КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 402921 томов
Объем библиотеки - 530 Гб.
Всего авторов - 171481
Пользователей - 91546
Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Балтер: До свидания, мальчики! (Советская классическая проза)

Почитайте, ребята. Очень хорошая и грустная история!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Любопытная про Быкова: Любовь попаданки (Любовная фантастика)

Вот и хорошо , что книга заблокирована.
Ранее уже была под названием Маша и любовь.
Какие то скучные розовые «сопли». То, хочу, люблю одного, то любовь закончилась, люблю пришельца, но не дам ему.. Долго, очень уныло и тоскливо , совершенно не интересно.. Как будто ГГ лет 13-14..Глупые герои, глупые ситуации.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Сидоров: Проводник (СИ) (Альтернативная история)

Книга понравилась. Стиль изложения, тонкий юмор, всё на высоте. Можно было бы сюжет развить в сериал, всяческих точек бифуркации в истории великое множество. С удовольствием почитал бы возможное продолжение. Автору респект.

Рейтинг: -2 ( 0 за, 2 против).
Шляпсен про Бельский: Могущество Правителя (СИ) (Боевая фантастика)

Хз чё за книжка, но тёлка на обложке секс

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Шляпсен про Силоч: Союз нерушимый… (Боевая фантастика)

Правообладателю наш пламенный привет

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
kiyanyn про Вязовский: Я спас СССР! Том II (Альтернативная история)

Очередной бред из серии "как я был суперменом"...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Colourban про Александр: Следующая остановка – смерть (Альтернативная история)

А вот здесь всё без ошибки, исправлено вовремя.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
загрузка...

Противоположности (СИ) (fb2)

- Противоположности (СИ) 563 Кб, 106с. (скачать fb2) - (varyaxx)

Настройки текста:



========== Мальчик-смерть. ==========

Наступил новый учебный год в пансионе имени братьев Гримм. Не стоит удивляться нелепости названия, ведь в то время как обычные государственные школы называют в честь президентов, эта была названа в честь писателей-сказочников, учившихся когда-то в мифологической школе. Пансион, в котором с девяти лет учился Уилл Солас, имеет такое же мифологическое направление в этнографии и фольклоре. Грубо говоря, это было учебное заведение с углубленным изучением мифологии разных стран и народов. И, честно говоря, это было скучно. Конечно, нельзя было отрицать, что большинство ребят в этой школе-интернате были неплохими, но даже от этого веселее не становилось. Большинство лекций были нудными, а контрольные частыми, что просто принуждало к изучению материала. Благо учителя были понимающими и давали переписывать или сдавать работы позже срока.

Уилл Солас всегда проводил лето в пансионе, как и некоторые из детей, у которых не было семей или желания возвращаться в детский дом. Это лето он провёл с Лео Вальдесом, Перси Джексоном, Аннабет Чейз, Джейсоном и Талией Грейс, Хейзел Левеск, Пайпер Маклин, Фрэнком Чжаном и Рейной Рамирес-Ареллано. Эти ребята были самыми близкими его друзьями из пансиона, но юноша общался практически со всеми учениками, которые не выражали негатива и ненависти в сторону других. Даже с ними он пытался подружиться, но обычно не получалось, потому что те в большинстве своём являлись гомофобами. Кстати об этом, Уилл был открытым геем с тех пор, как впервые осознал, что влюбился в своего одноклассника, но тот резко разонравился двенадцатилетнему Уиллу, когда стал ломать ветки на деревьях шутки ради. Что ему нравилось в интернате, так это люди: многие из них были добрыми, понимающими и старались не задевать чужие чувства; или хотя бы были честными и умели держать своё мнение при себе.

Пансион находился на Лонг-Айленде, в часе езды до центра Нью-Йорка. И если забраться на вершину самого высокого дерева, стоящего на холме недалеко от общежитий, можно было увидеть вдалеке силуэт Эмпайр Стейт Билдинг или статуи Свободы. На выходных и каникулах учеников обычно легко отпускали в город, но всегда нужно было предупреждать, если собираешься покинуть территорию школы.

Как правило, в интернате жили ребята из детских домов и те, у кого были проблемы с контролем собственного поведения. Практически у всех учеников были два повторяющихся психических расстройства: СДВГ* и дислексия*. У некоторых эти особенности проявлялись ярко, например, Лео Вальдес мог быть отличным примером ребёнка с СДВГ, ведь он никогда не мог сидеть спокойно, не крутя что-то в руках или не постукивая ногой по полу; казалось, что он вечно на энергетиках. В то же время у Аннабет Чейз синдром дефицита внимания и гиперактивности имелся, но не проявлялся совсем, ведь девушка всё время сохраняла спокойствие и замечала малейшие детали. Перси Джексон же имел тяжелую дислексию. Читать на английском парень не мог практически совсем, зато в древнегреческом и латыни делал удивительные успехи, шпарил на них так, словно это были его родные языки. А вот Фрэнк Чжан не имел дислексии совсем, однажды он даже участвовал в орфографических конкурсах. Уилл собирался стать врачом и старательно готовился к этому, учился держать себя в руках, поэтому, пока он был спокоен, его СДВГ сохранялся под контролем. С дислексией были небольшие проблемки, но Солас активно работал над собой, пытаясь стать лучше.

Уильяму в этом году исполнялось 18 лет. Он учился в выпускном классе в этом «элитном лицее с общежитием», — так его называли в некоторых узких кругах. В узких кругах потому, что так его называли только преподаватели в этой школе и её директор. Уилл же никогда не считал, что учится в какой-то там богом забытой дыре, но и с радостью ожидал момента, когда он уже сможет уехать от этого места подальше.

По сути, Солас был самым популярным парнем в пансионе, но он не был каким-нибудь бэд-боем, футболистом или черлидером. Он просто был собой: дружелюбным, добрым и ответственным парнем, который заботился обо всех, кого знает, и которому не наплевать на своё будущее. До девяти лет Уилл жил в Калифорнии и просто обожал это место, но потом его мать погибла, и его отвезли в детский дом, откуда отправили в школу-интернат рядом с Нью-Йорком. Время от времени Уильям всё ещё скучал по своей прежней жизни: двухэтажный дом на побережье, домашнее обучение с мамой и друзья, которые каждый день ходили с ним на пляж гулять или сёрфить. Солас просто обожал лето. В это время года всегда жарко, можно ходить в майках, шортах и шлёпанцах, не нужно посещать занятия и рано просыпаться, вокруг всё зелёное и цветёт, и на сердце сразу становится теплее. Поэтому Уилл был очень разочарован, когда это чудное время года подошло к концу.

Блондин проснулся в 7 утра, чтобы не опоздать в первый день на учёбу. Вопреки всем факторам, он жил в двухместной комнате один. В прошлом году от него съехал парень — Ли Флетчер — по причине выпуска из академии, и до сих пор про нового соседа Уилл не слышал ни слова. Он не знал, заселят к нему кого-нибудь в этом году или нет, но вчера, на всякий случай, парень освободил несколько полок в шкафу и немного прибрался в комнате. Директор — Мистер Д — был человеком внезапным, он всегда делал всё в последний момент и путал имена (Уилл подозревал, что нарочно). Уильям за 8 лет своей жизни в пансионе привык готовиться ко всему заранее, даже если он не знал, чего именно ожидать. Сейчас Солас торопливо принял холодный душ, чтобы проснуться окончательно, надел рваные белые джинсы, оранжевую футболку с надписью «half blood» и жёлтые Чаки Тейлоры*. Уилл благодарил всех богов за то, что в интернате нет какой-то определенной формы, потому что он бы не перенёс ежедневное ношение костюмов, рубашек, галстуков и туфель. Это самое настоящее издевательство над детьми, и что форма улучшает дисциплину — абсолютно точно миф.

Солас в последний раз посмотрелся а зеркало, надел рюкзак на одно плечо и вышел из комнаты, закрывая ее за собой на ключ-карту. На левой руке тихонько стукались друг о друга радужные браслеты, а на шее парня висела нить с семью бусинами с различными рисунками. Такие здесь были у всех: один год в пансионе равен одной бусине.

— Проснись и пой, Вальдес, — громко крикнул Уилл, распахивая шторы. За окном светило солнце, на небе ни облачка. Первый день сентября совсем не значит, что погода должна испортиться, и вот вам пример. Комнату с двумя небольшими кроватями, огромным шкафом и двумя столами Лео и Джейсон делили между собой. И если Грейс всегда вставал рано и отправлялся на пробежку, Леонардо обычно засыпал посреди ночи, а потом мог спать весь день напролёт. Иногда Уилл не мог понять, как эти двое уживаются друг с другом.

— Красоте нужен сон, — вяло запротестовал Лео, закрываясь одеялом с головой. Ей-богу, этот парень даже спросонья самовлюбленный нарцисс.

— Значит, тебе сон не нужен, — бодрым голосом съязвил Солас и сорвал с друга одеяло, на что тут же получил стон и кряхтенье вперемешку с ругательствами.

— Di immortales*. Хватит, Апполон, — сдался брюнет и перевернулся на спину, уставившись на Уилла. — Иди ешь свой завтрак, Солнышко. Буду через 5 минут, — Вальдес подмигнул приятелю, ухмыляясь, и поднялся с кровати, тут же направляясь к двери в ванную.

— Не задерживайся, а ни то пропустишь завтрак. А я, как доктор, тебе этого не рекомендую! — откликнулся Уилл и покинул комнату, направляясь на общую кухню. Такая была на каждом этаже их трехэтажного кампуса. Комната блондина находилась на третьем этаже, как и комнаты всех его друзей, так что обстановка у них всегда была уютная и приятная.

— Привет, голубки, — улыбнулся во все тридцать два зуба Уилл, входя в кухню и видя перед собой сидящих за столом Аннабет с Перси и Пайпер с Джейсоном. Солас точно был в отличном настроении, хотя ещё вчера переживал, что у него начнётся осенняя депрессия. Сейчас он, возможно, понял, что немного драматизирует.

— Доброе утро, милый, — прощебетала Пайпер.

— Привет, Уилл, — Аннабет, не отрываясь от книги, взмахнула в воздухе рукой.

— Салют, будущий доктор, — Джейсон ухмыльнулся и сделал глоток воды из бутылки. Он, похоже, только из душа.

— Приветики, голубоглазка, уже на… — Перси хотел уже было что-то сказать по поводу «уже нашёл себе парня?», но не успел.

— Помолчи, Рыбьи Мозги. Как у тебя дела? — Аннабет вовремя захлопнула книгу и закрыла рот своего парня ладонью.

— Замечательно, — Уилл уселся за стол и стал поедать мюсли, которые каждое утро Пайпер заботливо готовила для всей компании. — Хейзел и Фрэнк снова сбежали раньше всех?

— Ага, я видел их утром, перед пробежкой, они завтракали, — кивнул Джейсон и непонимающе нахмурился: кто мог вставать на час раньше требуемого, чтобы придти в класс пораньше? — Ты разбудил Лео? Он лёг спать около 2 часов ночи.

— Да, он уже во всей своей самовлюбленной красе, будет через пару минут, — задумчиво пробормотал Солас. Лео был его лучшим другом уже несколько лет, и хотя по характерам ребята совсем различались, они почему-то легко сдружились, а со временем обнаружилось, что у них есть несколько общих интересов. Не смотря на то, что они постоянно поддевали друг друга, Уилл и Лео были действительно близки. Солас рассказывал всё своему другу, так же, как и тот ему.

Через пять минут к ним присоединился Лео, а позже Талия и Рейна. Когда все собрались и позавтракали, они вышли из общежития и направились в сторону академии, находившейся в двух минутах ходьбы от их дома. Пока они с Лео переходили дорогу, отстав от остальных, потому что у Уилла развязался шнурок, их чуть не сбил чёрный дорогой автомобиль. Мужчина на водительском сидении был очень худым и бледным, из-за чего казался похожим на скелет. Рядом с ним, на пассажирском сидении, разместился парень примерно возраста Уилла. Он был пугающим. Чёрные как ночь глаза смотрели на несостоявшихся жертв аварии холодным и пустым взглядом, в котором была лишь капля беспокойства (Солас разглядел её только потому, что хорошо разбирался в людях). Юноша был красивым, но очень вымученным, его чёрные волосы отросли до середины шеи и были взлохмачены. Кожа приняла какой-то неестественный бледно-оливковый оттенок, близкий к белому. Он выглядел очень худым, словно не ел последние два месяца. От разглядывания пассажира Уилла отвлёк негромкий «извиняющийся» гудок машины.

— Pardonne-moi! Простите! — крикнул водитель, высунувшись из окна и помахав свободной рукой в виноватом жесте, говорящем «я не хотел». Вероятно, он был французом, его выдавал очень заметный акцент.

— Не тормозите так резко, сломаете машину! — ошарашено крикнул Вальдес, держась за руку друга, которую схватил, когда испугался лязга тормозов.

— Ничего, водите осторожнее! — с улыбкой прощебетал Уилл извиняющимся за друга тоном, прежде чем Лео оправился и потащил его дальше по дороге. — Ты в порядке? — уже тише спросил он, повернувшись к приятелю, мысленно отправляя образ загадочного парня из машины куда подальше.

— Ну разумеется. Меня нельзя напугать какой-то там машинкой, я слишком крут для этих человеческих глупостей! — веселым тоном заявил брюнет, высоко задрав голову, на что Солас звонко рассмеялся и покачал головой: он неисправим.

***

Нико выглядел ужасно. Он сидел на переднем сидении чёрного автомобиля и рассматривал своё худое лицо в зеркале заднего вида за открытым окном (на улицах все ещё было тепло, и Нико был не против проветриться, поэтому все окна были нараспашку). Он ни на минуту не сомкнул глаз прошлой ночью, потому что это была его последняя ночевка дома. Там, где он был любим и принят таким, какой он есть, но всему этому пришёл конец, и теперь на целый год домом ди Анджело станет пансион имени братьев Гримм (что за идиотское название?). Очередной бессонной ночью парень заработал себе темно-серые мешки под глазами. Сами глаза, казалось бы, совсем почернели и не были больше слегка шоколадного оттенка, который они раньше имели. Щеки впали, ведь в последний раз Нико ел прошлым утром, когда их горничная убедила его съесть хотя бы кусочек яблочного пирога, который она приготовила на прощание. Брюнет не мог даже примерно вспомнить, когда он в последний раз расчесывал волосы, но они до сих пор каким-то образом выглядели презентабельно. Он, как всегда, был в пилотной куртке и чёрной футболке под ней. Джинсы и кеды на парне тоже были абсолютно чёрными. Посмотрев в сторону, Нико заметил, что они уже подъезжали к пансиону. Им выслали все бумаги по почте и теперь оставалось только заселиться в его комнату, а потом нужно было отправляться на уроки. Ди Анджело сообщили, что какое-то подобие классного часа пройдёт после обеда 7 уроком. Ему нужно присутствовать там, чтобы представиться классу и познакомиться с другими учениками, хотя делать это он не собирался. Ему и одному хорошо, тем более его всегда принимал только один человек, который теперь этого не делает.

Неожиданно автомобиль затормозил, и Нико чуть по инерции не влетел в лобовое стекло. Отличное начало дня. Парень быстро вернулся на своё прежнее место и с холодной невозмутимостью посмотрел на дорогу: что могло заставить его личного водителя чуть не прикончить его? На дороге стояли два парня, держась за руки. Если в этой школе есть геи, которых не задирают (по крайней мере, не бьют, и они выглядят счастливыми), то она не так уж и плоха. В любом случае, Нико не скрывал свою ориентацию, просто ей никто никогда не интересовался. И парня это всегда устраивало. Он никогда не с кем не встречался, ему даже никто ни разу не нравился по-настоящему в романтическом смысле. И это его совершенно не волновало.

Парни выглядели шокировано. Один из них — блондин — сначала смотрел на Жюль-Алберта (водителя), а затем принялся рассматривать самого Нико. Темноволосый посчитал нужным уставиться на этого парня в ответ. Он был очень симпатичным. Светлые волосы были растрёпанны и образовали маленькие волны, а добродушные и радостные голубые глаза были наполнены солнечным светом. Тёплый золотистый оттенок кожи хорошо сочетался с оранжевой футболкой с какой-то непонятной надписью на греческом. Юноша был одет по-летнему и казался приятным человеком. В прошлом они с Нико подружились бы. У парня на руках были радужные браслеты, а на шее были какие-то хипповские бусы, выглядевшие немного странно. Ди Анджело дал себе обещание не носить такие даже под угрозой смерти, потому что если на этом блондине они смотрелись гармонично, то с депрессивным Нико они не сочетались бы совершенно. Второй парень был немного ниже блондина, он был одет в тёмные подогнутые джинсы, красные кеды и чёрную обтягивающую майку с красной клетчатой рубашкой. Такие же бусы болтались у него на руке в виде браслета, на бёдрах висел пояс с инструментами (зачем он ему на учебе?). Наверняка, этот странный мальчик был каким-нибудь задротом с пристрастием к роботам и машинкам. Он был похож на эльфа-латиноамериканца с чёрными кудрявыми волосами. Он выглядел забавно, словно на энергетиках. И этих двоих только что чуть не сбила машина. Замечательно. Нико не особо беспокоился об этом, потому что они даже не были знакомы, хотя ребят было немного жаль.

Ди Анджело отвёл взгляд в сторону, когда Жюль-Альберт, высунув голову и свою левую руку из окна, принялся извиняться. Брюнет, как и ожидалось, первым делом забеспокоился о машине, а блондин оказался очаровательным и милым, тут же простил то, что его только что чуть не угробили. Нико он понравился, может, не как парень, но как человек точно. Спустя секунду они уже покинули дорожную полосу и светловолосый рассмеялся на какую-то реплику своего парня, все ещё держа его за руку. Ди Анджело не знал, что это было, но в груди загорелся какой-то огонёк, в сердце кольнуло, а в горле встал ком.

— Как неловко получилось, — с французским акцентом пробормотал себе под нос водитель, засунув голову обратно в машину.

— Поехали уже, мне нужно заселиться, — сглотнув ком в горле, прошипел брюнет, смущенный своим странным поведением. С ним такого никогда не происходило, он ни разу в жизни не чувствовал ничего подобного, и это его пугало. Юноше не с кем было поговорить об этом, потому что никто не принял бы его с этими глупыми жалобами и непонятным бормотанием, потому что он не умел говорить о чувствах — особенно своих.

***

Парень из чёрной машины не покидал мысли Уилла первые несколько уроков. На первом — английской литературе — Солас просто вспоминал внешность юноши и представлял, какой он в жизни. Может, он злой и не любит животных? Было бы очень жаль. Может быть, он поэт? Или таинственный, романтичный музыкант? Или, возможно, он хочет стать космонавтом? Этого парня было сложно прочитать, он мог быть кем угодно, но Уилл не был бы собой, если бы не попробовал подружиться с ним. Этот темноволосый чем-то заинтересовал Соласа так, как его не интересовал никто другой. А втором уроке — истории — блондин всё думал, где он встретит этого новенького, когда, в каких условиях. Он пытался угадать имя этого парня, но никакие его варианты не подходили. На оставшихся уроках и переменах юноша витал в облаках, постоянно делая и говоря глупости, из-за чего после урока физики, учитель подозвал его к себе и с встревоженным видом поинтересовался, все ли у него хорошо. На обеде он сел вместе с друзьями за столиком на улице и стал вглядываться в лица прохожих, пытаясь найти того парня, но его все не было.

Наконец, настал классный час, к которому все ученики уже утомились и успели устать от учёбы. Уилл решил отвлечься от своих мыслей и немного поболтать с друзьями, пока учитель не вернулся в кабинет. Около пяти минут назад их классный руководитель мистер Браннер вышел из кабинета по каким-то неотложным обстоятельствам и до сих пор не вернулся, хотя обычно он вообще не отходил от своих учеников. У Браннера не было пунктика по рассадке в классе, но он настаивал, чтобы все сидели на тех местах, которые изначально выбрали. В этом году вся их компания села в конце класса. Лео сидел перед Уиллом и вечно оборачивался чтобы что-то прокомментировать, но это было лучше, чем в прошлом году, ведь тогда Вальдес сидел сзади и не переставал дергать друга, чтобы тот обернулся и послушал, что тот скажет. Место за партой рядом с Соласом было свободно, потому что раньше здесь сидела Пайпер, но она решила стать отличницей в этом году, и потому пересела на первую парту рядом с Аннабет. Своих парней обе оставили сидеть на задних партах.

— Думаю, если бы у нас были часы как в «Классном мьюзикле», было бы гораздо легче жить, — сложив руки на груди, на полном серьезе проговорил Перси.

— Да, потому что они все такие огромные и каждая секунда на счету, — с той же уверенной интонацией согласился Джейсон, словно они обсуждали политику, а не диснеевский фильм.

— Могу соорудить! — подмигнул со своего места Лео, крутя в одной руке карандаш, а второй постукивая по столу, при этом дёргая ногами и немного безумно улыбаясь. Иногда и правда казалось, что парень подсел на энергетики и пил их литрами.

— Кстати о «Классном мьюзикле», как тебе Трой Болтон, солнечный ты наш? — с хамской ухмылкой поинтересовался Джексон, ожидая, что Уилл смутится.

— О, он красавчик, особенно сейчас, ты его пресс видел? — словно это было очевидно, заявил Солас и расплылся в озорной улыбке. Уилл действительно не отрицал этого, потому что правда — как Зак Эфрон может не нравиться?!

— Ого, Уилл, ты хочешь себе парня с шикарным прессом? — игриво захихикал Вальдес, двигая бровями вверх-вниз.

— О боги, помолчи, сладкий, тебе будет полезно, — закатил глаза блондин, но его истинные мысли, кажется, выдал румянец на щеках. Уилл никогда не задумывался, какого парня себе хочет. Для него всегда главным пунктом была душа, а не внешность человека, ведь если красивый человек не умеет поддержать разговор или издевается над другими, разве можно провести с ним всю свою жизнь? И да, Солас был человеком романтичным всю свою жизнь. С самого детства он знал, что будет искать себе первого и единственного. Того, с кем он однажды встретится, а потом проведёт жизнь и состарится рядом с ним. И ему никогда не важно было, будет этот человек блондином, брюнетом или рыжим, какого цвета будут его глаза и его кожа. Мама Уилла всегда говорила, что нельзя судить человека по его внешнему виду, потому что самые прекрасные алмазы скрываются в самых тёмных пещерах. Так и с людьми. Самые лучшие люди не всегда красивы, иногда за темной, пугающей внешностью прячутся самые лучше качества.

— Привет, ребята! — мистер Браннер зашёл в класс, оборачиваясь через плечо и улыбаясь ученикам. — Со мной тут мистер Д и ещё кое-кто…

В кабинет вошли ещё два человека: пухлый мистер Д в своём идиотском спортивном костюме и — О БОГИ! — тот самый Парень! Уилл еле сдержал крик восторга и радости, но облегчённый вздох предвкушения всё-таки сорвался с его губ, и блондин неловко улыбнулся и покачал головой, когда понял, что на него посмотрели Лео, Перси и Джейсон. Это и правда был он! Этот парень был ростом пониже Уилла, но лишь на пару сантиметров. Он и правда был очень худым, одетый в чёрные джинсы, кеды, футболку с рисунком черепа и пилотную куртку темно-коричневого цвета на несколько размеров больше, чем требовалось, но смотрелся он просто… просто… Солас не мог объяснить свои чувства по поводу парня. Также он не мог вспомнить тот момент, когда неожиданно стал чокнутой фанаткой. Этот юноша творил с ним непонятные вещи, а они ведь даже не были знакомы.

— Доброе утро, класс. Перри Джонсон, Вилли Сонтус, Джесси Грин, Лукас Вертес, спасибо, что прибирались в нашем лицее этим летом, вы проделали огромный труд. Аннабель Чиз, Пеппер Майкл, Рейна с трудной фамилией и Малия Гринч, вы тоже молодцы, без вас наши цветочки бы завяли, — воодушевленно говорил директор, с легкостью путая имена и фамилии учеников. — Но вы, наверное, спрашиваете себя: «Зачем наш прекрасный директор снизошёл до нас, учеников выпускного класса из своего кабинета на верхнем этаже?» И я вам отвечу: чтобы представить вам, ребятушки, вашего нового одноклассника: Конни де Анджелес, — указывая на Нико обеими руками, словно демонстрируя свою работу, прогремел мистер Д. В начале года он всегда был таким воодушевлённым, но к концу относился к ученикам с полной пофигистичностью. Но человеком он был хорошим, если получше его узнать. Наверное…

— Нико ди Анджело! — поправил Мистера Д Хирон, когда заметил непонимающий взгляд мальчика. — Его зовут Нико ди Анджело! Спасибо, Мистер Д, мы дальше сами разберемся, — тактично спровадил Мистер Браннер директора. Тот лишь устало кивнул, закатил глаза и лениво пошлепал к выходу. — Хочешь рассказать нам что-нибудь о себе, Нико?

— Не особо… — негромко ответил ди Анджело и стал оглядывать новых одноклассников, словно сканируя их.

— Эм… Что же. Хорошо, надеюсь, со временем мы все сможем узнать тебя лучше, — улыбнулся Хирон и указал рукой куда-то в конец класса. — Ты можешь занять место рядом с Уиллом, — Нико, нахмурившись, проследил за направлением руки учителя, не особо понимая, о чем тот говорит.

— Я — Уилл! — подняв руку над головой, указал Солас, когда заметил отсутствующий взгляд новенького. Мысленно, блондин кричал от того, что Хирон посадил этого парня рядом с ним! А ещё Уилл был в восторге от имени: «Нико ди Анджело» идеально ему подходило!

— Ага… — Нико быстро двинулся вперёд и запнулся, пока шёл, отчего его новые одноклассники рассмеялись, кроме Уилла. Он лишь понимающе улыбнулся и пожал плечами. Брюнет же вздохнул, пересёк оставшиеся пару метров и за свою парту, быстро скидывая с одного плеча рюкзак. Он положил руки себе на колени и стал нервно крутить кольцо на пальце, не отводя взгляд от парты.

— Привет. Ты Нико, да? Машина, на которой ты ехал этим утром, чуть не сбила меня и моего друга. Я Уилл Солас, а тот мой друг — это Лео Вальдес. Классное у тебя кольцо, — негромко говорил блондин, не прерывая учителя, когда от классного часа прошло примерно двадцать минут. Сейчас Хирон вещал что-то про новые скамейки в парке на территории школы, что никого особо не интересовало. Все эти двадцать минут Уилл практически пялился на Нико, время от времени бросая взгляды на учителя.

— Да. Прости, мой водитель вас не заметил. Он сожалеет. Рад знакомству. Спасибо, — монотонно ответил Нико, смотря прямо на блондина за партой рядом. Уилл разочарованно отвёл взгляд в сторону. Он хотел узнать нового одноклассника, но тот, похоже, не хотел этого в ответ, ясно давая понять, что хочет, чтобы от него отстали.

***

Нико не хотел, чтобы Уилл от него отстал. Сам себе он это, конечно, в жизни бы не признал, но это было так. Этот дружелюбный парень был похож на самого настоящего принца из сказок, ему только короны не хватало. Точнее, он был сочетанием принцессы и принца из сказок — их наследником, потому что в юноше сочетались качества и принца, и принцессы. В хорошем смысле. Он был очень красив, прямо принц Чарминг в реальной жизни, но также он выглядел невинно и добродушно, отважно и дипломатично.

Ди Анджело заселился в свою комнату около 10 часов утра, после того, как все документы по проживанию были заполнены и продублированы. Нико за это время успел походить по коридорам общежития, найти свою будущую комнату на третьем этаже, которую он будет делить с каким-то парнем и дочитать начатую им несколько дней назад книгу. Затем пришло время заселения, и парень стал помогать носить коробки, которых было совсем немного, а когда Жюль-Альберт попрощался с ним, принялся разбирать те самые коробки. Ему разрешили прийти только на классный час, не посещая другие уроки; так он и поступил. К обеду Нико разложил всю свою одежду на полках (его сосед уже ему нравился, ведь он подумал заранее и освободил какую-то часть шкафа для новенького), расставил на столе пару старых фигурок героев игры, которой он увлекался в детстве, всякие блокноты и записные книжки, сменил постельное белье на своё чёрного цвета. Коробку с фотографиями он оставил лежать запечатанную в углу. Так было спокойнее, на него хотя бы не таращились постоянно родственники. Нико так и не сходил на обед, вместо этого он отправился в кабинет директора, чтобы тот отвёл его на классный час и представил.

Примерно так и получилось, только большую часть болтовни директора ди Анджело прослушал, потому что думал о том, что невероятный парень, которого он видел утром, был его новым одноклассником. С не шокированным взглядом явило выглядел ещё невероятнее, чем тогда.

— Конни де Анджелес, — звонко проговорил директор, и Нико опомнился. «Что?» — пронеслось у него в голове. «Он спутал моё имя? Но я же представился секунд сорок назад». Слава Богам, на выручку ему пришёл новый классный руководитель, удосужившийся запомнить его имя. С вопросом о себе он, конечно, промахнулся. Нико не мог рассказать о себе что-то интересное или конкретное. Он не любит лошадей, потому что однажды упал с одной. Животные в целом не любят Нико, и это взаимно. Он в идеале знает итальянский, потому что мама учила его этому языку. Он любит «Звездные войны», «Мифы и Магию» и пиратов. Нико умеет фехтовать. Он гей. Но разве такое рассказывают, когда приходят в новый класс и новую школу? Нет. Обычно звучит краткая биография, но парень не хотел, чтобы ее кто-то знал. Поэтому он просто отказался и стал смотреть на новых одноклассников.

Мистер-«пожалуйста, зови меня Хирон»-Браннер предложил Нико сесть рядом с каким-то Уиллом. Но когда парень увидел, с каким именно Уиллом ему придётся сидеть весь будущий год, он так растерялся, что запнулся о собственную ногу, пока шёл к нужному месту. Со всех сторон тут же послышался смех, но для Нико было важно, смеялся ли над ним лишь один человек. И он не смеялся. Лишь сочувственно улыбался, а когда их взгляды встретились, сердце брюнета забилось в тысячу раз быстрее. Он тут же выпрямился и так же быстро преодолел последние два шага, уселся на своё место и стал сверлить взглядом парту, понимая, что сидящий рядом блондин не сводит с него взгляда своих прекрасных голубых глаз. А когда обладатель этих самых глаз заговорил с Нико, его сердце пропустило удар. И что с ним творилось такое? Темноволосый ответил как можно более лаконично, чтобы лишний раз не налажать, при этом не упустив возможности посмотреть на одноклассника. В ответ тот улыбнулся, кивнул и разочарованно вздохнул, отворачиваясь к доске. Нико хотел извиниться и попросить Уилла рассказать что-нибудь о себе, но не осмелился. Он последовал примеру парня и повернулся к доске, начиная прислушиваться к речи учителя.

Тем временем девушка по имени Кларисса пустила по рядам записку с рисунком новенького и подписью «Мальчик-смерть». Рисунок был ужасным, но всем казался забавным и остроумным, потому что девчонка додумалась дорисовать Нико в руки косу, а на него самого надеть чёрную мантию с капюшоном.

========== Парень по соседству. ==========

Прошёл лишь день осени, а Уилл уже безумно скучал по лету. Точнее, ещё и дня не прошло, а Соласу уже надоела учёба. Правда, он любил учиться и делал это с большой охотой, но отдыхать и веселиться дни напролёт, согласитесь, звучит более соблазнительно. И мало того, что на первом в году уроке математики он схлопотал тройку — этот предмет у него никак не шёл — некоторые одноклассники раздражали куда сильнее. Под “некоторыми” имеется ввиду Кларисса Ла Ру — местная задира, которую хлебом не корми, но дай поиздеваться над кем-нибудь, показывая тем самым своё превосходство. Она появилась в пансионе позже Уилла, но быстро набрала популярность, потому что оказалась какой-то там дочкой спонсоров или что-то подобное. Затем она стала задирать других учеников, после чего всеобщее восхищение ею переросло в страх. Многие ребята боялись получить от неё парочку ласковых, часто сопровождаемых ударами или обмакиванием головой в унитаз.

Это было три года назад. Но теперь всё немного поутихло, избиения прошли после нескольких серьезных разговоров с девушкой, но издёвки никто не запрещал. Уилл предполагал, что над ней самой когда-то издевались, поэтому она стала враждебна ко всем вокруг. Вероятнее всего, ее мантрой и девизом стало «лучшая защита — нападение».

Она была высокой девушкой крепкого телосложения с твёрдыми чертами лица, серьезными и жесткими карими глазами и каштанового цвета волосами до плеч. Сказать, что она некрасивая, нельзя — не только потому, что за это можно получить, но и потому что она действительно была в каком-то особенном смысле симпатична. В прошлом году девчонка вела себя спокойнее, потому что у неё был парень — Крис Родригес. Но в этом году он выпустился, а Кларисса снова взялась за своё любимое дело: обижать других.

Сейчас Ла Ру, что было ожидаемо, взялась за издевательство над новеньким. И хотя Уилл, казалось бы, на физическом уровне не мог чувствовать такое, он был в ярости. У него чуть было пар из ушей не пошёл, когда Джейсон, ткнув его в спину карандашом и позвав по имени, передал небольшую записку. За двадцать минут пребывания Нико в классе Кларисса успела накарябать ужасный автопортрет и придумать новенькому прозвище. Мальчик-смерть. Очевидно, девушка исходила из немного готического образа Ди Анджело, выдумывая для него оскорбительное или задевающее чувства имечко. Уилл посмотрел на бумажку, а затем на брюнетку, сидящую в другом конце класса. Она посмотрела на него, ухмыляясь, всем своим видом крича «заценил шутку? Я сегодня в ударе». Солас, долго не думая, порвал записку на части и бросил на парту обрывки. Он знал, что Кларисса это видела, и понимал, что ему не сдобровать, но голубоглазому нравился новенький, хотя они даже не были знакомы, он не хотел оставлять Нико одного против этой жестокой девчонки и её верной свиты.

Прозвенел звонок, отвлекая Уилла от мыслей, Мистер Браннер крикнул что-то по поводу домашнего задания по истории, в то время как все ученики живо повставали со своих мест и отправились на выход из класса.

— Посмотрим сегодня какой-нибудь фильм? Мои запасы поп-корна ещё не истощились, — с довольной ухмылкой поинтересовался Лео у друзей, когда они подошли к партам Вальдеса и Соласа. Уилл слышал, что ребята согласились и стали предлагать фильмы, но всё, о чем он мог думать — это Нико ди Анджело, выходящий из класса с рюкзаком на одном плече. Даже со спины этот парень умудрялся распространять вокруг себя флюиды угрюмости и недружелюбия, но Соласа они совсем не отпугивали. Если алмазы встречаются в самых темных шахтах, то прекрасная душа сверкает где-то в глубине этого темноволосого студента. Ну, наверное.

— Может, посмотрим уже наконец «Титаник»? Мы пытались сделать это уже раз пять или около того, но всё время что-то мешает, — предложил Уилл, когда, кажется, новый предмет его воздыхания исчез за дверью, одновременно с этим он встал и накинул лямку рюкзака на плечо.

Ребята активно закивали в знак согласия. Они давно нацелились на просмотр этого фильма, но в первый раз Перси случайно пролил спрайт на Лео и Уилла, когда проходил на своё место и запнулся. Во второй раз они в последний момент решили посмотреть «Дьявол носит Прада». Затем они отменили просмотр фильма из-за планов. Всегда происходило что-то эдакое, отчего ребята откладывали фильм на потом. А жаль, ведь зрелище было бы ещё то: все парни бы рыдали на концовке, а девчонки успокаивали бы своих бойфрендов, плакали вместе с ними, и Аннабет причитала бы на тему «67 причин почему это нелогично».

— Отличная идея! — тут же энергично согласилась Пайпер.

Она была огромным романтиком, а потому смотрела этот фильм не меньше, должно быть, сотни раз, он был её любимым, ведь там столько трагедии, драмы и, как она сама говорила, «настоящей любви между жизнью и смертью»! Эта девушка была, наверное, одним из самых противоречивых людей в школе: она обожала романтику, но при этом в некоторых вещах вела себя как пацанка. Когда Пайпс только появилась в пансионе, она старалась скрывать свою данную природой и наследственностью красоту (мир так несправедлив), неровно подстригая волосы и нося нелепые наряды. Позже девушка стала встречаться с Джейсоном и значительно преобразилась: сделала аккуратную стрижку до плеч, отчего её волнистые шоколадные волосы стали выглядеть просто невероятно и открыли волшебные, вечно меняющие оттенок, глаза, стала носить сочетающуюся между собой одежду, даже иногда надевать юбки. Лео начал звать её Королевой красоты, и даже если сначала Пайпер это не особо нравилось, она вскоре привыкла, ведь все её друзья оценили это очаровательное прозвище по заслугам и часто использовали.

— Хорошо, у меня есть несколько больших упаковок с салфетками, — сложив руки на груди, так же кивнула Аннабет, прислонившись к соседней парте.

Чейз всегда была самой умной и серьёзной из их компании. Она не была заучкой, но знала, казалось бы, всё. Помимо ума у девушки было огромное множество положительных качеств: мудрая, веселая, заботливая. Не говоря уже о том, что Аннабет была очень красива: оливковая кожа, светлые блондинистые волосы, обычно убранные в хвост, приятные черты лица и умопомрачительно серые, видящие всё, глаза.

— Класс. Тогда миссия «Титаник», попытка шестая, официально началась, — хихикнув над собственной шуткой, заключил Лео. Уилл секунду подумал над тем, что можно было бы пригласить новенького — Нико — на просмотр фильма, но затем решил, что не стоит. Было бы глупо, они ведь даже не знакомы лично.

***

Нико медленно спускался по ступенькам из класса истории. Классный час действительно продлился ровно час, что поразило парня, потому что в его прежних школах учителя просто приглашали учеников в кабинет и болтали минут по десять, после чего отпускали их. Возможно, это вышло случайно, только из-за того, что пришлось представлять всем нового ученика, а возможно, это обычное дело. Или, может, это просто первый классный час в году?.. Не важно.

Ди Анджело открыл свой новый шкафчик, который он успел заполнить учебниками и тетрадями. Он снял с плеча рюкзак и открыл его. Внутри лежала фотография, которую он хотел повесить на внутреннюю сторону дверцы, но никак не решался достать её. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдох, как его учила сестра. Благодаря этому парень успокоился, открыл глаза и достал из портфеля фото масштаба 10х15 с изображённой на нем девушкой в сиреневом бальном платье. У неё были темные волосы, чёрные блестящие глаза, обрамлённые густыми ресницами, в уголках которых залегли смешливые морщинки, на носу была россыпь веснушек, губы растянулись в широкой улыбке, словно в мгновение после того, как был сделан снимок, она рассмеялась. Рядом с девушкой стоял сам Нико, широко улыбаясь и держа её под руку. Ди Анджело был одет в темно-фиолетовый смокинг, смотревшийся на нем как влитой. Фото было сделано пару лет назад. Мальчик тогда ещё был аккуратно подстрижен, его кожа имела приятный тёплый оттенок, пальцы рук не были ледяными, в шоколадных глазах искрились эмоции, а не таились призраки прошлого. Он держал стоящую рядом девушку за руку, а на заднем фоне открывался вид на яркие огни какой-то вечеринки.

Нико сглотнул ком в горле, провёл по фотографии пальцами, а затем прилепил фотокарточку с помощью магнита на открытую дверцу шкафчика. Смотрелось хорошо. Брюнет тяжело вздохнул, опустив голову, а затем выложил ненужные учебники из рюкзака и захлопнул чёрную дверцу.

Ещё перед поступлением в пансион у Ди Анджело поинтересовались, какого цвета он хотел бы сделать дверцу своего шкафчика. В этой школе, видимо, люди были заинтересованы в креативности, ведь все шкафчики были разных цветов и оттенков, на некоторых были наклейки и рисунки. Нико с интересом посмотрел на шкафчики рядом: нежно-розовый и жёлтый по бокам, бирюзовый, белый и красный снизу. На жёлтом гордо красовался радужный флаг ЛГБТ-сообщества, отчего Нико тут же вспомнил про Уилла, но отогнал эти мысли подальше, дабы не выступил предательский румянец. На розовый были налеплены наклейки-сердечки. Красный был немного испачкан какими-то чёрными пятнами. В углу белой дверцы удобно расположилась миниатюрная открытка из Парфенона в Афинах, а на бирюзовой было огромное изображение трезубца. Брюнет планировал оставить свою дверцу пустой. Это был его первый и последний год в этом месте, после которого Нико уедет куда душе угодно.

Ди Анджело двинулся с места, направляясь к светлому выходу на улицу в конце коридора, когда откуда-то сверху послышались голоса. Одновременно с этим он пытался вспомнить, какое из трёх абсолютно идентичных общежитий было его. В итоге угадал он со второй попытки. Оказалось, не первое, а третье.

Нико замер на секунду перед лестницей на третий этаж, готовясь встретить своих новых соседей. Он знал, что живёт в одной комнате с каким-то парнем, а помимо них на этаже живут ещё десять человек или около того. Плюс этого пансиона заключался в том, что общежития были просто замечательные для своего звания. Три общежития по три этажа, на каждом по шесть комнат для четырёх человек максимум. Разумеется, глава пансиона старался не заселять все комнаты полностью, да и в этом не было нужды. Мало того, что обучение в этой школе, ко всеобщему удивлению, было дорогим, так ещё и требовались хорошие баллы за проходные экзамены, поэтому оно было заполнено лишь на половину. Каждая комната включала в себя собственную ванную с душевой кабинкой, и на всех этажах имелась своя кухня с новой техникой. Каждая комната закрывалась на ключ-карту, а не на какой-то захудалый замок, который замучаешься открывать. Связь, конечно, ловила хреново, но для Нико это было совсем не важно. Звонить и писать некому.

К сожалению или к счастью, когда Ди Анджело, готовый к своей смерти, твёрдой походкой поднялся на нужный этаж, там никого не было. Парень с явным скепсисом прогулялся по коридору, не веря, что он здесь один. Может, повезло, и такое будет происходить часто? Что сказать, Нико не был большим любителем поболтать или посидеть в милой компании друзей. Он предпочитал тишину и одиночество. Не раньше, но сейчас. Каждой минутой, проведённой наедине с собой, Нико дорожил, надеясь урвать ещё хотя бы одну. Конечно, его мысли постепенно убивали его, но было в этом что-то особенное и успокаивающее, особенно если ни один человек во всем мире не принимал его таким, какой он есть. Теперь эта его особенность обострится, ведь жить на одном этаже с десятью людьми — полная катастрофа. Они постоянно будут пересекаться в кухне, в коридоре, даже в комнате одному не остаться, живёт-то он не один. Перемены и общение с другими людьми никогда не будут легко даваться брюнету, это он уже давно понял и принял.

Нико достал из кармана рюкзака связку ключей (с всего лишь двумя ключами — от дома и гаража), на которой теперь висела карта, как будто была брелком. Он неумело провёл карточкой по замку, и красный маленький огонёк сменил свой цвет на зелёный. Парень открыл дверь, а затем тихо прикрыл её за собой. Взгляду предстала новая комната, словно разделённая на две части. Правая часть увешана плакатами со знаменитостями, полки заставлены книгами и всякими безделушками, незаправленная кровать застелена нежно-жёлтым постельным бельём, на полу в хаотичном порядке стоят стопки книг или журналов, фигурки разных персонажей из комиксов, разноцветные кеды и прочие штуки. На белой стене висят гирлянды и флажки, фотографии на прищепках, шляпы и подвески, куртки. Эта часть комнаты была светлой и живой. Левая сторона отличалась полностью. Кровать с чёрным постельным бельём в идеальном порядке, голые стены, пара статуэток на письменном столе, ручки и тетради, несколько книг на полках, десяток пустых и полных коробок на полу. Было видно, что комната ещё не обжита жителем левой стороны. Единственное, что объединяло эти две частички — шкаф у дальней стенки, занимающий три метра между двух окон. Это был целый гардероб, в котором оба соседа держали свою одежду, но в него так же был встроен небольшой разъём, в котором сейчас стоял плазменный телевизор. Нико немного удивила данная деталь, ещё когда он только пришёл сюда утром, но сейчас он благополучно забил на телевизор, сел на кровать и достал из коробки рядом с постелью книгу. Он любил читать, это не требовало хороших навыков слушателя или общительности, можно в любую минуту закрыть книжку, и она не обидится. Истории можно узнавать, не вступая при этом в разговор. Самое то.

***

Уилл совсем забыл про вероятность появления нового соседа, когда ребята вышли из класса, обсуждая фильм и шутя. Перси спорил с Талией, кто виноват в смерти Титаника: Посейдон или кто-то из менее значимых богов, Пайпер пыталась пересказать Джейсону сюжет фильма, пока тот закрывал руками уши и издавал звуки, чтобы ничего не услышать. Аннабет критиковала внешний вид корабля всем, кто её слушал, ведь архитектура — её хобби и увлечение, а Титаник абсолютно безвкусен. Сам Уилл рассказывал Лео, что за сон ему приснился этой ночью.

— Ты серьезно? — сквозь смех спросил Вальдес, пытаясь успокоиться.

— Ага. Апполон, одетый в наряд Афродиты, пришел ко мне во сне и начал читать ужасные хокку о настоящей любви! — Солас и сам уже не сдерживал смеха. Коридоры уже опустели и теперь были наполнены звуком смеха, голосов и забавных песенок, которые фальшиво пел Джейсон.

— Лучший сон на свете! Конечно, после фантазий со мной, — подмигнул Лео и хитро улыбнулся. Он действительно был похож на Рождественского эльфа, в основном из-за острых черт, слишком энергичного взгляда и глупой ухмылки. Рядом с этим парнем всегда поднималось настроение.

— Я, конечно, гей, но до таких фантазий у меня не доходило, — Уилл поморщился, а затем с важным видом прошествовал вперёд и остановился около своего шкафчика.

Он ввёл нужную цифровую комбинацию на замке, и жёлтая дверца отворилась. Парень спешно выкинул из портфеля учебники, оставляя лишь пару тетрадей с конспектами, между делом поглядывая на соседний шкафчик, который на днях выкрасили в чёрную краску. Либо Соласу очень повезло, и эту ячейку отдали в распоряжение Нико Ди Анджело, либо у них в школе появился ещё один новенький с неограниченной любовью к чёрному цвету. Красный шкафчик Лео находился прямо под жёлтым. Здесь же находились и ячейки Пайпер, Перси и Аннабет. В паре метров от них были ящики Хейзел, Джейсона, Рейны, Талии и Фрэнка. Ребятам несколько лет назад пришлось действительно побороться за такие близкие места, чему сейчас все они безусловно были рады.

Уилл захлопнул дверцу, поворачиваясь при этом к выходу. Все, кроме него, Лео и Перси, уже вышли за двери и ждали на улице. Парни наперегонки выбежали из здания и тут же начали спорить, кто был первым. Лео считал, что он, Перси думал о себе, а Уилл знал, что победил он, но не спорил, мечтательно усевшись на газон перед зданием, греясь на солнышке. Приятно было покинуть серые стены здания, вырваться на улицу и увидеть голубое небо, пестрые цветы и зелень деревьев, которые скоро сменятся на безумные краски осени, а затем совсем исчезнут под белоснежными сугробами. Ну, или подобием сугробов. Здесь, на Лонг Айленде, зима не особо холодная, откуда следует, что и снега наваливает от силы сантиметров 10-15. Это, наверное, даже хорошо. Не слишком много, а как раз столько, сколько требуется для рождественского настроения, делания снежных ангелов и игры в снежки.

— Как тебе первый день? — к Уиллу подсела Аннабет, отчего парень содрогнулся. Секунду назад, он готов был поклясться, девчонка громким голосом помогала решить, кто победил. — Соскучился по всему этому?

— Думаю, есть в этом свои прелести, — уклончиво ответил Солас, потрепав одной рукой свои золотистые волосы. Он бы ни за что не сказал, что день был хорошим только потому, что Уильям, кажется, влюбился. Ну, или хотя бы испытывает симпатию и заинтересованность. Интересные ощущения. Наверное, он чувствовал именно это. — Но как можно соскучится по месту, где ты находишься на постоянной основе? Я ведь за все лето вышел за пределы пансиона раз десять. Это вы с Перси у нас звёздная парочка, так что можете хоть каждый день сваливать отсюда куда угодно, даже в сам Тартар, лишь бы были вместе. Вы же идеальная пара, — с легкой обидой и завистью в голосе проговорил Уилл, надевая солнцезащитные очки.

— Ох, не расстраивайся, Уилл, — Аннабет положила руку другу на плечо в сочувственном жесте. — Ты же знаешь, что это не конец. Если ты не найдёшь свою любовь здесь, то найдёшь её за пределами этого захудалого училища. Серьёзно. Один год, и перед тобой откроются двери в огромный, невероятно фантастический мир. Не говори моему прекрасному парню, но я уверена почти на двести процентов, что ты самый лучший человек в этом месте. По крайней мере, один из немногих, кто старается стать лучшей версией себя. Ты замечательный, и ты это знаешь. И тебе не нужен парень, чтобы подтвердить это, — заключила Чейз, в то время как на лице Соласа засияла широченная улыбка. Эта блондинка была абсолютно точно не блондинкой. Уилл раз за разом убеждался в этом, ведь, черт, девчонка умеет говорить правильные вещи в правильное время. В такие минуты голубоглазый дорожил подругой больше, чем остальными своими друзьями. Их отношения с самого первого дня были похожи на отношения брата с сестрой. Они не были лучшими друзьями друг другу, но в тяжёлые времена между ними всегда возникала волшебная невидимая связь.

— Спасибо, Анн. Ты, как и всегда, права. Обнимашки! — Уилл расставил руки для объятий и во все тридцать два зуба улыбнулся Аннабет, при этом побуждающие взмахивая кистями. Девушка улыбнулась, но более сдержано, чем ее друг, а затем упала в его объятия. Оба рассмеялись, а затем отодвинулись друг от друга. — А как твой первый день?

— О боги, Уильям Солас, ты не представляешь, как я не соскучилась по зубрежке, — наигранно вздохнула блондинка и, улыбаясь, поднялась на ноги. — Новенький… интересный.

— Да, он почему-то опечален. Я знаю, что у каждого есть полное право чувствовать то, что они чувствуют, и не важно, по какой причине, но его тоска такая заразная. Это не плохо! Просто я не хочу чтобы кто-либо в этом мире был несчастен и… ты сама знаешь, — Уилл последовал примеру подруги и поднялся с травы, отряхивая свои джинсы от следов земли с зеленью. — Хочется обнять этого парня и защитить его от жестокости мира, который причинил ему боль.

— Понимаю. И хватит быть таким замечательным, чувствую себя плохим человеком на твоём фоне! — сложив руки, прощебетала Аннабет, а после секундной тишины оба захохотали.

— Приношу свои искренние извинения, миледи. Надеюсь, Вы почувствуете себя лучше, узнав, что Ваш молодой человек движется в нашем направлении! — хохотнул Уилл, указывая в сторону, туда, откуда к ним шла вся оставшаяся компания, включая Перси.

— Секретничаете? — ухмыльнулся Персей, обнимая сходу свою девушку за талию и целуя её в щёку. Со стороны послышались звуки умиления от Пайпер и Лео.

— Давайте уже посмотрим «Титаник», — увильнул от ответа Солас, но всех его предложение воодушевило. Двухминутную дорогу до общежития ребята прошли, делая ставки на то, кто первый расплачется. На первом месте оказался Перси, потом Лео, Пайпер, Хейзел, Уилл, Джейсон и Майк. Аннабет, Рейна и Талия, по всеобщему мнению, не должны были заплакать вообще.

Но, кажется, мир Уильяма развалился на части, он уже не знал, что тогда чувствовал. Все мысли и чувства смешались в голове и исчезло одновременно в тот момент, когда Солас вошёл в свою комнату, по обыкновению открывая дверь ключом-картой, перед этим стукнувшись кулаками с Лео. Вальдес, вроде бы, сказал что-то забавное, отчего Уилл громко рассмеялся, но резко проглотил смех, когда, войдя в комнату, увидел Нико Ди Анджело, лежащего на свободной раньше кровати с «Питером Пэном» в руках.

— Привет? Ты… Мой новый сосед?.. — шокировано пробормотал Уилл, застыв на месте. Темноволосый, не вставая и не поворачиваясь, практически макушкой головы упёрся в кровать, смотря на только что пришедшего удивлённым взглядом, словно не слышал его прихода. И Солас узнал в этом парне Нико Ди Анджело. Он не знал, удача это была или полная катастрофа, но сейчас он абсолютно точно чувствовал счастье и радость.

— Да. Привет, — Нико спокойно принял сидячее положение, закрыл книгу, сунув в неё какую-то карточку, а затем так же легко поднялся на ноги. Уилл даже немного разочаровался: брюнет смотрел на него от силы пару секунд, а сказал лишь два слова. Почему-то голубоглазый надеялся получить более заметные признаки дружелюбия и заинтересованности. Не было похоже, что Ди Анджело собирался продолжать разговор, ведь он убрал книгу на полку и взял с пола свой рюкзак, начиная копаться в нем.

— Так… Ты только сегодня въехал? — обычно Уильям легко заводил разговор даже с незнакомцами на улице, но сейчас его мысли были где-то далеко отсюда. Парень наконец прошёл внутрь комнаты, закрыв за собой дверь, и уселся на свою кровать напротив новенького.

— Если ты не заметил, утром меня здесь не было, — саркастично ответил Нико, взглянув на блондина исподлобья своими чёрными глазами, отчего у того мурашки по коже побежали. Сейчас Уилл заметил, что, возможно, этот мальчик и правда немного похож на смерть и пугал. Но это был лишь облик.

— Да. Да, конечно, заметил, даже удивился немного. Мне никто не говорил, что у меня будет сосед в этом году. Хотя это было очевидно, ведь в прошлом году мой бывший сосед закончил школу и уехал учиться в Нью-Йорк. Я тоже хочу уехать отсюда поскорее. Не потому что я здесь несчастен или что-то типа того, просто хочу стать доктором, помогать людям. Кстати об этом, прости, но у тебя немного болезненный вид, ты хорошо себя чувствуешь? Когда спал последний раз? Ел? Ты был на обеде? Ты… — Уилл замер и моментально заткнулся, когда Ди Анджело выпрямился и посмотрел на соседа холодным взглядом, как бы говоря «заткнись, пожалуйста».

— Да. Спасибо за заботу, — неопределенно ответил Нико твёрдым голосом, а Соласу оставалось лишь гадать, на какой из вопросов ответил темноволосый. Поэтому, особо не понимая, что происходит, Уилл улыбнулся в ответ самой тёплой, нежной и дружелюбной улыбкой из всего своего репертуара. Благо, он понял, что Ди Анджело закончил этот односторонний разговор и не желал больше слушать болтовню блондина. На его улыбку Нико не ответил, лишь как-то странно и отрешенно посмотрел, вздохнул и сел за письменный стол, включая лампу, чтобы сделать домашнюю работу. Уилл даже посчитал, что его идеально работающий гей-радар дал сбой, но сдаваться он так просто не собирался. Может, Нико просто в шкафу?

***

Нико спокойно лежал на спине и читал «Питера Пэна». Книгу эту он любил в основном из-за Капитана Крюка и его команды — пираты классные. Он уже практически дошёл до самого интересного места, когда неожиданно послышались голоса людей, смех и через мгновение в его новую комнату раскрылась дверь. Парень не стал вставать, решая просто посмотреть на соседа вниз-головой прямо со своего места. И хотя мир его сейчас был перевернут, он легко узнал в только что вошедшем Уилла — его дружелюбного одноклассника-гея и потенциального будущего бойфренда. Единственного, кто не засмеялся над ним, когда он запнулся в классе. Единственного, кто разорвал записку той задиры, хотя и знал, что от этого лучше не станет (да-да, Нико заметил; Уилл сидел в метре от него, а записка до этого обошла весь класс). Того, кого он чуть не задавил утром на пару со своим личным водителем. Кошмарно красивого парня, который казался замечательным человеком.

Ди Анджело велел себе держаться, а затем поздоровался и попытался не показывать вида, будучи равнодушным и угрюмым. Он сунул в книгу одну из своих старых карточек «Мифов и Магии», которые теперь использовались как закладки, а затем стал рыться в рюкзаке. Ведь отговорка «Не мешай, у меня домашка» звучит лучше и менее лично, чем «Прости, но я ужасный человек и никому не нужен, что меня устраивает, так что я не настроен на сближение с кем-либо, особенно с таким идеальным парнем, как ты».

Но Уилл, похоже, намёка не понял и попытался вступить в разговор. В тайне даже от самого себя Нико посчитал это безумно милым, но сейчас действительно было не лучшее время заводить знакомства. Особенно с парнями, в которых можно влюбиться с первого взгляда, и которые больше похожи на диснеевских принцев или греческих богов, чем на реальных людей.

Ди Анджело съязвил в ответ, но когда и это не оттолкнуло златовласого, и он продолжил говорить, брюнет бросил на него предостерегающий, холодный взгляд. Было приятно, что Уильям вроде-как заботится о нем, но это было не важно. Все, что Нико всегда нёс людям — это смерти и боль. И он не хотел, чтобы и этот Принц повидал то же самое. Темноглазый кое-как вытащил из себя ответ, а затем, встретив такую изумительную, прекрасную, нежную, невероятно добрую и располагающую улыбку, тяжело вздохнул. «Ну разве кому-то такому замечательному может понравиться кто-то такой, как я?» — подумал Нико. Он вызывал у себя отвращение, но ничего не мог с этим поделать, поэтому просто сел за письменный стол и начал делать задания, которые ему выдал мистер Браннер.

— Хочешь посмотреть с нами «Титаник»? — спустя какое-то время заговорил Уилл. Пока Нико пытался учиться, парень то и дело выходил из комнаты, а затем возвращался. Он пару раз ходил в ванную, непонятно зачем. Несколько минут назад Уильям наконец зашёл в помещение и плюхнулся на свою кровать, после чего стал читать собственные конспекты, насколько понял Ди Анджело. И сейчас он неожиданно оторвался от своей тетради, поднял голову и спросил это. Нико как раз пытался читать что-то про айсберги.

— Серьезно? — с недоверием поинтересовался брюнет, поворачиваясь на стуле. — Зовёшь меня посмотреть один из самых печальных в истории фильмов о любви? — Нико решил перестать сдерживать непроникновенное, ледяное выражение лица и приподнял одну бровь, дополняя этим жестом свой скептический взгляд.

— Ага, — кивнул Уилл, садясь на кровати, скрестив ноги, и выпрямляясь. Он кинул тетрадь куда-то в сторону и лучезарно улыбнулся Нико.

— Такие фильмы смотри лучше наедине со своим парнем, — посоветовал Ди Анджело и вновь отвернулся, уставившись в незаконченную домашку. «Титаник» — глупый, романтичный фильм, который Нико уже смотрел несколько лет назад с сестрой. Не хотелось повторять этот эксперимент, просматривая киноленту ещё раз. Не то, чтобы кино было плохим, просто воспоминания о нем стали несколько болезненными.

— Понимаю. Но у меня, вообще-то, нет парня, — кашлянув и подавив глупую улыбку, сообщил Уильям. Нико в этот момент захотелось переспросить, не послышалось ли ему, но он удержался. Пробурчав что-то похожее на «понятно», брюнет запустил руку в свои волосы и стал усердно вчитываться в конспекты в надежде, что он хоть что-то запомнит.

— Так, значит, никакого «Титаника»? — спустя какое-то время заговорил Уилл, вновь переводя внимание Нико с уроков на себя.

— Нет.

Он хотел согласиться. Хотел посмотреть с этим очаровательным блондином дурацкий фильм о любви, но не мог себе это позволить. Нико было уже 17 лет, а он до сих пор ни разу не состоял в отношениях. Парень понятия не имел, что значит влюбляться или терять от кого-то голову, ведь с ним такого не случалось. Поэтому он предпочёл навесить на свои зарождающиеся чувства к светловолосому, голубоглазому богу ярлык «он красавчик и гей, поэтому эти ощущения вызваны на психологическом уровне, и на самом деле ты ничего к нему не чувствуешь». Теперь с этим не должно возникнуть проблем.

***

— ОН ОТКАЗАЛ, ЛЕО! — кричал, не сдерживая разочарование, Уилл.

Как только он узнал, что его новый сосед не только по шкафчику и парте, но и по комнате — это Нико, чтоб он провалился, Ди Анджело, Уильям торопливо ретировался из комнаты к лучшему другу. Ему нужно было выговориться и, желательно, после этого получить дельный совет. Рассказав Вальдесу всю историю, Солас посмотрел на друга щенячьим взглядом, призывая к помощи, а затем получил глупое «позови его на свиданку, раз так понравился». Нет, идея, конечно, интересная, но неизвестно было даже, нравятся ли Нико парни. Ещё несколько минут Уилл только и делал, что отвергал глупые предложения Лео и выдвигал свои чуть менее идиотские, но все равно плохие. В итоге парни решили, что, раз уж у них групповой просмотр «Титаника» намечался как раз на сегодняшний вечер, было бы круто позвать и новенького тоже. Чтобы он не чувствовал себя… одиннадцатым колесом.

Если подумать, обычно проблемы с этим были у Лео. У него был, что называется, комплекс неполноценности. Он боялся быть ненужным, бесполезным и всегда запасным вариантом. Когда он только появился в пансионе, это очень явно было видно. Поэтому Уилл поставил перед собой задачу подружиться с этим пареньком. Проблем с этим не возникло, ведь Вальдес скрывал свой комплекс за чрезмерными шутками, колкостями и светился как звезда. Подходящее сравнение, ведь звезды всегда очень одиноки. Когда Солас открыто поговорил с другом об этом, оказалось, что Лео просто замечательный человек, и что его мать, которую он любил больше жизни, погибла в пожаре. Открыв друг другу свои души, парни стали не разлей вода. Уилл очень ценил Вальдеса и не мог позволить ему снова окунуться в омут ненависти к себе, собственного обесценивания и скорби. Не мог позволить ему чувствовать себя лишним.

— Приём! Земля вызывает Солнышко! Ты так отчаялся, что решил закрыться в себе, оставив этот бренный мир? — как всегда энергично выдал Лео, ткнув лежащего на его кровати Уилла в бок, отчего тот дёрнулся и хохотнул. Что поделаешь, чувствительный парень.

— Задумался, — объяснил Уилл, приняв сидячее положение, тем самым позволяя своему другу перебраться с пола на собственную кровать. — Я же говорил, что он не захочет. Он, наверное, натурал. Или вообще асексуал! Он такой загадочный, и -

— И этим тебя и зацепил, — вставил Лео.

— И его сложно прочитать, — проигнорировав слова друга, продолжил Уилл. — Не поймёшь, о чем он думает, считает ли тебя привлекательным, заинтересован ли в тебе. Ну, то есть, во мне. И он сказал, что «такие фильмы я должен смотреть со своим парнем», я ответил, что парня у меня нет, а он даже не отреагировал никак. Пробурчал что-то так, словно совсем не заинтересован.

— Напомнить тебе, что вы толком не знакомы, а с вашей первой встречи, при которой он, кстати, чуть не сбил как тебя, так и меня, прошло меньше суток? — Солас мысленно проклял друга за то, что он наконец начал говорить умные вещи, которых сам Уилл в упор не видел.

— Но мы буквально живём вместе!

— Уделал, — признал Лео и, вытащив из пояса какие-то железки, начал что-то из них конструировать.

— Что мне делать, о, мой механический ангел? — драматично спросил Уилл, откинувшись на подушку.

— Перестать все драматизировать, чувак. Ты ведёшь себя как влюблённый придурок, — скептически заметил Лео.

— Уделал, — спустя минуту молчания, сопровождаемую лишь негромким звоном железяк Лео, выговорил Уилл, пародирую при этом своего лучшего друга.

Спустя ещё несколько минут Солас ушёл к себе в комнату, которую он теперь делил с шикарным, загадочным, невероятно очаровательным и умным новеньким. Нужно было позубрить немного уроков, чтобы не суетиться посреди ночи, а спокойно лечь спать после просмотра «Титаника». Нико все то время, пока Уилл пребывал в комнате, старался как можно тише дышать и не привлекать к себе лишнего внимания. Ну, или так показалось самому Уиллу. Он не мог точно знать, что на уме у этого брюнета, так что все, что оставалось — лишь гадать и надеяться на лучшее.

***

— Оу. Привет. Ты ещё не спишь? — удивился Уилл, вернувшись к себе в комнату лишь около полуночи.

Просмотр фильма немного затянулся, и пришлось начать не раньше восьми часов вечера, так что закончили они лишь сейчас. И разумеется, Соласу бодрствование Нико было совсем некстати. Вряд ли «попасться Ему на глаза заплаканным и разбитым, постоянно шмыгающим носом» входило в хоть чей-нибудь план покорения понравившегося парня. Сейчас Нико сидел на полу около своей кровати с книгой в руках, вытянув свои длинные ноги, и смотрел прямо на Уилла немного удивленным, но в основном безразличным взглядом.

— Привет. Ты плакал? — парень сразу перешёл к делу.

— Да, я же вроде как смотрел «Титаник» с друзьями. Аннабет права, Джек и Роуз могли вместе поместиться на этой жалкой деревяшке. Да и вокруг много всяких досок плавало, на них тоже можно было хоть ненадолго спастись. Я думаю, это все ужасно, но… — Солас старался говорить ровным голосом и не шмыгать носом, но получалось не очень удачно. Казалось, он мог разреветься в любую минуту. Ему показалось, что лучше не позориться перед своей влюблённостью и просто сбежать. — …но тебе ни до меня, ни до моего мнения дела нет, так что я пойду в ванную.

— Эм… Хорошо, — слегка замявшись, спокойно выговорил Нико. — Я собирался переодеться и идти спать, так что займусь этим здесь.

Уилл выдавил из себя неловкое «отлично», после чего вытащил из шкафа майку и шорты, в которых он обычно спал, и исчез за дверью ванной комнаты. Он закрыл дверь на замок и тут же выпустил облегчённый вздох: можно немного расслабиться и привести себя в порядок. Солас неспешно принял душ, напевая песню Селин Дион, тщательно отмывая себя от осадка первого школьного дня. Спустя двадцать минут его мокрые волосы были все ещё немного влажными. От него пахло мёдом, корицей и яблоками. На плечах удобно сидела свободная красная майка, а чёрные шорты до колен висели на бёдрах. Уилл смотрел на своё отражение в зеркале, пытаясь убедить себя, что все будет хорошо и Нико он понравится. Когда-нибудь.

Когда Солас вышел из ванной, его взгляду предстал ангел, спустившийся с небес: Нико Ди Анджело сидел на кровати в темно-серых джоггерах и белой футболке с надписью «You’re lucky to see me in white». Уилл незаметно вздохнул и улыбнулся.

— Ты в белом, — пояснил он с улыбкой, отвечая на вопрос в глазах Нико, похоже, заметившем его воздыхания.

— Тебе повезло, — отрезал Ди Анджело, но ни один мускул на его лице при этом не дрогнул, не выражая никаких эмоций.

— Да, ещё как, — согласился блондин, когда Нико залез под одеяло и отвернулся к стенке лицом. Уилл подумал, что было бы неплохо поступить так же. Сегодняшний день его просто вымотал. В хорошем смысле (если не считать ту часть, где он был на очень скучных уроках). Один новый сосед чего стоит. Солас медленно проковылял к выключателям и погасил свет во всей комнате, затем подошёл к окну и слегка приоткрыл форточку, впуская немного свежего воздуха. Наконец приготовившись по сну, он лёг в свою кровать и закутался в тёплом одеяле. Сквозь темноту он все ещё мог созерцать затылок брюнета.

— Спокойной ночи, Нико Ди Анджело, — негромко сказал Уилл, думая, услышал ли его сосед.

— Спокойной ночи, Уилл Солас, — так же тихо ответил Нико. На короткое мгновение блондину показалось, что в голосе новенького проступила какая-то печаль, но парень просто смахнул все на усталость — свою, его или их обоих — и закрыл глаза, отправляясь в царство Морфея.

========== Гей. ==========

Нико проснулся в семь часов утра. Если под «проснулся» имеется ввиду «упал с кровати», то да. Так оно и было. У Ди Анджело частенько случались такого рода инциденты, когда он спал на одноместных кроватях. От рождения он был очень активным ребёнком с невероятным воображением, что в последнее время совсем не вязалось с его поведением и внешним видом. Во сне свою сущность не скроешь. Лишь открыв глаза, Нико совсем не понял, где он находится или почему на него смотрит Уилл Солас.

— Как ты так быстро переоделся? — с ошарашенным видом спросил брюнет у нависшего над ним парнем. И тут же осознал свою ошибку.

— Что, прости? — у Уильяма был не менее удивлённый вид, чем у самого Нико. — Я ещё не переодевался со вчерашнего вечера… Прошло буквально несколько минут с того момента, как прозвенел мой будильник. Ты в порядке? Головой не ударился об пол? Руки не болят? Помнишь своё имя? В глазах не двоится?

— Я… — Нико все ещё в шоке пялился на Уилла, лёжа на полу. Тот стоял на коленях рядом и со знающим видом ощупывал сначала голову брюнета, затем шею, плечи и руки. При этом голубоглазый умудрялся ещё и болтать. — Нико Ди Анджело. Нет. И да, — наконец собрался парень, когда Солас взял в свои тёплые руки одну из его ледяных ладоней. От такого контраста тепла с холодом даже мурашки по коже пробежали. Похоже, этих объяснений не хватило, потому что Уилл посмотрел на Нико своими проницательными голубыми глазами, во взгляде которых читалось непонимание и беспокойство. — Я в порядке, Уилл.

— У тебя всегда такие холодные руки? — Солас взял и вторую ладонь Нико, чтобы затем заключить обе в тёплое кольцо своих рук и обжечь их горячим дыханием.

— Я в полном порядке. Не стоит меня лечить, я не болен, — огрызнулся Ди Анджело, резко сев и вытянув руки из ладоней Уилла. Да, возможно, он не был совсем здоров, но ничего ужасного. От этого он становился лишь менее физически способным. Уильям тут же слегка отодвинулся и встал на ноги с опечаленным видом.

— У тебя, скорее всего, простая нехватка железа или витамина B12 в организме. Ешь больше мяса, фруктов и овощей, — проинструктировал Солас, а Нико захотелось удариться головой о стену. Он не любил, когда люди, находящие проблему, спешили дать совет по её решению. Лучше бы о себе заботились. Уилл мог просто беспокоиться о новом соседе, но о нем уже давно никто не парился. Даже семья. Что уж говорить о каком-то парне, который знал Нико от силы часов двадцать. В этом мире так уже никто не поступал. Здесь принято думать лишь о себе и иногда делать вид, что заботишься о близких.

— Буду знать, — закатив глаза, вновь нагрубил Ди Анджело, не обращая внимания на собственную отвратительность.

Несколько минут назад ему снился сон, в котором он и его голубоглазый сосед были пиратами в Неверленде. Со всеми этими костюмами, повязками на глаза, крюками вместо рук и попугаями. С пиратскими песнями, ромом и путешествиями в поисках сокровищ. И вот, стоило Нико прыгнуть за борт корабля следом за голубоглазым, как он так жестоко проснулся. В самый интересный момент. Во сне он ладил с Уиллом, мог хорошо с ним общаться (даже если немного по-пиратски), держал его за крюк — ну, за руку — и был его другом. Теперь приходилось мириться с этой печальной реальностью.

— Поднимайся, — сказал Уилл, вновь натянув на лицо свою прекрасную улыбку, и протянул руку. Нико ответил своим фирменным «отвали» взглядом, а затем поднялся, игнорируя руку помощи. — Ну… Думаю, тогда мы встретимся за завтраком? — неуверенно пробормотал Солас, когда Ди Анджело вернулся в кровать и с головой накрылся своим одеялом.

Нико при первой же встрече показалось, что этот парень слишком милый и из-за этого невыносимый. Скажите на милость, как можно быть таким очаровашкой? Это суперсила такая? Долго такого отношения к себе Нико выносить не сможет. Он обязательно привяжется к этому идеальному блондину и влюбится в него, а потом один из них останется с разбитым сердцем, но тут три варианта: первый — Уилл на самом деле не тот, кем он кажется, и когда правда выйдет наружу, Нико будет разбит вдребезги, как и его сердечко, уже видавшее виды; второй и более вероятный — Нико сделает что-то не так или будут проблемы с его отцом или ещё какая-либо проблема, возникшая напрямую из-за Ди Анджело, сокрушит их, и Нико будет винить во всем себя; третий — Нико не понравится Уиллу и каким-то чудом станет его другом, тщательно скрывая свои чувства и идя на любые жертвы ради соседа по комнате, в то время как Солас начнёт встречаться с каким-нибудь идиотом-красавчиком, не заботящемся о чувствах своего парня, и в один прекрасный день Нико заступится за Уильяма и бессознательно раскроет свои чувства, но в итоге Уилл так его и не полюбит, и Нико останется всю жизнь сидеть на скамейке запасных. Возможно, все пойдёт хорошо и Нико понравится Уиллу, и Солас все-таки окажется прекрасным человеком, и они будут жить долго и счастливо вдалеке от богатенького мистера Ди Анджело, который мог бы раздавить их, но вместо этого благословил на счастливый конец. Но есть одно но. Нико все ещё будет таким, какой он есть, даже рядом со своим идеальным парнем. Его проблемы никуда не денутся, и если Уилл не примет их и не поможет все разрешить, ничего не будет. Мир разрушится. И, вероятнее всего, оба останутся с разбитыми сердцами. Так зачем рисковать? Нико нужно просто держаться подальше от Уилла Соласа. Вот так. И с этой минуты их отношения не должны заходить дальше уровня соседей по комнате или одноклассников. Люди по всему миру одиноки, даже в самых густонаселенных местах. Это один из принципов, на которых стоит Земля (а не на черепахах, слонах или что там люди говорят?).

За своими размышлениями Нико с легкостью вновь провалился в дрему, надеясь, что его сумасшедшие планы не потребуют особых усилий для их исполнения.

***

Уилл проснулся в семь часов утра из-за своего ужасного будильника. Он чувствовал себя ужасно. Половину ночи он не мог заснуть, ворочаясь и думая о новеньком, и это учитывая, что спать парень лёг около часа. Как доктор он выписал бы себе — а заодно и своему красивому соседу — справку от первых нескольких уроков, чтобы они могли присоединиться к учебному процессу лишь к обеду. Было бы просто замечательно. И Уилл обязательно поступил бы так, будь он доктором. А пока ему оставалось наслаждаться мыслями о своём прекрасном будущем и возможностью лишний раз прикоснуться к Нико, когда тот упал с кровати, вызывая тем самым тревогу и искреннее беспокойство, хотя сам он, похоже, этого не осознавал.

Называйте как хотите, но то, что Уилл почувствовал, когда начал осматривать руки Нико, было самым настоящим подобием страха. Это значит, что если бы Ди Анджело не подавал явные признаки жизни вроде произношения всяких странных фраз вперемешку с колкостями, дыхания, пульса и безжалостных, уничтожающих взглядов, Уильям подумал бы, что его новый сосед мертв. А все потому что руки Нико были просто ледяными, словно он только что получил вторую стадию обморожения, держа свои ладони в снегу. И, честно признаться, Уилл не знал, вызвано ли это желание страхом за чужую жизнь, жалостью или влюблённостью, но он тут же захотел всеми возможными способами от объятий до совместных посиделок у костра отогреть своего друга будущего мужа соседа по комнате. Короче говоря, глупости, ведь Нико Уилла к себе и близко не подпускает, лишь отталкивает, каким бы дружелюбным Солас не был.

Уильям поднял жалюзи на одном из окон, а затем, увидев за окном тучи и сырость, вытащил из шкафа чёрные джинсы, белую футболку и немного великоватую ему кожаную куртку. День явно обещал быть тоскливым и осенним, как бы Уилл это ненавидел, сделать с этим ничего нельзя. Он исчез за дверью ванной, проводя утренние пятиминутные ритуалы по уходу за собой, там же сменил свою пижаму на нормальную одежду и причесал волосы. Когда парень вернулся в комнату, Нико все ещё спал, поэтому, надев чёрные Мартинсы*, Солас подошёл к постели соседа и неловко наклонился, чтобы потрясти Ди Анджело за плечо.

— Давай, Нико, вставай. Тебе лучше успеть на завтрак, потому что если ты его пропустишь, моя подруга Пайпер заставит тебя съесть в два раза больше требуемого в обед, — улыбаясь, сообщил Уилл, вспоминая, как Пайпс однажды заставляла его съесть два буррито в обеденный перерыв, потому что он проспал.

— Мгммм… — сонно протянул Нико, и Солас узнал это мычание. Такие звуки издавал Лео, когда Уилл приходил его будить. После этого он никогда не вставал. Блондин присел на край кровати и вновь мягко толкнул потенциального друга в плечо.

— Серьезно, Нико, у нас первый урок через сорок минут, — и снова мычание в ответ. — Давай! Если встанешь сейчас, я понесу за тебя твой рюкзак, — предложил Уильям, но услышал неодобрительный гул на свои слова. — Хорошо, тогда по плохому, — Уилл с озорством улыбнулся и начал щекотать Нико под одеялом, тот сразу же оживился.

— О боги! Хватит! Уилл! Да встал я — ВСТАЛ! — крикнул Ди Анджело вместо того, чтобы рассмеяться, при этом практически повторяя своё утреннее приключение, которое включало в себя пол. На этот раз Уилл удержал знакомого от падения, не скрывая при этом смеха. — Ты… Щекотал меня, чтобы я проснулся? — спросил парень, смотря на блондина как на идиота снизу вверх, устроившись головой прямо на коленях у Соласа.

— Ну, помогло же. И так будет происходить, если ты не будешь вставать вовремя.

— Тогда я постараюсь не просыпать. И что ты там говорил про… эм… Пеппер?

— Пайпер. Она запихнет в тебя удвоенную порцию твоего обеда, если ты пропустишь завтрак. Подходит для запугивания детишек, которые не хотят вовремя просыпаться?

— Звучит довольно угрожающе, — согласился Нико. — И я не ребенок. Уже давно.

— Хорошо, хорошо, капитан Крюк, — ухмыльнулся Уилл. Это было немного странным. Казалось, что Нико вообще не выражает эмоций. Если кому и не требовалось большинство мышц на лице, так это ему. Все эмоции, выраженные на лице Ди Анджело со времени их с Уиллом первой встречи, так или иначе включали в себя раздражение или удивление. Ничего больше, ничего меньше.

— Молчал бы, Крис Хемсворт до полового созревания, — закатил глаза Нико и получил в ответ звонкий смех Уилла, а затем резко встал с кровати и направился к шкафу. — Не хочу пропустить этот ваш знаменитый завтрак.

Солас ухмыльнулся в ответ. Ему нравилось то, как Нико постепенно начинал проявлять эмоции и поднимал завесу над мрачным образом. И сейчас, аккуратно доставая из ровных стопок с одеждой в шкафу первое, что попадётся под руку, Ди Анджело каким-то образом умудрялся притягивать к себе Уилла, привязывая тоненькими ниточками.

— Отлично. Дам тебе личное пространство и пойду разбужу своего лучшего друга, который, наверное, за последнюю неделю и 10 часов не проспал, — хихикнул Солас, но не получив в ответ никакой реакции кроме вялого «окей», он пожал плечами и покинул комнату.

Чтобы добраться до комнаты Лео, Уиллу потребовалось около десяти секунд. Хорошо освящённый коридор, как обычно, был наполнен тишиной, сквозь которую иногда пробивался смех, доносящейся с кухни. Как всегда, проснулись все, кроме Вальдеса. Уильям все-таки поражался способности своего забавного друга оставаться весь день в отличном положении духа, учитывая, что спал он совсем мало. Даже Солас, когда не высыпался, бурчал себе что-то под нос весь день, а вечером заваливался в кровать и не вставал больше до утра. К слову, сегодня Уилл тоже бы так себя вел, не будь рядом Нико, из-за которого сразу же появлялось желание быть лучшей версией себя. Но у Лео таких проблем не возникало никогда.

— Подъём, мой забавный друг с Южного полюса, — как всегда, утро начиналось с подколов. Уилл активно распахнул шторы на окнах и повернулся в сторону Лео, уже готовясь сталкивать его с постели.

— Я, может, и похож на эльфа, зато ты мой лучший друг-гей. Клише, — отчеканил Вальдес и сел в кровати. — Я хотя бы горячий эльф.

— Будь ты горячим, давно обзавёлся бы подружкой.

— Зачем мне подружка, если у меня есть куча фанаток? — с довольной улыбкой поинтересовался «горячий эльф».

— Где? В воображении? — вопросительно изогнув бровь, хихикнул Уилл.

— Ты такой гей.

— И я горжусь этим, — кивнул с гордым выражением лица Солас, после чего удалился, выкрикивая на ходу время, и что сегодня на завтраке будет новое знакомство.

***

Как только Уильям покинул комнату, собираясь идти и будить Лео, у Нико вырвался вздох облегчения. Он сел на пол и ошарашено уставился на входную дверь, словно пребывая в шоке. На самом деле, это вырвалось бы наружу ещё раньше, не будь у Ди Анджело столько терпения и самоконтроля. А вина этому шоковому состоянию полностью лежала на Уилле Соласе. Возможно, это не сразу понятно, но виноват и правда был он вместе со своей идиотской кожаной курткой и этаким образом плохого парня.

И только открыв глаза, Нико видит перед собой бэдбоя в тяжелых ботинках и чёрной косухе. Да у парня из-за этого образа чуть микроинфаркт на месте не случился! Гребанный идеальный Уилл Солас со своими прекрасными золотистыми волосами и голубыми, как вода на Мальдивах, глазами. Черт его дери.

Кажется, Нико потребовалось около пяти минут, чтобы успокоиться, подняться на ноги и вытащить из шкафа первую попавшуюся футболку и джинсы. В итоге он принял двухминутный душ, почистил зубы и оделся за десять минут. Даже не удосужившись посмотреться в огромное зеркало, Ди Анджело вышел из комнаты с рюкзаком на плече, телефоном в одной руке и огромной лётной курткой в другой.

Быстро напечатав в ответ на сообщение отца «Заселился.», Нико появился в дверях кухни, тут же ощущая на себе десяток пар глаз. Он сразу же узнал среди присутствующих Уилла, Лео и ещё некоторых своих одноклассников. Знать бы ещё, как их зовут.

— О! Новенький! Так это ты с нами теперь живёшь? — вместо приветствия выпалил брюнет с глазами цвета морской волны, держащийся за руки с блондинкой, которая тут же ткнула его локтем под ребра.

— Привет. Прости его, он немного бестактный. Я Аннабет, а это бескультурье — мой парень Перси, — спокойно улыбнулась блондинка с красивыми серыми глазами. Нико сразу понял, что под понятие «блондинок» она не попадает.

— Да, ребята. Это Нико Ди Анджело. Он мой новый сосед по комнате, — Уилл встал из-за стола, подошёл к новичку и положил одну руку ему на спину, ближе к пояснице. У Нико от этого практически случился второй за утро микроинфаркт. Спасибо, Уильям. Парень легко подтолкнул своего нового соседа к единственному свободному месту за столом, прямо рядом с местом самого Уилла. Похоже, план «Игнорировать своего прекрасного соседа» придётся выкинуть в урну. Класс.

— Приветики, Нико! — с сумасшедшей улыбкой помахал рукой Лео. Когда он получил в ответ лишь короткий кивок, его оптимизм немного поубавился, но парень, похоже, тут же успешно забил.

— Итак, — начал Уилл, когда и он, и Нико уселись за стол. — Постарайся запомнить как всех зовут, нам ещё целый год жить вместе, — радостно улыбаясь, обращался к Ди Анджело его блондинистый сосед.

— Да, и постарайся не западать на тех, кто занят, — покосившись на кудрявую девочку с золотистыми глазами, посоветовал Вальдес.

— Отличный совет. Ну, это Джейсон Грейс и его сестра Талия, — начал Уилл, сначала указав на подкачанного блондина со странным шрамом на губе, а затем на какую-то панк-рок девочку. — Это Пайпер Маклин, — Солас кивнул в сторону улыбающейся шатенки, которая, похоже, отвечает здесь за еду и впихивание её в тех, кто не съел завтрак, а Джейсон тем временем вставил короткое «Моя девушка». Знал бы он, что Нико нравятся парни.

— Это Аннабет Чейз и Перси Джексон, наша звездная парочка; готов поспорить, они станут королем и королевой выпускного бала, — сообщил Уилл, а Пайпер и Джейсон тут же завозмущались. — Да ладно вам, мы все знаем, что Персабет лучшие. Хм… Дальше у нас Фрэнк Чжан и его девушка Хейзел Левеск, — парень указал на крупного азиата с детским лицом и сидящую рядом с ним кудрявую девушку со смуглой кожей, по которой очень явно вздыхает Лео.

— Ещё у нас тут есть Рейна Рамирес Арелландо. Она классная и свободна, — с печалью в голосе поделился Уилл, указывая на брюнетку с косичкой и серьёзным выражением лица.

— Круто, но я гей, — с безразличным видом сказал Нико, и вся комната погрузилась в абсолютную тишину. Перешёптывания прекратились, и все ребята уставились на новенького, явно удивленные только что произнесёнными словами. Тишину разорвали Лео, Пайпер и Перси, которые дали друг-другу «пять», а затем оба парня протянули девушке по десятибаксовой купюре. Похоже, они поспорили.

— Очень рады знакомству! Ты теперь член нашей семьи! — произнёс кто-то из ребят, пока Нико смотрел на Уилла, откровенно таращившегося на него с открытым ртом. Неужели, брюнет только что сделал что-то не так? О боги, не стоило говорить вот так вот прямо. Но, правда, в этом же нет ничего такого… Так ведь?

— Так ты гей? Правда? — первое, что все-таки сказал Уилл, немного отходя от своего непонятно почему шокированного состояния.

— Когда я в последний раз проверял, так и было, — кивая, подтвердил Нико, не отводя взгляда непонимания с соседа.

— То есть, тебе нравятся парни?

— Да, эта ориентация, знаешь, подразумевает под собой, что мне нравятся люди моего пола. Парни, проще говоря, — Ди Анджело и не заметил, когда его сердце начало биться так быстро. И почему?

— П-Ж-У! Поцеловать, Жениться и Убить! Нико, выбирай: Я, Уилл и Перси,— неожиданно в разговор вклинился Лео. Да, Нико успел за последние сутки понять, что этот парень самый настоящий придурок. Конечно, было очевидно, что он идиот. Но это не даёт ему права вот так вот влезать с тупыми вопросами. Тем более такими смущающими.

— Эм… Думаю, убил бы я Лео, поцеловал бы Перси… и… Вышел замуж за Уилла, — нахмурившись, пробубнил Ди Анджело. Он вновь почувствовал на себе поражённый взгляд Уилла, а через секунду послышались обиженные возгласы от Лео. Перси в открытую смеялся над Лео, а-ля «Боги, ты умудрился даже у новенького вызвать желание прикончить тебя». Кажется, Пайпер умилялась где-то в сторонке на пару со своим бойфрендом. В общем, забавная собралась компания.

— Очень весело, но я пойду, — неуверенно произнёс парень и поднялся из-за стола, привлекая к своей персоне все непрошеное внимание.

— Но ты ничего не съел! — разумеется, Пайпер заметила. По рассказам (или рассказу, какая разница) Уилла было ясно, что эта девчонка отвечает в этом дружном коллективе за еду.

— Но… мне, вообще-то, уже идти нужно. Надо забрать кое-какие документы у директора, — нагло соврал Нико, закутываясь в огроменную лётную куртку, отчего сразу же почувствовал себя более комфортно.

Парень в последний раз поймал на себе удивленный взгляд Уилла, после чего опустил голову и быстро покинул комнату, спустился вниз по лестнице и направился в сторону учебного заведения. Он почувствовал, как урчит живот, и тут же попытался выбросить это из головы. Наверное, в последний раз он нормально ел около пары суток назад. Ну, если половина тако из придорожного кафе считается нормальной едой. Нико голодал не специально, он просто чувствовал отвращение к еде и каждый раз, когда он питался, понимал, что его вот-вот вывернет наизнанку.

Это было ненормально. И Нико знал это. Он просто не хотел никого беспокоить своими странностями. Да ему, если подумать, и беспокоить-то было некого.

Его отец никогда особо не заботился о сыне. Свою любовь он проявлял тем, что не отправлял Нико в детский дом или какой-нибудь интернат. Сейчас это наводило на мысли, что любовь отца пропала, но Ди Анджело сам захотел этого. Он хотел уехать из дома и еле упросил папу отпустить его. Тот же долго колебался, но после всего дал сыну свободу выбора. Наверное, Нико просто его достал.

И вот он здесь. Один. Голодный и, кажется, в депрессии, ведь, даже уехав на сотни километров от дома, убежать от проблем не получалось.

***

— Мы собираемся поговорить о том, что парень, в которого ты втрескался или ещё втрескаешься по уши, который также по совместительству твой сосед по комнате — гей? — догнав спешившего на учебу Уилла, резво спросил Лео.

— Хм… Дай подумать, — деланно задумался Уильям, прикладывая руку к подбородку, тем самым усиливая театральный эффект. — Нет, — твёрдо сообщил парень, после чего ускорил шаг, вырываясь вперёд. Он не знал, почему так реагирует, отказываясь говорить об этом с друзьями, потому что, по сути, должен быть на седьмом небе от счастья.

Наверное, Уиллу казалось, что это личное. Или он пока что не принял эту информацию. Конечно, его «гей-радар» уловил от Нико некоторые незримые сигналы, но парень лишь подумал, что стопроцентно ошибается, после чего благополучно забил на это дело и отправился смотреть «Титаник». Но после небольшого утреннего каминг-аута Ди Анджело Уилл решил, что обязан сблизиться с этим непробиваемым юношей. И, было дело в том, что Солас прочитал кучу фанфиков или эта идея просто взбрела ему в голову, после чего он стал ею одержим, Уильям поставил перед собой цель: заставить брюнета улыбаться. С момента знакомства, голубоглазый ни разу не видел, чтобы Нико улыбался, даже когда блондин щекотал его утром — ничего. Наверное, это было глупо или по-детски, но Уиллу очень сильно не нравилось, что Ди Анджело был несчастен (потому что люди улыбаются, когда они хотя бы немного, совсем чуть-чуть счастливы).

Уилл не заметил, как перешёл на бег и уже через минуту подбегал к классу по истории. Он влетел в практически пустой класс и резко остановился, восстанавливая дыхание. Комната действительно была пуста, не считая Нико, сидящего на своей парте и внимательно всматривающегося в экран своего телефона, и мистера Браннера, выводящего сегодняшнюю дату на доске.

— Здравствуй, Уилл, — с улыбкой поздоровался мужчина, отвлекаясь на несколько секунд от своего дела.

— Доброе утро, мистер Браннер, — натянул на лицо самую нефальшивую из фальшивых улыбок Солас, а затем быстрым шагом направился к Нико, который все-таки соизволил оторвать раздражённый взгляд от телефона. — Хей, — кивнул блондин, сев на своё место за соседней партой. Ди Анджело припечатал Уилла к месту своими чёрными глазами, после чего мгновенно вернулся к гаджету.

— Уильям, мне нужно отойти ненадолго. Раздай, пожалуйста, тетради для тестов и впусти остальных ребят в класс за пару минут до звонка. Вы с Нико можете остаться здесь, — мужчина вновь мягко улыбнулся, положил на край кафедры стопку с тетрадями, а затем вышел из кабинета, закрывая за собой дверь.

— Что ты делаешь? — спросил Уилл, когда справился с заданием, данным учителем, разглядывая при этом брюнета, дабы прервать тишину между ними двумя. Сейчас он вновь убедился в том, что Нико безумно красивый. Густые пряди темных волос плавно спадали на лоб парня, слегка завиваясь на затылке. Кожа была бледной и холодной, отражая собой всю недоступность и закрытость юноши. Чересчур худое телосложение заставляло волноваться, но Уилл пообещал себе позаботиться об этом, когда Ди Анджело станет его парнем или хотя бы другом.

— Не твоего ума дело, — твёрдо сообщил Нико холодным как лёд голосом. Он даже не оторвал взгляд от телефона, тут же начиная что-то яростно печатать. Он вздохнул, а затем поднял голову, впиваясь взглядом в ни в чем невиновного Уилла. — Прекращай пялиться, это странно, — цокнул языком брюнет, его телефон оповестил о новом сообщении, но на этот раз Ди Анджело старательно игнорировал вибрацию. Затем ещё одну. И ещё несколько.

— Я… Не пялюсь, — нашёлся Уилл спустя несколько секунд удивленного молчания. До него дошло, что Нико сейчас раздражён или в какой-то степени зол из-за того, кто пишет ему сейчас сообщения. — Не хочешь ответить?

— Нет, не хочу.

— Понятно, — неловко выдохнул Уильям, присаживаясь на парту напротив Ди Анджело, чтобы можно было разговаривать, смотря прямо в глаза. Ну, он планировал попытаться разговаривать. Очевидно, что брюнет этого делать не планировал, ведь теперь, игнорируя сообщения, он молча рассматривал свои ладони на коленях, наполовину скрытые рукавами чрезмерно большой куртки. — Так что… Ты… Правда гей? — спросил Солас и тут же мысленно напинал себе под зад. Второй раз за утро.

— Ты спрашивал этот же вопрос минут пятнадцать назад. Я всё ещё гей. Хочешь сказать, что я не похож? Так вот, если мне нравятся парни, я не обязан быть женственным, — саркастично сообщил Нико, объясняя это Уиллу, словно пятилетнему ребёнку.

— Нет-нет. Я ведь тоже гей, я знаю. Прости. Я просто хотел убедиться, что не ослышался за завтраком. Просто ты правда не похож на такого человека. Я, на самом деле, за всю свою жизнь встречал лишь несколько людей нетрадиционной ориентации, все они были очень яркими и гордыми, а ты не такой… Думаю, у меня просто сложилось определённое впечатление и… Я не хотел тебя оскорбить или что-то, просто… Ну… Я… — Уильям уже был готов продолжить свои заикания, когда был прерван.

— Я понял, что ты имеешь ввиду, так что заткнись уже и скажи, где здесь ближайший Макдональдс? — уже менее раздраженно вздохнул Нико. Его тон был похож на что-то граничащее между «о боги, мой парень придурок» и «почему люди такие сложные».

— Что, прости? Ты хочешь в Мак? — вытаращился на Нико Уилл.

— Не вини меня, там самая вкусная еда на планете, — сообщил Ди Анджело, фыркнув. Это было похоже на маленький смешок, даже один уголок его губ дернулся было вверх, но затем вернулся на прежнее место. Живот Нико в этот момент протяжно заурчал, а Уильяма словно с места это сорвало.

— Я взял тебе батончик, — улыбаясь, сказал Уилл, вытаскивая из своего рюкзака небольшую конфету в фиолетовой упаковке. — Ты не ел сегодня. И, думаю, вчера тоже не особо? — Солас понял, что прав, когда парень прикусил губу и опустил голову.

— Я ем.

— Я не сомневаюсь, — с язвительным тоном проговорил Уилл, вкладывая Нико в ладонь батончик, не забывая содрогнуться от холода его рук, после чего блондин сложил руки на груди и выжидающе уставился на одноклассника.

— Что ты от меня хочешь? Я не голоден, — уверенным голосом огрызнулся Ди Анджело, сжимая пальцами глупую шоколадку.

— Я хочу, чтобы ты съел сейчас хотя бы пару кусочков, потому как, если ты это не сделаешь, я буду заставлять тебя есть во время обеда вместе с Пайпер, а потом за ужином. Так что сделай себе одолжение и поешь, — Солас снова уселся на парту, не отводя взгляд от сомневающегося Нико.

— Я не голоден.

— Когда на протяжении долгого времени не ешь, возникает чувство сытости. Но, думаю, ты просто врешь мне. Ты же грохнешься в обморок, если не поешь до обеда, — серьёзным тоном сообщил будущий врач. Его голубые глаза сосредоточились на скрытом под длинной челкой лице Нико. Казалось, что он трясётся, и у него вот-вот из ушей дым повалит.

— Хватит. Я в порядке, мне не нужно помогать. Не нужно меня кормить яблоками или чем ты там утром планировал заполнить мой рацион, лишь бы у меня кровь бегала быстрее, — Ди Анджело раздражённо закатил глаза, кидая Уиллу в грудь его глупый батончик. Постепенно его голос перешёл из громкого шёпота в хриплый, но уверенный тон, все продолжая набирать обороты.

— Не нужно обо мне заботиться, потому что я сам могу это сделать. И уж тем более мне не нужно, чтобы ты заступался за меня передо всякими задирами, которые будут издеваться надо мной весь следующий год, ведь я могу самостоятельно за себя постоять, — Нико практически перешёл на крик, но затем остановил себя и вернулся к спокойному и безразличному тону. — Если, узнав, что я гей, ты подумал, что мы подружимся, то это не так. Да, мы живем в одной комнате, но мы не друзья. Мы просто соседи и одноклассники, ничего кроме этого.

Уилл почувствовал сначала тяжёлое чувство где-то в груди, которое постепенно нарастало со словами Нико. И к концу его пламенной речи, этот тяжёлый шар для боулинга, удобно расположившийся между рёбер Уильяма, стремился вырваться наружу со слезами, становясь при этом комом в горле. Солас почувствовал, как его глаза быстро наполнились водой, из-за чего смотреть на Нико было проблематично, но Уилл отчетливо чувствовал на себе взгляд темных глаз.

— Х-хорошо… Я… Пон-нял тебя, — блондин постарался как можно дольше сдерживать слезы, но при этом болезненные заикания скрыть не удалось. Он шмыгнул носом, а затем быстро удалился из класса, бегом отправляясь в туалет. Его, вроде бы, даже не видел никто из друзей. Повезло. Уилл зашёл в кабинку, запер дверь на защелку и сел на закрытый унитаз. Он закрыл лицо руками, наконец позволяя себе так по-детски разреветься от глупой обиды.

***

Нико ненавидел себя. За то, что обидел Уилла. За то, что не мог сдерживать свои эмоции. За свою эгоистичность. За смерть сестры. За отсутствие друзей и за то, что он всех отталкивает. За свою грубость, черствость и безразличие к другим людям. За пессимистичность, злость и обиду внутри него.

Он не хотел так обижать своего нового соседа, который ему даже понравился, но всё равно обидел. Это случилось случайно из-за гребанного отца Нико, который абсолютно точно являлся говнюком и винил сына во всех смертных грехах.

Стоило Ди Анджело зайти в пустой кабинет утром, где был только мистер Браннер, как ему написал отец.

От: Папа >:(

Нико. Ты оставил свою собаку здесь, хотя знаешь, что я не буду за ней присматривать. Прислуга отвезёт её на усыпление сегодня вечером.

Парень от этого потерял дар речи. Он не взял своего питомца намеренно, потому что в пансионе запрещены животные. Он говорил об этом отцу, и тот кивнул, отчего Нико подумал, что папа не против. Теперь же этот придурок собирается убить самое любимое существо и лучшего друга Нико во всем мире. Самую замечательную на свете гончую по имени Миссис О’Лири.

Кому: Папа >:(

Отец, как ты можешь?! Миссис О’Лири хорошая девочка, она не будет тебе мешать, обещаю! Тем более, тётя Элла хотела приглядеть за ней, если вдруг окажется, что ты спасуешь. Я сказал ей, что в этом не будет надобности, ведь ты любишь эту собаку и сам подарил её нам с Бьянкой, но, кажется, я ошибся. Не убивай её, прошу.

Нико готов был расплакаться. Он судорожно сжимал пальцами телефон, пытаясь дышать глубже. Ноги стали ватными, поэтому парень сел на свою парту, чувствуя сильную слабость.

От: Папа >:(

Нико, у меня полно работы. Я оставлю Элле сообщение, но не думаю, что она станет исправлять твои ошибки. Я дарил вам это животное, потому что Бьянка была надежной и всегда ухаживала за собакой, ты же этого не делал. Мне надоело это. Ты вновь доказал свою беспечность и глупость, оставляя на меня свою работу.

Ди Анджело тихо всхлипнул, привлекая к себе внимание учителя.

— Ты в порядке, Нико? — заботливо спросил мистер Браннер, поворачиваясь в сторону мальчика.

— Насморк, — коротко отмахнулся брюнет, продолжая до боли в глазах сверлить взглядом экран телефона, не зная, как ответить. Он был очень обижен и зол на отца за такие слова, но сейчас второе чувство почему-то взяло вверх.

Кому: Папа >:(

Знаешь, что? Единственный ненадёжный человек в нашей семье — это ты! Если бы ты хоть немного заботился обо мне, то знал бы, что в пансионе, в который ты сам меня отправил, запрещены животные. Ты бы знал, как я люблю Миссис О’Лири, ведь лишь она одна помогла мне пережить смерть Бьянки. И если бы ты заботился о Бьянке, она до сих пор была бы жива! Не думал об этом? Ты мог сделать хоть что-нибудь, чтобы достать её с этих горок, ведь у тебя к тому времени уже были власть и деньги. Ты мог спасти её, но не стал. Ты мог столько всего сделать, но предпочёл стоять и смотреть! После ее смерти ты стал вести себя так, будто это я виноват.

Нико и не заметил, как сообщение начало превышать свой лимит, потому продолжил писать во втором смс. Ди Анджело поднял взгляд и увидел вошедшего в класс Уилла. На его приветствие брюнет ответил злым взглядом и вернулся к сообщению.

Кому: Папа >:(

А потом ты забыл про мой день рождения и рождество. Стал вести себя так, будто я умер вместе с ней, а ты остался без семьи. Возможно, так оно и есть! В день её смерти большая часть меня погибла, и я не знаю, как вернуть её, ведь все, кто мог сделать это, отвернулись от меня. У меня осталась лишь эта дурацкая собака, которая приходила ко мне ночью, когда я плакал. Зализывала порезы на моих запястьях, которые ты никогда не замечал. Миссис О’Лири лучше тебя в сотни раз, отец, и если ты хочешь убить её, давай. Прикончи всех, к кому у меня остались хоть какие-то тёплые чувства, а затем свали всю вину на меня, ведь ты и так уже забрал у меня все, что я имел.

И снова лимит. Мистер Браннер успел покинуть класс, а Уилл, похоже, решил поболтать с Нико. Как мило.

Кому: Папа >:(

За себя не беспокойся. Я ненавижу тебя и все, что ты делаешь. Вместо Бьянки должен был умереть ты.

Нико выключил телефон и убрал его в карман, решая игнорировать последующие сообщения от отца, ведь он уже сказал все, что хотел.

От: Изверг.

Не смей говорить такие вещи обо мне и своей сестре. Это был несчастный случай, я не мог никак помочь ей или остановить её. Ты ещё ребёнок и не понимаешь этого и того, что говоришь. (Это и последующие сообщения от отца Нико ещё не читал, — п.а.)

От: Изверг.

Надеюсь, в месте, куда я тебя отправил, тебя исправят. Ты, может, перестанешь вбивать себе в голову, что ты гей, потому что это не так. Это просто фаза. Эта глупая идея мешает тебе стать взрослым, так что разберись в себе, сын.

Нико готов был умереть на месте. В нем всё ещё пылким огнём горела ярость, обжигая всё изнутри, а Уилл пытался покормить парня после глупого разговора о его ориентации. В обычный день Ди Анджело понял бы, что Солас лишь старается помочь, но сейчас ему казалось, что весь мир направлен против него, и что блондин просто издевается.

От: Изверг.

Твоя собака будет усыплена сегодня в 4 часа вечера.

От: Изверг.

И дело только в твоей безответственности, а не в каких-либо моих плохих качествах.

Нико старался успокоиться. Боль от слов отца все ещё разрывала грудь. Неожиданная волна слабости накатила с новой силой, сообщая, что пора бы уже съесть хоть что-нибудь. А Уилл всё пытался что-то сделать с самочувствием Нико.

От: Изверг.

Твоя собака — это твоё дело, поэтому, оставив её, ты подверг её смерти.

Он не выдержал. С обжигающей остротой слова слетали с губ Нико, освобождая его голову от злости на отца, но выплескивая её совсем не туда, куда следовало бы. С каждой фразой до брюнета доходило, что это, наверное, было слишком. Что это было неправильно. Но, как всегда, Нико не смог остановиться. Он захлебывался язвительностью своих слов и понимал, что станет лишь хуже, ведь всю ненависть к отцу он вдруг стал направлять уже не на Уилла, а на себя. Всё вышло из-под контроля, и парень ненавидел себя за это.

Его утренние мысли неожиданно воплотились в реальность: Нико оттолкнул от себя Уилла, злясь из-за своих проблем с отцом; Солас теперь плакал в туалете, а Ди Анджело снова хотел достать такое близкое сердцу лезвие.

От: Изверг.

Поблагодари Эллу. Ты этого не заслужил.

========== Колыбельная в бурю. ==========

С момента ссоры Уилла и Нико прошло четыре недели. За эти двадцать восемь дней ни один из парней так и не заговорил с другим. Они все ещё виделись, но сократили свои встречи до минимума. Каждый день они вставали, не говоря друг другу ни слова, собирались, а затем отправлялись по своим делам. Уильям совсем перестал появляться в комнате, постоянно отсиживаясь у своих друзей или оставаясь до позднего вечера в библиотеке. Нико, стараясь избегать даже редких дневных встреч, устроился работать в местное кафе, расположенное в одном здании с библиотекой. Ди Анджело давно хотел сам зарабатывать деньги, а не брать их у отца-придурка. После того инцидента с Миссис О’Лири у Нико появился лишний повод начать заниматься этим прямо сейчас. Поэтому, не долго думая, парень отправился после уроков в кафе и спросил, нужны ли им новые сотрудники. Оказалось, что да, поэтому сегодня в 15:30 он в первый раз выходит на работу после недели объяснений обязанностей и разных мастер-классов по приготовлению вкуснейшего кофе.

Нико проснулся в семь тридцать утра, когда Уилл уже ушёл из комнаты. Он поднялся и тут же направился в ванную. Сняв пижамную кофту, парень посмотрел вниз на своё тело. Очень бледное и худое, с просвечивающими сквозь белоснежную кожу венами. На запястьях, животе и бёдрах красуются свежие порезы, которые Нико нанёс себе вчера вечером, когда встретил на кухне Талию и Джейсона, яро борющихся за последний кусок пиццы, который они предложили новенькому. Нико так скучал по своей сестре. От пиццы он, разумеется, отказался, сказав, что не любит грибы, но, на самом деле, он уже неделю не ел ничего, кроме ягод граната или винограда, иногда пил кофе без сахара и молока. Это было плохо. Как и то, что он резал себя.

Но никому не было дела. Нико не завтракал с ребятами, сказав им, что он делает это в кафе, ведь у него, как у сотрудника, там скидки и он может питаться практически бесплатно. Поэтому все поверили, кроме, разве что, Уилла, и перестали задавать вопросы. Они просто успокоились. Никто также не заметил, что новенький был сильно худым, ведь он постоянно носил свою огромную лётную куртку, скрывая порезы и излишнюю худобу.

Постоянные синяки под глазами скрывались за словами о недосыпе, а головные боли были замаскированы тем, что Нико метеозависим, ведь погода в последнее время действительно была ужасна. И поэтому все перестали задавать вопросы. Учителя иногда спрашивали у парня про его самочувствие, но быстро успокаивались, слыша его такую уверенную ложь. Это было полное сумасшествие.

Нико уже однажды ходил к психологу. Он посещал еженедельные приемы два месяца, но прекратил, когда услышал разговор психолога с его отцом, в котором мужчины обсуждали, что психическое состояние мальчика просто ужасно, и врачи вряд ли смогут помочь ему. Ему нужен близкий человек, которого он потерял. Это было больно. Понимать, что ты настолько омерзителен и испорчен, что мир не в состоянии исправить тебя.

В тот вечер Нико заперся в своей ванной и пытался убить себя — всеобщее разочарование — но так и не решился. Он слишком слабак для того чтобы принимать такие серьезные решения.

После того вечера подобные мысли частенько посещали непутевую голову парня, усугубляемые ранящим одиночеством, отдающимся тупыми болями в груди. Но это прошло. Да, не сразу, но прошло. И, кажется, сейчас было готово вернуться. Парню становилось плохо от одной мысли о панических атаках и приступах истерии, так что он выгнал эти мысли из собственной головы.

Нико тяжело вздохнул и принялся за утренние сборы. Натянул чёрную футболку с надписью «sleeping w/ sirens», такого же цвета скинни джинсы, которые в последнее время аномально висели на нем, не выполняя функции «скинни». Как и обычно, чёрные конверсы и лётная куртка, значительно увеличившаяся в последнее время — или это Нико уменьшился? Брюнет привычно растрепал свои темные, немного влажные волосы, вышел из комнаты, взяв с собой рюкзак, и сразу же направился к лестницам, предпочитая не общаться с соседями на кухне лишний раз.

Вместо завтрака парень сжевал две капсулы цитрусовой жвачки, пока добирался до здания школы. Придя, взял из шкафчика нужные вещи, а затем поплёлся на историю.

Будни в последнее время стали ужасно скучными и пугающе тихими. Казалось, что мир специально затих, скорбя о жизни Нико, так стремительно идущей ко дну. Возможно, так и было, ведь проходящие мимо ученики в коридорах замолкали, с неким страхом во взгляде озирались на парня, тут же отворачиваясь и шепотом говоря что-то своим друзьям. Он знал, что видя его в конце коридора, некоторые ребята разворачивались и уходили или сворачивали в другую сторону, лишь бы обойти этого стремного парня стороной.

Это не помогало. От такого внимания становилось только хуже. Каждый раз, ловя на себе чужие взгляды, Нико хотелось провалиться под землю или умереть. Его расстраивали перешептывания за его спиной, слухи и сплетни. На днях он услышал, как какая-то девчонка говорила своей подруге, что «Эрика сказала, что он работал в публичном доме с двенадцати лет, а потом сбежал оттуда, когда насобирал денег достаточно для учебы здесь». Это было настолько глупо, что даже хотелось верить. И люди верили. Кажется, кто-то считал, что у Нико рак легких, поэтому он всегда ходит в чёрном и ни с кем не общается. Был даже слух о том, что он — внеплановый сын директора, которого отправили сюда, чтобы быть ближе к отцу. Ну, скажите на милость, что за бред?

Ди Анджело зашёл в полупустой кабинет и занял своё место, тут же уделяя все своё внимание виду за окном. Облака медленно сгущались. Надвигается буря.

***

Уилл проснулся под звонкое пищание своего будильника, и первой его мыслью был Нико. Он снился ему уже несколько ночей, и это начинало пугать. Дело в том, что прошло уже четыре гребанных недели, а все продолжали вести себя так, будто ничего не случилось. Все — даже он сам — молчали. Некоторые замечали, что парни избегают друг друга, но предпочитали держаться в стороне от этого сыр-бора.

Уильям постоянно хотел заговорить с Нико. Он, как бы не скрывал это, переживал. Новенький в последнее время стал ещё бледнее, а ведь Уилл и до этого сомневался, что такое вообще возможно. Он сильно похудел, уже казалось, что можно видеть сквозь парня. Синяки под его глазами увеличились, а поведение стало гораздо страннее. Нико вёл себя так, будто бы постоянно что-то очень усердно скрывает.

Солас быстро встал с кровати, глядя на своего спящего соседа и сдерживая себя от того, чтобы подойти и поправить его красивые непослушные волосы. Нужно было собираться на учебу, если он не хотел опоздать. Дальше как всегда: пятнадцать минут в ванной, выглянуть в окно и посмотреть погоду, нацепить одежду (сегодня жёлтый свитер, чёрные джинсы и высокие конверсы с золотистыми переливами), взять куртку (кожаную косуху — сегодня отстойная погода), кинуть нужные вещи в рюкзак, покинуть комнату и отправиться к Лео.

— Хей, Вальдес, — вяло поприветствовал Уилл спящего друга, не сомневаясь, что тот его слышал. — Вставай давай, я сегодня не в настроении.

— Так и не поговорил с Нико? — хриплым голосом поинтересовался Лео, переворачиваясь на бок, чтобы видеть друга.

— Не могу. Он ясно дал понять, что я ему нахер не сдался, — блондин вздохнул и присел на край кровати друга. — Не хочу сегодня никуда идти.

— Не будь таким пессимистом, дружище, — ободряюще улыбнулся латиноамериканец и положил руку на плечо друга в ободряющем жесте. — Как тебе идея сходить сегодня в кафе и съесть по огро-омному куску торта?

— Серьезно? — с милой улыбкой на лице Уилл повернулся к Лео. Тот уже сиял своей заразной улыбкой, так что губы Уилла растянулись ещё шире, после чего оба разразились смехом.

— Ладно, думаю, нам все-таки стоит пойти завтракать, а ни то Пайпс нас убьёт… А ещё я чувствовал запах блинчиков, — немного лениво протянул Солас, а затем встал и вышел из комнаты, зная, что Лео теперь точно проснётся.

На кухне, как всегда, Нико так и не появился. Он больше не заходил сюда на завтрак с тех пор, как двадцать семь дней назад не сообщил, что устроился на работу и теперь завтракает там, ведь ему, как сотруднику, это ничего не стоит. Уилл сомневался, что это правда. Ди Анджело наверняка просто не ел. Уильям никак не мог взять в толк, как этот парень все ещё жив; хотя в последнее время он таковым и не казался.

— …поэтому я не думаю, что он останется жив в следующей части. Скорее умрет или свалит в Румынию, но… Его время прошло. Но Вин Дизель вечен, — завершил свои громогласные рассуждения Лео, а Уилл лишь тяжело вздохнул.

— Ты только что около двадцати минут не затыкаясь рассуждал о девятой части «Форсажа». Твоя болтовня вышла на новый уровень. Поздравляю, шизик, — усмехнулся Солас, заходя в класс, тут же находя Нико среди других учеников. Их взгляды на мгновение встретились, и, кажется, сердце Уилла пропустило удар — или несколько. Ди Анджело быстро опустил голову, прикрыв глаза, ясно давая понять, что это просто случайность, на которую очень тупо обращать внимание. Но Уильям не мог. Его интерес к этому парню с каждым днём все возрастал и успел достичь уровня симпатии. Вряд ли взаимной.

Уилл направился к своему месту, по пути здороваясь с несколькими ребятами. Он даже обнял парочку своих хороших друзей, хотя настроения для этого явно не было. Конечно, Солас все равно улыбался — никто не просил портить настроение другим, если у него его нет. Блондин положил рюкзак на свою парту и сел на стул.

— Кто бы говорил, Солнышко. Это тебя называют булочкой с корицей, которая может убить, — Лео сел за свою парту и тут же обернулся к другу, поражая его новым прозвищем.

— Что, прости? Кто меня так зовёт? — Уилл открыл рот от изумления. Кто мог додуматься до такого странного прозвища?

— Ох… Забей. Кажется, это мне приснилось… Хотя, думаю, кто-нибудь из твоих фанаток точно так про тебя говорит, — Лео нахмурился и отвернулся, потому что его позвала Пайпер, а Уилл молча закатил глаза. Было скучно, поэтому Уильям решил впервые за долгое время заговорить с Нико. Одноклассники ведь иногда болтают друг с другом.

— Хей, Нико, — негромко поприветствовал брюнета Уилл, повернувшись к нему на стуле.

— Хей, — с ошарашенным, но все ещё хмурым видом ответил Нико. Он был немного взъерошенным и безумно милым, хотя очень старался выглядеть грозным. Солас же в свою очередь очень постарался, чтобы не застонать в голос от умиления.

— Как у тебя дела? Сделал домашку? — улыбался Уилл. Ему нравилось, что Нико наконец-то обратил на него своё внимание. Ну, или часть его.

— Нормально. Да, — уперевшись взглядом в свою парту, коротко ответил Ди Анджело.

— Мне нравится твоя футболка. Я тоже люблю эту группу, — с улыбкой произнёс Уилл, глядя на футболку парня.

— Ты слушаешь «Sleeping with sirens»? — с шокированным видом спрашивает Ди Анджело. Похоже, Уильям действительно «булочка с корицей» для всех.

— Да. Не один ты тут панк-рок, — уверенно кивнул голубоглазый, а Нико вновь уделил все своё внимание парте.

— Неужели парта интереснее меня? — неожиданно для самого себя спросил Уилл и тут же мысленно пнул себя. Глупый!

— Да.

— Почему?

— Тогда нет, — переплетая под партой пальцы, вздохнул Нико. Он, видимо, не хотел ничего объяснять.

— Хорошо, тогда посмотри на меня.

— Не хочется.

— Ты уже нашёл себе друзей здесь? — Уилл, наконец, решил уйти от своего позора. На такие темы легче разговаривать. И это не странно.

— Конечно, — Ди Анджело бросил короткий взгляд на одноклассника и стал изучать свои черные кеды.

— Круто. Познакомишь с ними? Кто они?

— Тебе незачем знать.

— Почему же?

— Это ведь не твои друзья.

— Но…

— И ты, кстати, тоже не мой друг, — наконец, Нико поднял твёрдый и уверенный взгляд на Уилла, отчего у того по телу мурашки пробежались.

— Я знаю, просто… Мы одноклассники, а одноклассники болтают время от времени и здороваются друг с другом… — замямлил Солас. Он не знал, что с ним такое. Обычно такого не происходило. Никто никогда не выбивал из колеи Уилла Соласа, а у Нико это уж слишком часто получалось.

— Вот именно. Одноклассники не знакомят друг друга со своими друзьями, окей? — Нико повернулся на своём стуле к блондину и сложил руки на груди, все ещё не отрывая от парня своего взгляда.

— Я хотел бы стать твоим другом.

— Посмотрим.

— О боги! Правда? — Уилл поднял взгляд на возможного друга и радостно подпрыгнул на стуле, расплываясь в счастливой улыбке.

— Если скажу имена своих друзей, отстанешь хотя бы на сегодня? — спросил Нико, а Уиллу показалось, что на его лице появился намёк на улыбку.

— Да! Обещаю, — уже спокойнее кивнул Солас, кладя руки на свои колени.

— Это ребята из кафе. Калипсо, Гроувер Ундервуд и Рейчел Элизабет Дэр, — сообщил Нико. Кажется, его перестал смущать контакт с людьми, ведь они с Уиллом уже около минуты смотрят друг другу в глаза. У Соласа от этого сердце бьется в несколько раз быстрее.

— Обалдеть. Я знаю их! Особенно Рейчел. Она хорошая подруга Перси, и…

— Класс. А теперь отвали, — отвернувшись, грубо отрезал Нико, кладя на парту руки и утыкаясь в них носом. Такой очаровательный!

***

Все уроки уже закончились, и Нико уже вышел за стойку в кафе, но его мысли все ещё были заняты утренним разговором с Уиллом. Брюнет уже придумал сотни более остроумных ответов на реплики одноклассника, пытаясь понять, правильно ли он все сказал, анализируя их разговор. И почему Уилл вдруг решил заговорить? Нико думал, что обидел того своими словами, и парень больше к нему никогда не подойдёт ближе требуемого. Но… он заговорил. И выглядел таким искренне счастливым, когда Ди Анджело сказал, что он «посмотрит», станут ли они друзьями. Брюнету тогда показалось, что Уилл действительно начал светиться.

Это, наверное, глупо. Пора прекращать заниматься переосмысливание всей своей жизни (или одного утреннего разговора, от которого крышу сносит) и приниматься за работу.

Рабочий график Нико был составлен с учетом расписания его уроков в школе, поэтому после последнего занятия он сразу бежал в кафе и приступал к исполнению своих обязанностей. Заканчивал он в семь часов вечера, отправлялся домой и делал домашку. А затем ложился спать. На развлечения времени не было. Да и какие развлечения, если нет друзей? Конечно, ребята в кафе забавные, интересные и приятные, с ними можно потусоваться на работе. Но за ее пределами у них тоже были уроки, обязанности и своя жизнь.

Вообще, вся эта тема с кафе на территории школы, куда нанимают учащихся — очень странная. Типа, у них же у всех уроки. Конечно, учеба по сменам, утром работали те, кто учились после обеда, а потом их заменяли ребята и Нико, но это все равно странно. Хотя, с другой стороны, это было здорово. Можно заранее начать приспосабливаться к условиям жизни в большом мире, где без работы не выжить.

— Привет, — поздоровался высокий парень, подошедший к кассе, не отрывая взгляда своих голубых глаз с меню, висевшего над их с Нико головами, подсвечиваемого жёлтыми гирляндами в перемешку с цветными флажками на тоненьких веревочках.

— Добрый день. Что Вы будете заказывать? — вежливо поинтересовался Ди Анджело, как его и просили. Это кафе было какой-то смесью KFC, Starbucks и любой миленькой кондитерской. На прилавках стояло большое количество аппетитных пирожных, тортов и маффинов. В меню имелась огромная разновидность кофе и чая. На табличках над головой Нико также были написаны названия различных бургеров, сэндвичей и прочего фастфуда. Если подумать, это не кафе, а просто находка. Хотя название у этого места было странное — «Арго II».

— Да… Итак, — парень опустил взгляд и как-то странно улыбнулся брюнету за кассой, — Нико. Я хочу Колу, — Ди Анджело нахмурился, услышав своё имя, понимая, что на нем теперь бейджик, и все знают, кто он.

— 200, 500 или 800 миллилитров? — спокойно спросил Нико, выбирая на экране огроменного планшета секцию напитков, а затем Кока-колу.

— Ээ… 500. Три штуки. И я буду две большие картошки фри, — продолжил парень. — С кетчупом, — добавил он, смотря на то, как брюнет за стойкой нажимает что-то своими тонкими пальцами в планшете.

— Ещё что-то? — Нико поднял на блондина спокойный взгляд, под которым скрывалось раздражение, потому что он чувствовал, как этот парень пялится на него. Ему это не нравилось. Этот голубоглазый блондин с огромным шрамом на левой части лица был не во вкусе Ди Анджело. Он, конечно, был довольно привлекательным, но на него так и тянуло повесить ярлык «гадкий слизняк», а Нико такие ребята не особо привлекали.

— Да. Двенадцать наггетсов с сырным соусом и три чизбургера, — закончил парень, вновь поднимая взгляд к меню. — Здесь.

— Хорошо. С Вас 17 долларов 50 центов, — завершил кассир. Дождавшись, пока блондин заплатит, Ди Анджело продолжил: — номер Вашего заказа — Р-89. Покажите чек и заберите заказ на пункте выдачи, когда этот номер появится на экране. — Нико протянул парню чек, и тот коснулся холодных пальцев, когда забирал небольшую бумажку из его рук. Брюнет подумал, что ему сейчас станет плохо от этого пацана. Слава богам, тот ушёл за какой-то далекий столик у окна и шлепнулся на диванчик рядом с ещё парочкой парней. Нико закатил глаза и подумал, что на этой работе ему придётся нелегко.

Колокольчик на двери зазвенел, когда в помещение, громко переговариваясь, зашли два парня. Нико обернулся на кухню с безнадежностью во взгляде, пытаясь отыскать Гроувера, Рейчел или Калипсо, но те торопливо готовили заказ этого прожорливого шатена и его дружков. Ди Анджело тяжело вздохнул, сглотнул ком в горле и повернулся к посетителям, которые подошли к витрине с десертами. Спустя несколько секунд, Уилл оторвал взгляд от пряностей и увидел своего соседа по комнате, после чего его лицо озарилось яркой улыбкой.

— Нико! — радостно воскликнул голубоглазый, и все посетители — около пятнадцати человек — обратили свои взгляды на него. Светловолосого безупречного парня с голубыми глазами, который быстро подскочил к кассе и стал с улыбкой разговаривать с кассиром. — Привет! Ты давно уже здесь работаешь? Почему мне не сказал? Когда у тебя был первый день? Я бы пришёл поддержать! — Уилл ни на секунду не переставал говорить, так что Нико удивленно поднял брови и большими глазами уставился на него. Тот улыбнулся во все свои тридцать два, так что Ди Анджело нахмурился в ответ и опустил голову, пытаясь не покраснеть. Похоже, вышло не очень, потому что Уильям неожиданно хихикнул.

— Я думал, мы договорились, что сегодня ты меня больше не достаёшь? — лукаво напомнил Нико, поднимая взгляд на блондина, который немного нахмурился, не переставая немного задумчиво улыбаться, что было очень странно.

— Прости. Не знал, что ты сегодня здесь, — парень покачал головой и запустил длинные пальцы в свою золотистую шевелюру. — Похоже, меня к тебе что-то притягивает! — Уилл хихикнул. — А вообще, мы здесь с Лео, чтобы объедаться десертами, потому что я… Ну, не важно. Итак, что посоветуешь?

— Я люблю чизкейки и шоколадные маффины, — с равнодушием ответил Нико, игнорируя остальные фразы одноклассника. Тот в ответ улыбнулся и подозвал к себе Вальдеса. — Что вы будете?

— Вот это встреча! Привет, Никс. Как поживаешь? — Нико кивнул, решив, что если велит однокласснику никогда больше не называть его «Никсом», то придётся вести беседу об этом, которую сейчас вести совсем не хотелось. — Я хочу кусочек малинового пирога и… Хм… И кекс с шоколадной посыпкой! — улыбаясь, выпалил Лео. Он явно был жутким сладкоежкой, с таким восторгом смотрел на десерты.

— Хорошо, — сказал Ди Анджело, вбивая в планшете заказ. — Уилл?

— А… Я буду Нью-Йоркский чизкейк с карамельным сиропом и-и-и… Брауни с мороженым, — Уильям улыбнулся своей белоснежной улыбкой, в его глазах появились искорки, а Нико смутился и вновь опустил взгляд на экран.

— Что будете пить?

— Самый большой зелёный чай, который у вас есть, — уверенно сообщил Лео.

— И ежевичный латте, — добавил Уилл.

— Здесь или с собой?

— Здесь.

— С вас 14.75, — сообщил Ди Анджело и поднял взгляд на одноклассников. Они рассчитались картой Уилла. — Номер вашего заказа Р-90. Покажите чек при получении заказа, когда увидите свой номер на экране в зоне «Готово». Заказ будет ждать вас в пункте выдачи, — протараторил брюнет и отправился к витрине, потому что он отвечал за десерты и выдачу заказов.

Нико включил кофе-машину и настроил её на готовку большого ежевичного латте, попросил Калипсо сделать литровый зелёный чай, а затем вернулся к десертам. Уилл стоял перед стеклянной витриной, наблюдая за работой приятеля.

— Так это там твои друзья на кухне? — спросил Солас, кивая в сторону Калипсо и Гроувера. Райчел куда-то ушла. Как всегда, странная.

— Да.

— Я видел их. Они на год младше нас.

— Знаю, — Нико на секунду поднял на Уилла взгляд «ты придурок», отвлекаясь от чизкейка. Быстро полив кусочек торта карамельным сиропом, парень поставил тарелку на поднос с уже готовыми десертами. Затем там же очутился капучино. — Заказ готов, — сообщил брюнет, глядя на Уилла.

— Отлично… А чай..?

— Ох. Да. Чай мы сами принесём вам за столик, — объяснил Нико, двигая поднос ближе к Соласу. Тот, забирая его, как и предыдущий покупатель, коснулся холодных пальцев соседа, но, почему-то, кареглазому не стало неприятно или мерзко. Напротив, от пальцев плавно пробежало тепло, захотелось улыбаться, но Нико сдержался, мысленно назвав себя влюблённым идиотом.

— Спасибо… Ты сегодня до скольки работаешь? — спросил Уилл, отчего у Ди Анджело голова закружилась. Он посмотрел на часы. Стрелки говорили, что сейчас 5:40 вечера.

— Эм… До семи, — Нико прокашлялся.

— Не против пойти домой с нами? — краснея, спросил Солас, стуча пальцами по подносу в руках. — Точнее, со мной. Лео нужно идти в библиотеку, он хотел найти какую-то там книгу по механике, чтобы собрать очередное изобретение, а потом дать ему какое-нибудь странное имя и выставить его на ка… — брюнет сжал своей холодной ладонью запястье Уилла, отчего тот мгновенно перестал тараторить и замолчал.

— Я пойду, только тебе придётся просидеть здесь ещё полтора часа. Надеюсь, ты это понимаешь, — сказал Нико, быстро убирая руку за спину. Лицо Соласа озарилось самой счастливой на свете улыбкой. Он радостно кивнул, развернулся и сел за столик к своему лучшему другу. Ди Анджело тяжело вздохнул и обернулся на Калипсо, которая, хитро улыбаясь, подмигнула ему.

— Заказ Р-89 готов, — крикнул Нико, ожидая, пока тот странноватый парень подойдёт.

— Кстати, меня зовут Лука Кастеллан. Ты, наверное, в курсе. Ты новенький? — улыбаясь скалясь, проговорил блондин, как только подошёл к пункту выдачи, где Нико ожидал его с подносом, полном еды.

— Да. Вот Ваш заказ.

— Что за формальности? Давай уже перейдём на «ты», — продолжая показывать свои до боли белые зубы, предложил Лука.

— Приятного аппетита, — сухо ответил Нико, пододвигая парню поднос. Он почувствовал, что Уилл смотрит на него из-за своего столика.

— Да ладно тебе, приятель! Не хочешь сходить со мной и моими друзьями ко мне после того, как у тебя закончится работа? У меня в комнате просто офигенно, ты должен это увидеть, — взмахнув руками, сообщил парень. У Нико к горлу вот-вот подступит рвота от одного присутствия этого зубастого слизняка.

— Я занят после работы.

— Играешь в недотрогу? Хорошо. Вот мой номер. Напиши мне, когда захочешь потусоваться. Или, например, сходить куда-нибудь. Только ты и я. Хорошо? — Лука оставил на гладкой поверхности стола салфетку, затем взял поднос, подмигнул Нико и ушёл к своему столику.

Ди Анджело закатил глаза и взял в руки салфетку, разворачивая её. «Позвони мне, красавчик хохо» и номер телефона — это все, что было написано на мягкой салфетке с логотипом кафешки, а у Нико от этого возникло острое желание закатить глаза так, что он свои мозги увидит. Он вздохнул и засунул бумажку в фартук, бросив короткий взгляд на Уилла, который с раздражением таращился на Луку. Ди Анджело слегка нахмурился, вздохнул и вернулся за кассу. Впереди ещё час работы.

***

— Привет, ребята, — улыбнулась светловолосая девушка, подходя к столику, за которым сидели Уилл и Лео. В руках она держала поднос с чайником и чашкой. — Ваш самый большой в меню зелёный чай, — она поставила поднос на стол.

— Привет. Ты подруга Нико, да? Калипсо? Или ты Гроувер? — с улыбкой заговорил Уилл, а девушка рассмеялась.

— Я Калипсо. Вы, ребята, знакомые с Нико? Он очень загадочный парень, но классный.

— Ам… Да! Мы, вроде как, соседи и одноклассники, — с восторгом глядя на подошедшую девушку, проговорил Лео. — У тебя очень красивое имя, Калипсо. Это псевдоним или..?

— Нет, мой папа просто очень любит древнегреческую мифологию, вообще-то, — вздохнула девушка, прикрыв глаза и покачав головой — жест безнадежности. — Вы двое не хотите представиться?

— Да, конечно. Это Уилл Солас, а я Лео Вальдес, но ты можешь звать меня как хочешь, — подмигнул латиноамериканец, а блондин еле сдержал смех, потопив улыбку в чашке с кофе.

— Тогда буду звать тебя придурком, — учтиво улыбаясь, сообщила Калипсо и сложила руки на груди. — Ладно, мне нужно работать. Приятно было познакомиться, Уилл. Придурок, — девушка кивнула сначала одному, затем другому парню, после чего уверенной походкой удалилась, забрав со стола все подносы.

— О боги, Уилл, она… Она… — восторженно вздохнул Лео, смотря вслед девушке влюбленным взглядом.

— …недостижима для тебя, — любезно подсказал Солас, тут же ловя на себе обиженный взгляд друга и злое фырканье.

***

— Я не могу поверить, что этот придурок Лука подкатывает к моему Нико, — сложив руки на груди, выпалил Уилл после созерцания того, как Кастеллан уже третий раз за последний час пытался флиртовать с Ди Анджело. Нико не подавал никаких признаков того, что ему это нравится или не нравится. Разве что закатывал глаза. На часах было 6:55 вечера, рабочий день брюнета закончится через пять минут, и Уилл наконец-то уведёт своего мальчика подальше от этого озабоченного старпёра.

— Несколько заявлений. Первое: я не думал, что ты такой собственник, Солас. Мне нравится. Второе: Лука не просто придурок, он… — Лео прервали.

— Озабоченный зубастый старпёр, — с отвращением в голосе закончил Уилл.

— …Ну, это тоже неплохо. Хотел назвать его крысовидной горгульей, — Уилл прыснул. — Третье: с каких это пор Нико стал твоим? — Вальдес ехидно улыбнулся и поиграл бровями, допивая последнюю кружку чая. И как он ещё в туалет не сбежал, выпил ведь практически литр чая?

— Тебе послышалось, — проворчал себе под нос Уилл, переводя взгляд в окно. Тортики и правда подняли ему настроение, но, похоже, погоде за окном суждено всё испортить.

Уилл никогда особо не любил дождь, грозу и молнии. Хотя иногда в такую погоду даже весело. Видеть молнию, а потом считать секунды, за которые до тебя донесётся звук грома. В детстве это казалось забавным, но по мере взросления Солас понял, что такая погода приносит за собой разрушения. И это совсем не вызывало восторга у двенадцатилетнего мальчика.

— Я пойду попытаюсь, — сказал Лео, стукнув друга по плечу, выдергивая его тем самым из собственных мыслей.

— Ни пуха, — быстро ответил Уилл с ободряющей улыбкой, понятия не имея, что Вальдес собрался делать.

Меньше чем через минуту до блондина дошло: Лео хочет проводить Калипсо до дома. Очаровательно. Она ни за что не согласится. Солас пытался подслушать, потому что был уверен, что девушка просто бомбезно отвергнет его лучшего друга, но ему помешал новый голос.

— Хей, Уилл, — негромко позвал Нико, подходя к блондину сзади. Солас резко обернулся, слегка подскочив на месте, после чего тут же забавно улыбнулся. «Застукали» — подумал он.

— Лео действительно пытается заполучить Калипсо? — со скепсисом наблюдая за картиной, развернувшейся у кассового аппарата, спросил брюнет, одновременно с этим кладя руку на спинку кресла, в котором сидел Уилл. — У него никогда не получится.

— Вот и я о том же!

— Хотя она сказала, что познакомилась с «Уиллом и милым придурковатым эльфом». Думаешь, это добавляет ему шансов? — с сомнением спросил Нико, а Уилл рассмеялся.

— Вообще нисколько, — покачал головой Уильям и ухмыльнулся, вставая с кресла. Он повернулся лицом к Нико, а затем по-джентельменски открыл перед ним дверь, выходя из кафе. Тот закатил глаза и вышел, предварительно помахав рукой страдающей Калипсо и Гроуверу с вновь вернувшейся Рейчел, угарающим с попыток Вальдеса.

— Какой джентельмен, — протянул Нико и сделал забавный реверанс, отчего Уилл захихикал. Ребята направились в сторону общежития.

— Почему ты разговаривал с ним? — спросил Солас после короткого молчания, когда они проходили мимо окна, рядом с которым стоял столик, за которым сидел Лука с дружками и без стеснения таращился на уходящих вместе парней.

— С кем? — Нико посмотрела на соседа, а тот мотнул головой в сторону окна. Брюнет обернулся и посмотрел туда, куда указал Уилл, сталкиваясь взглядом с Лукой, который тут же принялся махать ему рукой с чересчур доброжелательным видом. — Аа… С Люком.

— Его Лука зовут, — инстинктивно поправил Уилл.

— Да плевать. Я не запоминал. Он придурок.

— Нет, я думаю, что он зубастый озабоченный старпёр. Лео говорит, что он больше крысовидная горгулья, — с серьезным видом проговорил блондин.

— Я считаю, что он гадкий слизняк с замашками опоссума, — с таким же серьезным видом сообщил Нико. Уилл уставился на него и заржал, сгибаясь пополам, а Ди Анджело издал какой-то звук, похожий на смешок, опуская голову. Но, кажется, так и не улыбнулся.

— Да, это тоже круто, — хихикнул Солас, немного поуспокоившись. — Ну так почему ты с ним говорил, раз он тебе так противен?

— Наверное, чтобы он не избил меня где-нибудь в подворотне за педиковатость, — пожал плечами новенький, рассматривая собственные ноги.

— И то правда… Он сам бисексуал, но, видите ли, в нем этой «педиковатости» лишь пятьдесят процентов. Думаю, он до сих пор не надрал мне задницу только потому, что я публичный человек. Я дружу практически со всеми в этой школе, и это, по сути, даёт мне какую-то власть… Я знаю, что это ужасно и… — Уилл опустил голову и закрыл лицо руками.

— Нет, нет. Это круто. И логично. Нужно уметь использовать то, что имеешь, — кивнул Нико, кладя руку Уиллу на плечо, побуждая к тому, чтобы тот перестал заниматься самобичеванием. У Соласа от этого побежали мурашки по всему телу. Странно, что его организм так реагирует на обычное касание другого человека. Хорошо хоть в штанах от одного касания ничего не происходит. Блондин выдавливает улыбку и внимательно смотрит на соседа пару секунд.

— Почему ты никогда не улыбаешься? — прямо спросил Уилл, заставая Нико врасплох.

— Я улыбаюсь.

— Нет, я бы заметил. Ты не подумай ничего, но я наблюдал за тобой с первой встречи и ни разу не видел твою улыбку, — Уильям сам не ожидал, что такое выдаст, ведь это странно. Нельзя говорить такие вещи людям в лицо.

— Ну, значит не было повода, — вздыхает Ди Анджело и продолжает идти. Уилл быстро его нагоняет.

— Но ведь я тебя много раз смешил. И ты только фыркал или издавал странные звуки, похожие на смешки, — отводя взгляд в сторону, промычал Уильям.

— Класс. Спасибо, — Нико закатил глаза и засунул руки в карманы куртки.

— Нет-нет, я не это имел ввиду! Ничего плохого в этом нет! Мне нравится, как ты это делаешь, — выпалил Солас, хватая Нико за локоть, и поймал на себе странный взгляд брюнета.

— Извинения приняты, — кивнул Нико. — Наверное, я просто несчастен.

Ди Анджело сказал это так обыденно, что Уилла передернуло. Захотелось обнять этого драгоценного мальчика и не выпускать из объятий, пока его руки не станут тёплыми, а он сам — счастливым.

Ребята уже подходили к зданию общежития, как облака совсем потемнели, и начался дождь. Сначала лишь несколько настораживающих капель, а затем жуткий и непредсказуемый ливень. Уилл схватил Нико за руку и потащил его в сторону входа, открывая перед ним дверь в дом. Оказавшись внутри, оба спокойно вздохнули, хотя и промокли до ниточки.

— Ну что же, блять, за херня, — зло прошипел Нико, рассматривая одежду на себе. Он сильно хмурился, пока выжимал край чёрной футболки, а Уилл молча пялился на него, не заботясь о собственном состоянии.

— Я… Я… Думаю… Мы… В комнату? — бессвязно, но все же вытянул из себя Уилл, стягивая с себя кожаную куртку.

— Ага.

Поднялись они в полной тишине. Нико явно злился, а Уилл просто пытался выкинуть горячий образ промокшего соседа у себя из головы. Гребанные гормоны.

— Прими горячий душ, я схожу у Лео, — скомандовал Уилл, сразу же беря соседа за плечи и подталкивая его в сторону ванной комнаты. Тот устало вздохнул и покачал головой, а затем зашёл за дверь, закрывая её за собой на защелку. Солас достал из шкафа сменную одежду и полотенце, после чего быстро свалил в ванную своего лучшего друга.

Закончил Уилл, очевидно, быстрее, потому что когда он вернулся в свою комнату, та все ещё была пуста, а из-за двери доносился шум включённого душа. Солас кинул свои сырые шмотки в корзину для белья, после чего плюхнулся на свою кровать и уставился в окно. Шёл ливень и был отчетливо слышен гром. Кошмар.

— Эм… Уилл? — послышалось из ванной, когда шум воды прекратился. — Я не взял ни одежду, ни полотенце… — вздохнул Нико из-за двери, а Уильям постарался не представлять образ соседа прямо сейчас.

— Оу… Хорошо, подожди секунду, — Уилл встал, подошёл к шкафу и стал рыться на полках Нико в поисках боксеров и пижамы. Полотенце он нашёл моментально, а с остальным возникли некоторые проблемы.

— Дай мне, пожалуйста, что-нибудь с длинным рукавом… Толстовку или… Просто мне холодно, — послышалось из-за двери, и Уилл вздохнул. Он только нашёл какую-то пижамную майку, как пришлось закинуть её обратно. Спустя минуту или две он, наконе-то, справился.

— Открой дверь и протяни руку, — хриплым голосом продиктовал Уилл, преждевременно постучавшись. Дверь в ванную покорно отворилась, и из-за неё показалась тонкая и бледная рука. Солас немного приблизился, чтобы положить стопку вещей в раскрытую ладонь, как заметил порезы. Огромное их количество.

— Блять, — Уилл взял руку Нико в свою, разглядывая порезы, после чего почувствовал, как обладатель этой самой руки бьется головой об дверь.

— Прости, Уилл… — шепчет парень с той стороны двери, а у блондина на глаза слезы наворачиваются.

— Нет. Ты сейчас оденешься и выйдешь ко мне. У нас будет серьёзный разговор, сопровождаемый обработкой твоих идиотских порезов, — твёрдым голосом сообщил Уилл, вложил в руку Нико стопку с вещами и отошёл от двери, садясь на свою кровать и закрывая лицо руками.

***

Нико хотелось распороть свои запястья нахрен, но он понимал, что от этого станет только хуже. Уилл видел, что он с собой делает. Теперь он, наверное, разочарован или очень зол. Или расстроен. И точно не хочет больше дружить с Нико. По щекам парня бегут слезы, и он проводит по запястью лезвием в последний раз на сегодня, после чего промывает ледяной водой из крана свежие царапины и надевает уютный растянутый свитер, который Уилл дал ему. Вытирает слезы рукавом, смотрит на своё отражение и выходит из ванной так тихо, как только может. Надеется, что Уильям уже заснул, но не тут-то было.

За окном гроза, и Нико становится страшно. Он с детства боялся этого погодного явления. Его мать умерла во время грозы. Такая потеря в любом возрасте напугала бы до жути, но в 5 лет, когда ребёнок совсем впечатлительный, это отражается особо печально, оставляя за собой извечный след.

Уилл поднимает голову и хлопает по кровати рядом с собой, не говоря при этом не слова. Нико послушно садится, куда попросили, потому что чувствует вину. Вину, от которой жжёт в глазах, колет в животе (возможно, это от голода). Эта вина вполне ощутимо сжимает брюнету горло, отчего становится труднее дышать. Он всхлипывает и чувствует на себе взволнованный взгляд соседа. Это всё плохо закончится.

— Прости, — тихо бормочет Нико, не осмеливаясь поднять взгляд и разглядеть в глазах Уилла его чувства. Если он, единственный человек, который захотел быть другом для Ди Анджело, сейчас отвернётся от него, узнав о ненависти Нико к себе, то парень точно останется один-одинёшенек. По крайней мере, сейчас ему так кажется.

Уилл все так же молча открывает аптечку и достаёт оттуда вату, перекись водорода и бинты. Разложив это на кровати, Солас нежно берет в ладони руки Нико, бережно закатывает рукава его свитера и смотрит на израненные до локтей запястья. Ди Анджело поднимает на него взгляд и видит бегущие по щекам парня слезы. Он выставляет вперёд правую руку, которая почему-то не перестаёт дрожать, подносит её к лицу блондина и вытирает большим пальцем слезы с его щеки. Уилл мученически улыбается и начинает дезинфицировать порезы на руке парня, дуя на них, когда Нико начинает морщиться от боли.

Закончив с дезинфекцией, Уилл перематывает запястья Нико бинтами. Его касания нежные, осторожные и мягкие, словно он старается не испортить фарфоровую куклу. Завершив оказание первой помощи, Солас сделал то, чего брюнет совсем не ожидал. Он, черт возьми, оставил полосу из поцелуев от кисти до локтя сначала на одной руке Нико, а затем на другой. В этих простых действиях таилось столько трепетных чувств, что Ди Анджело застыл. Его сердце наполнилось болью и любовью одновременно. С одной стороны, к нему не проявляли такой непринужденной и искренней заботы и любви уже многие годы. Это обижало. С другой стороны, наконец-то нашёлся человек, который эту заботу к Нико проявил.

— Ты ещё где-то резался? — спросил Солас шепотом, а Нико молча показал на живот. Блондин приподнял свитер парня и стал рассматривать раны. — Подержи так, пожалуйста, — ласково попросил будущий врач, придерживая свитер Нико поднятым. Темноволосый взял в руки вязаную ткань, наблюдая за спокойной работой Уилла. Тот скоро закончил, но на этот раз не оставлял поцелуев. Ди Анджело это слегка разочаровало, но тот не подал виду, вместо этого содрогаясь от очередной молнии за окном и последующего раската грома.

— Почему ты это делаешь? — спросил Уилл, разрывая натянутую тишину между ними. Он убрал аптечку под кровать и повернулся к Нико, залезая на кровать с ногами.

— Я просто ненавижу себя, — прямо сказал Ди Анджело, прижимаясь правым плечом к стене, не отводя при этом глаз с лица Уилла. Его взгляд был печальным и каким-то опустошенным. Жаль, Нико не мог читать мысли. Если бы мог, обязательно понял бы, чем так ранил этого очаровательного юношу. Хотя здесь, наверное, и суперсила не нужна, только мозги и вменяемость.

— За что? По-моему, ты просто замечательный. Ты должен любить себя, — нахмурился Уилл с непониманием в глазах, но тут же пожалел о своих словах, потому что они явно разозлили Нико. Он вспомнил, как их ему говорили на протяжении всей жизни. Даже Джастин Бибер со своим «Love yourself». И, как не прискорбно, это всегда было тем единственным, чего у Нико не получалось делать.

— Должен ли я быть тем единственным, кто любит меня таким, какой я есть? — голос Ди Анджело стал холодным как лёд, совсем не похожим на обычный его тон безразличия. Словно говорил кто-то другой, а не Нико. — Да. Но я, черт возьми, по какой-то причине являюсь тем, кто, блять, ненавидит себя за всё, что во мне есть. Эти гребанные карие глаза, темные волосы! — Нико с отвращением провёл рукой по своим волосам. Он чувствовал, что снова выплёскивает всю свою злость на Уилла, и это очень плохо. — Что, если я хотел быть голубоглазым, блять, блондином, как ты, Солас?! Никто меня об этом не спрашивал! Я ненавижу это! Я ненавижу то, что всех отталкиваю, потому что я безнадежный мусор и уже отчаялся, разочаровался в людях! — голос парня задрожал, и он сделал глубокий вдох, восстанавливая сбившееся дыхание.

— Ненавижу свой музыкальный вкус и то, что я ненавижу апельсиновый сок! Меня бесят мои оценки и то, что я не стараюсь достаточно хорошо! Я ненавижу себя за мою закрытность и вечное молчание, потому что мне, на самом деле, есть что сказать! Меня раздражает моя идиотская одежда и одержимость «Мифами и магией». Меня тошнит от осознания того, что мой шампунь ничем не пахнет, а зубная щетка синего цвета, ведь мне было плевать, когда я покупал их. Я ненавижу то, что тогда, в ебучем Таргете, выбирал, какие лезвия лучше взять, а не парился из-за ебанного шампуня. Я ненавижу то, что люди продолжают смотреть на меня с жалостью или отвращением. Я ненавижу то, что никто, блять, не заметил, что я практически не ем и каждый день режусь. Потому что единственный человек, блять, кто всегда замечал это — угадай что? — умер! — послышался всхлип, и Нико понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это он сам его издал. Парень резко поднял руки и размазал по щекам лишнюю влагу.

— Она, черт возьми, была той, кто любил меня всем своим сердцем, несмотря ни на что! Как бы я хотел оказаться на её месте, — Нико вновь всхлипнул и закрыл лицо руками. — Занять то ебанное место на американских горках вместо неё, чтобы, блять, сдохнуть и не переживать больше из-за этой тупой жизни, в которой меня ненавидят все, включая меня самого, — Нико притянул к себе колени, обнял их обеими руками и уткнулся носом куда-то между ними.

Он чувствовал на себе взгляд Уилла практически на физическом уровне, но старался из последних сил игнорировать его. Ещё один раскат грома, и Нико вздрогнул. В нем словно что-то щелкнуло, в груди защемило и, кажется, началась паническая атака или приступ истерии. Ди Анджело помнил, как это случалось с ним в детстве. Его всегда успокаивала Бьянка. Сейчас рядом был только напуганный Уилл.

Нико почувствовал, как всё тело пробивает дрожь, он очень ощутимо трясётся, в ушах стоит неприятная оглушающая тишина, словно когда ты под водой, а все звуки на поверхности. Поднимая голову, брюнет видит вокруг себя лишь темные, размытые пятна, мелькающие по краям серыми песчинками. Сквозь тишину в его голову врывается резкий и тяжёлый звук грома, а перед глазами всё освящается вспышкой молнии. Нико начинает громко плакать, даже, кажется, кричать.

Это точно не паническая атака. При них ты чувствуешь сильный страх и словно покидаешь своё тело.

Это чертова истерика. Всё ощущается слишком сильно, особенно собственное существование. Все переживания мгновенно усиливаются в несколько раз, сердце колет, и пропадает самоконтроль. Нико чувствует какое-то прикосновение, а затем полностью вытягивается и выгибается в спине дугой. Из его горла вылетает какой-то непонятный хрип и кажется, что это никогда не закончится.

Но это заканчивается. Нико начинает чувствовать мир вокруг себя, слышит звуки природы — буквально. Шум моря и крик чаек. Темные пятна перед глазами пропадают, и Ди Анджело видит, что он уже не на кровати Уилла, а на полу. Лежит на мягком пуховом одеяле. Кажется, Уильям знал, что нужно делать при таких приступах. Сам блондин сидит на корточках рядом и внимательно смотрит на соседа с жуткой болью и страхом в глазах.

Когда Уильям выключил звуки природы на своём Айподе, Нико медленно сел, опираясь дрожащими руками позади себя. Помимо испуга Уилла и слёз, сильное чувство слабости и боль — всё, что сейчас осталось от приступа.

— Нико… — вздыхает Уилл и заключает соседа в тёплые объятия. Брюнет мечтал об этом больше месяца. Он обхватывает руками талию Соласа и прячет лицо в ямочке между шеей и плечом блондина. От него пахнет корицей, яблоками и, вроде бы, мёдом. Этот запах кажется таким родным, а тепло — успокаивающим. И вскоре Нико перестаёт дрожать и расслабляется в руках парня.

— Ты… — начал Уилл и прижал к себе парня немного сильнее. «Напугал меня», «страшный», «такой стремный», «должен жить в психушке», «должен съехать из моей комнаты» — мысленно продолжил Нико за блондина, всхлипывая. — Ты не заслуживаешь всего плохого, что творится с тобой, Нико, — Солас приподнял одну руку и запустил пальцы в волосы брюнета, начиная с нежностью перебирать прядки.

— Пойдём спать? — предлагает Уилл спустя несколько минут успокаивающей тишины.

— Ты ляжешь со мной? — жалобно просит Нико, а Солас улыбается и кивает, смотря брюнету прямо в глаза. — Я плохо сплю после приступов. И боюсь грозы. Дома со мной всегда ложилась Бьянка, а потом Миссис О’Лири, моя собака, — Уилл не сказал ни слова, лишь вновь понимающе кивнул, улыбаясь. Нико был очень благодарен ему за это.

Они встали с пола и переместились на кровать с желтым постельным бельём. Уилл оставил небольшой ночник рядом с его кроватью включённым и стал разглядывать лицо соседа. Они лежали рядом, не осмеливаясь приблизиться друг к другу, но затем Солас двинулся немного вперёд и прижал к себе кареглазого.

— Можно я буду тем, кто полюбит тебя всем сердцем со всеми твоими недостатками? — попросил Уилл через несколько минут, понимая по дыханию, что сосед ещё не спит. Ди Анджело вздрогнул, тут же отстраняясь от парня и заглядывая в его голубые глаза.

— Зачем тебе это? — хриплым голосом спрашивает кареглазый, пытаясь найти в словах Уилла какой-то злой умысел, а в глазах цвета неба — отвращение. Ничего. И Нико хочется верить ему.

— Потому что ты такой невероятный, а сам не понимаешь этого, — слабо улыбнулся Уильям, касаясь рукой щеки брюнета. — И я думаю, что влюбляюсь в тебя, — тише шёпота добавил Солас, опуская взгляд и немного краснея. Нико не может отвести от него взгляд. Он такой красивый, хотя даже не старается быть таковым. И он только что сказал, что влюбляется в Нико. В мире столько людей, которых Уилл заслуживает, но не Ди Анджело. Не Нико. Он совсем не подходит на кандидатуру идеального парня, у него слишком много проблем и ненависти к себе и окружающим.

— Я больше, чем не ненавижу тебя… Я… Ты… Т-ты нравишься мне, — тихо признает Нико, борясь со смущением.

— Тогда можешь сделать для меня одну вещь? — жалобным шепотом просит Солас, поднимая на соседа печальный взгляд, а на его лице появляется такая же печальная улыбка.

— Да, — Нико несмело кивает, немного сжимая руками красную майку Уилла. Мысленно он отмечает, что ради Соласа готов на что угодно.

— Пообещай.

— Ах… Я обещаю, — Ди Анджело неуверенно хмурится и смотрит в голубые глаза напротив.

— Попробуй тоже полюбить себя, — мягким голосом просит Уилл, Нико слегка улыбается и кивает.

Кажется, между ними в этот момент взрываются тысячи фейерверков, словно в День независимости. И поэтому Уилл улыбается тоже. В груди Нико разливается тепло, и он чувствует себя счастливым, понимая одну простую вещь. Теперь он не один.

========== Хэллоуин приближается. ==========

!warning!

глава не отредактирована. пб включена, исправляйте ошибки и опечатки, если заметите

— Если тебе есть, что сказать, говори, а не пялься на меня с выжидающим выражением лица, словно это я должен что-то сделать, — сказал Нико, не отрывая взгляда от страниц книги по социологии. Он практически физически чувствовал на себе голубые глаза своего соседа последние десять минут, что совершенно отвлекало от чтения и вынуждало брюнета перечитывать некоторые параграфы по несколько раз.

— Прости. Я не хотел отвлекать тебя, — улыбнулся Уилл, плюхаясь на кровать рядом со своим приятелем.

«Ты именно это и делал,» — мысленно отметил Ди Анджело и перевёл незаинтересованный взгляд на Уилла, как бы говоря, чтобы тот уже выкладывал всё, что хотел сказать.

— Так вот… Я хотел спросить, ты идёшь на вечеринку по поводу Хэллоуина? — быстро поинтересовался блондин, уставившись на собственные ладони, лежавшие на его коленях, чтобы избежать неловкости. Вряд ли это бы помогло.

— Нет, не думаю, — спокойно ответил Нико и вернулся к своей книге. Он действительно не планировал появляться на этой вечеринке, но теперь, когда Уилл упомянул её, в голову парня закралось сомнение. Он знал, что там наверняка будет много танцев, громкой музыки, может, алкоголя или наркотиков… так показывают в фильмах. Но, с другой стороны, если верить тем же самым фильмам и придерживаться идеи, что Нико — главный герой, то наутро он, вероятнее всего, проснётся с жуткой головной болью, каким-нибудь красавчиком рядом и полным отсутствием воспоминаний о прошлой ночи. И вот в чем загвоздка: если этим красавчиком был бы Уилл… Нико совсем не возражает надеть идиотский костюм и отправиться на этот клишированный карнавал.

— Ох, да ладно тебе, приятель —

— Не называй меня приятелем, — быстро прервал Соласа Нико, не меняя своего безразличного тона.

— Да ладно тебе, детка? — предложил Уилл с противоречащей жалобному тону озорной улыбкой на лице. Нико отправил в ответ злой взгляд, но никак не исправил блондина.

Дело в том, что после той ночи, которую Уилл и Нико провели вместе (в совершенно невинном смысле), они так ничего и не обсудили. Нико проснулся в пустой постели, собрался, вышел на кухню, где был встречен всеми жителями этажа, включающими в себя Уилла. Он вёл себя так, словно ничего не произошло, так что Ди Анджело просто решил подыграть ему и молча ждать, пока его тёплые чувства к блондину остынут. К сожалению, с того момента ничего не изменилось. Нико все ещё думал, что Уилл самое красивое, очаровательное, доброе, забавное и чарующее создание на земле. И это убивало его.

— Я понимаю, что ты не хочешь наряжаться, но ты можешь одеться как один из персонажей «Мифов и Магии», я знаю, что ты любишь эту игру, — тепло улыбнулся Уильям, разглядывая темный силуэт Нико. Тот же в свою очередь встрепенулся и оторвал взгляд от книги, переводя его на сидящего рядом светловолосого парня.

— Откуда ты знаешь об этом? — Нико нахмурился, откладывая книгу в сторону. Какому интроверту нужна социология?

— Я рад, что смог наконец-таки привлечь к себе внимание великого Нико Ди Анджело, — Уилл хихикнул и полностью повернулся к брюнету, скрещивая ноги на кровати. — Ну, во-первых, ты говорил мне об этом. Во-вторых, мы живем вместе, и я заметил фигурки и небольшие карточки, которые ты ставишь на дальние полки и в темные углы, — в тоне Уилла не было осуждения или насмешки.

— И тебе все равно, что это по-детски, хотя мне уже семнадцать? — нахмурился Нико.

— Да. А ещё я знаю, что ты любишь пиратов и «Питера Пена». Можем нарядиться ими на Хеллоуин! — восторженно предложил голубоглазый, улыбаясь.

— Подожди, ты… хочешь… чтобы наши костюмы… эм… сочетались? — неуверенно спросил брюнет, опуская голову как можно ниже, чтобы скрыть появившийся на лице румянец копной темных волос.

— Ох, — Уилл запнулся и запустил свои длинные пальцы в блондинистые волосы на затылке. — Я имею ввиду, мы ведь, эм, друзья, и было бы здорово, если бы наши костюмы сочетались, да? Если ты не хочешь, я могу пойти один и одеться как… ну, не знаю, вообще-то я надеялся, что ты согласишься, — Солас опустил голову, тихо говоря. Нико быстро бросил на своего соседа удивленный взгляд.

«Это уже становится нелепым. Уилл продолжает отправлять смешанные сигналы, но он наверняка просто пытается быть ближе ко мне, мы ведь друзья. Так ведь?» — подумал про себя Ди Анджело. «Но, с другой стороны, он хочет пойти на вечеринку со мной.»

— Лео идёт с Калипсо? — негромко выдохнул брюнет, привлекая к себе внимание сидящего рядом парня.

— Что? Нет, да, — Уилл запнулся и покачал головой, явно сбитый с толку. — Да, он позвал её, и она, вроде бы, согласилась. А теперь я спрашиваю тебя. Ты пойдёшь со мной?

— Да, конечно, — вздохнул Нико, ясно понимая, что получил приглашение от парня, который ему нравится только потому что его лучший друг нашёл себе подружку.

***

Нико согласился! Он действительно согласился!

Уилл захлопнул за собой дверь и прыгнул на кровать Лео, на которой в это время лежал спящий брюнет. С лица блондина ни на секунду не пропадала улыбка с того момента как Нико сказал, что он пойдёт с Соласом на вечеринку.

— Я НЕ СПЛЮ, — Лео подскочил на кровати, чуть ли не сталкивая с неё своего лучшего друга. — О боги, Солас, что ты здесь забыл? — с явным недовольством голосе спросил Вальдес, прежде чем закатить глаза и вновь уронить голову на подушку.

— Он согласился! — восторженно воскликнул Уилл, ложась рядом с другом. Он все ещё улыбался. Это начинало быть странным.

— Конечно же он согласился. Идиот, этот парень без ума от тебя! — фыркнул Лео поворачиваясь к своему другу лицом, чтобы видеть его реакцию.

— Он сказал «Да, конечно»! Представь себе, это— Подожди, что? — Уилл нахмурился, осознавая, о чем говорил Вальдес буквально пару секунд назад. — Быть того не может. Я же рассказывал тебе, что тогда произошло… Ну, когда мы оказались вместе в постели, — Солас опустил голову и начал играть со своими пальцами.

Разумеется, он рассказал Лео о том, что произошло в ту ночь. Но не совсем правду. Он предпочёл не упоминать то, что Нико режется или ненавидит себя, или что у него панические атаки. Это не его секреты, чтобы их разбалтывать. Лео знает лишь о том, что Нико тогда было грустно, и в итоге они оказались вместе в постели, и Уилл признался в своих чувствах, и Нико, вроде как, тоже… И на следующее утро это все исчезло как сладкий сон.

Хотя Уилл все равно проверял тело Нико на наличие свежих порезов. К сожалению, они продолжали появляться после особенно тяжелых дней. И тогда блондин просто обрабатывал раны, перевязывал их и иногда целовал (только если порезы были на запястьях. Целовать тонкую талию или бледные ноги Нико Уилл не рисковал. Это и без того было довольно неловко). Поцелуи ведь лечат. Это правда.

— Да, Уилли, я в курсе. Он бы не сказал тебе просто так, что ты ему нравишься. Ты действительно нравишься ему. Вбей уже это себе в голову, придурок, — пробурчал Вальдес и уткнулся носом в свою подушку, заканчивая разговор и оставляя Уилла наедине со своими мыслями.

Конечно, Нико тогда признал, что Уилл ему нравится, но что если он имел ввиду «нравиться» как человек или, может быть, как друг? Тем более Солас тогда фактически сообщил ему, что любит его. Любит! Они знакомы-то всего пару месяцев! Ещё слишком рано говорить о слове на букву «Л». Так ведь?

***

До вечеринки оставалось два дня. И, говоря откровенно, Нико начинал волноваться.

Он никогда не был слишком общительным. Вернее, он был. Но это в прошлом. Сейчас Ди Анджело предпочитает держаться подальше от незнакомых людей и не заводить знакомств. Конечно, это противоречит количеству его друзей, но у него вроде как не было выбора, да и друзьями он не стал бы называть половину из всех, с кем он время от времени общается.

Тем не менее, Уилл был его другом. Надоедливым, болтливым другом, который постоянно находился где-то рядом и был чересчур физически дружелюбным — не то чтобы Нико был против объятий и вечных касаний Соласа, просто это было новым для него.

Голоса в голове продолжали убеждать Ди Анджело, что все это глупая шутка, что он никому не нужен и находится здесь только потому что его дорогой папочка заплатил кучу денег. Но все налаживалось.

Ночь темней всего перед рассветом.

Нико надеялся, что, возможно, по какой-то невероятной случайности рассвет наконец-то наступает и для него. Он надеялся, но не верил. Нельзя мечтать. В итоге все мечты всегда рушатся, а от этого рушатся и сами люди, не считая тех счастливчиков, о который снимают фильмы.

Нико сделал глубокий вдох и открыл глаза.

— Как вышло, что нам разрешили устроить вечеринку посреди недели? — негромко спросил он, смотря на белый потолок, на который были налеплены светящиеся в темноте звездочки. Он не говорил слишком громко по нескольким причинам: первая, на часах девять утра и сегодня воскресение; вторая, это был глупый вопрос, от которого наверняка начался бы диалог, которые Ди Анджело, по правде говоря, не обожает.

— У ребят, которые все организуют, есть связи, — ответил хриплый, немного сонный голос с другой стороны комнаты, заставляя Нико повернуть голову в сторону и посмотреть на другого парня. — Доброе утро, солнышко, — поприветствовал все тот же голос, в котором теперь явно слышалась ухмылка, а взгляд Нико встретился с парой глаз цвета моря.

— Напомни ещё раз, почему вы с Уиллом поменялись местами на ночь? — невпечатленным тоном спросил брюнет, когда Перси сел в кровати Уилла и начал тереть глаза. Глаза Нико несколько секунд изучали оголённый торс парня, прежде чем стыдливо переметнуться на многочисленные постеры на стенах. Перси не нравился ему в таком плане, но невозможно было отрицать, что тело у него изумительное. И лицо тоже. В любом случае, Нико больше нравился Уилл. Его светлые вьющиеся пряди, ненакачанные руки и небесно голубые глаза.

— …так что они устроили ночь девочек и Лео, потому что он гей. Странно что тебя не позвали, но это, скорее всего, потому что они собрались выпытывать из Уилла, нравишься ли ты ему. Мне кажется да, — Перси хихикнул, но тут же замолчал. — Э-эй. Нико? Ты чего улыбаешься?

— Что? — брюнет удивленно поднял брови, выходя из небольшого транса, в который его втянули мысли о Уилле. Он тут же осознал, что происходит, и вновь скрыл свои эмоции за непроницаемым выражением лица. — Прости, я пытался вспомнить что мне снилось. Кажется, что-то обалденное, — на ходу солгал кареглазый и встал с кровати, направляясь в сторону ванной комнаты.

— И что тебе снилось? — послышалось через некоторое время из комнаты. Звук был слегка приглушен, но так как Нико не закрыл дверь, разобрать слова было довольно просто.

— Не помню, — коротко ответил Ди Анджело, прежде чем приняться за чистку зубов.

На самом деле, Нико иногда жалел о том, что он просыпается по утрам. Мир за пределами комнаты огромный, удивительный, пугающий и манящий. Но ведь мир снов гораздо больше. В нем миллиарды возможностей, каждые ведут за собой триллионы разных вариантов последствий и поворотов событий. Это довольно здорово, если здоровье в реальной жизни не зависит от состояния во сне.

Несколько лет назад Нико смотрел одно аниме, где люди подключались к серверу с помощью шлема виртуальной реальности, который являлся игрой по выживанию. Вроде бы ничего такого, но в итоге выяснилось, что человек не может покинуть сервер, и если он умрет в игре, то он умрет и в реальной жизни. Невероятно, правда? /п.а. - аниме «мастер меча онлайн»/«sword art online». если вы не видели, то вы многое теряете. просто говорю :D/

Нико убрал свою зубную щетку на место и несколько раз плеснул себе на лицо холодной водой.

Так вот. Эта тема сама по себе довольно интересна. Не развитие технологий и виртуальные реальности - хотя они тоже очень интересны - а сны. Во снах может произойти все что угодно. В реальности нет. И что происходит с людьми в коме? Они спят? Или они там, где люди оказываются после смерти? А что, если мир снов, это то, где мы оказываемся после смерти? Было бы забавно. А что происходит с людьми, которые-

Мысли Нико резко оборвались, когда он почувствовал, что кто-то обхватил его руками со спины. Ди Анджело невольно издал негромкий стон неожиданности. В последнее время мысли в его голове вырывали его из настоящего мира. Он не мог сосредоточиться практически ни на чем, что начинало немного пугать его. Раньше с подобным проблемы не возникали. Наверняка потому, что Нико просто игнорировал мир вокруг, даже не пытаясь вслушиваться или обращать внимание.

Нико издал очень немужественный и тихий, едва слышный писк, когда почувствовал чужие губы на своей шее. Он поднял взгляд, чтобы посмотреть в зеркало, отражающее его и загорелого блондина в пастельно жёлтом худи, который продолжал покрывать шею брюнета отрывистыми поцелуями.

— Ч-что ты д-делаешь? — глупо запинаясь и краснея спросил Нико, немного двигаясь в хватке парня, пытаясь освободиться.

— Репетирую перед Хеллоуином! — ответил Уилл, на несколько секунд переставая целовать шею своего соседа только чтобы посмотреть на брюнета в отражении и подмигнуть ему, заставляя лишь больше краснеть.

— Ты же с…обирался идти как пират и-или кто-то ещё, — плохо контролируя свою речь, выдохнул Нико, переставая бороться. Вместо этого он наклонил голову немного вбок, давая парню больше пространства для поцелуев. В эту игру могут играть двое.

— Может быть… — Уилл хихикнул, — …Я передумаю, — ещё несколько влажных поцелуев прямо за ухом, — в самый последний момент, — голос блондина перешёл на шёпот, когда он произнес последнюю часть, обжигая горячим дыханием бледную кожу Нико. — И решу стать вампиром, — улыбнулся Солас и вернулся к прежнему делу, превращая ранее легкие, невинные касания в более действенные и слегка влажные, оставляющие розоватые следы.

Нико не мог выдавить из себя и слова, когда почувствовал перемену в действиях Уилла. Он слегка расслабился, издав стон удовольствия, когда губы Соласа нашли его слабое место прямо над ключицами. Он поднял левую руку и запустил её во вьющиеся волосы блондина на затылке.

Уилл заметил перемену в поведении Нико и перестал исследовать шею парня, понимая, что он нашёл его сладкую точку. /п.а. - я без понятия, можно ли так говорить. последние четыре месяца я читала фанфики на английском, так что сейчас все в моей голове - это выражения на английском, которые не так уж и просто перевести на русский лол (причина # 942 почему я не перевожу фанфики)/

Нико ещё никогда не был так счастлив. Но это не чувствовалось правильным. Не то, что они одного пола. Скорее то, что это было как-то… чересчур правильно. Словно два кусочка пазла, идеально подходящие друг к другу. И это казалось таким неверным.

— Уилл, — позвал Ди Анджело, слегка потянув парня за его светлые кудряшки, как раз настолько, чтобы тот оторвался от своего дела и перевёл взгляд на их отражения. — Не… Не стоит, — с едва заметной болью в голосе произнёс Нико. Он не мог снова начать чувствовать, заботиться и привязываться к кому-то. Особенно к Уиллу. Он уже любил кого-то, кого не заслуживал, и мы знаем как это закончилось. Потерей. Болью. Смертью.

Нико увидел в отражении голубые глаза Уилла, которые так явно теряли свою краску вместе с осознанием только что сказанных ему слов.

— Но почему? — Солас ослабил хватку на своём соседе и опустил голову, медленно качая ей из стороны в сторону, словно проклиная то, что он только что сделал. И, на самом деле, так и было.

«Глупый, глупый Уилл. Никогда не думает своей блондинистой головой».

Нико повернулся лицом к Соласу и положил ладонь на щеку парня, медленно приподнимая его голову, чтобы разглядеть лицо. Небесного цвета глаза были мутными и наполненными виной, обидой. От этого внутри Нико что-то словно треснуло. Наверное, сердце. Такое ведь обычно происходит, да?

— Прости, — прошептал Нико, слегка приподнимаясь на носочки и оставляя короткий, горький поцелуй к губам Уилла. Он не знал, зачем сделал это. Не знал, почему. Не знал, повторится ли это. Сейчас он был наполнен горечью и болью, неизвестность лишь усугубляла ситуацию.

И дело было не в том, что Нико не хотел влюбляться в Уилла. Проблема была в том, что он уже сделал это.

========== Ночь всех святых. ==========

Это было странно. Головокружительно. Уилл мог чувствовать, как его ноги становятся ватными. Глаза открыты в удивлении, взгляд упирается прямиком в бледную кожу, плотно сжатые друг с другом длинные ресницы и темные, нахмуренные брови.

Соласу потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это Нико. Тот самый Нико. Его Нико. Нико ди Анджело. Мальчик, который противостоял всему миру большую часть своей жизни, а большая часть мира противостояла ему всю его жизнь. Для Уилла — самый невероятный, ослепительный и до глупого чудесный человек, стоящий целого мира.

И сейчас он сбил свои тяжелые стены, за которыми он так долго прятался. Ради Уилла. Самого обыкновенного Уилла. Уилла Соласа.

И этот самый обыкновенный Уилл никогда не думал, что этот необыкновенный мальчик когда-нибудь признает его. Перестанет с ним бороться и сдастся, прежде чем это сделает Уилл.

И это, возможно, случилось бы, если бы жизнь не была запутанным беспорядком, который требует тяжелого труда, чтобы его разрешить.

— Прости, — снова выдохнул Нико, отодвинувшись от Уилла и убирая его руки со своей талии. — Я не пойду с тобой на вечеринку. И, думаю, нам стоит перестать так часто общаться.

— Ч-что? Почему? Что ты имеешь ввиду? — тут же выпалил Уилл. Он не мог так просто отпустить Нико, когда тот стал показывать свои чувства. В каком-то смысле.

— Это и имею. Я поговорю с Лео насчёт того, чтобы поменяться комнатами. Он станет твоим соседом. Я поживу с Джейсоном. Не беспокойся об этом, — негромко сказал Ди Анджело и, опустив голову, развернулся в сторону выхода, когда почувствовал руку на своём запястье, удерживающую его от того, чтобы уйти.

Нико нужно было уйти как можно скорее. На глаза вот-вот навернутся слезы. Он не может плакать. Не при людях. Нельзя показывать свою слабость и боль. Нельзя чувствовать.

— Пожалуйста, Нико… — Ди Анджело почувствовал слезы в словах Соласа. Его голос звучал разбито и безнадежно. И болезненно. — Прошу, не уходи.

Это стало последней каплей. Нико сжал ладонь в кулак и выдернул свою руку из слабой хватки блондина. Быстро вытерев рукавом слезы, начавшиеся струиться вниз по его лицу, Нико пробормотал последнее «прости» и вышел из ванной.

Правильным ли это было решением?

Да. Нико убеждал себя, что это так. Это то, что нужно было сделать.

Близость всегда приносит только боль, а он не хотел ранить Уилла больше, чем он уже успел.

Это был правильный выбор. Правильный.

Наверное.

***

— Мне жаль, что так случилось, — вздохнул Лео, прежде чем по-медвежьи обнять Уилла. — Он придурок. Он тебя не стоит.

Друзья только что закончили с переездом Лео в комнату Уилла. Им каким-то образом удалось избежать встреч с Нико, и Солас не знал, как он к этому относился. С одной стороны, он был очень расстроен. Нико просто взял и разорвал все возможные связи между ними. С другой стороны, это все вина Уилла. Он был слишком напорист, и когда вещи начали налаживаться, он все испортил.

— Не говори так. Он все ещё твой друг, — Солас вздохнул и уткнулся лицом в шею Лео, пытаясь сдерживать слезы. Он много плакал в последние 36 часов. Именно столько времени прошло с тех пор, как они в последний раз говорили.

— Ничего подобного. Он поступил с тобой по-гадски. Он не заслужил моей дружбы, — запротестовал было Лео, но был прерван хмыканьем своего блондинистого друга.

— Мы уже говорили об этом, Лео. Это все моя вина… У него множество своих проблем, и я боюсь, что лишь сделал все хуже для него.

— Сомневаюсь в этом. Сам подумай, кто из вас принёс больше вреда? Кто из вас плакал последние сутки? — Лео погладил Уилла по спине, прежде чем усилить свою хватку. — Моего маленького Уилли обидели, и я никому этого не прощу.

— Ну, ну. Успокойся. Я в порядке. Я буду в норме.

— Обещаешь?

— Нет.

Лео вздохнул и закрыл глаза, продолжая выводить своими пальцами узоры на спине друга.

******

— Счастливого Хэллоуина, мальчик-смерть (п.а. - на английском это звучит гораздо лучше - «death boy». *вздох*), — улыбнулся Джейсон, выходя из ванной комнаты в одних баскетбольных шортах и кедах.

Прошло два дня с тех пор как Нико разорвал с Уиллом все возможные контакты. Они пересекались только на учёбе, да и там сидели в разных углах кабинета, изо всех сил стараясь держать дистанцию.

Нико уже не знал, что он чувствовал. Ничего или все сразу.

Может быть, он принял неверное решение?

Губы Уилла были такими мягкими. Его глаза всегда казались такими голубыми. А волосы золотыми. Его улыбка всегда освещала комнату, независимо от того, как было темно или грустно. Уилл всегда делал все гораздо проще и безобиднее. Каждый раз, когда он был рядом, мир казался таким счастливым местом.

И Нико скучал. По ощущению тепла и света. По поддержке и заботе. По Уиллу.

Осознание того, что этого уже не вернуть, лежало на плечах Ди Анджело тяжелым весом и тянуло ко дну.

Он снова все испортил.

— Нико, ты в порядке? — Джейсон потряс нового соседа за плечо и сел рядом с ним на кровать, привлекая внимание парня и вырывая его из собственных мыслей.

— Да. Все хорошо. С Хэллоуином, — безэмоционально выдавил Нико и встал с кровати, стряхивая с плеча руку Грейса.

— Идёшь сегодня на вечеринку? — осторожно спросил парень. Очевидно, он был в курсе дела.

— Не думаю.

— Почему?

— Потому что, — ответил Нико и достал из шкафа полотенце. Он не хотел идти на вечеринку, и у него было много причин, но Джейсон ему едва ли друг, чтобы оправдываться. Поэтому он планировал остаться в этой комнате и пересмотреть какой-нибудь ужастик, пока гормональные подростки веселятся этажом ниже.

— Я знаю, что ты сейчас не в лучшем месте в жизни, но ведь не стоит отказываться от всего лишь из-за того, что тебе плохо, — уверил Джейсон, внимательно следя взглядом за Нико.

— Ничего ты не знаешь. Ты не знаешь ничего обо мне, о том, что я чувствую и о том, что я хочу делать, — раздражённым и более громким, резким тоном ответил Ди Анджело, отправив Джейсону быстрый, как обычно безразличный взгляд. — Держи свои мысли при себе, Грейс, мне сейчас не до тебя.

Нико взял из шкафа чёрную кофту с капюшоном и длинными рукавами и такого же цвета рваные джинсы. Не важно, как плохо он себя чувствовал или как сильно себя ненавидел, ему не нужны пропуски. (п.а. - лол я)

Он зашёл в ванную и захлопнул за собой дверь. И, возможно, вода в душе в тот день была особо красной.

***

Два этажа здания были заполнены людьми. Кругом играла громкая, хэллоуинская музыка (п.а. - можете включить плейлист), заглушенная разговорами людей и криками тех, кто уже успел выпить, хотя на часах было всего девять вечера.

Нико только что вернулся из кафе, в котором он работал. Сегодня ему пришлось работать одному, потому что все остальные планировали попасть на вечеринку. К счастью, у Ди Анджело таких намерений не было, поэтому он получил дополнительную плату, как будто бы работал за троих, что правда лишь частично. Большинство посетителей, которые обычно приходят в это время в забегаловку, тоже предпочли оказаться на праздновании, что вполне объяснимо, хотя и не особо понятно для Нико.

Он пытался протолкнуться к лестнице, ведущей на третий этаж, где он жил. Миссия эта оказалась практически невыполнимой. Оказывается, большая часть пришедших подростков надралась ещё час назад. Сейчас большинство уже ушли в отрыв. Это значит, что прежде чем оказаться в своей комнате, Нико успел наступить на чью-то силиконовую ногу, попасть в объятия какой-то девушки легкого поведения в костюме медсёстры и врезаться в вампира. Также его чёрную кофту облили какой-то гадкой жидкостью, вероятно, алкогольной. И в завершение, когда он был лишь в паре метров от лестницы, его толкнули, заставляя приземлиться прямиком на Человека-Паука.

— Прости, — в пол голоса сказал Нико, не беспокоясь, что его не услышат. Он не хотел кричать, как это делали все вокруг, потому что это казалось глупым и до ужаса невзрослым.

— Ничего!— прокричал в ответ Спайди. Нико фыркнул.

Ди Анджело поднялся, особо не обращая внимания на попытки помощи Человека-Паука, которого он ранее повалил на землю. Он преодолел последние пару шагов до лестницы и быстро поднялся наверх по деревянным ступенькам.

— Слава богам, — выдохнул Нико, стягивая с себя пилотную куртку и бросая ее на кровать, прежде чем включить свет. Он посмотрел по сторонам, разглядывая глупые декорации, которые Джейсон и Пайпер развесили по всей комнате пару дней назад.

Нико любил Хэллоуин. Совсем немножечко. В детстве они с Бианкой всегда наряжались и ходили по домам, выпрашивая сладости. А в конце дня они скидывали все конфеты в одну кучу и выбирали свои любимые, оставляя их себе, остальные отдавая родителям или друзьям. Это было традицией, которой теперь нет. Но ведь все традиции в конце концов пропадают. Видимо, эта исчезла вместе с Би.

Нико немного закатал рукава, чтобы посмотреть на свежие шрамы, наверное, надеясь, что они уже пропали. Нет. Он снял с себя влажную, непонятно чем пахнущую кофту и надел вместо неё чёрную футболку с надписью «normal people scare me». Рукава были короткими, поэтому он просто нацепил несколько ярких браслетов с названиями разных групп на оба запястья так, чтобы за ними были незаметны порезы.

С нижних этажей слышалась музыка, и Нико, переступая через себя, неуверенно покачал головой в такт. Он уже слышал где-то эту песню, но слова разобрать не мог; слишком много лишних звуков.

Парень переоделся в чёрные шорты и вздохнул. Он никогда не думал, что его жизнь будет такой печальной. Он не хотел этого. И он знал, что Би не хотела бы этого для него. Но она умерла. Теперь ее мнение не особо важно. Нико покачал головой и перевёл неуверенный взгляд на свой ноутбук.

Возможно, стоит пересмотреть «Крик».

***

Уилл не мог понять, что взяло над ним верх. Он ведь даже не собирался идти на вечеринку. Не собирался пить, не собирался наряжаться в костюмы и играть с друзьями в игры.

Но после того, как этажом ниже послышались голоса и музыка, он забыл обо всех своих планах. Перси одолжил ему свой прошлогодний костюм Человека-Паука, и все закончилось тем, что Уилл оказался в окружении едва ли знакомых ему людей, танцующих и прыгающих в такт хэллоуинской музыки.

И, если подумать, он не помнил, как оказался на третьем этаже в полном одиночестве.

Солас помнил, как выпил несколько стаканов пунша и пару коктейлей. Он мог четко восстановить в памяти, как он разговаривал с Лео и Калипсо, а затем с Рейной и Аннабет. И он прекрасно помнил, как они с Перси пели в караоке «Spooky scary skeletons». Он знал, что он играл в правду или действие и пивопонг с какими-то ребятами. И на этом, в принципе все. Все остальные события были какими-то размытыми и непонятными. И шли не по порядку.

Кто вообще заставлял Уилла пить?

В любом случае, сейчас он был не в лучшем положении. Голова раскалывалась с каждым битом музыки, доносящейся снизу; отчего-то болел бок.

Уилл поднял голову и посмотрел вокруг. Было темно и немного грязно, но второе из-за декораций раскиданных повсюду. Он стоял в коридоре, прислонившись спиной к стене, пытаясь сообразить, как он здесь оказался.

Ещё немного покопавшись в своей памяти, Уилл решил бросить это дело и повернулся к двери своей комнаты, рядом с которой он находился. Он прикрыл глаза от усталости и подергал за ручку. Дверь не поддалась, заставляя блондина простонать вслух и с глухим стуком упереться лбом в деревянную поверхность.

— Идиот, — Уилл выдохнул, ещё несколько раз подёргав дверную ручку. Он не взял ключ.

Неожиданно дверь поддалась и открылась, отчего Солас практически упал, если бы его не сдержали чьи-то руки, поймавшие его за плечи.

— Ты кто такой?

— Нико?

***

— Нико? — это была вторая встреча за вечер. Для тех, кто избегает друг друга, они виделись слишком часто. Ди Анджело убрал руки с плеч парня, делая шаг назад, отчего тот немного пошатнулся, но тут же вернул себе равновесие.

В воздухе повисла небольшая пауза. Очевидно, оба парня пытались осознать, что происходит, складывая вместе все частички пазла и смотря друг на друга неопределенными взглядами.

— Уилл, — спокойно констатировал Нико. Он обвёл взглядом тело парня, обтянутое тканью костюма. — Ты Человек-Паук.

— Ага, а ты… — Уилл сделал паузу, чтобы посмотреть на брюнета, стоящего перед ним. — Эм. Эван Питерс? Тейт?

— Я не наряжаюсь в костюмы; собой они только скрывают настоящих монстров, которых стоит бояться, — сказал Нико и прислонился к дверному косяку, не давая Уиллу пройти внутрь комнаты и показывая ему, что его здесь не ждут. Наверное.

— Не все люди такие ужасные, — заверил Солас и снял с себя маску Спайди. На его лице не было улыбки, и Нико сразу почувствовал себя хуже и перевёл взгляд в сторону, изучая декорации в коридоре.

— Да, но с хорошими людьми всегда случаются ужасные вещи.

— Я знаю, Нико. Есть достаточно примеров, которые я успел повидать, — вздохнул Уилл и покачал головой, делая один маленький шаг вперёд. Ди Анджело тут же отодвинулся назад, все ещё не смотря на блондина.

— Что ты здесь делаешь? — перевёл тему Нико, понимая, к чему ведёт Уилл. Он не хотел возвращаться к этому. — Почему ты начал ломиться в чужую комнату в, — Ди Анджело достал из кармана шорт телефон и посмотрел на время, появившееся на экране, — два часа ночи?

— Что? В чужую..? — Уилл не мог понять, о чем говорит Нико. Он же его сосед… Ах. Вот оно что. Это… Больно. — Ох. Должно быть, перепутал направление, — протянул Солас и обернулся на дверь в свою комнату, которая находилась напротив. — Прости. Ты спал?

— Нет.

— Почему?

— Шумно.

— Понятно.

На этом разговор сошёл на нет. Оба парня просто стояли, избегая смотреть друг на друга и удерживая между ними максимальное расстояние. Приглушённый шум музыки доносился со всех сторон, иногда прерываемый криками или визгом.

— Тебе стоит уйти, — сказал Нико спустя долгие двадцать секунд. Он не хотел, чтобы Уилл уходил, но так должно было быть.

— Почему ты всегда прогоняешь меня? — с болью в голосе спросил Уильям, привлекая к себе внимание Нико. Его голубые глаза были наполнены слезами, готовыми оставить влажные полосы на загорелой коже парня.

— Я не-

— Ты всегда меня отталкиваешь, как бы сильно я не старался сблизиться с тобой, — перебил Уилл. Ему было больно. Он плакал. И от этого было больно Нико.

— Я не знаю… — Ди Анджело опустил голову и стал перебирать пальцами браслеты на запястье, фокусируя на них взгляд, чтобы предотвратить слезы.

— Ты сказал, что я тебе нравлюсь. И я думал, что это правда, — всхлипнул Уилл. — Я думал, что ты не станешь лгать мне. Особенно после всего, через что мы прошли.

— Уилл, не говори так, — в горле Нико встал тяжелый ком из грусти и сожалений. Хотелось разрезать себе глотку, лишь бы избавиться от него.

— С первого раза, когда я тебя увидел, я был на твоей стороне. Поддерживал тебя и заботился. Я хотел стать ближе к тебе, хотел, чтобы ты сблизился со мной тоже, — Уилл сделал шаг вперед, теперь он был лишь в паре десятков сантиметров от брюнета.

— Я знаю… П-Прости, — всхлипнул Нико и поднял руку, чтобы вытереть слезы, струящиеся вниз по его лицу. Он хотел сказать больше, но не мог. Что-то глубоко внутри не позволяло ему сделать это.

— Не могу поверить, что ты так играл с моими чувствами, — сквозь слезы фыркнул Уилл и покачал головой. Он также не мог поверить, что сам оказался настолько глупым, что повелся на это.

— Я… Я н-не играл, в-всё это был-ло правдой, и, — Нико говорил тихо. Он был не уверен, слышит ли его Уилл. Он должен был. Он всегда слышал, даже когда не должен был, он не мог просто перестать сейчас. Сейчас, когда Нико хотел кричать, но не мог.

— Что?

— Т-ты не слышал, — шепотом, скорее для себя проговорил Ди Анджело. Уилл больше не слушал. Нико поднял руку и потянулся к дверной ручке. Теперь это точно конец.

— Нико, — позвал Уилл, но не получил от парня никакой реакции, когда тот начал закрывать дверь. — Нико! Что ты сказал?

— Заб-будь, — просто ответил брюнет, мысленно ругая себя за запинку в одном единственном слове, а затем захлопнул дверь. Это всё.

Нико хотел умереть.

В его голове сейчас происходило много всего, грудь разрывало от бури эмоций, но одно было ясно.

Он больше не хотел жить.

_______________________________

вот. с хэллоуином.

если хотите поскорее узнать, что будет дальше, пишите отзывы и оставляйте оценки - будьте активны, а ни то я могу снова пропасть на четыре месяца хд

p.s. - только что поняла, что на фб нет предупреждения о селфхарме. возможно, его стоит добавить.

========== Конец? ==========

*нижеприведенный контент для некоторых может быть шокирующим. если вас триггерят самоубийства, не читайте первую часть главы*

Если ты так сильно хочешь умереть, просто убей себя. Это не так уж и сложно.

Ты делал это много раз, в этот просто веди вдоль и нажимай посильнее. Ничего страшного.

Помнишь, как это ощущается? Кожа расходится в стороны, кровь стекает вниз по ладоням и запястьям. Всё окрашивается в такой насыщенный красный, и мир сразу превращается в лучшее место. Становится так легко и свободно. Боль освобождает. Отпускает.

Нико сдавался. Против собственной воли он слушал голоса в своей голове. И верил им. Ведь это и правда совсем несложно. И сразу чувствуется свобода.

Физическая боль заглушает душевную, хах?

И это тоже правда.

Людей ведь всегда ценят только тогда, когда они умирают. Особенно таких как ты. Помнишь, что было с Бианкой? Её всю жизнь любили. Все. Но когда она умерла ее стали любить ещё больше. Её никогда не забудут. Тебя же… Будут вспоминать пару месяцев, ты будешь у всех на языках. Все будут говорить о тебе. Потом это затихнет. И ты станешь призраком, местной легендой. Мальчиком, который убил себя; который всегда был мертв внутри, но в итоге стал действительно мертв.

И знаешь что самое лучшее, Нико? Тебя будут бояться. Ты станешь местным призраком, и когда будет случаться что-то необычное, вся вина будет падать на твой разгневанный дух. И на вечеринках, как сейчас, когда все веселье уже сошло на нет, остались лишь самые сильные, они будут играть с призраками. И ты будешь одним из них. Несчастным духом, которых отвечает на вопросы через доску Уиджи. И все будут тебя помнить. Ты оставишь след в истории. Здорово, да?

А все, что нужно для этого сделать — провести лезвием по запястьям несколько раз. И всё. Ты остался в истории. Великий человек, да? Такой таинственный и завораживающий. Бедный мальчик; к тебе наконец-то проявят сочувствие. Или, лучше сказать, жалость. Но какая разница? Это ведь гораздо лучше, чем находится в этом мире, полном ничтожеств и идиотов, которые ничего не понимают. А ведь для других ты тоже такой. Ничего не понимающий дурак.

Но все это может закончиться. Тебе лишь нужно достать лезвия из шкафчика под раковиной, провести по запястьям пару раз и прилечь. Это не займёт много времени. Больно не будет. Ты же знаешь. Это лучший выход. (п.а. - на самом деле это далеко не лучший выход, так что если вам тяжело или вы находитесь в темном месте в вашей жизни или вас посещают такие мысли, не молчите. поговорите с кем-нибудь. будьте достаточно сильными, чтобы жить. и если вам не с кем поговорить, можете написать мне. берегите себя <3)

Наверное. Да, это так.

Смерть всегда привлекала Нико. Его всегда называли зомби или мальчиком-смертью или мертвецом; или чем-либо связанным со смертью.

Даже когда в их классе проходил игровой урок-тест, определяющий, чьим отпрыском ты бы был, будь ты полубогом, Нико попал к Аиду.

Возможно, там ему и место. В шести футах под землёй.

Верно мыслишь, Нико.

***

Уилл сидел на полу, облокотившись спиной о дверь, по другую сторону которой был парень, который ему жутко нравится.

И Уилл только что снова все испортил.

Он сидел в таком положении уже около получаса. Алкоголь начинал выветриваться, и переживания вновь лезли в голову. Хотелось снова напиться до такого состояния, что говорить сложно. Но, как говорят, это не выход. Как и суи-

Чёрт. Блять-блять-блять.

Суицид.

Уилл только что самостоятельно разрушил Нико. Мальчика с суицидальными наклонностями.

В последнее время он был чист благодаря Уиллу и его назойливости, отображающейся в ежедневных проверках. И мысли о том, что Нико на самом деле может ранить себя, совершенно пропали из головы Соласа. Вплоть до этого момента.

Сейчас всё, о чем мог думать Уилл — это Нико и в порядке ли он.

Солас стремительно поднялся на ноги, не обращая внимания на трясущиеся от страха руки и боль в груди, когда никто не ответил на его стук в дверь. Поэтому он попытался ещё раз. И ещё раз. И ещё, ещё, ещё.

— Нико! — взвыл Уилл, в сотый раз ударяя кулаком по деревянной поверхности двери. — Прошу тебя! Ты здесь? — все, что оставалось парню — это игнорировать боль и страх, и отчаянье и продолжать пытаться докричаться до Нико. Он не хотел чтобы тот уходил. Никогда.

— Ник-ко, — всхлипнул блондин. Его голос стал немного хриплым, а горло побаливало от громкого крика, продолжавшегося уже минут десять. По лицу текли слезы, застилая все перед глазами мутной пеленой. Уилл был полным беспорядком, но все, что ему оставалось - это продолжать биться. Нельзя было останавливаться. Жизнь Нико могла висеть на волоске.

Как этот эксперимент с котом в коробке, где ты не знаешь, жив он или мертв. И Солас всем своим сердцем надеялся, что он жив. В целости и сохранности. Смотрит какое-то глупое шоу про пиратов или разбирает карточки для «Мифов и Магии». Или спит. Что угодно, лишь бы он был жив. Пусть он даже спит не один, а с каким-нибудь парнем или выходит за него замуж и растит вместе с ним семью. Пусть он только будет живой и счастливый. Пожалуйста.

Уилл молился всем существующим богам, в надежде, что хоть раз они его услышат. Выполнят одну единственную просьбу. Нет, мольбу.

— Нико! Прошу! — крикнул Солас, пиная изо всех сил дверь, после того как никто не ответил. Затем он ударил по ней кулаком. Несколько раз. По всей руке разлилась тягучая, покалывающая боль. Уилл сделал пару шагов назад и ударил дверь плечом. Потом попытался выбить её ногой, ударяя в пространство рядом с ручкой. Он чувствовал, как его тело тяжелело и наливалось болью, но остановиться не мог. Уилл ведь любил его.

Любил. Так сильно, что больно.

Возможно, ещё слишком рано, чтобы говорить о любви, ведь это серьезная вещь, и чтобы полюбить кого-то нужно время. Но что, если времени нет? Прямо сейчас, когда никто уже не знает, что происходит; среди шума и суеты, постоянных ссор и раздоров, ты уже не знаешь, что чувствуешь. До определенного момента. Пока не достигнешь крайней точки. Как сейчас. Уилл не знает, жив Нико или нет, а ведь он только осознал свои чувства, понял себя. Времени нет. Оно истекло.

Люди говорят: «нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте». Неправда. Она есть. Вот она, прямо здесь, перед вашими глазами. История о мальчике, который всю свою жизнь ждал, чтобы кто-то полюбил его, но так и не дождался, и о том, кто полюбил его всей своей душой, но сделал это слишком поздно. И они были совершенными противоположностями. И всё, что их объединяло — это чувства друг к другу, комната, которую приходилось делить, и желание спасти друг друга. И в этом была вся красота их любви друг к другу.

Комментарий к Конец?

маленькое стеклянное обновление uwu

не забудьте оставлять отзывы, оценки и делиться фиком с друзьями. обновление будет довольно скоро, скорее всего (ыхыхы если вы ещё не поняли, это не конец). у меня сейчас кое-какие проблемы со здоровьем, так что хочу закончить этот фанфик до некоторых событий в моей жизни, которые, скорее всего, будут в 2019, но все таки. надеюсь, что вам нравится и если так, то поделитесь своим мнением. если не нравится - тоже. критика помогает развиваться в лучшую сторону, и я рада знать ваши мысли.

========== Правда. ==========

Сложно было сказать, когда всё приняло такие серьёзные обороты.

Было ли это предназначено судьбой? Определено ещё в тот момент, когда их взгляды впервые пересеклись?

Иногда такие вопросы заставляют задуматься, есть ли кто-то над нами, кто дергает за все ниточки, смывая наши жизни в канализацию, раз за разом поливая нас всех дерьмом.

Если да, то он полный уёбок.

Без обид, кто бы там над нами ни был. Просто мнение.

Нико огляделся по сторонам. Только посмотрите, как он жалок. Сидит на белоснежном полу, пачкая такого невинного цвета мраморную плитку красными пятнами собственного унижения, боли и ненависти к себе. Рядом с ним лежат несколько лезвий для бритья, которые он практически никогда не использовал по назначению. Как же это мерзко. Низко. Слабо.

Парень ударил кулаком по стене и, утерев слезы, встал с холодного пола ванной комнаты. Для него всё всегда заканчивалось разочарованием. Наверное, потому что главное разочарование в его жизни — это он сам. Это Ди Анджело уже давно понял.

Он подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение в тусклом освещении. Отвратительно. Лицо как-то странно распухло, глаза красные и полные слез, темные локоны перепутаны и растрёпаны, губы немного воспалённые и потрескавшиеся. На правой щеке остался кровавый след после того, как Нико в, казалось уже, миллионный раз вытирал слезы.

Потупив взгляд, брюнет перевёл своё внимание на раковину, включил холодную воду и промыл под ней порезы на запястьях, после чего вымыл лицо и, на этот раз избегая своего отражения, вышел из ванной. Он чувствовал себя так, словно мир вот-вот исчезнет — или он исчезнет из мира. Что-то казалось странным, словно разрывало эту темноволосую голову изнутри.

Нико остановился у мини-бара, всунутого в один из больших ящиков шкафа, открыл его и тут же был освещён слабым огоньком маленького холодильника. Пусто. Ди Анджело разочарованно вздохнул. Даже воды нет.

Брюнет опустился на кровать и включил светильник на прикроватной тумбочке. Комната озарилась ярким светом, и парень прищурился от резкой смены освещения.

— Открой дверь, ублюдок! — неожиданно послышался приглушённый, но смутно знакомый голос. Нико вздохнул и медленно добрался до входной двери, открывая ее, не заботясь о том, кто за ней скрывается.

— Я думал, мы уже все выяснили. Что ты хо-

— О боги, ты просто невыносим, как меня угораздило так вляпаться, — злым, но облегчённым тоном выпалил Уилл, прерывая слова Нико. Похоже, блондин был настроен решительно, тут же заталкивая Ди Анджело обратно в комнату, захлопывая позади дверь. Пара мгновений, и Нико в крепких объятиях Уилла. — Не смей меня так больше пугать, хорошо?

— О чем ты, ч-черт возьми, говоришь? — поперхнулся Нико, пытаясь выбраться из крепкой хватки парня, но тот не отпускал, поэтому он сдался. И, честно, Ди Анджело уже не знал, что думать и как воспринимать все это. Сначала они ругаются и не планируют общаться, а затем Уилл вот так вот просто врывается в комнату своего бывшего соседа и отказывается выпускать его из своих рук. Немного… противоречиво, не так ли? Это путает.

Ответа на вопрос не последовало. Они просто стояли вдвоём; Уилл обнимал Нико, Нико - после нескольких минут в неловком положении - обнимал Уилла в ответ. И по неясной причине в этом чувствовалось что-то странное, но при этом такое правильное. Словно этому было суждено случиться.

У судьбы всегда были странные пути. И этот - не исключение.

***

— Ты думаешь, я не беспокоюсь о тебе? Не думаю, что происходит с тобой каждую секунду каждого дня, в порядке ли ты? Думаешь, ты не заполняешь мои мысли? — спросил Уилл спустя какое-то время, слегка ослабляя хватку на Нико, но все ещё прижимая его к себе за талию. Мгновение - и их взгляды встречаются. Кажется, ни один не может отвести глаз от другого. И дальше как во всех клише-историях (п.а. - тбх этот фик такооое клише но мне кажется он милый и эмоциональный пхахах): всё вокруг замирает, и они словно попадают в другое измерение, окружённые лишь присутствием друг друга и ничем другим.

— Разве это так? — наконец спрашивает Нико через долгие несколько секунд. Он значительно успокоился с момента их ссоры, но та все ещё болью отзывалась в сердце парня.

— Абсолютно, — улыбнулся Уилл. — Скажу больше - ты всё, чему посвящены мои мысли. Я думаю о твоих тёмных волосах, такого же цвета глазах, но безупречно контрастной белоснежной коже. О твоих дурацких увлечениях и привычках; о странных цветных футболках, которые ты никогда не надеваешь за пределами своей комнаты; о том, какой твоя кожа была на вкус, когда я целовал ее пару дней назад. Я постоянно думаю о том, как бы я хотел, чтобы ты был рядом. Но ты лишь убегаешь, строишь новые стены, закрываешь все двери и окна, ставишь препятствия и барьеры на пути к твоему сердцу.

Нико опустил взгляд. Он знал, что он отталкивал тех, кто ему дорог. Это было и до смерти Бьянки, но после неё всё усилилось, стало работать в сотни раз сильнее. И Уилл этого не заслуживал.

— Запомни лишь одно, Нико? — попросил Солас, ожидая ответа от парня. Уилл тяжело вздохнул и неторопливо перевёл свою ладонь на щеку Ди Анджело, собираясь с силами. Нужно сказать сейчас. Больше не будет шанса. Жизнь коротка, нужно жить каждым ее моментом.

— Я преодолею все преграды, чтобы добраться до твоего сердца, ведь… — Уилл осторожно провёл пальцами по бледной коже юноши. — …ведь моё уже принадлежит тебе.

Нико почувствовал, как его глаза наполняются слезами, но не стал их больше сдерживать. Это не были слёзы боли, обиды, злости, ревности, несчастья или ещё каких-то негативных чувств, которыми Ди Анджело был наполнен последний год своей довольно печальной жизни. То были слёзы счастья.

Нико устал бороться с собой и выбрасывать лучших людей из своей жизни, он устал постоянно чувствовать боль и ненависть. По крайней мере, теперь этих эмоций станет меньше, ведь он будет испытывать их лишь по отношению к себе. И, возможно, через какое-то время он изменится полностью. Изменится из-за Уилла. Счастливого, нежного, доброго, забавного и радующегося жизни Уилла.

Ди Анджело поднял одну руку и вытер ей слёзы, глупо улыбаясь, после чего мило хихикнул, получая в ответ ошарашенный взгляд так же улыбающегося Соласа.

— Ты назвал меня ублюдком, — рассмеялся Нико и крепче обнял блондина, который лишь счастливо вздохнул.

— Прости, солнце, — Уилл немного отстранился и опустил голову, между губами двух парней лишь пара сантиметров. — Больше не повторится, — с этими словами их губы слились воедино; такие контрастные, но идеально друг другу подходящие. Как и их души: совершенно противоположные, но прекрасно ладящие между собой, словно им суждено было стать единым целым.

Тогда, возможно, этот «кто-то над нами» не такой уж и уёбок.