КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 403128 томов
Объем библиотеки - 530 Гб.
Всего авторов - 171560
Пользователей - 91572
Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Лысков: Сталинские репрессии. «Черные мифы» и факты (История)

Опять книга заблокирована, но в некоторых других библиотеках она пока доступна.

По поводу репрессий могу рассказать на примере своих родственников.
Мой прадед, донской казак, был во время коллективизации раскулачен. Но не за лошадь и корову, а за то что вел активную пропаганду против колхозов. Его не расстреляли и не посадили, а выслали со всей семьей с Украины в Поволжье. В дороге он провалился в полынью, простудился и умер. Моя прабабушка осталась одна с 6 детьми. Как здорово ей жилось, мне трудно даже представить.
Старшая из ее дочерей была осуждена на 2 года лагерей за колоски. Пока она отбывала срок от голода умерла ее дочь.
Мой дед по материнской линии, белорус, тот самый дед, который после Халхин-Гола, где он получил тяжелейшее ранение в живот, и до начала ВОВ служил стрелком НКВД, тоже чуть-было не оказался в лагерях. Его исключили из партии и завели на него дело. Но суд его оправдал. Ему предложили опять вступить в партию, те самые люди, которые его исключали, на что он ответил: "Пока вы в этой партии - меня в ней не будет!" И, как не странно, это ему сошло с рук.
Другой мой дед, по отцу, тоже из крестьян (у меня все предки из крестьян), тоже был перед войной осужден, за то, что ляпнул что-то лишнее. Во время войны работал на покрытии снарядов, на цианидных ваннах.
Моя бабушка, по матери, в начале войны работала на железной дороге. Когда к городу, где она работала, подошли фашисты, она и ее сослуживицы получили приказ в первую очередь обеспечить вывоз секретной документации. В результате документацию они-то отправили, а сами оказались в оккупации. После того, как их город освободили, ими занялось НКВД. Но ни ее и никого из ее подруг не посадили. Но несмотря на это моя бабушка никому кроме родственников до конца жизни (а прожила она 82 года) не говорила, что была в оккупации - боялась.

Но самое удивительное в том, что никто из этих моих родственников никогда не обвинял в своих бедах Сталина, а наоборот - говорили о нем только с уважением, даже в годы Перестройки, когда дерьмо на Сталина лилось из каждого утюга!
Моя покойная мама как-то сказала о своем послевоенном детстве: "Мы жили бедно, но какие были замечательные люди! И мы видели, что партия во главе со Сталиным не жирует, не ворует и не чешет задницы, а работает на то, чтобы с каждым днем жизнь человека становилась лучше. И мы видели результат". А вот Хруща моя мама ненавидела не меньше, чем Горбача.
Вот такие вот дела.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Stribog73 про Баррер: ОСТОРОЖНО, СПОРТ! О ВРЕДЕ БЕГА, ФИТНЕСА И ДРУГИХ ФИЗИЧЕСКИХ НАГРУЗОК (Здоровье)

Книга заблокирована, но она есть в других библиотеках.

Сын сослуживца моей мамы профессионально занимался бегом. Что это ему дало? Смерть в 30 лет от остановки сердца прямо на беговой дорожке. Что это дало окружающим? Родители остались без сына, жена - без мужа, а дети - без отца!
Моя сослуживеца в детстве занималась велоспортом. Что это ей дало? Варикоз, да такой, что в 35 лет ей пришлось сделать две операции. Что это дало окружающим? НИ-ЧЕ-ГО!
Один мой друг занимался тяжелой атлетикой. Что это ему дало? Гипертонию и повышенный риск умереть от инсульта. Что это дало окружающим? НИ-ЧЕ-ГО!
Я сам в молодости несколько лет занимался каратэ. Что это мне дало? Разбитые суставы, особенно колени, которые сейчас так иногда болят, что я с трудом дохожу до сортира. Что это дало окружающим? НИ-ЧЕ-ГО!

Дворник, который днем метет двор, а вечером выпивает бутылку водки вредит своему здоровью меньше, живет дольше, а пользы окружающим приносит гораздо больше, чем любой спортсмен (это не абстрактное высказывание, а наблюдение из жизни - этот самый дворник вполне реальный человек).

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Symbolic про Деев: Доблесть со свалки (СИ) (Боевая фантастика)

Очень даже не плохо. Вся книга написана в позитивном ключе, т.е. элементы триллера угадываются едва-едва, а вот приключения с положительным исходом здесь на первом месте. Фантастика для непринуждённого прочтения под хорошее настроение. Продолжение к этой книге не обязательно, всё закончилось хепи-эндом и на том спасибо.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Дроздов: Лейб-хирург (Альтернативная история)

2 ZYRA
Ты, ЗЫРЯ, как собственно и все фашисты везде и во все времена, большие мастера все переворачивать с ног на голову.
Ты тут цитируешь мои ответы на твои письма мне в личку? Хорошо! Я где нибудь процитирую твои письма мне - что ты мне там писал, как называл и с кем сравнивал. Особенно это будет интересно почитать ребятам казахской национальности. Только после этого я тебе не советую оказаться в Казахстане, даже проездом, и даже под охраной Службы безопасности Украины. Хотя сильно не сцы - казахи, в большинстве своем, ребята не злые и не жестокие. Сильно и долго бить не будут. Но от выражений вроде "овце*б-казах ускоглазый" отучат раз и на всегда.

Кстати, в Казахстане национализм не приветствовался никогда, не приветствуется и сейчас. В советские времена за это могли запросто набить морду - всем интернациональным населением.
А на месте города, который когда-то назывался Ленинск, а сейчас называется Байконур, раньше был хутор Болдино. В городе Байконур, совхозе Акай и поселке Тюра-Там казахи с украинскими фамилиями не такая уж редкость. Например, один мой школьный приятель - Слава Куценко.

Ты вот тут, ЗЫРЯ, и пара-тройка твоих соратников-фашистов минусуете все мои комментарии. Мне это по барабану, потому что я уверен, что на КулЛибе, да и во всем Рунете, нормальных людей по меньшей мере раз в 100 больше, чем фашистов. Причем, большинство фашистов стараются не афишировать свои взгляды, в отличии от тебя. Кстати, твой друг и партайгеноссе Гекк уже договорился - и на КулЛибе и на Флибусте.

Я в своей жизни сталкивался с представителями очень многих национальностей СССР, и только 5 человек из них были националисты: двое русских, один - украинский еврей, один - казах и один представитель одного из малых народов Кавказа, какого именно - не помню. Но все они, кроме одного, свой национализм не афишировали, а совсем наоборот. Пока трезвые - прямо паиньки.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Кулинария: Домашнее вино (Кулинария)

У меня дед делал хорошее яблочное вино, отец делал и делает виноградное, и я в молодости немного этим занимался. Красное сухое вино спасло мне жизнь. В 23 года в результате осложнения после гриппа я схлопотал инфаркт. Я выжил, но несколько лет мне было очень хреново. В общем, я был уверен, что скоро сдохну. Но один хороший человек - осетин по национальности - посоветовал мне пить понемножку, но ежедневно красное сухое вино. Так я и сделал - полстакана за завтраком, полстакана за обедом и полстакана за ужином. И буквально через 1,5 месяца я как заново родился! И вот уже почти 20 лет я не помню с какой стороны у меня сердце, хотя курю по 2,5 - 3 пачки в день крепких сигарет.

Теперь по поводу данной книги.
Я прочитал довольно много подобных книжек. Эта книжка неплохая, но за одну рекомендацию, приведенную в ней автора надо РАССТРЕЛЯТЬ! Речь идет о совете фильтровать вино через асбестовую вату. НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НИГДЕ И НИКОГДА НИКАКОГО АСБЕСТА! Еще в середине прошлого века было экспериментально доказано: ПРИ ПОПАДАНИИ АСБЕСТА В ОРГАНИЗМ ОН ЧЕРЕЗ 20 - 40 ЛЕТ 100% ВЫЗЫВАЕТ РАК! Об этом я читал еще в одном советском справочнике по вредным веществам, применяемым в промышленности. Хотя в СССР при этом асбестовая ткань, например, была в свободной продаже! У многих, как, например, и в нашей семье, асбестовая ткань использовалась на кухне - чтобы защитить кухонный шкаф от нагрева от газовой плиты.
У меня две двоюродные бабушки умерли от рака, младший брат умер от рака, у тети - рак, правда ей удалось его подавить. Сосед и соседка умерли от рака, мать моего друга из Казахстана, отец моего друга с Украины, моя одноклассница, более 15 человек - коллег по работе. И все в возрасте от 40 до 60 лет! И все эти родные и знакомые мне люди умерли от рака за какие-то последние 20 лет. Вот я и думаю - не вследствие ли свободного доступа к асбестовым материалам и широкого применения их в промышленности и строительстве в СССР все это сейчас происходит?

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
desertrat про Шапочкин: Велит (ЛитРПГ)

Читать можно. Но столько глупостей, что никакая снисходительность не выдерживает. С перелистыванием бросил на первой трети.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Шляпсен про Шаханов: Привилегия выживания. Часть 1 (СИ) (Боевая фантастика)

С удовольствием жду продолжения.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
загрузка...

Упс... какой коллапс! (СИ) (fb2)

- Упс... какой коллапс! (СИ) 1.08 Мб, 268с. (скачать fb2) - (Val_Morghulis)

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



========== Решайся ==========

— Роза, сколько можно копаться?

Мое любимое желтое платье пролетело через всю комнату и мягко приземлилось мне в руки, а лучшая подруга исчезла в огромном шкафу в поисках подходящих туфель.

— Лисса, ты уверена, что это хорошая идея?

Кусая губу, я осторожно положила платье на кровать, расправив его и спрятала руки в карманах белого махрового халата. Именно в халате и пушистых тапочках я желала провести сегодняшнюю ночь, сидя перед телеком и жуя попкорн. Кстати о попкорне: микроволновка просигналила.

— Мы так давно никуда не выбирались! — В сотый раз взмолилась Лисса, и я заранее уже знала, что этот бой будет проигран ещё в зачатках. Я никогда не оставалась равнодушной перед этими печальными глазками и надутыми губами. — Буквально на часик и обратно домой?

Я все ещё хмурилась.

— Ну, пожалуйста, — ее тонкий хрустальный голосок звучал так жалобно. Взяв платье, я поплелась в ванную: закончить макияж и переодеться.

И так всегда. Она просит, я делаю.

Моя лучшая подруга — моройская принцесса, последняя в своём роду. Полтора года назад, будучи пятнадцатилетними девчонками, мы сбежали с ней из стен академии, где учились и жили с пяти лет.

Мы скитались по Европе и Америке проматывая ее наследство не из-за детской прихоти, а в целях безопасности. Василисе Драгомир, или же на мой любимый манер — Лиссе, угрожала опасность. Наша учительница, мисс Карп едва ли не выволокла нас из академии, желая спасти Лиссу и меня от неведомой угрозы в родных стенах.

Все эти месяцы мы успешно прятались. Лисса была жива, а большее меня не волновало. Несколько раз мы натыкались на мороев и дампиров, (таких полулюдей-полувампиров, как я) и поэтому нигде долго не задерживались. Сейчас мы находились в Сиэтле, но завтра должны были перебраться в городок поменьше и потише. Выбор пал на Портленд. Близко, удобно, тихо. А главное — безопасно. Пожить в Сиэтле была идея Лиссы, а я, как верный страж и лучшая подруга приняла ее выбор. Но сейчас нам стоило затаиться. Вчера я опять почувствовала присутствие пси-гончих. Явно не к добру.

— Роза, — Лисса окликнула меня через дверь, — может выпьем чего-нибудь?

— Лисс, может не стоит?

Говорить и красить губы одновременно — плохая идея. Пришлось быстро стереть салфеткой и переделать. Я все еще не одобряла идею идти тусить.

— Сколько можно, Роза? Я имею право на отдых или нет?! — Я услышала как моя подружка откупорила бутылку вина.

Сегодня днём мы дали друг другу обещания: Лисса согласилась перебраться в тихий городок, я же пообещала ей поход в ночной клуб.

Врать не стану, я сама безумно соскучилась по музыке, парням и танцам, но безопасность последней из рода Драгомир для меня важнее. Я обещала оберегать и заботиться о Лиссе, но сегодня, посреди ночи, ей крайне необходима была эта вечеринка.

Подводя губы красно-коричневой помадой, я мысленно убеждала себя, что выполняю свой долг и нам стоит пойти на вечеринку, дабы принцесса согласилась на переезд, а не потому что я сама очень хотела отдохнуть. Находясь все время в напряжении, я порядком измотала себя и силы давно уже покидали меня.

Просто пойду у неё на поводу и постараюсь обеспечить максимальный контроль над ситуацией. Только бы не нарваться на стригоев.

Открыв дверь, я вышла в спальню, представ во всей красе. Макияж сделан, волосы уложены, платье я все же надела. Лисса осмотрела меня с головы до ног и удовлетворенно кивнула. Правда в том, что я уж точно не стала бы ничего переделывать и она это знала.

Восседая на трёхногом табурете у трюмо, она попивала белое сухое из большого овального бокала и свободной рукой пролистывала ленту фейсбука.

— Ты ограбила старушку Бэтти? — Пожилая женщина, сдавшая нам свой дом на полгода, большая любительница выпить.

— Нет, днём купила! — Ухмыльнувшись, Лисса протянула мне свой бокал. Я посмотрела на светло-желтый напиток, спрашивая себя ещё раз и ещё раз стоит ли нам идти, а затем сделала неуверенный глоток.

Алкоголь я любила, очень! Особенно на закрытых подпольных вечеринках в стенах академии, но теперь мне пришлось измениться и я не могла себе позволить напиваться. Я страж, а не дампир-новичок.

— И как же тебе продали?

— А ты как думаешь? — Лисса перекинула свои платиновые волосы на правое плечо и наполнила ещё один бокал, закинув в рот орешек, — я умею убеждать!

— Кхм…ты хотела сказать, «принуждать!» — Я всегда была против этой вампирской способности Лиссы, но иногда выбора не оставалось и нам приходилось прибегать к маленькой полезной функции любого вампира. Правда у Лиссы эта способность развита чуть лучше, чем у других. Именно благодаря принуждению мы с легкостью сбежали и могли скрываться столько времени.

— Жаль, что я не могу принудить тебя надеть что-то более сексуальное!

Лисса с тоской оглядела мое милое кружевное платье, цвета неспелого лимона и лиловые босоножки с толстыми тканевыми ремешками. Мне было плевать что она скажет, каблук хоть и высокий, но устойчивый, а значит пригодный для бега и ударов. Я всегда должна быть начеку.

— Идём?

— Минутку! — Соскочив со стула, принцесса накрасила губы красной помадой, в тон к платью и лодочкам на шпильке и прихватила клатч.

Ночной город встретил нас прохладой и свежестью. В темноте ярко-вырисовывались фары машин не прекращающих движения, огни домов слепили глаза. Окружающий гул заставил меня повысить голос, иначе мы бы просто не расслышали друг друга. Лисса продрогла, в желании согреться она обнимала себя руками, пока я голосовала у обочины. Я говорила ей взять жакеты это означало, что их придётся полночи держать в руках. Ага, ведь мы «заглянем только на часик». Повезло, что такси поймали очень быстро.

До клуба мы добрались за пять минут. Удобней было бы на машине, но их пришлось бы слишком часто менять. Поэтому, такси — наш оптимальный транспорт. Я расплатилась с водителем и медленно выдохнула.

— Лисс, может домой? Это небезопасно и потом, нам до восемнадцати ещё полтора года, нас не пустят!

— Пропустят! — Лисса подошла к охраннику и очаровательно улыбнувшись, внушила здоровяку подходящий возраст. Накаченный лысый мужик открыл перед нами дверь, пожелав приятного отдыха.

— Не дрейфь, Роза!

В ответ я лишь покачала головой. Холод сменился на приятное тепло и Лисса пританцовывая, метнулась к бару. Мне приходилось всегда контролировать двух алкогольных демонов, своего и Лиссы. Поэтому я заказала себе лёгкий коктейль, Лисса же взяла порцию шотов.

— Ну скажи, что это была хорошая идея, а?

— Хорошая, — согласилась я, — но мы должны соблюдать осторожность!

Бармен с ослепительной улыбкой поставил перед нами напитки. Лисса тут же подняла первую стопку. Я улыбнулась, видя ее счастливое и довольное лицо. Мне даже не нужно пользоваться нашим личным каналом связи, чтобы понять как она ждала этого вечера.

— Я хочу выпить за то, чтобы мы прекрасно отдохнули, за то чтобы нашлась парочка хороших ребят, которые смогут сделать этот вечер и эту ночь ещё лучше и за то, чтобы наши каникулы продолжались вечно!

— Громко сказано, — пригубив сладковатый персиковый коктейль, я усмехнулась подруге, — такими темпами нам скоро придётся идти работать!

— Ничего, денег у нас ещё хватит, а если что, ужмёмся!

Заиграла любимая песня Лиссы и она, взяв меня за руку, потащилась на танцпол. Сперва я слегка стушевалась, так как народу было немного и я неуютно чувствовала себя, танцуя в свободном пространстве, но потом мелодия захватила меня и мы с Лиссой уже во всю танцевали на пару, выдавая настоящую жару.

— Я бы ему отдалась, — со вздохом пробормотала Лисса, садясь обратно на барный стул.

— Прости, что?

Момент мне показалось, что Лисса шутит, но ее тонкий белый пальчик указал на угловой столик. За ним сидели трое парней. Лисса вперила свой взгляд на них, видимо опять применяла принуждение, дабы скрыть наш возраст. Я отмахнулась и пригубила свой коктейль, заказав себе ещё стакан воды. Пить хотелось ужасно, но жажду не перекроешь алкоголем.

— Ты сумасшедшая! — Окликнула я Лиссу и она рассмеявшись указала мне на стройного высокого парня.

— Какой хорошенький! Странно увидеть здесь мороя, а двое других дампиры?

Я снова стала разглядывать троицу. Дампировскому зрению было проще, чем моройскому, да и в нашей расе я все же разбиралась лучше.

— Двое дампиров и морой, — я скривилась, глядя на вампира, уж очень блондин напоминал мне моего бывшего парня Джесси Зеклоса. Редкостный козел, хоть и самый популярный парень в академии.

— Наверное они его стражи, но тоже красавчики, —Лисса снова обратила мое внимание на парней, — тебе тоже не помешает развеяться, Роза! Переспишь с кем-нибудь и перестанешь быть такой злючкой!

Видимо моей лучшей подруге шутка показалась очень забавной, так как она звонко в голос рассмеялась, чем привлекла внимание троицы. Парни переглянулись друг с другом и морой подмигнул нам. Лисса в ответ ему широко улыбнулась и кивком головы пригласила блондина на танцпол.

— Если что, меня зовут Фрэнсис! — Пропела мне Лисса перед уходом на медленный танец.

— Иди уже… Фрэнсис, мать твою! — Я растрепала тёмные локоны и до меня донёсся двухсторонний голос подруги: ее разговор с мороем и мысли, что посылала она мне через связь.

«Сто лет не видела мороев! — Восторженно подумала Лисса, когда парень коснулся губами ее пальчиков и закружил в танце, — значит здесь безопасно! Тем более есть стражи! Я же говорила!»

— Я, Николай, Николай Селски, — блондин наклонился к Лиссе слишком близко. Меня передернуло от ощущения его дыхания на коже Лиссы. Больше всего меня бесили эти ощущения. Я все чувствовала так, как она. Однажды, когда у Лиссы был убойный секс, так совпало, что мы с Джесси удрали на прогулку вокруг академии и в результате, я набросилась на него прямо среди деревьев. Знаю, не лучшее место для потери девственности, но потом этот говнюк разболтал всем как его совратила опытная Хэзевей. Мрак. В итоге, я порвала с ним и терпела издевки школы ещё месяц. Не стану же я всем объяснять, что у меня перед глазами каждую ночь был порнофильм с Лиссой и ее бойфрендом Аароном Дроздовым в главной роли.

— Мы провожаем нашего друга Дмитрия, — Донеслось из сознание Лиссы до моих ушей.

«Дмитрий, это тот брюнет, высокий!» — Мысленно подсказала мне подруга и я мельком взглянула на мужской столик. Тёплые карие глаза очаровали меня. Он также смотрел в мою сторону.

— У него отпуск заканчивается и он покидает нас, говнюк, — Николай закружил Лиссу, но вернув в исходное положение, развернул к себе спиной, продолжая движения, бесстыдно прижимаясь к ней, — а вы, девочки, что здесь?

— Просто отдыхаем, от учебы, — беззаботно врала Лисса. Ей даже не приходилось применять свою силу, она прекрасно вливалась и манипулировала обществом по своему вкусу. Дворцовое воспитание, природная красота и шарм.

— Вашингтонский университет?

— Именно!

«Роза, я так счастлива, что мы пришли сюда!» — визжала мне мысленно Лисса, нежась в объятиях Селски. Я была рада, что она довольна нашей вылазкой, но все равно не переставала сканировать пространство. Маловероятно, что здесь нам угрожало что-то, но хоть какие-то навыки от учёбы у меня сохранились.

«Роза, этот Дмитрий все время смотрит на тебя! Глаз не сводит! Красавчик, не правда ли? — Я невольно посмотрела в его сторону и вновь попала в плен его улыбки, — Роза, подойди к нему! Заговори с ним!»

Делая вид, что допиваю свой коктейль, я еле заметно покачала головой, глядя на Лиссу. Она прищурила сердитый взгляд и кивнула в сторону столика.

«Да ладно тебе, здесь три стража! Расслабься! Переедем в Портленд и заляжем на дно! Обещаю!»

Лисса многозначительно посмотрела на меня.

«Смотри, какой он! Просто ходячий секс!»

Правда в том, что он не просто красавчик. Он божественно прекрасен. Чувственные губы, очаровательная улыбка, манящий взгляд, его рост, его мощь — в нем меня привлекало абсолютно все!

Музыка закончилась. Николай что-то шепнул Лиссе на ухо, та защебетала в ответ согласие и упорхнула к барной стойке.

— Роза, с ума сойти, какой он классный! — Я закатила в ответ глаза и протянула ей очередной шот, взяв себе ее последнюю стопку, — за тебя! Спасибо, что позволила нам отдых!

— Наслаждайся.

Звон стекла и мы быстро опрокинули в себя крепкий напиток. Я поморщилась, горло тут же обожгло, а Лисса подхватила наши сумочки и взяв меня за руку, потащила через танцпол. Я момент подумала, что она зовёт танцевать, но нет, бесстыжая вела нас в адское пекло. Я одернула ее руку и зашипела на подругу.

— Лисса, ты нас выдашь! — Стараясь говорить как можно тише, чтоб даже вампирский слух не распознал мою речь, я сделала вид, что прошу Лиссу остаться на танцполе.

— Все будет хорошо, оставь это на меня! — Убеждала меня подруга, — Роза, просто расслабься!

Соблазнить меня на безрассудство всегда просто. Взгляните на мое личное дело в кабинете директрисы. Розмари Хэзевей в каждой провинности устанавливала новые рекорды. Разборки? Роза Хэзевей! Скандалы? Роза Хэзевей! Порча школьного имущества? Роза Хэзевей! Массовый прогул? Роза Хэзевей! Кто прибил на доску школьного позора фото всех учителей? Ро…в общем, вы поняли.

— Всем привет! — Поздоровалась я, занимая место рядом с Лиссой.

— Привет! — Парни дружно расплылись в улыбке и только эти чёртовы карие глаза послали мне нечто большее, чем просто «привет»!

Я зарделась, но бежать было некуда, вместо этого я посмотрела по сторонам и поманила к себе официанта.

— Это моя подруга Роза, — представила меня Лисса и тут же показала на всех пальцем, — это Николай, Майк — его страж и Дмитрий.

На последнем имени, она сделала акцент, глядя то на меня, то на брюнета и мысленно добавила мне.

«Не знаю, услышала ты или нет, но у него в прошлом году умер морой. — Я бросила ошарашенный взгляд на Дмитрия и сжала руку Лиссы под столом. Потерять своего мороя, для дампира это ужасно. На наши народы все время идёт охота. Стригои — самый большой моройский кошмар. Злобные вампиры, убивающие все на своём пути! — он был в отъезде тогда и морой, друг Николая, оставался со своим вторым стражем. Тогда все и произошло! — Я грустно посмотрела на подругу, боясь даже представить какого было бы мне, — он не показывает виду, но друзья решили развлечь его перед завтрашним отъездом обратно на новое назначение!»

— Очень приятно! — Майк протянул нам с Лиссой руку и мы пожали его ладонь. Она была невероятно сильная и мозолистая. Да и сам он походил на медведя. Большой и грозный, правда глаза добрые. Но он тут же принял вид отрешенного и сосредоточенного на пространстве стража. Именно такой я и мечтала быть. Профессионалом.

— Роза! — Меня позвал самый чарующий, низкий, сексуальный голос в моей жизни. Клянусь, получить оргазм можно только прослушивая этот бархатистый тон в наушниках. Я медленно и глубоко вздохнула и сделав вид, что ничуть не смутилась, повернулась к Дмитрию.

— Да?

— Что ты заканчивала?

Заканчивала. Смешно! Если бы мы с Лиссой не сбежали, то да, как раз сейчас я пошла бы в выпускной класс, но увы, официально я все ещё дампир-новичок. Ещё немного и краска зальёт мое лицо. И где эта дерзкая и прямолинейная Роза Хэзевей, когда нужно?

— Монтана, — ответила за меня Лисса и поблагодарила подошедшего официанта с напитками.

Надо срочно задать ему вопрос, чтобы избежать дальнейших расспросов. Я выпалила:

— А ты?

— Я заканчивал ту, что в Сибири, — он немного помедлил с ответом. Дура, я, наверное, напомнила ему о его морое. Надо срочно разрядить обстановку.

— Обалдеть! Говорят, это единственное место хуже Монтаны!

Уголок губ Дмитрия дёрнулся. Все остальные засмеялись. Николай сказал, что они все трое выходцы из Сибири.

— Тебя бы оттуда выперли в первый же день! — Лисса рассмеялась, а Николай поднял стакан с виски для тоста.

— За наших прекрасных дам, за приятный вечер и, — его взгляд задержался на Лиссе, а она слушала его с каким-то странным трепетом, — за многообещающую ночь.

Все звонко чокнулись напитками, Дмитрий же придержал свой стакан для меня и коснулся моей колы последним. Наши взгляды встретились. Это был тот самый момент невероятной химии, словно в кино, когда герой и героиня понимают, что искра есть и с каждой минутой она разгорается в пламя.

— Кола? — Он изогнул бровь.

Господи, даже его брови заставляли мое сердце биться чаще.

— Я не должна терять голову…— Со смешком я сделала глоток и отложила безалкогольный напиток на столик.

— Твоя подруга сегодня ночью явно предпочтёт компанию противоположного пола, — Дмитрий взял бутылку виски и открутив крышку, посмотрел на мой бокал, ожидая ответа, — так что можешь спокойно терять голову.

— Именно!

Лиссе обязательно надо вставить свои пять копеек. Я молчала, кусая внутреннюю сторону губы. Знал ли этот безумно-сексуальный русский, что спаивал малолетнюю преступницу, укравшую принцессу из академии? Нет.

Ох и пожалею я об этом!

— Тем более мы остановились именно в этом отеле! — Объявил Николай с торжественным видом.

— А мы в двух кварталах отсюда, — Вторила ему Лисса-Фрэнсис, а затем выдала то, за что я могла ее прибить прямо на месте, — и я более чем уверена, что Дмитрий проводит Розу до дома. Это всего в паре шагов же.

Не сдержавшись, я опять взглянула в лицо этому соблазнительному дампиру. Никогда ещё в своей жизни меня не тянуло ни к одному парню так, как к нему.

«До дрожи в коленках…» — Теперь я понимаю это выражение.

— Я присмотрю за ними, Роза, — голос Майка был полон трезвой твердости и уверенности и я сдалась, подставив Дмитрию свою колу.

Комментарий к Решайся

Всем привет! И это очередная моя работа по АВ.

И то потому что никто не хочет писать по моей заявке, блин. А идея так и вертитсяу меня в голове.

Честно, планировала мааааленький, малюсенький такой кусочек. «Драббл» поставила. Но пришлось менять на «мини»

КУДА?! Вот куда Остапа опять понесло ??‍♀️??‍♀️??‍♀️

В общем, жду критики и милости прошу - черканите в ПБ ошибки.

А ещё буду рада, если кто вдруг все же решит написать качественную работу по заявке «Нежданчик», так как я далеко не мастер писать.

========== Только ты и я ==========

— Значит Россия, стало ясно откуда у вас такой явный акцент! — Моя подруга как всегда во время.

В голосе Лиссы слышался изрядная доза алкоголя. Она сидела в обнимку с Николаем, который обнимал ее за талию и прижимал к себе.

— Звучит некрасиво? — Дмитрий нахмурился, словно эта тема его задевала, но он всем своим видом пытался показать безразличие.

— Нет! — Выпалила я и добровольно встретилась с ним взглядом, — это очень сексуально.

Вот, что значит вывалила не подумав. Да здравствует, Роза Хэзевей! Дура, блин!

Дмитрий ответил мне улыбкой и…смутился? Быть того не может, но легкий румянец и стеснительная улыбка выдала этого могучего стража. Но внутреннее чутьё мне подсказывало, что в бою он бесстрашен!

К нам подошёл официант и Дмитрий развернулся, демонстрируя нам свою шею. Шесть! Шесть убитых стригоев и знак стража — знак обещания и верности. Я мечтала получить эту отметку, но теперь, когда мы покинули академию, это не светит. Зато я знала, что уберегла Лиссу от них. Кто они, мы не знали, но были уверены — Принцессе Василисе Драгомир угрожала опасность в стенах академии и только на свободе я могу ее защитить.

— Роза, — по моей спине пробежал рой мурашек, когда его тёплое дыхание окатило мою шею.

«О, Божечки, да! — Подумала Лисса, едва не подпрыгивая на месте, — да сделайте же вы уже шаг навстречу!»

— Мм? — Пропищала я, не в силах сказать хоть что-то.

— Можно, украду тебя? — Дмитрий взяв мою руку, повёл нас на танцпол.

Негромко играла моя любимая песня Стинга. Дмитрий положил руку мне на талию и притянул к себе. Я первый раз в жизни чувствовала себя ТАК. Мной всегда восхищались мужчины, хотя нет…мной всегда восхищались мальчики, ребята в академии, просто друзья и люди моего окружения. Но первый раз в жизни на меня смотрел мужчина. Сильный, смелый, безумно красивый и такой крутой.

Мы медленно плыли по танцполу, стараясь не задевать другие пары. Но все вокруг остановилось для меня. Был только он: его улыбка и эти глаза. Я таяла в его объятиях, стараясь скрыть волнение. Это фантастическое чувство влечения к нему поглощало меня целиком. Песня потихонечку заканчивалась, а Дмитрий замедлял ход.

— Я не хочу отпускать тебя.

— Значит держи меня крепче, — я прикрыла глаза и приблизившись к Дмитрию вплотную, коснулась губами его шеи, — рано или поздно, но я потеряю рассудок от твоего запаха.

Он улыбнулся и открыл рот что-то сказать, но на нас налетели Лисса и Николай под заводную песню Рианны. Мы беззаботно подхватили их ритм и стали танцевать. Но я все время смотрела на стойкого и величественного Майка, который в гордом одиночестве охранял наш покой. Это было нечестно, но я ничего не могла поделать. Такая судьба ждёт и меня.

Шла третья песня, а мы все плясали и веселились, изрядно вспотевшие, но счастливые. Мы с Лиссой танцевали очень соблазнительно и вовлекали в наши танцы парней, давая друг другу возможность лучше узнать партнера. Иногда дарили мимолетные поцелуи, когда момент накалялся или наши тела находились слишком близко. Все шло хорошо, пока Лисса не сломала каблук и чуть не навернулась. Дмитрий среагировал быстрее Николая, на то он и дампир, и подхватил Лиссу за талию, удерживая от падения.

— Фрэн, все в порядке? — Дмитрий осмотрел танцующих рядом грозным взглядом, предполагая, что кто-то мог толкнуть Лиссу.

— Да, но проклятый каблук испортил мне все веселье!

Раздосадованная девушка отпустила моего дампира, взяла за руку Селски и прихрамывая поковыляла до столика. Но у Николая был свой план.

— Майк! — Морой кивнул своему стражу.

Дампир встал со своего места, положил на стол несколько купюр и подошёл к ребятам. Я почувствовала, как рука Дмитрия обхватила мою талию, а его губы коснулись голого плеча.

— Не переживай, Майк присмотрит за ними, — я улыбнулась, глядя как Николай с легкостью перекинул орущую от смеха Лиссу через плечо.

— Ну, ребят, вы сами по себе, — подмигнув нам, он удалился с моей лучшей подругой на руках.

— Роза, занеси мне туфли!

Я кивнула и помахала Лиссе.

А ещё меня называют безрассудной и безбашенной! Знали ли они какой черт скрывается за этим ангельским ликом принцессы Василисы.

— Нам нужно сгонять домой и занести ей туфли, иначе утром она не дойдёт до дома!

— Если Селски выпустит ее из своей постели! — дампир захохотал.

Я с укором посмотрела на Дмитрия и он согласно кивнул. Захватив мою сумочку, мы решили прогуляться по ночному городу. Дмитрий накинул мне на плечи пиджак и я смогла сполна напиться его ароматом. Я назвала адрес, он взял меня за руку и повёл вверх по авеню.

Обычно ночные улицы наводили на меня страх, подбрасывая в кровь адреналин. Для нас, для дампиров, опасность была везде и всюду. Но сейчас я была умиротворенно-счастлива, ощущая рядом с Дмитрием покой и безопасность.

Мы нарочито медленно гуляли по ночному городу, держась за руки. Фонари тускло освещали дорогу, создавая приятную романтичную атмосферу с толикой волшебства.

Мы были одни на пустых улицах и я удивлялась как у Дмитрия так получалось молниеносно переключаться с романтика на стража. Каждую минуту он секунд пять окидывал взглядом улицы и тут же снова превращался в мою несбыточную мечту, грея меня своим вниманием.

— Кто твой кумир? — Выпалила я вопрос Дмитрию, — ну, из стражей.

— Артур Шунберг, я думаю! — Беспечно произнёс дампир, пиная осенние листья.

— Да ты что! Мой тоже! — Моей радости не было предела. С девчачьим восторгом, я мечтательно сказала, — надеюсь когда-нибудь смогу с ним лично познакомиться! Он легенда!

— Как-нибудь познакомлю вас, — он улыбнулся, а я оставила это обещание без внимания, горько сожалея о услышанном. Нас не ждала ещё одна встреча и никакой дружбы, никаких отношений.

— А из женщин?

— Дай подумать, — я почувствовала как мои плечи обхватила сильная мужская рука, — думаю Джанин Хэзевей.

Я благодарила Бога, если он конечно же есть, за то что в темноте ночи не было видно моего разозлённого лица. Как можно восторгаться женщиной, которая нагуляла, а потом бросила свою дочь на произвол судьбы? Отослала подальше в академию, навещая лишь изредка, раз в пять лет. Бьюсь об заклад, она даже не знает о моем побеге!

— Роза?

— Мм?

— Я спросил, а у тебя кто?

— Альберта Петрова, — ляпнула я первое что пришло мне в голову и тут же отругала себя за то, что напомнила о учебе. Надо срочно сменить тему.

— Мне так жаль Майкла, мы веселимся, а он работает!

— Он хороший парень, хороший и добрый.

— Надо было позвать третью подружку, чтобы ему не было так обидно, — пошутила я. Конечно же, третьей подружки у нас не было.

— Ну, во-первых, Роза, он женат. Наблюдательный страж обратил бы внимание на его кольцо.

А я и правда не заметила. Черт.

— Он очень любит свою жену, да и потом, — мы завернули за угол к нашему дому, — он сделал мне неоценимый подарок, так как на работе был не только он, но и ты…

В который раз мои щёки покрылись румянцем и я стала кусать губы, не зная что и как на это ответить. Дмитрий говорил очень милые и простые вещи, которых я никогда не слышала от парней. Эти слюнявые щенки обычно описывали мою задницу, грудь, мой дерзкий рот, мою сексуальность, но никогда так просто и мило.

— Подождёшь меня здесь, я быстро?

— Как скажешь, — его улыбка убьёт меня.

Я хотела снять пиджак, сказав Дмитрию, что захвачу куртку, но он пригрозил мне пальцем.

— Даже не смей.

Пулей я метнулась наверх и взяла первые попавшиеся туфли из шкафа. Не хотелось заставлять Дмитрия ждать. Да, стоило пригласить его к себе, предложить кофе или чай, но любая вещь в этом доме могла выдать нас, а значит мне надо быть чуть быстрее. Обновив помаду и поправив макияж, я спустилась вниз.

— Ты быстро, — Дмитрий встретил меня тёплым объятием, — обычно, вы, девочки, слишком долго копаетесь.

— Эй, товарищ, ты вот эту красоту видел? — Большим пальцем я ткнула себя в грудь, а Дмитрий кивнул, — мне все это дано природой, в отличие от других. Поэтому то мне и не нужно столько времени!

— Ты изумительная, — остановившись, он обнял меня и коснулся губами моих волос, спустившись по щеке к губам и поцеловал самым волнующим мое тело поцелуем. Я знала, это лишь одна ночь и утром мы уедем с Лиссой в Портленд и я никогда не увижу Дмитрия вновь, но бабочки-предатели затрепетали в моем животе. И тут случилось это — Лисса опять втянула меня в своё сознание.

Она была на грани. Я видела счастливое и напряженное лицо Селски, который пыхтел над ее телом. Ещё немного и она взорвется. Лисса зажмурилась, желая пережить этот момент наедине с собой. И вот, все ее тело в один миг напряглось и рассыпалось на миллион частиц. Николай же тем времени все пыхтел, сжимая в руках ее бёдра.

Дмитрий все ещё целовал меня, а я старалась как можно быстрее вынырнуть из сознания Лиссы и оторвалась от него, не слабо оттолкнув.

— Роза?

— П…прости, — я все ещё часто дышала и не знала как оправдать своё поведение. Руки тряслись, как и колени. Очень сильное возбуждение нарастало внизу живота.

— Мне наверное не стоило…

— Нет!

«Нет! Нет! Нет!» — Вторил мне мой разум! Думай, Роза, думай! Ты не можешь его обидеть!

— Дмитрий, — я первый раз назвала его по имени и он явно был озадачен. По его лицу стало заметно, как он прокручивал своё имя снова и снова у себя в голове. Я прижалась к нему всем телом и промурлыкала, лаская губами его скулу, — я боюсь не совладать с собой…ты слишком притягателен и сводишь меня с ума.

Покраснев от собственного откровения, я сделала вид, что ничего не говорила и зашагала вперёд, стремясь как можно быстрее занести Лиссе ее обувь. Дмитрий в два шага нагнал меня, но ничего не сказав, просто шёл рядом, иногда ухмыляясь, а иногда поглядывал на меня. Я чувствовала — он рядом, меня обдавало жаром каждый раз, когда он смотрел в мою сторону.

Везёт же Лиссе! Она с такой лёгкостью общается с мужчинами и заводит романы, но я…мне всегда хорошо давались шутки, даже пошлые, флирт и общение, соблазнённая, но не прелюдии и секс. Джесси был настолько глуп и неопытен, что я лишь делала то, что он говорил и старалась подключить фантазию и, в конце концов, все это вышло мне боком! Я понятия не имела как вести себя. А между тем у Николая и Лиссы пошла вторая волна. Я готова была убиться головой об стену, лишь бы перебороть это чертово вожделение! Будто мне мало собственного желания!

Дмитрий открыл передо мной дверь отеля и вежливо пропустил вперёд. Я с туфлями в руках, проследовала к лифту, стараясь не оборачиваться. Мне до сих пор хотелось провалиться сквозь землю за тот прерванный поцелуй.

— Семнадцатый этаж, номер триста семь, — сообщил мне Дмитрий, стоя позади.

Двери лифта распахнулись. Мне ужасно хотелось сказать ему, что я никогда не хотела ни одного мужчину, как его. Но мы молча шагнули в кабинку лифта и стали подниматься наверх.

— Ты тоже здесь остановился? — Робко спросила я и Дмитрий кивнул.

— Майкл в триста восьмом, а я в триста девятом.

— Нелегкая ночка у Майкла, — я издала нервный смешок.

Лифт находился между седьмым и восьмым этажом, когда я опять-таки подняла глаза на Дмитрия и увидела, что он неотрывно смотрел на меня, стоя слегка позади. Меня захватила вся эта лифтовая атмосфера и запах Дмитрия. Я почувствовала себя очень усталой, запредельно усталой. Двойное возбуждение измучило меня. Но я знала, мое успокоение — это он. Все, что мне нужно сейчас, это его объятия и я хочу вновь пережить те эмоции, которые мне дарили его губы.

Бросив на пол туфли Лиссы, я обхватила ладонями лицо Дмитрия. Такой небритый и только мой. Я боялась своих фантазий и всего того, что мне хотелось сделать с ним сейчас. Закрыв глаза, мы встретились губами. Он ловко подхватил меня за талию и прижал животом к своему телу, углубляя и ускоряя движения своего языка. Едва не задохнулась. Как жарко! Я чувствовала, что Дмитрия трясло и я разделяла это состояние. Я была готова упасть к его ногам и молить: «возьми меня и сделай со мной все, все что хочешь!» Прильнув хрупким телом к железным мышцам, мне пришлось прислонить его спину к металлической стене, чтобы устоять на ногах.

Лифт звякнул и Дмитрий первый оторвался от меня. Наклонившись, он одной рукой подобрал туфли, а второй взял меня за руку и повёл к двери с номером триста восемь.

Поправив волосы и шумно выдохнув, он без стука зашёл в номер и кинул в руки дампира обувь. Майкл пробормотал что-то, но Дмитрий рассмеялся, пожелав ему спокойной ночи и захлопнул дверь.

— Теперь, ты никуда от меня не убежишь! — Потемневшие от страсти глаза Дмитрия смотрели мне прямо в душу.

У меня пересохло во рту, пришлось сглотнуть. Потянув меня за руку, Дмитрий провёл ключ-картой в замке и завёл меня в свои апартаменты. Не включая свет, он закрыл дверь и я тут же оказалась в плену мужских объятий.

«Я сделаю это! Он именно то, что я хочу и хочу очень…»

С моих плеч слетел пиджак, а губы вновь растерзаны ласками Дмитрия. Он медленно, но уверенно вёл нас на пути к наслаждению, освободив от одежды меня, затем себя. Я старалась помогать, но руки сильно дрожали. Да и у Дмитрия это получалось лучше и быстрее. Ждать больше не было сил. Не было сил и на стыд и на раздумья, я отключила свой разум, полагаясь лишь на чувства и желания. А они сейчас слишком громко скандировали его имя.

Все ещё целуясь, мы прошли до кровати и оба рухнули на неё. Дмитрий покрывал поцелуями мои плечи, шею и уже добрался до груди. Каждое его прикосновение рождало в моем теле мучительную волну чувств. Голова кружилась, дышать становилось все тяжелее. Мое тело все выполняло за меня. Интуитивно, находясь под ним, я поддалась вперёд и обвила ногами его спину.

— Ты нечто сверхъестественное! — Хрипло бормотал Дмитрий сквозь поцелуй и я улыбнулась, стараясь не отрывать его губ от своих, — никогда ещё я не терял рассудок рядом с женщиной, но ты, ты словно исключение из всех правил!

Голова Дмитрия спустилась вниз и его горячий рот завладел моей грудью. Я тихо засмеялась, но когда нахлынула очередная его ласка, мне пришлось заткнуться, прикусив свой язык и выгнуться всем телом, навстречу ему, только бы его губы, обжигающие мою кожу, никогда не останавливались. Дмитрий улучил момент и вошёл. Сильно и требовательно. Вот, что значит уверенный в себе мужчина — никаких церемоний. Слюнявому Джесси на это требовалось иногда больше минуты. Но Дмитрий вошёл настолько гладко, словно был во мне уже не один раз и ласкал мое тело, словно знал его наизусть, как любимую книгу.

Нас окутал экстаз и с каждым движением Дмитрия кайф распространялся по моим венам. Он двигал бёдрами все резче, а мне оставалось лишь тонуть в его почерневших глазах, впиваясь ногтями в сильные плечи. Мне нравилось смотреть, как сокращаются мышцы на его плечах и я могла только представлять как бы смотрелась его упругая задница во время секса.

Ещё немного и мой мозг взорвется. Как же горячо и сладко. Мы отчаянно целовались, добивая друг друга играя языками. Дыхание стало настолько сбивчивым, что я не заметила, как внизу живота все скрутило в один комок, свело сладкой судорогой и нахлынула волна оргазма. Мощная и долгая, она затопила мое тело. Я открыла глаза. Дмитрий самодовольно улыбнулся, явно польщенный своей работой. А я все ещё пребывала в шоке от собственных ощущений. Мне захотелось подарить ему в ответ то же, что испытала я.

— Теперь я понимаю отчего так все сходят с ума, — сбивчивости пробормотала я и коснулась губами сладко-пахнущей шеи. Проведя по мокрой коже языком, я шепнула ему на ушко, — покажи мне, что и как ты любишь больше всего.

На губах Дмитрия появилась ехидная улыбка и он, обхватив мою голову рукой, сжал волосы в кулаке и простонал мне в рот в долгом поцелуе. Несколько быстрых рывков и я почувствовала, как его член пульсирует внутри меня и улыбнулась.

Жалела ли я, что пошла с Лиссой? Нет! Жалела ли, что пришлось обмануть Дмитрия? Нет! Это всего лишь одна ночь и я никогда ее не забуду.

Заключив меня в объятия, Дмитрий рухнул на постель и я прильнула к нему на грудь. Освобождение, наслаждение и неописуемый восторг — это то, что я чувствовала. Дрожь постепенно угасала и ноющее ощущение внизу живота растекалось лёгкой волной удовольствия.

— Теперь Фрэнсис перестанет говорить, что я стервозная сука, — меня пробило на ржач. Я так звонко рассмеялась, что даже Дмитрий посмотрел на меня изогнув бровь, — прости, это наш личный прикол.

— Расскажешь?

Дмитрий повернулся на бок, подперев голову локтем, но я помотала головой, закрывшись простыней целиком. Чертов дампир не отступил и накинувшись на меня, начал щекотать где попало. Дикий ржач, за который мне будет стыдно ещё очень долго, огласил весь номер. Момент, мне показалось кто-то стукнул нам в стену чем-то тяжёлым. Дмитрий снял с моей головы кусок ткани и перед ним была уже растрёпанная, раскрасневшаяся и запыхавшаяся девушка. Сжимая одной рукой запястья над моей головой, второй он бережно убрал волосы с моего лица, а затем поцеловал нежно-нежно. Я высвободила руки и обняла Дмитрия за плечи. Мне безумно нравилось ощущать тепло его тела над своим, каждое его прикосновение и поцелуй.

— Что ты там говорила перед тем как добила меня?

— Я добила? — Невинно захлопала ресницами, — ничего подобного.

— Да, моя дорогая, — Дмитрий встал и протянул мне руку. Я послушно поднялась на ноги, пробегая пальчиками по груди дампира, — ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь!

Я подтянулась на носочках, зажимая в кулаке, прикрывающую мое тело простынь и кусанула Дмитрия на ухо. Закатив глаза, он усмехнулся и одним рывком закинул меня на плечо. Я разглядывала паркет, пока пол не сменился белоснежной плиткой. Секунду спустя холодная струя воды окатила мою спину.

— Ты больной! — Взвизгнув, я адски заорала в перемешку со смехом и проклятиями, — ты сволочь, Дмитрий…как тебя там!

— Беликов, — поправил меня Дмитрий, опуская на пол и скидывая промокшую насквозь простынь.

— Страж Беликов, — ядовито произнесла я, двинув кран в сторону горячей воды, но Дмитрий снова переключил кран на холодную, приперев вплотную своим телом к кафелю.

— Скажи ещё раз, что ненавидишь меня, — медовым бархатным тоном прошептал дампир прямо на ухо, окатив жарким дыханием мое лицо и невесомо коснулся губами шеи.

Коленки задрожали и я устояла лишь потому что оказалась зажата. Голова закружилась, я прикрыла глаза. Холодная вода лилась каскадом на мои плечи. Я дрожала, как мне казалось, уже посинела. Руки Дмитрия гладили мои плечи, а сам он склонился за поцелуем. Тепло его языка распространилось по всему телу. Его руки нашли мою грудь и пальцы зажали затвердевшие соски. Я простонала, заглушенная дурманящим поцелуем. Я все ещё не открывала глаз и боялась даже взглянуть на Дмитрия. Он же, в свою очередь, истязал меня. Кожа покраснела, а мурашки исчезли. Кончиками пальцев, Дмитрий пробежался по моему животу и спустился ниже. Я хотела увернуться, но он властно начал смелую ласку.

— Дмитрий…— жадно схватив порцию воздуха, я задыхалась от новых для меня ощущений, — остановись, — но Дмитрий уткнулся мне в шею.

— Ты сама сказала, что сделаешь все, что я люблю, — я несколько раз кивнула и закусила губу, лишь бы не пискнуть что-нибудь в ответ, — расслабься…

Сказать проще, чем сделать и кто бы мог подумать, что трахать рукой такая невыносимая пытка. Я пищала как загнанный в угол зверёк, но Дмитрий нежно, но настойчиво входил в меня двумя пальцами, делая невообразимые вещи с моим клитором, припухшим и пульсирующим под его большим пальцем.

— Прошу тебя, остановись…— умоляла я, не в силах даже посмотреть на мучителя, — я не смогу это вытерпеть!

— Я тебя предупредил, будешь сопротивляться и я подключу к руке язык.

Закусав губы до крови, я невольно вспомнила, как однажды попала в сознание Лиссы во время того как Аарон дарил Лиссе этот самый поцелуй. Мне тогда пришлось мастурбировать, лишь бы только забыть эти крышесносящие ощущения. Я сделала глубокий вдох и сосредоточилась на чувствах, поглощающих мой мозг.

Проворный палец теребил мой клитор, а рука все долбила промежность. Я жадно глотала ртом воздух, цепляясь за плечи Дмитрия. А он лишь улыбался и внимательно вглядывался в мое лицо.

— Моя девочка, — губы Дмитрия коснулись моего плеча, а зубы оставили чёткую отметину.

Постепенно зарождалось знакомое приближение оргазма. Пальцы нещадно издевались и я не заметила, как двинула бёдрами навстречу руке Дмитрия. И теперь уже не он трахал меня, а я его. Все быстрее и быстрее насаживаясь на пальцы. Меня трясло от поглотившего вены возбуждения; теперь и вода не кажется такой холодной. Все, о чем я могу думать, это его член, который хочу сейчас везде. Дмитрий ловко надавил большим пальцем и тут я ощутила тот самый оргазм и отдалась ему полностью, откинув голову и вжавшись в Дмитрия всем телом. Горячая волна невообразмого удовольствия хлынула в мое тело из его руки. Я старалась прочувствовать этот момент, зная, что никогда больше не смогу получить подобных ощущений.

Довольная ухмылка и Дмитрий вмиг, схватив меня за волосы, притянул к себе, грубо поцеловав. Контраст его отношения сносил мне крышу. Он знал когда и каким нужно быть со мной. Угадывал мои слабости, реакции тела и желания, даже лучше чем я. Неужели я так предсказуема или это не просто совпадение?

Отпустив меня, Дмитрий отрегулировал воду на чуть теплее, чем тёплая, почти горячая, но приятная и выдавил гель на ладонь. Я стояла переминаясь с ноги на ногу и следила за его движениями, гадая что он сделает сейчас. Может мне тоже, вторя его движениям помыться, но он опередил меня и развернув спиной, начал ласкать мои руки от кистей к плечам, равномерно распределяя мыло. Моей шеи коснулись холодные губы.

— Жива ещё? — Ох уж этот проклятый бархатный смех!

— Вполне, — промурлыкала я в ответ и откинула голову на его плечо.

Удовольствие накрыло меня, словно тёплое воздушное одеяло. Вода лилась мне на лицо и я совсем забыла о испорченном макияже и идеальной укладке. К черту полетело все, оставляя нас наедине друг с другом.

Мое мурчание разносилось по ванной. А Дмитрий все продолжал исследовать мое тело, вспенивая гель на моей загорелой коже, перемешивая томительные ласки с поцелуями. Я согрелась до той степени, что вновь почувствовала ломоту в теле.

Перекинув мои волосы на одно плечо, Дмитрий смывал мыло с моего тела, а мне уже натерпелось повторить столь интимную ласку с его телом, как я услышала его удивленный голос.

— Где твоя татуировка?

Я застыла не зная ответ. Татуировка принадлежности к стражам. Что мне стоило сказать?! Вода вновь стала для меня ледяной. Тело покрылось мурашками, а в желудке образовалась пустота.

— Я не закончила своё обучение…— неуверенно пробормотала я, боясь повернуться и посмотреть Дмитрию в глаза.

— Как это понимать? — Я его тон был не таким сердитым, как бы меня отчитывал отец, скорее близкий друг, который не разделял моего мнения.

— Это долгая история, — в моей голове всплыли картины нашего побега. Лисса в ту ночь едва не убила ученика, разгромив его руками ванную комнату. Я, взяв всю вину на себя, устроила небольшой погром, отвлекая внимание руководства и уволокла Лиссу подальше от опасности.

Но Дмитрий все ещё ждал ответа, его руки опущены вниз, он больше не касался моего тела. А я делала короткие вдохи, стараясь придать своему голосу непринужденность.

— Меня выперли за правонарушения, да и Ли… Фрэнсис была нужна моя помощь.

«Лучшая защита, это — нападение!» — подумала я и развернулась к Дмитрию с озорной улыбкой, но встретилась с осуждением.

— Не смешно, Роза, как ты сможешь защитить своего мороя, если не подготовлена в должной мере?

Я взяла в руки душ и довершила начатое. Мыло медленно стекало по моему телу, а Дмитрий, словно грозный Зевс стоял рядом со скрещёнными руками. Я смыла остатки мэйка и протянула душ Дмитрию, но он перехватил мою руку, накрыв ладонью мое запястье и осторожно дернул в свою сторону.

— Хочешь я сделаю так, чтобы тебя восстановили? Я помогу тебе вернуться в академию и ты продолжишь учебу!

В его голосе столько непонятной для меня печали, но я сделала все в стиле Розы Хэзевей и ответила агрессией на любую доброту в мою сторону. Как можно сильнее я рванула свою руку и высвободилась.

— Нет и это не обсуждается! Я нужна ей, — вспомнив про Лиссу, я мельком глянула в ее голову и увидела ванильную картину, как она, восседая на голом торсе Селски, кормила его виноградом. Он двинул бёдрами и они оба рассмеялись так беззаботно и легко, словно у нас вообще не было никаких проблем. Лисса запрыгала на парне сильнее, вытрахивая всю его надменность, он же смотрел на неё, как на божество.

— Ох, подруга, — я схватилась за голову и сжала ее до боли, — когда-нибудь ты сведёшь меня с ума, — в сердцах бросила я в пустоту. Дмитрий все так же стоял молча, а я схватив полотенце, обмотала его вокруг тела и хлопнула дверью.

Минут через пять появился Дмитрий. Чистый, ароматный и волнующий. Он прекрасен, а я обманывала его. Совесть, словно червяк, съедала меня изнутри, но я не могла оторвать глаз от его прекрасного тела. Даже годы тренировок не обеспечат такой красотой.

— Засмотрелась? — Мне в лицо прилетело полотенце.

— Отрицать не буду, — склонившись, я стала подсушивать волосы, сминая их в махровой ткани, — первый раз за прошедшие полтора года я позволила себе отдых, могу позволить и повосхищаться красивым мужчиной.

— Прости, — взяв меня под локоть, Дмитрий помог мне выпрямиться, — я не должен указывать тебе что делать.

— Нет, это ты меня прости, — я робко коснулась его губ своими и отошла на шаг.

— За что?

— Просто, прости и все, — пожав плечами, я кинула мокрое полотенце на стул, оставив влажные волосы так, как есть.

Рассвет уже близился и у меня оставалось не так много времени, чтобы побыть с Дмитрием. Он так прекрасен. Моя душа разрывалась от мысли, что мы больше никогда не увидимся. Надо скоротать это время как можно приятнее.

— Массаж желаете, страж Беликов? — Подёргав бровями, я кивнула в сторону кровати.

Получив от Дмитрия мальчишескую улыбку, я толкнула его на постель и он послушно рухнул на живот, смеясь в подушку. Мы снова были счастливы в этой маленькой комнате, ещё несколько часов. Я села рядом и растерла руки. Мне хотелось касаться его трепетно нежно, кончиками пальцев и губами, перецеловать каждый позвонок и почувствовать аромат и вкус его кожи. Моя ладонь легла на его спину и прошлась по плечам: мышцы очень напряженные, такое чувство, что он не расслаблялся много месяцев, но я могла и хотела хоть немного ему помочь. Сев на его, прикрытую полотенцем упругую задницу, я наклонилась и зарылась пальчиками в его длинные волосы. Дмитрий отозвался урчанием. Я усилила ласки пальчиками и ноготками.

— Если так продолжишь, то я точно усну, — буркнул в подушку.

— Засыпай, — я снова наклонилась к его уху и коснулась губами виска.

— Ни за что на свете!

Мои руки спустились ниже и я уже растирала костяшками его шею. Я старалась не переусердствовать и подолгу не задерживалась, перейдя к плечам. Наклоняясь вперёд и возвращаясь назад, мои ладони с силой гладили накаченные лопатки, а я мысленно витала сейчас в облаках, представляя как бы было хорошо, если б мы с Дмитрием были просто людьми, без всех этих обязательств и правил. Рука Дмитрия поднялась и сорвала с меня полотенце, но я все равно продолжила растирать его плечи, наклонившись вперёд. Грудь коснулась мужской спины и соски вмиг затвердели. На следующем движении это почувствовал и Дмитрий и расплылся в улыбке:

— Так то лучше!

— Ах, так? — Мои руки перешли на поясницу, пробегая пальчиками по позвоночнику. — Это и есть твой коварный план?

— Нет, коварный план будет чуть позже, когда я ещё немного покайфую.

Спина Дмитрия приобрела нежный розовый оттенок под моими руками. Мне пришла в голову хитрая идея и я, склонившись, осторожно коснулась губами его горячей кожи. Я слышала, как моя жертва затаил дыхание, но меня не остановил. Я наклонилась и продолжила ласкать впадинку между лопаток губами, добавив язык. Дампир приподнялся и снял с бёдер полотенце. Мне пришлось сесть на его ягодицы голой и уже влажной. Он простонал. Я улыбнулась. Эта игра чертовски заводила, мне жутко хотелось ощутить его внутри, но Дмитрий не двигался. Я почти легла ему на спину и поддавшись вперёд поцеловала за ушком. Он вздрогнул. Рука Дмитрия захватила меня под колено, но я осмелилась провести языком по раковине его уха. Резкий рывок и мое тело оказалось припечатано к постели. Я засмеялась, пытаясь высвободить руки.

— А теперь время моего коварного плана, — огласил Дмитрий и из палача я превратилась в жертву, хотя на тот момент он был котом, а я лишь маленькой мышкой.

В одно движение Дмитрий развернул меня на живот и за бёдра подтянул к себе. Рука раскрыла створки половых губ и один палец оказался внутри. Я ахнула. Мне хотелось почувствовать там отнюдь не палец. Но и этих манипуляций было достаточно, чтобы мое тело отозвалось и я тут же задвигала бёдрами в такт его движениям. Пальцы измывались надо мной, теребили, ласкали, входили все глубже.

— Хватит издеваться!

Просьба звучала почти как приказ, но подавшись вперёд Дмитрий послушался и вошёл медленно, растягивая и приручая мое податливое тело, жаждущее его ласк.

У Дмитрия на этот раз не было планов покорить меня своими ласками, а лишь удовлетворить наш общий накопившийся за прошлый час голод. Поэтому, он дал волю своей силе и входил до основания, резко, быстро и отрывисто. Я выгнулась по-кошачьи. Каждый раз как он входит, меня распирает гамма чувств и все сводится к одному — такой большой, твёрдый, горячий — это восхитительно. Восхитительно и очень волнующе.

— Хорошая девочка, — кто бы подумал, что шлепок по заднице будет мне наградой, о которой я буду молить ещё не раз.

— У меня…хороший учитель, — простонала я, сжимая подушку.

Дмитрий слегка замедлился и поддался вперёд, накрутив мои волосы на кулак. Опустившись с колен, он сел и подтянул меня за локоть к себе. Теперь мы оказались параллельны друг другу. Я вжималась спиной в его грудь, двигаясь в своём ритме. Тело охватывала нарастающая разрядка. Я уже хорошо узнавала эти ощущения и могла отдаться им полностью. Дмитрий, держа волосы в кулаке, открыл себе доступ к моей шее и прикусил кожу, тут же зацеловывая розовый след.

— Я уже…— шепнула я ему в губы, продолжая вращать бёдрами, — уже почти.

Ладони легли на мои бёдра и Дмитрий сам стал направлять меня, двигаться быстрее, отрывистее. Тугой узел в эпицентре моей чувственности все завязывался и мучал меня, пока не взорвался и меня омыло волной наслаждения. Внутри стало так влажно и я почувствовала пульсацию Дмитрия. Улыбнулась. Я была горда, довольна собой и счастлива. Это миг уединения. Миг обоюдного удовольствия. Он не спешил выходить. Дмитрий старался отдышаться, обнимая меня за живот. Он целовал мою шею, а я тихо смеялась от щекотки, ощущая сильную усталость.

— О, Господи, — выдохнула я, разминая затёкшие икры, — никакая тренировка даже близко не выматывает так, как секс.

Ухмылка Дмитрия показалась мне какой-то двусмысленной. Он растянулся на постели и похрустел шейными позвонками. Я прильнула к нему рядом и проложила дорожку поцелуев от его груди к шее.

— Но я не против проводить все тренировки так, — я засмеялась, а Дмитрий укрыл нас одеялом.

— Но я не твой тренер, — он ласково обнял меня и тепло его тела отразилось легким током по моей коже, — я б застрелился.

Я стукнула по мускулистой груди кулаком, но чертов дампир даже не дернулся, а только хохотал.

— Ты замечательная.

Дмитрий обнял меня крепче. А я улыбалась. А что мне оставалось делать? Я лежала в объятиях мужчины, которого никогда и ни за что не забуду. Он водил кончиками пальцев по моей голой спине, а я смотрела на часы.

Времени оставалось так мало.

Комментарий к Только ты и я

Ребят пишите отзывы, стоит ли вообще продолжать, по факту, следующая глава последняя.

Все замечания и пожелания тоже жду с нетерпением.

Всех люблю. ❤️

========== Побег и «карты на стол» ==========

— Андрей, нет!

Плач Лиссы донёсся до меня во сне и я вскочила, прогоняя сон. По привычке я стала искать Лиссу, но на соседней подушке, сном младенца, спал Дмитрий. Такой красивый и такой запретный.

Мне пришлось нырнуть в голову к подруге ещё раз. Как я и думала, ей приснился самый частый и самый страшный ее кошмар — авария. Чтобы не разбудить Николая, она тихо выбежала в ванну, на ходу собирая свои вещи и я последовала ее примеру. Двигаясь как можно тише, оделась и на цыпочках пробралась к кровати, чтобы ещё раз посмотреть на Дмитрия.

— Прости, — грустно шепнула я, — ты самое лучшее, что было в моей жизни.

Моя протянутая рука застыла над головой Дмитрия. Я боролась с желанием коснуться его лица, волос, поцеловать его. Глаза защипало. Я тихо всхлипнула и изо всех сил постаралась не плакать. Стоило написать записку или оставить хоть что-то, но не было на это времени и любая надежда на отношения непозволительна. В одну секунду я могла разбудить Дмитрия. Как и у любого стража, его сон наверняка очень чуткий. Мне стоило поторапливаться.

Дмитрий улыбнулся во сне и ещё крепче обнял подушку. На глаза все же навернулись слезы. Мне так не хотелось уходить, но обманывать его больше нельзя.

Лисса во мне нуждается. Она всегда будет важнее всего!

«Они на первом месте!» — Неустанно повторяли нам преподаватели.

Я с нежностью взглянула на спящего Дмитрия в последний раз и сжав зубы, убежала из номера.

Лисса встретила меня в коридоре, уже одетая, но все ещё в слезах и босая. Такая нежная и такая ранимая. Моя фарфоровая девочка с чёрными разводами по щекам. Я отодвинула свои проблемы на задний план и наскоро обняла ее, поглаживая по спине:

— Это был лишь сон, все прошло, помнишь?

Мне так больно видеть Лиссу в таком состоянии, сколько же горя выпало на ее хрупкие плечи! Я тут же проверила ее руки. Запястья целы. Слава Богу! Лисса частенько заглушала душевную боль физической. Говорит, что так ей легче.

Взяв салфетку с темной деревянной коробочки, что стояла на антикварном комоде между дверьми в номер, я наскоро промокнула мокрые следы от слез на щеках Лиссы и громко постучалась в дверь Майка. Десять секунд спустя он открыл нам одетый, свежий и не заспанный. Вот как им это удаётся?! Он взволнованно посмотрел сначала на Лиссу, затем на меня и открыл было рот, но я резко перебила его:

— Майк, туфли! — Требовательно и четко я сформулировала свою просьбу, протянув руку.

Он исчез на секунду и тут же вернулся с босоножками. Я схватила их и передала Лиссе:

— Быстро одевай!

— Девочки, вам нужна помощь? — Майк обеспокоенно нахмурившись, вглядывался в наши лица.

Я покачала головой, прикидывая сколько у нас времени, пока дампир разбудит парней и расскажет им о нашем уходе. Майк все так же мозолил мне глаза, пока я пыталась соображать.

— Время…у нас совсем нет времени, — бормотала я под нос. Надо собрать вещи, найти машину… Почему же она так копается?! — Лисса скорее!

Она натянула туфли и взяла меня за руку. Глаза у Лиссы ужасно красные, макияж размазан, волосы растрепаны. Надо быстро привести Лиссу в порядок и удирать отсюда как можно скорее.

— Девочки! — Майк сделал ещё попытку привлечь наше внимание, но я махнула ему рукой и тащила за собой Лиссу, как можно быстрее, к выходу.

Двери лифта распахнулись и мы влетели в кабинку. Я нажала вниз и наконец-то смогла думать. Надо срочно раздобыть машину. Это самое главное и самое сложное.

— Ты как? — с тревогой я проверяла внешний вид подружки.

— Нор…нормально, — слегка охрипшим голосом ответила Лисса, все ещё держа меня за руку.

— Даа, не таким я представляла себе это утро.

— Ох, прости, Роза! — Голос Лиссы полный сожаления тронул мое сердце.

— Нет, — я горько усмехнулась, — если бы не ты, то я вообще бы не пережила всех этих волшебных минут!

Лифт распахнулся и я, взяв Лиссу крепче за руку, побежала что есть сил. Объяснять и не требовалось, нам следует как можно быстрее покинуть это место. Дмитрий знает где мы живем и для него дело пяти минут нагнать нас и тогда все погибнет. Весь наш план и все прикрытие. Все рухнет из-за маленькой слабости. Ничем хорошим это все равно не могло кончится.

— Лисса, придётся украсть машину! Они думают, что мы здесь живём и никуда не собираемся. Искать нас будут в городе.

Лисса кивнула и старалась изо всех сил бежать как можно быстрее. Оставался один квартал.

— Придется зайти домой, переодеться и взять документы, черт! — как же я злилась на собственную непредусмотрительность. Собрано было так мало вещей, а теперь ещё и следы заметать!

Надо ещё покормить Лиссу…надеюсь я потом смогу сесть за руль.

— Совсем забыла принудить Майка лечь спать!

— Ты слишком слаба, принцесса, да и последнее кормление было совсем давно! — Пока мы находились в бегах именно я служила у Лиссы кормильцем. Благо, метки от укуса заживали очень быстро, а питалась Лисса как можно реже. Даже Дмитрий вчера не заметил ни одного следа.

Проклятье! Дмитрий! Как так одна ночь могла перевернуть все с ног на голову? К горлу подступил ком и нахлынула тошнота. Я сглотнула, сосредоточившись на плане побега.

«Портленд!»

***

— Майк, ну как ты мог их упустить?

Николай сидел босой в кресле в одних джинсах и в полной растерянности. Он закрыл лицо руками и с силой давил на глаза, отчаянно веря, что все это сон. Я же бродил из стороны в сторону, стараясь думать, отключив навязчивый голос в голове, который повторял вновь и вновь: «забей, было и прошло». Но забить на неё я не представлял возможным.

«Роза… Роза…»

— А что вы от меня хотите? Я сам не понял, что произошло! — Майк всплеснул руками, — они почти ворвались в номер. Фрэнсис в слезах, а Роза бешеная как черт! Схватили обувь и убежали!

— Ник, — я обернулся к морою, стараясь говорить как можно спокойней, — ты точно ничего не сделал лишнего ночью?

Вскочив на ноги, Селски налетел и схватил меня за ворот расстёгнутой рубашки. Я стоял камнем, зная что он абсолютно ничем не сможет навредить мне, разве только себе.

— Дмитрий! Я бы никогда и ничем не навредил ей! — Прошипел он мне в лицо. — Выполнял только ее желания, любую прихоть! Да она все соки из меня выпила! Я ничем не мог навредить ей!

— Давай только без подробностей, — отозвался Майк и я был полностью с ним согласен.

Скрестив руки на груди и я ждал пока друга отпустит злость. В конце-концов это не из моей спальни убежала девушка в слезах. Хотя и из моей тоже убежала, но я надеялся, что не в слезах. Ник выдохнул и отпустил меня, обернувшись к своему стражу, он с надеждой спросил:

— Они точно больше ничего не говорили?

— Хм… Роза все повторяла, что у них нет времени, а потом назвала Фрэнсис Лиссой… Может это ее фамилия? — Покопавшись в памяти, Майк вздохнул, присев на стул, — это все! Я видел их всего полминуты и потом они пулей вбежали в лифт.

Я сжал голову руками в отчаянии вспомнить ещё хоть какую-то деталь. Сейчас я даже сомневался, что четко помнил ее лицо. Такое прекрасное. Ночью я старался запомнить каждую черточку ее идеальной внешности, но теперь… лишь смутный силуэт.

В квартире их не было, как и не было каких-либо напоминаний о девочках. Документы, фотографии, почта: отсутствовало все. Только кое-какие вещи оставлены в шкафах и разбросаны по полу.

— Дмитрий, — Майк указал мне на настенные часы, — через три часа твой самолёт.

— Твою мать! — Я выругался по-русски, стукнув кулаком по столу. Аэропорт… — Ник, она очень нужна тебе?

— Я влюблён, брат, — тоскливо признался мой друг.

— Сейчас день и страж тебе не нужен, ведь так?

— Так.

— Они говорили, что времени мало, возможно, у них была запланирована поездка! Значит, Майк, ты дуй на автовокзал, — подскочив с места, я вытащил из шкафа рубашку и уже на ходу застёгивал ремень, — ты к поездам, а я в аэропорт!

Повторять дважды не следовало. Все трое ринулись к двери, опережая друг друга.

***

Часы в кабинете директрисы тикали так громко, что их пронзительный звук можно услышать с конца коридора. Я безмятежно сидел в кресле напротив места Кировой и ждал ее проявления. Старая сварливая моройка заставляла сидеть здесь в ожидании ее уже 25 минут, хотя знала, что я только что с суточного дежурства и просто валюсь с ног.

— Страж Беликов, — раздался брюзжащий голос за моей спиной, мне пришлось встать и отвесить легкий поклон начальству, — простите, что заставила Вас ждать.

— Ничего страшного, Госпожа Кирова, — я старался быть любезнее любезного и сел обратно в кресло, лишь после того как она заняла своё место.

— Страж Беликов, Вы работаете здесь уже несколько месяцев и ни разу не подводили ни меня, ни академию, — я промолчал, ожидая просьбы. А иначе зачем она стала расхваливать мои заслуги?! — У меня для Вас есть одно очень важное поручение. Раньше этим занимался страж Таннер, но после смерти мисс Карп…— она замолчала и глубокая складка залегла между ее седых бровей.

— Все, что пожелаете, — я ответил лишь для того, чтобы прервать затянувшуюся паузу.

— Да, — Кирова подала мне два личных дела и ещё папку Таннера, — Вам необходимо поймать и вернуть в академию Принцессу Василису Драгомир и одну несносную дампирку, Розмари Хэзевей. Отъявленную преступницу, которая посмела украсть и увезти из стен академии последнюю из рода Драгомиров!

Я был впечатлён. До меня доносились обрывки этого события в разговорах учителей и стражей, но сам я никогда не придавал значения, считая что Таннер рано или поздно решит этот вопрос. Но теперь эти две девчонки являлись моей проблемой.

Они убежали два года назад, но по академии по сей день при упоминании черта, вспоминали имя Хэзевей. Насколько я слышал, эта девчонка обладала таким длинным списком правонарушений, что могла быть занесена в книгу рекордов академии и никто ещё лет 200 не смог бы побить количество и качество ее проделок.

— В помощники я выделю Вам всех свободных в академии стражей и Принц Дашков ещё подключит своих. Он очень печётся о дочке своего друга и лично хочет знать о всех деталях расследования.

— Я понял, — взяв в руку папки, я поднялся с кресла, — я могу идти?

— Да, пожалуйста, — Кирова выдавила любезную улыбку, — и ещё, страж Беликов, приступите немедленно. Отмените все дела и обязанности, но найдите мне Василису! Теперь Вы ее официальный страж, понимаете? Судьба Вашего мороя в Ваших руках!

Принцессу Драгомир? Единственную в своём роду доверили мне? Я не ожидал, что когда-либо смогу снова вернуться к обычной дампировской жизни и навсегда привязан к академии и тут, на тебе! Принцесса… Такой шанс упустить я не могу.

Поклонившись, я закрыл за собой дверь и двинулся в сторону своей комнаты, мечтая о сне и покое. Если мне удастся выспаться.

Несколько недель назад мой покой и сон был безнадежно потерян. Кареглазая брюнетка тому виной. Она снилась мне каждую ночь. Я почти не помнил ее лица и от этого становилось только хуже. Образ Розы приносил мне только головную боль, синяки под глазами и стояк по утрам.

«Василиса Драгомир и Розмари Хэзевей… Роз…»

Я остановился как вкопанный и раскрыл поочередно каждое дело. На титульных листах красовались фотографии девочек. Фрэнсис и Роза! Да быть того не может! Все воспоминания разом прорвали плотину. Все кусочки той ночи и образ Розы четко вырисовывался в моей памяти. Такая же прекрасная, но в жизни она казалась немного старше, чем ей должно быть. Стоп!

Несколько листов выпали из личного дела Розы и я наклонился, чтобы подобрать их.

— Личные данные, — гласил заголовок, — возраст, — я прочитал дату рождения, — блядство! Им по семнадцать!

Комментарий к Побег и «карты на стол»

И фик медленно превращается из «мини» в «миди». 🤦🏻‍♀️🤷🏻‍♀️🤦🏻‍♀️

В моей заявке был ещё пункт об обязательной главе о встрече Дмитрия и Розы в Портленде. Поэтому она будет написана обязательно.

Но чуть придётся подождать. Так как очень сложно написать то что есть, не переписывая оригинал.

========== Возвращение ==========

— Дмитрий? — в наушниках затрещало, раздался женский голос. — Мы нашли их.

Наконец-то! Я рванул по указанному направлению почти бегом. В этот раз ошибки быть не должно. Это оно.

— А правда, что с ними работает целая сеть людей? Говорят, у них есть армия! — Рядом со мной бежал молодой неопытный страж Лоуренс, — теперь понятно как они так долго скрывались!

Я закатил глаза. Они глупцы. Все строили догадки, как Роза и принцесса могли так хорошо и долго скрываться. Надо было взяться за это дело раньше и тогда я бы смог вернуть девушек в академию уже давно. Все твердили мне, что это безвыходная ситуация, но я знал — я смогу. Я не верю в безысходность.

Сердце бешено колотилось. Мне хотелось найти их, а ещё…мне хотелось увидеть ее.

Здесь хорошее место для перехвата. Я быстро сошел с дороги и скрылся за углом. Через минуту я увидел две женские фигуры; блондинка поддерживала едва держащуюся на ногах брюнетку.

«Интересно, что случилось с Розой? Неужели на них напали?»

У меня не было времени для того, чтобы все обдумать. Когда они оказались на расстоянии шести шагов стражи разом окружили девчонок. Они остановились, но Роза внезапно преобразилась. Она грубо схватила принцессу за руку и дернула назад; теперь тело дампирки служило щитом, закрывающим Василису от всех. Роза окинула стражей яростным взглядом темных глаз.

— Не прикасайтесь к ней! — Крикнула дампирка и окатила всех взглядом полным ненависти и решительности.

Она вела себя так, словно это мы находились в невыгодном положении. Я был поражён. И вдруг с полной ясностью осознал, почему они так долго от всех ускользали. Сообщники? Армия? Какие же они идиоты! Принцесса не нуждалась в армии, когда у нее была Роза Хэзевей.

Стараясь рассмотреть каждую клеточку на ее лице, я стоял как вкопанный и не смел пошевелиться. Это она. Правда — она. Все эти дни я уверял себя, что та ночь и мое поручение лишь нелепая случайность. Но сейчас даже ее аромат окутывал меня, как в ту ночь. Роза — уставшая и измученная, (весь последний месяц я гонялся за ними и изрядно подпортил девочкам покой, но теперь я нашёл их), все равно выглядела грозно — от нее исходили азарт и энергия, их почти можно было потрогать руками. Именно поэтому она так запала мне в душу. Разыскать их стало навязчивой идеей и дело даже не в поручении.

Роза проморгалась и сфокусировала свой удивленный взгляд на мне. Губы ее приоткрылись и я почти услышал своё имя. Секунда. Две. Напряжение наполнило каждую частичку ее тела. Разгневана. Она не шутит, она умрет тысячу раз, прежде чем позволит кому-либо причинить боль принцессе.

Лоуренс-дурак не выдержал и атаковал. Роза рванула вперёд и вывела его из строя, с разворота ударив ногой в голову. Я стоял и наблюдал за ними. Ещё одна женщина-страж, которую я не знал до этого дня, попробовала напасть на Розу, но та отпрыгнула от стены и налетев на стража, нанесла ей удар неизвестно откуда взявшимся увесистым куском монтировки. Ещё двое выступили вперёд. Хэзевей боковым зрением проверила Лиссу и тут один напал. Роза отлетела на капот грузовика. Я дёрнулся к ней. К ней. Я хотел помочь ей, а не своим. Но она вскочила и с криком, похожим на рычание разъярённой дикой кошки, раскидала двоих. Пора это заканчивать.

— Меня зовут Дмитрий Беликов, — достаточно громко представился я, не отрывая взгляда от прекрасных карих глаз, — я здесь, чтобы доставить вас обратно в Академию Святого Владимира, принцесса, — я обратился к Василисе с поклоном, зная, что Роза все ещё следит за мной.

Даже при плохом освещении, я видел как она прекрасна — смертельно прекрасна. Ее глаза, пусть и пылающие ненавистью ко мне, по-прежнему соблазняли — что лишь добавляло ей опасности.

Я не хотел бороться с ней, но сделал шаг вперед.

— Знаешь что, товарищ, руки коротки! — И она атаковала.

Я предполагал это, но все равно был поражён тем, насколько ей наплевать на наше численное преимущество. Я был восхищен этим фактом — очень восхищен, — но это не остановило меня от попытки заблокировать ее. Роза начала падать, и я вспомнил, как она спотыкалась во время ходьбы ранее. Инстинктивно я протянул руку и поймал ее прежде, чем она рухнула бы на землю.

— Роза, — мягко осадил я.

Ее гибкое тело приготовилось к еще одной атаке. Я напрягся в ответ, хотя и не желал видеть эту храбрую, красивую и дикую девушку своим врагом. Я хотел ее в качестве… кого? Я не был уверен. Явно кого-то большего. Роза могла бы стать несокрушимой, если развить ее таланты.

Внезапно тихо подала голос принцесса:

— Роза. Не надо.

На какой-то момент все застыли. Мы встретились с Розой глазами и неотрывно смотрели друг на друга. Я все ещё держал ее в своих руках, крепко, как только мог. Ее сердце бешено колотилось, но медленно из тела Розы стала уходить враждебность и напряженность, хотя в глазах по-прежнему сиял опасный блеск, что держал меня на страже.

Удовлетворенный тем, что она утихомирилась — хотя бы на некоторое время, — я отвел взгляд от ее темных глаз и сфокусировался на принцессе. Поклонившись, я указал на подъехавший внедорожник.

Я открыл дверь и пропустил принцессу в машину. Роза рванула занять место рядом, но моя рука перегородила ей путь. Я старался говорить как можно увереннее, хотя аромат ее духов — такой знакомый и дурманящий — сбивал меня с толку.

— Я ещё не сошёл с ума. Пять минут вместе, и вы разработаете план бегства. — Взяв Розу под локоть, я провёл ее к переднему пассажирскому и, когда она села, зафиксировал наручниками к ручке двери.

— Издеваешься? — она с силой дернула рукой и выругалась, — выглядит как комплимент!

Я усмехнулся, но говорить ничего не стал. До сих пор не могу поверить, что мне удалось их поймать. Больше всего я боялся, что они могли нарваться на стригоев и тогда… даже думать об этом не хочу. Я всегда верил, что Роза сумеет сохранить им жизнь и я смогу вернуть девочек.

Боковым зрением я наблюдал за Розой. Она все ещё злилась, но старалась успокоиться. В гневе мало кто мог хорошо думать, а она уж точно хотела провести всех снова. Роза слишком эмоциональна и это ее первая ошибка.

Главное — посадить девчонок в самолёт, в воздухе им просто некуда сбежать. Я лишь пытался успокоить себя, ублажая мыслью, что справился с заданием и теперь моя забота это оберегать принцессу, так как я ее новый страж. Ох, не обрадуется Роза этой новости.

Шестеро лучших стражей сопровождали Розмари Хэзевей до самолета. Целых 20 метров до трапа я вновь ждал подвоха, но она покорно поднялась на борт. Мы опять их разделили, но мне не переставало казаться, что они все-таки находят способ общаться. Каким образом? Загадка.

Самолёт набрал высоту. Я занял место рядом с принцессой, которая тихо, как мышка просидела первые полчаса полёта, кидая на меня смущенные взгляды, словно ее подмывало мне что-то сказать, но она все не решалась. Она нервничала, все время крутила бутылку с водой в руках и проверяла рядом ли Роза.

Совсем не похоже на тех двух веселых девчонок, что встретились нам в Сиэтле. Неужели они так бояться возвращения в академию?

— Страж Беликов, — робко обратилась ко мне Василиса.

— Я слушаю.

— Это была не ее вина, — Василиса кусала губы и ещё сильнее сжимала бутылку в руках.

— Не совсем понял, — я соврал, на самом деле у меня было слишком много вариантов.

— Это я хотела в клуб и это я ее потащила… моя прихоть, а Роза лишь жертва этой прихоти. А утром…мне нужна была Роза, поэтому мы ушли, — принцесса закончила свою исповедь и отвернулась к окну, — все дело во мне. Она всегда меня спасала и то утро…не исключение.

— Девочки, — вздохнув, я провёл ладонью по лицу, — если б вы только знали, что натворили.

— Я не жалею, — с уверенностью сказала мне маленькая хрупкая блондинка, — Роза вся отдаётся мне, без остатка, но в тот вечер она смогла быть собой. Смогла побыть просто девчонкой.

Подходящих слов в ответ я не нашёл. А Василиса и не ждала. Ее целью было объясниться — она это сделала. Разговор окончен. Знала ли принцесса, как сильно вскружила голову Николаю своим легким капризом? Нет. Знала ли она насколько сблизила нас с Розой? Нет. Ответа ей не требовалось.

Оставалось лететь меньше часа.

Я взял бутылку с водой и прошёлся по салону. Весь полет я уверял себя, что не стану разговаривать с ней, но здравый смысл и вся моя выдержка ничто, когда дело касается Розы. Кивком я попросил стража подняться и освободить мне соседнее от Розы место. Она даже не повернулась в мою сторону. Я рылся в своей голове в поиске нужного вопроса: их было так много, но я не мог задать их все. А она сейчас слишком зла, чтобы ответить честно. Надо быть умнее, стоит проявить терпение.

— Зачем ты вела себя так глупо? Неужели ты думала, что одолеешь всех нас?

Она не отвечала и все ещё смотрела в окно, только уголки рта ее выдавали. Она зла.

— Глупо, но храбро, — продолжил я, все ещё выводя ее на ответ.

— Я ее страж, — тон голоса мог разрезать мне вены, а взгляд испепелить дотла, но Роза тут же отвернулась, избегая какого-либо контакта.

— В академии вам будет лучше, Роза. Ты подвергала принцессу огромной опасности пряча ее в…

— Я столько времени оберегала ее! А ты… — она резко развернулась ко мне и я встретился с холодным взглядом, — ты все разрушил.

Наши лица были так близко, что мне невольно вспоминались картинки из того вечера, но раздражение перекрыло все. Как она может быть настолько глупа и считать, что смогла бы сберечь принцессу от всего?!

— Нарвись вы на стригоя… — я хотел сказать как можно жёстче, чтобы она поняла раз и навсегда, но во время обуздал себя, — нарвись вы на них, тебя бы сейчас здесь не было!

— Почему вы все не понимаете! Большая опасность ей грозит в стенах академии, а не во внешнем мире! — Роза хотела подорваться и уйти, но плотное кольцо стражей даже поход в уборную обеспечит ей только под присмотром. Она оценила ситуацию и покорно села обратно в кресло.

— Объясни мне, что такого вас ждёт в академии?

На секунду Роза замешкалась, взгляд потускнел. Она думала, думала, а затем подняла на меня свои прекрасные глаза.

— С предателями не делюсь личными вещами!

— Значит я предатель? — Вот это поворот.

— Ой, Лисса, хватит! — Роза закатила глаза и развернулась в сторону подруги, но потом заметив, как я за ней наблюдаю, села на место и остаток пути сидела молча, глядя в иллюминатор. Я же пристально наблюдал за Розой и Василисой всю оставшуюся дорогу, вспоминая поведение Розы в разные моменты. Девочки могут общаться мысленно? Об этом века назад писали легенды… Неужели такое возможно? Весь остаток пути я размышлял над этим и следил за девочками. Они все чаще и чаще переглядывались и подавали друг другу знаки. Мои догадки верны. Роза и Василиса связаны.

У трапа нас ждали машины. Большие тонированные внедорожники — самое оно для лесных местностей и извилистых дорог Монтаны.

Я любил это место, оно напоминало мне о России: густые леса, сильная влажность и много хвои — только здание академии, похожее на готический замок не вписывалось в российский колорит. Хотя может я и ошибался, некоторые здания Санк-Петербурга легко могут посоперничать с ним.

Заехав на территорию академии, мы проследовали через столовую прямиком к директрисе. Народ в академии был поражен возвращением Василисы и Розы. Кто-то аплодировал, кто-то не скрывал своей неприязни, но все сводилось к одному — две девочки были ещё теми звёздами в школе. Даже первоклашки смотрели на них с благоговением.

У входа в кабинет директора лицо Розы скривилось и я не удержался от замечания:

— Навевает воспоминания?

Не стоит говорить, что рассмеялись все, даже Василиса, но не Роза. Она пнула ногой дверь нараспашку и явилась во всей красе перед Кировой.

Директриса вперила на девчонок сердитый взгляд и уже хотела начать линчевать, но ее прервал принц Дашков, который встретил Василису тёплыми объятиями. Я отошёл как можно дальше к стене, не мешая родственному воссоединению и даже не думая о собственном успехе. Это мой морой и я выполнял долг. Все.

— Как ты нашёл их? — Тихо спросила Альберта, — мы больше года не могли найти и малюсенькой зацепки!

— Они всего лишь подростки со своими слабостями и привычками, — я пожал плечами.

— Ты молодец, — шепнула мне страж Петрова, — нам до последнего не верилось, что это все-таки правда. Теперь все в академии снова забудут покой и сон! Розмари Хэзевей вернулась!

— Обращайтесь, — подмигнув ей, я встал в стойку и прислушался к разговору.

— Я выполнила свой долг! — Роза вскочила с места и мы тут же шагнули вперёд, но она во время остановила себя и я продолжал стоять на месте, приготовившись в любой момент перехватить ее всеми доступными способами. — Я обеспечивала ее безопасность, когда никто из вас, — она развела руками, показывая всех, кто находился в комнате, — не мог сделать этого.

— Мисс Хэзевей, простите, но я не вижу логики в том, почему увезти ее из надежно охраняемого, магически защищенного места означает защитить ее. Может, вы чего-то недоговариваете?

Этот вопрос интересовал всех нас. Я чувствовал, что им есть что скрывать, но Роза упрямо держала язык за зубами. Я пытался найти в ее взгляде хоть одну подсказку, но нет, она закрылась ото всех и только Василиса могла дать ответ, а между тем Кирова злилась все сильнее. Почему эти девчонки никак не поймут, что в их положении сейчас самое главное молить о прощении и держать язык за зубами.

— Это лишь облегчает мне принятие решения. Как морой, принцесса должна оставаться здесь, в Академии, ради собственной безопасности, однако перед Хэзевей у нас таких обязательств нет. Вы будете исключены и высланы отсюда.

Твою мать, только не это! Как же она может так разбрасываться девушками-дампирами?! Неужели ей не известно как быстро растут дампировские общины, затягивая все больше и больше дампирок под клеймо «кровавых шлюх?»

— Что?!

А вот уже и Василиса вскочила с места. Ее робкий и нежный голос превратился в холодный величественный тон, похуже, чем у самой королевы Татьяны.

— Для мисс Хэзевей все кончено. Она не заслуживает того, чтобы быть стражем, и поэтому уедет. — Кажется они разбудили в старухе зверя.

— И куда вы собираетесь отослать меня? Вышвыриваете меня, чтобы я стала «кровавой шлюхой»? Только попробуйте, и к концу этого дня нас обеих тут не будет.

На таких условиях я сам мог последовать за девушками, обеспечивая их безопасность. Но я не мог позволить Кировой так поступить. Должен быть выход!

— Они связаны, — я перебил директора, считая этот аргумент как нельзя кстати убедит ее.

Другого и быть не могло и реакция девочек их выдала. Они резко развернулись ко мне и испуганно посмотрели друг на друга. Я же не отводил взгляда от Розы, убеждая ее не делать глупостей.

Кирова была одновременно растеряна и ошарашена.

— Это очевидно. Начав наблюдать за ними, я сразу же заподозрил это, — я врал, я понял это не сразу и даже не хотел в это верить, но теперь мне многое стало понятно. Они не просто подружки и не просто страж и его морой. Они связаны, а это невероятно редкий и ценный дар.

— Лучшие стражи всегда имели такого рода связь, — принц Дашков согласно закивал.

— Не думаете же вы, что мы оставим ее в Академии?

— Может, она необузданная и грубоватая, но ее потенциал… — Не унимался я и даже сделал пару шагов вперёд, встав у Розы за спиной, желая защитить и оградить ее от всех.

— Необузданная и грубоватая? — Ощетинившись, Роза развернулась ко мне. — А Вы вообще кто такой?

— Страж Беликов теперь страж принцессы, — отрезала Кирова. — Ее утвержденный страж.

— Вы совсем здесь все охренели?!

— Видите? Совершенно недисциплинированная особа! — Кирова возмущаясь, ткнула в Розу пальцем. — Такой страж как она хуже, чем никакого стража.

— Так научите ее дисциплине. Учебный год только начался. Пусть учится и тренируется до потери пульса! — Я говорил с легким смешком, потому как не понимал почему все так тупят, — вместо того чтобы выполнить свой долг и подготовить идеального стража для принцессы, Вы хотите выкинуть Хэзевей на улицу?

Кирова осела с открытым ртом, а Роза во все глаза смотрела на меня и даже не смела ничего возразить. Я знал, что делаю для не только лучше и не могу упустить возможность дать ей нормальное будущее и возможность быть рядом с Василисой.

— Или для Вас это слишком трудная задача? — Я все ещё пристально смотрел в глаза этой строгой женщины, — мне казалось, что для вас нет ничего невозможного!

— Но кто же возьмется тренировать ее? — спросила Кирова. — Вы?

— Ну, не обязательно я, — я поджал губы, поняв, что взболтнул лишнего. Моя напористость сыграла мне боком.

Но Кирова только этого и ждала. Она ждала, что я сдамся.

— Так я и думала. — Ее губы тронула злорадная ухмылка.

Выдохнув, я засунул руки в карманы и посмотрел на Василису. Она посылала мне немые просьбы о помощи. Принцесса нуждалась в своей подруге и только от меня зависит их будущее. Ебать, я в дерьме. Я перевёл взгляд на Розу и прочитал в ее прекрасных глазах такую же немую просьбу. Она молила меня, а я не мог ей отказать.

— Да, — я подписывал приговор, причём собственной кровью. — Я готов стать наставником Розы.

— И что, она так и останется безнаказанной?

— Найдите другой способ наказать ее.

Госпожа Кирова перевела взгляд на окно. Что она пыталась разглядеть во тьме не ясно, но ее молчание длилось недолго.

— Можете продолжить обучение, но на условиях испытательного срока. — Она повернулась к Розе. — Все свободное время вы будете тренироваться под руководством стража Беликова — и до и после занятий. Любые другие общественные контакты вам запрещены! Нарушите хоть что-либо из вышеперечисленного — и будете… отосланы.

Роза прокручивала в голове все вышесказанное. Я стоял и считал секунды тишины, выжидая, когда все закончится и ситуация будет сведена на нет. Но Роза не Роза, если бы она просто тихо промолчала.

— Вы хотите разделить нас? — Она издала хриплый смешок. — Боитесь, что мы снова убежим?

— Просто принимаю меры предосторожности. — Кирова поджала тонкие губы. — Вам сделано великодушное предложение, мисс Хэзевей.

Роза задумалась, глядя на Василису. Взвешивая все «за» и «против» внутри неё шла борьба. Принцесса протянула руку и взяла пальцы Розы в свои, сжав их. Я не мог перестать любоваться этой несносной девчонкой даже сейчас. Такая прекрасная, сексуальная и упрямая… но я убью ее, если она ещё скажет хоть что-то не то! В ней столько отваги и силы, что мало кто из самых знаменитых стражей может этим похвастаться. Она отчаянная и смелая. Не думает ни секунды и все ее решения идут от сердца. Плохо это или хорошо, но я восхищался ей.

Наши взгляды пересеклись и я вспомнил свои слова, о том что, если бы я стал ее учителем, то застрелился. Это вызвало улыбку и Роза, видимо вспомнив тоже самое, улыбнулась мне. Никто этого не заметил, но наш зрительный контакт был прерван ее решимостью. Роза энергично выдохнула и снова посмотрела на директрису.

— Хорошо. Я принимаю ваше предложение.

Комментарий к Возвращение

Не знаю плохо ли или хорошо вышло, но что есть. Жалко, что по моей заявке написали только одну работу, так как своей я не особо довольна. Но я попробовала. А это лучше, чем ничего.

Очень старалась сохранить канон и не заниматься переписыванием. Пишите ваши мнения.

========== Вляпался ==========

— Молодец, товарищ, ты добился своего! Меня восстановили! Браво! — Роза громко захлопала в ладоши. — Все прям как ты и хотел!

Едва закрылась дверь директорского кабинета, как Роза сменила покорность на своё обычное амплуа и решила вылить все негодование в мою сторону. Неудивительно.

— Тебе пора на занятия, — я старался как мог сохранить спокойствие.

Альберта увела принцессу в ученическое крыло, а Роза осталась в свободном полете под присмотром лишь одного стража, Лоуренса, спесь с которого так ловко сняла ученица-новичок. Он косо смотрел на Розу и держался на строгом расстоянии. Мне кажется он ее немного побаивался.

— Мисс Хэзевей, — робко пробормотал Лоуренс и откашлялся, — Госпожа Кирова четко дала понять, что Вам пора на занятия. Пройдемте, возьмём расписание.

Роза смерила его гневным взглядом, а потом снова обратилась ко мне:

— Если с ней что-нибудь случится, помни, это будет на твоей совести.

А затем она развернулась и пошла прочь.

Чтобы она сейчас ни думала, а я знал — я делаю все только лучше и опять же, делаю все для них. Пусть они сейчас и не осознают этого, но придёт день и она скажет мне спасибо.

Зазвонил мой мобильный. Я редко им пользовался в академии, но когда выхожу за пределы работы, то сотовая связь мне необходима. Я посмотрел на дисплей: «Николай». Он ждал новостей.

Быстрым шагом я направился в свою комнату, на ходу отвечая на звонок.

— Слушаю, — хорошо, что коридоры пусты. Не хотелось привлекать к этой истории повышенное внимание.

— Здарова, дружище, ну как прошла операция? Ты нашёл их? — Голос Николая выдавал волнение.

— Я влип, приятель.

— Рассказывай, — я услышал как щелкнула зажигалка Селски.

— Я нашёл их. Это и правда они. Роза и Василиса. — На другом конце провода послышался облегчённый выдох, — я теперь ее наставник!

— Василисы?

— Да нет же! Розы! Представляешь? Я ее учитель и тренер.

Мой друг хрипло рассмеялся.

— Не смешно…

— Прости, приятель. Здесь лучше сказать — я тебе сочувствую.

Я усмехнулся.

— Она все так же красива?

— Ты даже не представляешь насколько, — устало пробормотал я, снимая пыльник и расстегивая рубашку.

— А Фрэнсис…ой, ну, то есть Василиса?

— Я не обращал внимания.

— Эй, друг, ты без ножа меня режешь, черт возьми!

— Можем поменяться, — с энтузиазмом предложил я.

— Не, не, не, мне мои яйца ещё дороги, а твоя подружка, как я понял, с легкостью их мне оторвёт!

— Спору нет, — включив в душе воду, я скинул обувь и носки, — давай, брат, у меня мало времени.

— Океюшки, понял. До связи, — Николай попрощался и тут же торопливо добавил, — и передай от меня привет Василисе.

Я нажал отбой. Мне не хотелось обнадеживать друга. Девушка слишком запала ему в душу, но по всей видимости, он ей нет. Интересно, а что Роза думает обо мне? Вспоминает ли она тот вечер?

«С предателями не делюсь личным!» — Вроде бы так она мне сказала в самолете. Неужели она думает, что я знал ее, когда мы встретились?

Поговорить все равно стоит. Не хотелось признавать, но эта ночь, пусть она и осталась в моей памяти как «лучшая ночь в моей жизни», эта ночь была ошибкой и между нами с Розой больше ничего не может быть. Я ее наставник, она моя ученица. Наша разница в возрасте целых 7 лет. На этом все.

На скорую руку приняв душ и переодевшись в чистую одежду, я высушил и собрал волосы в хвост.

На все у меня ушло не больше 25 минут. Надо возвращаться. Розе как раз следовало идти на первый урок.

Стоит попросить присылать мне расписание девушки каждое утро. Мне придётся оценить ее физические возможности, следя за ней на тренировках, чтобы знать с чем работать и что исправлять. Как же я влип!

Я подоспел во время. Альберта уже стояла рядом с Розой в коридоре к тренировочному корпусу. Я старался делать вид, что не замечаю ее, идя рядом с Альбертой, но все время поглядывал на Розу. Она шла в гимнастический зал в приподнятом настроении, только ужасная усталость немного омрачала ее прекрасные глаза. Девушкам не дали ни отдохнуть, ни переодеться.

— Дмитрий, — позвала меня Альберта.

— Мм? — В очередной раз я мельком взглянул на Розу. Она шла и с упоением разглядывала родные стены. Она любила академию, без всякого сомнения.

— Я взяла твоё сегодняшнее ночное дежурство себе.

— Зачем? Я не помню, чтобы просил, — мой тон звучал холоднее, чем я предполагал. Всю жизнь меня учили не заводить близких отношений с коллегами, но всегда быть вежливым и учтивым. Такой поворот событий мне в новинку.

— Ты не спал уже двое суток и ещё одно дежурство будет лишним, — страж Петрова завернула к гимнастическому залу с ухмылкой на лице, — плюс сегодня у тебя тренировка с маленьким демоном, — кивком головы она указала на Розу.

— Я думаю все не так плохо, — я больше убеждал себя, чем ее.

— Плюс с завтрашнего дня ваши занятия утром и вечером. Тебе стоит выспаться, — мы остановились у двери, позволяя Розе нагнать нас, — и набраться терпения.

— Большое спасибо…может ты и права.

Мы вошли в зал и все разговоры тут же смолкли. Неудивительно. Это бывший класс Розы и все присутствующие знали ее в лицо и судя по их физиономиям, восхищались ей. Группа новичков подскочила к девушке с приветственными воплями и объятиями. Я почувствовал легкий укол ревности, когда она обнялась с рыжеволосым мальчишкой и они испускали пошлые шуточки, как старые добрые друзья.

— Всегда самое время представлять тебя обнаженной, — ещё одна «шуточка за 300» от новичка по имени Эдди Кастиль. Я знал его как хорошего тихого мальчишку с неплохими результатами.

Как бы я не сопротивлялся, но мой разум-предатель все равно выдал мне картинку обнаженной Розы. Я вспомнил как она сидела на мне сверху, как мои руки ласкали ее прекрасную кожу, идеального тёплого оттенка. Ее манящий аромат и горящие желанием глаза.

Стояк уже упирался мне в брюки. Я сжал зубы. Вот тебе и самоконтроль! Идиот! Хорошо хоть длинный пыльник скрывал это. Но легкая боль будет преследовать ещё долго.

— Тренироваться надо, а не языком чесать! — Пробормотал я себе под нос, я пытался унять своё раздражение.

Снаружи меня ждал кулер с холодной водой. Я наполнил стаканчик и выпил залпом, за ним последовал второй и третий. Напряжение постепенно уходило и я снова мог мыслить ясно.

Первая часть тренировки прошла как одна сплошная минута славы Розы Хэзевей. Ученики обступили ее и без конца задавали вопросы о побеге. Я прислушивался, ловя каждое слово, пытаясь выудить еще больше информации для себя, но Роза старалась отшучиваться, хотя время от времени я замечал в ее глазах смутные нотки.

Весь второй час Эшфорд валял Розу по матам. Показывая все, что она пропустила. Я ещё больше убеждался в том, что мальчишка являлся лучшим другом Розы, так как он не поддавался ей ни в чем, а жёстко указал на все недостатки. У неё прекрасная реакция и она очень вынослива, но теории в ней ноль. Она выигрывала только на инстинктах.

Работы непочатый край. А если приплюсовать строптивый и дерзкий характер, то мне и правда крышка.

— Ненавижу тебя! — С досадой признала Роза, потирая ушибленное бедро.

— Правильно, — Мейсон складывал оборудование, насмешливо улыбаясь, — но весенние тренировки ты врятли выдержишь… прости Рози.

Но она не обиделась, а только отмахнулась, осторожно присаживаясь на скамейку. Помогать парню, она явно не собиралась.

— У меня будут дополнительные тренировки.

Мне стало интересно, почему Роза опустила взгляд в пол, кусая губу. Я привстал с трибуны, делая вид, что собираюсь уйти.

— С кем?

— С этим высоким стражем, Дмитрий, как его там… — Роза старалась говорить небрежно, но ее голос все равно дрогнул, произнося мое имя.

— Да ладно?! Дополнительные тренировки с Беликовым?

— Ага. Что-то не так?

— Да он настоящий Бог!

— Может, это немного чересчур? — спросила она и мельком глянула в мою сторону.

— Я серьезно. В смысле, обычно он такой уравновешенный и спокойный, но в схватках… Класс! Если ты думаешь, что натерпелась сейчас, то после занятий с ним будешь просто покойницей.

— Прекрасно. Все лучше и лучше. — кисло пробормотала Роза и ткнула локтем Мейсона в бок.

Вторым уроком шла теория стражей. Обязательная и очень интересная дисциплина. Правда вел ее сущий гандон. Стэн Альто, любитель посрывать злость на детях. Получить высший бал у него практически невозможно, как и сдать дисциплину с первого раза.

Розе естественно досталось от него. Он заставил ее выйти перед всем классом на публичную расправу за баламутство и пренебрежением обязанностями.

Все они добивались, чтобы девочки снова сбежали. Вместо этого лучше бы тщательней оберегали принцессу и заинтересовывали дампиров-новичков в работе стражей. Никто не старался войти к девушкам в доверие и узнать истинную причину побега.

Следя за Розой сегодня, я очень ясно понял одну вещь — причина была и достаточно веская. Остальной преподавательский состав все списывал на подростковый бунт. Но я видел как Роза горела своим делом. Ей нравилось быть стражем и она стремилась стать лучше. Я знал — у неё все получится. Она слишком талантлива, чтобы быть изгнанной из рядов стражей. Ее просто необходимо вымуштровать и правильно обучить.

Даже перед придурком Альто она не сломалась. Выступив вперёд она приняла все унижение, что досталось ей от учителя.

Мне хотелось поговорить с ней. Немного успокоить. Кто знает, что эта вспыльчивая и решительная девочка может сделать в гневе. Добра себе не принесёт, это очевидно.

Роза шла в столовую на ланч, когда я нагнал ее.

— Когда-нибудь Стэн пожалеет о всех гадостях, что он высказал мне, — бурчала она под нос, жалуясь мне.

— Да, но ты сама то уверена, что действительно подготовлена в достаточной степени, чтобы защищать Василису?

Остановившись, она распахнула свои и без того большие глаза и лицо ее покраснело от злости.

— Я не виновата, — она сжала кулаки, — обстоятельства сложились так, что нам пришлось сбежать именно тогда, когда я ещё не была подготовлена, но я сделала все, что было в моих силах, чтобы сохранить ей жизнь! — Высказав все на одном дыхании, она старалась отдышаться и успокоиться. — Стать лучшим стражем, элитным стражем было мечтой всей моей жизни, но…

— Но что? — Я внимательно всматривался в лицо Розы, ища в них ответы, слепо надеясь, что она тут же вывалит мне всю правду.

Но она закрылась. Мне отчаянно хотелось донести до неё всю ее уникальность. Я медленным шагом последовал за ней, спокойно рассуждая, как бы сам с собой. На деле, я был очень зол. Тысяча ругательств вертелись у меня на языке, но любой их них прервёт нашу беседу раз и навсегда.

— Ты сильная и быстрая по природе. Просто тебе нужно много тренироваться, пойми. Если ты не можешь одолеть их…

— Да знаю я, знаю! — Роза всплеснула руками и пошла прочь и я не стал ее останавливать.

У меня было пару часов на отдых. Физически я лишь слегка вымотался, но находиться рядом с Розой, так близко, изнуряло меня всего. Я знал, что далее у неё идёт 4 урока, где мое присутствие не обязательно и я смог бы отдохнуть.

Пройдя мимо столовой для учеников, я завернул в кафетерий преподавателей. Многие тут же обратили на меня свой взор и стали здороваться. Я сдержанно улыбался, проходя мимо белых столов к раздаточной.

— Привет, Боб.

— Дмитрий! — Радостно воскликнул наш шеф-повар, вытирая руки о полотенце и протягивая мне для рукопожатия, — тебе как обычно?

— Нет, спасибо, — я схватил большой сэндвич с двумя слоями сыра и ветчины и банку колы, в надежде, что сахар уймёт головную боль.

Боб закинул все в бумажный пакет и подал мне:

— Сегодня на ужин будут шикарные отбивные! Не пропусти! Они мариновались всю ночь в белом вине с прованскими травами, — толстячок с улыбкой рассказывал о своих стараниях, — с вялеными томатами, это просто объедение!

У нашего старика все разговоры сводились к еде. Но он был самым добрым и отзывчивым человеком в академии и я всегда слушал его с улыбкой. Но сейчас я слишком устал.

— Конечно, Боб, как я могу пропустить!

Лёжа на стопке матов, я делал вид, что читал книжку. Именно делал вид. А что мне оставалось делать, когда эта сумасшедшая девчонка, которая так легко и быстро запала мне в душу, сейчас во всю старалась филонить и тайком разглядывала меня?!

«Если что-нибудь сложится не так — хоть что-нибудь, — мы сбежим. Без возражений».

Маленький отрывок, который я успел подслушать, никак не давал мне покоя. Жаль, что мне не пришло в голову раньше пойти навстречу Розе. Возможно тогда, я смог бы услышать больше.

Почему две юные девушки так стремились сбежать из места, которое по сути дела, столько лет являлось их домом? Что такого могло произойти в их жизни? Сколько бы я не строил теорий, все опиралось в тупик. А некоторые были совсем безумны. Момент, я даже решил начать следить за Кировой.

— Господи Иисусе, — бубнила Роза, но достаточно громко, чтобы я непременно услышал, — я точно в чем-то в прошлой жизни провинилась. Этот узурпатор послан мне из преисподней!

Сдержав смех, вырывающийся наружу, я как можно сдержанней равнодушно изложил своей ученице:

— Помнишь, ты как-то говорила, что моя школа в Сибири — единственное место, которое хуже Монтаны. Могу тебя обрадовать. Тренироваться ты будешь по моей системе, — ее глаза расширились, а губы сжались. Испугалась, но молча сглотнула, — а теперь десять упражнений на растяжку!

Я хлопнул в ладоши и снова взялся за книжку. Роза ругалась. Матом. Тихо ворча под нос. Я все ещё старался читать.

— У меня есть вопрос, — в третий раз за полчаса, Роза нашла повод отлынивать от работы.

Я вздохнул и сделал вид, что дочитываю страницу. Глядя в книгу, я медленно перелистнул страницу и безапелляционно отчеканил:

— Десять упражнений на растяжку!

— Не будь такой задницей, товарищ! — Она выдохнула. — Мне…мне просто необходимо кое-что спросить.

Неуверенный и тихий голос Розы заставил меня отложить потрёпанное издание в сторону и посмотреть на неё. Она смирно стояла, кусая внутреннюю сторону щеки и подергивала ногой, глядя на меня. Я знал какой вопрос ее интересует.

— Как только я вернулся в академию, — я попытался говорить как можно мягче, смотря в ее прекрасные глаза, — через неделю после этого Кирова поручила мне спецзадание.

Я видел, как ее лицо просияло, хоть она и старалась спрятать улыбку. Мне не стоило вообще заводить об этом тему. Не стоило. Я должен разубедить ее, чтобы она там себе не надумала. Поэтому я встал и пройдя мимо нее, остановился на мгновение.

Стоя так близко к Розе, я мог разглядеть каждую бисеринку пота, на лишенном косметики лице. Ее грудь тяжело поднималась и отпускалась. Она облизнула губы и я понял как невыносимо хочу поцеловать ее. Я смотрел в ее глаза слишком долго. Пауза затянулась, но мы не могли оторваться друг от друга. Роза продолжала тяжело дышать и опустила свой взгляд на мои губы. Пора все это заканчивать.

— Если бы я знал хоть что-то до того вечера, я бы никогда и ничего себе не позволил. Надеюсь больше эта тема подниматься не будет. Как и подобные вещи никогда не повторяться. Помни об этом. Я твой наставник, тренер и преподаватель. На этом все.

Последнее я произнёс как можно жёстче, придав голосу стальные ноты. Лицо Розы вспыхнуло, но она сдержалась. Вместо возражений, она молча продолжила группу упражнений, стараясь избегать моего взгляда.

Ненавидел ли я себя? Определённо. Но в тот момент я считал, что это самое правильное решение. Как же я ошибался.

Комментарий к Вляпался

День Рождения у меня, но подарок вам. ❤️

Надеюсь останетесь довольны.

Я сейчас пишу совсем другой фик, по «Сумеркам», поэтому долго ещё не вернусь к этой работе.

Мне просто хотелось порадовать вас. 😘

========== Признание ==========

Прошли три недели моего персонального ада. Я всегда знал, что рано или поздно найдётся девушка, способная украсть мое сердце. В школе, я всегда боялся, что влюблюсь в свою подопечную, но после знакомства с Иваном, этот страх прошёл, потому как я всегда знал — он мой морой.

Тогда я начал обращать внимание на девушек-дампирок. Хорошее спортивное тело всегда меня привлекало. Моройки слишком худые, высокие и плоские по своей натуре. Не мое однозначно.

Но кто бы мог предположить, что любовь придёт ко мне в недоступном для меня виде. Недоступном, но таком прекрасном. Это сводит с ума!

Я видел ее каждый день. Час перед уроками и два часа после. Помимо того, что я следил за ней во время ее уроков и тренировок.

Постепенно Роза восстановила свою выносливость и почти не жаловалась на тренировках. Перестала отшучиваться и болтать без умолку. Да и вообще старалась не разговаривать со мной. Я знал, она злиться на меня из-за того разговора, так как в остальное время занятий она была обычной Розой. Той, которую все любили. Той, которую любил я.

Как и всегда, в любое мое ночное дежурство, я обходил кампусы. В Академии неоткуда взяться опасности — слишком уж хорошо продуманная и крепкая защита окружала леса— но правила есть правила. Я всегда строго придерживался любого закона и считал, что если выйти из-под системы, то воцарится хаос. И тогда погибнет слишком много. Каждая жизнь — будь то человек, морой, дампир — бесценна.

Я вышел через арку в моройском спальном корпусе на задний двор. Ученики-морои жили на одной стороне двора, ближе к столовой, а новички-дампиры, обитали рядом с гимнастическим залом и тренировочными площадками

Рассвело. Солнце приятно согревало замёрзшую землю. Человеческое утро и моройская ночь. Мне всегда жутко не хватало солнечного тепла. В России его так мало, а здесь полно. Но мы живем по вампирскому расписанию, а им удобнее бодрствовать по ночам. Я привык.

Больше всего меня сейчас беспокоила принцесса и ее тайна, которую так тщательно оберегала Роза.

Во время нашей утренней тренировки, Роза почувствовала через связь страх и ужас Василисы. Кто-то распотрошил лису в комнате принцессы. К несчастью Василиса это увидела.

Все выглядело как послание в духе гангстеров из 20х. Перерезать горло лисе и оставить ее на кровати принцессы было крайне жестоко. Пугало одно — кто бы это ни был, это сделали в стенах академии. Место, откуда девочки сбежали и не желали возвращаться.

Здесь, в академии, Василиса открылась мне по-новому. Тихая, скромная, вежливая. Она строго следовала всем правилам и была учтивой в ответ на любые невзгоды. Той сумасбродной, озорной, пьяной любительницы вечеринок я не видел ни разу. Она такая хрупкая и ранимая. Она трепетно любила животных. Я видел тот шок, что отражался на ее лице, когда она показала на убитое животное.

Она мой морой. И я опять облажался.

Стоит поговорить с Розой. Интересно, спит ли она уже или доделывает уроки? Сомневаюсь, что она вообще занимается домашними заданиями. Она умна, но ее интересует только практическая часть ее учебы.

В любом случае, мне надо поговорить с Розой. Дело сейчас не касалось меня и ее. Жизнь Василисы и ее душевное состояние в опасности и я должен быть начеку.

Миновав спальный корпус мороев, я быстро нашёл коридор, где была комната Розы, но самой Розы там не было. В этом крыле сейчас проходит семинар для мороев-учеников. Может быть она улизнула туда увидеться с Василисой?

Но, заглянув украдкой в зал, я быстро проверил всех присутствующих. Ни Розы, ни Василисы.

Обойдя ещё пару помещений, я вспомнил о пустой комнате отдыха на четвёртом этаже. Она всегда была открыта и иногда ученики тайком удирали туда, чтобы выпить или покурить. Роза и Василиса могли быть там. Надо быть очень аккуратным. Может удастся подслушать их разговор и выудить для себя информацию, что позволить мне помочь девочкам.

Но как же я ошибался.

— Я тебе не «кровавая шлюха»…

Еле слышно донеслось до меня и я ускорил шаг. Только этого ещё не хватало. При мне в академии не было подобных инцидентов. Отвратительно.

— Всем девушкам-дампирам нравится… Я так соскучился по тебе… Попробуй, тебе понравится!

Голос парня выдавал его возбуждение и желание.

— Перестань, Джесс. — Она очаровывала парня, лилейным ангельским голоском. — Я могу подсказать тебе какие есть более приятные вещи, которые можно сделать ртом.

Взявшись за ручку двери, я с силой распахнул ее и обомлел. На двухместной кожаном диванчике сидел морой с расстёгнутой рубашкой, а на его коленях Роза, полуобнаженная и растрепанная. Ее руки, упирались в голую грудь парня и удерживали его на расстоянии. Улыбка сползла с ее лица. Пара отпрянула друг от друга. Морой выглядел испуганно и тут же спихнул с колен Розу, понимая, что светит за подобные нарушения. А Роза… Роза была зла. Она не удосужилась накинуть рубашку и тень смущения не упала на ее лицо.

«Этот придурок решил, что может позволить себе укусить любую девушку в угоду своей похоти? Даже смотреть на него противно! И как давно они здесь?»

Губы Розы распухли от поцелуев, но она одета. А значит я успел. Все, что я хотел в эту секунду сделать — втащить мелкому щенку. Но положение не позволяло мне набить морду ученику.

Я спросил его имя.

— Д-джесси, сэр. Джесси Зеклос, сэр.

Твою мать. Я и не заметил как он похож на Ивана. Более внимательно глянув в лицо парня, я вспомнил, как Иван пару раз упоминал о младшем кузене, который учился в Монтане.

«Выдохни, Дмитрий. Он всего лишь ребёнок.»

— Мистер Зеклос, у вас есть разрешение находиться в этой части корпуса?

— Нет, сэр.

— Вам известны правила общения здесь особ мужского и женского пола? — Я смотрел на него, не отрывая грозного взгляда, борясь с желанием посмотреть на Розу.

— Да, сэр.

— Тогда, смею надеяться, вы уберетесь отсюда как можно быстрее, прежде чем я отдам вас в руки того, кто соответствующим образом накажет вас.

Парень тут же вскочил, поправляя рукой светлую шевелюру.

— Если я когда-нибудь снова увижу вас в подобной ситуации, — я посмотрел на Розу, которая теперь сидела на краешке дивана и сжимала в руках подушку, — то лично пересчитаю Вам все кости. Я понятно объясняю?

Малец сглотнул, широко распахнув глаза. Он несколько раз кивнул, уверяя меня, что информация дошла до него.

Одно я не понимал сейчас — как Роза могла опуститься до такого?!

— Да, сэр.

— Тогда вон.

Зеклос вылетел пулей, споткнувшись на ходу, не удосужившись даже посмотреть на девушку, которую он не подумал защитить. Просто бросил ее, бежав в страхе.

«Ох, Роза… Твою ж мать!»

Она поднялась на ноги и с опаской смотрела на меня. По всей видимости, я изрядно напугал ее. Я позволил себе посмотреть в ее сторону открыто. Роза стояла передо мной в обтягивающих джинсах и шелковом чёрном бюстгальтере. Ее грудь соблазнительно вырисовывалась перед моими глазами и я смотрел на все это завороженно, позабыв о дистанции, которую намеревался соблюдать.

Ее тело, ее кожа, ее аромат играли со мной в самую злую и беспощадную игру. Я сглотнул, резко почувствовав мучительную жажду. Ее глаза заблестели от возбуждения, а кулаки сжались. Она также боролась с воспоминаниями. Я видел это. Розу выдавало ее же тело. Как же я изголодался по ней. Я жадно поглощал ее красоту глазами, пока ее дерзкий язык не прервал меня.

— Не насмотрелся ещё? Нравиться?

Ее слова будто пощечина отрезвили меня. Проблема в том, что мне нравится. Очень нравится. Я хотел ее так сильно.

«Ей семнадцать, Беликов!»

— Одевайся! — Как можно грубее бросил я и тут же отвернулся.

— Как ты нашел меня? Следишь за мной? — Роза накинула рубашку и торопливо застегивала пуговицы, пряча от меня все то, на что я мог и хотел смотреть часами.

— Помолчи. Привратник видел тебя и доложил об этом. — Соврал я. — Ты хоть представляешь себе, как глупо себя ведешь?

— Знаю я, знаю! Вся эта история с испытательным сроком, — уныло пробормотала она, махнув рукой.

— Не только. Прежде всего я имею в виду, как глупо оказаться в ситуации такого рода. Ты слишком наивна и не представляешь как морои любят рассказывать грязные подробности, похваляясь сексом с девушками-дампирами.

— Что за чушь! Я не настолько глупа, я не собиралась с ним спать! — Роза поморщилась. — А сплетни, да черт с ними! Вокруг меня всегда было много сплетен. Одной больше, одной меньше, подумаешь!

Ее легкомысленность взбесила меня, но я обещал держать себя в руках. Выдохнув, я взял ее под локоть и стал выводить из комнаты.

— Ты что, не имеешь никакого самоуважения? Подумай хотя бы о Василисе. — Процедил я Розе на ухо. Аромат ее волос заполнил мои ноздри и я с силой выдохнул его. — Ты выставляешь себя дешевкой, подтверждающей то, что многие уже думают о девушках-дампирах. И это не может не отразиться на ней. И на мне.

— Ох ты господи! Из-за этого весь сыр-бор? — Она попыталась вырваться, но я сжал руку сильнее. — Я задела твою большую, большую мужскую гордость? Опасаешься, что пострадает твоя репутация?

— Моя репутация уже создана, Роза, Я разработал для себя определенные жизненные принципы и много лет живу в соответствии с ними.

Мало тех сплетен про кормление Василисы, хотя это и не были сплетни. Я понимал, что в бегах другого источника питания для принцессы они не смогли бы найти, но теперь ещё и это. И как Роза не понимает, что подобными выходками только вредит себе?! Я надеюсь, я достаточно напугал парня, чтобы он не посмел завтра похваляться своим подвигом.

Пропихнув Розу в дверной проем, я ослабил хватку, продолжая почти что тащить ее по коридорам. Роза притихла. Что-то изменилось в ее лице. Она сморгнула нахлынувшие слезы.

— Роза, — я смягчился.

Остановившись, я отпустил ее. Между нами больше не было злости, не было той экспрессии.

— Тебе семнадцать и меньше, чем через год, в твоих руках окажется чья-то жизнь или смерть.

Я отвернулся в сторону, вспоминая Ивана и день распределения, после испытаний. Мы были так счастливы!

Роза смотрела на меня молча.

— Мне было семнадцать, когда Иван Зеклос — мой лучший друг, попросил меня в свои стражи. В своей школе я был лучшим учеником. Я прилежно занимался по всем предметам, но в итоге этого оказалось недостаточно… Вот как оно бывает в жизни. — Я смотрел в глубокие карие глаза и уголки моих губ дрогнули. Она была такой молодой и прекрасной, без груза всех убийств и ответственности. — Один промах, один момент расслабления…

— Я тоже была лишь моментом расслабления…

Я едва расслышал ее фразу, но расслышал. Она и правда думала обо мне так? Я смотрел в ее полные обиды глаза и хотел все объяснить. Хотел разубедить ее, объяснить, что это далеко не так. Но вовремя остановил себя. Пусть лучше я буду жестоким, чем позволю подвергнуть ее будущее опасности. Я не должен давать ей надежду.

— По крайней мере, я не угождаю грязным фантазиям особам королевских кровей. Как ты вообще додумалась до такого?

Второй раз в своей жизни я видел настоящую ярость Розы Хэзевей. Всепоглощающую ярость. Первый — в Портленде и второй сейчас. Она сделала шаг назад и со всей своей силы толкнула меня обеими руками в грудь.

— Да потому что тебя, дурака, забыть пытаюсь! — Она всплеснула руками, — пытаюсь, но не могу! Понял? Смотрю на других и не могу! Ты, ты, ты! Везде и всюду!

Отойдя к стене, Роза облокотилась спиной о холодный камень, давая себе минутку остыть. Я стоял и не понимал как и чем ей помочь. Во мне спорили сразу несколько голосов и ни один не был прав.

Вот и открылась вся правда. Мне очень хотелось утешить ее. Заключить в объятия и рассказать, как она похитила мое сердце, как сделала своим вечным рабом. Но передо мной слишком много этих блядских «Но».

— Я просто хотела кое-что проверить… Смогу ли я вообще обращать внимание на кого-то кроме тебя… Смешно было надеяться…

Я затаил дыхание, боясь прервать ее шёпот и в то же время не хотел слышать истины. Это могло добить меня. Но Роза замолчала и выпрямилась.

— Пора уже излечиться от этого. — Устало пробормотав, она без оглядки зашагала по темному коридору.

— Роза!

Догнав ее на лестнице, я остановил девушку, перехватив за руку. Она резко развернулась.

— Ну, что?

Последовала долгая пауза. Я прокручивал раз за разом в голове все извинения и объяснения, но в конце-концов вместо этого сказал:

— Ты говорила, что хочешь сражаться, по-настоящему сражаться. Это по-прежнему в силе?

Она тут же оживилась, отбросив все остальное за борт и твёрдо отчеканила:

— Да. Конечно.

— Роза… я могу учить тебя, но для этого должен поверить, что ты предана делу. Действительно предана. Не отвлекаясь на подобные вещи. — Я указал пальцем на этаж выше. — Могу я доверять тебе?

Меня порадовала ее задумчивость. Она трезво оценивала мои слова, обдумывая все сказанное мной.

— Да. Обещаю.

— Хорошо. Я буду учить тебя, но ты должна стать сильной. Знаю, ты терпеть не можешь бегать, но это действительно необходимо. Ты понятия не имеешь, каковы на самом деле стригои. — Я не заметил, как взял Розу за руку и сжал ее тёплые пальцы в ладони. — Школа старается подготовить тебя, но пока ты собственными глазами не увидишь, насколько они сильны и быстры… — В моей памяти вспыхнул тот день, когда я убил своего первого стригоя, не без помощи Ивана. Я был напуган их силой и мощью. Иван так гордился мной, когда присутствовал при нанесении моей первой татуировки в виде перекрещенной молнии. — Роза, это не поддается воображению. Если хочешь учиться сражаться, нужно увеличить число тренировок, на них уйдет много твоего времени. Больше, чем входит в твоё наказание. Даже для домашних заданий мало что останется.

Роза хмыкнула, пожав плечами.

— Если б я ещё делала домашку.

— Я сейчас серьёзно. Ты будешь уставать, Роза. Сильно уставать.

Вся веселость покинула глаза девушки и она решительно кивнула.

— Это не имеет значения. Я буду делать все, что ты скажешь.

Я внимательно вглядывался в ее лицо, все еще пытаясь решить, можно ли ей верить. Действительно ли готова эта маленькая храбрая девочка стать лучшей среди всех. Стать непобедимой. Я верил в неё и знал себя. Мы справимся.

— Начнем завтра.

Комментарий к Признание

Котятки. 🥰

Мне жутко стыдно, что я торчу вторую неделю проду по «Сумеркам», но ваше внимание, лайки, отзывы, сообщения не дают мне покоя.

Очень уж я вас люблю.

❤️❤️❤️

Пишите коменты, а то вдруг кому не интересно, то и продолжать тогда мне нет смысла. Оставить хорошую работу в покое и не портить больше.

========== Нежданные гости ==========

Как и обещал, я подкрепил свои слова действиями и добавил себе и Розе нагрузки. Теперь мне приходилось вставать до захода солнца, так как наши тренировки начинались ещё до заката и заканчивались после рассвета, когда весь вампирский мир погружался в сон. Семь дней в неделю и по шесть часов в сутки.

Я видел, как Роза старается и как выдаёт все двести процентов себя в каждом упражнении. Я восхищался и поражался ей. Моя любимая бесстрашная несокрушимая Роза.

Каждый день я с упоением наблюдал за ее школьной жизнью. Оберегал и Розу и Василису. Проблем, сплетен и слухов вокруг девочек было предостаточно, но они стоически сносили все.

Все больше и больше я замечал примеры их связи, которая была развита довольно сильно. Розу затягивало даже на тренировках во время упражнений, но она постепенно училась блокировать эти «прогулки». Я был обеспокоен тем, как раздражалась и мрачнела Роза после заходов к Василисе. С этим мне ещё предстояло разобраться.

— Доброе утро!

Я зашёл в тренажёрный зал раньше обычного — хотел подготовить снаряжение для новых упражнений с манекенами и очень удивился, что Роза уже ждала меня там. Она делала растяжку и не сразу заметила меня.

«Очень ненаблюдательно для стража, Роза!»

— Доброе утро, новичок Хэзевей!

Я окликнул ее снова и она с улыбкой посмотрела в мою сторону.

— Доброе, мой персональный сорт тирании!

— Я смотрю ты в хорошем настроении, — съязвил я, бросив спортивную сумку в угол на маты.

Роза зевнула и тут я заметил светлые, но все же синяки под глазами у девушки. Она не выспалась и очень уставала со мной последние дни. Я почувствовал себя чудовищем. Одного только осознания, что я делаю все это для неё же самой, уже не хватало. Ей всего лишь семнадцать, но ее силы, упорства и целеустремлённости хватит на роту солдат.

— Не выспалась?

— Все в порядке, — тихо проговорила она, продолжая разогревать ноги, — чем занимаемся сегодня?

— Роза, я вижу как ты устала.

Она упрямо покачала головой.

— Что-то случилось? — Мой голос звучал мягче и нежнее обычной строгости. Она это заметила, потому как смутилась и тут же пролепетала.

— Нет, просто Лиссе опять снятся кошмары…

«Ах, вот оно что…»

— И ты все чувствуешь, через вашу связь? — Обеспокоенно спросил я, но Роза прятала от меня глаза.

— Вижу…чувствую… — она пожала плечами и поднявшись на ноги, взяла в руки скакалку, — не важно, — Роза начала сет из мелких прыжков на носочках, бурча под нос счёт.

Я мог бы быть мягче и более дружелюбнее с ней, но наша ситуация выходила за рамки отношений «учитель/ученица», поэтому я как мог держал планку, сохраняя дистанцию. Теперь я понял, что перегнул. Хотелось объяснить Розе, что я стараюсь дать ей как можно больше, совершенствуя ее навыки. Дампиры — народ не долгоживущий. Мы стражи, а значит принимаем атаку на себя. Я любил ее. Я хотел оберегать ее. Но это невозможно. Я не мог быть с ней 24/7. Если я смогу создать из неё профессионала, не знающего страха, я буду спокоен. Я буду знать что она останется жива.

Отбросив весь план тренировки, я заменил практику на теорию.

— С какой первой проблемой ты столкнешься, если окажешься лицом к лицу со стригоем?

— Он бессмертный!

— Да, — я кивнул, — но есть вещи более фундаментальные.

Она задумалась и стала предлагать дежурные варианты: размер, сила, рефлексы, скорость и прочее.

Все это правильно, но я ожидал от неё не такого ответа. Девушка, которая без страха бросается в бой, плюет на все законы физики и логики, должна была в первую очередь подумать о достижения одной цели — спасения жизни.

Я кивнул и попросил ее напасть на меня, показывая несколько комплексов защиты и отражения атаки. Она с упоением поглощала всю информацию, быстро запоминая каждое движение. Я старался показывать ей не только технику с учебника, а добавлял свои личные хитрости нападения.

Теперь предстояло сдать мини-экзамен.

— Давай, — сказал я, отходя на шаг. — Попробуй нанести мне удар.

Она улыбнулась, закусив губу. На секунду в ее прекрасных глазах выстроился план нападения и я почти угадал его, ожидания удара. Изначально я планировал поощрить ее старания и немного поддаться, но заметил как она отвлеклась и не отдалась попытке полностью. Я видел и знал, что она может лучше. Слишком быстро ринулась вперёд и я крайне легко блокировал удар. Легко отразив ее нелепую атаку, я видел отразившуюся на ее прекрасном лице досаду. Она разозлилась и тут же попробовала ещё, а затем еще. Но все ее попытки подвластны не разуму, а эмоциям. В конце-концов, она взмолилась:

— Пощади, товарищ, — она вскинула руки вперёд и я помог ей подняться с мата, — вот теперь, кажется, я проснулась.

Ухмыльнувшись так, чтобы девушка не заметила, я наклонился за влажным полотенцем и бросил ей. Роза обмакнула прохладной тканью мокрое от пота лицо.

— Хорошо, что я делаю неправильно?

— Ничего.

Она удивленно посмотрела на меня и нахмурилась.

— Нет, я что-то делаю неправильно, а иначе ты уже лежал бы без сознания.

«Наивная ты, Роза». — мысленно я посмеивался над девушкой.

Почему она пришла к этому нелепому выводу? Я тренировался годами, а она всего лишь талантливый новичок.

Я глянул на пыльные часы на стене.

— Мне надо на собрание, а ты можешь идти в душ!

— Хорошо, как скажешь, пошли в душ, — устало пробормотала она и стала подниматься.

Я же поспешил отвернуться. При упоминании о душе, я так ясно вспомнил ее прекрасное и изнеможденное лицо во время той нашей ночи, когда она кончала под струёй холодной воды. Зажатая моим телом к стене, она была беспомощна и так желанна. Я жадно вглядывался в ее расширенные от экстаза глаза и утопал в них. А сейчас я не мог смотреть на неё прямо, избегая ее взгляда.

На секунду движения Розы стихли; я не слышал даже ее тяжелого дыхания. Молча, я шёл вперёд, ожидая ее действий. Она нагнала меня и с криком, набросилась мне на спину. Я был готов ко всем вариантам нападения и поэтому ловко перехватил Розу, повалив на спину.

«Значит, ты надеялась застать меня врасплох?! Глупышка».

— Твою мать, ты отбил мне весь зад, Беликов! — Вымученно простонав, Роза надула губы. — Я все сделала правильно!

Как же я забавлялся в этот момент, глядя на Розу. Такая смешная и такая моя. Я обожал ее.

Она лежала на спине и тихо смеялась, а я был очарован ее смехом. Шоколадного тёплого оттенка ее глаза искрились счастьем. Я навис сверху, прижав маленькую девушку к полу своей тяжестью и нежно сжимал ее запястья, расположив руки над головой Розы.

— Твой голос чудесен, но постарайся в следующий раз не кричать.

— Разве что-нибудь изменилось бы, если бы я смолчала?

Я сделал вид, что задумался, наигранно сдвинув брови, но тут же усмехнулся.

— Нет. Скорее всего, нет.

Прищурив взгляд, Роза пыталась разглядеть, что-то в моем лице. Зрачки ее расширились и тяжело дыша, она облизнула пересохшие губы. Желание приятным теплом Зарождалось между нами. Я сжал ее запястья слегка сильнее, заострив внимание на пухлых губах. Ее тело трепетало подо мной, а лицо лишь в дюйме от моего. У меня перехватило дыхание от желания поцеловать ее.

Я врал себе. Врал каждый день, убеждая себя, что не хочу ее, что не люблю ее. Убеждал себя — «я ее учитель и наставник и никогда не смогу стать любовником или спутником жизни». Я скрывал ту радость, что охватывала меня каждый раз, как только я видел ее или слышал звонкий голос и смех. Смех не предназначенный для меня. Каждая тренировка это жесткое испытание для моей выдержки. Каждое прикосновение к ней отдавалось во мне болезненным желанием заполучить ее.

— Хочешь меня, — она снова облизнула губы и я не смог не посмотреть на них, — ещё чему-то научить?

Щекочущее чувство внизу живота и кровь прилила куда не следует. Блять! Я все ещё лежал на ней, упираясь стояком ей в живот.

Я разжал руки и отклонившись, стал подниматься на ноги, подав ей руку. Сейчас, как никогда, мне необходим ледяной душ. Много, очень много холодной воды. Быстро-быстро я раскидал по полкам снаряжение и взяв сумку, направился к выходу, избегая смотреть Розе в глаза. Я очень надеялся, что она не заметила мой стояк. Я выжил из ума, решив, что справлюсь с этим притяжением. Первый раз в своей жизни я поставил задачу и провалил ее.

Сзади послышались шаги и уже у выхода из зала моя ученица нагнала меня, просачиваясь в узкий проход между мной и дверным проемом, специально задевая меня там, где не следует. На ее губах играла дьявольская улыбка. Сделав несколько шагов по коридору, она развернулась и напустив серьёзность, сказала:

— Товарищ Беликов, бесплатный совет — в следующую тренировку наденьте штаны на размер больше.

Опустив взгляд на стоячего предателя, она ухмыльнулась и, не дождавшись ответа, хотя я понятия не имел как на это реагировать, чертовка последовала к спальному корпусу. Я хотел догнать и наподдать ей хорошенечко. Руки зудели перекинуть Розу через плечо и шлепнуть по чудесному упругому заду, но я выдохнул и постарался успокоиться. Я уже опаздывал к Кировой, а у Розы оставалось 20 минут до первой пары.

Спустя полчаса, мы стояли в кабинете директрисы. Кирова выглядела очень взволнованной и без конца ходила кругами по кабинету.

— Когда они уже научатся оповещать заранее о своих приездах! — Ворчала себе под нос старуха, заламывая пальцы.

— Госпожа Кирова, — тихим голосом обратилась Альберта, но директриса ее не услышала.

— Эллен!

Немного резковато, но принцу Дашкову позволительно обращаться к Кировой как угодно. Зато результат на лицо. Директриса оторвалась от своих мыслей и обратила на нас внимание, хотя в ее лице так и читался психоз.

— Я и так сказал тебе, как только сам узнал, — растерянно пробормотал Виктор и закашлялся.

Спиридон, страж Дашкова, тут же подлетел к своему морою со стаканом воды и укоризненно взглянул на Кирову. Он всегда очень трепетно оберегал принца и каждый раз высказывался против того, чтобы Его Высочество так часто бывал в академии. Кашель Виктора подуспокоился и он мог говорить.

— Все мы прекрасно знаем Татьяну. Она всегда поступает как ей вздумается и даже совет иногда не может противостоять ее решениям.

Кирова всплеснула руками.

— Мы совершенно не готовы к этому!

— Мы абсолютно готовы принять здесь Ее Величество, — возразил Виктор.

Мы стражами переглянулись. Все стало ясно — сегодня прибудет Королева. Страж Петрова взяла в руки планшет и, сдвинув брови, быстро-быстро начала печатать.

— Сколько у нас есть времени? — Громко и четко спросила Альберта, не поднимая глаз от экрана. Обожаю четкость и ясность в ее руководстве.

— Она прибудет перед ланчем, дабы не отрывать школьников от учебного процесса, — за Кирову ответил принц Дашков.

— Благодарю, Вас, принц Дашков, хорошо, — кивнула Альберта и знаками стала давать распоряжения остальным стражам.

— Она, наверняка, захочет посетить занятия в нескольких классах, — испуганно проговорила Кирова, присев в директорское кресло.

— Сегодняшние занятия у новичков можем поручить провести стражу Беликову. Это должно произвести впечатление, — Петрова указала в мою сторону и все тут же повернули головы. Я коротко кивнул, соглашаясь. — До этого у дампиров теория со стражем Альто. Проблем никаких.

Кирова нахмурилась, присаживаясь в кресло. Она явно хотела что-то сказать, но не решалась. Ее тонкие острые ногти постукивали по зеркальной поверхности стола.

— Да, все будет хорошо, — задумчиво проговорила директриса, — возможно стоит изолировать новичка Хэзевей до отъезда королевы.

Шах и мат. Теперь понятно о чем так беспокоилась старуха. Я услышал тихие смешки двух стражей позади меня. Лоуренс и Юрий. Дебилы блять.

— Дмитрий, — обратилась ко мне женщина-страж по имени Джин.

Молча кивнув, я ждал продолжения, держась в стороне в привычной позе стражей.

— Каковы успехи Розы? Вы смогли обуздать ее и дисциплинировать?

Мне стало смешно, но я изо всех сил сдерживал желание съязвить.

— Ее успехи приличны. Она с легкостью может побороть каждого новичка в ее группе, а скоро и превзойдет любого из учеников, — мой будничный тон как всегда равнодушен ко всему и строг, — но в мои обязанности входит лишь нагнать ее физическое отставание от программы, а не воспитывать ее.

Альберта кивнула и никто не посмел возразить мне. Кирова задумчиво почесывала седую бровь указательным пальцем.

— Страж Беликов, Вы ручаетесь, что Хэзевей не доставит проблем?

Я кивнул.

— Тогда вы можете сообщить ей, что она допущена поприсутствовать на приеме. — Кирова махнула рукой, раздражённая собственным «великодушием».

Бьюсь об заклад, абсолютно все, находящиеся в этой комнате, чертыхнулись и тут же перекрестились, надеясь, что все обойдётся. Проблема в том, что они не доверяли Розе так, как доверялся ей я. А Роза как раз таки заслуживала безграничного доверия. Но сейчас это не главное. Я смог выбить для неё выход из заточения и хоть чем-то смогу ее порадовать.

— Я думаю Роза будет очень признательна Вам за такую возможность.

— Страж Беликов, после того как проведёте урок, Вы головой отвечаете за порядок. Не спускайте с Хэзевей глаз!

Я кивнул, пытаясь понять отчего Кирова так следит за Розой и почему так важно, чтобы она не натворила ничего на обеде? Кирова между тем неустанно чирикала ручкой на бумаге, расчерчивая план и раздавая указания.

— Мисс Марко, — обратилась она к школьному завхозу, — постелите алые скатерти и, мистер Фланг, — садовник выступил вперёд, сняв соломенную шляпу, — на столах должны быть любимые цветы королевы: белые лилии и красные розы.

Старик кивнул и так же, молча, удалился к стене.

— И ещё, Боб, Ее Величество любит лосося, есть ли у нас лосось?

Шеф-повар оживился, и активно жестикулируя, с восторгом затараторил:

— Обещаю, Вам, Ее Величество просто пальчики оближет когда попробует это великолепный сливочно-сырный суп из лосося, который я научился готовить в Париже! Его тончайший вкус и аромат…

— Достаточно, Боб, — старая сука вскинула руку и перебила добродушного старика, — Придётся перенести у мороев «Русский» на «Основы контроля над стихиями» и устроить Ее Величеству небольшой мастер-класс. Госпожа Кармак, я могу на Вас положиться?

Темноволосая хрупкая моройка тут же убедительно закивала. И Кирова смогла вздохнуть спокойно, продолжая сжимать костлявыми пальцами набалдашники на подлокотниках резного дубового кресла.

Ещё час длилось совещание. Сколько бы я не старался сосредоточиться, но все мои мысли были о Розе. Что такого может произойти, что мне необходимо было находиться строго рядом с ней, предотвращая любую ее выходку?!

— Хорошо, — в итоге выдохнула Кирова и облокотилась о спинку кресла, — на этом пока все, можете идти.

Встречали мы королеву всем составом. Едва ли нам не хватало только каравая с солью в руках. Все вышли во двор к парадному входу и выстроили живой коридор с цветами и восхвалениями. Кирова неустанно раскланивалась перед Татьяной, рассказывая о всех достижениях, которыми могла гордится академия за этот год.

Многочисленная свита Татьяны шествовала следом. Я знал каждого. В последний год перед выпуском, в нашей академии была дисциплина, где мы изучали всю иерархию моройских королевских семей. Да и Иван был одним из них, поэтому я хорошо разбирался и в самой дворцовой жизни. Виктор Дашков замыкал ход. Он еле передвигался, опираясь на свою палку. Но огонь в глазах не угасал даже в минуту жутких болей. И тут мое внимание привлек высокий морой в стильном коричневом костюме на одну пуговицу. Его светлые волосы были уложены на высокий помпадур, а в руках он нёс меховой плащ Ее Величества.

«Вот, подлец, даже не сообщил о приезде! — Николай заметил меня, выискивая глазами и радостно улыбнулся, но я стоял смирно, как и подобает стражу. — Ничего, ты получишь у меня позже!»

Свита проследовала за королевой в кабинет директора, я должен был идти в большой зал, но для начала мне придётся встретить свою подопечную.

Я шёл по коридору в корпус дампиров, как меня нагнали и чья-то рука хлопнула по плечу.

— Ну что, удался сюрприз? — Николай заключил меня в объятия и я ответил ему не менее крепким обхватом.

— Мог бы и предупредить, — буркнул я и пошёл вперёд, засунув руки в карманы брюк.

— Смотрю, ты как всегда любезен.

Николай приплясывал рядом, насвистывая знакомый мотивчик. Настроение у него очень хорошее.

— Напросился с королевой? — Я изогнул бровь, пропуская мороя на лестницу первым, — Надоело при дворе?

— А то ты не знаешь!

Завернув на этаж мы столкнулись с Розой, которая шла вперёд, но озираясь по сторонам, не заметила ни меня, ни Николая. Улизнуть пыталась! Интересно, на что она надеялась? Очередное свидание?

— Дерьмо! — Выругалась она, поправляя подол юбки.

Когда мы поймали девочек в Портленде, то доставили их в академию почти налегке. С ними был лишь небольшой рюкзак со сменной одеждой и документами. В школе Розе выдали стандартный комплект из повседневной формы, пижамы и тренировочного костюма, верхней одежды и обуви. Туда не входило праздничное платье, но Роза не Роза, если б не смогла сымпровизировать.

Она оставила школьную короткую юбку с высокими гольфами и скомпоновала это с чёрной водолазкой и ботинками на каблуке. Выглядела она очень притягательно. Макияж и укладка придавали ей пару лет сверху. Немудрёно, что я в тот вечер так обманулся.

— Роза! — С восторгом воскликнул Николай и распахнул руки для объятия, — привет! Я так рад тебя видеть!

Девушка замешкалась и переводила взгляд то на меня, то на мороя, растерянно улыбаясь. Она не ожидала увидеть здесь ни одного из нас.

— Николай, — подсказал ей мой друг, указывая на себя пальцем.

— Да, конечно, я помню, — Роза очнулась и обняла парня в ответ, — просто…не ожидала тебя здесь увидеть!

— Я умею делать сюрпризы! Как твои дела? Слышал, у тебя отличный наставник!

— Отличный? — Я получил полный скептицизма взгляд от Розы. — Это довольно относительно!

Николай засмеялся, а я все ещё стоял между ними статуей и наблюдал.

— Прекрасно выглядишь! Смотрю Дмитрий с двойным упорством взялся за твоё обучение!

— Ник, закрой рот, — дал я совет своему другу, но тут в игру вступила Роза.

— Я еле доползаю до своей кровати! — Пожаловалась она. — Все тело в синяках и ссадинах! Я теперь не могу даже голая смотреться в зеркало, представляешь? — Она наиграно вздохнула, рассказывая все так, словно делилась большим секретом с лучшей подружкой-сплетницей. — Ты даже не догадываешься каким он бывает зверем, когда доминирует и властвует над моим телом! Ни сна, ни отдыха!

Расхохотавшийся Николай не замечал, как я медленно выходил из себя, а Роза подметила все и ещё больше подливала масла в огонь своим остроумием. Тряхнув волосами, она положила ладонь на грудь Ника и прищурившись, шепнула.

— Но я обещала делать все, что он прикажет.

— Роза, — я предостерёг свою ученицу.

— Погоди ты, Дмитрий! — отмахнулся морой. — Роза, ты уверена, что мы об одном и том же говорим?

— Даа, приятель! О тренировках, конечно, а ты о чем?

Они оба рассмеялись в унисон, как старые закадычные друзья. Весело.

— Ох ребят, — морой выдохнул, стараясь унять приступ смеха, — мой девственный мозг сейчас взорвется! Я люблю вас!

— Нам пора в большой зал, — напомнил я, приподняв брови.

Николай посмотрел по сторонам, поправляя прическу. Как бы он не старался говорить безмятежно, но его волнение выдавало все подчистую. Он надеялся увидеть принцессу и ожидал встретить ее рядом с Розой. Она послала мне недоумевающий взгляд, я закатил глаза.

— Дак что, ты одна здесь?

Усмехнувшись, Роза сочувственно посмотрела на парня, отрицательно покачав головой. Она так же поняла цель его вопроса.

— Нас разделили. Я заперта в башне, под охраной дракона, — бесцеремонная девчонка, кивнула в мою сторону и сморщила нос, — а Лисса на свободе, но без каких-либо радостей и развлечений.

Мой друг звонко рассмеялся. Мне же было не до смеха. Не я выбирал эту работу, не я выбрал поручение. Я делаю все, чтобы помочь им. А меня ещё и высмеивают.

— Отлично! — Николай хлопнул в ладоши и указал на лестницу, — и этот вопрос мы тоже решим, я же здесь!

Мне пришлось откашляться, чтобы меня заметили. Жестом я попросил всех следовать за мной. Николай отсалютовал, косо приложив ребро ладони ко лбу, а Роза вздохнула и поплелась вперед в сторону большого зала.

Все места уже заняты и нам пришлось стоять у стенки, наблюдая за всем издалека. Но в моей ситуации это будет у лучшему. Николай должен был находиться подле королевы, как и Василиса, но он вечно пренебрегал своим положением, отдавая предпочтение обычной жизни без всех этих регламентов и этикета.

В центре зала, на помосте, стояла королева в своём красном платье в пол и огромной короне и приветствовала всех своих подданных. Ее речь была настолько спланированной и вызубренной, что можно было предугадать каждое слово.

Я глянул на Розу. Она тихо мялась в сторонке и с тёплой улыбкой смотрела на Василису, которая выглядела милым ангелом в светло-голубом платье.

— Я безнадёжен друг мой, — Николай повесил руку мне на плечо и вздохнул, — она так прекрасна, а я влюблённый дурак!

Сохраняя стойкость и сдержанность, я печально улыбнулся морою и случайно встретился с Розой взглядом. Она послала мне еле заметную улыбку, но я не мог ничем ответить ей. Мне нельзя было давать себе и ей надежду. Отношения между нами невозможны. И это единственная истина, которую я вдалбливал ежедневно в свой мозг.

— Кто здесь Василиса Драгомир? — Громко и величественно спросила Татьяна, осматривая всех учеников.

Роза сглотнула и приоткрыв рот, затаила дыхание. Я заметил пустоту в ее взгляде; она считывала мысли принцессы. Василиса старалась держаться ровно и медленно вышла на шаг вперёд из толпы. Никто и никогда не смог бы понять насколько ей неловко, но я достаточно хорошо изучил ее мимику. Она боялась подходить к Татьяне, но королева протянула к ней руку.

— Мы слышали о твоём возвращении, дорогая.

Принцесса поборола тревогу и подошла к центру. Преклонив колено, она поцеловала руку Татьяне и выпрямилась. Все присутствующие вытянули шеи, стараясь лучше разглядеть и расслышать все. Василиса развернулась ко всем лицом и быстро нашла Розу взглядом. Спокойствие и уверенность вернулись к ней, едва девочки обменялись тёплыми улыбками друг с другом.

— И мы вновь ощущаем себя полной семьёй, когда Драгомиры, хоть и в единственном их числе, снова в ряду королевских семей. Бесспорно, мы глубоко сожалеем о гибели твоих родителей и брата Андрея. Они были достойнейшими мороями, и их смерть подлинная трагедия. Но теперь ты единственная из семьи претендентка на трон.

Чувство тревоги охватило меня. Незаметно, я приблизился к Розе, готовясь в любую минуту задержать ее на месте. Быть не могло, чтобы Татьяна просто приехала выразить своё сочувствие принцессе, оставив в стороне их с Розой побег.

— У тебя интересное имя, — продолжала королева, расхаживая вокруг девочки, как хищник вокруг жертвы, забитой в угол. — Многие героини русских сказок носят имя Василиса. Василиса Премудрая, Василиса Прекрасная. Это девушки наделенные выдающимися качествами: силой, умом, строгим понятием о дисциплине, — на этом слове королева сделала акцент, Василиса дернулась в ее сторону.

— Я могу все объяснить…

— Потом, дорогая, — Татьяна пригрозила пальцем и улыбнувшись, снова стала говорить в толпу то, что предназначалось только принцессе.

Почуяв неладное, Роза метнулась через людей на помощь подруге, но я схватил ее за локоть и грубо толкнул на себя назад, почти впечатав в своё тело. Наклонившись, я сурово прошипел, касаясь губами ее уха:

— Стой смирно и не вмешивайся!

— Это публичное униж…

— Роза, — перебил я, сжав ладонь вокруг ее руки ещё крепче, — если мне понадобится выволочь тебя отсюда силой я сделаю это и глазом не моргнув.

На девичьей шее проступили мурашки от моего жаркого дыхания и я немного отклонил голову назад, стараясь не провоцировать ни ее, ни себя. Роза сжала губы, кусая их изнутри. Она сдерживала себя от ответа как могла.

— Аналогичным образом фамилия Драгомир вызывает не меньшее уважение. — Татьяна между тем все продолжала расправу над Василисой. — Короли и королевы из рода Драгомиров правили мудро и справедливо. Убивали стригоев, сражаясь бок о бок со своими стражами. Они по праву принадлежали к королевскому роду.

Она помолчала, давая всем возможность осознать значительность своих слов. Василиса робко улыбнулась.

— Да, — продолжала Татьяна, — ты дважды помечена властью. Твои имя и фамилия символизируют прекраснейшие качества. — Она выдала недовольную ухмылку, посмотрев на Василису. — Но, как ты нам продемонстрировала, имя не делает человека. Оно даже не оказывает воздействия на то, как человек себя ведет.

И после этой словесной пощечины она отвернулась и позволила сопроводить себя на обед в столовую.

Все были в шоке. Я все ещё прижимал Розу спиной к своей груди, чувствуя как сильно бьется ее сердце о рёбра.

— Успокойся, — шепнул я ей на ухо, вдыхая приятный сладкий аромат ее кожи. Роза почувствовала мое дыхание и прикрыла глаза.

— Она должна ответить за то, что сказала.

— Чтобы ты не сделала, королевские стражи положат тебя быстрее, чем ты скажешь «да».

— Кому скажу «да»? — Прошептала Роза и открыв глаза, посмотрела на меня.

Почва ушла у меня из-под ног и не осталось ничего, кроме ее дрожащих, от прерывистого дыхания, губ. Мне стоило сразу заткнуться, но мое самообладание дало трещину. Наклонившись ещё ближе, я сказал очень тихо, так, чтобы ни одна душа не расслышала.

— Не думаю, что если захочу, то мне понадобится твоё «да».

Толпа начала редеть, перебираясь в столовую. Мне пришлось разжать руку, но наш зрительный контакт все ещё сохранился. Николай, подойдя к нам, положил одну руку на мое плечо, а вторую на плечо Розы и весело сообщил:

— Я смертельно голоден! Маковой росинки во рту не было с утра! А вы, ребят?

— Мне нужно к Лиссе, — сказала Роза и опустила глаза.

Я решил позволить девочкам поговорить. Сам бы я не смог успокоить принцессу после такого унижения. Она нуждалась в Розе. А я краем глаза наблюдал за девочками.

Проскользнув через толпу людей, Роза обняла Василису и проговорила ей что-то успокаивающее. Принцесса постаралась улыбнуться и глубоко вздохнула, покачав головой. Странно было ощущать себя ненужным стражем и не быть в первых рядах у своего мороя.

Постепенно все перебрались к столам. Потребовалось не меньше десяти минут рассаживать всех. Мне приходилось в этом участвовать, так как стражей не хватало, а ученики больше бегали туда-сюда, а не смотрели на рассадочные карточки.

Работники академии ухитрились в короткий срок преобразить школьную столовую в настоящий обеденный зал. Повсюду стояли вазы с красными розами и белыми лилиями. Мерцали свечи. Столы покрыты алой льняной тканью.

Столики расставили ровными рядами, образуя посреди зала проход. Места распределили заранее, и, естественно, Розу за крайний столик с новичками. Зато Николай оказался за одним столиком с Лиссой. Они сидели впереди с остальными мороями.

Стоя у стенки, бок о бок с остальными стражами, я осторожно осматривал каждого из гостей. Виктор мило беседовал с Натальей; заботливо подкладывал ей еду в тарелку. Василиса старалась участвовать с ними в разговоре. Все попытки Ника разговорить девушку, закончились поражением. Недалёко, через столик, за парой наблюдал Кристиан. Он сидел с остальными Озера и пристально следил за каждым жестом принцессы Драгомир. По ходу дела у моего друга есть весомый соперник. Я не раз наблюдал беседы Кристиана и Василисы, в которых девушка во всю флиртовала с парнем. Это не было похоже на жалкие попытки Николая обратить внимание Василисы на себя.

«Кажется, этот бой ты уже проиграл, дружище».

Не то чтобы я плохо относился к Кристиану. С его тетей, Наташей Озера, меня связывали давние и очень тёплые отношения. Но я бы предпочёл видеть принцессу рядом с Селски. Он старше и смог бы легко обуздать чертей, что прятались в далеких закромах белокурой девушки. А ведь Николай мой ровесник. А Василиса ровесница Розы. И я так легко рассуждаю о их союзе и, не менее легко, могу представить их в паре друг с другом. Но, когда речь заходит обо мне и Розе, я иду в категоричный протест, не рассматривая никаких других вариантов.

И дело здесь далеко не в возрасте. Нам обоим было суждено стать стражами принцессы. А это вызовет множество трудностей. Я должен буду отказаться от всего и оберегать своего мороя. Позволь я себе влюбиться, то приоритеты поменяются. Как бы я не старался — в первую очередь, я буду думать о своей любви, а не о долге. Я конченый романтик. И я влип по уши.

Комментарий к Нежданные гости

⁉️ATTENTION⁉️

.

.

Ребят, вот вопрос:

Стоит ли переименовать фик?

История (только благодаря вам) разрастается и все давно вышло за пределы «Коллапс случился»

Я понятия не имею, что и как будет дальше и на чем закончится история.

Вот Чесслово!

Для себя я ставила совсем другую задачу и перед собой, я ее выполнила, удовлетворив свои фантазии на определенную тему.

Дальше я пишу только для вас и из-за вас. ❤️❤️❤️

========== Подпольная вечеринка ==========

Обед закончился быстрее, чем я рассчитывал. Татьяна высказала желание отправиться в свои апартаменты отдохнуть, оставив остальных королевских особ общаться с детьми и родственниками. Врать не стану — все вздохнули с облегчением. Кирова даже позволила себе рюмку хереса. А дети наконец могли провести время с родными. Половина народу разбрелась кто куда. И я смог покинуть свой пост.

Знакомая троица стояла неподалеку. Роза находилась

между двух огней и всячески пыталась примерить Василису и Николая. Я медленно подошёл к ним, встав чуть позади. Как и обычно, не мешая общению.

— Вот и Дмитрий! — Николай обратился ко мне за помощью с полными энтузиазма глазами. За спинами девочек, он сложил руки в умоляющем жесте, направленном в мою сторону.

— Что такое? — Повернувшись в сторону Василисы, я отвесил небольшой поклон, — принцесса.

— Здравствуйте, Дмитрий, — ласковым приятным тоном поприветствовала меня девушка.

— Ах, значит с ним ты разговариваешь?

Мой друг скрестил руки на груди и приподнял брови. Меня все это забавляло. Казалось я смотрел сериал в режиме лайф.

— Лисса, прекращай! Николай ни в чем не провинился перед тобой!

— Правильно, Роза, объясни своей подруге какая она бука.

Но принцесса упрямо улыбалась всем вокруг и не хотела прислушаться к мнению подруги.

— Лисса, — негромкий, но твёрдый голос, прервал наш разговор, — можно тебя на минутку?

Мы обернулись и увидели Кристиана. Он стоял неподалёку и ждал ответа. Василиса мило улыбнулась и подошла к парню. Одетый как всегда во все чёрное, Кристиан смотрел на девушку так, словно выиграл в лотерею и получил исполнение всех своих мечт одновременно. Его глаза сияли, хоть он и не улыбался, а все время обеспокоенно поглядывал в нашу сторону. Василиса отошла с ним к окну и присев на подоконник, начала беседу.

— А это ещё кто? — Сузив глаза спросил Ник и нервно провёл рукой по волосам.

Я ответил быстрее, чем Роза.

— Племянник Таши, Кристиан.

— Бойфренд?

Я засунул руки в задние карманы чёрных джинсов и пожал плечами. Мне, как стражу, не было известно насколько они близки, но не думаю, что дело у них уже дошло до отношений. Ситуацию разъяснила Роза.

— Черт бы его побрал. — Всплеснула руками девушка. — Он оказывает на Лиссу дурное влияние. Ещё немного и они начнут ходить по академии, держась за ручки! Дерьмо!

— Роза, не выражайся, — тихо, но достаточно осуждающе я сделал замечание своей подопечной.

— Значит бойфренд, — подытожил Николай и прихватил нам два стакана сока со столика.

— Прости, — сочувственно проговорила Роза, принимая напиток.

Я покачал головой, отказываясь от сока. Вишня — не мой вариант. Я люблю апельсиновый или зеленое яблоко.

— Я и не сомневался, что её выбор будет экстравагантен, но чтоб настолько?!

Мы с Розой одновременно посмотрели на друг друга. Опять. Она залилась краской и отвернулась, а я все ещё смотрел на неё. Глупо, но я не мог отвести глаз. На секунду я задумался. Интересно, а как бы я относился к ней, если бы мы не встретились тем вечером. Если бы я дурак не переспал бы той ночью с семнадцатилетней девчонкой. Но думаю, едва я увидел бы её, я потерял голову абсолютно так же.

— Вот почему она не может вот так просто разговаривать со мной?

Мой друг разбил наш с Розой зрительный контакт. Я промолчал, но Роза усмехнулась.

— Потому как, она с ним не спала. С ним у Лиссы нет той неловкости, которую она испытывает рядом с тобой. — Она ткнула в мороя пальцем.

Все это звучало таким тоном, словно Роза не понимала, как это мы, два дурака, до сих пор не постигли все тонкости женской души. Но Николая зацепило только одно.

— Откуда ты знаешь, что у них ещё ничего не было? Это точно? И почему между вами, ребят, нет этой неловкости?

Мраморная статуя в виде меня все также продолжала стоять и молча наблюдать за процессом. Николай слишком болтлив и слишком эмоционален. Роза как всегда ответила быстрее меня.

— Во-первых, если бы Дмитрий валял тебя по матам каждый день, у тебя бы быстро всю неловкость отбило. А, во-вторых… знаю, — Роза поморщилась и залпом допила свой стакан. — Просто поверь мне.

— Ах ну да, у вас же всякие там женские секреты и прочие девичьи вещи.

Николай постарался спрятать улыбку, но все равно это звучало очень смешно.

— Нет, приятель, все намного хуже, чем ты даже можешь представить! — Горько усмехнулась девушка, помахав мальчишке Эшфорду рукой.

— Они связаны, — пояснил я озадаченному другу.

Он долго переглядывался со мной и Розой, пока не выдал одну единственную фразу, полную скептицизма.

— Это же легенды, такого быть не может! — Возразил Николай, но я отрицательно покачал головой.

— Да, приятель, — Роза ухмыльнулась.

Задумавшись, Ник недолго прокручивал в голове воспоминания о том вечере и тут его глаза заметно округлились, когда до него дошёл смысл связи девочек.

— Святое дерьмо! И ты и тогда… ?

Я видел как щеки Розы зарделись, она переминалась с ноги на ногу, стараясь смотреть себе под ноги.

— Думаешь мне нравится вечно держать свечку? Ты даже не представляешь насколько это… брр!

— Ооу и… как ты справляешься?

Роза пожала плечами, заправив за ухо выбившиеся волосы, избегая моего взгляда.

— Лисса слишком значимая и могущественная, чем вы все можете представить… мои неудобства лишь мелочи. Я должна оберегать ее и быть рядом всегда.

Слова Розы заставили меня ещё раз переоценить подростковое бунтарство этой прекрасной девушки. Она намного умнее и взрослее, чем все вокруг считают и мне непременно необходимо узнать больше. Мысленно я умолял Николая продолжать эту тему. Со мной Роза никогда не откровенничала настолько. Но она заметила, как Лисса прощалась с Кристианом и уже собиралась возвращаться к нам. Хотя мальчишка старался задержать ее как можно дольше, все задавая и задавая очередной вопрос.

— Ник, я дам тебе один совет, — быстро проговорила Роза, переведя внимание мороя на себя, — неловкость первой ночи проходит только после второй. То, что касается Лиссы, ты не ушёл в ту ночь из ее памяти бесследно. В тебе достаточно обаяния и шарма, чтобы покорить такую девушку как она вновь.

Принцесса уже распрощалась с Кристианом и шла к нам, как ее перехватила небольшая группка мороев-учеников. Их глаза горели радостью и каким-то странным предвкушением. Девочки тихо перешёптывались, а парни подбадривали их. По ходу намечается вечеринка.

Вся группа ребят направились к нам. Только двое парней остались позади — Джесси Зеклос и ещё один брюнет-морой. Пацан боялся подходить ко мне и правильно делал. Воспоминания о том, как он касался Розы, как целовал ее, заставляют мою кровь закипеть.

Ученики быстро-быстро шептали на ухо Лиссе что-то и весело смеялись. Они предвкушали что-то такое, от чего не могли даже спокойно стоять на месте. Стоит предупредить Альберту.

— Роза, — окликнула подругу принцесса и подошла со всей компанией к нам, — не хочешь в комнате Камиллы затусить?

— Да, — темноволосая девушка с азиатской внешностью дружелюбно улыбнулась Розе, — в гостиной будет небольшая туса, у нас есть…

Другая девочка-моройка ткнула Камиллу в бок локтем и взглядом указала в мою сторону. Камилла прикусила язык, вспомнив, что рядом с ней преподаватель. Ученики-морои одновременно переглянулись и сделали невинные лица.

— В общем, будет весело.

Но Роза покачала головой.

— Ребят, простите, но у меня тренировка и домашний арест, помните?

Я бы мог похлопотать насчёт прикрытия и отпустить ее отдохнуть, но сама идея школьной вечеринки не особо радовала меня. Хотя сегодня здесь будет твориться немало беспредела. Так хоть все ученики будут в одном месте, под лучшим присмотром, чем стаями, разбросанными по лесу.

— Ну, Роза! — Умоляюще обратилась к подруге принцесса.

— Лисс, прости, но я сейчас все что угодно обменяю на сон! — Роза покачала головой.

— Мы могли бы устроить свою вечеринку, — предложил Николай и тут же шагнул к ближе к Василисе.

— И не надейся, Селски, — пригрозила ему принцесса пальцем и отступила на шаг.

Мы с Розой одновременно усмехнулись. Она даже закатила глаза. Но остальные ученики удивленно переглядывали с принцессы на лорда, не решаясь спросить. Василиса заметила излишнее внимание и попыталась сменить тему.

— Да ладно тебе, Роза, там будут все, кроме Мии, конечно… хочешь мы даже Наталью позовём?

Я видел в глазах девушки борьбу со своими желаниями. Роза, как есть, всего лишь семнадцатилетняя девчонка и любила общение и тусовки. Естественно в таком возрасте кто откажется от хорошей школьной вечеринки. Мне самому приходилось бывать на каждой, что устраивали в нашей школе. Иван и Николай были завсегдатыми подобных мест.

Но Роза уверенно покачала головой. Сняв с руки тонкую резинку, она собрала подвитые волосы на затылке в небрежный пучок и перевязала их.

— Нет, Лисса, прости, но я смертельно устала.

Раздосадованная принцесса не хотела сдаваться, но все же отпустила руку подруги.

— Хорошо, но если передумаешь, то ты знаешь где нас найти.

— Окей, буду на связи, — двусмысленно проговорила Роза и грустно улыбнулась, а потом добавила, — ты точно в порядке?

Девочки с несколько секунд смотрели друг на друга неотрывно. А потом Роза подошла к Василисе и взяв ее под локоть, отвела в сторону. По её лицу видно, как она отчитывает моройскую принцессу, то ли отчитывает, толи напутствует. Василиса пыталась возразить, но Роза каждый раз перебивала ее.

— Хорошо же ты выдрессировал свою ученицу, — локоть Николая лег мне на плечо, — усердно занимаетесь?

— Пошёл ты к черту, — я сбросил руку расхохотавшегося идиота.

— Я серьезно, — он попытался успокоиться, держась за живот, — если без шуток… девчонка лишила себя веселья, потому как ты замучил ее до смерти своим надзирательством.

— Нечего было отлынивать два года, — буркнул я, следя краем глаза за спорящими девочками.

— Как насчёт пати на хате?

Я прищурился.

— Королева проторчит здесь до завтра, а моя комната скучна как монашка. У тебя есть сегодня дежурство?

Отрицательно помотав головой, я поджал губы. Николай радостно хлопнул в ладоши и подозвал к нам Розу, которая чмокнула Василису в щеку и отпустила ее к ожидающим в стороне ученикам. Роза в пару шагов оказалась рядом, сцепив руки в замок за спиной.

— Василиса в порядке? — Тихо спросил я, на что получил короткий кивок. Роза все ещё старалась не смотреть мне в глаза, но сдержано улыбнулась.

— Розалинда, — пропел Николай и девушка тихо рассмеялась.

— Розмари, — поправила она.

— Розмари! Есть предложение, а не посидеть ли нам у меня втроём? — Ник сказал это настолько легко и непринуждённо, словно идея была одобрена лично мной. Я слегонца охренел. — Посидим, поболтаем, мне необходимы твои советы.

Рассеянно наблюдая за тем, как работники расставляли столы и убирали посуду, она кусала внутреннюю сторону щеки, ожидая моей реакции. Я не поддерживал эту идею, но как ни странно Роза была очень разговорчива с парнем, которого видит только второй раз. Не знаю, что за дружба зарождалась между ними сегодня, но Николай определённо мог разговорить ее. Я не одобрял идею друга, но информация мне нужнее.

— Нет, приятель, я знаю, здесь есть подвох. Затусить при Дмитрии? — Она указала пальцем в мою сторону.

— С Дмитрием.

Ник представлял все так, будто в этом предложении не было ничего необычного, но я то знал — Розе не была доступна та часть моего характера, которую я хорошенечко запихнул подальше, когда приехал в академию. С ней я чаще всего был стражем Беликовым и крайне редко простым парнем из сибирской глубинки. Посмотрев на Розу, я сдержанно кивнул и она заметно расслабилась.

— Все, — махнул рукой Ник и подозвал к себе одного из официантов, обслуживающих банкет, — не потерплю возражений, захватим пиццу, пива и, — запнувшись на полуслове, Николай словил мой укоризненный взгляд, — Розе колы, естественно…

— Чтобы я сегодня не пила, мне все равно утром обеспечено похмелье, — Роза скорчила гримасу, а затем пояснила, — Лисса будет пить.

— Все равно только колу, — Ник щелкнул Розу по носу и приобняв за плечи, потащил за собой.

— Утреннюю тренировку это не отменяет, — не глядя на Розу, сообщил я в пустоту коридора и услышал, как Роза обреченно выдохнула, а Ник прыснул от смеха.

Комната, а точнее апартаменты Николая располагались с отдельном небольшом корпусе. Его строили специально для королевы и гостей, потому как «шум и гам» академии раздражали нежные уши королевских особ. Два нижних этажа — 24 комнаты, а весь третий для Татьяны. Внешняя отделка здания в готическом стиле, как и сама академия, а внутри — барокко в темных тонах. Каждая комната состояла из гостиной, спальни и ванной. Николаю достались апартаменты на втором этаже в восточном крыле.

Если бы приезд королевы не сорвал половину учебного дня, мы с Розой сейчас как раз начали свою тренировку. Погода нам благоволила и я намеревался тренироваться в тени деревьев, отрабатывая нападение на противника, обладающего высоким ростом. Для Розы очень важно освоить все манёвры, ведь она низкорослая и почти все ее противники будут выше ее.

Я шёл следом за Розой и Николаем и представлял, как Роза сейчас бы с упоением слушала меня, приоткрыв рот. Она всегда ловит каждое мое слово, будь то теория или просто дружеская беседа. Забавно кусает нижнюю губу, когда не понимает моих слов, но старательно делает вид, что ей все ясно. Рассеянно кивает и потом путается. Как вымученно улыбается, когда в очередной раз отбивает себе что-нибудь, ведь она снова и снова отвлекается во время спарринга, импровизируя по ходу действий.

Мы поднялись на второй этаж и свернули к комнате Николая. На выходе из столовой он заказал у Боба закуски и выпивку, которые должны были доставить в течении часа сюда. Я не собирался пить, но не мог запрещать другу отдых.

На резной двери их красного дерева блестела золотая надпись «Селски». Роза звонко рассмеялась и я понял, что совсем не слушал их беседу, хотя и собирался выудить немного информации.

— Мне нужно в туалет, — едва забежав в комнату, Роза наугад открыла дверь в ванную и скрылась за ней.

Молчаливым жестом я подозвал друга к себе и он подошёл близко, наклонившись к моему лицу.

— Во-первых, не смей напаивать Розу, — в ответ мне Ник фыркнул, но я тихо продолжил, — а, во-вторых, мне нужна информация о их побеге, связи и как можно больше задавай ей вопросов.

Мой друг изогнул бровь, но я нахмурился, услышав как щёлкнул замок двери и Роза вернулась. Она прошлась мимо нас, поочередно расшнуровывая ботинки на ходу. Николай кивнул мне и подхватив пепельницу, устроился на полу, вытянув ноги. Кресло в комнате только одно, а на кровати втроём неудобно. Оценив ситуацию, мы с Розой так же расположились на полу. Роза облокотилась спиной о прикроватную банкетку, а мне пришлось пододвинуть кресло и развернуть спинкой. Ник щелкнул зажигалкой и затянулся сигаретой.

— Как там Василиса? — Тихо спросил он, выдыхая клубы дыма кольцами.

— Называй ее Лисса, прошу тебя, эта «Василиса» меня подбешивает.

— Как скажешь, — поправил себя Ник, — как она?

— Подавлена, расстроена, но вечеринка отвлекает ее немного. — Роза пожала плечами. Видно, как ей непривычно говорить на эту тему так открыто. Ее взгляд сосредоточился на ковре, который она ковыряла пальцем.

— Много пьют?

Я нахмурился, задавая вопрос.

— Эй, товарищ, я не сканер, я вижу и чувствую лишь то, что Лисса, а она пока выпила только бокал, — съязвила Роза и я с трудом поборол желание снова отшлепать ее.

— Товарищ, — расхохотался Селски и хлопнул себя по коленям.

Роза смутилась и подскочила открывать дверь, услышав стук. Я швырнул в друга одной из многочисленных мелких подушек, разбросанных по полу. Он все ещё смеялся. А Роза уже вкатила столик, заставленный подносами. Шесть бутылок холодного пива, пару колы и две огромные пиццы с пепперони с двойным сыром.

— Эй! Не смотрите на меня так, я взял пива всем ещё до того, как ты сказал, что Роза не пьёт.

Роза возмутилась, ткнув в мою сторону ножом.

— Это кто здесь не пьёт?

Перекладывая все на пол, Роза подала нам с Ником тарелки, подложив под них салфетки.

— Ты не пьёшь, Роза, ты, — пробормотал я, положив себе на тарелку кусок пиццы.

— Нет. — Она покачала головой, присаживаясь на пол и расправляя юбку так, чтобы прикрыть свои прекрасные бёдра. — С таким же успехом я могла пойти с Лиссой и напиться в хлам у Камиллы.

Мне вдруг стало очень смешно, раз эта девчонка набралась храбрости спорить со мной.

— Уверена, что стоит злить меня? — Я откусил кусок пиццы и прикрыл от удовольствия глаза. Боб настоящий мастер на кухне.

— И что же страж Беликов намеревается сделать? — с издевкой спросила она, — накажешь меня? Как же?

— Ребят, можно я закрою уши? — Рассмеялся Ник.

Он откупорил бутылку и сделал несколько глотков, одновременно ослабляя галстук.

Я старался придумать ответ, дожевывая пиццу.

— Думаю, еще месяца два-три не давать тебе серебряный кол.

— Ты не посмеешь! — Ощетинилась Роза и глаза ее загорелись адским пламенем.

— Рискни, выпей и узнаешь, — спокойно проговорил я, откусывая второй кусок.

Битва проиграна и Роза сидит с бутылкой содовой, в то время как мы с Селски звонко коснулись бутылками пива. Краем глаза я наблюдал за Розой. Она улыбалась, наслаждаясь небольшой свободой и первым вечером, который ей не пришлось проводить взаперти в своей комнате. Она вытянула ноги и скрестила лодыжки, а руки расположила позади себя. С улыбкой она следила за нашим разговором с Николаем и даже не прерывала его.

— А чья была идея притащить три ящика фейерверков и устроить салют на мое 18ти-летие в школе?

— Ивана, — я усмехнулся, вспоминая тот сумасшедший день, когда мы сорвали занятия своим представлением.

— Лучше б притащили ящик водки и трёх стриптизерш.

Мы с Николаем звонко рассмеялись в унисон и поймали на себе прищуренный взгляд Розы. Она не осуждала, а скорее удивлялась.

«Да, детка, много воды утекло с тех времён». — Я позволил себе улыбнуться Розе и она хихикнула, закрыв ладонями лицо.

Мы приговорили первую пиццу и я почувствовал как наелся. Да и бутылка опустела. Я раздумывал открывать вторую или нет, как услышал голос друга.

— Роза, а как давно вы связаны с Лиссой? Честно, о связях стражей и мороев я слышал лишь из легенд моей прабабки Иоанны. Но встретить такое в наше время просто фантастика!

Я насторожился, но сделал вид, что не особо слушаю, а вместо этого открыл пару бутылок и предложил Нику добавку.

— Пару лет, — Роза пожала плечами.

— А я слышал, что эта связь даётся с рождения. — Он кивком головы поблагодарил меня за пиво и я занял своё место.

— Нет, — она покачала головой, — точно не с рождения.

— А в обратную сторону это работает?

Но Роза отрицательно мотнула головой. Я попытался дать знак Николаю, чтоб тот спрашивал ещё. Но мой друг откровенно тупил и как только Роза отвернулась, я одними губами шепнул ему: «побег».

— Побег?

— Что побег?

— Почему вы сбежали? — Уточнил Ник, отложив тарелку в сторону и устало выдохнул, расстегнув пиджак, явно обожравшийся, как и мы.

— Так было нужно, — уклончиво ответила Роза, вытирая уголки губ салфеткой. Она старалась уйти от ответа, но Николая, да и меня, не устраивало это.

— Была же причина?

— Была, — голос Розы очень тих.

— Что же случилось? — Бесстрастно выспрашивал Ник, но Роза скрестила руки на груди и замолчала.

Оставалось только догадываться, что случилось с двумя пятнадцатилетними девочками, что они решились на побег. И эта связь не давала мне покоя. Почему внутренний голос подсказывал, что связь появилась после аварии. Может она возникла из-за общего потрясения? Не каждому доводится пережить такие травмы и остаться в живых. Только бы если я смог стать Розе таким другом, которому она довериться. Тогда она смогла бы открыться мне, но тогда я потеряю границы и в тот момент разрушу и ее жизнь, и свою, и жизнь нашего общего мороя. Я не могу быть ни рядом с ней, ни вдали. Это жутко бесит. И поведение Розы не облегчает мне задачу.

Она украдкой посмотрела на меня и кончиком языка облизнула губы.

— Ну, может в другой раз. — Кивнул Ник. — Дим, у тебя есть планы до утренней тренировки с Розой?

— Нет. — Я все ещё следил за этими губами.

— Оставайся тогда здесь, сто лет не виделись, посидим, поболтаем.

Я положительно кивнул. Допив пиво в один глоток, я отложил вторую пустую бутылку за кресло. Роза пристально следила за моими действиями. Ее поза снова стала расслабленной и непринужденной. Она старалась дышать ровно, но что-то в ее голове не давало ей покоя. Может она переживает, что задержалась здесь и не вернулась в комнату до отбоя? Светает, наверняка морои спят.

— Мне надо проводить Розу до спального корпуса. Придется объяснить надзирателю ее позднее возвращение.

Она нахмурилась и надула губы, посмотрев на Николая. Ясное дело она не хотела уходить.

— Да ладно тебе, Беликов, пусть она останется! Мне необходимо пооткровенничать с ней о моей любимой.

— Любимой? — Роза откашлялась, сквозь смех.

— Именно, — Ник указал на Розу пальцем, — ты должна мне много рассказать. О всём, что она любит… Но сейчас, — морой поднялся на ноги, снимая пиджак и галстук, — мне просто необходимо переодеться.

Ник подхватил из сумки какие-то вещи и закрылся в ванной. Мы услышали шум воды. Секунда. Две. Три. Наше молчание стало неловким. Рассматривая рассвет в окне, я почувствовал, как Роза заерзала на месте.

— Раз уж пошла такая тема, то мне давно стоило сказать это, — я замер. На секунду показалось, что я даже дышать перестал, опасаясь услышать лишние слова, — спасибо, Дмитрий.

Я выдохнул. Благодарность. Я боялся откровенных разговоров. Боялся сделать ей больно или нечаянно дать нам пустую надежду. Я запустил пальцы в волосы. Растирая затёкшие мышцы шеи, я посмотрел в сторону Розы. Она мило и искренне улыбалась— без сарказма, без издёвок.

— Спасибо что вернул нас в академию, — уточнила она, — не то чтобы я не хотела сбежать и сейчас, я хочу, очень хочу, но…

— Но сейчас вы здесь?

— Да… пока можешь быть спокоен.

Поднявшись на ноги, она снова поправила юбку и я вновь смотрю куда не следует. Мне жутко захотелось запустить руку под эту короткую школьную форму и вновь увидеть Розу изнеможённой, шепчущей мое имя. Мысленно я дал себе оплеуху. Роза сейчас разговаривает со мной. Разговаривает. Я не мог упустить такой шанс.

— Если бы вы только объяснили почему убегаете и от…

— Подростковая придурь — слишком быстро выпалила мне девушка, чем доказала лживость этой версии, — погулять хотелось. Вот и все.

— Роза, — я поднялся на ноги, она сделала пару шагов назад. — Можешь держать рот на замке сколько хочешь, уходить от ответа и умалчивать правду, но, пожалуйста, никогда не ври мне, не порти то хорошее, что я вижу в тебе каждый день какой-то мелкой ложью.

Она засмущалась. Я ясно видел, как ее дыхание стало более частым и глубоким. Я почувствовал невероятный прилив удовольствия от такой реакции. Она покраснела и отвернувшись, спрятала от меня своё прекрасное лицо. Кайф распространялся по моим венам, словно наркотик. Она достала бутылку колы из ведерка со льдом и потянулась к открывашке. Не особо понимая что делаю, я лишь подчинился неведомой силе, которая раз за разом тянула меня к Розе. Встал сзади, почти вплотную, не касаясь ее тела, но достаточно, чтобы она ощущала мою близость.

— Значит, говоришь, я зверь доминирующий над твоим телом?

Она застыла, выронив крышку от бутылки. Кусочек металла звонко ударился о стол и скатился на пол. Роза прерывисто вздохнула; я терял голову.

— Мне нравится эта идея, — шепнул я Розе на ухо и уже наклонился к ее губам, как заметил застывшие глаза.

Она была с принцессой. Опять. Надеюсь ничего плохо, кроме подростковой вечеринки она не увидела. По крайней мере по лицу Розы мало, что можно понять. Подобрав крышку с пола, я дал ей ещё секунд пять, а потом легонько коснулся ее плеча. Роза моргнула несколько раз, а потом выдала то, что я меньше всего рассчитывал услышать сейчас.

— Проклятье! Лисса!

Все мое тело разом превратилось в камень. Я придержал Розу за руку, пока она неуклюже быстро обувалась. В этот момент из ванны вышел Ник, вытирая полотенцем лицо. Он увидел как мы пулей вылетаем из его комнаты и побежал за нами.

Мы пересекли двор. Я мог бежать быстрее Розы, но только она знала что и где случилось. На объяснения не было времени. Резко остановившись, Роза схватила себя за голову. Я не успел ничего спросить, как она с протяжным стоном ринулась к спальному корпусу мороев. Я следом.

Без единого слова мы прошли мимо надзирателя. Женщина привстала, но не посмела открыть рот при мне, а бросилась за нами.

— Ванна. — Тихо прошептала Роза и я заметил блеск слез в ее глазах. — Можно я первая? Она слишком расстроена.

В это время к нам присоединился Николай. Отдышавшись, он посмотрел на Розу, а потом перевёл взгляд в мою сторону, но я оставил его молчаливый вопрос без ответа. Я и сам не особо понимал, что происходит.

— Хорошо. — Надзирательница кивнула. — Даем вам минуту.

Дважды повторять не требовалось и Роза моментально скрылась в ванной. Я подошел к двери и приоткрыл ее, постаравшись прислушаться к разговору девочек. Хлюпающие торопливые шаги. Роза окликнула принцессу, но Василиса отозвалась лишь тихими рыданиями.

— Дим, что случ…?

Но я заставил друга заткнуться, пригрозив ему пальцем. Только лишних вопросов мне сейчас не хватало. Сам ничего не понимаю. Николай с шумом выдохнул и запустил пятерню в волосы. Он всегда так делал, когда нервничал. А ещё мерил коридор шагами, шаркая тапками по плитке.

— Ник, стихни нахуй.

Инстинкты и физические способности у всех дампиров намного лучше развиты, чем у людей. Вампирская кровь в наших жилах очень укрепила дампировские организмы, но этого недостаточно, чтобы расслышать каждое слово.

Роза вскрикнула. Моя рука сжала ручку двери так, что ещё немного и металл остался бы в моей ладони. Я обещал девочкам минуту.

— Прости… Я не хотела… — Голос Василисы надломлен и охрип, она откашлялась, — Пожалуйста, не говори никому… — Она разрыдалась, шмыгая носом. — У меня крыша поехала, когда я увидела это. Я была так расстроена, что просто не сумела сдержать себя…

Я медленно отсчитывал последние десять секунд. И злился сам на себя, что не зашёл сразу за Розой. В каком бы виде ни была принцесса, пусть даже голая, но я должен обеспечивать ее безопасность. Но вместо этого мы сидели и пили. Проклятье!

Ник оттолкнул меня в сторону и нетерпеливо постучал.

— Роза? Лисса?

— Еще секундочку! — отозвалась Роза.

Молчание двадцать пять секунд.

— Заходим, — заявила надзирательница и пропихнувшись мимо меня, открыла дверь.

Мы вошли.

Лисса стояла вся мокрая в тонкой ночной сорочке, а поверх пыталась натянуть водолазку Розы. Лицо принцессы перепачкано кровью. Волосы влажные и прилипли к щекам и шее. Руки дрожат. На запястьях окровавленные пластыри. Она судорожно всхлипывая, держалась за Розу, прижимая ее к себе как единственное родное существо.

— Это не моя, — быстро объяснила Василиса, заметив как я разглядывал её. — Это… Это кролика…

Я поспешил помочь, но меня опередил Николай, хлюпая тапками по залитому водой полу. Он протянул к девочкам руки и не спрашивая разрешения принцессы, подхватил ее на руки и осторожно вынес из ванны.

Я пропустил Розу вперёд. Оставшись в почти прозрачной майке-боди на тонких бретелях, она тихо плакала, обхватив себя руками и шла рядом с Николаем. Я очень хотел укрыть ее своим плащом, обнять и утешить, но не мог сделать это при всех. Оставалось сжать кулаки.

Как только мы оказались в спальне, Николай сел в кресло с Лиссой на руках. Потянувшись и взяв плед с подлокотника, он укутал Лиссу, но она все равно дрожала, как осиновый лист.

— Тшш, малыш, все прошло… — Ник бережно прижимал девушку к груди и шептал ей успокаивающие слова.

— Василиса, что за кролик? — Спросила надзирательница, оглядывая комнату.

Трясущейся рукой она указала на мусорную урну.

— Я выбросила его. Не хотела, чтобы Наталья увидела.

Мы с Розой одновременно подошли к мусорке и заглянули в нее. Она тут же отпрянула. Запах отвратительный. По виду плохо понятно, что это был кролик; внутри лежало кровавое месиво и гора бумажных полотенец, пропитанных кровью.

Принцесса тихо плакала на груди у Николая, а Роза молча ходила взад-вперёд и грызла ноготь большого пальца. Ее глаза бешено осматривали комнату, не фокусируясь ни на чем. Господи, хоть кто-то должен здесь ясно мыслить. Сделав медленный вдох, я подошёл к Василисе и опустившись на корточки, как можно ласковей попросил.

— Расскажи, что произошло, — на тумбочке лежали носовые бумажные платки и я протянул парочку Василисе, чтобы смахнуть непрекращающийся поток слез.

— Я вернулась примерно час назад. И он был там. Разодранный на части. — Она шмыгнула носом. — Я не хотела, чтобы Наталья нашла его, не хотела ее пугать… ну и… выбросила его. А потом просто не могла… Не могла вернуться туда…

Ее плечи задрожали, и она заплакала, обняв Ника. А он ещё крепче прижал к себе Василису, поглаживая по голове. В его глазах читались тысячи вопросов и я не мог до конца разъяснить ситуацию.

Что за хреновый розыгрыш такой? Какой ублюдок мог до такого додуматься? Кто может настолько ненавидеть хрупкую милую девушку, что сотворил такое и довёл ее до состояния, когда принцесса стала резать себе руки. Порезы неглубокие и уже не кровоточат. Хорошо хоть она не нанесла себе большого вреда.

— Никто не может входить в эти комнаты! — воскликнула надзирательница. — Как такое произошло?

— Тебе известно, кто это сделал? — мягко спросил я.

Дрожащей рукой, она достала из кармана шелковой сорочки скомканный листок бумаги и протянула мне. Весь в крови он сильно размяк и пришлось осторожно разгладить его, подставив под свет. Роза в секунду оказалась рядом. Встав на цыпочки, она шепотом прочитала.

«Я знаю, кто ты такая. Здесь тебе не жить, уж поверь мне. Убирайся немедленно. Для тебя это единственный способ уцелеть».

Надзирательница перекрестилась трижды и ринулась к двери.

— Мне стоит доложить об этом госпоже Кировой.

Да, директрисе стоило быть здесь, но нам необходимо в больничное крыло. Доктора должны осмотреть принцессу, дать ей успокоительное и обработать порезы.

— Мы будем в больнице, — предупредил я и заметил, как Василиса умоляюще смотрит на Розу, мотая головой. — Василисе нужно прилечь.

Принцесса не двигалась. На выручку пришла Роза, словно очнувшись от сна, она тряхнула головой, поморгав несколько раз и повторила мои слова.

— Пошли, Лисс. Врач осмотрит тебя и потом можешь остаться в моей комнате.

Медленно, поднявшись на ноги, Ник бережно понёс Василису в больничное крыло. Я опасался, что в ночное время там будет только медсестра. Так и вышло и принцесса запротестовала, когда молодая высокая моройка предложила разбудить врачей.

Послышались шаги. Двери распахнулись и внутрь ворвалась Кирова и ещё несколько человек из администрации. В таких ситуациях я уже рефлекторно в первую очередь смотрел на Розу. Глаза ее сузились, а руки сжались в кулаки. Она побагровела от злости и бросившись вперёд, преградила путь всем.

Василиса попыталась подняться и вытянула в сторону Розы руку, но сил ей хватало только ухватиться за Ника.

— Мисс Хэзевей, — заявила Кирова возмущённо, — вы, как обычно, переходите границы. Мне даже непонятно, что вы вообще тут делаете.

— У меня к Вам тот же вопрос, директриса Кирова! Лиссе сейчас не до допросов!

И даже в такой момент, когда Розе стоит прикусить язык, ее как всегда жалит первая встречная муха и получается полный пиздец. Все смотрели на Розу ошарашено. С каждой минутой я все больше и больше понимал насколько ситуация выходит из-под контроля. Идя вперёд, я грубо оттолкнул Розу к койкам. Она попыталась выступить вперёд, но я резко развернулся и грозно посмотрел на девушку. Наконец-то подействовало.

— Директриса Кирова, не могли бы Вы выйти со мной на минутку?

Шагнув вперёд, я не оставил ей возможности обойти себя и указал на дверь. Поджав губы так, что от гнева затрепетали ее ноздри, старуха резко развернулась и отбивая четкий ритм каблуками, вышла за дверь.

— Вы должны позволить Розмари побыть с принцессой. — Твердо сказал я. — Надо принять во внимание, что девочки связаны и все, что чувствует Василиса, чувствует и Роза и только она сможет ее успокоить.

— Здесь есть врачи и психолог, они успокоят принцессу! — Ощетинилась моройка, но вспомнив, что нас могут слышать, снизила тон до твёрдого шепота, — эта бесстыжая должна быть в своей комнате.

— Эта бесстыжая оббежала всю академию, предупредила меня и спасла своего мороя! Неизвестно до каких ещё действий это происшествие могло довести девушку!

— Это лишь подростковая неудачная шутка! — Взвизгнула Кирова и топнула.

— Шутка, которая выводит Василису из душевного равновесия! — Мой голос был тверже стали, но я сохранял спокойствие как мог, — не мне напоминать Вам, что там, — я указал на приоткрытую дверь, — последняя из Драгомиров. Она напугана и выбита из сил и все, что ей сейчас нужно это ее лучшая подруга.

— Я лучше знаю, что ей сейчас нужно!

— Настолько хорошо, что кто-то смог убить бедное животное и пробраться в комнату принцессы и все это под носом у Ее Величества!

— Королева Татьяна, — в ужасе прошептала Кирова, прикрыв рот ладонью, — она ничего не должна узнать.

Кирова обошла меня и поспешила в палату. Медсестра одергивала шторы, чтобы прикрыть солнечный свет, пробирающийся в комнату. Ник все так же сидел с Василисой и обнимал ее, а Роза по другую сторону сжимала в ладонях руку принцессы и тихо бормотала под нос, раскачиваясь на белом стуле. Когда мы вернулись, все встали и разом посмотрели на директрису, так походившую на коршуна. Молчание продлилось несколько секунд.

— Мисс Хэзевей может остаться ненадолго. Комнату приберут, а утром обсудим ситуацию в деталях.

— Не разбудите Наталью, — прошептала Лисса. — А то она испугается. Я уже все убрала в комнате.

Кирова подозвала к себе Николая и он нехотя отпустил Василису. Коснувшись губами ее волос, он передал Розе руку принцессы и подошёл ко всем. Сгруппировавшись, все стали обсуждать происшествие и Николай пересказал руководству все, что видел. Я молча кивал, стараясь следить за девочками. Незаметно, я шагнул ближе к ним и прислушался.

— Не бойся, они не узнают, — шепнула Роза.

— Почему это происходит? — всхлипывала Василиса, обнимая подушку. — Почему я такая уродина?

— Никакая ты не уродина. — Роза смахнула пальчиками слезы с бледных щёк.

— Ни с кем больше такого не случается. Никто больше не использует магию так, как я.

Прислушавшись, я ещё сильнее навострил слух, игнорируя более громкий разговор, в котором Кирова упрашивала Николая ничего не рассказывать королеве.

— Ты прибегла к магии, Лисс? Пыталась исцелить кролика?

— Было слишком много крови… и ничего не вышло.

Роза побледнела. Она сильнее сжала руку Василисы и стрельнула взглядом в мою сторону. Я развернулся и моментально переключился на основной разговор. Губы Кировой дрожали, она в сотый раз повторила одно и тоже.

— Лорд Селски, я надеюсь…

— Я думаю мы сможем договориться с Николаем, если Вы пересмотрите условия охраны принцессы, — перебил я и многозначительно посмотрел на друга. Он был очень зол, но прислушался ко мне. Складка меж бровей разгладилась и он коротко кивнул, все ещё смотря через меня на Василису.

Больше всего я ценил в нашей дружбе доверие друг к другу.

Медсестра подошла с тонометром и осторожно померила давление. Записав данные, она повесила таблицу показаний на стенку у кровати и ушла за капельницей. Успокоившись, что никто не слышит, девочки продолжили разговор, а я снова прислушался.

— Только бы госпожа Карп была здесь…она бы смогла помочь…

«Соня Карп?!»

Дело было не только в связи. В тайне девочек ещё каким-то образом замешана Соня. Это ещё больше запутывает дело.

Карп была из числа неопределившихся и пока девочки были в бегах, она совершила самое страшное преступление — убила мороя и превратилась в стригоя. Сбежала из академии, исчезла бесследно.

В нашем мире практически все морои обладали магией. Вода, воздух, огонь и земля. Но…исцеление? Подобной силой обладал лишь… Святой Владимир, если я правильно помню проповеди отца Андрея. Но Карп? Она совсем обезумела после побега Василисы и Розы и все время твердила, что ей стоило бежать с ними вместе. Стоит пересмотреть материалы этого дела и переспросить священника.

— Нужно уходить отсюда, — резко сказала Роза и мы все обернулись.

— Роза… — Принцесса с ужасом посмотрела на нас и снова на подругу.

— Это ещё что значит? — Вскрикнула Кирова и затрясла на Розу костлявым пальцем.

— Я думаю, Роза просто не так выразилась, — я попытался встрять в разговор, но старуха остановила меня жестом «стоп».

— Мисс Хэзевей, я надеюсь Вы помните, что находитесь здесь на птичьих правах!

Послав Розе строгий взгляд, я покачал головой. Она упрямо смотрела на Кирову, показывая всем своим видом, что бросится на каждого, кто посмеет разлучить девочек и встретилась с осуждающим взглядом Лиссы. В один момент нечто блеснуло в глазах Розы и строгость на прекрасном лице, сменилась покорностью. Она медленно втянула побольше воздуха в легкие и на выдохе произнесла:

— Простите меня, госпожа Кирова, я не так выразилась. Я говорила про то, что Лиссе надо перейти в мою комнату и как следует выспаться.

Я облегченно выдохнул. Бешеный стук сердца замедлялся с каждым словом Розы до нормальной скорости. Но тут же вновь возобновился, когда я заметил, как Василиса смотрит на Розу: прямо в упор, не моргая. Маленькая бисеринка пота скатилась по ее виску.

Принуждение.

— Вы переходите все границы дозволенного, — зашипела Кирова.

— Принцессе нужно немного поспать, — сказал я всем, стараясь как можно быстрее разрядить ситуацию.

— Я не усну.

— Нет, уснешь. — Ласково обратилась к ней Роза. — Я рядом. Ты будешь не…

— Мисс Хэзевей, Вам не позволено оставаться здесь! — Жестко перебила ее Кирова, но тут вмешался Ник.

— Хватит! — Скрестив руки на груди, он встал у изножье кровати и со злобой смотрел на директрису. — Вы, госпожа Кирова, закройте свой рот и уходите.

— Простите, лорд Селски, но Хэзевей…

— Дмитрий! — Позвал меня Николай и я шагнул вперёд, — ты уведи Розу отсюда и прихвати с собой директора, который не в состоянии обеспечить покой и безопасность последней из рода Драгомиров! Принцессе, мать вашу!

Ник редко прибегал к своему королевскому облику и редко позволял себе разговаривать с кем-то подобным тоном, но сейчас я сам видел как сквозь футболку играют мышцы на его руках и он еле сдерживает ярость.

Подойдя к больничной койке, я протянул Розе руку, но она упрямо сжала губы послав мне взгляд полный скептицизма. Уходить она не собиралась и мне оставалось только взвалить ее на плечо и вынести отсюда.

— Роза, — сказал Николай уже мягче, — тебе не о чем беспокоиться, я здесь! Я останусь с ней. Можешь поверить, я не отойду от Лиссы ни на шаг.

Нервно кусая губы, Роза молча посмотрела на подругу.

— Роза, у тебя и так полно неприятностей, иди, — успокаивающе пролепетала вымотанная девушка, откидываясь на подушку.

— Хорошо, — сдалась Роза, подняв руки вверх, — ухожу.

Громко стуча каблуками, она пыталась выплеснуть весь гнев на плитку, но как ни старалась, мраморные полы не треснули. Со всего маху она хлопнула дверью и почти бегом пересекла лужайку. Я спокойно шёл следом, давая ей время успокоиться.

Солнышко так приятно грело. Я топал по густой траве и жалел, что не могу снять обувь. Редко выдавалась возможность погулять под солнцем, ощущая босыми ногами шелковистость зелени.

Меня удивил пункт прибытия Розы. Она смело дошла до королевского корпуса и стремглав помчалась по лестнице на второй этаж. Апартаменты Николая. Вроде как Роза не оставляла там никаких вещей. Распахнув дверь, она зашла в комнату и тут же в ее руке оказалась одна из бутылок. Стукнув ладонью по крышке, она ловко открыла пиво о край столика и смело отпила треть, с громким стуком поставив бутылку на место. В ее глазах отображалась странная внутренняя борьба с чем-то мне неведомым. Пальцы сжимали холодный металл со всей силы, глаза плотно закрыты — казалось, она не дышала.

— Я думаю тебе все же не стоит пить, — сухо сказал я.

— А я думаю, — она медленно повернулась в мою сторону, — тебе стоит идти к черту.

— Роза, — устало пробормотал я.

— Что, Роза? — Она сорвалась на крик. — Кто-то здесь ненавидит Лиссу — кто-то ходит и улыбается ей в лицо, притворяется другом, а потом доводит до… И никто ничего не делает! Но я не позволю погубить ее! Не позволю! Она единственный мой родной человек в этом мире!

Адреналин бушевал по венам Розы. Она с лёгкостью могла разнести всю комнату. И я понятия не имел как ее успокоить. Страх, ужас, усталость — миллион эмоций Лиссы вкупе с собственным гневом переполняли ее.

— Я думаю ты преувеличиваешь, это лишь чья-то глупая шутка. — Как можно спокойней произнёс я. — Академия защищает от нападения стригоев, а не подростков.

— Подростков? Шутка говоришь? Вы даже представить не можете, что здесь творится, — страстно воскликнула она, но тут же осеклась и отвернулась к окну. Ее нежные пальчики коснулись тяжелого красного бархата. Отодвинув штору, она прислонилась лбом к холодному стеклу и выдохнула.

— Расскажи, — осторожно попросил я, подойдя к ней.

— Мне одной нести эту ношу, товарищ, — грустно усмехнулась Роза и ее глаза наполнились слезами, которым она так и не дала пролиться.

— Ты же знаешь, что я всегда рядом? — С осторожностью спросил я. Не знаю почему, но мне было важно услышать ее ответ.

— Ты должен научить меня сражаться.

— В первую очередь, ты должна довериться мне, чтобы я мог помочь вам.

Протянув руку, я коснулся плеча Розы. Я хотел развернуть ее лицом к себе, обнять и утешить. Но почувствовал как напряжено ее тело. Вся она вытянулась в струнку и вскинула подбородок.

— Хватит меня опекать, ты мне не отец, не брат, не друг!

— Я твой учитель!

Резко развернувшись, она ткнула в меня пальцем и горько усмехнулась.

— Открою тебе глаза, приятель, мне этого недостаточно!

И тут я не выдержал. Волна злости нахлынула на меня и накрыла с головой. Переместившись вперёд, я зажал Розу к подоконнику, отрезав все пути. Я заметил мимолетный испуг в ее глазах. Затаив дыхание, она издала еле слышный писк и облизнула пересохшие губы. Я опустил взгляд на них и это стало моей ошибкой. Запустив руку в волосы Розы, я сжал их в кулак и впился в пухлые губы грубым поцелуем. Роза попыталась вырваться, но отступать некуда; сзади запертое окно. Мне захотелось ощутить ее тело прижатым к своему. Подхватив за бёдра, я посадил Розу на подоконник и вплотную прижался к ней своим телом. Она простонала мне в рот и позволила моему языку играть с ее губами. Пробравшись под юбку, я с силой сжал в руках ее бёдра и потерся стояком между ее ног. Как же я хотел большего! Сорвать с неё одежду и трахнуть ее прямо здесь, в чужой комнате, прижатой к холодному стеклу. Картинки предстоящего удовольствия замелькали в голове. Член набух до такой степени, что причинял немалую боль, зажатый брюками. Роза почти задыхалась и мне пришлось переместить поцелуи на шею. Я услышал как она прерывисто вздыхает, прижимаясь к моему члену ещё плотнее. Одна мысль о том, насколько она мокрая в этот момент, сводит меня с ума. Ее кожа так сладко пахнет, но я никак не могу понять, что это за запах. Я упиваюсь им. Роза запускает пальцы в мои волосы и дрожь пробирает по всему телу. Я провожу языком по ее ключице, она стонет, и снова возвращаюсь к губам, но Роза останавливает меня, приложив ладони на мою грудь и слегка надавливает. Я отступаю и отпускаю ее, стараясь придти в себя.

Отворачиваюсь и пытаюсь отдышаться. Я чуть не трахнул ее снова. Блять. Роза тяжело дышит, но постепенно успокаивается и спрыгивает с подоконника. Подойдя к столику, делает несколько жадных глотков и я проверяю содержимое ее напитка. Кола. Выдыхаю и думаю, чтобы такого сказать, но Роза опережает меня.

— Утром мы тренируемся с колом, хочешь ты того или нет. — Почти успокоившись, с вызовом сообщает мне моя ученица. Я разворачиваюсь и смотрю на неё, изогнув бровь дугой. — Не станешь учить, я стащу кол у первого встречного стража и буду тренироваться сама!

Я киваю, все ещё не осознавая как быстро поменялись наши роли. По всей видимости она ожидала, что я стану возражать, но я ещё раз киваю и указываю на часы.

— Тренировка через четыре часа, тебе стоит выспаться.

Комментарий к Подпольная вечеринка

Всем привет, мои котики! ❤️❤️❤️

Мои гости из Германии уехали и я наконец-то могу взяться за главу. На все про все у меня ушло два дня (если вдруг найдёте ошибки или будут пожелания) пишите мне, я только «за» так как строчила главу со скоростью света. Ведь обещала вам ее до нового года ⭐️

Для тех, кто хочет увидеть моего Николая Селски во всей красе, то милости прошу, вот как я его представляю.

http://www.celebritytalentpromotions.com/wp-content/uploads/2014/07/alex-pettyfer.jpg

❤️

http://alex-pettyfer.net/photos/albums/PHOTOSHOOTS/Outtakes/038/016.jpg

❤️

http://alex-pettyfer.net/photos/albums/EVENTS/2011/2011-goldenglobes/0011.jpg

❤️

Ну как вам?

Подходит под ваше представление?

А ещё вопрос, кто читал «ПОСЛЕ»? ⭐️

Как вам?

========== Меняемся ролями ==========

Смотрю на своё отражение в зеркало и не могу понять в какой же момент рухнули все границы. Мне надо успокоиться и придти в себя, обдумать свое непозволительное поведение. И ещё неплохо бы угомонить стояк.

Я держусь за края раковины, сжимая пальцами холодный камень, а вода из крана льётся вниз, раздражая меня ещё сильней. Стараюсь дышать как можно глубже и спокойнее. Вдох и выдох.

Пришлось умыться ледяной водой еще несколько раз.

Снова и снова прокручиваю в голове момент близости, произошедший пять минут назад. И тут до меня доходит.

«Она сама остановила меня. Сама».

Я уже был готов сделать это и именно Роза остановила меня. Что это вообще значило? Неужели она не хочет меня? Напротив, мне всегда казалось я видел желание в ее глазах и все эти двусмысленные комментарии с ее стороны.

Не знаю, что и думать! Мой мозг сейчас взорвется! Как только я встретил эту девчонку, то мир, в котором я жил, рухнул и осталась лишь жалкая пародия на меня самого, готового валяться у ее ног.

Пора возвращаться в комнату и отвести Розу в ее корпус. На сон оставалось не больше трёх часов и я не могу дольше оттягивать этот момент. Всем нам необходимо отдохнуть.

Я взялся за ручку и постарался сделать вид, словно не было между нами этих десяти минут. Я даже продумал фразу и тон голоса, которым собирался предложить Розе пройти в спальный корпус дампиров.

— Я могу проводить тебя, — сказал я сходу, открыв дверь из ванной. Роза обратила на меня внимание, отложив в сторону какой-то глупый сувенир с журнального столика и взгляд ее был абсолютно безразличным. — У надзирателя будет много вопросов.

— Лисса наверняка уже перебралась в мою комнату.

Роза махнула рукой и развернулась ко мне. Внешне она излучала спокойствие, но я подметил, как она без конца ковыряет заусенец на большом пальце. Голос ее такой тихий и даже нежный. Мне хотелось поговорить, разъяснить все, но я просто стоял на месте, сохраняя невозмутимость. Она же не смотрела в мою сторону.

— Думаю, там уже знают. Меня больше заботит, что я могу разбудить ее…или застать не одну.

Роза посылает мне кривую усмешку и отрицательно качает головой. На загорелом лице проступил румянец.

— Мне сейчас только в ее голову не хватало лезть. Лисса очень подавлена и грустна. Не думаю, что вынесу это снова. — В секунду на лице Розы появилась игривость, но я видел, как она заставляла себя. Подняв руки перед собой, она продолжила, — а если Лисса не одна…это точно добьёт меня!

Роза есть Роза. Вечно отшучивается. Но я даже не улыбнулся. Я до сих испытывал отвращение к самому себе за слабость.

— Останься здесь, — тихо ответил я, очертя рукой пространство комнаты. — Не думаю, что Николай сюда вернётся.

Закусив губу, Роза нахмурилась. Что ее смущает? Я вообще не видел никакой проблемы. Постель свежая, дверь запиралась изнутри. По пути в свою комнату я все равно собирался найти Николая. Предложу ему остаться у меня. Ну, а мне сейчас не до сна.

— Ник не обидится?

— Вообще никак, — я указал на дверь ванной большим пальцем и рассеянно хлопнул в ладоши, — можешь принять душ и спать в халате, а утром переоденешься у себя. Только тренировку не проспи!

Мне хотелось пошутить, чтоб разрядить обстановку. Получилось. Роза расплылась в усталой улыбке и я невольно засмотрелся на неё. Она успокоилась, убрав все колючки и заметно расслабилась. Мне нравилась она такой.

— Ну, — сказала она неловко, пройдя вперёд ближе ко мне, — тогда я в душ.

Она выпроваживает меня. Ясное дело в душе я ей не нужен. Или нужен?

«Дима, ты дебил?!»

Пора дать себе пинка и валить отсюда.

— Приятных снов.

— И тебе, — она помахала рукой.

Дверь между нами закрылась мягким щелчком. Я прислонился лбом к холодному дереву и выдохнул. Секунда. Две. Тишина взорвала мой мозг. Мне необходимо было выпустить пар на тренировке и хорошенечко подумать.

«Что это вообще значило? Неужели она не хочет меня? Хотя нет, это глупо! Я вообще не должен думать об этом!» — Убеждал я себя.

Я помню, как ее тело отзывалось на мои прикосновения. Как трепетало в моих руках. Ее дыхание, ее стоны, затуманенные страстью и желанием глаза.

Она перевернула ситуацию с ног на голову и оказалась сильнее меня. Оттолкнув меня, она добилась тренировок с колом, хотя я не планировал подпускать ее к оружию ещё как минимум месяц. Чертовка!

Вернувшись к себе, я принял душ и почувствовал, что полностью разбит. Давно уже не бывало таких моментов, когда мне просто хотелось жить нормальной жизнью и иметь возможность на отношения. Как у других. Нам, дампирам, вообще не свойственно жить для себя. У нас есть долг.

Но я надеялся, что у Николая и Василисы все получиться. Он хороший парень и я мог бы доверить ему свою подопечную. Это был бы хороший правильный союз.

Одев простые спортивные штаны и чёрную хенли, я закатал рукава. Обычно таскать с собой кол в академии стражи не утруждались, но моя привычка везде и всюду брать его с собой осталась неизменна. Запихнув серебро в задний карман, я отправился на поиски Ника. Долго искать не пришлось. Мы встретились у медицинского крыла. Он стоял на крыльце и курил, выдыхая дым и щурясь от яркого солнца. Он расхаживал из стороны в сторону, шаркая тапками по бетонным ступенькам и заметил меня не сразу.

— Привет, приятель, — устало пробормотал он и выкинув окурок, протянул мне руку, которую я тут же крепко пожал.

— Как она?

— Только уснула, — Ник заслонил ладонью глаза от солнца и кивнул на вход, — пошли.

Я молча последовал за другом. Мы прошли длинный коридор и вошли в первую дверь, где находилась палата принцессы. Она мирно спала, обняв край одеяла. Тишину нарушал лишь попискивающий аппарат давления.

— Как Роза? — Тихо спросил Николай.

— В порядке. Она осталась в твоей комнате, — мне не хотелось рассказывать про свой срыв. Николаю только моих любовных проблем не хватало, — она думала, что Василиса останется у неё.

— Она хотела, но уснула раньше. Совсем вымоталась пташка. — Последнее слово он произнёс по-русски с предельной нежностью.

— Хочешь, можешь остаться у меня, — предложил я, — я спать не буду, у меня все равно тренировка с Розой через три часа.

Но Ник покачал головой. Согласен. Я бы на его месте тоже остался. Будь то Роза или Василиса, я бы хотел убедиться, что все в порядке.

— Как думаешь, кто это мог быть? — Спросил Николай, присаживаясь в кресло.

— Ты про кролика?

Он кивнул.

— Чья то тупая шутка, — честно предположил я.

Я и правда не знал, что думать, но охрану все-таки придётся приставить. Альберта должна этим заняться.

— Роза так серьёзно говорит об этом, словно здесь есть что-то ещё, — морой нахмурился, положив щиколотку на колено второй ноги и откинулся на мягкую спинку.

— Я пока сам толком не разобрался. Знаю лишь то, что причина их побега достаточно веская. Они были очень популярны и любимы в академии до побега. У них не было повода бежать от кого-то. — Я старался говорить тише, чтоб не разбудить принцессу, — они очень не хотели возвращаться сюда. И теперь это. Сначала лиса, потом кролик. Кто-то все время подсовывает принцессе убитых животных. И все это выглядит как послание. А теперь ещё и эта записка!

— Она осталась одна, — задумчиво пробормотал Николай, — может ее просто хотят свести с ума? Избавиться от претендентки на трон. Почему бы и нет?

— Не знаю, друг, не знаю, но с каждым днём все больше и больше понимаю, что за девочками стоит тщательно следить. Хотя бы из соображений о безопасности.

— Согласен.

Вытянув ногу, Ник подтянул к себе маленькую банкетку и скрестил на ней ноги. Лучше бы он поспал пару часов в моей комнате, а не в таком состоянии.

— Ладно, старик, ты иди, я ещё побуду здесь.

— Тебе что-нибудь нужно?

— Только если тройную порцию эспрессо, пожалуйста.

Кивнув, я ушёл к кофейному аппарату. Благо там нашёлся большой стакан и я щедро наполнил его крепким горячим напитком. Но вернувшись в бокс, я увидел, как мой безнадежно-влюблённый друг сопит, сидя в кресле, скрестив руки на груди. Осторожно я поставил стакан с кофе на столик и укрыл друга больничным шерстяным пледом.

Ночное происшествие с Розой не давало мне покоя. О чем бы я не думал, все возвращалось к одному. Я медленно терял контроль над ситуацией. Надо как можно скорее поговорить на эту тему и расставить все точки над «и». Я чувствовал, что должен объяснить Розе, что между нами не может ничего быть. Я был таким мудаком. Роза вела себя хорошо, держалась на расстоянии, но именно я сдал позиции и поддался искушению и теперь собираюсь отчитать подростка за…что? Непослушание? Излишнюю сексуальность? Красоту?

Прогуливаясь по двору, я оказался у учебного корпуса мороев. Несколько преподавателей кивнули мне, в знак приветствия и я вежливо отвечал каждому. Войдя под каменную арку, я прошёл по центральному коридору. Группа учеников с тетрадками в руках шептались, матерились, смотрели в тетрадку и снова шептались.

— Ебаная пересдача, блять! Ненавижу русский! — Воскликнул один из них, вышвырнув конспект в сторону.

Тетрадь пролетела метр, шлепнулась о каменный пол и, прокатившись, приземлилась у моих ног. Наклонившись, я поднял ее, шагнул к группке учеников и подал мальчишке его конспект. Морой поднял на меня оробевший взгляд и заикаясь, произнёс:

— Пп…простите, страж Бе… Беликов, — пацан тяжело сглотнул.

— Ученье — свет, не забывайте об этом. — Спокойно сказал я по-русски и проследовал дальше по коридору. Сзади послышался испуганный шёпот.

Я неоднократно замечал, как на меня реагируют ученики, особенно молодые дампиры-новички. Приятно осознавать, что тебя не только уважают, но и бояться. Отрицать не стану, мало кому удаётся к двадцати четырём годам убить шестерых.

Часы в главном зале привлекли мое внимание. Я позволил себе слишком долгую прогулку. Через пятнадцать минут начиналась наша тренировка с Розой. Наверное, мне стоит сходить и разбудить ее. Наврятли она проснулась так рано.

Коридоры постепенно заполнялись и я внимательно прислушивался к разговорам. В основном, все обсуждали вчерашние события. Но все темы сводились к приему и королеве. О кролике никто ничего не знал. Хорошо бы, если б присутствие Василисы в больничном крыле никто не заметил. Но тут я услышал.

— … но наша Роза любит мужчин постарше.

«Что?! Неужели кто-то заметил?»

Остановившись за углом, я мельком глянул на троих парней-новичков, они были знакомы мне, но я не помнил имён. Парни столпились у малого спортзала с рюкзаками в руках.

— О чем ты?

— Да говорю безответная любовь Мейсона к этой девчонке уже поперёк горла. Он обещал позаниматься с нами до общей тренировки, но наверняка оббивает пороги у спальни Розы! Он же сохнет по ней с момента, как у неё выросла грудь!

И все рассмеялись над глупой шуткой, но самый высокий мальчик брюнет осадил их жестом, поправляя рюкзак на плечо.

— Я про мужчин постарше, Уилл.

— Аа, понял. Я ходил в королевский корпус увидеться с мамой, она страж у второго поколения семьи Лазар и видел, как Роза выходила утром из спальни того королевского мороя, Селски. Во вчерашней одежде, потрепанная и невыспавшаяся.

— Он же вроде как около Василисы терся, — уточнил высокий брюнет, завидев с другого конца коридора рыжеволосого мальчишку.

— Ага, — рассмеялся Уилл, — а оторвался на заднице Розы.

Толпа загоготала, пока к ним не подошёл Эшфорд с ключами от спортзала. Звякнув связкой в руках, он обменялся рукопожатием с каждым мальчишкой.

— Простите, ребят, проспал. Вечеринка была что надо, но я переборщил с пивом. Над чем смеётесь?

— Да так, ничего, — отозвался брюнет, пропуская всех вперёд.

Хорошо хоть у одного хватило такта не распространять глупые слухи и, как только коридор опустел, я пересёк лужайку и направился на тренировку.

Роза была в тренажерном зале. Открыв дверь я увидел, как она таскает манекены. Не такие, с которыми мы обычно занимаемся, набитые соломой джутовые мешки, нет. Мужчины и женщины в обычной одежде, с резиновой кожей, волосами и глазами разного цвета. С ними тренировались выпускники, отрабатывая нападение с колом.

Ну что ж, приступим. Может и правда ей уже пора.

— Доброе утро! — Вежливо поприветствовала Роза и развернулась ко мне лицом, уперев кулаки в бока. — Опоздали, товарищ Беликов.

— Прости, — я прошёлся до Розы, доставая с заднего кармана серебряный кол, — я был у Василисы.

— Я тоже, — выдохнула она, поправляя последний манекен, — но она спала. Доктор Олендзки сказала, что Лисса могла ещё ночью идти к себе, но уснула в палате и Николай не разрешил ее будить.

Небрежно прислонившись к стене, одной рукой я подбросил кол в воздух, тот пару раз перевернулся и полетел вниз. Я перехватил его за рукоятку. Мне хотелось привлечь внимание Розы. Получилось.

— Красивый… — с придыханием сказала она. — Пожалуйста, скажи, что сегодня я буду работать с ним.

Мне нравилось, что несмотря на то, что ночью она устанавливала условия нашей тренировки, сейчас она понимала, что границы переходить не стоит. Она умоляюще смотрела на меня, сложив ладони и перекрестив пальцы.

— Считай, это удача, если сегодня я дам тебе хотя бы подержать его, — заявил я и снова подбросил кол.

Она очень хотела сказать мне что-то, но сдерживалась. Думаю она металась между тем, как послать меня нахрен или хорошенечко пнуть. Расстегнув спортивную куртку, она бросила ее на скамейку и стянула волосы резинкой. Меня сводили с ума ее свободные, завязанные шнурком штаны Розы. Они сидят слишком низко для моего самообладания и короткая водолазка; стоит ей поднять руки и тренированный красивый животик не давал мне вспомнить план тренировки.

— Хочешь, чтобы я рассказала, как они устроены и почему я всегда должна быть осторожна с ними? — спросила она, придав себе решительный вид.

Я сохранял упрямое молчание. Мне очень нравилось изводить ее. Бешеная, она так прекрасна.

— Перестань! — Она измученно улыбнулась. — Неужели ты думаешь, что к этому времени я уже не поняла, как ты работаешь? Ты всегда заставляешь меня рассуждать о безопасности и ответственности, прежде чем мы приступим к чему-то интересному.

— Так вперёд.

Я удобно прислонился к стене, засунув руки в карманы. Роза стала зачитывать, вызубренную до совершенства теорию о серебряном коле, его пользе, вреде и значении. Все это я знал, как «Отче наш», но мы должны следовать правилам. Закончив учебник, она стала приводить свои собственные познания. Мне очень нравилась ее находчивость. Она с таким жаром и рвением рассказывала, что я невольно засмотрелся. Я мог лишь предполагать насколько смертоносна она будет в бою. Даже сейчас во время тренировок я не мог не восхищаться ее энергетикой.

— Страж Беликов, — она щёлкнула перед моим лицом пальцами, — только не говорите, что мне придётся повторять все заново.

— Я слушал, — сухо сказал я, раздумывая над вопросом, — а тебе кол может причинить вред?

— Нет, — она покачала головой, но тут же исправилась, — магически нет, но если проткнуть сердце, то ясное дело, я умру.

Разбор теории продолжался ещё час. Мы могли и раньше приступить к практике, но как-то раз я намекнул своей взбалмошной ученице, что ей необходимы уроки самообладания. Этим я и занимался — испытывал ее терпение.

Я глянул на часы. Оставалось не больше десяти минут. Я достал кол. Роза тут же оживилась и в предвкушении переминалась с ноги на ногу. Я медлил.

— Куда нужно вонзить его?

— В сердце, — раздраженно ответила она. Кажется, уроки по самообладанию стоит продолжить. — Я уже сто раз отвечала на этот вопрос. Могу я наконец взять кол в руки? Ну, пожалуйста!

Нет, ей не сойдёт с рук ее ночной командный тон.

— А где оно, сердце? — Как ни в чем не бывало спросил я, разведя руками. Но Роза следила взглядом за колом, который я перебрасывал с руки в руку.

Я молча ждал, борясь с улыбкой. Роза уже готова пристрелить меня взглядом, если бы конечно обладала сверхсилой. Я более чем уверен, что она попадётся на этом вопросе. Так и вышло. Подключив все своё актёрское мастерство, она ткнула в левую сторону груди.

— Нет, сердце не там.

— Конечно там! — Безапелляционно возразила девушка. — Люди прикладывают руку к сердцу, когда приносят клятву верности или поют национальный гимн.

Я дал Розе ещё минутку подумать. Она нахмурилась и ткнула в центр манекена.

— Здесь?

— Не знаю, это ты мне ответь. — Я продолжал иронизировать.

Спокойный тон взбесит ее ещё сильнее. Через пять минут начнутся занятия у новичков и мне хотелось, чтобы Роза выместила там всю свою злость и показала результат лучше обычного.

Она кивнула на блестящий кол.

— Пожалуйста, можно мне хотя бы дотронуться до него?

Я снова подбросил кол, ярко вспыхнувший в свете ламп, и убрал его.

— Я хочу, чтобы на следующем занятии ты показала мне, где находится сердце. Точно. И еще я хочу знать, что препятствует добраться до него.

Роза бросила на меня самый яростный взгляд, на который оказалась способна. Ещё минута и она точно пнет меня. Я едва не рассмеялся. Эта девчонка проверяет меня на прочность каждое занятие.

Начинался урок рукопашного боя. Я слышал, как открылась дверь и в проеме показался тот самый рыжеволосый мальчишка. Он грустно улыбнулся увидев Розу, но та просияла искренней дружелюбной улыбкой. По ходу дела, мальчишка все же был дорог Розе, но не больше, чем друг или брат. Его чувства намного сильнее и далеко не дружеские. Он прятал глаза и намеренно отвернулся к окну, бросая рюкзак на пол.

Я решил двинуть манекены к стене. Врятли они сегодня понадобятся Джун для занятий. Да и хотелось занять чём-то руки. Я чувствовал себя третьим лишним.

Мейсон расстегнул куртку, аккуратно сложил ее на подоконник, закинул туда же рюкзак и начал растяжку. Его движения точны и полны внутренней дисциплины. Из него должен выйти отличный страж. Он ответственный и трудолюбивый. Я не помню ни одной помарки в его личном деле.

— Мейс! — Крикнула Роза, идя к дампиру навстречу.

Парень на секунду прервался. Встав на ноги, он отрывисто выдохнул, поправляя футболку.

— Мейсон, где находится сердце?

К еще большему раздражению Розы, он рассмеялся. Я был готов поддержать парня, но прикусил внутреннюю сторону щеки. Не стоит мне вообще лезть в их разговор.

— Как это? Ты не знаешь, где находится сердце? В особенности, учитывая, сколько ты их разбила?

— Мейсон, я тебе сейчас отвешу подзатыльник, — предостерегающе сказала Роза.

Ей стыдно. Она всегда скрывала любые свои оплошности за злостью. Это я заметил давно. Агрессия — первая защитная реакция Розы.

— Лучше скажи-ка мне, — он понизил голос, с опаской глядя в мою сторону, — что было сегодня ночью?

— В смысле? — Уточнила Роза, но голос ее дрогнул. Она нервно заломила руки за спиной.

Я занервничал, Роза следом. У меня было несколько версий продолжения разговора. В первом, он спрашивал о Розе и Нике. Во втором, о происшествии с Василисой, в третьем, о вчерашнем обеде. Хотя всегда оставался и четвёртый запасной — моройское утро наступило несколько часов назад и в этой школе хватит и получаса, чтобы породить новые басни.

Я дальше делал вид, что не слушаю их, перетаскивая манекены к кладовке. Необходимо чем-то занять руки. Роза прочистила горло, подбирая со скамейки свою куртку. Я знал, она опасалась вопроса о Василисе и кролике.

— Ты была в королевском корпусе мороев…ночью…

Мейсон почесал зубами верхнюю губу, пытаясь подобрать слова. На его месте я бы не стал задавать Розе таких вопросов. Ох, и взбесится она сейчас. Мне стоит задержаться, чтобы предотвратить раздор.

Спортзал потихоньку заполнялся и это дало Мейсону толчок к вопросу. Ответ ему был просто необходим, поэтому он быстро проговорил:

— Ты провела ночь с тем мороем, Селски?

Брови Розы поднялись вверх и она уже было хотела начать свою гневную тираду в стиле Хэзевей, как Мейсон затараторил.

— А что мне было ещё думать?! Ты отказалась от вечеринки. Первый раз за все эти годы! Да и Лисса быстро сбежала. Вы поссорились из-за этого мороя?

Мейс старался говорить тише, но тон его все равно был твёрдым и осуждающим. А Роза тем временем медленно закипала. Ее злость уже ощущалась в воздухе. Я остановился, бросив своё занятие и уже открыто следил за разговором.

— Ты ушла из большого зала с этим мороем, а утром видели, как ты выходила из его комнаты и…

— Да, — перебила его девушка, проведя рукой по лицу, — это ночь я провела у Николая Селски.

— Ты и кровь ему свою давала пить? — Неприкрытая боль в голосе парня заставила меня смутиться, — Джесси тоже говорил… поэтому и водолазка с воротом и куча косметики на шее?

— Мейсон, — тон Розы предостерегал парня не продолжать. Она подняла вверх указательный палец. — Некогда мне сейчас с твоими чувствами разбираться!

— Роза! — Крикнул я, жестом позвав девушку к себе.

Слухи в этой школе стали излюбленным занятием у всех, в том числе и преподавателей. А Роза и Василиса всегда были темой номер один. Как же бесит это детский сад!

Мне пришлось окликнуть Розу ещё раз, так как зрительный контакт с парнем она так и не разорвала. Если их отношения и правда уже много лет держатся на преданности и дружбе, она может вмиг все испортить сейчас. Мейсон кивнул в мою сторону.

— Страж Беликов.

Услышав мое имя, Роза очнулась. Громко топая, она подошла и рявкнула в мою сторону:

— Чего?

— Помоги мне занести манекены в кладовку, пожалуйста, — вежливо попросил я, чем заставил девушку выдохнуть и постараться взять себя в руки.

С утроенной силой, она запихнула манекены один за другим в маленькое темное помещение. Я зашёл внутрь и обвив пальцы вокруг запястья Розы, подтянул ее за собой. Первым делом, она попыталась вырваться; я усилил хватку. Увидев мой суровый взгляд, она затихла. Я прикрыл дверь и оказавшись в полумраке, отпустил руки.

— Что-то ещё?

— Роза, зачем ты сама подливаешь масла в огонь всем этим слухам?

— Просто так!

Она упрямо смотрела в пол. Я взял Розу за подбородок большим и указательным пальцем и заставил посмотреть на меня.

— Пусть обсуждают, что хотят. К слухам я привыкла. — Ее гневный взгляд причинял боль. — Им нужна тема, а мне, чтобы вчерашнее происшествие с Лиссой осталось в тайне, а унижение королевой померкло на фоне новой сплетни.

Повернув голову, она высвободилась от меня, но я заметил на шее, под воротом светло-бордовый след. Указательным пальцем я нырнул под ворот водолазки и отодвинул его. Роза попыталась убрать мою руку, но я перехватил ее свободной рукой и застыл на месте. Большой расплывчатый засос красовался на ее шее, пристыжая и возбуждая меня одновременно. Я сглотнул, убрав руки и Роза тут же поправила воротник.

— Прости.

— За что?!

Она распустила хвост и подвитые волосы рассыпались на спину. Взъерошив их руками, Роза прикрыла шею.

— За то, что допустил ошибку. — Твёрдо сказал я.

— Ошибку? В прошлый раз это был, хм…дай-ка вспомню… Ах, да, точно — момент расслабления. В этот раз…ошибка. — Она нервно рассмеялась и я рефлекторно бросил взгляд на приоткрытую дверь, через которую слышал крики Джун, диктующей комплекс упражнений. — Ваша репутация, товарищ Беликов, слишком раздута, раз Вы позволяете себе столько оплошностей. — прошептала Роза и ринулась из кладовки вон.

Окликнуть не получилось. Роза протиснулась через толпу и выбежала из зала. Я постарался взять себя в руки и спокойно пройти по краю к выходу.

— Эй, что с Розой? — Спросила девочка-дампир по имени Мередит. Пропустив удар, она упала на задницу и громко выругалась.

— По всей видимости, страж Беликов объяснил нашей Розе, как плохо быть кровавой шлюхой, — вякнул один из тех новичков, что я видел утром.

До моих ушей донёсся звук удара и тихий стон.

— Мейсон! — Прикрикнула на ученика Джун, но дальнейшего я уже не расслышал.

Трусцой Роза свернула к выходу и перейдя на самый быстрый бег, что я у неё видел когда-либо на тренировках, помчалась через лужайку к административному корпусу. Первое о чем я подумал — Кирова. Но зачем Розе директриса? Она не похожа на тех девушек, которые при любом случае идут жаловаться.

Я передвигался почти бегом, следуя за Розой. Я не хотел догнать ее, а лишь посмотреть нужна ли помощь. Спустя полминуты поисков, она нашла нужную дверь и рывком распахнула ее.

«Больничное крыло. Ну конечно, ей нужна была Василиса. Эти двое не могли существовать друг без друга!»

— Лисса, ты проснулась? — В узкий проем нырнула голова Розы.

По всей видимости принцесса уже не спала.

— Роза! Привет! — Радостно воскликнула Василиса.

Мягким щелчком закрыв за собой дверь, Роза приглушила голос, но я подошёл к окну и наблюдал со стороны, сквозь щель жалюзи.

— Да, мне должны померить давление, прислать кормильца и сказали, что смогу идти. — Василиса отложила книжку на белую тумбочку. От ее внимания не ушло настроение Розы, — что случилось?

— Просто, — секунда молчания, — я просто смертельно устала, Лисс.

Роза села ко мне спиной и я уже не видел ее лица. Но заметил, как принцесса нахмурилась.

— От кого цветы? — Перевела тему Роза, указав на большой букет светло-розовых бутонов, которые занимали добрую половину окна.

— От Николая, — принцесса посмотрела на розы и залилась стыдливым румянцем.

— Сама виновата! — Поддела подругу Роза и тихо рассмеялась, а принцесса в ответ лягнула Розу ногой.

— Он ночевал в моей палате, — Василиса закатила глаза и с смехом выдохнула.

Повернувшись влево, Роза заметила аккуратно сложенный плед на подлокотнике кресла. Ее глаза расширились. Прыснув от смеха, она развернулась обратно к Василисе.

— Он влюблён в тебя, подруга. И он офигенный мужик, скажу я тебе.

— Он уделяет мне слишком много внимания, — пожаловалась девушка.

— Мне бы твои проблемы!

Девочки рассмеялись и дали друг другу «пять». Принцесса потрясла кистью; Роза перестаралась с ударом. Но в следующую секунду Василиса снова стала серьезной.

— И всё-таки…как ты сама? — спросила Василиса, присев удобнее. Она потянулась вперёд и ласково провела ладонью по щеке Розы. Длинный рукав блузки немного поднялся вверх и я увидел, что отсутствуют повязки, как и малейшие признаки ночных порезов. Удивительно.

— Что-то происходит, — пробормотала Роза. — Не знаю что, но явно что-то нехорошее.

— Что еще? Помимо того, что королева ненавидит меня. Что еще может быть?

— Хотелось бы мне знать… Мне кажется, кто-то прознал, что я «кормила» тебя, пока мы были в бегах.

Лицо принцессы побелело. Она удивлённо открыла рот, но Роза перебила ее.

— Джесси пустил слух, что я давала ему пить свою кровь.

— Какой ужас, но ведь это не правда!

— Конечно нет! — Категорично проговорила Роза и я слышал явное отвращение в ее голосе, — я ненавижу кровавых шлюх и не стремлюсь ею стать! Грязнее этого просто быть ничего не может. Постыдно. Порочно… Никто не хочет понять, что ты бы не выжила, если бы мы не нашли кровь… Они все козлы!

Замолчав, Роза прерывисто вздохнула и, подняв руку, провела тыльной стороной ладони по щекам. Неужели она плачет?

— Нам стоит уехать, Лисс. — Всхлипы Розы стали явными, а голос дрожал. — Это снова начинается. Ворон, лиса, кролик! Была бы здесь мисс Карп…

«Соня Карп…»

И вновь я слышу это имя от девочек. Как же во всей этой истории замешана Соня?! Ума не приложу.

Что Соня, что Василиса — обе не определили свою специализацию. Неужели принцессу ждёт участь Карп и она так же сведёт себя с ума?.. Но главный вопрос: причём тут академия? Соня твердила, что ей стоило бежать с Василисой. Роза выкрала принцессу и уволокла ее на другой конец страны, чтобы уберечь… от кого? Соня хотела унять боль, прекратить безумие, поэтому и превратила себя в стригоя, сознательно. Неужели девочки бояться, что Василиса сделает тоже самое? Бред. Принцесса может превратиться в стригоя и не в стенах академии.

В последних записях Карп все время упоминалось о побеге Розы и Василисы, но ничего такого, что могло дать хоть малейшую зацепку.

— Пожалуйста, не плачь. — Василиса подалась вперёд и погладила Розу вниз по руке. — Прошу тебя, ведь ты всегда была сильной, а слабой я. Это мне впору плакать.

Волна мрачных чувств отразилась на лице Василисы. Она сжала в кулаке одеяло и я физически ощутил волну ее ярости. Это потрясло меня. В нефритовых глазах было столько боли за подругу.

— Ненавижу все эти сплетни. Глупость ужасная. Почему все они такие поверхностные?

— Не обращай внимания, — Роза, старалась успокоить не так подругу, как саму себя. Она набрала в легкие побольше воздуха и прерывисто выдохнула. — Самое разумное — вообще держаться от них подальше.

— Жаль я не могу исцелить твои душевные раны.

— Лисса…

— Пойми, все дело во мне! Это моя вина, — сказала моройка виновато. — Она сделала это, чтобы отомстить мне.

— Она?

— Мия. У Джесси ума не хватило бы такое придумать. Ты сама говорила: Джесси слишком боится Дмитрия, чтобы болтать о том, что произошло.

Передо мной невольно всплыло лицо мелкого гаденыша, которого я выволок из комнаты отдыха. Он оказался ещё более мерзким ублюдком! Жаль, что я не могу хорошенечко навалять ему. Избиение ребёнка не прибавит моему имени чести.

— И зачем было так долго ждать? Ведь прошло уже немало времени. Если бы он хотел распускать слухи, то начал бы тогда же. Мия устроила все в отместку тебе за то, что ты рассказала о ее родителях. Не знаю, как ей это удалось, но уверена — это она заставила его говорить всякие гадости.

— Теперь уже ничего не поделаешь, — вздохнула Роза и мне показалось новый поток слез захватил ее. Она подняла голову вверх и шмыгнула носом.

— Роза…

— Забудь, Лисса. Что сделано, то сделано. У них есть пища для сплетен.

Какой же взрослой не по годам была Роза. За всей ее взбалмошностью и сумасбродством скрывается умная и смелая девушка, готовая на все ради родных и близких. Сильный укол совести вонзился в мою душу. Я не должен ломать ее жизнь своей любовью. Вся эта академская свора итак стараются добить мою девочку. Но я ещё раз убеждался, что должен сотворить из этой отважной девчонки несокрушимого стража.

— Нельзя, чтобы она так поступала с тобой, Роза! Она говорила, что отомстит мне и смотри, что вышло. Стоит нам теперь войти в класс…

— Кстати, пока до тебя не дошло со стороны…так получилось, что я невольно подтвердила слух, что ночевала у Николая.

— Но он же был всю ночь со мной!

— Да, я решила, что так будет лучше. Возможно все, что было ночью так и останется в тайне. Все просто тупо переключились на меня. — Рассеянно проговорила Роза, вытирая мокрые щёки.

— Ты не должна и дальше все время кидаться на мою защиту, — сказала Лисса.

Роза грустно засмеялась.

— Это моя работа. Я надеюсь стать твоим стражем.

— Понимаю, но я имею в виду — таким образом. Ты не должна страдать из-за меня. Не должна постоянно присматривать за мной. А ты всегда именно так и делаешь. Ты увезла меня отсюда. Ты заботилась обо всем, когда мы были предоставлены сами себе. И даже после возвращения сюда… ты всегда берешь всю работу на себя. Каждый раз, когда я теряю самообладание — как сегодня ночью, — ты тут как тут. Потому что я слабая. Не такая, как ты.

Роза прервала монолог принцессы, приложив к ее рту свою ладонь и покачала головой.

— Лисса ты не слаба, ты очень сильна и уникальна! Я ничего не имею против. Я смогу сдержать удар. Это все мелочи!

— Мия точит зуб на меня, но попадаешь под это ты! Это нужно прекратить. Я знаю, ты просила меня держаться от всего этого подальше, но я должна поставить все на свои места!

— Лисса, ты не можешь защищать меня!

— Могу! — страстно воскликнула принцесса. — Существует кое-что, чего Мия хочет сильнее, чем навредить тебе и мне. Она хочет быть принятой в среду королевских семей и чувствовать себя так, будто она одна из них. Я могу лишить ее этого. — Она улыбнулась. — Я могу настроить всех против нее.

Услышав стук каблуков по полу. Я отстранился от окна и принял классическую позу наблюдающего стража. Мимо меня прошла медсестра, катя вперёд грохочущую тележку. Кивнув мне, она нацепила на себя ослепляющую улыбку и остановилась у нашей двери. Я отошёл ещё на шаг, пропуская ее вперёд и не желая быть замеченным девочками.

— Принцесса Василиса, — постучалась и распахнула дверь девушка-моройка.

Девочки отстранились друг от друга и расплылись в фальшивых улыбках.

— Да?

— Меня просили уточнить, готовы ли Вы принять кормильца?

— Да, конечно, — Василиса придала голосу особое очарование и улыбнулась ещё шире, — вторую положительную?

— Да, мы вернёмся через пару минут!

Вновь обменявшись вежливыми улыбками с девочками, медсестра закрыла за собой дверь и подмигнув мне, продолжила толкать тележку вперёд, откровенно виляя бёдрами. Но я тут же переключил своё внимание на девчонок в палате.

— Что значит, «настроить всех против неё». Что ты собираешься делать, Лисса?!

— Поговорю со всеми. — Ее глаза вспыхнули.

Роза отчаянно замотала головой, а по моей спине пробежала волна холода. Принуждение! Оно запрещено законом и ни у одного молодого мороя нет столько энергии, чтобы массово принуждать людей.

— Лисс… Нет. Нельзя использовать принуждение. Только не здесь! Они узнают!

Прошептав это, Роза поднялась на ноги. Ей уже стоило уходить. Кормильца приведут с минуты на минуту.

— Могу я в конце концов иметь хоть какую-то пользу от этой своей дурацкой силы? — Раздраженно выпалила Василиса и стукнула кулаком по постели.

Я заметил испуг в глазах Розы. Она отрицательно качала головой и медленно шагала к двери, находясь ко мне полубоком. Мне следовало уйти и подождать Розу снаружи, сказать, что я ждал ее на улице, но сильное чувство тревоги заставляло меня слушать дальше.

— Лисс, если тебя поймают…

— На этот раз я позабочусь обо всем, Роза. Обо всем. — Уверенно сказала Василиса.

И тут я увидел в глазах принцессы то, что никогда не видел ранее — дьявольскую уверенность в собственном великолепии, королевское величие и предвкушение мести.

Быстрым шагом, я добрался до входа и облокотившись спиной о стену, поджидал свою подопечную. Ей потребовалась ещё минута. И когда она вышла, я заметил припухшие глаза. Хоть она и умылась, но покрасневшие веки выдавали ее. Молча она последовала обратно на урок и я шёл немного позади, давая ей возможность придти в себя.

Мы вернулись на тренировку. Проводив Розу, я хотел остаться снаружи, но Джун подозвала меня жестом. Она попросила остаться и посмотреть на новичков. Внести коррективы в программу.

Большая часть народу прервала занятие, чтобы посмотреть на Розу. Молча, она заняла место в центре зала и перевязала волосы в хвост. Один из парней, подошёл ближе и с противной усмешкой, хотел уже что-то сказать, но Роза напала на него первой, зарядив ногой, ему в грудь. Дампир отлетел на метр и схватился за другого парня, стараясь не упасть.

— Кто следующий? — Вопросительно оглядев учеников, Роза вступила в схватку сразу с двумя учениками, одним из которых был Мейсон. Он боролся и тут же давал Розе указания-советы.

Урок продолжился, хоть до конца пары и оставалось всего ничего.

Наблюдая за Розой, я старался понять все эмоции, что отражались на ее лице во время спарринга. Злость, ненависть, отчаяние и даже страх. Решительность и упрямство. Она с ходу вставала в пару с любым, кто осмеливался бросить ей вызов.

На тренировке она изливала свое раздражение, во все стороны раздавая тумаки руками и ногами. К концу занятия уже никто не хотел драться с моей Розой. Она так сильно ударила Мередит — девчонка сама нарвалась. Нечего было отпускать ненужные комментарии в сторону Розы. Треснул наколенник и я был уверен синяк будет ужасным. Роза даже извинилась, но Мередит это не помогло.

У меня закралось чувство, что в ближайшее время девочки снова предпримут попытку сбежать, если не произойдёт ещё что похуже.

Комментарий к Меняемся ролями

Ребят, всем привет! ❤️❤️❤️

Листала ленту в вк и наткнулась на чудесный арт. прям под фик.

https://vk.com/photo-92211854_456267365

Пишите пожелания на дальнейший сюжет и вообще мнение о Николае.

Хотите, могу оставить его с Лиссой? Могу разбить их пару.

Все зависит от вас, дорогие.

Кароч, «хочу халву ем, хочу пряник» ❤️

Стоит ли вообще отходить от сюжета или дальше писать только по книге?

Как вам?

А ещё я заметила, что моя работа с 80ю страницами никак не вписывается в «миди», пришлось переставить на «макси»

И знаете чья это заслуга? Ваша, естественно ❤️

‼️ Плюс ещё два вопроса ‼️

1. У вас нигде бета не закралась? Я дольше проверяю ошибки, чем пишу. Это ужасно бесит. Думаю, если найду качественную бету, которая любит данный фандом, то и главы будут выходить быстрее.

2. Может писать не по 7-12 страниц, а 3-5? Ясное дело, 3 страницы написать быстрее, чем 12. Или лучше, когда глава большая и полная, чем питаться кусочками?

А может всем уже надоело и мне не стоит вообще продолжать?

========== Правда неизбежна ==========

Последствия распущенных слухов дали о себе знать. Куда бы я не ходил, везде слышал только одно: «Роза — кровавая шлюха». Лживые отвратительные слова вызывали во мне самую что ни на есть ярость. А больше всего меня злила собственная беспомощность.

Днями я смотрел, как Роза чахнет на глазах и даже тренировки с колом её не радовали, хоть она и отрабатывала каждый удар часами, до совершенства, задерживаясь после наших занятий и приходя раньше обычного.

— Что с твоей успеваемостью? — Строго спросил я, на одной из тренировок.

Я придерживал манекен, а Роза наносила уже сотый удар колом в грудную клетку, но её рука не прекращала движений. Если бы она не погружалась так в свои мысли, удары были бы сильнее и точнее. Но сегодня она вообще меня не слушала. Глядя в одну точку — место удара, она вновь и вновь вонзала серебро до самого основания.

— С каких это пор, стража Беликова касается моя успеваемость? — Враждебность так и сочилась из каждого слова Розы, но я продолжал все так же спокойно.

— Тебе нужен отдых, тренировка давно закончилась.

— Мне? — Она метнула в меня горящий злобой взгляд, — мне нужно отрабатывать удар.

И она продолжила дубасить манекен. Я перехватил её руку, выбил из ладони кол. Роза округлила свои прекрасные глаза и проследила за траекторией падения куска серебра. Кол со звоном отлетел от стены и упал на пол.

— Рано или поздно у них появится новая тема для разговоров! А ты не должна угнетать себя. — Мне пришлось повысить голос, но судя по её подрагивающим губам, она меня услышала.

— Этим занимается Лисса. — Прошептала Роза.

— В смысле? Что она делает?

Я помнил разговор девочек очень хорошо, я ловил каждое произнесенное слово, стоя там, за дверью. Многое так же оставалось непонятным для меня и я надеялся, что Роза все же разъяснит хоть немного из тех туманных фраз, что дошли до моих ушей в тот день.

— Дмитрий, не будь глупцом, разве ты не заметил, как она изменилась?

Роза говорила правду. Василиса действительно очень изменилась. Едва выйдя из больничного крыла, она преобразилась в тех королевских девиц, которые часто висли на Иване и Николае на любой из закрытых вечеринок. Высокомерные, чопорные, грубые. Вскинутый подбородок, расправленные плечи и фальшивая улыбка — вот новые атрибуты царственного образа Принцессы Драгомир.

Одно лишь оставалось неизменным — Василиса все так же тепло и полюбовно общалась с лучшей подругой. Но я замечал, что Роза ходит мрачнее тучи и очень беспокоится за принцессу. За все эти месяцы я уже научился доверять ощущениям своей ученицы и знал, если Роза обеспокоена, значит повод есть серьезный. Но сейчас были вопросы поважнее.

— Я вижу то, как изменилась ты. Ты почти не спишь и не ешь, запираешься у себя в комнате и я точно уверен, что занята ты далеко не учебной, так как твоя успеваемость упала ниже некуда.

Запрокинув голову, Роза молча смотрела в потолок и восстанавливала дыхание. Мокрые пряди, выбившиеся из хвоста, облепили ее лицо, а форма насквозь промокла. Комментировать мои слова или отвечать на вопросы она не собиралась.

— В душ и спать! — Я прошёлся до стены и подобрал кол с пола.

— Что случилось с госпожой Карп, пока нас не было?

Резко же она умеет перевести разговор с одной темы на другую. Я не спешил поворачиваться. Мог ли я рассказать Розе все, что мне было известно?

Повертев кол в руке, я тянул время и раздумывал над ответом, продолжая стоять к Розе спиной. Каким-то шестым чувством я понимал, что рано или поздно, но Роза обязательно задаст мне этот вопрос и до сегодняшнего дня, я надеялся, что расплывчатый ответ ее устроит.

— Иди в душ, Роза.

— Дмитрий, я знаю, здесь что-то есть и это очень важно для меня!

— Иди в душ… — Я старался говорить как можно спокойней.

— Дмитрий! — Перебила меня Роза, но я перебил и ее.

— Иди в душ, а когда вернёшься, я провожу тебя до спального корпуса и отвечу на все твои вопросы.

Пнув свой рюкзак, Роза все же постаралась утихомирить своего внутреннего зверя и послушаться. Подобрав рюкзак, она закинула его на плечо и громко хлопнув дверью, скрылась в раздевалке.

Тем временем, мне предстояло собрать снаряжение. Я не так много знал о Соне Карп, как директриса или учителя, работавшие с ней. На самом деле, эту загадочную особу я ни разу в глаза не видел, но ее история потрясла меня.

Как все это переплеталось с девочками и к чему приведёт мое откровение, я не знал, но решил идти ва-банк.

— Роза, когда я пришёл, Карп уже здесь не было.

Я глянул на идущую рядом со мной уставшую девушку и попытался наполнить свой взгляд искренностью. Мы медленно пересекали двор между корпусами, идя по свежей зеленой траве. Роса пробиралась за борта кроссовок и щекотала кожу своей прохладой наряду с травинками. А солнце прилично припекало. Мне приходилось щуриться, но Роза наслаждалась теплом, подставляя лицо под яркие лучи. Мне захотелось задержаться на пару минут, чтобы дать ей возможность порадоваться хоть чему-то. Я указал на маленький полуразваленный фонтан из белого мрамора и остановился, садясь на покрытый высохшей болотной зеленью обод.

— У мисс Карп случилось нервное расстройство после вашего бегства. — Задумчиво сказал я, глядя себе под ноги.

Роза встала рядом, развернув лицо солнцу и молча ждала, не подгоняя и не перебивая, сохраняя спокойствие. Одного мгновения мне хватило и я отвлёкся, засмотревшись на ее разрумяненные щеки и тёплого, персикового цвета кожу. Длинная шея, прекрасный изгиб плеч, такие яркие глаза, с укором смотревшие на меня.

— Врачи нашли способ помочь ей? — Спросила Роза почти неслышно, скрестив руки на груди. Даже дампиру в ноябрьское утро было достаточно прохладно без куртки, если ты не находился под солнцем.

— Она сама смогла себе помочь. — Я выдохнул. Оставалось не так много правды и я не мог останавливаться на полпути. — Об этом стараются не говорить, но самый верный способ заглушить боль и гнетущее беспокойство неопределившимся — прервать жизнь и выбрать путь бессмертия… Она стала стригоем, Роза.

Неподдельный ужас и страх отобразился на юном лице. Роза открыла рот, но ничего не могла сказать, продолжая стоять потрясённая информацией. Я знал, она подумала о Василисе. Ждёт ли ее тоже самое или принцесса все же сможет раскрыть свою истинную специализацию.

Глаза Розы бешено забегали туда-сюда. Она почти задыхалась, жадно хватая ртом воздух и издавала нечленораздельные звуки, а потом и вовсе замолчала. Медленно, она опустилась на корточки и закрыла голову руками, прячась от всего внешнего мира. Я молча ждал, зная, что ей необходимо переварить всю информацию. Мне неизвестно насколько Роза и Василиса любили своего преподавателя, я знал, что Соню не особо жаловал коллектив, говорят ней, как о «девушке со странностями», но известие о поступке Сони, Роза приняла очень тяжело.

— Мисс Карп скрылась, мы не знаем где она сейчас… — Я попытался привлечь внимание Розы, но она не двигалась.

— Роза, я смогу помочь вам, если ты мне немножечко откроешься…я смогу защитить…

Прервав мою речь, Роза подняла на меня раскрасневшиеся глаза и медленно втянула носом воздух, сделав выдох через рот, вытянув губы трубочкой.

Что творилось в душе этой отчаянной девочки, все ещё оставалось для меня загадкой и я очень хотел разгадать ее тайны, стать частью ее мира. Но она не подпускала меня.

— Мне нужно идти, — поднявшись на ноги, она закинула рюкзак на плечо и молча прошла мимо меня.

В который раз она убегала от разговора и оставляла меня запутавшегося в собственных догадках.

И всё-таки я отправился спать.

Сегодня дежурил Юрий. Мы столкнулись в коридоре, когда он неспешно выходил из главного офиса стражей, с огромной кружкой кофе. Второй рукой, он небрежно подбрасывал серебряный кол и насвистывал мелодию из фильма «Челюсти».

— Привет, Дмитрий! — Заметив меня, он сунул серебро в задний карман и протянул мне руку.

— Привет! — Я ответил рукопожатием.

— С тренировки?

— Да.

К чему вообще эти глупые вопросы?

— Как там наша «маленькая катастрофа»? Даёт жару? — Он хохотнул, сделав торопливый глоток и тут же обжегся ещё горячим кофе.

Тёплая волна удовольствия растеклась по телу, видя его минутную боль. Как же меня достал этот идиот. Я не раз ловил его шарящий по телу Розы взгляд и от этого, Юрий бесил меня ещё сильнее. Но, как и всегда, я сдержался.

— Тренируется. — Я обошёл дампира сбоку и сухо добавил, — хорошего дежурства.

Я плёлся по тёмному узкому коридору, пересчитывая ряд одинаковых резных дверей. Отличались они только маленькими золотыми табличками, где извилистым подскоком написано имя проживающего.

«Страж Беликов».

Остановившись, я пошарил рукой в кармане спортивных брюк и достал маленький ключик с брелком в виде московского кремля. Маленький подарок от сестры Сони перед отъездом в Монтану. Кинув спортивную сумку на пол, я раздумывал, как и чем могу помочь девочкам. Мне необходимо оставить их здесь, в академии, чтобы они были под моей защитой. В противном случае, если они предпримут ещё одну попытку бежать, я должен буду отправиться с ними. Василиса — мой морой и если ее безопасность в стенах академии под угрозой, я просто обязан защитить ее.

Им явно нужна была информация про Карп. Как я уже понял, она одна знала о побеге девочек и возможно даже помогала им. В записях она говорила, что должна была бежать с Василисой. Если это и правда настолько важно, я мог предоставить Розе все, что у нас есть по этому делу.

Забыв о сне, душе и еде, я наспех закрыл дверь в свою комнату и ринулся по коридору в другое крыло корпуса стражей. Спустившись на цокольный этаж, я мягко толкнул вращающуюся дверь, отделявшую центр безопасности от главного офиса и коснулся пропуском к сканеру на стене.

Двустворчатые двери из толстого металла открылись и я увидел двоих дампиров, сидящих за столом перед стеной, увешанной мониторами. Они следили по камерам за жизнью академии.

— Шон, Алек, — поприветствовал я парней и они дружелюбно улыбнулись мне.

Я подал руку каждому и занял свободное кресло. Я знал, я не делаю ничего плохого и в любом случае могу объяснить свой поступок руководству, но отчего-то сердце все равно билось на уровне горла, мешая полноценно дышать.

— Включите мне, пожалуйста, «Карп», день первый, — как можно ровнее произнёс я, снимая с шеи цепочку с маленькой флешкой.

Алек тут же быстро напечатал мою просьбу в поисковике и передо мной появилось усталое, посеревшее лицо молодой девушки. Ее глаза блестели от слез, а волосы выглядели так, словно их не расчёсывали несколько дней.

Я вставил флешку в порт и скопировал все данные от первого до шестого дня — дня обращения Сони в стригоя. Дождавшись завершения загрузки, я выдернул флешку и встав со стула, хлопнул дампира по плечу.

— Спасибо, ребят, посмотрю у себя.

Каждый молча кивнул и вернулся к своей работе. Будто меня здесь вообще не было. Это именно то, чего я и хотел.

Зажав цепочку в кулаке, я поднялся наверх, переступая через две ступеньки сразу и вышел на улицу. Быстро пересёк внутренний двор и уже через пару минут постучался в дверь Розы. Она открыла не сразу и каждая секунда казалась мне целой минутой.

— Да?

Распахнув дверь, Роза предстала передо мной в том же тренировочном костюме, в котором занималась со мной часом ранее. Неужели она даже не предприняла попыток переодеться и отдохнуть? Все намного серьезнее, я не думаю, что она даже заходила в столовую за ужином.

— Роза, я тут кое-что принёс тебе, — я протянул ей зажатую в кулак цепочку, на конце которого висела прямоугольная чёрная флешка.

Девушка проследила взглядом за моей рукой и все так же застыв, ждала разъяснений. Сейчас я не видел ни малейшей искорки в ее взгляде, хотя раньше ее зрачки всегда увеличивались, едва ее глаза находили мои, а губы подрагивали в непрошеной улыбке. Никаких больше шуток, никаких издёвок. Я ее преподаватель, она моя ученица. Как я и хотел…раньше хотел. Теперь такой расклад вещей меня никак не устраивал.

— Возьми эту флешку.

— Зачем? — Роза рассеянно протянула руку и я опустил на ее ладонь кусочек чёрного металла.

— Я знаю, это именно то, что тебе нужно. То, что ты никак не смогла бы достать сама и никто не открыл бы тебе эту правду.

Девушка принялась внимательно осматривать и вертеть в руках маленький предмет, оставив дверь открытой. Она задумчиво переваривала все, что я только что сказал. Дверь тем временем с тихим скрипом открылась и мое внимание привлекла странная деревянная коробка, опрокинутая на полу в комнате Розы. Практически все свободное место покрывали пожелтевшие старые листы и пергаменты, разложенные по полу и разные предметы: от кружки до футляра от помады придерживали загнутые края. Книги, закрытые и открытые, большие и маленькие, но определенно все очень старые и ветхие. Большими золотыми буквами на каждой обложке было выведено имя Святого Владимира. А со страницы самой большой открытой книги на меня смотрел и сам святой с вытянутыми вперёд руками. На внутренней стороне руки его темнели порезы, с которых капала алая кровь.

Роза подметила мой взгляд и поспешила прикрыть дверь, придержав ее рукой, но я остановил ее. Наши взгляды снова встретились и она тихо откашлялась.

— Это касается госпожи Карп? — Роза старалась говорить едва слышно и нервно осмотрела пустой коридор.

Я кивнул, все ещё держа рукой дверь.

— Копию делать нельзя, отправлять информацию с неё тоже. Ты должна посмотреть и тут же вернуть мне. И желательно лечь спать, не делая поспешных глупостей…

— Спасибо.

Не выдержав, я раскрыл дверь и прошёл в комнату. Роза поспешила за мной и постаралась собрать все листы с пола, захлопнув книги. Я прикрыл дверь.

— Это было ошибкой принести тебе секретные документы среди ночи. Роза, не теряй времени. — Сказал я раздраженно, указав на включённый ноутбук.

Бросив своё занятие, девушка поспешила к столу. Рухнув на стул, она подъехала на нем вплотную к столу и вставила флешку в порт. Я встал позади, скрестив руки на груди и слегка наклонился вперёд. Роза дёрнула головой в мою сторону, проверяя насколько я был близко и резко вспомнив о своём занятии, тут же стремительно закрыла окно браузера, где в поисковой строке я прочёл имя Владимира.

«Значит она ищет информацию о жизни святого? Но зачем? На воскресных службах, отец Андрей итак вовсю воспевает о жизни и труде Владимира! Если только…мы знаем все? Эти рукописи очень древние и раньше мне не приходилось видеть их…»

Выплыло окно с нарезкой видеозаписей. Шесть разных роликов и каждый пронумерован, как «день первый», «день второй» и так до шестого дня. Роза дважды клацнула по тачпаду и на весь экран показалось измученное молодое лицо.

— Мисс Карп… — Прошептала Роза и тут же потянулась за маленьким блокнотом и ручкой, валявшимся справа от монитора.

«…Я делаю то, что они просят… Даю им это… Но когда это возвращается… это не совсем такое! Страшное, темное…»

На этих словах Роза судорожно нажала на кнопку паузы и прерывисто вздохнула, откатившись от ноутбука, как от чумы. Я боялся пошевелиться и не знал, что делать, хотя и видел, как страшно ей смотреть дальше, но она переборола себя и вернулась к просмотру. Картинка сменилась ещё одним днём и Карп выглядела куда хуже.

«…Они снова приходят! Мне страшно! Им нужно то, что я дать не могу… никак! Нельзя! Мне так страшно и я совсем одна!..»

На этот раз Роза быстрее переключила видео и сжимая ручку, ждала продолжения. Карп закуталась в большой платок и раскачивалась на стуле, исповедуясь перед камерой безжизненным голосом.

«… Те из нас, кто не раскрылся! Кто обладает даром, которому нет названия… мы в опасности! Мы все в опасности! Вынести такое невозможно… Всему есть предел! Его сила… сила…»

«… Надо было бежать с Василисой! Надо было… Роза защитит ее! Роза сохранит секрет… Роза поцелованная тьмой, только Роза спасёт ее… а я так одинока… ясность тьмы так манит…»

Слезы катились не только из глаз рыжеволосой учительницы, но плакала и Роза, дрожа всем телом. Я положил руку на хрупкое плечо и попытался обнять, но девушка сбросила ее и тут же переключила ролик.

«… Я хочу, чтобы все исчезло…дрожь, порезы, ночные кошмары… чтобы все ушло…ушло…»

На шестой день записи, Карп уже лежала в больнице. Эта запись показывала ее превращение.

Вот к ней пришёл врач на осмотр. Наклонившись, он прослушивал сердцебиение Сони, но она схватила его и впилась в мужскую шею, высосав его кровь до капли и отшвырнув безжизненное тело. Медсестра выбежала с застывшим на лице ужасом и страж бросился ей на встречу. Соня разделалась с обоими, ведь в новом обличии, для неё это не составило труда.

Экран потемнел и я выдернул флешку из ноутбука, торопливо повесив на шею. Роза сидела все так же неподвижно и смотрела в темный экран. Ручка треснула в ее руках и осколки пластика рассыпались по столу.

— Роза, я смогу защитить вас, если ты доверишься мне.

На секунду мне показалось, что она даже не слышала меня, но в конце-концов Роза подала признаки жизни и медленно поднялась на ноги. Ее колотило, но она уверенно шагнула вперёд. Роза посмотрела сквозь меня, поджав губы, а затем, не устояв на ватных ногах, практически упала в мои объятия. Схватившись за футболку, она уткнулась лицом мне в грудь и тихо зарыдала, выплескивая все напряжение и боль последних дней. Она рыдала тихо, чтобы никто не услышал. Стены в академии тоньше картона и любой шорох тут же разносился по этажу. Но слезы Розы отдавались мучительной болью в моем сердце. Я помог Розе пересесть в кресло и опустился на корточки рядом, все ещё держа тёплые маленькие ручки в своих ладонях.

Понемногу Роза успокаивалась, вытирая слезы, а я все не решался заговорить с ней. Щеки почти высохли, но глаза и нос покраснели. Глубоко вздохнув, она вытерла лицо рукавом и посмотрела на меня. Веки припухли, но взгляд сохранил нежность.

— Ты был прав…это очень важно для меня.

— Я должен защищать вас… Василису. — Поправил я себя.

— У тебя точно не будет неприятностей? — Заботливо спросила она, склонив голову набок.

— Нет. Мне стоило давно показать тебе все. — Говоря эти слова, я невольно приблизился к Розе, словно меня притягивало магнитом. Это странное чувство пронизывало меня насквозь, проникая в каждую клеточку, стоило мне только взглянуть в эти прекрасные карие глаза.

— Неужели это единственный выход? — Спросила она, глядя в затонированное окно.

— Роза, чтобы у вас там не случилось, все будет хорошо. Ты должна помнить, что безвыходных ситуаций не бывает!

Она грустно улыбнулась, все ещё не поворачиваясь ко мне, но и рук не отнимала. В эту минуту меня не особо интересовало, что я находился в разгар ночи в комнате своей ученицы и что меня, возможно, ждут неприятности с руководством. Мне необходимо помочь девочкам, мне важно сделать мир Розы лучше.

— Я думала, что нашла выход, когда увезла ее отсюда… — она повернулась ко мне, — но тут появился устрашающий, великолепный, непобедимый Дмитрий Беликов и все…

Протянув руку, я коснулся ее щеки. Как я мог выразить ей своё сожаление? Мне дали задание — я его выполнил. Никто не знал, чем это обернётся в последствии. Принцессу начнут преследовать, травить, угрожать. А что больше всего интересует меня, почему проделки подростков все больше походят на угрозу жизни и как так получается, что Соня замешана во всем этом настолько серьезно, что доведённая до истерики, она считала, что Василиса спасена за стенами академии.

— Говорят, Соне стало совсем плохо после вашего побега, она сорвалась с катушек и ее пришлось изолировать. — Я попытался воспроизвести в воспоминаниях все разговоры того времени и рассказы стражей.

Заёрзав на месте, Роза подобрала ноги под себя и обняла себя руками. Она кусала губы, раздумывая говорить мне или нет то, что бередило ее душу. Наконец, она сдалась.

— Ее увезли до этого! За пару недель до нашего побега несколько стражей. Они очень жестоко обошлись с ней и буквально выволокли бедняжку из академии.

— Роза, ты ошибаешься… — Сказал я, будучи сам неуверенный в своих словах. — До момента обращения в стригоя, она все время находилась в стенах академии. Ее изолировали в больничном крыле.

Но Роза упрямо покачала головой и я уже не знал кому верить. В данной ситуации, мне стоит прислушаться к словам своей ученицы. Так предсказывало мое чутьё.

— Они били ее… — Ее глаза сузились, а лицо помрачнело. — Сказали мне, что так надо, что ее увезут туда, где ей помогут. Это были незнакомые дампиры. Раньше я не видела их в академии и сейчас, после возвращения не встречала.

— Школьные стражи не стали ли бы избивать преподавателя! — Возмутился я, поднявшись на ноги.

Да этого просто быть не может! Но в то же время и Роза не станет мне врать. Она смотрела в упор на меня и все дальше настаивала на своём. Теперь уже я чувствовал себя дезинформированным. Неужели кто-то ещё в академии замешан в этом и кто-то кого-то покрывает? Соню Карп не могли просто так взять и увести из академии незаметно и потом так же незаметно вернуть.

— Она так кричала, но она не пыталась защитить себя, она защищала… нас. — Роза закрыла ладонями лицо и покачала головой.

— Роза, я верю тебе. Я попробую ещё что-нибудь узнать, обещаю, — вкрадчиво произнёс я и девушка подняла на меня усталые глаза.

— Спасибо тебе, за все.

— Уже говорила.

Мы одновременно улыбнулись друг другу. Такой мимолетной, но пронизанной теплотой улыбкой. Не знаю, как так получалось, но эта совершенная девушка все глубже и глубже забиралась в недры моей души и захватывала мое сознание. Я мог бросить все к ее ногам, но не давал ей даже той малости, которую она от меня просила. Я не могу, не должен. Это погубит нас двоих.

Я отвернулся к стене и попытался сосредоточиться на любом предмете, кроме Розы, но комната так скудна на украшения. Мое внимание привлекли две фотографии в простых деревянных рамках. На одной Василиса и Роза на стадионе, а на другой они же, но помладше, с семьёй принцессы. Получается, Василиса — весь мир Розмари Хэзевей, от рождения и до нынешнего дня. Больше никого. Ни матери, ни отца. Неудивительно, что их дружба настолько крепка.

Повернувшись, чтобы спросить про знакомство с Василисой, я увидел, что Роза закрыла глаза. Она устроилась в мягком кресле, подложив под голову сложённые друг с другом ладошки и мирно спала.

Подойдя ближе, я не удержался и наклонился к ее лицу, присев на корточки. Ее тихое сопение звучало так мило, она походила на котёнка, свернувшегося клубочком. Стоило переложить ее в постель, иначе утром она не сможет двинуть ни рукой ни ногой. Подхватив девушку под колени и за плечи, я осторожно понёс ее на двуспальную кровать. Всего несколько шагов, но они давались с трудом. Роза так крепко вцепилась в мою футболку и уткнулась лицом мне в грудь. Я ощущал ее тёплое дыхание через одежду и все трепетало в груди. Опустив взгляд, я позволил себе посмотреть на Розу; она улыбалась.

Как можно бережнее я уложил девушку в кровать, сняв обувь и укрыл ее. Роза тут же обхватила край одеяла, перекинув ногу так, чтобы целиком обнять пуховое тёплое счастье. Снова милая улыбка. Я провёл пальцами по ее безупречной коже и убрал непослушные локоны, закрывающие пол лица. Она все так же мирно спала и я надеялся, что хоть сегодня ей удастся выспаться. Утром ее ждала новая тренировка, а мне пора возвращаться к себе.

Тихонько я закрыл за собой дверь, предварительно приглушив свет и надеялся, что меня никто не видел. Лишние вопросы мне сейчас ни к чему.

Поднимаясь в свою комнату, я анализировал ситуацию. Ещё один кусочек пазла сложился в этой чудовищной головоломке.

Роза — Василиса — Соня Карп — Святой Владимир.

В темноте я нащупал маленькую кнопку на тонком металлическом стволе импровизированного дерева-ночника. Тусклый свет ударил в лицо. Глаза слипались и не желали открываться, но я усердно потёр их ладонями и сел. Сегодня я заставил себя встать на час раньше. Необходимо составить план занятий на следующий семестр. Альберта попросила взять на себя подготовку новичков к экзамену по обороне и я обещал сдать план утром, но поленился сесть за работу вчера. И как итог — четыре утра, а я на ногах.

Командировавшись в душ, я достал из спортивной сумки свой походный термос с крепким чаем и вылил остатки в кружку. С первого же глотка в животе заурчало, но я упрямо взялся за работу, пообещав себе, что позавтракаю до тренировки с Розой.

План занятий я позаимствовал у Джун, так как сам по себе я не представлял, как расписать цикл из тридцати двух тренировок. Обычно преподаватели одну треть отдавали теории и две трети практике, но я поделил все пополам. Я считал, что нет смысла махать руками и ногами, когда ты не понимаешь зачем. Теорию я так же разделил. Мне хотелось внести в обычную рутинную разборку техники ещё и более интересные вещи — рассказы о реальных ситуациях и разбор их на практике. Опыта у меня достаточно, чтобы забить каждый урок живыми примерами. Это всегда мотивировало новичков.

Когда я обводил таблицу более ярким маркёром, тихий стук в дверь прервал меня. Подняв голову, я громко и чётко сказал:

— Войдите.

На секунду мне показалось, что это Роза. Странное волнение, нехарактерное для моей выправки и собранности волной прокатилось по телу, но мне суждено испытать разочарование. В дверном проёме показалась Альберта.

— Доброе утро, — она приветливо улыбнулась.

— Доброе!

Я указал на соседний стул, приглашая Петрову войти. Оставалось не так много и я был рад, что не придётся тратить время и заносить ей задание.

— Я уже говорила, что ты слишком много работаешь? — Она заботливо посмотрела на меня.

Я усмехнулся и подведя последнюю черту, закрутил колпачок чёрного маркёра, отложив его в сторону.

— Все, можешь забирать.

— Ты уверен, что сможешь уделить время ещё и новичкам? — Я выдохнул, проведя рукой по влажным волосам. — Ты и так перегружен занятиями с Хэзевей.

— Ничего, это лишь до весенних испытаний. Плюс, у меня, как преподавателя, будет меньше ночных дежурств. — Рассудительно заметил я.

— Кстати, как там Роза? Она нагнала программу? Уверен, что она выдержит испытания?

— Определенно.

Задавая вопрос, Альберта уткнулась в свежий план уроков, разговаривая и одновременно проверяя меня. Я был рад, что она не заметила моего выражения лица.

— Тогда хорошо.

— Она восхищается тобой.

— Мной?

— Да.

В голубых глазах мелькнул интерес. Альберта явно не ожидала подобного.

— Мы как-то раз обсуждали, кто из известных стражей восхищает и мотивирует нас. — Я поддался вперёд, переплетая пальцы в замок и кладя руки на стол. — Она назвала твоё имя.

— Я…приятно удивлена.

Я промолчал, а Альберта вновь погрузилась в таблицу. Она то хмурилась, то позволяла себе улыбнуться, молча кивая. Я от безделья стал складывать разбросанные по столу карандаши и ручки.

— Ты всегда все делаешь слишком хорошо? — Спросила она, скручивая большой плотный листок в трубу.

— Привычка быть лучшим. — Бесхитростно ответил я, поднявшись на ноги вслед за Альбертой.

Она ничего не ответила, а просто вышла в приоткрытую мною дверь, пожелав хорошего дня. А я очень надеялся, что именно таким он и будет.

Комментарий к Правда неизбежна

Привет, мои котятки! ❤️

Вот вам к дню Святого Валентина маленькая радость! ⭐️

Не такая уж и романтичная, го все же глава.

Приятного чтения и жду критики и предложений. ❤️

========== Ещё ближе ==========

То ли благословение Альберты подействовало, то ли это было простое совпадение, но день выдался солнечный, правда холодный ветер все так же напоминал о приближении зимы.

Доделав задание, я сложил чистую одежду в спортивную сумку и направился к столовой, размышляя о планах на день. Сегодняшние сутки я был дежурным, за исключением моих тренировок с Розой и перерывов на еду, поэтому те крохи сна, что я успел урвать за ночь, должны были служить мне единственным отдыхом на ближайшие двадцать шесть часов.

В столовой ещё пусто, но Боб как всегда встретил меня с улыбкой. Он знал, что я приходил раньше всех. Пожав старику руку, я протянул ему термос и остался у стойки выбирать завтрак. Старик быстро наполнил его свежезаваренным чаем с хорошей порцией мёда и лимона и плотно закрутил крышку, сберегая тепло.

— Выбрал, сынок?

— Да! — Я указал на омлет с жареным беконом и Боб тут же наполнило мою тарелку двойной порцией, добавив свежеиспечённый хлеб и салат.

— Что на сладкое? Есть просто волшебные маффины с черникой! Ты только попробуй!

И не спрашивая моего одобрения, добродушный повар закинул в бумажный пакет парочку. Загнув край пакета, он протянул мне выпечку и банку колы.

— Спасибо! — Я постарался улыбнуться как можно теплее и старик ответил мне отеческим добрым взглядом.

— Приятного аппетита, сынок!

К стойке подошёл сонный Юрий. Его дежурство уже закончилось и дампир мог позволить себе завтрак и сон. Боб бросил натирать ситцевым полотенцем стаканы и наполнил поднос Юрия едой.

На мое несчастье, страж решил сесть за мой стол. Устало плюхнувшись на скамью, он со звериным аппетитом взгрызся в куриную ножку, тут же запихивая в себя салат. Мне было все равно подавится он или нет, главное, чтобы не участвовать в разговоре. Я старался есть быстрее, не дожидаясь пока чай остынет, но разговора избежать не удалось.

— Я чуть со скуки не умер ночью! — Пожаловался он.

— Ночью скучно не бывает, да и днём тоже. Хотя уж лучше пусть будет спокойно и все будут чувствовать себя в безопасности.

— К чему это ты? — Юрий, позабыв о салфетке, вытер жир со рта тыльной стороной ладони и принялся обгладывать вторую ножку. Мне захотелось отсесть от этой свиньи, но я слишком тактичен.

Я пропустил вопрос Юрия мимо ушей и задал свой, делая глоток горячего чая.

— Ты работал здесь в момент исчезновения Сони Карп?

— Да, — немного испуганно сказал страж.

— Не помнишь случайно, ее не увозили ли лечиться из академии?

— Нет. — Поспешно ответил он, а затем задумался, едва не уткнувшись лицом в тарелку.

— Понятно, а не помнишь ли случайно ты в какой стихии специализировалась она? — Я уверенно делал вид, что доедаю, но на деле, я внимательно следил за реакцией Юрия.

Страж почесал верхними зубами нижнюю губу, его зрачки сузились, взяв стакан с водой, он сделал несколько торопливых глотков, а затем прочистив горло сказал:

— Она ж как раз слетела с катушек, потому как не имела специализации… — он взял поднос с недоеденным завтраком и встал со скамьи.

— Ясно, я почему-то думал, что воздух, — я пожал плечами, отправляя в рот последний кусок бекона и сложив пустые тарелки в стопку, одной рукой подхватил поднос, а второй бумажный пакет.

— Да пёс его знает, — бросил мне Юрий на выходе.

«Да, врун из тебя никакой!»

Время до начала тренировки ещё оставалось, но я был уверен, что Роза уже в зале и начала растяжку. Но я планировал перехитрить ее план по бесконечной отработке ударов и перенести тренировку на свежий воздух, дать ей что-нибудь попроще, что помогает проветрить мозги, а заодно и поговорить о вчерашнем так, чтобы нас никто не подслушал.

На мое удивление, Роза догнала меня ещё в коридоре, на ходу заплетая волосы в хвост. Она выглядела намного лучше; сон пошёл на пользу. Даже цвет лица перестал отдавать мертвенной бледностью. Я развернулся и выставив вперёд руку, дал сигнал остановиться. Роза замедлилась, поправляя упавший с плеча рюкзак.

— Доброе утро. — Робко, но доброжелательно поздоровалась она.

— Доброе, завтракала?

— Не, проспала! — Фыркнула Роза, указывая взглядом на запертую дверь, — успела только в душ и бегом сюда.

— Мы сегодня на улице. Приятного аппетита!

Вручив Розе бумажный пакет с суточной дозой сахара, я спокойно зашагал к выходу, зная, что она догонит. Я слышал позади себя шуршание бумаги, а затем довольный стон. Мне понравилась ее реакция и я был рад угодить. Мы вышли на солнце и я мельком глянул назад, на Розу с улыбкой жующую кекс. Она торопливо ела, запивая все колой и щурилась от яркого солнца. Весь её образ был отражением той красоты, которая была близка моему сердцу: простая, милая, открытая, женственная и невероятно чувственная. Развивающиеся по ветру, каштановые локоны несли за собой сладковато-ягодный аромат, он дополнял Розу, не перебивая её молодой свежести. Я наслаждался этим зрелищем, дополняя картинку своими фантазиями, где не было академии и королевской иерархии, мороев, дампиров и стригоев. Мы были просто людьми, свободными и счастливыми.

— В нашей столовой нет таких вкусняшек!

Не показалось ли мне, что Роза надула губы, как маленький ребёнок? Именно так!

— На здоровье! — Просто ответил я, не зная, что ещё сказать. Мне не сложно.

— Это просто пища богов! Беликов, ты мой герой! — Выпалила она и тут же прикусила язык, шагнув от меня подальше. Как мне показалось, она даже втянула шею в плечи и слегка ускорила шаг.

Я решил не комментировать и надеялся, что Роза не заметила, что я расплылся в улыбке, как долбаный идиот. Когда она говорила со мной вот так дерзко и прямо, я переставал видеть в ней семнадцатилетнего подростка. Ко мне возвращалась та сексуальная и невероятно красивая, чарующая Роза, которую я встретил в Сиэтле. Одного ее взгляда в тот вечер хватило и я потерял голову. Ко мне тут же лезли непрошеные фантазии и я отбивался от своих желаний как мог.

Роза скомкала в руках бумажные фантики и упаковку, присматривая место, куда бы выкинуть мусор.

— Не смей на природе. — Я протянул руку, — давай мне, я сам выкину.

Послушно, стараясь не касаться моей руки, Роза вручила мне пустые упаковки и банку и пошла вперёд, к поляне, на которой мы обычно тренировались. Я придержал девушку за руку, провожая к тренировочной площадке дампиров. Свернув, Роза шла молча, подняв голову вверх к солнцу и улыбка не сходила с ее прекрасного лица.

— У тебя хорошее настроение, — заметил я.

— Да, есть немного.

— Разговоры стихли?

— Лисса переключила всеобщее внимание на себя, возобновив свои отношения с Дроздовым.

Мы уже дошли, я кинул сумку на помост и осторожно сложил мусор рядом, намереваясь выкинуть его в академии. Роза оставила рюкзак рядом и начала растяжку, выполняя наклоны из стороны в сторону.

— Дроздов? Зачем?

Мне хотелось поболтать с ней по-приятельски. Позволить ей немного довериться мне и раскрыться. Поэтому я отступил от привычной мне здесь манеры разговора и прислонившись к перилам, следил за движениями Розы. Она сменила наклоны на разминку шеи, попутно разговаривая со мной.

— Она считает, что так закрепиться в здешнем гадюшнике и сможет пресечь многие вещи и поведение народа.

— Зачем же ей этот парень? В ней самой хватает обаяниях и шарма, чтобы расположить к себе округу. Я видел их пару раз вместе. Очевидно, что она несчастна.

— Ты наблюдателен… Аарон ей вообще неинтересен, — Роза продолжила махи руками, попутно приседая на месте.

— Зачем же тогда все это?

— Я уже говорила. Так она старается решить несколько проблем сразу.

Я нахмурился, не видя в девичьем поступке никакой логики, да и смысла тоже.

— Чем сегодня займёмся?

— Будем бегать, — бодро ответил я.

— Будем? — Она переспросила не ошибся ли я в множественном числе и я утвердительно кивнул.

Несколько «джампинг джеков» и тело Розы было достаточно разогрето. Я побежал медленнее, чем обычно, напоминая себе, что преследовал сегодня совсем иные цели.

Ноябрьское солнышко приятно ласкало кожу яркими лучами, приходилось все время щурится. Роза старалась сосредоточится на пути, но все равно нет нет, да улыбалась, а порой и посмеивалась собственным мыслям. Затем сама же пожурит себя, украдкой краснея и качнет головой, возвращаясь к пробежке. Думала ли она обо мне?

Я бежал не спеша, просто наслаждаясь тем, насколько близко сейчас Роза и я мог в открытую любоваться ей, такой замечательной и смешной. Один из наших немногих моментов уединения, который останется в моей памяти, как нечто сокровенное.

— Ты побиваешь личные рекорды молчания. — Я придал голосу веселость. Ни к чему сегодня быть хмурым и строгим преподавателем, Розе итак досталось ночью негативных эмоций.

— Есть над чем подумать.

— Ты все ещё расстроена из-за сплетен?

— Да нет, естественно, носить клеймо «кровавой шлюхи» это высшая степень унижения, но… главное — Лисса.

Украдкой я следил, как напряглись уголки губ Розы, а на самих губах образовались морщинки, края слегка покраснели и обветрились. Мне это совсем не нравилось. Раньше эти губы покрывал еле заметный бежевато-розовый оттенок, но сейчас его нет и губы, которые мне так хочется целовать, страдают.

— Я вырос в дампирской общине. — Внезапно признался я, продолжая смотреть в упор, не моргая. — Они не так плохи, как тебе кажется.

Мне хотелось донести до Розы, что проблема не в имени, а в самом человеке, везде найдутся и хорошие и плохие люди. Моя семья — добрые, честные, простые люди и мне не стыдно признаться в том, откуда я родом и где вырос.

— Ох! Я не хотела…

Я замедлился, чтобы мы могли спокойно продолжить разговор, не испытывая желание отдышаться.

— У вас большая семья?

— Мать, три сестры и бабушка. Я мало виделся с ними после того, как пошел в школу, но мы поддерживаем связь.

Постепенно мы перешли на шаг, завершив десятый круг вокруг академии и добравшись до тренировочной площадки, присели на скамейку. Роза натянула рукава тонкой спортивной куртки вниз, спрятав ладони, продолжая смотреть на меня. Этим утром она открыла для себя новую деталь моей жизни. Откровением для меня стало то, насколько легко и приятно рассказывать о себе, ведь я так редко мог кому-то доверится. Здесь в академии, многие даже не знали толком сколько мне лет и откуда я родом. А с Розой все проще, слова сами льются, как если бы во мне был заложен проигрыватель, который срабатывал на голос Розы.

— В основном дампировские общины возникают вокруг семей. Там хватает любви, какие бы рассказы о них ты ни слышала. Для дампиров это единственный выход иметь потомство, ты должна понимать это. А все общественное мнение построено на россказнях и сплетнях. Морои редко строят семьи с дампирами и многие девушки соглашаются на единственную связь только из желания быть матерями.

Я помнил, что Роза не питала нежных чувств к своей матери и не понимал этого. Разве Джанин не сделала для своей дочери как можно лучше? Многие матери остаются растить своих детей, но существуют и такие, кто предан делу до последнего и понимают, что мы в этой жизни всего лишь результат кровосмешения и наша расса угаснет, если угаснут морои.

— Да, но… разве это не странно? Разве многие мужчины-морои не бывают там? Я слышала о тех, кто трахается со всеми подряд и за деньги и для удовольствия… — Роза задала вопрос поспешно и уже терзала зубами и без того обветренные губы.

— Всякое бывает. Например мой отец является отцом и для моих сестёр, хотя он и не женился на моей матери никогда, но она любила его, а он… он зверски избивал её.

Непрошеный ужасный образ моего ублюдка-отца возник перед глазами. Заплаканная мать, забившаяся в угол. Каждый раз, когда он приезжал, она запирала нас у соседей, зная, что даже оттуда мы услышим её отчаянные крики.

Почувствовав в моем голосе грубость, Роза коснулась моего плеча и я постарался улыбнуться, хоть и получалось крайне натянуто.

— Я… Извини. Я не имела в виду ничего плохого…

— Знаю… Ты встречала своего отца?

Она покачала головой, наматывая прядь на палец. Каштановые волосы блестели солнце и я не мог оторвать свой взгляд от разноцветной палитры, отражающейся в каждой волосинке.

— Нет. Мне известно лишь, что у него были карие глаза и классные волосы. Хотя… говорят, что он турок.

— Теперь ясно откуда у тебя такая уникальная внешность.

Наши взгляды встретились, румянец окрасил щеки Розы, но она первая отвела глаза в сторону, попытавшись замять неловкую паузу очередным вопросом.

— Твоя мать и сейчас терпит его? Неужели она позволяла ему это?

Мысль о подобной жестокости привела Розу в бешенство. Я разделял её чувства. Этот заряд проник в нас одновременно. Мы сжали кулаки и стиснули зубы.

— Она — да. — Я до сих пор с удовольствием вспоминаю испуганное лицо этого мерзавца, когда я впервые прервал его экзекуцию над мамой, сломав нос, челюсть и добрую половину рёбер. Я больше не мог смотреть на кровавое месево, которое он оставлял после своего ухода. — Я — нет.

— Расскажи мне, расскажи! Ты выбил из него это дерьмо? — Роза подпрыгнула на месте, ухватив меня за рукав. Кто бы знал заранее, что подобные разговоры могут восхитить девичье сердце.

— Именно. — Я широко улыбнулся.

— Класс! Ты отдубасил своего папочку! В смысле, это, конечно, ужасно, но… Здорово! Значит все эти рассказы правда.

«Рассказы? Неужели я пропустил какой-то слух, да и кто осмелится болтать обо мне?»

— О чем ты?

Вскочив на ноги, Роза сделала несколько шагов в сторону корпуса, но я быстро нагнал её, перехватив за локоть и развернул к себе.

— Роза?

— Так, ничего. Это просто болтовня, которую мне рассказывали ещё в первый день после возвращения…

Я не понимал, почему краска так сильно залила её лицо. Она переминалась с ноги на ногу, но я упрямо ждал ответа, не отпуская не руки. Пусть уворачивается сколько угодно, но любопытство уже взяло верх.

— Ну… в академии у тебя есть своё прозвище…

«Конь в пальто? Черт из табакерки? Дьявол? Гестапо? Гитлер?»

— Я весь во внимании.

— Все называют тебя богом. — Сказала она еле слышно, почти пропищав. — С восхищением и опаской, конечно же.

Закатив глаза, я со смехом выдохнул и покачал головой. А я то уж переживать стал. С моей то репутацией могло быть и хуже. Вернувшись к помосту, я подхватил все наши вещи, все ещё прокручивая в голове это странное, не соотносящееся со мной — простым парнем, прозвище.

— Пошли, у тебя урок скоро.

Секунду после Роза постояла на месте, а затем почти вприпрыжку нагнала меня, сравняв ритм шага с моим.

— Сколько тебе тогда было лет? Ну, когда ты объяснил своему отцу кто есть кто.

— Тринадцать.

— Ты отколотил отца, когда тебе было всего тринадцать?

— Я тренировался с раннего детства и уже в то время был крепким и сильным, да и ростом не обделён. Я не мог и дальше смотреть на это. Хотел, чтобы он усвоил — быть мороем из королевской семьи не означает, что можно творить что угодно с другими людьми… даже с «кровавыми шлюхами».

На лице Розы читалось глубокое сожаление и внезапное удивление. Но сочувствие мне ни к чему. Я не принимал отца никогда, а мать… она сделала свой выбор, когда из раза в раз продолжала прощать его.

— Мне очень жаль.

— Не бери в голову, она любит его, а сердцу не прикажешь.

— Интересно, — задумчиво пробормотала Роза, — любила ли мать моего отца? Может он и не знает о моем существовании. Не хотелось бы оказаться дочкой одного из королевских.

Я не ответил. Мысль о том, что я стоял в родстве с самой королевой, меня тоже не особо радовала, тем более я не разделял ее системы правления и мнения насчёт дампиров, но ничего уже не мог исправить. Я тот, кто я есть.

Подойдя к корпусу, я по привычке открыл перед Розой дверь, держа все наши вещи одной рукой, но Роза запротестовала и попробовала отнять у меня свой рюкзак. Я накрыл ладонью её пальцы и почувствовал, как огрубела нежная кожа её маленьких ладошек. Опустив сумки на пол, я, не слушая протестов, взял руки Розы в свои и развернул к себе ладонями. Мы почти не тренировались на улице последние дни, но все же от холода нежная покрытая легким загаром кожа огрубела и пошла трещинами, некоторые из них даже кровоточили. Кое-где появились волдыри от турников и кола.

— Твою мать!

Я практически поволок девушку к тренажёрному залу, где в каморке преподавателей была аптечка со всем необходимым. Взбешённый беспечностью и безответственностью Розы к собственному телу, я был грубее, чем того требовала ситуация. Роза не имела никакого права подвергать совершенное творение таким издевательствам. Неужели ей совсем не больно? Или она настолько погрузилась в свои проблемы, что даже не заметила глубоких ран?

С силой зашвырнув сумки на узкий потрёпанный диван, я толкнул Розу к столу и приказал сесть. Она молча послушалась и не найдя стула, заняла место на краешке стола, пока я рылся на полках в поисках маленькой синей сумки с белым крестом.

— Где твои перчатки? — Почти рыча спросил я, все ещё вымещая свою злость на аптечке, молнию которой заклинило на полпути.

Роза безразлично глянула на свои руки. Её не смутил внешний вид израненных ладоней и пальцев.

— У меня нет перчаток. В Портленде в них не было нужды.

Тон голоса, которым она со мной разговаривала, заставил злость клокотать в моем теле сильнее. Сидя на краешке стола, она болтала скрещёнными ногами и следила за мной.

— Да и потом, ты можешь задать этот вопрос тому чертовски наглому дампиру, который собирал мой чемодан, когда за шиворот притащил меня в Монтану.

Я хлопнул ладонью по столу, Роза вздрогнула и ойкнула, но больше ничего не сказала. Я сжал кулак, направляя негативную энергию на выход. Давненько я так не выходил из себя, но после встречи с Розой, мои всплески эмоций стали нормой.

«Нет, эта девчонка и правда сведёт меня с ума! Это я ещё и виноват?!» — Я закрыл глаза и медленно вдохнул.

— В любом случае, это только начало. — Мне послышалась в ее голосе странная грусть.

— Начало чего?

Достав перекись и большой ком ваты, я подошёл к столу и грубо разведя коленом ноги Розы, занял место между ними. Мне плевать на то, как все это выглядело и ее прерывистый, полный возмущения вдох туда же. Если она сама не следит за своими руками, я сделаю это за неё, даже если на это потребуется каждая из наших тренировок.

— Превращения меня в Альберту, — немного помолчав, сказала Роза. В её голосе столько печали, но она, глупышка, не понимает, что ничего в этой жизни не в состоянии испортить ее красоту. — В нее и… в типичную женщину-стража, жёсткую, мускулистую. Постоянные тренировки и работа в любых условиях… где уж тут выглядеть хорошенькой.

Осторожно, боясь повредить эти нежные руки ещё больше, я промывал раны, стирая засохшую кровь с маленьких, но глубоких ранок куском ваты, смоченным в перекись. Роза не дрогнула, не ойкала, даже не моргала. Ей будто бы вообще не было никакого дела до боли.

— Просто мне пора начать привыкать вечно ходить в синяках и испытывать боль и дискомфорт. Хотя такая жизнь разрушает нас. Я имею в виду женщин, их внешний вид.

Я выпрямился и закручивая колпачок бутылочки с перекисью, непроизвольно стал разглядывать лицо девушки ставшей для меня всем. Она ещё так юна и по-своему наивна. Мне бы хотелось, чтобы эта прекрасная черта ее характера никогда не иссякла, прячась за грузом той ответственности, что ждёт не после выпуска. Я тонул в теплоте ее карих глаз. Роза подняла голову и ее лицо стало ещё ближе к моему, рот приоткрылся, кончик языка скользнул по губам. Я тяжело сглотнул и пробормотал, сам того не понимая.

— С тобой это не произойдёт. Ты слишком…

Сколько же разных комплиментов мне хотелось ей сказать. А лучше всего сейчас было снять с неё всю одежду и осыпать ее тело поцелуями. Каждый сантиметр молодого девичьего тела. Непрошеные образы нагой Розы, сидящей на этом чертовом столе, станут моим сегодняшним ночным кошмаром. Молча, я покопался в аптечке и достал мазь с пантенолом и выдавил на ладонь небольшую порцию. Но Роза внимательно изучала моё лицо и мне стоило что-то сказать или хотя бы закончить фразу.

— С тобой этого не произойдет, — выдохнул я, стараясь не смотреть ей в глаза.

Я снова сосредоточился на руках Розы, продолжая круговыми движениями втирать в огрубевшую кожу мазь. Зазубренные трещинки смягчались, а я уже не так массировал, сколько кончиками пальцев поглаживал каждую трещинку. Молчание нарушила сама Роза.

— Не произойдёт? А вот с моей мамой произошло. Раньше она была красавицей… Сто лет ее не видела, — добавила она с горечью. — Может, теперь вообще ее не узнаю.

— Ты так не любишь свою мать, ведь ты почти не знаешь ее. — Я сделал Розе замечание.

— Я знаю, что она бросила меня. Я выросла в Академии. Моя семья — это Лисса.

Втерев столько мази, сколько смогла впитать ее иссохшая кожа, я достал тонкие эластичные бинты и раскатал на ладошке Розы, медленно обвязывая каждый пальчик, как это делают боксеры.

— Ты так говоришь о ней… но как иначе она могла поступить? — Для меня решение Джанин казалось очевидным и правильным. Был бы у меня ребёнок, я бы мечтал, чтобы он или она стал выдающимся стражем. Я бы гордился им и знал, что он в безопасности и сможет защитить себя в этом суровом мире. Не знаю насколько сурова и строга Джанин как мать, но зато Розе не пришлось в своё время испытать все издевательства и насмешки школьников, издевающихся над тем, что ты сын «кровавой шлюхи».

Закончив с повязками, я все ещё держал руки Розы в своих. Иногда мне просто необходим телесный контакт с ней. Такое чувство складывается, что стоит мне отойти от неё хоть на шаг, то я просто перестану дышать и мое тело умрет само по себе. Большими пальцами я поглаживал тонкие нежные запястья.

— Знаю, ты хочешь стать стражем. Знаю, как много это значит для тебя. — Я смотрел Розе прямо в глаза. — Думаешь, она испытывала другие чувства? Как сложилась бы твоя жизнь, если бы она не оставила тебя здесь?

— Это не убило бы ее — повидаться со мной, — Роза попыталась вступиться за собственные убеждения. — Но наверно, ты прав…

— Твоя мать очень уважаемая женщина-дампир. И направила тебя по тому же пути.

Длинные темные ресницы коснулись порозовевших щёк. Роза, сама того не замечая, кусала нижнюю губу, понимая, что я прав.

— И ты безусловно станешь таким же бесстрашным и уважаемым стражем.

— Таким как ты? — Удивившись, Роза широко улыбнулась и я опять видел в карих глазах искорки ребячества.

— Может даже лучше.

Ощущение теплоты разрастались между нами. Она сияла, я вторил ей улыбкой. Роза сжала ладони и наши пальцы таким образом переплелись.

— Ты правда так считаешь?

— Конечно, Роза. Я знаю тебя. Знаю твой характер. Василисе очень повезло с тобой. Твоё чувство ответственности глубже, чем у некоторых стражей вдвое старше. Ради достижения своей цели ты сделаешь все, что потребуется.

Она задумчиво поджала губы.

— Что такое? — Почти шепотом спросил я.

— Не уверена, что действительно смогу сделать все. — Призналась Роза смущенно.

«Интересно!» — Я изогнул бровь дугой.

— Не хочу коротко стричься, — пояснила она.

Вереница картинок прокрутилась в моей голове. Ну да, согласен, многие женщины-стражи подстригали свои волосы, показывая всем свои татуировки.

Выпустив руки Розы, я задумчиво разглядывал ее лицо и темные локоны, выбившиеся из хвоста. Искушение слишком велико, а я простой смертный и это притяжение сильнее меня в сто крат. Подняв руку, я стянул резинку и волосы Розы рассыпались по плечам, окутывая меня привычным запахом ее шампуня. Я запустил руку в каштановый шёлк. Роза прикрыла глаза и невольно прильнула к моей руке. Я поддался вперёд и почувствовал, как ноги Розы теснее обхватили мои бёдра.

— Не обрезай их, — почти умоляя проговорил я, вдыхая свежий сладкий запах.

Ещё немного и я снова продам душу дьяволу, за одно только касания к этим алым губам. Я снова напомнил себе подарить Розе помаду. Я помнил, как однажды заметил в ее руках чёрный колпачок с золотыми полукольцами на крышке и примерно знал оттенок. Мысли о более практичных вещах вернули меня в действительность и я смог отвлечься. Хотя Роза, все ещё прикрыв глаза витала в своих мыслях; уголки ее губ приподняты, показывая ямочки на щеках.

Отойдя на шаг, я развернулся, к выходу, подхватывая свою сумку. Мне надо сбежать отсюда.

— Зачесывай их наверх. — Бросил я через плечо и открыл дверь.

Комментарий к Ещё ближе

Всем привет!

Знаю, что глава очень похожа на оригинал, но я слишком люблю эту часть, чтобы сокращать ее ещё сильнее, поэтому вот так получилось.

Надеюсь вам понравится.

Когда я начала писать этот фик, ожидание новой главы было 10-12 человек, но сейчас эта цифра доходит до 60ти. Я люблю вас! Безгранично люблю!

========== Чертов шоппинг ==========

Больше всего на свете я не любил заходить в этот кабинет. У нас с Розой это обоюдная нелюбовь. Правда меня вызывали по другим причинам и благо не часто. Но каждый раз мурашки пробегали по моей спине, перед тем, как постучать в дверь. Причин обычно было две: либо в академии произошёл очередной пиздец, либо меня нагружали сверх того, что мне положено, а почему? Потому как никто больше не мог справиться. Вот тебе и последствия вредной привычки быть всегда и во всем лучшим.

Поднимаясь по лестнице я гадал причины моего вызова. Поведение Розы последнюю неделю образцовое, и Лисса притихла, а это означало, что для меня приготовлено новое задание и я понятия не имел, что это будет.

Чем быстрее я прыгну в омут, тем раньше узнаю, что там. Кирова не изменяла своей привычке вызывать меня с утра, после ночного дежурства. Странное психологическое давление на персонал, все быстро соглашаются, лишь бы уже свалить спать.

Три коротких стука, так всегда делали стражи, и мне ответили:

— Войдите.

Пригладив волосы и поправив лацканы пыльника, я набрал в грудь побольше воздуха и вошёл в кабинет Кировой.

— Аа, страж Беликов, входите, входите! — Поприветствовал меня принц Дашков.

В темном кабинете директора находилось не так много людей, но присутствовала Кирова, Виктор, два его стража: Спиридон и Артемий, как всегда Альберта и я.

— Принц Дашков, госпожа Кирова, — легким поклоном я поприветствовал сначала особу королевских кровей, согласно этикету, затем начальство. Со стражами мы лишь обменялись взглядами.

— Располагайтесь удобнее, — предложил мне Виктор, указывая на свободный стул, но я остался стоять, переместившись к Спиродону.

Странное тревожное чувство закралось внутри. Обстановка подсказывала мне, что разговор пойдёт именно о девочках.

— Альберта, — Кирова кивком позволила главе стражей начать.

— Дмитрий, Вам предстоит в эти выходные сопровождать принцессу Драгомир в Мизулу. Поездку организовывает принц Дашков для своей дочери Натальи, Василису они возьмут с собой.

Я кивнул и Альберта продолжила. Что-то внутри меня лопнуло, как сдутый шарик и я сразу почувствовал себя лучше. Роза не натворила ничего, Василиса не натворила ничего. Это лишь поездка.

— Сопровождать так же будут стражи принца, — она указала на парней, стоящих рядом, — выезд будет осуществлён на одном автомобиле, дабы не привлекать внимание. Модель Gl, семиместная. За руль можете сесть сами.

Я снова кивнул.

— Вы, как официальный страж принцессы, должны обеспечивать ее безопасность в течении всего пути от академии и до прибытия обратно. Оружие Вам выдадут в центре безопасности перед выездом, при себе иметь серебряный кол. — Она медленно набрала в грудь воздуха и перевернула страницу, прикреплённую к пластиковому планшету, — с Вас снимут дневные и ночные дежурства субботы и воскресенья, кроме занятий с новичком Хэзевей. Все понятно?

В кабинете повисла тишина. Все ждали моего подтверждения. Я посмотрел сперва на Кирову. Она вытянулась как струна, сидя в своём директорском кресле, положив перед собой на стол сцепленные в замок руки и прищурила взгляд, направленный на меня.

— Так точно! Время выезда? — Спросил я, переводя взгляд на Альберту.

— Ещё уточняется, Василисе и Наталье разрешено взять с собой ещё одного сопровождающего.

«Что за глупый вопрос? Вариант здесь может быть только один! Кого ещё захотела бы взять Василиса?»

— Принц Дашков, — вежливо обратился я к Виктору, привлекая его внимание, — я считаю, что Вам стоит взять с собой Розмари.

— Я так и знала, — недовольно пробрюзжала Кирова, но я не удостоил ее и взгляда.

— Да, Василиса просила за Розу, но… — Виктор откашлялся, прикрыв рот платком.

— Но руководство считает, — вступила в разговор директриса, — что Хэзевей не заслужила такой поездки.

Опять эти невероятно-гениальные идеи директора. Чем же ей так насолила Роза, что она неустанно вставляет девочкам палки в колёса? Это всего лишь маленькая поездка.

— Цель поездки? — Спросил я у Альберты.

— Шоппинг.

Виктор усмехнулся пожав плечами, словно оправдывался передо мной.

— Девочкам нечего надеть на бал солнцестояния, — пояснил он.

Есть ли у меня хоть малейший шанс уговорить их взять Розу? Ей была бы приятна вылазка за пределы академии и практика не плохая… вот она, идея!

— Госпожа Кирова, кто сказал, что поездка в торговый центр будет для новичка Хэзевей увеселительной?

Кирова явно не понимала к чему я клоню и недоумевающе переводила взгляд с Виктора на меня.

— Для Розы это станет отличной практикой, Вы же сами говорили, что она упустила два года программы и ей теперь не окончить академию, так? — Я сделал шаг вперёд к столу директора, сохраняя уверенность в своих словах, стараясь добавить голосу убедительности, — для Розы это станет одним из экзаменов, за который она получит соответствующую оценку.

Виктор оживился, сидя в своём массивном мягком кресле. Он развернулся в мою сторону и энергично закивал, указывая на меня костлявым пальцем.

— А этот молодой страж очень даже прав! Эллен, я думаю, это отличная идея!

Но Кирова громко хлопнула ладонью по столу и разом привлекла к себе внимание всех присутствующих.

— Я против! Нет и все!

Даже Альберта открыла рот, чтобы сказать что-то в защиту моей идеи, это я увидел по ее глазам, но Виктор опередил всех.

— Но почему? — Удивленно спросил он.

— Вы забываете, что дикая необузданная девчонка смогла украсть принцессу из стен академии, кто даст гарантии, что она не сделает это в городе, где охраны меньше в разы, чем здесь? А?

В словах Кировой была логика и достаточно правильная. Я сам последние дни все больше и тщательней следил за девочками, ожидая, что их затишье, лишь маневр перед бурей. Уже не раз Роза и Василиса в своих разговорах упоминали о побеге и поездка в город лишь облегчит им задачу. Виктор опустил глаза на свои руки, сжимающие трость. Слова Кировой заставили его задуматься и он уже начал колебаться, когда я четко встал на защиту девчонок.

В который раз, и я очень надеялся, что не зря.

— Я! Я даю Вам гарантию.

Не дай Бог Роза выкинет, что-нибудь во время поездки, я просто-напросто оторву ей голову.

— Ты уговорил Кирову отпустить меня в Мизулу? — Спросила Роза тем же утром.

Присев на мат, я раскрыл книжку на последней главе. Вторые сутки не мог дочитать. Роза терпеливо ждала ответа, ну, а я, как всегда, выдерживал паузу, а затем строго сказал, указывая кивком головы на манекен.

— Решение ещё не принято.

— Зачем?

«Что значит зачем? Я хочу, чтобы ты развеялась, отдохнула и ты заслужила эту маленькую девичью радость».

— Не обольщайся, для тебя это экзамен. — Проговорил я, глядя в книгу, делая вид, что читаю.

Мельком я все же следил за действиями Розы. Стараясь перебороть своё упрямство, она медленно подошла к стене и взяла с полки один из ученических деревянных колов. Повертев его между пальцами, Роза вернулась к манекену и нанесла рассеянный удар. Если бы ее противником был стригой, я бы собирал останки.

«Нет, так дело не пойдёт!» — Захлопнув книгу, я оставил ее рядом, а сам, лёжа на мате, с прыжка поднялся на ноги.

— Роза, ты все делаешь неправильно, сосредоточься!

— Не могу.

— Почему?

— Я переживаю из-за твоих слов о экзамене и проверке этой, — она всплеснула руками и посмотрела в окно, глядя сквозь него, не моргая. — Не хватало мне ещё запороть те крохи своего успеха, которого я достигла за эти месяцы.

— Роза, — чуть мягче сказал я, — это всего лишь поход по магазинам.

Протянув руку, я взял девушку под локоть и развернул лицом к себе.

Она слегка повернула корпус, но все ещё не смотрела мне в глаза. Упрямица.

— И все будут следить за каждым моим шагом. Как за подопытным кроликом… Да и потом, Кирова все равно не разрешит.

— Разрешит, можешь мне поверить.

Я знал, что все равно могу вывернуть ситуацию в свою пользу и выбить для Розы эту поездку, как и поход на вечеринку. Она не сделала ничего такого, чтобы лишать ее воспоминаний о академии и школьной жизни. Она должна была пережить все эти моменты, перед тем, как навсегда позабудет о себе и посвятит жизнь служению мороям. Сейчас она, конечно же, не понимает в полной мере насколько все это ценно для неё, но через несколько лет, она будет вспоминать о всём этом с улыбкой, зная, что пережила эти моменты.

Роза выдохнула, принимая решение не становиться против ветра, а плыть по течению, в конечном итоге именно этого я и добивался — доверия с ее стороны к моим действиям, ведь я старался делать все для ее блага.

— Что я должна буду делать?

— Ты будешь выполнять работу ближнего стража, а я дальнего.

Она пару секунд обдумала мои слова, а затем усмехнулась с недовольством.

— Ты не знаешь, как Лисса ходит по магазинам. Себе она практически ничего не покупает, а если и берет, то по большей части даже без примерки.

— И, что? — Я не совсем понимал иронию.

— А то, что меня она таскает в примерочную раз пятнадцать, а потом убеждает, что все ее покупки, это подарки на Рождество, Хэллуин, Первомай, День Рождения, Хануку и прочее, — она загибала пальцы по одному. — Лисса не получает удовольствия от шоппинга, как нормальный человек.

Я не видел в этом никакой проблемы, я не преследовал цель научить чему-то Розу, я давал ей возможность отдохнуть и немного порадоваться.

— Твоя мать совсем о тебе не заботится? — Спросил я, скрещивая руки на груди.

— Ну, — видно было, как Розе сложно даются разговоры об учебе, — она регулярно пополняет мой счёт и оплачивает учебу здесь. Пишет мне… пару раз в год… — Роза постукивала по манекену ученическим колом, пряча от меня свои эмоции за завесой тёмных волос, — ну и на этом вся ее материнская любовь заканчивается.

Роза говорила о матери настолько холодно, ядовито, что мне не верилось, что эта девочка может испытывать нежные чувства по отношению к людям, но ее любовь и преданность Василисе не знала границ. Она говорила искренне, когда рассказывала, что Драгомиры всегда были ее настоящей семьёй.

— Давай, собирайся на улицу, — я развернулся взять ключи от зала, как услышал недовольный стон Розы.

Тренировки на улице для неё означали бегать. А это она не любила даже больше, чем слушать теорию.

— Давай, поторапливайся!

Точным движением, Роза послала кол на полку и быстро подхватила рюкзак. Где надо ей, дак она отлично справляется, с повышенной точностью и отдачей.

Солнце ещё не село и мы могли успеть посмотреть на закат, хотя обычно это прекрасное зрелище было скрыто за большим хвойным лесом, но моройский мир только только просыпался и лужайки были пусты.

Прохлада освежала и помогала проснуться и Роза наслаждалась этим ощущением.

— Заменим сегодня практику на теорию? — Внезапно предложил я, но увидев кислое выражение лица Розы, тут же добавил, — можем просто пройтись и я расскажу тебе о правилах поведения ближнего стража.

— Погулять? — Она тут же оживилась и я кивнул в ответ.

Этой зимой ученики, преподавательский состав и родственники должны были отправиться в Айдахо на королевскую горнолыжную базу. А мне предлагали взять отпуск. Я бы мог съездить в Россию, повидать родных, но я отказался. Нельзя прерывать тренировки Розы, даже для неё рождественские каникулы не станут большим развлечением, разве что уроков не будет. Ей стоит нагнать ещё так много, ведь всего через несколько месяцев она получит знак стража и мы станем работать бок о бок.

Но сейчас главное, чтобы ничто не помешало провести поездку в Мизулу безупречно и я очень надеялся, что моя ученица не подведёт меня.

Ещё дважды Виктор, заручившись моей поддержкой, убеждал Кирову отпустить с нами Розу и наконец старуха сдалась.

— Страж Беликов! — Окликнул меня нежный голос принцессы.

К внедорожнику приближались девочки, в сопровождении школьных стражей. Они шли весело обмениваясь репликами. Роза толкнула принцессу в бок и та едва не упала, но удержалась на месте. Они засмеялись ещё задорнее, обняв друг дружку.

Развернувшись, я поклонился и открыл дверь для подошедших Розы и Василисы, разрешив им сесть вместе. Роза помедлила перед тем, как залезть в машину и вопросительно посмотрела на меня, спрашивая разрешения.

— Не забывай, шаг влево, шаг вправо… — Предостерёг я, все ещё прикрывая рукой дверь.

— Я поняла, поняла. Расстрел.

— Умница девочка. — Я пропустил Розу в машину и она смерила меня гневным взглядом.

— Просто будь паинькой и не забывай, что я слежу за тобой! — Громко добавил я, закрыв дверь.

Она невинно похлопала ресницами и премиленько улыбнулась. Меня не покидало чувство, что я просто напросто помахал красной тряпкой перед лицом разъярённого быка.

Оставалось дождаться Дашковых.

Места в машине распределили так, что Артемий занимал сиденье рядом со мной, позади девочки и замыкали Виктор и его ближний страж Спиридон.

Когда подоспели последние и можно было трогаться с места, я ещё раз взглянул в зеркало заднего вида, проверяя все ли пристегнуты. Виктор Дашков, выглядел ещё хуже обычного. Хилый, как никогда, бледно-зелёный, он поддался вперёд и с улыбкой спросил:

— Ну что, девушки, готовы?

Все трое отозвались согласием и рассмеялись друг дружке, а для Виктора лишние движения закончились жутким приступом кашля. Наталья тут же развернулась к отцу, но он махнул ей, прикрывая рот второй рукой с зажатым в ней белым платком. Прищурившись, я заметил несколько капель крови на куске шелка. Виктору осталось жить совсем немного. Надо было оставить его в академии, но он заявил, что в состоянии сопроводить нас.

— Жду не дождусь, когда мы купим платья на бал, — щебетала Наталья, — мое будет голубое или желтое, ну или может красное.

— Красный мой цвет! — Заявила Василиса.

— Можешь надеть чёрное или темно-синее, как Анастасия из Диснеевского мультика, — предложила Роза.

— Нет, чёрное мы купим тебе!

— Издеваешься? Я на бал? — Усмехнулась Роза, покачав головой.

— А что? — В один голос отозвались Наталья и Василиса, недоумевающе глядя на подругу.

— Одно дело скататься с тобой по магазинам, но другое бал, нет! — Роза категорична в своих словах, — Кирова ни за что не пустит.

Грустные вздохи разнеслись по салону, пока Наталья не подскочила на месте.

— Папочка, папочка, — девочка развернулась назад, приподнявшись над спинкой сиденья, — сделай так, чтобы директриса отпустила Розу, ну пожалуйста!

Старик посмотрел на дочь полным любви взглядом и послал ей воздушный поцелуй, сдув его с морщинистой ладони.

— Хорошо, хорошо, моя дорогая, я похлопочу.

— Ох, спасибо большое! — Василиса воодушевилась больше всех. Она обняла Розу и завизжала от радости.

Мне было необходимо внимательно следить за дорогой, но я мельком успевал смотреть и за происходящим в салоне. В один из таких моментов, мы встретились с Розой взглядами. Ее лицо было так взволнованно, она едва не подпрыгивала на месте, то напускала на себя серьезный и сосредоточенный вид — корчила профессионала. Идея побыть в шкуре настоящего стража ее вдохновляла больше, чем поход за шмотками. Я понимал это волнение и был рад за неё.

— Ну что, Роза, — Проговорил Артемий, общаясь с ней через зеркало заднего вида. — Ты теперь пара Дмитрия?

По спине пробежал странный холодок, я мгновенно встретился с Розой взглядом, но тут же перевёл его на дорогу, не показывая виду, что слушаю.

— Нам стоит привыкать работать вместе, — сказала Роза, но все равно позволила себе переглянуться с Василисой. Принцесса в свою очередь скривила рожицу.

— Ага, — подтвердил Спиридон. — Тебе просто необходимы стальные нервы!

— Мне? — Спросили мы одновременно с Розой и вся машина разразилась смехом.

Лично я считал, что как раз именно я нуждался в успокоительном.

— Розе, — уточнил Спиридон, когда перестал давиться от смеха, но Роза спокойно сказала, глядя на свои руки:

— Проблема лишь в различном чувстве юмора.

— Это точно! — Вторил ей Спиридон.

Мне показалось или в его поведении явно заметен флирт? Я оценил выражение лица стража, его улыбку и взгляд. Определённо, он решил подкатить к Розе. Мои пальцы сжали руль. Я переключился с четвёртой на пятую передачу и надавил на педаль газа.

— Закончили? — Строго спросил я и все разом замолчали.

Ещё пару дней назад я начал подготавливать Розу к этой поездке, заставляя ее без конца вызубривать учебник. Зная заранее, что когда она окунётся в реальную ситуацию, то напрочь забудет о теории и будет полагаться на собственные чувства. Благо интуиция у неё развита очень хорошо, да и соображает она моментально.

— Дмитрий уже выдал тебе кол?

— Нет. Она еще не готова. — Ответил я за Розу.

— Я была бы готова, если бы кое-кто показал мне, как использовать его!

— Если бы ты чаще открывала учебник, то могла бы научиться разным техникам из книги, затем самостоятельно отработать на тренировках. Никто не запрещал тебе приходить раньше и оставаться позже. — Рассудительно заметил я.

— А может мне просто перенести кровать прямо в тренажёрный зал и тупо жить там? — Съязвила моя ученица.

— Роза, тут дело не просто в умении пользоваться колом, — сказал я, желая объяснить Розе, что шутить с этим не стоит. — Нужна готовность убивать стригоев.

— Почему это я не готова?

— Как думаешь, увидев родного или близкого тебе человека, в образе стригоя, сможешь ли ты убить его, не колеблясь ни минуты?

Шутки кончились, Роза посмотрела на Василису и испуг отразился в ее глазах. Я надеялся, что она поняла о чем именно я говорю.

— Наверное… — запинаясь промямлила она.

— Роза, ты будешь смотреть в знакомое лицо, вглядываться в родные черты и достаточно лишь секунды, чтобы ты замешкалась и ты будешь мертва, потому как у них сомнений не будет.

— Я… кажется поняла.

— Они — безнравственные, извращенные, противоестественные создания. Ты должна избавиться от прошлых привязанностей и делать то, что нужно. Если в них сохранилась хоть частица прежних себя, они, скорее всего, будут благодарны тебе за это.

— Благодарны за смерть?

— Чего хотела бы ты, если бы узнала, что тебя против воли собираются превратить в стригоя? Что ты утратишь все моральные устои и понимание того, что правильно, а что нет? Что всю оставшуюся жизнь — бессмертную жизнь — ты будешь убивать ни в чем не повинных людей? Чего бы ты хотела?

В этой зловещей тишине, я слышал глубокое и тяжелое дыхание Розы. Она вела внутреннюю борьбу, ища ответы внутри себя, доверяя лишь здравому смыслу, отключив эгоизм, наивность и чувства.

Я был более, чем уверен, что она сейчас скажет именно то, что считал и я сам всю свою сознательную жизнь. Она просто озвучит мой ответ на этот вопрос. Уж слишком мы были с ней схожи, идеально подходившие друг другу.

Все, затаив дыхание, ждали ее ответа.

С самого первого дня я видел, что она отличалась от других взрослых опытных стражей. Она всегда смотрела на мир под другим углом, рождённая быть стражем. Так бы я охарактеризовал Розу. То, с какой самоотдачей она бралась за любое дело, с какой страстностью рвалась в бой, откладывая любые признаки эгоизма, я не встречал ни у кого. Разве что я сам был таким. Наша жизнь никогда не будет лёгкой и никогда мы не сможем жить так, как мечтаем, но она единственная, кто воспринимал эти устои по умолчанию. Ей не нужно это принимать, пронося истину через года и опыт. Она изначально была идеальной. Я вновь перехватил ее взгляд.

— Если бы я стала стригоем… я бы хотела, чтобы меня убили.

— Как и я.

Ещё одна тонкая ниточка эмоциональный связи добавилась и укрепила тот канат взаимотяги, что мы успели наплести за эти месяцы.

— Это напоминает мне, как Михаил преследовал Соню, — прервал молчание Виктор.

— Кто такие Михаил и Соня?

— Ну, я думал, ты знаешь, Василиса. Соня Карп.

— Соня Карп… Вы имеете в виду госпожу Карп? При чем тут она?

Роза ничего не рассказала своей подруге, хотя я и предоставил ей всю информацию. Василиса побледнела. Эта была та правда, которую принцессе знать не следовало. Роза утаила, а значит оберегала подругу. Вопрос — от чего?

— Она… стала стригоем, — тихо произнесла Роза под испытующим взглядом принцессы. — Добровольно. Михаил… Это страж Таннер.

— Ох! Но, он был здесь до нашего побега. И почему он преследовал госпожу Карп?

— Чтобы убить ее, — ответил я. Надо скорее покончить с этим разговором. — Они любили друг друга.

Смог бы я бросить все, помчаться в погоню за Розой, если бы случись так, что она стала стригоем? Оставил бы я своего мороя, чтобы убить любимую и подарить ей место на небесах? Определенно да. Я бы обменял ее душу на свою, лишь бы спасти ее от ада.

Дальнейший путь прошёл в тишине и раздумьях, пока мы не оказались в торговых рядах. Девочкам дана легкая свобода, они шли впереди, а мы с Артемием следом. За нами еле передвигаясь, шествовал Дашков под руку со Спиридоном.

Девчонки останавливались практически у каждой витрины и с восторженными криками бежали к стеллажам и вешалкам.

Роза держалась молодцом, действуя строго по учебнику. Как тень она передвигалась за принцессой, не привлекая к себе внимания, но старалась следить за окружающим пространством. Им повезло, что девочек связывала дружба и в людной обстановке они вели себя по-дружески и естественно. Сложнее тому, кто совсем не знает своего мороя и им приходится изображать тёплые отношения, иначе проще одеть чёрный костюм, чёрные очки и наклеить на лоб стикер с надписью «Телохранитель».

Первые несколько магазинов Роза старалась не обращать внимания на одежду, но постепенно все больше и больше отвлекалась. Положение усугубляла Василиса, которая и правда брала себе очень немного и практически без примерки, как в свою очередь гоняла Розу от примерочной к примерочной. В кабинки они заходили вместе, опять же из соображений безопасности — Роза не имела права оставлять Василису одну, без присмотра. Независимо от того был я рядом или нет.

Но Розе все же удавалось отказаться от многих навязанных принцессой вещей. Самые красивые и сексуальные она оставляла на дверце примерочных и брала себе более практичные. Похвально. Если бы она только знала, что в строгой одежде выглядит ещё более привлекательно.

Торговые ряды уже украшены к празднику и масса рождественских украшений чертовски мешала наблюдать за девушками. Иногда приходилось стоять совсем близко и это привлекало внимание людей со стороны.

Мы переходили из магазина в магазин, пока девочки не застряли в «Мейси», а я не заметил большой магазин косметики. Это то, что мне было нужно. Я очень хотел порадовать Розу сувениром, под предлогом поздравления. Дождавшись пока девочки наберут охапку вещей и пойдут к примерочной, я дал знак Артемию следить вдвое тщательнее и отлучился.

Мне навстречу тут же вышла длинноногая блондинка в белой блузке и чёрной мини-юбке. Ее волосы были уложены в строгий пучок, а макияж слишком яркий на мой вкус. Она широко улыбнулась и спросила, сможет ли чем-нибудь мне помочь.

Я быстро изложил ей приметы тюбика помады и оттенок, который видел в руках у Розы и через несколько минут уже стоял на кассе, оплачивая покупку. Тридцать два доллара и заветный чёрный тюбик с двумя золотыми полукольцами на крышке у меня в кармане.

Я вернулся в магазин напротив и узнал, что девчонки ещё не выходили из примерочной. Моя миссия выполнена и я мог занять своё место. Подойдя чуть ближе к кабинкам, я услышал знакомый смех.

— Это почти, как в старые добрые времена.

— Да, Лисс, и мне недоставало возможности просто провести время с тобой и позаниматься всякой ерундой.

— Совсем как во время нашей вылазки, — голос принцессы полон грусти, — я так скучала по тебе, Роза.

— Я знаю, я тоже. Я стараюсь стать лучше для твоей же безопасности, — Роза разделяла печаль лучшей подруги. — Но нам пора, мы ещё не выбрали тебе платье!

Звякнули металлические вешалки и занавеска приоткрылась. Я сделал несколько шагов назад, принимая небрежную позу, наблюдая за девочками полубоком.

— Мы не выбрали платье не только мне, но и тебе! — Сказала Василиса и покрутив головой, восторженно ахнула, — вот это! Оно просто создано для тебя! И плевать я хотела на внезапно овладевшую тобой практичность.

Оно и правда выглядело впечатляюще. Как и говорила Роза, платье царевны Анастасии Романовой, только короче темнее и более сексуальное.

— Да, это мое платье…

Трепет, охвативший Розу при виде это платья, заразителен. Я и сам уже хотел примерить платье на Розу и посмотреть, как оно идеально подчеркнёт ее безупречную фигуру. Я мог только догадываться, как красива она будет на балу.

Принцесса уговаривала Розу пройти в примерочную, но Роза отчаянно мотала головой.

— Нет! Отойти — это значит подвергнуть тебя опасности. Никакое платье не стоит твоей ужасной гибели.

Я бы мог присмотреть за Василисой, но решение пришло само по себе. Принцесса порылась среди вешалок и подняв платье нужного размера чуть выше головы, едва ли не вприпрыжку шествовала к кассе.

— Возьмем без примерки! —Объявила она продавцу с хитрой улыбкой. Роза простонала, но спорить не стала. Я видел, в душе она ликовала.

Я переместился к выходу из магазина, встав подле витрины, осматривая этаж. Все чисто. Даже говорить не стоило, что всем своим естеством мне сейчас хотелось оказаться в своей комнате в академии. Я бы смог принять душ, лечь с книжкой, выспаться. Я практически ощущал ту ломоту в ногах, которую буду ощущать лёжа под одеялом и если всем поторопиться, то мы приедем до заката.

Вся наша толпа оплачивала покупки, стоя на кассе. Радовало, что их обслуживало сразу несколько человек. Не радовало — Спиридон все ещё крутился вокруг Розы, стараясь завлечь ее разговором, но к счастью или моему спокойствию, Василиса пришла на выручку подруге:

— Зачем тебе две терморубашки, свитер и джинсы с завышенной талией? — спросила Василиса, оплачивая платье Розы и своё. — Ты нагоняешь на меня скуку.

— Слушай, я согласилась на твой подарок в виде этого платья, — Роза указала пальцем на продавщицу, упаковывающую чёрный шёлк.

— Могла бы позволить мне оплатить и оставшийся твой скучный гардероб.

— Позволь мне самой покупать свои скучные, но практичные вещи.

Василиса высунула язык и скривила Розе рожицу, чем вызвала усмешки продавщиц. Но принцессу это никак не смутило. Бедные девушки даже не представляли, что перед хрупкой блондинкой ещё полагается и поклониться.

— Носить скучные вещи с твоим то телом? — Девушка провела рукой вдоль изящных форм Розы. — Это практически преступление!

— Ой, Лисс, брось!

Больше интуитивно, чем осознанно я посмотрел в сторону Спиридона, который, как я и думал, без стеснения разглядывал мою Розу с головы до ног, концентрируя внимание далеко не на прекрасные глаза девушки.

— Ты даже волосы зачесываешь наверх!

И правда, Роза, подобрав волосы, стала выглядеть взрослее, привлекательнее и более профессионально. Ей только не хватало чёрной формы стражей. Жду не дождусь, когда ее прекрасная шея будет испещрена знаками доблести, отваги, храбрости. Если у неё хватит ума не делать глупостей и закончить академию.

Мне вспомнилась та ночь, когда я отругал Розу за незаконченную учебу. Она грубо заткнула меня, дав понять, что тема не обсуждается. Уже тогда она показала свой полный решимости характер. Уже тогда я потерял голову от этой девушки.

Оплатив оставшуюся часть покупок, Роза подхватила пакеты и они с Василисой развернулись, ища взглядом остальных. Наталья выбежала из примерочной с голубым платьем в блестках. На ходу напяливая очки, она споткнулась о вешалки и едва не свалилась. Виктор ахнул, протянув руки к дочери.

— Девочка моя, ты в порядке? — Ласково спросил он, прижимая дочку к груди.

— Да, папочка, я задумалась, — потянувшись к лодыжке, она потёрла ушибленное место.

Нам предстоял ещё поход в обувной, но с этим мы справились быстро. А Виктор и Наталья задержались в ювелирном. С ними остался Спиридон и Артемий, а наша троица спускалась вниз на эскалаторе к парковке. Я, как и полагалось, шёл впереди, принцесса в центре, а замыкала Роза. Все изрядно вымотались и я был рад, что по возвращению в академию ещё останется пара-тройка часов на сон. Девочкам же проще, они могли запросто пропустить воскресную службу и выспаться. Перекусить мы планировали в дороге. Мороям полагалась человеческая еда, но в более малых количествах, а мы договорились на «Сабвэй» у выезда.

Сканируя пространство второго этажа, мы медленно спускались к первому, как я услышал еле слышный, но сердитый шёпот принцессы.

— Почему ты ничего мне не рассказала? Про мисс Карп.

— Тебе не нужно было этого знать, — тихо ответила Роза и как мне показалось, посмотрела мне в спину.

То ли Василиса поднялась на пару ступенек вверх, то ли Роза спустилась, но они определенно стали ближе друг к другу. Я продолжал делать вид, что совсем их не слушаю, выполняя обычную работу.

— Ты волновалась, что я могу сломаться? Могу сойти с ума и стать стригоем?

— Нет. Ни в коем случае. Она — это она. Ты никогда такого не сделаешь.

Обе девочки замолчали. Мы спустились вниз, где следовало пройтись пешком по коридору к выходу. Я повернул голову, проверяя не испортила ли Роза строй, но все было безупречно. Все, за исключением их настроения.

Дождавшись всех, мы стали рассаживаться, как вдруг Спиридон придержав Розу за руку, наклонился к ее лицу и тихо проговорил:

— Принц Дашков пожаловался, что его сзади потряхивает, не могла бы ты занять эти места со мной?

Не дав Розе даже обдумать предложение стража, я окликнул:

— Спиридон!

В нашем мире если у дампира не было специального звания, то иерархия строилась от количества отметок на шее. У меня их было шесть, не считая знака обещания, у Спиридона две, хоть мы и выходцы из одной школы одного года. Поэтому дампир тут же выпрямился и чётко отозвался.

— Да, страж Беликов!

— Сядь за руль, — я открыл перед ним дверь на водительское кресло.

Секунда молчания, Роза закусила губу, стараясь не рассмеяться, а Василиса, подошедшая к ним, вопросительно взглянула на подругу, но та покачала только головой. Волей-неволей, но стражу Дашковых пришлось подчиниться мне и поменяться местами.

Виктор сел между девочками. Наталья и Василиса тут же взяли его под руки и положили головы на сухие плечи. Выглядели они очень сонно и вымотано и неустанно зевали. Ну, а мы с Розой сели назад, предварительно сгрузив ее покупки в багажник.

На выезде мы затарились едой. Морои предпочли полакомиться мороженым, ну, а нам, дампирам необходим был кофеин и углеводы. Я протянул Розе большой сэндвич с беконом и стакан холодной колы. Машина ехала медленно, чтобы никто не испачкался и не подавился. Мы предлагали остановится и перекусить в самом кафе, но девушки запротестовали, прося привезти их домой, как можно раньше. Мы ели неспешно в полной тишине, пока Роза не нарушила молчание.

— Мой последний бал и больше мне никогда не носить платьев? — спросила она шепотом больше у самой себя, но ей требовался и мой ответ.

Наталья и Василиса уже дремали, обнимая принца, но остальные следили за дорогой.

— Почему же? У тебя будет отпуск и выходные.

— Оставь отпуска себе. Я всегда буду с Лиссой. — Она зевнула, упаковывая стакан и коробочку в пакет, закидывая все под сиденье. — Видел платье?

Можно было не переспрашивать о каком платье идёт речь. Проблема в том, что оно не выходило у меня из головы.

— Видел.

— Тебе понравилось?

Эта девчонка явно издевается, если думает, что я открыто и прямо признаюсь ей в подобном! Прохрустев шейными позвонками, она немного спустилась по спинке кресла, вытянув ноги вперёд и прислонилась к моему плечу. Чувство близости сводило меня с ума.

— Моя репутация окажется под угрозой, если я надену его на танцы? — Она задала очередной вопрос, не дождавшись моей реакции.

— Вся школа окажется под угрозой, — ответил я еле слышно, почти касаясь губами ее волос.

И я действительно верил в это. Я не хотел, чтобы Роза шла на вечеринку в этом платье.

Минуту спустя, тело Розы стало более расслабленным, а дыхание тихим. Она заснула. Ей было жутко неудобно в этой позе и к утренней тренировке она пожалеет, что вообще поехала с нами. Мне пришлось слегка развернуться и приобнять ее одной рукой. Это настоящее мучение сидеть с желанной девушкой практически в обнимку, зная, что я не мог к ней прикоснуться по-настоящему. Но через полчаса я заметил, как Роза льнет ко мне ближе, обнимая себя руками. Пришлось ещё раз извернуться и снять пыльник, да так, чтоб не разбудить мою спящую красавицу. Пальто укрыло ее полностью и теперь даже щеки ее порозовели от тепла.

Мне ничего не приносило большего счастья, чем смотреть, как она спит вот так, практически в моих объятиях.

Был ли я уверен в том, что эта своенравная вспыльчивая девушка любит меня? Нет. Хотя и знал, что она испытывает определенные чувства ко мне. Сам же я просто не представлял без неё своей жизни. Каждый мой день начинался с мысли о ней и заканчивался тем же. За какую бы работу я не брался, она преследовала меня повсюду. Она мое самое большое счастье и печаль.

Оставшуюся часть пути я представлял какое будущее ждёт нас через несколько месяцев, после выпуска, когда принцессе предстоит выбрать университет и уехать из академии. Как сложится наша дальнейшая жизнь? Роза наверняка тоже пойдёт учиться, чтобы всегда и везде быть начеку. Ну, а я буду охранять их за пределами учебного заведения. Я бы мог устроится в тот же университет вести какую-либо дисциплину. Например, физкультуру. Но нагрузки станет больше и по вечерам меня могут задерживать, а я необходим девочкам.

В размышлениях я не заметил, как мерседес остановился у огромных кованных ворот академии. Я высвободил руку, прижимающую Розу ко мне под пыльником и легонько потряс девушку за плечо.

— Роза, — мне нравилось произносить ее имя.

Она открыла свои большие карие глаза и удивленно посмотрела мне в лицо, позабыв где она находится, но потом улыбнулась.

— Давненько я так сладко не спала, — рассеянно пробормотала она, потирая глаза пальцами.

— Я рад.

Тут она заметила, что прикрыта моим пыльником и нехотя стянула его. Протягивая его мне, она отвернулась к окну, избегая моего взгляда.

— Спасибо, — робко проговорила она и поднялась на ноги, предприняв попытку выйти на свет. У выхода ее ждала принцесса.

— Снова в заточение, — вздохнула Василиса с грустью глядя на здание академии.

— Все не так уж и плохо! — Артемий вручил всем пакеты с покупками и Роза закружилась на месте, подставляя лучам солнца лицо. — Первым делом приду и померяю платье!

— Я тоже! Хочу сразу одеть и украшения и туфли!

Стражи взяли принца под руки, закрывая его голову большим серым зонтом и мы медленно пошли по аллее, оставив машину.

— Думаете меня отпустят? — Спросила Роза у девочек.

— Покажи ей скучные рубашки, которые ты купила, и она впадет в кому. Я сама чуть не грохнулась в обморок.

До академии оставалось не больше ста метров. Все шли в приподнятом настроении, особенно Роза. Совсем позабыв, что она при исполнении своих обязанностей, девчонка вскочила на скамейку и теряя равновесие, быстро пробежала по ней и спрыгнула вниз.

—Эй, Роза! — окликнул Спиридон, отпустивший принца, но продолжающий путь рядом с ним. — Ты все еще на работе.

Он глупо засмеялся, но девочки вторили ему, а Роза тем временем перебегала по следующей скамейке, повернув голову к нам.

— Слушаюсь и подвину… Ай!

Крик Розы и треск скамьи мы услышали одновременно. Роза падала на землю, но ее нога осталась между досок. Ещё один вопль полный боли и я быстрее остальных оказался рядом, помогая Розе подняться. К нам подбежал Спиридон. Он хотел разломать доски, но крепкая древесина не поддавалось.

— Дерьмо! — Крикнул он.

Роза, потерявшая сознание от боли, лежала в моих руках, безжизненная и бледная. Я терял терпение.

— Подержи ее! — Скомандовал я Спиридону, стараясь не отвлекаться на стоящих рядом девочек.

— Теперь ей точно не светят весенние испытания… — с грустью проговорил Спиридон. Я метнул на него гневный взгляд.

Моя Роза настолько сильна, что просто обязана выкарабкаться из этого дерьма и показать всем. Она поправится, восстановится и сможет успешно сдать экзамены. Другого просто не может быть!

— Она не закончит обучение? — Всхлипывая уточнила Василиса, подползая на коленях к Розе.

— Боюсь, что да, — подтвердил ее догадки Виктор.

Комментарий к Чертов шоппинг

Всем привет!

⠀⠀ ⠀⠀• Просто человеку, нужен человек…• .

⠀⠀ ⠀⠀ Все вы знаете, я люблю каждого из своих читателей. ⠀⠀

Вы дарите мне только положительные эмоции, теплоту, заботу, нежность. Вы мое все! ❤️ ⠀⠀

Для вас и только для вас я создала чат в телеграмме, где буду общаться с каждым. ⠀⠀

Я не «вау» какой писатель, да и не хочу учиться, я всегда говорю, что только балуюсь, выливаю мысли на бумагу. ⠀⠀

Я общаюсь с многими своими крошками в инсте, в вк, даже в самом фикбуке, я люблю вас всех и многим помогаю, чем могу: добрым словом, советом, пинком всевластия 😏 кому-то сказку на ночь читаю 😁 и такое было. ⠀⠀

Вы мои родные и любимые человечки, знайте, что я готова обнять каждого из вас. ❤️ ⠀⠀

.

https://t.me/val_morghulis_chat

https://instagram.com/pisk_dushi?utm_source=ig_profile_share&igshid=zfw16do5vds9 активная ссылка в информации.

Спойлер к новой главе уже там

https://t.me/val_morghulis_chat/27

========== Тайна ==========

— Она не закончит обучение? — Всхлипывая уточнила Василиса, подползая на коленях к Розе.

— Боюсь, что да, — подтвердил ее догадки Виктор.

До меня донёсся новый поток рыданий Василисы и беспокойные сетования Дашкова, обнимающего всхлипывающую дочь. Спиридон все твердил, что карьере Розы конец, а Артемий в третий раз спросил, чем помочь, но в ушах у меня стоял навязчивый гул. Всего несколько человек, а суматоха, как от целого стада овец. Наконец, я переборол шум и сосредоточился, выстраивая в голове план действий.

Зажав в руках края доски, я с силой надавил и дерево поддалось. Роза вскрикнула и открыла глаза. Я посмотрел на ногу. Перелом закрытый. Лодыжка опухала, но плотно-прилегающие к ноге джинсы служили поддержкой. Осторожно освободив ее ногу, я снял с Розы обувь и постарался максимально аккуратно взять ее на руки. Веки Розы трепетали, губы дрожали, она хныкала от боли на моих руках, а мое сердце разрывалось на части.

— Тренировки… как же я теперь…все кончено… черт…

— Успокойся Роза, все будет хорошо.

Пользуясь тем, что я шёл впереди всех, не считая идущей рядом принцессы и остальных, помогающих Виктору идти, я позволил себе обнять Розу и коснуться губами макушки.

— Дмитрий… — судорожно выдохнула она, — тренировки…

Даже в такую минуту Роза не унималась. Долг важнее всего. Она будет идеальным стражем. Осталось только подлатать ее. Я более чем уверен, что сделаю все, чтобы Розу выпустили в этом году.

Василиса шла мрачнее тучи. Волосы ее растрепались, а на лбу выступили капельки пота. Дрожащие губы неустанно шептали. Она шла, держа Розу за руку, иногда опережая меня. Она смотрела строго вперёд, стремясь, как можно быстрее попасть в здание.

Артемий побежал быстрее нас и успел предупредить доктора Олендзки и санитаров. Поэтому для Розы приготовили больничный бокс. Нас встретили ещё в коридоре и я быстро изложил всю ситуацию.

Василиса, не отходившая от нас ни на шаг, держала все это время Розу за руку, пока та в бессознательном состоянии стонала от боли.

— Мои занятия… я пропала…

— Потерпи, Роза, я все исправлю… — рыдала Василиса, пока Розу перекладывали на больничную койку с каталки.

Доктор Олендзки начала осмотр ноги. Роза вздрагивала каждый раз, как руки касались ее щиколотки. Я уже был готов молиться, чтобы кость не была раздроблена, иначе она просто поставит крест на своей карьере.

— Потерпи, Роза, ещё минутку, — умоляла ее Василиса.

— Я принесу обезболивающее, — сообщила мне моройка, — а потом мы отвезём ее на рентген.

Виктор так ослабел от шока, что его сразу же пришлось отвезти к кормильцам. Наталья была все это время рядом с ним и мы остались одни с принцессой в больничном боксе. Как только дверь за доктором закрылась, Василиса моментально вскочила со своего места, вытерла слезы и почти скомандовала мне шёпотом:

— Дмитрий, следи за тем, чтобы никто не вошёл. При необходимости применяй силу.

Кивнув отчасти машинально, я подошёл к двери и повернул защелку, заблокировав замок. Сдвинув брови и скрестив руки на груди, я терпеливо ждал, следя за каждым движением принцессы. Она присела на край койки, приоткрыв простыню, укрывавшую ноги Розы. Набрав в грудь побольше воздуха, Василиса медленно выдохнула и наклонилась к Розе.

— Я знаю, ты будешь очень сердиться на меня, но прости, я должна была спасти тебя, — все ещё всхлипывая шептала моройка. Удивительно, но голос ее уже не дрожал.

Она старалась успокоится и сконцентрироваться на ноге Розы. Закрыв глаза, Василиса водила ладонями над щиколоткой, почти касаясь кожи. Волна невидимой энергии охватила меня, даже воздух стал плотнее и трепетал. Я чувствовал — что-то происходит, но неведомая сила запрещала мне шевелится. Я мог только смотреть, впитывая информацию.

Я слышал о подобном явлении… В церкви! Точно! Отец Андрей много рассказывал о святом Владимире. Ведь… в ту ночь, когда я принёс флешку о Карп… Роза читала и смотрела информацию о святом!

Теперь я был уверен. Все всяких сомнений, Василиса исцеляла Розу. У них даже связь, как у Анны и Владимира. Они были такими же. Это немыслимо!

— Лисса… — веки Розы затрепетали, а губы сжались. Протянув руку, она перехватила локоть Василисы и прервала ее.

Принцесса откинулась на спинку стула и облегченно выдохнула. Выглядела она не лучшим образом. Если до этого о ней можно было сказать «утомленная», то сейчас подходило только «смертельно усталая». Ее бледное лицо отдавало оливковой зеленью, а губы синевой, мне казалось, даже волосы потускнели.

— Теперь все будет хорошо, Роза… — Василиса попробовала подняться с места, но пошатнулась, ухватившись за спинку стула, — прости.

Я ринулся поддержать принцессу и помочь ей добраться до места, где она может прилечь. Возможно ей нужен кормилец. Но на деле, я понятия не имел, что ей необходимо.

— Я в порядке, — обессилено пробормотала она и тут в дверь постучались.

Я нахмурился и посмотрел на реакцию Василисы — она запретила пускать сюда кого-либо, и я был готов применять силу. Но этого не потребовалось. Принцесса кивнула в ответ на мой вопросительный взгляд и я повернул защелку.

— Зачем заперли? — Перед нами показалась доктор Олендзки с подносом в руках. На нем был маленький тонкий шприц. Обезболивающее.

— Извините, — сразу же пришёл я на выручку Василисе.

— Впредь, не делайте так больше, — строго сказала моройка, и я кивнул, ещё раз извинившись.

Моройка подошла к кушетке Розы. Взяв в руки шприц, она постучала по нему, выпуская воздух и быстро сделала укол обезболивающего. Зажав ранку ватным спиртовым тампоном, она наклеила сверху кусок пластыря и выпрямилась, беря поднос в руки. Нам стоило уходить. Я подал принцессе руку, но она прошла мимо меня. Удивительно, как преобразилась Василиса лишь за секунду: взгляд снова стал твёрдым, а походка уверенной.

— Доктор Олендзки, — обратилась она к моройке, чем сразу привлекла ее внимание, — нога Розы не сломана.

На удивление, доктор не стала спорить, она в упор смотрела на принцессу, не моргая, не шевелясь.

— Вам показалось, это был всего лишь ушиб. — Легко и непринуждённо Василиса ставила диагноз подруге, — Розе стоит отдохнуть денёк и завтра она уже сможет приступить к тренировкам.

Я стоял, как вкопанный и не мог поверить своим глазам. Семнадцатилетняя девочка неопределившаяся в своей специализации могла с легкостью исцелять и принуждать взрослого и опытного вампира.

— Повтори, — властно сказала принцесса.

— У Розы нет перелома, я ошиблась. — Монотонно проговорила доктор и моргнула несколько раз.

Василиса, в конец обессилев, практически упала в мои объятья. Я помог ей выйти из бокса и присесть на коридорную лавку.

— Принцесса, Вам необходимо к кормильцам, — я указал рукой в сторону коридора, где располагался центр обеспечения кровью.

— Дмитрий, — я еле различил своё имя в тихом лепетании, — если ты хоть кому-нибудь скажешь…

— Можете быть уверены, — решительно сказал я, — ни одна живая душа. Я Ваш страж, моя цель оберегать Вас.

— Спасибо, — она тяжело сглотнула и протянула ко мне руки, — а теперь отведи меня туда.

Дважды повторять не стоило, я помог Василисе добраться до кормильцев и она тут же вцепилась в своего донора. Молодой парень даже вскрикнул от такого натиска, но его моментально накрыл кайф от укуса и он в блаженстве закрыл глаза.

«Лисса слишком значимая и могущественная, чем вы все можете представить…»

«Я знаю, кто ты такая. Здесь тебе не жить, уж поверь мне. Убирайся немедленно. Для тебя это единственный способ уцелеть».

Теперь все вставало на свои места. Убитые животные не были шуткой подростков, это была проверка сил Василисы. Кто-то знал ее секрет и шантажировал ее. Скорей всего девочки сбежали по этой же причине… но я не понимал мотива шантажиста.

Да, дар Василисы редок и уникален. Такого дара никто не встречал уже тысячи лет… только Василиса. Знай весь мир о даре и ее просто разорвут на части.

Я должен отправится в церковь и перерыть историю Владимира. Хотя, скорей всего там уже ничего нет. Не больше, чем нам рассказывает отец Андрей… За исключением комнаты Розы. Я уверен, все, что мне необходимо знать, есть в комнате Розы в тех манускриптах.

Закончив кормление, Василиса вышла ко мне и прикрыла за собой белую занавеску, звякнув стальными кольцами.

— Если выпью ещё хоть каплю, то просто убью его.

— Ещё? — Вообще мороям не полагалось есть больше назначенной нормы, но думаю, я смог бы договориться.

— Нет, я в порядке, — заверила меня Василиса, все ещё с опаской глядя мне в глаза. — Дмитрий, вам лучше пойти и посмотреть, как там Роза.

Мое сердце, моя душа были рядом с Розой в той палате, но разум повторял, что я должен остаться с моим мороем. Я отрицательно покачал головой.

— Я могу заставить, — ее голос вдруг преобразился, но она тут же поправила себя и говорила уже мягче, — мне сейчас важнее, чтобы с Розой все было в порядке. Роза — это самое важное.

«Лисса важнее всего!» — Вспомнились мне слова Розы.

— Мне необходимо привести себя в порядок. Я иду прямиком в свою комнату и лягу спать. Обещаю. — Убеждала меня девушка. — Запомните, главное, Роза и прошу не спорьте.

Я сдался и, подчинившись, воле принцессы, пошёл обратно к боксам. Но шестое чувство мне подсказывало, что зря я не настоял на своём.

Вот уже несколько часов я сидел в мягком кресле и следил за малейшими изменениями. К коже вернулся привычный тёплый оттенок, а мышцы лица значительно расслабились. Все эти часы Роза видела странные сны, на грани кошмаров, то постанывая во сне, то хныча. Она много говорила, но в основном все сводилось к моему имени и имени Василисы.

Дважды заходила доктор и проверяла состояние Розы, мерила давление и температуру, упрашивала меня пойти к себе, но я не мог. Роза моя ученица и мой партнёр по страже. Я так же должен заботиться о ней, как и о Василисе, и я не должен был разрешать ей баловаться. Но последствий уже не вернуть.

Один раз заходил Виктор и очень обрадовался, когда узнал, что лодыжка Розы в порядке. Его глаза засияли странной нечеловеческой радостью, но что может быть странного на уме у старика. Он оживился и тут же засобирался уходить, правда перед этим он оставил на тумбочке маленькую чёрную коробку с запиской. Сказал, что это подарок для Розы в честь ее первого дня в роли взрослого стража. Я был рад его доброте и внимательности. Я всегда недолюбливал старика. Тяжелая у него энергетика, да и в словах вечно чувствовался какой-то странный подтекст. Но возможно это все последствия его тяжелой болезни. Оставалось ему не так много.

Проведя рукой по распущенным волосам, я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Мозг уже не выдерживал, переполненный новой информацией. Не знаю, сколько я так просидел, шея начала неметь, как я услышал изменение в дыхании Розы. Резко выпрямившись, я открыл глаза и увидел, что Роза проснулась. Она медленно моргала, позволяя глазам привыкнуть к яркому больничному освещению.

— Роза.

— Привет… — ее голос был хриплым и она неловко улыбнулась, откашлявшись.

Я привстал с кресла, подав Розе стакан с водой. Она с благодарностью приняла его и сделала несколько больших глотков. Хорошо, что вода не была холодной, а то к ноге добавилась бы ещё и простуда.

— Как ты себя чувствуешь? — Заботливо спросил я.

— Странно. Вроде как под хмельком. — Уголок ее рта приподнялся.

— Доктор Олендзки дала тебе обезболивающее.

— Я этого не помню. Долго я была в отключке?

— Несколько часов.

Лицо Розы отражало глубокую задумчивость. Она пощипывала зубами нижнюю губу, бегая взглядом по комнате, затем откинула простынь и пошевелила пальчиками ноги.

— Совсем не больно! — Удивилась она.

— Потому что на самом деле ты серьезно не пострадала. — Соврал я.

Она все ещё задумчиво смотрела на свою ногу.

— Уверен? Я помню, как… нога согнулась. Нет. Не может быть, чтобы не было перелома. — Заправив волосы за уши, она резко села и ощупала щиколотку.

Она не верила моим словам.

От резких движений, голова Розы закружилась и она сжала лоб в ладонях, унимая дурноту. Придерживая Розу за руку, я помог ей занять положение полулёжа, поправив подушку.

— Будь осторожна. Ты ещё под действием лекарства. Но главное, все позади!

— Как же повезло! Сколько бы было проблем, если бы она была сломана!

— Согласен, пока я нёс тебя до больничного крыла, ты очень переживала именно за тренировки.

Я присел на край койки. Роза приблизилась, вперив в меня удивлённый взгляд и приоткрыла рот. Не знаю, что ее смутило. Обычное дело.

— Ты… Ты принес меня сюда?

— Да, вот этими вот руками. — Я поднял ладони вверх.

Она нервно рассмеялась, откинувшись на огромную больничную подушку и глядя в потолок сказала:

— Для полной картинки, тебе ещё не хватало быть без рубашки.

Она сейчас сравнила меня с Тарзаном или мне показалось?

Роза облизнула губы и, тут я обнажил свои мысли, совершенно не думая о последствиях.

— Тебе ещё предоставится возможность увидеть меня без рубашки. — Я позволил себе усмешку.

— Это вселяет надежду.

Ее смех стих. Мой тоже. Я не должен был. Не должен. Но ошибка уже совершена и сказанного не вернуть. Роза, кажется, освоила чувство такта и сменила тему.

— Какая-то скамья все мне испортила! — простонала она, меняя тему. — Я целый день охраняла Лиссу, справлялась хорошо. Потом бах и какая-то жалкая скамья выводит меня из строя. На глазах у всех. — Роза обиженно надула губы, сев в постели ровно. — Полный провал. Мне следовало, как обыкновенному стражу, идти со всеми. Меня смешают с грязью, когда я выйду отсюда.

Я даже спорить не стал или успокаивать ее. Она права — такова цена за бедокурство. Не стоит забывать насколько быстро в школе распространяют сплетни.

— Может, подарки развеселят тебя? — На глаза мне попалась чёрная коробочка, обитая бархатом.

Роза моментально оживилась.

— Подарки?

Я указал на сувенир от Виктора, покоящийся на тумбочке. Роза протянула руку и взяв сначала записку, медленно развернула ее.

Молча она прочитала послание, а я не смел подсматривать. Это ее личное пространство и не мне туда лезть.

— Как мило с его стороны. — проговорила Роза и открыла коробочку. На ее лице одновременно появились и смех и грусть. — Ненавижу розы.

Захлопнув крышку, она безразлично отложила подарок в сторону, словно больший эффект на ее сердце оказала записка, а не сам презент.

— Это подарок по случаю твоего первого блестящего дня в качестве стража, — пояснил я, заметив насколько близко мыли наши руки друг к другу, почти соприкасались.

— Не думаю, что достойна таких похвал.

— А я думаю. — Упрямо возразил я, но потом добавил. — Ты была… молодцом.

Она боролась с тем, чтобы не покраснеть и не улыбнуться. Три. Два. Один. Битва проиграна.

Я обожал ее такой.

Прячась за копной волос. Роза снова хотела сменить тему.

— Ты сказал «подарки». Есть еще что-то?

Все равно нет ничего милее на свете, чем тихая спокойная и засмущавшаяся Роза. Это вызвало мой смех, я полез в карман, где лежала помада.

— Это от меня.

Разворачивая упаковку, Роза гадала, что же там лежит и какого было ее удивление, когда обнаружила там помаду. Глаза ее заискрились неподдельным счастьем.

— Когда ты успел купить ее? Я глаз с тебя не спускала!

— Приятно слышать, что ты так внимательно следишь за мной, но все же упустила момент.

— Но как? — Не унималась она, вертя в руках колпачок.

— Секрет стража. — С хитрой улыбкой сказал я.

Все случилось так быстро, что я толком не успел сообразить. Роза откинула простынь и накинулась на меня с объятиями.

— Спасибо. — Она обвила руками мою шею и взволнованное дыхание коснулось моей кожи.

— Не за что.

Мои руки сжимали ее слишком крепко. Я не мог позволить себе таких объятий, но оторваться от неё было выше моих сил. Я так гордился ей весь день, наблюдая за ее стараниями. Но расцепить руки все же пришлось.

Роза подошла к зеркалу, висящему на стене у входа и тут же провела розовым стиком по губам.

— Как ты так точно подобрал оттенок?

— Я…часто смотрю на твои губы, — я отвернулся от неё.

Замерев с помадой в руках, Роза не знала, как ей поступить. Справившись с собой, она закрыла колпачок и подошла ко мне. Я ощущал спиной каждое ее движение, но сам дышал, как можно ровнее, проводя руками по приборам с маленькими темными экранчиками. Роза развернула меня к себе лицом, пришлось говорить дальше.

— Я рад, что тебе лучше… Когда я увидел, как ты упала…

— Ты подумал: «Вот неудачница».

— Нет, — шутка была забавной, но я даже не улыбнулся.

Внутри меня зарождалось знакомое пламя. Оно появлялось только в присутствии Розы. Я шагнул ближе к ней и, не в силах контролировать себя, коснулся пальцами её щеки. Потом и вовсе моя ладонь накрыла ее щеку, большой палец провёл по губам.

Она боялась пошевелиться, боялась дышать. Ее прекрасные темные глаза с нежностью смотрели на меня, пока я тонул в них и проклинал все на свете за злую шутку судьбы. Она так близко и в тоже время недоступна мне. Я не должен ее целовать, но я слишком хорошо помнил вкус ее губ.

Их мягкость и податливость.

Чудовищно-мощный магнит тянул нас друг к другу. И Роза не облегчала мне задачу. Затаив дыхание, она потянулась на носочках к моему лицу, и я сдался. Рано или поздно, но это должно было случиться вновь.

Негромкий стук и Роза отпрянула от меня. Доктор Олендзки просунула голову в дверной проем.

— Мне послышалось, вы разговариваете. — Весело щебетала она со стопкой папок в руках. — Как ты себя чувствуешь? Тошнота? Головокружение? Слабость? Боль в ноге сильная?

Внимание доктора переключилось на Розу. Я смог отойти к стене и взять себя в руки. Пальцы пробирала нервная дрожь — я сжал кулаки. Взгляд Розы прожигал мне спину.

— Тебе повезло. Ты так вопила, когда тебя принесли сюда, что я подумала — ногу придется ампутировать. Видимо, просто шок. — Беззаботно шутила моройка. — Думаю, завтра тебе лучше воздержаться от тренировок, но во всем остальном ты в порядке.

Роза испустила вздох облегчения и я вместе с ней. Это подтверждало тот факт, что принцесса и правда умела исцелять.

— Мне право, так стыдно, — голос Розы все ещё хриплый, — боль была просто адская. А теперь выясняется, что это просто ушиб.

— Ну что ж, главное, что все хорошо закончилось и теперь ты можешь продолжить обучение. — Моройка поднялась на ноги и кивнув мне, подошла к двери. — Кстати, Роза, ты свободна. Можешь идти.

Дверь закрылась мягким щелчком и мне уже следовало перестать разглядывать стены, а повернуться. Сзади послышалось копошение, а затем и полный спокойствия голос моей ученицы.

— Я готова, можем идти.

Все так же сохраняя молчание, я снял с подлокотника кресла свой пыльник и накинув его, пропустил Розу вперёд.

— Уже обед, — Роза глянула на часы в вестибюле.

— Да, хочешь есть?

Она покачала головой.

— Когда тренировка? Тебе наверное стоит отдохнуть, — ее голос звучал смущенно. Но тут нечему удивляться, я бы в любом случае не оставил бы Розу одну.

— Сегодня у тебя отдых, завтра с утра можем продолжить.

Мы вышли в ночь. Свежо и прохладно. А ведь совсем недавно мы вместе купались в лучах тёплого солнца и смеялись по пути в академию, но теперь на мне висит огромный груз отвественности и очень большая тайна.

— Мне так повезло! — Словно все ещё не веря своим ощущениям, Роза вытянула ногу вперёд и покрутила стопой.

— У тебя есть ангел-хранитель, — сказал я, ступая по влажной траве.

— Я в ангелов не верю. Я верю только в то, о чем могу позаботиться сама.

— Ну, значит, у тебя потрясающее тело.

Вопросительный взгляд Розы заставил меня переосмыслить своё выражение и я понял насколько оно двусмысленно.

— В смысле способности исцеления, я имею в виду.

При слове «исцеление» в своих мыслях я вновь попал в момент, когда Василиса склонилась над ногой Розы и ощутил ту волну энергии, что витала в воздухе. Теперь я знал. Все стало проще и запутаннее одновременно. Мне нужно во всем разобраться.

— Мне рассказывали об этой аварии… — осторожно начал я, боясь, что Роза снова взбесится и прервёт разговор, но она утвердительно кивнула.

— Все говорили, что я не должна была выжить, если учесть, где я сидела и то, каким именно образом машина врезалась в дерево. Фактически только Лисса находилась в безопасной зоне. Мы обе отделались несколькими царапинами.

Мы обогнули административный корпус и уже подходил к корпусу дампиров, где столпились новички в ожидании Джун. Сегодняшняя тренировка должна была проходить на открытом воздухе — они бежали марафон. Хорошо, что я уже поставил Розе оценку в журнал. Она бежала быстрее всех.

— Царапинами? — Уточнил я, внимательно следя за реакцией Розы. — И после этого ты не веришь в ангелов и чудеса?

— Нет. — Слишком быстро проговорила она, но потом остановилась, как вкопанная и едва не задохнулась от нахлынувших на неё чувств. — Я…

— Это поистине чудо… Роза, что такое?

Протянув руку, Роза оставила меня, дёрнув за рукав.

— Где она? Лисса была здесь? — - Требовательно спросила она.

— Где она сейчас, я не знаю. Когда я нес тебя сюда, она все время была рядом, а потом сидела у постели до прихода доктора. — Я сказал лишь полуправду, надеясь, что Роза расскажет мне все остальное.

Но Роза молчала. Она бросила на землю свою сумку и ухватилась за мою руку. Я бы готов поддержать ее и знал заранее ее шаг. Она снова «ушла» к Василисе.

Мгновения казались долгими минутами, но я терпеливо ждал. Роза пошатнулась, я придержал ее. Ее губы дрожали, но взгляд все ещё оставался стеклянным. По щеке скатилась одинокая слеза, она все ещё была «там».

— Кристиан, — словно в бреду прошептала она.

Я легонько потряс Розу за плечо, стараясь привести в чувства — она не отзывалась. Тогда я попробовал ещё и ещё. Я звал ее снова и снова. Но результат оставался прежним.

Я все ещё не соображал, что мне делать. Одно я понимал точно — я облажался. Мне просто необходимо было проверить принцессу, а не оставаться с Розой.

На ее лбу пролегла складка, Роза сердилась, хмурилась. Я ещё раз позвал ее — безуспешно. Зажмурившись, она несколько секунд с силой сжимала веки, а потом открыла глаза.

— Ей не стоило этого делать! — Быстро проговорила Роза, озираясь по сторонам. — Она знала, что я приду в бешенство, но все равно сделала это! Да лучше бы я все кости переломала!.. Лисса! Твою мать!

А потом ринулась через всю лужайку, непонятно куда. Мне вспомнилась та ночь, когда нам пришлось спасать Василису в ванной комнате. По спине пробежал холодок. Неужели с принцессой опять что-то не так?

Безумие охватило Розу, но движения оставались точны и слажены. В темноте и в чёрной одежде, она походила на пантеру на охоте, несущуюся в неизвестность.

Мы были уже у церкви, как до меня дошло, что именно туда нам и надо. Служба уже закончилась и отца Андрея не было видно, но Розе он не нужен. Прокравшись по слабо освещенному коридору, она пронырнула через узкий проход на старую деревянную лестницу и поднялась на второй этаж. Там, на полу старого заброшенного чердака лежала безжизненная принцесса и истекала кровью. Тонкое лезвие сжимали бледные окровавленные пальцы, а из глаз лились слезы, лицо походило на восковую маску.

— Лисса!

Роза тут же упала на колени рядом с Василисой, заставив ту моргнуть, но это все, на что была способна девушка.

Я оглядел комнату: кругом сплошные стеллажи с запылёнными книгами, старая мебель, местами поломанная и покрытая подлетевшими простынями, громоздкий стол, несколько стульев. Почерневшие керосиновые лампы. Одинокое витражное окно и пара потрепанных кресел — единственное, что не покрыто толстым слоем пыли. Аптечки нигде нет.

Придётся импровизировать. Порезы на левой руке принцессы были не длинными, но относительно глубокими и кровь уже успела залить пол. Роза переместилась ближе к голове Василисы и взяла ее изрезанную руку в свою. Я присел на корточки, придержав Розу и перемещая руку Василисы выше головы, задерживая кровотечение. Зажав в ладонях часть рукава Василисы, Роза резко рванула ее рубашку и скрутила тонкий жгут. Все эти действия были хорошо знакомы Розе, она прекрасно оказывала первую помощь подруге, видимо уже не первый раз. Когда жгут был наложен, я смог взять Василису на руки, а Роза из оставшейся части рукава сложила небольшую повязку.

Осторожно спускаясь по лестнице, мы спешили обратно в больницу. Принцессе необходима помощь врачей и как можно скорее. Рана может загноиться. Неизвестно сколько пыли могло попасть на порезы.

— Надо было дать ей своей крови, она потеряла ее слишком много! — Ругала сама себя Роза, догоняя меня на лужайке.

Я не хотел ничего говорить, я просто шёл как можно быстрее и осторожней к административному корпусу, спасая своего мороя. Зачем ей только понадобилось резать себе вены? И в тот раз, в ванной, ее руки были изрезаны, но на следующий же день порезы исчезли. Ведь принцесса же сделала их сама? Другого и быть не может… но зачем?

Мы очень старались сохранить тишину, но медперсонал поднял большую шумиху — принцесса Драгомир вся в крови. Естественно, тут же оповестили руководство. Кирова была в бешенстве. Очередное происшествие в академии и опять замешаны две фамилии: Хэзевей и Драгомир.

Василиса потеряла очень много крови, но не в силах сделать и глотка. Ее приводили в чувство, а нас не пускали и от этого Роза бесилась ещё сильнее. Она без конца швыряла в коридоре все, что попадётся под руку и пинала металлические скамьи, стискивая зубы от злости.

— Ещё чуть-чуть и нас и отсюда выгонят, — постарался я успокоить свою ученицу, но Роза скинула на меня сердитый взгляд. У обычного человека от такого взгляда заледенеет все нутро, но я бывалый.

— Бесплатный совет: отъебись, товарищ. — Она ткнула в меня пальцем. — Ты не должен был позволять этому случиться!

Так, если и я сейчас выйду из себя, то нас точно выгонят. Я выдохнул. Она всегда успокаивается, когда я зову ее по имени, старается по крайней мере. Я сделал попытку.

— Роза, — как можно мягче обратился я и она замерла лишь на долю секунды, но мне и этого достаточно. — Я понятия не имел, что делает принцесса, а когда все произошло уже было поздно останавливать ее и, я не знал… какие будут последствия.

Она покачала головой, но не протестуя, а отчасти от усталости и безысходности.

— Мы и сами до конца не знаем к чему все это приведёт…

— В любом случае, если ты продолжишь шуметь, то нас попросту выгонят и ты будешь узнавать все новости последняя.

— Ты прав… — девушка покорно присела рядом, прислонившись спиной к холодной каменной стене, — как всегда прав.

Врачи сновали туда-сюда, стараясь пройти мимо нас как можно быстрее и нарочито утыкались в папки или наводились разговор друг с другом. Роза вскакивала каждый раз и обрушивала на строев поток вопросов, но они мотали головой и продолжали свой путь. Только спустя несколько часов нас допустили в палату.

Василиса выглядела намного лучше, чем на чердаке церкви. Цвет лица практически сровнялся и соответствовал норме. Мы застали ее в сидячем положении и отвратительном настроении.

— Это правда? Они сказали, что это была ты. Ты сообщила им.

Роза остановилась на пороге и растерянность, столь несвойственная ей, отразилась на лице, а затем облегчение. Я знал, ей наплевать на злость подруги, Роза готова хоть миллион раз умереть за принцессу, зная, что с ней все будет в порядке. Как и сейчас, главное для Розы — Василиса жива и здорова.

— У меня не было другого выхода. Лисс… — Роза в спешке проговаривала слова, — ты порезала себя хуже, чем когда-либо. И после того как ты исцелила меня… а потом вся эта история с Кристианом… ты могла не справиться и нуждалась в помощи.

Как и всегда, при разговорах девочек, я чувствовал себя третьим лишним. Мне хотелось заткнуть уши и закрыть глаза, отвернуться. Хотя, быть везде рядом со своим мороем и не винить себя за вторжение в его личное пространство — первое, чему учат стража. Осознание, что его миссия важна и он часть жизни мороя, основа обучения. Но комфортно я себя чувствовал лишь с Иваном, а здесь, для Василисы был важен только один страж — Роза и прямо сейчас эти крепкие узы давали трещину.

Я сделал шаг, а стене и принял привычную разу стражей, как Роза наоборот, приблизилась к подруге, протянув к ней руку, но принцесса не дрогнула.

— Прости. Я просто хотела помочь. — Роза предприняла ещё одну попытку.

— А как же то, о чем говорила госпожа Карп? Что нужно все держать в тайне?

Девочки одновременно посмотрели в мою сторону. Все ещё опасаясь моей осведомленности.

— Дмитрий, я думаю тебе стоит выйти, — сказала Роза с нажимом.

— Нет, он останется здесь. Он видел, как я исцеляла тебя.

Чувства Розы были задеты, правда я до конца не понял причины. Она приоткрыла рот от удивления, но тут же перевела взгляд на подругу.

— А о «другом» ты тоже им рассказала? — Василиса перекрестила руки на груди и выпрямила спину.

— Пока нет, но я вынуждена. Это убивает тебя!

— Я исцеляла тебя!

Они говорили об одном и том же, но пытались донести друг до друга различную информацию. Роза защищала Василису, понимая, что держать все в тайне опасно для самой Василисы. Эта угроза была страшнее той, от которой девочки старались убежать два года назад.

— Со временем я и так поправилась бы. Щиколотка зажила бы… Думаю, я знаю, когда это началось… когда ты впервые исцелила меня…

— Я не понимаю.

— Лисс, во время аварии. Я не должна была выжить, но ты смогла, ты успела исцелить меня. Желание помочь мне было настолько сильным, что ты освободила свой дар и связь возникла именно тогда же… Не знаю, как это связано, но именно тогда и начались твои… — Роза старалась подобрать правильные слова. — Перепады настроения и как следствия… прорезы. Нам не справиться самим.

— Они увезут меня, — безжизненно сказала принцесса, пряча взгляд. Ее скрещённые на груди руки не защищали ее от внешнего мира, сейчас она обнимала саму себя. — Как госпожу Карп.

— Лисс, я сделала это ради тебя. Просто очень хочу, чтобы с тобой все было хорошо.

Наскоро проведя ладонями по щекам, Василиса выдохнула и жёстко сказала, посмотрев на нас в упор.

— Уйдите, оба.

Нам ничего не оставалось, как подчиниться. Я с поклоном принцессе, открыл перед Розой дверь, пропуская ее вперёд. На самом деле, я очень боялся, что Роза вспылит и разнесёт все в клочья, но она медленно плелась по коридору к выходу, волоча ноги и опустив голову.

— Она простит, — сказал я, когда мы вышли на солнце.

— Знаю… но…

— Зачем она это делает? — Пояснять не требовалось, Роза поняла меня с полуслова, как и всегда.

— Это сложно объяснить… Лисса вкладывает в исцеляемого положительные эмоции, жизнь, душу… называй как хочешь. И забирает себе боль, пустоту, отчаяние… Тьма, — она нашла нужное слово. — Она спасается от тьмы.

Мне вспомнилось тоже слово в коротком видео последних дней Сони. Выглядела она тогда ужасно, сумасшествие, ужас и страх читались в ее усталых глазах.

— Карп?

Она кивнула. Мы обошли здание, подходя к дампировскому корпусу.

— Ей так легче выпустить тьму из себя.

— Есть ли альтернатива? — Выход должен быть. Не бывает безвыходных ситуаций.

— Кажется что есть… решение словно у меня в руках, но я не могу его понять… я перерыла все что можно.

— Должен быть выход, — убеждал я Розу.

— Да, должен быть, и я должна его найти…иначе просто не может.

Мы шли по свежей нескошенной зелени, не обращая внимание на прекрасную погоду, солнце и тёплый ветерок. Не обращая внимание на усталость и голод. Все это не волновало сейчас, когда вокруг творились настолько непонятные и страшные вещи. Остановившись на улице под сводами, я придержал Розу, не желая, быть подслушанными.

— Значит и Соня тоже умела?

— Да.

— И она скрывала это?

Задумчиво кивнув, Роза зажала между зубами подушечку большого пальца. Мне хотелось знать больше, стоило во всем разобраться и я был уверен, я бы смог найти решение.

— Знать бы кто был врагами Сони. Если бы я только вспомнила их лица! — Нахмурившись, Роза, а перекатывалась с пяток на носки.

— Роза… — Опять она за своё! Этого просто не может быть. Стражи не могли избить и выволочь из академии мороя.

— Да пойми ты уже наконец, у неё были враги и выглядели они как школьные стражи!

— Роза.

— Не трогай меня! — Роза подняла вверх обе руки и отпрянула назад.

Её перепады настроения меня бесят. Не прошло и минуты и она опять ощетинилась и закрылась от меня. И так всегда.

— Роза, Роза, Роза, Роза! — тараторила она, отворачиваясь от меня, — заладил своё! Семнадцать лет уже как Роза!

И громко топая ботинками, она оставила меня одного. А ведь я хотел попросить у неё все документы по Владимиру. Возможно я посмотрел бы свежим взглядом на проблему и заметил того, что скрылось от Розы.

Утром я первым делом я отправился в больничное крыло. Не думаю, что Василисе удалось восстановиться так же быстро, как и в прошлый раз, но я мог бы проведать ее и предложить свою помощь. Подходя к двери, я услышал сразу три голоса, они спорили. Василиса старалась вставить словечко, но Кирова тут же перебивала не, а доктор Олендзки без конца извинялась б и старалась пояснить слова директрисы. Я подошёл ближе и прислушался.

— Простите, Ваше Высочество, но для борьбы с Вашим состоянием, медикаменты просто необходимы.

— И консультации школьного психолога, — пробрюзжала старуха.

— Я не сумасшедшая! — Гневно крикнула Василиса и тут же добавила уже тихо, — простите, но вы ошибаетесь. Со мной все в порядке.

— Да, милочка, но иначе, Вас просто изолируют.

Из палаты послышался полукрик, полустон.

— Дайте принцессе успокоительного.

Я должен был вмешаться. Постучав костяшками пальцев по дереву, я постарался сделать звук, как можно громче, привлекая внимание всех к двери. Молчание секунда, а затем вежливый и спокойный голос доктора.

— Войдите.

Я широко открыл дверь, заходя в комнату. Поприветствовав женщин кивком, я прошёлся до кровати и демонстративно поклонившись Василисе ниже обычного, показывая всем разницу между титулованной особой и моройками. Они не должны забывать с кем разговаривают. Василиса слабо улыбнулась в ответ и выпрямилась в струнку, глядя на директора и Олендзки. Я занял место стража, чуть поодаль, за спиной, придав себе грозный вид.

— Страж Беликов.

— Да, госпожа Кирова, — отозвался я.

— Вы пришли проведать Василису, как мило.

— Нет, — женщины непонимающе переглянулись, — я пришёл сопроводить принцессу Драгомир в её комнату.

Я повернул голову к Василисе и одного взгляда хватило, чтобы девушка мигом стала собираться. Спрыгнув с кровати, она подхватила свои вещи и уже обувалась, как Кирова наконец пришла в себя.

— Вам никто не давал на это разрешения!

— Доктор Олендзки, — я проигнорировал слова директрисы, даже не взглянув на нее, — есть ли угроза жизни принцессы?

Моройка запинаясь, так же не встречаясь взглядом со старой каргой, проговорила, пролистывая историю Василисы.

— Нет, сейчас принцессе нужен только покой, отдых и кормильцы. Простите, — последнее было обращено к Кировой, которая все медленно закипала, сжимая тонкие морщинистые губы.

— Василисе безопаснее в изоляции и…

— За безопасность принцессы Драгомир отвечаю я и только я. — Вкрадчиво произнёс я, — Вы должны следить за учениками, у которых ещё нет официальных стражей, потому как отвечаете за их безопасность, но принцесса Драгомир под моей защитой и все, что касается её здоровья, должно быть согласовано со мной, даже план питания, не говоря уже о лечении.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. В состоянии шока были все. Все четверо. Я никогда не позволял себе дерзить руководству, Василиса так же. Олендзки, как и сама Кирова, вряд ли вообще встречали хоть одного стража, кто осмелился разговаривать с директрисой подобным тоном, но я был прав — я единственный, кто отвечал за безопасность принцессы. У неё не было семьи, выше только Королева Татьяна. Она и была единственной, кто мог назначить или уволить меня, помимо самой Василисы.

— Мы все убедились, как вы отвечаете за безопасность принцессы Драгомир, — язвительно сказала Кирова, метнув взгляд на перебинтованные руки девушки.

— И я отвечу за это перед принцессой.

Василиса в это время встала рядом со мной, полностью одетая и обутая с курткой в руках.

— Страж Беликов.

— Да, принцесса, — я показательно сделал ещё один поклон.

— Мы можем идти, — ласково сказала мне Василиса.

Я указал на дверь, обходя двух остолбеневших женщин и Василиса тут же юркнула в проём. Я обернулся к моройкам.

— Госпожа Кирова, доктор Олендзки, — попрощался я и крепко закрыл за собой дверь.

Принцесса ждала меня на улице. Ощутив прохладу ночи, она поспешила накинуть куртку и наглухо застегнуть её доверху.

— Спасибо. — Тихо произнесла я, вглядываясь через поле на лужайку, где проходила сейчас тренировка новичков. — Я думала они опять накачают меня успокоительными и я просплю ещё сутки. Надеюсь, у тебя не будет проблем?

— Безопасность принцессы превыше всего.

— Может начнёшь уже называть меня по имени?

— Как пожелаешь, Василиса.

— Дмитрий! — Она окинула меня осуждающим взглядом и я позволил себе улыбнуться. Лишь на мгновение и тут же спрятал улыбку, заметив куда смотрит принцесса через моё плечо.

Позади тренировались новички и я знал, что там была Роза. Я сопроводил её до тренировки, после наших утренних занятий, где она сегодня выкладывалась по полной, несмотря на свежую травму.

— Я очень надеюсь, что в скором времени вы помиритесь, — по-дружески с неким наставлением сказал я.

Печаль и любовь читались в нефритовых глазах. Она сожалела о ссоре, несомненно и уже скучала по Розе.

— Теперь ты её защищаешь? — Грустный голос был тих.

— Все знают?

— Здесь сплетни расходиться со скоростью света, словно всем больше нечем заняться.

Она выдохнула, сбрасывая с себя остатки грусти и задумчивости. Запустив руки за ворот куртки, Василиса выправила длинные пепельные волосы и тряхнула ими так, что локоны рассыпались по спине. Это преобразило её, придало уверенности.

— Проводишь меня до столовой? Скоро ланч и я должна встретиться с этим ужасом лицом к лицу подготовленной, — попросила Василиса скорее повелительно, но я видел, что она уже сменила образ семнадцатилетней школьницы на представителя правящей династии и следовал указаниям без сомнений и лишних слов.

Указывая принцессе путь ближний к столовой, краем глаза я заметил, что Роза остановилась и смотрела прямо на нас. Я коротко кивнул ей, всеми силами надеясь, что она не побежит за нами, но в этот момент её окликнула девочка, стоящая с ней в паре и Роза, не рассчитав свой удар, опрокинула ученицу на мат.

— Хэзевей! — Крикнула Джун, но Василиса даже не обернулась, она уверенно шла вперёд.

Комментарий к Тайна

Привет, ребят ❤️❤️❤️

Лето близко, крепитесь!

Ну, лично у меня уже месяц жара выше 30 градусов и я жду осень

и так каждый год 🤦🏻‍♀️🤦🏻‍♀️🤦🏻‍♀️🤦🏻‍♀️ Не люблю лето 🙀

Всех выпускников с последним звонком и удачи на экзаменах! ✊🏻 Я верю в вас ❤️❤️❤️

========== Снова пьян ==========

— Альберта!

Страж Петрова обернулась и, увидев меня, остановилась, прервав свой путь. Как всегда безупречный дресс-код — с папкой в руках и гарнитурой в ухе. Ей приходилось координировать всех и вся. Я не знал в академии дампира собранней и ответственней.

— Страж Беликов. — Мимо нас прошли пару стражей, спешивших в столовую, поэтому она обратилась ко мне официально: — ты ещё не в зале?

— Нет, я уже был там, провожал принцессу, — мы продолжили путь к выходу, — возвращался за телефоном.

— Не проще взять гарнитуру? — Она постучала по раковине своего уха, откуда торчал наушник и тонкий провод.

Я качнул головой, открывая перед Альбертой дверь.

— Мне проще с телефоном, и я не думаю, что возникнет необходимость.

— «Всегда на страже!» — процитировала она фразу с учебника первого курса.

— Нет такой задачи, с которой я не смог бы справится, — моя самоуверенность вызвала у начальства улыбку. Альберта покачала головой, прекрасно помня, насколько я уверен в себе.

Громкий смех разнесся в ночной тишине, заставив меня приостановиться. Я вгляделся в темноту. Через промёрзлую лужайку к нам навстречу шли две фигуры: рыжеволосый высокий мальчишка и, поскальзывающаяся на высоких каблуках, девушка в том самом чёрном платье, которое я так боялся сегодня увидеть.

— Обула б конверсы и дело с концом, — посоветовал девушке гогочущий дампир.

— Слушай, ты почти силой заставил меня идти на этот дурацкий бал, могу я хотя бы выглядеть хорошо?

Альберта притормозила и я уже было начал заступаться за Розу, ведь Кирова запретила ей идти на бал, но начальница вдруг улыбнулась, погрузившись в свои мысли. Ее типичная строгость сменилась юношеской лёгкостью. Я встал рядом, ожидая столкновения.

— Роза, я тебя умоляю, ты и в мешке из-под картошки выглядишь шикарно, а это платье просто… вау.

— Замолчи, Мейс, — сквозь смех пригрозила ему пальцем Роза.

— Кстати, о проблемах, — подметила Альбера, все ещё следя за парой, — как думаешь, чего сегодня ожидать от мисс Хэзевей?

Глядя на Розу, я пожал плечами. С момента поимки девочек, Роза очень изменилась. Не хотелось записывать все заслуги на свой счёт, но я во многом правильно воспитал её, влюбляясь в несносную девчонку с каждым разом все сильнее. Альберта сделала пару шагов вперёд и тут Роза застыла, заметив нас. В очередной раз поскользнувшись, она удержалась только благодаря тому, что ухватилась за рукав пиджака Эшфорда.

— А ведь и мы были когда-то так же молоды и наивны, — почти шепнула мне Петрова, позволив уголку губ дрогнуть.

— Я уже и не помню, — вторил я ей с тем же дружелюбием.

— Мистер Эшфорд, мисс Хэзевей. Удивительно, что вы еще не в столовой, — поприветствовала ребят Петрова.

Они резко остановились, прерывая свой смех и поздоровались с нами подобающим образом. Мальчишка Эшфорд вызывал у меня двоякие чувства: он смел, силён, умён и дисциплинирован. Он очень любит Розу, и я видел с каким обожанием он всегда смотрит на неё. Он стал бы отличной парой для Розы, но её глаза боязливо косились в мою сторону. Она все время одергивала подол черного платья, а затем и вовсе обхватила себя руками. Ей холодно, но кто же вразумит девушку взять куртку в такой мороз. Щёки порозовели от холода — это придавало ей особое очарование, контрастируя с темными волосами и бездонными чёрными глазами. Последний раз я видел её при макияже на приеме королевы. Красилась она редко. Она из ряда тех девушек, которые и без косметики выглядят ярко, но в этот раз она особенно постаралась, не переборщив ни с чем. Тонкая чёрная линия покрывала её веки, пушистые ресницы обрамляли глаза, а губы нежные розовые влекли меня навстречу. Я не мог оторвать от неё взгляд.

— Немного задержались, страж Петрова. Вы же знаете, как это бывает с девушками. — Мейсон нёс какую-то чушь, пока Роза переступала с ноги на ногу подле него.

— Эй, — вступилась она, — я всегда собираюсь очень быстро, мне, — она указала на Альберу, — как и стражу Петровой, красота дана от рождения.

«Эй, товарищ, ты вот эту красоту видел? Мне все это дано природой, в отличие от других…»

Я готов провалится сквозь землю, если в эту секунду, Роза не подумала о том же. В ушах до сих пор стоял ее мелодичный смех.

Испуганный взгляд Розы устремился на меня, но она быстро отвела его в сторону, стараясь сосредоточиться на пространстве. Роза сжала кулаки, вытянув руки вдоль туловища и чертыхнулась.

Если бы не моя манера вечно носить маску спокойствия, я бы точно выдал себя, совсем как Роза, но для меня это недопустимо и именно поэтому, я прервал лебезящий монолог Эшфорда.

— Вам стоит пройти в зал, Роза замёрзла.

— Так точно, страж Беликов! — Мейсон подхватил Розу за руку, но она вывернулась и, едва стоя на ногах, прошла мимо нас с Альбертой, стараясь не поскользнуться на заледенелой траве.

— Дети, — покачала головой Альберта, позволив себе улыбнуться, — а ведь и мы были такими же…

— Я нет, — холодно произнёс я и указал начальнику дорогу, проходя вперёд.

— Да, да, естественно, — в её голосе слышалась ирония.

Кировой сегодня не должна быть здесь. Обычно, она пропускала школьные вечеринки, появляясь только на официальных мероприятиях, и я очень надеялся, что Роза останется незамеченной при своём домашнем аресте. Хотя мне, как ее наставнику, следовало сопроводить ее обратно в корпус… но стану ли я лишать ее таких радостей? Совсем скоро она посвятит свою жизнь мороям и подобные слабости будут редкими. Пусть гуляет.

Руководство постаралось преобразить столовую, превратив её в настоящий ночной клуб. Украшенное к Рождеству помещение преобразилось при ярком свете разноцветных ламп и дискошара. Музыка резала уши, но ученики пребывали в восторге. Многие танцевали с бокалами пунша в руках, кто-то перекусывал у фуршетного стола, но большая часть учеников разбрелись по углам за примитивной болтовнёй.

Сегодня я не на дежурстве, но в мои обязанности входит следить за безопасностью Василисы, которая сейчас находилась здесь и танцевала в паре с племянником моей близкой подруги Таши. Видимо подозрения Розы были небеспричинны — они и правда сошлись. Кристиан бережно прижимал к себе девушку, нашептывая ей на ухо, но Василиса улыбалась, смущаясь и краснела. Они медленно плыли в танце, не желая отрываться друг от друга.

Все было в порядке, пока в столовой не показалась она — моя самая большая проблема. А ещё и это платье. Многие взгляды тут же обратились на неё и её спутника. Мейсон все ещё рядом и весьма доволен собой. Неужели он так кичится только потому, что рядом с ним была Роза?

Он поманил девушку за собой. Она сделала несколько более уверенных шагов, уже не теряя равновесие, как было на улице, а затем резко притормозила, дергая парня за рукав. Я проследил за их взглядами — они шли к групке мороев, во главе которой стоял высокий блондин, так похожий на Ивана. Джесси, если я не ошибался. Дурацкое девчачье имя.

Завязался спор, но Роза в конце-концов приняла сторону друга и нехотя поплелась за ним, держа парня за руку. Я прошёл немного вдоль стены, чтобы иметь возможность лучше разглядеть, что там происходило. Один трек медляка сменился другим, и я услышал обрывки фраз разговора этой странной компании.

Как Мейсон может заставлять Розу общаться с этими придурками? Морои, в свою очередь не смогли не заметить соблазнительный образ Розы — глупое выражение желания выдалось на их лицах, но тут же они переглянулись и замялись. Странно.

Мейсон что-то сказал. Выражение лица Джесси сменилось: почти заикаясь, он сбивчиво произнёс извинения. Роза засмеялась, а я выдохнул. Я очень боялся, что мелкие ублюдки испортят ей настроение, но она и правда забавлялась услышанным до поры до времени, пока едва не задохнулась от удивления. Я не мог расслышать всего, но упоминалось имя Мии. О ней я слышал и от девочек.

Догадаться не сложно, все эмоции читались на лицах. Кажется Мейсон добился правды и слухи о Розе опровергнуты. Кроме тех, что она распустила сама, про ночь проведённую с Николаем. Настроение её моментально взлетело, и развернувшись, она стала мотать головой, как я и предполагал, ища Василису.

— Лисса! — Крикнула она, заметив танцующую пару.

Принцесса отвлеклась и помахав рукой Розе, показала на неё пальцем, а затем знак «класс». И когда они успели помириться? В любом случае я рад, что они наладили отношения. Кристиан, недовольным тем, что танец прервали, все ещё прижимал девушку к себе, не обращая внимание на внешний вид моей ученицы. Он единственный смотрел на Розу с равнодушием, потому как для него не существовало больше никого вокруг.

Разговор прервался и пара друзей развернулась к танцующим. Эшфорд в дружеском жесте закинул руку на плечи Розе и самодовольно произнёс что-то. Роза рассмеялась и кивнула. Они непринуждённо болтали, обмениваясь шуточками, пока не подошли к принцессе, которой снова пришлось прервать свой танец.

Десять секунд спустя девочки радостно прыгали, обнимались и хлопали в ладоши — новости и правда хорошие — хотелось бы и мне знать их. Наверное, было бы забавно быть частью их компании. Такой взрослый дядька в толпе подростков.

— Как всегда на страже? — Ко мне подошёл Спиридон.

— А ты, что делаешь здесь?

— Принц Дашков пьёт чай в кабинете у Кировой, — пояснил мне страж, указывая пальцем на танцующую в стороне одинокую Наталью, — а меня отправил проверить не обижает ли кто его пришибленную дочурку.

— Спиридон, — немного с нажимом произнёс я.

Мимо нас прошёл официант, мой собеседник урвал бокал с пуншем. Отхлебнув добрую напитка, он указал бокалом в сторону Розы.

— Это не парень?

— Не знаю, — отрезал я, так же внимательно следя за учениками, — я не интересуюсь её личной жизнью, моё дело — оберегать принцессу.

— Ой-ой-ой, хватит быть такой занозой.

Я прищурил взгляд и хотел было уже послать его куда подальше, но нас прервал Юрий. Он кивнул нам обоим и обойдя меня, дёрнул за собой Спиридона. Тот, без лишних слов, поставил напиток на столик, и они оба стремглав вышли из зала.

«Странно. Я не замечал раньше этих двоих вместе».

Волна возбуждения прокатилась по залу — оживление и интерес. Ученики сбивались в новые группы и шушукались с двойным усердием. Не планируют ли они часом вечеринку? Хотя с другой стороны сегодня все это не моя забота. Если группа учеников и разопьют бутылку пива на заднем дворе академии, то пусть этим занимается Джун, Альберта, Стен. Сегодня это их головная боль.

Моя компания заняла небольшой столик у стены, к ним присоединились ещё ученики. В большинстве своём это новички, но были и морои, такие, как Наталья. Они весело болтали и пили пунш, обсуждая танцующих. Несколько парней подходили к Розе и звали ее на танцпол, но она отмахивалась, держа Мейсона за руку. Не стоит говорить, как счастлив был рыжеволосый мальчишка. Зазвучала новая песня, Василиса подскочила, взяла Розу за руку, разрывая её общение с остальными и потащила на импровизированный танцпол. Диджей сделал погромче, крича всем в микрофон, что на сцене принцесса Драгомир и толпа тут же окружила девчонок. Кристиан и Мейсон не заставили себя ждать и направились разбавить девичью компанию и оттеснить от них навязчивых парней.

Мне стало душно. Обернувшись, я заметил недопитый бокал Спиридона и осушил его залпом. Не помогло. Быстрым шагом я обошёл всех, идя по периметру зала прямо к выходу и незаметно исчез.

Только оказавшись на улице, я смог вздохнуть полной грудью. Только на свежем воздухе мои мозги прочистились и я смог осознать, что это сейчас было — ревность. Я идиот, и я влип по полной.

Коря себя за собственные мысли, я добрел до своей комнаты и с грохотом захлопнул дверь. Замок глухо щёлкнул, а вибрация ещё отдавалась в стенах. Выработанная годами привычка заставила меня раздеться и пойти в душ. Я всегда делал так. Не теряя времени, в первую очередь, я переодевался и врубил воду на максимум. Только сейчас мне необходима адски ледяная вода. Остыть и успокоиться — единственные задачи на ближайшие полчаса.

Не церемонясь, я бросил одежду большой грудой на пол в ванной и встал под воду. Сильные струи били по коже, но кажется ничего не могло меня отвлечь. Я стоял и стоял под водой, пока не перестал чувствовать собственных ног и рук и только тогда смог перекрыть кран. Возбуждение, ревность и злость медленно отступали и я возвратился к нормальному состоянию. Осталось только выкинуть из головы образ шикарной темноволосой девушки.

Лениво высушив голову полотенцем, я прошел в спальню и натянул спортивные штаны на голове тело. Есть не хотелось — от выпивки я бы не отказался, но не на службе. Я не мог позволить себе расслабляться даже не будучи на дежурстве, а до отпуска ещё далеко. Затопив камин, я почти без сил, рухнул в кровать, едва не раздавив своим телом cd-плеер. Распутав провод наушников, я врубил первую попавшуюся песню — она на русском. Я записывал этот диск своими руками, ещё дома, в России и включил эту песню в альбом, как напоминание о маме. Она часто пела нам «Старый клён» по утрам, когда готовила завтрак и пекла хлеб.

Воспоминания о доме отвлекли меня, заставив переосмыслить предложение об отпуске. Я бы мог позвать Николая и провести зимние каникулы дома. Сколько уже раз мы откладывали с Майклом поездку в Санкт-Петербург?.. Зимой этот город особенно прекрасен.

Я перекатился на спину и поправил наушники, сползающие по мокрым волосам. Песня сменилась. На смену пришел трек группы «Битлз» — «Дьявол в её сердце», которая странным образом напомнила мне о Розе, и опять тонул в воспоминаниях. Вновь в моей голове открылся наглухо заколоченный ящик немых вопросов, каждый из которых решался только одним путём: «мы с Розой не можем быть вместе».

Несколько торопливых стуков заставили меня прерваться. Я стянул наушники и позабыв о внешнем виде, распахнул дверь. Мне и в голову не могло придти, что кто-то захочет посетить меня в столь поздний час, в самый разгар вечеринки. Но эта девушка всегда шла против правил.

— Роза? — Отчасти я верил тому, что вижу, но сейчас её образ насторожил меня.

— Лисса!

— Что? — Я быстро соображал оценивая ситуацию.

Ее волосы растрепаны, помада стёрта, макияж слегка расплылся. Щеки пылали, а дыхание становилось все тяжелее. Стоя в дверном проеме, она скользнула по моему телу возбужденным взглядом, кончиком языка облизнула губы, а затем зажмурилась, борясь с собой.

— Впусти меня. Дело в Лиссе! — раздраженно проговорила она, и я отступил в сторону, закрывая за ней дверь.

Роза прошлась вперёд, задержав взгляд на смятой кровати и брошенном плеере. Я откашлялся.

— Что случилось? — Желая чем-то занять руки, я запустил их в влажные волосы, Роза проследила за моими действиями, а потом очень странно посмотрела на меня.

— Почему ты сбежал с бала? — неожиданно спросила она.

Я растерялся лишь на секунду, но потом снова взглянул на Розу с головы до ног и знакомое чувство возбуждения охватило меня. Оно было сильнее, чем обычно и топило меня в ощущениях, разбивая остатки самообладания. Я срывался уже не один раз и это чувство мне очень знакомо, но сейчас все утрировано. Она притягивала меня к себе и, как назло, я не видел ни одной причины останавливаться.

Красивая и желанная она стояла передо мной, и никого больше не было рядом. Вся эта красота моя и для меня. Больше всего на свете я желал сорвать это чертово платье. Я всегда хотел видеть Розу перед собой только в таком виде — обнаженной, принадлежащей мне одному.

— Твоё платье, я ненавижу его! — со злостью выпалил я.

— Дак сделай с ним что-нибудь! — почти умоляя, попросила она.

Шагнув вперёд, я рванул за молнию, и ткань треснула. Волосы Розы рассыпались по спине, когда я стянул с неё через голову кусок дорогого шёлка. Мне захотелось запустить пальцы в эти волосы — я всегда питал к ним слабость, даже больше, чем к её телу, доведённому за месяцы тренировок до совершенства.

Я вышвырнул проклятое платье в камин.

«Все!» — выдохнув, я почувствовал некоторую свободу.

Моя одержимость этим платьем закончилась. Роза усмехнулась откидывая волосы назад, демонстрируя мне чёрную кружевную комбинацию — само совершенство. Почва ушла у меня из-под ног.

— Ещё один подарок Василисы?

Она рассмеялась. Я был готов убить её за этот смех. К счастью, я уже придумал наказание для этой девчонки.

— Иди ко мне, — я резко притянул её к себе, и она врезалась в меня всем телом.

Наши губы встретились, языки сплелись, и ничего не могло сейчас остановить меня. Я чувствовал, как она тянется ко мне навстречу, как жаждет моего внимания и насколько она была счастлива, ощущая мои губы на ее шее.

Мелкая дрожь била нас обоих, передавая возбуждение через прикосновения. Роза еле держалась на каблуках, я подхватил ее за талию, позволив ногами обвить поясницу. Вот так мне нравилось больше, когда эта маленькая сексуальная девочка была полностью в моих руках. Она обняла меня за шею и шепнула:

— Как, по-твоему, я хорошенькая?

Глупый вопрос от девушки, которую я желал больше всего на свете. Мои губы ласкали впадинку ее ключицы, оторваться я никак не мог, но девушкам вечно нужны разговоры.

Я поднял голову, и наши темные жаждущие взгляды встретились. Я прижал ее тело плотнее к своему, упираясь стояком к влажному кружеву. Нужны ли ей какие-то ещё доказательства? Да. Я выдохнул, облизывая губы.

— По-моему, ты прекрасна.

Её зрачки заметно расширились, придавая взгляду ещё больше соблазнительности, а губы задрожали.

— Прекрасна?

— Ты так прекрасна, что временами это причиняет мне боль.

Моё признание проникло в самое сердце и заставило ее забыть обо всем. Запустив пальцы в волосы, она потянула мою голову назад, открывая себе путь к моим губам. Желание стучало в висках, отдавая болью в штанах. Хотела она того или нет, но прелюдии мы оставим на следующий раз — впереди ещё долгая ночь, а я не намерен останавливаться. Прислонив Розу спиной к двери, я приспустил штаны. Она тихо засмеялась, когда мои зубы коснулись груди через тонкое кружево. Легкий укус заставил ее ахнуть и затрепетать в моих руках сильнее, но я крепко держал ее на руке, позволяя второй исследовать её бедро, оставляя на коже розоватые отметины пальцев. Она прижималась все сильнее, шепча насколько сильно соскучилась этому. Слова ласкали слух.

— Моя Роза, — вторил я, отрываясь от её губ. — Ты спрашивала меня, была ли ты просто моментом расслабления? Так?

Она медленно сглотнула, не сводя с меня возбужденно взгляда. Мне нетерпелось вновь завладеть её губами, но навязчивый голос в голове не давал покоя, он подталкивал меня говорить и признаваться в том, что я не мог сказать раньше, вновь и вновь обнажая мои чувства.

— Правда в том, что ты не какой-то момент расслабления, ты — моя самая большая слабость… — все ещё держа Розу в своих руках, я скользнул рукой к внутренней стороне её бедра и отодвинул преграду из шелка, отделяющее мои пальцы от нежной пылающей плоти. Двинув бёдрами вверх, я легко проник в неё тугую влажную — я не мог с собой бороться — настолько запретно, что кажется еще слаще.

Ощущения растеклось по члену, я терял голову, проникая все глубже, растягивая её. Роза спрятала лицо мне в шею и крепче сжала мои плечи. Мир вокруг начал вращаться и я мог думать лишь о том, как вхожу раз за разом, ощущая немыслимое удовольствие. Я не торопился. Это именно то, что мне необходимо. Больше ничего в этой жизни я не желал так, как быть в ней и любить ее.

Я дурак, если думал, что смогу делить ее хоть с кем-то. Врал себе, что с мальчишкой Эшфордом она будет счастлива. Она — мой самый опасный наркотик, созданный лишь для меня. Моя и только моя Роза.

Удивительно, как тело Розы правильно отзывалось на любую мою ласку, я мог предугадать каждую её реакцию. Увеличивая темп и врезаясь в неё с утроенной силой, я слышал удовлетворённые стоны. То, как она закусывала губу, как жмурилась при каждом толчке, как улыбалась, заметив мой затуманенный страстью взгляд — все это обнажало ее тягу ко мне. Я целовал её все так же с яростью и жаром, сжимая в руках нежные бедра. Каждый раз сталкиваясь телами, я чувствовал, как внутри неё все уплотняется и сжимается в тугое кольцо, лаская мой член. Глубокое дыхание сменилось рваными судорожными вдохами. Она уже близка, я и сам мог взорваться в любую секунду, но мне нужен был её оргазм, я нуждался в этих ощущениях. Роза задрожала, прижавшись к моей груди, и тут я услышал шаги в коридоре. Поддавшись порыву, я и не заметил, как мы долбили телами в дверь, не говоря уже об остальных звуках.

— Дмитрий? — Я закрыл рот Розы ладонью, заглушив стоны.

— Да! — Раздраженно отозвался я, продолжая томить девушку вращая бёдрами. Не хотелось обламывать ей кайф.

Её глаза расширились от удивления, а тело напряглось сильнее, она кончала, но не могла позволить себе издать и звука. Острые ногти впились мне в руки.

— Все в порядке? — Спросил неуверенный голос. — Чем вы там заняты? Может нужна помощь?

«Придурок, да когда же ты уже свалишь!»

— Нет, я… отжимаюсь, — ляпнул я первое попавшееся в голову.

Я вдавился в Розу, удерживая её на весу, словно можно было войти ещё глубже, хотя я был погружён целиком. Она, жалобно пискнув, стукнула кулаком по двери.

«Проклятье!» — Я ослабил силу, выйдя наполовину и почувствовал, как вокруг головки все пульсирует и щекочет.

— А что это было? — Громко спросил страж.

— Я кидаю мяч в стену!

— Отжимаетесь и кидаете мяч?

— Да! — отрывисто гаркнул я.

— Ого! Покажите как? — он шагнул к двери.

— Нет! — Грубо отрезал я, начиная беситься. — Лоуренс, иди спать!

— Слушаюсь, сэр!

После того как шаги стихли, я медленно наращивая темп, снова входил в неё, возвращая то сладкое онемение и томление от нарастающего оргазма. Роза тихо смеялась.

«Весело ей! Сейчас я покажу тебе, что такое весело».

Я был очень близок, но хотел добить Розу ещё раз. Ноющее чувство в пояснице нарастало, и мне необходимо было сменить позу. Я прервался, тяжело дыша и вышел. Роза недовольно простонала, едва держась на ногах. Я усмехнулся. Лестно слышать, что девушка жаждет тебя не меньше.

Я помог Розе дойти до кровати. Она повернулась ко мне спиной. Она всегда каким-то мифическим образом умела читать мои мысли. Роза подалась вперёд, и я, взявшись за бедра, рывком вошёл в неё. Перехватив Розу за руки, я завёл их за спину и уперев колено в матрас, возобновил движения бёдрами. Мозг постепенно отключился, на смену всему пришли невероятные знакомые ощущения. Год воздержания играл со мной злую шутку, испытывая на прочность нервы.

Роза запрокинула голову, что-то золотое блеснуло на её шее. Я вспомнил о кулоне в виде розы, расположившимся на её груди. Он бил по загорелой коже, мешая нам обоим. Отпустив руки Розы, я обхватил её за талию, прижимая спиной к своей груди, а во второй руке зажал безвкусное украшение в виде бутона. Волнительное напряжение дозрело, держаться не было сил, напряжение в теле Розы подсказывало мне близость момента. Она схватилась за мою руку и зажмурилась. Повернув голову, я нашёл губами её губы, желая разделить один кайф на двоих, и в тот самый момент прошептал ей сквозь жаркий поцелуй:

— Я люблю тебя.

Не удержавшись, я дернул за кулон, цепочка порвалась, мы упали на кровать, упиваясь прохладой простыней.

Роза улыбнулась, и, оторвав голову от постели, пыталась отдышаться. Я слишком странно закончил, и Роза было приоткрыла рот, чтобы что-то сказать.

— Я… я…

Наши тела все ещё вздрагивали, а дыхание никак не успокаивалось. Во рту пересохло, но кувшин с водой на другом конце комнаты. Плевать, я слишком устал, чтобы вставать прямо сейчас.

«Я все же не смог. Я поддался ей и проиграл самому себе».

Эти мысли, как гром среди ясного неба прояснились в моей голове. Я разжал кулак, кулон выпал из ладони. Удовольствие резко сменилось неприятной тревогой. Странное чувство опустошения наполнило меня. Я был пьян и резко протрезвел. Судя по замешательству на лице Розы, она ощущала тоже самое. Мы внимательно оглядели друг друга и позу, в которой находились, понимая, чем именно занимались всего пару минут назад. Маска недопонимания застыла на лице Розе — мне самому стало страшно. Как и почему я сделал то, чего так старательно избегал? Бегло осматривая постель, я увидел валяющийся на кровати кулон. Он будто источал чистое зло. Наклонившись, я коснулся его пальцем, и Роза тут же потянулась ко мне, но я остановил её.

— Этот кулон. Откуда он у тебя? — непозволительно грубо спросил я.

— Это подарок Виктора. — Роза смутилась, сев в постели, она искала глазами, чем прикрыться. Да только вот я сжёг её платье.

Я встал, на ходу хватая штаны и быстро натянул их на себя, пряча ещё не до конца расслабившийся член. Подойдя к шкафу, я распахнул его, вспоминая на ходу с чего вообще все это началось.

«Роза пришла ко мне сама. Я открыл дверь. Я слушал музыку. Она вошла и сказала, что-то о Василисе…»

— Что с принцессой? — Мне попалась хлопчатобумажная рубашка, которую я одевал крайне редко. Повернувшись, я кинул её Розе. — Когда ты забежала в комнату, ты говорила о принцессе.

Роза удивленно уставилась на меня. Словив рубашку, она торопливо просунула руки в рукава. Хорошо, что край доходил до середины бедра, прикрыв от меня все, что сбивало с толку.

— Я… Я не знаю! — застегнув пуговицы, она стала мерить комнату шагами.

— Роза, что с Лиссой? — Я впервые произнёс данный вариант имени принцессы, кажется это подействовало.

Резко остановившись, Роза запустила пальцы в волосы и почти рвала их на себе, издавая жуткий стон. Внутри меня все перевернулось. Я распахнул шкаф, ища нормальную одежду, пока Роза всхлипывая, пыталась мне объяснить.

— Лисса! Лиссу похитили! Как Соню! Дмитрий! — она крикнула, и я подошёл вплотную. По её щекам текли слезы, — это были стражи… те стражи.

— Бегом к себе в комнату! Оденься! — Я указал на Розу, а затем на дверь, — встретимся у входа.

Хлопнула дверь, я слышал, как стучат каблуки и надеялся, что никто не попадётся Розе на пути. Никто не остановит ее и не станет задавать лишних вопросов.

Одевшись, я пулей выбежал из комнаты, обратно в столовую. Мне необходимо взять ключи от грузовика и оружие. Кировой объясняться не обязательно, достаточно предупредить Альберту. Мы итак потратили слишком много времени!

Голова все ещё кружилась и тот странный голос, твердивший, что я делаю все правильно… как же я сразу не догадался, что это заклинание принуждения. Виктор Дашков… этот кулон подарил Розе Виктор… Это он похитил Принцессу.

Комментарий к Снова пьян

Ребят, привет! Сегодня мне даже сказать вам нечего. Просто надеюсь, что глава придётся всем по вкусу.

Поздравляю всех с первым днём лета, не знаю как у вас, но у меня сегодня +38, хотя у мамы моей на севере +13. Здорово, правда?

Как по мне, скорей бы осень. Хватит с меня этой жары.

========== Похмелье ==========

«Быстрее… я должен, должен спасти ее! Черт!»

Я мчался, как сумасшедший, не обращая внимания, что приношу собой дискомфорт для окружающих. Несясь по коридорам, я замечал, как переглядываются за моей спиной: подобное поведение от абсолютно уравновешенного и сдержанного стража для всех большой сюрприз. А если учесть мой взъерошенный вид и покрытое красными пятнами лицо — окружающие просто расступались передо мной. Дыхание становилось все более неровным, но я не смел останавливаться.

Но все напрасно. Альберты не оказалось в столовой, да и большая часть народу уже разбрелась по комнатам. Взглядом я нашёл двух стражей, дежуривших сегодня ночью, и спросил, не видели ли они начальство. Как оказалось, Альберта уже сдала смену и сейчас находилась в штабе.

Пулей я метнулся вниз, где должно было проходить мини-совещание. Мне везёт, что большая часть команды в одном месте — это ускорит процесс.

— Альберта, — крикнул я запыхавшись, и тут же привлёк внимание всех, — принцессу похитили!

Ужас отразился на ее сосредоточенном доселе лице, но не медля ни секунды, она прервала своё занятие и ринулась мне навстречу, а за ней ещё несколько стражей.

— Докладывай!

Я быстро изложил ей всю информацию, рассказав о своих подозрениях насчёт Виктора и его подельников: Юрия и Спиридона. Она, молча, коротко кивала, игнорируя ошеломлённых снующих рядом стражей, а когда дослушала, то ринулась к мониторам и быстро исследовала все экраны, щёлкая от одного к другому до самых ворот.

— Вот он. — Она указала пальцем на экран, — чёрный мерседес… стоп! Это же машина…

— Дашкова, — подтвердил я, — да. Так я и говорил. Теперь я уверен, что это он! Мерзавец!

— Надо доложить Кировой, — прошипел позади всех Альто.

— Нет времени, — отрезал я, — с каждой минутой мы теряем их след и нам неизвестно зачем ему нужна принцесса.

Альберта согласилась со мной. Достав из кармана небольшой пульт, она нажала короткую комбинацию и направила руку на стену. Ровная белая поверхность углубилась, а затем сползла вниз, и нам открылись полки разнообразного снаряжения. Там был не весь запас, но самое основное: пистолеты, винтовки, различные кинжалы и мечи, короткие топоры, сюрикены — одно из моих любимых. Многие виды сигнального оружия и раций, а также дымовые шашки, серебряные колья, самовозгорающиеся факелы и ультрафиолетовые фонарики. Могло понадобиться все, что угодно.

— Снаряжаемся! — Дала команду строгая начальница и развернулась к столу.

Недолго думая, я выбрал себе пару пистолетов и удобный по размеру нож, хотя и был готов расправиться с ублюдками голыми руками, лишь бы успеть нагнать их, пока они не причинили Василисе вред. Обстановка накалялась, но мы все ещё медлили. Ко мне без конца подходили с вопросами, и я на ходу отвечал на все, пока не гаркнул и не послал всех снаряжаться. Стражи, что помладше, одевали бронежилеты, а те, что постарше, выбирали оружие. Я не любил защитные жилеты, я слишком быстр и силён, бронежилет просто напросилось стеснит меня в движениях.

— Надо ускориться! — Командовала Альберта, звеня в руках ключами от внедорожников. — Дмитрий, ты видел сколько их было? Может кто-то из них ещё в академии?

Я покачал головой, помогая младшим выбрать оружие, тем самым ускоряя сборы.

— Нет, это видела Роза, — я кинул через зал две веревки с кошками в руки Артемия и добавил к ним пистолет «Беретта».

— Где она?

— Должна ждать меня у входа.

— Может не стоит брать маленькую дьяволицу? В конце-концов, она всего лишь новичок! — усмехнулся справа от меня Лоуренс.

Я застыл с коробкой патронов в руках. Кровь медленно закипала в жилах, но я не мог позволить себе тратить на это дерьмо время, поэтому тихо, но достаточно твёрдо произнёс, даже не оборачиваясь.

— Этот новичок разделал тебя под орех в день вашей встречи, — заметил я с явной издевкой, — а сейчас она стала ещё быстрее и сильнее… — я постарался выкинуть из головы навязчивые образы соблазнительной ученицы во время тренировок, где последнее время она показывала просто фантастические результаты.

Лоуренс покраснел и отвернулся от всех к стене с оружием. Взяв в руку электрошокер, он подкинул его вверх, но не смог поймать и уронил на пол. Все окинули мальца недовольными взглядами, Альберта и вовсе закатила глаза, выдохнув. Лоуренс не был «вау» какой страж, но его родство с династией Вода помогло ему устроиться в академии.

— Не думаю, что Хэзевей стоит подпускать близко к эпицентру действий, — негромко сказала, подойдя ко мне Альберта.

— Так точно!.. но мы в любом случае не узнаем без Розы где Василиса.

Сборы окончены, все двинулись в сторону выхода. Я обошел стражей и устремился вперёд, диктуя дорогу. Идти командой всегда проще, когда есть лидер.

Вровень к моему широкому шагу, рядом, почти бегом, шла Альберта. Кто-то, из шедших позади, передал ей кол, и она, не прерывая своих бормотаний, засунула серебро за пазуху. Мы одновременно посмотрели друг на друга, в ее глазах читалось сочувствие — она вспоминала о Иване. Когда я прибыл в академию, моя история очень быстро разлетелась по коридорам и каждый страж знал, что я потерял своего мороя, но только Альберта знала, что Иван был мне больше братом, чем другом и вот сейчас, я снова в том же дерьме. Я поджал губы. Альберта заметила мое недовольство. Так и не сказав ничего вслух, она с шумом выдохнула и, пройдясь по бортам кожаной куртки руками, наглухо застегнула молнию. Собранная и смертоносная. В её глазах читалась абсолютная боевая готовность. Идя рядом, она объясняла возможный план перехвата, если мы нагоним мерседес на автостраде.

Выезжать решили на двух внедорожниках, которые сейчас выгоняли из гаража Артемий и Уилл.

— Когда точно это произошло?

— С полчаса назад, — быстро проговорил я, делая шаг вперёд.

Я постарался скрыть от Альберты свои эмоции, нацепив маску спокойствия. Она может спросить слишком много — нужны правильные ответы. Я быстро соображал.

— Почему же ты так долго?

— Роза не сразу нашла меня, а когда нашла, то… — я прочистил горло, давая себе секунду для размышлений, — оказалось, что Виктор наложил на ее ожерелье заклинание агрессивного поведения.

— Нобу?

— Да, — я подкрепил свою ложь утвердительным кивком, — когда я блокировал все ее атаки и уничтожил ожерелье, Роза не сразу смогла придти в себя и пояснить, зачем искала меня.

Это было легче, чем казалось. Объяснение вполне устроило Альберту. Я смог выдохнуть. Необходимо уберечь Розу, в первую очередь, и не разрушить её судьбу.

Оставалось не так много, мы уже практически достигли главного входа — вся кавалькада неслась бегом. Оставалось завернуть к фасаду и подождать, пока парни подгонят внедорожники.

Мы вышли на улицу. Холодный зимний воздух помог мне до конца протрезветь и прояснить своё сознание. Я почти не думал о Розе, сосредоточившись на спасении Василисы, как из-за угла донеслись громкие голоса, в одном из которых я узнал свою ученицу.

— Расскажи мне ещё раз!

— Я рассказал тебе уже все, что успел заметить — это были стражи.

Мы вышли к центральному входу и увидели Розу и Кристиана. Парень держался за затылок и за ребра с левого бока. Ему здорово досталось.

— Они вырубили меня, я очнулся на чердаке уже без Лиссы и сразу побежал искать тебя.

— Надо было бежать к Дмитрию или Альберте, на худой конец к Кировой! — Роза издала глухое рычание, едва не разрыдавшись.

Понятное дело она винила себя. Я и сам делал это.

— Черт возьми, они удаляются все дальше, — она всплеснула руками, — и ей так страшно, очень, а я все ещё здесь! — В отчаянии Роза топнула ногой.

— Она ещё жива? — с мольбой спросил мальчишка.

— Да, — услышав это, Кристиан выдохнул, сложившись пополам, — Лисса нужна им живой.

Поправляя непослушные волосы, Роза повернулась и заметила нас. Она уже успела привести себя в порядок, переодеться в темные джинсы и тёплый свитер и смотрела на меня так, будто ничего между нами не было, хотя ее губы все ещё сохранили припухлость и красноту. Я с трудом отвёл от них взгляд.

— Дмитрий, — обратилась она ко мне, а затем повернулась к Альберте, — страж Петрова.

— Принцесса цела? — взволнованно спросила Альберта.

— Да, но, пожалуйста, делайте что-нибудь. Они уже далеко.

Громкий рев мотора оглушил поляну. Два чёрных внедорожника резко вырулили из-за угла и остановились слева и справа от нас. Парни отрапортовали Петровой о полной готовности. Я тут же подтолкнул Розу к машине, подгоняя остальных. Сложнее было с Кристианом. Я отправлял мальчишку в больничное крыло, но он отчаянно напрашивался с нами, пока слово не взяла Петрова, объясняя ему, что в машине попросту не осталось места.

Дело двигалось. Почти все расселись по местам, как Стэн приостановил меня с Альбертой и выдал гениальную фразу:

— Откуда мы знаем, что Хезевей не врет? — он одарил Розу взглядом полным скептицизма. — Может они с Озера придумали это все, чтобы отвлечь стражей от вечеринки в стенах кампуса.

— Серьезно? — Громко хлопнув дверью, Роза выбралась из машины навстречу преподавателя. Раздражение ее нарастало, она сжала кулаки. — Вы не собираетесь ехать? Нет? Принцессу увозят все дальше!

— Все знают твой бунтарский нрав, а уж тем более Озера, — вставил свои пять копеек Лоуренс, хотя сам он уже занимал заднее сиденье, но для реплики высунул голову в окно.

Я оглядел всех присутствующих, и примерно половина из них неуверенно закивали. Многие не верили Розе. Я должен убедить их в обратном.

— Я не понимаю почему мне никто не верит! — громко гаркнула Роза, обернувшись. — Лиссу похитили! Ей угрожали! Мисс Карп так же едва ее сошла с ума… От его рук! Это он свёл ее с ума своими экспериментами!

Я вышел вперёд и взял Розу под локоть. Пальцы пробило током, я почти ощутил вновь гладкость ее кожи сквозь тёплый свитер, но Роза даже не дрогнула. Осторожно, но настойчиво я развернул девушку к себе лицом и сказал я достаточно громко, чтобы меня могли услышать остальные.

— Я верю тебе! Если будет необходимость, мы поедем только вдвоём, но я не брошу ни тебя, ни Лиссу.

В глазах Розы я прочитал безграничное доверие и веру в меня. Она знала, что я справлюсь с любой задачей, но не понимала, что именно она даёт мне эти силы и для неё я живу весь последний год. Мы смотрели друг на друга и старались молча передать все, что хотелось сказать. Ее губы дрожали, но взгляд оставался решительным.

Кто-то за моей спиной усмехнулся, и я добавил ещё более громко:

— Все желающие могут остаться в академии, я вполне справлюсь сам. — Я протянул руку к Альберте, прося ключи от машины.

— Я еду с тобой, — ответила Петрова и открыв себе дверцу, добавила: — мистер Озера, идите в больничное крыло, вас надо осмотреть.

— Страж Петрова, — взмолился Кристиан, но Петрова подняла ладонь вверх:

— Мистер Озера, мы теряем время! Роза, где они?

Розе понадобилась всего секунда, чтобы считать информацию, а затем ее взгляд снова сфокусировался на нас.

— На восемьдесят третьем. Едут на юг.

— Почти час прошёл. Они едут не очень быстро. Не хотят, чтобы их задержали за превышение скорости. — Рассудительно заметила Альберта, и крикнула остальным: — по машинам!

Я указал Розе на сиденье позади моего.

— Садись и веди меня.

Она кивнула, быстро выполнив мой приказ.

Все заняли свои места. Роза и Альберта ехали со мной в первой машине, остальные следом. Розе требовалось немного отдохнуть, нахождение внутри Василисы всегда очень выматывало ее, вот и сейчас, она лежала на заднем сидении, закрыв голову руками, что-то невнятно бормоча.

Заняв водительское место, я втопил, что есть мочи. Мы должны нагнать Виктора, как можно скорее, итак потеряли слишком много времени.

Я все время следил за состоянием Розы в зеркало заднего вида. Она редко была с нами, чаще прибывала с Василисой. И в эти минуты ее трясло, а по щекам текли слезы — она считывала эмоции принцессы и разделяла с ней ее страх.

— Они поворачивают. Не вижу названия дороги, но узнаю ее, когда мы окажемся рядом, — почти шепотом сообщила нам Роза и вновь ушла в себя.

— Опаздываем, — ответил я сквозь стиснутые зубы и прибавил газу.

Меньше, чем через полчаса мы свернули с дороги, сменив шоссе, на проселочный гравий. Пришлось плотно закрыть окна, чтобы не задохнуться от пыли. Скорость понизилась, но я все равно выжимал максимум, слушая краем уха разъяснения Розы:

— Они остановились у какой-то заброшенной хижины… да! Это Дашков…

«Мерзкий ублюдок, зачем ему Василиса?»

— Роза, — я хотел спросить про очередной поворот, но заметил, что Розы не было с нами, она с Василисой, и вновь страх принцессы проявлялся на лице ее стража. Мне пришлось свернуть наобум, ориентируясь по свежим следам.

Зачем ему нужна Василиса? Она не стояла выше принца в очереди на трон, а как раз таки была позади. Да и самого Дашкова исключили из претендентов из-за его болезни. Разве что этот подонок решил завести себе молодую игрушку. Старый извращенец! Зачем ему ещё нужна его племянница?

Но стоит отдать этой сволочи должное. Очень умно было с его стороны нейтрализовать Розу заклинанием принуждения, а заодно отвлечь меня. Как этот идиот догадался о нашей связи?

Эта тяга друг к другу подвела нас.

Наш морой в опасности, потому как мы попались в ловушку из-за своей слабости, ведь одного заклинания не достаточно. Оно основывается на чувствах. А наша привязанность слишком сильна, чтобы мы могли подумать дважды, прежде, чем срывать друг с друга одежды.

Мне придётся задушить эту любовь раз и навсегда, чтобы уберечь Розу и Василису от опасности.

— Виктору она нужна, как врач! — в ужасе прошептала Роза, приковав к себе мое внимание.

— Врач? — переспросила Альберта, но Роза никого не слышала.

Я кивнул, поясняя:

— Принцесса носитель редкого дара. Она умеет исцелять, как это умела Соня и святой Владимир… — и тут до меня дошло. Я с силой стукнул по рулю, из-за чего машина вильнула влево и мне пришлось быстро вернуть себе управление. — Дашков хочет вернуть себе здоровье и претендовать на трон!.. возможно… даже убить королеву.

— Господи Иисусе, — начальница перекрестилась.

Я погнал, как черт, пока Альберта по рации обсуждала с остальными новый план перехвата.

Тем временем Роза все находилась в бреду. Она шептала неразборчивые слова, я силился разобрать что-нибудь, но шум гравия мешал понять хотя бы общий смысл.

— Знает… он знает… ворон… авари… я… умерла… вернула… животные… Наталья… — Роза прерывисто вздохнула, — нет… Лисса… нет!

— Роза! — Я попытался вернуть ее к нам, но Роза была слишком эмоционально привязана к Василисе, она не слышала меня. Я позвал ее ещё раз: — Роза!

— Дух… — девушка всхлипнула, — тьма убьёт ее…

А затем отчаяние сменилось яростью. Скорей всего это вновь властвуют эмоции Василисы.

— Кто такой Кеннет? — Роза, резко села, надавив на сомкнутые веки ладонями.

Я понятия не имел кто это, но страх, который я услышал в ее вопросе, заставил меня вжать педаль в пол. Альберта развернулась, чтобы иметь возможность следить за Розой, потому как я нёсся в полной темноте практически по лесу. Ветки хлестали по окнам, машину сильно трясло, но я упорно двигался цели, пока не услышал самый пронзительный и душераздирающий крик.

Я стал притормаживать. Мне необходимо было оказаться рядом с Розой, узнать, что могло заставить ее испытывать такой ужас. Роза сжалась в комочек, обняв колени и вопила от боли. Слезы градом катились по ее щекам, лицо исказилось и покраснело, она задыхалась. Один лишь раз я слышал подобные звуки, когда человеку перерезали глотку, разве что тогда ещё были слышны противные хлюпающие звуки потока крови.

Альберта отстегнула ремень и уже перебиралась назад, а я практически потерял управление, следя за происходящим. Внедорожник вильнул, я останавливался. Я хотел обнять Розу и успокоить, но она стукнула по спинке моего кресла и закричала, что есть мочи:

— Нет, нет! Дмитрий! Не смей… останавливаться! — Роза жадно глотала воздух, прижав ладони к горлу. — Как можно быстрее добраться… туда!

Альберта оказалась сзади, и Роза вцепилась в неё, уткнувшись лицом в грудь. Петрова обняла ученицу, успокаивающе гладя по голове. Я был благодарен за такое нежное проявление чувств, это немного успокоило Розу, и она смогла объяснить произошедшее.

— Они пытают ее… с помощью воздуха. Этот парень… Кеннет… заставляет воздух давить на нее, накачивает ей в голову. Давление безумное. Ощущение такое, будто моя… ее… голова вот-вот взорвется.

Мне хотелось сказать, что-нибудь ласковое, успокаивающее, но я не мог себе этого позволить, вместо этого я со всей любовью посмотрел на свою храбрую девочку и спросил:

— Куда дальше?

— Надо свернуть влево, ещё пол мили. — Измученная Роза, указала рукой на едва заметный в темноте поворот.

Через несколько секунд среди густого леса мы заметили тусклый огонёк. Петрова дала знак остановиться, достала из кармана мобильный и позвонила остальным. Парни позади нас двигались как можно тише и осторожнее, поэтому пришлось минутку подождать их. Я заглушил мотор и повернулся. Роза все так же дрожала и плакала, но уже не страдала от мучительной боли. Она заметила мой взгляд и безжизненно сообщила нам:

— Лисса уступила… он победил.

— Ещё нет, мы спасём Лиссу, — твёрдо сказал я, и отвернувшись выругался по-русски, — дворцовая гнида!

Открыв дверь, Альберта выбралась из машины, встречая подъехавших ребят. Я поспешил за ней. Мы сгрудились, обсуждая стратегию. Артемия и Стэна отправили разведать обстановку и доложить сколько человек внутри и снаружи. Оказалось, что возле лесного коттеджа стоял ещё один автомобиль, а это увеличило и количество охраны домика, но я был уверен, что мы справимся.

Когда каждый из нас понял свою задачу и все стали расходиться, из машины практически вывалилась Роза и едва волоча ногами, подошла к нам.

Я знал, она хочет быть в эпицентре событий, но это слишком большой риск. В хижине по меньшей мере дюжина вооруженных стражей-профессионалов. С Розой может случиться все, что угодно. Я не мог подвергнуть ее такому риску. Дашков не ожидает нас, поэтому нам стоит напасть быстро и всеми силами ударить по врагу.

— Нет, Роза. Ты останешься здесь. — Ответил я на полный мольбы взгляд карих глаз.

— Черта с два! Я должна помочь ей, — упрямо возразила храбрая девушка.

Я восхищался ей все больше, и даже моя злость на ее детское упрямство в миг улетучилась, как только я увидел сколько решимости в этих прекрасных усталых глазах. Вместо того чтобы взять ее за шкварку и запереть в машине, я протянул руку, заправил волосы ей за ухо и, проведя кончиками пальцев по щеке, взял за подбородок. Она затаив дыхание следила за моими движениями, не смея остановить меня или дрогнуть. Я приподнял ее подбородок и пристально взглянул в огромные удивленные глаза.

— Ты уже помогла ей, — нежно сказал я. — Сделала свое дело — и сделала его хорошо. Но там тебе не место. И ей, — я сглотнул, — и мне нужно, чтобы ты оставалась в безопасности.

Она грустно кивнула. Я понимал, как тяжело ей даётся быть покорной, но так же я знал, что прав. Василиса в доме, Дашков в доме, а с ними ещё десяток стражей. Нам осталось лишь напасть, освободить принцессу и заточить Дашкова в тюрьму, где его ждёт суровое наказание. План был слишком прост, Розе не о чем беспокоиться.

Команда захвата разбрелась на позиции. Я и Уилл должны напасть с главного входа. Мне предстояло взять на себя Виктора, задержать его и не допустить бегства.

Мы окружили коттедж. Трое наших тихо и очень быстро вывели из строя караульных, не применяя оружия, чтобы не наделать шуму. Я прислушался к разговорам и понял, что Дашков, Юрий и Спиридон находятся на кухне, обсуждая скорое прибытие вертолета, на котором принц и принцесса отправятся в фамильный дом Дашковых.

— Дом до весны будет пуст, пока брат и его семья не прибудут туда на лето, — с бодрым смешком произнёс Виктор.

В его голосе ощущалась нетипичная для его болезни живость и молодость. Я ещё больше возненавидел этого вампира. Он хуже стригоя, он недостоин жить.

— К тому времени болезнь отступит? — подал голос Спиридон.

— Я думаю даже раньше. Я уже чувствую себя наполовину здоровее, ещё пару сеансов и я смогу начать осуществлять свой план.

— Свержение королевы? — хмуро спросил Юрий. Он чиркнул зажигалкой, и я услышал, как вспыхнуло пламя, а затем звякнула крышка чайника.

Уилл легонько толкнул меня в спину, знаком давая понять, что Альберта и остальные нападают, как и планировалось через подвал и с задней стороны домика. Я кивнул, доставая «Беретту» и снимая с предохранителя. Уилл шёл впереди меня и должен был прикрывать — он был в бронежилете. В одно четкое движение ногой дверь вылетела с петель, освобождая проход. Послышались выстрелы, и я ворвался в дом вслед за остальными.

Я слышал крики и выстрелы, следил за боем и уклонялся от атак. Все слилось в одну сплошную баталию, где я действовал на инстинктах. Я различал своих и чужих, но следуя плану, старался помочь сразу всем, кто был поблизости. Двоих наших подстрелили. Одним из них был Лоуренс. Юрий плеснул в него кипятком и выстрелил в грудь. Вторым был Стефан, он прикрыл собой Альберту. Но если младший был в бронежилете, то, Стефан получил пулю навылет в плечо.

Я нашёл взглядом высокого жилистого мороя с темными очками. Он направил руки на Артемия и Стэна и, брызжа слюной, пытался воздействовать на них воздухом. Парни задыхались, стараясь подойти к морою, но им не хватало сил. Не долго думая, я достал один из ножей и метнул в ногу сволочи, и тот, скорчившись от боли, рухнул на пол, заливая дерево кровью. Ребята скрутили его, зафиксировав его руки и кивнули мне с благодарностью.

— Дмитрий! — крикнул мне Уилл, и я во время уклонился от пули.

Повернув голову в сторону стрелявшего, я увидел перед собой Спиридона. Он изменился в лице, стал более злым, ехидным и… настоящим. Я всегда чувствовал, что за его лживой ухмылкой есть ещё что-то. Теперь мне известно его истинное лицо.

Страж прикрывал собой принца, я ринулся на них, но мне помешал напавший с правой стороны страж. Я вывел его из строя, сломав ему шею, но потерял из виду Виктора и Спиридона. Место, где только что были два человека пустовало, сзади только глухая стена.

Я подошёл вплотную и со злостью ударил ногой в стену, послышался глухой пустой звук. Это насторожило меня, и я ударил ещё раз. Появилась небольшая трещина, и мне открылась дверь. Я ударил ногой со своей силы в третий раз, и потайная дверь слетела с петель. Я увернулся влево, пропуская очередь пуль, летящих в мою сторону, а как только все стихло, ворвался в кабинет с оружием в руках.

Спиридон все так же прикрывал Виктора, спешно покидающего кабинет, через заднюю дверь. С разъярённым криком, он кинулся на меня.

— Сколько я ждал этого момента, — с ненавистью выплеснул дампир, сжимая мое плечо, — теперь наконец-то от легендарного Дмитрия Беликова не останется и следа.

Моя спина коснулась холодной стены, и я смог оттолкнулся и отпихнуть от себя предателя. Толкнув его, я нанёс несколько ударов в грудь, и Спиридон перекатился на столе, свалив своим телом все вещи.

Обойдя стол, я хотел было добить мерзавца, но он ударил с ноги. Мы вцепились друг в друга, нанося удар за ударом. Видно было, как он выдыхался, и вместо рукопашного, решил заговорить мне зубы, отстранившись, вытирая кровь с подбородка. Но все это было обманом, развернувшись, он вытащил из-за пояса серебряный кол и напал, собрав все силы.

— Тебе конец, Беликов. Теперь я перестану жить в твоей тени.

Он тяжело дышал, стараясь вонзить кол мне в шею, но я твёрдо держал блок, выжидая момента, когда силы предадут его. Его глаза налились кровью, а вены вздулись, чётко прорисовываясь через бледную кожу.

— В том, что ты всегда был позади, только твоя вина, — как можно спокойнее сказал я.

— Я убью тебя, а потом позабавлюсь с твоей подружкой Розой, — Спиридон оскалился поднажав, — сиськи у неё просто улёт, уверен, что и задница…

Договорить я ему не дал. Пустивши в полет свою фантазию, страж допустил самую глав ошибку — ослабил хватку — рука его дрогнула, и я смог выбить из его руки кол. Нанеся несколько яростных ударов с ноги, я откинул его к стене. Послышался сдавленный вдох, голова Спиридона запрокинулась — он накололся на резной подсвечник спиной и безжизненности повис на нем.

Не медля, я, подхватив кол и пистолет, выбежал в потайную дверь вслед за Виктором. Я очень надеялся, что мерзавец не смог далеко уйти. За хижиной густой лес, но я должен догнать его. Иначе никак. Он понесёт своё наказание.

Я рыскал среди деревьев, прислушиваясь к каждому шороху, пока не услышал два оглушительных выстрела, а за ними жалобное скуление собак. Вспомнился момент, с несколько минут ранее, когда я слышал лай и вой собак, но не стал заострять на этом внимание. Теперь я знал, что это — пси-гончие. Роза как-то упоминала о преследовании и она считала, что это посланники из академии, но это был Дашков. Он знаменитый разводчик гончих.

Побежав на звук, я очень быстро нашёл источник. На крохотной поляне стояла Альберта с пистолетом в руках, а у ее ног две собаки, внешне больше напоминающие волков.

Принцесса и Роза склонились над телом мальчишки-мороя. Он еле дышал, прижимая руками к животу свои же внутренности.

— Не могу. Совсем не осталось сил, — взмолилась Василиса, глядя на Розу.

Роза, вся в крови, быстро стащила с себя остатки так называемой куртки и перекинула волосы на одно плечо, решительно кивнув подруге. Я сделал небольшой шаг вперёд, чтобы хорошо рассмотреть происходящее, ведь до последнего, пока клыки Василисы не вонзились в шею Розы, я не верил в происходящее — Роза кормила Василису. Прямо здесь и сейчас, на моих глазах и на глазах Альберты.

Василиса выпила немного, но Розе все равно не хватило сил держаться, и она просто рухнула на холодную землю, закрыв глаза.

Тем временем принцесса склонилась над умирающим Кристианом, который вообще непонятно каким образом оказался здесь. Минуту ничего не происходило, но я уже понимал, что именно она делает. А вот для Альберты это стало большим сюрпризом. Она внимательно наблюдала за действиями Василисы, открыв рот.

Сзади доносились голоса наших ребят, а так же дикий голос пойманного в тиски Виктора, обещавшего каждому стражу огромные суммы денег, если они прямо сейчас его отпустят. Мне следовало быть сейчас там, вместе с ними, но я стоял здесь, на поляне и наблюдал, как творится очередное чудо.

Кристиан пришёл в себя. Он открыл глаза, и Василиса заплакала от счастья. Она без конца покрывала его лицо поцелуями и слезами, пока он не нашёл в себе силы подняться и заключить принцессу в объятия. Не удержалась от улыбки и Альберта.

— Ты вернула меня, — хрипло произнёс Кристиан.

— Я не могла иначе, я же люблю тебя!

— Ничто в этом мире не заставит меня быть вдали от тебя!

Неожиданное признание заставило двух влюблённых слиться в поцелуе, и мы не сразу заметили, как из-за деревьев показалась темная грузная фигура Юрия. Он держал пистолет на вытянутой руке и целился в ребят. Роза лежала на земле, а Василиса и Кристиан сжимали друг друга в объятиях, не замечая никого вокруг. Даже Альберта, отвлекшись на них, подняла голову, лишь услышав очередь выстрелов. Кристиан закрыл собой принцессу, прижав ее к земле, я же ринулся к Розе. Она лежала там одна, раненая и беззащитная.

Жгучая боль прострелила ключицу. Я накрыл собой учеников, как раз в тот момент, когда новый поток боли пронзил ногу. Я зажмурился и стиснул зубы.

«Я не должен терять рассудок. Я страж, я щит».

Очередь выстрелов и рядом с нами рухнуло тело Юрия. Подоспевшая вовремя наша команда расстреляла предателя.

Кто-то подал мне руку, и я, опираясь на неё, смог подняться.

— Принцесса, — обратился я к Василисе, стискивая челюсти, — вы в порядке?

— Да, но, Вы ранены, Дмитрий!

Я пропустил возглас девушки мимо ушей и повернулся к Кристиану. С ним мы были знакомы уже много лет, но сейчас тихий молчаливый мальчик открылся мне с новой стороны, как храбрый и отчаянный юноша.

— Ты как?

Он коротко кивнул, тень самодовольной улыбки мелькнула на его губах.

— Теперь все хорошо.

— Я провожу вас до машины, — предложила ребятам свою помощь Альберта, протягивая Василисе свою куртку.

Продрогшая и еле стоящая на ногах девушка благодарно кивнула и тут же завернулась в куртку, застёгивая ее до верха. Все это время она находилась на улице без пальто, лишь в тонком газовом платье. А без достаточного количества крови, она и вовсе обессилела.

Я посмотрел на человека, что поддерживал меня все это время. Это был Артемий. Несколько синяков и ссадин украшали его лицо, но в целом, он был порядке. Я кивнул ему, указав на Розу, одновременно отпустив его руку.

— Помоги ей. — Он кивнул. — Но будь осторожен, она ранена.

Мои раны в этот момент меня мало волновали. Это всего лишь пули, а не укус стригоя. Бывало и хуже. Нам стоит добраться до машин.

Плененного Виктора волочили почти силой к машине. Обожженный Лоуренс и Стэн заковали его в наручники и усадили между собой в один из внедорожников. Уилл сел за руль. Артемий занял вторую машину.

Вскоре прибыл и обещанный вертолёт. Арестовав пилота, управление летательным аппаратом взяла на себя Альберта. Никто и подумать не мог, что она первоклассный пилот.

Принцессу, Кристиана, а также раненых Розу и Стефана разместили в вертолёте. Им срочно требовалась помощь, хоть Стефан и перевязал плечо, тем самым остановив кровь, но Роза все ещё была без сознания.

Я планировал ехать вместе с Артемием, на втором внедорожнике и уже почти доковылял до него, как меня окликнула Петрова.

— Страж Беликов.

Я развернулся, стараясь держаться прямо, хоть и едва стоял на ногах.

— Вы полетите с нами, — сообщила она мне, но словив мой крайне недружелюбный взгляд, добавила, — это распоряжение принцессы.

«Она — мой морой, я — ее страж,» — мысленно повторил я трижды и волей неволей поплёлся до вертолета.

Все уже заняли свои места. Несмотря на тесное пространство, Розе было отведено два мягких кресла, куда ее бережно уложили, подложив под голову маленькую подушку. Серьёзных ранений у неё не было, но меня пугало то количество крови, которое она потеряла, защищая Василису от гончих псов. Ее джинсы и свитер — все было разодрано и из каждой раны проступала кровь. Стефан старался перевязать некоторые из порезов чистыми бинтами, но этого не хватало.

Я подошел чтобы помочь, но не смог опуститься на колени — пуля не застряла в ноге, а лишь надрезала мышцы, но боль все равно нестерпимая, от бедра до кончиков пальцев меня прошибал ток. Я поморщился, это заметила Василиса. Она сидела с пакетом донорской крови кормильцев в руках и медленно пила через тонкую трубочку капельницы. Этот запас захватила Альберта перед выездом, предполагая, что принцессе понадобится восстановить силы.

Я не знал, чем помочь Розе, но Василиса, словно прочитав мои мысли, передала полупустой пакет Кристиану и кивнула мне.

— Страж О’Брайан, — обратилась она к Стефану, — спасибо, но не накладывайте, пожалуйста, повязки.

Ее голос все ещё был слаб, но она храбрилась и даже самостоятельно без помощи пересекла пространство вертолета, подойдя к подруге. В моем сердце загорелся лучик надежды, что всего несколько минут отделяют Розу от выздоровления, и все ее раны будут залечены, но нет. Даже когда стараниями Василисы кровь остановилась и каждый порез от острых когтей затянулся, Роза все равно не пришла в себя.

Принцесса вернулась на своё место, но теперь ее поддерживал Кристиан. Едва она смогла присесть и опереться спиной о металлическую стену, она указала мне на соседнее кресло.

— Страж Беликов, будьте любезны, займите место рядом, — вежливо попросила она, и я не смог не повиноваться.

Вертолёт уже взлетел. Мы набрали высоту и плавно летели к лесам академии, уповая на то, что прибудем туда совсем скоро.

Я старался не терять сознание, хотя замечал, что иногда, всего на пару минут, проваливаюсь в сон, а потом снова оказываюсь в самолете. Нога сильно болела, но вот ключицу, где застряла пуля, нестерпимо жгло. Боль пронизывала каждую клеточку моего тела, играя на нервах, стоило мне шелохнуться.

— Так много людей пострадало, — еле слышно проговорила принцесса, глядя в окно на малиновый закат.

— Вы — важнее всех нас, Ваше Высочество, — ответил я, не поворачиваясь голову, — каждый из нас с лёгкостью отдаст за Вас свою жизнь.

Она грустно вздохнула, а затем коснулась моей руки мягкими холодными пальчиками. Я расценил это прикосновение, как жест утешения, но внезапно почувствовал незнакомое ощущение счастья. Как если бы Василиса переливала в меня жидкую радость. Кожу покалывало от лёгкого холодка, но я все так же боялся пошевелиться, а затем пришло тепло, не только в мышцах, но и в душе. Теплота и радость принимали меня в свои объятия.

— Нет! — ахнул я, вскочив на ноги, но боли уже не было, она успела исцелить меня, — принцесса! Вам не следовало!

Она поднялась со своего места и опираясь о стену, доковыляла до сидящего рядом с Розой Стефана. Василиса протянула ему руку, но страж покачал головой.

— Благодарю, я справлюсь, Вам нужен отдых, Ваше Высочество.

— Не спорьте! Это приказ! — возмущенно воскликнула моройка и, наклонившись, все же коснулась плеча стража.

Не прошло и минуты, как она сняла окровавленную повязку, с довольной улыбкой на губах.

— И все же, Вам не следовало, — буркнул под нос Стефан.

— Это лишь в благодарность за спасение, — заверила его Василиса, занимая своё место, где Кристиан ждал ее с последним пакетом крови в руках.

Комментарий к Похмелье

Ребят, я дико извиняюсь за задержку главы, но как я уже объясняла в инсте и здесь - всякое бывает в жизни. Терять близкого человека, хоронить его, а затем идти искать вдохновение - тяжело. Прошло немало времени, пока мы отошли от потери, и я смогла сгребсти себя в кучу и начать снова писать.

Вы вправе ругаться на меня, но дать вам сырое месиво было бы просто огромной ошибкой.

Надеюсь ожидание оправдалось и вы будете довольны главой.

========== Не долго и счастливо ==========

Мы приземлились вблизи академии, где нас уже встречала Кирова, а с ней два автомобиля. Всех доставили в больничное крыло на осмотр доктора Олендзки. Роза к тому времени уже пришла в себя и смогла передвигаться самостоятельно, правда с моей поддержкой. По прибытию в медицинское крыло, ее положили под капельницы, так как она ещё слаба и необходимо восполнить запас жидкости в ее организме. Принцессу и Кристиана отправили к кормильцам, а после проводили до комнат. Все это время влюблённые держались за руки, посылая друг другу ласковые взгляды. Теперь я отчетливо понимал, что у моего друга не осталось ни единого шанса.

Рану Стефана осмотрели и обработали, а пулю из моей ключицы извлекли, а затем зашили входное отверстие и наложили повязки. Ногу излечила Василиса. Благодаря ей мы отделались легко. Через пару часов в академию доставили Дашкова, и ребята смогли попасть в на осмотр докторов. Как только до принцессы дошли вести о возвращении оставшейся части команды, она прервала свой сон и помогла с ожогами Лоуренса. Так тайна специализации Василисы стала известна ещё большему количеству людей.

Не пройдёт и дня, как об этом узнает вся академия.

Как только Виктора заключили под стражу, и ситуация медленно стала сходить на нет, Кирова вызвала всю команду к себе. Ей предстояло отчитаться перед королевой о случившемся, а это значит, что нам в подробностях придётся рассказывать все произошедшее.

Как выяснилось позже, на допросе Натальи, это она изводила Василису в стенах академии, подбрасывая ей мертвых животных и ужасающие записки. Арест отца стал для неё большой неожиданностью — она верила в Виктора и ждала от него только победы, а теперь его ждала моройская тюрьма, а ее родственники забирали из академии.

Доктор Олендзки настояла, чтобы мою руку иммобилизировали косыночной повязкой, и я плёлся по коридорам дампировского корпуса с пыльником в руке, устало волоча ноги.

События последних суток, казались мне каким-то старым забытым кином, одновременно переполняя меня и опустошая. Последний раз я чувствовал подобное возбуждение после операции по поимке двух беглянок в Портленде. Тогда я шёл по этому коридору болтая с Ником. Я позвонил ему, зная, что он ждёт новостей о Василисе. Хорошо было бы и сейчас рассказать ему все. Он очень обидится, если узнает о похищении из третьих рук.

Не с первой попытки левой руки, но все же, я открыл дверь в свою спальню и по обыкновению кинул ключи на прикроватную тумбу. Скинув ботинки и бросив кожаное пальто на кресло, я соорудил у изголовья кровати горку из подушек и с удовольствием вытянул ноги. Теперь, когда моя единственная здоровая рука была свободна, я смог достать телефон и набрать номер друга. Он ответил сразу, такое чувство, что этот человек вообще не выпускает сотовый из зоны видимости.

— Здарова, дружище! Как ты?

— Если не считать простреленную руку и ногу, то порядок, — выдохнул я.

Повисло молчание, Ник поперхнулся и мне пришлось подождать, пока он справится с кашлем. Я услышал, как друг делает глоток и затем ещё раз прочищает горло.

— Стригои?

Странно с его стороны полагать, что стригои носят при себе огнестрел.

— Нет, но ты все равно не поверишь, что произошло со мной за последние сутки, и если я сейчас кому-нибудь это не расскажу, меня просто разорвёт, — признался я.

Друг усмехнулся.

— Приятно слышать, что я на очереди, под меткой «кто-нибудь» у моего лучшего и единственного, — он выделил голосом эти два прилагательных, — друга, стою я.

Съязвить после такой реплики было бы оригинальнее, но я слишком устал и поэтому резко вернул разговор в правильное русло.

— Василису похитил Дашков.

— Виктор?! Наш зачахлик?! Стоп… погоди, как она?

Кажется, Николай вскочил на ноги и судя по фоновым звукам, стал мерить комнату шагами. Я почти представил, как он при этом запускает пятерню в свою блондинистую шевелюру.

— Напугана, обессилена, но жива.

— Все равно не врубаюсь, зачем ему Лисс?

— Этот урод хотел мифическим образом выздороветь и изменить весь мир.

— Ублюдок.

— Согласен.

— Он угрожал королеве? — Ник закурил, вернувшись в сидячее положение.

— Насколько я понял нет, но в его планы входило взойти на трон и сместить королеву.

— Матерь божья!

Я бы на его месте сказал хуже, особенно если бы Ник увидел своими глазами состояние затравленной угрозами и пытками девушки.

— Но это еще не все, — выдохнул я, собираясь рассказать оставшуюся часть новостей.

— Внимательно, — оповестил он, приготовившись слушать.

— Чтобы отвлечь нас с Розой от похищения принцессы, Виктор нашёл самый оригинальный и действенный способ… — Ник молча ждал пока я решусь произнести это вслух, -… он применил к нам заклинание принуждения.

После общения с Ником, мне стало немного легче. По крайней мере, я перестал чувствовать себя уродом, воспользовавшимся Розой. Сколько раз я вбивал себе в голову, что близость между нами должна быть под запретом, даже если мы и испытываем чувства друг к другу. Николай несколько раз повторил мне (будто я и сам того не видел все эти месяцы), что я не был безразличен Розе. От мысли, что придётся поиграть с ее чувствами, становилось ещё гаже, ведь рано или поздно нам придётся поговорить о случившемся, и я должен закрыть эту тему раз и навсегда любым способом.

Роза оклемалась только через сутки. Принцесса большую часть времени проводила у ее постели, я же заходил только когда Роза спала. Мне не хотелось показываться на глаза ей и заводить тот самый неприятный разговор, который ждал нас обоих.

Шли дни, а я все откладывал наши тренировки, хоть и знал, что Роза полностью восстановилась. Она уже ходила на уроки и разные внеклассные мероприятия. За заслуги перед «короной» и «академией» Кирова ослабила поводок и освободила Розу из-под ареста и испытательного срока.

Как назло и Альберта сняла с меня часть дежурств, давая мне возможность «отдохнуть», но отдых подразумевал под собой торчание в комнате. Это ещё мучительнее, чем гулять по коридорам, избегая встреч с Розой. В моей спальне мне все напоминало о ней, вызывая мучительную дрожь во всем теле.

Одно дело лишь допускать мысль о повторной близости с недоступным для меня человеком, другое — сделать это. Изучив Розу: её характер, повадки, душу — я по уши погряз в этой девушке. Я не понимал, что мне делать дальше и как избегать ее, держа дистанцию, особенно, если учитывать, что каждый день я просыпался с мыслью о ней и ложился спать зная, что увижу её во сне.

Всю свою жизнь я мечтал лишь об одном — стать выдающимся стражем, устрашающим и уважаемым. Чтобы при упоминании «Дмитрий Беликов» все почтительно замолкали, а не перешёптывались за спиной, как было большую часть моей жизни, когда все тыкали в меня пальцем, называя «щенком пьяницы Ивашкова» или «сыном кровавой шлюхи». Никто не станет винить мою мать за любовь к королевской сволочи, которая разрушила её жизнь. Лучше бы она поступила, как в своё время сделала Джанин Хезевей и отдала меня на воспитание академии. Мать Розы сделала правильный выбор… Роза. Пройдёт ещё несколько недель, а то и месяцев, пока я смогу спокойно произносить её имя.

В голове до сих пор мелькал образ бездыханной девушки с рваными ранами по всему телу. Она лежала на земле, отдавая все остатки себя Василисе. Она позволила пить свою кровь девушке, чью жизнь ставила выше своей. А когда показался Юрий, этот гнилой прихвостень с пистолетом в руках, я не думал о защите принцессы — моего мороя — я кинулся к Розе. Я ненавидел себя за это. И пусть Кристиан накрыл собой Василису, пусть Юрий и не попал в неё, я и только я должен был накрыть собой принцессу. Жизнь двух мороев оказалась в опасности, потому что я действовал, потакая своему сердцу, а не разуму.

Мы служим царству мороев, не иначе. Без них вымрет и наша раса.

Возвращаясь в академию на вертолете Виктора, я испытал огромное облегчение, когда Роза наконец-то открыла глаза. К ней тут же подошла Василиса, предложив свою бутылку воды и очень долго обнимала своего верного стража. Они плакали, радуясь, что все закончилось. Роза все равно не послушала меня и не осталась в машине. Все всегда делает наперекор мне и оказывается правой. Я так гордился ей, и хоть пока она и не заколола ни одного стригоя, но смогла уложить добрую пару стражей — их тела мы нашли по тропинке в лес, где обнаружили девочек с Кристианом. Роза сделала это одна. Очень мало новичков в состоянии одолеть взрослого состоявшегося стража, но моя Роза всегда умеет удивлять.

— Может нам уехать ко Двору? — неожиданно спросила Василиса.

Слезы высохли. Принцесса сидела, облокотившись спиной о спинку кресла и поглаживала Розу по голове, зарываясь тонкими белыми пальчиками в густые шелковые и так любимые мной волосы Розы. А сама Роза лежала на двух других сиденьях, поджав ноги и положив голову на колени принцессе.

— Вы с Дмитрием… — я замер, но сдержался и не повернулся в сторону девочек. Стараясь изо всех сил безмятежно смотреть в окно, я чувствовал кожей обжигающий взгляд карих глаз, -… будете со мной. Я устала быть здесь… Роза, а давай снова сбежим?

— Эй, вы про меня не забыли? — решил напомнить о себе Кристиан.

Девочки засмеялись, и я с ними, правда лишь в своей голове. Мне тоже не нравились их мысли о побеге. Пусть в прошлый раз на это и была веская причина, но сейчас все иначе. Я заёрзал на месте, намереваясь вступить в разговор и сделать замечание принцессе о том, что всегда буду ходить за ними следом.

— Не беспокойся, маг огня, — усмехнулась, не открывая глаз Роза, — мы никуда не собираемся… Лисс, мне нужно закончить обучение, да и потом… теперь мы в безопасности.

— Неужели все закончилось? — В голосе принцессы слышалась усталость и облегчение. — Почти три года мы жили в страхе, что нас преследуют… Соня спасла нас…

— Вас спас Дмитрий, — поправила ее Кристиан, указав в мою сторону пальцем.

— Вас спасла Роза, — тихо сказал я.

Повисло молчание, пока сама Роза не произнесла следующее:

— Нет, Лисса права. Если бы не Соня, мы бы не сбежали. Мы не знали, что за угроза нас ждёт, и если бы она все рассказала напрямую, то Лисса просто не поверила бы, что ее дядя такое чудовище. — Она хмыкнула. — Никто бы не поверил полоумной училке. Если бы мы не сбежали, то Виктор воспользовался бы пятнадцатилетними девочками. — Я слышал горечь, пусть она и не открывала глаз, но я знал — ее взгляд печален. — Я тогда ещё не смогла бы защитить тебя, да и сейчас… не смогла… гм. Дмитрий прав, мне нужно много учиться.

Горло сдавил невидимый обруч. Я сделал глубокий вдох, ощущая и радость, гордость и стыд одновременно. Василиса и Кристиан повернули голову в мою сторону с ухмылками на лицах, не веря собственным ушам и желанию Хэзевей учится.

Роза открыла глаза и посмотрев на Василису, улыбнулась, стараясь говорить серьезно.

— С тобой больше ничего не случится, ты веришь мне?

— Да, Роза, у меня же есть ты.

Лёжа, который день в комнате, я все разглядывал скучный белый потолок, ища в нем нечто новое, что натолкнёт меня на решение теперешнего положения дел. Больше от безделья, чем от нужды, я допивал третью кружку остывшего противного чая и сожалел о том, что так и не научился курить. Ник всегда говорил, что сигареты помогают ему думать.

Воспоминания прошлой недели не давали мне покоя, как назойливые голодные крысы, прогрызали остатки моей души. Лучше бы просто пробить дыру в виске и вытащить оттуда все, что не хотелось помнить, но заново вбить учения первого курса.

«Морои превыше всего!»

Вспомнился момент, когда я узнал, что мне вновь доверили чью-то жизнь, да ещё и принцессу, последнюю из древнего королевского рода. Какое почтение! Хотя на самом деле, мне не так уж было и важно кто она. Жизнь каждого мороя цена.

С ранних лет я видел себя только в роли стража, и никак иначе, и когда потерял Ивана, я потерял смысл жизни. До этого печального события, каждый свой успех я воспринимал как должное. Я хотел быть всегда и во всем лучшим и я был таковым, пока судьба не сорвала меня с небес на землю и не показала насколько может быть жестока. Взяв под опеку хрупкую молодую девушку, я предполагал, что это будет не так уж и сложно. Кто же знал, каким испытанием мне это обернётся, когда к принцессе прилагался ещё один страж, по умолчанию. Эта темноволосая бестия просто свела меня с ума, а затем раскрылась передо мной совсем в другом ключе. Добрая, храбрая, отважная девушка. Словно она никогда ничего не боится и будь, что будет. Все, что её волнует — это жизнь её подруги. Самоотверженная, честная перед самой собой и откровенно прямолинейная. Моя Роза.

Мне столькому пришлось у неё научится. Сложно сказать, кто для кого стал учителем.

Годами я оттачивал навык держать все эмоции внутри, носить маску и не поддаваться случаю, строго идти к своей цели, добиваться успеха. Вылепливая из себя нечто подобное «идеальному стражу», я считал, что обезопасил и себя и душу, доверенную мне.

«Если я стану лучшим, меня не победить!» — самоуверенно считал я в свои десять, когда вновь стирал с разбитых губ кровь.

Теперь вся моя философия рухнула. Я облажался. Чувства взяли верх над разумом и, действуя по воле сердца, я допустил ошибку. Мне повезло, что пули не задели Василису, иначе Роза никогда бы не простила мне этого. Она умрет тысячу раз, но не даст ни единому пепельному волоску упасть от чужих рук. Я же защищал Розу.

Я должен это прекратить. Ещё никогда я не убегал от проблем, всегда встречал их лицом к лицу. Теперь я не мог стопроцентно положиться на себя, я не знал, чего ждать от моего сердца. Смогу ли я отдать всего себя на защиту моего мороя? Роза никогда не откажется от Василисы… Сейчас, после всех этих месяцев занятий, я был более, чем уверен, что она успешно сдаст все экзамены и получит своего мороя. Голос Василисы станет решающим в этом вопросе, чтобы они там не говорили девочкам. Принцесса должна знать свои права.

Ноющее чувство опустошения разрасталось внутри. Внезапно я представил картинку того, что ждёт нас будущим летом. Девочки закончат академию, Василиса поедет в университет со своим подготовленным стражем. Но я не буду нужен девочкам. У Василисы итак рядом хороший верный страж… лучшего она и не найдёт. Стоит ли мне оставаться рядом с ними или попросить перевода и навсегда прекратить эту мучительную запретную связь? Думаю, я так сделаю. Розы не будет рядом, она сможет позаботится о принцессе, как никто другой, даже я. Ну, а мне дадут кого-либо нового. Того, с кем я смогу работать, не отвлекаясь на гребаное сердце.

«Нет, я так больше не могу!»

Мне необходимо вытеснить Розу из своих мыслей. Забыться, хоть на мгновение. Мне нужна хорошая тренировка, благодаря которой я немного отвлекусь.

Наспех приняв душ, я оделся в один из тренировочных костюмов академии и быстро спустился вниз, на этаж гимнастических залов. В это время суток многие помещения пустовали, так что я без труда нашёл себе место. Не было нужды запирать дверь, меня редко беспокоили. Скинув куртку, я принялся разогревать мышцы.

Спустя час силовой и кардио, боль в мышцах позволила разуму очиститься. Я мог дышать, вновь получать удовольствие от процесса. Казалось, я снова в Сибири, мальчишка, который убивал все свободное время на тренировки, проводя в зале вдвое больше времени, чем ученики и их преподаватели. Вот я сейчас обернусь и увижу Ивана, развалившегося на матах, с учебником истории в руках. Обычно он успевал сделать все уроки, ожидая конца моих занятий, понимая их важность. Мне же, на домашнее задание приходилось тратить большую часть ночи.

Тихие торопливые шаги по коридору заставили меня замереть. Я глянул на часы — практически весь состав академии должен был только просыпаться, а уборщицы не бегают по коридорам, да и не слышно тележки с уборочным инвентарем.

«Роза?» — Я был готов бить себя по щекам. — «Я должен убраться отсюда!»

Спрыгнув с перила, я почти на лету, подхватил свою спортивную сумку и двинулся к выходу, нацепив излюбленную холодную маску.

Дверь с жалобным скрипом отворилась, и в проеме показалась Роза. По началу её губы тронула еле заметная улыбка, но заметив мой суровый вид, Роза медленно сглотнула.

«Лучшая защита — нападение».

Но пройдя мимо, я не смог закончить начатое и просто так уйти. Я не слабак и должен поговорить с ней.

— Роза… — я сглотнул, мысленно проговаривая фразу, выбранную из десяти других, заготовленных ранее, — ты должна написать рапорт о том, что произошло. С нами.

Я обернулся и шагнул к ней навстречу, сократив расстояние между нами до полуметра. Я старался говорить более мягко и вкрадчиво, но Роза все равно была удивлена так, как если бы я просто подошёл к ней и вылил ей на голову ведро холодной воды. А затем, она отрицательно покачала головой. Так я и думал.

— Нет, в любом случае, нет, тебя могут уволить или того хуже… — торопливо затараторила она, — да, и потом, как я все это объясню?! Ну, то, что между нам было… — она выглядела такой растерянной. Указав на расстояние между нами, Роза вновь покачала головой.

— И пусть увольняют, — твёрдо сказал я, — я вёл себя неправильно!

Я и сам до конца не понимал в чем была эта неправильность: в том, что я переспал со своей ученицей… дважды, или в том, что не защитил своего мороя — я чувствовал, что заслуживаю наказания.

— Заклинание сделало своё дело, оно подбило тебя…

— Уже не имеет значения, но факт остаётся фактом. Мы в стенах академии и здесь, ты — моя несовершеннолетняя ученица.

Я бил в самое сердце, указывая ей на возраст. Низко с моей стороны, особенно учитывая тот факт, что я хотел ее, даже понимая, что ей всего семнадцать. Роза скрестила руки на груди, стараясь не смотреть в мою сторону, но глаза ее увлажнились. Я самый настоящий козел.

«Роза, умоляю, не плачь!» — Я знал, что не вынесу ее слез. Сорвусь ещё раз, заключу ее в объятия и уже точно никуда не отпущу.

— Я сама пришла к тебе и не стану заявлять на тебя!

— Роза, я на семь лет старше тебя. В десять лет это, может, и не так уж много значит, но сейчас разница огромна. Я взрослый. Ты дитя! — строго и грубо отрезал я.

Стоит ли мне продолжать указывать ей на ее возраст? Создавалось впечатление, что я не достигну результата подобным способом. Твердолобую уверенную в своих словах девочку ничем и никак не пробьёшь. Я восхищался ее решимостью. Но мне стоило придумать, что-то мощнее. Уже нет пути назад, я порву эту губительную связь раз и навсегда.

Но она, все ещё оцепенев, смотрела мне в глаза и уже вот-вот слезы были готовы пролиться по ее раскрасневшимся щекам.

«Как ты можешь смотреть на меня такими влюбленными глазами, Роза?»

— Дитя значит…

Я зажмурился, не желая слышать ее боль. Знаю, что заслужил, но я не представлял, что это будет настолько тяжело.

— В Сиэтле тебя ничего не смутило!

— Я не знал твой возраст! — я сжал зубы, понимая, что действительность уже не спрячешь.

Я попытался успокоиться и не переходить на крик. Она не заслуживала такого обращения и во всем была права, но я никак не могу объяснить ей истинную причину своего поведения. Я должен быть мягче с ней.

— Роза, — я выдохнул, собираясь с духом, — я совершал ошибки. Я действовал на свой страх и риск. Я убивал, — людей, не животных. А ты… Ты только начинаешь жить. Любая твоя ошибка ещё простительна, но моя — нет. Тебе сейчас впору делать уроки, ходить на вечеринки и заниматься всей этой девичьей ерундой.

— По-твоему, я настолько поверхностна?

«Проклятье! Почему она все понимает по своему?!»

— Такова существенная часть твоего мира, по крайней мере сейчас, — попытался я втолковать ей, но она тут же открыла рот, чтоб возразить мне:

— В Сиэтле… — она практически захлебывалась воздухом, но я поднял руку, не давая ей закончить.

— В Сиэтле я познакомился с красивой девушкой. Понимаешь? Ты — просто красивая девочка, Роза… Да что ещё мне надо было с тобой делать? Книжки читать? Посмотри на своё тело — оно потрясающе, любой бы не устоял!

Она едва не задохнулась от возмущения и обиды, а я все ещё старался держать взгляд твёрдым, дабы показать ей всю серьезность своих слов. Сейчас она непременно обидится и пойдёт и наконец напишет рапорт на меня и на этом все закончится.

Помолчав ещё несколько секунд, она сделала шаг назад и тихо сказала:

— Я поняла тебя…

Сейчас я втоптал в грязь все то прекрасное, что было между нами в минуты нашей близости. Ее улыбки, ее смех, влюблённый взгляд… я признался ей в любви и едва не услышал ответ.

Она повернулась и зашагала к выходу. Теперь все закончилось. Странное горькое облегчение накрыло меня с головой. Мне не стало легче, камень лишь тяжелее лёг на мою грудь, утягивая меня на самое дно. У самой двери, Роза решительно обернулась и собрав весь яд со своей души, выплеснула его на меня.

— Запомни, раз и навсегда, товарищ — я больше никогда не подпущу тебя к своему телу, — она подняла палец вверх, указав им на меня, — чтобы ни произошло… даже если ты станешь на коленях умолять меня, даже если будешь валяться у моих ног… никогда! — Белки ее глаз покраснели и я заметил подступившие слезы. — Ты — мой наставник, я — твоя ученица, и ты сделаешь все, чтобы я закончила обучение, нагнав всех новичков, потому как я должна, и я буду лучшей. Но никогда я больше не переступлю эту грань, страж Беликов.

Я унизил ее, но чувствовал, что был унижен сам. Так низко я никогда не падал и никогда не позволял себе вести себя так ужасно с женщиной, тем более с любимой. Она хлопнула дверью, оставив меня наедине со всем моим дерьмом.

«Ты — мой наставник, я — твоя ученица…» — звенело в моих ушах ещё несколько минут.

Может оно и к лучшему.

Все старания забыться на тренировке провалились, как только Роза хлопнула дверью. Я ненавидел себя и ненавидел весь этот чертов мир, где мне приходится вечно выбирать между своими желаниями и долгом. Мир, где каждый дампир с рождения обязан служить на благо общества, где любая женщина-дампир, либо «кровавая шлюха», либо профессионал без права на личную жизнь. Я ненавидел всех стригоев и был готов перебить все это дьявольское отродье, закончить эту ужасную войну. Я хотел пойти и догнать Розу, черт, я был готов умолять ее простить меня, но проклятый разум твердил обратное. Она должна понять, она должна жить по другому. Эгоизм приведёт к хаосу, мы должны сохранить наш хрупкий мир.

Позже я встретился с Альбертой и составил новый план дежурств, занятий и тренировок с Розой в оставшиеся дни до начала каникул и нашей поездки на лыжную базу, отказавшись от отпуска и возможности увидится с родными на Новый год. Сейчас важнее сделать все необходимое, чтобы Роза закончила обучение, и они с Василисой остались вместе. Я сделаю все возможное, чтобы девочек не разлучили.

Следующие два дня Роза была крайне не настроена на любое общение со мной. На тренировках вела себя сухо, слушая команды и безропотно выполняя их. Никаких шуток, никаких колкостей, ничего, что обычно сбивало меня с толку. Она даже одевалась так, чтобы максимально прикрыть своё тело.

Это именно то, чего я добивался своим гадким поступком, но легче мне не становилось. Меня никак не отпускало чувство вины за свои слова, и я все время думал, как объяснить ей свою позицию и ещё раз объяснить причину моего поведения. В ее глазах было столько грусти и боли, что я не мог ни о чем другом думать. По истечению третьего дня, я решительно настроил себя пойти и извинится, сказать ей, что дело далеко не в возрасте и не в нашем статусе… я не мог подвести ее и подвергнуть жизнь Василисы опасности, отдав всего себя Розе.

Во время моего дневного дежурства, я и сам не заметил, как ноги привели меня к ее двери, и я постучался. Подождав несколько секунд и не получив ответ, я постучался ещё раз и ещё раз. Дёрнул за ручку, но дверь оказалась заперта.

«Возможно она у Василисы…»

Я поспешил в моройский ученический корпус, но ещё в холле наткнулся на Василису и Кристиана, воркующих у окна. Принцесса сидела на подоконнике, склонившись над лицом Кристиана. Он расположился между ее ног и руками обвивал ее талию. Они смеялись и целовали друг друга каждый раз, когда проходящие мимо ученики таращились на пару и покачивая головой, ускоряли шаг. Беззаботность, лёгкость, влюблённость… Но Розы здесь нет. Тогда я направился в общую гостиную и библиотеку, прошёлся по двору, где находилась площадка для тренировок. В конце-концов, я заглянул даже в церковь. Остановив себя в столовой, я перечислил в уме места, где ее можно было найти, но мне казалось, я проверил уже все места, где могла быть Роза, кроме что самых безумных, вроде кабинета Кировой или… центра безопасности. Виктор. Все эти дни он просил караульных устроить ему встречу с Розой, но мы категорически отказывали ему в этом.

Странное, тревожное чувство охватило меня. Его ещё называют шестым, но кем бы оно ни было, оно редко подводило меня. Быстрым шагом, я сменил корпуса, через внутренний двор и уже спускался по лестнице, на цокольный этаж камер предварительного заключения, как услышал крики, стоны и удары, много ударов. Двое стражей у входа лежало в крови с рваными ранами на шеях. Мне стоило посмотреть: живы ли они, и оказать медицинскую помощь, но я должен был помочь там внизу, кто бы там ни был.

Двери распахнулись и передо мной предстала ужасная картина. Роза отлетела к стене и врезалась головой в бетон. Сдавленный стон прорезал мне сердце. Морой или дампир не способен на рывок такой силы. Стригой! Удар нанесла девушка, очень знакомая мне, но ее движения были точны, быстры… она обернулась на звук моих шагов, и я узнал ее — Наталья Дашкова.

«Виктор!»

Камера открыта, его самого нет. Я достал из-за пояса серебряный кол и сжав его в руке, ринулся на помощь. Адреналин ударил в кровь, придав скорости и силы.

Наталья заметила меня сразу и, переключившись на меня, оставила свою предыдущую жертву в покое. Взгляд Розы был исполнен благодарностью и облегчением.

«Нет, сначала я убью Наталью, а потом помогу Розе!»

Но моя отчаянная ученица из последних сил рванула вперёд и сделала хорошую, но слабую попытку остановить Наталью. Несколько глухих ударов и стригойка снова отшвырнула Розу в стену. Хрустнула большеберцовая кость. Перелом. Роза вскрикнула. Да, согласен, это очень больно.

Наталья, оценив ситуацию, ринулась на меня. Она больше не походила на ту стеснительную, неуверенную в себе девочку, что мы все знали, облик стригоя прибавил ей стати, но не ума. Она начала первой, как обычно и поступают новообращённые — резко, в лоб, но я ожидал этого и увернулся. Ее удары сильны — давно я не был в схватке со стригоем.

«Неужели Виктор уговорил дочь расстаться с жизнью, лишь бы вызволить его из тюрьмы?! Какой же гнусный человек и отвратительный отец!.. Вряд ли Наталья сама до этого додумалась… Роза, Роза, держись!»

А между тем Наталья снова напала. Выкинув руку вперёд, она постаралась ухватиться за меня, но я не давал ей даже коснуться моей одежды, стараясь наносить удары так, чтобы открыть себе доступ к грудной клетке. Новообращенные никогда не думают о защите, они верят, что они сильны и быстры и плохо защищаются. Боковым зрением я заметил, как Роза завороженно наблюдает за нами, отползая к стене, а затем пошатываясь старается подняться с выражением решимости на лице. Гримаса боли искажает ее прекрасное лицо, и она хватается за руку. Рука также повреждена.

«Нет, Роза, нет! — подумал я, в попытке заколоть Наталью, но отвлекшись на возлюбленную, даю противнику шанс увернуться, — я здесь, я справлюсь!»

Приказав себе сконцентрироваться на бое, я отогнал навязчивые мысли о бездыханной Розе и склонившейся над ней и пьющей ее кровь Наталье. Прибудь я на минуту позже, картина была бы именно такой… Ярость заполнила мои вены, и в несколько точных ударов я заколол девушку. Наталья явно не ожидала поражения, но жалобно пискнув рухнула на пол.

Я выдохнул. Теперь все. Наклонившись, выдернул кол из холодного застывшего сердца и кинулся к Розе. Она лежала на полу, даже не в силах встать. Ее веки трепетали и закрывались, но губы шевелились, шепча мое имя.

Как можно бережнее я взял девушку на руки и ощутив ее живое тепло, вдохнул знакомый любимый аромат ее волос.

«Она жива. Она жива!» — повторял я себе, словно мантру, пока поднимался на ноги.

Холодные дрожащие руки обвили мою шею и она уткнулась лицом мне в грудь. Я был счастлив, что успел вовремя. Главное, теперь добраться до больничного крыла, и как можно скорее.

— Эй, товарищ, ты был прав насчет стригоев.

Я посмотрел на ее запачканное кровью лицо и заметил, что Роза отключается. Только этого не хватало!

— Роза, Роза, открой глаза! Не надо спать! — я почти кричал на неё, моля небеса, чтобы мой голос привёл ее в чувства. Пожалуйста! Она не должна закрывать глаза!

Я ускорил шаг. Оставалось только пересечь коридор и добежать в восточное крыло, а там Розе помогут. Я не потеряю ее.

— Почему ты до сих пор в рубашке? — с сдавленным смешком спросила она, а затем закашлялась.

Я был рад, что ей хватало сил шутить, но лучше бы она не разговаривала, а берегла свои силы.

— В следующий раз, Роза.

Она поджала губы — ей не понравилось то, что я сказал.

— Виктор… — она вцепилась в борта моего пальто, — он говорил, что ожерелье не рождает чувства… а усиливает их.

Я не хотел говорить на эту тему, особенно сейчас, но маленькая ручка ослабла, а Роза прикрыла глаза. Я почти бежал, стараясь не травмировать Розу ещё сильнее, но мне пришлось говорить, чтобы привлечь ее внимание.

— О чем ты?

— Заклинание… — прошептала она, облизнув губы. — Виктор сказал, что ты хотел меня… был неравнодушен ко мне… только поэтому оно сработало.

Я не отвечал, считая секунды до того, как смогу передать Розу врачам, но она не унималась.

— Это правда? Ты хотел меня?

Мне не убежать от ответа.

— Да, Роза, я хотел тебя и тогда… и сейчас… Как я уже сказал, желание и чувства разные вещи.

Между ее бровей залегла складка. Я снова напомнил ей о ссоре.

— И все? — жалобно переспросила она.

— И все.

Ногой я распахнул дверь в больничное крыло и тут же крикнул о помощи. К нам подбежали санитары с каталкой, но я покачал головой, я предпочитал донести Розу до палаты, как можно скорее.

Я слышал тихие всхлипы Розы, она старалась подавить их, спрятав лицо у меня на груди, но когда прибыли врачи, мне пришлось уложить Розу на кушетку для осмотра, и мне открылись ее заплаканные покрасневшие глаза. Среди всех ее синяков, ссадин и переломов, именно опухшие заплаканные глаза резали меня без ножа.

Я отошёл на несколько шагов, оставляя Розу одну, на попечение врачей, но не отходил близко, чтобы иметь возможность слушать, что медики говорят по время осмотра.

Кто-то пошутил, что Розе стоит выдать абонемент на посещение этой палаты, но доктор Олендзки грубо отчитала всех и стала давать распоряжения.

Сотрясение мозга, внутреннее кровотечение, закрытый перелом руки и ноги — все это лишь странный отчёт на бумаге, оставленный доктором во время первичного осмотра Розы. После прихода Василисы в графе диагноза у Розы оставалось лишь пара ушибов.

Комментарий к Не долго и счастливо

Ну что, ребят, осталась одна глава. Подведём итоги и… кто хотел увидеть Николая? Он будет в следующей главе. Лично я по нему очень соскучилась!

( Бета проверила, но если вы найдете ошибку, тыкните в пб, я и автор будем безмерно благодарны)

❤️❤️❤️

🌹🌹🌹

========== Лучший друг ==========

«Королева пожелала прилететь в академию. Вылет утром в 6:00. Увидимся!»

Следующим сообщением следовала череда смайликов из смеющихся рожиц, бутылок пива и рукопожатия. Николай был любителем эмодзи и каждое своё сообщение заканчивал именно так.

От безделья и скуки, я снова и снова перечитывал смс, неторопливо обходя тихие коридоры моройского корпуса. Мое ночное дежурство почти закончилось, и скоро я смогу лечь спать, правда лишь на пару часов, пока не прибудут Николай с его вечным праздником и, естественно, сама Татьяна. Кирова ещё не была осведомлена о приезде королевы, я поделился информацией лишь с Альбертой, потому как Татьяна желала нанести «визит без предупреждения», но мы были готовы.

Когда Ее Величество узнала о похищении, а затем о неудачной попытке бегства Виктора, то, оставив все свои дела, решила, что ее долгом будет успокоить новое поколение мороев, показав им, что власть крепка и одно гнилое семя не испортит весь урожай. Об этом я уже узнал, когда перезвонил своему другу, дабы расспросить у него подробности приезда.

Сегодняшний день станет последним учебным днём перед каникулами, и уже через два дня мы все должны будем отбыть на лыжную базу, где уже добрую неделю трудились стражи и морои, обеспечивая безопасность для такого большого скопления народа. Завтра в академию начнут съезжаться члены королевских семей и родственники учеников, и завтра же меня ждала поездка с Розой в Биллингс на ее последний, перед весенними сборами экзамен, который новички проходили ещё в прошлом году. Мне пришлось очень постараться, чтобы выкроить у Артура время и принять нас с Розой. Артур Шунберг был кумиром Розы, она сама мне говорила об этом ещё в Сиэтле и, теперь, когда Розе нужна очень хорошая рекомендация от выдающегося стража, лучшей кандидатуры я не нашёл бы. Да и Роза будет в восторге от этой встречи. Хоть чем-то порадую ее после своего столь отвратительного поступка.

Мой мобильный просигналил об окончании дежурства, и вскоре я увидел Эмиля, идущего мне навстречу. Мы обменялись рукопожатиями, и я доложил ему о результатах последнего обхода. Передав ему смену, я не пошёл по обыкновению своему завтракать, а направился сразу же в свою спальню. Перед сном мне ещё предстояло просмотреть, а что ещё важнее — прослушать, одну запись.

Заперев на замок дверь, я скинул обувь и пальто и включил рабочий компьютер. Пока «макинтош» пробуждался, я смог переодеться, отложив душ на утро, перед самым выходом и налил себе стакан воды. Рука все ещё ныла, особенно, когда я держал какой-нибудь небольшой предмет, как например узкий стакан, но с каждым днём становилось все легче.

Рабочий стол полностью загрузился. На меня смотрел аккуратный пронумерованный ряд папок, одна из которых содержала украденную мной запись разговора Розы и Дашкова перед нападением Натальи. До того как я доставил Розу в больничное крыло, она говорила мне о том, что Виктор болтал о заклинании, болтал о нас с Розой и нашей связи. Мне не хотелось ставить Розу под удар: любой мог прослушать и просмотреть эту запись, поэтому, после посещения медпункта, я отправился в центр безопасности, скачал на флешку и удалил с сервера встречу Розы и Виктора, сославшись на Наталью. Никто ничего не увидел, и никто ничего не узнал — наш с Розой секрет остался секретом. Но главное, Роза в безопасности.

Подключив наушники, я кликнул на папку и открыл запись разговора. Картинка была нечеткой, камеры висели высоко под потолком, но звук остался ясным, и я мог различить каждое слово. Виктор позёрствовал, однако Роза задавала правильные вопросы, не собираясь тратить время на шутки.

— Я хочу, чтобы вы разрушили то заклинание… — твёрдо попросила она.

— Это заклинание больше не работает, Роза. Перестало действовать само по себе…

Я мог видеть её только со спины, но даже в таком ракурсе и с довольно далекого расстояния, я заметил, как она напряглась.

— Нет. Я продолжаю думать о Дмитрии. Продолжаю желать…

Виктор усмехнулся, объяснив, что без наличия чувств, заклинание бы не сработало, а это значит, что Виктор прямым текстом раскрыл Розе мою тайну — моя любовь к ней сильна, а иначе заклинание просто не подействовало бы на нас.

Она знает. Проклятье!

Я продолжил смотреть и слушать, впитывая каждое слово, сказанное Виктором. Столько информации я не получал ни от кого, даже из манускриптов церкви. Роза — «поцелованная тьмой»… Отец Андрей часто употреблял этот термин, рассказывая об Анне, и я считал это прозвищем, но как оказалось, это состояние. Дослушав Виктора, я снова перемотал кусок разговора и прибавил громкости, чтоб чётче расслышать.

— … и, конечно, у Василисы есть ты, — ухмыльнулся Дашков, — «поцелованная тьмой» и ее страж.

— «Поцелованная тьмой»? — переспросила Роза, по всей видимости для неё эти слова были новы.

— Да, ты — «поцелована тьмой», потому что пересекла порог смерти, побывала на той стороне и вернулась. Думаешь, такой опыт не оставит отметины в душе?

Я нажал на паузу, стараясь осознать его слова. «Побывала на той стороне». Мне говорили, что авария была чудовищной и что Роза не должна была выжить… неужели… она умирала? Василиса не только исцелила ее, но и воскресила? Разве такое возможно?

— Восприятие жизни и мира у тебя обострено даже больше, чем у меня, хотя, возможно, ты и не осознаешь этого. Практически ты уже была в объятиях смерти. Василиса отогнала смерть потому, что хотела вернуть тебя и навсегда привязать к себе. Вся ее тьма, все ее безумие — это твоя пища и твой яд. Ты для неё жизненная необходимость, спасение от безумия… Ты так безрассудна в своем поведении, не сдерживаешь чувств — ни страсти, ни гнева. Это делает тебя удивительной. Это делает тебя опасной.

Я снова нажал на паузу, давая себе возможность воспроизвести в памяти куски наших встреч. Роза всегда была очень прямой и честной в своих словах и действиях. Ее эмоции били через край и управляли ей. Она, словно заражённая жизнью, воплощала в себе вулкан чувств, страсти, ни в чем себе не отказывая. Закрыв глаза, я медленно выдохнул, фокусируя своё внимание на отдельных словах: «поцелованная тьмой», «тьма», «безумие», «спасение». Виктор весьма умён и владеет очень большим спектром информации — этого у него не отнять. Ещё бы знать, как выудить у него эту информацию, уверен, ему ещё есть что рассказать девочкам. Я предпочёл досмотреть разговор. Нажимая на пробел, я ощущал, как мурашки бегают по моей коже, как дрожат пальцы — это нервное возбуждение — я жаждал узнать больше.

— Вот, что создало вашу связь… ты имеешь восприятие на уровне экстрасенсорного… в особенности в отношении ее… Да, эта нелепая Академия даже не догадывается, что имеет в лице каждой из вас…

Далее я увидел, как Наталья сошла вниз по лестнице и завязалась борьба. Роза изо всех сил старалась отразить удары, но, как она призналась мне после схватки, я был прав, сказав, что стригои смертоносны, сильны и быстры.

Я извлёк флешку из порта и нажал кнопку выключения питания. Обмотав тонкую цепочку на пальцах, я вглядывался в серебристую поверхность маленького кусочка металла, который хранил внутри себя столько информации. Теперь следовало понять, что и как делать с этим знанием.

Ещё ночью, во время дежурства, я решил предупредить Василису о прибытии королевы, чтобы она имела возможность подготовиться к встрече. Ее занятия с психологом должны начаться только через час, но в спальном корпусе девушки не отказалось. Комендант сообщила, что не видела принцессу со вчерашнего утра. Мне пришла в голову мысль, что она может быть у Розы. По пути в корпус новичков, я наткнулся на Мейсона и Кастиля. Они вежливо поздоровались и сказали, что после пятиминутного разговора с ними, Роза пошла в церковь. Эшфорд пожал плечами, не понимая зачем Розе понадобился Бог, но им не было известно про тайное убежище на чердаке старого обветшалого здания. Я понял, что прав, едва начал подниматься по лестнице. Знакомые голоса заглушили скрипы ступенек, и мое приближение осталось незамеченным.

— Погодите, — прервала общий смех Василиса, — здесь говорится, «… немало лет у него ушло, чтоб постичь стихию Духа, несмотря на муки и страдания, никогда он не помышлял превратиться в стригоя, ибо поцелованная тьмой Анна всегда поддерживала в нем силу и крепость Духа».

— Схожая ситуация, вот странность! — съязвил Кристиан, и я услышал звук удара, похожего на пинок.

— Роза!

— А что я то? — Я представил, как Роза в этот момент поджимает губы и округляет глаза. Мне всегда нравилось это ее притворно-невинное выражение лица.

— Знать бы, что это значит…

Я уже взялся за ручку двери и намеревался войти, но задумчивый голос Розы заставил меня остаться на месте.

— Виктор говорил нечто подобное, — ответила она принцессе, — говорил о нашей связи и… что ты стала бы прекрасным лидером всем нам, но для этого мне придётся кое-чем пожертвовать.

— Чем? — спросил Кристиан.

— Не знаю. Тогда он спросил, готова ли я пойти на эту жертву.

Почему-то у меня создалось впечатление, что Роза знает, о чем говорит и непременно желает скрыть это, иначе попросту сказала бы все открыто. Я громко топнул по ступеньке, а затем поднялся на оставшуюся и слабым рывком открыл дверь. Все три головы тут же обернулись, и лишь когда они поняли, кто перед ними, выдохнули с облегчением.

Чердак был пыльным и маленьким, но сплошь заставлен книгами и зажженными свечами. Надо быть полным идиотом, чтобы додуматься распространить столько огня в тесном замкнутом пространстве с одним единственным, усыпанным мозаикой, окном.

— Страж Беликов, — поздоровалась Василиса, и я ответил ей легким поклоном.

— Дмитрий! — обратился ко мне Кристиан.

Роза же предпочла отвернуться и, поднявшись на ноги, стала убирать на полку потрёпанную увесистую книгу биографии Святого Владимира, не желая здороваться со мной. Даже со спины, от нее веяло враждебностью, но это было лучше, чем видеть ее полные любви глаза, преданно смотрящие на меня. Теперь Роза старалась свести наше общение к минимуму.

— Принцесса, — обратился я сразу ко всем, — я пришёл, чтобы сопроводить Вас на консультацию к психологу.

Все трое переглянулись, но я продолжал молчать, приняв стойку стража. Привыкшая к покорности девушка, тут же отложила все дела и, поправив подол тёплого кашемирового платья, сделала шаг в мою сторону. Кристиан последовал за принцессой, и только Роза, громко захлопнув книгу, перегородила им дорогу.

— С чего это вдруг? — прищурившись спросила она, все ещё не глядя мне прямо в глаза. — Слишком уж официально и внезапно, обычно нет нужды стражу сопровождать ее.

— Роза, все в порядке, это же Дмитрий.

Но Кристиан тоже задумался. Взяв Василису под локоть, он предпочёл принять позицию Розы и задал мне тот же вопрос.

— Принцесса, — обратился я к Василисе, отдав право решения только ей. — Нам нужно поговорить.

Я не хотел говорить открыто, что королева приезжает в школу, чтобы вновь сеять смуту, задев при этом Василису. Роза и Кристиан первые в списке, кого не стоит допускать на это мероприятие. В прошлый раз я едва сдержал пыл Розы, но теперь, если ей вздумается сломать Татьяне нос, ее остановит только дюжина королевских стражей. И то, не факт, что остановят. Один Бог ведает, что у королевы на уме и на языке.

Отступив на шаг и развернувшись полубоком, я указал рукой на выход. Василиса замешкалась, получая укоризненные взгляды с обеих сторон от лучшей подруги и бойфренда, но все же кивнула и подошла ко мне.

— Так. Лисса, я твой страж и иду с тобой.

Вежливо я пропустил Василису к лестнице и перегородил Розе путь. В нос мне ударил сладкий, до боли знакомый запах. Я успевал соскучиться по ней даже за час, не говоря уже о том, что не видел всю ночь. Роза остановилась, едва не врезавшись в меня. Она дышала часто и глубоко. Медленно, скользя по моему телу снизу вверх, она посмотрела мне в глаза. Зрачки заметно расширились, но она попыталась запереть эмоции внутри. Всем телом, я ощутил, как она дрожит в моем присутствии. Задержав взгляд на моем лице, она медленно начала краснеть.

— Утренняя тренировка отменяется, — сообщил я и вышел, закрыв дверь перед ее носом.

День сменялся сумерками. Моройское утро. Я так понял, наша троица променяла ночной сон на поиски информации. На Василисе вчерашняя голубая блузка, да и прическа та же. Ей следовало немного отдохнуть и посетить кормильцев, но жажда информации пересилила все. «Безумие» — побочный эффект силы Духа, вот, что волновало их больше всего. Но сейчас, это второстепенно. В данной ситуации необходимо, как можно скорее принять меры. Мой долг — предупредить принцессу. Но не скажу, что был бы не рад узнавать всю информацию о девочках наравне с ними, а не довольствоваться урывками.

Нагнав принцессу у выхода из церкви, я открыл кованную калитку, отгораживающую периметр храма Божьего от шумного школьного мира. Пропустив девушку вперёд, я пошёл чуть позади, давая принцессе привычное пространство. Василиса все ещё поглядывала на меня с удивлением, но я медлил. Стоило рассказать все здесь, пока мы не на под сводами кампуса, но инстинкт самосохранения убедил меня пройти несколько метров вперёд. Роза вполне могла нагнать нас, хотя я был уверен, что, как только мы вышли из церкви, она тут же «ушла в Василису» и сейчас видит и слышит нас.

«Была — не была».

— Принцесса, замедлителе шаг, но не останавливайтесь.

Василиса все это время шла на шаг впереди, но сейчас послушно сравнялась, следя за мной в пол оборота. Я кивнул, подойдя чуть ближе, и окинул взглядом местность — тишина. Все же не стоило привлекать к себе лишнее внимание. Я ещё немного замедлил ход, растягивая время нахождения на открытом пространстве.

— Это скрытая информация, но мой долг оберегать вас, — Василиса внимательно ловила каждое мое слово. В ее глазах промелькнула искра страха. Она замерла на секунду, но затем напомнила себе, что надо продолжать идти. — Королева прибудет сегодня в академию.

Ошарашенная новостью принцесса все же остановилась, и мне пришлось взглядом указать в сторону академии, пока кто-нибудь не обратил на нас своё внимание. Ранние пташки уже потихоньку сгущались группами по периметру. Василиса набрала полную грудь воздуха и продолжила путь.

— Но зачем? — тихо спросила она, смотря прямо перед собой.

— А Вы как думаете?

Всего секунду девушку окутало сомнение, она нахмурилась, копаясь в собственных догадках, но мгновение спустя отчаянно выпалила:

— Виктор!

— Да, есть опасения, что она желает скрыть некоторые детали инцидента, но в тоже время показаться публично.

Будь рядом со мной Роза, я бы уже услышал крепкую ругань — привычный эмоциональный выплеск - но рядом со мной шла принцесса — девушка, привыкшая всегда держать себя в руках. Это вызывало восхищение. Я сам учился этому искусству много лет и не так уж и преуспел в нем.

— Я поняла, — прошептала она.

— Нет. Вы действительно должны понять, что может произойти, что угодно, — вкрадчиво доносил я информацию. — Главное, держать себя в руках. Быть готовой ко всему.

На лице Василисы мелькнуло полное осознание ситуации.

— Вы должны максимально избежать скандала. Помните о своём будущем, — эту фразу я говорил уже больше для Розы, зная, что она «на проводе», — и извлеките максимальную пользу для себя, в первую очередь.

Василиса шла молча, глядя себе под ноги. В ее лице не было ни тени страха или сомнения — она размышляла над моими последними словами. Я очень надеялся, что она, с привычной ей стойкостью вытерпит все, чтобы ни случилось сегодня. За Татьяной всегда числилась «любовь» заминать конфликты, в особенности, где упоминались королевские особы.

Когда мы подошли к стенам корпуса, я почувствовал легкое касание к своему пальто и обернулся.

— Сколько у меня есть времени? — серьёзно спросила она.

— Пара часов.

Я открыл перед принцессой дверь, как и всегда, пропуская ее вперед. Стоя в дверном проеме, она обернулась ко мне:

— Спасибо.

— Не стоит благодарностей. Осталось сообщить обо всем Розе.

Она улыбнулась мне той печальной, но доброй улыбкой, которую я часто видел, когда принцесса выражала своё сочувствие. Она, как никто другой знала все, что было и есть между нами с Розой.

— Знаете, страж Беликов, — обратилась ко мне Василиса, — Роза всегда говорит, что лучшая защита — это нападение…

Шестое чувство подсказывало, что Василиса хотела сказать ещё что-то. Ее рот был приоткрыт ещё несколько секунд, но в конце концов, она кивнула и, не сказав больше ни слова, направилась в свою комнату. Роза совсем скоро будет здесь. А мне ещё раз придётся спуститься в административный корпус стражей и проверить все ли готово к «внезапному» приезду.

Встречали королеву на этот раз более скромным составом. Кировой сообщили за час до прилёта. Поднялась большая суматоха, но до самой последней минуты о приезде Ее Величества знало только руководство. В главном зале опять освободили место, расставили стулья и сдвинули столы, но без особого торжества. Королева не задержится здесь.

Понадобились все свободные машины, чтобы переправить гостей на территорию академии — с Татьяной прибыло много королевских. Большая часть тех, кто должен был прилететь на днях для поездки на лыжную базу не удержались от возможности прилететь с королевой. К счастью, о них то нам было известно заранее.

— Здарова, старик! — крикнул мне с трапа Николай и помахал рукой.

Я ничего не ответил, лишь ждал, пока друг спустится и подойдёт ближе. Негоже стражу вести себя, как мальчишке, и тут же кидаться с объятиями, пусть и к лучшему другу, но все же, у всех на виду.

— Привет, — поздоровался я, когда Николай подошёл ближе, но за несколько шагов от меня, он остановился, как вкопанный.

— Привет? — Он развел руками. — И все? Так ты встречаешь старого друга?

Большая часть мороев и дампиров уже разошлась, Николай выходил из самолета одним из последних. Решив поёрничать, я исполнил официальный глубокий поклон перед другом и как можно помпезнее произнёс:

— Добро пожаловать, лорд Селски.

— Я тебя сейчас пну!

В доказательство этому, он поднял ногу и махнул ей в моем направлении. К счастью, мне не составило труда увернуться. В длинном теплом пальто противнику не так-то легко двигаться. Николай хохотал, пытаясь достать меня и достал, в момент, когда мой взгляд уловил знакомого стража, спускающегося по трапу.

— Джанин?

Ник врезался в меня, выдыхая клубы тёплого пара на морозе. От прыжков его безупречная причёска слегка растрепалась, а лицо пошло светло-розовыми пятнами. Я отошёл от друга на шаг, не желая выглядеть в глазах выдающегося стража нерадивым подростком. В то время, когда Иван был жив и мы вчетвером с Майком и Ником учились в Сибири, родители наших мороев часто навещали парней по праздникам. Джанин всегда сопровождала семью Николая. Уже в то время задняя сторона ее шеи вдоль и поперёк была изрисована знаками молнии. В то время я мечтал получить свой первый знак.

Щелкнула зажигалка Николая, он закурил.

— Ага, родители прикомандировали ее ко мне на время каникул.

Тем временем, женщина-дампир в строгом привычном стражу костюме: блейзере и слаксах - уже подходила к нам. Я выпрямил спину, придав себе более серьёзный, строгий вид, и вежливо поприветствовал ее:

— Джанин, добро пожаловать! Для меня большая часть снова видеть вас!

— Страж Беликов, — ее тон был официален, и сама она скупа на приветственные речи.

Больше Джанин не проронила ни слова. Отойдя на несколько шагов от нас, она заняла позицию дальнего стража, тем самым позволяя нам с Ником идти рядом, не прерывая беседу.

— И не смей потом обвинять меня в сухости, — заметил я.

Он издал тихий смешок. Что в неформальной, что в формальной обстановке, легендарная Джанин никогда не давала себе послаблений. Меня искренне восхищала ее стойкость, но сейчас больше поразило внешнее с Розой сходство. Та же красота, за исключением разного тона волос и цвета глаз, но в остальном — как две капли воды. Странно, что в столь хорошо охраняемое место Ника отправили со стражем.

— Что-то случилось? — я повёл бровью, давая понять, о ком говорю.

— Не-а, просто родители отправили со мной хвост!

— Ты уже не раз был здесь.

Странное дело — в академии он бывал уже трижды с момента, как меня сюда послали. Что принц, что принцесса всегда отпускали сына спокойно, тем более зная, что я здесь.

— В академию — да, но не на лыжную базу.

Ник словил мой вопросительный взгляд, устало выдохнул и, сделав несколько быстрых затяжек, бросил окурок на землю.

— Боятся, что я буду удирать в город. Хотя мать так стремится женить меня, что ей уже все равно на ком, лишь бы внуки были.

— Тебе всего 23, — рассудительно заметил я.

— Моим родокам это кажется пенсией, — напомнил мне друг.

«Ах да, родители Ника поженились, едва закончив школу, и через год родился сын».

Оставалось всего ничего до машины и мы замедлили шаг, зная, что вскоре нас окружат ещё двое стражей. Я приблизился к другу, и тихо спросил, зная, что уж лучше быть подготовленным к сюрпризам, чем встречать их в лоб.

— А ты планируешь удирать?

— Ну-у, — протянул он, — я надеялся, что ты составишь мне компанию!

Его лицо осветила по-детски счастливая улыбка, которая сменилась гримасой недовольства, когда Ник понял, что я не поддерживаю его идеи. Он знал, насколько я чту порядок и закон.

— У меня слишком много дел, дежурство и тренировки с Розой…

— Все ещё мучаешься?

— Сейчас стало ещё хуже, но до конца года всего несколько месяцев…

— Решил, что потом? Может все же пойдёшь к нам?

Ник уже не первый раз уговаривал меня. Все это время я отказывался, жить при дворе — невыносимо для меня после смерти Ивана — каждый камень, каждая комната напоминали мне о нем. Но теперь дела изменились и получить место весьма кстати.

— И, к сведению, — он выдержал странную паузу, — твой отец тоже сейчас ищет стража.

Старательно зажимая нижнюю губу зубами, он все же не сдержался и прыснул от смеха. Он знал наперёд мою реакцию и, по всей видимости, моё лицо выдало её.

— Ага, — сказал я сурово, но тихо, — и на одного мороя в этом мире станет меньше!

Он заржал в голос. Джанин поравнялась с нами, а с ней и незнакомый мне парень. Высокий и худой, как и все морои. Его дорогой костюм был в таком виде, словно он не снимал его несколько дней. Волосы в беспорядке, вид ужасно сонный. Он шёл неровной походкой, пошатываясь, в его руках дымилась сигарета с резким запахом гвоздики. Я бы назвал его смазливым, если бы он был также опрятен и собран, как Николай. Женщины любят таких, как они.

— Приветствую, — он звонко икнул и потянулся к Джанин, которая тут же предложила ему бутылку с водой, но помедлив, сперва открыла её, а затем подала парню.

— Лорд Ивашков, — обратилась к парню Джанин, — позвольте, я помогу Вам сесть в машину.

Он кивнул, точнее его голова болталась на шее так, как у собачки, которую часто крепят водители на торпеду автомобилей. Я едва не сдержался от улыбки.

— Адриан, — усмехнулся Ник, хлопнув парня по плечу, — каникулы ещё не начались, но ты уже празднуешь, приятель.

Мы шагнули в сторону, позволяя Джанин подвести и усадить человекоподобное желе на заднее сиденье «мерседеса». Она неплохо справлялась с ним, мягко и учтиво давая указания. Я же смотрел на эту картину и ещё раз благодарил судьбу, что мне не попадались подобные личности в качестве подопечных,

— Племянник королевы, — сообщил мне шепотом друг, пожав плечами, — и… твой кузен.

Сейчас, настала моя очередь дать пинка Нику, желание зудело у меня под коркой. Он знал, как я ненавидел любое упоминание о моем родстве с королевой и моем проклятом отце, но вечно задирал меня этим.

До академии мы доехали без приключений и заблеванной машины. Правда пришлось поднапрячь стражей, чтобы доставить тело Ивашкова до спального корпуса. Наш автомобиль был последним из тех, кто встречал гостей, поэтому мне не пришлось возвращается на аэродром.

— Джанин.

Николай вальсируя шагнул к своему семейному стражу и протянул ей руки. Та настороженно посмотрела, но приняла предложение и вложила свои маленькие, покрытые мозолями ладошки в руки балагура. Николай отступил на шаг, затем приблизился и покружил Джанин, при всем при этом мурлыча под нос какую-то классику, то ли Шопен, то ли Моцарт. Я забавлялся растерянностью женщины-стража. На её счастье, Ник остановился, наклонил голову и поцеловал руки, в миг раскрасневшейся Джанин. Поклонившись, он отпустил своего стража.

— Лорд Селски, — попробовала осадить его женщина-дампир.

— Эти руки, — он указал на ладони Джанин и улыбнулся, — защищают моих родителей уже много лет. Просто целовать их — мало.

Хорошо, что нас никто не видел. Хоть я и согласен со своим другом, но репутации несокрушимого стража Хэзевей пришлось бы нелегко, если бы кто увидел, как она краснеет и смущается, подобно тургеневской девушке.

— Можешь идти к руководству, Дмитрий проводит меня.

Она кивнула и согласилась так быстро, скорее из желания убежать от нас. Обычно, она любое дело доводила до конца, но в этот раз пулей метнулась к корпусу стражей. Я обратил все своё внимание на друга.

— Багаж наверняка уже в твоей комнате.

Чемоданы и сумки всех королевских особ погрузили в первую очередь. Для этого понадобилось пол дюжины внедорожников. И это только сегодня. Завтра должна была прибыть новая партия гостей, но мы с Розой будем в поездке, мне не придётся снова стоять на холодном ветру добрую пару часов, ожидая самолёт.

— Давай, шагай, — я двинулся в сторону королевского спального корпуса, толкая перед собой друга, — у меня ещё дел полно.

Николай лениво, пиная снег высокими замшевыми ботинками, зашагал за мной. Погода стояла ясная, но мороз в достаточной мере хватал, чтобы я начинал переступать с ноги на ногу спустя десять минут нахождения на улице. Пальто Ника не сильно спасало от ветра, но он неизменно носил его нараспашку, поэтому я и торопил его, загоняя в тепло.

— Интересно, что бы сделала с тобой Джанин, узнав, что ты дважды трахнул ее дочку? — спросил меня Ник, отряхивая снег с сапог о бордюр у входа в корпус.

— Даже думать об этом не хочу, — буркнул я, но мысленно признался себе в том, что, будь у меня возможность, я бы сделал это и в третий раз.

Как же я ненавидел носить гарнитуру. Меня раздражали вечные помехи при передаче сообщений и трескотня остальных стражей. Но сегодня, случай предусматривал наличие этого дурацкого наушника. Поразительно насколько быстро Кирова устроила приём, достойный Татьяны. Что ни говори, какой бы (как говорит Роза) старой сукой она ни была, но руководитель она неплохой. Ей даже удалось найти охапку живых цветов, чтобы составить композицию для стола Ее Величества.

— Все готово, королева явится через пять минут, — сообщила всем Альберта и отключилась.

Большой зал был набит битком; все желали увидеть нашего монарха хоть одним глазком. Гостей разместили в первых рядах, следом за ними учителя и морои-ученики. Василисы я не заметил, но Роза убедила меня, что она прибудет вовремя, но позднее остальных — проблемы с платьем. Стражам пришлось разбрестись по стенам, а новичкам едва хватило места, многим из них пришлось стоять.

Николай, как и обычно, предпочитал находится рядом со мной. Ему хватило времени расположить свои вещи и привести себя в порядок — выглядел он безупречно в своем неизменном костюме английского стиля. Мне же больше шёл итальянский крой, правда носил я их крайне редко.

— Привет, Ник! — раздался позади нас медовый голос, и мы одновременно обернулись.

— Роза! — воскликнул Николай и распахнул объятья.

Она с улыбкой подошла к нему и обняла, как говорят у нас в России, всей душой. Искренняя радость и изумление читалось в ее лице до тех пор, пока она не перевела взгляд на меня.

— Страж Беликов.

— Роза, — отозвался я, — надеюсь, ты помнишь, что не должна отходить от меня ни на шаг?

Девушка несколько раз кивнула. Она все так же прятала взгляд, но не теряла чувство собственного достоинства. Гордо выпрямив спину, он смотрела в зал. Я не был против, мне и самому так было легче. Сегодня она не стала прихорашиваться, оставшись в темно-синих джинсах и чёрном свитере с высоким воротом. Ни макияжа, ни причёски, но все равно она оставалась самой красивой девушкой на свете.

— Прекрасна, как и всегда, — озвучил мои мысли Ник и щелкнул Розу по носу.

Слегка смущенная, она заправила волосы за уши и ответила ему тёплой улыбкой. Ник приобнял Розу одной рукой, по-дружески, ничего большего, но укол ревности все же задел моё сознание. Я сам хотел обнимать ее, но вместо этого отошёл на шаг назад и окинул помещение беглым взглядом. Почти все расселись, и вот-вот уже должна появится королева в сопровождении Кировой и ее стражей. Моё внимание привлёк Мейсон. Он махнул Розе рукой, указав на соседнее кресло, но Роза покачала головой. Мальчишка должен был бы понять, что на подобных мероприятиях Роза должна оставаться под конвоем. Глаза Мейсона подозрительно сузились, он вглядывался в Розу, его лицо с приветливой улыбки тут же сменилось злостной маской. Он смотрел не на Розу, он смотрел на Николая, обнимающего ее.

— Вы знакомы с Розой?

Обернувшись, мы увидели перед собой стража Хэзевей и переглянулись, не зная, что ответить на вопрос. Роза не была удивлена появлением матери, лишь слегка поджала губы, выражая внутренний протест. По всей видимости, они с Джанин уже успели пообщаться. Судя по обоюдной отстраненности воссоединения семьи не состоялось, а жаль. Роза так нуждалась в родном человеке рядом. Джанин смотрела на обнимающуюся пару сурово, ей не объяснишь, что они просто добрые друзья, но Николай все же решил сделать попытку.

— Пару месяцев назад, когда я был в академии, произошёл небольшой инцидент с Лиссой, — было заметно, как Ник волнуется, оправдываясь перед своим же стражем. Я бы и сам чувствовал себя неловко в такой ситуации, — мы в тот вечер были с Дмитрием, и так получилось, что я тоже участвовал в помощи Лиссе. Так и сошлись… подружились в общем.

Она строго посмотрела на Николая, переведя пристальный взгляд на его руку, по-приятельски обнимающую Розу за плечи. Ник заметил это и поднял руки вверх, в сдающемся жесте.

— Мое сердце принадлежит Василисе, — осторожно сказал он.

— Ей всего семнадцать.

— Безответная любовь на расстоянии.

Кажется, стража Хэзевей удовлетворил этот ответ. Она даже сочувственно посмотрела на своего подопечного и кивнув, отошла в сторону к другим дампирам.

Оглушительные фанфары предупредили о появлении Ее Величества. Все замерли, разговоры стихли. Роза поддалась вперёд и внимательно вгляделась в толпу.

— Я не вижу Лиссу.

— Она могла проигнорировать всех и остаться в своей комнате?

Роза отрицательно покачала головой, и моментально «ушла» от нас. Все пали ниц, приветствуя правителя. Королева вошла царственной походкой в зал, заняла место в центре помоста и позволила своим подданным встать.

— Уф, дружище, — понизил голос Ник, хотя в этот момент всем следовало молчать, — мне повезло, что Джанин так легко отпустила тему.

— Тебе и правда повезло, но ты можешь быть убедительным, когда хочешь.

Мы стояли очень близко друг к другу, и разговаривали настолько не слышно, что даже рядом стоящие дампиры не смогли разобрать нашу речь, если бы не стали прислушиваться.

— Я же должен прикрыть задницу друга. Хотя, если Джанин узнает о тебе, то в любом случае оторвёт твои яйца.

— Либо одна, либо другая.

Роза вернулась к нам, её лицо осветила странная улыбка. Такую улыбку я видел очень редко, обычно она появлялась, когда девочкам удавалось задумать, что-нибудь веселое. Я очень надеялся, что это не новый план побега. Я окинул взглядом зал, Василисы так и не было, но кривая усмешка Розы все не сходила с её лица. До этой секунды речь королевы воспринималось мной, как фоновый шум, но когда она замолчала, тревожная тишина повисла в воздухе подобно взрыву. Татьяна ещё сильнее выпрямила спину и вскинула подбородок, изгиб ее губ стал напряженнее. Я шагнул к Розе и занял место позади неё, ощущая нависающую угрозу. Обычно я очень хорошо чувствую такие вещи.

— А теперь поговорим, о том нелепом вихре возмутительных событий, который закрутился вокруг все той же королевской особы. Где Василиса Дра…

И тут свершилось это. Подобная богине Афине, статная, величественная, прекрасная принцесса Драгомир вошла в зал в ярко-зеленом платье. С узкими рукавами до локтя, длиной чуть ниже колена, даже без глубокого декольте, оно было полным несоответствием этикету. Все: начиная с ее распущенных волос (хотя по правилам этикета должна быть прическа) и заканчивая высокими каблуками, стук которых был явно утрирован для привлечения внимания — было явным протестом с её стороны. Она грациозно прошлась по залу и воспользовавшись состоянием полного замешательства со стороны королевы, ступила на помост, рядом с монархом, а затем и вовсе вышла вперёд.

— Спасибо, Ваше Высочество! — поблагодарила она с легким взмахом руки.

— Но…

— Я же сказала, — с нажимом повторила она, — благодарю… что позволили раскрыться. — Здесь она обернулась ко всем присутствующим и очаровательно улыбнулась каждому из зрителей. Зал замер, я тоже, Николай с Розой обратили свои полные восхищения взгляды принцессу. — Я сообщаю всем, что являюсь носителем пятой стихии — стихии духа. Чтобы научится ей управлять нужны долгие годы, но в академии полно мудрецов — они мне помогут.

По залу, как по стадиону во время футбольного матча, волной, один сектор за другим издал удивленный вздох. Лицо Василисы остановилось на Кристиане. Он с любовью и преданностью смотрел на неё. Даже на расстоянии почувствовалась волна взаимного притяжения — эти двое и правда созданы друг для друга. Две абсолютные противоположности с одинаково раненой душой.

— И кстати, на балу вы видели не мираж и не сон, — продолжала свою речь принцесса, не отрывая взгляда от Кристиана, — мой возлюбленный и правда Кристиан Озера…

Принцесса сделала секундную паузу, дав всем возможность переварить сказанное. Мне хотелось увидеть реакцию друга на эти слова. Ник стоял в небрежной позе, прислонившись плечом к колонне и с нежностью смотрел на выступающую на сцене Василису.

— Вам, ребят, повезло больше, чем мне, — с грустью произнёс Ник, елозя носком туфель по паркету, — я вам даже немного завидую, по крайней мере ваши чувства взаимны.

Мы с Розой застыли на месте, стараясь смотреть прямо перед собой, не позволяя обратить взгляд друг на друга. Я слышал перемену в ее дыхании, она держала губы сомкнутыми, но я заметил, как она кусает их изнутри.

— Кристиан, чьи родители добровольно стали стригоями. Вы это переживете, раз он пережил…

— Я не совсем уверена…

Вперёд выступила возмущённая её словами королева, тщетно предпринимавшая попытки сохранить внешнее спокойствие, но Василиса выдавила из себя улыбку, подняв вверх указательный палец.

— Тшш, потом, дорогая, потом!

Эти были те самые слова, что королева говорила пару месяцев назад Василисе, когда ты предприняла попытку оправдаться, и, пока Татьяна не пришла в себя от шока, Василиса продолжила:

— Кровь, нас всех объединяет кровь… Столько кругом крови, что это сбивает с толку… доводит до исступления, и нужен лучший друг который возьмёт за руку, прижмёт к груди и скажет: «Все хорошо, это просто жизнь. К сожалению, пока не придумали ничего лучше». — Василиса встретилась с Розой взглядом и её глаза заблестели от нахлынувших эмоций. — К сожалению, не у каждого рядом Роза Хэзевей. Мне очень повезло, что у меня есть…

Ник в этот момент вновь приобнял Розу, которая украдкой смахнула со щеки скатившуюся слезу.

— Она восхитительна, — сказал, целуя Розу в макушку, Николай.

— Да, согласна.

С силой выдохнув, произнесла Роза, согласно закивав. Её голос все ещё дрожал, она шмыгнула носом.

— Давайте докажем, что моройскую кровь стоит оберегать! — Закончила свою речь принцесса, и зал разразился громкими аплодисментами.

Так же, как и появилась, принцесса ушла без позволения на то Ее Величества. Никто, ни одна живая душа не ожидали от Василисы подобного поведения, поэтому сегодняшнее событие ещё долго будет на устах у всей академии, да и всего моройского общества. Принцесса вышла из большого зала и обошла его по коридору так, чтобы вскоре показаться позади нас. Пока королева пыталась взять ситуацию в свои руки, принцесса тихо подошла к нам.

— Роза.

Девочки посмотрели друг на друга и прыснули от смеха. Многие дампиры, что стояли у стен, неодобрительно покачали головами, но не думаю, что это возымело хоть какой-то эффект.

— Ты сумасшедшая, Лисс!

— Учусь у лучших, — принцесса намекнула на Розу, но та лишь обняла подругу, поцеловав её в щеку. — Я так рада, что ты у меня есть, спасибо, тебе, Роза.

Ни Ник, ни я не смели прерывать поток взаимной любви и слез девочек. Все, через что они прошли, только скрепляло их, воспитывая и закаляя. Как Василиса с Кристианом, так и Роза с Василисой представляли собой две стороны одной медали: такие разные и так прекрасно дополняющие друг друга. Боюсь даже представить, сколько ещё впереди у этих храбрых прекрасных девчонок, но я рад, что они есть друг у друга. Сомневаюсь, что они вообще могли бы существовать по одиночке.

— Пойдёшь со мной? — принцесса взглядом указала в сторону двери, — я не вынесу банкет в одиночку, и потом, мне просто жизненно необходимо вылезти из этого тесного платья.

Роза кивнула, и они засмеялись, не очень громко, но привлекая внимание большей части зала.

— Василиса, ты прекрасна, как и всегда!

Мы с Розой замерли в ожидании, что же ответит принцесса. Ник вытащил из-за спины, непонятно откуда взявшуюся, красную розу и протянул своему объекту обожания. Василиса переводила взгляд с цветка на Ника, обдумывая свой ответ. Легкий румянец проявился на ее белой алебастровой коже, и она засмеялась, приняв из рук моего друга цветок.

Речь королевы закончилась и всем вновь пришлось опуститься на колено, пока она выходила из зала. За ней последовала большая часть народа, желая урвать хоть один взгляд Ее Величества, а возможно и беседу. Кто знает? Татьяна очень часто снисходила до простого народа, показывая всем своё безграничное великодушие. За этим обычно следовал новый закон или же указ, не особо приятный для общества.

— Страж Беликов, — обратилась ко мне принцесса, и я тут же переключил свое внимание на неё, — я могу забрать Розу?

Мог ли я быть уверен, что буря миновала? Я доверял Розе, видя, как она исправляется и дисциплинирует характер день за днём. Ответственность за ее поступки и слова я брал на себя и спрос так же будет с меня. Несмотря на это, я не думаю, что Роза в состоянии подвести меня. Она умная девочка. Просто надо постараться сделать так, чтобы Татьяна не обратила за весь вечер на неё внимание.

— Конечно, принцесса. Встретимся в столовой.

Василиса многозначительно посмотрела на Розу, сообщая ей взглядом, какую-то информацию. Принцесса подмигнула, но Роза закатила глаза и подтолкнула девушку к выходу, где их уже ждал Кристиан. Василиса прыгнула к нему в объятия, и он крепко обнял её, прижимая к груди, но взгляд его был устремлён на Николая. Всем своим видом мальчишка показывал своё превосходство.

— Старик, я обречён.

Я искоса посмотрел на друга, даже не зная, съязвить или посочувствовать. Он был влюблён, так же как и я, но с одним исключением — его влюблённость была похожа на первую любовь пятнадцатилетнего мальчишки, пройдёт время и он увлечётся новой девушкой. Я же сходил с ума по Розе, и это не пройдёт с годами или новым увлечением. Из нас двоих, обречён был как раз именно я.

— Это не меня угораздило переспать с принцессой, — сделал я замечание другу.

— Будто у тебя не было секса с принцессами, — недовольно фыркнул он, словив мой безразличный взгляд, — вот видишь!

— Ну я же в них не влюблялся.

— Ну да, ты просто влюбился в свою ученицу.

Мне не хотелось говорить об этом. Ник даже не знал, что случилось между нами с Розой после похищения Василисы. Я лишь сказал ему, что снова облажался, не смог совладать с чувствами и поддался животному инстинкту. Вокруг нас ещё было достаточно народа, чтобы я мог позволить себе соответствующий ответ.

— Пошёл к черту, — я сунул руки в карманы пальто и развернувшись на каблуках, пошёл прочь из зала.

Обед в целом прошёл неплохо. Боб, как и всегда, превзошёл все ожидания, сотворив целый пир из того, что было. В этот раз столы пришлось расставить не только в крыле учеников, как было в прошлый раз, но и занять крыло учителей, стражей и оранжерею. Иначе всем бы пришлось есть по очереди. Где бы я не прошёл, в любой компании только и слышалось, что имя принцессы Драгомир. Все обсуждали сегодняшнюю речь и поведение Татьяны после. Ее Величество посадила Василису слева от себя, и что-то разъясняла принцессе весь обед. Та выглядела хоть и смущенной, но верной своим убеждениям и с охотой поддерживала беседу, в которой также участвовала и Присцилла Вода, занявшая стул по правую руку от королевы.

Обед был закончен. Оставался примерно час, пока я не закончу свои должностные обязанности и я не смогу свалить в свою комнату. Мы с Ником уже договорились посидеть и поболтать, хотя мне предстояло готовится к поездке с Розой. Немного тревожило, что Артур так и не перезвонил с нашего прошлого разговора, но он очень обязательный и не думаю, что он способен поменять свои планы, не предупредив об этом меня. Я надеялся, что завтра все пройдёт хорошо.

Медленно, сканируя пространство, я бродил по кафетерию, разыскивая Розу. Хотелось увидеть ее. Да и предлог у меня имелся — напомнить ей время завтрашнего отъезда. Она, как и другие новички обедала в столовой учеников, мне же пришлось проторчать весь обед в другой части корпуса, рядом с Василисой.

Усталость медленно накрывала меня с головой, каждый шаг давался все тяжелее. Поспать так и не получилось, и в этот самый момент я был готов отдать руку на отсечение за несколько часов сна. Я прошёл мимо преподавательского состава, поздоровавшись с ними и вышел через стеклянную дверь в оранжерею. Сад был прекрасен при свете луны и всех фонариков, прикреплённых к веткам деревьев. Даже одинокая ель увешана разнообразными игрушками. Здесь, в Америке никто не праздновал Новый год, как дома, в России, и мне очень не хватало этой чудесной атмосферы. Мама всегда готовила много вкусностей: оливье, холодец… интересно, как бы Роза отреагировала на блюдо мясного холодного желе?

Петляя мимо маленьких столиков, расставленных прямо на улице, я прошёл ещё несколько метров до внутреннего двора, где заметил две знакомые фигуры, занимавшие одну из скамеек.

— Не понимаю, Роза, вы же закапываете собственные отношения! — прохрипел Ник и закашлялся, подавившись дымом от его же собственной сигареты.

На секунду я остановился, взвешивая все «за» и «против». Я бы мог спрятаться за большой елью и в достаточной мере услышать разговор, в конце концов говорили они обо мне, и я очень хотел узнать, как Роза переживает произошедшее между нами. С другой стороны, потом, я бы спросил Николая… но полагаться на его честность — риск. Он вполне мог солгать другу, прикрывая от меня чувства Розы. Теперь и она его друг.

— Ник, он сказал, что я всего лишь красивая девочка с богатой фантазией и ложными надеждами, — горько усмехнувшись, пробормотала Роза. Она сидела на скамье и болтала ногами, зарывая ботинки в снег, а лицо прятала в огромный тёплый шарф Николая. Я и сам не заметил, как сделал шаг вперёд, скрывшись за деревом. — Со мной, по его мужскому мнению, ничего другого не стоит и делать.

— Гандон!

— Именно так, — согласилась Роза.

Выбросив сигарету, Ник встал и протянул руку Розе. Отдав ей своё пальто, он уже стал замерзать, кончик его носа и уши и щёки покраснели от мороза, а значит сидят они здесь довольно давно. Роза встала и пошла чуть впереди, разбрасывая снег ногами, не заботясь о том, что могут промокнуть ноги, она простудится и завтра пропустит один из самых важных экзаменов в своей жизни.

— Ник, — девушка замедлила шаг и посмотрела назад, на идущего за ней мороя, — ты поедешь с нами в Айдахо?

Он было открыл рот, вероятнее всего сказать, что едет, а не возвращается назад с королевой, но Роза подошла к нему и крепко-крепко обняла, ища поддержки.

— Я тебя прошу, — боль в её прекрасном певучем голосе заставила кровь в моих жилах застыть, — одной мне не справиться, пожалуйста.

Губы Ника дрогнули в улыбке. Он обнял Розу, уперев подбородок ей в макушку.

— Конечно поеду, Роза.

Отойдя на пару шагов назад, я прошёлся вперёд, откашлявшись и громко выдохнув. Пара заметила приближение кого-то и продолжила путь, сохраняя метровую дистанцию. Как бы там ни было, но сейчас мы под сводами академии, а здесь царят жесткие правила относительно общения лиц разного пола. Холодный ветер набирал обороты, подбирая с земли рассыпчатый снег.

— Димка! — Николай узнал меня.

— Тебе стоит вернуться в корпус, — я не остановился рядом с ними, а развернулся в обратном направлении. Роза и Ник последовали за мной.

Моё поведение не назвать дружелюбным, но по другому я не мог. Хватит уже давать волю чувствам. Я и так совершил большую ошибку дав этим двоим возможность общаться.

Открыв дверь, я впустил два замерзших тела в оранжерею. Роза, так же, как и Ник, раскраснелась на морозе, но в отличии от бледной моройской кожи, её это только красило. Снежинки усыпали ее темные волосы, мерцая при свете, но я не мог позволить себе подойти и растрепать густые локоны, чтобы подтаявшие капли упали ей на лицо. И вместо того, чтоб завизжать от холода, как это делают большинство девчонок, скорей всего, она кинула б мне в лицо увесистый снежок.

Я тряхнул головой, рассеяв картинку. Роза стянула тёплое пальто Ника и вернула его вместе с шарфом.

— Спасибо, друг.

Я подошёл к автомату горячих напитков и сделал два горячих шоколада, как я любил делать себе: два пакетика на двойную порцию сахара. Размешав содержимое палочкой, я выкинул её в мусор и взял стаканчики за самые края так, чтобы дать Розе и Николаю возможность взяться за пластиковые ручки и не обжечься.

— Спасибо, — вдохнув приятный аромат какао, ответила Роза, грея руки о чашку.

Ник поймал мой брошенный на Розу взгляд и покачал головой. Ему натерпелось поговорить со мной, а именно промыть мне мозги, но я не стану его даже слушать. Ему не понять меня никогда. Он не связан клятвой и обязательствами. Он живёт во дворце и волен управлять своей судьбой, как заблагорассудится. Любить, кого захочется, жить, как захочется. У меня же есть долг, и я должен защитить Розу и своего мороя.

— Ник, подожди меня в моей комнате, я только провожу Розу до учебного корпуса.

Девушка едва не обожглась, но отпрянула от горячего напитка, услышав мои слова.

— Уроки никто не отменял, — напомнил я Розе и не дожидаясь ничьего одобрения, вышел через стеклянную дверь обратно в кафетерий.

Торопливые шаги Розы послышались позади, когда я уже шёл по коридору, соединяющему корпус стражей и учеников. Я замедлился. Роза нагнала меня, умудрившись не обжечься и не расплескать шоколад. Я замедлился ещё немного. На тренировках мы всегда находились в относительной близости друг к другу, но все острее ощущалось в неформальной обстановке, как сейчас. Если бы хоть одна живая душа бродила по коридору, мы бы чувствовали себя свободнее, но сейчас, каждый шаг давался мне с трудом. Из последних сил я старался не смотреть в её сторону.

— Мне так стыдно, — сказала она еле слышно и отпила немного, — я помирила Лиссу и Кристиана…

После долгой паузы она так и не сказала ни слова, поэтому я вступил в разговор.

— Зачем?

— Ну… с ним она становится лучше, — откровенно призналась Роза.

— Это хорошо.

— Ничего больше не скажешь? — спросила она слегка сердито.

Я шёл вровень с Розой, смотря строго перед собой.

— Я знаю, что Николай очень любит ее.

— Я знаю это, и мне очень жаль… просто… я чувствую то, что чувствует она к ним двоим и…это Кристиан.

— Не терзай себя, — мягко сказал я.

— Ник — мой друг! — она едва ли не топнула ногой, но побрела следом.

— Быстро вы сдружились.

— Ревнуешь? — громко спросила она, я поморщился.

Мы уже дошли до ученического корпуса. Я открыл перед Розой дверь и подождал, пока она допьёт шоколад. За дверью стояла урна, я собирался проконтролировать, чтобы её пластиковый стаканчик нашёл своё упокоение именно среди мусора в правильном месте. Я все ещё держал дверь, пока не понял, что Роза стоит под моей рукой, совсем близко к моей груди. Сейчас, в тесном пространстве, я очень четко ощущал её запах, вспомнился даже вкус ее губ.

— Зачем? — я понизил голос, взглянув ей прямо в глаза, — я знаю, что Ник равнодушен к тебе в плане… — и тут я понял что сморозил, но довольная Роза, кусала губы и ясное дело поняла, что я сказал совсем не то, о чем она спрашивала. — Ты опоздаешь на учёбу.

— Ага, — саркастично хмыкнула мне в ответ, выкинув стаканчик в урну.

Я пропустил Розу вперёд, все ещё держа тяжелую дверь одной рукой, и уже сам собирался пройти, как услышал звонкий и очень знакомый голос.

— Димка!

Девушка с длинными чёрными шелковыми волосами налетела на меня, и я рефлекторно протянул руки для объятия. Длинные бледные руки обхватили мою шею, я почувствовал нежный поцелуй в щеку и против своей воли улыбнулся. Таша Озера — тетя Кристиана и ещё один мой школьный друг.

— Ты приехала.

— Да! Как я могла оставить без внимания королевскую пирушку? — рассмеялась она, отпустив меня и только потом заметила рядом со мной ещё кого-то.

Таше хватило и минуты, чтобы понять, что девушка дампир-новичок, но заинтересованный, изучающий взгляд Розы насторожил ее. Моройка решила представится:

— Я Таша, Таша Озера.

— Роза… — произнесла она слегка обескуражено, — Роза Хэзевей.

— Роза! Я много слышала о тебе, — отозвалась Таша очаровательно улыбнувшись.