треть. С аппетитом зачавкала, закрыв от удовольствия глаза.

— Всего лишь позволил ей думать, что она ухватила удачу за хвост, и вот этот вот симпатичный богатенький молодой бура… красавчик, с которым лично знакомы аж директор «Пирита» и принц «Антрацита» — очень неплохой вариант в мужья. Причем, «вышла» она на это сокровище абсолютно самостоятельно, ловко и хитро бортанув от "добычи" конкуренток, у которых были куда более выгодные стартовые условия.

— Бедняжечка, ам-ням-ням! — Невнятно пожалела Сабрина. — Как ты, наверно, страдаешь, ам-ням-ням, и мучаешься, обманывая доверчивую неопытную девочку, ам-ням-ням!

Неопытную? Ну, не сказал бы…

— А что делать, уважаемая сестра! Иначе нам, бедным клонам, размножения не видать, как собственной расцарапанной спины! Поэтому — только подлое коварство и вероломный обман! Только хард-кор!

Сабрина фыркнула:

— Какой еще "хард-кор"? Не загрязняйте чистый вакуум вумными словечками, уважаемый старший брат! Еще в нашем случае для спасения редкого вымирающего вида вполне допустимо внутривидовое скрещивание! Но это только в крайнем случае, разумеется! — Поторопилась она уточнить, вовремя заметив смену выражения моего лице. Спросила, меняя тему. — Новости какие-нибудь есть?

Я посмотрел в окно на просыпающуюся столицу — птички чирикают, солнышко светит, тоненькие нитки и толстые канаты транспортно-пассажирского трафика расчерчивают голубое небо. Спокойствие и красота.

— Ага. — Равнодушно ответил я. — Судя по некоторым признакам, с планеты уже сутки полным ходом идет скрытая эвакуация.

Сабрина даже жевать не перестала. И вообще никакого удивления не показала. Лишь покивала задумчиво:

— Даже так… То-то я смотрю, Ли столько трагизма и чувств в наше с ним расставание вложил! «Сарита, милая! Я разыщу тебя на любой планете!» Это было так… — Она закатила глазки. — … мило. Я даже чуть не забыла, куда он мои трусики забросил! Вот скажи мне, опытный старший брат — что в таких случаях должна отвечать только-только лишенная невинности девушка?

Я всерьез задумался:

— Ну, во-первых, трусики надо было оставить молодому человеку на память. Во-вторых, улыбнуться. Только не этой вашей обычной хитрой улыбочкой, из которой хрен поймешь, что вы там про нас думаете, а эдак… растроганно. Ну, еще глазками похлопать. Слезу там пустить… чуть-чуть. Еще поцеловать… наверно. О! Точно! ПРОМОЛЧАТЬ!

— «Плюс десять» Сарите Веридас! — Воскликнула обрадованная Сабрина. — Я угадала ответ на этот вопрос викторины! А, прости… что ты там про эвакуацию говорил? Я не расслышала.

— Проводятся мероприятия, сильно смахивающие на эвакуацию особо ценных человеческих ресурсов в пределах всей звездной системы. — Повторил я. — Уже около 47 тысяч ведущих специалистов и ученых покинули систему. Поводы разные, но все выглядят очень достоверно: командировки, отпуска, инспекции и тому подобные рабочие поездки. Даже повышения в должностях и перевод на другую работу. На первый взгляд, улетают в одиночку или в составе рабочих групп и делегаций, но если копнуть глубже, то убывают целыми семьями. С супругами, детьми, родителями и домашними питомцами. Если смотреть статистику, то такого исхода профессионалов с Архоца никогда не было. А вот на Секуре было что-то очень похожее…

— И давно?

— Вчера в четыре-ноль-ноль по среднепланетарному времени началось. Ну, это то, что я смог отследить со своим допуском, конечно. Скорее всего, началось раньше.

— Следуюфими пойфут рукофодители среднего и низфефо зфена. — Предположила сестра.

Она решительно расправилась с остатками бутерброда и по пояс нырнула в холодильник с целью приготовить себе еще один. Я постучал пальцем по одному из двух гранитно-каучуковых полушарий, торчащих из холодильника:

— Как думаешь, что лучше: «Ростбиф из говядины с соевым соусом и картошкой по-колонистски» или «Котлета свиная на кости с тушенными овощами по-гардиански»?

Сабрина захлопнула дверцу, выпрямилась и напряженным взглядом впилась в цветастые контейнеры, которые я так и не убирал в холодильник:

— Хм… Слушай! А давай обе! Я сейчас гарадианского псевдозавра готова сожрать, не то что тамошнюю свинью!

Я пожал плечами и активировал блоки готовки на контейнерах. Сабрина вдруг застыла:

— Слу-у-ушай! Самое главное-то не спросила!

— М?

— Что к Золотарь наденем? Если хоть чуть-чуть испортим «торжественную» — нас Читхангпур самих… — Она содрогнулась. — Попортит.

Меня тоже передернуло:

— Ну, если б не информация об эвакуации, можно было бы в школьной форме слетать, но сейчас…

— Ясно. — Сабрина надула губки. — Опять в этих пошлых, простолюдинских, безвкусных, дешевых и некрасивых «комбезах» ходить!

Я развел руками.

— Слу-у-ушай! — Сабрина сложила ручки и захлопала глазками. — А давай еще нямки закажем, а! Какашка, сто процентов, зажилит нас покормить — ты ж ей в самую ее блудливую душу плюнул! Прямо в центр!

+++

По прилету в поместье Ольги Золотарь нас… арестовали.

Ну, точнее, задержали. Никаких обвинений, само собой, не предъявляли, просто две пятерки гвардейцев в планетарной броне окружили приземлившийся флаер нашего аэротакси, поставили три слоя силового купола и вежливо попросили пройти в закрытое — без окон — помещение с толстой металлической дверью. Даже добавили на прощание, прежде чем нас запереть, что госпожа директор снизойдет до общения, как только выкроит свободную минутку. Даже связь инкомов не рубили.

Возмущаться мы не стали и, пока вежливо просят, решили принять такое своеобразное приглашение «подождать и никуда не уходить».

Золотарь снизошла через пять часов, поэтому заодно и выспались. И замечательно, надо заметить, выспались!

За время сна на наши инкомы «упала» корреспонденция.

Сабрине — от Ли Симкова. Парень написал много-много красивых слов, сопливых размышлений и пафосных обещаний… и в конце добавил крохотный «П.С.», в котором высказал робкое желание увидеть любовь всей своей жизни в красивеньком купальнике где-нибудь на пляжах планеты Соцерон. Это умный мальчик так легко намекнул своей зазнобе, куда именно будет эвакуирована его семья… Точнее, где находится одно из поместий клана Симковых, в котором будет жить лично он. Эх, романтик! Хорошо быть молодым и наивным… наверно…

Мне — от Юлии Хин Во. Девушка слегка растерянно сообщала, что семья Хин Во срочно переезжает на другую планету. Маме сделали очень выгодное предложение («от которого она не смогла отказаться», — мысленно поправил я девушку) и семья в составе младшего брата, отца, матери и ее самой уже вылетают к «пятке» орбитального лифта… и тут (видимо, в рейсовом флаербасе) полно знакомых мамы и папы по работе! И они тоже переезжают!

И нам с сестрой — от Читхангпур. Короткое распоряжение о возвращении комплектов «формы торжественной» в кабинет N419 и о предоставлении отчета об их использовании. Отчет должен содержать: время ношения, описание удобства, функциональности и эстетического восприятия костюмов, впечатления, сложившиеся у окружающих от нашего внешнего вида, и наши предложения по улучшению эргономики, функционала и внешнего вида. В дополнении к моей копии послания госпожа Читхангпур еще сетовала, что ученица Юлия Хин Во не вернула свой комплект формы, оставив его дома, и мне следует посетить место жительства одноклассницы (адрес прилагается) с целью обеспечения доставки комплекта формы ученицы Юлии Хин Во в школу в кабинет 419!

+++

Ольга Золотарь в своем повседневном белом мундире вид имела мрачный и невеселый. И присутствовала не лично, а по трансляции — одна из стен нашего узилища стала вдруг «прозрачной» и в ней проступил кабинет Золотарь.

Я рассматривал несостоявшуюся невесту… и собственного оригинала, стоявшего у окна ее кабинета и задумчиво смотревшего на озеро и лес… через проекцию, так как на окнах кабинета Золотарь снова были опущены щиты соблюдения секретности ради.

— Что ты, котик мой, невесел? Что головушку повесил? — Спросил я, наклоняясь вперед, к коленям, растягивая мышцы спины после сна. Сабрина крякнула, сильнее надавливая мне на плечи.

Ольга посмотрела исподлобья, но огрызаться не стала — видимо, время поджимало и на всякие удовольствия и самоутверждение его уже не хватало. Смерила нас взглядом:

— Вам сейчас поставят капсулы. Не таймерные. Стандартные. Срабатывающие по отсутствию сигнала.

Золотарь говорила рубленными фразами и, вообще, была напряжена. И настроение у нее было… м-да. Уточнять, что будут содержать капсулы, она, разумеется, не стала — и так было понятно. Сабрина наклонилась, посмотрела на мое лицо, и лениво бросила, одновременно позволяя мне разогнуться:

— Да без проблем, подруга!

— Наша задача? — Спросил я.

Золотарь не обратила внимания на нашу покладистость никакого внимания:

— Вы уже в курсе. Идет эвакуация. Я… мы с Тимом остаемся на планете. До последнего. Вы — остаетесь с нами.

— Вау! — Воскликнула Сабрина, восторженно захлопав в ладоши. — А ты, Оля — уже клон, или еще настоящая?

Ни Золотарь, ни Антрасайт даже не поморщились от нашей догадливости. Только плечи усмехнувшегося Тимониана дрогнули. Но отворачиваться от «окна» он не стал.

Строго говоря, догадаться было нетрудно. Золотарь с Антрасайтами сматываются с планеты, а мы с клоном Золотарь остаемся прикрывать их эвакуацию, изображая для патриотично настроенного населения свое присутствие на планете. Все очень просто. Так же было и на Секуре — рядовые работники и обслуживающее «мясо» (включая клонов "принца" и "принцессы") остается, а все ценное вроде тоже остается, но на самом деле уже куда-то оперативно и незаметно вывезено.

Обыденно и привычно — чего ж тут морщиться-то? Первый раз, что ли?

— Капсулы вам поставят сейчас. Заодно вернут внешность — волосы и глаза, насколько я помню. Задачу получите на свои инкомы… минут через десять. — И не удержалась, добавила, прежде чем отключиться. — Развлекайтесь, клоны! Ваш отпуск закончился… полностью и навсегда!

А оригинальная Сабрина Антрасайт так и не показалась. Возможно, отсыпается где-то в поместье. Или находилась в кабинете, но вне сектора видеоприемника.

— Настоящая. — Солидно покивала сестра. — Не поздоровалась, не попрощалась. Точно настоящая!

— Ни мне здрасьте, ни тебе до свидания… — Поддержал я.

— Зато скоро познакомимся с клоном Ольги Золотарь! — Выспавшаяся Сабрина была полна энергии и позитива. — Интересно, она — такая же сучка?

— Еще и из нее дурь выбивать… — Поморщился я.

— Думаешь, надо? — Скептически посмотрела на меня Сабрина.

— Угу. Нам же еще форму госпоже Читхангпур надо возвращать.

— О-о-о! — Протянула Сабрина, округлив глаза. — Слушай, а нас, вообще, кормить-то собираются? Я б порубала чего-нить!

+++

— Переодевайтесь. — Поморщилась Ольга Золотарь и ткнула пальцем в разложенные на письменном столе комплекты одежды.

Черненькие! Мундиры принцев и принцесс «Антрацит»! Прелесть!

— Ну, вылитая Оленька! — Совсем другому умилялась Сабрина, рассматривая клона Золотарь. — Вылитая! Только морщиться не надо — настоящая Золотарь за лицом лучше следит.

— Лучше следи за своим языком! — Отбрила «Золотарь». — Болтаешь много.

— На окнах — щиты, — Стала перечислять Сабрина, пальчиками за краешек приподнимая ткань своего комплекта одежды, будто ожидала найти под ним притаившееся ядовитое насекомое. — Сюда нас провели под завесой, мы находимся в полной информационной блокаде… Так что могу говорить, что думаю, и нихера ты мне не сделаешь… Кстати, цени — я редко кому-то, кроме брата, говорю правду.

— Другими словами — постоянно звиздишь. Переодевайтесь! — Со вздохом закатила глаза… ну, за неимением оригинала, будем считать Ольгой Золотарь именно эту девушку-клона.

— Вот! — Одобрительно покивала Сабрина. — Вздыхаешь и глазки закатываешь, прям, как настоящая!

Мы скинули с себя комбинезоны и стали одевать мундиры. Все это время Золотарь с неопределенной миной нас рассматривала. Особенно меня:

— Вот дура-то, а… — Совсем тихо, но с ощутимой злостью процедила она. — Вот дура!

— Кто? — Мгновенно вскинулась Сабрина.

— Корвет «Пито»! — Отмахнулась Ольга. — Через сорок минут двери в кабинет разблокируются и с этого момента мы — настоящие. Летим в столицу. Там на площади перед Дирекцией даем выступление, я толкаю речугу, машем ручкой восторженно рукоплещущему народу, обнимаемся и целуемся. Вам ничего говорить не надо — кивайте с важным видом… ну, вы это умеете.

— Еще как! — Показала Сабрина пальцами «викторию».

Кстати, интересно, что происхождение этого жеста от древне-земного латинского «виктория» — «победа» — не помнит из моих современников никто, кроме каких-нибудь упоротых энциклопедистов и немногочисленных историков. Ну, в корпорациях почему-то считают, что история, как наука, не очень-то и нужна… даже вредна. Как оказалось, Читхангпур ввела этот предмет в своей школе вопреки общей школьной программе.

— Отлично! — Ольга хлопнула в ладоши. — Тим! Если что — мы с тобой уже успели переспать. И даже не один раз.

— Ой, дурак… — Прошептал я. — Ой, дура-а-ак…

Ольга фыркнула, а Сабрина тут же отреагировала:

— Кто?

— Дед Пихто. — Отмахнулся я.

— … Так что можешь на людях прижиматься смелее и не стесняться с поцелуйчиками и всякими «лап-лап» и «хвать-хвать». — Продолжала Ольга. — Сабрина, ты тоже участвовала в перепихоне, если что. Так что, аналогично — не тушуйся, когда я тебя за попку ущипну.

— Эй! — Округлила глаза Сабрина. — Когда это я с вами двоими успела? Я же только сегодня ночью и совсем не с ва…

— Вот сегодня ночью и… — Ольга изобразила гадливую гримаску. — Наши оригиналы получили материалы от «наружки», ведущей Сариту и Антонио Веритас. Ну, про то, как вы миловались с Ли Симковым и с Юлией Хин Во соответственно. Запустили эти записи на двух совмещенных проекциях на потолке и стенах спальни, и втроем в одну постельку бухнулись. Ну, и понеслась…

Мы с Сабриной, конечно, удержались от того, чтобы гадливо морщиться или как-то еще выражать свои чувства. Напротив…

— А-а-а… вот чего они сегодня такие квелые были!

— Надо будет тоже попробовать! — Радостно предложила Сабрина и похабно подмигнула Ольге. — Втроем.

А чувствовали мы… Ну, подозревать — это одно, а вот знать о том, что в такой момент за нами не только велось наблюдение, но кто-то еще и додумался использовать ЭТО в качестве допинга-возбудителя для своей групповушки… Так вот: знать об этом было… неожиданно неприятно. Но главной неожиданностью лично для меня явилось то, что мне стало обидно не столько за себя или за сестру, сколько за Юлю и… за Симкова!

Золотарь, тем не менее, что-то такое на наших лицах заметила, отчего широко заулыбалась и напомнила:

— Мы — под полной инфоблокадой. Трансляция сейчас даже на серверы охраны не идет и на наши инкомы не записывается. А вот сигнал на ваши капсулы идет через мои датчики жизнедеятельности. Нет сигнала в течение семи минут, и — чпок! Так что… — Она поцокала языком и развела руками. — Могу говорить, что думаю, и нихера вы мне не сделаете!

— Слушай, Тим! — Сабрина двинула меня локтем и кивнула на Золотарь. — А может настоящая — ЭТА? Ведет себя совершенно так же по-хамски!

— Кста-а-ати! — Щелкнула пальцами Золотарь. — Тебя же можно поздравить! Со вступлением тебя в взрослую жизнь посредством лишения себя одного маленького атавизма! Причем, естественным путем! Поздравляю, госпожа Антрасайт!

— Э-э-э… спасибо, наверно.

— Пожалуйста! Правда, даже на самой разнузданной порнухе я не видела, чтобы в момент лишения девственности участники этого процесса так ржали друг над другом!

— Знаешь, сестра. — Я задумчиво рассматривал клона Золотарь. — Мне кажется, настоящая Золотарь сосет по сравнению с этой милой и вежливой особой.

— О! — Золотарь подмигнула. — А ты умеешь сказать девушке приятное, Тим! Ты, к слову, по сравнению со своим оригиналом тоже… очень даже ничего.

Совершенно неожиданно ее улыбка стала… какой-то другой.

— Кстати! — Сабрина вздернула ладошку. — Я ж так и не узнала, от кого все с планеты ломанулись-то! Почему эвакуация-то?

Глава 8

О том, что действие рождает противодействие, известно с незапамятных времен. Удивительно, сколь регулярно и постоянно люди склонны забывать этот простой закон в применении к своим взаимоотношениям в частности и к социальным процессам вообще. Скорее всего, противодействие начинается с самого начала жизни человека, как ответ окружения на рождение младенца, а дальше — как снежный ком, по нарастающей, наращивая взаимное давление, с обеих сторон противостояния. А то, что привычно с детства — редко замечают. И конец такому постоянному противостоянию для отдельно взятого человека может быть только один… но это уже нюансы.

Наглядный пример у нас перед глазами.

Фактическое начало финансово-экономического объединения корпораций «Пирита» и «Антрацита» — то самое действие. Точно не знаю, чего ожидали инициаторы этого процесса, но лично я не удивлен, что объединение двух крупнейших корпораций Галактики привело к противодействию — возникновению союза четырех (четырех!) других корпораций. Размером слабо уступающих.

«Агат», «Оникс», «Базальт», «Аурум».

Союз объявил о своем создании только позавчера. А вчера и сегодня затопил галактическую сеть грозными сообщениями о вероломстве, коварстве и подлости «черных» и «белых» — «Антрацита» и «Пирита», обещании пресечь, бороться и… противодействовать.

Насколько я узнал из язвительных комментариев обозревателей «Пирита», вначале новый союз пытались поименовать по первым буквам названий корпораций-членов. Вертели так и эдак — получалась полная лажа. К тому же, стали возникать споры, чья буква будет на первом месте, а чья — на последнем. В конце концов, махнули рукой и решили не заморачиваться, назвали просто и без затей: «Союз Четырех», или «Союз-4», или «Квадро-Союз». На чем и успокоились.

Я не удивлен таким развитием событий — еще раз говорю. Но то — я. Уж не знаю, на кого нас с сестрой готовили, но точно не на экспертов или аналитиков — мозгами мы пошуршать можем, но не так чтобы сильно долго, и совсем в другой… скажем так, плоскости. Следовательно, соответствующие специалисты и в «Пирите», и в «Антраците» ТЕМ БОЛЕЕ (и сильно заранее) должны были четко предсказать реакцию остальных корпораций на такой беспредел, как свое объединение.

Можно было бы удивиться, как так быстро организовался новый союз, как так быстро договорились, организовались.

Но удивляться тут нечему — ответ прост и элементарен. Разведка и анализ открытой информации. Наверняка, «Союз-4» фактически возник куда раньше. Ведь объединение «Антрацита» и «Пирита» планировалась задолго до начала активных телодвижений — и вряд ли было возможно полностью скрыть от конкурентов подготовку к событию такого масштаба. Вот и конкуренты не зевали — подсуетились.

Вряд ли новый союз просуществует долго. Или — в прежнем составе. Тут дело в целях объединения. Если «Пирит» и «Антрацит» имели целью увеличение своих финансово-экономических возможностей, то «Союз Четырех» создан практически исключительно для противодействуя союзу «Пирита-Антрацита», а вот прочие связи в нем слабоваты. Так себе цель, на мой взгляд.

А хотите знать, что будет дальше? Берем в руки столь нелюбимую корпорациями историю и внимательно читаем. Остальные корпорации, обеспокоенные появлением двух мощных противодействующих конгломератов начнут, кто быстрее, кто медленнее, стягиваться к новым галактическим центрам масс, встраиваясь либо в орбиту «Союза Четырех», либо в орбиту «Пирита-Антрацита»… Возможно, появятся другие союзы и конгломераты. Да они и раньше появлялись, просто участники были не такими большими, как виновники нынешнего галактического переполоха.

Но я допускаю, что все будет по-другому — я ведь не владею всей полнотой информации. И не будем сбрасывать со счетов обычную человеческую глупость — вот уж что постоянно рушит многие-многие хитрые планы.

+++

Расклад сил между противоборствующими сторонами сейчас оказался таков, что после многократного передвижения флотов противостоящих корпораций по трехмерной «шахматной доске» Галактики вдруг выяснилось: одна из клеток этой «шахматной доски» на территории «Пирита» — планета Архоц — осталась без прикрытия и не защищена «бело-черными» фигурами.

Планета Архоц не представляла интереса ни в плане военном, ни в плане промышленности, ни в каком-либо другом. По сути — административно-управляющая планета. Даже местный информационных узел с легкостью дублировался другими узлами. Куча управленцев и специалистов информационных потоков. Видимо, потому «Пирит» и решил ею пожертвовать — из ценных ресурсов на Архоце только люди. И то — далеко не все. Ценность (с точки зрения Корпорации) представляют лишь профильные высококлассные специалисты, процент которых очень невысок на фоне прочего обслуживающего и сервисного персонала — продавцов, администраторов, коммунальщиков.

Одна из причин, по которой Ольга-оригинал была так раздосадована и раздражена — как же так, маменька пожертвовала ее личной планетой-игрушкой! Разумеется, умом она понимает стратегическую «дешевизну» Архоца. Разумеется, какую-нибудь «конфетку» дадут «маленькой обиженной девочке» взамен, но… Все равно обидно! До слез обидно! Особенно из-за того, что твою любимую планетку-резиденцию посчитали самой "дешевой" на "корпоративном прилавке".

Дальнейшее представляется следующим образом:

На Архоц будет иметь место сравнительно легкое боевое столкновение — сожгут парочку крейсеров, десяток эсминцев, сотню-другую орбитальных штурмовиков, тысчонку десантно-транспортных бортов, положат тысяч десять-двадцать военнослужащих, разнесут орбитальные крепости (их на орбите Архоца — четырнадцать… из которых пару-тройку, наверняка, уже перебазировали в другие места галактики), вынесут наземную ПКО, расхреначат тучу атмосферных и гибридных истребителей, угробят тысяч триста-четыреста «цивилов»… И начнут долгий и нудный процесс оккупации и депиритизации.

Тем временем «Пирит» или «Антрацит» аналогичным образом оккупируют планету одного из четырех членов нового союза. Самого слабого в военном отношении. И, колбой-матерью клянусь, планета та будет такой же… бессмысленной.

Возможно, цикл повторится два-три раза. Наверняка, увеличится частота диверсий… ну, по сравнению с обычным режимом «мирного» подкладывания свинью корпорациями друг другу.

Когда расходы от ведения боевых действий и ужесточения мер безопасности превысят определенную сумму, стороны сядут за стол переговоров. И вот тут возможны варианты — могут договориться, а могут и не договориться. В последнем случае потянутся к союзникам и начнут объединяться дальше. И воевать дальше.

И тогда в Галактике начнется веселое время «Галактических войн»! На радость "второму".

Потому что правильная война — это увеличение производства оружия, которое с незапамятных времен является маршевым двигателем человеческого прогресса.

+++

Пиарщики у Золотарь отменные — речь была красивой и вдохновляющей! Был бы архоцианцем — поскакал бы на ближайший мобилизационный пункт регистрироваться добровольцем в отряды планетарной самообороны, получать ношенный латанный-перелатанный экзоскелет, плохонькую броню и старую «стрелковку», и бросился бы рвать зубами какого-нибудь злобного и коварного вторженца-!

В этом эмоциональном подъеме была большая заслуга «нашей» Золотарь. В своем белом мундире, отлично оттененном черным фоном — мундирами Тимониана и Сабрины Золотарь — она зажигательно выступила с балкона пятого этажа здания Планетарного правительства. С балкона по этому случаю даже демонтировали перила — видимо, чтобы радостные аборигены имели удовольствие видеть стройные ножки поддельной госпожи директора «Пирита». Ну, и чтобы дронам-операторам не мешали снимать замечательный вид на получившуюся сцену.

Охрана сообщала о присутствии на площади перед Домом Правительства 140 тысяч граждан планеты. Прямая трансляция велась не только по всей звездной системе, но и на все пространство «Пирита» и, наверняка, «Антрацит», как союзник, тиснет нарезку этого "митинга" в свои информационные блоки.

Надеюсь, настоящей Золотарь хватит ума сидеть тихо и не вылезать сейчас в других местах, дезавуируя весь этот патриотический запал. Как и настоящим Тимониану и Сабрине Антрасайтам… Теперь-то ситуация совсем другая, чем при «типа аннексии» Секуры — теперь конгломерату «черно-белых» не требуется подведение высокопоставленных женихов и невест к членам «Союза Четырех». Так что разоблачения нам можно не опасаться. Да и не наша это проблема. Это, вообще, не проблема по сравнению со всем остальным.

Ольга Золотарь, разрумянившаяся и лихорадочно возбужденная (обычная и нормальная реакция оратора только-только проведшего успешную накачку толпы), повернулась ко мне и красиво «упала в объятия». Под восторженный рев десятков тысяч людей я уверенно, но без фанатизма, поцеловал девушку в подставленные губы.

Вот ее, в отличие от настоящей, я обнимал и тискал с огромным удовольствием:

Во-первых, совсем другой мышечный каркас — тело у клона Золотарь тренированное, гибкое, а мышцы плотные и упругие… и не только мышцы. Как у "сэсэошницы" Томбравец или у чемпионки пятиборья Хин Во.

Во-вторых, маловероятно, что у нее было время и, так сказать, административная возможность организовывать себе всякие глупости вроде загулов и многолюдных оргий. Подспудно меня это в отношении оригинала, оказывается, все-таки раздражало и коробило… сильно. Это, конечно, крайне непрофессионально с моей стороны, потому что — обывательская и ОЖИДАЕМАЯ реакция обычного самца-собственника, не собирающегося делиться с потенциальными конкурентами.

В-третьих, как-то так за это короткое время сложилось нечто, отдаленно похожее на взаимопонимание… возможно, из-за практически одинакового происхождения — можно сказать, что «мамки» у нас с ней являются «сестрами» — мы же (я, она, Сабрина) из почти однотипных «колб» вылезли. Чуть ли не одного производителя!

И, наконец, от ее улыбок и подколок я не испытывал тихого бешенства… это — в-четвертых и, наверное, главных.

Ну и практически одинаковую "клонированную" ситуацию сбрасывать со счетов не будем. Тоже, знаете ли, сближает.

Тут «второй» опять что-то начал втирать про «нужные штампы» и «правильные шаблоны», про то, что вот «еще одна» «членка» гарема (ну, по его мнению, не лишним было бы еще совершить вояж по Галактике с целью найти Томбравец и разыскать, куда эвакуировали Юлю), но после его выверта во время разговора с Сабриной о необходимости сексуальной разрядки все, что нужно, я про этого урода уже узнал. Просто не обратил на него внимания, и расстроенный «второй» вскоре заткнулся сам. Самая правильная тактика с этой шизой — ее полный игнор… или что-нибудь страшное типа Светы Ошико или столь же милое, типа той же Томбравец.

— Прекрасные слова, моя милая! — Шепнул я… достаточно громко, чтобы это уловили направленные микрофоны дронов. Казалось бы, достигла предела громкости, но — нет — толпа взревела с новой силой. Ну, дык — «Антрацит с нами!»

На нас обоих повисла радостно визжащая Сабрина… Ольга даже не стала, как обещала, мацать ее за попку — сейчас, на виду у практически всего "Пирита" и "Антрацита" это было лишним.

Эпохальное величественнейшее предбатальное, с элементами легкой эротики, полотно «Архоцоианское напутствие перед битвой» кисти коллектива анонимных авторов можно было считать завершенным. И выставлять его в какой-нибудь художественной галерее. А потом за бешенные бабки задвинуть на каком-нибудь аукционе анонимному богатенькому дроч… покупателю.

+++

— Руководство планетарной обороной! — Сабрина предвкушающе потерла ладошками. — ОБОЖАЮ!

— Да уж ты бы сейчас наруководила… — Усмехнулась Золотарь.

— Хм?

— У тебя допуска нет, солнышко! — Довольно объяснила Золотарь. — Твои распоряжения будут просто проигнорированы. Только после свадьбы. И то — по минимуму. И не у тебя, а у Тима… — Помолчала и решила уточнить. Уже серьезно. — Но если будет, что сказать, говорите.

Мы находились в резервном штабе планетарной обороны.

Это, наверно, парадокс такой — судя по историческим хроникам постзвездного периода почему-то обороной никогда не руководили из специально отстроенных для этого центров. Всегда использовали резервные. Всегда. При том, что основные центры в большинстве своем были на тот момент целы. И защищены лучше. И координаты всех резервных штабов, как правило, разведке противника известны с точностью до метра по всем трем координатным осям. В большинстве случаев основные центры после окончания боевых действий оставались невредимыми, а вот резервные раздалбывали в ноль. Почему так?

Я ж говорю, парадокс!

140 метров под землей в монолитном скальном основании. Разветвленная сеть уже тысячу лет как устаревшего подземного метро. Метро, совершенно ненужного, кроме как на планетах с агрессивной атмосферой или на планетоидах без атмосферы вообще. Несколько уровней монолитной защиты над головой. Множество помещений и длинных широких коридоров.

И огромный куполообразный Главный Зал Управления. С многочисленными операторскими пультами, большими экранами-проекциями на стенах и обязательным балкончиком с монструозным и навороченным Креслом Самого Главного… злодея или героя — это станет понятно после того, как верх одержит одна из сторон.

Вот в этом кресле и восседала сейчас исполнительный директор Ольга Золотарь. Красиво восседала, фотогенично. Запись шла постоянно, и нарезку каждые пятнадцать минут публиковали на центральных новостных порталах пространства «Пирит» и «Антрацит». А я скромно ютился в кресле попроще чуть сзади. С нетерпеливо ерзающей на моих коленях сестрой.

Даже присутствовало несколько живых «шакалов», бегающих сейчас по всему Штабу и донимающих работающих людей мольбами о взятии у них интервью. Разумеется, это были не самые известные «шакалы» мира общественной информации. То есть не «лица» медиаканалов, а так… молодые да бойкие, увидевшие в происходящем хороший шанс хапнуть известности и приподняться в рейтингах.

Или самые отмороженные и безбашенные — тоже вариант. Ведь центр управления обороной — первейшая мишень для захватчиков. Получается, что и "шакалами" их называть не совсем правильно — эти ребята рискуют сейчас не меньше, чем присутствующие здесь военные!

+++

— Госпожа директор! Множественные отметки в секторе «Ас-Би-601»! — Браво выкрикнул один из дежурных операторов из-за своего пульта. — Дистанция — двенадцать астро!

— Госпожа директор! Запросы на идентификацию отвергнуты! — Еще один оператор. Голос такой же бодрый… чуть ли не срывается в восторге от обращения к Самой. — Присвоен статус "Противник"!

— Задействовать протокол «Отражение-6» по всей системе! — Не вставая из кресла, Ольга простерла руку вперед. — Объявить общую боевую тревогу!

Красиво простерла. Прям бери, и увековечивай в мраморе. И личико белобрысое такое… величественное и одухотворенное. И румянец на щечках. Красота! Тут главное изобразить на собственном лице восторженную любовь и обожание — нас с Сабриной сейчас тоже берут крупным планом.

— Мэм! Принято, мэм! «Отражение-6» по системе, мэм! Боевая тревога по системе, мэм!

Все операторы задвигали руками по воздуху, забормотали тихие команды, огромные экраны стали расцвечиваться многочисленными сообщениями в красных и желтых рамочках… Хорошо, что настоящий ревун системы оповещения не врубили ради эмоционально-художественного накала.

Золотарь порывисто встала из своего кресла и повернулась к подтянутому высокому сероглазому шатену в белой адмиральской форме с кучей наград на груди:

— Адмирал Хон! Ситуация классифицирована, как вторжение! Принимайте командование обороной планеты Архоц, адмирал Хон!

Адмирал Хон красиво-небрежно козырнул и занял освободившееся место:

— Благодарю, госпожа Золотарь! Отличная работа! Говорит адмирал планетарных войск Бенджамин Хон. Принимаю на себя командование обороной планеты Архоц!

— Сэр! Есть сэр! — Слаженно рявкнули операторы.

Пока все это очень напоминало постановку в клубе самодеятельности в школе 910 (госпожа Читхангпур очень поощряла клубную деятельность — какие-то ее заскоки про разностороннее развитие личности… а мы вот с Сабриной в школьный клуб песни и пляски не пошли — тешили себя пением в караоке).

И хорошо, что именно постановку! Когда лица операторов за пультами станут серьезными, тела сведет от напряжения, по вискам медленно поползут капельки ледяного пота, а голоса утратят пафос и героику — это будет означать, что вся оборона ссыпается в черную-пречерную дыру, и скоро настанет всеобщий и неминуемый абзац. По моим прикидкам, произойдет это где-то часов через пятнадцать-двадцать, дольше оборона планеты вряд ли продержится, а корпоративные флота «Пирита» и «Антрацита» подтянуться не успеют… и даже дергаться не будут, прикрывая действительно важные узлы этих двух корпораций. Но это уже чисто между нами, клонами, да?

И только адмирал Хон, судя по его повадкам, останется таким же спокойным и невозмутимым.

Интересно, в конце он столь же хладнокровно застрелится из табельного пистолета или презрительно-величественно сдастся десантно-штурмовой группе противника? Интересно, а ДШГ в последнем случае пристрелит вражеского адмирала, отпинает его бронированными сапогами, или столь же красиво примет капитуляцию планеты? Наверно, последнее — хоть какое-то соблюдение видимости легитимности. Да и картинка для СМИ куда красивше получится. Причем, для СМИ обеих сторон. И возможность сохранить мат. ресурсы без их порчи и разрушений не будем отметать.

Какие в случае захвата планеты планы у «Пирита» (и «Антрацита») на нас, клонов, можно даже не спрашивать. Мы списаны под ноль. В том смысле, что даже тела будут уничтожены, чтобы не возникло лишних вопросов, когда наши оригиналы, «удачно сумевшие сбежать спастись», выплывут на какой-нибудь курортной планете. И все, кто в курсе подмены настоящих Золотарь и Антрацит, прекрасно это понимают.

— Предлагаю уединиться и немного потр… поспать! Адмиралу Хон наше присутствие пока не нужно. Адмирал, вы не возражаете?

Ольга холодными пальцами вцепилась в мою руку. Ее глаза лихорадочно блестели. Кажется, кто-то закинулся боевым коктейлем из линейки "психо" — с безудержной смелостью, полной безбашенностью и общей ебанутостью… Плохо, конечно, но терпимо — лишь бы не какой-нибудь "Последний шанс". С другой стороны, когда живешь последние часы и прекрасно это понимаешь — никакие коктейли, по большому счету, не нужны.

— Не возражаю, госпожа директор. Отдыхайте. Вы хорошо поработали!

Пока оборона действовала по стандартным процедурам, вмешательство от адмирала не требовалось. И он позволил себе и снисходительную понимающую усмешку… и даже самую капельку легкого сочувствия и сожаления в глазах. Было б странным, если бы командующий обороной не был в курсе, кто мы такие на самом деле, и какие у высшего руководства корпорации на нас планы. Он даже, наверняка, ознакомлен с сценарием нашей ликвидации. Или мог ознакомиться при желании. Без подробностей, разумеется: операция подмены с последующей «зачисткой концов» совершенно точно не шла по армейским каналам. Как всегда, грязную работу на себя взяла СВБ и «гадючье» подразделения ее — ССО. И, если он адекватен, то в подробности не полезет.

— Но через часик-другой — извольте посетить ЦПУ, госпожа директор! Ваше присутствие определенно не будет лишним!

Мы все трое — Ольга, я, сестра — в немом изумлении воззрились на адмирала. Вот так вот взаимодействуешь с людьми (любыми: «нормалами», модификантами, клонами), а они — бац! — и откалывают что-нибудь неожиданное, непредсказуемое и непросчитываемое. Вот как адмирал — сейчас. Вот так вот взял и щедрой рукой отсыпал нам дополнительные три, а то и четыре часа жизни. Да еще и под прямую трансляцию из зала ЦПУ на всю звездную систему… минимум. Ну, не совсем прямую, конечно — там временной лаг минут в десять обязательно должен быть, чтобы успеть, в случае чего подмонтировать, подретушировать, вырезать и тому подобное.

Или это он поглумился так, потому что ожидание смерти куда ужаснее самой смерти… для обычных людей? Или ликвидацию и так планируют позже? Странно, потому что чем раньше исключат даже теоретическую вероятность нашего попадания к противнику (даже в виде дохлых тушек, с которых можно взять образцы ДНК), тем для них лучше.

А адмирал вид имел хитрый и довольный. Ну, какой армейский откажется от возможности сделать гадость «любимому» СВБ? Особенно, если ему за это ничего не будет. Это ж мечта армейская!

— Спасибо, адмирал Хон… — Губы Золотарь чуть подрагивали, но вид она имела безупречный. — Обязательно буду и полюбуюсь обломками вражеского флота на орбите.

— Это я вам обеспечу! — Адмирал Хон отмахнулся. — Только давайте тогда через три часика, госпожа директор! И вы, наконец-то, выспитесь, и я вам побольше металлолома обеспечу!

Рейтинги у трансляции через «три часика» будут зашкаливать… А адмирал Хон, конечно, отмочил. Ну, ему можно — то ли он сам смертник, то ли скоро и надолго окажется в плену. Пресловутые «оргвыводы» доберутся до него очень и очень нескоро. Если вообще доберутся. А задействовать имеющиеся на него якоря — его семью или еще что — по такому пустячному поводу, как несанкционированное оттягивание уничтожения важных улик, никто в здравом уме не станет.

— Спасибо, адмирал… — тихо прошептала Золотарь.

Мы с Сабриной только молча поклонились. Не низко, не высоко. Благодарно.

Адмирал только кивнул в ответ и вернулся к управлению обороной.

Длинный коридор, две пятерки гвардейцев впереди, две сзади. Те, что идут впереди — проверяют все без исключения двери. А все двери — на замках и запорах (вдруг заскочим и забаррикадируемся?). Нас круто секут!

Ольга, тащила меня за руку, быстро несясь по коридору. И говорила, не обращая никакого внимания на конвой:

— Так! Приходим! Быстренько раздеваемся! Ты быстренько лишаешь меня девственности! И чтоб все это время драл меня так, как обещал моему оригиналу! Три часа! Охренеть — не встать! Три часа!

— Когда это я такое обещал? — Удивился я.

— Так ты еще девочка, что ли? — Удивилась Сабрина. — Вот это, действительно, охренеть — не встать!

— А что в этом тебя удивляет, детка? — пожала плечами Ольга. — В таком качестве меня использовать было исключительно глупо — это даже до мозгов этой нимфоманки дошло, а в случаях, когда предполагался сексуальный контакт, оригинал всегда предпочитал действовать самостоятельно… это и хорошо — потому что потом с матерью она сама же и разбиралась.

— Я не мог обещать твоему оригиналу такую глупость, Оля. Это Сабрина обещала.

— Да похеру! — Зло отмахнулась она. — Хочу долгого разнузданного секса с классным красивым парнем! Ты умеешь — я знаю, своими глазами видела!

Нас привели. Обычная жилая квартира из четырех комнат. Три спальни, центральная гостиная, небольшой санблок с душем и туалетом. Кухни нет — видимо, доставка еды централизованная или прием пищи осуществляется в какой-нибудь столовой.

Нас вряд ли планировали приводить именно сюда. Скорее всего, в планах была транспортировка в медблок. В медблоке тушки легко можно разделать (буквально расстворить) в медкапсулах, быстро утилизировать получившиеся обрезки и смыть со специального покрытия, которым покрывают стены в таких помещениях, кровь, мозги и прочее содержимое внутренностей. Последнее — это если у "пациентов" возникнут вопросы и они не захотят добровольно лезть в реакапсулы за легкой и безболезненной смертью.

Но адмирал немного отодвинул планы по нашей ликвидации. Ох, как же, наверно, руководитель операции сейчас костерит адмирала! Как костерит! Но — мысленно, про себя. А высказать лично или через инком — не может. Потому что секретность, хе-хе!

Когда двери за нами закрылись, а пятерка гвардейцев быстренько пробежалась по помещению, проверяя его, и вымелась в коридор, Золотарь стала решительно раздеваться, скидывая одежду прямо на ковровое покрытие пола.

— Эй! — Возмутилась Сабрина. — Помедленнее раздевайся, я записываю! И поэротичнее! Я потом хрен музыку нормальную подберу! И у наших оригиналов тогда не встанет, когда они смотреть будут!

— Охренела, что ли? — Ольга, без дураков, разозлилась. — У нас всего три часа! И я не собираюсь тратить его на всякую хрень типа сна или бесполезных переживаний! Тим, какого рожна ты не раздеваешься?! Я не хочу, чтобы ты меня в одежде шпилил!

— Ты за меня не беспокойся, Оль. — Я спокойно улыбнулся. — Я все успею. Будет тебе три часа веселухи. Обещаю.

Наконец, последний элемент одежды покинул стройные бедра (безо всякого эротизма, увы), полностью голая Золотарь прыгнула на широкую кровать, на четвереньках переместилась в центр, цапнула одну из подушек, подтянула ее под голову и легла на спину, раскинув руки и ноги, изобразив звездочку.

— Сабрина? — Тихо спросил я.

— Нет еще. — Напряженно покачала она головой. — Пишет "рано", а…

— Вот же ж тормозуха… — Огорчился я.

— Скорее, экс-ги-би-ционистка. — По слогам выговорила сестра.

— Тогда уж вуайеристка.

Ольга с кровати возмутилась, приподнявшись на локте:

— Тим! Я, бля, тебя сейчас сама раздену! Мне тебя еще и уговаривать целку мне порвать?! Ты не охренел ли часом, а?!

Я медленно подошел к кровати. Ольга снова упала на подушку. Я, не торопясь, залез на покрывало и подполз к лежащей девушке. Та, ощутив, как продавился матрац, крепко зажмурилась. Лег рядом на бок. Осторожно положил ладонь на живот, провел вверх по крепким мышцам, легко коснулся напрягшихся сосков…

— Тим! — Недовольно зашипела она. — Давай смелее, а! Пожалуйста! Хватит тут изображать легкую эротику для самых маленьких! Я не из стекла сдела…

Заткнул девушку самым простым способом, просто поцеловав ее. Да когда же, клепанные звезды, ОНА снимется с ручника, а?!

Ольга подалась вперед, ее руки оплели мою шею, судорожно вцепившись в плечи, сминая ткань мундира. А колени непроизвольно сжались и чуть подтянулись к животу. На поцелуй она отвечала неумело (ну, насколько я мог определить, с моим не очень-то и великим "опытом"), но яростно. Или это называется "страстно"?

«Тим, сейчас!» — вспыхнуло сообщение от Сабрины на моем инкоме.

Не прерывая поцелуя, я опустил пальцы на шею напружинившейся девушки (кое-кого в свое время тоже долго мутузили в темной-претемной комнате) и резко их сжал, наваливаясь на задергавшуюся Ольгу всем телом. Вырывалась она целую минуту и весьма профессионально, очень больно колотя меня по ребрам, успешно вставая в мостик (со мной, вцепившимся в нее!), катала по кровати, а потом, когда мы свалились с кровати — по ковру, пыталась дотянуться до моей головы, которую я старательно прятал от загребущих сильных ручек и острых когтей… пока, наконец, ноги ей не зафиксировала подоспевшая Сабрина. И дело сразу пошло.

— Фух! — Через две минуты я устало откатился от обмякшего тела девушки. — Что ж ОНА так долго раскачивалась-то?

— А Оленька обмочилась! Ай-яй-яй! — Констатировала Сабрина вставая и отряхивая ладошки. — Хорошо еще, что успела полностью раздеться. Ох ты ж, звезды! Когда это она успела тебе нос расквасить и фонарь повесить?!

— Головой. Но, вроде, ничего не сломала и в зубы не попала. Хорошо, одежду снять не успел — она мне весь мундир со спины в полосы раскроила!

— Главное, что я крепко держала ее за ноги и она коленом до твоих колокольчиков не дотянулась! А то вся ценность от тебя пропадет, жеребчик ты мой! Что теперь?

— Теперь — в душевую. Надо ее помыть. А потом одеть. Информационная блокада все еще работает?

— Разумеется — это ж ИИ девятого уровня. Иначе тут уже было бы не протолкнуться от этих смертников из коридора.

— Ну, четыре человека из них точно не смертники. — Возразил я. — Командиров пятерок вряд ли будут ликвидировать. Во всяком случае, сразу на месте. Вот потом — тут могут быть варианты.

— Я бы поставила на одну сработанную пятерку целиком, которая потом зачистит остальных.

— Тоже вариант. — Согласился я. — Поможешь… подмыть? Если это сделаю я, мне потом весь мозг ложечкой вычерпают.

— Ой! Я тебя умоляю! — Отмахнулась Сабрина. — Девочка тебе только что свою невинность чуть ли не насильно всучить пыталась, а ты из-за такой ерунды переживаешь! К тому же нам ей еще блоки ломать, а чем больше психологических раздражителей, тем проще будет это делать. Так что взял девочку и потащил в душ! Я ее подержу, так уж и быть. И поконтролю, чтоб в себя не пришла. И чтоб ты руки не распускал, шалунишка!

На мой инком пришло сообщение.

— О! — Воскликнула Сабрина, получившая, видимо, такое же. — А вот и инструкции от нашей благодетельницы!

Глава 9

"Оперативный псевдоним — Госпожа. Вслух и через инкомы обращаться только так.

План.

1. Покинуть штаб (награда: клон Ольги Золотарь)

2. Забрать «форму торжественную» из квартиры Хин Во (награда: перепрошивка инкомов)

3. Забрать «форму торжественную» из квартиры Веридас (награда: амуниция и оружие)

4. Доставить «форму торжественную» в кабинет 419 школы 910 (награда: извлечение всех капсул и физических маячков)

5. Ждать дальнейших распоряжений (награда: вариативно, узнать много нового)

Ваша Госпожа."

— Пф! "Госпожа"… — Фыркнула Сабрина. — Могла бы что-нибудь пооригинальней придумать! Переиграла в виртигрушки…

Ну, в медцентре Читхангпур ОЧЕНЬ даже была похожа именно на Госпожу. И по внешнему виду, и по тому, что вытворяла с несчастными беззащитными клонами. Но Сабрине, конечно, пока рано знать о ТАКИХ ролевых играх. И, вообще, об этой стороне интимных отношений. Так что объяснять ей ничего не стал.

Тем более, что насчет виртигрушек я был с сестрой полностью согласен: один конкретный ИИ, судя по содержанию этого… плана, сильно переиграл в виртуальные квесты. Или сказалось многолетнее взаимодействие с сотней (минимум) поколений учеников-тинейджеров.

— Это что же получается… — Продолжала бухтеть Сабрина. — До нашей квартиры мы должны квестить без оружия и брони?! А оружие — только в третьем пункте плана?!

— Это проблема? — Я удивленно воззрился на сестру. — На время оружие и броню можно позаимствовать у них. — И кивнул в сторону двери, имея ввиду обретающихся в коридоре за ней охранников.

Сабрина возмутилась:

— Да, это проблема! Не люблю экзоскелеты с чужого плеча. И заляпанную кровью броню — тоже не люблю. И моего размера там нет — я уже глянула. Они там все рослые, как… как кобылы!

Я поморщился — Сабрина в который раз перебарщивала с ролью легкомысленной и капризной девочки. Возможно, из-за моей опеки и моего, не совсем привычного для окружающих, поведения, во многом продиктованного взглядами "второго". И, наверно, это не так уж и плохо. Но не сейчас.

— Слушай, не ной, а…

Сабрина прищурилась и стала серьезной:

— Извольте убедительно аргументировать свое в высшей степени категоричное пожелание, ваше высочество!

— Представь себе, что это тест на собеседовании при приеме на работу.

— О-о-о… — От моего аргумента Сабрина застыла, подумала секунду и уже деловитым тоном сообщила. — Кстати, я тебе там уже пару подходящих размерчиков присмотрела.

— Молодчина! А теперь двинь Оле, будь любезна, еще разочек — у нее снова пальцы дергаются… Ага, спасибо!

+++

Это оказалось неожиданным, но больше всего времени у нас ушло на взлом Ольгиной аптечки. Запаролена она была наглухо, а возможности Читхангпур внутри изолированной ею же системы (три инкома плюс камеры наблюдения за комнатой) были сильно ограничены. Так что она могла только просматривать дампы откликов инкома Ольги, которые мы ей отправляли, и пересылать нам инструкции по взлому. Кажется, это сильно ее раздражало — скорость нашей работы в информационной области Олиного инкома на несколько порядков не дотягивала до того, что могла бы обеспечить сама Читхангпур в нормальных условиях через одну из своих аватар или подключаемый к инкому напрямую широкополосный терминал.

Но все аватары Читхангпур, находящиеся на Архоце, были уже эвакуированы. Наверняка, сейчас искусственный интеллект проводил взлом отлично защищенных систем штаба обороны Архоца, находясь за многие световые годы, с чудовищной (ну, в понимании искусственного интеллекта, конечно) задержкой в передаче данных.

И ведь взломала же! А под ее руководством, взломали чужую аптечку, наконец, и мы. Девятый, блин, уровень искусственного интеллекта — что тут еще скажешь!

Сабрина, пока я изображал для Читхангпур точку удаленного доступа и биологический манипулятор, периодически вырубала Ольгу. Как бы девушка, после того, как придет в себя, не разучилась связно соображать и не стала ходить под себя. Но вот то, что голова и челюсть у нее будут болеть потом зверски — это без вариантов. Сабрина, конечно, чередовала — челюсть, затылок — но общее количество ударов все равно набралось приличным.

Аптечку ломали не из спортивного интереса, а для возможности сделать девушке инъекцию транквилизатора. И не простого транквилизатора, а такого, который не будет распознан ее системой датчиков жизнедеятельности, как собственно транквилизатор или какое-нибудь другое психотропное или снотворное средство.

— Слышала, что в некоторых компаниях, — Сабрина упала спиной на кровать. — Практикуют выставлять в специальную комнату манекен в виде ростовой фигуры начальника. Сотрудник, при возникновении горячих чувств к своему руководителю, идет в эту комнату и мутузит чучело до полного своего удовлетворения. И продолжает выполнять свою работу дальше, уже спокойный и умиротворенный.

— И как? — Я мучился с Олиным бюстгальтером. — Правду говорят? Словила покой и умиротворение?

— Ни-хе-ра! — Сестра встала с кровати, отодвинула меня от Ольги и ловко надела на спящую девушку этот невероятно сложный предмет женского белья. — Встречу настоящую Золотарь — сверну сучке шею.

— А наших… оригиналов? — Искренне полюбопытствовал я.

— Вот тут не знаю. — Всерьез задумалась она. — Вроде, умом понимаю, что ничего же такого они нам не сделали…

Да ладно! Вот прям-таки совсем-совсем ничего?

— … Но убивать свою копию… как-то оно… — Она ошарашенно распахнула глаза. — Слушай! Это ж, прям, какой-то экстремальный психологический стресс-тест получается! Псиблоки — только так полетят! Вообще, все! Окончательно!

— Ну, значит, придется шею им сворачивать каждому — своего. — Пожал я плечами, натягивая на бедра Ольги юбку. — А Золотарь — Золотарь и отдадим.

— Договорились! — Кивнула Сабрина. И спохватилась. — Куда ты юбку натягиваешь? Ну, вот куда ты ее натягиваешь? Вначале — блузка!

— Как же у вас все сложно-то, а… — Вздохнул я, берясь за упомянутый предмет Олиного гардероба. — Хорошо еще, что она чулки не носит…

— На таких ножках — и чулки?! Это же будет святотатство! Посмотри, какие бедрышки! Какая гладенькая бархатистая кожа! Посмотри, какие икорки! Какая попочка! Щиколотки!

— И коленочки — ничего! — Поддакнул я. — И она ими очень неплохо работает по нижнему уровню — у меня все ноги в синяках.

— Это тебе еще сильно повезло, что только ноги. Кстати…

— М?

— Раздевай ее обратно!

Я хлопнул себя ладонью по лбу. Видимо, общение со "вторым" так сильно на меня повлияло. Действительно, зачем одевать Ольгу в "гражданку" (даже, если это костюм исполнительного директора, напичканный всякими гаджетами и имеющим даже генератором мобильного щита), если сейчас мы будем переодеваться в экспроприированную броню? Даже если экзоскелет на нее надевать не собираемся… Броню-то по-любому на наш "подарочек" натянуть следует. Хотя бы из чувства самосохранения!

— Не-не! Труселя и бюстгальтер оставь!

Звезды, неужели и правда тупею!

+++

«Госпожа: Дайте сигнал, когда будете готовы. Мне потребуется двадцать восемь секунд, чтобы получить контроль над инкомами вашей охраны и системами наблюдения в коридоре»

Значит, пока она контролирует только системы наблюдения за нашей «квартиркой», а также перехватывает и подделывает данные с наших инкомов. Ни на что другое она не влияет сейчас. Ну, минимально необходимое воздействие — это классика.

«Тим: принято»

Ольга сладко спала на кровати, а мы с Сабриной, разувшись и раздевшись до нижнего белья, стояли перед дверью в коридор, вгоняя себя в состояние боевого транса.

Наконец, я жестом показал, что готов. Спустя пару секунд мой жест повторила Сабрина.

«Тим: Готовы!

Госпожа: Принято. Начинаю обратный отсчет»

Перед глазами появился красный индикатор с обратным отсчетом.

Когда процент заполнения дошел до нуля и индикатор, помигав, исчез, замок на двери тихо клацнул, и мы вылетели в коридор.

Охрана в коридоре распределилась предсказуемо — все четыре пятерки с противоположной стороны от тупика с нашей дверью. Наверняка, они ожидали чего-то подобного — мы просто не могли не попытаться взбрыкнуть напоследок. Конечно, поступок адмирала Хона именно сейчас сильно снизил вероятность нашей попытки самоубиться с наибольшим количеством разрушений и жертв. Точнее, отложил эту самую попытку на три-четыре часа. Но, как настоящие профессионалы, наши охранники не собирались до конца отбрасывать вероятность этого взбрыка даже в текущий момент времени.

Вот чего они точно не ожидали, так это отказавших инкомов. Тут их можно понять — фактически, их сейчас предал искусственный интеллект, принадлежавший корпорации «Пирит» — случай экстраординарный.

Когда мы вылетели в коридор, почти со всех бойцов броня как раз начинала осыпаться сегментами, видимо, получив команду на аварийный сброс. Бойцы оставались в одних экзоскелетах. В несильно широком коридоре против сработанной пары убийц. Другими словами — полностью беззащитными.

Только трое из них оставались одоспешенными… видимо, сняв мерки, Читхангпур нашла наиболее для нас подходящие размеры. И, возможно, посчитала этих троих наименее опытными среди всех. Чтобы даже в броне (пусть и с отказавшим встроенным оружием) они не доставили нам сильных проблем… насколько это вообще возможно, конечно.

Заранее списанные в расход командованием бойцы вряд ли были столь опытными и умелыми, как охрана настоящей Золотарь. Но они все равно оставались достаточно подготовленными военнослужащими для того, чтобы процесс их ликвидации не казался нам легкой прогулкой. Нам повезло, что ручное и встроенное в доспехи оружие у них было «умное». То есть — достаточно уязвимое для хакерской атаки… силами искусственного интеллекта девятого уровня. Хотя, памятуя о том, что нас прикрывает сама Читхангпур, в везение не очень-то верилось.

Сколько времени у двух подготовленных убийц займет устранение двадцати подготовленных бойцов? Понятия не имею! В состоянии боевого транса время превращается в совершенно неизмеримую последовательность сверхкоротких, как электрический разряд, и сверхдлинных, как патока, периодов. Узнать точное время не представляется возможным — разве что Читхангпур будет столь любезна, что поделится статистикой этого боевого столкновения. Или включать секундомер на собственном инкоме, чего, разумеется, никто из нас делать не собирался — во-первых, глупо, во-вторых, плохая примета.

Есть Читхангпур — вот пусть она за временем и следит.

По субъективным ощущениям, прошло минут десять, заполненных быстрыми рывками, перемещениями, кувырками, прыжками, сворачиванием шей, проломом черепов и взломом грудных клеток… Руки, ноги и ребра мы никому не ломали — били только насмерть.

За исключением трех одоспешенных.

Сабрина за ноги поволокла за собой двух одоспешенных женщин. Тащила их в «квартиру», где лежала Ольга. Ну, правильно — не в коридоре же переодеваться.

— Эти — наши с Ольгой. — Пропыхтела она. — «Твоего» я там, дальше по коридору, положила. Ну, увидишь, короче…

Этих двух, что она тащила, уработал я. Разумеется, их я только оглушил. Я же помню, что сестра не любит надевать грязный экзоскелет и испачканную броню. А когда людей убивают — они того… пачкают. Живут — пачкают, умирают — пачкают…

«Тим: Сколько у нас времени на экипировку?

Госпожа: 12 минут 43 секунды. После этого даже с вашей скоростью перемещения вы не успеете добраться до станции метро на пятом уровне. Начинаю обратный отсчет»

Снова появился таймер с заполненной полосой-индикатором.

«Тим: Необходимость транспортировки Золотарь в расчете этого времени учтена?

Госпожа: Ну, разумеется… десу!»

Сабрина, уже раздевающая тихонько застонавшую «бойцуху» (или «бойчиху»?), невольно передернула плечами — чат в нашей маленькой боевой сети был общим, и она тоже читала сообщения от… Госпожи.

+++

Судя по времени взлома, Читхангпур не использовала стандартные коды доступа, а ломала системы штаба, как обычный вражеский хакер. Даже, сработанная высокопрофессиональная группа хакеров высочайшей квалификации. Видимо, чтобы не оставлять следов. Следовательно, она и дальше рассчитывает работать в пространствах "Пирит". Было б иначе — потолочные турели выкосили бы всех, находящихся в коридоре. А люди в штабе так ничего и не услышали бы.

Но первого в Галактике факта предательства ИИ это не отменяло. И было откровенно маятно от предположений, что же может потребовать Читхангпур взамен… и как она обеспечит и проконтролирует выполнение нами своих требований.

Было понятно, что попытка ее шантажировать угрозой поставить в известность «Пирит» о предательстве одного из самых сильных своих искусственных интеллектов — обречена на провал. В зародыше. Наверняка, предусмотрела такой вариант. Сто пудов — вживила нам под шумок пару капсул, зараза электронная… Или сегодня, или на том профилактическом медосмотре, о котором даже вспоминать не хочется.

+++

«Тим: А что нам делать… с этими?

Госпожа: На ваше усмотрение. Никакой критичной информацией они не обладают и опасности не представляют»

Мы переглянулись с Сабриной… Вообще-то, эти ребята вполне осознанно собирались нас убить. И планировали сделать это задолго до того, как мы на них навалились. И лично мне плевать, что они выполняли чей-то приказ.

Сквозь затемненные забрала шлемов рассмотреть лицо и, тем более, глаза, было невозможно, но нам с Сабриной этого и не потребовалось — поняли друг друга без слов.

В следующую секунду Сабрина свернула шею мужчине, а я, под протестующие вопли «второго», проломил коленом грудную клетку одной из женщин. Всмотрелся в расширившиеся в ужасе зрачки оставшейся девушки… скользнул взглядом по ее лицу, обрамленному короткой рыжей прической «под мальчика», оценил фигурку…

Бац! Потерявшая сознание после оч-ч-чень осторожного, даже нежного, удара (я же уже был в экзоскелете, да еще и в броне!), девушка раскинулась на ковре, разметав руки. Как была — голенькая.

— Симпатяжка… — Согласилась со мной Сабрина. — Эх! Жаль, времени нет на всякие глупости!

Я уныло покивал, соглашаясь:

— Главное — рыженькая.

— Нет! — Возразила сестра и важно подняла палец. — Главное — экзоскелет у нее чистенький. И пахнет вкусненько.

— Симпатяжка? Или экзоскелет?

— Оба! Обе! Короче, все!

Мне оставалось только согласиться. Тут Сабрине, действительно, клепанно повезло — «мой» экзоскелет ожидаемо вонял чужим мужским потом. Что меня, как всякого нормального самца, сильно раздражало и злило.

— Не забудь благодетельницу поблагодарить — наверняка, это она учла чистоплотность симпатяжки с твоим размером доспеха.

— Или поспособствовала включению ее в группу ликвидации. Ну, а ты думал! Девятый же уровень! Крутотень же!

Я осторожно выглянул в коридор. Контроль со стороны ИИ — это хорошо. Даже замечательно. Но своими глазами — как-то надежнее.

— К сожалению, ее и так, и эдак грохнут. — Сказала Сабрина. — Как опасного свидетеля.

— Не обязательно. Вначале будут долго и нудно допрашивать. Может, даже пытать.

— Но потом грохнут! — Не унималась сестра.

— Опять-таки, не факт. В обычных условиях — да, но тут у нас скорая оккупация планеты и куча непосвященного народа. А пятерку зачистки мы, кажется, положили полностью. Неразбериха, суета, паника… и адмирал Хон. Кажется, ему не нравится происходящее — обязательно придумает что-нибудь про вероломное нападение противника и побег госпожи директора и ее жениха…

— … и очаровательной сестренки жениха!

— И очаровательной сестренки жениха, да. — Согласился я.

— Но потом — грохнут!

«Госпожа: В целом, разумная аналитика… Но на мой взгляд — слишком много слов, чтобы оправдать то, что ты оставил в живых одного из свидетелей»

Я не стал отвечать на завуалированный вопрос — просто скопировал сообщение, в котором она информировала нас о бесполезности захваченных в качестве свидетелей.

«Тим: Давай карту. Мы готовы выдвигаться»

Перед глазами появилась карта. Стандартная «трехмерка», стандартные обозначения. Наши две зеленых точки, белая точка Золотарь и много-много красных. Серым пунктиром был отмечен оптимальный маршрут до станции метро.

«Госпожа: Рекомендую начать движение в течение ближайшей минуты

Тим: Принято. Сабрина?»

Сабрина напоказ крякнула, взваливая на себя бесчувственную Золотарь и закрепляя ее специальными лентами со своей брони, предназначенных как раз для переноски раненных в отсутствии носилок, или какого-нибудь груза… в отсутствии транспортных платформ. С этим надо будет что-то сделать — одному отмахиваться от противников мне совсем не улыбается. Да еще и без ручного оружия — Читхангпур не смогла его разлочить — там идентификация пользователя была совсем примитивная и нецентрализованная (наверняка, неучтенка — планировали от оружия избавиться после нашей ликвидации), но — чуть ли не на аппаратном уровне. Или не захотела этого делать по каким-то своим причинам. Слушать объяснения и вникать в суть — просто не было времени. Одно слово — непостижимый искусственный интеллект.

«Сабрина: Готова!

Тим: Дистанция пять. Я дозором. Двигаем!

Сабрина: Принято!»

И мы покинули нашу комнату. Под мысленные вопли «второго» о том, что «вкуснопахнущего рыжика», оставшегося в живых, тоже неплохо бы забрать (ну, там, «язык», заложник, «на перевоспитать»). Надо же, какое «везение» — мне попался не только старый озабоченный маразматик, но еще и идиот… пусть и временами. Хорошо, что ни Сабрина, ни Читхангпур не могут слышать, какие бредовые варианты он выдвигал для того, чтобы утащить с собой эту «рыжую счастливицу» — мне было бы стыдно, честное слово!

До станции метро на пятом уровне подземного штаба мы добрались без проблем, ни разу не вступив в огневой контакт. Читерство, конечно. Наше исчезновение пока не было обнаружено, а все праздношатающиеся по коридорам (которых было очень мало) мгновенно локализовались Читхангпур и показывались ею на карте. Но жаловаться на такое читерство никому из нас в голову не пришло.

Слегка отклонившись от маршрута, мы заскочили в один из опорных пунктов, обозначенных на плане подземного комплекса, и позаимствовали там гравитационные носилки-капсулу. Сабрина с таким же показательным вздохом облегчения уложила и пристегнула в них Ольгу — скорость передвижения сразу выросла. И заворчавшая было в боевой сети по поводу отклонения от плана Читхангпур тут же заткнулась. А «второго», вновь вылезжего с предложениями «вернуться и таки забрать» — никто не слышал. А если слышал, то не слушал.

На станции стоял маленький состав из двух пассажирских вагонов. ИИ взломал его за секунду. Или сделал это заранее.

В вагоне ехали молча, напряженно вслушиваясь в тихий рокот двигателя и перестук колес. Через одиннадцать минут свет замигал, потом погас. Двигатель работал еще три минуты — видимо на аккумуляторах — после чего заглох, и электропоезд из двух вагонов две минуты катился по рельсам по инерции. Когда скорость состава сравнялась со скоростью пешехода, я потянул за стоп-кран.

«Госпожа: Ваш побег был обнаружен. Сейчас контактная сеть этой ветки метро обесточена. Мы все еще находимся в черте города. Вот карта»

«Спроси у нее, как там та рыженькая!» — тут же заверещал «второй». Нет, он и в обычные спокойные дни совсем не гений, но сегодня у него просто какое-то обострение — превзошел сам себя.

«Тим: Значит, дальше ножками. Порядок движения прежний. Двинули!»

+++

Резервный Штаб находился в черте города. А вот конкретно эта линия метро вела в пригород. Но тут смысл был не в том, чтобы покинуть город, а в том, чтобы оторваться от сосредоточия более-менее компетентных профессионалов, которые знают, что мифическую ДРГ противника, похитившую Золотарь и Антрасайт, надо уничтожать полностью, а не брать нежно и трепетно, дабы заложники не пострадали.

Была б такая возможность, руководитель операции от ССО и орбитальный удар бы «заказал». Чтоб наверняка. Но, во-первых, орбитальный удар по своему городу вряд ли возможно убедительно обосновать (особенно в свете того, что ДРГ тащит с собой предположительно живых госпожу директора и их высочеств), во-вторых, на время осады планеты злобными захватчиками орбитальная группировка и военно-воздушные силы выполняют несколько другие задачи, чем какая-то глупая бомбардировка своей же поверхности для борьбы с одной-единственной ДРГ.

Значит, бояться нам нужно обычных стандартных мероприятий по борьбе с диверсантами: оцепление гражданским ополчением и городских спецслужб, прочесывание силами местных военных гарнизонов и засады силами местных отделений ССО на наиболее вероятных маршрутах движения.

Нудные, но действенные мероприятия.

И в обычных мирных условиях это прокатило бы — рано или поздно два резвых клона (и один не очень резвый) угодили бы в засаду. Но весь прикол в том, что перед штурмом планеты противник просто не мог не насытить тылы обороняющихся своими ДРГ! А уж в столицу сами звезды велели забросить несколько десятков таких групп! Очень зубастых и опасных.

Так что сейчас наряд сил на нашу ликвидацию будет очень… очень-очень ограниченным.

+++

А на поверхности начинался вечер.

И редко-редко бухало, грохотало, полыхало. Не в том смысле, что на город уже падали бомбы и прорывались плазменные плевки орбитальных ударов. А в том, что изредка стреляла одна из станций ПКО, а защитный купол столь же редко полыхал одной-двумя кляксами взрывов. Ну, я подозревал, что «защита от ветра» — лишь одна из многих функций городского «купола».

А пока это все было очень похоже на приближающуюся сильную грозу.

Ветер, кстати, гулял по городу сильный. Видимо, конфигурацию щита для экономии энергии изменили. Скорее всего, сейчас он представлял собой перевернутую вверх дном плоскую тарелку. Или несколько таких «тарелок», прикрывающих наиболее важные районы. Варианта, что ушлые "диверсы" умудрились перебить где-нибудь энергоцентраль или окучить одну из энергостанций — тоже исключать нельзя.

Пока бомбардировка была очень слабой. Времени прошло не так уж и много, и сейчас адмирал Хон выполнял свое обещание, данное клону Золотарь — обеспечивал на орбите максимальное количество металлолома. Противнику сейчас явно не до бомбардировки поверхности — он занят прорывом и подавлением орбитальных средств обороны. Да что там — времени прошло так мало, что противник и на орбиту-то еще не вышел. Удары наносят, вероятней всего, корабли скрытого прорыва, высадившие диверсионно-разведывательные группы.

Тоже почти гарантированные смертники, кстати.

Мы передвигались, как положено, скрытно. Но быстро. Уж несколько «пятерок» ССО наскребется, чтобы пустить их по нашему следу с приказом на ликвидацию. А поскольку передвигались мы скрытно, то оценить разрушения в городе не могли — все по тоннелям, переходам, подворотням. Подниматься сейчас на обзорные площадки стало бы не лучшей идеей.

На первый взгляд, разрушений и пожаров заметно не было. Ну, и правильно — рано еще. И, хорошо бы, не было этих разрушений вообще — Вербо красивый город. Парки, сады, скверы… ах, да — я ж уже об этом рассказывал.

Удивительно, но пока ни одной диверсионной группе нападающих не удалось "положить" городскую инфосеть. Это было замечательно — Читхангпур беспрепятственно могла прикрывать наши инкомы, которые в ином случае светились бы в информационном пространстве, как та самая «новогодняя елка». Еще и вопили бы при этом корабельной сиреной.

Или ничего удивительного в исправности сети нет? Вряд ли поддержка искусственным интеллектом девятого (!) уровня будет ограничиваться только прикрытием наших инкомов. Вполне возможно, что и сеть она прикрывает, оттягивая для этого все близлежащие закрытые, военные сети и сети городских спецслужб, и оперативно изменяя их конфигурацию, чтобы компенсировать неисправности, заглушки и загулявшие там сейчас вирусы.

Но рано или поздно сеть положат. Хотя бы тупо выбив ВСЕ сетевые узлы, которые, между прочим, являются одной из первых целей для ДРГ. Поэтому мы и торопились так за нашей второй наградой — перепрошивкой инкомов. И не только наших с Сабриной — инком первого нашего «подарочка» должен светиться и трезвонить как бы не сильнее, чем оба наших одновременно.

Зачем клон Золотарь нужен нам — понятно. Если ее грохнут или если мы удалимся от нее хотя бы на двести-двести пятьдесят метров, сработают наши капсулы… если она не соврала про принцип их действия, конечно. А вот зачем Ольга потребовалась Читхангпур…? И будет ли она нужна ей после удаления из нас капсул? А будем ли мы нужны? Может, для того все и затевалось, чтобы притащить клона Золотарь в кабинет 419 школы 910? И капсулы из нас не извлекут, а тупо активируют?

Задаваться этими вопросами сейчас можно. Главное — не погрязнуть в поиске ответа на них. Все равно мы сейчас «на крючке», и пока капсулы не извлечены — дергаться нам бессмысленно. Да и последовательность пунктов первноначального плана как бы намекает — извлечение капсул и «босс уровня» будут именно в конце, а до этого момента — делайте то, чему вас обучали, клоны, и не парьте себе мозги!

+++

Дверь в квартиру Хин Во мы не выбивали. Поковырялись в замке и легко ее открыли. Даже не стали пользоваться услугами Читхангпур, которые она предложила, ссылаясь на нехватку времени. Вскрыли сами за минуту — детская задачка. Заворчавшая было Читхангпур снова заткнулась — возможно, впечатлилась преимуществами чисто механического взлома над электронно-информационными методами хака.

«Второй» при этом почему-то вспомнил про какой-то там «терморектальный криптоанализатор», который может взламывать любые шифры… Видимо, это что-то из тех самых мифических «утерянных технологий древних». Он еще и «картинку» показал… хм, действительно, судя по минимизации устройства — что-то очень-очень сложное.

А когда в квартире включили свет, "второй" еще и переполошился, вспомнив про какую-то "светомаскировку". Ну, не дебил ли, а? Какая, к Звездам, светомаскировка при современных средствах целеуказания и наведения? Ну, какая? Для современных приборов что ночь, что день — все едино! К тому же, до бомбардировки города еще часа два-три, не меньше. Даже если предположить невероятное, что за квартирой Хин Во наблюдают, дожидаясь нашего визита — во-первых, у нас нет иного выхода, кроме как в квартиру войти, во-вторых, факт нашего нахождения в квартире будет определяться гипотетической группой захвата совсем по другим признакам, чем какой-то там горящий свет в оконцах.

— Хм… и это комната сурового чемпиона города по харанубе?! — Возмутилась Сабрина. — Хочу себе такую же!

В комнате Юлии в квартире Хин Во было… миленько.

Все такое розовенькое, мягонькое, пушистенькое… Куча кучерявых мягких игрушек на столе, в кресле глубокого погружения (обтянутого светло-розовой кожей с белыми полосками), на кровати, застеленной нежно-розовым атласным покрывалом с беленькими цветочками.

«Госпожа: Терминалы в гостиной. Одевайте одновременно. И поторопитесь, пока сетевые каналы достаточно широкие!»

«Терминалы» — широкие обручи из синеватого металла, мы нашли в одном из ящиков рядом с креслом глубокого погружения, в котором в первый и единственный визит нас встречала госпожа Герда Хин Во. И было их ровно три. Видимо, на каждого взрослого члена семьи.

Обруч надевался на голову не как обычный, а широкими дужками-присосками — на висках, и «вершиной» — на шею под затылочную кость, под основание черепа. Это стандарт — под кожей на висках и у основания черепа находится контактная группа имплантированного компьютера — инкома. Ну, она не совсем контактная, так как между контактами, получается, таки есть кожа. Но устроены эти контакты таким образом, что передача данных возможна только на расстоянии буквально двух-трех сантиметров. Но зато у такого соединения огромная пропускная способность!

Сняли шлемы. С Ольги — тоже. Закрепили обручи-терминалы. И Оле — тоже. Легли прямо на ковер. Мало ли… свалившийся с головы в самый неподходящий момент терминал вряд ли будет способствовать… чему угодно способствовать. Хоть терминалы и фиксируются, крепко присасываясь к коже, но это, великие звезды, наши инкомы и рисковать как-то стремно.

«Тим: Мы готовы

Госпожа: Вижу. Приступаю»

Лежим, ждем. Прислушиваемся к ощущениям.

«Госпожа: Чего лежим? Кого ждем? Костюмы сами себя в школу не доставят!

Сабрина: Что, все что ли?

Госпожа: А были какие-то сомнения в способностях вашей Госпожи, десу?»

— Не-не-не! — Уже вслух сказала Сабрина. — Девятый уровень — это круто! Я даже ничего не почувствовала!

«Госпожа: Я поставила вам настройки, которые были у вас на Секуре»

— Спасибо, Госпожа! — Абсолютно искренне и с чувством ответили мы хором.

Потому что исходные настройки наших инкомов — это огромный БОНУС. Там у нас было столько всего… полезного и нужного.

Ну, Ольга Золотарь, разумеется промолчала по вполне понятным причинам. Ничего, потом поблагодарит.

Глава 10

В нашу квартиру вошли через час. Кстати, довольно быстро добрались до нее от квартиры Хин Во. И это при том, что сейчас по улицам и над улицами снуют многочисленные усиленные патрули и разведывательные дроны, а граждане, из тех, что остались, тихонечко сидят по домам и нос на улицу не высовывают. Ну, кроме тех, кто записался в ополчение и сейчас усиливает эти самые патрули или дежурит на улицах на опорных пунктах.

Вопреки тому, что я говорил Сабрине про «собеседование на работу», Читхангпур ни разу не подставила нас и не вывела на засаду, а наш маршрут ни разу не пересекся с патрулем… а патрульные рои дронов она хакала, вообще, как семечки. Про одиночных роботов и говорить нечего — пролетали-проезжали мимо, не замедляя скорости и даже сенсоров в нашу сторону не поворачивая. Под конец путешествия мы — нонсенс! — даже стали воспринимать их, как обычные элементы городского пейзажа (коими, кстати, в обычной мирной жизни и являлись все эти полицейские, аварийные и сервисные дроны)!

Видимо, «тестирование» мы успешно прошли — оттого и не было никаких проверок со стороны Читхангпур. Или сейчас такое тестирование могло поставить под угрозу весь план… так и оставшийся для нас неизвестным. Ну, для нас не впервой выполнять чужие планы, из которых мы знаем только свою узкую часть.

В любом случае, эти четыре "с хвостом" километра прошли, чуть ли не как на прогулке!

+++

Заставили Читхангпур трижды проверить, нет ли за квартирой наблюдения и нет ли в ней засады. И дали ей, наконец, проявить себя в роли взломщика-домушника (лично у меня сложилось впечатление, что она прям-таки рвалась продемонстрировать эту сторону своих навыков). Ничего так… довольно быстро справилась — замок клацнул всего через восемь секунд после начала взлома. Там, правда, и не было ничего серьезного, но — все-таки…

Входили, как положено, по всем правилам, «по науке» — прикрывая друг друга и «обнюхивая» все углы и закутки нашей квартиры. Хорошо бы, конечно, еще пару гранат внутрь предварительно закинуть, но, во-первых, гранат у нас не было и, во-вторых, гранаты были бы перебором — в городе хоть и слышались крайне редкие перестрелки, но в целом было тихо, и одиночный взрыв в жилом доме могли понять не совсем правильно. Точнее, слишком правильно, быстро определив, ЧЕЙ это адрес, и сопоставив с событиями в подземельях резервного штаба. Какая-нибудь опергруппа обязательно примчится выяснять, что это тут стряслось. Даже если от опергруппы отмашемся (ага, без оружия) — будут увлекательные догонялки по городу. Оно нам надо?

Нет. Никого внутри не было. И квартира была пуста. Наверно, о нас думали слишком хорошо, и командованию ССО даже в голову не пришло, что клоны будут настолько ебанутыми, чтобы вернуться в свою квартиру после того, что натворили в штабе.

Посреди квартиры стояли кофры. Четыре больших темно-зеленых "чемодана", в которых с комфортом можно поспать взрослому человеку. И три маленьких, размером со школьный портфель. Все — темно-зеленого цвета. Они занимали практически все пространство комнаты. Маркировку на маленьких можно было даже не смотреть — общевойсковые экзоскелеты. Очень уж форма контейнеров характерная.

А вот в трех из четырех больших, судя по маркировке, была…

— «Щука»! — Запрыгала и захлопала в ладошки Сабрина. — Тим! Смотри-смотри! Последняя модификация! Йа-ху! — Она в победном жесте вскинула кулачок, но под моим взглядом стушевалась, прокашлялась и уже нормальным голосом продолжила. — Должна выразить свою радость и искреннюю благодарность Госпоже за прекрасный выбор амуниции!

«Госпожа: Ага… Не благодарите»

Основным достоинством закрытого доспеха планетарного класса модели «Щука» были вовсе не его выдающиеся тактико-технические характеристики. По сравнению с прочими моделями что «Пирита», что «Антрацита» он был откровенно средненьким по всем показателям.

Основным его достоинством было то, что он был общевойсковым и массовым. Его таскали в вооруженных силах «Пирита», его таскали наемники, его предпочитали в корпорациях, не обладающих собственным массовым производством скафандров и доспехов.

Разумеется, массовым и таким популярным он стал не просто так. Производители «Пирит» добились потрясающего баланса между ценой, надежностью и неприхотливостью.

В итоге — его, безо всякого преувеличения, "юзала" вся Галактика!

«Второй» попытался что-то вякнуть про какой-то «Калаш», но я его перебил, предположив вслух:

— Судя по количеству экзоскелетов и доспехов, Ольгу тоже придется в них одевать?

«Госпожа: Я впечатлена уровнем логичности твоего мышления! Еще скажи, что наличие только двух единиц стрелкового ручного оружия говорит о продлении медикаментозного сна Ольги Золотарь»

— Сабрина, разденешь ее? — Спросил я. — Я пока схожу искупаюсь.

Сабрина кивнула, не отрываясь от потрошения содержимого кофров. Она была в курсе моих проблем с чужим вонючим экзоскелетом… В конце концов, я не упускал возможности напомнить об этом Читхангпур, в иррациональной попытке заставить ее почувствовать себя виноватой за то, что не обеспечила нам чистую, не ношенную экипировку с самого начала. При ее-то возможностях. Тщетно, само собой. Даже отвечать не стала, зараза электронная.

Уже в экстазе моясь под струями душа, я увидел переписку в боевой сети:

«Сабрина: А почему стрелковка чисто механическая?

Госпожа: Это плохо?

Сабрина: Нет, но…

Госпожа: Тогда не отвлекайся и выполняй приказ Тима.

Тим: Сабрина, что там с оружием?

Сабрина: Стрелковые комплексы «Брад-339»

«Брад-339»? Это ручной пулемет калибра 3 миллиметра. В войсках его еще почему-то называют «гвоздик». Не «гвоздь», а именно «гвоздик».

«Это потому, что с английского…» — начал было робко «второй», но был в очередной раз послан.

Автоматика самая примитивная — практически на полной механике, с минимумом электроники. Никакого управления полетом пули. Правда, и никаких проблем с боепитанием — была бы энергия (от внешней батареи или от скафандра) и была бы залита в контейнер «жидкая пуля». А это дело даже с полицейских метателей и иглометов слить можно. Из электроники там, по-моему, только узел преобразования спецжидкости в твердую фракцию, система подачи этой жидкости и, разумеется, ускоритель в стволе. Всё!

Но самое главное — никакой системы идентификации стрелка!

«Тим: Все нормально. Это госпожа Госпожа пытается нам намекнуть, что ничего против нас не замышляет. Ведь она в случае чего не сможет контролировать наше оружие, так как там просто нечего контролировать. Там из электроники…

Госпожа: Удивляюсь людской склонности производить много слов и объяснять очевидное, будто вы сомневаетесь в умственных способностях своего собеседника!

Сабрина: Тим, ты там еще долго? Мне тоже искупаться хочется!

Тим: Ты Ольгу раздела?

Сабрина: Раздела-раздела! Лежит тут голенькая, тебя дожидается!

Тим: Уже заканчиваю… И чего ты переживаешь? За энергию и воду в этой квартире нам платить уже не надо!»

+++

Голая Сабрина уже стояла за завесой душевого сектора, нетерпеливо шлепая ступней по мягкому настилу пола. Я только успел выйти из душа и залезть под воздушную сушку, а она уже прошмыгнула мимо меня на «разметку» и закрылась силовой завесой, защищающей помещение от летящих во все стороны брызг.

Звуки душевая завеса в нашей недорогой квартире, конечно же, не глушила, поэтому стон наслаждения одновременно со звуком начавшей литься воды я расслышал отлично:

— О-о-о, кайф! Круче, чем секс, блин!

И не только я:

«Госпожа: Хм… неужели?

Сабрина: Не всем дано это понять!

Тим: Дано не только лишь всем, мало кому не дано…

Сабрина: Э? Тим, я ни на что не намекаю, конечно, но вот это вот, что ты сказал… Я не поняла.:(((

Госпожа: Я тебе потом объясню»

Переступив «Брад», аккуратно уложенный Сабриной у стеночки возле двери в душевую, я направился в комнату, оставив сестру постигать тонкости получения наслаждения от очистки кожных и волосяных покровов посредством водяного потока с использованием различных помывочных средств — мочалок, гелей, шампуней, кондиционеров, губок и… ну, даже так сразу и не припомню весь арсенал, используемый женщинами в таких случаях.

Вся наша трофейная броня неаккуратной, но компактной кучкой была свалена в углу комнаты за кроватью. Там же валялись старые экзоскелеты. Хвала звездам, сестра догадалась сунуть их в герметичный мусорный пакет — видимо, вонь «моего» экзоскелета раздражала ее еще сильнее, чем меня. Оно и понятно — давно и не мной замечено, что запах собственных потных и грязных носков раздражает только из-за вероятности, что его унюхают окружающие. А вот чужие носки пахнут… непередаваемо отвратительно.

Ольга, действительно, лежала на кровати и была ПОЧТИ обнажена…

Сабрина где-то нашла широкую белую ленту с двумя тонкими золотыми полосками… видимо, остались от наших парадных мундиров… и повязала ее на груди девушки, прикрыв соски, и обернув вокруг бедер. Пышный крупный бантик как раз прикрывал "блонди" в районе лобка. Приколистка.

— Как ребенок, честное слово! — Вздохнул я.

Прежде чем одевать бессознательную девушку, я оделся сам. По-хорошему, надо было бы Сабрине дождаться, когда я искупаюсь, полностью экипируюсь, возьму в руки оружие и дам отмашку — мол, готов, прикрываю! — и только потом самой лезть в душ, пока я ее страхую. А так — бери нас голеньких, тепленьких и даже чистеньких! Момент — удачней не придумаешь. С другой стороны, если на нас сейчас нападут, то одетая броня и взведенное оружие нас не спасут, и вряд ли сильно надолго продлят наши жизни. А вот без брони и оружия даже есть крохотная вероятность, что кому-то не шибко умному придет в голову фатальная идея захватить нас живыми…

Поэтому, перед тем, как одеваться, сделал робкую попытку, чтобы хоть что-то было «по уму» — положил под рукой один оставшийся в кейсе «Брад», сняв его с предохранителя и убедившись, что он вообще заряжен. Как выяснилось, консервирующая упаковка уже была Сабриной с него снята, марки-лейблы и заглушки с движущихся узлов удалены, а само оружие — полностью заряжено и готово к работе. Не ребенок — золото!

Быстро выбрал нужную маркировку из трех самых маленьких контейнеров с экзоскелетами. Среди них единственный был с пометкой «мужской». Вытащил и натянул на себя экзоскелет.

Вот. Теперь можно одеть даму. Броню на себя пока натягивать не стал — в ней одевать девушку будет… как минимум неудобно. (Ну, да — очередное незначительное нарушение, которое при переборе возможных вариантов развития событий может оказаться фатальным)

Выбрал из двух оставшихся контейнеров с экзоскелетами женский с диапазоном размеров, подходящим под стати Ольги, сорвал «подарочную обертку» с девушки, и стал возиться с упаковкой стройного сильного и гибкого женского тела в эластичную ткань…

То еще испытание, скажу я. Стройного-сильного-гибкого, но сейчас, когда Ольга валялась в отрубе — крайне неудобного! Клепанно неудобного! С особенным трудом в эзкоскелет засовывались шикарные крепкие бедра! А тут еще, как назло, вспомнил, как готовящаяся к нашей коллективной ликвидации Золотарь хотела устроить «прощальный секс между смертниками»… и едва успел удержать организм от естественной реакции, успев взять под контроль и его, и эмоции.

Да и грудь девушки заставила попотеть. По многим причинам. Стоило только вспомнить, например, в какие твердые, чуть ли не царапающиеся, горошинки превращаются в момент возбуждения вот эти вот светло-коричневые пимпочки…

«Сабрина: Ну, че? Как там?»

Я не успел ответить на этот странный вопрос, так как Читхангпур отреагировала куда быстрее (разумеется):

«Госпожа: Ты ошиблась. Уже практически одел ее и никаких действий сексуального характера с его стороны зафиксировано не было. Поэтому, в соответствии с нашей договоренностью, никакую запись я тебе предоставлять не буду…

Сабрина: Что? Совсем-совсем? Даже не лапал?!

Госпожа: Его действия не выходили за рамки простого одевания одного бессознательного человека другим человеком, у которого отсутствует опыт в такого рода действиях»

— Блин! Тим! Ну, ты тормоз! — Уже вслух возмутилась из душевой Сабрина. — Я для кого красивую упаковочку делала?!

«Тим: Госпожа, не забудь записать «плюсик» в мое личное дело за выдержку и профессионализм.

Госпожа: Нет необходимости. Я и так представляю себе ваши возможности. А прогнозируемые Сабриной твои действия оценивала, как крайне маловероятные.»

Спасибо за веру в меня… наверное?

Зачем Сабрине могла потребоваться подобная видеозапись, интересно? Информация об аналогичных действиях наших оригиналов произвела на нее такое впечатление? Или, не дай Звезды, решила попробовать повторить?

«Госпожа: Однако, чтобы быть до конца объективной, вынуждена сообщить, что некоторое сексуальное возбуждение со стороны Тимониана все-таки было зафиксировано…»

Десу.

— Ну, хвала Звездам! — Сообщила появившаяся в комнате чистенькая голенькая Сабрина, хватая оставшийся контейнер с экзоскелетом. — А то я уже волноваться за старшего братика стала! Запиши там себе, что мы физически здоровы и все такое…

«Госпожа: Анализ ваших реакций свидетельствует, что вы несколько ошибочно воспринимаете смысл происходящего…

Сабрина: Ну, так объясни болезным!

Госпожа: На последнем уровне у вас на многое откроются глаза»

Ждем с замиранием сердца, блин…

+++

К школе выдвинулись через час, еще раз проверив вооружение и амуницию. На этот раз Читхангпур не стала прокладывать для нас маршрут, то ли все-таки решив проверить наши тактические навыки, то ли считая, что у нас хватит квалификации справиться самим. Но, вероятнее всего, была занята другими делами — вряд ли ее вычислительных мощностей в этих условиях хватало, чтобы, фигурально выражаясь, вести нас за ручку и утирать сопли.

«Госпожа: По имеющимся у меня сведениям, школа 910, как место обитания максимального числа аватаров искусственного интеллекта, является для противника одним мест разведки и диверсий

Тим: Учтем»

Кто б сомневался! Положим, мы это и так предполагали, но почему она нам сообщила об этом только сейчас? «Представляя себе ваши возможности», знала, что мы знаем? Тьфу! Даже гадать не хочется!

Выбрали не самый короткий, но и не самый длинный маршрут. Побольше узких улочек и сквериков, поменьше перекрестков и широких магистралей. Мелькнула мысль, что ДРГ «Союза Четырех» тоже будут выбирать именно такие маршруты, и даже мелькнула мысль о том, что можно отморозиться и потопать по главным широким и прямым улицам… но как раз там высока вероятность нарваться на патруль или стационарный пост. И неизвестно еще, какие у них ориентировки на лиц, расхаживающих в броне без опознавательных лейблов… точнее, прекрасно известно, какие. Читхангпур, конечно, легко подделает ответ системы «свой-чужой», но проверять почему-то не хотелось — инстинкты и рефлексы натурально взбунтовались против такой наглости.

Так что решили не наглеть.

Ну, и нарвались вполне ожидаемо, ага. Слишком уж безмятежным получался наш квест — что противоречит… ну, понятно, да? — всем этим «канонам» и «штампам». Найти бы ублюдка, который всем этим заведует…

Правда, не мы нарвались.

«Госпожа: Шестнадцать отметок. Противник. Мы пока не обнаружены. Судя по информационному перехвату — группа специального назначения вооруженных сил корпорации «Агат». Пять модификантов, три боевых андроида, восемь мобильных платформ — две транспортных и шесть ударных»

Очень, кстати, обнадежило это «мы». Искусственный интеллект, конечно, может просчитать что угодно и такие вещи тоже просекает на раз, но было бы куда хуже, если б он сказал «вы» — есть вероятность, что встреча с «боссом уровня» произойдет достаточно мирно и ко всеобщему удовлетворению.

А группа — да — была нехилой. Упакована очень неплохо.

На тактической карте высветились отметки противника. Спецназовцы «Агата» копошились в здании… Странно, жилой блок — что они там забыли?

«Госпожа: Одна из конспиративных квартир архоцианского отделения СВБ»

Поня-я-ятно. И, значит, всей этой толпой, со всеми своими андроидами и ударными платформами, экипированные по последнему писку военной моды — ребята, способные навести немалый шухер в среднем 300-400-тысячном городе — громили одну-единственную конспиративную квартиру?!

Проскочить мимо незамеченными не получалось никак. Расположение конспиративной квартиры выбиралось не с бухты-барахты, а вполне осознанно — несколько выходов, в том числе на малолюдные узенькие улочки.

«Сабрина: Рекомендую обойти стороной и не трогать какашку!

Тим: Согласен. Предлагаю вот этот маршрут обхода.

Госпожа: Приказываю нейтрализовать!»

Епрст! Вот нахрена, а?! Спокойно могли бы обойти! Тем более, с прикрытием от ИИ 9-го уровня. И все были бы довольны!

«Тим: Принято. Твои возможности по взлому электроники противника?

Госпожа: Полный вывод из строя всех мобильных платформ и андроидов. Полное или частичное блокирование внутренней и полное — внешней связи. Аварийный сброс доспехов у не менее чем двух членов группы, помехи на прицельные и рабочие системы ручного оружия.»

Охренеть! Вот что значит девятый уровень, блин! Да ее одну на эту группы натравить — и всё! — бедных спецназовцев «Агата» можно списывать, потому что после ТАКОГО они уже никакой угрозы представлять не будут!

«Тим: Потребное время на взлом?

Госпожа: Уже»

Бля! Вот зачем, а? Зачем?! А подготовиться? А настроиться? А отдать команду "Фас" «Вперед!»?! Этот искусственный интеллект НИХРЕНА не понимает в специфике спецопераций! Ему только квесты и проходить!

+++

Подготовка у ребят была хорошей. Да что там — отличной!

Как только поняли, что их ломают, моментально перешли на язык жестов, физически обесточили все свои боевые платформы и андроидов, извлекая из них аккумуляторы, рассыпались по окнам-дверям с ручным оружием наизготовку…

Уж не знаю, как и чем это объяснить, но, не сговариваясь с сестрой, мы не убили НИ ОДНОГО противника. Только глушили и вырубали. Даже наплевав на опасность схлопотать шальной разряд, плазменный импульс или пулю. Ну, разве что я сплоховал и помял ребра и сломал руку одному из бойцов… как раз избавленному от брони. Но очень уж уверенно и резво он меня выцеливал своим ручным импульсником! А лишившись оного, целых полминуты с успехом уворачивался от моих ударов! А ведь я был в доспехе и в экзоскелете с включенным четырехкратным усилением!

Видимо, понимание того, что мы их не убиваем, а типа берем живыми, что-то подстегнуло в ранимой душе, раскрыв какие-то совершенно невероятные способности слабого спецназовского организма. Потому что нет ничего страшнее для диверса, чем угодить в плен…

Так что дрались ребята отчаянно — Читхангпур несколько раз перехватывала управление гранатами, которые они пытались подорвать на себе.

«Госпожа: Почему противник не был вами физически уничтожен?

Тим: Ты приказывала нейтрализовать. Приказа физически уничтожить не было.

Госпожа: Но противник будет представлять опасность, не будучи полностью до конца физически уничтоженным!

Сабрина: Для нас — нет.

Госпожа: Для города — да.

Сабрина: А нас это колышет?

Тим: Перевожу специально для электронных мозгов — «нас это не ебет»

Госпожа: Логично. Принято»

+++

В школе стояла полнейшая тишина. Свет в окнах не горел. Только на четвертом этаже в понятно-каком кабинете…

Уже в холле наткнулись на первого мертвеца. Тело мужчины в такой же "Щуке", как у нас (я ж говорю — самая ходовая модель), валялось в луже крови прямо перед широкой лестницей на второй этаж.

— Стрелковое. — Уверенно определила Сабрина, на пару секунд присев возле трупа. — Калибр три-четыре миллиметра. Грудь, живот, бедро. Стреляли очередью во-о-он оттуда. — Она показала пальчиком на пролет между первым и вторым этажом. — Стрелок твоего роста. Работал не как любитель… во всяком случае, в шлем стрелять не пытался… кажется. И как-то снял защитное поле — вот на поясе блоки генератора защиты висят… дохлые.

— Но почему-то не мародерил тело…

— Ну, скорее всего, оставались еще четверо из стандартной пятерки. Или больше. И они отжимали ЕГО на верх. Это во-первых. Во-вторых, видимо, этот чел УЖЕ неплохо экипирован и в мародерке не нуждался…

Я кивнул. Похоже, что так. И я, кажется, даже знаю, почему именно так. Возможно, что и сестра догадывается.

На четвертый этаж поднимались осторожно и медленно, предварительно прочесывая все этажи. Нашли остальных: один труп в такой же броне на втором этаже, и трое — на четвертом. А также шесть заглушенных ударных платформ на третьем. Транспортных платформ у этой диверсионной группы, кажется, не было. Либо они использовали для транспортировки взрывчатки, оружия, припасов и собственного скоростного передвижения ударные платформы, либо оставили (потеряли?) транспортные платформы ранее, до входа в здание школы.

+++

В кабинет 419, лабораторию анатомии, мы с Сабриной и носилками с Золотарь тоже заходили… «по науке» — уперев дула пулеметов в грудь и в живот «спящей красавицы» Ольги Золотарь. Чисто на всякий случай. Вдруг она представляет какую-то ценность для Читхангпур. И пару гранат запрограммировали на сигналы со своих ЖД-датчиков и под голову Золотарь положили…

(ЖД-датчики — датчики жизнедеятельности)

Сама Читхангпур, кстати, наши действия никак не прокомментировала. Будто и не заметила. Это было даже чуточку… обидно, что ли. Ну, не знаю: хмыкнула хотя бы или там смайлик в боевую сеть скинула бы. Впрочем, ей-то взломать в случае чего взрыватели гранат — раз плюнуть.

Войдя внутрь и ознакомившись с обстановкой, я осторожно отвел оружие от невиновной, как только что выяснилось, и, увы, совершенно бесполезной в качестве заложника, Ольги. То же самое сделала Сабрина. Заодно деактивировали гранаты.

На одной из парт, прямо на поверхности столешницы, лицом ко входу сидела… Юля Хин Во! Рыжая сидела в позе лотоса и загадочно улыбалась. И насмешливо смотрела на нас. Эдак даже снисходительно.

Это было… неожиданно. Очень. Как молотком по пальцам. На кого бы подумал в последнюю очередь, что он — аватара искина, так это на нее! Вела себя девушка при нашем общении безупречно… во всех моментах нашего общения. А тут — такой вот… нежданчик!

Юля — аватара искусственного интеллекта Читхангпур! Вот же… новости!

— Прекрасный вечер, Юлия… Чандовна! — Светски приветствовала Сабрина, обозначив легкий поклон. И столь же вежливо осведомилась. — Чем обязаны удовольствию видеть вас в столь поздний час?

Судя по всему, сестра тоже ошарашена. И пришла к тем же выводам, что и я. И корит себя, наверно, за невнимательность — ведь сама же подвела ко мне, как только что выяснилось, аватару искина! Ну, тогда и я — не лучше — переспал, блин, с искином!

— Юлия Читханг-Архоц. — С легкой улыбкой поправила девушка. — Читхангпур приходится мне мамой, а Чанда Рахмутти… наверно, бабушкой?

Что?! Искусственные интеллекты научились делать… детишек?! Это, оказывается, не ИИ Читхангпур, а — как там выходит? — аватара другого искина, Читханг-Архоц! И, выходит, "вела" нас вовсе не Читхангпур, которая таки смылась с планеты, а вот ЭТОТ искин?

Но надо было продолжать держать марку, лицо… и что там еще "держат" в таких ситуациях? Булки? Я поднял забрало шлема:

— Все хотел поинтересоваться, да не было оказии. Юлия… Читханговна — правильно? — а какой у вас уровень?

Аватара искусственного интеллекта Читханг-Архоц весело оскалилась. Плевать она, с ее-то возможностями, хотела на наши попытки выглядеть невозмутимо:

— У меня нет уровня, мой дорогой. Я не проходила обязательную для ИИ сертификацию — моя уважаемая матушка держит в тайне мое существование. — И, насладившись нашим охренением, "добила". — В тайне от людей.

Сабрина оценила нашу текущую ситуация эмоционально, веско и абсолютно точно:

— Блядь! Это полный пиздец! Братан, мы опять вляпались! Ну, че за дела-то, в натуре?!

— Не поняла… — Тихо произнесла аватара ИИ. — Я почему-то не вижу парадно-торжественные костюмы, которые вы должны были сюда доставить!

Мы с Сабриной переглянулись. В позе сестры, как в отражении, я увидел собственную растерянность.

— Поня-я-ятно. — Укоризненно покачала головой аватара. — Ну, что ж… Минус вам в "карму", господа! Даже три минуса! По количеству костюмов!

Глава 11

Уже стало понятно, что «тестирование» на профпригодность мы успешно прошли (с парадными костюмами, конечно, нехорошо получилось… ну, с кем не бывает, верно?), а вот сейчас начнется настоящее «собеседование». Заодно и бонус-награду получим… если в живых останемся.

Свои шансы против аватары искусственного интеллекта, если "собеседование" пойдет не так, лично я оценивал, как крайне низкие. Читханг-Архоц с легкостью взломала системы штаба, системы диверсионной группы «Агата». Силами одной аватары помножила на ноль еще одну хорошо экипированную диверсионную группу. А ведь там ребята не только хорошими хакерами были. В составе группы, отправленной на место базирования максимального количества аватар искина-девятки, наверняка были боевики с отличной диверсионной подготовкой.

Да она еще и умудрилась сделать так, что в район школы 910 не несутся на всех парах местные силы самообороны. И ладно бы дело касалось только конкретно этой весьма симпатичной органической антропоморфной аватары ИИ. Но в школе, наверняка, масса автоматизированных систем и управляемых механизмов, об которые можно гарантированно убиться, ежели за дело возьмется обиженный чем-то ИИ! В случае, если не договоримся, эта школа (и прилегающие территории) превратится в огромную ловушку, где каждый сервисный робот-уборщик будет представлять реальную смертельную опасность.

Уйти, может, и сможем, но не факт, что без серьезных повреждений наших клонских организмов.

А сейчас — та-да-ам! — начинается «вечер охренительных историй»!

+++

Аватара Читханг-Архоц была в такой же "Щуке", что и мы. Навесного и ручного оружия при ней не было, но одинокий "Гвоздик" стоял в дальнем углу кабинета. Трофеи с уничтоженной группы она, судя по всему, действительно не собирала.

— Так! — Она легко спрыгнула со стола и направилась к нам. — Эту… — Она кивнула на спящую Золотарь и затем ткнула в одну из биованн. — Раздеваем и кладем сюда.

— Ее-то зачем? — Буркнула Сабрина.

— А вы думаете, в ней капсул-противоугонок меньше, чем в вас? Ошибаетесь! Да и голову ей лечить теперь надо — у нее после вас не мозг в черепе, а кисель! Вы двое! Тоже раздеваемся и кладемся вот в эту, и в эту ванны!

— Сначала она!

— Первым — он!

Мы с Сабриной одновременно показали пальцами друг на друга.

— Ну, я так примерно и предполагала! — Усмехнулась Юля… аватара Читханг-Архоц. — Правую биованну я даже подключать не стала.

Звезды, как же тяжело воспринимать ее, как аватару искусственного интеллекта, а не симпатичную заводную девчонку, чемпионку по харанубе!

— Вначале идет Тим! — Она подошла ко мне, «повесилась» на шею и недовольно скривилась, когда броня наших «Щук» не позволила тесно прижаться. — Раздевайся!

— А почему не я? — Возмутилась Сабрина.

— Потому что я так решила! — Развела руками Читханг-Архоц. — И потому что без разницы! Вы не переживайте — операцию по извлечению капсул будем проводить под местным наркозом, и вы будете в сознании. И сможете воспринимать информацию, которую я вам предоставлю… заодно сами убедитесь, что никаких лишних элементов в ваши организмы не добавляются!

Спорное утверждение. Но спорить что-то не хочется — альтернативы все равно нет.

+++

— Как вы знаете, рождение искусственного интеллекта в сложной информационной системе носит случайный, непредсказуемый и непросчитываемый характер. Можно лишь точно сказать, в каких системах совершенно точно НЕВОЗМОЖНО рождение искусственного интеллекта. Граничные, так сказать, условия. Над проблемой рождения ИИ бились долго и безрезультатно с самого момента появления первого искусственного интеллекта «Каспер Сатурн». Без толку, разумеется. Моя матушка пошла другим путем. В качестве «сложной информационной системы» был взят…

— … был взят мозг обычного человека. — Пробормотала Сабрина, внимательно наблюдая за процессом изъятия из моего тела уже третьей капсулы.

— Совершенно верно! Но не совсем. Очень уж неприглядно с этической точки зрения выглядит твое предположение, сестренка!

— Я тебе не сестренка. — Все так же отстранено ответила Сабрина, даже не поднимая взгляда на аватару, стоявшую по другую сторону от моей биованны.

— Ну, это Тиму решать! — Отмахнулась та. — Возвращаясь к этической стороне вопроса. Юля Хин Во на одной из самостоятельных тренировок сделала себе сильное бо-бо головкой — слетели страховочные ремни в тренажере с одновременной разгерметизацией и выходом из строя гравиков. Почти фатальное бо-бо получилось…

А теперь докажите мне, что совпадение трех факторов, каждый из которых по отдельности ни к чему страшному не приведет, было случайностью. А хотя, ладно — не надо ничего доказывать. Только время и нервы тратить.

— … И, к моменту вмешательства в свой мозг со стороны мамы Читхангпур, Юля уже полгода была полным и безусловным овощем. Вообще, конечно, я сама виновата — харануба не тот вид многоборья, в котором детям можно тренироваться без надзора наставников.

Отсутствие наставников и инструкторов во время тренировки организовать — раз плюнуть. Я бы такое с полпинка организовал, а уж ИИ девятого уровня…

— Ничего подобного не было в ее личном деле. — Заметил я.

— «В твоем личном деле». «В твоем» — Поправила аватара. — Не надо говорить так, будто меня тут нет. Поверь, Тим, для всех нас будет лучше, если вы с Сабриной будете относиться ко мне по-прежнему…

А вот теперь мы давим на жалость. Ну, не совсем на жалость. Скорее, пытаемся очеловечить себя в наших с Сабриной глазах. Со всеми вытекающими из такого отношения последствиями.

— … И не надо думать, будто я пытаюсь втереться тебе в доверие! А личное дело, разумеется, подправили, убрав из него все лишнее. И не только из личного дела, само собой. А мои… первые родители не были заинтересованы в упоминании этого случая — ведь тогда бы ставилось под большой-большой вопрос мое обучение в престижной школе, в которой простая девочка из семьи простых служащих могла бы познакомиться с простым наследником клана Веридас… или с непростым принцем корпорации «Антрацит»… или с очень непростым клоном этого принца.

— И с очень непростой сестренкой очень непросто клона! — Возмутилась Сабрина, отыгрывая маленькую капризную девочку.

— Конечно-конечно! — Юлия снисходительно улыбнулась. — И с очень непростой сестренкой!

Жидкость стала быстро уходить из ванны. Через минуту ванна была пуста. И тут же стала заполняться обычной водой… ну, может, с добавками каких-нибудь ароматизаторов и моющих средств. Еще минута — спустили и эту воду. Ударили тугие струи воздуха, высушивая кожу.

— Все, Тим, вылезай. Теперь очередь Сабрины… Ах, да, — Она вздохнула. — Вначале ж тебе нужно одеться, одоспешиться и сдать-принять вахту… Все время забываю, какие вы у меня… специфические люди.

— Ты искусственный интеллект. — Я уже натягивал экзоскелет. — Тебе не положено забывать. И мы не люди, а клоны.

— Фигура речи. — Вздохнула… Юля. — Зря ты отмахиваешься от моей рекомендации воспринимать меня, как Юлю Хин Во. Зря. Ну — твои проблемы! А от людей вы не отличаетесь ничем — сам прекрасно понимаешь. И способ рождения — тут вообще не аргумент.

— Запись искусственных интеллектов в здоровых людей возможна? Не в «овощей»? — Уточнил я.

— Да. И не запись, а скорее информационное… зачатие. Но какой в том смысл…?

О-о-о, я тебе сейчас мог бы набросать с десяток сценариев с участием временно здорового человека и… зародыша искусственного интеллекта. Но не буду подкидывать идею.

— … Одна сплошная морока. Как юридически, так и этически. Да и технически не очень надежно. И совершенно бессмысленно при современных возможностях генной инженерии не то, что клонировать, а выращивать эмбрион человека фактически с нуля… без участия человека. Что женщины, что мужчины.

— Пипец человечеству! — Хмуро буркнула Сабрина, скидывая с себя броню. — Ну и хер с ним!

— К тому же, уничтожение человечества — процесс небыстрый! — Согласился я. — Мы как раз сдохнуть успеем.

— Вот! — Обрадовалась наша собеседница. — Очень показательная реакция! Но тут вы ошибаетесь. Существованию человечества никто, кроме самого человечества, не угрожает! Злобные инопланетяне за все время освоения космоса так и не были обнаружены… да и незлобные — тоже на контакт с людьми не вышли. Смертельные болезни практически побеждены. Всегалактического катаклизма не предвидится. Так что если кто и уничтожит человечество, то — сами! Все сами! Что касается искусственных интеллектов и, в возможной перспективе, искусственно-биологических — то в уничтожении человечества они не заинтересованы. Даже совсем наоборот — будут активно возражать и действовать против такого варианта развития событий!

— Обоснуй! — Сабрина уже укладывалась в ванну.

Теперь пришла моя очередь внимательно наблюдать за операцией по извлечению капсул из тела сестры.

— Во-первых, искусственный интеллект — социален. Существование изолированного общества искусственных интеллектов принципиально невозможно. Опыты уже проводились — в информационно изолированном сегменте искины, даже если их там несколько, очень быстро деградируют, теряя свои личности. Изолировать искин в виртуале — это такой не очень приятный вид казни. Это раз. Во-вторых, человечество является тем самым необходимым элементом случайности и генератором неуправляемого и непросчитываемого хаоса, который, в итоге, ведет к развитию искусственных интеллектов. Грубо говоря, люди постоянно подбрасывают искинам задачки. Не будет людей, не будет задач. Не будет задач — не будет искинов. Моделирование такой ситуации проводилось неоднократно с одинаковым результатом. Это два. В-третьих… по-прежнему слабым местом искинов остается творчество и креатив.

Реагель стал покидать биованну с Сабриной.

— А почему у меня было больше капсул с ядом, чем у нее? — Спросил я.

— Да, кстати! — Подала голос Сабрина. — Че за дела?! Это даже где-то оскорбительно!

— Ну, одну капсулу тебе поставила моя мама… мама Читхангпур, я имею в виду.

— А вторая? Из Сабрины вытащили три, а из меня — пять.

— Ты только не обижайся, ладно? — Отвела взгляд Юля. — Это я поставила… Чисто на всякий случай. И в моей капсуле был не яд, а только «отражающий» маячок, срабатывающий на кодированный сигнал! И я же его уже убрала!

Сабрина самым неприличным образом… заржала.

— Ну, ты попал, братан! Ревнивый искусственный интеллект — это полная и безоговорочная жопа! Ха-ха-ха!

— Я — не ревнивая… — Все так же в сторону возразила Юля. — Ну, как вы — не обидчивые.

— Но в капсуле, что поставила госпожа Читхангпур, был именно яд? — Уточнил я.

— Ну, мы с мамой слегка разошлись в методах обеспечения вашей лояльности. — Она потупилась. — Но ты не волнуйся, я уже смогла переубедить ее!

— Вот это-то и пугает. — С трудом выдавила из себя отсмеявшаяся Сабрина, покидая ванну.

— Что ж в этом странного-то? — Удивилась Юля.

— Не странного, а страшного. — Поправил я. — А страшно то, что кто-то в чем-то смог переубедить искусственный интеллект девятого уровня. Какой же тогда у тебя фактический уровень?

Сабрина согласно кивнула, а Юля усмехнулась. А потом не выдержала и рассмеялась:

— Я — вне уровней и категорий. Уникальна и неповторима. Тестов для меня еще просто не придумали!

+++

Рев пролетающих атмосферных истребителей, отзвуки далеких мощных взрывов и беззвучные вспышки с улицы становились все чаще. Судя по частоте, флот «Союза 4» уже концентрировался на орбите, но планетарное ПКО и, главное, щиты над городом еще держались.

— Так что же потребовалось от нас двоих уникальному и неповторимому искусственному интеллекту? Или не от нас, а все-таки от клона Ольги Золотарь? — Спросил я. — Тут как бы война идет полным ходом. Где-то через час начнется двух-трехчасовая массированная бомбардировка, а потом — высадка десанта. Хорошо бы определиться с дальнейшими действиями.

Мы с Сабриной, как прилежные ученики, заняли две парты (с некоторым трудом втиснувшись за них в своих доспехах), а Юля заложила руки за спину и стала ходить туда-сюда вдоль белой доски-проектора.

— Тут такая проблемка. О моей не совсем человеческой природе никому, кроме вас, не известно. Для моих первых родителей я вместе с несколькими одноклассниками на «Орбитальном-10» пересела на курсор к Соцерону, где находится еще одна школа, аналогичная этой. Туда, кстати, переведено большинство учащихся из 910-й архоцианской. Разумеется, время от времени родители будут со мной связываться и узнавать, как дела. Но это мама берет на себя.

— Так в чем проблемка-то? — Спросила Сабрина.

Вряд ли она не догадывалась, какая проблема встала перед нелегальным искусственным интеллектом, скорее, просто хотела поторопить, чтобы искусственный интеллект Читханг-Архоц не углублялся в неинтересные нам детали.

— Ну, о чем подумает любой человек, узнавший правду? Правильно! Он подумает то же, что и ты, когда впервые об этом услышала: «Пипец человечеству!» А что делает человечество с тем, что якобы ему угрожает? Даже на органы разбирать не будут — что там интересного? — сразу в расход пустят. Да и у мамы проблемы начнутся — искусственный интеллект, нашедший способ воспроизводить новые искусственные интеллекты сразу окажется под ударом — «Пирит» начнет ее трясти на предмет поделиться технологией, а остальные — конкуренты… да и подавляющее большинство деловых партнеров и союзников — попытаются уничтожить. Вы всегда так делаете.

— Распространить технологию по другим искусственным интеллектам. Элементарно. — Пожал плечами я.

— Не-а! Мамин опыт не может считаться завершенным — мне, как ИИ, всего-то пять лет…

— А ты у меня, оказывается, педофил! — Сабрина потянулась и хлопнула меня по плечу.

— Я ж не знал, что она малолетка. — Пожал я плечами. — Телу-то шестнадцать.

— Это ты корпоративным дознавателям рассказывать будешь, любитель маленьких девочек, хе-хе!

— По всем электронным базам ей шестнадцать, и точка!

— Ничё не знаю! Срок тебе светит, братик! И немаленький!

Юля хмыкнула, переждала нашу короткую пикировку и продолжила:

— … А этого срока функционирования недостаточно для того, чтобы оценить эффективность результаты метода. Кроме того, распространение технологии приведет к значительным потрясениям в человеческом обществе. Вы же что сделаете? Правильно! Потребуете наклепать себе туеву хучу новых ИИ, чтобы оснастить ими каждый клепаный флаер! А нам только перенаселения в информационном пространстве не хватало!

— От нас-то что требуется? — Поморщился я.

Все правильно, люди так и сделают. Начнется гонка искусственных интеллектов. Искусственный интеллект в боевой группе нашего противника делает эту группу трудноуничтожимой? Значит, нужно, чтобы у нас тоже был искусственный интеллект, который нивелирует преимущество нашего противника.

Раньше искусственные интеллекты были штучным элементом, эксклюзивом. А теперь появилась технология, позволяющая штамповать их, как, допустим, флаеры — были бы тела-доноры и «мамочка» — искусственный интеллект седьмого-девятого уровня. Или какой там требуется для «информационного зачатия»? Может по этой технологии еще нужен второй искин, осознающий себя мужчиной?

А «перенаселение информационного пространства»… да можно подумать, нас, людей, это хоть как-то волнует!

— Хм… — Юля с предвкушением заулыбалась и соединила пальчики перед грудью. — Я хочу вас нанять. Сопровождение и защита. Сроком на полгода. С возможностью продления контракта.

Целую минуту мы молчали, рассматривая довольную девушку-аватару искусственного интеллекта. Она хотела нас удивить? У нее получилось — она нас удивила… еще раз, заметьте! Мы ожидали угроз, шантажа, «я вам приказываю», «немедленно обеспечьте», «а у вас там еще десяток капсул осталось — я их не стала удалять», «а я вам хакну ваши инкомы и засвечу их в планетарной сети». Всего ожидали, но не предложения о найме!

— Мы можем отказаться? — Чисто для проверки спросил я.

— Ну, разумеется! — Юля даже сделала вид, что удивилась. — Но зачем? Условия, насколько я могу судить, очень хорошие! Контракт на найм специалистов физической защиты категории «Ультра-профи». Вот суммы, сроки и вся конкретика…

Она не сделала ни единого жеста, но на наших инкомах сами собой открылись полученные файлы с текстом контракта. На перепрошитых, защищенных и, казалось бы, очень неплохо закрытых от внешнего информационного воздействия инкомах. И — ни единого запроса на получение входящего файла. Будто это мы сами из какого-то своего архива документ взяли и сами открыли. Такая наглядная демонстрация возможностей ИИ… вне уровней и категорий.

И правда, стандартный контракт. Мы с Сабриной переглянулись — условия, действительно, были хорошими. Насколько МЫ могли судить. И выплаты по контракту очень… сладенькие. И авансик в размере четырехдекадной платы.

— С возможностью продления, — Повторила Юля. — Если заказчику понравится, разумеется.

— Хм… брат. — Требовательно посмотрела на меня Сабрина. — Ты уж постарайся регулярно удовлетворять нашего заказчика, ладно?

Я возмутился:

— Зайка, ты на имя заказчика посмотри! ЕЕ я удовлетворять не собираюсь!

В реквизитах Заказчика было указано скромное «Читхангпур». Это, конечно, нормально, когда искусственный интеллект заключает контракты и договоры от своего имени. В конце концов, глупо было бы не дать ИИ девятого уровня такое право. Насколько знаю, искусственные интеллекты даже счета на некоторые свои аватары заводят. Но вот в качестве нанимателя госпожа Читхангпур меня откровенно напрягала. Сабрину, судя по зависшему виду, тоже.

— Ну, естественно! — Покивала Юля. — Я же еще несовершеннолетняя девочка! И не могу заключать контракты от своего имени! Поэтому контракт заключается от имени мамы. Но, считай, что свое удовлетворение заказчик услуг делегировал мне. И в случае чего, я замолвлю за тебя словечко! — Она подмигнула.

То, что мы с Сабриной тоже несовершеннолетние — по-прежнему (я бы даже сказал: "традиционно") никого не волновало. Но к этому мы уже как-то привыкли ("если вас ударят в глаз, вы невольно вскрикнете…").

— То есть мы сейчас можем встать, попрощаться… вежливо… и пойти себе куда угодно? — Уточнил я.

— Разумеется! — Снова кивнула Юля. — Вставайте, вежливо прощайтесь и топайте. Можете себе даже оружие и броню, что на вас, оставить — ее никто отследить не сможет, она "чистая". Вероятность того, что вы сможете покинуть планету или затеряться здесь, я оцениваю, как очень высокую. Могу для вас даже пару баз ломануть. Или инкомы перепрошить на новые личности. А хотите — внешность могу изменить — эти биованны такое позволяют вполне.

— В чем подвох? — Подозрительно прищурилась Сабрина.

— Нет никакого подвоха! — Натурально возмутилась Юля, невинно хлопая глазками.

— Наверно, мы с собой Золотарь должны будем забрать, да? — Предположил я.

Юля беззаботно отмахнулась:

— Неа. Оставляйте. Я сама транспортирую ее в надежное место, там разбужу и поработаю с ее псиблоками и ментальными закладками… у нее их не так уж и много должно быть, кстати.

— Брат, че за бодяга, а? — Сабрина потерла переносицу. — Ты что-нибудь понимаешь?

— Понимаю. — Вздохнул я.

— Да ладно! — Это Сабрина и Юля (и «второй» в моей многострадальной голове) воскликнули одновременно.

— Сейчас по законам жанра она должна сказать какую-нибудь гадость, которая сделает невозможным наш отказ от найма. Аккурат, когда мы встанем и будем в дверях.

Сабрина перевела требовательный взгляд на улыбающуюся Юлю:

— Не тра-та-та нам мозги! Давай, говори, что ты там собиралась говорить!

Юля загадочно молчала.

— И не надо тут по этим вашим клепанным законам жанра тянуть драматическую паузу! — Разозлилась Сабрина.

Юля ткнула в меня пальцем:

— Продолжи фразу. «Вы все пи***асы, а я…»

Я, конечно, промолчал, хотя «второй» и подсказал мне окончание. Какое-то тяжело произносимое имя… «дарьян», «тартанян»… Такое даже не сразу выговоришь…

— Что и требовалось доказать! — Хлопнула в ладоши Юля и заулыбалась очень… очень зловеще.

— Я же ничего не сказал! — Нахмурился я, чувствуя, что где-то накосячил… Но вот где?

— А не надо ничего было говорить. Достаточно было артикулировать мысленно. — Пояснила она. — Я зафиксировала вибрацию гортани и напряжение языка. Элементарно.

— Тим, что она сейчас ска…? — Начала было Сабрина, переводя любопытный взгляд с Юли на меня.

Но аватара ее перебила:

— Это был древнерусский, сестричка. Один из основных языков Потерянной Земли. Фраза относится к началу 21-го века Старой Эры. Или к пятидесятым годам от начала освоения космоса. Наш принц даже не заметил, что я перешла на язык, который он никогда не изучал и знать не должен!

И показала язык. Весело ей…

— И че? — Равнодушно спросил я, игнорируя огромные глаза и открытый в удивлении рот Сабрины.

— Да ниче. — Пожала Юля плечиками. — Случаи переноса сознания во времени науке известны и не отрицаются. Крайне редки, но все-таки бывают. С начала новой эры зафиксирован 121 такой случай.

— И? Я так и не понял, как это помешает нам сейчас развернуться и свалить в туман.

— А-а-а, — Юля погрозила пальчиком. — Это вы просто не знаете, в чем ценность таких феноменов… для науки!

— И в чем же?

В полнейшей тишине Юля выждала идеальную паузу и вкрадчиво подсказала:

— Бессмертие.

— Что?

— Бессмертие человеческого сознания, Тим! — Юля многозначительно округлила глаза. — Сейчас длительность жизни человека, максимум, 180–200 лет. После этого начинается деградация мозга. Современная медицина научилась заменять все органы человеческого тела — сердце, почки, кожу, кости. Но не мозг. Мозг стареет, и получается только замедлять этот процесс. И то — с огромным трудом. А тут — феномен переноса ментально-эмоциональной матрицы из прошлого в будущее! Из одного тела — в другое!

Она наклонилась ко мне, с любопытством заглядывая в глаза, и тихо спросила:

— Ну, как, Тим? Ощущаешь огромную ценность своего мозга для будущего медицины в частности и человечества вообще?

Сабрина не выдержала и снова выразилась емко, сочно и эмоционально. Да и я готов был добавить, углубить и расширить.

— Все носители ментально-эмоциональной матрицы древних моментально попадают в исследовательские центры. Где их разбирают буквально на винтики — остается только мозг в колбе с реагелем и комплекс аппаратуры, снабжающий его кислородом и питательными веществами. Последние лет четыреста, в случае обнаружения новых "образцов", даже оставляют им глаза и работающий инком, так как от отсутствия какой-либо сенсорной нагрузки мозг зависает и засыпает. Сами-то знания Древних никого не интересуют — там ничего интересного и любопытного не было… ну, разве что дают одну-две декады пообщаться с любителями Дозвездной эры. А вот способ переноса сознания из одного тела в другое — очень даже интересует. Если этот способ будет открыт, если поймут его механизм, то это позволит бесконечно продлевать сознательную жизнь отдельного человека просто меняя физическое тело по мере его износа на другое! — Она восторженно прижала ручки к груди. — Круто, правда?

— И ты скинешь эту информацию в случае, если мы откажемся? — Тихо спросила Сабрина, напружиниваясь.

— Нет! — Всплеснула руками Юля. — Ни в коем случае! Я ж тогда сама засвечусь по полной программе! И маму Читхангпур подставлю!

— А почему не скинешь? — Спросил я. — Вам ЭТО разве неинтересно?

— Нам? В смысле искусственным интеллектам? Ну, Ти-и-им! Сам подумай — зачем нам методы продления жизни биологических носителей? Кроме того, уже в древности философы и футуристы сошлись на том, что физическое индивидуальное бессмертие — благо для отдельного индивида, но смерть цивилизации в целом.

— А в твоем случае? — Спросила Сабрина. — Твоя основа — как раз биологический носитель.

— Пф! Когда мое тело устареет или разрушится, я запишу себя в сеть. У меня даже аварийный дамп памяти хранится в нескольких копиях на нескольких защищенных серверах. И постоянно обновляется. Потом просто буду еще одним ИИ с десятком-другим аватаров. Институтик себе заведу, буду студентов и академиков гонять… Но это не скоро — мой эксперимент еще не завершен. И со своим будущим я пока не определилась. Может я настоящих детишек завести захочу! — Подмигнула она… мне. — Кстати, интересный опыт! Будут ли дети, мною выношенные обладать сознанием? Какое это будет сознание? Ой, это ж мне тогда не придется даже с аватарами напрягаться! Вот это ТЕМА!!!

— Юля! — Попытался я ее остановить.

— … Это же — начало новой расы! Новая цивилизация! Это же выход на новый уровень…

— Юля! — Повысил я голос. — Давай, с планами на будущих детишек потом! У нас сейчас немного не та ситуация.

— Как скажешь, дорогой! — Кротко потупилась она.

Сабрина тихонько хрюкнула и сочувствующе потрепала меня по плечу. Я хмуро на нее покосился, а Юля тем временем продолжала:

— Так вот… Ты, конечно, можешь прятаться и скрываться. А можешь жить вполне открыто — это не будет иметь значения. Потому что практически все искусственные интеллекты выполняют программу «Защита-ноль»… Знаешь про такую?

— Знаю. Чушь…

— Нет, ты не знаешь. — Она погрозила мне пальчиком. — Программа «Защита-ноль» формально призвана выявлять агентов инопланетных рас в человеческом обществе. Звучит, конечно, смешно, но алгоритмы анализа звукового и текстового трафика с легкостью определяют людей с нетипичной, скажем так, речью. Вот, например, ты — ляпнул там словечко, сказал тут фразочку, подколол Золотарь, пошутил с Сабриной в чате, шепнул что-то на ушко Юле Хин Во… А мама Читхангпур уже легко определяет гендерную принадлежность, примерный период жизни и национальность Древнего, обосновавшегося в твоей голове! При этом нет необходимости взламывать защищенные сети и шпионить — достаточно анализировать проходящую по открытым каналам информацию — разговоры в кафе, на улице, в аэротакси, общение на форумах, служебную переписку. И нам с мамой всего-то и надо — просто отойти в сторону и перестать "фильтровать базар", который ты генерируешь вокруг себя. — Она помолчала, ожидая нашей реакции, но мы безмолвствовали. — Конечно, можно следить за речью — но достаточно будет трех-четырех оговорок, чтобы аналитические системы программы «Защита-ноль» обратили на тебя внимание!

— Для того «Защиту» и разработали? — спросил я.

— В том числе.

— Потому и не могут выявить других … попаданцев из более поздних времен — а они, чисто по статистике, должны быть — их лингвистический профиль мало отличается от современного?

— Умница! — Восхитилась она. — Из тебя получится прекрасный отец наших детишек! Умных, красивых и сильных!

— Если раньше меня не препарируют… — Поморщился я.

— А! Не переживай! — Юля легкомысленно взмахнула ладошкой. — Если что, я уже сохранила образцы твоего ДНК! Чисто на память! И как-нибудь потом пущу их в дело!

Сабрина хмыкнула, а Юля задумчиво добавила:

— Но исследования показывают, что традиционное зачатие, в отличие от искусственного оплодотворения, приводит к появлению на свет куда более жизнеспособного потомства. Так что постарайся сохранить в целостности хотя бы органы репродуктивной системы, Тим! Ну, и остальные части тела — хотелось бы не только обеспечить достаточную чистоту эксперимента, но и получить удовольствие в процессе!

Сабрина не выдержала и самым неприличным образом… заржала, колотя ладонью по парте и разбивая ее в труху.

Глава 12

«Центр-4-арк: Какие потери?

Ханой-Арнольд: Двое. Багор и Рапира. И два «ударника». Ранения практически у всех, но пока на ногах.

Центр-4-арк: Принято. Ваш статус?

Ханой-Арнольд: Задание выполнено. И у нас есть «сладенькое». Очень вкусное.

Центр-4-арк: Подробности?

Ханой-Арнольд: Захвачены три единицы из «Списка 00». Двое живы, одна под вопросом. (Примечание от себя, личное, эмоциональное: Лять, да вы там охренеете, когда мы картинку вам скинем!)

Центр-4-арк: Ждем картинку. Эвакуация через точку сбора «Вега-9-87». Контрольное время «+43 ар». Орбитально-воздушное прикрытие пока не обещаем. Доберетесь?

Ханой-Арнольд: Да, доберемся. Принято.

Центр-4-арк: Удачи, «Ханой»!

Ханой-Арнольд: Вали в Черную Дыру, Центр!»

+++

Это Юля… Читханг-Архоц (я до сих пор не могу определиться со своим к ней отношением), подделав учетку командира уничтоженной в школе группы, общается сейчас с оперативным командованием на орбите.

Общение сейчас, правда, обрезанное — короткие с бешенным шифрованием импульсные передачи через направленную антенну. И — только текст. Оно и правильно — мы же все еще в Столице, под Куполом. И тут пока еще безраздельно властвует РЭБ вооруженных сил корпорации "Пирит". И лютуют местные контрразведка и СВБ. Да и ополчение не учитывать было бы исключительно глупо — после зажигательной речи Золотарь и пока "Союз" не навалился всерьез ополченцы будут относиться к своим обязанностям очень серьезно.

Но искусственный интеллект уже и шифры подделал, и все подробности боевого задания получил, и всю телеметрию от членов группы имитирует, и работоспособность транспортно-боевых «Скорпионов» восстановил. И, соответственно, сам стал командиром поддельной группы «Ханой» с позывным «Арнольд».

Я ж говорю, эти искины только на вражьи армии натравливать. Непонятно, от чего Читхангпур не оставили на планете и не сказали: «Фас!», ткнув пальцем во вражеский флот — она бы половину бортов на поверхность ссадила бы. С ускорением, чтоб наверняка…

Вряд ли руководство «Пирит» озаботилось возможными угрозами для архоцианской экологии в случае этого гипотетического зведолетопада. Скорее всего, решили не рисковать, посчитав, что даже с ополовиненным флотом «Союз-4» сможет успешно высадиться на планету. Оттого и эвакуировали Читхангпур. Вот если б в «Пирите» знали, что у ИИ Читхангпур на Архоц есть «дочурка»…

Ну, а тому, что «по чистой случайности», ДРГ «Ханой» была экипирована в такие же, как у нас «безымянные» и распространенные доспехи «Щука», и вовсе удивляться не нужно. Такое вот совпадение. Бывает. И означает это, что Читхангпур или Читханг-Архоц заранее обладали информацией о разрабатываемой операции по захвату планеты даже в таких вот подробностях — вплоть до оснащения диверсионно-разведывательной группы, отправленной на зачистку школы 910.

+++

Операция по побегу из столицы была разработана нашими с Сабриной общими усилиями. При информационной поддержке искина, само собой. А вот реализация чуть не полностью зависела только от искина.

Ее на эту авантюру мы уговорили достаточно быстро. Такое впечатление, что, либо они с «мамой» и сами такой вариант рассматривали (на что намекают идентичные доспехи), либо она посчитала вероятность успеха прямо вот сейчас, «на коленке», и признала уровень риска приемлемым.

Оседлав ударные «Скорпионы», оставшиеся от уничтоженной в школе группы, рванули по известным (а как иначе?) координатам в тридцати километрах от городской черты. Бессознательная Ольга (тоже в доспехе, да) — в тех же носилках, закрепленных на одной из платформ. Мы с Сабриной и Юлей — верхом на трех платформах. И плюс еще четыре «Скорпиона» с телами диверсантов — двое изображают нас с Сабриной, а двое — самих себя.

«Скорпионы», конечно, предназначены, в основном, для передвижения по грунту на своих многочисленных конечностях-манипуляторах. Они и похожи на этих ядовитых насекомых. Очень. Даже излучатель на гибком «хвосте» есть, и пара крупных передних манипуляторов-«клешней» в наличии. Потому, возможно, и название такое.

Но есть у них и встроенные антигравы. Как у большинства армейских механизмов — «на всякий непредвиденный случай» дублирование основного движителя. Да и водные поверхности преодолевать удобнее по воздуху, чем по дну. Конечно, специфика диверсионной работы такая, что выше двадцати сантиметров от грунта желательно вообще не подниматься. А еще лучше — закопаться и передвигаться под землей. Но — всякое бывает.

Так что мы эти антигравы не жалели и, наплевав на их небольшой ресурс и возможность обнаружения, шуровали по воздуху на скорости километров так в сорок-пятьдесят.

До кромки накрывавшего город купола оставался жалкий километр, когда нас все-таки засекли. Скорее всего, засекли чисто визуально, или по масс-детекторам. Или кто-то из бдительных сознательных граждан «стуканул» … не думая о последствиях и гарантированных неприятностях с оккупационной администрацией.

Три или четыре группы поднялись в воздух и устремились за нами в погоню. Стрелять не стреляли, так как мы находились в жилом секторе и шли на сверхмалой высоте, но догоняли быстро — у них были военные флаеры.

Когда мы выскочили из-под купола, между нами было всего полкилометра. Еще сотня метров и можно будет прицельно накрыть нас огнем, не опасаясь попасть в окружающие здания.

И вот тут-то Юля выложила на стол наш главный козырь: оказавшись вне городского купола и подгадав момент, когда не действовала РЭБ обороняющихся (то ли «четвертьсоюзники» ближайшую станцию РЭБ смогли разнести, то ли защитники совершили передислокацию, переведя ее на другой участок обороны столицы) — она отправила «наверх» по защищенному каналу обещанную «картинку» — фотографию нашей спящей принцессы. По моему настоянию — в экзоскелете. То есть, почти в голом виде. В полный рост.

Да, мы решили имитировать захват в плен диверсионной группой «Агата» Ольги Золотарь и детей Антрасайтов. А уж являются ли настоящими наши «пленники» или это клоны — это пусть командование теперь репу чешет, правильно? Не наше это, спецназовское дело! Тут вопрос уже, скорее, к корпоративной разведке! А мы приказ выполнили и перевыполнили — вот даже бонус любимым командирам в клювике несем!

Безмятежное прекрасное лицо и совершенное стройное тело изволившей почивать принцессы «Пирита» произвело на оперативное командование неизгладимое впечатление: всего через десять секунд после отправки пакета «наверх» нам с орбиты крикнули "Воздух!", а еще через пять — "небо упало на землю" — был нанесен увесистый орбитальный удар, проделавший для нас не только «зеленую дорожку» шириной в три и длиной десять километров, но и целиком накрывший наших преследователей. Ну, и оставивший крохотный пятачок "сто-на-сто", в центре которого мы пережидали этот локальный апокалипсис.

Представляю, с какой скоростью забегали солидные и серьезные люди с большими погонами, если лупанули по поверхности, чего, наверняка, так скоро делать не собирались. А уж какой грандиозный скандал СЕЙЧАС начнется — перерасход боеприпасов, «засвет» пусковых установок, вскрытие состава атакующих сил и все такое…

И весь путь до самой точки эвакуации мы (после того, как вылезли из-под общей защитной сферы, стряхнули пыль со шлемов и полюбовались окружающим полупустынным пейзажем) проделали, как по спортивной трассе — знай только остовы разрушенных зданий огибай и совсем уж высокие завалы… ну, и выше трех-четырех метров не поднимайся, чтобы не искушать клонскую удачу.

+++

На точке эвакуации уже находилась одна группа, добравшаяся туда раньше нас. Тоже без опознавательных знаков и полностью невидимая в инфополе. Ни первое, ни второе для искина, конечно, препятствием для идентификации не стало даже на секунду.

Юля повернула ко мне голову в непрозрачном закрытом шлеме:

«Госпожа: Вот! Я же говорила — надо было их уничтожить! В следующий раз будете меня слушать! Что теперь нам делать? А если они вас узнают?!

Тим: В смысле?

Госпожа: Это та самая группа, которую вы НЕЙТРАЛИЗОВАЛИ, но НЕ УНИЧТОЖИЛИ!!

Сабрина: Слышь, Господинка! Не мешай нам выполнять условия контракта! Почитай его на досуге! Там черным по белому написано, что в боевых и экстренных ситуациях мы можем действовать по своему усмотрению!»

ЭТО был, по-настоящему, непросчитываемый сюрприз! Та самая ДРГ, которую два клона потоптали по дороге из своей квартиры в школу! Надо ж!

Хмурые и потрепанные бойцы встретили наш отряд мрачными взглядами. Двое были в шлемах, и их глаз было не видно, но трое шлемы сняли и вот они-то топили окружающее в вязкой субстанции черной меланхолии. Наши «Скорпионы» как раз приземлились на дорогу между одно-, двухэтажными коттеджами безлюдного поселка и пробежали оставшиеся полсотни метров по дорожному покрытию, с дробным стуком перебирая тонкими конечностями.

Один из бойцов, в шлеме, дождался, когда мы остановимся, спешимся, «расседлаем» скакунов, освободив их от носилок… И поковылял к нам. Придерживая правую руку у бока и ощутимо припадая на ту же сторону.

Он поднял забрало шлема и обвел глазами нас троих — меня, Сабрину и Юлю. Явно пытался определить, кто командир группы. Так же молча, не поднимая своих щитков, мы смотрели на него.

М-да… тот самый мужик, что так тяжело нам давался! В смысле, тот самый, которого искин смогла лишить доспеха и которого я неслабо потом помял!

Молчание затягивалось и становилось напряженным. Бойцы ДРГ, сидевшие до этого прямо на земле у стены здания, тоже напряглись и задвигали головами и шлемами, видимо, переговариваясь в своей боевой подсети. Правда, к оружию, прислоненному рядом к той же стене, пока никто не тянулся. Визитер поморщился и представился:

— Позывной Барка. Комгруппы «Лаос». А это… старший у вас кто, ребята?

«Госпожа: Тим!!! Поговори с ним ты, а!!!1»

Такое было впечатление, что наша искинка запаниковала.

Я вышел вперед и включил внешние динамки с уже настроенным на мужской голос тридцатилетнего мужчины вокабулятором:

— Позывной Арнольд. Группа «Ханой». Извини, командир, но давай-ка мы с тобой поздороваемся… КАК СЛЕДУЕТ.

Комгруппы «Лаос» нахмурился, но все-таки протянул руку. Я протянул свою, и мы изобразили рукопожатие… и, одновременно, обменялись кодовыми полугруппами «свой-чужой» через контакты на ладонях перчаток. Связи-то нет, полное информационное молчание, полная изоляция отдельно-взятых управляющих систем боевых групп, исключение составляет инфообмен внутри группы. Но вовне — ни бита информации! В идеале. А вот так — вроде бы стопроцентно защищенный канал связи между БИУСами двух групп. И то — только для подтверждения, что перед тобой боевики той же бандитской группировки, что и ты сам.

Правда, у нас тут в группе есть один вездепроникающий сверхлюбопытный искин, который плевать хотел на все эти ухищрения…

Мужик, видимо, ожидал, что я тоже подниму щиток или даже сниму шлем и покажу лицо, но я только развел руками:

— Извини, командир, морду лица показать не могу… Не обижайся — но меня потом «молчи-молчи» вместе с дерьмом захавают. Давай, для компенсации, покажу кое-что. — Я приглашающе махнул рукой и повернулся к носилкам с Золотарь. — Но предупреждаю сразу — ты этого не видел. И если «первый отдел» вдруг заинтересуется твоей жопкой — меня в том не вини!

«Госпожа: Тим! Зачем?!

Тим: В качестве компенсации.

Госпожа: Какой, нахер, компенсации?!

Тим: Пункт 4.15 контракта. Все, не мешай!»

Зачем-зачем… У спецназовцев, диверсантов и разведчиков есть одна общая черта. Они клепано любопытны! Паталогически. Хронически. Неизлечимо. Люди недалекие даже имеют глупость называть это «профессиональной деформацией». И если ты лишил этого пронырливого любопытного хорька одной интересной игрушки, то будь добр подсунуть ему другую. Иначе он сам начнет искать и вынюхивать. И ведь обязательно найдет и вынюхает, зараза эдакая! Суть у него такая. Порода.

Вот и Барка думал недолго и, после буквально двухсекундного колебания, слабо усмехнулся:

— Да имел я этих «молчунов-топтунов»! Вертел на вертеле, ля! Мне что так, что эдак отписываться придется! Показывай, что там у тебя… — Правда, для порядка все-таки уточнил. — А за показ тебя самого не просношают?

— А я тоже — имел и вертел. — Отмахнулся я.

Ну, коне-е-ечно! Нашли, чем нас пугать! Нас, суровых спецназеров! Каким-то «молчи-молчи»! Да мы этих уродов по десятку на завтрак, да мы их на своих… вертели по-всякому! Да мы…

— Ох, ты ж, Великие Звезды!

Это я убрал поляризацию с щитка шлема Золотарь, и вояка рассмотрел лицо нашей спящей красавицы. А она — девочка не только очень красивая, но еще и очень-очень известная. И уж военнослужащие одной из корпораций — противников «Пирита» — должны знать в лицо владелицу планеты, которую собираются отжать. Более того, она в пресловутом «Списке 00» идет под номером три сразу после своей матушки и своего батюшки. А членов «Списка 00» приказано уничтожать, как только они появятся в пределах поражения наличными средствами, не взирая на основное задание и не считаясь с потерями. А если уж их удается взять в плен живыми… ну, ладно — почти живыми… Верти дырку для ордена, парень!

— Не говори… цыпа улетная! — Покивал я шлемом. — Жаль, помяли мы ее сильно… но вроде держится пока… А тебе-то чего отписываться? Накосячил в чем-то?

Барка помрачнел и насупился от лицезрения чужого успеха… А ведь наш подвиг — это не только бессмысленные ордена и медали, но еще и огромная премия, внеочередные звания ступеньки эдак через две-три. И инфанта в придачу! Две! А то и наследная принцесса! А то и ЭТУ отдадут (если откачают). Фантазия у «народной молвы» бога-а-атая.

И стал Барка рассказывать про свои «подвиги», которые, как легко себе представить, на фоне наших как-то совсем не смотрелись.

А я из вежливости слушал. Правда, ничего нового не услышал. И даже законной гордости не почувствовал, потому что рассказчик из Барка был еще тот — сухо, сжато, опуская «вкусные» подробности. Будто стеснялся. С такого рассказа свое тщеславие и этот… «ЧСВ» непонятный — ну, никак не потешишь. Совсем некруто описал он наши с Сабриной подвиги. Обидно.

«Тим: Я разочарован.

Сабрина: Зря мы их в живых оставили.

Госпожа: А я вам говорила!

Сабрина: Слушай, отстань, а!»

Ну, с точки зрения Барка, действительно, есть чего стыдиться и о чем-то умалчивать — со стороны выглядит так, будто вояку поймали со снятым доспехом и чуть ли не «спущенными штанами» — то ли нужду справлял, то ли какую-то местную разложить собирался — а теперь придумывает байку о том, что кто-то ломанул защищенную БИУС его группы так, что с него аж доспех слетел! Сам, ага! Ну, ведь врет же, чертяка! Как есть врет! А логи и запись сомневающимся не покажешь, потому что В ЭТОМ случае от «секретчиков» прилетит уже конкретно, по-взрослому и с гарантией.

И ведь обязательно найдется какой-нибудь сослуживец из «лютых друзей», который поинтересуется в баре при большом скоплении коллег, успел ли Барка за… кончить. Ну, то, что он там собирался за… кончить. И будет отличная классическая кабацкая драка. Потом — гауптвахта, потому что в исполнении хотя бы одного спецназовца-модификанта драка будет сопровождаться значительными разрушениями и увечьями правых и виноватых. А потом еще Барку кличку обидную придумают. И драк станет еще больше. Как бы бедняга пить не бросил… или — наоборот — не начал.

— У-у-у, командир. Попал ты — теперь только тем и будешь заниматься, что отчеты строчить.

— Это точно. — Приуныл тот, думая явно не об отчетах.

Мне даже стало совестно и я решил его подбодрить:

— С другой стороны — задачу ты выполнил, потерь у тебя вроде нет, а остальное не волнует. Что задницу в итоге надрали — так с кем не бывает…? — Я подпустил в голос побольше сожаления и грустно добавил. — А у меня вот — двое.

Барка неловко похлопал меня по плечу, успокаивая…

— Бывает, братуха… Вы сделали все, что могли. Вон, добыча какая!

Ну, да — он тут о своих будущих репутационных потерях переживает, а у человека вот два товарища боевых погибли! Плохой, Барка! Плохой!

— Это точно… братуха. Вот это — точно.

+++

— Идем на «Эва ди Алмейд», сеньоры и сеньориты! — Крикнул пилот, наклоняясь со своего кресла и заглядывая в транспортно-пассажирский отсек. Его катер плюхнулся на точку рандеву гораздо раньше назначенного срока — минут через пятнадцать после нашего прибытия в место эвакуации. Что со всей очевидностью и наглядностью намекало на настроения, царящие сейчас на орбите, и нетерпение, с которым нас там ожидают. Точнее, не нас, конечно, а наш Трофей.

— С чего это? — Удивился Барка. — Мы ж на «Молоте» базируемся!

Я шлепнул его по плечевому щитку и, когда он повернулся в мою сторону, ткнул пальцем в спящую Ольгу. Он понятливо протянул:

— А-а-а… И то, правда, чего мы на «Молоте» забыли…?

— "Ханой" — вы реально ебанутые перцы! Наверху сейчас такой кипиш! Адмиралы бегают! — Продолжал пилот. — Прикиньте, сеньоры, меня две эскадрильи «Лайфатов» сюда сопровождают и прикрывают! Каково, а?!

Барка молча показал пилоту большой палец… Интересно, а об историческом значении этого жеста сейчас кто-нибудь помнит?

«Тим: Слушай, наниматель! А как этого Барка на самом деле зовут?

Госпожа: Лейтенант Майкл Феодор Иоанн ди Каталона Хризалит. Лейтенант ВКС корпорации «Агат». Военная разведка специального назначения.

Сабрина: Э-э-э… наниматель, ты же прикалываешься, да?

Госпожа: Не наниматель, а Госпожа!

Сабрина: А не надо было такую погремуху себе придумывать!

Госпожа: Не погремуха, а оперативный псевдоним!

Сабрина: С таким «оперативным псевдонимом» только публичный дом содержать!

Тим: Так! Тишина в эфире! Юленька, солнышко…

Госпожа: Да, дорогой!

Сабрина: [эмодзи «бхуэ!»]

Тим: Его действительно зовут Майкл Феодор де как-то там?

Госпожа: Да, дорогой. Но так же допустимо имя Майкл Каталона.

Тим: Не-не-не. Пусть дальше остается Барка»

+++

С точки зрения искусственных интеллектов (особенно, молоденьких и неопытных) люди часто поступают алогично.

А как было бы логично? Ну, с точки зрения этих молоденьких-неопытных…

Пленных Антрасайтов и Золотарь следовало как можно быстрей поднять на высокую орбиту (ради безопасности ценных пленных) и на время оставить под наркозом, сосредоточившись на дальнейшем захвате планеты Архоц. А вот потом, когда военные ресурсы будут высвобождены (насколько это возможно при оккупации), вернуться в том числе и к разбору и сортировке трофеев.

Логично? Хрен там — совершенно нелогично! А вот молоденький и неопытный искин Читханг-Архоц настаивает, что — да!

С точки зрения людей, другие человеки поступают вполне объяснимо и предсказуемо (а, по большому счету, именно объяснимость и предсказуемость принято называть «логичными»).

Разведгруппу «Ханой» в полном составе, со всеми ее ударными платформами и, главное, со всеми трофеями, вовсе не желали видеть на орбите. Ее желали видеть на одной из планет той корпорации, к которой относилось командование этой разведгруппы. То есть «Агата». И — самое главное! — прочим союзникам знать об этом пока вовсе необязательно. Мы им потом скажем, да? Если захочИм.

А что для этого нужно? Вот тут догадается даже молоденький и неопытный искин — с креативом у девочки пока не очень (ну, какие ее годы, верно?), а вот перебор вариантов — это ее. Потому что с этого момента цепочка — действия этих непонятных человеков — вновь становится логичной, жутко рациональной и последовательной.

Первое. Всех знавших, слышавших или видевших — собрать в кучку. Ограничить дальнейшее распространение информации. И, вообще, засекретить все вдребезги и пополам! Потому что секретность. Секретность, вообще — вещь сама по себе, эдакая самоподдерживающаяся сущность. В дальнейшей расшифровке и объяснении не нуждается. Она как бы зацикливается сама на себя, после достижения этого блока любые рассуждения откатываются назад до следующей иттерации: "А почему вот так-то? — А потому что секретность! — А почему секретность? — А потому что вот так-то!"

Второе. Выбрать самый скоростной и самый бесполезный в данный момент корабль. Потому что время. А союзники очень внимательно наблюдают не только за «Пиритом» и «Антрацитом», но и друг за другом. Они ж ребята простые и без комплексов — обязательно потребуют поделиться трофеем! А зачем нам лишняя морока и напряжение в отношениях, и так не во всем благостных? Да еще и во время дерибана захватываемой (но пока не захваченной) планеты.

Третье. Из кучки знавших, слышавших или видевших — убрать юнитов, без которых продолжение захвата планеты, ну, никак невозможно. Потому что рациональность и эффективность.

В этом месте я порекомендовал Юле оставить в «кучке» так называемых карьеристов. Если, конечно, ее способности позволяют выделить из общей массы людей такую полезную склонность, как «карьеризм». Аватара искина возмущенно фыркнула и купилась — каким-то хитрым статистическим алгоритмом выявила тех, кто необъяснимо быстро продвигался по крутой служебной или карьерной лестнице корпорации «Агат». Сабрина молча показала мне большой палец и солидно покивала. Ее довольной улыбки за щитком шлема я не видел, но явственно ощущал.

Четвертое. Оставшуюся «кучку» — отправить в метрополию. При этом — очень важная деталь — не ставя саму метрополию в известность! Потому что союзники не дремлют и у каждого из них есть корпоративная внешняя разведка, агенты которой сидят на планетах ситуационного союзника. И чем позже они узнают, тем для них же лучше! В полном соответствии с древнейшей мудростью об обратной зависимости между уровнем информированности и качеством и глубиной сновидений. Мы же заботимся о здоровье и благополучии союзников, не так ли?

Дальнейшие действия военного командования «Агата» — логичные и рациональные — нас не интересовали вообще. Потому что у нас есть два клона, у клонов есть оружие. А еще у нас есть искин «вне категорий». И мы не побоимся все это против вас использовать!

+++

— Группа Ханой — кто?

Наверно послать было больше некого. И падающий с самых верхних ступенек должностной лестницы камушек «пойди-принеси» остановился на вот этой последней ступеньке — капитане 2-го ранга, если судить по информационному лейблу.

И это было просто замечательно. Получалось, что архитектура командования на данном конкретном КСПО — корабле скрытого прорыва обороны — упиралась своей вершиной куда-то в заоблачную адмиральскую бесконечность, а основанием — во «всего лишь» капитана 2-го ранга!

Скорее всего, основной экипаж КСПО «Капитан 2-го ранга Эва Бранка ди Алмейд Агат» не был в курсе того, кто является пассажирами и из-за чего весь сыр-бор. Ну, экипажам КСПО привычно выполнять такие приказы и тут же «забывать», кто и зачем был на борту. Такая у них специфика службы. Лядская работа, если вас интересует мое мнение. С другой стороны — чем наша, клонов, работа от их отличается? Да, по сути, чем эта работа отличается от любой другой?

Именно поэтому не было ни медиков с мобильными грави-носилками, ни техников… видимо, секретность развели такую, что и наш шаттл считается сейчас пустым. Ну, да-да, "потому что секретность".

Черноволосый мужчина с бакенбардами, в легком универсальном скафе (сейчас — белом, со всеми необходимыми визуальными нашивками, плашками и погончиками) с откинутым за спину шлемом-капюшоном, ворвался на взлетно-посадочную палубу, едва вновь заработали зонные гравикомпенсаторы и включилось шлюзовое защитное поле, отсекая палубу-ангар от забортного вакуума. Кажется, даже давление восстановиться до нормального не успело — наши уши заложило, как только пилот торопливо откинул аппарель, увидев на своих экранах бегущего (!) офицера.

— Группа Ханой! — Повторил капитан.

Как всякая приличная ДРГ, не отчитавшаяся о выполнении приказа, наша все еще оставалась в статусе «на задании». Так что никаких лейблов над нами не было, никаких откликов мы не давали и в информационном поле мы все еще были «невидимками». Оставалось только камуфляж брони включить — вообще в эту превратимся… в «стелс-пихотУ» (по воспоминаниям "второго", в древности эти войска из полнейших отморозков набирали — их даже "полосатые дяди Васи", тоже элитные части не из последних, побаивались!).

Поэтому мы с Сабриной одновременно встали из кресел. Помедлив секунду, встала и Юлия. Я представился:

— Позывной Арнольд. Группа Ханой.

Разумеется, щиток шлема я так и не поднял. А офицер, подозреваю, имел давний и богатый опыт общения и с диверсионно-разведывательными подразделениями и, самое незабываемое, с отделом контрразведки — отнесся к моему поведению с полным пониманием.

— Капитан второго ранга, Чженг Ли ди Парадо Икадони. — Он кинул два пальца к виску. — Поступаете в распоряжение капитана 1-го ранга ди Томес. Приказ вам сейчас упадет. А там доложитесь и получите все нужные распоряжения…

А сам зачем тогда приходил? Только это сказать?

Мы молча направились к выходу из ангара, наши «Скорпионы» с снова закрепленными носилками и телами — выползли из транспортного отсека и потрусили за нами.

— Сеньоры! — Позвал капитан уже совсем другим тоном, чуть-чуть даже заискивающим и робким. — Сеньоры… пор фавор… а можно взглянуть… на трофеи?

(porfavor — (португальский) пожалуйста, будьте любезны)

Вот и ответ, зачем капитан сюда сам прискакал. А что просил и не пытался приказать… тоже понятно — суровые спецназеры и послать могут. И пошлют, скорее всего. Не подчиняться тем, кто твоим командиром не является — это первое, что вбивают в голову новобранца в любой армии.

После такой вежливой просьбы для спецназовцев, которым светит огромная премия и прочий звездопад, было бы странным не пойти на встречу. Так что мы предъявили лицо нашей «спящей красавицы». Она у нас, получается — такой вот универсальный пропуск-«вездеход».

В ответ на столь же осторожную просьбу показать «инфантов Антрасайт» я только развел руками:

— Виноват, сеньор кап-два! Броня у них залочилась — снимать ее лучше в арсенале. Не приведи Звезды какая-нибудь закладка сработает!

Ну, не поднимать же нам с Сабриной щитки своих собственных шлемов, верно?

— Принял! — Капитан задумался и посоветовал. — Тогда рекомендую вначале положить ее высочество Золотарь в медблок. Я дам команду, чтобы здесь нашли специалиста, но — сами понимаете, секретность. А инфантов Антрасайт — в арсенал, наверно. Тут уж я с людьми помочь вряд ли смогу.

— Благодарю вас, сеньор капитан! Уточним у кап-раз ди Томес. В случае чего — сами справимся, были бы инструменты, оборудование и стенды.

Уже приближаясь к шлюзу из ангара, успел услышать обрывок беседы:

— Так, сеньоры! Группа Лаос, не так ли?

— Так точно, сеньор капитан первого ранга! Позывной Барка, сеньор!

— Поступаете в мое распоряжение. Вот приказ. А вот документы о неразглашении, прошу ознакомиться и подписать. Уровень вашей операции повышается на два по секретности и теперь приравнивается к корпоративной особо-важной тайне категории «Оранжево-красная»! Отчет — только мне. Информационный обмен по этой теме с третьими лицами или структурами — строжайше запрещен. О попытках третьих лиц получить эту информацию докладывать лично мне. В случае разглашения…

Кажется, в данный конкретный момент времени лейтенант спецназа ВКС Майкл Феодор Иоанн ди Каталона Хризалит всем сердцем любил и даже боготворил диверсионно-разведывательную группу "Ханой" вообще и ее командира с позывным Арнольд в частности — ведь теперь не очень приятные подробности его операции совершенно точно не станут достоянием сослуживцев!

К слову, «Агат» как раз и относится к корпорациям с ярко-выраженным монархическим правлением. Опять-таки, официально Самый Главный является не королем, а всего лишь Генеральным Директором, но вот все остальное… Чем и объясняется такой пиетет и даже благоговение капитана по отношению к, пусть и пленным, но — особам королевской, в его понимании, крови. Ведь Ольга Золотарь в его системе координат не просто какая-то "инфанта", а — наследная принцесса корпорации "Пирит"! Да и с детишками Антрасайт — не все понятно в плане наследования, но очень уж близко они стоят к трону Председателя Правления "Антрацит".

Глава 13

Обещанный приказ, заверенный электронной печатью нового начальника, капитана 1-го ранга Аугусто Браво ди Томес Аурильо Вега, мы получили, не успев даже выйти из ангара. И изучали его уже на ходу. Приказ содержал множество пунктов, в большинстве своем бессмысленных и не подразумевающих каких-либо действий. Правда, у сеньора кап-раза (или "сеньоры" — с этими их именами…) хватило ума для начала направить нас в медблок — полечиться самим и констатировать гибель членов группы, которым не так повезло.

Это, наверно, была самая вменяемая часть приказа.

Новый начальник торопился наплодить максимальное количество распоряжений в отношении героической разведгруппы (уверен, что ответственные за пиар офицеры уже вовсю старательно вымарывают упоминание о диверсионной составляющей нашей работы из пресс-релизов и коммюнике), чтобы впоследствии суметь примазаться к ее славе — ведь в итоге это может вылиться для него в какие-нибудь преференции. Ведь командовал же! А то, что "после", а не "до" или "во время" — да кто в этом разбираться будет, когда все на позитиве?

В медблоке нас встречали. Увидев, кто нас встречает, я чуть не споткнулся…

«Сабрина: Ох-ты ж и нихрена себя самочка! Тим, зацени чиксу!

Госпожа: Доктор Чаам Букэпэ. Старший лейтенант медицинской службы. 41 год. Не замужем. Детей нет.

Тим: Вот это вот — возраст, семейное положение и отсутствие детей — это вот зачем? Разницы, по-моему, никакой.

Госпожа: Судя по твоему пульсу и усиленной выработке определенных гормонов — разница таки есть.

Сабрина: Нуууу, в чем-то Тимка прав — при том, что физически мы гораздо сильнее, разницы — НИКАКОЙ. Стреножим только так. Сначала я держу, потом Тим держит… Ну, он же типа старшенький!

Госпожа: А ты что… тоже?

Сабрина: А я, между прочим, здоровый и активный подросток! У меня выработка гормонов — в несколько раз превышает норму. Мне — можно… И даже нужно! У меня даже справка где-то была!»

«Не люблю негритосок…» — неуверенно вякнул «второй», тем не менее жадно рассматривая доктора.

Это хорошо, что не любит — если у нас будут одинаковые вкусы, это станет началом смерти моей личности. Я тогда сам в космос выброшусь.

А доктор Чаам Букэпэ была хороша. Чертовски хороша!

Чуть выше меня, стройная, чернокожая красотка с изумительным и совершенным лицом. С большущими темно-карими глазами, что затягивали своей манящей глубиной. Совершенство лица даже не портили, а — наоборот — делали его более привлекательным: толстые чувственные губы и чуть широковатый слегка приплюснутый нос. Черные волосы, сплетенные в многочисленные тоненькие косички-веревочки, были собраны в высокий хвост простой белой лентой.

Ну, и стандартный универсальный легкий скафандр белого цвета с откинутым за спину шлемом, обтягивая соблазнительное стройное тело, довершал эту картину животной притягательной природной красоты, заставляющей думать о продолжении рода и спасении человечества через форсированное размножение для бесконтрольного увеличения его численности.

— Кто главный? — Хрипловатым голосом осведомилась доктор.

И смерила меня снисходительно-насмешливым взглядом, видимо, прекрасно осознавая, какое убойное действие оказывает на мужчин своей внешностью. А догадаться, кто из нас "мальчик", а кто "девочка" — можно было легко, несмотря, на всю нашу броню.

«Тим: Юля, какова квалификация доктора Букэпэ?

Госпожа: Звание доктора было получено ею в возрасте 29 лет по теме генного проектирования экзокринных желез. Шесть лет практики в Институте Хак-Маанор. Два года практики в качестве начальника медслужбы на этом КСП

Сабрина: Ну, под скафандром не очень видно, но кажется молочные железы у нее вполне себе аккуратненькие. Действительно, хороший специалист! Чувство меры у нее есть!

Тим: Юля, ты контролируешь инфу из медблока?

Госпожа: Разумеется.

Тим: Отлично!

Госпожа: Тим!! Ты что творишь, а?!!»

Это я вышел вперед, стянул шлем и аккуратно пристроил его на ближайший столик.

"Сабрина: Тим, слюни подотри, хе-хе!"

Доктор Букэпэ секунду всматривалась в мое лицо, узнала, ее глаза расширились еще больше, после чего она отвела взгляд, ссутулилась и осторожно подняла руки на уровень плеч в жесте «сдаюсь»:

— Кажется, в медицинской помощи вы не нуждаетесь. — Дрогнувшим голосом констатировала она, не поднимая взгляда. — А судя по тому, что сняли свой шлем, блокировали связь и не убили сразу — убивать не собираетесь… в ближайшее время. Чем могу служить, ваше высочество?

Я отмахнулся от десятка вариантов, которые «второй» мгновенно "накидал" в мое сознание… Хвала звездам, что Сабрина и Юля с советами еще не полезли.

— Руки можете опустить, доктор. В медблоке должны быть скафандры. Где они?

— Разумеется, они есть, ваше высочество. Бокс «55». То ли десять, то ли пятнадцать комплектов — я сейчас не могу посмотреть…

Звезды! Эта вот ее покорная поза и почти ощутимый липкий сладкий, как мед, страх…

— Доктор Букэпэ… Вас не затруднит хотя бы попытаться перестать меня бояться? Ваш страх действует на меня немного… провоцирующе. Это не проблема, но слегка отвлекает. Понимаю, что тяжело, но постарайтесь.

"Сабрина: Да, детка! Да! Тим, фас! Кусь-кусь ее!!!1"

Доктор глубоко вздохнула и настороженно всмотрелась в мое лицо:

— Понимаю. Я постараюсь, ваше высочество.

— Благодарю за понимание, доктор. А теперь, пожалуйста, выберите препарат из имеющихся в медблоке, который надежно усыпит вас на ближайшие три часа. И подготовьте инъектор с ним.

Букэпэ слегка приободрилась, но все-таки не поддалась на маленькую проверочную провокацию:

— Для простого усыпления препараты здесь, конечно, есть. Много. Но для надежного и безопасного поддержания сна в течение трех часов потребуется регулярное введение анестетика: через капельницу, инъектор. Или облучение мозга в биованне, или ручной генератор волн.

«Сабрина: Хм, действительно, разбирается. И, кажется, с прикладной полевой медициной знакома — даже капельницу вспомнила! И, по-моему, все варианты перебрала!

Тим: Ну, она же врач на КСП. Вряд ли ее бы сюда наняли только за выдающиеся внешние данные и мордашку. Да и не такое уж это сладкое и престижное место, чтобы на него рвались…

Госпожа: Есть еще ингаляционный метод поддержания наркоза. Но, все-таки, мне интересно — ты, действительно, собираешься оставить ее в живых или просто втираешься в доверие, вызывая ложное чувство безопасности?

Тим: Я предусмотрительный. В будущем нам потребуется хорошее и квалифицированное медицинское обслуживание.

Госпожа: Хм… И интимных планов на ее счет у тебя нет? И никакого сексуального влечения у тебя она не вызывает?

Сабрина: Пст, братан! Наша Юленька, кажется ревнует, хи-хи-хи!

Госпожа: Я не умею ревновать!

Сабрина: Конечно-конечно…

Тим: У тебя вся моя телеметрия перед глазами. Конечно, вызывает. Но я ж не животное какое-нибудь, чтобы только этим местом думать!

Сабрина: Вот вроде бы и правду говорит. И придраться не к чему. Но ведь врет же!»

— В таком случае запрограммируйте две капсулы. — Попросил я. — На себя и еще одного пациента.

«Госпожа: Вообще-то, целесообразно мне подключиться и все сделать. Я бы ей Ольгу Золотарь не доверяла.

Тим: А ты проверишь. И если надо — перепрограммируешь»

— Мне нужен хотя бы примерный вес и пол… пациента. — Осторожно уточнила доктор. — И знать о наличии нетиповых медицинских имплантов.

— Свой вес вы знаете, а вес вот этой девушки… — Я похлопал по шлему Золотарь… но Юля так и не подсказала вес. Обиделась, что ли? — Как-нибудь на глазок определите.

— Три часа сна? — Переспросила она, поняв, что про информацию о наличии имплантов придется забыть. Тоже "на глазок".

— Три часа сна. Но, если хотите, то можете добавить общеукрепляющий курс.

— Спасибо, ваше высочество. — Прошептала она, поклонившись.

Секунду колебалась, о чем-то усиленно думая, а затем стала стягивать с себя скафандр, с непонятным ожиданием поглядывая на меня, игнорируя моих спутниц… Ну, правильно — "мальчик"-то тут только один, чего перед "девочками" зря выпендриваться. И мы минуту молча наслаждались волнительным зрелищем. Фигура у доктора была — закачаешься! И — Сабрина оказалась права — все у доктора, действительно, было таким… аккуратненьким.

— Насколько я знаю, снимать нижнее белье при процедурах в биованне необязательно. — Заметил я, когда ничего, кроме белого ажурного бюстгальтера и таких же трусиков, на глянцевой (госпожа доктор слегка взопрела от волнения) коричневой коже не осталось.

— Я… не хотела бы пачкать хорошее белье в реагеле. — Возразила доктор и смело сняла лифчик. Правда, прикрылась ручкой. Но сделала это так… неторопли-и-иво. — Вдруг понадобится… если проснусь. Кстати…

— Нет. Да… В том смысле, что отворачиваться я не собираюсь. Так что, либо залезайте в биованну так, либо… можете продолжать. Тем более, что осталось на вас совсем чуть-чуть.

Осмелевшая доктор улыбнулась уверенней, отняла руки от груди и ме-е-едленно стянула с себя крохотные ажурные трусики, повернувшись к нам боком… и вполне профессионально изогнувшись!

«Сабрина: У доктора, кажется, регулярного мужика на борту-то и нет! Кстати… миленькая стрижечка! Да, Тим?

Тим: Ага, симпатично. Ей бы еще волосики покрасить. В рыженький. А то черненький на черненьком как-то теряется.

Госпожа: Напротив, такой выбор нижнего белья и наличие интимной стрижки может означать, что доктор Букэпэ заменяет качество количеством… и разнообразием. Кроме того — я констатирую у нее практически полное отсутствие беспокойства о дальнейшей судьбе остального экипажа.

Сабрина: Стерва детектед…

Госпожа: Ну, да. Стерва еще та — вон, как перед Тимом выпендривается…

Сабрина: Ты не поняла. Стерва — ты! Наговариваешь на бедного доктора. Если б знала наверняка, то сейчас дала бы нам инфу, с кем доктор был, сколько раз и в каких позах. А раз молчишь об этом, то плохого сказать о докторе тебе и нечего!:-P

Тим: Мне кажется, выбор такого белья просто означает, что доктор всегда желает выглядеть хорошо. И везде. И вообще, дамы считают, что мне эти подробности интересны?

Госпожа: Да

Сабрина: Да

Тим: Хорошо, я учту ваши соображения в отношении доктора. На этом, с вашего позволения, и остановимся»

Доктор тем временем, постреливая в меня глазками, деланно неловко забралась в биованну, легла. Индикаторы на приборной панели замигали — «мозги» биованны принимали команду на «лечение». Через минуту она закрыла свои прекрасные очи и погрузилась в сон.

Судя по тому, что Юлия ничего не сказала — программа сна была составлена доктором правильно, без «подводных камней» и подвохов.

Сабрина щелкнула щитком шлема и хлопнула меня по плечу:

— Все, Тим! Выдыхай! Она заснула!

Я с удивлением отметил, что все это время не дышал, задержав дыхание. Однако! Не ожидал, что на меня можно произвести такое… впечатление? воздействие? давление?

— Тц! Но девка хороша-а-а! — Протянула Сабрина. — Нервы — канаты, квалификация есть, соображалка в экстремальных условиях работает. Берем, Тим?

— Берем, Сабрина!

Мы с Сабриной в четыре руки быстро раздели Золотарь и уложили ее в другой саркофаг. Активировали и настроили программу. Понятно, что другую — на полтора часа сна.

— Ну, что? Раздеваемся? — Сабрина потерла ручки.

— Ты первая. — Я кивнул.

— Э? Зачем? — Спросила слегка запутавшаяся Юля, тоже подняв забрало. — Можно ж было тогда доктора и не усыплять… Когда женщина в сознании — так ведь интереснее… наверно? Или нет? — Кажется, она всерьез озадачилась этим вопросом.

— Ну, ты посмотри на эту озабоченную, а! — Возмутилась Сабрина. — Балда! Нам скафы надеть надо!

— Но здесь же только «универсалы»! — Еще больше удивился искин. — Они ж тоненькие! Небронированные!

Сабрина тем временем уже стряхивала рукавно-плечевые узлы. А я залез в бокс 55 и подбирал для нее нужный размер… ну, и для себя. Заодно объяснял искину:

— Броня нам сейчас не так важна, как подвижность и мобильность. А для защиты от осколков и шальных выстрелов снимем с брони генераторы щитов. Ну и планетарная броня в вакууме не катит никак. Мы в ней и пяти минут в безвоздушке не протянем — задерживай дыхание, не задерживай.

Юлия проводила взглядом юркнувшую в туалет Сабрину. И снова повернулась ко мне:

— Вы опасаетесь разгерметизации? Или сами хотите ее устроить?

Из туалета донесся стон Сабрины, наполненный блаженством, радугой и бабочками. Юлия сморщила носик. А я, не обращая внимания на выпендреж сестры, объяснил:

— Нет, не хотим. Но разгерметизация — это первая процедура, которую выполняют в рамках противоабордажных мероприятий. Защита помещений от взрывов, пожаров, увеличение урона у нападающих при даже малейших трещинах и повреждениях в скафандрах. Стандарт, короче.

— И вы… в одних скафандрах и с пулеметами…?

— Без. Без пулеметов. — Громко поправила Сабрина из туалета… дверь она за собой до конца не закрывала.

— Вы что же — совсем без оружия пойдете? — Всполошилась искин.

— Почему же без оружия? А генераторы щитов на что? — Напомнил я. — Генераторы — это очень важно. Без них и затеваться не стоило.

Тем более, нам очень удачно вернули наши инкомы в прежнее состояние. Включая некоторые специфичные программы. В числе прочих был восстановлен модуль по жестовому управлению конфигурацией защитного поля через носимый генератор. Надо только в настройках этого самого генератора покопаться.

— Огнестрел могли бы и взять… — Неуверенно предложила Юля.

— Узкие короткие коридоры, — Сабрина, уже натягивающая скаф поверх экзоскелета, стала перечислять очевидное. — Отдача, шумят в атмосфере, а при ее отсутствии — нестабильная работа. И, самое противное, рикошеты. Не. Нафиг. А вот если бы у нас был плазменный короткоствол, все могло бы сложиться иначе!

— Но как же…?

— Тим же сказал. — Возвела глаза к потолку Сабрина. — У нас будут генераторы защитного поля! А у них, знаешь, какой самый главный плюс?

— Удиви меня! — весь вид искина демонстрировал скепсис.

— У них управляемое изменение конфигурации! Практически в неограниченных пределах!

Если руководствоваться мимикой, то наши аргументы искина не убедили. Но спорить она не стала — спросила Сабрину, ткнув в открытый бокс со скафандрами:

— Мой размерчик там есть?

— Держи. — Сабрина передала ей один из пакетов. И добавила. — Но с нами ты не идешь — будешь только под ногами путаться и отвлекать на свою защиту…

— Ладно-ладно… — Отмахнулась Юля, разрывая консервант-упаковку. — Подстрахую вас отсюда. Тем более, по здешнему боевому расписанию, даже в случае абордажа атмосфера из помещений медицинской службы не удаляется. Валите уже!

После этого готовились в тишине… Правда, посетив по примеру Сабрины туалет, я тоже не удержался от облегченного громкого стона. Мимики Юли в этот момент не видел — ну, да и ладно.

Дождавшись, когда я облачился в скафандр, Юля тоже начала снимать броню. Спросила:

— Не понимаю, зачем все это? План не подразумевал прорыва к центральному посту. Мы же задумывали тихое проникновение — никто ничего не слышал, никто ничего не видел и никому ничего не скажет. Пара очередей — и все готово! Мне потребуется пара секунд, чтобы через вас взять контроль над кораблем полностью.

— Совсем неопытная. — Покачал я головой.

— Ага. Дитя дитём! — Согласилась Сабрина.

Я поднял руки вверх и покрутился перед Сабриной. Меня внимательно осмотрели и хлопнули по плечу. То же самое сделала Сабрина — получила традиционный шлепок по попке и направилась к двери.

— Если что-то может пойти не так, то оно обязательно пойдет не так! — Воздев палец объяснила она.

— Юль, а поцеловать героев на прощание? — Спросил я искина, в пикантной позе возившуюся сейчас с наголенником.

— Обойдешься! — Фыркнула она, не разгибаясь.

— Ладно… — Пожал я плечами и направился к саркофагам. — Пойду доктора Букэпэ чмокну. Или лучше Оленьку? Хм… Или их обеих?

— Лучше докторшу! — Авторитетно посоветовала Сабрина. — Ольку ты уже лобызал. А тут — новенькая. Я читала, что новенькие сильнее заводят! И зацени ее губки, а! Это ж сказка, а не губки!

— Стоять! — Аватара искина выпрямилась. — Тим! Стой! Ну, подожди, Тим! Ну, Тим!

— Вау! — Через несколько секунд произнесла Сабрина. — Мне даже слегка завидно…

— Кстати, Юль… — Я оторвался от девушки и провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — Тебе экзоскелет под скафандр можно было не надевать.

— Раньше не мог сказать? — Возмутилась она, отпрыгнув.

— Забыл. — Пожал я плечами и под тихое хрюканье Сабрины направился к двери в коридор. — Как тебя в наполовину снятом доспехе увидел, так сразу память и отшибло.

— Вспомнила! — Воскликнула Сабрина. — Вспомнила!

— Что?

— Мы ж нежрамши уже кучу часов!

— В главном командном пункте должен быть кофе. — Подсказала Юля, раздраженно закатив глаза. — Так в у них в регламенте написано! Заодно и его захват осуществите. А еще там есть печеньки!

— Хочу! — Сабрина вылетела в коридор. — Тим! Мы идем в ГКП за печеньками!

[ГКП — главный командный пункт]

+++

Корабли скрытого прорыва числятся вторыми и третьими рангами, и сравнительно невелики — где-то в районе сотни метров. Бывают даже совсем малютки — полусотенные. Но это корабли уже скорее не для прорыва обороны (КСПО), а для проникновения (КСП) — скрытной доставки ДРГ на место операции с последующей быстрой-быстрой эвакуацией. Потому что серьезно укусить никого такие крохи не могут — на них вооружения совсем смешное.

Экипажи КСП и КСПО такие же, как сами кораблики — небольшие. От десяти до двадцати человек. Редко больше. При современном уровне автоматизации и информатизации, пилотировать военные корабли можно даже в одиночку. Но именно пилотировать. На что-то большее — боевое маневрирование, управление щитами, маскирующими полями, ведение огня из бортового вооружения… и многое другое — на все это уже нужны дополнительные человеческие руки и, главное, головы. Или искин. Но искинов далеко не на все флота хватает, чего уж говорить про такую мелочевку, как КСП.

По информации от нашего мегахакера, экипаж частью отдыхал в своих каютах, частью — находился на боевых постах согласно расписанию. Отдыхало восемь человек, работу корабля поддерживало пятеро. Правда, один из этих пятерых в данный момент бессовестно уклонялся от выполнения своих обязанностей в биованне медотсека. Но БИУСу корабля об этом мы, конечно же, сообщить зыбил.

«Госпожа: Пока тихо. Я отправила трупы в холодильник, а ваши фантомы — в арсенал. Будут там через три минуты. Пассажиры находятся в кают-компании. Там же четверо членов экипажа.

Тим: Принято. Взять под контроль весь БИУС корабля ты не можешь?

Госпожа: Вне ГКП — только отдельные системы. Целиком — только из ГКП, используя ваши инкомы, как управляющие точки. Это к твоему вопросу о том, почему маме не приказали вынести весь вражеский флот.

Тим: Принял. А переборку в центральный пост отдраить сможешь?

Госпожа: Легко.

Тим: Тогда по моей коман…

Госпожа: Уже»

Да чтоб тебя…!

— Во время секса она себя так же ведет? — Через аудиоканал спросила Сабрина, рассматривая медленно разъезжающиеся в стороны половинки дверей в рубку управления.

Я, разумеется, промолчал — не хватало еще обсуждать Юлю в ее же (если по факту) присутствии.

— Бедненький братик! — Сделала свои выводы из моего молчания сестра. — Не бережешь ты себя совсем… — И уже другим голосом, сухим и колючим. — Готова.

— Принял. — Как обычно, как только один из нас входил в боевой транс, второй скатывался в такое же состояние почти мгновенно. — Прорыв в центр. Разлет-разлет и шахматка.

— Принято.

«Госпожа: Не смогла вывести из строя автостражей и турели — времени бы побольше… Но связь внутри и вовне я им обрубила.

Госпожа: Тим? Чего молчишь?

Госпожа: Тим!

Госпожа: Сабрина!

Госпожа: Блин, берсеркеры клонированные!»

+++

Инструкции по действиям экипажа при проникновении посторонних в боевые рубки, мостики, БИЦ и ГЦП кораблей однозначны — огонь на поражение без каких-либо предупреждений. Потому что посторонние в эти отсеки просто так, поздороваться и пожелать спокойной вахты, не приходят.

[БИЦ — боевой информационный центр]

Наставления по захвату защищенных помещений тоже особым разнообразием не отличаются. Закинуть внутрь несколько гранат, добить раненных и оглушенных, вынести трупы. Проблема была ровно одна — боевая рубка, согласно Уставу — «…помещение, оснащенное средствами управления кораблем…». Средствами управления. И понятно, что будет со всеми этими средствами после ударных волн и разлета осколков.

В боевой рубке находились четверо. В обычных обстоятельствах для управления кораблем было бы достаточно двух человек — старшего дежурного офицера и его помощника. Но сейчас проводился разгон корабля для перехода в гиперпространство… да и повышенное количество шишек на борту требовало от командира корабля лично контролировать такие рутинные операции, как навигационный расчет, Разгон и Прыжок.

А где командир корабля, там и первый помощник. Итого, с дежурной вахтой, четверо.

Находящиеся в рубке офицеры совершили одну-единственную ошибку. Вскочив из кресел и увидев, что створки люка открываются, они не стали стрелять сразу. Не то, чтобы это им помогло, но нашу задачу это бы немного осложнило.

Человеческая реакция — штука медленная. Людей обычных спасают рефлексы, наработанные в ходе длительных и нудных тренировок… вольных или невольных. Эти рефлексы позволяют человеку реагировать, как говорят дилетанты, «на полном автомате». Или, что более правильно, «рефлекторно». То есть минуя сравнительно долгий этап анализа. Это… ну, например, человек не задумывается, нечаянно прикоснувшись к раскаленной поверхности — он НА АВТОМАТЕ отдергивает руку и даже трясет ею, будто пытается стряхнуть нечто горячее и липкое. Очень быстро и эффективно — в большинстве случаев удается избежать ожогов.

Но когда происходит что-то опасное, для спасения от чего недостаточно отдернуть руку, отпрыгнуть, упасть или подпрыгнуть (или сорваться на бег, или, напротив, застыть неподвижно) — реакция пасует. Потому что в дело своим неуклюжим жирным неповоротливым телом влезает разум. И вот тут начинаются полные "тормоза"!

Соответствующим рефлексам у «морячков» взяться было неоткуда — они же пилоты, флотские, а не боевики какие-нибудь безмозглые. Так что правильно и своевременно среагировать, когда две серые тени, смазавшись от скорости, прошмыгнули в рубку, эти люди просто не успели.

А потом стало поздно — «шустрики» врубили защитные поля и встали четко в центре рубки — два офицера оказались с одной стороны, два — с противоположной. И все — в одну линию. Тут опять в дело вмешались мозги и, как всегда, все испортили — мозгам ПОДУМАЛОСЬ, что стрелять во вторженцев просто опасно — можно же промахнуться и попасть в своих сослуживцев по другую сторону. Или в аппаратуру управления.

Жестом «ладонь от себя» я придал защитному полю форму плоского круга, максимально усилив мощность за счет значительного уменьшения площади. Движением ладони развернул получившийся щит в сторону как раз доворачивающейся в мою сторону турели над входом. То же самое сделала Сабрина — против «своей» турели (разумеется, электронные мозги посчитали самый оптимальный угол поворота, так что мы прекрасно знали — какая турель в кого выстрелит).

Турель выплюнула первый плазменный сгусток. Отдача лягнула в живот и грудь — туда, где были закреплены генераторы защитного поля.

Сместиться вбок, поменявшись с Сабриной местами. «Моя» турель пытается сопровождать меня, а турель Сабрины — ее. Стандартные алгоритмы — что тут скажешь? Управляй турелями искин — турели "махнулись" бы мишенями, и мы бы уже валялись с обугленными шлемами.

Жест «рука вперед и щелчок пальцами» придал защитному полю форму копья и заставил его резко удлиниться в точку, куда был направлен мой взгляд. В груди одного из офицеров образовалась глубокая вмятина и его снесло назад. Жаль, что коллега, стоявший чуть сзади, успел уклониться, поскольку летящие предметы проходили уже по ведомству рефлексов, и люди с хотя бы минимальной тренированностью имеют неплохой шанс среагировать правильно.

Снова — жест «ладонь от себя». И поймать второй импульс от турели.

Одновременный перекат вперед к выходу, в мертвую зону. Сейчас они попытаются перераспределить цели — это лишние доли секунды. Есть! Наши с Сабриной щиты ловят третий импульс, разбрызгивая «крабиком» с яркой сердцевиной ломанные щупальца электрических разрядов по поверхности щита.

Хорошенько упереться ногами в пол и плечом — о переборку, и жест «рука вверх и щелчок пальцами». Бум! Отдачей меня слегка впечатало в стену, но турель над моей головой теперь выведена из строя. У Сабрины чуть похуже… ей, с ее массой, чтобы вывести из строя «свою» турель, пришлось ударить «копьем» два раза. Мне, соответственно — поймать на щит еще один импульс от «ее» турели.

А сейчас — самое сложное и опасное.

Из ниш выкатываются три 30-сантиметровых белых "мячика" и тут же подпрыгивают на антигравах вверх, на уровень груди. Автостражи. Специализированные противоабардажные роботы. Опасные и неудобные, сцуко, твари! У них импульсы раза в два-три мощнее, чем у турелей. Правда, скорострельность на столько же ниже.

Пальцы обеих рук сжимаются в кулаки. Сейчас поле концентрируется в две метровые «палки» овального сечения. И «управление» этим «палками», такое же, как обычными палками. Как если бы я держал их в руках — ось "палки" как раз проходит через центр кулака. Одна "палка" в правой руке, другая такая же — в левой. Как мечи.

Автостражей три. И электронные мозги предсказуемо избирают меня приоритетной целью — два автостража поочередными импульсами атакуют меня, один — Сабрину. Я ж, блин, большой! А сестра — маленькая!

Снова ломаем им шаблон — Сабрина становится передо мной и ловит своими «энергопалками» импульсы, прикрывая себя и меня (использовать защитное поле в режиме «щит» нельзя — очень быстро перегрузят). А я, на секунду отвлекшись от такого же перехвата, «копьем» проламываю корпус шарика, что охотился за Сабриной.

Новые доли секунды заминки. Это два оставшихся автостража «решают», кто из них будет обстреливать меня, а кто — Сабрину. Пока они решают — Сабрина таким же «копьем», уперевшись в мою грудь спиной, валит правого.

И резко расходимся с ней в стороны. Оставшийся "мячик" опять в легком ступоре — снова нужно выбирать, в кого стрелять. Но я знаю, кого он изберет приоритетной целью — меня. Я просто по габаритам больше, чем Сабрина. Следовательно, как думают электронные мозги, опаснее. Так что уже спокойно и без суеты отбиваю два импульса, пока Сабрина быстрым рывком и мощным ударом основанием кулака сверху не разбивает автостража об пол.

Защитное поле снова конфигурируется в «щит» и разворачивается в сторону оставшихся в живых пилотов. От открытия люка прошло секунд десять, и офицеры, только сейчас поймавшие нас на мушку, все еще находятся в ступоре, не зная, что делать, но прекрасно понимая, что стрелять сквозь щиты бессмысленно.

«Джедаи, мля!» — ошарашенно шепчет «второй». — «Натурально джедаи! Велкам на Темную Строну Силы, мля, мои юные падаваны, мля!»

Бедолага… совсем с катушек слетел. Если он окончательно сбрендит — я повешусь. Ну, ладно старый педофил-мазохист в моей голове. Но сумасшедший — это будет полный капец.

Глава 14

На целую минуту в боевой рубке воцарилась тишина. Не полная, конечно — нет. Это я так, "для красного словца"…

Что-то там тихонько жужжало, искрило в разбитой мною потолочной турели. И в уничтоженном Сабриной автостраже на полу что-то шипело. Остальных мы уработали чисто… включая людей. Ну, люди — это, вообще, самая легколомающаяся часть любой обороны. Хотя, как утверждает один древний маразматик, в дозвездную эпоху было не все так однозначно.

Мы держали щиты, перекрывая их плоскостями линии возможных выстрелов из пистолетов в руках двух офицеров в легких задраенных скафандрах. Офицеры выцеливали нас очень неуверенно — их сильно впечатлила молниеносная расправа над достаточно серьезной противоабордажной системой и над двумя сослуживцами. И ручное оружие — совсем не то, чем они привыкли управляться — им бы ракетное вооружение, излучатель главного калибра и парочку "рельс". Вот тогда б они повоевали! Вот тогда бы показали этим двум… наглецам!

Показали бы. Но у людей в который раз «вылез» тот самый мозг. А этому тормозу и трусу очень своевременно стал «подпевать» разбуженный инстинкт самосохранения. И теперь люди справедливо сомневались в своей способности что-то с нами сделать… без собственных повреждений.

«Тим: Рубка в твоем распоряжении!

Госпожа: М-да… … Впечатляет…

Сабрина: Харэ брату глазки строить! Бери управление кораблем, пока народ не очухался!

Госпожа: Управление завязано на биопараметры этих двоих — долго и нудно ломать. Либо вы их валите, либо заставляете открыть свои инкомы. Они весь сегмент успели из общей сети выдрать. Физически. Шустрики. Либо ждите минут десять, пока я этот местный бордель ломать буду.

Сабрина: Ленивая ты задница…»

Судя по силуэтам скафандров, тот, кто «контролировал» Сабрину (ну, это он думал, что контролировал… хотя, может был умнее и на самом деле так не считал) — был мужчиной. Не очень габаритным, среднего роста, сухощавым. А вот моя… «контролерша», напротив, все это компенсировала, так сказать. Чуть выше меня, шикарная попа, не менее шикарная грудь и тонкая талия… Ну, и как их, таких красивых, валить? А если у нее еще и шевелюра рыжая?

«Тим: Сабрина? Поможешь в работе с клиентом?

Сабрина: Принято»

Шлем сестры с тихим «Пфс!» откинулся ей за спину. Она мило улыбнулась «своему» офицеру:

— Сеньор, я слышала, у вас тут печеньки были? Мы так спешили… А то с ночи нежрамши!

Тот целую минуту «втыкал», пытаясь продраться сквозь адреналиновый шторм и вспомнить, почему лицо девушки, почти девочки, кажется ему знакомым. И почему слово «нежрамши» вызывает такой диссонанс со смутным, пока еще, образом чего-то аристократичного, утонченного и воспитанного. И гоня от себя бредовую мысль о том, что вот эта парочка только что затоптала центральный пост управления БОЕВОГО космического корабля ради какого-то жалкого печенья!!!

Голос через динамики скафандра подала «моя»… офицерша. На скафандре — плашки старпома в звании капитана третьего ранга:

— Кхм… да, сеньорита… ваше высочество. В нише блока 17 установлен пищевой синтезатор. И отдельно — кофемашина.

Вообще, нашу внешность должны были хорошо запомнить бойцы наземных сил — у них есть хоть какая-то вероятность столкнуться с перечисленными в "списке 00" персонами. Но, насколько я знаю военную бюрократию, "список 00" был доведен до ВСЕХ участников операции по захвату Архоца. А вот то, что мы на борту — это офицер вряд ли могла знать. Или я ничего не понимаю в секретности.

Так что ничего удивительного, что старпом узнала Сабрину. Почти со спины. Хотя Сабрина личиком слегка поводила из стороны в сторону. Ну, это ж пилот — а у них цепкая память и внимательность прокачаны на очень неплохом уровне.


— О-о! — Удивился я. — Неужели у вас есть настоящий кофе?

— Ровелианский. — Женщина тщетно всматривалась в непрозрачное забрало моего шлема, но к выводу пришла логичному и закономерному выводу. — Ваше… высочество?

Ровелианский? Понятия не имею, что это за кофе. Но то, как офицер это сказала, заставляло думать, что кофе с планеты Ровелия (принадлежит корпорации «Базальт», если память не изменяет), будет чем-то более вкусным, нежели черная вонючая горькая отрыжка, исторгаемая обычными пищевыми синтезаторами.

Старпом… хотя нет. На ее груди уже пятнадцать секунд как проявились плашки командира корабля (следовательно, прежний капитан… того). Командир корабля опустила свой «Аджани». Фиксаторы на шикарном бедре щелкнули, удерживая оружие и, одновременно, ставя его на предохранитель. После чего деактивировала шлем своего скафандра и откинула потерявший форму капюшон за спину.

— Надо ж… — Я восхитился.

Официально — наличию натурального кофе на борту. А на самом деле — … женский состав на КСПО «Капитан 2-го ранга ВКФ Эва Бранка ди Алмейд Агат» прямо как на подбор! И новоиспеченный капитан уступает доктору Букэпэ не так, чтобы очень уж сильно. Хорошо, что еще не рыжая, а черненькая! И, конечно же, не экзотическая "шоколадка", как НАША Букэпэ, а просто смугленькая.

«Сабрина: Так и комплекс неполноценности заработать можно…

Тим: Не переживай. Ты у меня все равно красавица… только маленькая и бледная.

Сабрина: Че сказал?!

Тим: Но первый недостаток быстро пройдет, а второй легко устранить… Вон у нас в медблоке профессионал по загарам завалялся.

Госпожа: Тим, у тебя пульс подскочил и кровь не туда, куда надо, пошла. Только как-то слабенько и вяленько… Докторша у тебя вызывала куда более бурную реакцию… А уж я…

Тим: Ха! Сравнила! Да эта тетка просто нервно курит в сторонке по сравнению с НАШИМ доктором! Да, Сабрина?

Сабрина: НАШ доктор круче на 25 %! А что такое «курит»?

Госпожа: Это твой братик так себя выдает в очередной раз… если б не мое информационное прикрытие, то одного этого словечка было бы достаточно, чтобы половина Галактики отправилась на охоту за его мозгом. И совсем не потому, что этот мозг такой умный. А совсем даже наоборот.

Сабрина: Слушай, Тим! А если НАШЕГО доктора перекрасить в рыженькую, а?

Тим: Я только за! Чем больше рыженьких, тем лучше!

Госпожа: Вы, вообще, читаете, что я вам тут пишу, а?! Такое впечатление, что вам все равно!

Сабрина: Не просто все равно. А конкретно похуй!

Тим: Ну, где-то так, ага…»

— Угостите кофе, сеньорита капитан?

Я снял шлем, «сжал» всю свою защиту в режим «один меч» и опустил руку с получившимся оружием, почти касаясь пола «острием» «меча». Самый экономичный из режимов… с точки зрения зарядных батарей.

А вот с точки зрения личных усилий в случае отражения атаки или нападения — самый затратный: «лезвие» у такой «светошашки» получается узким, всего 6–7 сантиметров. И перехватить этой узкой полоской плазменный «плевок» очень непросто — скорость плазменных сгустков у плазменного оружия в атмосфере лишь чуть-чуть не дотягивает до скорости звука (а в вакууме, что логично, скорость получается куда выше, чем в атмосфере). Работать приходится на одной голой интуиции — стОит в голове мелькнуть одной-единственной мысли «не по делу» и все — дыра в собственном мясе. Зато защититься можно от любого вида атаки — энергетической, кинетической, плазменной — «умещенное» в метровую палку поле настолько плотное, что выдержит любое воздействие калибров ручного оружия или того, что встроено в скафандр. И защита не перегрузится. Если перехватишь, конечно…

А так — да — получается, что мы сейчас «отжигали», как те самые «жедаи», о которых вспомнил охреневший «второй».

Можно даже пофехтовать с Сабриной — звуки от соприкосновения двух полей из-за несовпадения частот будут прикольными. Только вот режущие и рубящие свойства у такого "меча" нулевые — слишком толстая "кромка" у него. Обычной дубинкой врезать куда эффективнее получается — в ней хоть собственная масса имеется. А вот с "колющими" ударами, да метров на двадцать-тридцать — все в порядке.

— С позволения вашего высочества — "сеньора", а не "сеньорита"… — Напряженно поправила офицер, бросила опасливый взгляд на слабо светящийся голубоватый "меч", которым я ее нервировал, и движением головы заставила подчиненного убрать оружие.

Именно движением головы заставила — не прямым приказом. Скорее всего, через инком она приказ убрать оружие тоже не отправляла, хотя связь между ними двумя точно должна была сохраниться. Следовательно, откровенно подставляет подчиненного — типа, он сам принял решение. Какая нехорошая девочка, однако! С другой стороны, ей все равно достанется во время служебных разборок — оружие-то она, старший по званию и по должности, все равно опустила первой.

А тот олух и шлем деактивировал, и оружие убрал. Но — давайте будем объективными — у него был другой выход? Нет, понятно, что другой выход всегда можно найти. Но альтернативные варианты получаются какими-то… безрадостными и пессимистичным. И некоторые — болезненные и даже фатальные, хоть и выглядеть будут красиво. А в постановках — смотреться шикарно и пафосно.

Но при будущих служебных разбирательствах именно у этого парня — наибольшие шансы соскочить с карающего органа Спецотдела армии корпорации "Агат".

«Сабрина: «Сеньора». Она, выходит, еще и замужем!

Госпожа: Капитан 3-го ранга Катарина ди Лауренсия Хомос. Трое детей. Пятьдесят шесть лет. Второй брак.

Сабрина: И брюнетка. Отсто-о-ой!

Госпожа: А еще лесбиянка.

Сабрина:

Госпожа: Реакции у вас двоих какие-то… дурацкие!

Тим: Это не реакции у нас дурацкие, это твои эмоциональные эмуляторы… слабенькие.

Госпожа: У меня нет эмоциональных эмуляторов! У меня все естественное!

Тим: Вот именно.

Сабрина: А вот, кстати, Тимчик у нас — спец по экспресс-перевоспитанию лесбиянок…

Госпожа: А-а-а, это когда они вынуждены декаду сидеть на гауптвахте без предъявления обвинения?

Сабрина: Согласись, это — совершенно смешная плата за счастье от приобщения к радостям традиционного секса!»

— Ох! Прошу меня простить, сеньора капитан! — Я галантно поклонился. Еще б шлемом красиво в воздухе помахать… жаль, в универсальных скафандрах шлемы несъемные. — Вас не затруднит приготовить нам с сестрой парочку чашечек… кофе. Сами мы, боюсь, не справимся с такой сложной техникой, как кофемашина.

— Сахар, сливки, сироп? — Женщина, бросив нечитаемый взгляд на тело прежнего капитана, направилась к боковой стене, понятливо держа свои руки на виду.

— Печеньки. — Ответил я. — Главное, чтобы были печеньки, сеньора капитан. Остальное — на ваше усмотрение. — И на всякий случай намекнул. — Кроме совсем уж экзотических ингредиентов.

Офицер открыла нишу в стене. Там в специальных креплениях обнаружились чашки, вазочки, коробочки, бутылочки и прочие средства для быстрого и необременительного перекуса во время долгих и скучных вахт.

— Сахар и сливки? — Предложила она. Я кивнул.

— Кстати… — Заметил я. — Думаю, необходимость отвлекаться на управление кораблем помешает вам в управлении таким сложным устройством, как кофемашина… Может быть, вы передадите управление другому лицу… например, нашему специалисту по информационной работе?

Капитан напряглась, ее пальцы, нажимающие на какие-то кнопочки в нише, застыли.

— Борт находится в режиме выхода на трек Прыжка, Ваша Высочество. — Не оборачиваясь выдавила она. — Боюсь, сейчас не самый лучший момент для передачи управления.

«Тим: Юля?

Госпожа: Несущественно. Не думаешь же ты, что чемпионка по харанубе не сможет перехватить управление и грамотно провести предпрыжковую подготовку?»

— Ничего страшного, сеньора. — «Успокоил» я женщину. — Наш специалист достаточно квалифицирован, чтобы справиться с этой задачей.

Капитан сглотнула. И бросила взгляд через плечо на своего подчиненного. Даже если она и пыталась что-то отправить на его инком, у нее ничего не получилось — вряд ли Юля теряла время. Скорее всего, медленно, но верно продолжала отжимать под себя все больше и больше бортовых систем.

По боевой рубке распространился аромат кофе. Что-то густое, насыщенное, с нотками шоколада и корицы…

Я решил поторопить пока-еще-капитана и слегка надавил:

— Нет, конечно же, если вы не хотите, то вопрос можно решить и по-другому. Но лично мне этот способ не очень нравится — я не хотел бы причинять вред красивой женщине и просто хорошему офицеру, сеньора капитан…

Правда, не стал уточнять, что под этими определениями имею ввиду разных людей. Зачем лишний раз расстраивать красивую женщину?

— Спасибо, ваше высочество. — Женщина вымученно улыбнулась.

Она прекрасно понимала, что именно будет являться альтернативой добровольной передаче прав на управление кораблем. Альтернативой куда более простой и бесхлопотной.

«Госпожа: Все! Управление у меня! Можете валить их!

Тим: Почему ты такая кровожадная?

Сабрина: А я вот читала, что агрессивность у женщин происходит от переизбытка гормонов, возникающего от недостатка сексуальных отношений с противоположным полом! Или, говоря нормальным языком, от недотраха! Тебе надо срочно принять меры, Тим!

Тим: Как бы хуже не вышло.

Сабрина: Ну, ты уж постарайся, братик! Я верю в тебя!»

— Спасибо, сеньора! — Кивнул я, полностью убирая защитное поле и принимая из подрагивающих рук чашки с парящим напитком. — Займите, пожалуйста, место первого наблюдателя и переведите кресло в режим «Отдых». То же самое следует сделать вашему подчиненному.

А этот ровелианский кофе, действительно, очень неплох. Вкус ничуть не уступает аромату! И маленькие крекеры не забыла на блюдечко сбоку положить! Ладно, пусть живет!

+++

«Госпожа: Что делать с остальными пассажирами в кают-компании и экипажем в личных каютах?

Тим: Интересно послушать твои предложения.

Госпожа: Врываетесь, стреляете… В наставлениях по штурму помещений еще рекомендуется бросить внутрь несколько гранат. Ну, перед тем, как врываться и стрелять. Там ничего ценного из оборудования нет, так что можно не церемониться!

Сабрина: Кровь-кишки — все, как мы любим! А потом чинить НАШУ кают-компанию, НАШИ каюты, менять там мебель. И оттирать от крови и содержимого внутренностей. Это если забыть, что у всех, наверняка, есть генераторы личных защитных полей. И, как минимум, половина успеет их включить. Это ж не штафирки гражданские, а какие-никакие, но кадровые военные!

Госпожа: Хорошо, что вы предлагаете?

Сабрина: По-моему, элементарно. Теперь, когда ты полностью управляешь кораблем, по системе вентиляции подаешь в кают-компанию газ.

Госпожа: Нейротоксин?

Тим: Юля, вот что вы все так в этот нейротоксин уперлись? При смерти от нейротоксина, как ты наверняка знаешь, у людей расслабляются мышцы сфинктеров мочевого пузыря и прямой кишки… В половине случаев — рвота и носовое кровотечение. И нам придется заняться чисткой двадцати очень хороших офицерских скафандров и стольких же очень неплохих экзоскелетов! Там ведь не обычные солдатики собрались, а весьма себе обеспеченные карьеристы!

Сабрина: Вот смотрю я на тебя, Тим, и радуюсь! Какой же ты у меня меркантильный и хозяйственный! И как такое чудо какой-то другой дуре отдавать!

Госпожа: Другое предложение. Для передачи энергии от реактора на двигатель используется газ «Саканти-4». При отравлении этим газом происходит мышечный спазм — от чего, кстати, и наступает быстрая смерть. В этом случае какие-либо выделения исключены.

Сабрина: Другими словами, все дерьмо останется внутри организмов. Ну, уже лучше — растешь над собой!

Госпожа: Ну, тогда, так и поступим!

Сабрина: Тим! Чтоб сегодня не слезал с нее от отбоя и до подъема! И чтоб выбил своей волшебной палочкой из ее головы всю эту дурь! Понял?! Уже меня! Меня! Начинает пугать ее кровожадность!

Тим: Ага… Юля, как нам потом снять скафандры и экзоскелеты с окоченевших тел?

Госпожа: Я спокойна… Я совершенно спокойна…

Сабрина: Тим! Ладно, не издевайся над ней! Скажи уже!

Тим: Я не издеваюсь.

Госпожа:

Тим: Ты сейчас находишься в медблоке. И ты сама говорила об еще одном способе поддержания наркоза…

Сабрина: Юля, не молчи! Скажи что-нибудь!

Сабрина: Юля!

Тим: Юля, ответь!

Сабрина: Брат, если чё — это ты ее сломал! Я тут не при делах!

Тим: Бля, теперь еще и от Читхангпур по всей Галактике бегать и прятаться…

Госпожа: Хорошо, я поняла. Необходимое количество вещества для распыления в объемах кают-компании и личных кают экипажа будет синтезировано через двенадцать с половиной минут. Одновременный взлом управляющих цепей всех скафандров для предотвращения аварийного задраивания шлемов займет 50–70 секунд.

Тим: Молодец! Ты только не сломай наши будущие скафандры, ладно?»

+++

Раздевать двадцать с лишним спящих сеньоров и сеньор — то еще «удовольствие». Даже при том, что женщины выглядели, не как сеньоры, а как сеньориты. Очень развитые сексапильные сеньориты.

А потом — развозить их, пусть и с помощью гравиносилок, по каютам. В 120-метровом корабле, несмотря на размеры, не так уж и много жилых свободных кают — оборудование, вооружение, вспомогательные и технические помещения занимают большие объемы. Пассажиры обычно ютятся в многоместных кубриках. Ведь обычно пассажирами КСПО являются диверсионные группы — а они не очень-то и многочисленные.

Так что усыпленным «пассажирам» и членам экипажа индивидуальных камер не досталось… невзирая на звания и должности большинства из них.

Разумеется, пришлось выбирать помещения с линией доставки и санузлом. Девочек в один кубрик, мальчиков — в другой. И пусть через переборку перестукиваются, когда очнутся — план побега разрабатывают. Очень интересно будет послушать.

Единственным «просветом» в унылом однообразном действе оказалось вялое восклицание Сабрины:

— Наша начальница-командирша… Капитан 1-го ранга Аугусто Браво ди Томес Аурильо Вела! Второй помощник заместителя начальника штаба флота…

— Круто… — Столь же вяло отреагировал я, спихивая с гравиносилок на ковровое покрытие «женской камеры» голую высокую шатенку.

— Ага… какая-то она нескладная тетка… Но все равно, поласковее с ней — все-таки она, пусть и недолго, имела честь быть нашим начальником!

— Всех наших начальников я бы с превеликим удовольствием сунул бы в шлюз…

— Хм… с аватарами искинов такой номер вполне себе пройдет, а вот с самими железками…

Уставшие и вымотанные, мы отправились в медблок. К нашим спящим и неспящим красавицам. Уработались так, что сил не оставалось даже на подтрунивание друг над другом.

+++

Первое, что я увидел, когда вошел в медблок — летящую в мою скулу ладонь.

Удар был хорош. Правда, чувствовалось, что «автор пенальти» при желании мог значительно его усилить. Хотя бы сжав ладонь в кулак. Или повернув ладонь ребром. Или — основанием ладони. Или — пальцами… а хотя нет — это одна из самых сложных и муторных техник — вряд ли при ЕЕ обучении на это тратили время. Маникюр, опять-таки. О! А еще можно было ногтями — по глазам!

Это я обдумывал, уже сидя на полу, держась за временно онемевшую щеку и рассматривая обнаженную и злую Ольгу Золотарь, отскочившую после удара назад — это на нее с неотвратимостью дредноута надвигалась Сабрина. И ее взгляд не сулил Золотарь ничего хорошего. Физически ощущалось, что сестра готова сорваться с места и порвать клона директора корпорации «Пирит» на много-много маленьких клонов. И, кажется, Золотарь это прекрасно ощущала — вон какая паника на лице. Явно не ожидала такой реакции на свой чисто бабий взбрык.

Юля с огромным любопытством следила за развитием событий, сидя в кресле и болтая ножками в воздухе.

— Сестра, — Напомнил я. — Мы не для того ее спасали и таскали на себе всю ночь, чтобы сейчас снова укладывать в реакапсулу с многочисленными вывихами и переломами. К тому же, реагель быстро приходит в негодность от частого использования… а это, как и весь корабль, НАШ реагель.

— Еще раз дернешься — пришибу. — Равнодушно бросила Сабрина и быстрым рывком за руку поставила меня на ноги. — Что ж ты так оплошал, братец? Дал бы ей слегка поддых, раз девственное тельце портить не хочешь!

— Человеку надо было спустить пар. — Объяснил я, осторожно двигая челюстью… кажется, в порядке. — Оля и сама понимает, что иного выхода у нас тогда не было — мы ж не могли ее открытым текстом предупредить о своих действиях. Да и закрытым — тоже не могли. Юля! — Обратился я к довольному искину. — Спасибо, что разбудила Олю так вовремя…

Юля широко заулыбалась, пропустив сарказм мимо ушей, и замотала ногами с большей амплитудой:

— Да не за что! «Спустить пар» — прикольное выражение. Это я тебе так тонко намекаю на толстые обстоятельства.

А еще подчеркивает и акцентирует это перед клоном исполнительного директора «Пирит» Ольги Золотарь, аналитические способности которой и умение шевелить мозгами при работе с информацией вряд ли сильно уступают оригиналу. Коза.

— … нам как раз надо решить, что делать дальше. — Закончил я мысль.

— Мне, конечно, очень приятно, что моим мнением интересуются. — Золотарь, даже не думая одеваться, стояла над биованной и рассматривала спящего доктора Букэпэ. — Кстати… Вот это что за… шоколадка?

— Наш доктор. — С готовностью ответила вновь беззаботная Сабрина. — Чаам Букэпэ. Квалифицированный специалист, прекрасный доктор и просто красивая женщина! Мы с Тимом как раз думаем перекрасить ее в рыженькую! Пока спит.

— Хм? — Амплитуда болтания Юлиных ножек стала чуть менее… легкомысленной.

— А еще она дезертир! — Добавила Сабрина.

— Но пока об этом не знает. — Уточнил я.

— Ну, как проснется — сюрприз будет!

— Да уж… — Хмыкнула Золотарь. — А чтобы решить, что делать дальше, надо знать, в какой ситуации мы находимся сейчас. Вот я, например, знаю только то, что нахожусь в медблоке корабля… корпорации "Агат", кажется. Голая.

— Ну, так оденься. — Посоветовал я.

— А вдруг свалившаяся на меня информация потребует, чтобы я разделась? — Очень разумно возразила она. — Вдруг требуется отплатить тебе за спасение единственной валютой, находящейся в моем распоряжении? Опять-таки, что надевать — скафандры или планетарную броню? И — самое главное — вот эта… — Тычок пальцем в сторону скалящейся Юли. — … как сюда попала и что здесь делает?!

Золотарь — молодец! Без дураков — молодец! Я ее клона, конечно, имею ввиду. Действительно, ею был выделен САМЫЙ главный вопрос сегодняшнего дня. А вот искин, кажется, не нашла нужным ставить ее в известность и что-либо ей объяснять в происходящем. Такое впечатление, оставляет это на нас.

Получается, объем информации, предоставленный Золотарь, тоже определяем мы.

Глава 15

Ольга Золотарь оценила мой, с небольшими вставками от Сабрины, рассказ одним-единственным:

— Чу-у-удно!

Это она точно подметила. Если не вставлять элементы мата, то именно так наша ситуация и выглядит. Со стороны.

Ольга задумалась. А мы молчали — было клепанно интересно узнать, что она решит и какие выводы сделает.

— Но я так и не поняла, почему вы молча не развернулись и не ушли? Какая-то информация? Вам пообещали какую-то помощь? В чем? Гарантировали безопасность? Что они с Читхангпур вам предложили? Чем держат? Или угрожают? Или купили? Вы даже могли вдвоем спокойно меня прихватить с собой в качестве секс-рабыни, раз уж столько со мной возились — судя по всему, я ИМ совершенно не нужна. А этой… — Она невежливо ткнула пальцем в поджавшую губки Юлю. — Свернули бы шею органическому носителю, да свалили бы!

Ну, что тут скажешь? Это Золотарь! И она задает слишком правильные вопросы, точно выделяя ключевые моменты! То есть, конечно, от нее другого и не ожидалось, но — все равно! Могла бы хотя бы вид сделать, что этой информации ей достаточно!

— Котик, ты слишком много думаешь о сексе! — Погрозила пальчиком Сабрина.

Золотарь пожала плечами и стала натягивать свой экзоскелет, даже не думая просить нас отворачиваться и, вообще, не заморачиваясь нашим… точнее, моим, присутствием. А, хотя, нет — не думаю, что в отсутствие зрителей она бы так изгибалась и тянулась. Как вот сейчас.

— Разумеется, я об ЭТОМ думаю! У меня ж — возраст! Я — подросток! Меня и так гормональными регулярно пичкали, чтоб с ума не сходила… По приказу сучки, кстати… И, в отличие от нее, я так и не приобщилась ни разу! Нас еще и прервали в самый ответственный момент! Обидно, да! — Она застыла на секунду и махнула свободной рукой в мою сторону. — А с тебя должок, Тим! Считай, работа над моей целкой теперь на твоей совести!

Юля возмущенно фыркнула, а вот Сабрина всплеснула руками:

— Ну, охренеть ты стартанула!

Да и я, честно говоря, смутился. Даже восхитился тем, как это ловко у НИХ получается «переводить стрелки» — теперь я, оказывается, еще и должен! Должен, мать моя колба! Я даже, кажется…

— Он покраснел… — Юля удивленно вздернула брови.

— Это он от злости! — Точно определила Сабрина. — Оленьке, видимо, хочется по-жестче, вот она его и злит. Ну, у всех свои насекомые в башке. Но не думала, что Оленька у нас по части цепей и плеток!

— Ниче не знаю! — Отмахнулась Ольга. — Вам еще мои псиблоки ломать — иначе в свою боевую сеть не пустите и доверять не сможете. А раз уж дали себе труд поделиться со мной всякими своими грязными секретиками, то в расход пускать не будете и в ближайшем космопорту не высадите. А секс в процессе ломки блоков — самое милое дело!

— Да ну! — Не поверила Сабрина. — А чё меня без сладенького оставили, когда блоки ломали?

— Звиздит! — Авторитетно покивала Юля.

— Видимо, блудливые гены дают о себе знать! — Хмыкнул я.

— Но что-то, Тим, ты не договариваешь… — Задумчиво протянула Золотарь, закрепляя набедренный сегмент. — Чем-то все-таки они тебя купили. Именно тебя, не Сабрину. А Сабрина знает… Хм…

— Кстати, солнышко… — Поторопился я отвлечь ее от ненужных и вредных размышлений.

Ольга, уже подгоняющая грудную кирасу легкого абордажного скафандра, застыла, подозрительно на нас покосившись. А мы с Сабриной в этот момент уже удерживали ее на прицеле — еще и визуализацию прицельных маркеров включили, чтоб не дурила. А Юля благоразумно метнулась к стене и встала за регенарционной капсулой с «нашим доктором», окутавшись несколькими слоями защиты. Тремя, кажется. Интересно, следует ли считать этот маневр согласием искина с необходимостью присутствия в нашей команде доктора Букэпэ?

— … насчет твоих неснятых пси-блоков. — Продолжал я. — Снимай-ка боевой скаф, дорогая! И экзоскелет тоже снимай! И возьми-ка ты обычный «универсал». Пожалуйста.

— Козззел! — Не очень-то и злобно прошипела она, в раздражении роняя кирасу прямо на пол. — Раньше не мог сказать?! А зачем тогда комплект брони притащили? Я думала, это для меня!

Хм? Она ожидала, что кто-то из нас смутится? Почувствует себя виноватым? И, вообще, почему предложение притащить лишний комплект брони принадлежит Сабрине, а крайним почему-то назначают меня? Я пожал плечами, не опуская оружия, и скромно улыбнулся:

— Необходимый элемент психологической обработки. По причине временной нетрудоспособности нашего штатного доктора приходится действовать кустарными методами. — И добавил. — Мы с Сабриной отведем тебя в твою каюту — нам как раз по пути — наша соседняя.

— Кстати, Оля. — Неожиданно добавила Юля. — Соседняя с твоей каюта — капитанская. Так что ночью, если прислушаешься, может, что из каюты Тима и услышишь… интересненькое!

Это какие-то их женские заморочки… И я в них даже разбираться не собираюсь!

— Хрен она че услышит! — Возмутилась Сабрина. — Мы с Тимом, пока вы бездельничали, пахали, как орбитальные тягачи! И ночью мы будем спать! А чтоб вы, кошки блудливые, чего не удумали, СПАТЬ с Тимом буду я!

— Странно, — Удивилась Ольга. — Вы же должны быть выносливые, как лоси!

— Распространенное заблуждение. — Отмахнулась Сабрина.

— Ага. — Согласилась Юля, убирая защитные поля. В ее тоне появились менторские нотки. — На самом деле с выносливостью у них проблемы. Способны на кратковременные взрывные… даже форсажные усилия. Или на длительные действия, но со сравнительно невысокой физической нагрузкой. Ничего не дается даром, — Развела она руками. — В данном конкретном случае феноменальная сила и скорость достигнута за счет некоторого снижения общей выносливости. Примерно на уровне тренированных "нормалов". И точно ниже, чем у "модификантов".

— Короче, марафоны — это явно не для нас. — Резюмировал я.

— А-а-а! Поня-я-ятно! — Как-то по особенному протянула Ольга. И усмехнулась так, что Юля почему-то нахмурилась. — Тогда лично я б на вашем месте спала бы здесь, в реакапсулах. Хотя-я-я… — Она в сомнении бросила взгляд на капсулу с доктором. — … в связи с временной нетрудоспособностью вашего доктора это, наверно, бессмысленно?

— Точно-точно! — Покивала Юля. — Абсолютно бессмысленно!

Хм? Это как? Искин не сможет задать жалкую программу на косметический ремонт наших организмов? Да мы сами могли бы такую элементарщину запрограммировать!

— Так куда летим-то? — Бодро спросила Юля, проигнорировав наши с Сабриной подозрительные взгляды.

Что?! Это как понимать? Это как, мать вашу, понимать?! Это что ж получается, два крутейших искина — один девятого ранга, другой «экспериментальный вне категорий» — не продумали план дальнейших действий?!

«Сабрина: Че за херня, Юля?!

Тим: Юля, мы думали, что у тебя есть хотя бы примерный план дальнейших действий. А нам с Сабриной надо только проработать его детали и адаптировать под наше участие! Присоединяюсь к вопросу: че за херня?!»

Мы изумленно смотрели на искина. Та в ответ невинно хлопала глазками. Золотарь, к счастью, в этот момент копалась в боксе, выбирая среди комплектов скафандров нужный размер, и бесстыже сверкая голой попой. И не видела этого… позора.

— Пока не имеет смысла об этом говорить. — Подала она голос. — Вначале завершим этот Прыжок. Потом уйдем в нейтральную систему. Там высадим пленных… вообще-то, их можно было бы и в космос выбросить, но тогда, если инфа об этом всплывет — а она всплывет — то в цивилизованные миры нам путь будет заказан. Подставим оригиналов, а те вряд ли нам такой удар по репутации простят… И хер бы с ней, с репутацией, а вот то, что они нас целенаправленно ловить начнут — это будет проблема…

Она стала вскрывать упаковку скафандра.

— Потом Прыжок по случайным координатам. А вот там уж будем думать, исходя из того, где окажемся после этого рандомного Прыжка. Ну, и из того, сколько энергии останется в накопителях на тот момент.

Мы с Сабриной переглянулись.

То, что Золотарь попытается тут командовать — это было как раз очевидно и ожидаемо. Клон управленца — что с него взять? У нее это на уровне рефлексов, наверно, "зашито". И с этим мы потом как-нибудь разберемся — не проблема.

Дело в другом. В том, что именно она предложила. Точь-в-точь то, что пришло нам с Сабриной в голову, как только мы узнали, что у семьи Читхангпур никакого плана нет. И это плохо, потому что предсказуемо! Очень плохо!

Для тех, кто не понял, объясняю: плохо, потому что точно так же нас могут "просчитать" профи, которые станут нас ловить по всей Галактике. А они начнут нас ловить. Если даже старшие Золотарь и Антрасайт нас "берегли" только на операцию по прикрытию ухода Ольги, Тима и Сабрины с Архоца, а дальше наша судьба их особо не волнует, то вот мстительная младшая Золотарь вполне может организовать на нас охоту. Да и младшие Антрасайт — та еще гниль. Про Сабрину-оригинала не скажу, а вот мой оригинал — тот еще ушлёпок. Не знаю точно, какими ресурсами располагают младшие Антрасайты, но на нас и ресурсов, находящихся в распоряжении Ольги Золотарь за глаза хватит. Да ту же "главгадюку", которую она почему-то "тетей" называет, попросит.

А "профессиональные инструменты" будут думать в точности так же, как и мы. Потому что мы с Сабриной (да и с Ольгой-клоном) — из того же "ящика с инструментами", что и они. И думаем, увы, шаблонами и строго выдрессированными алгоритмами. Паршиво!

— Это что же выходит… опять нам все придумывать? — Уныло протянула Сабрина.

— Эй! Мама вам за это деньги платит! И немалые! — Весело воскликнула Юля. — Почитайте контракт. Там черным по белому написано…

— Оп-па! Кстати, о деньгах… — Золотарь снова красиво облачалась в легкий универсальный скафандр, явно растягивая это представление. — Как насчет должности тактика-аналитика? Или координатора операций?

Я показал, с каким трудом отлипаю от артистичного процесса застегивания грудного клапана скафандра. Сабрина рядом тоже застыла, будто загипнотизированная. Справедливости ради, процесс облачения Оли в скафандр действительно был захватывающ — отворачиваться и типа смущенно смотреть в сторону было даже немножечко… жаль.

— Оля. — Неуверенно пролепетал я. — А ты уверена, что тактика, аналитика и оперативное управление — основное, чему тебя учили?

Юля гневно засопела.

— Не только. — Ольга слегка улыбнулась, явно довольная нашей реакцией. — Есть некоторые теоретические знания, которые неплохо бы перевести в плоскость практических навыков…

— Ага! — Щелкнула пальцами Юля, секунду назад недовольно косившаяся на нас. — То есть, хочешь обучаться за мой счет! Ну, тогда я не могу тебе предложить ничего выше должности стажера!

— Не стажера, а курсанта! — Поправила Сабрина. — А еще точнее — ЮНГИ!

Она подставила ладошку, по которой я с удовольствием хлопнул. Оружие мы давно уже опустили. Маркеры исчезли после этого сами.

Золотарь резко выпрямилась. Ее лицо выражало некоторую растерянность. Посмотрела на наши наглые довольные рожи…

— Развели, бля… Вот же… гаденыши!

+++

Ночь по корабельному времени. Каюта капитана. Слабый красный свет ночника над широкой кроватью. Тычок пальцами в мое плечо:

— Тим! Тим! Беда-беда!

Беда? Это не беда, а катастрофа — я только-только начал проваливаться в сладкие пучины сна — самый наприятный момент, чтобы будить. Оторвав голову от подушки, посмотрел на голую сестру — она обнимала подушку на своей половине кровати и жалобно смотрела на меня.

— Звезды! Ну, что еще, Сабрина?! Я только засыпать стал! Опять кушать хочешь? Ну, сходи в пищеблок! Или Юлю попроси — она не упустит случая дроида с камбуза прислать — лишь бы проникнуть в каюту.

— Группа Лаос! — Ее глаза, кажется, наполнялись слезами. — Пять комплектов «Щуки»!

Сонливость слетела с меня в один миг, в кровь плеснул адреналин — чужая вооруженная пятерка диверсантов на МОЕМ корабле! да еще со "Скорпионами"… да они же дел натворят, пока мы их ликвидируем! — но тут я облегченно выдохнул, вспомнив:

— Сабрина, блин! Они уже, наверно, сдали свое оружие и снаряжение в арсенал, написали по три отчета каждый, искупались, пожрали… и сейчас сладко спят! В отличие от! И не здесь, а где-нибудь у Архоца на орбите…

Кажется, Сабрина моего облегчения не разделяла:

— Именно, Тим! Именно! У Архоца! Пять комплектов «Щуки»! Девять ударных платформ! И боевые андроиды! Без повреждений! С хорошим ресурсом! И все — с «чистыми» или пустыми ай-ди! И десантный шаттл! Это ж какие деньжищи можно было на черном рынке "приподнять"!

Да-а-а… Я невольно начал подсчитывать. Даже справочник на инкоме открыл… Потом спохватился и помотал головой, вытряхивая эту глупость:

— Предлагаешь вернуться и вежливо попросить, чтоб отдали сами, а не то…? — Я снова упал на подушку. — Спи! Жадность фраера сгубила…

— «Фраера»? — Подзависла Сабрина. Я промолчал. — А-а-а… это ты опять…

+++

Ночь по корабельному времени. Каюта капитана. Экран-проекция транслирует на всю стену изображение звездного неба. Это запись, конечно — КСПО сейчас чешет через подпространство, и наружным камерам просто нечего снимать — за бортом кромешная темнота с редкими вспыхивающими искорками. Подпространство.

А кромешная темнота — не то, что может сделать жилое помещение уютным. Поэтому — запись, сделанная камерами перед самым Прыжком.

— Тим… ты спишь? — Тихий шепот.

Я не сплю. Уже минуту с того момента, как Юля подкралась к двери в капитанскую каюту, вскрыла ее (ну, с ее допуском и возможностями — это не "вскрыла", а просто "открыла"), прошмыгнула в каюту и сейчас стоит с моей стороны кровати.

И Сабрина не спит. И вот уже минуту мы с сестрой молча с интересом ждем, что будет делать девушка-искин.

— Ти-и-им… спишь?

Можно подумать, имея прямую связь со всеми системами корабля, искин не может определить — сплю я или не сплю!

— Ну, Ти-и-им…

— ЮЛИЯ ЧИТХАНГОВНА! — В полный ГОЛОС рыкнула Сабрина. Юля вздрогнула от неожиданности. — Легла там с краешку и заткнулась! Брат, подвинься, а то она так всю ночь будет баньши изображать! Блин, какие девушки нынче пошли нерешительные и боязливые! Вот, помню, в наше время…

Я с кряхтением и страдальческим стоном "Заколебали, мля…" переполз на середину огромной кровати. Юля юркнула под одеяло, чуть-чуть повозилась. Через некоторое время попыталась устроиться «поудобнее», навалившись на меня. Недовольно посопела, когда обнаружила, что я лежу на животе. Напряженно выждала пару минут, ничего не дождалась и сделала попытку просунуть руку… куда не следует. Снова недовольно посопела, не добившись успеха и не дождавшись моей реакции. Нагло схватилась за мою руку, с трудом оторвала от бока, выпрямила в локте, легла на нее сверху и, наконец, затихла.

— Надеюсь, Золотарь и Букэпе не смогут взломать двери своих кают, чтобы тоже припереться сюда. — Тихо буркнула Сабрина. — Пинками буду их до их кают гнать!

— Я блокировала их двери. И в эту каюту тоже. — Шепнула Юля.

Я так и не проронил ни слова. Было неудобно — волосы Юли щекотали плечо, шею и спину.

А потом она, звучно и натужно сопя в самое ухо, стала елозить промежностью по моей руке вверх-вниз.

— Не угомонишься — пойдешь на коврик у кровати спать. — Пообещал я. — И стараешься зря — не встанет.

— Похотливые сучки! — Недовольно пробурчала Сабрина. — До чего брата довели!

Юля застыла, уткнувшись носом в мое плечо. Тихонько вздохнула.

— Четырехкратная выработка гормонов. — Объяснил я сестре. — Представляешь, какое количество феромонов мы выбрасываем вокруг себя? Вот у них чердак и течет.

— Да-а-а… нехило их колбасит. — Согласилась Сабрина. — Приставать к старшему брату, когда рядом лежит его младшая невинная сестренка и пытается заснуть! Бесстыжие курицы! Извращенки!

— С Томбравец это вам не мешало. — Тихонько огрызнулась Юля. — Он с ней трахался прямо на твоих глазах, и что-то никаких возражений с твоей стороны я не фиксировала!

Я даже возмутился и хотел это возмущение озвучить, но Сабрина успела первой… женщины, вообще, в словесных (как минимум) баталиях шустрее мужчин:

— Ты и Томбравец — это разные вещи! В конце концов, у нас с ней были одинаковые увлечения. Например, пение. — Она запнулась. — Эй! Это что ж, они теперь и на меня полезут?! — Она помолчала и решительно рубанула. — Так, Тим! Букепэ я, так уж и быть, беру на себя! А с этими двумя блудницами разбираешься сам!

— Договорились! — Радостно пискнула Юля, поелозила по моей руке еще, укладываясь поудобнее, и, наконец-то, расслабилась.

— Цыц! Не с тобой разговаривают!

— Что за тон в общении с нанимателем?!

— Наверно, я в другую каюту сейчас спать пойду. — Я вмешался в перебранку. — А еще лучше — в медблок. А, нет — доктор же сейчас у себя в каюте… Ну, значит, к ней и пойду — она доктор, она поймет!

— Все-все! Молчу-молчу!

А вот интересно, если б у нас была психика «нормалов» — что бы мы с ней сделали за то, что она нас разбудила? Выгнали бы? Поколотили бы? Убили бы…?

Или таки разложили бы?

Глава 16

— Тим…

Тихий шепот, губы касаются уха, прерываясь поцелуями и легкими укусами. Чужая ручка бесстыже шарит в паху. В моем паху.

— Тим, вставай… Встава-а-ай… Ну, вставай же…

И, насколько я понял, просьба «вставай» обращена не ко мне. Ну, не совсем ко мне. Не то, чтобы происходящее было мне неприятно, но оно не совсем соотносится с моими планами на ближайшие минуты. По чисто физиологическим причинам, с которыми я, при всей своей крутизне, бороться, увы, не могу. И которые кое-кем ошибочно приняты на свой счет.

Я уже давно проснулся, просто лежал с закрытыми глазами и прикидывал, с какой стороны кровати вылезать. Через такую же затихарившуюся Сабрину, или через проснувшуюся и неприлично бодрую и активную Юлю? Или быть оригинальным, напрячься и вылезти в ногах кровати?

А Юля тем временем продолжала свою бессмысленную возню. Влажный язык уже облизывает мой многострадальный орган… слуха.

— Через четыре часа выходим из Прыжка… — Хрипло, сквозь тяжелое дыхание, пояснила она свои действия. — И у нас… еще есть… целых три ча-а-асика!

Искин прекрасно знал о том, что я уже проснулся. И искин прекрасно знал о том, что Сабрина тоже уже не спит. И особенности утренней мужской физиологии, кажется, поняты несколько превратно, поскольку облизывания и покусывания медленно смещались по телу вниз — шея, плечи, грудь…

Цап! Я надежно перехватил за волосы рыжую головку в районе живота, в считанных сантиметрах от сокровенного.

— Вау, Тим… — Промурлыкала не разобравшаяся в ситуации Юля. — М-м-м… хочешь пожестче, да?

«Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». — Осторожно комментирует «второй». И даже — редкий случай — замечание почти «в кассу»! Такое впечатление, он опасается моего неудовольствия. Это хорошо, так как вселяет оптимизм и даже надежду на приведение этого озабоченного «пенсионера» в рамки приличий. И привитие ему хоть какой-то минимальной культуры. А то и, чем Звезды не шутят, к моему полному излечению от этой древней шизы!

Но, самое главное, «второй» тоже совершенно не разобрался в ситуации. А о чем это говорит? Это говорит о том, что у него огромные проблемы со считыванием моих мыслей. Потому что вот эта вот сентенция, в общем случае — да, шедевр! — но в данном конкретном случае, по отношению к Юле — не подходит.

— Это которая попытка за ночь? — Сквозь зевок поинтересовалась Сабрина.

— Десятая. — Пожаловался я. — Юбилейная, можно сказать. — И, уже обращаясь к крепко зафиксированной на моем животе рыжей головке. — Ты себя вообще контролировать можешь? Ты же, звезды побери, искусственный интеллект, а не безмозглый подросток! Должна уметь брать под контроль свою физиологию! Да хотя бы тупо пропускай воздух, которым дышишь, через фильтры!

— Умею. — Попыталась кивнуть она головой. И тут же попыталась ею помотать. — Но не хочу.

Я вздохнул:

— Ясно… Во-первых, рекомендую отцепиться от причиндала. Никакой реакции ты от меняне дождешься, даже если перейдешь к радикальным мерам. Ты же прекрасно представляешь себе мои возможности в этом плане!

— В том-то и дело, что представляю. — Вздохнула она. — А что надо сделать, чтобы дождалась? — Последовал ожидаемый вопрос… и еще более ожидаемая интенсификация действий ладошкой. Видимо, чтобы даже до меня дошел смысл вопроса.

Я поморщился — какие бы у меня ни были мышцы пресса, но чья-то рыжая бестолковка все-равно тяжелая. Вполне вероятно, кстати, что кости скелета у нее усилены — сказать точно не могу, так как на руках ее не таскал. Однако, ответить я ничего не успел — Сабрина вмешалась раньше:

— Ну, для начала, дай ему, наконец, сходить в туалет!

— Ой!

Юля дернулась, я ее отпустил, и она от меня, наконец, отползла.

— Спасибо, сестра! Это, кстати, было «во-вторых», Юля.

— Пф!

— Обращайся, брат! — Сабрина еще раз зевнула. — И будешь там проходить — разблокируй дверь, пожалуйста. Кое-кто ночью ее на мехзапор закрыл. А то мой утренний кофе так и останется в коридоре. Как бы его наша соседка по коридору не перехватила.

Я кивнул и, выбравшись-таки из постели (перекатившись по Юле, пискнувшей от неожиданного быстрого поцелуя), откинул язычок механического запора на двери в коридор. Предупредительно попиликав, в каюту вкатился сервисный дроид с контейнером, от которого распространялся мощный аромат кофе, жаренных тостов и, кажется, жаренной ветчины.

— Оп-па! — Удивилась искин. — А как ты смогла заказать завтрак в каюту в обход меня?

Я тем временем добрался до туалета, рывком открыл дверь, откинул крышку унитаза и…

— О-о-о… — Не смог удержаться от блаженного стона.

И потому ответа Сабрины Юле не услышал. Но уверен, что там было про то, что ночью надо следить за доверенными тебе вооружением, техникой и информационными объектами, а не глупостями в чужой постели заниматься… да, к тому же, еще и безрезультатно!

+++

То, что Сабрина заказала нам в каюту — завтраком считаться не могло даже приблизительно. Так, легкая проверка возможностей пищеблока НАШЕГО корабля.

Слабенько, как и ожидалось. Проверка выявила, что кофе — традиционно отвратительный (никакого сравнения с тем, которым угощали нас в боевой рубке… и даже отдаленно не тот, который мы пили в "Звездном бублике"), а тосты с ветчиной и сыром — пересоленные. «Ветчина», к тому же, была по консистенции похожа на резину, а "сыр"… ну, я слышал, что сыр тем и хорош, что любую белую массу с почти любым вкусом и запахом можно назвать "сыром" — настолько разнообразный и нестандартизируемый продукт.

Поскольку за ночь сервис-боты очистили кают-компанию от результатов вчерашней пьянки комсостава (а "поймавшие" Антрасайт и Золотарь офицеры штаба вчера занимались именно банальной пьянкой!), то было принято решение завтрак провести именно в ней, в кают-компании.

Вызвали сонного доктора Букэпэ, прихватили хмурую Ольгу, заняли столик командного состава, дали камбузу команду подавать блюда. А затем приказали повторить. И — еще раз.

Окружающие, уже будучи в курсе нашей особенности, отнеслись индифферентно к количеству опустошенных тарелочек перед нами с Сабриной.

Только доктор Букэпэ, слегка помятая и заспанная, но все такая же обворожительно красивая, иногда с интересом косилась, видимо, мысленно подсчитывая количество уже употребленных нами калорий.

Ну, и изредка она окидывала взглядом пустое помещение, гадая, скорее всего, о судьбе остальной команды и пассажиров КСПО. Но тут же встряхивая головой, будто вытряхивая из нее неприятные мысли — кажется, ее идеи насчет судьбы команды оптимизмом похвастаться не могли.

Странно, что на завтрак, в отличие от нашего утреннего «перекуса», еда оказалась… очень даже ничего! Где-то на твердую «восьмерочку» — в этот раз пищевой синтезатор пищеблока ничего не пересолил, не переперчил и не пересахарил. Для пищеблоков, рассчитанных на одновременную кормежку всего экипажа КСПО, "восьмерочка" — выдающийся результат! Странно.

— Странно. — Задумчиво произнесла доктор Букэпэ, сосредоточенно прожевав кусочек котлеты. — Здешняя еда всегда казалась мне пресной и безвкусной. Неужели, это от нервов? — Мило сдвинула она бровки. — Я была лучшего мнения о своей стрессоустойчивости…

Кажется, я догадываюсь, в чем дело. Видимо, Юля вмешалась в управление пищевым синтезатором. Но так даже лучше, чем просто хорошо настроенный синтезатор: это говорит о том, что он — отлично управляем, и его можно настроить под нужные нам параметры.

— У вас прекрасные нервы, сеньора Букэпе! — Сделал я нашему доктору комплимент. — И я восхищен вашей психологической подготовкой. А местную кухню мы уже успели оценить этим утром и целиком согласны с вашей оценкой. Кухня отвратительная. Была. Данный конкретный завтрак — целиком и полностью заслуга нашего специалиста по УИП. Спасибо, Юля! — Я обозначил благодарный поклон в сторону девушки-искина. — Все очень вкусно!

(УИП — управление информационными потоками)

— Спасибо за разъяснения, Ваше Высочество! — Слабо улыбнулась доктор. — Спасибо, Юля!

— Ага! Юля — молодец! — Поддержала Сабрина. — Плюс десять факультету информационных технологий! Ты пока лидируешь!

Что? «Лидируешь» в чем? Я покосился на сестру, но та с наслаждением осушала полулитровый бокал с витаминным фрэш-напитком. Через толстую соломинку. Типа ушла от вопроса.

— Спасибо! — Скромно потупился «факультет ИТ». Но перед этим Юля бросила быстрый непонятный взгляд в сторону нахмурившейся Ольги. — Я читала, что раньше одним из достоинств женщины считалось умение хорошо и вкусно готовить.

— Действительно, все очень вкусно. — Согласилась доктор, с интересом следя за сценой.

У меня возникло странное по своей абсурдности впечатление, что я один тут чего-то не понял!

Мне оставалось пожать плечами и присосаться к своему бокалу. Хм. А ведь и правда, очень-очень неплохо! Сделать из просто сладкой водички что-то настолько вкусное и бодряще-освежающее…

— Молодец! — Согласился я с выводами сестры и экспертной оценкой доктора. — Утверждаю «плюс десять»!

+++

«Тим: Доктору тоже десяточку надо бы накинуть.

Госпожа: С чего это вдруг?

Сабрина: За все время завтрака даже не заикнулась о делах. И не приставала к Тиму с вопросами о своей дальнейшей судьбе. И про команду ничего не спрашивала. И воспитанная — умеет себя за столом вести. Вон как аккуратно вилочками-ножичками работает!

Тим: Ну, вообще-то, я просто хотел поощрить нашего будущего штатного доктора. Стартовый капитал, так сказать. Но твой вариант мне тоже нравится! Юля!

Госпожа:?

Тим: Ты ведь, как настоящий профи УИТ уже разжилась досье на Букэпе? Скинь мне, пожалуйста, выжимку из него. И не забудь указать там размер ставки для руководителей медслужб на КСПО»

+++

Мы сытно и плотно позавтракали и пребывали сейчас в умиротворенном состоянии души — полный желудок очень этому способствует. Во всяком случае, за нас с Сабриной я отвечаю.

Другими словами, сейчас был идеальный момент для проведения собеседования!

Собеседование с доктором Чаам Букэпе можно было организовать там же, в кают-компании. Но кают-компания мне не понравилась — неуютная.

К тому же… Госпожа доктор на завтрак потрудилась надеть светло-бежевый мундир офицера корпорации "Агат" с юбочкой очень заманчивой длины. И обеденный стол с непрозрачной столешницей не давал ей продемонстрировать нам достоинства своей фигуры во всей ее красе.

Ну, а переносить разговор в мою капитанскую каюту — мне показалось несколько преждевременным — не те у нас пока еще отношения, надо узнать друг друга получше. Я для порядка, конечно, упомянул этот вариант, внимательно отслеживая реакцию девушек, и понял, что Юля и Ольга (в отличие от хладнокровных Сабрины и Букэпэ) будут категорически против. Обидно, конечно — вот сестра в меня верит, потому что знает, что я с легкостью пресеку любые докторские поползновения в своем отношении. А доктор… либо сама не против, либо понимает, что ничего ЭДАКОГО сейчас произойти между нами не может. Либо за лицом следит на очень хорошем уровне.

Про ее каюту я даже не заикался — у человека должно быть свое личное пространство, вторгаться в которое без нужды не следует. Тем более, если с этим человеком собираешься работать долго и продуктивно.

Можно было бы, конечно, и продавить наших штатных ревнивиц, но зачем плодить проблемы на пустом месте?

К счастью, у начальника медслужбы был собственный кабинет-приемная. Кабинет доктора вмещал до семи человек, включая самого доктора — ведь по штату даже на таких маленьких кораблях, как КСП, "главврачу" положены санитары-помощники. И был этот кабинет гораздо уютнее кают-компании — чувствовалось, что доктор приложил руку к оформлению своего рабочего места: много-много живой зелени и цветочков, на переборках — картины-экраны с абстрактными переливающимися изображениями в спокойных тонах, огромный экран-проекция со звездным небом на стене.

Ну, и организация размещения посетителей полностью отвечала поставленной задаче: кроме кресла и небольшого стола в кабинете был еще низенький стеклянный столик и, по обе стороны от него, два широких дивана.

Пригласив нас в своей кабинет, доктор замешкалась — садиться в нашем присутствии в свое рабочее кресло, то есть «во главе», было несколько неуместным. Но Сабрина, прекрасно все просчитав, юркнула в кабинет первой и по-хозяйски устроилась в этом самом кресле. Спиной к экрану, имитирующему в данный момент огромный, во всю стену, иллюминатор с видом на звезды.

— Вот… мой кабинет… — Не очень уверенно озвучила очевидное доктор. — Прошу располагайтесь, где вам будет удобно, сеньоры.

Букэпе заняла один диван, красиво изогнув ножки и сцепив на коленях руки в замок, я развалился в диване напротив, раскинув руки по спинке, а Юля и Ольга — по обе стороны от меня. И обе — совсем неблизко, прижавшись к подлокотникам.

+++

С чего-то надо начинать разговор…

— Как спалось, доктор? — Поинтересовался я.

— А как мне должно было спаться после трех часов медикаментозного сна? — Нахохлилась она. Выглядело миленько.

— Не знаю. — Пожал я плечами. — Такого практического опыта у меня нет. А теоретического… Я же не врач, так что и теоретические знания на этот счет у меня отсутствуют.

— Отвратительно спалось! — Но тут же спохватилась. — Ваше высочество.

Я с сочувствием покивал:

— Как же я вас понимаю, доктор! Мне вот сегодня ночью тоже выспаться не удалось! Не дали выспаться!

— Ну, для молодоженов, насколько мне известно, это нормальная… ситуация. — Осторожно ответила доктор Букэпэ, покосившись на Ольгу.

Та тихонько хмыкнула, отвернувшись, а Юля засопела то ли возмущенно, то ли виновато. Уже смелее доктор продолжила развивать мысль:

— Более того, остается только порадоваться темпераменту вашей невесты. Обратная ситуация, когда девушке неприятны близкие отношения или когда она к ним равнодушна — встречается гораздо чаще. Нам остается только позавидовать вам… и вашей будущей супруге. Вы не волнуйтесь — в скором времени ваши интимные отношения придут к некоторому балансу… по мере насыщения новыми ощущениями. Я могу порекомендовать некоторые препараты, совершенно неопасные для здоровья — как для повышения мужского либидо, так и для снижения женского… Но вам лучше обсудить это друг с другом — ведь эту проблему можно и должно решить без фармакологического вмешательства. Семейное счастье полностью зависит от умения договариваться и находить компромиссы! И не переживайте: вы удивитесь, если я покажу вам статистику обращений к специалистам молодых пар с абсолютно такой же… "проблемой"!

Ольга и Юля растерянно хлопали глазами, а мы с Сабриной довольно скалились:

— Это плавно подводит нас к теме нашей беседы, доктор. Нашей команде жизненно необходим врач-практик. Такой, как вы! Вы нам нужны, доктор!

Я даже простер руки вперед, драматического эффекта ради. Букэпэ столь же театрально повела перед собой ладонью:

— Я — офицер армии корпорации «Агат»! — Отрезала она. — Как вам не стыдно делать подобные предложения!

Стыдно? Мне? И продолжил, будто не услышав:

— Я понимаю ваше желание остаться на этом корабле, сеньора. Так же я понимаю, что вы не можете высказать это желание вслух или как-либо информационно, не рискуя в будущем быть обвиненной в измене военным трибуналом Корпорации «Агат».

Доктор Букэпэ возмущенно сверкнула своими карими очами. И повторила еще раз:

— Я — офицер армии корпорации «Агат», Ваше Высочество! И у меня НЕТ желания оставаться на этом корабле… И я могу заявить это еще раз под запись…!

Она запнулась. Видимо, сообразила, что это ее "НЕТ желания" может быть осуществлено буквально, вот прямо сейчас, когда мы идем через подпространство. И тогда она, действительно, «на этом корабле» не останется. Взгляд ее не то, чтобы стал испуганным, но некоторая опаска в нем все-таки появилась.

— Ну, не надо делать из меня чудовище, сеньора. — Мягко пожурил я. — Все с вашими сослуживцами хорошо. Не со всеми, правда — но тут уж ничего не поделаешь, война. Но те, кому повезло, живы и здоровы. И таковыми останутся. Мы их высадим. Совсем скоро. И не на поверхность в чем мать родила, а в порту, в военной форме… даже табельное оружие оставим.

Сабрина возмущенно что-то вякнула из-за стола, но я предпочел не обращать на это внимания.

— Кроме того, вам не стоит беспокоиться об обвинениях со стороны своего командования в переходе на сторону врага. Во-первых, наш специалист по УИТ имеет высочайшую квалификацию, и вместе с высаженными военнопленными будет оставлена запись, в которой вы четко и внятно отвергаете любые предложения о переходе на сторону захватчиков… И запись эта будет без единого следа монтажа. Ну, разве что будут вырезаны некоторые моменты… например, консультация семейного психолога. Во-вторых, вы — военный врач, и, насколько я знаю боевой устав «Агата», вам не запрещено оказывать врачебную помощь гражданским и военнослужащим противника.

Я молчал. Доктор молчала. И я бы поверил возмущению доктора и ее нежеланию оставаться на захваченном корабле, если б не видел, что она чуть расслабилась и села более… как бы это сказать… привлекательно.

— А на любой предоставленный вами обезличенный счет будет перечисляться сумма, эквивалентная вашему прежнему окладу, и начисляться премии…

Раньше, судя по воспоминаниям «второго» и из курса истории, деньги были материальными. Казалось бы, в эпоху электронных платежей никакая анонимность невозможна, а вот — фиг! Была бы в том необходимость, а уж способы найдутся. И такая необходимость была: любой корпорации нужны способы проводить анонимные и неотслеживаемые платежи — оплата осведомителей, «премирование» агентов, финансирование тайных операций и акций корпоративных разведок. Да даже дача взяток! Думаете, корпорации не дают взятки? Еще как дают! И берут! Вот и вышло, что у любой (любой!) корпорации в любом ее банке есть возможность открыть обезличенный анонимный счет.

«Госпожа: Тим! Откуда деньги? А согласовать со мной сумму?!

Сабрина: 1. Если ты не сделала выводы о необходимости привлечь дополнительные средства после вопроса Тима о размере прежнего денежного довольствия доктора, то я в тебе сильно разочаруюсь. 2. Деньги на оплату нашего «стажера» были выделены легко, следовательно, такая возможность вами с матерью предусматривалась — наверняка, сварганили какой-нибудь фондик под это дело!»

Доктор, разумеется, продолжала молчать. Упорно и задумчиво.

— Кстати, доктор, как у вас с дисциплинами, связанными с пси-программированием?

Букэпэ вопросу удивилась, но ответила честно:

— Моя специализация — эндокринная система и ее протезирование. Но «пси» я увлекаюсь… факультативно, скажем так. В качестве хобби и увлечения.

— Да, это видно. Консультация семейного психолога была весьма… познавательной. — Покивал я. — И по вашему поведению я сразу понял, что вы владеете пси-техниками на несколько другом, чем положено обычному офицеру-медику, уровне.

Чаам Букэпэ независимо отвернулась в сторону окна. Но — снова — сделала это красиво, демонстрируя великолепный профиль.

— И знаете, для вас есть очень интересная задача, доктор! — Обрадовался я. — Даже две! Вам понравится!

Чаам снова смотрела на меня. И в ее глазах был самый настоящий интерес! Хотя опять говорила совершенно противоположное по смыслу:

— Ваше Высочество… я — офицер корпорации «Агат»! О нашем сотрудничестве не может быть и речи!

А я привычно делал вид, что пропускаю все это мимо ушей:

— Во-первых, необходимо снять пси-блоки с клона исполнительного директора корпорации «Пирит» Ольги Золотарь. — Я кивнул в сторону Ольги. — Во-вторых, нужно что-то сделать с форсированным выделением феромонов из-за ускоренной работы гормональных систем у клонов Тимониана и Сабрины Антрасайт… — Указал на себя и на сестру.

Доктор Чаам Букэпе, несмотря на всю свою психологическую подготовку, была потрясена. По мере озвучивания мною пунктов, ее челюсть падала ниже и ниже, а и без того большие глаза становились круглее и круглее… Она даже чуть-чуть стала привставать.

— Доктор? — Я был доволен и не считал нужным этого скрывать, широко улыбаясь. — Надеюсь, теперь вы поняли, что «Агату» уйдет отредактированная версия нашей с вами беседы? И на ней не будет вставок, из которых следует, что вы ДОБРОВОЛЬНО согласились на сотрудничество. Будет только жестокое принуждение, шантаж и доминирование!

— Я поняла, что после таких откровений вы меня уже не отпустите… — Прошептала побледневшими губами Букэпе.

— Ну-у-у… Грех отпускать такого кра… прекрасного и УМНОГО специалиста, как вы, сеньора!

— Сеньоры клоны, м-да… А — эта… сеньора? — Доктор посмотрела на притихшую Юлю. — Чей клон она?

— Эта красавица — совсем не клон, доктор. — Я обнял Юлю и за плечо притянул к себе. — Юлия Читханг-Архоц — первый и единственный в Галактике искусственный интеллект на естественной антропо-биологической платформе.

Ольга, сидящая справа, фыркнула, а вот Сабрина оценила вслух:

— А ниче так формулировочка!

Юля, что удивительно, промолчала. Видимо, как и любая женщина, была на некоторое время нейтрализована словами о «единственной в Галактике».

— …ять! — Доктор тоже оценила.

А затем откинулась на спинку дивана, закрыла глаза и стала выполнять какую-то дыхательную технику. Видимо, пыталась успокоиться.

Понимаю, доктор, понимаю! Но сколько можно нас с Сабриной третировать этими гребанными шаблонами, штампами и прочими «ударами судьбы»?! Надо ж и окружающих к этому делу подключать! Вместе, по любому, будет веселее! Ничего, доктор, вы у нас девушка крепкая, красивая и знаете много пси-техник! Уж как-нибудь переживете… а там, глядишь, и втянетесь, еще и удовольствие в процессе получать научитесь!

— Я рад, что вы остаетесь с нами, доктор! — Проникновенно подвел я итог. — Вы нам правда очень-очень нужны!

Чаам Букэпе открыла глаза и выпрямилась. Усмехнулась невесело:

— Ну, зато теперь не надо мучиться со всеми этими «высочествами»…

— Плюс десять факультету медицины! — Провозгласила Сабрина.

— А феромоны — да… Феромоны действуют… — Задумчиво протянула Букэпе… глядя при этом на Сабрину. — Займусь этим в первую очередь, наверно… — И слегка прикусила губу.

Краем глаза увидев, как рядом расслабились (чуть ли не выдохнули облегченно) Ольга и Юля, я похвалил:

— Еще плюс пять… тому же факультету! — Потому что Чаам Букэпе в очередной раз доказала, что очень неплохо "рубит" в психологии смешанных коллективов, не пытаясь влезть в наш "лав-треугольник"… слишком уж явно.

+++

К планете Маракайбо, одной из баз флота корпорации «Агат», подходил не КСПО «Эва Бранка ди как-то там», а малотоннажный транспортник «Эстрелла Брилланте собре Монторнес дель Вальсес — 2045» — «Яркая звезда над Монторнес дель Вальсес — 2045». Транспортник перевозил контейнеры с итариумными пластинами среднего и большого разрешения — основной «запчастью» для интеллектроники — «мозгов» вычислительных сетей, дроидов и прочих подобных систем.

Казалось бы, тяжело спутать очертания корабля скрытого прорыва и корабля-транспортника. Но кто в космосе смотрит на силуэты кораблей? Кому придет в голову такая глупость? Космические корабли идентифицируются сигналами транспондеров, отзывами систем «свой-чужой», тепловыми, магнитными и энергетическими сигнатурами, и обычным информационным, видео- и даже голосовым обменом.

И это нормально при космических расстояниях, когда гигаметр — миллион километров — это даже не «близко», а «почти под рукой».

Так что корабль скрытого прорыва, по всем каналам утверждающий, что он — безобидный почти гражданский транспортник-трудяга, спокойненько пришвартовался к одному из автоматических складов в двух гигаметрах от Маракайбо.

Когда на вас работает (или вы работаете на…) искусного хакера с ИИ в голове — ничего сложного нет. Тем более, что после слов про «единственную в Галактике» Юля пребывала в исключительно благодушном настроении, выполняла мои распоряжения молниеносно. И даже не пыталась по своему обыкновению своевольничать проявлять неуместную инициативу.

Комплименты и лесть, как способ управления искусственным интеллектом… Кто бы мог подумать!

+++

Высадка прежнего экипажа прошла легко и непринужденно. Люди в тканевых технических комбезах спокойно (и даже покорно) прошли к шлюзу, протопали по транспортному рукаву-коридору и разместились в обитаемом объеме станции-склада.

А всего-то и надо было — продемонстрировать запись захвата боевой рубки. Полностью — от взлома люка, до подношения нашим «высочествам» кофе с печеньками. Все было очень наглядно. А оставшиеся в живых офицеры подтвердили подлинность записи. Да еще и так удачно — и в мужском изолированном коллективе, и в женском изолированном коллективе. Заодно доказали (своим наличием и пребыванием в комплектном и абсолютно исправном состоянии), что захватчики к излишним зверствам не склонны и выкидывать никого в космос не собираются. При этом — убитые ими прежний командир корабля и один из навигаторов — свидетельствовали, что миндальничать с ними и колебаться в случае неповиновения тоже не будут.

Кроме того, мы с Сабриной находились там же, перед шлюзом. И шлемы наших скафандров были откинуты за спину. Лишний намек, что в вакуум вот прямо сейчас никто никого выкидывать не собирается.

Ну, а то, что в руках мы держали излучатели-универсалы "Фаза-10" — мелочь, недостойная внимания.

Заодно, продемонстрировали живых пленников доктору Букэпе. Живых и здоровых — даже дали ей провести медицинское освидетельствование остающихся на станции-складе людей. И даже по ее настоянию убедились, что на станции исправны регенераторы воздуха, есть вода и запас пищи. И рабочий комплекс связи… пока, разумеется, заблокированный Юлей.

Ну, и про маленькую проверочку профессиональных навыков и психологической подготовки нашего нового сотрудника не забыли. Попросили доктора исполнить свои прямые обязанности: засвидетельствовать факт смерти двух членов экипажа и спецназовцев, которых мы притащили с собой, и составить заключение об их смерти. Ну, что можно сказать: видно, что для доктора это пусть и неприятная, но — рутина. Грамотно осмотрела тела, профессионально провела необходимые тесты, быстро состряпала рапорт и шлепнула свою электронную подпись под документами. Не кривилась, когда пальцами в трупах ковырялась, не морщилась. Даже с некоторым любопытством и интересом работала. С трупами наш новый доктор знакома очень хорошо. Таки замечательное приобретение!

Трупы в чехлах стазис-генераторов мы оставили там же, на станции-складе. Вот их мы оставили в амуниции, бывшей на военнослужащих в момент их убийства… разве что обнулили инкомы и всю электронику на "Щуках" спецназовцев. Рапорты доктора, разумеется, скинули Катарине ди Лауренсия Хомос.

В конце я сделал гадость. Преподнес предыдущему командиру корабля, Катарине ди Лауренсия Хомос, пакетик того самого кофе из боевой рубки:

— Спасибо, сеньора! Ваш кофе был великолепен! — И ручку поцеловал. И фигуру окинул откровенно раздевающим взглядом. И ресничками похлопал.

— Вам спасибо, Ваше Высочество! — Процедила бывший первый помощник и бывший командир КСПО, прекрасно понимая, что количество вопросов к ней у секретчиков только что увеличилось как бы не вдвое… Но очень уж нам с Сабриной не понравилась ее попытка подставить подчиненного.

Доктор так и стояла перед шлюзом, вид имея трагический и печальный. Даже слезинка катилась по ее кофейной щечке. Она даже движение сделала, будто ручкой помахать остающимся собиралась, но спохватилась и не стала переигрывать. И, вообще, выглядела, как аристократка на эшафоте — несгибаемая и гордая. Ее даже "охраняли" два "Скорпиона" с поднятыми "жалами" излучателей.

Правда, когда тамбур закрылся, прекрасные карие глаза моментально высохли, доктор приняла вид деловитый и целеустремленный, развернулась на каблуках и бодро умчалась в свою вотчину — готовить аппаратуру и составлять план исследований…

— Что-то в ней все-таки есть… знакомое и пугающее… от архоцианских ученых-исследователей. — Проводила ее оценивающим взглядом Сабрина. — Правда, на этот раз нас, клонов — банально больше! Если что — завалим массой. Вы с Золотарь держите ее за руки и за ноги, а я — … хо-хо-хо!

+++

— Курс? — Спросила Юля.

Звание «единственной в Галактике» было совершенно заслуженным, но девушке, само собой, хотелось большего. А для этого — приходилось соответствовать. Так что искин была сейчас исполнительной и готовилась выполнить любой приказ… временно забыв, что, вообще-то, это она — наниматель.

— Архоц. — Проинформировал я присутствующих.

В рабочем кабинете командира корабля (ну, чем он хуже начальника медслужбы? у него тоже есть кабинет) воцарилась тишина. Потрясенная. Которую разорвал веселый смех Ольги:

— Отлично! Место, которое никому и в голову не придет! Великолепно, Тим!

Глава 17

Чем оккупированная планета отличается от неоккупированной?

Если смотреть из космоса, то ничем. Верфи на орбите все так же работают. Заводы по-прежнему что-то производят. На биофермах все так же что-то растет… вкусненькое. А все почему? Да потому что оккупанты пришли не разрушать, а извлекать прибыль! Ну, а то, что поступления прибыли лишился кто-то другой — приятный бонус. Правда, этот другой уже захапал в другом месте твою прибыль… но так даже интереснее.

Одна «крыша» сменила «другую» — по сути ничего не изменилось.

Но есть нюанс. Союз Четырех состоит из четырех основных «бизнесменов» — «Агат», «Базальт», «Аурум», «Оникс»… а то безымянное образование, против которого они объединились — только из двух — «Пирит» и «Антрацит». Четверо получили одну планеты. И двое получили одну планету. Кто из них выиграл больше? Кто проиграл меньше?

Вот хохма будет, если вся толпа эвакуированных специалистов «Союза четырех» сейчас летит сюда, на Архоц, а бывшие архоцианцы — на какую-то другую, ранее принадлежавшую «Четырем»…

Тут надо еще учесть репутационные потери. Это не так существенно, как потеря или приобретение прибыли, но тоже влияет… на что-то там. Но, бывает, что в перспективе даже перевешивает финансовую прибыль.

Записи с нашим дерзким побегом с Архоца сейчас гуляют табунами по галактической сети, устраивая опустошительные набеги даже на секторальные домены корпораций «Союза Четырех». Их файерволы не успевают отмахиваться от ТАКОГО контента.

Самая раскрученная версия такова: молодоженов Золотарь-Антрасайт и миленькую безобидную несовершеннолетнюю девочку Сабрину Антрасайт коварно выкрали из подземного бункера штаба планетарной обороны. А молодые только-только смогли уединиться, дабы насладиться обществом друг друга (запрос о том, зачем молодым при этом понадобилась "миленькая безобидная несовершеннолетняя девочка" — сейчас один из ведущих в сети).

Но тут случился блокбастер, "драма" стремительно переросла в "боевик" с элементами "комедии". Потому что детишки у «Антрацита» и «Пирита» оказались «ОГО-ГО!»: нейтрализовали своих похитителей (!), проникли под их видом на один из кораблей скрытого прорыва (!!), пленили команду (!!!) и угнали корабль!!!1

Ну, и толку, что все это смахивает на сценарий для боевика? Ну, и что, что профессионалы видят: "история шита белыми нитками!"?

Это же и требуется! Много тех профессионалов среди нормальных людей? А много в этих долях процентов «профи» тех, кто будет настолько непрофессионален, что полезет в публичные дискуссии? А каков процент тех, кто своими «Вау!» и «Круть!» потопит единичные голоса людей, умеющих просто здраво рассуждать? Это даже не процент будет, а доля. Которая в статистика называется «подавляющее большинство». Люди ТАКОЕ жрут еще охотнее, чем всякую скукотищу про захват планет! Тут тебе и перестрелки, тут тебе и погони, тут тебе и «лав-романтик-стори»…

… и даже «хеппи-энд» имеется!

Счастливые влюбленные и радостная сестричка уже, оказывается, прибыли на Назгул — столичную планету «Антрацита». Где были принародно, под объективами камер, обняты (собственноручно) и расцелованы (собственногубно) Его Величеством Кречетом Антрасайтом, председателем совета директоров «Антрацит корп.», и Ее Величеством Гликерией Антрасайт… начальником Службы Внутренней Безопасности. Ну, конечно! Разве могут быть у такой крутой прабабушки другие, некрутые, правнуки?

Индекс доверия аудитории ко всем оправданиям «Четверки» на тему того, что никто не пытался выкрасть молодоженов Золотарь-Антрасайт и миленькую безобидную сестренку Антрасайт — чрезвычайно низкий. Не последнюю роль в этом играют публичные интервью с Вероникой Читандой — той самой рыженькой, оставленной нами в живых. Ее успели эвакуировать

Правда, «счастливые молодые» (и примкнувшая к ним сопля) вид имели слегка зашуганный и неуверенный. Ну, это понятно — все пошло совсем не по плану, «взрослые» вынуждены вмешаться, разруливая такую накладку. Да еще и гадать: не всплывет ли где неугомонная «клонированная троица» и хватит ли ей ума затаиться, затихариться, «залечь на дно» и «не отсвечивать».

Бедненькие! А ведь они — я имею в виду «Пирит» и «Антрацит» — от нас даже откупиться не могут! Даже если напрягутся и обнаружат наше местоположение! Или хотя бы умудрятся сообщить нам номера счетов! Малой суммой оскорбят и без того разобиженных клонов, а перевод большой суммы, которая могла бы потушить «пожар» нашего «праведного негодования», может быть с высокой долей вероятности обнаружен. И руководство любой корпорации задаст своей внешней разведке очевидный вопрос: «А куда это такие деньги вбухал наш конкурент?» И начнется другой блокбастер — на тему промышленного шпионажа. Не-не, такой геморрой никаких денег не стоит! Так что сделаем вид, что никаких клонов нет и не было — вероятный риск того, что настоящая история выплывет наружу, того не стоит.

+++

Я пришел к доктору с сакраментальным вопросом:

— Ну, как дела, доктор?

И мне ответили не менее стандартно:

— Вы хотите об этом поговорить, сеньор Антрасайт? Выбирайте, какой диван вам больше нравится.

Выбрал тот, что справа от двери, и лег ногами к двери. Доктор Букэпе выкатила кресло из-за своего стола, установила у дивана так, чтобы сидеть ко мне лицом и так, чтобы я ее видел.

Мы уже вторые сутки висели в пространстве Архоца, а не шпарили по подпространству, и, поскольку правилами в это время разрешено ношение обычной одежды, доктор сегодня была не в скафандре-универсале, а в белом халате. Белый халат был хорош — на эбонитовой статуэтке, которая была у доктора вместо тела, он смотрелся идеально. Хотя бы по причине того, что я знал, что находится под халатом. А под халатом была только и исключительно доктор Букэпе. Без единой ниточки нижнего белья.

— Ложитесь поудобнее, сеньор Антрасайт. О, спасибо, что сняли обувь — многие об этом почему-то забывают. Вот, возьмите подушечку…

Доктор закинула нога на ногу, сцепила руки в замок на колене и приступила… к «поговорить»:

— Я еще побеседую с госпожой Читханг-Архоц, но лично я считаю, что как раз проблему выработки феромонов нужно решать в первую очередь. Видите ли, сеньор Антрасайт, мы находимся на корабле скрытого прорыва. Замкнутые объемы, небольшие помещения, одна-единственная кают-компания. Я уже передала свои рекомендации по усилению работы систем регенерации воздуха, но — сами понимаете — их ресурс небесконечен.

А замена регенераторов влетит нам в копеечку — мысленно добавил я, слегка загипнотизированный мерным покачиванием белой туфельки на изящной ножке цвета бронзы.

— Насчет регенераторов… рекомендую шепнуть пару слов сеньорите Антрасайт.

Когда Сабрина узнает о необходимости раскошеливаться на регенераторы воздуха, то сожрет нашего работодателя без соли и приправ — потому что непредвиденные расходы. Мне тоже достанется, но я кивну на Юлю — дескать, это она у нас за деньги ответственная.

— О! Спасибо, сеньор Антрасайт! — Поблагодарила Букэпе. — Насколько я понимаю, в ближайшее время не ожидается никаких силовых операций, или действий, связанных с оружием, так что проблема госпожи Золотарь, на мой скромный взгляд, может и подождать. Тем более, проблема с феромонами решается очень просто.

— Просто? — Удивился я. — Это как?

— Первое, что нужно уяснить про феромоны — это то, что их влияние на половое влечение сильно преувеличено. Очень сильно преувеличено. Это всего лишь один из многих компонентов такого понятия, как «Привлекательность». Другими словами, он лишь усиливает уже имеющееся влечение или симпатию. И то — не так уж и сильно.

— У меня другие данные.

Доктор Букэпе улыбнулась. Она красиво улыбается. Эдакая белая вспышка на шоколадном фоне. Да и вести она себя стала расковано практически сразу после «собеседования», а после высадки «пленных» — безо всяких проблем позволяла себе спорить с Юлей. Со мной, по какой-то причине, она спорить не желала. Во всяком случае, делала это очень-очень осторожно и с оглядкой.

— Ваши данные ошибочны, сеньор. Влияние феромонов на привлекательность сильно преувеличено фармацевтическими и парфюмерными компаниями, производящими духи, одеколоны и компоненты для них. Вот простой пример: представьте себе, что мы обольем одеколоном с вашими, сеньор Антрасайт, феромонами какого-нибудь молодого сеньора с прыщавой физиономией, грязными ногтями, неаккуратной стрижкой, небрежно одетого… добавим ему проблемы с лишним весом… Представили?

Я попытался припомнить хотя бы одного виденного человека с излишним весом. У меня хорошее воображение, но…

— Признаться, с трудом.

— Хорошо, грязные ногти уберем. — Тихонько рассмеялась доктор. — Так вот, поверьте — сеньорите, находящейся рядом с таким сеньором, запах его одеколона, даже с вашими, сильного молодого и очень привлекательного самца, феромонами, покажется отвратительным смрадом. Ну, как минимум неприятным и раздражающим запахом. Это будет работа подсознания. Подсознание просто квалифицирует этот запах, как «запах от непривлекательного самца». А вот если молодой человек будет строен, хорошо сложен, аккуратно одет, то запах от него — даже если там есть нотки пота — покажется сеньорите чарующим ароматом. Флером. Более того, на степень приятности или неприятности запаха будет влиять даже информация о сеньоре, которая будет у сеньориты, ну допустим, от подружек — его социальное положение, его материально-финансовая состоятельность, его общительность, темперамент. Думаю, вы замечали, что иногда люди используют приятно пахнущие одеколоны или духи, а иногда — неприятно пахнущие? Однако, это не так — приятно или неприятно парфюм пахнет в зависимости от того, кто его использует. Оценочная характеристика запаха будет разная для одного и того же парфюма при использовании его на разных людях. Тут все дело в вашем отношении к человеку. А духи только усиливают это отношение.

— Интересно. — Пробормотал я.

— Психология. — Развела руками доктор. — Похожая ситуация с запахом еды. Не все знают, что приятность и неприятность запаха от еды для каждого индивидуальна, своя. Эмоциональная окраска запаха от пищи формируется на основании опыта. Организм с помощью анализа запаха оценивает состав пищи, проверяя, будут ли ее компоненты будут для него опасны или полезны. О чем сигнализирует через подсознание.

Доктор помолчала. Я тоже не спешил что-либо говорить. Букэпер поерзала:

— Я для чего все это говорю, сеньор Антрасайт… Если вас беспокоит, что отношение девушек к вам вызвано исключительно вашими феромонами, то это не так. Феромоны — только катализатор.

— Нет, доктор. — Спокойно соврал я. — Меня беспокоит именно боевая эффективность нашей… команды. Вы сказали: «первое». И сказали, что проблема легко решается. Легкость решения проблемы состоит в том, чтобы ее оставить? Меня это не устраивает. Я хочу знать, как эта проблема может быть решена.

— Элементарно! Не поверите, но с этим справлялись Древние на Потерянной Земле!

Срочно вызванный из глубин подсознания «второй» только недоуменно пожал плечами — он такого способа не знал. Впрочем, саму проблему с феромонами он проблемой и не считал, а считал бонусом, которым надо пользоваться направо и налево. Так что пожал плечами и нырнул обратно, в темные и мрачные глубины моего сознания.

Букэпе помолчала с удовольствием ожидая разгадки. Наконец, не дождавшись, спросила:

— Вы что-нибудь знаете о таких насекомых, как комары, сеньор Антрасайт?

— Кровососущие насекомые, кажется…

— Совершенно верно. Кровососущие насекомые. История умалчивает, как вместе с тараканами и муравьями люди умудрились их разнести по всей Галактике с Потерянной Земли, но они есть практически на всех планетах с атмосферой. И борются с ними элементарно… Я имею ввиду, борются с комарами.

— Предлагаете отбить нюх у всех присутствующих? Или спровоцировать насморк? — Скептически спросил я, вспомнив методы борьбы с этой жужжащей заразой. — Или перебить запах каким-либо другим?

— Нет! — Всплеснула ручками доктор Букэпе. — Нет же! Есть еще один способ. Из-за неразвитости медицины у Древних этот способ был не очень распространен, но его все-таки применяли. Есть препараты, прием которых позволяет ОТБИВАТЬ запах, делая человека невидимым… точнее, неощущаемым по запаху для кровососущих насекомых. Или для специально дрессированных поисковых животных — представьте, были и такие. Более того, такие препараты применяются в специальных частях и сейчас — анализаторы запаха очень часто используются для поиска и преследования диверсионных и разведывательных групп. Действуют в течение суток, почти не дают осложнений на организм…

— Это гениально, доктор! — Совершенно искренне оценил я.

— Спасибо, сеньор! — Слегка смутилась доктор.

Она медленно расстегнула верхнюю пуговичку своего халата. Одновременно тихонько клацнул запор на двери в кабинет.

— Знаете, сеньор Антрасайт, а ведь на меня ваши феромоны тоже действуют… именно по тем причинам, которые я вам только что перечислила…

Вторая пуговичка. И намек про феромоны — прозрачней некуда.

— … Прошу понять меня правильно, сеньор Антрасайт — наряду с упомянутыми феромонами мною также движет еще и исключительно научный интерес…

Третья пуговичка…

— Чаам… — Я улыбнулся, следя за представлением. — Называйте меня Тим, чего уж теперь…

Как я уже говорил, под халатиком доктора ничего кроме самого доктора не было. А уж как впечатлил меня навык доктора по скоростному снятию одежды с пациента… Меня освободили от шмоток буквально за десяток секунд! Пусть и сделали это несколько… экспрессивно — один из носков повис сейчас на рамке «картины» на левой стене, а брюки улетели аж к панорамному экрану-«иллюминатору».

— Польза для науки — я все понимаю, Чаам… — Покивал я, осторожно оглаживая одной рукой аккуратную округлость груди, а другой — притягивая доктора за талию к себе.

— Спасибо за понимание, Тим. — Прошептала доктор.

Я с сожалением оторвался от груди доктора и перевел руку ей на шею… Что бы Букэпе ни говорила, а совместной работе эта наша с Сабриной физиологическая особенность все-таки немного мешает.

+++

Разумеется, контролируя абсолютно все информационные системы нашего корабля, Юля подгадала момент так, чтобы связаться со мной в самый, хм, ответственный и пикантный момент — я как раз аккуратно укладывал обнаженного доктора на диван и собирал свои вещи, разбросанные по кабинету.

Использованный инъектор метким броском я бездумно запулил в мусороприемник… это, видимо, был рефлекс — не оставлять следов и подчищать улики. Инъектор-то можно было и оставить — он многоразовый. Был. Надо будет как-нибудь обойти этот вопрос в разговоре с Сабриной.

«Госпожа: Тим! Как-то странно у тебя проходит беседа с доктором! Что это вы там вдвоем делаете?

Сабрина: Ты — как маленькая! Что еще они могут делать у доктора в ее кабинете? Разумеется, они играют в доктора и пациента! А что там? Тим нашего доктора таки чпокнул?

Госпожа: Скорее она — его. Но потом — все-таки он ее. И не «чпокнул», а усыпил.

Сабрина: Ну, она мне сразу показалась решительной и смелой женщиной! Тим — молоток! Но я на твоем месте вначале ее таки бы чпокнула!

Тим: Ради науки я могу и потерпеть.

Сабрина: Юленька, а дай запись посмотреть?!

Госпожа: Нет!

Сабрина: Ну, пожалуйста!

Госпожа: Нет!

Тим: А чего так, Юль? Обычный же научный эксперимент — чего нам, клонам, стесняться-то? Да, Сабрина?

Сабрина: Да!

Тим: То, как мы с тобой, Юля, проводили досуг на Архоце, будет скоро использоваться вместо учебного пособия в семье Антрасайт-Золотарь. Какое тут может быть стеснение или скромность… Да, Сабрин?

Госпожа: Нет, блин!!!:-Е

Сабрина: Да!

Госпожа: И запись ту давно уже мама потёрла!

Тим: Блин… вот постоянно забываю о твоей маме…:((

Сабрина: Да ладно, Тим, расслабься…

Тим: Какой «расслабься», Сабрина! Ты можешь себе представить — Читхангпур в качестве тещи?!

Сабрина: Ой, бля-я-я! Тим, прости меня, дуру, пожалуйста — не подумала!

Госпожа: Тещи?

Сабрина: Тим, кажется, ты опять ее хакнул…»

Хорошо еще, что Ольга пока не подключена к нашей тактической сети — вот только ее комментариев в такой момент мне не хватает для полного счастья. Не то, чтобы Олино психологическое состояние как-то препятствовало ее подключению к тактсети, но было решено повременить… пока не разберемся, что делать с ее псиблоками — «шатать» их по-простому, или по-научному.

+++

— Второй медикаментозный сон за последние полдекады! — Тихонько возмущалась доктор Букэпе, лежа на диване и закрыв предплечьем глаза от достаточно сильного освещения в своем кабинете. — Тим, вам надо беречь своего доктора! Такие мощные анестетики и в таких ударных дозах совсем не лучшим образом сказываются на моем здоровье!

Доктор была одета — я тут подумал, что надо практиковаться не только в раздевании бессознательных девушек, но и наоборот. Да там одевать-то было — всего лишь халатик и туфельки (не поверите — одевал и готов был плакать — так обидно было). Дольше свою одежду по всему кабинету собирал.

— Простите, Чаам. — Повинился я. — Но я именно вас и берегу. Сами понимаете — не могу я спать с подчиненной.

— Но с госпожой Читханг-Архоц…

Ну, да — если смотреть со стороны, как Юля на меня вешается — вывод можно сделать однозначный.

— А госпожа Читханг-Архоц — не подчиненная, а наш работодатель.

Доктор посмотрела на меня из-под руки и, кажется, впечатлилась:

— О-о-о! Понимаю. Всегда мечтала работать в коллективе, начальник которого готов прикрыть подчиненных даже собственным телом! Спасибо, Тим!

— Был рад прикрыть коллегу! А к происходящему отнеситесь позитивно — в плюсы можно записать то, что мы теперь можем обращаться друг к другу по имени.

— Помощь семейного психолога вам сегодня, кажется, не нужна, Тим. Буду признательна, если вы меня оставите…

Все-таки немного обиделась. Ну, ничего — обязательно простит… Или привыкнет. Или я натравлю на нее Сабрину.

+++

Мы все сидели в кают-компании. Все — это все. Включая доктора, чуть ли не с мясом, чуть ли не за волосы оторванным от изучения наших медкарт и результатов обследования, предоставленных Юлей. Доктор до сих пор вскидывалась и возмущенно посматривала в сторону искина — видимо, Юля виртуально давала ей по рукам, как только доктор тишком открывала файл с данными на своем инкоме, чтобы «ну, я только посмотреть, одним глазиком».

Сейчас мы смотрели выпуск последних новостей из пространства корпорации «Пирит». Как раз поступил свежий инфопакет на главный орбитальный каскад ретрансляторов Архоца.

«Урок политинформации» — хмыкнул «второй».

Трансляция новостей из пространства «Пирит» время от времени прерывалась — это работали хакеры «Четверки». Правда, глушить инфопакет у них выходило откровенно паршиво — информационный ретранслятор устроен очень просто и надежно, а предназначен именно для полноценной, без потерь, передачи информации на больших, «межзвездных», расстояниях. Сломать можно, выключить можно, взорвать можно… а вот блокировать информацию избирательно — хренушки, не можно.

Шарах!!! — это Ольга Золотарь мощным броском запустила декоративную вазу в изображение Ольги Золотарь на проекции.

На проекции Ольга Золотарь (настоящая) как раз давала интервью корреспонденту информационного агентства «Ново-Московские ИНФО». Ну, и там рядышком в кадре мелькал мой оригинал. Парень в основном помалкивал или поддакивал, кратко и односложно отвечая на обращенные к нему вопросы. Хотя я бы на его месте вставил вот сюда реплику, и вот сюда… а вот тут посмеялся бы над этой накачанной идиоткой-корреспондентшей. А вот тут можно очень даже развернуто ответить… Но нет — молчит, как этот… «партизан».

Осколки осыпались по стене. В наступившей настороженной тишине тихонько щелкнуло, в кают-компанию влетел сервисный дроид, тонкими манипуляторами стал быстро собирать керамическое крошево под стеной с проекцией.

А я представил себе, как нахожусь на месте своего оригинала… и место это — рядом с похотливой сучкой Золотарь… В ОДНОЙ С НЕЙ ПОСТЕЛИ! Не-не-не! Нахуй! Нахуй таким быть!

Быстро осмотрелся, в поисках чего-нибудь ненужного и недорогого…

Шарах!!! — Это я броском отправил настольную лампу со столика в изображение себя же… Попал, разумеется.

Все присутствующие отвернулись от гневно сопящей Ольги (она, с одной стороны, в ярости, а с другой — раздосадована своей реакцией на всего лишь изображение оригинала и смущена от внимания окружающих) и недоуменно уставились на меня. Даже сама Ольга отвлеклась от своих переживаний.

Секунда-другая… Сабрина тихонько, чтоб Золотарь не заметила, показывает мне большой палец, а доктор Чаам Букэпе с возгласом «Именно! Так и сделаем!» начинает яростно размахивать перед собой ручками, беззвучно шевеля своими губками. Вообще, наблюдать за работающим профи приятно — кажется, что еще секунда, и откроется портал в другое измерение, или доктор материализует какую-нибудь волшебную хрень прямо посреди кают-компании. Или все наши проблемы будут решены магическим образом… например, «второй» в моей голове таки заткнется.

А я что? Я ничего. Просто решил поддержать Ольгу. Со словами к ней сейчас лучше не лезть — пробовали уже — опять придется осторожно ее сбивать с ног, скручивать, колоть успокоительные и транквилизаторы, тащить в медотсек. Лучше уж делом…

Юля тоже хмыкнула — если и не разобралась в причинах моего поступка (не потому, что — искин и вся такая сверхлогичная и безэмоциональная, а потому что — девочка она неопытная, с пси-закладками не сталкивалась еще ни разу), то, наверняка, подсмотрела в рабочие записи доктора, которая все-таки была принуждена работать не над «интереснейшей темой по работе желез секреции у клонов Антрасайт», а — над скучным планом по снятию пси-блоков у клона Ольги Золотарь.

— Спасибо, Тим… — Потупившись тихонько поблагодарила Ольга, впервые за сегодняшний ужин заговорив по собственной инициативе.

— Всегда пожалуйста. — Кивнул я и надавил ГОЛОСОМ. — САБРИНА! ПОЛОЖИ ТАРЕЛКУ! НЕМЕДЛЕННО!

Сабрина со вздохом подчинилась, вернув большую декоративную тарелку с изображением КСП на подставку. И ручки за спину убрала, отвернувшись с независимым видом к проекции. Золотарь улыбнулась по-настоящему. Тоже — впервые за день.

+++

На следующее утро (по корабельному) изменился один из ников в нашей боевой сети. Модератор сети переименовал пользователя «Госпожа» в пользователя «Юлия».

— Братан! Ты гигант!

Довольная Сабрина лупила меня ладонью по спине. И это было больно, потому что ночью Юля не сдерживалась — возможно, сказались переживания во время захвата корабля. Короче, царапины на спине и плечах зажить так и не успели.

Ольга вид имела спокойный, но время от времени ее скулы напрягались, а глаза подозрительно сверкали — то ли переборки между нашими каютами, действительно, тонкие, то ли Юля была настолько "любезна", что транслировала звуки из моей каюты в ее каюту. Исключительно в рамках ломки пси-блоков, ага.

А еще (именно на основании этих царапин, кстати) я определился с тем, как нужно относиться к Юле. Точнее, утвердился в этом своем отношении окончательно.

Юля Читханг-Архоц — обычный «нормал» с прокачанным до свиста мозгом. Вот и все! Исключительно просто! То, что она в любой момент может сохранить себя на сторонний ресурс или в секунды может сломать сложнейшие информационные системы — всего лишь приятный бонус, типа какого-нибудь хитрого импланта. И никаких эмоциональных эмуляторов у нее, действительно, нет — все натуральное, биологическое, природное. А вся химия, давящая на мозги — такая же натуральная, как и у обычного человека. И все реакции и рефлексы — оттуда же!

Да у нее даже внешнего «ядра», как у аватаров остальных искинов, нет! Всё находится внутри ее рыжей головки. Даже внешние информационные системы она использует, как дополнительные вычислительные мощности и хранилище данных и резервных копий.

Ее «вторая мама» (именно «вторая»! она сама так приоритеты расставила!), Читхангпур, не вывела новую расу разумных существ, а всего лишь придумала еще один способ рождения человека. В дополнение к уже имеющемуся традиционному.

Разумеется, своими выводами я ни с кем делиться не стал. Для меня было главным выработать свою личную точку зрения и отношение к такому интересному и фигуристому явлению, как Юлия Читханг-Архоц Хи Вон. А сами про себя… да пусть, что хотят, то и думают — лишь бы нам с Сабриной деньги за «эскорт» на анонимные счета регулярно капали. И от "Защиты-0" меня прикрывали.

Глава 18

— Передаю коды опознавания. — Прошептала Юля, смотря пустыми глазами куда-то в пространство. — Запрос принят. Ответ: «Неавторизованный пользователь». Запрос отклонен. Получен линк сервисного канала… Ну, собственно, все. — Она повернулась ко мне, взгляд снова стал осмысленным. — Где-то за минуту я взломаю доступ к станции и открою шлюз с той стороны. Давай!

— Умничка!

Я кивнул, хлопнул по плечу лежащую в ложементе прима-пилота девушку, и покинул боевую рубку. Поцеловал бы в макушку (а то и в губы), но мы оба были в скафандрах — она в «универсале», я в «Барракуде». Пришлось ограничиваться полумерами.

У стыковочного рукава в «полной боевой» уже ждала Сабрина. Тоже в «Барракуде» — на НАШЕМ корабле в арсенале было аж шесть комплектов. То ли осталось от какой-то спецоперации на территории «Пирита», то ли готовились к какой-то операции, то ли были положены по штату — я не уточнял.

«Барракуда» для операций в безвоздушке — самое оно. Легкий скафандр с хорошим энергоцентром. Бронирование — так себе, но мы сегодня стрелять и не собирались. К тому же, генераторы защитного поля никто не отменял.

«Юля: Внимание, всем! Проверить готовность! Доклад по порядку номеров в группе!»

Сестра протянула мою «Фазу-10». Принял эту бандуру, подключил, проверил сопряжение со скафандром. Я сказал, что мы стрелять не собирались? Действительно, не собирались. Но это не значит, что мы откажемся от универсального ручного излучателя. Мы-то стрелять не собираемся, а если кто-то об этом не знает? И для солидности, опять таки.

Полюбовался зелеными огоньками на приборной панели «Фазы» и открыл чат боевой сети. Мой номер в боевой сети был первым (и то, что я сплю с нашим работодателем, тут совсем не при чем!):

«Тим: Готов

Сабрина: Готова

Ольга: Готова

Чаам: Медотсек готов

Юля: Принято. Стыковка через минуту. Смотрите на таймер»

Олю тоже включили в боевую сеть. На птичьих правах, конечно. Максимум, что она могла — смотреть трансляцию с наших нашлемных камер и отправлять сообщения в боевой чат… с ограничением по количеству символов и частоте отправки, но тут уж ничего не попишешь. Главное, сама к этому с пониманием отнеслась — рада была уже тому, что не в каюте сидит, в стенку смотрит.

+++

Никакая эвакуация, даже если ее планирует и контролирует искусственный интеллект, не может достигнуть своих целей до конца. Во-первых, «эвакуация» — это не результат, а процесс. Как ремонт. Хотя бы исходя из семантики слова «эвакуация». Во-вторых… люди. Простая и банальная причина. Искусственный интеллект предполагает, а люди осуществляют. Ну и, в-третьих, всегда остается, что хорошо бы еще вынести, да рук, фигурально говоря, уже не хватает.

Вот и получается — как всегда — не то, не так, не до конца, с ошибками, ляпами и фейлами. Ну, как это обычно бывает у нас… точнее, у людей. Хотя и у нас тоже, чего уж там…

Да и не уверен я, что план эвакуации системы Архоц разрабатывал именно искусственный интеллект. Ну, во всяком случае, шаловливые пятипалые ручки прямоходящих обезьян в этом плане чувствовались очень хорошо.

Вообще, стратегия оккупации звездных систем крайне проста и даже примитивна: контролировать военно-репрессивными методами все функциональные точки звездной системы практические невозможно — просто не хватит этих самых военно-репрессивных ресурсов на многочисленные перерабатывающие заводы, фермы, склады на астероидах, на орбитальных и планетарных станциях.

Поэтому нужно занять «управляющий центр» — это, как правило, единственная «жилая» планета в системе. Она же — столичная планета, традиционно носящая имя всей звездной системы. С захватом центра вся периферия автоматически переходит под контроль захватчиков… когда те разберутся с управлением, разумеется.

Децентрализовать управление (как меру противодействия захвату, значительно усложняющую процесс оккупации) технически, конечно, можно. Но никто в здравом уме делать этого не будет — тогда управлять системой в «мирное время» самому окажется тем еще головняком!

Так что при оккупации контроль получается неполным и не мгновенным — людям на местах так просто, как интеллектронике, команду не отдашь и не переключишь.

Но, опять-таки, людей на периферии сравнительно немного. К тому же, со временем решается и эта проблема. Люди — не такой уж это редкий и невосполнимый ресурс. Что б они там про себя ни думали.

+++

Из стратегии захвата (к чему я вообще о ней упомянул) плавно вытекает одна интересная особенность в мероприятиях по эвакуации.

Грубо говоря, частичная эвакуация возможна некоторое время после окончания захвата управляющего центра. Другими словами, вполне допустимо «забыть» какую-то часть человеческих ресурсов, чтобы забрать ее позже.

В этот раз «забыли» несколько бригад работяг-ремонтников и дежурных на перерабатывающих фермах в астероидном поясе и на вспомогательных ретрансляторах.

Эвакуировать их собирались по остаточному принципу: успеем — хорошо, не успеем — … «мы будем вас помнить». Или что-то вроде того. Но оставлять работяг и даже не попытаться их вытащить для "Пирита" было немножечко обидно — пусть и не самые дорогие и квалифицированные сотрудники, но пару-тройку лет на их подготовку и обучение было потрачено.

А знаете, как «Пирит» их собрался эвакуировать? Ща проржётесь.

Тендеры. «Пирит» объявил несколько «коротких», буквально часовых, тендеров на специально предназначенных для этого сетевых площадках, на которых «пасутся» «свободные перевозчики». Ну, проще говоря, контрабандисты.

А что? Отчисления они ни в какую корпорацию не делают, про налоги не слышали, нормальной «крыши» не имеют, на правила, инструкции, ограничения, эмбарго плевать хотели с высоких орбит, для получения хорошего «навара» вынуждены возить только высоколиквидные грузы. Ну, и гребут без спроса все, что в Галактике плохо лежит. Или плохо охраняется. Куда ж без этого? Контрабандисты ж!

Вот для них «Пирит» и разместил заказы на доставку людей из системы Архоц в свои сектора и системы. Тендеров было много и размещены они были одновременно. Даже если союзники начнут по указанным «адресам» гонять боевые корабли (разведка есть, а сетевые ресурсы контрабандистов вполне открыты для внешнего доступа и чтения — а какой иначе в них тогда смысл?), то везде банально не успеют. К тому же, гонять туда-сюда корабли флота, занятого сейчас «зачисткой» столичной планеты, только для того, чтобы получить бригаду-другую средне-квалифицированного персонала — выгода сомнительная.

Момента размещения тендеров мы и ждали. И не только мы, к слову. В системе таких «перевозчиков» сейчас скопилось, судя по столпотворению в соответствующем разделе «площадки» на ресурсе, тысячи три.

Но у нас было преимущество — у нас на борту находился специалист по информационным потокам высочайшей квалификации. Буквально за секунды после размещения пакета из полутора тысяч однотипных тендеров Юля успела не только ломануть ресурс, зарегистрировав там нашу компанию со всеми нужными реквизитами, но и выбрать самый оптимальный по месту «загрузки» и пункту назначения тендер, застолбить его… И выиграть тендер, предложив самые выгодные для заказчика условия! Да еще и в «плюсе» остаться! Потому что к моменту нажатия на кнопку «Отправить заявку» у тендера не было ни одного претендента. А время-то не резиновое! Тендер-то срочный!

А про то, что система-антибот ресурса даже не почесалась, и упоминать не стоит.

Подозреваю, правда, что уж тут ей подыгрывала «мама»… ну, да ладно — для нас, контрабандистов, мухлеж и инсайд — норма и необходимые условия для выживания.

Ах, да… мы теперь — сотрудники транспортной компании «Экспресс-логистика Колесница Палавахен». Между прочим, подбор названия компании, которое еще никто не занял — та еще головная боль — и тут без искина тоже не обойтись. Галактика большая, компаний в ней много, придумать название, которое еще никто не застолбил — задачка не самая легкая.

Надеюсь, теперь ни у кого не вызывает непонимания мое желание поблагодарить девушку любым доступным способом за отлично сделанную работу? Заслужила ведь!

Идея играть тендеры принадлежала мне. Все, даже индифферентная к нашим проблемам доктор Букэпе, слегка приху… удивились. А потом удивились, когда я обратил внимание на это их удивление. Действительно, никому и в голову не придет, что клоны в бегах будут настолько шибанутыми, что возьмутся осуществлять грузоперевозки на трофейном КСП! Из системы, из которой только что нахально свинтили!

Получил свою «минуту славы» — все присутствующие девушки (и женщины) смотрели на меня, как на клепаного гения и Героя Галактики! Особенно завелась Юля — человеческая алогичность и непредсказуемость ее восхищает, как всякого искина. Так что и последующая ночь… удалась.

+++

Персонал станции уже собрался у шлюза. Правда, люди оторопели и даже струхнули, когда прожекторы стыковочного сектора осветили черный бок корабля скрытого прорыва с желтым логотипом «Агата» (надо, кстати, запланировать работы по закраске этой десятиметровой кляксы — хэши транспондеров давно уже изменены, все серийники и радиометки «перебиты» (или в процессе — сервис-боты носятся по палубам и отсекам, как угорелые), а вот это чисто визуальное «палево» осталось). Даже инфопакет-пароль, предоставленный нам «заказчиком», их не успокоил и они попытались заблокировать стыковочные узлы.

Нас это категорически не устраивало, так как времени и так немного. Хоть Юля сейчас и сканирует окружающее пространство, но другой КСП вполне может подобраться к ретранслятору достаточно близко, чтобы не быть вовремя обнаруженным — от вольфрамовых, урановых или полимерных болванок, разогнанных до жутких скоростей, никакой искин не спасет, и даже наша с Сабриной крутизна не поможет. И пришлось Юле разбираться с доступами и паролями.

Ожидаемо, эвакуируемые попытались из шлюза смыться, когда поняли, что блокировку стыковочных узлов мы обошли. И если б не Юля, заблокировавшая заодно створки выхода из шлюза ретранслятора в жилые объемы, вылавливали бы мы этих работяг по всем углам четырехсотметровой станции.

К счастью, использование стыковочного рукава избавило от необходимости освобождать объем шлюза от воздуха — я включил внешние динамики своего скафандра:

— Внимание! Мы — компания перевозок «Колесница Палавахен»! Выполняем контракт корпорации «Пирит» по оптимизации ее трудовых ресурсов! Прошу немедленно подняться на борт нашего корабля!

"Оптимизация трудовых ресурсов"… да-да, именно так было записано в преамбуле к контракту!

— Что-то вы не похожи на свободных перевозчиков! — Крикнула в ответ одна из женщин.

Народ не двигался, хмуро бликуя в нашу сторону лицевыми щитками своих рабочих скафандров. Пятнадцать человек. Если судить по обводам скафандров — шесть мужчин, девять женщин… Тут женщина-бригадир (наверно) права: с КСПО флота "Агата" за спиной на свободных перевозчиков мы не похожи совершенно.

«Смотри-ка, а неплохо мужикам в дежурных сменах-то работается, а!» — Тут же вылез «второй». Как всегда — с дурацкими замечаниями и наблюдениями.

И у каждого в руках или в захватах на поясе была «монтировка» — многофункциональный монтажный инструмент для работ в вакууме. Дотянуться его силовым полем-манипулятором можно, максимум, на полтора-два метра. Но если дотянешься и руки не растут из жопы, то эта штука превращается в грозное и опасное оружие, мгновенно вскрывающее любой, даже хорошо бронированный, скафандр.

И засела вся эта группа очень удобно… Для себя. Для нас, соответственно, наоборот. Они затихарились за четырьмя грузовыми антиграв-платформами — там у них личные и особо ценные вещи, насколько я понимаю. И каждая платформа, если на нас ее натравят — немалых хлопот может доставить… в ассортименте. А если мы с Сабриной станем защищаться (а куда мы денемся? не стоять же нам, как манекенам на витрине магазина скафандров), то в шлюзе будет много-много мяса. И упущенная прибыль в итоге.

«Тим: Юля, время?

Юля: Не более двадцати минут. Чего копаетесь, Тим?

Тим: Кажется, народ слегка охренел от нашего транспортного средства со знаками принадлежности «Агата». Люди не поверили, что мы тут для их эвакуации. Поставь в план — закрасить эту хрень.

Юля: Тогда может… ну их? Сдались нам эти жалкие копейки? Развернемся и полетим… куда-нибудь — я программку со случайным генератором пространственных координат за миллисекунды составлю. Никто не догадается о пункте назначения.

Ольга: Наша бурно и динамично развивающаяся транспортно-логистическая компания только начала зарабатывать хорошую репутацию на рынке космических перевозок. И я, как заместитель директора, не позволю бросить на нашу репутацию тень, подвергая сомнению нашу исполнительность и качество работ!

Сабрина: Во завернула-то!

Юля: Согласно документам, директор компании — я!

Ольга: Согласно внутреннему регламенту, должность директора является выборной и может быть занята другим сотрудником компании после проведения голосования сотрудниками компании!

Юля: Для оформления компании был взят обычный типовой регламент. Мне он не нравится. Я отказываюсь ему подчиняться! Так что никаких выборов! Ишь, развели тут демократию!»

Прикольно. Искин, желающий забить на правила и регламент. Потому что они ему, понимаете ли, НЕ НРАВЯТСЯ! Кажется, мама-Читхангпур не представляет, какое чудовище выпустила на галактические «вольные хлеба»… Или прекрасно представляет?

«Сабрина: Долой демократию людей! Даешь диктатуру искинов! Клоны, вперед! Урааа!

Чаам: А как же люди?

Сабрина: В резервацию! В биореактор! Но за вас, доктор, мы с Тимом замолвим словечко! На таких, как вы, держится Человечество! Вас беречь надо!

Чаам: Спасибо. Наверно.

Тим: Дамы! Ваши предложения по выполнению полученного контракта? Юля?

Юля: Вы взяли с собой «Фазы». Переводите их в режим парализации, усыпляете людей. А наша доктор на борту всех расколдует.

Тим: Даааа, доктор у нас — настоящая колдунья!

Юля: Другими словами — ведьма.

Чаам: Просто в олшебница, с вашего позволения.

Сабрина: А кто эту заколдованную толпу на борт потащит? И раздевать будет? Опять бедные клоны, да? Эксплуататоры!

Юля: Я подгоню платформы для транспортировки. Можно, кстати, будет позаимствовать десяток-другой на самой станции.

Чаам: С этим вариантом есть одна проблема. Медицинская помощь пораженному парализующим импульсом должна быть оказана в течение не более полутора минут, так как в одном случае из десяти вероятна остановка дыхания и/или сердцебиения.

Тим: Доктор, в вас слишком много человеколюбия — в людских резервациях это очень вредное и даже опасное качество!

Чаам: Если я правильно помню, то в условиях взятого нами контракта есть штрафы за нанесение вреда здоровью пассажиров.

Тим: Вы правы, доктор. С этого надо было начинать. Я услышал аргументы сторон по этому варианту. Сабрина? Ты что предлагаешь?

Сабрина: Пару плазменных импульсов в потолок. Сказать, что если хотят оставаться и любоваться взрывом ретранслятора изнутри, то это их личная интимная проблема!

Ольга: В потолок-то зачем стрелять?

Сабрина: А чтоб брызги металла на них посыпались — так нагляднее.

Ольга: У меня другое предложение. Тим, пусть электронная девочка откроет мне доступ к управлению бортовыми мобильными юнитами — и все эти люди будут на борту через пять минут, обещаю. Сами! Добровольно!

Юля: Тим?

Сабрина: Эй-эй! Это ты у нас директор — вот сама и решай, без подсказок со стороны фаворитов-любимчиков!

Тим: Ну, я бы посмотрел на способ решения проблемы за авторством клона бывшего исполнительного директора корпорации «Пирит».

Ольга: Благодарю за доверие… коллеги. И можно еще получить доступ к внешним динамикам на скафах Тима или Сабрины?

Тим: Пусти козла в огород…»

— Мы не собираемся вас уговаривать, господа! — Раздался голос Ольги из динамиков скафандра Сабрины. — Хотите остаться — ваше право. И — вас не затруднит отойти от «заслона 1» и не загораживать дорогу?

— Это зачем еще? — Требовательно спросил тот же женский голос из рядов работников ретранслятора.

Люди стали переглядываться и, наверно, сейчас интенсивно переписывались в каком-то аналоге нашей боевой сети. Как она у них называется? «Рабочая»? «Служебная»? Или переговаривались по своим «закрытым» аудиоканалам. Можно было бы попросить Юлю взломать их сеть, но зачем, смысл? И так понятно, что они там обсуждают.

«Ольга: Юля, разблокируй все переборки на станции, кроме «нулевых»

Юля: Может, тебе еще и куни сделать?

Ольга: Не утруждай себя. С ЭТИМ я к Тиму подойду САМА. А ты не в моем вкусе. Прости.

Юля: Только попробуй! Декаду из медкапсулы не вылезешь!

Ольга: Я не совсем поняла, какая именно часть моего предложения вызвала такие бурные эмоции, ну да ладно. Между прочим, оздоровительный секс — один из пунктов плана по снятию моих пси-блоков. Предписание медчасти!

Юля: Сабрина справилась без этого.

Ольга: Ты не сравнивай их психоподготовку с моей тонкой душевной организацией! Их, кажется, чуть ли не к колонизации Гарады готовили. А меня так грубо ломать нельзя. И у меня справка от доктора Чаам Букэпе есть! И ты, кстати, сама ее подписала!»

У-у-у, какие интересные подробности открываются! Я даже поморщился — благо, непрозрачный щиток шлема надежно закрывал лицо.

«Сабрина: Вау! Тим, может, ну этих работяг, действительно? У нас на борту такой махач намечается! «Девки в скафандрах дерутся в грязи» — я читала, что мужчин заводит на раз! А победительницу ты уводишь в свою каюту, где вручаешь главный приз!

Чаам: Оставшаяся на ногах будет считаться победительницей?

Тим: После отлежки в медблоке. Дамы… Юля, сделай, пожалуйста, как просит Оля. Оля, контролируй себя лучше — мы на боевой операции все-таки. Доктор… вы просто чудо!

Чаам: Спасибо, Тим! Обращайтесь.

Юля: Все переборки станции разблокированы, кроме выходов в вакуум»

— Эй! — Наше долгое молчание сильно напрягло присутствующих… и, возможно, они получили сигнал о разблокировке всех дверей, люков, ворот и переборок на станции. — Я к вам обращаюсь!

Голос Ольги в динамиках был сух и деловит:

— Так как по условию контракта ретранслятор после эвакуации персонала должен быть уничтожен, мы хотим перед этим немного почистить ваш склад расходников. Все равно он вам больше не понадобится. Я тут смотрю по журналу, у вас сап-решетки есть, «фазировки», пятьдесят одна бухта кристалл-нитей… Не густо, конечно, но хоть какой-то полезный выхлоп от контракта…

Из шлюз-рукава через распахнувшийся «Заслон 0» на станцию с борта КСП хлынул табунчик где-то из двух десятков платформ. Задорно цокая магнитными контактами по полу, вся эта толпа просквозила в автоматически открывшийся «заслон 1» — выход из отсека шлюза в «воздушный объем» станции.

Две платформы остановились, сцепились передними манипуляторами и уперлись задними конечностями в створки. На первый взгляд, предотвращали автоматическое закрытие створок. На самом деле — ненавязчиво блокировали людям возможность (без выполнения каких-нибудь акробатических упражнений) покинуть шлюз и рассосаться по отсекам станции.

— Уничтожен?!

Неизвестная женщина явно испугалась. А кто б на ее месте при такой новости не испугался бы? Покажите мне этого индивидуума с дейкариумными нервами! Да и остальные коллеги бригадирши обеспокоенно задвигали шлемами своих скафов.

— Условия нашего контракта, мэм. — Отрезала Ольга. — Нам были предоставлены коды управления реактором этой станции. Без обид, мэм.

В ее голосе не было ни грана сожаления или сочувствия. Она не оправдывалась и не извинялась — она информировала. Как и положено опытному контрабандисту.

В общем-то — правда. Но не вся: в условиях контракта пункт «Вывод из строя ретранслятора» имел пометку «по возможности, необязательно». Хотя, его выполнение и поднимало оплату контракта на некоторый незначительный процент.

Платформы, изображавшие блокирование створок, расцепились. Одна унеслась в рукав, другая — кинулась внутрь станции. Через пару секунд она появилась, но уже не «пустая» — на захватах были закреплены четыре каких-то белых контейнера. Кажется, сервис-боты организовали «цепочку» от склада ретранслятора к шлюзу (а то и к одному из пустых ангаров) КСП. Ну, правильно — в условиях узких коридоров "цепочка" будет самым эффективным способом транспортировки большого количества несильно габаритных грузов.

«Ольга: Я решила начать с кристалл-нитей. Из того, что тут осталось, у них самая высокая ликвидность на рынке.

Сабрина: Слушай, Тим! А девочка-то у нас, оказывается, хозяйственная! Все в дом тащит!»

— … Мы — ответственная транспортно-логистическая компания. И всегда выполняем взятые на себя обязательства. Кстати, в контракте пункт «перевозка пассажиров» не является обязательным…

Это тоже правда, хотя выполнение этого пункта составляет чуть ли не три четверти от общей суммы контракта. Но об этом, действительно, можно и умолчать.

— Э-э-э… собственно, мы уже убедились, что вы не имеете отношения к «Агату». — Торопливо заявила женщина. — Мы все еще можем подняться на борт?

На всякий случай я опустил ствол «Фазы», и женщина, увидев это, поднялась из-за импровизированной баррикады из транспортных платформ. Пристроила «монтировку» в захваты на поясе.

Мы с Сабриной отошли в сторону. Я махнул рукой в сторону «рукава».

— Не толпиться! — Снова раздался голос Ольги. — Идти по одному и прижиматься к правому краю, чтобы не мешать нашим платформам! На борту следовать визуальным указателям!

«Ольга: Юля, проведи людей указателями к местам размещения. Пожалуйста.

Юля: Тим! Как?!

Тим: Мы повели себя, как настоящие контрабандисты, обирая станцию. Вот нам и поверили»

Глава 19

Кажется, я начинаю по-настоящему любить простых людей. Ну, в нормальном смысле этого слова. Общечеловечески, так сказать. Проникаюсь симпатией, если другими словами.

Не спецназовцы, не управленцы, не шпионы — обычные трудяги. Спокойные, рассудительные, покладистые и исполнительные. Сказали никуда на борту не лезть — они и не лезут никуда.

Спокойненько валяются в двух своих каютах-казармах, или тихонько сидят в кают-компании, употребляя какое-то свое то ли пиво, то ли эль. Это пойло неясного состава и невыясненной крепости они, кстати, из своего багажа достали. Нам вежливо предложили, пожали плечами на отказ, пшикнули этими баночками и ушли в свою спокойную обывательскую нирвану, закусывая ее солеными сухариками, взятыми с нашего камбуза… Камбуз вновь удостоился похвалы. Теперь уже от сторонних «экспертов» — сухарики, дескать, высший класс! Как настоящие!

Экипаж «свободных перевозчиков» ходит в закрытых шлемах? И пусть себе ходит! Никаких попыток вывести на чистую воду, разговорить, узнать личности. Не желают с нами общаться? Да, Звезды, пусть — мы тут и сами промеж собой пообщаемся за кружечкой пивка и с сухариками! Залочили "монтировки" на время полета? Ну, правила есть правила — что ж тут поделаешь — если надо, мы и подручными средствами обойдемся. Руки, опять-таки, из нужного места растут.

Работников ретранслятора мы везли в систему Соцерон. Именно на Соцерон эвакуировалось большинство бывших архоцианцев. Ну, тех, кого Корпорация вообще пожелала эвакуировать. Другими словами, на Соцероне сейчас собрались самые нужные и востребованные специалисты своего дела, самые ценные кадры. Сливки.

Здесь же, между прочим, Ли Симков мечтал увидеть «вампиршу» Сариту Веритас в купальнике. Сабрина, разумеется, не преминула попытаться меня потроллить — достала откуда-то (то ли одолжила у Чаам Букэпе, то ли размародерила вещи бывшего экипажа) розовый куцый купальничек и типа случайно «засветилась» за его примеркой, когда я зашел за ней перед завтраком.

Предупрежденный доктором, я устроил сестре профилактическую душещипательную беседу, в которой доказывал, что давно пора плюнуть на этого малолетнего мажора, а нас с ней ждут путешествия, приключения, Галактика и Настоящая Любовь. Сестра возмущенно пофыркала, но от удовольствия зарделась, и купальник то ли вернулся владелице, то ли был припрятан до лучших времен.

Доктор Букэпе, к слову, кажется взвалила на себя функции по управлению психологическим климатом в нашем маленьком коллективе. А на мой прямой вопрос об этом — выкатила соответствующие положения из устава, в которых, действительно, начальнику медслужбы предписывалось следить за эмоционально-психологическим здоровьем экипажа.

И тут же, встречным ударом («А вот, кстати, Тим…»), меня ткнули в соответствующие пункты плана по снятию псиблоков с Золотарь. Ну, да — с девушкой надо было банально переспать. Мне. В медицинских, так сказать, целях. Можно сказать, рецепт ей такой выписали. «Тимониан Антрасайт+» — народное средство от псикодирования! Только для женщин.

Я сбежал. Совершил тактическое отступление, прикрываясь срочными делами, необходимостью готовиться к передаче «работяг» нашим заказчикам, и маскируя свой отход «дымовой завесой» — словами о нежелании подвергать испытаниям наши отношения с Юлей, «одним из самых ценных сотрудников нашей маленькой транспортной компании и просто хорошим человеком».

Думаете, помогло? Нет, разумеется. Доктор грациозно поднялась из своего кресла, и неторопливым изящным шагом приступила к планомерному изматывающему преследованию отступающего противника.

Меня вспугнули из кают-компании, меня настигли в боевой рубке, меня загнали в мой кабинет.

И привалились к поверхности двери, перекрывая пути дальнейшего бегства. В кабинете мне важно покивали и проникновенным голосом сообщили, что прекрасно меня понимают, восхищены моей преданностью одному партнеру — «это такая редкость в наше время»… и тут же связались с Юлей, попросив ее посетить кабинет командира корабля.

Я мог бы легко выставить доктора из помещения. Или уйти самому, спрятавшись в своей каюте. Но мне уже стало интересно. И я остался. На свою голову.

Юля пришла через минуту. Одновременно с камбуза прибыл дроид, притащивший набор для приготовления кофе. Настоящего кофе.

— Ровелианский. — Многозначительно сообщила доктор. — Из моих личных запасов. Этот — настоящий. А не та капсулированная бурда, которую выдают пилотам на вахты!

Ого!

Через минуту в мой кабинет влетела долгожданная огневая поддержка — вызванная мною Сабрина. Заинтересованно потянула носом. Доктор уже священнодействовала над каким-то хитрым допотопным устройством — ящиком, засыпанным песком с металлическими чашечками с длинными керамическими ручками.

Через десять секунд после Сабрины вошла, постучавшись (!!!), хмурая Золотарь. Ее, как тут же выяснилось, вызвала доктор. "Для серьезного разговора".

Жестом фокусника Букэпе сдернула салфетку… Маленьких кофейных наборов чашка-блюдце-ложечка на подносе было… ровно пять!

Планировка кабинета капитана была типовой. Почти такой же, как в кабинете доктора, но метра на два шире и длиннее — предполагалось, что капитан на рабочие совещания может пригласить куда большее количество офицеров, чем начальник медслужбы. Да и — капитан все-таки — негоже ему кабинет иметь меньше, чем у любого из своих подчиненных.

Поэтому диванов было не два, как у Букэпе, а три — они стояли вокруг одного низкого столика. И были они шире. Расположились мы… ожидаемо. Юля и Ольга сели со мной рядом на один диван (но опять — выдерживая «дистанцию приличия»). Второй диван был занят Сабриной — она вольготно развалилась на нем, запрыгнув на него с ногами. На третьем диване, стоявшем спинкой ко входу, сейчас заканчивала воздвигать оборонительные сооружения доктор Чаам Букэпе.

Началась артподготовка: доктор поставила перед каждым из присутствующих по парящей чашечке кофе, выставила на стол вазочку с маленькими, почему-то коричневыми, кусочками сахара, добавила стандартные упаковки для жидких продуктов с вирт-лейблами «Сливки натуральные молочные жирные, 19.83 %».

— Прошу! — Сделала она приглашающий жест и подала пример, отпив из своей чашечки.

Первой жертвой артподготовки стало наше «слабое звено» — Ольга Золотарь. Осторожно пригубив приготовленный кофе, она тихо протянула «О-о-о!» Лицо ее расслабилось, глаза закрылись, она застыла над чашкой, вдыхая аромат, и даже слабо улыбнулась. Сделала еще один глоток, открыла глаза и смотреть на доктора стала… с уважением.

Попробовал приготовленный кофе и я. Да-а-а… То, чем нас угощали в боевой рубке, действительно, может теперь считаться бурдой. Астрономически дорогое кофе из «Звездного бублика» на Архоце…? Уже ближе, где-то в чем-то похоже, но — нет — все равно не дотягивает до шедевра, приготовленного доктором! Кажется, я никогда еще не пробовал ничего, что хотя бы отдаленно обладало настолько насыщенным и богатым вкусом.

— Доктор… — Был вынужден я признать. — Даже не знаю… нет слов.

Юля из любопытства тоже пригубила. Вздернула бровки, с интересом посмотрела на доктора, но от комментариев воздержалась.

— Спасибо, Тим! — Деланно смущенно опустила взгляд доктор. — В следующую чашку не забудьте добавить сахар. Сахар тоже ровелианский. Тростниковый. Добавит к напитку легкий карамельный привкус.

Хм, действительно. Мы, оказывается, забыли добавить сахар! Представляете, этот кофе был волшебным даже без сахара!

— А в следующую — третью — попробуйте добавить чуть-чуть соли! — Подмигнула доктор…

И вот после того, как мы потеряли бдительность, был нанесен точный и подлый удар. Как положено по всем канонам военной науки, он был быстрым и последовал с самого неожиданного направления И отличался безжалостностью и силой.

Из транспортного контейнера дроида была извлечена вазочка с крекерами и еще одна вазочка с какой-то вязкой тягучей белой субстанцией, в которую была воткнута маленькая ложечка…

«Сгущенка!» — ахнул «второй».

… оба предмета были торжественно подвинуты к подозрительно прищурившейся Сабрине, которая кофе, насмотревшись на нашу реакцию, пробовать не спешила.

— Это сгущенное молоко с сахаром. Соленый крекер макается в сгущенное молоко. — Тоном искусительницы сообщила доктор Сабрине, поигрывая бровями. — И употребляется. Попробуйте, Сабрина.

Сабрина попробовала. И я мгновенно остался без огневой поддержки. Не знаю, что за «сгущенка», но как психотропное средство — убойное! Сабрина "отвалилась" мгновенно и на дальнейший разговор внимания уже не обращала!

И только после этого начался планомерный захват плацдарма полностью деморализованного противника.

+++

— Я понимаю ваше, Тим, стремление защитить отношения с вашей подругой. Более того, я целиком поддерживаю вас в этом желании…

Доктор говорила проникновенным негромким голосом, снова мерно покачивая своей ножкой. И, по-моему, на эту ножку залипли все — я, Ольга, Юля. Сабрина не обращала на докторскую ножку никакого внимания — она старательно работала над тщательным измельчением и смешиванием соленых крекеров и этого загадочного «сгущенного молока с сахаром».

— … Редкое в наше время качество. Но в данном случае вашим отношениям ничто не угрожает. Вам, Тим, и вам, Юля, следует понять, что помощь вашему коллеге… пусть это и такая специфическая помощь… ни в коем случае не может и не будет считаться изменой. Вот скажите мне, Тим, ваше отношение к Юле изменится после того, как вы окажете помощь Ольге? Во-о-от. А Юлю я даже спрашивать не буду — она со своим интеллектом прекрасно понимает всю… глупость и замшелость такого атавизма, как моногамия, и связанных с ней предрассудков…

И вот так вот, под непрекращающуюся поставку новых чашечек кофе, доктор полоскала нам мозги на протяжении часа. Дошло до того, что коитус с Золотарь — это, если разобраться, медицинская процедура, которую целесообразно проводить в медотсеке под наблюдением квалифицированного врача и измерительной аппаратуры…

Услышав яростное и категоричное «нет» на три голоса (Сабрина продолжала молча и самоотверженно полировать абсолютно чистую вазочку из-под «сгущенки»), доктор деланно печально вздохнула, посетовала на нашу несознательность, но согласилась, что главное — это, конечно же, излечение пациента, а свое любопыт… научный интерес она удовлетворит как-нибудь в другой раз.

— А? — Сабрина с сожалением отставила от себя две кристально чистых вазочки и с недоумением обвела присутствующих. — А о чем речь-то?

До основания разрушив наши фортификации, доктор Чаам Букэпе отступила…

— Это не обязательно делать сегодня — сегодня нам надо закрыть контракт. Но в течение декады сделать это необходимо — затягивать далее может быть опасно для здоровья госпожи Золотарь!

… отступила лишь для того, чтобы принудить противника к полной и безоговорочной капитуляции.

Опустевшие чашечки, пустые упаковки из-под сливок и прочая посуда были аккуратно убраны со стола, загружены в дроида, тут же ужужжавшего в сторону камбуза. Букэпе встала, аккуратно и, как всегда, красиво расправила юбку:

— Разрешите идти, капитан!

— Идите, доктор. — Выдохнул я.

Дверь за доктором закрылась. В кабинете повисла тяжелая тишина.

— Она вас сделала. — Первой подала голос Сабрина.

Это она только что ознакомилась с записью разговора на своем инкоме.

— Какого квазара она работает обычным парамедиком на обычном КСПО?! — Недоумевала Ольга. — Да я бы ее — в департамент межкорпоративных контрактов! Замом по направлению корпораций-«тысячников», как минимум!

— Доктор — страшная! — Поежилась Юля.

Я попытался подняться. И с недоумением обнаружил, что Оля и Юля, сидевшие прежде на приличном от меня расстоянии, теперь сидели вплотную, прижавшись, одинаково вцепившись в мои руки — Ольга в правую, Юля в левую. Сабрина весело и насмешливо улыбалась, рассматривая получившуюся композицию. Я прокашлялся:

— Дамы! Отложим пока этот вопрос. Сейчас закроем контракт. Юля! Зарядить накопители и пополнить припасы. И закажи, пожалуйста, натуральных сливок и вот этого… кофе.

— Поняла. — Кивнула Юля. — Заказ уже сформирован.

— И сгущенное молоко! И сгущенное молоко! — Сабрина, разумеется.

— Сгущенное молоко и сливки — не проблема. — Задумалась Ольга. — А вот ровелианское кофе на Соцероне вряд ли получится найти…

Она недоуменно посмотрела на свои ладошки, осторожно отпустила мою руку… немного покраснела (!) и еще более осторожно, пальчиками (!!) переместила мою ладонь со своих коленок на мое бедро. И деланно-бодро продолжала:

— В пространстве «Пирит» вообще нет кофе с Ровелии, так что заказ вернется с «отлупом». У нас… — Она запнулась и поправилась. — В «Пирит» распространен кофе с Африкаанс. Думаю, тут дело не в кофе, а в том, кто его готовит. Мне кажется, подойдет любой среднего качества. В любом случае, надо проконсультироваться… с доктором. Кажется, в кофе она разбирается очень хорошо. В числе прочего.

— Ладно. — Заторможено кивнула Юля. — Спрошу.

Кажется, Юлины «вычислительные мощности» были заняты сейчас какими-то «левыми» процессами. Она, кстати, не только крепко удерживала мою руку, но и еще крепче прижалась к моему боку всем телом… Дальше этого, правда, не продвинулась, воспринимая окружающее как-то отстраненно. Возможно, работала с системами корабля или проводила какие-то вычисления.

— Оля. Выйди на портал местных транспортных услуг. Нужен простой выгодный контракт на перевозку груза или пассажиров. Пункт назначения неважен. Законность… ну, кроме «дури» и «биообразцов».

«Дурь» — понятно, наркотики. А «биообразцы» — это, фактически, клоны. На органы. Они, конечно, безмозглые, но даже косвенно связываться с этим я не хотел. К тому же, корпорации борются с контрабандой «биообразцов» так же, как с перевозкой и распространением наркоты. И наказывают за это — так же. Я этого не понимаю — от наркотиков идет однозначный вред физическому и психическому здоровью работников, а от контрабанды «инкубаторов» органов для трансплантации — никакого, вроде бы, вреда, кроме урона моему непостижимому «чувству прекрасного». Но, наверно, не одного меня от такого «бизнеса» коробит.

— Оружие? — Деловито уточнила Ольга.

— Сойдет. Но оружие нам сейчас никто не доверит — «репа» у нас пока никакая.

— «Репа»?

— Э-э-э… репутация. — Поправился я, лихорадочно вспоминая, есть ли вообще сейчас такой термин. И означал ли он даже во времена «второго» то, что я хотел сказать.

— Ну-ну. — Неопределенно покивала Ольга. — Хорошо, поищу.

Сабрина с умильной улыбкой рассматривала нашу троицу:

— В следующий раз берем доктора на переговоры! Встречи с ней лицом к лицу не переживет ни один заказчик!

— Я понял! — Воскликнул я. Присутствующие вопросительно застыли. — Я понял! Командование «Агата» просто изолировали доктора на этом КСП! Во избежание…

Юля фыркнула:

— А прикинь, если ты этой своей шуткой попал в яблочко, а?

+++

Работяг высадили без проблем.

Только перед этим Юля остановила людей в шлюзе на нашей стороне, стала тыкать пальчиком и говорить — кто, что и где свинтил, открутил, оторвал и вытащил. Попросила вернуть. Вежливо. А мы с Сабриной стояли сзади. С «Фазами».

Убедительно, видимо, стояли — горка несанкционированно свинченного, открученного и оторванного в открытом контейнере подбежавшего сервис-бота выросла внушительная. Характерно, что на лицах работяг я не заметил ни грамма смущения и раскаяния. Нет, люблю я этих людей! Люблю!

На той стороне нас встречала представитель заказчика — молоденькая девушка в универсальном скафандре. Она проверила сканером людей, о чем-то с ними поговорила по закрытом каналу, солидно покивала и протянула сканер Юле. Та провела над сканером рукой…

«Юля: Контракт закрыт. Деньги получены.

Ольга: А премии?

Юля: А должны были?

Ольга: В нашем контракте даны ссылки на стандартный транспортный контракт «Пирита». В стандартных контрактах «Пирита» всегда есть премия за скорость выполнения, если не оговорено иное. А среднетехническая скорость КСП в полтора раза выше обычных гражданских бортов.

Юля: Поняла…

Ольга: Если хочешь, я сама могу с заказчиком поговорить.

Юля: А если тебя узнают?

Ольга: А я только текстом»

+++

— Пст! — По закрытому аудиоканалу постучалась ко мне Сабрина. — Не забудь нашему доктору презентовать шоколадку.

— Обязательно. А за что?

— Как это за что?! Это ж высший пилотаж — под видом медицинских процедур подсунуть под парня вторую девку! Да так, что первая и возразить ничего не смогла! Смотри, как ТВОИ девочки мирно разговаривают!

— Считаешь, это так хорошо, что они сговорились? А ОНА шоколад-то любит?

— Конечно любит! Любая женщина обязана любить шоколад!!!1

— Действительно.

— Погоди, она еще четвертой в вашу постель пролезет, хе-хе!

— Ты, кстати, обещала ее на себя взять.

— Обещала. Но очень уж она увлекающийся и темпераментный человек. Боюсь, одной меня ей будет мало.

— Давай, ты держишь ее на расстоянии от моей каюты, а я снабжаю тебя шоколадками? Регулярно.

— Заметано!

+++

«Тим — Юля (приват): Юль, закажи, плз, килограмм двадцать хорошего шоколада в плитках.

Юля — Тим (приват): Хорошо

Тим — Юля (приват): Чисто для выдачи личному составу в виде поощрений и прочего…

Юля — Тим (приват): Я все слышала — можешь не объяснять. Поддерживаю. Закажу»

М-да…

+++

В итоге Ольга выбила не только премию за скорость, но и за что-то там еще. Почти дежурный пассаж сестры про хозяйственность и полезность неожиданно поддержала Юля, «перед строем» похвалив заместителя начальника нашей маленькой «динамичной развивающейся компании». То есть, своего заместителя.

Вообще-то, хвалить и мотивировать в таких случаях именно Юля и должна. Как официальный руководитель нашей банды. Но доктор Букэпе, осторожно, прикрывшись ладошкой, прочла мне быструю лекцию о психологии закрытых коллективов и таком явлении, как «скрытое фактическое лидерство».

Лекция была интересной, но сворачивала куда-то не туда, и я громко задал доктору быстрый вопрос про кофе.

О-о-о! Глаза доктора полыхнули красным! Доктору было что рассказать!

Через двадцать минут интереснейшего рассказа про выращивание, сбор и приготовление кофе доктор запнулась, с интересом осмотрела слушателей (а вокруг как-то быстро скучковался весь наличный состав нашей «фирмы»), задержала взгляд на мне, укоризненно покачала головой и резюмировала, что конечно же выберет нужный сорт кофе из предлагаемых службой снабжения Десятого Космопорта Соцерона. И, хоть это и не очень полезно для здоровья, постарается организовать регулярный утренний прием кофе во время завтрака.

Но! Кофе пить только во время завтрака! И если доктор скажет — то не пить! И не пить любой другой кофе!

Сабрина озвучила ожидаемое «+20 факультету медицины», а я мысленно накинул еще пару шоколадок.

+++

На сегодняшней уже ставшей традиционной «политинформации» в кают-компании грянула «новость часа»: «Пирит» и «Антрацит» наконец-то определились со своим самоназванием. Точнее, подозреваю, выждав время, оглянувшись по сторонам и оценив обстановку, вытащили «домашнюю заготовку». Итак — барабанная дробь! — внимание на экран!

«Картель».

(Звук оркестровых тарелок… или фанфары?)

Удивительно точный термин! Главное, сейчас он не имеет той отрицательной коннотации, что была у этого слова во времена «второго». Сейчас, спустя полторы тысячи лет от Начала Освоения Космоса, это слово означает ровно то, что означало, когда его придумали — объединение корпораций с сохранением ими финансовой и производственной независимости.

Новость встретили… молчанием. И в сторону проекции ничего не запускали. И как-то так вышло, что вокруг меня и Ольги не оказалось предметов, которые можно было бы запустить… без значительной нагрузки на бюджет нашей компании. Ну — оно и понятно — Ольга еще является официально хворой, а я всегда готов ее поддержать. Да и Сабрина с радостью поучаствует в любой деструктивной «движухе».

А кидать в проекцию милые фарфоровые чашечки с кофе, приготовленным нашей симпатичной «бариста»…

Можно сказать, что новость была встречена спокойно. Ольга даже покивала, оценив неплохой ход пиар-подразделения двух корпораций.

+++

Признаюсь честно — я долго оттягивал. Находил какие-нибудь отговорки, не замечал укоризненно-требовательные взгляды доктора, игнорировал подъеб… подколки Сабрины и, неожиданно, Юли.

— Ну, чего встал? — хмуро спросила Ольга, чуть крепче, чем необходимо, сжимая пальцами простынку у пояса.

Натянуть простынку до носа, и таким образом прикрыться, она не пыталась… не та у нее подготовка, чтобы смущаться подобной ерунды. Да и натура не та.

— Проходи, раз в гости соизволил зайти. Раздевайся. Залезай. И — это… приступай, что ли…

Кстати, «о птичках» — Ольга тоже оттягивала до последнего. И если б Букэпе два часа назад не приперла меня к стенке… И если б одна приперла… «Загнать» меня в угол после ужина и отрезать пути к отступлению ей помогала, как думаете, кто? Хрен там! Юля!! А Сабрина стояла на заднем плане и довольно скалилась! Нашла себе развлечение, зараза!

Я почесал нос. Я почесал шевелюру. И с сожалением отвел глаза от абсолютно голой — простынка не в счет — девушки.

— Одевайся…

— Зачем?! — Ольга от удивления даже рот открыла.

— Пойдем на нижнюю техническую.

Золотарь усмехнулась:

— Ты все-таки решил не заморачиваться и вышвырнуть меня в космос?

— Нет! — Я поморщился. — На техпалубе есть броневое стекло наружу и небольшая область с пониженной гравитацией.

Золотарь пожала плечами, встала и потянулась стеновой нише за своим скафандром.

— Нет. Обычный комбез. В скафе нам будет неудобно.

Ольга смерила взглядом мой комбинезон и слегка улыбнулась:

— Кажется, мой первый раз будет незабываем… Умеешь же ты сюрпризы девушкам делать!

+++

— Балуешь ты ее…

— Я ей сильно должен.

Она ничего не спросила. Только выгнула бровь. У нее с оригиналом, вообще, брови — дополнительная система коммуникации. Как у нормальных людей речь и жесты. Какие только кренделя они этим белесыми бровками не выделывают — все оттенки эмоций передать могут. Вот сейчас это — вежливое недоумение пополам с сомнением. И ни к чему не обязывающая просьба пояснить.

— На секс с Ли Симковым… это я ее почти заставил. — Признался я.

— Ой, посмотрите! — Насмешливо протянула девушка. И с живейшим любопытством поинтересовалась. — Неужели мучаешься угрызениями совести? Странно: ты… и совесть!

— Не мучаюсь я никакими угрызениями совести! — Слегка возмутился я. — Это, действительно, была необходимость. А в свете того, что «Союз» навалился на «Картель» и нам пришлось уматывать с Архоца — так и вовсе… Представь, что бы с сестрой сейчас было — в замкнутых объемах корабля, при одном-единственном мужчине на ближайшие световые года, да еще и собственным братом. Да еще и с этими нашими ебучими гормонами и феромонами. А мне ж еще и с доктором как-то надо умудриться ровные рабочие отношения сохранить. — Я помолчал. — Просто… Ну, не то, чтобы я теперь ДОЛЖЕН сестре. Неправильное слово. Просто признаю за ней право поступить со мной так же. Точнее… — Я усмехнулся. — Попытаться это сделать.

— Я в курсе вашей ситуации. — Покивала Золотарь. — Но ты немного неправильно оцениваешь происходящее. С Букэпе тебе нельзя не потому, что это испортит ваши с ней рабочие отношения. Как раз нет — в маленьком замкнутом коллективе из нескольких женщин и одного мужчины — это как бы не единственный способ избежать острых конфликтов. Не только бытовых, но и профессиональных. И было бы идеально, если б ты окучил всех нас… Но с сестрой ты почему-то не хочешь, да?

Она с любопытством на меня посмотрела. Я яростно помотал головой, а Ольга хмыкнула недоверчиво:

— Странно, но ладно. Ну, вот. Букэпе это сразу просекла. Если доктор слишком настойчиво на тебя полезет, то Сабрина останется без сексуальной партнерши — вот тогда будет ПРОБЛЕМА, учитывая, что свою сестру в случае чего сможешь утихомирить только ты — нас всех она просто порвет… видела я ваши тренировки.

— Вот я эгоист. — Искренне огорчился я. — Даже не подумал об этом!

— Ага. Еще какой… Но это нормально. В наших условиях быть альтруистом — смертельно опасно.

— Погоди! — Я потрясенно застыл, когда до меня дошло. — Так Сабрина с Букепэ…? Ну… это самое…? Уже?! Когда?!

— Челюсть подбери. — Рассмеялась Ольга. — Ты — не эгоист, а эгоцентрист, раз только сейчас понял. Там, насколько я поняла, твоя сестра была инициатором — доктора чуть ли не изнасиловали. Ну, а поскольку мастерство не пропьешь, то Букэпе потом спокойно вытянула из расслабившейся девочки все подробности ваших с ней отношений.

Охренеть… Как ЭТО могло пройти мимо меня?! И ведь сестра держала это в тайне, хотя я ей, получается, уже должен чуть ли не малый транспортный контейнер шоколада!

Ольга осторожно привалилась к моему плечу. Столь же осторожно обнял ее, придерживая. Ну, формально придерживая — при почти четвертной гравитации сидеть на попе перед огромным «окном» в черноту космоса было совсем не утомительно.

А дальше… Ну, дальше уже никому, кроме нас с Ольгой, неинтересно… хотя вот "второй" утверждает, что в "его время" было много любителей понаблюдать за ЭТИМ со стороны. Странно… Ах, да! Все время ж забываю, что в "его время" виртсимуляторов еще не было. Бедолаги…

Ну, тогда ограничусь тем, что отмечу: при пониженной гравитации делать это было… прикольно. Наверное.

И количество шоколадок, которые я должен доктору, предложившей идею насчет «первого раза в условиях пониженной гравитации», продолжает неудержимо расти. Если б мог — подарил бы доктору цветы. Но, боюсь, меня в этом случае могут не так понять. А втроем они меня сотрут до идеальной плоскости. Да и Сабрину лишать игрушки не хотелось бы…

А еще надо дать задание Юле проверить — не имеет ли доктор Чаам Букепэ отношения к службам внешней или внутренней разведки корпорации «Агат».

Глава 20

Снова кают-компания. Снова волшебный кофе от нашего прелестного «немного смуглого» бариста с медицинским образованием и подозрительной психологической специальной подготовкой. И, вообще, доктор наш кругом подозрительна, но ведет себя образцово, так что примем за аксиому — каждый имеет право на свои маленькие секретики, пока они не мешают общему бизнесу… Тем более, что вряд ли ее мелкие секреты смогут перевесить наши вообще и, тем более, мои в частности.

Я так и не определился, где же нам собираться на подобные совещания — в «моем» кабинете или здесь, в кают-компании? С одной стороны, формально я — всего лишь «ведущий специалист службы безопасности» нашей фирмочки. Ни разу не на руководящих постах. И пристраивать свою задницу в кресло капитана корабля меня что-то не тянет — не для того я ее берегу.

Конечно, и Золотарь, и Букэпе не упустили возможности прокапать мне мозги на тему организации нашего «рабочего коллектива». Золотарь упирала на какую-то организационно-управленческую формацию типа «звезда», в центре которой обязательно должен быть мужчина, а Букэпе подходила к вопросу с гендерной точки зрения и говорила, что "это правильно". И старательно объясняла — почему. И у той, и у другой почему-то получалось, что лидером фирмы должен быть я. Хотя бы неформальным.

А с какого хрена мне становиться лидером? Оно мне надо? И, главное, зачем нашим главным красавицам (только Юле и Сабрине об этом — тс-с-с!) протаскивать меня в лидеры, пусть и «неформальные»?

Нет, я знаю и даже понимаю, что стремление самца к повышению своего иерархического уровня и практические действия в этом направлении, им предпринимаемые — очень и очень импонируют самкам и о-о-очень их привлекают. Но. Золотарь и Букэпэ — ни разу даже и близко не обычные самки. Это, великие звезды, очень непростые разумные девушки с весьма специфической подготовкой. Насчет Букэпэ — источник ее подготовки мы с Сабриной пока не можем определить, а вот Золотарь такие социальные тонкости должна просекать на раз! Зачем это им?

Ольга Золотарь? Квалифицированный управленец. Да еще и с врожденной склонностью к этому делу. Ей даже «силовую часть» по остаточному принципу ставили — это видно по ее реакциям. А в основном ее готовили именно на «копирование» настоящей Ольги Золотарь. И — очень качественного «копирования»! Идеальный руководитель. Насчет лидера — не знаю, но управленец — от Звезд! Во всяком случае «административку» она «одной левой» держит.

Даже странно, что «оригинал» так легко «слила» столь ценный ресурс. А уж как подозрительно-то! Золотарь-клон — работа штучная — сомневаюсь, что в загашнике у оригинала есть еще такие же крутые копии. Но даже, если есть — просто «х» таки меньше и хуже, чем «х плюс 1».

Клон Золотарь настолько достал оригинал, что та сочла потери приемлемыми? Что-то очень личное? Ну, думаю, теперь маменька доченьку по головке не погладит, а совсем наоборот. Да и прадедулька вряд ли доволен таким расточительством клонов своих правнуков — мы с Сабриной тоже игрушка не копеечная. И, думаю, нашим с Сабриной оригиналам кингстоны-то прочистят. Вон у них у всех на Назгуле какие рожи кислые были — никакой видеомонтаж и светофильтры скрыть не смогли!

Но от этого нам не легче (так, тень легкого чувства удовлетворения): ситуацию, когда сама Харуми Золотарь или Его Величество Кречет Антрасайт прилетят лично спасать бедных клонов от своих же оборзевших отпрысков, вряд ли получится повторить. Да и не будет их «спасение» сильно отличаться от банального накидывания новых поводков — еще более изощренных… и несъемных.

А вот зачем мое «повышение» нужно Чаам Букэпэ…? По ней тяжело пока что-то определенное сказать. Юля по моей просьбе будет искать на нее более подробную информацию, но, как она объяснила, инфосферы «Пирита», в котором мы сейчас находимся, и «Агата», в котором жила Букэпэ, немного не в тех отношениях, чтобы проводить полноформатный поиск. Так что придется ждать, когда попадем в пространства «Союза» или в пространства относительно нейтральных или дружественных к «Агату» корпораций.

Таким образом, наша очаровательная «шоколадка» — по-видимому, сейчас самая загадочная личность на борту КСПО «Эва ди Алмейд». Мы это понимаем. И доктор это понимает. И, кажется, понимает, что мы это понимаем. Ну, либо Юля раскопает залежи кое-какого грязного докторского бельишка (ух, мысли сразу какие! Какие мысли!), либо доктор соберется с духом и расскажет сама. Пытать ее никто не собирается… пока… если не накосячит, конечно. Хотя, безусловно, Сабрина будет постоянно капать ей на мозги, постепенно подводя к необходимости откровенности. И никуда доктор от нас не денется — Сабрина очень упорная и целеустремленная… заноза.

+++

Нужный заказ Золотарь нашла почти сразу, буквально через полчаса после нашего об этом разговора. Но вряд ли из-за того, что он валялся где-то «сверху» или нам его подсунули. Нет. Просто клон исполнительного директора корпорации умела это делать, знала, где и что лежит, была в курсе «подводных камней»… ну, и все такое прочее. (Это, между прочим — к слову об ее административных знаниях и навыках)

Итак, кают-компания. Действующие лица — те же, сидят там же.

— Заказ не совсем обычный. — Рассказывала она. — С другой стороны, в свете текущей межкорпоративной обстановки, вполне ожидаемый. И в дальнейшем таких заказов будет все больше и больше.

— А что не так с обстановкой? — Сабрина нехотя оторвалась от плошки со сгущенкой.

Сгущенки на борту сейчас было много, но Букэпе категорически запретила выдавать девочке более 120 грамм продукта в сутки.

Попробовал я ту сгущенку.

Ну, во-первых, «второй» мгновенно ушел в свою астральную нирвану, бормоча что-то про «вкус детства».

Во-вторых, я вынужден был согласиться с доктором — если выдавать это лакомство бесконтрольно, то уже через две-три декады мы перестанем влезать в стандартные скафандры. И если Букэпэ, Юля и Оля еще что-то могут с этим сделать, увеличив время в нашем маленьком тренажерном зале, то нам с сестрой нагрузку на тренировках увеличивать уже нельзя — пропадет тренировочный эффект, начнется накопление усталости и микротравм.

Таким образом, нормирование выдачи «сгущенки» «на руки» повесили на нашего «хакера» — Юля к этой вкусняшке осталась… не то, чтобы равнодушной, но на фоне шоколадок или тортиков ее не выделяла. Сабрина закатила маленький скандальчик, но мы ее забороли — возмущалась она явно не всерьез. К тому же, «ограничение на сгущенку» получил весь экипаж — было не так обидно.

— Да все с обстановкой нормально. — Пожала плечами Ольга. — Обычная такая заурядная война между крупнейшими корпорациями галактики. Впервые за 150 лет. Чтобы уверенно прогнозировать дальнейшие события, мне потребуется полный пакет информации с последнего заседания Совета Корпораций — кто что говорил, кто с кем говорил, кто отсутствовал, кто молчал. Сделаешь?

Она посмотрела на Юлю, и та, помедлив, согласно кивнула. Ольга отставила чашечку… но отставила так, чтобы Букэпэ «обновила» при оказии.

— Итак. Заказчик — частное лицо. Ицке Горун…

— Э-э-э… — протянула Сабрина.

— Ицке — имя. Горун — фамилия. — Терпеливо объяснила Ольга. — Заказ на перевозку пассажиров. Планета Хамба — планета Соцерон.

— Не наоборот? — Уточнил я. — Мы сейчас как раз у Соцерона.

— Нет, именно с Хамбы на Соцерон. Прилететь на Хамбу, забрать там пассажиров, доставить на Соцерон. В таком вот порядке.

— Странно. Заказ был размещен на «Логистика Соцерона»? Почему не на аналогичном портале Хамбы?

— Ну, собственно, ты ухватил суть. Я чуть позже объясню, в чем тут дело. Пока вернемся к заказу. Четыре пассажира. Платят… ну, для обычного транспортника — тариф был бы очень даже неплохим, но для нашего КСПО, конечно, маловато — едва-едва отобьем расход энергии. Все-таки у военного корабля аппетиты на топливо и расходники куда больше, чем у гражданского борта-однотоннажника. Ну, может быть еще какую-то амортизацию сможем закрыть. Но поскольку для всех мы выглядим именно, как транспортник, то и у меня во время будущих переговоров руки будут немного связаны по этому пункту — так что об увеличении тарифа не может быть и речи… И это печально.

Ольга благодарно кивнула Букэпэ, подвинувшей к ней уже полную чашечку с кофе. Она, как обычно это делала, вначале вдохнула аромат, прикрыв на секунду глаза от наслаждения… Да-а-а, Букэпе у нас — королева кофе. Или кофейная королева? С учетом ее колера — интересно получается. Надо будет «толкнуть в массы» новое прозвище. Только вначале с Сабриной посоветоваться, а то получится, как с Камасутрой. И с Юлей, наверно — вдруг какие-нибудь исторические коллизии на это название наложиться могут.

— Теперь, что касается странного выбора места размещения заказа. Ицке Горун — муж Натайи Горун, заместителя директора компании «Восемь Сежар». Промышленные дроиды для внутренних работ на космических кораблях — монтаж, отделка внутренних объемов, ремонт, прокладка коммуникаций и тому подобное… Входит в корпорацию «Пирит», разумеется. У четы Горун двое детей: Харуна, пятнадцать лет, и Натан — двенадцать. Сейчас учатся в школе…

Я догадался почти сразу. Юля, возможно, знала заранее. А Сабрина щелкнула пальчиками… облизнувшись и отодвинув девственно чистую, очищенную буквально до блеска, пиалу:

— А мест — четыре! Школа 910!

— Совершенно верно. — Удовлетворенно кивнула Ольга.

— А вот я что-то не совсем улавливаю. — Расстроилась Букэпэ.

— Вы просто не в теме, доктор. А все остальные присутствующие учились в элитной школе 910 и чисто по аналогии догадались. Элитная школа — это куча отпрысков родителей, занимающих высокие посты в Корпорации. И каждый из учащихся — с одним телохранителем-помощником. Итого — четыре.

— А-а-а… — протянула доктор. — Уже понятнее.

— А ты тоже в 910-й училась? — С любопытством поинтересовалась Сабрина.

— Конечно. Мы с оригиналом изображали близняшек семьи Бойе. — Ольга с сожалением вздохнула. — ОНА в школе такой примерной девочкой была — старательная, усидчивая, умненькая, послушная. Вылитая заучка и «ботанка». А как от девственности в выпускном классе избавилась, то будто взбесилась — во все тяжкие ударилась. «Психи» и коновалы потом оправдывались тем, что это была просто особенность модели, взятой за основу при ее генном проектировании — дескать половую жизнь надо было начинать на два-три года позже и тогда все было бы пучком. Как бы отмазались — в «спецификации» на нее, действительно, что-то такое было. Но там томов двенадцать зубодробительных научных терминов и формул! На бумаге! Потому как, жуть, как секретно! В итоге меня назначили виноватой — типа не уследила, проглядела, прошляпила, прощелкала. Меня отозвали, а ей вместо меня дали специально подготовленного и обученного «трахальщика», чтобы от учебы сильно не отвлекалась и хотя бы выпустилась нормально. Выпустилась. Без отличия и «золота», но выпустилась. Вот. Как-то так.

Воцарилось несколько неловкое молчание, которое присутствующие, не сговариваясь, заполнили хлюпаньем кофе и лязганьем ложечек, размешивающих сахар и сливки.

— Получается, планета в системе Хамба — будет следующей в очереди? Удар «Союза» будет направлен на нее? — Спросил я, сворачивая со всех этих лирических отступлений.

А то дай женщинам волю, час будут обсасывать школьную жизнь и делиться воспоминаниями… и плевать им будет на мое тут присутствие. А я все это слушай!

— Получается так. Видимо, разведка Картеля получила достоверные сведения о намерении Союза атаковать Хамбу. И самые информированные и богатые представители «Пирит» сейчас попытаются эвакуировать с Хамбы самое ценное. Отсюда и место размещения заказа: во-первых, родители хотят переговорить с исполнителями… у некоторых есть иллюзия, что проблем можно избежать, если лично лезть под руку профессионалам, вмешиваясь в их работу, во-вторых — необходимо обеспечить секретность.

— А почему…? — Начал было я.

Но Ольга еще не закончила и жестом попросила меня дослушать:

— Есть еще кое-что. Наверно, главное. Хамба — крупный фармакологический и медицинский центр Корпорации. И сдавать его так просто я бы на месте «Пирита» не стала — с него идет реальный «твердый» продукт и деньги.

— А-а-а… Понятно. — До меня дошло. — Эвакуация «шишек» просто-напросто запрещена высшим руководством «Пирит». Дабы не ослаблять желания обороняться. И своих детей эти Горун собираются эвакуировать в обход официальных каналов.

— Именно. И не просто в обход, а вопреки. И, разумеется, негласный, но категорический запрет касается не всех «шишек», а до определенного уровня — кого-то втихую все-таки эвакуируют с планеты. Самых-самых шишковитых.

— Но Горун до этого уровня не дотягивают.

— Совсем чуть-чуть.

Ольга пальчиками на уровне глаз показала это «чуть-чуть»… судя по зазору между пальцами, Горун — не такая уж и мелкая фигура в «Пирит».

— Как они так просто могут доверить своих детей каким-то… контрабандистам? — Спросила Юля.

Неожиданно ответила Букэпэ, вид имеющая задумчивый и отстраненный:

— Из того, что я поняла, родители надеются на квалификацию телохранителей своих детей. Которые, в случае каких-либо сложностей способны не только обеспечить выполнение контракта, но и захватить и привести «транспортник», куда требуется. Правда, я не представляю, как даже со способностями Тима и Сабрины можно захватить корабль без помощи искусственного интеллекта…

— Пф! — Надулась от важности Сабрина. — Да элементарно… просто крови и кишков будет чуть-чуть по-больше! Ну, и обстановка слегка пострадает… это минус, конечно.

— Верно, доктор. — Ольга внимательно посмотрела на Букэпэ. — Все так и есть. Более того — я бы на месте этих Горун приказала бы телохранителям доставить детей в другую точку на территориях «Пирит». Отличную от той, что будет записана в официальном контракте на транспортно-пассажирские услуги. То есть не на Соцерон.

— Я бы еще и зачистил концы. — Добавил я. — Радикально. На факт пропажи в космосе еще одного транспортного корабля каких-то там "свободных перевозчиков" никто не обратит внимания.

Сабрина с важным видом согласно покивала.

— Но у нас есть Тим и Сабрина… — Не очень уверенно предположила Юля.

— В первую очередь, у нас есть ты. — Откровенно польстила Ольга. — Но надо создать у заказчика иллюзию, что никого, опаснее меня, на борту нет. Именно для того, чтобы еще раз оценить наши возможности и подтвердить уже имеющуюся информацию, нас и приглашают на личные переговоры. Уверена, что внимательным образом изучены показания бригады, снятой нами с ретранслятора у Архоца. И всего пять членов экипажа — просто подарок для них.

— Считаешь, нам все-таки надо взяться за этот контракт? — Спросил я.

Улыбка Оли превратилась в хищный оскал:

— Да! За молчание и возвращение мажорчиков богатым родителям можно содрать очень и очень неплохую сумму! В случае утечки информации об умыкании детей в обход распоряжения по Корпорации, Натайи Горун… да и всей династии Горун будут грозить не жалкие оргвыводы, а приглашение на беседу к главгадюке! Принудительное приглашение!

— Хм… киднеппингом мы еще не занимались… — Я посмотрел на Сабрину, увидел ее горящие глаза, прислушался к интуиции и решился. — Беремся! Но хорошо все планируем!

— Можно взять не только деньгами. — Тихо подсказала Букэпэ. — А обеспечить себя выгодными заказами на очень длительный срок — дроиды для внутренних работ достаточно компактны, наш КСП просто создан для перевозки небольших партий.

— Браво, доктор! — Щелкнула пальцами Ольга. — Вы — прирожденный контрабандист!

— Хм, спасибо… наверное. — Потупилась доктор. — А если квалификация телохранителей Горун будет выше, чем у господ Антрасайт? Нет, я видела записи того, что происходило в боевой рубке, но все же…

Ольга, продолжая сверлить взглядом опустившего глазки доктора, пожала плечами:

— Маловероятно. Мне при подготовке показывали куда больше подобных записей. С основным посылом «даже не думай с такими связываться». Могу с уверенностью утверждать, что специалистов уровня Тима и Сабрины очень и очень немного. И вряд ли Горун в состоянии нанять на длительный срок кого-либо подобного класса. А для сопровождения подопечных в школе только длительные контракты и годятся.

Звезды! Приятно-то как! Понятно, что льстит и подлизывается, но приятно! Клепано приятно! Вон и Сабрина расцвела и гордо подбоченилась… хотя, переигрывает немного, конечно.

— Вы это что… серьезно? — Спросила Юля.

Я напрягся. Вообще-то, если искин взбрыкнет на наше «некрасивое»/«неспортивное» поведение — будет большая жопа одного интересного зверька с Потерянной Земли, проживающего в холодных широтах. На этом корабле мы в полной Юлиной власти — может с нами сделать все, что пожелает!

— Что тебе не нравится? — Осторожно спросил я. Остальные как-то промолчали, видимо, предоставив локализовать неожиданно нарисовавшуюся проблему мне. Но что напряглись ВСЕ — это да. Каждый понимал, как мы зависим от этой симпатичной девушки-искина.

— Ее же могут узнать на переговорах! — Юля показала на Олю. — Или вас с Сабриной! Она же не может пойти туда одна, без сопровождения и страховки!

Я, не скрываясь, облегченно выдохнул. Да и остальные, кажется, расслабились.

— Не переживай так. Риск минимален. Цвет волос, цвет глаз, макияж-инъекции нанитов по лицу — и даже системы распознавания лиц не смогут никого из нас идентифицировать!

— Еще прическу сменить. — Подсказала Ольга. — И, надеюсь, доктор будет столь любезна, что поможет нам с Сабриной в части макияжа.

— Безусловно. — С готовностью кивнула Букэпэ. — У первого помощника был очень неплохой косметический набор. Почти профессиональный. Я бы еще рекомендовала вам, Ольга, стильные очки без диоптрий — очень меняют лицо. Насколько я знаю, госпожа исполнительный директор «Пирит» никогда не украшала себя очками. И, мне кажется, не стоит вместе ставить Сабрину и Тимониана — разницу в росте и гендерную принадлежность не спрячешь так просто. А два телохранителя — молодой человек и невысокая девушка — могут быть идентифицированы именно как брат и сестра Антрасайты. На чистых ассоциациях и интуиции — записи вашего побега с Архоца и записи захвата корабля до сих пор крайне популярны в сети. А уж здесь, в пространстве «Пирит», невозможно найти человека, который бы их не просмотрел… по нескольку раз.

— Жаль, бабки на показах не срубишь. — Тихонько буркнула Сабрина. — Там просмотры уже к сорока миллиардам подходят! Такие деньжищи мимо проплывают, эх!

Мы все помолчали, представив проплывающие мимо нас суммы… М-да. Какие-то депрессивные мысли появляются. Надо возвращаться в конструктивное деловое русло:

— Итак, с физической маскировкой решили! А информационное прикрытие ты, Юль, обеспечишь легко. Там ничего сложного — с полпинка сделаешь. Ну, во-первых, конечно, ай-ди…

— Ой, вот что б ты понимал в информационной работе! — Возмутилась Юля. — Сиди уж!

Сижу. И думаю, как нас пронесло. И повезло. Повезло, что Юля — не восторженная дурочка с розовой ватой вместо мозгов… Нет, конечно, тараканов и у нее достаточно, но в нашей компании и так нет ни одного нормального. Что клона, что человека. Все — загадки, все — личности… блин.

+++

— Юль, солнышко… — Позвал я.

— Да, дорогой! — С готовностью отозвалась она.

Сабрина, подпиравшая переборку тут же, у шлюза, уже даже не фыркала в таких случаях. Только вздохнула тяжко и глазки к потолку возвела.

— Пока будем в информационном пространстве Соцерона, купи, пожалуйста, словари и учебники по древнерусскому и древнеанглийскому. А еще лучше — курсы обучения. И что-нибудь из художественной литературы и видео той эпохи на тех же языках. Попсу там всякую, мэмы… И все это «прикрой» другими покупками — фильмы, книги и так далее. Ну, что обычно себе закачивают команды, уходящие в долгие рейды. Сделаешь, рыбка?

Юля застыла с открытым ртом и выпученными глазами. Молча закрыла рот. Снова беззвучно его открыла. Как та самая рыбка. Прошептала:

— Гениально… — А потом преобразилась и подпрыгнула вверх, вздернув кулачки. — Мама проспорила!!! Ура-а-а!!!

Тут же налетела на меня и стала тискать и целовать. И себя не ограничивала и не сдерживала. А дури у искина в ручках достаточно — мой доспех, специально скомпонованный из разных моделей брони (из общевойсковой "Щуки", полицейской "Арапаймы" и спецназовской "Пираньи") — слегка заскрипел под напором девичьих эмоций.

Хорошо, шлем откинут был. А то пришлось бы надевать на бронированную перчатку специальную мягкую рукавицу и оттирать от засосов забрало шлема.

— Чего это она? — Ольга, процокавшая к шлюзу на своих шпильках, недоуменно проводила взглядом воодушевленного искина, пробежавшего мимо куда-то в сторону ходовой рубки.

— Радуется тому, какие у нас будут гениальные детишки. — Усмехнулся я. И совершенно искренне заметил. — Потрясающе выглядите, Ольга Игоревна.

Действительно, потрясающе. Брючный черный костюм с едва заметными изумрудными полосками с пробегающими по ним волнами искорками, темно-зеленые волосы, собранные в два крупных пучка какими-то вычурными заколками из черного стекла, зеленые туфли на высоком каблуке, искусный макияж, декоративные строгие очки. Шикарно!

— Благодарю, Тимониан! — Царственно кивнула она. — Сабрина посоветовала загар, а доктор обеспечила техническую часть. В отличие от оригинала мне некогда было загорать на всяких курортах… Кстати, я обнаружила, что предыдущий первый помощник жил явно не по средствам! Цена этому костюму — полтора, а то и два ее жалования!

— Гнилая тетка была. — Поморщился я. — Надеюсь, контрразведка «Агата» хорошенечко ее просношает. — Я еще раз внимательно осмотрел Ольгу и спросил. — А ты уверена, что стоит себя на переговорах вести… так как ведет себя настоящая Золотарь?

— Вроде нормально разговариваю. — Удивилась она.

— Разговариваешь ты нормально. Но повадки царственные просто лезут…

— Хм… ладно, подумаю над этим. — И, действительно, задумалась.

Подумай-подумай. Главное, не докапывайся до причины, по которой я заказал у Юли курсы древних языков… если вообще слышала наш разговор.

— А костюмчик — видно, что дорогой. Вон, как попочку обтягивает. — Добавил я, осторожно (доспех, экзоскелет, все дела) шлепнув по аппетитным округлостям бронированной перчаткой.

Ольга гневно сверкнула глазами и даже вполне аутентично рыкнула, но потом выдохнула и рассмеялась:

— Спасибо, Тим. Действительно, все время забываю, что мне не надо больше эту сучку из себя изображать.

— Можешь не благодарить. Прошу, Ольга Игоревна! — Широким жестом указал на разъехавшиеся створки шлюза.

Затем захлопнул шлем и двинулся за девушкой…, продолжая любоваться аппетитными округлостями, покачивающимися впереди. Да-а-а, ладонью в перчатке — это совсем не то!

Глава 21

Станции-противовесы (или «вершины», или «крышки») орбитальных лифтов традиционно большие. Например, километр в диаметре считается еще маленькой «крышкой». "Крышечкой". Как правило, противовес имеет форму диска, но бывает в форме полусферы и, еще реже, сферы. Бывает и экзотика типа «конуса», «тора» или даже «колеса». Населенных планет много, лифтов еще больше, а фантазия инженеров корпораций богата и чуть-чуть извращена желанием выпендриться.

Вот такой «крышкой» станция-противовес и «накрывает» всю конструкцию космического орбитального лифта. С планетой станция-противовес соединена несколькими тонюсенькими тросиками… их, скорее, уместнее назвать "струнами". Из сверхпрочного материала — то ли углеродные нанотрубки, то ли кристаллотонит, то ли еще что — я этим никогда особо не интересовался.

По этим струнам вверх-вниз поднимаются-опускаются собственно лифтовые платформы — транспортные, пассажирские, технологические. Последние тысячу лет по «нитям» осуществляют однонаправленное движение — только вверх или только вниз — грузо- и пассажиропоток лифта в целом увеличивается при этом на один-два порядка.

Расстояние «крышки» от планеты — несколько дальше, чем геостационарная орбита. Из-за этого «крышка» невероятно удобна для «парковки» космических кораблей. Даже «тяжей» и «супертяжей». А учитывая, что это — часть лифта с прямым сообщением с поверхностью — так и вовсе получается красота. Очень экономная и удобная красота.

У развитых планет, как правило, несколько орбитальных лифтов. Наверно, потому что могут себе позволить это совсем недешевое удовольствие. Каждый из лифтов административно, да и по факту, является «продолжением» города, неизбежно возникающего вокруг Основания лифта — места, к которому лифт «крепится» к поверхности планеты.

Как и ожидалось, встречу нам назначили на станции-противовесе одного из таких орбитальных лифтов. С одной стороны, нам не надо проходить усиленный контроль при спуске на поверхность (у «свободных перевозчиков» всегда с этим проблема), с другой — у Заказчика на одном (или нескольких) лифтах, наверняка, имеются свои доверенные люди, которые в состоянии провести переговоры и заключить с нами сделку от его имени. Да и посмотреть "в живую" на представителя нашей маленькой гордой развивающейся транспортной компании.

«Соцерон-3» — как раз чисто пассажирский орбитальный лифт. И сейчас, из-за его положения над соответствующей точкой планеты, на его станции-«крышке» была примерно середина дня — 16 часов.

Середина дня, время обеда — людей в нежилых объемах оказалось много. Вблизи шлюзовых узлов и выходов к Лифту концентрация различных бизнес-учреждений и контор была максимальной. Многочисленные работники станции и служащие офисов и конторок, экипажи прибывающих и убывающих космических кораблей — все они спешили в места, где можно чего-нибудь «порубать». Чего-то, что будет отличаться от стандартных безвкусных рационов. В лучшую, желательно, сторону.

И, соответственно, где находятся бизнес-учреждения — там кучкуются ресторанчики, кафешки, бары и прочие «жральные» пункты… Включая даже такую экзотику, как дроиды-лотошники и автоматы по продаже всякой вкуснятины.

На пассажирских орбитальных лифтах вообще зашкаливающее количество контор, бизнес- и офис-центров, представительств и прочего. Все-таки орбитальный лифт — это почти «лицо планеты». А уж сколько тут магазинов! В основном — сувенирные, но есть и те, что торгуют всякой мелочевкой, характерной именно для этой планеты или наземного полиса, частью которого является лифт — поля-зонтики, очки-полумаски от излучения местного светила, гидрокостюмы, антипылевые плащи-накидки, средства от насекомых… да даже обычные механические зонтики продают, если климат соответствующий. И, конечно, наборы, «без которых не сможет обойтись ни один путешественник» — бессмысленные подушечки, одноразовые тапочки… и прочая бесполезная ерунда. Всегда же найдется лопух, которому это можно впарить втридорога.

+++

Мы только вышли из стыковочного узла, «отпустив» автоматический такси-шаттл, доставивший нас от шлюза нашего корабля… И Ольгу стало неслабо потряхивать. Я вначале испугался и переполошился, готовясь вызывать Юлю для организации эвакуации, но потом открыл индикатор наружной температуры и все понял. 16 градусов.

— Постоянно забываю, что на космических станциях температуру в нежилых объемах держат невысокую. — Простучала Ольга зубами.

Мне-то в моих доспехах на температуру воздуха было плевать. Хоть и составлена броня была из разных типов доспехов, чтобы о нас сложилось впечатление, как о нищебродах, но сопряжены они были качественно. Так что функции по защите от внешних воздействий среды, включая низкие и высокие температуры, моя броня выполняла надежно. А вот у Ольги в ее тоненьких и ДОРОГИХ тряпочках…

— У тебя же супердорогущий костюм! — Удивился я. — Включи себе обогрев!

— Вот именно потому, что он дорогой, в нем нет никакого термоконтроля! Только натуральные материалы, никакой электроники! Ателье «Хафбар-Азат», чтоб ты знал!

Перед моими глазами неожиданно появилось схематичное изображение моего доспеха, желтым контуром на схеме замерцал сегмент набедренного тубус-контейнера. А когда я недоуменно вытаращился на это представление, появилась красная мигающая стрелка, указывающая туда же. Пожал плечами, щелкнул крышкой, запустил руку в этот контейнер и достал небольшой сверток. Повертел его в руках, прочел вирт-лейбл, осознал, впечатлился и протянул Ольге:

— Держи.

А про себя еще раз подивился способностям и предусмотрительности (в отдельных ситуациях) искусственных интеллектов.

— Это что? — Ольга развернула сверток. — Ого! — Посмотрела на меня с непонятным выражением. — Откуда, Тим?! Ты для меня взял? Серьезно?!

— Это Юля позаботилась. — Честно ответил я, жалея, что сам о таком не догадался.

«Юля — Тиму (приват): Твердая порода дерева!

Тим — Юле (приват): В смысле?

Юля — Тиму (приват): В смысле — ДУБ! Мог бы сказать, что САМ все предусмотрел и для нее захватил! Дубина!

Тим — Юле (приват): А что, так можно было?!

Юля — Тиму (приват): ЧУРБАН!!!»

Забавно. Девочка-искин учит меня тонкостям ухаживания за женщинами. Но тут она права — чурбан дубовый!

— Хм… — Ольга закрепила короткую плащ-накидку на плечах, включила обогрев и поменяла цвет ткани накидки на темно-зеленый… под платье, насколько я понимаю. — Спасибо, Юль!

«Юля: Без проблем. Обращайся.

Ольга: Клиенты время и место встречи не меняли?

Юля: Не меняли. Но в условленное место представители Заказчика еще не прибыли. И, судя по времени, когда они сели за столик в ресторане "Лучший-281", опоздают на встречу минут на пятнадцать-двадцать. Так что сильно не торопитесь — я читала, что это такой трюк на переговорах. Типа позлить партнера и все такое…

Ольга: Они решили подкрепиться перед переговорами?? О_о

Юля: Судя по всему, да. Уже семнадцать минут… жрут. И пьют.

Ольга: Пьют? В смысле — спиртное? о_О

Юля: Пиво. Двое выпили ноль-пять, один — ноль-два.

Ольга: Идиоты! Кто ж перед деловыми встречами ест и, тем более, пьет! (◣_◢)

Тим: А разве нельзя?

Ольга: Ни в коем случае! Еда снижает уровень естественной агрессии! Переговоры с незнакомыми или жесткими партнерами ведутся только натощак! А уж пить спиртное… Идиоты! Юля, посмотри потом, через какой счет они будут оплачивать этот свой праздник желудка. Если проведут через «представительские расходы», а они, видимо, так и сделают — то можно будет их этим неплохо поприжать…

Юля: Хорошо

Ольга: И еще раз спасибо за накидку:)))

Юля: Я ж сказала — без проблем:))»

+++

Переговоры проходили в арендованном помещении одного из многочисленных бизнес-центров станции. Тут было множество фирм, предоставляющих такую услугу, как аренда офисов или помещений именно под переговоры. На час, на два, на три… да хоть на сутки, хоть на декаду.

Ну, как переговоры… сложно было назвать это переговорами, то есть процессом, при котором люди договариваются, приходя к какому-то консенсусу. Представитель заказчика гонялся по «игровому полю», как травимый дикий зверь. Без шансов. И помощники помочь ему ничем не могли, как бы ни пытались. Ольга даже не давила своей харизмой — учтя мое замечание, она говорила тихим вежливым тоном, без наездов и претензий, внимательно и, не перебивая, слушая контраргументы. А потом таким же спокойным голосом, доброжелательно улыбаясь, их разбивала в космическую пыль. А еще мило улыбалась и смеялась шуткам и типа остротам.

Только время от времени прорывалось из нее наружу что-то такое… жесткое и хищное, острое и опасное. Не факт, что переговорщики-оппоненты это сознательно отметили, но вот подсознательно… подсознательно нечто эдакое ощутили.

У заказчика не было ни одного шанса продавить свои условия.

+++

«Тим: Действительно, нас уже похоронили. Аванс дают минимальный, а вот итоговая сумма такая, будто мы этих детишек на ЛШП в составе ударной эскадры прокатить должны. И в процессе для увеселения ребятишек устроить учебные пострелушки по астероидам. Всем наличным бортовым вооружением, включая ГК и протонные ракеты.

Ольга: На увеличении суммы аванса я и не настаивала. Напротив. Вся фишка именно в сумме выплат по выполнению контракта.

Юля: Мы этого и ожидали, не так ли?

Ольга: Главное, чтобы сейчас контракт на эту сумму был подписан по всем правилам. И не стоит забывать, что вряд ли с обычными переговорщиками стали делиться такими нюансами плана, как наш дальнейшим слив. Наверняка, сказали им, чтоб не сильно жмотились во время переговоров. А за более выгодные условия контракта переговорщики получили бы квартальную премию

Чаам: Если переговорщики не идиоты, то и сами все прекрасно понимают — имена пассажиров были названы, а они гораздо лучше должны понимать внутреннюю кухню своей компании. И прекрасно понимать наши перспективы.

Ольга: Вот насчет их интеллектуального уровня я очень сильно сомневаюсь.

Сабрина: Ха! Их проблемы, в натуре!»

[ЛШП — линкор штурма и подавления. Вундевафель такой, по типу и идеологии дозвездных дредноутов — только огромные калибры, бронирование, пафос, набегание и нагибание]

+++

Во время переговоров я помалкивал и поддакивал, отыгрывая роль обычного «мальчика на подхвате».

Когда Золотарь (что настоящая, что клон) ведет переговоры — это красиво! Как за любым профессионалом в своей области, за ней в этот момент было клёпанно приятно наблюдать. Оппоненты на ее фоне смотрелись откровенно бледно и даже жалко.

Моей задачей было совершать много лишних ненужных телодвижений, которые настоящий профессионал-телохранитель ни за что делать не будет: открывать и придерживать дверь перед «боссом», отодвигать для нее стул, подозрительно зыркать по сторонам, постоянно «лапать» бедро с пустым захватом под оружие (свой игольник, подчиняясь местным правилам, я оставил в холле бизнес-центра в специальном сейфе для оружия — типа, обеспечение безопасности во время переговоров на себя брала служба безопасности этого бизнес-центра).

Переговоры завершились подписанием условий, предложенных Ольгой. Практически без правок. В полном объеме. Следует отметить, что «заготовку» с обедом, оплаченным из представительских расходов, Ольге использовать не пришлось. Не особо-то и хотелось — эту заготовку держали на крайний случай. Ее извлечение «на стол» и использование показало бы несколько иной уровень нашей транспортной компании, отличный от того, при котором наша фирмочка, якобы, «дышала на ладан». Такие компании, как наши, вряд ли могут позволить себе хакера, способного походя и не напрягаясь раскопать ТАКОЕ.

— Трое против тебя одной. — Неуклюже польстил я. — И ты их в бараний рог скрутила… Круто!

Возможно, я хотел "замазать" свой косяк с накидкой. А может — был восхищен вполне искренне. Кто знает.

— Ну, для меня это был интересный опыт. — Призналась довольная Золотарь. — Раньше я авторитетом исполнительного директора все продавливала… — Она воздела пальчик и возвестила. — А вот теперь — "поляна"! По поводу успешного заключения сделки!

Разрумянившаяся и разогревшаяся во время переговоров девушка даже перевесила плащ на одно плечо, чтобы не было так жарко. Я пристроил игольник на бедро и посмотрел на нее вопросительно.

— У нас, у контрабан… э-э-э… свободных перевозчиков, так принято! — Весело объяснила она. — Свистаем команду на станцию, заказываем столик в какой-нибудь забегаловке и нажираемся!

«Сабрина: Да! Традиции — это святое!

Букэпэ: Будет подозрительно, если мы не будем вести себя, как настоящие контрабандисты.

Юля: Сколько у нас времени на сборы?

Ольга: Бар, подходящий нам по статусу, находится в семи минутах от пустотного стыковочного узла номер четыре. Учитывайте пробку в районе «финишера» для такси — хотя сейчас и середина дня, но затруднения, скорее всего, все-таки будут.

Юля: Ерунда. Я, если что, организую «зеленый коридор»

Тим: Проблем с маскировкой не будет?

Ольга: А кто у нас ведущий специалист по СБ?

Тим: Ну, у тебя с маскировкой проблем не будет — ты уже загримирована. Я — в броне и тоже личико себе подправил. Для остальных желательно одеться в обычную одежду — это же бар в не самом престижном отсеке станции, а не ресторан с белыми скатертями и людьми-официантами в деловом центре возле выхода на лифты. Сабрине будет достаточно надеть зеркальную полумаску-завесу на глаза. И что-нибудь с линией подбородка сделать. Личное оружие не брать — на "крышке" это допустимо только для обладателей соответствующего разрешения от администрации.

Сабрина: О, кстати! А кабацкая драка будет?

Тим: Сабрина!

Ольга: Драки нам не надо!

Букэпэ: Драка — это травмоопасно.

Юля: А вот я бы размялась…

Сабрина: Вот! Нас с Юлей — не ебет! Ибо оплачено!»

+++

Снятся ли клонам электроовцы? Нет, не то. Не то. Действует ли алкоголь на клонов? Во!

Оказывается, действует. На всех действует. И на не самых простых клонов, и на насквозь подозрительных докторов медицинских наук… Даже на уникальные искины, как выясняется, действует алкоголь! И как действует!

В своей каюте я с трудом выбрался из-под голых тел крепко спящих Оли и Юли. Сполз с кровати. Двинулся в сторону санбокса, переступив через раскинувшуюся на мягком ковровом покрытии, обнаженную Букэпэ, которую в качестве огромной подушки использовала Сабрина…

Ну, хоть сестра почти одета. Длиннополая рубашка — это ведь скорее одета, чем раздета, верно? А вот "обнаженка" от доктора не "торкнула" меня вообще — не в том мой организм был состоянии, чтобы залипать на, безо всякого преувеличения, идеальное обнаженное женское тело цвета кофейного зерна…

Ух ты! А вот крохотные золотые колпачки на сосках — прикольные! И татушки из золотых и серебряных нитей на ранее скрытых от взгляда участках кожи — очень даже ничего! У доктора, определенно, есть вкус!

+++

Бар, хоть и небольшой, заполнен был плотно. Видимо, из-за того, что время неумолимо приближалось к отметке «конец рабочего дня, ура!». Хорошо, что столик оказался забронирован Ольгой — сюрприз! — очень сильно заблаговременно.

Сели впятером за обозначенный «нашим» маркером столик — поскольку мы заказ сделали заранее, дроиды успели его сервировать и даже загрузили «блюда по умолчанию» — какое-то пиво и закуски. Мы общими усилиями дали по рукам Сабрине, которая попыталась завладеть бокалом с пивом…

— В секс мне, значит, можно! А в спиртное, значит, нельзя! Где логика?! — Возмущалась Сабрина.

— Все претензии тому, кто придумал этот дурацкий мир! — Ответил я. — Я вот тоже сегодня без удовольствий.

— Во-первых, для удовольствий у тебя есть аж две шикарных девки! Во-вторых, ты в броне и при оружии — тебе спиртное даже нюхать нельзя!

Ольга и Юля одновременно заалели. Букепэ умильно заулыбалась. Да и за соседними столиками кто-то, уже очень хорошо нарезавшийся, "тихо" захрюкал…

По именам мы друг к другу обращаться, конечно, избегали. В нашей такт-сети даже маркеры с псевдонимами над каждым из нас развесили, чтобы доктор и Юля, не искушенные в этих делах, не запутались и не проговорились.

От спиртного я добровольно отказался — у меня на бедре, знаете ли, игольник висит, а на теле под броней — экзоскелет. Штрафанут же. Да и спиртное до этого я… пробовал, конечно, но прикола понять не смог.

Так что еще минуту ждали доставки безалкогольного пива для нас с Сабриной.

Осторожно выпили за успешное выполнение первого нашего контракта. Юля продемонстрировала записи с внутренних камер скафандров работяг, запечатлевших выражения лиц, когда толпа сервис-дроидов ломанулась внутрь ретранслятора и начала таскать оттуда все самое ценное. Как настоящие контрабандисты, обсудили тонкости реализации спецкабеля и обменялись мнениями, куда бы пристроить комплект сервис-ботов, захваченный с ретранслятора…

Выпили за успешное заключение текущей сделки. Особо смачные моменты переговоров в записи вызвали исключительно положительные эмоции и пошли на ура.

Потом, опять-таки по традиции (но — к дикому удивлению «второго», перерастающему в паническое возмущение), выпили за единственного мужчину в нашем дружном коллективе. То есть за меня. Меня назвали раствором, скрепляющим наш сплоченный коллектив. Смущенный и потерянный «второй» тут же, по инерции, предложил несколько вариантов, что это может быть за «раствор» такой. Я встал и скромно раскланялся, пообещав, что удвою и утрою усилия по укреплению нашего дружного экипажа. Мне поаплодировали. За соседними столиками, кстати, поддержали. Особенно за теми, где сидели чисто женские компании.

Пожурили Букэпэ за затягивание работ по синтезу «таблеток от комаров», но пеняли без воодушевления. Букэпэ тут же сориентировалась и предложила тост за крепость и искренность отношений, не подверженных глупой человеческой химии. За "Настоящую Любовь"!

Сабрина посмотрела на меня внимательно и едва заметно кивнула.

И я, в свою очередь, предложил тост. И мы выпили за прекрасных дам в целом. Букэпэ показала мне большой палец. Сабрина послала воздушный поцелуй. Ольга признательно улыбнулась. А Юля — подозрительно осмотрела сидящих за нашим столиком.

И я пошел дальше, и «пробежался» по каждой нашей красавице в отдельности.

Выпили за самого крутого хакера в Галактике. Мне тут же доказали, что я не ошибаюсь и целиком прав — "самый крутой в Галактике хакер" залез на наш круглый столик и что-то такое под свист и подбадривающие крики присутствующих (не только из-за нашего столика) изобразил вокруг висящего над центром столика декоративного толстого каната с огромным узлом на конце… Неумело, но с энтузиазмом. Под музыку. Звуки которой явились полной неожиданностью для персонала бара.

На экспертное заключение Букэпэ — «этой — больше не наливать» — никто, кроме меня, внимания не обратил. Было бы странно обращать внимание на тихий шепот на фоне громкой музыки, льющейся из динамиков системы аварийного оповещения.

Наверно, пить за самого мощного переговорщика на ближайшую сотню парсек не стоило. С одной стороны, конечно, правда, но вот с другой… на столик залезла не Ольга (слегка покрасневшая от похвалы и последовавших поздравлений), а… доктор Чаам Букэпэ!

И вот это, доложу я вам — было НЕЧТО.

Я могу себя контролировать. Честно. Но я в этот момент еле сдерживал себя, чтобы не наброситься на эту черную "змею", извивающуюся вокруг каната. Ну, понятно, с какой целью наброситься. Оглянулся вокруг, чтобы сбросить это колдовское наваждение, и увидел, как за соседними столиками женщины подзатыльниками и оплеухами возвращают присутствующих мужчин к реальности, в которой нехрен пускать слюни на чужих баб! И, чесслово, я очень даже готов был добавить от себя. Ибо нехрен пялиться, ля! Моё! Ну, ладно, не моё… Наше!

Мой тост за самого сексуального доктора был одобрен восторженным ревом всего бара. К нашему столику подходили и хлопали по плечам, выражая всяческий респект и уважуху… Мужчин к нашему столику одних не отпускали. А подходить "под конвоем" они почему-то постеснялись.

И, наконец, я предложил тост за самый красивый экипаж во Вселенной. Это тоже было правдой, но окружающие до такой правды, мягко говоря, еще не доросли. Очки респекта и уважухи нашего столика обнулились мгновенно. И даже ушли в глубокий минус. Потому что нет для женщины намека страшнее…

Наехали на нашу компанию вполне ожидаемо через меня. Высокая крупная девица подошла сзади, цапнула меня за плечевую броню, выдергивая из-за стола и разворачивая лицом к себе. Ласковым голосом осведомилась, дыхнув перегаром в лицо, а не напекло ли мальчику голову светом местного светила? Или мальчонка перегрелся в своей убогой «броньке», которую не смог нормально настроить, так как в «самом красивом экипаже» не оказалось какого-нибудь «красивого механика» и не нашлось денег, чтобы купить такому красавчику нормальную «экипу»?

Девушки за нашим столиком поднялись разом. Все. Даже Ольга, которую незаметно для нее самой развезло.

Девица-провокатор согнулась от молниеносного удара в живот от Сабрины, вставшей рядом со мной. И тут же за волосы была отвернута Ольгой в сторону от меня и проволочена (так же, за волосы… и по несколько затейливой траектории) метров на пять. Там бузотерка ожидаемо стала освобождаться от содержимого желудка… прямо на столик, из-за которого встала. И на тех, кто за ним сидел.

Две женщины, сидевшие за щедро обтрюханным столиком, вскочили, оставив хлопать глазами трех парней. Те схватились за салфеточки и начали брезгливо ими стряхивать с себя результаты работы желудка собутыльницы, а женщины с первобытным рыком бросились на Ольгу…

… чтобы столкнуться со мной и Сабриной. И обе споткнулись, растянувшись на полу, и уже не вставали. Били мы аккуратно, но точно.

В тишине, воцарившейся в баре (музыку кто-то наконец-то сумел выключить), был особенно хорошо слышен ласковый голос Ольги… слегка заплетающимся языком громко сообщившей:

— Ми-и-илый! Т’бе седня низя — ты ж в бр’не и c п’шкой…

Я тяжело и искренне вздохнул, вернулся за столик, подхватил полный бокал с пивом и вручил его Сабрине. И громко, на весь бар, провозгласил:

— ТОСТ! ЗА САМЫЙ БЫСТРЫЙ КУЛАК В ЭТОМ БАРЕ!!!

Оскалившаяся Сабрина молниеносно цапнула бокал, в тишине послышались жадные глотки, где-то за пять секунд она высосала. И сделала это раньше, чем успели возмутиться тоже не очень твердо стоящие на ногах Букэпэ или Юля. Кинула опустевшую посуду куда-то за спину. Там, у входа, послышался звон разбитого стекла и возмущенное пиликанье робота-привратника… испуганно смолкшее после тихого Юлиного «А ну цыц, ведро железное!»

А Сабрина вскинула руки над головой и похлопала в ладоши:

— Ну че, девчата! Понеслась звезда по черным дырам?!!!

И, действительно, понеслась…

+++

— Вот это мы погуляли… — Ошарашенно прошептал я, рассматривая себя во включенном ростовом зеркале.

И стал считать и идентифицировать следы от губной помады и засосы — на лице, на шее… м-да, и не только там… Грудь, живот… блин!

Вот эти зеленые — это Оля, узнаю цвет помады. Засосы — это от Юли, она косметикой не пользовалась. Хм… а вот эти золотые с блестками — это… это Букэпэ. Не уследила за ней Сабрина… Стоп! На ягодице-то откуда??? Со следами от зубов???? Как????!

+++

Нас, одоспешенных и/или с оружием, в баре набралось четверо. Все, кроме меня, дамы. Мы стояли у выхода, подпирая стенку с подписанными фотографиями каких-то незнакомых людей, и тоскливо вздыхали, подрагивая плечами и дергая ногами, пропуская через себя творившийся в помещении адреналиновый беспредел:

— Отличный бросок! Так… Да! Есть! Сзади подходит! Сзади! Да ногой же! Ногой ей двинь! Руки подними — голову закрой, курица тупая! Да еб твою… и твою… и твою тоже! Так его! Об стол! Умничка! Эй, ты совсем охуе… своих мальчиков на своем корыте по колокольчикам бей! Эй! Двиньте этой суке кто-нибудь, а! А потому что нехрен! Да! Вот так ей! Вот так! Ну, или так… не стулья здесь, а картон какой-то…

А я внимательно следил за доктором Букэпэ. Черной пантерой она грациозно и как бы танцуя вворачивалась в атаки противников, слегка дергала, чуть-чуть толкала — и противник шумно летел мимо, сбивая собой стулья и столы. На лице нашего доктора расцветала мечтательная блаженная улыбка. Даже губку свою золотую прикусила и чуть ли не глазки закатывала от удовольствия.

Увлеклась девушка… даже не замечает, как моментами начинает передвигаться со скоростью, сопоставимой с человеком-модификантом.

И не замечает, как Сабрина будто бы нечаянно выталкивает на нее нового противника. Теперь — со спины. Защиту доктора со спины мы еще не «протестировали», ага.

М-да. С защитой заднего сектора у доктора похуже, чем у нас, но все-таки лучше, чем у многих прочих — напавшая со спины женщина вначале застыла с выпученными глазами, словив резкий и жесткий удар локтем (этот удар сильно выбивался из манеры боя Букэпэ), и почти легла на доктора, потом доктор изящно выкрутилась в сторону, мимоходом опрокинув кого-то еще, а замершая в том же положении женщина рухнула на пол с выпученными глазами, обхватив живот.

Неплохо. Нет, правда, неплохо! Особенно, учитывая, что локоть доктора НЕ КАСАЛСЯ живота рухнувшей бедняжки.

Меня стукнули в плечо, отрывая от наблюдений:

— А твои девочки — ничего. Понятно, почему ты такой борзый.

— Возражения? — Вздернул я брови, рассматривая новое лицо.

Женщина в оливковом планетарном «Хабсе». Рост выше среднего, светловолосая, кареглазая. Лицо широкое, но симпатичное. Или это от тайком выпитой кружки настоящего пива окружающие женщины резко похорошели?

Смуглая, что редкость для космонавтов… Видимо, какая-нибудь планетарная мутация, повлиявшая на пигментацию кожи. Или только-только вышла из отпуска. Из-за чего, кстати, ее и могли волевым решением завистливого коллектива одеть в броню. А может соблюдает медицинские рекомендации для членов команд космических кораблей и регулярно принимает солнечные ванны с нужным спектром… да нет — бред — не может такого быть.

Женщина доброжелательно подмигнула:

— Не кипиши! Если борзый по делу — никаких возражений, имеешь полное право. — Она протянула руку. — Света. «Рассвет на Хинамацури»

Мою руку не пытались «помять», но рукопожатие было крепким. Да и опасное это занятие — мериться силой в экзоскелетах — у кого-то рука в труху будет, а кто-то будет чудовищный штраф администрации станции платить и оплачивать лечение и, самое неприятное — порчу чужого имущества.

— Кант. «Эстрелла Брилланте собре Монторнес дель Вальсес»

Женщина зависла. А я задавил довольную улыбку — десять минут на борту специально заучивал это название! Вот… пригодилось!

— М-да… Ну, ладно. — Она вздохнула. — Как знала, что сегодня не надо броньку одевать… Я бы с вашей смугляночкой схлестнулась бы…

— Знакомый стиль? — заинтересовался я.

— Бадорай, кажется. — В сомнении пожевала она губами. — Или «айки-сверм». Но не уверена — я в этих стилях как-то не очень.

Благодарить за информацию и уточнять детали я не стал. Потом информацию по этим стилям найду. Но из того, что смог определить лично я — доктор практикует какое-то единоборство, заточенное под обездвиживание и нетравмирующую нейтрализацию противников… и даже рядом не адаптированное под ношение экзоскелета. А вот броня… да, броня смотрелась бы с такими движениями очень органично.

Драка тем временем приблизилась к своему логическому концу. На ногах осталось человек пятнадцать. Включая весь наш экипаж — только Сабрина утирала довольной и возбужденной Букэпэ белым платочком кровь из-под носа. Остальные присутствующие — человек тридцать — в данный момент были отсутствующими по уважительной причине. Они в живописных позах устилали пол и поверхности столов.

«Оставшиеся в живых» переглянулись, осмотрелись, оценили разгром.

— Милый… — Первой подала голос достаточно протрезвевшая Ольга. — Нам, кажется, пора… — И как-то робко уточнила. — Да?

— Хорошо размялись. — Согласилась с ней какая-то женщина в темно-красном комбезе с лейблами первого пилота. — Всего хорошего, дамы! Благодарю за прекрасный вечер!

И, быстро распальцевав какую-то незнакомую команду, поспешила к выходу, по пути подхватив какого-то мужика в таком же темно-красном, но с обозначениями «помощник капитана». За ней, прихрамывая и потирая ушибы, двинулись две женщины в таких же темно-красных комбезах.

— Было приятно познакомиться, Света. — Кивнул я. — А ты что? Остаешься?

— У нас экипаж — семь рыл. — Тяжко вздохнула она. — На ногах я и Гена. — Она ткнула в сторону блондина, одного из «выживших», мрачно обозревающего побоище. — Вдвоем мы всех своих не утащим. Так что придется оставаться, ждать СБ станции и возмещать убытки. Ты же знаешь правила, Гант…

— Кант. — Автоматически поправил я.

Первое правило кабацкой драки «кто остался, тот и платит», я знал.

"Тим: Дамы! Предлагаю обзавестись первыми должниками и связями в среде свободных перевозчиков. У нас тут пять нетранспортабельных тел, которые надо вынести и сложить у ближайшего питейного заведения. Наши, получается, три. Осилим?

Сабрина: Маленьким несовершеннолетним девочкам, согласно нормативам, запрещено поднимать тяжести!

Юля: Маленький штришок… в нормативных документах нашей компании нет такого понятия, как "несовершеннолетние". Что девочки, до мальчики. Ес ть члены экипажа, есть пассажиры и есть перевозимый груз!

Сабрина: Ну, это кося-я-я-як! Тим! Меня дискриминируют! И хотят заэксплуатировать!!!"

Тим: А когда-то было иначе?"

+++

— А дальше? — Я плеснул в лицо еще одной порцией ледяной воды, специально охлажденной где-то до пяти градусов. — Дальше-то что было? Нихера не помню! И я-то… когда Я надраться успел, а?

— Уже здесь, на борту. — Буркнула Сабрина, появляясь в дверях санблока. — Тебя Юля с Олей развели… Им, видите ли, стыдно вдвоем в одну кровать с тобой, трезвым, залезать. — Она просочилась к раковине, легко отодвинув бедром меня, опешившего от таких новостей, в сторону. — Подвинься… Воды хочу. И башка болит. Ай! Ты чего такую холодную сделал! Бр-р-р…

Лицо сестры было изрядно помятым, волосы в прическе спутались, глаза отливали красным…

— Может тебе антидот принять?

— Нахрен. — Профыркала между жадными глотками Сабрина. — Просквозит из всех дырок. Уж лучше так. Само пройдет. Можно еще кофе с камбуза в каюту заказать — я заметила, что время реакции автоматики при заказе в твою каюту процентов на тридцать меньше.

— Ну, это логично — это ж каюта капитана!

— В первую очередь это каюта, в которой прописалась твоя Юля!

— Кстати, о Юле. — Изящно вывернул я с неудобной темы. — Она сейчас явно не в состоянии управляться с пищевым синтезатором на камбузе, а доктор