КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 423485 томов
Объем библиотеки - 575 Гб.
Всего авторов - 201793
Пользователей - 96104

Впечатления

кирилл789 про Слави: Мой парень – демон (СИ) (Любовная фантастика)

почитав об идиотках в немыслимых позициях и ситуациях, вынужден признать, это чтиво - квинтэссенция.
имея по паспорту 18 лет "ггня" обладает мозгом 10-летнего ребёнка.
бедный демон, волею случая вынужденный с ней нянчиться как сиделка с умственно отсталым. и, несмотря на то, что он выпутывает её из трагедий и неприятностей, она его всё-таки обокрала.
я не знаю дочитаю ли такой кошмар. есть только одна вещь, которая в любых жизнях срабатывала (а знакомых у меня много): такая вещь как кража всё равно вылезет, и "любовь к воровке" (да ещё умственно отсталой) - это даже не сову на глобус, это - бред.
таким дают по морде те, кто попроще. а уж высшие демоны - сжигают на хрен, чтоб и от самой следа не осталось, и - чтоб размножиться не успела.
не пиши, афтар. это вторая твоя вещь, что я смотрю, такое позорище, что слов уже нет.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Слави: Семь братьев для Белоснежки (СИ) (Любовная фантастика)

когда она училась в школе в городе у них существовал параллельный поток. обучения? что за школа такая? а когда они переехали в деревню её отца назначили заведующим кардиологического ОТДЕЛЕНИЯ сельской поликлиники. правда? а какие ещё есть ОТДЕЛЕНИЯ в деревенской поликлинике? хирургическое, со своим заведующим? и оперируют там прямо так: кто из коридорной очереди подошёл, того на стол в кабинете прямо и кладут?
а ещё в деревенской школе в выпускном классе преподают краеведение. ггне 17-ть, так что это 11-й класс. ну, класссс, ну что скажешь. такое отставание в развитие учеников, что в 9-м закончить предмет не получилось?
читал, читал, всё пытался найти, когда же до героини этой дойдёт, что её закидоны ненормальны. когда афторша начнёт выводить ситуации из тупика. всё-таки поженившиеся отец-вдовец и разведёнка с 7-ю сыновьями в отношениях своих восьми детей не участвуют вообще от слова "совсем". но как-то, кроме свар, скандалов и тихо шуршащей крыши ггни они должны развиваться? восемь посторонних людей всё-таки, толпа.
и госсподи, каких таких разумных жизненных пояснений и разъяснений ситуаций жизни вот можно ждать от 17-летней школьницы, от имени которой идёт повествование? каприз за капризом капризом погоняют, неконтролируемые, необъясняемые эмоции, если ггня захихикала вдруг на приёме, объясни автор. мы читаем, мы ситуацию не видим, смех без причины - признак знаете чего? или расписать?
тянулась эта тягомотина, тянулась, в паре абзацев в конце кончилось. оч.плохо и неинтересно.


Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Рокс: Игрушка для декана (Современные любовные романы)

от официантки официанткам, всё, что можно сказать про чтиво.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Рассвет: Пламя в крови. Танец на стекле (СИ) (Любовная фантастика)

вот читаю: "тебя приглашает на бал сам Его Высочество", и ггня уточняет: "король казимир?". понятно, а сын "его высочества казимира" эрик - его величество? а на бумажку выписать ху ис ху, слабо?
если человек серьёзно считает, что дважды два равно пяти то что, ему мантию академика надо вручить? а если какая-то баба не знает разницу между высочеством и величеством, то надо сразу накатать рОман про королевский дворец? афтар, вы - позорище.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Егорова: Случайный лектор (Современные любовные романы)

осилил 2 главы. ни про внешний вид ггни, явившейся на курсы повышения ничего не буду писать, ни про "идею" кого-то там подменить, хотя нет, вру. на такие курсы, если настолько богата фирма, дур не отправляют. не госбюджет, деньги платят немалые. поэтому сотрудница, попросившая "подменить", наверное, идиотка. потому что причина: "хочу погулять со своей сожительницей-лесби по городу", это не причина, а сова на глобусе.
но сломало меня на "села за выделенный мне портативный компьютер". афтар, "портативный компьютер" - это так в кроссвордах пишут, которых ты, видимо, от бесцельной жизни, любительница. нормальные люди пишут - НОУТБУК!
не читайте эти "шедевры", берегите шифер крыш.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Калыбекова: Одна любовница / Один любовник (Современные любовные романы)

я прочитал первый абзац и стало грустно.
если ты снимаешь на двоих с мужиком квартиру в мск, потому что "дорого": то, дамочка афтар, в мск спокойно можно снять комнату, у хозяйки, недорого.) или - в общагах сдают, пару лет назад стоило 5 штук в рублях. и, если ты работаешь в преуспевающей компании с импортным капиталом, то стоимость жилья меньше ста баксов для тебя - тьфу!
и есть разница между "квартирой" и "апартаментами", последние - дороже в разы. хотя бы потому, что в "апартаментах" коммуналка в 1,5 раза выше, афтар.
дальше там перепутанный бред взаимоотношений, настолько непонятный, что непонятно зачем писалось. тем более, что афтар - женщина, нет? ну и как женщина может описать отношения между двумя гомосексуалистами? мужик - может быть, но - баба? между лесбиянками, если только. нечитаемо.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Егорова: Воспитатель (Современные любовные романы)

если в садике есть ночная няня - это пятидневка? я посмотрел, писулька скинута в 2020-м, а что, сады-пятидневки вот сейчас до сих пор существуют? правда?
а раз есть ночная няня, есть и дети, которых оставляют. и если мать какого-то 2-летнего мальчика "о нем постоянно забывает", то есть не в первый раз? и в 2 года он ещё не привык? за каким до 10-ти вечера дневной воспиталке-то торчать-то в садике, если своих дома двое?! а о них кто заботиться будет???
и потом детей забирают не "в положенные полшестого", а до семи вечера работают садики. и я лично не видел ни одной директрисы садиков, чтоб хамила и "рявкала" на сотрудниц. а уж кулаком грозить? в присутствии коллектива? и даже не потому, что не умеют, умеют.) сожрут её, сразу сожрут. даже косточки переварят до атомов в бабском коллективе, в котором нельзя повысить голос, потому что вокруг маленькие дети. отгружаются воспиталки дома, чтоб крыша не уехала.)
и потом: "малыши от двух до пяти"? так лет двадцать уже в садики берут только с 3-х. всё, ясель больше нет, как и ясли-садиков. что за хрень?
дальше я попытался читать эту комедию ошибок абстрагируясь, но дошёл до: воспитатель д/с, мужик, курящий дорогие сигары, пользующийся дорогущим парфюмом и приезжающий на "мозерати" последней модели, купил в подарок огромный букет роз, чтобы подарить его дочке директорши садика, чтобы "маму задобрить"???
ЗАЧЕМ??? вчера, на общем собрании воспитательниц под него уже и так все воспиталки легли, включая доченьку начальницы. да это ей надо букеты с портсигарами в подарок покупать! а не единственному петуху в курятнике!
нечитаемый бред, афтар. про производственную среду детских садиков ты не то что не знаешь ничего, у тебя, если они есть, наверное, собственные дети в сады не ходили.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Афинская ночь (fb2)

- Афинская ночь (а.с. Деревянный хлеб-2) 3.15 Мб, 826с. (скачать fb2) - Павел Алексеевич Кучер (Nazgul)

Настройки текста:



Павел Кучер Деревянный хлеб Часть вторая АФИНСКАЯ НОЧЬ

Инженеры и учёные, выпячивая исключительную якобы роль Солнца в поддержании жизни на Земле, тем самым преступно замалчивают важность в этом деле начальства, правительства и партийного руководства…

Владимир Савченко, СССР, ХХ век от Р. Х.

Определяющие "видовые признаки" человека — это умение пользоваться огнем, изготавливать орудия труда, обучаться в зрелом возрасте и самостоятельно создавать для себя среду обитания. Ходьба на двух ногах и членораздельная речь — монополией людей не являются. Они более-менее обычны для многих животных…

Джаред Даймонд, USA, ХХ век от Р. Х.

2008 год новой эры стал переломным моментом развития цивилизации. Впервые, за всю историю человечества, большая половина населения планеты — переселилась в города.

Статистика ООН, Земля-1, ХХI век от Р. Х.

.

Глава 33. Проверка на вшивость

Если кто-то думает, что упомянутую выше стенограмму я "набивала", затворившись в "башне из слоновой кости" — он ни фига не понимает. На бегу, всё делалось… Урывками… Благо, работа в лаборатории — сидячая, а анализы — долгие. Прямо по Маяковскому. "Землю попашешь — попишешь стихи" Предваряя вопрос, про "отдых в форме перемены вида деятельности", отвечаю превентивно — врут-с… Лучший отдых — в кроватке под одеялом. Особенно, если в "модуле" тепло… Перевожу на русский язык — температура выше плюс 15 по Цельсию. Потому, что когда снаружи за минус 30, отопление тупо не тянет. Видимо, южане китайцы не способны представить такой мороз. Знаете, как печатается на клавиатуре при 10–12 градусах тепла? Хорошо, если двумя пальцами. Тюк… Тюк… А всей кистью — не получается. Зато, на её тыльной стороне, после нажатия, остается белое пятно. Дубняк… То и дело ловлю себя на непроизвольном желании погреть руки возле лампочки накаливания.

А в Южном Полушарии, во Французской Полинезии — сейчас лето. Ласковые океанские волны накатывают на ослепительно чистый коралловый песок… С высоченных пальм, как в рекламе шоколадок "Баунти", падают спелые кокосы. И все негры — в белых штанах… Стоп, это уже из другой оперы… про "великого комбинатора". Его мечты, помнится, трагически обломались при встрече с пограничниками на румынской границе. Мои — кто его знает… Впрочем, в Полинезии XVII века старо-французский язык мне не пригодится. Она ещё не открыта… Остается тихо надеяться, что если всё пойдет хорошо, то, лет через двадцать, папуасы там заговорят по-русски… Есть к тому некоторые признаки. Одна из "примет" — лежит на столе. Стопкой… Весь тираж. Для автографов… Тридцать восемь экземпляров сорокадвухстраничных брошюр (аж целый "авторский лист"), в глянцевой обложке… Оформление, правда, просто черно-белое. Зато с картинкой… Всё по-взрослому, моё имя — сверху, название — ниже. Глянец, обрез, стиль… Безупречно качественная работа. Что особенно бесит.

Когда я увидела эти картинку и название — руки сами зашарили в поисках что-нибудь потяжелее… Кое-кого стукнуть… Сами вообразите: мой литературный дар — заведомо ниже плинтуса. Начальство сказало изложить материал популярно. Родить, так сказать, "исторический обзор пищевой проблемы для чайников"… А не дано. Долго мучилась, но доступно "развить заданную тему" — не моё! Вспомнила предложение Ленки помочь с литературной обработкой и оформлением. Где была моя голова?! Та сразу согласилась. Да легко! И, уже через два дня — притащила остро пахнущие работающей лесопилкой "типографские" экземпляры… Оказывается, как раз позавчера, наши химики сварганили суррогатный "тонер" для самого большого офисного ксерокса. Бедные наивные буржуи, оставшиеся в XXI веке! Они рассчитывали, что продажа "фирменных расходников" — монопольное право производителя множительной техники. Только не в России… Ха! 5 % ламповой сажи и не менее 3–5 % канифоли (в пересчете на сухой вес "продукта") разбалтывают в жидком спиртовом (или ацетоновом) растворе клея БФ-6. Выливают в горячую воду. И — вуаля! Спирт растворяется в воде, а несмачиваемая черная смола — превращается в мельчайшие капли водной дисперсии. Те, что до 10 микрон — для грубой светокопии, менее 0,1 микрона — для полутонов. Размеры микрошариков тонко регулируются температурой воды и концентрацией "композиции". А сушили "тонер" элементарно. В теплом помещении, контачащим с 20–30 градусным морозом. Проще говоря — на складе лесоматериалов, где хранятся доски и окоренные стволы, для распускания на шпон… Если подопытный ксерокс не навернется от адской смеси в ближайшие дни — попробуют приготовить аналогичный "сажевый" реактив для лазерных принтеров.

Ни к цвету (черному, как совесть тирана), ни к прочности краски — претензий не имею. Страницы — тоже не слипаются. "Фирма" гарантирует… Говорят, ещё недавно, с помощью данного рецепта, мужики ухитрялись сводить концы с концами посреди лютого безденежья. В стольный Питер свой самопальный "тонер" возили. На "фирменные" пункты заправки картриджей… Совсем другое дело — содержание "издания". Не зря своё имя Ленка спрятала внутри. Типа, "под редакцией такой-то…"

Вообразите — дизайн обложки в стиле издательства Сытина, начала ХХ века. "Народная энциклопедия", мать её… Поучительная картинка — "Рог изобилия", из которого сыплются плюшки, завивается "спиралью развития исторических формаций". Свирепые людоеды, охотники-собиратели и первые земледельцы, злые работорговцы, завоеватели и разные угнетатели — сменяют друга. Поверх помпезной виньетки — имя. Галина Ибрагимова (здравствуй, Володя). Ниже название книжки — "Еда и Режимъ". Дореволюционным шрифтом и орфографией, с твердым знаком на конце… У обреза обложки, посвящение — "Рекомендовано издателем в качестве базового курса политической грамоты для матросов, солдат, крестьян, сочувствующих прогрессу научных работников и начинающих императоров". Тем же самым шрифтом с "ятями". Хотя внутри почти нормальный русский язык… Точнее — фельетонный стеб. Лихая пародия на "Диалоги" Платона, изложенные разухабистым интернетовским сленгом, с изрядной примесью "падонкафского"…

— Лена… — ласково, чтобы не вспугнуть, пусть подойдет поближе. Нет, опасается, умная… — Ты специально решила поиздеваться?

— Галя, только это… — а сама-то жмется к входной двери… — сильно не ругайся… Честное слово — так было надо!

— Кому?! — могла хотя бы предупредить, что захотела пошутить в своем "масковском" стиле. Может быть — я бы поняла…

— Галя, — убедилась, что, стоя к двери спиной, защелку не открыть, а металлическая кружка уже в моей руке, — Эту твою "записку", простым людям — читать невозможно. Считай, что я её перевела… на "общечеловеческий". Сохраняя основной смысл!

— А иностранные фильмы, вместо Гоблина, ты озвучивать не пробовала? — доля правды в её словах, однако, есть… Стенограммы всегда читаются трудно. Письменный и устный языки разные.

— Хуже, — нахалка смекнула, что сейчас её не убьют, и осмелела, хамски устроилась на откидной сидушке, — Изучаю и перевожу на современный язык аутентичные русские документы конца XVI и начала XVII века… Тренируюсь читать-писать их "уставом", "полууставом" и "скорописью", — высунув язык, вращая глазами и крутанув пальцами возле ушей изобразила, как у неё в голове шарики заходят за ролики, — Оно сходу машинально получилось. Потом глянула — да вроде и ничего. Отражает дух эпохи… Не?

— Кто-нибудь ещё "это" уже видел?! — может быть, ещё не поздно растопить похабной макулатурой ближайшую печку?

— Ахинеев — в восторге… Соколов — взял почитать сигнальный экземпляр, — значит, всего брошюр отпечатано сорок. Поздно…

— И что мне народ скажет? Я готовила серьезный материал, а у тебя получилась — помесь комикса с фельетоном.

— Спасибо скажет… Всё путем! Сама прикинь, твою книжку, уже с первого взгляда — хочется взять в руки… С первой фразы — дочитать до конца страницы, а потом — просто до конца. Поверь выпускнице журфака! А ржачь — он для снятия нервного напряжения. Ну, бывают вещи настолько серьезные, что говорить о них можно только шутя… И вообще — "информация из вторых-третьих рук всегда кажется полнее и достовернее фактического материала". Так работает "естественный смысловой фильтр".

— И что мне теперь делать? — ощущение, как в детстве, когда во время новогоднего представления пьяный клоун за руку выдернул меня из первого ряда на арену цирка…

— Подписать экземпляры и наслаждаться заслуженным успехом… — интересно, а наглость — это заразно?

Я спокойна… я совершенно спокойна… Если понадобиться стрелять — рук не дрогнет… Последняя попытка понять — а не дура ли я сама? Отстраненно (словно вижу эту гадость в первый раз), опять раскрываю брошюру. Через силу, с болью вспоминая отточенные формулировки "исходника", читаю пасквиль на него… Против воли хихикаю… Потом — ещё… и ещё… Ленка права! Базовый смысл она сохранила. Даже термины. Просто действие переместилось, из аудитории вуза — в элитную баню для "VIP-посетителей". Степенные разговоры "про жизнь" там ведут "за рюмкой чаю" умело прорисованные Чекист, Директор, Старая Шлюха, Купец, Холуй и Клоун… Зажигает легко узнаваемая Блондинка (впервые допущенная на столь ответственное мероприятие и, со страху, до отчаяния храбрая, креатура Чекиста). То есть — я. Причем, Чекист говорит на чистой блатной "фене"… А все упоминаемые графические материалы, по воле дизайнера-авангардиста, суть "элементы оформления" зала для "симпозиумов" (в исходном латинском значении). Так как — место удобное, у нас и из Правительства бывают…

— Забористо… — отдадим должное чужому таланту, — Только, всему должен быть предел, — сама не заметила, как промахнула глазами добрую четверть изувеченного текста, — Речь-то о жизни и смерти миллионов людей…

— Ты готова провести разъяснительную беседу с каждым? — непередаваемый словами жест, обозначающий российское общество в целом, от последнего бомжа, до президента, — Так, что бы они поняли с первого раза?

— Если понадобится — вполне! Ленин, например, когда ему было надо, мог часами тачать лясы с ходоками…

— Героиня! Ты хоть раз возьми и попробуй. После первых 10 собеседников — язык сам начнет заплетаться…

— А если по радио трансляции, в записи? — Ленка смешно морщится, как будто я брякнула непристойность.

— Долго! Глазами, даже не очень грамотный человек, читает на порядок быстрее, чем воспринимает ушами.

— Всё равно, в таком виде — коробит… Можешь обижаться, — "акула пера" понимающе ухмыляется.

— У нас почти треть личного состава — зеленый "молодняк". Едва после школы. С людьми надо говорить на понятном им языке. Иначе — они сами найдут того, кто по-простому перетолкует темные места. Оно нам надо?

— Раз мне попался в Интернете анализ знаменитой песни Высоцкого "О слухах"… — интересно, она её знает? Птичка высокого полета…

— Слышала… Словно мухи, тут и там. Ходят слухи по домам. А беззубые старухи — Их разносят по умам!

— Смотри! Песня — написана в 1969 году. Следовательно, "беззубые старухи" — это примерно ровесницы века. Нищее, голодное детство… Юность, погубленная в Революцию, разруху, Империалистической и Гражданской войнах. Мужья, потерянные в Большой Террор… Дети, убитые на Великой Отечественной войне… Но, бабки выжили и накрепко запомнили — "государство врёт всегда". Нет ничего невозможного. Любой, самый безумный слух может оказаться жизненно важной информацией, которую следует учесть, использовать и передать дальше… А ты — нахально лезешь, к настороженным вооруженным людям, почти во фронтовых условиях, с шуточками. Подделываясь "под свою"… Не опасно?

— Поспорим, что всё проскочит, как по маслу?

"Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется…" Аж до воскресенья, я ждала громкого отклика. Однако, состряпанная Ленкой информационная бомба с концами булькнула в бездонное человеческое болото так и не вызвав никакой видимой реакции. Ну, за исключением мимолетного визита знакомого морпеха… Казалось бы, всё строго по делу. Оприходовала очередные образцы, перекинулась парой слов… а потом, он робко поинтересовался — "нельзя ли почитать вашу книжку". Словно у какой-нибудь всемирно прославленной Джоан Роулинг. Вежливо! Хотя парень — ещё тот, наглый до дерзости… Пришлось отдать собственный "авторский экземпляр". Если подумать, зачем он мне нужен? Подержалась и хватит. Понадобится — на "винте" есть "электронная" версия. А бумажная копия нужнее тем, у кого компьютера нет, и уже не будет никогда. Не глядя, протянула руку, сняла с полки и вручила… Без малейших сомнений. Как сказал бы Ахинеев, поделилась по-братски. А у того — в руках кулечек. Взятка! Впервые в жизни… Видно, визитер не надеялся на столь быстрый успех и приготовил весомый аргумент. Ничего себе…

— Что там? — надо же что-то сказать…

— Подарок! — а смысл? Я бы и так книжку отдала, — Спасибо! — что тут вообще происходит? Он ведь даже покраснел! С чего бы вдруг?

— Хоть намекни, — подношение старательно упаковано в многослойный пакет, так сразу и не развернуть.

— Товарищ Ахинеев сказал — вам должно понравится, — обветренными руками бережно спрятал брошюру за пазуху, развернулся и ушел. Дела…

Внутри свертка обнаружилась щедрая горсть округлых подсохших комочков, размером с крупную сливу, состоящих из зерен густой темно-коричневой массы, остро пахнущей смесью аптеки и элитного парфюмерного магазина. Что-то очень знакомое… Почти забытое и совершенно невозможное, в окружающем меня спартанском быте. Не доверяя памяти — сунулась в справочники… На подкосившихся ногах шагнула к диванчику… Села, глядя на содержимое кулька издали. Наконец, собралась с духом, пинцетом аккуратно переложила комочки на чашку весов. Больше 150 граммов самого дорогого в истории продукта животного происхождения — натуральной кабарожьей струи. Рыночная цена "сырого мускуса" в XXI веке — на вес золота. В XVI–XVII веках, особенно на Ближнем Востоке, если верить тому же справочнику — как минимум, в 3–5 раз дороже золота. Ничего себе "подарок". Если вот "это" продать по рыночному курсу европейскому парфюмеру — хватит на несколько лет довольно приличной жизни. А если, по правильному, приготовить готовый к употреблению стимулирующий препарат — стоимость удесятерится… Обычная дозировка 20–25 граммов "струи" на пол-литра спирта. Правда, из Прибайкалья до Европы — три года пешком… Лучше аккуратно высушить под вакуумом и хранить в герметичной таре. А может быть — это намек? Почувствовала, как заливаюсь краской… Да нет, маловероятно. Ахинеев — дядька грубоватый, но не пошлый, а молодежи ещё рано знать, как действуют на людей мощные половые стимуляторы. Я и сама, до этого момента не знала. Точнее, читала, как волшебную сказку… А теперь — верю! Когда, ещё за пару месяцев до начала гона, у взрослых самцов кабарги начинает вырабатываться мускусный секрет — их самочки приходят в необычайное возбуждение. Они буквально преследуют сильный пол, не дают прохода, сами лезут к ним на спину… Кабарга — это единственный вид оленей, у которых самцы в брачный период не столько сражаются за благосклонность самок (хотя кровавые поединки, до смерти одного из соперников — не редкость), сколько затравленно прячутся (!) от их назойливого внимания. На людей запах натурального мускуса — действует так же… Женщины буквально теряют голову. Особенно, с непривычки… Стыдобища, если подумать… Даже уши горят… Интересно, а Ленке они что-нибудь подарили? Очевидно, нет. И это правильно! Нечего поощрять разврат. Для настолько сильнодействующего препарата, самое разумное место хранения — сейф аптекаря… Или фармацевта… Ибо не фиг! В банку с притертой пробкой и под замок. Придет время — эта штука пригодится. Не вечно же нам сидеть в изоляции…

Не знаю, кто консультировал охотников. Даже "на глаз" (хотя я сознаюсь, что вижу подобное впервые) продукт отвечает самым строгим "мировым стандартам". В тепле мерзлые комочки рассыпались на гладкие блестящие зерна. Это хороший признак, он означает, что мускусная железа взята у здорового и ещё теплого животного. В нашем мире добыча натурального мускуса ограничена с 1979 года, когда кабарга была признана вымирающим видом. Для получения каждого килограмма надо убить примерно 160 самцов оленей. Зверушек безумно жаль. Вполне возможно извлечь секрет (мускус) из железы, не убивая животное, но, к сожалению, это чрезвычайно хлопотная процедура и практикуется она только в Саудовской Аравии. Там кабаргу разводят на специальных фермах и периодически, под наркозом, с помощью специального серебряного инструмента, "чистят" олешек от драгоценного секрета. Весь остальной натуральный мускус, на 80–90 % — результат браконьерского промысла и международной контрабанды. А здесь, в XVII веке, его основные потребители — страны Ближнего и Дальнего Востока. Западная Европа, в качестве "основы для ароматов", пока перебивается амброй. В Московии — мускус неизвестен вообще… Точнее, находится под строгим церковным запретом, как страшное "приворотное зелье"…

И не зря! Ощущения — как у блудливой кошки, нанюхавшейся валерьянки. Хочется мурлыкать и ласкаться. Бр-р-р! Специфический аромат уже забил все остальные запахи. Дело дрянь! Надо скорее упаковать это добро во что-то герметичное… Ещё несколько минут — и я за себя не ручаюсь. Голова буквально идет кругом… Черт! Христианские церковники не зря так люто ненавидели этот афродизиак, как и всё, что связано с сексом. А если вспомнить, что в закрытом помещении дух от мускуса может, практически не ослабевая, держаться неделями…

Телефон задребезжал, в самый неподходящий момент. Я едва успела тепло одеться и настежь распахнуть дверь. При включенной на всю мощность вентиляции, между прочим… Зимой…

— Галочка, это таки оно самое, о чем я подозревал? — голос завхоза не сразу доходит до сознания… Первая реакция — невербальная. До отвращения животная и первобытная. На том конце провода — мужчина! Мур-р-р!

— Оно самое… — проклятье! Никогда не ожидала, от самой себя, такой зазывной интонации… Кхым! Кхым!

— Галочка, вы себя хорошо чувствуете? — да, просто чудесно… Вообще нет слов… Цензурных… Одуревшую от либидо мартовскую кошку — пинком выкинули на трескучий сибирский мороз… Жесть! Мечта мазохистов…

— Позвоните мне позже, хорошо? — проклятая рука сама не хочет класть трубку. А душа — желает общения…

— Галочка, — если, этот самый Лев Абрамович, хоть разок хихикнет (он то, как химик, должен понимать, что со мною происходит), когда приду в себя — ни за что не ручаюсь. Хотя, именно сейчас — я на всё согласная. Аж противно, — Вы сдавали экзамен по технике безопасности? С летучими сильнодействующими веществами надо работать или в вытяжном шкафу, или надев защитную маску… — вот же зануда! Пытаюсь поймать ускользающую мысль…

— Кто-нибудь ещё в курсе, как это действует? — гм, не хватало мне ещё внезапного визита незваных гостей. Стыда не оберешься.

— Только товарищ Ахинеев, — запомним на будущее, — Ничего, сейчас он в своей затее глубоко раскается…

В телефоне слышен стук брошеной на твердую поверхность трубки, отдаленная возня… голоса… А ну, подставляй лоб! Я сказал, лысый — подставляй лоб, раз проспорил! Звонкие удары щелбанов… Шорох, треск, шаги и опять голос…

— Пошлый негодяй осознал ошибку, примерно наказан и приносит вам свои глубочайшие извинения… — нет сил сердиться. И смеяться невозможно. Кто-то сказал "смех убивает желание". Оказывается, верно и обратное.

— Я не обиделась… — в моем состоянии, обижаться невозможно. Даже, почти замерзая… Ничего себе кумар!

— Простите, а поделиться выводами, по существу, вы сейчас в состоянии? — да что они себе позволяют?! Ох, вроде бы, совсем чуть-чуть, но отпустило. Как полезен свежий воздух… Попробую собрать мысли в кучку.

— Можете передать ясновельможному пану-атаману Вячеславу Прибайкальскому, что его "золотой запас" потяжелел примерно на полкило драгметалла… — пожалуй, следует добавить, — Это, по спекулятивным ценам китайского рынка.

— Сами ему сообщить в состоянии? — заботятся… о собственном здоровье. После щелбана "от Соколова" — можно и амнезию с инвалидностью заработать. Если до каудильо дойдет вся двусмысленная суть интриги…

— Хорошо, я ему позвоню… — только не в данный момент… В ухе отдается щелчок положенной трубки.

Вольно психологам учить своих пациентов "не думать о белой обезьяне"… Попробуйте не думать о сексе, сдуру нанюхавшись самого мощного из известных афродизиаков… Думаете, что ребеночек не способствует? Я тоже так думала… Ошибалась. Есть заметная доля женщин, у которых во время беременности либидо наоборот нарастает. Они эту пору потом всю жизнь вспоминают с загадочной улыбкой. Сейчас, общаться с Соколовым, воплощающем в себе все достоинства былинных "добрых молодцев", мне не уместно. Тьфу! Подсознание "про своё"… У каждого психа есть своя "белая обезьяна"… Надо потерпеть, пока мороз и ветер не выдуют из головы мускусный дурман… Не зря на востоке, это благовоние, считают "абсолютным оружием любви", позволяющим обаять практически любую даму. Шахи с султанами (по-настоящему состоятельные люди) — никого никогда не насилуют… Тупые феминистки, по сей день не подозревают, что гаремные бабы прыгали и прыгают к ним в постель сами.

Как, без приборов и тестов, жертва атаки психотропным ОВ может проконтролировать своё состояние? У Станислава Лемма в "Футурологическом конгрессе" главный герой угодил в аналогичную переделку. В чужом городе, охваченном антиправительственным мятежом, тот отхлебнул водопроводной водички с "химикатами", подавляющими агрессивность… Помнится, он сам себе отвешивал затрещины и пытался анализировать реакцию… Метод — не хуже прочих. Завернусь-ка я в одеяло, закрою глаза, что бы не видеть табло свихнувшихся от холода китайских электронных часов и попробую сочинять про мужиков гадости. Когда (если) начнет получаться — можно звонить Соколову.

Взять, например, преподнесшего мне эту дрянь морского пехотинца. Допустим, он это сделал за нехваткой цветов или приличных духов. Но! Духи с афродизиаком — неприличные. Если такое не знал сам пацан, то знал хитрый, как три еврея, Ахинеев… Кстати, он его сюда и послал… Или, интригу замутил Лев Абрамович? Тоже ещё, жидовская морда… Да нет… Они оба — отцы семейств. Должны бы понимать, что "заехали женщине между ног" и вот сидит она, пылая ланитами, в полном обалдении и вынуждена проветривать лабораторию, невзирая на декабрьский мороз, чтобы закрылся так некстати "распустившийся цветок"… И служивый — хорош… Это же предрассудок, что в "интересном положении"— низ-зя… Ещё как льзя! А он, значит, шарахнул феромончиком и по-джентльменски ушёл. И пусть одинокая дама хоть на стенку лезет. Логично? Не, ни фига не складывается… Парень — солдат-срочник. Следовательно — не видел голой женщины, как минимум год… Даже просто посидеть со мною рядом и поболтать о пустяках — для него праздник. Знаю! Бывало! А этот, вдруг — сразу распрощался… Хотя, обладая таким средством, как натуральный мускус, мог бы мне тут устроить "сексуальную революцию". По внешности и поведению, вполне себе брутальный парнишка… Да таких, при жизни — в святые записывают! Выводы? Во-первых, в голове, хоть и медленно, но понемногу проясняется… Во-вторых, я чего-то важного не знаю… Всё происходящее выглядит типичнейшей "оперативной провокацией"… или "проверкой на вшивость".

Устроить, в порядке упреждающего удара и ради разнообразия, хороший скандал? Дамы меня поддержат… Стоп! Вот здесь — логическая ошибка. При современном соотношении "одна тетка на шесть мужиков", наш экспедиционный "слабый пол", причем давненько, ведет себя очень-очень тихо… Кроме меня, Ленки и Дарьи Витальевны — никого не видно и не слышно. Что вполне естественно. "Вертикаль власти" давно развалилась и никакой надежды стать "подружкой начальника", пусть даже в составе гарема — больше не существует… Зато — велика вероятность стать "общей женой", в духе вульгарного марксизма или банального матросского кубрика. Кто сомневается — усиленно рекомендую классическую коллективную робинзонаду "Мальвиль" Робера Мерля. Француз описал полиандрию в борющейся за выживание маленькой коммуне достаточно галантно, но, увы… И не надо думать, что в реальной жизни — оно по-другому. Сплошь и рядом, даже вопреки суевериям о "женщине на корабле…" Цитата из папиной книжки — "До революции, во время любых ревизий, на кораблях российского морского флота неизменно находили баб…" На флотах других морских держав — творилось то же самое. Грубо, некрасиво, но документально точно. Неведомыми путями, нижние чины повсеместно протаскивали на борт "подружек"… и потом любили их "в очередь"… Не обращая внимание на своих собственных офицеров, вынужденных "монашествовать". Между прочим, в отношении несчастной Голдан, аналогичные предложения уже подавались… Что характерно — офицерами. Ленка сильно ругалась…

Отдадим должное вождям. От указанной печальной перспективы экспедиционных барышень (включая и меня лично), спасает лишь зыбкая надежда, что "аномалия", рано или поздно, в обозримом будущем откроется… Ну, и высокие моральные принципы, если не… Как бы не дико такое звучало для одуревшей от мускуса бабы. Вот противно Ахинееву принуждать другого человека к чему угодно… И уж тем более — к сексу. Принципы у него… А матросики и солдатики — на него смотрят… и мотают на ус… Настоящий вожак, в экстремальной обстановке — ведет себя вот так. За женщинами — не гоняет, себе — цену знает, на плотские "хотелки" — плюет. Хотя, мог бы злоупотребить… Реальная власть — она афродизиак, похлеще "химии"… Это про него поговорка — "Любовь зла, полюбишь и козла"…

Что в сухом остатке? Голые факты. Сейчас — самый разгар гона у кабарги. Если вояки с геологами ходят в походы — она привычный объект промысла. Кабарги тут по скалам скачет больше, чем зайцев. При почти полном отсутствии естественных врагов (уж очень шустрая и прыгучая зверушка). Воленс-ноленс копятся "трофеи". В том числе — железы с мускусным секретом. Что с этим добром делать? Можно — тупо сдать к завхозу на склад… или даже выкинуть, как "вонючую дрянь"… Можно — в приказном порядке вручить специалисту (мне) на обработку… А можно — сделать красивый жест и подарить тому, кто оценит. Сущий пустяк… Верных полкило червонного золота и взрыв эмоций, в качестве бесплатного довеска. Гуманнее — огреть из-за угла доской по голове… А можно — сделать вид, что даритель истинной цены "продукту" не знает. И отследить "реакцию получателя"… Эге, судя по трезвости мыслей — основной кумар прошел… Двери — закрыть! Вентиляцию — вырубить! Где телефон?

— Алло, коммутатор? Дайте — "Склад боеприпасов"… Алло, Лена?! У меня — неожиданный вопрос. Тебе, в последнее время, ничего ценного не дарили? Золотой самородок? Утром?! Да что сегодня за день такой. Ага, и мне тоже… А не скажу! Хорошо, только потом. Сейчас, у меня срочный разговор с Соколовым, — ну, затейники!

— Соколов слушает! — вот так, один щелчок — и соединение установлено. Никогда не забывайте, что ручной коммутатор — не АТС. Он обладает собственным разумом и "свободой воли". Короче, оператор нас подслушивал.

— Вячеслав Андреевич, у меня новости… — гм, судя по оперативности установления связи — начальство полностью в курсе.

— У меня — тоже… Вы сейчас свободны? Я подойду? — не хочет устраивать обсуждения по телефону? Или…

— Опять втроем? — это не вопрос, это констатация факта…

— Опять! — по полевому телефону "отбой связи" при ручном соединении воспринимается совсем иначе, чем в городских условиях. Ни тебе "коротких гудков", ни механического голоса "телефонного робота"… Тишина и помехи на линии. Трески, шорохи, низкое гудение, неразборчивые голоса на пределе слышимости…

А ладно, засекаем время… Китайские часы, стоило закрыть дверь лабораторного "модуля" и нормально заработать отоплению, снова пошли "как надо". Только раздеваться — рано. По углам — снег. На стеклах — иней. Одна радость, посторонних запахов не чувствую. Совсем… К моему счастью, синтетическая облицовка ничего не впитала… А вообще — нос работает. Для пробы открыла пузырек с настойкой валерьянки и убедилась… Ух!

— Кто там?! — забавно, я уже забыла, когда последний раз стучали в дверь… Постоянные посетители обычно барабанят в окошко. Во-первых, так получается заметно громче. Во-вторых, даже ночью — гостя хорошо видно.

— А пачиму ви спг'ашиваете? — если кого сегодня не ждала, так это завхоза. Неужели, Ахинеев застеснялся?

— Открывай, Сова — Медведь пришел! — появление его в компании Ленки — сюрприз "за гранью вероятного".

— Галина Олеговна?! — вот и гражданин-товарищ "самый главный начальник" прибыли… Команда в сборе.

— Можете не раздеваться! — и иней на стойках, и снежные заносы на полу — прозрачно намекают, но вдруг…

— Что-то с отоплением? — Соколов, как всегда, по-мужски прямолинеен — "сломалось — будем чинить!"

— Что-то со мной… Не бойтесь, оно почти прошло, — наверное, закутанная во всё разом, я народ шокирую.

Взгляды Ленки и Соколова скрещиваются на завхозе. Тот, с великолепной безмятежностью, закатывает к потолку блудливые семитские гляделки (умеет, когда хочет, прикинуться сущим ближневосточным жуликом) и выполняет всем телом замысловатое движение, по идее — призванное изобразить неискреннее раскаяние…

— Галочка, я повторно дико извиняюсь! Так было надо… — и безжалостно добавляет, — Ведь вам полегчало?

— Что они тебе подсунули? — жадный профессиональный интерес Ленки примирил меня с неизбежностью.

— Натуральный мускус… В товарном количестве…

— А в чем проблема? — видя моё замешательство, не отступает, — Это, который для духов? Дай понюхать!

— Девушки, мы таки собрались по серьезному делу, или вы собиг'аетесь устроить здесь оргию? — Нет, Лев Абрамович — неподражаем. Кто бы другой постеснялся… Из солидарности — "химик химику глаз не выклюет"…

— Время! — руководство перехватило контроль над ситуацией, — Все садитесь! Будем решать по быстрому…

— Есть! — завхоз дисциплинированно плюхается на диванчик, тут же, сдавленно крякнув, распахивает свой как бы тулуп и выдергивает из-за пояса на стол огромный черный пистолет. Кажется, системы Стечкина. Дела…

Прошлый раз, на ночной сходке, заседая без верхней одежды, мы поместились свободно… Сегодня — места отчаянно мало. Пришлось уступить Соколову своё кресло. Втиснулась у стенки рядом с завхозом. Ленка — примостилась с другой стороны. Ну?

— Поздравляю! — на стол шлепается уже капитально зачитанный, с загнувшимися углами переплета, экземпляр книжки "Еда и Режимъ", — Вы хоть подумали, насколько "взрывной материал" запускаете в массы? Сегодня у нас — вторая, за месяц, попытка мятежа!

— "Нам не дано предугадать, чем слово наше отзовется…" — безмятежно цитирует древнего классика Ленка. Стоически выдержав грозный взгляд Соколова, с нажимом добавляет, — "Золото — проверяется огнем, женщина — золотом, мужчина — женщиной… А начальство — правдой", — выдерживает паузу, разводит руками и чеканит, — Я сразу вас предупреждала… Лев Абрамович — свидетель. А вы — до последнего, не хотели верить. Убедились?

— Убедили… — мощные пальцы мнут многострадальную брошюру, — Кого проверяли золотом — я догадался, — эге, так получается, я не единственная дурочка в сегодняшнем цирке, — Интересно, кого вы проверяли женщиной?

— Профессора Радека, естественно…

— А кого выбрали женщиной? — завхоз хмыкает. Ленка скидывает капюшон. Она причесана и подкрашена…

— Меня! — логично, самая яркая девица в экспедиции… А Радек, по слухам, "на той стороне" питал слабость к симпатичным студенткам.

— Не стыдно? — эх, гражданин-начальник, плохо вы знаете современную молодежь. Если уж она чего решила…

— Вячеслав, — завхоз примиряющее выставил вперед открытые ладони, — Я лично всё санкционировал. Так было надо! Риск, в пределах допуска…

— И что мне теперь делать? — у Соколова озадаченный вид.

— Втык! — подвижная еврейская физиономия завхоза принимает выражение ханжеского смирения, — Пускай Галочка послушает, к чему приводит даже легкая неполнота предоставляемой руководству информации. Я то — служил во взводе разведки. Нас на эту тему дрючили жестоко. Любая деликатность в "добывании" — неуместна.

— Я всё точно и подробно написала! — если дошло до того, что к тебе негласно применяют "проверочные мероприятия" — запираться глупо, — Люди, во все времена одинаковые. Пока у нас, причем довольно точно, воспроизводится динамика общественных процессов первого года Блокады. В "Приложении" имеется понедельный анализ событий Блокады и развернутый выбор альтернатив.

— За одним исключением, — скрипнул зубами начинающий каудильо, — Где там, хоть одним словом, упомянут "заговор ученых"?

— Э-э-э… — попробуйте объяснить, что когда научная работа ведется под контролем ФСБ, ругать в ней отечественные спецслужбы несколько затруднительно… Даже, при описании событий середины прошлого века, — Я думала, из контекста можно догадаться…

— Ясненько, — от тяжелого вздоха Соколова качнулась лампа, — Давайте, я сделаю вам краткий обзор последних событий, а потом — вы меня просветите "как мы докатились до жизни такой".

Как обычно, когда по горло загружена собственной работой, глазеть по сторонам некогда. А мельтешение окружающей жизни — идет фоном, вспыхивая отдельными яркими событиями, только если они касаются лично тебя. Надо отдать должное руководству (и Ленке) — основной "груз плохих новостей" отражается на стенде, но громогласно объявляют — только хорошие, а самые заметные (это предложил Ахинеев) — не афишируют вовсе. Как будто, так и надо. Ленка мне объясняла, что по сходному принципу работала "в ту войну" британская пропаганда. Позже, "по праву победителя" — признанная самой успешной среди стран участников Второй Мировой. Резон в этом есть. Трудно описать радость, когда, например, всем снова позволили пользоваться электрическими чайниками. Разрешили, и всё… Не вдаваясь в объяснения, почему наконец-то сделалось стабильным сетевое напряжение 220 В. Лампы в "лабораторном модуле" и осветительные фонари снаружи теперь горят полным накалом. Правда, на вилках сетевых шнуров и розетках грубо обозначили "плюс" и "минус". Если вставить "наоборот", на чайнике перестает светиться сигнальный огонек. Зато, как говорят, стала меньше вероятность, что постоянным током кого-то убьет. Наверное, я действительно "насквозь городская", если воспринимаю подобные вещи, как само собою разумеющееся… Являясь жительницей единственного на всю планету (!) электрифицированного поселка. Но, себя не переделать. Привыкла! Света нет — непорядок, свет есть — норма. Починили и забыли…

Разумеется, краем уха я слышала о спешном возведении на ближайшей сопке (откуда осенью мне таскали на экспертизу шишки кедрового стланика и ягель) атмосферной электростанции. Как и остальные, краем глаза видела, тянущийся в гору, по специально вбитым вдоль узенькой просеки столбикам, толстый электрический кабель (когда-то припасенный для снабжения экспедиции энергией через "аномалию", с "Большой Земли"). Я даже немного поучаствовала (как консультант) в споре между "инженерами" и группой Радека, по поводу возможности гнать через этот кабель не переменное, а постоянное напряжение. В материалах, оставшихся после Володи, отыскалась историческая справка, о преимуществах и недостатках обоих вариантов. Если грубо, то на переменном токе легче работать, а постоянный ток — экономически выгоднее. Когда, в 1944 году, немцам надоели американские налеты на воздушные ЛЭП (практически беззащитные, сравнительно с окруженными зенитками заводами), они начали программу их замены на подземные высоковольтные кабели… Первая же линия постоянного тока Мисбург-Лерте, напряжением 100 кВ, блестяще подтвердила теоретические расчеты. Используя обычный кабель на номинальное переменное напряжение 10 кВ (!), немцы ухитрились передать по нему на порядок больше электричества. Просто потому, что "постоянное" напряжение пробоя, для любой изоляции, многократно выше, чем "переменное" и нет емкостных потерь. Обидно, что наши, прокладывая в 1942-м году "кабель жизни", для блокадного Ленинграда по дну Ладожского озера и пользуясь примерно таким же, как и немцы, кабелем, официально рассчитанным на 10 кВ переменного напряжения, эксплуатировали его "по старинке"… Хотя тот самый знаменитый кабель специально изготовили в расчете на "нестандартную эксплуатацию", с особо толстой изоляцией, применив вместо стандартной изоляционной бумаги — особую, "денежную", с водяными знаками, изъятую по такому случаю с "Монетного двора". Никто из высшего руководства не захотел "взять на себя ответственность", а нужных специалистов по высоковольтной технике в городе уже не оказалось. Тех из них, что не погибли на фронте, арестовали, замучили на следствии или расстреляли по "делу 555" и делу "Союза старой русской интеллигенции"… В результате, даже после частичного восстановления городского электроснабжения в январе 1943 года, "лимит потребления", на семью из трех человек, составлял всего 2 часа работы лампочки мощностью 40 Вт в день, а город в целом получал в 10–12 раз меньше энергии, чем мог, при использовании на подводном участке "вставки постоянного тока". Если каудильо недоволен моей тогдашней консультацией — так спросил бы сразу. Я бы дала подробности…

И вообще, если даже Соколов и прав, то почему не слышала стрельбы и какая зараза укусила мятежников среди зимы? Вроде бы поводов — ноль. Наоборот — жизнь налаживается. Только на днях, впервые с момента изоляции, мы культурно отметили праздник… День рождения морской пехоты России. Именно 16 ноября (27, если по "новому стилю") 1705 года, указом Петра I, был сформирован первый отечественный морской полк. Больших торжеств не устраивали, но вышел милый совместный ужин (кроме лиц, заступивших в караул, даже дневальных и кухонный наряд пригласили)… После, на "капустнике" (оказывается, так раньше называли КВН), выступили всякие самодеятельные артисты. Особенно запомнилась "Песня жидо-монгольского ига", в исполнении единственного у нас еврея дяди Левы и не менее единственного татарина Рината Саляева (один — бывший разведчик, второй — сержант взвода разведки морской пехоты). Они явились на импровизированную сцену, изображая российского двуглавого орла, то есть — затянутые в обшитый перьями балахон и, на два голоса (под фонограмму), с чувством исполнили до слез уморительные куплеты о службе "единому отечеству". Многих армейских намеков, правда, не поняла. Чем так сближает любые нации "борщ из небритой свинины", например? Про "Яхве с Аллахом — смотрят на нас!" — значительно после дошло. Но, народ вокруг — ржал в лежку.

Оказывается, помимо видимого прогресса, в экспедиции кипели невидимые страсти и бурлили подводные течения. О чем Соколов, в своей немного рубленой манере, довел до внимания почтеннейшей публики. Меня… Цитируя древних мудрецов, Ленка забыла добавить "поэты проверяются завистью". Можно ли считать ученых поэтами? В какой-то мере — наверняка… Творцы! Профессор Радек, при всех "карьерных" закидонах и робости перед начальством, в годину бедствий, однозначно показал себя настоящим ученым. Катастрофически потеряв в статусе (из одного из руководителей Проекта мгновенно превратившись в "нахлебника", а злые языки дошли до "виновника наших бед") — не пал духом. Аки легендарный Самсон, сражаясь с Львом (в миру Абрамовичем) он добился возможности продолжать исследования почти сошедшей на нет "аномалии". Хоть в одиночку! Для порядка (и на всякий пожарный), совсем без присмотра его не бросили. В нетопленном деревянном "мавзолее", где профессор теперь буквально дневал и ночевал, учредили вооруженный пост из "выздоравливающих". Мало ли… Жизнь полна чудес. Вдруг, "аномалия" откроется, да "не совсем туда"? Не хватало ещё, что бы профессора съела какая-нибудь потусторонняя "хока". А так — лепота… Закутанный в тулуп охранник читает книжечку, серый от недосыпа "естествоиспытатель" бдит над приборами, ловя исчезающие проблески активности "феномена", или занимается чем-то ещё, не менее научным. С паршивой овцы — хоть шерсти клок… И никто не скажет, что труд, потраченный на возведение громадной, никому не нужной совершенно пустой избы, высотой в 2 человеческих роста, потрачен зря… Исследования продолжаются! Мы, по-прежнему — на переднем крае науки… Менталитет! Лично я полагаю, что Радеку, кровь из носу, хотелось доказать общественности свою полезность… И он таки её доказал.

Сначала, в одиночестве, при тусклом свете ручного фонаря, с шагом в полметра, методично замеряя сопротивление грунта на укрытой "мавзолеем" площади, он составил "электрическую карту" площадки вокруг "аномалии". Затем — наложил на неё план "остаточной активности". Определил самую "посещаемую" точку, попутно установив практически точное её совпадение с зоной "наименьшего электрического потенциала" земляного пола. Вот хоть убейте, не объясню, что это такое значит… И, размахивая бумажками — явился к завхозу, чтобы потребовать "строго фондируемый материал"… Толстую медную трубу. Завхоз настолько ошалел от самого факта (а может быть наглости запроса), что трубу без звука выдал. Целых два с половиной метра. Окисленную, местами, пробитую и помятую, но всё же медную и трубу. Радек, с помощью ручного бура и единственного охранника, вогнал обретенное сокровище в заветное место, почти заподлицо с грунтом, наполнил внутренний канал трубы солью… щедро залил соль кипятком и… едва успел откатиться в сторону… "Аномалия", совсем крошечная, размером с детский кулачок, появилась точно над торцом получившегося заземления, а исчезла — с явной неохотой. И в дальнейшем — повадилась возникать исключительно там… С практической точки зрения — результат ничтожный. Однако, с научной, на мой взгляд — Радек продвинулся весьма далеко…

Рекламировать сомнительный "триумф" руководство экспедиции не спешило. Однако, поневоле, стало относиться к затеям Радека с гораздо большим пониманием. Причина понятна — "а вдруг?" Маленькая надежда — много лучше, чем полное её отсутствие. Тем более, что следующий шаг профессора оказался по иезуитски дальновидным… Локализовав "аномалию" в точно определенном месте, он предложил использовать свободное пространство "мавзолея" под буферную аккумуляторную батарею электрической сети поселка. А заодно — протянуть туда же высоковольтный кабель от только строящейся атмосферной электростанции. Благо, места для установки "преобразующей части" хватало, а сам "мавзолей" располагался в отдалении от всех жилых помещений… Это расширение полезной площади сразу же примирило Льва Абрамовича с существованием "помпезной избушки". А заодно — обеспечило естествоиспытателя "приходящей рабочей силой". Как выяснилось, все перечисленные "уступки" — являлось частями далеко идущего замысла…

Дело в том, что если базовая физическая природа "аномалии" продолжает оставаться тайной, то многие её "локальные проявления" оказались до удивления вещественными. И в первую очередь — огромная чувствительность к "электрическим свойствам" окружающей среды. Про любовь к штырю заземления, я уже написала… Ставились опыты по "электрическому управлению" феноменом. В частности, неожиданно выяснилось, что подача в зону "аномалии" импульса электрического тока высокого напряжения, обычно сопровождается колебанием её размеров. Судя по расположению стоек с аккумуляторами (обычные батареи от грузовых автомобилей) кольцом вокруг трубы "заземления", Радек планировал, в удобный момент, разрядить всю доступную мощь поселковой электросети… Или, чем черт не шутит — устроить замыкание высоковольтного кабеля атмосферной электростанции… Видели американский фильм "Назад в будущее"? Там герои тоже питали свою "машину времени" от разряда молнии… "Момент" подвернулся вчера вечером… Монтажные работы по прокладке кабеля и сборке схемы как раз завершили, но полную проверку и настройку оборудования — отложили до понедельника. Оказывается, пуск новой техники в воскресенье — "плохая примета". Станция на сопке, тем не менее, уже начала работу в "холостом режиме" (я и другие любопытные видели "лисий хвост" ледяной взвеси, потянувшийся от неё в темном небе). Произвести несколько заключительных переключений — Радеку с командой не мешали… Более того, глянуть на эксперимент — собрался народ. Те, кому особенно интересно… И вышло натурально круто, пускай, совсем в неожиданном смысле. Зато я — всё проспала.

До сих пор жалею, что, с началом нашего маленького собрания, я сразу не включила запись. После — вышло бы не совсем этично. Каюсь, очень руки замерзли. Теперь, своими словами, пересказывать тяжело. Это у Соколова — дар. Несколькими фразами он способен выпукло описать целую картину. К счастью, кому надо — могут своими глазами посмотреть документальный фильм Ленкиного производства "База — на связи". Про это самое…

Конечно, чутьё (а скорее — знакомства) профессиональной журналистки — Ленку не подвели. Едва заслышав первые разговоры о "пробном эксперименте" — она немедленно нашла способ затесаться в группу "наблюдателей". А в итоге — принимала самое активное участие в событиях. Талант, что уж там. "Цифровой" кинокамерой — снимала сама, а "пленочную" — пристроила на штативе. Мера не лишняя. Про влияние "аномалии" на тонкую электронику известно маловато. В случае отказа цифровой аппаратуры — старомодная "пленка" сохранила бы изображение в любом случае. На химические реакции в фотоэмульсии (как точно известно) — действие потусторонних сил не распространяется.

Особую прелесть придает фильму режиссерский замысел самого профессора (страстное увлечение театром — даром не проходит). Вообразите обстановку "сурового паропанка", в стиле экранизаций романов Жюль Верна. Барак из могучих бревен… Стены, уходящие во мрак, слегка рассеиваемый скипидарными светильниками… Угрюмые люди в поношенной теплой одежде, окружившие немногим лучше освещенный пятачок земляного пола, заставленный приборами… Змеятся под ногами кабели, на заднем фоне — громоздятся стеллажи с аккумуляторами, в центре — лист ватмана, подсвеченный единственной электрической фарой. Перед ним — вбитая в грунт медная труба, на торец которой надето черное пластиковое кольцо с проводами (как объяснили мне знающие люди — "импульсный трансформатор). В полуметре над трубой, гладкий металлический шар на конце диэлектрической штанги, висящей в растяжке между землей и крышей. Второй конец гладкого коричневого стержня, похожего на огромный ключ от ручного телеграфа (как выяснилось, именно таким ключом и являющийся) — крепко держит пожилой моряк. Из темноты над головами, по цепочке изоляторов, к шару тянется снежно-белый высоковольтный провод. Если качать штангу, то при сближении шара и торца медного "заземления" — вокруг них расходятся голубые сполохи тлеющего электрического разряда. Но, главное не это! В тот момент, когда расстояние между шаром и обрубком трубы сокращается до минимального, вместо удара оглушительного грома и ослепительной вспышки могучей искры (как полагается в нормальном случае, по законам физики) — луч света от фары перекрывает клочок сероватого "мрака", создающий на бумаге четкую тень. Вся электрическая мощь атмосферной электростанции, "напрямую" подведенная к шару (как показали замеры — под 15 МВт пиковой мощности, ночью на вершине сопки ветрено) — разом ухает в прорву маленькой рукотворной "аномалии"… Шар поднимается — "клякса" исчезает… Шар опускается — она возникает снова… Чаще, реже, чаще… Идет передача азбукой Морзе! Профессор Радек, в художественно распахнутом полушубке, растрепанный, без шапки (словно герой героико-фантастического боевика), диктует по измятому листу (явно припасенному заранее) "последнее сообщение на Большую Землю"… Ну, прямо, как командир затонувшей подводной лодки… "Знайте, мы живы! Мы боремся! Наши потери… В строю осталось… Повторяю — мы ещё живы!" Умом-то понимаю, что старый хитрец загодя распланировал сценарий, расписал роли и специально "играл на публику", но всё равно — зрелище на экране получилось грозное, красивое и романтичное. Аж мороз по коже…

Ещё признаю, Радек — настоящий ученый. Это не моё мнение, даже не Соколова. В кино народ потихоньку делился впечатлениями, а я слушала и запоминала. Пригодится или нет, а понимать, чего стоит каждый человек в экспедиции — надо… Жизнь, как выяснилось — штука непредсказуемая. Надо расти над собой.

— Глянь, Вась, там внизу — надет на трубу токовый трансформатор. Он что, для оценки "нагрузочной способности" уникального природного явления?

— Естественно. Настоящая наука начинается там и тогда, где и когда начинают что-то измерять.

— Так толку с него? Это ж не лаборатория… Смотри, а разряд гаснет, как в вате…

— Между прочим, мало кто знает, что хороший токовый трансформатор, просто надетый на самый обыкновенный громоотвод, стоящий на самой обыкновенной крыше, дает довольно таки много интересной информации даже в каг-бэ ясную и безоблачную погоду… Народ ленив и нелюбопытен…

Впрочем, я немного отвлеклась. Самое-самое главное — началось потом. Когда в избу, перескакивая через выбитые двери и слепо шаря по сторонам лучами фонарей, ворвались вооруженные автоматчики, во главе с размахивающим пистолетом полковником Смирновым… Во-первых — Радек не испугался. Вообще… Словно именно такой выходки, именно в этот момент от Смирнова и ожидал. Во-вторых, даже оказавшись в перекрестии доброго десятка слепящих световых лучей — он спокойненько продолжил диктовать своё сообщение. Я бы так не смогла… В третьих, когда экран, крупным планом, заполнило лицо самого полковника (перекошенное от злобы, с налитыми кровью глазами бешеного кролика) и всем стало ясно, что шутки кончились — голос профессора за кадром даже не дрогнул.

— Добрый вечер, Андрей Валентинович! — две работающие камеры позволили Ленке задним числом соорудить из добытой "хроники" практически голливудскую "нарезку кадров", когда лица собеседников появляются на экране поочередно, — Неужели, так замерзли, что двери с петель срываем? — на моей памяти, спрашивать подобное у дула наставленного на себя пистолета рисковали только до предела развязные герои Бельмондо. Видно же, насколько полковника распирает ярость.

— Кто… вам… разрешил?! — руки у оператора дрожат. Но, кажется, что, от лютой злобы, на экране дергается лицо говорящего, — Кто вам позволил вести передачу, без санкции руководства?! — от праведного негодования у Смирнова срывается голос…

— Правильнее сказать, кто бы нам это запретил? — с моей точки зрения, профессор нагло нарывался… Однако, мужики за его спиной как-то дружно сдвинули плечи и сжали кулаки… Обидно теперь вспоминать, как много я тогда не понимала…

— Точно в дырочку, гражданин начальник! — незнакомый голос, — Информирую! Ни одно из положений "Закона о связи", "Правил", Приказов или "Наставления по связи" не препятствует тому, чтобы судовые или наземные радиостанции, в случаях бедствия, использовали любые (!) средства для привлечения внимания, получения помощи и сообщения о своем местоположении… — этого дяденьку, в драной флотской "техничке", я несколько раз наблюдала среди работающих связистов. В отличие от небрежно гламурного профессора, явно никогда в жизни толком не дравшегося, у "спеца" перебитый нос боксера и манеры бандита, — За отсутствием радио — сойдет и пульсация "аномалии". На той стороне поймут… Вопросы?

— Это демагогия и несанкционированное нарушение режима секретности! — ох, почему-то мне кажется, что полковник произнес это совершенно зря…

— Незачет… Как военный человек, вы обязаны знать, что в вахтенных журналах радиостанций, помимо записей о времени связи с корреспондентами, частоте, слышимости, условиях связи и её перерывах, обязательно вносятся записи — "О проверке капитаном судна (начальником экспедиции) знаний и умений пользоваться передающим оборудованием у членов экипажа, ответственных за объявление сигналов тревоги и ведение информационного обмена, связанного с бедствием"… Вот он — ответственный! — от панибратского хлопка по спине Радека ощутимо пошатнуло… — Вот — это барахло — аппаратура связи! — объектив камеры лениво скользит по притихшим автоматчикам, робко разглядывающим курящийся голубоватыми язычками кистевых разрядов шар высоковольтной установки и трубу "заземления" под ним, — Соколов — в курсе… Протокол и видеозапись — ведутся… Претензии по существу — есть? Если нет, требую — посторонним очистить помещение узла связи! — ого, даже так?

— Дайте сюда эту гадость! — свободной от оружия рукой Смирнов потянулся выхватить у профессора мятую бумажку с текстом сообщения. Увы… Волшебным образом появившийся сбоку черенок пожарной лопаты совсем легонько хлопает полковника по локтевому суставу. Так оно так выглядит со стороны… На деле же — рука мгновенно повисает плетью… Кажется, за оскорбление действием своего непосредственного начальника в армии полагается до десяти лет общего режима… "Спец" смело шагает вперед, выталкивая Радека с линии огня и на ходу продолжая сыпать казенными словами…

— Руки! Подлинники радиотелеграмм всегда сохраняются в архиве радиостанции. И кому попало — не выдаются. Вам надо? Выдача копий с подлинника, переданной официальной радиотелеграммы, разрешается по запросу лица, подписавшего радиотелеграмму, его начальника или — по разрешению начальника связи, — похоже, бывший боксер чеканит наизусть какой-то руководящий документ….

— Я имею право! — ха… Володя меня учил, что "имеющий право — о нем не кричит, а спокойно пользуется"… Если до сих пор не началась пальба — с "правами" у незваных гостей большой напряг… Думаю, в отсутствии свидетелей, они бы без проблем профессора утихомирили… А вот так, стрелять прямо в объектив работающей телекамеры — трудно… Особенно, на глазах у посторонних… Впечатление, от увиденного — как от заранее организованной жестокой провокации, — Я… я — вам приказываю! — игнорируя отчаянный вопль Смирнова, профессор, нарочито медленно, складывает свой листок и прячет его в карман… Не любит Радек военных, ох не любит…

— Всем стоять спокойно! Изъятие или осмотр подлинников радиотелеграмм допускается только органами дознания и следствия, а также судебными органами в установленном порядке… — вынырнувший неизвестно откуда на передний план "серый" тип, так мне и не представившийся во время памятных "посиделок с психостимуляторами", как нельзя кстати, — Эй! Стволы в землю! Сдать оружие!

— Почему? — крупный план безжалостен. Ещё совсем недавно жесткое до непреклонности лицо Смирнова разом покрывается бисеринками внезапно выступившего пота. Это в холодной-то избе без отопления… — Что здесь, собственно, происходит?

— Мятеж… — тихо констатирует "серый", — Попытка силой прервать передачу сигнала бедствия, по всем законам приравнивается к вооруженной узурпации власти лицами, не имеющими на это официальных полномочий… С заведомо корыстными… или враждебными целями… В угрожающей жизни людей обстановке — карается смертью. Эй, кому сказано? Мне что, сто раз повторять? — под всё ещё наведенными на него (правда, уже весьма неуверенно) стволами солдатских автоматов, "серый" ловко выдергивает пистолет из ослабевшей руки Смирнова… Берет того под локоток, — Андрей Валентинович, представление окончено, пройдемте… Поговорим по душам, как вы дошли до жизни такой… — и, чуть повернувшись, сквозь зубы, задушевно цедит автоматчикам, — Я сказал, все свободны! Марш отсюда!

— Почему? — громко раздается в паузе голос из задних рядов. Никто не двигается с места. Народ заинтригованно ждет подробностей. Очевидно, "серый" это понимает, поскольку снисходит до разъяснения.

— Связь — это резервная система управления обществом. Иногда, она главнее любого местного руководства. Сейчас у нас — именно такой случай. Командир — имеет право разрешить радисту передачу сигнала бедствия в случае катастрофы. Но, он не имеет права ему это запретить.

Вольно мне было задним числом обмирать со страху, наблюдая "в записи" прошелестевшие мимо ужасы… А в устном изложении Соколова — события прошедшей ночи, меня тогда и вовсе не испугали. То ли сам имидж рассказчика (невозмутимого могучего мужика) автоматически нивелировал отрицательные эмоции, то ли остатки мускуса ещё не выветрились из головы… Но, если всерьез задуматься — каудильо имел веский повод гневаться.

Шутка сказать — ЧП районного масштаба… Стоило в вечернем небе над "мавзолеем" замигать сигнальной лампе, сериями вспышек отмечающей искусственные открытия "аномалии", как офицерский корпус Проекта и заместитель его начальника лично — впали в коллективное буйство. Подняли по тревоге кого могли, с оружием в руках осадили избу с аппаратурой Радека и бог знает, что ещё могли натворить, не окажись там свидетелей… Главное, ведь никто не делал из затеи особенной тайны. Наоборот, с самого момента, как профессор укротил и привязал "блуждающую дыру" к определенному месту — настало странное успокоение… Бывало — по несколько раз за ночь та лампа мигала… Бывало — и днем… Приятно, когда поддерживается хоть довольно зыбкая, но всё же надежда на возвращение. Пусть — не завтра, пусть — через год или три… Организованный Радеком "сеанс межпространственной связи" органично эту надежду подкреплял. Послать о себе весточку на "Большую Землю", тоже отличная идея! Даже, если связь односторонняя. В конце концов, "там" — наверняка всё более-менее в порядке, это нам — худо… И ладно — если бы ничего не получилось… Но Соколов-то требует объяснения факта буйного помешательства командного состава нашего маленького войска, вызванного как раз успехом (!) скромного научного эксперимента. Для мгновенного доведения обычно выдержанного Смирнова до состояния "боевого бешенства" — требуется крайне веская причина. И если он действительно, по примеру руководства блокадного Ленинграда, собирался "давить заговор ученых" — наше дело дрянь. Похоже, в едва сформированном коллективе — вызревает огромный гнойный нарыв…

— Андрей Валентинович мне крайне нужен, — тем временем не то жалуется, не то констатирует факт, явно замученный творящимся вокруг бардаком каудильо… — Он теперь что, навсегда спятил? — нашел, у кого спрашивать.

— Он не спятил, — иногда Ленка неподражаема, — У него профзаболевание, "острый приступ патриотизма". Само пройдет.

— Все такие умные собрались… — похоже, при мне продолжается нелегкий разговор, начатый гораздо ранее.

— Я вам уже объясняла! "Терминальная стадия", по Салтыкову-Щедрину — "купируется чтением служебных циркуляров". Мужики сразу же догадались. Угомонить потерявшего берега русского карьериста можно только грозной цитатой из правильно подобранной руководящей бумажки. Человеческого языка они не понимают.

— А это вообще лечится? — редко можно увидеть непробиваемо уверенного в себе Соколова растерянным.

— Я ему — доктор? — у Льва Абрамовича своеобразное отношение к господам офицерам, — Подключай свою пассию. Дарья Витальевна — дама решительная и не брезгливая. Бравому солдату Швейку, в аналогичной ситуации, помню, помогли аспирин, усиленный клистир и заворачивание в мокрую холодную простыню… Полковники, по слухам — тоже люди. Вдруг, и на господина Смирнова с единомышленниками, подействует рекомендуемый классиком метод?

— Галина Олеговна, — высокое начальство смотрит на меня глазами маленького замученного котенка, — Они издеваются? Сегодня, первый раз с подобным казусом столкнулся… Что там, по-вашему, вышло в блокадном Ленинграде? Причем тут "заговор ученых"? Только, чур, самыми простыми словами. И без того — голова кругом.

— Извольте. Но, сначала — ответ на мой вопрос! — Грех не использовать ситуацию для скромного ответного выпада…

— Хорошо, — напрасно страдаете, ваше высокопревосходительство, у меня, по плану, "сеанс антисемитизма".

— Лев Абрамович, у нас сегодня что, тотальная "проверка на вшивость" по гарнизону? У вас лично — вообще совесть есть? Я вам женщина или "подопытный объект"?

— Между прочим, солдатик, который принес вам мускус, думает, что мы проверяли "на вшивость" его… — зря говорят, что на вопрос евреи отвечают вопросом, — А золотой самородок Елене — вообще случайность. Успокойтесь… Мы теперь "просто так живем". Событийно и эмоционально насыщенно.

— ???

— Аврал постепенно заканчивается. Жестких поведенческих ограничений — больше нет. У людей появилось толика досуга. А служебные инструкции "для робинзонов" — не писаны. Пока всё устаканится — неизбежно взаимное притирание. И? Как видите, полная свобода от власти государства — очень суровое испытание. Некоторые не выдерживают… И ведь это теперь — навсегда. Радек-то прав — "аномалия" больше не откроется. Налицо её постепенное затухание… Отсюда спешка с передачей.

— Тогда почему Смирнов…

— Именно поэтому. Свободный человек имеет ужасающее и одновременно чудесное право — сам ошибаться и сам отвечать за результаты своих ошибок. Отчего, кстати, он обычно довольно терпим к чужим ошибкам… У штатских оно получается легче, у профессиональных военных — с большим трудом… Их ведь специально подбирают по критерию "готовности выполнять любые приказы", а потом — специально дрессируют на то же самое… и бракуют "негодных". Что получилось — то получилось. На вид, пока всё хорошо, "продукт дрессировки" ещё выглядит, как "человек разумный", а внутри у него — голые "исполнительные функции". Если некому командовать — едет крыша. Нормальным людям не понять.

— Почему? — подала голос Ленка, — Дедушка много про такое рассказывал… Конфликт моральных установок, в процессе пересборки социальных приоритетов — штука тяжелая. Хуже — только драка между "блатными", "хозяйственниками" и "политическими" в пересыльном бараке "на зоне"…

— У нас тут не "зона", а скорее "шарага", — каудильо чуть оживился, — Хрен редьки не слаще… Намекаете на неспособность административных работников договориваться с научными? В Ленинграде, осенью 1941 года, остро столкнулись интересы партийных и академических "авторитетов"?

— Причем, выяснилось, что при споре с "естественниками", профессионально иммунными к любым формам социальной демагогии, "начальники-вертикалы" сходу впадают в агрессивное безумие. В обстановке блокадной катастрофы, не подлежащие мобилизации пожилые ленинградские ученые, просто по причине своего существования на свете, сделались для партийно-хозяйственной номенклатуры даже не конкурентами — "смертельными врагами". Жданов, по отзывам, в быту был милейшим человеком. Однако, он отличается от не менее симпатичного Смирнова только тем, что расправился с оппонентами заранее, так и не допустив "критиков" к каналам правительственной связи, — Соколов понимающе моргнул, — А у Смирнова — вышло наоборот. Радек успел "просигналить" свою версию событий первым… Я ответила?

Глава 34. Священное право врать

Переделанная "на генераторный газ" система отопления моего "лабораторного модуля" имеет два взаимодополняющих друг друга недостатка. Первый — всё это хозяйство расположено снаружи, по причине лютой ядовитости окиси углерода. Хочешь включить-выключить? Надевай шубу и марш на мороз. Второй — отсутствие дистанционной регулировки. Жарко или холодно? Опять же, марш на мороз. Изнутри никак. Несколько дней назад в "модуле" стоял приличный дубняк. Сегодня ощутимо потеплело. А набившиеся в помещение гости — ещё надышали. По внутренней поверхности оконных стекол ручейками потек бывший иней. Сугробы на полу захлюпали лужами. В теплом влажном воздухе отчетливо запахло рабочим общежитием или казармой. Кажется, пора раздеваться.

— Вешалка возле входа… — м-да, давно стоило намекнуть. Без верхней одежды сразу стало почти просторно.

— А теперь, молодые люди, прошу минуту внимания, — я снова завладела своим креслом, но Лев Абрамович уступил своё место Соколову, подтолкнул к окошку Ленку, а сам остался на ногах, — Знаете, в чем ваша беда?

— Мало слушаемся взрослых, — каудильо давно не мальчишка, но раз уж завхоз захотел поиграть в "старого одесского ребе", он благоразумно воздержался от оправданий.

— Норовите мерить людей по себе, — самозваный лектор не принял шутливого тона, — А они очень разные… Вот вы, Вячеслав, пошли работать в МЧС сознательно или оказались там случайно?

— Нас, в девяностом году, не спрашивали… Как ушел служить в армию из "аварийной службы", так туда же и вернулся. А что мы стали "военизированной организацией" — узнал во время путча, когда объявили казарменное положение. Сначала-то почти ничего не поменялось. Это сейчас, в руководстве МЧС, случайно уцелевшие со старых времен штатские — "белые вороны". На моё место, когда сюда переводили, как говорили, аж целого полковника назначили. Смех… Я, по службе, выше сержанта — сроду не поднимался.

— Вот! — во взгляде завхоза сверкнул библейский огонь, — Для вас — нет никакой разницы. Что полковник на место сержанта… что сержант на место полковника… Главное — честно делать дело. Я правильно выразился?

— Примерно… А какая проблема?

— Проблема в том, что, с точки зрения полковника Смирнова — разница таки есть… Причем, очень большая…

— В смысле — полковник на побегушках у сержанта? — каудильо хмыкнул, — Да ерунда! Он же умный мужик… — с трудом подавила язвительное хмыканье. Пусть каудильо — реальный пофигист. Но Смирнову — от этого не легче.

— Перейдем к Леночке, — извилистый палец завхоза обличительно уперся в угол дивана, — Каким местом, вы, извините, думали, сочиняя свою боевую пропаганду? — поднятая за угол переплета многострадальная книжица повисла в воздухе, — Не скажу, что это плохо. Смело назову ваш памфлет гениальным… Но, что должен решить Смирнов?

— Я писала честный ликбез "для нижних чинов", — Ленка обижено надула губы, — А у полковника — обязана быть своя голова на плечах. Галина совершенно не умеет выражаться популярно. Пришлось помогать. Ведь получилось?

— Несомненно! — тон завхоза наполнился сарказмом, — Цитирую навскидку! Мы здесь — единственные "красные" и поэтому всех порвем на хрен! Да здравствует военный коммунизм! И так далее. Попробуйте, на досуге, своими словами переписать "Скотный двор" Оруэлла, в стиле "Вредных советов" Григория Остера… Получится не менее изумительно… Я в вас верю!

— Напрасно передергиваете, — филологиню явно зацепило, — Пацанов, ещё со школы накручивали, что "красный проект" — это обязательно Гулаг. Угрюмый концлагерь, подавление прав и свобод… крошечная пайка баланды и самая большая совковая лопата для уборки снега на Крайнем Севере… С детства ненавижу любые "мозговые блоки"!

— А, по-вашему, правда жизни — точно посередине?

— А на самом деле, правда зависит от точки зрения. Англичане, например, совершенно откровенно признают, что "Рассказы южных морей" ("South Sea Tales") Джека Лондона (написаны в 1908–1909 годах, впервые изданы в 1911 году) и "Колымские рассказы" Варлама Шаламова (написаны в 1954-60 годах, изданы "Посевом" в 1972 году) — про одно и то же. Только у Шаламова — "вид из барака для зеков", а у Лондона — "панорама с высоты пулеметной вышки". Лично я убеждена, что западло держать солдат "срочников" в положении осужденных. Равноправие — рулез!

— Другими словами, всему офицерскому корпусу экспедиции намекнули, что рядовые перестали отдавать им честь — навсегда? И общая столовая, где отсутствует разделение по чинам и званиям — теперь тоже навсегда?

— Не вижу особой трагедии.

— Теперь вопрос к Галочке… — указующий перст развернулся в мою сторону, — Чисто для просвещения здесь собравшихся… и ради демонстрации научного типа мышления… Мускус, что вам преподнесли, очень дорогой?

— Я уже докладывала… — к чему он клонит? — По рыночным ценам XVII века, в Юго-Восточной Азии — 150 граммов кабарожьей струи потянут, не менее чем, на полкило золотого эквивалента. Более чем приличная сумма.

— Предположим, поставлена задача радикально увеличить наши золотовалютные резервы. Ведь мускус — это разновидность валюты, а чай с перцем у китайцев нам таки покупать придется. Ваши действия? — химик спрашивает у химика, ха…

— Ну, если до производства симметричного тринитротолуола (он же тротил) тоннами — дело дойдет не скоро (хотя, судя по событиям, мы и не такое сумеем отчебучить… наверное…), то сколько-то "толуольного" или там "ксилольного" искусственного мускуса — сварить гораздо проще. Технология-то практически одинаковая — нитрование ароматических углеводородов… Знатоки, конечно, разберут разницу, но для сельской местности — прокатит…

— Вячеслав, вы догадываетесь, на что я намекаю?

— Даже односторонняя связь с "Большой Землей" — важный символ и "статусная цацка". Как минимум, на уровне "кремлевской вертушки" в СССР. А профессор Радек, когда всерьез приперло, смастерил свой "межпространственный передатчик" буквально "из мусора на коленках"… — Соколов, как всегда, мыслит крайне логично… — Кстати, хорошо понимаю Смирнова. Внезапно узнав о попытке сигналить "через мою голову и без моего ведома" — я бы тоже взбеленился. Но именно меня — Радек предупредил…

— Когда старые "символы власти и общественного положения" теряют цену — вместе с ними, для некоторых, пропадает смысл самой жизни. Такие люди становятся опасны для окружающих, — похоже на цитату. Ленка, цедит слова сквозь зубы, а сама — напряжена, как пружина… Не понимаю…

Когда на тебя, молча и не сговариваясь, разом пялятся в упор сразу трое не совсем посторонних людей — это капитально сбивает мысли. Да, я знаю, что не умею владеть лицом… Да, некоторые соображения именно на этот случай у меня имеются… Только, зачем сразу давить морально? Спросите по-человечески, я сама отвечу…

— Галочка ещё не готова к чистосердечному признанию… — Лев Абрамович ханжески вздыхает, — Тогда, я пока продолжу… Как вы думаете, Вячеслав, какую цель преследовала команда Ельцина, когда, в декабре 1990 года, на базе разрозненных аварийных служб, был поспешно сколочен Российский Корпус Спасателей?

— Катастрофы тогда шли одна за другой… ну, и ждали всяких событий, конечно… — мне кажется, или затронутая тема ему неприятна?

— Для участия, в которых, заранее, тишком создавалось абсолютно независимое от руководства СССР, мобильное и оснащенное по последнему слову техники военизированное формирование? Причем, в отличие от армии — поголовно укомплектованное не подловатыми карьеристами, а храбрыми и мотивированными энтузиастами своего дела?

— И это — тоже было… — каудильо слегка пригорюнился, — А кто же тогда знал? Сказано "спасать и разгребать" — мы тут как тут. Армейцы — частенько отмазывались, а РКС гоняли — только в путь… Считай, каждую дырку нами затыкали…

— И когда "бардаком" объявили последнюю попытку сохранить Советскую власть — ваш Шойгу поддержал вооруженный мятеж Ельцина… Причем, вы все — безоговорочно подчинились алкашу-заговорщику…

— Не совсем так! Вот представьте — возникло опасное безобразие. Кто его развел — не моего ума дело. Я просто привык по работе — любой бардак давить.

— Хорошо, а представьте, что на стороне Верховного Совета РСФСР, в октябре 1993 года, выступила армия…

— Слушайте… — Соколов непроизвольно сжал кулаки, — Я вас уважаю, но не надо пустопорожних фантазий! Никуда бы они не выступили… Они, в августе 91-го — сидели и дрожали. И в декабре 91-го — сидели и дрожали. И в октябре 93-го, точно так же — сидели и дрожали… За свои звания… за свою карьеру… за свою жирную пенсию в 45 лет… Пока мы пахали как проклятые. Ясно?

— Прекрасно сказано! — воодушевился завхоз, — Я придерживаюсь того же мнения… Общался, знаете ли, "по служебной линии". Во время ГКЧП мы все московские телефоны оборвали… Что там у вас? Как в столице? А нам в ответ — "сидим и ждем приказа…" На всех уровнях подчинения, до которых сумели дозвониться… Ощущаете разницу?

— Да чего уж там… Пока таскаем каштаны из огня — молодцы… Как начинаем, задавать вопросы — молчать!

— Причем, стоит только огню погаснуть и каштанам остыть, сразу следует "наказание невиновных и награждение непричастных", — вместо ответа каудильо тяжело вздыхает, — А теми, кто тащил воз — подтирают очередную задницу.

— Зато, у меня жизнь интересная, — Соколов с мрачной гордостью обозрел завхоза, — И вы со мною — тоже не соскучитесь…

— Констатируем, лично вы — полезли сюда за "интересной жизнью"… Галочка — за диссертацией… Леночка — "за новыми впечатлениями"… Осталось выяснить, что забыл по эту сторону "аномалии" некий полковник Смирнов?

— Генеральское звание, естественно, — отец-командир пожимает могучими плечами, — Никто и не скрывал… В случае возвращения обратно — оно ему, так и так, обеспечено. "За спасение людей в условиях чрезвычайной ситуации", за "умелое руководство вверенным подразделением" и прочее "бла-бла-бла"… А вот меня — под суд…" Уже за превышение полномочий…" Не в первый раз. Переживу…

— И вы… считаете это справедливым? — для поддержания имиджа "мудрого еврея" Лев Абрамович излишне эмоционален.

— Ну, — Соколов снова пожимает плечами, — На свете есть много ужасных вещей и одна из самых страшных — это "справедливость в генеральском понимании"… Послать людей на смерть и получить за это повышение по службе — повседневная обыденность армейской жизни. Главное, правильно отчитаться, — кажется, надо закрыть рот руками, челюсти не слушаются, — Галина, успокойтесь. Вы переоцениваете опасность. Проблема только в том, что всё произошло спонтанно и чуть не дошло до стрельбы. Подобной прыти я от Смирнова не ждал… Говорят, что вы изучали неофициальную историю Блокады и могли бы нас о подобных "эксцессах" заранее предупредить… А то, у товарища полковника, под полушубком — внезапно "уставной" мундир обнаружился. С не споротым "триколором" на шевроне…

— Он что, реально поверил, что "аномалия" снова открылась? — у Ленки тоже отвисла челюсть, но она с собою справилась, — Ведь заранее было объявлено, что такое даже теоретически невозможно. Я сама объявление писала!

— Он был заранее готов к любому повороту событий, — каудильо грустно усмехнулся, — Учитесь, как делают в армии карьеру. Но, учтите, пока "аномалия" остается закрытой — лояльность ко мне Смирнова абсолютна. И наоборот… Во всей этой истории непонятно одно — почему полковник кинулся к "дыре" с взведенным пистолетом в руках? Кому он собирался угрожать? В кого стрелять? Складывается впечатление, что Радек уцелел буквально чудом…

— Галина Олеговна, — завхоз вернул себе значительный вид, — Мы достаточно заинтригованы. Объяснитесь… — начинаю загибать пальцы.

— Полковник бежал к "аномалии", во-первых — за надеждой вернуться, если сказанное про шеврон на мундире, правда и, во-вторых — за инструментом захвата власти (если считал, что Радек сумел установить двустороннюю связь). Блокадный Ленинград, в указанном смысле — лишь частный случай… Вам когда-нибудь приходилось читать знаменитый Приказ N 270, от 16 августа 1941 года?

Хмыканье, кривая ухмылка, Соколов некоторое время ковыряется во внутреннем кармане куртки. Наконец на свет появляется свернутый вдвое, капитально измятый и захватанный грязными пальцами лист формата А4.

— Это? — на повернутой ко мне половинке бумаги видна только заключительная часть документа. От слова "Приказываю" и далее… Бегло пробегаю глазами несколько верхних строчек.

— Оно самое… — интересно живет наш каудильо. Или, он сам вдохновляется примерами из жизни "великих", или, кто-то исключительно квалифицированный (не мне чета) — его оперативно консультирует…

— О чем там? — любопытная Ленка моментально потянулась через стол, — Покажи!

— "Об ответственности военнослужащих за сдачу в плен и оставление врагам оружия", — завхоз цитирует на память. Уж не он ли тут главный организатор-подстрекатель? — Вячеслав, не томите… А Смирнов его уже читал?

— Я сам ему вслух читал. Позавчера… — тэк-с, обстановочка проясняется. Пока посвященные лица переглядываются, Ленка уволокла со стола заветную бумагу. Всмотрелась, свободной рукой крутанула несуществующие усы и врубила на полную мощность характерный грузинский акцент.

— "Приказываю: Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину дезертиров… Обязать всех вышестоящих командиров и комиссаров расстреливать на месте подобных дезертиров из начсостава… Попавшим в окружение врага частям и подразделениям самоотверженно сражаться до последней возможности, беречь материальную часть как зеницу ока, пробиваться к своим по тылам вражеских войск, нанося поражение фашистским собакам… Обязать каждого военнослужащего, независимо от его служебного положения, потребовать от вышестоящего начальника, если часть его находится в окружении, драться до последней возможности, чтобы пробиться к своим, и если такой начальник или часть красноармейцев вместо организации отпора врагу предпочтут сдаться ему в плен, уничтожать их всеми средствами, как наземными, так и воздушными, а семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишить государственного пособия и помощи… Обязать командиров и комиссаров дивизий немедля смещать с постов командиров батальонов и полков, прячущихся в щелях во время боя и боящихся руководить ходом боя на поле сражения, снижать их по должности, как самозванцев, переводить в рядовые, а при необходимости расстреливать их на месте, выдвигая на их место смелых и мужественных людей из младшего начсостава или из рядов отличившихся красноармейцев…"

Закончив чтение исторического приказа "вождя и учителя", Ленка разом утрачивает серьезное выражение лица и, закусив кулак, принимается тихо и самозабвенно хохотать… Соколов с завхозом удивленно переглядываются.

— Ы-ы-ы-ы… — стонет Ленка, выпуская из собственных зубов конечность, — Так вот оно как было! А что на это ответил Смирнов?

— Страшно ругался матом, — виновато отзывается самый главный начальник, — Заявил, что я "дискредитирую саму идею государственной власти"… Люди, я не понял — у нас чрезвычайная обстановка или что? Если Сталину, в военное время, было можно, то почему мне нельзя? Не почетные же грамоты им было давать?

— Ы-ы-ы-ы! — Ленка повторно вцепляется в кулак, — Я сейчас помру! Лев Абрамович, ну, объясните же им!

Оказывается, я пропустила новостей ещё больше, чем думала. По результату успешного завершения работ монтажа и запуска вышки для сбора атмосферной энергии, в штатном расписании экспедиции образовались "вакансии"… Практически на пустом месте — возникли должность начальника новой электростанции и должность "начальника транспортного цеха". Система канатных переправ давно переросла себя, превратившись в полноценную "дорожную сеть" и Соколов, вопреки чаяниям отдельных господ офицеров, сделал "ход конем" — личной властью присвоил двум организовавшим работы рядовым (монтажнику высоковольтной аппаратуры и такелажнику) звания лейтенантов. Без всякой помпы, "в рабочем порядке". Типа, для упрощения организационных вопросов… Выходка в его стиле. "Нам, кровь из носу, каждый день нужен, хоть маленький, но реальный успех", ага… М-да! С формальной-то точки зрения — он был прав. Среднее и высшее образование у ребят есть, пусть без военной кафедры. Навык руководить коллективом в экстремальной ситуации — оба продемонстрировали. Какие проблемы? Короче говоря, каудильо, привыкнув на прежней работе то и дело подтирать задницу жидко обделавшемуся государству, упустил из виду то обстоятельство, что для некоторых государство "свято, лучезарно и непогрешимо". Вот и доигрался…

Новость расколола офицерский корпус Проекта почти пополам. Многие её высокомерно проигнорировали. Однако, нашлись и "ренегаты", оперативно организовавшие ребятам "вынос тела". Есть, оказывается, в армии священная традиция, когда получившие новое звание "обмывают звездочки". Буквально… Каждая звездочка опускается в полный до краев стакан водки, а виновник торжества его публично выпивает до дна. Словно звездочку целует… Две лейтенантских звездочки — два полных "с верхом" стакана натощак. Пить надо так, что бы не пролить ни капли. Для полноты торжества — выпитый стакан полагается разбить. В данной части жадность "традицию" победила… Звезд много, а стаканов мало. Во всем остальном — положенные условности соблюли. Включая даже ритуальную фразу самого старшего по званию — "Нашего полку прибыло!" Отыскались в коллективе и другие полковники, кроме Смирнова… Из тех, кто появляется на людях в мундире лишь однажды в жизни, на собственных похоронах… Что особенно интересно, как раз указанные скромные товарищи почин каудильо полностью поддержали. Потрясающе много значат для мужиков абстрактные знаки власти над окружающими…

— Корчить из себя "имперца" (надрачивая вприсядку на портретик товарища Сталина), жить по сталинским законам и выполнять сталинские приказы — три большие разницы! — поделился с Ленкиной телекамерой (как же что без неё обойдется) один из них… Намек более чем прозрачен. Не удивительно, что полковник Смирнов внезапно ощутил себя "лишним человеком"… В мирное время, присвоение офицерского звания — это привилегия, как минимум, командующего рода войск. При потере связи или в окружении — просто самого главного. В конкретном случае — Соколова, гы… Офигеть!

— Леночка, если вам не трудно, повторите последнюю фразу ещё раз, — оживился Лев Абрамович, — Только медленно и внятно… А вы, Вячеслав — послушайте внимательно… Высказана чрезвычайно глубокая мысль!

Ленка с удовольствием повторила. Соколов — замер и, похоже проникся. Завхоз удовлетворенно потер руки, будто провернул удачную сделку. Выждал пару томительных секунд и, наконец, вспомнил про меня.

— Я вижу, что Галочка созрела для дачи показаний… Просим! — старый греховодник явно читает по лицам, — А вы, Леночка, пока разверните свою бумажку и прочтите преамбулу приказа 270… Смеяться там совершенно нечему… Мне кажется — Вячеслав до сих пор не догадывается, что только что нажил себе смертельного врага.

— Вы серьезно? — у Соколова сел голос… Ленка читает быстро, но от последнего чтения, прямо на глазах, наша красотка — постарела лет на десять. Страшное дело, между прочим, наблюдать такие вещи…

— "…Можно ли терпеть в рядах Красной Армии трусов, дезертирующих к врагу и сдающихся в плен, или таких малодушных начальников, которые при заминке на фронте срывают с себя знаки различия и дезертируют в тыл? Нет, нельзя! Если дать волю этим трусам и дезертирам, они в короткий срок разложат нашу армию и загубят нашу Родину. Трусов и дезертиров надо уничтожать… Можно ли считать командирами батальонов или полков таких командиров, которые прячутся в щелях во время боя, не видят поля боя, не наблюдают хода боя на поле и все же воображают себя командирами полков и батальонов? Нет, нельзя! Это не командиры, а самозванцы… Если дать волю таким самозванцам, они в короткий срок превратят армию в сплошную канцелярию. Таких самозванцев нужно немедленно смещать с постов, снижать по должности, переводить в рядовые, а при необходимости — расстреливать на месте, выдвигая на их место смелых и мужественных людей из рядов младшего начсостава или из красноармейцев…" — уже без дурашливого акцента, глухим замогильным голосом, Ленка озвучила наиболее смачный кусок "исторического документа". Её тоже проняло…

— Вячеслав Андреевич! — легче всего встряхнуть начальство, обратившись к нему по имени отчеству, — Это — чистая правда. Поверьте жене офицера… — Ленка, непонятно отчего, вдруг покраснела, — Есть на свете вещи и понятия, за которые "служилые люди" — убивают не поморщившись.

— Например? — скептически поднял бровь каудильо.

— "Нет такого преступления, на которое бы не решился карьерист ради продвижения в чине…" Вы вот сейчас думаете, что пошутили, а дело-то крайне серьезное… Профессор Радек, одним своим самодеятельным "сеансом связи", поставил на служебной карьере Смирнова жирный крест… Информация "ушла с концами"… Если "аномалия" откроется — ему не светит вообще остаться офицером, а не то что стать генералом. Вылетит из армии, без мундира и пенсии… С точки зрения командования на "большой земле" — он теперь "предатель", бездарно заваливший порученное дело и не справившийся с руководством. Соответствующие оргвыводы, в отношении семьи "отщепенца" — прилагаются. Не забудем "политический" аспект. Даже шуточная реставрация Советской власти, в России "образца 2008 года" — есть уголовщина и "подрыв основ конституционного строя", увенчанного флагом, под которым в ту войну против СССР воевали "власовцы". С точки зрения местных военных, по нашу сторону "дыры" — авторитет Смирнова тоже упал ниже плинтуса. А по их внутренним понятиям, простите за уголовную терминологию, он — сейчас "опущенный". При царе, уважающие себя офицеры — в подобных случаях стрелялись…

— Причем, виноват в случившемся — главным образом я… — не то спросил, не то сам себе ответил Соколов.

— Не, скорее — "дотянулся проклятый Сталин", — ухмыльнулся завхоз, — "Прецедентное право" — на вашей стороне… Заметили?

— Галочка, поясните… — завхоз, широким жестом, опять предоставляет мне слово.

— "Честный человек — может довериться вору, но вор честному человеку — никогда!"

— Это вы к чему?

— В критических случаях доверие к командиру — главный фактор, от которого зависит жизнь подчиненных… А это — засада. Любая катастрофа, в которых задействованы "начальники мирного времени", во все века и эпохи, демонстрирует их полную неспособности эффективно выполнять свои должностные обязанности "в пожарном режиме" и "под личную ответственность"… Такова человеческая природа… Деятелей вроде вас, с талантами кризисных управленцев, в спокойное время — на высокие посты не выдвигают… А после успешного выполнения "грязной работы" — поскорее задвигают "куда подальше", как "неблагонадежных".

— "Мавр — сделал своё дело, мавр — идет на хрен…"

— Сами видите, даже на краю гибели карьеристы продолжают цепляться за ускользающую власть, беспощадно топча и подставляя доверившихся им людей. "Приказ номер 270", в августе 1941 года, буквально спас погибающую Красную Армию, легализовав самовольно начавшуюся ротацию командных кадров по реальным (!) морально-деловым качествам. Товарищ Сталин придумал отличную шутку — "выдал нужду за добродетель". Вот только в среде советской номенклатуры эту его "хохмочку" — не оценили. Упомянутый "Приказ" наши элитарии сих пор считают одним из "ужасных преступлений сталинизма"…

Одно из главных достоинств нашего каудильо — способность быстро принимать решения. А его главный недостаток — житейская наивность. Привык работать с природной стихией. Наводнение с ураганом — способны разрушать и убивать, но не могут обмануть или подставить. С людьми — хуже… Поэтому, сейчас на Соколова жалко смотреть. Целые пласты иллюзий рушатся у него в голове, погребая под обломками пасторальную картину мироздания… Куем железо, пока горячо. Прости, Володя, но сейчас нам позарез нужен "железный вождь", а не потенциальный "объект манипуляций".

— Почему я использую, как аргументацию, фронтовой опыт начала 40-х годов — вам понятно? — собрание дружно кивает.

— Догадываюсь, — каудильо копирует кривую усмешку завхоза, — После окончания Второй Мировой войны, ситуации подобные нашей — на Земле прекратились. Оказаться "вообще без связи" в напичканном системами слежения и беспроводной телефонией современном мире довольно трудно.

— Галочка безнаказанно накопала свой уникальный материал, — вставил свои "пять копеек" завхоз, — отчасти потому, что в "верхах", за последние полвека, успело сложиться "мнение", о его полной бесполезности… Ан, лишних знаний не бывает! Никогда не угадаешь, что и когда пригодится… Организационные наработки времен "сталинизма", для тех кто в курсе — это нечто!

— Тогда, с вашего позволения, я ещё чуть-чуть поясню мотивацию полковника Смирнова… Вячеслав Андреевич, вот вы готовы, прямо сейчас, причем добровольно, в полном объеме передать ему власть над экспедицией?

— Отыграть назад? После всего вами сказанного… и всего случившегося за последние месяцы?!

— Именно так. Добавлю — вопреки мнению подавляющего большинства и уже сложившемуся новому порядку субординации…

— Затрудняюсь даже представить причину такого поступка. Ну, разве что — очень сильно ушибусь головой…

— Тогда — подскажу. В отличие от вас, полковник Смирнов уже придумал способ заново согнуть всех недовольных в бараний рог. Достаточно снова начать отдавать приказы от имени "большой земли" — и вы привычно подчинитесь. Не раздумывая, на рефлексе… Так? Просто ему не повезло…

— Он реально надеялся установить двустороннюю связь с "большой землей"? — хм-м, начальство растет над собой… — А как же Радек? Его теория "аномалии" подобный эффект запрещает…

— А как же секретность? — удивительные люди наши мужики, им любой желающий может в пять минут заморочить голову до полной потери связи с реальностью.

— Если бы профессор сразу не озаботился "публичностью" — у Смирнова имелся хороший шанс сохранить факт "односторонней проходимости" сообщений в тайне. Например — Радека пристрелить. Попробуйте представить последствия…

— Я имел о полковнике лучшее мнение… — от нашей интерпретации новостей беднягу натурально перекосило, — Отказываюсь в такое верить…

— "На всякий случай — думай о людях плохо. Ошибешься, будешь приятно удивлен! " — ай да Ленка…

— Между прочим, — вклинился завхоз, — Радек начал экспериментировать со связью на два часа раньше, чем указал в объявлении. Совершенно неожиданно. Многие из желающие взглянуть — опоздали. Включая Смирнова…

— Даже так… — огромные кулаки Соколова сжались до белых костяшек пальцев, — Получается, нам очередной раз повезло…

— Профессор прочитал наш опус одним из первых, — Ленка на удивление спокойна, — "Лучший экспромт — тот, который подготовлен заранее!" А вы только ругаетесь…

— Рассказывайте дальше, — кулаки разжались, зато сам Соколов сгорбился над столом, в тоскливом ожидании новой порции знаний о бездонных глубинах человеческой подлости. Попробую его не разочаровать…

Глава 35. Момент истины

Очень кстати загудел надетым на носик свистком электрический чайник. Сервировка стола разнообразием не блещет. Изрядно осточертевшие "комплексные хлебцы" (смесь грибной муки с ореховым жомом), отвар из листьев дикой смородины в качестве заварки (жаль, не удалось отработать их ферментацию, "чаек" бледноват) и самая экологически чистая на планете кипяченая вода из свежего местного снега. Угощайтесь, дорогие гости. Для начала — небольшой сюрприз. Лев Абрамович собирался приурочить его к какому-нибудь торжественному случаю, но, увы — придется раскрыть карты раньше срока… А если Ленка проболтается до особого сигнала — пусть пеняет на себя.

— Вячеслав Андреевич, — каудильо не успел поднять заполненный бледно-коричневым настоем химический стакан, — У нас сегодня сладкое! — ответственный момент… В центре стола, щедро залитого желтоватым светом от потолочной лампы, завхоз со стуком примостил взятый из моих рук нержавеющий стерилизатор. Более подходящего для хранения сыпучих пищевых продуктов сосуда в лаборатории нет. Раздаю столовые приборы. Поднимаю крышку…

— Откуда? — к "химии" у современных горожан отношение настороженное. И не зря. Подаю пример. Щедро вываливаю в собственную кружку три полных "с верхом" ложки мелкого белого порошка. Размешиваю. Пью…

— Тут не сахар! — Ленка осторожно подцепила щепотку угощения двумя пальцами и коснулась её кончиком розового языка, — Совершенно другой вкус. Хотя похоже.

— Кристаллическая глюкоза, идентичная натуральной… — завхоз степенно пересыпает в отвар свою порцию. Гости вынуждены ему подражать. Довольно занятное зрелище. В металлической коробке больше килограмма лакомства.

— Почем брали? — Соколов явно сбит с толку внезапной переменой темы беседы, отчего пытается шутить.

— А как ви сами думаете? — нашел, у кого спросить, у представителя нации отвечающий вопросом на вопрос.

— По себестоимости, — шикануть не вышло. За последние месяцы организм успел отвыкнуть от сладостей и напиток кажется приторным. Буду отхлебывать маленькими глотками, — Три киловатт-часа за один килограмм.

— Я имел в виду деньги… — товарищ не желает понимать намеков. Хорошо, тогда я тоже пошучу… Жестко…

— При коммунизме — денег нет… По ценам ленинградского "черного рынка", в декабре 41-го года — четыре месячных зарплаты.

Переборщила. Соколов — поперхнулся на вдохе. Ну, у мужика и выдержка. Он медленно (!) поставил перед собой стакан… медленно заслонил лицо рукавом и только после этого издал несколько сдавленных звуков. На его месте, я бы обдала завхоза брызгами с ног до головы. А тут весь инцидент исчерпался матерной мимикой…

— Когда успели?

— На днях… Пока отсутствовало дешевое электричество — затея не имела смысла.

— Почему не доложили мне в рабочем порядке? — кто-то рассказывал, что работники аварийных служб крайне не любят сюрпризов. Любых… Видно, так оно и есть. Соколов, скрывая огорчение, долго и мучительно откашливается в рукав, — Я жду!

— Имелись некоторые опасения… — Лев Абрамович героически принял ответственность на себя, хотя идея — моя, — что некоторые люди из руководства будут этой новости не рады. Теперь — можно. Мы уже знаем, и кто эти люди, и чего они хотят. Просьба на Галочку не обижаться — "в жизни обычно всё не так, как на самом деле…"

— "Злые вы, уйду я от вас…" — весьма к месту процитировал каудильо короля из "Обыкновенного чуда".

— Профессиональная деформация не пустит, — моментально парирует завхоз, — Ты ж спасатель, а не офицер.

— Что ещё важного я не знаю? — неудача, сюрприз вышел кривой. Затравленно цедящего чай гражданина начальника становится реально жалко. Натуральный сказочный богатырь, кто захочет — тот и обведет вокруг пальца…

— Вячеслав Андреевич, вы когда-нибудь стояли в очереди за сахаром? — сама я эту мерзость помню смутно.

— Бывало… При Брежневе, при Андропове, при Черненко и при Горбачеве… Почитай всё детство — очереди.

— А талоны "на сахар" вам по месту жительства выдавали? — он провинциал, в Питере снабжение получше…

— Тоже бывало… А под конец Перестройки — особенно.

— И ваши родители, дедушки и бабушки, в очередях за сахаром стояли? И до вашего рождения — тоже?

— Разумеется…

— Как вы думаете, ситуация, когда граждане ракетно-ядерной сверхдержавы, и через пять, и через десять, и через двадцать, и через сорок лет после Победы (ради которой, якобы, были необходимы все довоенные тяготы и лишения), из поколения в поколение продолжали (!) часами торчать в длинющих очередях за банальным сахаром — это нормально?

— Так у нас в стране с сельским хозяйством — вечный затык… — стакан, на всякий случай, Соколов отставил.

— Азохен вей, молодой человек! — завхоз врубил "режим еврея", — Где ви здесь нашли сельское хозяйство?!

— Но… — за окном лаборатории — дикая сибирская тайга, в обрамлении обледенелых скальных выступов, — Откуда?

— Перед вами дешевый продукт гидролиза растительной целлюлозы… Цену в энергии — уже назвали. Сырье бесплатное. Первые опыты по осахариванию соломы и отходов переработки древесины ставили в начале ХХ века. Ещё дедушку Ленина в 1918 году угощали. Самая простая и дешевая в мире промышленная технология получения пищевой глюкозы из произвольных материалов растительного происхождения, от палой листвы, прошлогодней травы и свежего торфа до бумажной макулатуры — была разработана в СССР. У нас… В Ленинграде… Накануне войны…

— Подождите! — каудильо попытался привстать, но не рассчитал и стукнулся головой о потолочный выступ.

— Отвечаю на не заданные вопросы… — завхоз грузно оперся о столешницу, — Да! Вот уже почти семьдесят лет, как можно наладить выпуск гидролизного сахара в любом месте, на любом сырье, быстро, минимальными средствами и в неограниченном количестве… Да! Это реально могли сделать блокадной зимой 1941 года… Да! Всех умерших от голода ленинградцев, при желании, можно было без особого труда спасти, включая дистрофиков "на последней стадии"… Глюкоза всасывается в кровь даже при почти отказавшей системе пищеварения. Да! Причина голодного мора в Блокаду — чисто политико-административная… Да! Руководство Союза ССР совершенно сознательно ограничивало потребление населением продуктов питания и всячески препятствовало его самообеспечению… Как накануне войны, так во время войны и десятки лет после войны… Да! Полковник Смирнов, как мог, пытался поддержать "линию партии" и предотвратить прохождение экспедицией "точки невозвращения"… Вовсе не его вина, что замысел сорвался.

— Не понимаю мотивации…

— Главной целью любой власти является власть. Современные технологии давным-давно обеспечивают продовольственное изобилие. Для всей планеты. Но, его наступление, больше или меньше в разных местах, сдерживается по политическим соображениям… Хлеб, фактически, может быть почти дармовым, но ему назначена хорошая цена, чтобы "мыши" сначала поплясали, а только потом получили свою пайку. Не потому, что труд "мышей" необходим, а чтобы не бесились от безделья и приобретали дрессуру. Это основа управляемости огромных масс никому не нужных "условно разумных существ".

— Тогда… зачем и кому нужна такая власть?

— Галочка, клиент созрел…

"Во многое знания — много печали" История — великая наука и она же — самая бесполезная наука, поскольку не повторяется. Сходные проблемы у астрономии. Что толку в на 100 % достоверной информации о падении на Землю двигающегося по крайне вытянутой орбите астероида-убийцы из "пояса Койпера", если дата события отстоит от текущего времени на 50-100 веков? Между прочим, особо крупные метеориты, способные длительно изменить климат, прекратить или вызвать оледенение, действительно шлепаются на нашу планету довольно регулярно, каждые 12–13 тысяч лет. Судя по тому, что род человеческий уже пережил множество таких космических бомбардировок, потомки, для которых эти сведения актуальны, тоже как-то выкрутятся. А и не выкрутятся, что за беда? Изменить сроки или предотвратить грядущую катастрофу мы не способны. Даже предупредить о ней — практически бессильны. Кто поверит мудреной записи в рассыпающейся от ветхости книге на мертвом языке? Даже довольно быстропротекающие процессы, с постоянной времени десятки и сотни лет, например "циклы Кондратьева" или долговременные периоды солнечной активности (вроде известного ещё греческим стоикам "Великого Года"), провоцирующие длительные засухи или малые ледниковые периоды, почти никого не интересуют.

Удачливых предсказателей, кстати, власти, задним числом — регулярно казнят (за то, что "пророки были недостаточно убедительны"). Хроники — регулярно "чистят" (Оруэлл в "1984" ничего не придумал). И всё же, всё же… К счастью или нет, "комплексные методы добывания" (а Володя вколачивал их в мою голову безжалостно, как сам, так и с помощью "привлеченных специалистов") — позволяют кое-что выяснить. Особенно запомнились мне уроки одного старичка, частным образом, за малую денежку, натаскавшего "девочку-Халочку" искусству читать карты и попутно развивавшего у неё оперативное мышление. Не знаю, чем ушлый дедуля зарабатывал в прежней допенсионной жизни, вот только его "задачки-летучки" буквально перевернули мои представления об окружающем мире. Историк Гумилев тоже писал о связи экономики с географией, но он так глубоко не копал.

Над моими попытками апеллировать к школьно-институтским учебникам истории — старый хрыч откровенно насмехался. Ссылки на официальные документы — вообще игнорировал. Бумажки, де — это пустое. Их то подделают, то потеряют, то превратно переведут. С объективностью "свидетельских показаний" или "воспоминаний старожилов" — дела совсем плохи. Зато карта — "отражает реальность, которую никто никогда не видит". Слишком она большая. "Девочка-Халочка" получала карты разных лет выпуска и степени сохранности, очередную "вводную" к ним и пыхтела… Справедливости ради замечу — каждый раз, попутно, узнавая что-нибудь для себя интересненькое…

Взять, например, Крепостное Право… Кто бы в России конца ХIХ века поверил, что Подмосковье (безлесное, густонаселенное, отчаянно малоземельное и распаханное до последнего холмика), к концу ХХ столетия опять (!) зарастет густыми лесами, словно 1000 лет назад, пусть эти леса и прорезаны дорогами? Разбежался из Нечерноземья народ, при первой же возможности. Не зря его цари веками "в крепости" держали. А кто сегодня помнит, что ровная, как по линейке, граница между США и Канадой "от озера Лесное до Тихого океана", строго вдоль 49 параллели — это, на самом деле, рубеж "зоны гарантированного земледелия на гужевой тяге"? Земли севернее — американцев-янки не интересовали, вплоть до появления тракторов, только в ХХ веке позволивших канадцам освоить пашню, неподъемную для быков и лошадей. До сего дня это самая протяженная неохраняемая граница в мире. Экономика там заменила армию.

И вот теперь — сидит передо мною взрослый опытный дядька, здоровенный, как полярный медведь, а надо в нескольких словах преподать ему суть взаимосвязей между географическим, экономическим и, чего уж там — политическим раскладами. Основы принципиально нового жизненного уклада, который только формируется… А не то он, по мужской прямоте и житейской наивности, либо наломает дров, либо угодит в хитрую западню…

— Вопрос первый: "Что на самом деле произошло в блокадном Ленинграде?" Вопрос второй: "Что такое заговор ученых?" Только начинать, по-моему, надо с вопроса номер ноль: "Почему спятил майор Логинов, взбесился полковник Смирнов и кто теперь там ещё следующие по очереди?" Как говорится, "дурдом зажигает огни"… — слушает.

— Галочка, — мягкий украинский выговор у Льва Абрамовича не получается, даром, что коренной одессит, — Если не можете ясно объяснить своими словами — приводите примеры из жизни. А мы поймем, по ассоциации.

— Вячеслав Андреевич, как вы считаете — кому служат офицеры регулярной армии Российской Федерации?

— Государству! Ну, в смысле — стране и отечеству. Или родине? Блин, не помню текст новой присяги, я при Союзе служил… А что, разве здесь и сейчас это, имеет какой-то смысл? — завхоз с Ленкой синхронно хмыкают.

— То есть, в определенных случаях, вы сами громко гаркали — "Служу Советскому Союзу"? А современные вояки орут — "Служу России!" Так или иначе — демонстрация преданности официальному правящему режиму.

— Так ведь Устав требует…

— До декабря 1937 года Устав требовал отвечать — "Служу трудовому народу!" Оцените дату изменения и смысл разницы…

— Вы хотите намекнуть, что, начиная с января 1938 года, кадровая РККА служила уже не народу, а власти?

— Я хочу сказать, что когда в июне 1941 года резко встал выбор, спасать народ или режим — кадровая РККА принялась спасать себя… В лице своих "лучших представителей"… А вы — капризничаете. Да, они все такие…

— Мне и надо понять, — бурчит под нос, пойманный на горячем каудильо, — "Какие" они, и до какой степени. Не к новой же Присяге мне теперь вояк приводить… Сколько можно присягать? И ведь не поможет.

— "Достоверно судить о мыслях и чувствах конкретных людей можно только по их конкретным делам", — бурчит из своего угла Ленка, — Ясен пень, не поможет. Присяга 1939 года у большинства советских командиров была второй, у многих — третьей, а у некоторых — аж четвертой… Ни один из советских офицеров, отказавшихся присягать заново, после 1991 года — до полковника не дослужился. Так что, и у Смирнова ваша присяга будет по счету третья, — поморщилась, — Галина права, тенденция, однако… А где тут связь с проблемой продовольствия?

— Любая социальная катастрофа создает "революционную ситуацию", — отозвался завхоз, — Классическое её определение: "Верхи — не могут, низы — не хотят, а нужда и бедствия — нарастают". В итоге — изменяется строй.

— Чуть иначе. Революционная ситуация запускает "этнический архетип". Набор моральных норм и правил поведения, при зарождении социума закрепившийся в коллективной памяти, как "культурный код" народа, на века и тысячелетия вперед. Такой "код" жестко действует, пока сохраняются климат и кормящий ландшафт…

— Тоже проявление "эффекта Гальтона"? — пока мы трепали языками, сладкоежка Ленка уже выдула пару стаканов отвара и щедро бодяжит глюкозой очередной стакан, — Жесть! А какой "культурный код" у русских?

— Такой же, как и у монголов. Мы с ними — единственные крупные народы, приспособившиеся жить в резко континентальном климате Центральной Евразии севернее 45 параллели. Только русские — оседлые, а эти басурмане — кочевые.

— Что-то подобное Паршев писал, — Соколов решил допить остывший чай, — "Почему Россия — не Америка". Из-за жесткого климата и малой продуктивности сельского хозяйства зоны рискованного земледелия, русские обречены, жить в обществе "недостаточного прибавочного продукта", отчего системам хозяйства и управления в России нет мировых аналогов. Там где приспособились жить мы — никто кроме русских на Земле жить не может. Он там ещё утверждает, — Соколов усмехнулся, — что русская "элита", всегда и любой ценой, мечтала жить "как в Европах". Вопреки физическим возможностям страны и обычному здравому смыслу. Откуда, если вдуматься, большинство наших бед…

— Это — только часть правды. Вторая её часть — наша базовая необходимость в очень дешевой и эффективной власти, которая, для всех народов "северного типа развития", наиболее ярко выражена в навыках самоуправления. Грубо говоря, в условиях смертельной опасности — русские всегда организуются быстрее и жестче любого народа мира. Русская и советская армии — абсолютно уникальны в том смысле, что сохраняют боеспособность, даже потеряв 100 % офицеров… Для сравнения — обычная европейская армия, лишившись более 50 % офицеров — становится стадом… Согласитесь, что народ этим свойством отечественного войска может гордиться, а вот сами господа офицеры, скажем так, в печали.

— …Хотят поддерживать впечатление своей уникальности и незаменимости. В мирное время — с грехом пополам удается. В сложившихся обстоятельствах — увы… — опустевший стакан вернулся на стол, — Разве это повод потерять совесть?

— А она была? — чем дольше идет разговор, тем мрачнее завхоз, — "Элита", как вы выражаетесь, считает население России свой собственностью и "бессмысленным быдлом", а саму себя — не менее чем "русским народом". Хотя настоящий "русский народ", согласно "этническому архетипу", великолепно знает, что можно прожить вообще без "элиты". Не считая за труд, каждые 50-100 лет, указанный факт "элите" предметно доказывать, пересобирая государство на новых принципах. То, что в Европе и Азии — испокон веков принято за аксиому, в России, тысячу лет и по сей день — теорема. Поневоле взбесишься… — м-да, не зря про обрусевших евреев рассказывают патриотические анекдоты.

— Как-то витиевато…

— Можно проще, — Лев Абрамович действительно "растекся мыслью по древу", — Изобилие свободной земли и низкая плотность населения, позволяющая свободную миграцию — основное препятствие для возникновения классического государства. У кочевников — государства не бывает! Для организации сколько-нибудь высокой "пирамиды власти" требуется оседлое население, которому некуда бежать. В европейской истории Нового Времени есть единственный пример совершенно вольной жизни — несколько десятилетий освоения Дикого Запада в США середины XIX века. Этот случай до сих пор рвет шаблоны, и сторонникам, и врагам классического либерализма. А русские, как уже было сказано, живут в сходном режиме больше 1000 лет.

— Смелое заявление!

— Констатация факта. Наша государственность "эфемерна". Власть в России, максимум — "аварийная служба", а не "центр организации общества". В спокойное время государственность для русских — скорее вредна. А в военное, один черт — отбиваться приходится всем миром, поскольку на нормальное регулярное войско нет достаточных ресурсов. Поэтому, "штатное состояние" правительства и генералитета России — хроническая истерика на публику по поводу "ужасной внешней угрозы", от которой родное правительство якобы защищает бедный русский народ. На самом деле, таким образом отечественные паразиты пытаются отпугнуть конкурентов от с большим трудом освоенной "кормовой базы". Каждая большая война неизменно вскрывает их наглую брехню, вызывая бунт, смуту или революцию… Короче — беспощадную зачистку прежней "элиты" в ноль. "Правда — тонет в говне и всплывает в крови!" Но, "пока не горит" — населению можно врать безнаказанно. Отсюда любимый мем отечественных начальников: "Только б не было войны".

— Вы сейчас опрокинули на меня такую бочку дерьма… — самый главный начальник вдохновился примером Ленки… Аккуратно работая ложкой, высыпал поверх наиболее плоского хлебца горку глюкозы и разровнял её к краям, — Категорически требую хоть немного подсластить пилюлю! — не моргнув глазом, отхватил добрую треть от весьма черствого куска грибного печева, — Логинов — раз… Смирнов — два… Полагаете, скоро надо ждать третьего ЧП?

— Всенепременно! — завхоз виртуозно изобразил лживо-угодливую гримасу, типичную для "менеджеров по продаже" из дорогих магазинов самообслуживания, — Вполне довольных жизнью людей не бывает! Зато наоборот — часто…

— Слушайте, какого ещё рожна им надо? — раз, и от хлебца осталась последняя треть. Ну и зубы… — Хоть намекните… Наиболее "пламенных" элитариев, если верить вашим же теориям, мы "зачистили" ещё осенью. А теперь получается, что они — лезут и лезут… человеческих слов по прежнему не понимая. Доколе?

— Побочный эффект "северного типа развития", — ханжески развел руками Лев Абрамович, — По статистике, прослойка "потенциальных лидеров" в любом человеческом обществе — около 15 %. Грызня, за "место на верху" — между ними жуткая. Чем скуднее "кормовая база" — тем многолюднее "скамейка запасных". Это, как зубы у акулы — из первого ряда выпали, а следующий ряд — уже готов на смену. В России, каждый бунт и каждая кровавая смена власти — счастливый шанс "урвать своё" для новых миллионов точно таких же моральных уродов, давно стоящих в готовности "на низком старте"… Они рады любому поводу для "броска вверх"… по чужим головам.

— Прорвемся! — Ленка булькнула в стакан кипятка и размешивает сладкий осадок… Вот же, народ добрался до вкусненького, — Если судить по данным прослушки — неадекватные, остались в следовых количествах. Особенно радует, что "потенциальные уроды" больше не могут сговориться.

— Почему? — кажется, пора и мне вставить словечко.

— Ну, так систематическая "руководящая ложь на публику" имеет недостаток. В самый критический момент, когда от правильного выбора зависит жизнь — "флюгерам" перестают верить. Даже такие, как они сами, "флюгеры"… У нас слишком тесный коллектив. Все друг друга знают. Отношения и группы сложились… Нет простора для маневра. Тоже — специфически русская особенность. В стране с "недостаточным прибавочным продуктом" не просто ничтожно мала плотность населения. Люди вдобавок жмутся друг к другу, очень бдительно присматриваясь к окружающим. Вот вам, как начальнику "со стороны" — солдаты (!) поверили охотнее, чем своим законным командирам. Их-то они давно изучили, как облупленных. Не зря полковник Смирнов так рвался к хоть какому-то подобию связи с властями из XXI века. Его собственные приказы давно выполняют с разбором. Начальникам "старого призыва" сейчас позарез требуется ярлык Москвы на "священное право врать". Свой собственный моральный авторитет — исчерпан до донышка. А вы, в такой момент — начали жаловать офицерскими званиями "простолюдинов"…

Привыкнуть к жестяному дребезжанию полевого телефона, отчего-то раздражающего меня своим грубым механическим анахронизмом (неужели трудно было туда вставить что-то мелодичнее?) — не могу. Всякий раз, как "оно" затарахтит — буквально гусиной кожей покрываюсь. К счастью, мерзкий звук осквернял воздух недолго, да к тому же хитро — "два коротких звонка, один длинный". Не меня. Сложные сигналы — привилегия высшего руководства. Когда на единственном проводе "висит" до дюжины параллельно включенных аппаратов — вызов одного из них получается только "кодом". А та "гамма", которую мы услышали только что — "персональный вызов" Соколова. Если расшифровать азбуку Морзе — русская литера "У" (что значит — "управление"). Приходится теперь запоминать и такое…

В расположении лагеря, ради чистоты эфира, без острой нужды рекомендовано общаться только так. Раз кто-то вызванивает Вячеслава Андреевича просто по телефону — значимого шухера не наблюдается… Хотя, для кого как… Он сам, бедолага, после первых же слов в трубке, намертво отключился от раздражающей реальности. "Дарьюшка" его настигла… Беспокоится… И сердится… Вести личные разговоры на людях — каудильо, как правило, стесняется. Пытается отделаться короткими междометиями — "да", "нет", "не сегодня"… С женщинами так разговаривать опасно. Они воспринимают подобную манеру, как попытку от них отделаться. И требуют "подробностей", для которых бинарных "да-нет" маловато. Ну, вот и прорвалось жалобное — "они меня воспитывают!" Впрочем, общение со своей пассией всегда действует на Соколова благотворно. Любит её… Честно и верно. Аж завидно…

Положил трубку… Видно, что краткий "сеанс психотерапии" пошел на пользу… Но, зато, с какой тоскою он обозрел моё скромное жилище & рабочее место… А с какой неприязнью глянул на вечернюю зарю, окрасившую розовым светом верхушки заснеженных сосен за окном… Да-с, тяжела ты, шапка Мономаха!

— Господи, о какой ерунде мы сейчас болтаем! — вырвалось таки, на контрасте, — Пир во время чумы какой-то. Исторические справки… Развлекательно-познавательные книжки… Смакуем исторические анекдоты… Тут черт его знает, в какую сторону бежать-спасаться!

— А ведь не побежали? — Лев Абрамович хозяйственно прикрыл сахарницу-стерилизатор крышкой, — Ну, вот нет для нас места, куда можно взять и смыться. Придется остаться. И налаживать нормальную жизнь. Здесь и сейчас.

— На войне, как на войне… — не менее рассудительно поддакнула Ленка, — Типа — мобилизационный режим! Именно на фронтах, если верить классикам, процветает "окопный Гайд-парк"…

— Бредом оно отдает… Как можно сочинять "веселые истории", вроде вашей книжонки, посреди сущей задницы, — кажется, Соколов снова начал погружаться в пессимизм… И он не воевал…

— Послушай, начальниг-г… — завхоз вернулся в роль "мудрого еврея", — Ты детские рассказы Носова читал? — Не мог не читать, пацаном-то… Или — своим детям их читал… "Мишкина каша"… "Огородники"… Это в 42-м году написано. Когда все висело на волоске. Есть там хоть слово, про войну… или о смерти? Нету… Потому, что если не получалось дать детям хлеба, то надо было дать им хотя бы надежду. Норма, для "мобилизационного режима", между прочим. "Всё для фронта, всё для победы" — это ещё и прочный тыл, и вменяемое население в том тылу. Не нами оно придумано. Самую свою веселую оперетту "Сильва", великий Имре Кальман сочинил аккурат в разгар Первой Империалистической, когда австрийцам уже нечего было жрать, а Двуединая Империя трещала по всем швам… И как? Между прочим, ту самую "Сильву", мгновенно поставили по другую сторону фронта, в частности — в России (правда, изменив место действия и имена героев). Её же до сих пор, по всему миру ставят. Великая сила искусства!

— Отвлекающая анестезия, — каудильо очередной раз выглянул наружу и всё же чуток полюбовался сказочно красивым вечерним пейзажем, — Хуже неё только откровенная "ура-патриотическая пропаганда". Целенаправленно морочить людям головы — вредно.

— У меня не пропаганда, а "ликбез"… — оскорбилась Ленка, — Горькое лекарство в сладкой оболочке. Для лучшего усвоения… Вячеслав Андреевич! Кто я и кто вы? Но, чем можем — тем поможем… "На сухую" шокирующая информация не усваивается. Надо разбавлять шутками-прибаутками.

— Допустим… Но, почему тогда в МЧС, на курсах повышения квалификации, подобных вещей ни хрена не преподают? — резонное замечание…

— Скажем так — "проклятое наследие социализма"… — скрипнул завхоз, — Руководство всегда склонно абсолютизировать удачный опыт. А отечественных вождей, после последней войны, очень крепко заклинило на "пропагандистском" варианте "правды о Победе". Дошло до того, что экспозицию официального "Музея Обороны Брестской крепости" (!) создавали по художественной книжке Сергея Смирнова "Брестская крепость", написанной через 15 лет, совершенно посторонним человеком, а не по показаниям участников боев и реальным историческим документам. Выдумка оказалась выше истины. Грустно…

— О чем и говорю — "пир во время чумы"… Читал я пописушки Смирнова, но сроду не поверю, что взрослые адекватные люди, оборонявшие Брестскую крепость, реально вели себя настолько бестолково. Ещё тогда думал — вот я бы на их месте… Э-э-эх! — Соколов безнадежно вздохнул.

— "Здесь Родос, здесь прыгай!" — замшелая античная шуточка, в устах сына древнего семитского народа, удивительно уместна, — Мы, изо всех сил, помогаем осуществлению вашей мечты.

— Просто снимать "мозговые блоки" — всегда больно, — Ленка подперла голову руками и тоже загляделась в окно, — Понимаю, о чем вы… Нам в универе эту тему давали факультативно. Нет в отечественной литературе традиции "объективности". Она у нас, от самых времен Владимира Святого, или "назидательная" или "отвлекающая". В любом случае, рисующая вымышленную картину мира. В книгах для русских обычно пишут не "как было на самом деле", а "как должно было быть"… Культурный код!

— Бери выше — религиозный канон! — Лев Абрамович оживился, — Как в Древнем Египте. Вон, спросите Галину, почему на всех картинках советского периода и даже на каменном памятнике (!) у мемориального "шалаша в Разливе" — Ленин с бородой. Хотя даже в святочных рассказиках для детей прямо указано, что как раз в тот момент Ильич прятался от полиции и специально изменил внешность.

— Это нам тоже давали, — Ленка обиженно надула губы, — Для всех ранних цивилизаций характерный признак — подмена исторической правды священным мифом. В культурологии — это рубеж, за которым кончается родо-племенной строй и начинается государство. Государству правда не нужна. Ему нужны "идейно выверенные предания" для управления и закошмаривания быдла. Россия — самая молодая цивилизация планеты. Сходство её культурного кода с самыми ранними "гидравлическими цивилизациями" неизбежно… А там канонический образ "вождя" — важный элемент монументальной пропаганды и должен узнаваться в ста случаях из ста. При Союзе, на право изображать Ленина или Сталина, скульпторы с художниками получали особое разрешение. Причем, не запросто, а через строгий экзамен без блата…

— Ну, Елена, ты и загнула, — Соколов невесело улыбнулся, — Древний Египет, во всех античных источниках, описан воплощением рая на земле. А Россия — "обледенелая жопа мира"…

— Э-э-э! — как говориться, не могу молчать, — Пять-шесть тысяч лет назад, никакого райского Египта, воспетого Геродотом, не было и в помине. Раем там и тогда была Сахара. Собственно Дельта (откуда есть пошло царство фараонов) считалась воплощенным ужасом и тогдашней "жопой мира". Постоянно затапливаемая разливами Нила малярийная топь, на сотни километров во все стороны, где на крошечных островках, посреди непролазных зарослей камыша, закрывают небо тучи голодных москитов и резвятся десятиметровые крокодилы… Будущая величайшая цивилизация планеты начиналась как "страна недобитых". Далеких предков египтян с благословенных равнин Северной Африки гнали на верную смерть в болота, как бунтовщиков… Или — они сами прятались в гиблых местах, считавшихся страшнее ада…

— Галочка права, — подключился завхоз, — "Преисподняя" — штука относительная. В Древней Римской империи (вплоть до ранней Византии), например, — "главной жопой ойкумены" полагали Крым. Туда их цезари и базилевсы врагов правящего режима ссылали… Считалась, что ещё севернее — нормальным людям жить невозможно вообще… Хотя климат был теплее современного. А мы привыкли, что Крым — это райский уголок, житница и курорт.

— В принципе, римлян можно понять… — Ленка отвлеклась от созерцания пейзажей, — Европейцы уверены, что глупо по своей воле селиться там, где добрую половину года невозможно даже пережить зимнюю ночь, оставшись на природе без крыши над головой. Хотя, на мой взгляд, некорректно сравнивать холодную Россию с каким-то Египтом. Подумаешь, провести ночь в субтропическом болоте…

— Спасибо, я понял, — посерьезнел Соколов, — А вот про это — как раз давали нам. В феврале 1945 года сводный полк отступающих японцев попытался "просто пересидеть одну ночь" в мангровом болоте, на побережье острова Рамри. На следующее утро, прочесывая местность, англичане нашли и взяли в плен жалкую пару десятков случайно уцелевших и наполовину спятивших солдат. Всех остальных, не менее 1000 человек (!), с современным боевым оружием и военным опытом — ночью съели крокодилы…

Жуткий смысл последней реплики каудильо, не смотря на будничный тон, оборвал разговор на полуслове. Ленка судорожно сглотнула, со смешным (для посторонних зрителей) облегчением покосилась на темнеющее окно, где уютно сереют в сумерках родные сибирские сугробы… Первая её мысль прочитались, как открытая книга — "Вот только крокодилов нам здесь и не хватало!" Вторая следом — "А хорошо, что медведи зимой спят!" Не знаю, что отразилось на моей физиономии, только Лев Абрамович проникся и не замедлил проскрипеть:

— Правильно соображаете, девушки. В Древнем Египте, отношение к священному зверю "Себек" приблизительно такое же, как в России — к сакральному зверю "Медведь", чьё настоящее имя "Бер" (Зверь) строго табуировано. Тысячи лет "зверя-крокодила" в Египте одновременно боятся, уважают и почитают, как покровителя охотников и рыболовов, как могучего защитника страны (это у них военный символ), как бога плодородия и разливов Нила… А наш медведь — это грозный защитник, хозяин и покровитель лесной чащи. Аналогия, как видите, прозрачная…

— Непролазные леса Евразии породили Россию, а непроходимая дельта Нила — Египет, — перед глазами, под впечатлением сказанного, возникла апокалипсическая картина по мотивам сказочных скоморохов — огромный ученый крокодил, пляшущий под звуки дудок и барабана на древнеегипетской ярмарочной площади, — Имеется даже версия, что каждый очередной проход через "бутылочное горлышко человеческой эволюции" — принимает форму бунта… И чем яростнее люди противятся враждебному внешнему давлению — тем быстрее движется прогресс.

— Паршев писал о "северном типе развития" России, — Соколов сделал для себя какой-то вывод, — А Египет — на юге. Впрочем, кажется, я догадываюсь. Дело не в географической широте, а в особом сочетании факторов…

— Существуют на Земле места, где для самого скромного существования, исходно — нужен довольно высокий уровень благосостояния, за которым жизнь не просто становится "относительно плохой" или "очень плохой", а сразу наступает смерть… Шесть-семь тысячелетий назад, по сравнению с изобильной дичью и пастбищами Северной Африкой, долина Нила была местом, во всех смыслах — невыносимым. Колебания уровня реки — превышали 60 метров. Разлив, в нижнем течении, достигал ширины 50–70 километров. Про крокодилов, остававшихся бичом Египта вплоть до появления в ХХ веке паровых катеров — сказано довольно… Добавьте ядовитых змей, лихорадку и почти полное отсутствие металлических руд, позволяющих изготовление орудий труда и оружия. Если охотнику-скотоводу, в любом месте африканской равнины, под любым деревом, был всегда готов и стол, и дом, то обитателю Дельты — обязательно требовались обувь, одежда, лекарства, всегда сухие склады продовольствия, дома, защитные изгороди, насыпи и каналы…

— Точно так же, как в Центральной России с Сибирью — невозможно жить без теплой одежды и обуви, дома с печным отоплением, запасов продуктов на долгую холодную зиму, металлических инструментов и тяглового скота, — подхватила Ленка, — Местный абориген, для пришлого завоевателя, выглядит богатеем, а на самом деле — он владеет лишь самым необходимым прожиточным минимумом! И допустимая для самозванного экспроприатора норма изъятия "прибавочного продукта", без риска быть немедленно поднятым на вилы — оскорбительно мала.

— А что самое отвратительное, для любой "элиты", — нехорошо усмехнулся завхоз, — подобный "смертельно опасный быт" создает "информационно насыщенную среду обитания", где дураки — просто не выживают. Классическая "иерархическая пирамида", типа древнекитайской, где на 10 000 забитых крестьян приходятся 100 полуграмотных надсмотрщиков, 5 чиновников и 1 университетский профессор — ну никак не складывается. Всё население обязано быть хорошо обученным, инициативным, дисциплинированным, а в идеале — поголовно грамотным… И — никаких "знаний скрытых во дворце"…

— Вывод — для удержания подобного народа "в узде", требуются экстраординарные меры, — Соколов крепко сжал кулаки, — Обожествление власти… Многослойное "закрытие" актуальной информации "правдоподобной дезой". Отвлекающие ритуалы и церемонии… Художественная пропаганда…

— Причем, именно в странах "опасного быта" это почти не помогает. Вся официальная летопись Древнего Египта — непрерывная серия восстаний и дворцовых переворотов. За три тысячи лет самостоятельной истории, с учетом пропуска нескольких случаев местных Темных Веков, там сменилось 32 династии. В среднем, каждая из них правила не более 70 лет, то есть — 2–3 поколения. На фоне неизменно стабильного положения жрецов — фараонов свергали, душили, топили и резали как цыплят…

— Между прочим, — хихикнула Ленка, — если верить фольклору, правящие слои Древнего Египта, больше всего на свете, ненавидели три вещи — собственный народ, жрецов и крокодилов… Как вы думаете, почему?

— Элементарно, — хмыкнул каудильо, — Подсознательно чувствовали себя лишними. Ведь указанная "триада" — и есть Египет… На месте фараон, или нет фараона, или появился новый фараон — функционально там ничего не менялось. Вообще! Жизнь шла своим чередом. Работяги — растили урожай, жрецы — умничали, крокодилы — стерегли страну… Я читал, что когда случилось нашествие гиксосов — египтяне в первую очередь страшно удивились. За всю их уже тогда многотысячелетнюю историю, врагам со стороны никогда не удавалось прорваться в долину Нила, а тем более — надолго её захватить.

— Боги наконец-то разгневались и наказали товарищей за все прегрешения разом?

— Загадка. Оценка указанного периода, с момента основания Нового Царства и по сей день — предмет ожесточенных споров, даже среди непосредственных участников обытий. Одни считали его "временем революционных преобразований", другие — "вражеским завоеванием", третьи — "бунтом." Но, все сходятся, что усобица вышла знатной — одно число фараонов в описываемый период исчисляется сотнями.

— Что-то это мне напоминает… — подключился завхоз, — Из отечественной истории… Галочка, подскажите!

— Монгольское нашествие… В разгар внутренних усобиц одна из проигрывающих сторон призвала себе на помощь "варваров побеспощаднее"… Сегодня мало кто помнит, что после феерически проигранной битвы на Калке, в 1223 году, русские целых 14 лет выгодно торговали с уже захваченными монголами странами Востока и никакой особой "неожиданности" в походе Батыя не было. Кто надо — тот знал! Неожиданным для очевидцев (как и в случае египетского нашествия гиксосов) оказался только его феноменальный успех. За всю предыдущую и последующую историю России — никем из её завоевателей никогда не повторенный… — слегка насладившись напряженным вниманием, я эффектно закончила, — Ну, если не считать большевиков и "триумфального шествия Советской Власти" в 1918-20 годах…

Глава 36. Бунт — двигатель прогресса

Длительная работа с архивными документами имеет свои положительные стороны. Кроме нечеловеческой усталости от вглядывания в выцветшие от времени тексты (и это ещё хорошо, что я ковыряла материалы ХХ века — большинство отчетов напечатаны на машинке), аллергии на бумажную пыль и отсиженной на жестких казенных стульях попы — она позволяет сформулировать то, что немцы называют ученым словом "Gestalt" (целостный "образ" понятия или явления). К сожалению, передать этот самый "образ" окружающим, выразив его словесно, дьявольски трудно. Ленке-то хорошо — она ловко рисует и способна любым пачкающим предметом быстренько изобразить если не аллегорическую картинку, то хотя бы схему связей обсуждаемых вещей или их символическую комбинацию. У меня, кроме собственного языка, никакого инструмента для выражения мыслей нет. Впрочем, бывало хуже…

— Вячеслав Андреевич, пожалуйста, продолжайте! — Соколов настороженно осекся… Жаль, я так надеялась.

— Да я, собственно, уже всё…

— Вы сейчас описали "конечный пункт прибытия" египетской цивилизации. А попробуйте представить самое её начало. Вот как у нас, здесь… Раз в первых болотных поселениях её изгоев-прародителей, решившихся бросить вызов судьбе и назло властям с крокодилами "удрать в тростники", завелись свои собственные фараоны, это зачем-то им было нужно? В чем общественная польза "фараона"?

— После последних выкладок — боюсь даже трогать эту тему, — "кандидат в фараоны" покосился на завхоза, — Как я понял, вы собирались "вырастить Бабу-Ягу в своем коллективе"… Сразу предупреждаю — не дамся!

— А придется… — многообещающе протянула Ленка, — "Атаман" — категорически не звучит, "Император" — военный титул… В отличие от России или Рима, где власти всегда добивались силовым путем, Древний Египет — мирная аграрная страна. Согласно греческим авторам, название её правителя "per-on" (современное искажение "фараон") — означало только лишь "Большой Дом". Если чуть покопаться в исходных смыслах многократного перевода, скорее — "Хлебный Склад" или "Начальник амбара", — сморщилась от неблагозвучия и поправилась, — Если по-русски и более-менее точно выражая основную идею, примерно получится — "Великий Хлеборез". Только гораздо торжественнее.

— Галина, заступитесь! — каудильо передернуло, — Такое "почетное звание" — малость того… По лагерям этим титулом заглазно величали Сталина.

— А против фактов не попрешь. Тысячи лет, во время религиозных праздников, фараоны были обязаны в течение 24 часов (ровно сутки напролет, как в наряде по кухне), лично, разламывать руками на части специальные круглые хлебы с рельефным изображением "ключей жизни". Приближенные — делили эти части на более мелкие. Так, что бы их общее количество соответствовало числу жителей Египта по последней переписи… Потом, по воде и по суше, до самых дальних окраин, кусочки хлеба, освященные прикосновением фараона — развозили его подданным… Каждый житель страны (!) имел право на "священную пайку", а если кто-либо случайно оказывался обойденным — виновные в недостаче могли поплатиться жизнью…

— Ого! Канонизированный ритуал, характерный для "культуры голода"? — уважительно осведомился завхоз.

— Рудимент неолитического военного коммунизма.

— Всю жизнь я считал, — нахмурился Соколов, — что Древний Египет был обществом идеально организованной "вертикали власти". Фараон — земное божество, а все население слепо ему повинуется. Ритуалы и рутина… Учет и контроль… Или?

— Или! — правильные слова наконец-то сказаны, можно развивать тему, — Чем принципиально отличаются революционная и государственная власть? Где проходит граница между "бунтом" и "порядком"? Кто скажет?

— Интересные вопросы задаете, пожалуй, донести придется… — с ходу процитировал завхоз бессмертного "Властелина колец", — "Бунт" — это когда озверевшая чернь поднялась "за правду и справедливость"… "Порядок" — это писаные законы… Шесть-семь тысяч лет, как на излете неолита зародились первые аграрные государства, где навязанный силой "закон" стал выше любой "правды" и главнее "справедливости". Исключение — кочевые народы, у которых государственности нет совсем, — он, наконец, уселся, удобно скрестив руки на животе, — Кое-где, конечно, пытались спасти "древние порядки". Неолитический коммунизм в Чатал-Гююке очень интересный пример. Однако, пресловутый Чатал-Гююк — довольно изолированное от мира поселение потомков бунтовщиков. В то время как Египет времен фараонов — многомиллионное организованное государство, десятки веков тесно вовлеченное в политику и международную торговлю с такими же свирепыми ветхозаветными деспотиями, — заметил мою реакцию, — Что-то не так?

— Вы очень правильно сказали — "вовлеченное". Рядом — не значит "такой же"… Подскажу. Египет — пережил абсолютно всех своих врагов. А все нормальные государства "раннего типа" — выжирают кормящий ландшафт за считанные поколения… Там, где они впервые возникли 5–6 тысяч лет назад — теперь голая пустыня.

— Если намекаете на табличку "Коридор человечности", из вашей с Еленой брошюры — обоснуйте внятно…

— "Страна фараонов" — уникальный пример мира, где несколько тысяч лет искусственно поддерживался "режим хронической революции". Её сходство с "ровесниками эпохи", давно сгинувшими доисторическими тираниями Северной Африки и Ближнего Востока — кажущееся. Сейчас эта особенность феноменально живучей цивилизации Древнего Египта ярко заметна только нам — коренным жителям почти такой же "вечно погибающей России".

— Так не бывает! — возмутился Соколов, — Вопиющую разницу наверняка бы заметили.

— А что, многие замечают принципиальную разницу между Швейцарским Союзом и прочими странами Западной Европы? — осведомилась Ленка, — Этому союзу средневековых коммун, между прочим, больше семи веков! Швейцарская демократия — древнее любой монархической династии мира. И что? Привыкли…

— Принято…

— В сходных обстоятельствах возникают до удивления похожие общественные формации. Русский "цивилизационный код", по множеству признаков — аналогичен древнеегипетскому образцу.

— Ага… — Ленка, как примерная школьница, подняла руку, выпрашивая слово, — Давай!

— Я ещё вспомнила, — она потешно наморщила лоб, — "Священная должность" фараона, в аутентичном переводе на русский язык, звучит примерно так — "Угодный Ма-ат (это египетская богиня правды), Тот, кто делит еду по справедливости". Только не путать с пятичленным "священным именем" фараона! Соотношение тут, примерно, как между должностью и "Великим титулом" русских царей. Титул-то длинный, а должность совсем простая — "Святой Защитник". В случае уклонения от выполнения прямых "должностных обязанностей" — русский царь по умолчанию теряет божественное право на власть.

— Все слышали? Учтите, египтяне всё организовали гораздо круче — у них не было государственной монополии на магические ритуалы. Примерно, как описывала Урсула Ле Гуин в "Правиле имен". Настоящее имя — это настоящая вещь. И наоборот… Первобытная "справедливость" — когда еда раздается всем поровну. Делят иначе? Кто-то остается голодным? Значит — "царь не настоящий"!

— И нашкодивший "Великий Хлеборез", вместе с друзьями, детьми и прихлебателями, "в рабочем порядке" — идет на хрен… В смысле — к Анубису… С полагающимися в таком случае близким родственникам упомянутых лиц "оргвыводами". Знакомо?

— Угу, — каудильо задумался, — Получается, что и Лжедмитрию I, и Николаю II — грех жаловаться на судьбу. Сами обязаны были понимать, куда лезли…

— Жаль, что в России, условно говоря — ещё длится "додинастический период", отчего регламент — не отработан. Для замены монарха нам требуется смута или революция. А древние египтяне решали назревший "кадровый вопрос" просто, быстро и без малейших сантиментов. Что невероятно возмущало самодержцев из сопредельных стран, искренне считавших, что "Государство — это я".

— "Поучение Птахотепа" (XXVIII век до новой эры), в оригинальном изложении… — вяло пару раз хлопнула в ладоши Ленка, — Формально верно, хотя и крайне примитивно. Добавлю, что, как и Россия, Древний Египет — это общество не знающее каст. В исходном тексте сказано буквально — "не бывает рожденных мудрыми". Все люди, любого происхождения, равны перед богами и оцениваются только по своему поведению. Причем, это никакой не закон (!), а сложившаяся практика.

— Принцип ясен… Жизнь и благосостояние народа — превыше любых "хотелок" любого правительства… Сомневаюсь, что самим фараонам нравились подобные порядки, — подал голос завхоз.

— Категорически не нравились! Люди во все времена одинаковые. Но, поделать они ничего не могли. Кто не верит — посмотрите на Смирнова. "Проблемы негров шерифа не колышат" У потерявших берега древнеегипетских начальников всегда имелось три врага — народ, жрецы и крокодилы. У нас под рукой — работяги, ученые и морская пехота… По сравнению с последней — нильские крокодилы заметно добрее и отзывчивее… — у Ленки на полковника имеется ядовитый зуб. Запомним…

— Устойчивое динамическое равновесие? — отчего мужиков постоянно тянет в физику…

— Можно сказать и так. Важно, что пока современный нам мир мучительно пытается нащупать подобный "механизм" опытным путем, в местах, подобных Древнему Египту или России — он существует с самого начала. "Канонический государственный миф", о котором тут упоминали — попытка словесно сформулировать эти "правила игры" в понятном (и равно неприятном) для всех сторон виде.

— Девушки, — поднялся завхоз, — Давайте, я сейчас это покажу на простом примере.

До чего деликатный человек… Другой бы, как минимум, выматерил за внезапную потерю способности внятно излагать свои мысли без припасенной шпаргалки. Ну, есть за мной такой грех, иногда находит ступор. Поддерживать разговор с грехом пополам могу, а сама его направлять — никак. Задним числом подозреваю, что это проявил себя "мускусный отходняк". Дико захотелось, что бы всем распоряжался и говорил мужчина. Вот. А этому — просто надоело ждать толку от слегка ошалевшей беременной бабы… Разговор сразу стал конкретен.

— Леночка, диктофон работает? — эге, получается, что наш бред уже сохранен для истории, — Доставай свою шпионскую камеру… Галочка, сдвинь куда-нибудь это всё (пустую посуду), а продукты — оставь! — гм, зачем? — Света достаточно?

— У меня вспышка… — Ленка действительно добыла крошечный фотоаппаратик "Sony" и прицелилась в мою сторону, — Порядок, экспозиция в кадре помещается нормально… — надо думать, так назвали шкаф с образцами.

— Галочка, я вас умоляю — немного в сторону! — ага, это называется — "хозяйка, брысь в угол, гости пришли", — Леночка, а что вы таки скажете за эти дацзыбао? Их хорошо видно? Если нет — сделайте мельче общий план… А вот этот плакатик — крупно. И книжечка — пригодится… — на кой черт ему понадобился сборник "Уставов"? В военизированной организации (которой является экспедиция) иметь его под рукой было полезно. Но, теперь…

Володя, по каким-то своим соображениям, включил в разыгрываемый "образ образованного национала" страсть к древним китайским изречениям. А может быть, просто забавлялся видом китайского "лабораторного модуля". Как не хотели узкоглазые братья создать "стиль белого человека", печать "азиатчины" лежит на всем внутреннем убранстве. Пара табличек с иероглифами, под потолком, выгодно её оттенили. На левом, вроде бы, начертано — "Кто кормит народ — у того власть", а на правом — "Во время голода — справедливость становится религией". Очередная шуточка, в фирменном стиле, на грани фола. Наш завхоз разбирает китайскую грамоту?

— Вячеслав, вам удобно? Тогда — смотрите и отвечайте. Вот это, — его палец уперся в книжку "Уставов", — И вот это, — палец переехал на с сентября закатанную в пластик армейскую суточную "норму N 1", — действующие законы! Вот это, — указующий перст нацелился в настенный фото календарь, — объективная реальность! А вот это всё, — широким жестом завхоз обвел стол с остатками угощения, полки с пробами продуктов, вешалку с верхней одеждой и ярко горящую лампу, — оскорбление канона и состав преступления! Особенно — вот, вот и вот! — в центр стола оказались сдвинутыми банка маринованного дикого лука, упаковка грибных хлебцев, для понта завернутый в пергаментную бумажку брусок самодельного 85 % кальциевого мыла и стальной стерилизатор с глюкозой, — Вы что-то можете сказать?

— У нас не было другого выбора… Или — использовать всё, что сумели добыть. Или — всем дружно помереть.

— Браво! А теперь — озвучьте точку зрения на происходящее самых больших московских начальников. Подсказка! Она будет точно такая же, как и мнение любых древних сатрапов… Или любых государственных чинов вообще… — пыхнула вспышка фотоаппарата. Хоть и мимо глаз, а с непривычки ослепительно, — Как можно короче! В идеале — попробуйте одним словом, — Соколов закусил губу… Ленка извернулась и щелкнула его сбоку…

— Ясное дело — бунт! Сиречь — возмутительное самоуправство и "дискредитация действием" всей пирамиды официальной власти.

— Обоснуйте…

— Закон, — осторожно подбирая слова, начал каудильо, — и особенно "святые каноны", государство требует исполнять буквально. Особенно — в ситуациях опасных для жизни, — опять чему-то грустно усмехнулся, — Вы же намекаете на глухо канонизированную историю Великой Отечественной войны? "По канону", оставшись без командиров и средств ведения боя — солдат сам должен броситься в самоубийственную атаку и устрашить врага собственной смертью…

— Поскольку сдаваться в плен — нашим военным прямо запрещает "Устав", — поддакнула Ленка, — Вот, тупо нельзя — и всё… На этом выборе "дозволенные варианты" считаются исчерпанными.

— Гражданское население, оказавшись без кормежки "из рук" и животворящих указаний власти — обязано броситься на её поиски, или — немедленно вымереть от голода и тоски, как пчелы, оставшиеся без матки. Ещё вариант — героически самоубиться, при попытке любимую власть защитить. В священном порыве, так сказать, и "выполняя её последнюю волю". Как в Блокаду… А мы, на четвертом месяце "100 % робинзонады" — сидим в тепле и при свете, до отвращения сытые и непуганные. Да ещё и болтаем всякий вздор…

— Для гражданских лиц — допускается третий случай…

— Ну, да. Удрать от всех опасностей в ближайшие дебри и там, тихонько затаившись, ждать, когда же, наконец, вся в победном сиянии — любимая власть вернется обратно… Тьфу, в нашем случае — когда откроется "аномалия".

— Прямо таки сидеть и ждать? В окружении врагов? А что диктует "канон"? Например, про историю написания Фадеевым романа "Молодая гвардия" вам в школе рассказывали?

— А… — протянула Ленка, — Это — даже нам рассказывали… Первая редакция романа имела в народе оглушительный успех, но была жестко раскритикована за "недостаточное отображение руководящей роли коммунистической партии". Если верить Фадееву, в личной беседе, Сталин высказался о книге так — "Мало того, что вы написали беспомощную книгу, вы написали ещё идеологически вредную книгу. Вы изобразили молодогвардейцев чуть ли не "махновцами"… Но, разве могла существовать и эффективно бороться с врагом на оккупированной территории организация без партийного руководства? Судя по вашей книге — могла… " Бедняга всё переписал в "правильном ключе", срочно выдумав "из головы" несуществующих в реальности персонажей-коммунистов…

— Грустно, конечно — вырвалось у Соколова, — Какое там ещё "руководство"… У них — даже связи не было. И в осажденной Брестской крепости — связи не было… Люди воевали на свой собственный страх и риск. Без всякого руководительства…

— Это с вашей точки зрения… Зато "профессиональные начальники" — убеждены, что связь с руководством должна быть всегда! Жить и успешно действовать без ценных указаний "сверху" (как того требует священный канон) — невозможно! Вся власть — сверху. Не от царя, так от бога!

— По поводу маниакальных состояний и приступов "богоискательства" на этой почве — обращайтесь к Дарье…

— Полковник Смирнов считает себя полностью здоровым патриотом России, — ехидно напомнила Ленка, — И профессор Радек — тоже думает, что находится в своем уме.

— У нас здесь, в конце концов, не Древний Египет… — рассердился Соколов, — Они оба — взрослые современные люди.

— Что не мешает профессору утверждать, что им установлена "связь с потусторонним миром". А полковнику — уперто стремиться, любой ценой монополизировать эту "связь". Не гнушаясь применять оружие. Представьте, как про это будут читать в летописях всего через несколько веков…

— Вы ещё мне скажите, что мы сейчас присутствуем при зарождении оригинального религиозного культа…

— К сожалению, — завхоз тяжело вздохнул, — скорее всего, мы лично участвуем в возникновении принципиально нового типа цивилизации.

— Что не помешало Радеку, уже фактически занять в ней пост "первосвященника", а Смирнову — пост "главнокомандующего"…

В способности буквально несколькими словами выразить суть вещей — Ленке не откажешь. Сказано точно. Всё действительно познается в сравнении… Честно скажу, радости от грядущей перспективы — никакой. Мрак!

— Галочка, не молчите! — теперь и указующий палец завхоза, и объектив фотоаппарата — нацелены на меня.

— Всгда полагал, — Соколов ни к кому конкретно не обратился, — что бунт — явление мгновенное, а зарождение цивилизации — дело гораздо более продолжительное… То есть, я согласен, тема всплыла довольно неожиданная…

— Есть мнение, что революционное появление нового типа общества — редко занимает более 3–4 месяцев… — услышаля я собственный голос, — Во всех случаях — это бунт и смена формы правления. Однако, ключевой фактор — принципиально новый хозяйственный уклад. Если таковой успеет сложиться в указанные сроки — человеческая история получает очередной импульс. Если нет — "ну, не получилось"… Все померли… Никакой мистики, кстати, голая физиология. Человек способен активно действовать, оставшись совсем без еды, примерно 10–15 дней. Если он рационально расходует силы и внутренние запасы организма — один месяц. При возможности перебиваться случайными видами плохой пищи, не дающими достаточно калорий — 3–4 месяца. По истечении указанного срока — перенесенные тяготы и лишения либо — окупаются победой, либо — завершаются смертью участников.

— Галочка, у вас найдутся тому доказательные примеры? — вкрадчиво осведомился завхоз.

— Да полно! — мозаика в голове сложилась окончательно, — Взять будущих изначальных египтян. Им круто повезло. Срок вегетации полудикой "красной египетской пшеницы" (она же "полба", та самая, которой знаменитый поп кормил своего работника Балду) — три месяца. Предположим, нищие фаюмские беженцы (это самая старая культура "додинастического периода") — укрылись в тростниковых зарослях Дельты, и как-то там поладили с крокодилами… Им было достаточно очистить площадку и втоптать зерна в ил. Без всякой обработки! "Полба" — такая культура, которая не требует удобрений, не боится ни сорняков, ни болезней и не поедается вредителями. Всего через три месяца — урожай "сам-30", а то и "сам-50" готов… Кстати, время начала сева особенного значения не имеет. В климате Египта — можно спокойно получать по три урожая в год…

— А чем его убирать? Я слышал, что на островах Дельты нет ни руд металлов, ни поделочного камня, — завхоз догадлив, — Там доступны только простейшие "подножные материалы" — глина и тростник. А "полба" — славится трудностью своего обмолота…

— С горя, фаюмцы первыми в регионе освоили керамику… Тарелки, горшки, серпы и ножи — они приспособились мастерить из обожженой глины… В то время, как окружающие их племена, с замашками "номадов", упорно продолжали цепляться за "классический неолит", используя для поделок только камень… Пробавляясь преимущественно охотой, скотоводством и (это святое) "крышеванием" подвернувшихся под руку аграриев. На общем фоне — приключился революционный переворот и потрясение основ мироздания.

— Не меньший, чем промышленная переработка никому здесь не нужных грибов на муку и получение гидролизного сахара прямо из древесины, в условиях зимней Сибири… — так же вкрадчиво подсказал завхоз и подмигнул Соколову, указывая на календарь, — Феноменальный прогресс, за каких-то три месяца? Жить захочешь — ещё не так раскорячишься!

Хороший вождь должен уметь думать о куче вещей одновременно. Соколов, при всем моем куцем опыте — наиболее яркий тому пример. Вот и сейчас… Пока мы изощрялись в эрудированности — он пришел к какому-то одному ему ведомому умозаключению и немедленно ошарашил собрание.

— Елена, извините за неожиданный вопрос, китайские иероглифы вы тоже разбираете?

— Мал-мала, большая белая господина! — надо знать Ленку, что бы понять подтекст… Знакомый любителям Джека Лондона "язык аборигенов Океании", знаменитый "пиджин-инглиш" — это искусственный диалект, где корни английских слов комбинируются по правилам китайской грамматики. Ну, а в переводе — соответственно русской. Ни приставок, ни предлогов, ни суффиксов… Звучит по-дурацки, однако, понять друг друга можно.

— Правда, что по-китайски, понятия "равноправие" и "справедливость" — пишутся одинаковым иероглифом?

— Ага… Вот так! — Ленка легко перегибается через стол и тычет пальцем в правое дацзыбао, — Это один из самых старых значков в китайской письменности. Смотрите, какой простой. Стилизованная буква "Х", с наклоненной влево "запятой-ударением" сверху.

— Понятно… — каудильо опять тяжело вздыхает.

— Что? — похоже, завхоз потерял нить разговора.

— Всё… У китайцев — тоже "гидравлическая цивилизация". А ещё они — последняя уцелевшая до наших дней цивилизация Бронзового Века. Приходилось, для развития, кое-что читать… про каноны китайской культуры…

— И что там? — мне, кстати, тоже интересно. Даже Ленка — навострила уши.

— Только не смейтесь — то же самое, что в Египте… Власть, потерявшая "Мандат Неба" — должна исчезнуть.

— Респект! А теперь, Галочка — расскажите нам, хоть немного, про особую роль египетских крокодилов…

Можно подумать, я специально изучала эту тему. Так, обрывочно сопоставила несколько фактов. Эх…

— Нормальная "иерархическая пирамида" всегда строится на вооруженном насилии. Так сказать — "винтовка рождает власть". Уникальность доисторического Древнего Египта — в отсутствии последнего компонента. Бежавшие в тростники Дельты фаюмцы оказались полностью беззащитны перед крокодилами… С тем оружием, которым они располагали, с хищными рептилиями можно было только осторожно сожительствовать, не конфликтуя… Если честно — это по сей день неоцененный потомками великий подвиг, давший начало великому народу. Привычка без особых сантиментов, почти ежедневно, крутить хвосты крокодилам — плохо сочетается с чинопочитанием и лояльностью властям.

— А как они смогли… вообще? — видно, что тема крокодилов Ленку живо интересует.

— Можно, я отвечу? — хитро усмехнулся завхоз, — Есть у меня дальний родственник… в тех краях. И разводит эту живность… Крокодил — довольно развитое животное. Не глупее вороны… Пускай у него и мозг размером с грецкий орех. Конкретно нильский крокодил — "социальное" животное. Очень общительное, коммуникабельное, нежно заботящееся о потомстве… У него отличный слух, острое обоняние и полное отсутствие естественных врагов. Проще говоря — взрослый крокодил вообще никого не боится. Умеючи — с ним довольно легко договориться.

— Как?!

— Не шуметь… Не мусорить при обработке дичи… Не оставлять рядом с жильем ни кусочка гнилого мяса (включая тела покойников). И — хоть ходи к крокодилам в гости. Для верности, намазавшись секретом из специальной железы. Так называемым "крокодильим мускусом"… Примут "за своего". А ещё — крокодилы очень ленивые. От них можно отгородиться самым обычным плетнем. Лазить через заборы по своей воле они ни за что не станут…

— Всё равно… — Ленку передернуло, — Это получается, словно жить на минном поле.

— Так ведь мы живем? — это Лев Абрамович ловко ввернул, — Опасно, но не смертельно.

— Живущим посреди крокодилового болота — армия не нужна? — до Соколова тоже дошло.

— Практически… Более того, зная повадки крокодилов — их можно использовать, как оружие. Например, забросить во вражеский лагерь пахучую приманку. Или кого-то там ранить. На стоны и запах свежей крови — крокодилы сбегаются за несколько километров… Именно сбегаются! Голодный крокодил умеет бегать на выпрямленных ногах, причем — развивает скорость до 30–40 км/час. Воевать с атакующими крокодилами холодным оружием — невозможно. Даже огнестрельное — часто не помогает…

— Древнеегипетские жрецы все эти вещи досконально изучили и умело ими пользовались?

— Естественно…

— В результате, — Соколов небрежно обозначил рукой совокупность расставленных по столу предметов, — приблизительно пять с половиной тысяч лет назад, в Дельте Нила — возникла самобытная коммунистическая цивилизация… — устало на меня взглянул и добавил, — А в блокадном Ленинграде, семьдесят лет назад — она же, при довольно таки сходных обстоятельствах — не возникла. К сожалению, Галина до сих пор стесняется внятно предложить, что следует предпринимать конкретно нам, ради спасения своего собственного "очага культуры". Извините за высокий слог. Только я хотел бы услышать рекомендацию именно от неё. Простите, такую блажь.

Ужасно не люблю, когда мужики, с манерами и телосложением нашего каудильо, пялятся прямо в глаза… Я в таких случаях теряюсь. И взор опускаю… Из-под ресниц наблюдаю, как между хлебцами и луком Соколов втыкает сложенную вдвое картонку. "Памятка взрывотехника", ага… Стремное сочинение для первоначального обучения штатских "чайников" (вроде меня) основным навыкам саперного дела. Куда вставлять, как поджечь, какими знаками обозначаются заминированные участки местности и проходы в них. Теперь — полная икебана…

— Давайте, я отвечу… — Ленка похрипывает, простыла что ли? — Это питерский глюк — "сама знаю, но вам не скажу". Из-за таких вот глюков, дедушка Ленин заслуженно обзывал русскую интеллигенцию "говном нации".

— Стыдно, Галочка, — видимо из педагогических соображений Лев Абрамович "выключил акцент", — бывают в жизни моменты, когда следует, не чинясь, называть гадости своим настоящим именем… — что бы он понимал!

— В отличие от некоторых, — Ленка выразительно измерила взглядом обоих присутствующих мужиков, — те додинастические жрецы, что стояли у истоков первоначальной египетской цивилизации, соплей не жевали. Это были настоящие прошаренные отморозки! Навсегда "уходя в камыши" они не поленились поголовно зачистить местную "элиту". И оказались правы! В блокадном Ленинграде — получилось в точности наоборот. А мы — трусливо дрожим где-то посередине, изображая чистоплюев, — теперь глаза опустил Соколов, ну, Ленка дает! — Хотя, здесь и сейчас, промедление — смерти подобно!

— Собственно, она о чем? — не въехал в тему завхоз… Зато у начальника — лицо окаменело. Но, ответил…

— Добрая девушка предлагает мне не останавливаться на достигнутом и своей властью перестрелять всех старших офицеров экспедиции. Пользуясь случаем. Чисто профилактически. Оставить в живых ученых, инженеров, "солдат-срочников" и тех военных, кто по должности — не выше командира взвода… Остальных — того… — каудильо убийственно конкретен… Володя бы его прямоту одобрил. Как там, у Марио Пьюзо? "Деловая мера, ничего личного" А самое противное сознавать, что он сам — такое бы уже давным-давно проделал.

— М-м-да… — оценил идею завхоз, — А вы знаете, в этом что-то есть! Революция отличается от бунта тем, что не останавливается на полумерах и потому успешна. Но, я бы предпочел эмоциям факты, или хотя бы анализ…

— Бунт, — уже значительно разборчивее вякает Ленка, — это всегда акт цивилизованного вандализма. Протест против системного жлобства. Включая и русский бунт, который типа "бессмысленный и беспощадный". В нем, на самом деле — важнейший манифест. Смотрите — мы не присваиваем, мы рушим или жжем, а если убиваем, то не скрываясь. Потому, что не "проворачиваем" шкурные делишки, а проводим в жизнь осмысленный террор.

— Леночка… — завхоз вытер засаленным платком внезапный пот, — Софья Перовская — вам случайно не родня?

— Нет, — сбавила тон филологиня, — Она из "Народной воли", а мой прадед, так — боевик… из "левых эсеров". Но, дедушка меня воспитывал "в духе". В общем — извиняйте, — т-э-эк, не зря они с Кротовым нашли друг друга.

— Вы не закончили мысль.

— Почему иногда следует безжалостно уничтожать теоретически могущих оказаться полезными людей или материальные ценности? Потому именно, что если исповедовать принцип, что хороший дом ни в коем случае нельзя рушить, в крайнем случае — отобрать "под детский садик", то тебя начнут ставить перед фактом. Успели построить дом, значит, по любому — будет стоять. А если, хоть иногда, заявлять — "Я сказала, что здесь будет лужайка!" и сносить все на хрен бульдозером — сразу пропадает гадкая предопределенность, в которую тебя подталкивали…

— В Администрации города Москвы у вас тоже родственники? — Ленка, не вдаваясь в подробности, кивает…

— Не надо путать революцию с бунтом, хотя, иногда, они происходят разом по соседству. Революция — это новая идеология. Бунт — это чистый протест. Люди не ждут, что система изменится, они грубо дают понять, что она их уже достала. Слов "наверху" — никогда не слушают, а так — обычно доходит… И долго помнится… Вот.

— Она права? — меня снова сверлят "командирским взглядом".

— Угу… — язвительные комментарии застряли в горле.

— Тогда, — ожил завхоз, — Дайте развернутую картину. Опустив личные подробности. Надо, Галочка, надо…

Глава 37. Пятьдесят метров до свободы

В открытую часть своих выкладок я эту информацию не включила. Во-первых, шугливо. Во-вторых — не специалист. Больше ковыряла "вторичные" и им подобные источники. Однако, даже при моем уровне допуска, в "спецхранах" отыскалось масса любопытного, эдак прозрачно намекающего…

— Сразу предупреждаю, что в "классической" истории Древнего Египта, того, что я сейчас расскажу — нет. Это очень свежие данные… Результаты обработки материалов по климатическим циклам Северной Африки. Я уже говорила, что при благоприятных условиях новая цивилизация всегда рождается почти моментально. Уточню! На самом деле, такими "благоприятными условиями" становится гуманитарная катастрофа регионального или глобального уровня. Страшное бедствие, прогоняющее через "бутылочное горлышко" эволюции миллионы людей. Количество выживающих, при таких катастрофах — проценты. Чаще, десятые доли процента.

— Не увлекайтесь… — да, трудно настроиться.

— Академическая наука до сих пор считает, что египетская цивилизация формировалась постепенно. Однако, современные материалы, особенно расчеты последних лет и свежие геологические данные — говорят обратное. Сахара стала такой, как мы её знаем (океаном безжизненного песка и каменных россыпей) — почти мгновенно. Максимум — в течение 5-10 лет. Скорее всего — ещё быстрее… Два-три засушливых года, усугубленных перевыпасом скота и милой привычкой аборигенов устраивать загонные охоты, поджигая сухую траву, будто переключили рубильник. Приблизительно 5440 лет назад (плюс-минус четверть века) из края зеленых равнин и полноводных озер, Северная Африка превратилась в бескрайнюю выжженную пустыню… Сотни тысяч голодных аборигенов, уничтожая на пути все живое, устремились к редким оазисам и, разумеется — к неизменно полноводному Нилу. На доброй трети континента пошла прахом вся привычная система ведения хозяйства, от охоты и скотоводства до любых форм первобытного земледелия. Как выживать в тростниковых зарослях Дельты — не знал никто. Волна за волной, попутно истребляя друг друга в кровавых стычках, массы беженцев докатывались до окружающих древний полноводный Нил крокодиловых болот и бесследно в них исчезали.

У нашего каудильо довольно мало вредных привычек. Но они есть. Эта ужасная манера привлекать к себе внимание, поднимать руку с раскрытой ладонью (широченной и мозолистой) и одновременно стучать по столу локтем. Бедный стол! Он совсем тоненький и пластмассовый. Рассчитан не на наших громобоев, а на тщедушных китайцев.

— Стоп! Как же будущие египтяне там вообще выжили?! — спасатель, блин… Уже вообразил картинку.

— Действуя согласно инструкции, — бурчит из своего угла Ленка, — Древние египтяне — удивительный народ. На любые случаи жизни их жрецы, черт знает когда, сочинили так называемые "Поучения". "Как надо торговаться", "Как надо искать воду в пустыне", "Как принимать роды"… Короткие, но исключительно дельные. Длинно там и не получалось — иероглифы, это мрак! Самые старые и оспариваемые тексты, восходящие аж к "додинастическим временам" — похожи на обычную египетскую заумь, как "Законы двенадцати таблиц" на "Кодекс Юстиниана"…

— Первый раз слышу… — я, между прочим, тоже. Вот так филологиня, из семейки террористов. Послушаем…

— В основном — там обрывки, похожие на школьные шпаргалки или "памятку командира". Самые занятные: "Как советоваться, когда беда" и "Как менять власть"… Есть мнение, что с них когда-то начинался их "канон".

— Хоть процитируйте… — завхоз тоже навострил уши.

— Да вы их сами знаете… Ну, что в Совете должны участвовать все, кто способен что-то сказать… Включая женщин и детей старше "руки пальцев". Что первыми на Совете должны говорить самые младшие. Всё дельно.

— Я спрашивал про власть… — Соколов опять, сам того не замечая, исподволь давит на собеседников.

— Вы только не смейтесь, — Ленка, не видя смотрит в пространство, что-то себе воображая, — Там сплошной "Приказ номер 270". А если по-простому — "…прежде чем созывать Совет — надо убить всех, кто правил раньше, за то, что обманули людей… И всех их родственников, что бы не мстили тем, кто оказался лучше…". Зацените! Что бы дать власть ученым (жрецам) — обязательно сначала истребить администраторов (вождей). Иначе — всем хана.

— Галина, прокомментируете… — отрывисто требует каудильо… Да легко!

— Оригинально, в смысле формулировки и довольно близко к сути… — мертвый взгляд уперся в меня, — Есть современная статистика кризисного выживания… Есть обширный этнографический материал… Метод верный.

— Тогда, продолжайте.

— Главный "мозговой блок", который государство вколачивает в головы подданных — "Коней на переправе не меняют". В смысле — "Если стало трудно, то надо крепче сплотиться вокруг существующего руководства и верить…" Не знаю, что там написано в древних папирусах, но додинастические египтяне поступали в точности наоборот. При существенных затруднениях — вырезали правящую верхушку и родовую знать на хрен. В самых экстренных случаях — не гнушаясь приглашать на царство "варягов" со стороны… Например, тех же гиксосов, — Лев Абрамович открыл рот, собираясь возразить. Рано! — Русские, что бы вы знали, действовали точно так же. Знаете, как археологи "на глаз", определяют, возник населенный пункт до или после Монгольского нашествия?

— По геодезическому месту расположения… На ровном месте он построен, или на неприступной круче, — умеет каудильо удивить неожиданными познаниями. Хотя, им это как раз могли давать в рамках профобразования…

— Правильно! Главный признак "феодальной раздробленности", как изящно принято именовать беспредел Темных веков, так называемые "пиковые поселения". Люди осмеливаются ставить постоянные жилища только в самых труднодоступных местах, на горных кручах или водоразделах. Кругом разбой! Всё что расположено в относительно удобных для жизни местах — немедленно грабят и разоряют… Так строили городища в Древней Руси… или в период Железной Революции 3000 лет назад. Так сейчас ставят свои стойбища местные тунгусы.

— А когда пришли монголы — Россия покрылась деревнями сплошняком, а из деревянной — стала каменной… Самое очевидное следствие прекращения княжеских междуусобиц и тотального разбоя.

— Понимаете! — приятно, когда люди в курсе, можно сэкономить на подробностях, — Тот же самый "вечный" конфликт. "Начальство против народа, жрецов и крокодилов". В роли "крокодилов" выступали монголы. Князь с ними договориться не мог, а попы — вполне. Князь драл с народа три шкуры, а монголы — не более 10 %. Меньше нашей современной налоговой ставки! Основной экспортный товар "домонгольской" Руси — рабы. Каждый крупный русский город — центр работорговли. А дяденька Чингиз-хан лично хлебнул рабской доли и, по по старой памяти, работорговли категорически не одобрял… Отчего вторжение хана Батыя основная масса населения (!) приняла с восторгом. Легко сообразить, что никакого другого консенсуса там и тогда возникнуть не могло. Всего через несколько лет после "нашествия", идущее на Запад монгольское войско — почти поголовно говорило по русски.

— Не отвлекайтесь…

— Короче, оказавшись на краю гибели, люди обычно начинают строить коммунизм. Общество "равенства и справедливости". Или гибнут. Первый шаг к коммунизму — физическое уничтожение прежней "элиты". Второй шаг к коммунизму — рациональная переборка общества в "жесткую конструкцию", где нету ни одной лишней детали… Эту работу выполняет "советская система". "Каждый человек с неизбежностью приносит пользу, если он оказался в своё время на своем месте…" Возраст, пол, происхождение и знатность — теряют всякое значение.

— Это вы намекаете на Голдан? — вдруг рычит Соколов. Странный вопрос, начальник… Причем тут Голдан?

— Про Голдан — намекала я, — влезает в разговор Ленка, — Она — единственная, кто соображает, как тут жить…

— А мы? — натурально удивляется каудильо.

— К счастью, нам — абсолютно по фиг, где жить, — непререкаемым тоном продолжает филологиня, — Видели? — её рука с покрытыми лаком (!) ногтями, поднимает для всеобщего обозрения упаковку кальциевого мыла. Питаясь вот этой дрянью — мы выживем где угодно. Однако, Голдан знает о местных делах несравнимо больше полковника Смирнова. А полковник Смирнов — вообще не воспринимает Голдан в качестве собеседника. Пробуйте сделать вывод сами…

— Вы таки настаиваете? — завхоз поворачивает сжатую в кулак руку оттопыренным большим пальцем вниз.

— Это диктует исторический опыт! — Соколов с вопросительным выражением оборачивается в мою сторону.

— Товарищ Сталин — как бы рекомендует… Но, у товарища Жданова, в Блокаду — не хватило на это мероприятие духу.

Бух! Бух! Посуда — подпрыгнула, столешница — задрожала (крест на пузо, я лично видела, как по тонкому китайскому пластику прошла волна деформации). Соколов постучал по столу пальцем… Одним! Типа, добрый. Пожалел "инвентарь". Явно, в целях пресечения бесполезной свары. И народ-то приткнулся… А уже раскрывал рты… Каждый, в надежде выдать своё мнение первым. Развели новгородское вече периода упадка, блин. Что за страна? Стоит в смешанной компании, к слову или случайно, вспомнить Сталина — сразу начинается срач. Вот вам всем хрен, господа бывшие товарищи, у каудильо — не забалуешь. Он тут сам теперь — "вождь и учитель".

— Говорит — Галина. Все остальные — дополняют. В паузах и с её разрешения. Не перебивая. Договорились?

— Поддерживаю! — Лев Абрамович подозрительно покладист. Ленка — судорожно кивнула, подавившись репликой.

— Считается, что есть три основных сценария развития ситуации "мегаполис в блокаде". "Парижский", когда севшую в лужу власть, не способную обеспечить выживание людей — свергают, а население — создает коммуну. "Сингапурский", когда жидко обделавшееся начальство само сдается врагам, не дожидаясь внутреннего бунта. "Ленинградский" — когда власть успешно давит внутренний бунт, превентивно истребляя "лишний электорат". На самом деле их больше, но исторически сложилось, что обычно реализуется один из перечисленных. То, что случилось в египетской Дельте пять с половиной тысяч лет назад — сюжетно напоминает "парижский" вариант, но, по ряду признаков — гораздо ближе к "ленинградскому", а следовательно — нашему с вами варианту. Отчего важен.

— Острый политический кризис совпал с научно-технической революцией? — завхоз таки не удержался…

— Именно! Зерновое земледелие, для неолита — самая настоящая "закрывающая технология"… Крах старой жизни. Но, это потенциально. А реально — любая новая технология идет в ход, когда применяется в качестве инструмента захвата-удержания власти или в военном деле… Что, в принципе, одно и тоже. Для старой элиты — это всегда гроб с музыкой… Люди, привыкшие "точно исполнять приказы" или "хранить каноны", для условий революционной ситуации — разом балласт и смертельная угроза. Что бы они сами про себя не воображали…

— Даже профессиональные революционеры? — сам Соколов не удержался.

— Ещё ни один политический деятель в истории не сумел совершить две успешных революции подряд. Но, многие из них — устраивали контрреволюции, ради "фиксации личной победы". Наполеон и Сталин — примеры. Жданов, на личном опыте знал, что такое "смена общественно-экономической формации" и чем она кончается для тех, кто возглавлял предыдущую… Переживать революционный катаклизм повторно, в зрелом возрасте и на высокой должности — он в 1941 году не собирался. А, следовательно, население Ленинграда было обречено.

— Даже так? — я уже заметила, что каудильо терпеть не может безвыходных ситуаций. Они для него — вызов.

— Можно, я доскажу про Древний Египет? — общество не возражает. Ленка настолько любезна, что молчит.

— Переход к оседлому земледелию, это возможность накапливать зерно. А зерно — самый первый "продукт долгого хранения". Достаточно дешевая, компактная, калорийная и практически не подверженная порче пища, всегда и во все времена — производит революцию в военном деле. Она позволяет армии совершать дальние пешие марши с носимым на себе запасом провизии.

— А зачем они нужны? — увы, Лев Абрамович, при всей внешней воинственности, глубоко штатский человек.

— Если древним людям повезло отыскать себе райское место, значит ли это, что их существование отныне беззаботно?

— Конечно, нет! Довольно скоро им понадобится отбиваться от других желающих, — нет, завхоз соображает.

— Отгадайте, какая военная тактика в подобном случае наиболее эффективна?

— С учетом сказанного вами про зерно — дальние рейды. С целью создать вокруг поселения "мертвую" зону. Настолько чистую от растительности и дичи, чтобы кочевые охотники-собиратели не могли там прокормиться.

— Дополнительный бонус для властей оазиса от появления вокруг него описанной "рукотворной пустыни"?

— Рядовым жителям, получающими паек из общественных складов (не обладающим личным запасом еды), в таком случае — некуда бежать. Галочка, это самое… Вы что, имеете в виду нашу знаменитую "границу на замке"?

— Не спешите… Что происходит в социуме, разделенном на группу вооруженных бойцов и мирный народ?

— Известно что, — крякает завхоз, — возникает "вертикаль власти". Довольная собой и перемен не желающая.

— Причем, социальное неравенство обязательно отражается в культуре питания. Вплоть до демонстративного отказа элиты от "не престижной" растительной пищи. Прямо как в "старой доброй Англии"… Знать — ест мясо и дичь, а народ — хлеб да кашу… Вооруженные "воины-охотники" — при каждом удобном случае гнобят и унижают "земледельцев", — поддакнула Ленка.

— Теперь — представьте, что дело происходит не где-нибудь, а в Фаюмском оазисе, пять с половиной тысяч лет назад. Когда вокруг искусственно созданной "мертвой зоны" внезапно начала формироваться настоящая пустыня Сахара. То есть, привычное мирное существование кончилось. Увлекательные рейды знати по окрестностям для охоты (в том числе на людей) — тоже. Зато из глубин огромного материка, в сторону самого оазиса, волна за волной, бесконечным потоком поперли через пустыню голодные орды "переселенцев". Вы знаете, как отличить более-менее мирных беженцев (с которыми можно договориться) от опасных бандитов?

— В романе "Мальвиль", у Робера Мерля, есть про это сцена… — Ленку озадачить трудно, — Когда в группе "беженцев" сплошь одни мужики — это явные жлобы, которых безопаснее сразу перестрелять. Нормальные-то люди женщин, детей и стариков — не бросают.

— Поправка! Нормальные люди, отягощенные женщинами, стариками и детьми, обычно и не убегают… Им некуда бежать. Они принимают бой и дерутся за землю и родню насмерть. А убегают — элита и начальство. Тем, в любом месте, любое оседлое население — "электорат". Есть мнение, что в Фаюмском оазисе примерно так всё и получилось. "Вертикаль власти" — первой почуяла беду и смылась, бросив население на произвол судьбы. Привычная "наука побеждать" — перестала работать. Зато жрецы — остались.

— Чистая "революционная ситуация", — понимающе подытожил завхоз, — "Верхи — не могут, низы — не хотят"…

— Это, глядя из безопасного отдаления, через тысячи верст и тьму веков. А как оно смотрелось там и тогда?

— Как "заговор ученых"! — Ленка сверкнула в лицо Соколову фирменной "голливудской" улыбкой во все 32 белоснежных зуба.

— Почему? — то ли утомился наш каудильо, то ли мешает думать вбитая установка "командир всегда прав"…

— Нормальная реакция любого политического руководства на научное чудо — "А нет ли тут угрозы власти?"

— Можно подумать, что натиск неисчислимых полчищ смертельно голодных дикарей — не считался угрозой.

— Э-э! — протянул завхоз, — Слава, перестань путать теплое с мягким. Людоеды, дело понятное и привычное. Большие начальники всегда сами людоеды. "Свои" со "своими" всегда могут договориться полюбовно… А тут — вдруг подняли голову какие-то "яйцеголовые". Крушение основ и публичное оскорбление! Гала, поддержите.

— В чем?

— Перефразируя дедушку Ленина — "Каждая научно-техническая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться!" В руках государства продовольственная независимость — опасное наступательное оружие. Средства закабаления людей и геноцида врагов. Жрецы придумали, как сделать его оборонительным…

— Интересно рассуждаете, — хмыкнуло начальство, — Намекаете на вечную "борьбу брони со снарядом"?

— Хуже! — пора самой вмешаться, пока не ускользнула мысль, — Кто тут слышал про "парадокс 50 метров"?

Маленькой, мне ужасно нравился американский мультик "Chip 'n Dale Rescue Rangers" (по-нашему "Чип и Дейл спешат на помощь"). Забавные рисованные зверушки, хорошо проработанные характеры, добрый юмор… Был в этой потешной команде "грызунов-спасателей" персонаж по имени Monterey Jack или Monty (в русской версии — Рокфор). Австралийская мышь, испытывающая непреодолимую страсть к одноименному сыру… Видя или обоняя предмет своей страсти — Рокфор впадал в транс. Сознание отключалось, усы — завивались штопором и так далее… На экране телевизора это всё выглядело крайне весело. Но, когда встали дыбом усы у Соколова…

— Галина, — севшим голосом отозвался каудильо, — Или ты сама по себе — не по возрасту умная… Или, кого-то чрезмерно умного наслушалась… Хоть немного понимаешь, что только что вслух при посторонних сказала?

— Ага! — и нечего на меня глазами сверкать, пуганная, — Другой вопрос, откуда про этот парадокс знаете вы?

— Доводили по службе… — исчерпывающе, вот и славно, а я боялась, что придется долго и нудно объяснять.

— Галочка, умоляю — подробнее! — а ведь завхоз имеет "первую форму"… Впрочем, для технаря-химика, "инфа не по профилю".

Соколов, не дожидаясь просьбы вслух — кивает. И в самом деле. Смешно прятать тут друг от друга древние "секреты". Все "сидим в одной лодке"… или в луже… Единственный способ спасения — полная откровенность.

— Если в двух словах — то, официально принято считать, что охотники-собиратели и кочевники от оседлых земледельцев отличаются принципиально. У первых — государства не бывает никогда, у вторых — оно возникает почти мгновенно и неизбежно. Потому, что они не могут убежать от своих посевов, беззащитны перед поработителями и вынуждены безропотно принимать свою судьбу. Кто их первым "нагнул", тот и пользуется… Ну, пока не появится ещё более крутой "нагибатор". Причем, самим селянам, от перемены власти — разницы никакой… Молчи и терпи…

— А что тут не так? — всё-таки два года тесного общения с Владимиром не прошли даром. Думать своей головой он меня научил…

— На самом деле — это очень старый, буквально многотысячелетний, "мозговой блок". Реальность значительно интереснее.

— Не представляю, чем…

— Цивилизация и государство — не синонимы! Государство, это "паразит цивилизации". Плата за скученность. Но! Во-первых, попадаются ландшафты, где человеку, для спасения от безумной власти, достаточно пешком отойти в сторону буквально на 50 метров. Что посильно любому… Хоть старому, хоть больному. Дельта Нила, пять с половиной тысяч лет назад, жуткие болота Месопотамии и Юго-Восточной Азии — наиболее яркие примеры. А ещё — джунгли Центральной Америки, Перуанские Анды, горы Тибета… Цивилизация способна зародиться и окрепнуть только там, где есть возможность дать пинка хищному и глупому государству… Во-вторых, подобные места на Земле существуют до сих пор. И там по сей день (!) кипят те же самые древние страсти… А в-третьих, упомянутый "непреодолимый барьер", шириной не более 50 метров — довольно легко создать искусственно… Наша "аномалия" — не чудо-дивное, а скорее особо зрелищный и высокотехнологичный "частный случай". Что бы, не сходя с места (!), сравнительно мирно послать всесильное государство на хрен, открывать порталы в иной мир или улетать в космос — совершенно не обязательно.

— Выражаясь грубо, реплика Бориса Абрамовича про "зарождение новой цивилизации" — совсем не шутка?

— Это один из "плановых вариантов"… — извини Володя, но я имею право поделиться твоей главной тайной.

— Ибрагимов про подобную возможность развития событий знал, заранее понимая масштаб последствий? — ха, наивные…

— Помню, он выразился иначе: "Если основной замысел не выгорит — я хлопну дверью так, что содрогнется мир".

Помолчали. Возможно, не следовало так обострять? А сформулировать мысль иначе — в голову не пришло.

— Мне непонятно… Если, как утверждает Галина, мы участвуем в реализации некого "планового варианта", то, что случилось после 8 сентября? — каудильо конкретен, — На мой взгляд — так начался форменный дурдом…

— Азохен вей! Скажите все, что ви сами думаете за этих шлемазлов? — завхоз опять "включил режим еврея".

— "Ежик — птица гордая. Пока не пнешь — не полетит… Без живительного пенделя — русский мужик с печи не слезет!" — по наглому играться с каудильо "в гляделки", я не рискую. Зато, можно смотреть ему в переносицу…

— То есть — налицо экспромт и оперативная провокация, — буркнул себе под нос Соколов, — Кто побежал от опасности — тот политически умер. Галина, завязывайте с вашими питерскими штучками — выражайтесь прямо.

— Она хотела сказать, что следовало не просто пугнуть паразитов, заставив их открыть своё гнилое нутро… — поспешила на помощь Ленка, — Требовалось пробудить массы! Придать факту смены власти необратимость.

— Елена права? — грозно распушило усы начальство.

— Почти, — страшно неохота говорить о вещах, которые до сих пор отзываются в памяти смертной тоской…

— Слава, — чистым русским языком начал завхоз, — Я знаю эту породу… Ибрагимов балдел от возможности крутить людьми, как живыми игрушками. Мы все — жертвы сложной и хорошо просчитанной "многоходовки".

— Не жертвы! — кроме меня, за Володю заступиться некому, — Вариант "Омега" задумывался как аварийный. Обратите внимание — из "основного контингента" экспедиции, все, до последнего человека, до сих пор живы…

— Даже так? — каудильо поиграл желваками… — "Стратегия непрямых действий", значит… Серый кардинал…

— Прием-то известный, — хмыкнула Ленка, — "Если у еврея — отнять веру в бога, а у русского — веру в доброго царя, то они становятся способными, черт знает на что!" Подозреваю, что в Древнем Египте тоже такое умели.

— Что умели?

— Легко и просто отменять действие "священного канона", разумеется, — пожала плечами филологиня, — Вы же сами заметили, что происходящее с нами уже давно не лезет в привычные рамки. И это ещё только начало!

Вот так, буквально несколькими словами Ленка смогла переломить ход беседы… А я — почувствовала себя "гордым ежиком в свободном полете". Ладно, продолжаем…

— На самом деле — "священный канон" отменить нельзя. У каждого народа есть то, что называется "базовой культурой". В исходном смысле, "культура" — это объем знаний и навыков позволяющих выжить там, где без них сразу смерть. Тот, кто мешает людям пользоваться указанными знаниями, как минимум — враг. А если кто-то пытается сократить "круг посвященных", ради власти или социального статуса — это паразит. И тоже враг…

— Уточню! — влезла Ленка, — Под "культурой" следует понимать сумму моральных норм и хозяйственных навыков, содержащихся в языке и устойчивых архетипах самобытной цивилизации. Культура — пропуск через "бутылочное горлышко" эволюции, её сформировавшее. Кто "не соответствовал" — туда не пролез. И вымер… Тойнби назвал процедуру естественного отбора на жизнеспособность — "ответом на цивилизационный вызов".

— По-моему, ваш Тойнби — специально сочинял фигню, — поморщился Соколов, — Читал я его "Постижение истории"… Концы с концами — категорически не сходятся.

— Случалось… — легко согласилась Ленка, — Сэр учитывал "политический заказ". Однако, "основы" он описал исключительно верно. Например, про ведущую роль "творческого меньшинства", без которого — сразу каюк…

— Сомневаюсь… Про "парадокс 50 метров", например, Арнольд Джозефович молчал, аки рыба — болтать было не велено.

— Британский ученый! — судя по мимике, мнение о "британских ученых" у нашего завхоза самое отвратное.

— Стоп! — Ленка звонко щелкнула пальцами, — Такого в "универе" не давали. Как это, Тойнби и "не велено"?

— А зря думаешь, что он был "неприкасаемым авторитетом", — Володя, про данного "интеллектуала", кое-что мне разок объяснил, теперь и я могу рисануться, — На самом деле — дяденька всю жизнь "ходил по шнурку".

— Гм… а кем, по-вашему, являлся Тойнби? — неожиданно обратился к Ленке каудильо, — Если в двух словах?

— Ученым… Историком, — одной рукой завхоз дал начальству знак молчания, а пальцем другой ткнул прямо в меня, — Галочка, ну-ка — удивите начальника. И ведь умеет рассуждать логически, когда надо… но, ленится…

— Если по диплому, да, историком… А на самом деле, он — правозащитник и боец идеологического фронта.

— Вроде Сергея Ковалева? — у каудильо стало такое выражение, словно в рот неожиданно попал таракан…

— Угу… — когда Ленка усиленно думает, это хорошо заметно — у неё, на миг, делается выражение лица тупой американской блондинки с рекламного плаката. Пустые глаза, приоткрытые губы. "Прелесть, что за дурочка…"

— Лен, обрати внимание. С тобою говорят технари. И оба уже почуяли, что "Постижение истории" — битком набито брехней… С самого начала — специально сочинялось, как "стратегическая дезинформация"! А ты — нет…

— Да не может быть! — взвилась филологиня, — Не, ну, работал Тойнби на Форин-офис… в 1914 году собирал сведения о германских военных преступлениях в Бельгии… с 1915 года, ещё с каким-то типом — составлял так называемую "Синюю книгу" о турецком геноциде армян и ассирийцев… Ну и что? В конце концов, именно его взяли первым оплачиваемым сотрудником, а после назначили директором в "The Royal Institute of International Affairs" (это Королевский институт международных отношений). С 1929-го аж по 1955 год Тойнби там рулил.

— Это тот, который "Chatham House"? — Соколова натурально перекосило от злобы, — Помню! И Буденновск 1995 года помню, и орлов Басаева, и как Сергей Адамович их отмазывал. Лично присутствовал! Только у нас в МЧС оказался единственный на всю тусовку работающий спутниковый телефон. Наслушался и насмотрелся…

— Кого? — сделала круглые глаза Ленка.

— Эксперты из "Chatham House" с его "корочками" и прочие "врачи без лекарств" — вились вокруг Ковалева, словно осы вокруг меда… Они ужасно беспокоились "нарушением прав чеченцев". Весьма мутное заведение.

— И я тоже помню, — поддакнул завхоз, — В 2005 году хрустальный приз "Chatham House" с приветственным письмом от английской королевы — с помпой вручили на Украине Виктору Ющенко… За победу на Майдане…

— Вы хотите сказать, что автор основополагающей социологической теории ХХ века, всемирно известный сочинитель "культового" в США 12-ти томного труда по сравнительной истории цивилизаций…

— Не совсем тот, за кого себя выдавал… Тойнби возглавлял упомянутую зловонную контору в самый разгар Второй Мировой и Холодной войны. Сражался, так сказать, на передовом рубеже обороны "западного мира" от варваров… "Приравняв к штыку перо…" Один из последних "стойких оловянных солдатиков" загибающейся Британской Империи. Я к нему со всем уважением… но вражина был матерый… И верить ему нельзя. Вообще!

— Галь, ты сейчас всё с ног на голову перевернула… — редкий случай, моё мнение Ленка часто игнорирует.

— А меня, в ФСБ, натаскивали работать с информационными "источниками" специально обученные люди…

— Девушки, не заводитесь! — Соколов устало потер руками виски, — В чем здесь заключается угроза для нас?

— В конце 80-х годов, когда население Союза потеряло привычные ориентиры, против самой образованной его части "наши заклятые друзья" организовали и провели серию "информационных диверсий". Сбили прицел.

— Вы хотели сказать — разрушили всякие представления о законах истории, — флегматично поправил завхоз.

— Сразу, без развала общественного сознания, выпускать в бывшем СССР на арену шарлатанов Фоменко и Носовского, с их "Новой хронологией", значило провалить дело. Диалектику с материализмом у нас вбивали в головы беспощадно. Требовалось логически непротиворечиво "развенчать" его историческую часть. Поэтому, для разгона, в тогда ещё "самой читающей стране мира" — миллионными тиражами (!) издали книжки Тойнби.

— Всемирно признанного специалиста по уничтожению в зародыше чужих "цивилизационных проектов"…

— Требовалось, как можно более академично, отвлечь внимание от "коммунистического способа" лечения вполне естественной "детской болезни роста" молодой русской цивилизации. Подсунуть гнилой "рецептик"…

Соколов шумно набрал в грудь воздух, собираясь ответить, но только махнул рукой… Выдохнул и потянул к себе кружку с остывшим отваром. Лев Абрамович принялся тереть глаз, будто в него попала соринка. Мы с Ленкой переглянулись. Она непринужденно пожала плечами. Типа "ну, бывает, лопухнулась". Опять говорю я.

— Тойнби исключительно умело перемешал и подменил общепринятые на протяжении веков понятия. Ввел в обиход звучные, но ничего не значащие термины, вроде "универсального государства", "исторических монад", "внутреннего" и "внешнего пролетариата". В результате — у него получился самый настоящий "новояз". Искусственный язык, не дающий описать объективные закономерности однозначными по смыслу словами…

— "Тот, кто контролирует прошлое — контролирует будущее. А, кто контролирует настоящее — контролирует прошлое", — среагировала Ленка, — Джордж Оруэлл был младше Тойнби на четырнадцать лет и родился в семье сотрудника "Опиумного департамента" британской колониальной администрации Индии. Особой спецслужбы, занимавшейся контролем производства и хранения опиума перед вывозом в Китай. В отличие от сэра Тойнби — Оруэлл не имел мотива лгать… Вынес этот сор из "британской избы" на всеобщее обозрение. Но его не поняли.

— Ещё проще… — не то приказал, не то попросил каудильо.

— Я уже сказала, что вопреки традиционным взглядам, новая цивилизация рождается быстро. За считанные недели и месяцы. В кризисной обстановке новый опыт накапливается моментально… Но, и погибнуть молодая цивилизация может обидно быстро. Достаточно обеспечить населению сносные условия существования, как у многих появляется желание "почить на лаврах"… А то и "приватизировать успех"… Новое раздражает, пугает и возмущает… даже отъявленных революционеров. Вожди успешных восстаний спешат привычно объявить себя королями и императорами. Народ одобрительно приветствует возвращение к "солидной дореволюционности".

— Отсюда происходит странная двойственность дошедших до нас "священных канонов", — кивнул завхоз.

— Хуже! В процессе формирования очередной "священный канон" должен выдержать многократную проверку на прочность. Однократно полученный успех — "не считается". Даже два раза подряд, "не считается". Даже три… Согласно "теории Тойнби", все невероятные успехи Советского Проекта — являются не более чем "случайностями"… Без священного и непременного участия в них "универсального государства" — сомнительными, бесполезными… и даже вредными…

— Это вы про выволочку, устроенную Сталиным Фадееву за отсутствие в его романе партийного руководства "Молодой гвардией"? Через год после Победы, память о способах, которыми выиграли войну, уже раздражала?

— Это я про то, что если чужие успехи не получается отрицать — их можно оболгать. Изменить к ним отношение… Представить смешными… Глупыми… Красивыми, но бессмысленными… Война государства с цивилизацией — всегда ведется без правил, обычно — самыми подлыми методами.

Кажется — я начала понимать и Ленку и мужиков одновременно. Редкий случай… Обычно, хитросплетения человеческих взаимоотношений мне малоинтересны, скучны или отвратительны. А сейчас — увлеклась… Одно из двух, или — наш гидролизный сахар из рук вон плохо очищен, отчего нас всех "долбит по мозгам" токсичной хлорированной органикой. Или — у меня наконец-то начались беременные глюки. Там (если верить литературе) чуть-чуть сложнее, чем просто "гормональный взрыв мозга". Организм стремится обеспечить себе и будущему ребенку условия выживания. По-своему — вставляет будущей маме ума. Интересная мысль, обдумаю её завтра.

— Я таки настаиваю на прекращении затянувшегося банкета, — Лев Абрамович опять включил "режим еврея", — Ночь давно на дворе! Спать когда?

— Хорошо! — отозвался каудильо, — Сейчас я буду задавать вопросы. Ответы, желательно, уложить максимум в 5–7 слов… Договорились? Право сказать имеет каждый. Но первой, говорит Галина. Остальные — по необходимости. Ясно?

Глава 38. Потусторонние люди

Когда мужчина начинает общаться с дамами подобным тоном, то самое разумное — это подчиниться грубой силе… Собрание дружно кивнуло. Переглянулись. Пожали плечами… Вроде бы современные люди, а как дети.

— Чего круглосуточно и иррационально боится полковник Смирнов? — и, не моргая, глядит на меня, — Галина, я вас спрашиваю!

— Леса! Ну, окружающей тайги… У него, с детства — острая гилофобия.

— "Боязнь леса", — автоматически перевела Ленка заковыристый медицинский термин, — А с чего ты взяла?

— Было, кому её просветить, — скрипнул завхоз, — Стоп, это же, для военного, значит "профнепригодность"?

— Почему? — жизнь с Володей не прошла даром, кое-что я научилась понимать между строк, — Его личное дело — вы смотрели? — принимая дела, Соколов был просто обязан сунуть нос в "закрытые материалы Проекта".

— Там сказано — "психически здоров и морально устойчив"… — растерянно отозвался гражданин начальник.

— Для службы в морской пехоте, наверное — так оно и есть. Раз уж кадр дослужился до больших звезд… — поддакнула филологиня.

— А вас, Елена, пока не спрашивают! — и смотрит пронзительно, прямо лезет в душу, — Галина, продолжайте!

— Я что знала — сказала! — блин, умом-то я осознаю — надо договаривать. Но рефлексы, вбитые "секреткой" — требуют заткнуться… Ибо — "информация не моего уровня", — Скажем так, скрытая гилофобия "главного командира", с самого начала — существенный элемент "Проекта".

— Ибрагимов специально протолкнул на должность руководителя "экспедиции в прошлое" человека, панически боящегося девственного леса? Он что, заранее рассчитал, что полковник Смирнов отдать приказ начать тысячекилометровый марш-броcок по тайге — физически не способен? Ни сам не решится, ни другим не позволит? — чего они все на меня уставились?

— Ну, прорабатывался и такой вариант… А вы ждали чего-то другого? — риторический вопрос, ха… — Манипуляция людьми — своеобразная, но точная наука. На каждого надо иметь "крючок".

— Бред! — это слово каудильо буквально выплюнул, — Я читал личное дело Смирнова. Родился в 1967 году. Олонец — райцентр Карельской АССР. Край лесов, натуральный "медвежий угол". Откуда, к чертям собачьим, у аборигена подобных мест возмется гилофобия?

— Она уже есть! — не будем затягивать интригу, — Подсказка… Смирнов — офицер в третьем поколении. Армейская элита. Своя квартира в Москве. Папа у него, сегодня, большой чин в Министерстве Обороны. До того, вместе с мамой — в вечных разъездах по дальним гарнизонам. Сына с собою они не таскали. Спросим, кто и где воспитывал маленького Андрюшу Смирнова?

— Дедушка… — смотри-ка, знает. Уточним…

— И кто же у него дедушка? — скучные бумажки про чужих родственников люди редко читают до конца… Для этого занятия требуется редкая у мужчин привычка вникать о все подробности.

— Бывший полковник МГБ… — хе, тоже знает… Тогда, думайте, гражданин начальник, складывайте известные факты, — По какой-то причине, после отставки в середине 50-х годов — так и не перебравшийся поближе к столице. Остался доживать век рядом с последним местом службы, в краю северных лагерей… Учитывая, что в середине века Олонец известен, как центр массовых расстрелов и при этом — приграничный "режимный город"… Гм… Галина, вы считаете, что у дедушки Смирнова имелись веские основания "не отсвечивая" осесть именно там?

— Без понятия, — чистая правда, кстати, — Я знаю, что в лесу с внуком он, за все эти годы — не гулял ни разу, "по грибы-ягоды" — не ходил принципиально, а по городу — передвигался только днем… Словно вечно опасался чего-то… Хотя, со времен разоблачения "культа личности" — к концу 60-х годов, прошло уже много лет, — информацию "не для разглашения", о деталях биографии и мелких слабостях руководства Проекта — мне Володя "сообщил по секрету". "Во избежание проколов…" Пригодилось…

— И будущему полковнику Смирнову, свою паническую осторожность — таки передал… — продолжил мою мысль Соколов, — Хотя в его личном деле — ничего сказанного нет. Спасибо, буду знать.

Помолчали… То ли признавая тщетность человеческого разума охватить всё многообразие мира, то ли — от необходимости переварить новую информацию. От продолжения скользкой темы воздержались.

— Второй вопрос Галине! Почему полковник Смирнов усиленно сторонится и, как мне последнее время кажется — практически боится Голдан?

— Кстати, да! — встряла Ленка, — Она сама мне говорила… Чего ему от неё надо? Адаптация идет штатно… Скоро получится нормальная современная девчонка.

— Если бы — "нормальная"! — общество явно заинтриговано, — Вспомните, что я вам говорила про "мозговые блоки" у старших офицеров Российской Федерации, которые им ставят в академии, согласно методичкам от "Chatham House".

— Для москвича "за МКАД разумной жизни нет!" — подключился к разговору завхоз, — А тут, нате — "чудо из леса". Простите за откровенность, ваша Голдан, для Смирнова, с самого начала — "существо из Зазеркалья". Оборотень, "нелюдь", говорящее животное… Кто угодно, но только не человек. Со стороны — оно о-о-очень хорошо заметно… И он здесь такой не один.

— Я жду ответа… — чуть надавил каудильо, — Вы способны его кратко сформулировать?

— Самый обыкновенный "футурошок", — сколько он хотел слов? — Только "с обратным знаком"…

— Гм, "боязнь предков"? — не понял Соколов, — А какой смысл её-то бояться? Ну, дикарка… Ну, по молодости и на любителя — симпатичная… Ну, умненькая…

— Тут — другая беда. Широко распространенная и прямо связанная с "парадоксом 50 метров". Межвидовая ксенофобия. Даже не расизм. Фильмы ужасов, про пришельцев-оборотней, смотрели? Учтите, что обыкновенная тайга, окружающая лагерь, для Смирнова, эмоционально — почти что "дальний космос". Вот и представьте…

— С виду — обычный ребеночек, а по умственным способностям — уже превосходит нас на две-три головы… Потому, что — дитеныш "сверхсущества", — напомнила голливудские сюжеты Ленка.

— Да перестаньте… — возмутился главный начальник, — Подумаешь, барышня за один месяц в совершенстве освоила разговорную речь. Мало ли на свете вундеркиндов с отличной памятью?

— Потом, за одну неделю — научилась читать… Ещё через одну неделю — печатать на компьютере и работать с сетью… И теперь глотает по две-три книжки в день. Вот такие, — показала Ленка пальцами "эквивалентную толщину" бумажного тома, — Учебники разные. Детскую энциклопедию. А вчера — "Живую планету" Аттенборо сама на "винте" компа нашла… и смотрит. С английской озвучкой.

— Смирнов, принимая дела Проекта, был внутренне готов согласиться, что рядом живут отсталые первобытные люди. Однако, признать, что тунгусы, де-факто — многократно умнее и способнее нас — он не может… Очевидные перспективы дальнейшего "тесного контакта" — его глубоко шокируют.

— Есть у Лукьяненко поучительный рассказик, — крякнул Соколов, — "Вечерняя беседа с господином особым послом"… Вы про это?

— Именно! — приятно иметь дело с начитанным руководством, — Прошлый раз, в "нашей собственной истории", тунгусам их вопиющего интеллектуального развития — не простили. "Французов Сибири", в Российской империи — гнобили и истребляли без особой спешки, но систематически. Причем, не успокоились, пока не "отгеноцидили" этнос начисто… Всякие там "эвенки", случайно дожившие до революции — жалкие остатки.

— В моих справочниках и "источниках" по истории освоения Сибири — такого нет! — возмутилась Ленка.

— Есть… В моих… Старых, ещё дореволюционных… Православным попам, триста лет подряд, было приказано — "тунгусов не крестить и за людей не считать…", — не верит, — Могу дать относительно свежую статью Ермоловой "К вопросу о христианизации эвенков в XVII веке". Это была государственная политика! "По понятиям", в царской России, убийство "нехристей" — вообще не грех…

— Угу… Везде и всегда — одно и то же, — пригорюнилась филологиня, — Уроды…

— Это вы о чем? — заинтересовался Соколов.

— Да тоже самое, прямо сейчас, — на последних словах Ленка ощутимо запнулась, — творится в Новой Англии! Вопреки первоначальным планам по христианизации Америки, массачусетсские пуритане и плимутские "пилигримы" — заниматься миссионерской деятельностью среди дикарей не хотят категорически. За что подвергаются бешеной критике со стороны своих же английских "братьев по вере", крайне заинтересованных в успехах религиозной составляющей "Великого Исхода"… В ответ на страстные призывы из метрополии "нести туземцам Слово Божие" переселенцы огрызаются — "вам из погреба виднее"… И при любой возможности — геноцидят аборигенов "по-черному", как диких зверей.

— А какой смысл? Ведь тунгусы являлись главными плательщиками пушного ясака? — эх, дорогой Лев Абрамович, не всё в этой жизни определяется понятиями "выгодно" или "не выгодно"…

— Борьбу с ересями РПЦ считала важнее материальной выгоды, — а вот Соколов в курсе.

— Тогда, верю! У нас в России — "ересью" считается всё, что противоречит хотелкам начальства, — горько усмехнулся завхоз, — Я тоже читал, что "неграмотная тунгусня" — дьяков и воевод не видела в упор, а с церковниками — нагло спорила "на равных". Частенько загоняя их под плинтус голой логикой. Короче, оказалась слишком продвинутой для принятия "веры Христовой". Как североамериканские индейцы и прочие папуасы… Показать себя заметно умнее других — страшное дело. Это карается! Такого — никому не прощают! Я кстати давно подозреваю, что в среднем, не испорченные цивилизацией "лесовики" — отличаются от нас с вами, по уровню развития мозгов, как другой биологический вид. Обоснованно вызывая ненависть у других автохтонов (например, китайцев) одним фактом своего существования, — Ленка согласно кивнула… Следовало ожидать…

— И вдобавок, как недавно выяснилось, "лесные" тунгусы — не признают над собой никакой центральной власти, — пробурчал в усы каудильо, — Ну, спасибочки, озадачили…

— Проблема значительно глубже! — безобразие, требовали ответа от меня, а теперь — болтают сами.

— Куда ещё?

— В отношении к Голдан, — наконец-то я нашла правильные слова, — отражается вся, как вы выразились, "иррациональность" вчерашнего психоза полковника Смирнова. Тут голая биология!

— ??? — молчите, граждане, и правильно делаете. Я сейчас одну умную вещь скажу…

— Полковник — хороший офицер? — вопрос провокационный. Плохого бы сюда не послали.

— Послужной список — безупречен. Участник боевых действий в Чечне и так далее…

— Следовательно, — спасибо Володе за лекции по прикладной психологии, — его страх обоснован. Не рассудочно, а инстинктивно. Он нутром чует в нашей Голдан "Нелюдь". С большой буквы, ага…

— Подозреваю, для Смирнова — мы все "нелюдь", — бурчит завхоз, — ну, кроме тех, кто его непосредственные подчиненные. И "научники", и "инженеры", и даже рядовая морская пехота…

— Правильно рассуждаете! А почему?

— Если брать "научников", так оно взаимно, — оживился каудильо, — Профессор Радек — тому пример. Впрочем, этот — на всех военных смотрит с брезгливым презрением. Интеллигенция-с…

— "Чужое интеллектуальное превосходство ощущает, но не понимает. И оно его бесит!", — с выражением процитировала Ленка непонятно кого, — Так ваш любимый Тойнби это явление сформулировал, — снизошла к недоучкам…

— Про кого?

— В широком смысле, про инстинктивную неприязнь, почти мгновенно возникающую между людьми с резко отличающимся культурным уровнем. Так называемый "интеллектуальный расизм"… Давно известно, вечно лезет наружу, но на словах не признается. Поскольку "равноправие"… — Ленка сонно потянулась, — А хотите, я про морпехов-срочников объясню? Знаете, отчего Смирнов их так не любит?

— Галина начинает — вы дополняете, — подмигнул Соколов, — Это тоже запланировано заранее?

— Разумеется… "Оленегорский горняк", по итогам 2007 года — лучший десантный корабль Северного флота. А как в армии "делают" лучшую часть? Тщательно подбирают личный состав. Остальным — достается что поплоше. Служба в морской пехоте, для срочников — самая "собачья". Это отбор на готовность неделями "жить в железной банке", сохраняя дисциплину, бодрость духа и высокую боеспособность. Тесты — оно само собой, но есть и простые "признаки годности". Особенно удобный — любовь к чтению. Для нынешних детей пролетариев — оно не особенно характерно, правда? Вот такие-то интеллигентные солдатики, считай поголовно, достались в подчинение господину Смирнову… Сюрприз!

— Они все ко мне в библиотеку за книжками бегают… Хотя, по статистике, любят читать книги не более 5 % граждан РФ призывного возраста… — эхом прошелестела Ленка, — Не хило! Получается, сюда попал "спецнабор" из тех, кому после школы не хватило денег для поступление в ВУЗ.

— Теперь, перейдем к так называемым "инженерам"… — тема щекотливая, я бы сейчас предпочла видеть напротив себя хамоватого Ахинеева, а не благовоспитанного коллегу-химика, — Лев Абрамович, вы в курсе, как вас, в широком смысле, "за глаза" называют военные?

— Если уважительно, то "космонавтами", а когда в сердцах — "лунатиками"… Считают блаженными идиотами, фантазерами-романтиками не от мира сего. Знаю, конечно. Плевать…

— Речь о неофициальных принципах "кадрового отбора" рядовых участников Проекта…

— Тот же самый хрен, только вид сбоку, — подвижная физиономия завхоза изобразила ханжеское отчаяние, — Я — "позор семьи"! Это же надо было родиться таким уродом — "одесский еврей, не вписавшийся в рынок". И настолько развесистым лохом, что бы подписать контракт на работу здесь.

— То есть, вы согласны, что контингент местного "пролетариата" достаточно уникален?

— Нет слов! — завхоз внезапно посерьезнел, — Сплошь бывшие "ботаники-отличники". В каждом классе — такой максимум один. Обычно — парень… Сверстники его травят и шпыняют, а он себе учится… Ему интересно. Он думает, что личным трудом и талантом окружающим можно что-то доказать. Ошибается, конечно… Потом, его точно так же начинают гнобить и затирать на работе. Причем, почти независимо от её результатов! Большинство, утратив иллюзии, прекращают "пытаться пробить головой невидимую стенку" и годам к сорока — спиваются. А кто не спился и ещё надеялся — те попали сюда…

— Самокритично… — Ленка тоже посерьезнела, — Дедушка очень похоже объяснял…

— А что именно? — насторожился каудильо.

— Статистику… После катастрофического начала войны, в июле 1942 года, Сталин запустил секретный проект поиска гениев среди выпускников институтов и просто демобилизованных из армии солдат. Даже сегодня очень немногие знают о "совершенно секретном" постановлении ГКО N 2005 о подготовке трудовых резервов. А оно только "вершина айсберга". Нынче на слуху Михаил Калашников, да академик Сахаров, а таких же точно — было множество. Именно они (!), не признающие авторитетов беспредельно наглые мальчишки, сначала — переломили ход войны, "с нуля" организовав в тылу новое оборонное производство и научную базу, взамен утраченных, а потом, опередили весь мир в экономике, космосе и гонке вооружений. В то время как североамериканцы, для своих "суперпроектов" — вынуждены были собирать маститых ученых по всей планете.

— Так оно же давно известно! Ещё — зеков из лагерей освобождали, "шараги" для них создавали…

— Нет! — кажется, у меня получилось слишком резко, народ вздрогнул, — Подробности той акции, до сих пор — строго охраняемая государственная тайна. Особенно — методы отбора кадров и их предварительная сортировка. Ни одна страна мира, по сей день, в полной мере данной технологией не владеет. Все пытаются "выращивать гениев", что долго и ненадежно… А товарищу Сталину, в 42-м году — гении понадобились сразу, причем — в товарном количестве и "с гарантией качества"…

— Прямо, как гражданину Ибрагимову, 60 лет спустя, — забавно, произнести "фамилию прикрытия" Володи — отчаянно трудно и явочным порядком в неё превратилось отчество, — Мы обсуждаем конечный результат такого отбора? И в чем же тайна? — Соколов смотрит выжидающе.

— В семь слов не уложиться…

— Да ладно!

— После введения поголовного среднего образования "государственного" образца, во всех развитых государствах мира — поток "фундаментальных" научно-технических открытий, обычный для конца XIX и начала ХХ веков, уже к 70-м годам прошлого столетия практически сошел на нет. Внезапно оказалось, что "массовая школа" подготовить гениев уровня Эдиссона, Вуда и Нобеля (читавших книжки на дому и вообще не посещавших общеобразовательных учреждений) — принципиально не способна. Она их уничтожает! "Ботаников" — затюкивают одноклассники и искренне считают дебилами учителя… Если при поступлении, детей со сверхспособностями — 4–5 %, то к выпускному классу — их остается меньше сотой доли процента. Да и те "2–3 сорт". Таковы итоги "принудительной социализации". Яркие таланты, "без комплексов", по статистике, все до одного — или "самоучки", или получали образование не посещая школы и не подвергаясь глумлению со стороны "обычных" детей. Будущий академик Сахаров, например, пошел учиться в школу только с седьмого класса. Ему исключительно крупно повезло…

— И ви таки помните, как реагировали люди, когда он высунул нос из "закрытых мест" и стал публичным человеком, — подключился к теме завхоз, — Всему Союзу по телевизору показывали…

— На Первом Съезде народных депутатов СССР, — помрачнел каудильо, — Весь зал, за ничтожным исключением, задыхаясь от ненависти — стоял и орал, пытаясь заткнуть Сахарову рот… В едином, так сказать, душевном порыве… Мерзкий эпизод. Только, мне кажется, он там сказал "что-то не совсем то"?

— Что он там говорил, молодой человек — не имело вообще никакого значения. Галочка права! "Народные избранники" реагировали на Сахарова совершенно инстинктивно. Они чуяли "нелюдь"! Понимаете?

Черта с два Соколов понимает… Иначе бы не задавал подобных вопросов. Вон, какой громила вымахал… На такого, иной раз, косо взглянуть страшно. Придется доводить этот "ликбез" до логического конца. Мне, в своё время, его преподал Володя, "с целью развеять иллюзии о сущности и назначении представительской демократии".

— Вячеслав Андреевич, вы тот эпизод видели или знаете про него в пересказе? — важный момент, кстати…

— Своими глазами! По первому каналу — шла прямая трансляция. Делать на дежурстве было нечего, сидели да смотрели…

— Это хорошо! В смысле — меньше придется объяснять… Скажите, что вас тогда особенно зацепило?

— Честно? Удивился. Ведь какой только хрени с трибуны съезда не молотили, а так люто травили — только одного Сахарова. Словно все спятили… А вы вроде бы совсем молодая, откуда нахватались? — ответить правду?

— Этот самый "эпизод", вот уже почти 20 лет, "разбирают"… на закрытых лекциях по прикладной психологии. Лабораторно чистый случай "межвидовой ксенофобии". Стадо человекообразных обезьян в галстуках, первый раз увидело живого взрослого (!) представителя Homo Sapiens Sapiens… и взбесилось, от злобы и отвращения. Они-то, ещё в школе, привыкли кошмарить "ботаников" насмерть. Ну, до потери чувства собственного достоинства… А этот — мерзость какая! Академик, трижды герой соцтруда, лауреат Сталинской, Ленинской и Нобелевской премий одновременно. Такие вещи надо знать…

— Дедушка выразился проще, — подала голос Ленка, — "Шаблон у бандерлогов треснул до самой сраки…" Он мне этот эпизод специально прокручивал, в записи…

— Барышни, помолчите минутку! — жестяным голосом каркнул завхоз, — А вы, молодой человек — напрягите мыслительный аппарат. Вроде уже не мальчик, пора научиться разбираться в людях.

— Я, между прочим, до сих пор не понимаю, как Сахаров вообще туда попал… — тихо пробурчал Соколов, — Просто в голове не укладывается…

— А! — развеселилась Ленка, — Это очень интересная тема. Советская система, в ряде вопросов, была маниакально упертой. Прямо, как сейчас американская… По "идейным" соображениям — полагалось обеспечивать на Съездах и в Верховном Совете СССР "пропорциональное представительство" всех категорий населения. Раз в стране водятся ученые — должны быть "делегаты-академики". Логично? Примерно так же "западники" сегодня бьются за пропорциональное представление в органах власти геев и лесбиянок. Ясно, что простых обывателей за академиков или пидоров — добровольно голосовать не заставить. Поэтому, для лиц "непроходных категорий", изобрели всякие "квоты". Демократии там — кот наплакал, но зато — достигается "статистически точное соответствие" выборки народных избранников остальному советскому народу. Ну, как государственная бюрократическая машина его представляла…

— Похоже, — констатировал завхоз, — что кто-то счел необходимым добавить в общую тусовку хоть одного "универсального гения". Для букета. Или лучшего соответствия статистике…

— Вполне! — продолжила хохмить Ленка, — Вы бы видели эти "квоты"! Один депутат — от "Всесоюзного общества борьбы за трезвость"… Один депутат — от "Всесоюзного добровольного общества любителей книги"… Один депутат — от "Всесоюзного общества филателистов"… Сахаров — прошел народным депутатом от Академии наук СССР. "Яйцеголовым" выделили целых двадцать мест…

— Вячеслав Андреевич! — пора прекращать этот полуночный Гайд-парк, — Я знаю, у вас профессиональная зрительная память. Попробуйте вспомнить и сейчас описать свои впечатления словами… Удобный прием для анализа непонятного, — Соколов тяжело вздохнул, — Как препирались Смирнов и Радек — вы видели. А Сахаров?

— Хотите правду? — каудильо поднял на меня усталый взгляд, — На мой вкус, академик вел себя как полный псих. Подозреваю, и Радек, к старости, таким станет. Хотя у нашего профессора — труба пониже и дым пожиже… Он ведь, на трибуне Съезда, выступал с таким видом, как будто вокруг него никого нет. И никого не боялся. Ни Горбачева в президиуме, ни двух с гаком тысяч делегатов в зале… Абсолютное неуважение к мнению руководства и настроениям большинства! Даже не знаю, с чем подобную наглость сравнить. Одно скажу, сразу видно, что ваш академик — "кабинетный теоретик" и ни пороха, ни дерьма реальной жизни — сроду не нюхал. На каком-нибудь производстве — его бы убили давно, — завхоз подозрительно хрюкнул, а Ленка судорожно закусила зубами кулак… — Извините, если грубо.

— Вы продолжайте… продолжайте… — да-а-с, случай весьма запущенный, но — не безнадежный. Будем лечить…

— Как говорил один мой знакомый, — оратор на секунду смолк, что-то заподозрив, но продолжил, — Цукерман — типичный "боец ашхабадского фронта". Или, куда там его, в начале войны, из Москвы эвакуировали, что бы закончил образование. Его ровесники — под танки с гранатами прыгают, а он — "постигает теоретические дисциплины" в глубоком тылу. Тьфу! — новая пауза, — А что не так? Я признаю, что потом от него вышла определенная польза для страны, но в войну-то, все нормальные парни — на передовой!

— Э-э, молодой человек… — нарочито картаво проворковал завхоз, — Я таки стгашно интегесуюсь, ваш знакомый — он случайно не евгэ-эй?

— Случайно, он самый. Довольно вменяемый дедок. Правда, не воевал. Это существенно?

— Таки да, — зябко ссутулился Лев Абрамович, — Ветераны "ташкентского фронта" — всех окружающих меряют по себе…

— А можно я?! — юлой завертелась на месте Ленка, — А вот дедушка…

— Цыц! — грубо осадил её завхоз, — Вопрос принципиальный! Галочка была права — тут многослойный "мозговой блок". Начнем с того, что обсуждаемый кадр — русский…

— А разве остальное — не правда? — каудильо попытался распрямиться, но стукнулся затылком о дверку встроенного шкафчика и притих…

— Представьте себе, что кто-то умеет очень быстро анализировать огромные объемы данных и мгновенно выдавать логически безупречный результат… А до других — его правота доходит через годы. Или, не доходит вообще. Например, фраза "Хватит спасать партию, пора спасать страну!", в мае 1989 года — это довольно смело? Учтите, что в зале заседаний Первого Съезда — почти 90 % делегатов "партийные"… Они ещё не подозревают, что через два года побегут из КПСС, словно крысы с тонущего корабля. Они не способны такое даже вообразить! А Сахаров им свой прогноз прямо в лицо.

— Так я ж не оспариваю его умственные способности! — чуть сдал назад Соколов, — Я про "манеру подачи информации" впечатления излагаю. Как Галина просила… Если у выступающего — ни малейшего такта к собеседникам… Ну, для наглого мальчишки — ещё простительно. Сам такой был… Но, для лауреата и академика — крайне несолидно. Оскорбительно! В чем-то я депутатов понимаю…

— Сразу видно кабинетного теоретика, никогда не нюхавшего дерьма? — очень похоже передразнил завхоз.

— Ну, можно я?! — снова взвилась Ленка… — Да, Сахаров не воевал, его сразу после института на завод послали.

— На какой? — понятно, что вопрос был адресован Соколову, но Ленка снова опередила.

— На жутко секретный военный завод, в Ульяновске, вот! Инженером-изобретателем…

— Так я и говорю… — попытался продолжить каудильо и осекся, поскольку завхоз — вдруг ощерился злобным Бармалеем…

— В сентябре 1942 года Сахаров был целевым назначением (!) направлен на патронный завод номер три (в обиходе — Завод имени Володарского), где проработал до 1945 года, сделав и внедрив ряд важных предложений.

Ух! Камень с души и гора с плеч… Есть, есть кому, без моего участия, просветить начальство о материях, право разглашать которые я за собой не чувствую. То есть, может быть, оно всё — давным-давно не "совершенно секретное", только мне об этом ничего не известно. Пусть лучше блеснет эрудицией профессиональный химик с оборонного предприятия. Иногда, молчание — золото.

— Могу предположить, что вы, молодой человек, никогда не интересовались, — сколько яда в ласковом голосе Льва Абрамовича, — почему именно туда и именно в тот момент, послали именно Сахарова? И какую роль сыграл упомянутый патронный завод номер три в истории Великой Отечественной войны?

— Мне кажется, разговор крайне уклонился от интересующей меня, — сделал ударение на предпоследнем слове Соколов, — темы. Мы вроде бы обсуждали психологическую несовместимость и способы её преодоления.

— Ага… Ещё мы обсуждаем — как происходят "системные катастрофы" и как люди выкручиваются, угодив в полную жопу, даже если начальство против, — мрачно осадила его Ленка, — А пресловутая "несовместимость" — уже следствие. Начальство — не любит перехвата управления. Широкие народные массы — вообще не любят перемен. Те и другие — подсознательно считают виновником любой катастрофы того, кто катастрофу предсказал. И ненавидят… тем сильнее, чем более пророк оказался прав…

— Мысль, что из любой жопы всегда есть множество выходов, просто "надо знать, кого спросить" — далеко не очевидна!

От последних моих слов — каудильо затравленно поморщился. Тоскливо окинул взглядом остатки ужина и обреченно втянул голову в плечи… Забавно, поучения Льва Абрамовича — ему в тягость, а мои — готов терпеть. Нет ли тут скрытого антисемитизма? Или влияет разница в базовом образовании? Чего вздыхать, завхоз говорит дело.

— Я таки признаю, что любая "история" — лженаука. А "школьная история" — лженаука в квадрате, — тут он прав, — Вот нашу Галочку запугали секретностью. Она до сих пор боится каждого лишнего слова. Ну, а я — довольно старый еврей… Мне — уже можно! — укусил, точно просчитав мою молчаливость, — А вам, молодой человек — нужно. Раз уж вы тут за вождя… — перевел дух, хлебнул давно остывшего "чая", — берите пример с великих. А мы — поможем…

— Я слушаю-слушаю… — от усталости каудильо явно перешел к тактике "ешьте меня мухи с комарами".

— Короче, в советских школах — такого не преподавали, в современных — тем более, но я — случайно знаю… "Системная катастрофа", во Второй Мировой войне — для Советского Союза наблюдалась в 1941 году. Опасно, но не смертельно. В конце концов, Наполеон уже брал Москву, свет клином на ней не сошелся. "Полная жопа" закрыла небо в середине 1942 года. Вообразите! Красная Армия — в панике бежит… Немцы — неудержимо прут к Волге… Если им удастся перекрыть доступ к нефтепромыслам Баку и Кавказа — это конец… А тем временем, в стране остался последний (!) работающий патронный завод (он самый, "номер три", имени Володарского), да и тот — круглые сутки гонит сплошной брак, — предваряя возражения, завхоз вытянул через стол растопыренную пятерню, — Я сказал — последний работающий! Все остальные — или достались немцам на оккупированной территории, или, как Тульский — "зависли" в состоянии эвакуации.

Соколов молча встретился со мною глазами. В них вопрос… Что делать? Только молча кивнуть. Да, завхоз кругом прав.

— Почему брак? — кривой палец пафосно уперся в потолок, — Во-первых, руководство завода, ещё в 1941-м, от большого ума, отправило большую часть квалифицированных специалистов на фронт. Им по партийной линии "разнарядка" пришла… Они эту "разнарядку" выполнили. Отчитались! Потом — хоть трава не расти. Во-вторых, взамен взрослых мужиков — на завод спешно нагнали женщин и подростков… Недавние учащиеся ФЗУ, по разным оценкам, составляли до 50–70 % кадрового состава… Работа — без выходных, отпусков и праздников… Казарменное положение! 11-12-ти часовой рабочий день… За самовольный выход с территории предприятия — военный трибунал… Как для дезертиров… Голод, холод, отсутствие энергии, расходников и качественного сырья… Бешеный производственный травматизм… И так далее…

— При этом именно на 1942 год, завод получил исключительно напряженный план по выпуску военной продукции, превышающий план 1941 года в пятнадцать раз! — встряла Ленка, — Мне дедушка рассказывал…

— Без патронов — воевать нельзя… — не то согласился, не то спросил Соколов, — И как удалось выкрутиться?

— До конца войны завод имени Володарского выпустил более пяти миллиардов патронов. Что составило приблизительно 80 % всего советского производства боеприпасов к стрелковому оружию. Фактически — на нем одном, буквально чудом, вытянули основную тяжесть Победы… От битвы за Сталинград, до битвы за Берлин и войны с Японией…

— ???

— В 1943 году, за создание первых в мире образцов роторных автоматов для производства патронов, главному конструктору патронного завода номер три Льву Николаевичу Кошкину с сотрудниками — была присуждена Сталинская премия второй степени…

— А причем тут Сахаров?

— Кошкин занимался своими роторными линиями с 1938 года. Но, дело шло ни шатко, ни валко… Когда в 1942 году стало ясно, что другого шанса как-то обеспечить армию боеприпасами нет, а сам Кошкин — очевидно не справляется, на завод номер три — командировали "универсального гения", двадцатилетнего мальчишку, Андрея Сахарова. Как "последний резерв" Главного Командования, или… — поправился завхоз, — как драгоценную крупинку "катализатора", вызывающего цепную реакцию. Будущий академик — сходу вник в суть проблематики и начал фонтанировать рацпредложениями. Не взирая на личности, звания и авторитеты… ругань, доносы и угрозы… Сам Кошкин (признаный талант в своей области) затаил на незваного, навязанного сверху "помощника", страшную обиду, которую больше никогда не забывал… По слухам, он не терпел никаких упоминаний о Сахарове до конца своих дней… Если верить рассказам очевидцев, в технических спорах, не стесняясь присутствия подчиненных — тот его "интеллектуально забивал". Короче, Горбачев, в длинном ряду "морально униженных академиком Сахаровым" — далеко-о-о не первый…

— Кстати, — заинтересовался каудильо, — А в чем причина? С Горбачевым-то всё ясно.

— Кошкин, в начале 40-х годов — уже Главный Конструктор, а присланный "на помощь" вчерашний студент — абсолютно никто. Пустое место "с правом совещательного голоса". Однако, когда эта "видимость человека" осмеливается публично возражать уважаемым людям, спорит, предлагает идеи без малейшего учета местной субординации… Вопиющее нарущение принципа "я начальник — ты дурак"?

— Так ведь пресловутые "предложения", судя по конечным результатам, были дельные!

— Ну и что? Получалось ещё более оскорбительно! Знаете, чем до революции "тайный советник" отличался от "статского"?

— "Тайный" считался выше "статского" на два-три класса. Это, при царях, был вообще самый высший чин для гражданского чиновника. "Тайный советник первого класса" — приравнивался к генерал-фельдмаршалу. А почему?

— Потому, что идеи предлагаемые "тайным советником", государь не гнушался выдавать за свои собственные. А в ранне-советское время, на любых технических совещаниях обязательно велась стенограмма… И скрыть авторство высказываний — никак не получалось. При самом горячем желании…

— Поскольку всё-всё-всё записывал в особой тетради (с пронумерованными листами и прошнурованной гербовой печатью) специально обученный человек, — эхом отозвалась Ленка, — Часто — негласно, по памяти, — кстати, подтверждаю. Подобных "материалов", в наших "спецхранах" — по сей день необозримые залежи… Магнитофонов ещё толком не было, а записей разговоров — сколько угодно.

— Вот-вот, — в свою очередь поддакнул завхоз, — Для государства — описанный метод непрерывной фиксации "текущей информации" о работе руководства — оказался исключительно полезным. Так сказать, "учет и контроль"… Но для самих руководителей, особенно среднего и высшего звена — он превратился в форменный "собачий ошейник". Кто бы, что бы и кому бы ни сказал — для "системы" тайной более не является. Какой-то сплошной непрерывный "Дом-2"… И хоть застрелись!

— С какой стати?

— При описанном порядке — "персональная ответственность" перестает быть пустым звуком и фигурой речи. В случае "косяка" или ЧП — любое "служебное расследование" из тягомотного опроса свидетелей превращается в заурядную техническую процедуру. Открываем тетрадочки и читаем… Кто высказал мысль, в чьем присутствии она прозвучала, кому её поручили исполнять и почему не…

— Кучеряво люди жили! — Соколов не стал скрывать восхищения, — Зато мы… сейчас…

— Зря завидуете, — грустно улыбнулся завхоз, — В реале — такой порядок всегда вел и по сей день приводит к жутким межличностным конфликтам. Смертельные враги — возникают просто "на счет раз"… Примерно так, — он изобразил уморительно трагическую физиономию, — А-а-а-а! Все эти ваши "гениальные изобретатели" — те ещё сволочи! Они — кидают идеи, а нам — доводить их до ума. И хорошо, если одну! Ненавижу! Кто вообще разрешил всяким безбашенным соплякам первыми открывать рот в присутствии уважаемых людей?! У нас же — "каждое слово под запись"! Поломать систему тотального стенографирования производственных и хозяйственных обсуждений уровня выше директорской "планерки", Хрущев смог только в середине 50-х годов. После "опускания" органов государственной безопасности с уровня "министерства" до "комитета"…

Увидеть на лице Соколова улыбку последнее время удается редко. Не та обстановка. Наверное, главной врачице нашей Базы везет на это дело чаще, но вот и я сподобилась… А хорошо он улыбается. Заразительно…

— У меня вопрос! — ораторы молчать, начальство думать изволит, — Про "производственный опыт" — вроде понял. Объясните, каким образом Сахарову удавалось заставить подчиняться других людей? У него "харизма" никакая! Ведь человек совершенно не умел "подать себя" или понравиться окружающим. На вид и по поведению — "полное чмо". Причем, обнаглевшее… Или, там — какой-то страшный секрет?

— Данный "секрет" вы и сами знаете… — чуть-чуть погреюсь в лучах чужого хорошего настроения. Своё, ни к черту, — Были простые солдаты-срочники, потом — бригадиры, потом — вдруг (!) стали офицеры… Формальность, но на многих действует. На "рангово озабоченных" — как выстрел. Называется — "делегирование особых полномочий".

— Каких? — выдохнул каудильо, — У нас — понятно. За спиной этих солдатиков — стою я… Даже не Смирнов, он — был категорически против присвоения рядовым офицерских званий. За профессора Радека — дружно подписались "научники" с "инженерами"… А кто ворожил Сахарову?

— Кто надо! — поймав грозный взгляд завхоза, Ленка опять вцепилась зубами в многострадальный кулак…

— Как бы это описать? — Лев Абрамович возвел глаза к низкому потолку "модуля", — Когда, в 1953 году, в возрасте 32 лет, Сахарова избирали сразу действительным членом Академии наук, (перепрыгивая через звание члена-корреспондента) — представлявший его академик Курчатов заявил: "Этот человек сделал для обороны нашей Родины больше, чем мы все, здесь присутствующие". В результате — Сахаров стал самым молодым ученым, когда-либо избиранным в Академию наук СССР. Тогда это — только видимая вершина айсберга. Однако, академикам рекомендации Курчатова хватило.

— Ы-ы-ы! — страстно застонала от желания подключиться к просвещению начальства Ленка… — Можно я?!

— Что-то происходило не так? — удивился завхоз.

— Всё было не так! — Ленка по мальчишески вытерла мокрый кулак о штаны, — Помните, в 1980 году Сахарова выслали в Горький, лишив всех наград и званий? Всё провели строго по закону! От звания трижды Героя Социалистического Труда и орденов — его освободили указом Президиума Верховного Совета СССР. Званий лауреата Сталинской и Ленинской премий — лишили постановлением Совета Министров СССР. Не подкопаться. Хорошо, что ещё не додумались высчитать сумму из пенсии…

— Это даже я помню, — удивился каудильо, — Говорят, что хотели лишить и звания академика, но вроде бы уперлась рогом Академия Наук и не вышло. Инцидент потом преподносили, как яркое доказательство "моральной честности" и гражданского мужества советских ученых.

— Вот! — почти простонала Ленка, — В чем и главная фишка! На самом деле, АН СССР — сущий гадюшник. Дед разное про них рассказывал… Короче, эти самые "ученые" заранее были согласны абсолютно на всё! Хоть Политбюро анус вылизать. И очень хотели лишить Сахарова звания академика… Даже пытались… Но, не смогли!

— К-х-м-м… — оказывается, при всей хваленой "еврейской мудрости", Лев Абрамович — тоже не в курсе.

— Я вам уже говорила, что поздний Советский Союз — это сверхмощная бюрократическая машина? Правила прохождения приказов о "снятии", "присвоении" и "назначении" — святы и нерушимы. Как в армии… Кто имеет право лишить человека звания? Только тот, кто его присвоил… Ну, или равный по званию и должности начальник. Никак иначе! Хоть в узел завяжись… Понимаете?!

— Не особенно…

— Звание академика было присвоено Сахарову в 1947 году, личным приказом Сталина, когда тот был ещё простым аспирантом. Стоило поднять бумажки, как оказалось, что в 1980-м отменить давний сталинский приказ, во всем Союзе СССР имеет право только один человек. Персонально "дорогой товарищ Леонид Ильич Брежнев". И — никто кроме него… В итоге — вопрос замяли. А теперь — врут…

— А разве так можно? — кажется, Ленке удалось нашего каудильо сильно озадачить, — То есть, я понимаю, что официальное звание академика, для вчерашнего студента своеобразный "личный мандат вождя", как в Гражданскую. Наверное, тогда нехилый способ поднять авторитет, Но, закон…

— "Это — Советская власть, бэби!" — ожил завхоз, — Сиречь — высшая форма развития самодержавия. Она имеет право на всё.

Соколов что-то понял. Во всяком случае — сам так решил. Прямо в воздухе повеяло… А вот так смотреть на меня — не надо. Я — женщина "в положении", у меня может выкидыш случиться…

— Мои поспешные выборы в председатели Совета — тоже "существенная часть Проекта"?

— Нет! — блин, сроду не терплю когда со мною разговаривают казенно-ледяным тоном, приберегите эту хохмочку для Смирнова. Ему должно понравится, — Это был уже просто "Хитрый План".

— Зачем? — прямо всё сразу вам и расскажи… Ох! Володя, прости…

— После отплытия "мобильной группы" по Ангаре, полковник "отработанный материал". Его последняя "незадокументированная функция" — личным примером удержать большинство старших офицеров экспедиции в окрестностях "дыры". Послужить самоликвидатором Проекта. Странно, что он ещё жив…

— Я же говорила! — вскинулась Ленка, — Этот… — осеклась, глядя на меня, — короче Ибрагимов, ничего не делал просто так. Его надо мочить! Вы сами её спросите!

— Галина? — тоже мне, прокурора нашли…

— Фиг его знает, — справедливости ради, догадываюсь и догадка мне не нравится, — Но точно скажу, что доброго от Смирнова ждать напрасно. Он с приятелями — теперь ваши враги на всю оставшуюся жизнь. "Имитационные таланты" — своего разоблачения не прощают. Биология! Думайте…

— Кх-х-хм! — в злой звенящей тишине, от любого звука подпрыгнешь, а от хриплой рулады которую выдал завхоз — выскочишь через окошко, — Гражданин-начальник, не бери в голову… Сказано же — всё зло от баб!

— Мне информация нужна… — проворчал каудильо, — Поэтому, часто приходится выслушивать фигню.

— Галочка, вы таки поняли последний намек? Потрудитесь соответствовать ожиданиям руководства…

Знаем мы эти ожидания… Спасибо Володя за твою науку. Как сейчас помню — "И ещё! Никогда не говори и не пиши то, что тебе хочется сказать. Пиши то, что от тебя хотят узнать! И не более. Пусть лучше обратятся, ещё раз…" Кто бы вам объяснил, как изменяется мир, когда шевелиться внутри чужая маленькая жизнь…

— Тогда, не обижайтесь. Вас ведь намеки на "биологию" смущают? Трудно совместить целого полковника морской пехоты и… фактически "рулящего" внутри него красножопого павиана-доминанта? Ну, или бабуина… Привычнее считать его за человека?

— Есть маленько… Отчего хотелось бы строгой доказательности и конкретики.

— Хорошо! Информирую, как биохимик… Вы в курсе, чем настоящий Homo Sapiens Sapiens, — выделила последнее слово голосом, — объективно (!) отличается от всех остальных "двуногих человекообразных", составляющих так называемое "человечество"?

— Уровнем интеллекта? — хе, завхоз зря ляпнул эту банальность… Неспортивно. Сам — говорит общие слова, а от меня — хочет "сокровенного знания".

— Интеллект нельзя определить "на глаз", за одну короткую встречу… Вы же сами про Сахарова рассказывали! Сколько прошло времени от момента его появления на трибуне Съезда до начала травли? Считанные минуты! — Вот Соколов — соображает!

— Проще излагайте, Галочка, проще… Так обезьяна полковник Смирнов или человек? Убивать нам его, или пусть живет? — иногда, Лев Абрамович безобразно бестактен. Надо собраться…

— Если грубо, то "признаков человечности" — всего два. Во-первых, это способность создавать принципиально новое знание, на основании рассудочной деятельности (а не комбинирования заученного, на что способны даже куры). Во-вторых, это способность сознательно поступить вопреки личной выгоде и общественному мнению. Например, голодая, поделиться пищей с чужаком. Или — закрыть собственным телом пулеметную амбразуру. Или — выполнять присягу, которую окружающие уже предали…

— Короче то, что в обычных условиях называется — "хочет быть умнее всех" и "нагло идет на принцип", — не то подсказал, не то дополнил каудильо.

— С ма-а-аленькой поправкой. Даже нарушая "канон", Homo Sapiens Sapiens добивается поставленной цели. Он походя создает вместо него новый. А вот "обезьяны" так не могут. Они ведь не думают головой, а слепо подражают. Одна из причин, почему "умники" исключительно редко выбиваются в "вожаки". За ними бессмысленно "слепо следовать"! А бездумно им подражать — смертельно опасно!

— "Вот за это нас и не любят…", — процитировал Соколов бородатый анекдот про рэбе и евреев, попытавшихся "в складчину" наполнить водкой "общий котел" для выпивки, — В воде не горим и в воде не тонем… Завидно, что ли?

— Ага… Трагедия в том, что подавляющее большинство людей "человеческим разумом" не обладают. Они его более или менее талантливо имитируют! А государство поощряет конформизм, так что шанс "пробиться" или сделать карьеру у имитаторов выше, чем у проявляющих признаки разума. Но, в случае опасности — "маскировка слетает". Отчего, периодически, настает форменный конец света… Кадровая Красная Армия — дружно разбегается, едва увидев немецкие танки. Могучая КПСС — безропотно сдает партбилеты… Второе горе в том, что память и подражательные способности у приматов развиты колоссально (обучение — суть та же дрессировка). В итоге — отсутствие "признака разумности" — надежно выявляется только поведением подопытного в экстренной ситуации. Внешность, слова и документы — тьфу. А мы — судим по внешности.

— Стоп! — вскинулся Соколов, — Я сейчас вспомнил… Большинство делегатов Первого Съезда опознало в Сахарове "чужака" мгновенно! Злая выдумка "прямая трансляция"… Это как?

— Приматы — крайне придирчивы к соблюдению окружающими правила "будь как все". Звериный оскал конформизма!

— А если что-то вдруг не так — на него реагирует обезьяний подражательный инстинкт?

— Не-а… Обычно — автоматически включается защитный рефлекс — "бей чужака!". Что мы повседневно и наблюдаем…

— Так отчего взбесился Смирнов?

— У него возник "конфликт поведенческих программ". В современном "цивилизованном обществе" представителей Homo Sapiens Sapiens — абсолютное меньшинство. Сотые доли процента… Но государство, воспитанием, законами и насилием — заставляет неисчислимые толпы обывателей вести себя "по-человечески". В сытое спокойное время — оно работает. Все притворяются, все видят, что и другие тоже притворяются, но тотальный спектакль притворства воспринимается участниками как норма. Притворяться "быть как все", для обезьяны — хорошо и верно… Умение вписаться в коллектив — инстинктивное.

— Тем не менее, ситуация сразу взрывается, если рядом с "притворщиками" случайно окажется тот, кто действительно "настоящий человек"… Тот, кого высокая мораль не напрягает…

— Школьники, не сговариваясь, начинают травить "сильно правильного" одноклассника. Трудовой коллектив — "много о себе понимающего выскочку", — продолжила Ленка, — Всё логично! Полковнику — не повезло. Он оказался в меньшинстве. Вокруг "неправильное большинство". Ближайшая аналогия — обезьяну из зоопарка сунули в тюремную камеру к людям. Вроде бы, очень похоже (неволя, решетки, пайка), ан — совсем не то. За первое же неверное слово — свернут шею. А шансов занять место "пахана" — никаких. Ну и как? Будем ждать, когда Смирнов "слетит с нарезки" окончательно? Пример майора Логинова — не убеждает? — зря она так сказала… Люди типа каудильо на попытки манипуляции отвечают ослиным упрямством.

— Полковник Смирнов пока мне нужен! — что я говорила? Как припечатал…

Ленка с шумом выдохнула и беспомощно покосилась в мою сторону… Завхоз — нахохлился, как пожилой гриф из родного питерского зоопарка, разве что не сунул голову под крыло. Захотелось угостить его кусочком вкусненького… Когда бываю в зоопарке — всегда беру собой сумку харча (лучше всего идет обычный хлеб). Но именно "обычного хлеба" — на столе и нет. Причем, скорее всего, белой булки "точно такой, как дома" — я тут больше не увижу и не попробую… Засада!

— Вячеслав Андреевич, вы спрашивали про "заговор ученых"? — Ленка та ещё фифа, но ведь говорит дело! — Хотели знать, почему руководство блокадного Ленинграда в 1941-м реагировало на все "предложения снизу", гм… достаточно странно?

— И?

— Разве сами ещё не чувствуете? Вам предлагают информацию, а от неё — тошнит… Можете обижаться!

— На мой взгляд, вся ваша "так называемая информация"… — сердито распушил усы каудильо… — Ну, вы поняли…

— Что? Какая есть… Как предупреждали великие — "Правда стоит очень дорого, но при этом — невкусная…"

— Можно подумать, полковник Смирнов уже завтра-послезавтра примется плести против меня заговор…

— Завтра — вряд ли. Но, не забудет и не простит — никогда. Хрущев — ждал удобного случая двадцать лет… Между прочим, свой "путь на верх" он начал с доносов на "подозрительных".

— Слушайте, вы тут мне специально голову морочите? Он — нормальный, адекватный человек! — уперся… — В конце концов — каждый имеет право быть патриотом! — вот и проговорился…

— Хотите отгадаю? Полковник в "момент Х" не только одел мундир с "триколором", но и припас готовый письменный донос на профессора Радека? Чтобы на другой стороне "аномалии" — ни минуты времени даром не терять…

— Жалко, что наша "дыра" схлопывается "в точку", а не прозрачная, как "порталы" в кино, — пожаловалась Ленка, — Мог получиться классный кадр — Смирнов всем телом бьется о невидимый барьер с криком: "Не виноватая я! Вып-п-пустите меня отсюда!"

— Ладно, признаю — донос на меня у него тоже был, — сквозь зубы процедил каудильо, — И что? Я который раз повторяю — да, Смирнов мне нужен. Такой, какой есть… Кадры — на вес золота! — чуть помялся и добавил, — Он и "объяснительную записку" припас. "Я, такой-то такой-то, признаю свою вину за вынужденное участие в деятельности, направленной на подрыв существующего в РФ государственного строя, выразившееся в выполнении преступных приказов…"

— Анекдот! — прохрипел завхоз, — Крестьяне поймали Пугачева и требуют возглавить восстание, а тот отнекивается и хнычет — "Говорили мне, дураку: Филиппок, не бери фамилию жены…"

— И такого человека… — зловещим шепотом начала Ленка…

— Кого карать и миловать — здесь решаю я! Выдвигайте конструктивные предложения…

— Гражданин начальник! — ожил завхоз, — Вы тут решили, на ночь, глядя, поиграть в Горбачева и Съезд Народных Депутатов? Галочка, напомните-ка товарищу, отчего главным образом, при виде академика бесновался зал.

— Сахаров призывал, пока не поздно, брать в СССР всю полноту власти. А народишко — собирался "красиво потусоваться" за казенный счет. Пока Горбачев жевал сопли — скинули его самого.

— Сахаров "выделился из толпы", — мрачно подбила итог Ленка, — Этого — достаточно! Во все времена — вполне достаточно… И обязательно находятся доброхоты, которые просигнализируют о "подозрительном"… После чего — руководство начинает пропускать слова "выскочки" мимо ушей.

— Только и всего? — скептически поморщился каудильо.

— Публично выделиться умом из толпы, для обывателя — преступление, — поправилась филологиня, — Нельзя демонстративно противопоставлять себя обществу и начальству. Бандерлоги — задохнулись от ужаса и отвращения! Беда в том, что начальство (в лице Горбачева) поддержало именно бандерогов… Знаете, что "человек — единственное животное, которое много раз спотыкается об один и тот же камень"? Сталин знал, что Хрущев троцкист и дурак, но держал "за своего"… Берете пример?

— Галина, — Соколов сделал над собою усилие, — В блокадном Ленинграде получилось примерно оно же? Ученых, выступавших с неожиданными предложениями, обвиняли в "заговоре" просто потому, что не хотели слушать? А кто из них пытался что-то делать сам — объявили "вредителями"?

— Наверное… — сами понимаете, протоколы давних совещаний давно уничтожены, — Я же говорю, биология! Но, официальным поводом к репрессиям — послужили доносы "бдительных граждан".

— "…Толпа категорически лишена чувства ранга, одержима уравнительной болезнью, руководствуется американской поговоркой "выделяться неприлично" и требует от политиков быть, как все…" Это определение Хосе Ортеги-и-Гассета. Моральный императив толпы весьма точно описал Клайв Льюис (Clive Staples Lewis — автор недавно экранизированных "Хроник Нарнии") — "А я не хуже тебя!" Само собой разумеется, что подобный императив всегда ложь, потому что умный человек не скажет дураку, а качок не скажет задохлику — "А я не хуже тебя!" Это боевой клич тех, кто "хуже", но не желает себе в этом признаться. Идею ведь всегда можно и в другую сторону развернуть — "А чем он меня лучше?" "Чо, самый умный, штоль?" "Мочи яго робяты!" — Ленка сегодня зла и блещет эрудицией.

— Я и пытаюсь объяснить, — продолжил завхоз, — Для наглядности, холерно неудобными примерами. Когда некоторые делано удивляются — "Как же ухитрились всё просрать в Блокаду?", можно им напомнить, как "ухитрились всё просрать" в последние годы дореволюционной России и потом Союза. Разница исключительно в том, что руководство обороной Ленинграда скручивало своим "умникам" головы потихоньку, а министры Керенского и болтливые народные депутаты — "просирали" страну публично, "в прямом эфире", злобно брызгая слюнями и руками-ногами отбиваясь от специалистов, которые реально знали дело и не боялись говорить правду тупорылому электорату. Срать хотел электорат на знающих дело "умников". Во все времена… Но, признаваться в дурости и желании "любой ценой покрасоваться на трибуне перед телекамерами" (когда всё уже трещало по швам) — "народным избранникам" не охота даже сейчас… Зря надеются, кстати. Архивы всё их "ужимки с прыжками" сохранили!

— Между прочим, Сахаров предлагал реформировать Союз во что-то странное, — заметил каудильо, — С трудом представляю, что именно он замышлял. "Конвергенция" и прочее — это тогда как?

— Очень многим, после двадцати лет "катастрофических перемен", ужасно хочется, что бы в развале Союза оказался виноватым тот, кто Союз и советскую власть спасал до самого последнего вздоха. А не они, любимые, — отрезал завхоз, — Напомнить, чем академик Сахаров отличался от большинства делегатов того Съезда?

— Он был там одним из самых старых… — немедленно влезла Ленка.

— Во-о-от! — кривой палец поучающе уперся в потолок, — Сахаров долго жил и помнил Советский Союз о-очень разным. На его глазах, с 20-х годов, тот изменялся почти непрерывно. В очередной "трансформации" и новом территориальном расширении страны он не видел ничего особенного. Проект-то Союза изначально всемирный. Ученый! Зато молодое поколение, выросшее после войны — такой подход шокировал… Им — существовавшие в позднем СССР порядки казались "вечными и незыблемыми".

— "Нет пророка в своем отечестве…" — пробурчал в усы Соколов, — Интересно, а он сам сложившееся вокруг него "общественное мнение" понимал? Галина, что скажете?

— Он рос в другой "социальной атмосфере".. Сделали Революцию 1917 года, победили в Гражданской войне, дошли до Берлина и первые запустили в космос человека "люди не от мира сего", — по крайней мере, я этот вопрос понимаю так, — Сахаров типичный "строитель новой цивилизации". А их отличительним маркером обязательно является лютая "чуждость" для окружающих. Будущие знаменитости — начинают, как "изгои общества". Хоть самые древние египтяне, хоть ранние христиане, хоть "люди длинной воли" Чингис-хана, хоть члены партии "большевиков" с дореволюционным стажем. Они — всегда таланты… Они — герои и умницы… Но, одновременно, битые-перебитые жизнью и властью "отморозки". Точнее, "недобитые"… В процессе взросления — выживает один из двадцати… если не один из ста…

— Ага! "Русская" и позднее "советская" цивилизация — совершенно типичные "проекты недобитых", — Ленка никак не угомонится, — Оно не моя формулировка, это сам сэр Тойнби выразился. Который Арнольд… А дедушка говорил так — "Мои товарисчи — книжек не пишут. Им некогда! Помирают на бегу… А когда нет — их книжки сразу прячут в "спецхраны", как воспоминания разведчиков. Мысли мудрецов всегда доходят до потомков поздно. Обычным людям — они противны и оскорбительны…" Вот!

— Это я и за собой замечал… — протянул каудильо, — Тебя слушают, даже принимают к сведению, но впечатление, будто говорят с приговоренным к смерти. Типа — с "загробным голосом"…

— Точно! — не к месту развеселилась Ленка, — Когда Сахарова, в декабре 1986 года, вернули в Москву из ссылки, дед со старшим Альтшулером заявились к нему в гости. Ну, поздравить с победой… и вообще. Он потом родителям рассказывал. Левка, говорит, ударился в пафос — "Вы теперь находитесь на верхнем этаже власти!" Ха-ха… А Андрюшка, ему в тон отвечает — "Я — не на верхнем этаже. Я — рядом с верхним этажом… по ту сторону окна…"

— Всё как у людей — "на покойников не обижаются"… — буркнул каудильо.

— Такое в истории — часто и густо, — поддержала Ленка, — Какое время ни возьми. Сократа, в древних Афинах — народное собрание приговорило к смерти. Официально — "за развращение юношества"… А фактически — от ненависти и подозрений к человеку, которого никому не удалось переспорить. И плевать они хотели на все его заслуги и славу. В типа просвещенной Франции, начала ХХ века, самую знаменитую женщину мира, физика Марию Склодовскую-Кюри, дважды лауреата Нобелевской премии — травили буквально всем городом… Перед её парижским домом много лет (!), каждый день, как на работу, собиралась выкрикивающая грязные ругательства толпа, а полиция — делала вид, что ничего особенного не происходит… В современной Калуге, памятники Циолковскому — на каждом углу. А при жизни — он ездил на своем велосипедике по улицам, как изгой, осыпаемый грязью и объедками… Бедняге повезло — умер в своей постели. Дожил бы до конца 30-х годов — обязательно бы посадили…

Глава 39. Рацион дебилов

Соколов дернулся так ощутимо, что вздрогнул весь мой хилый пенопластовый домик…

Ленка замерла, а Лев Абрамович принял "подбородочно-локтевую" боевую стойку, бестрепетно скрестив с каудильо взгляд.

— Наконец-то дошло? — странно, обычно завхоз вежлив, а тут — сорвался, — Сколько времени потеряли, а он — ни тпру, ни ну… Читать мысли — здесь некому. Мы же не телепаты!

— Да я тут прикинул… — "модуль" опять зашатался. Вроде бы взрослый мужик, а крутится, как нашкодивший школьник…

— Но пока не подсказали — признаваться не хотелось, — бесцеремонно влезла Ленка.

— Оно дико неудобно…

— Ладно, я сам озвучу! — завхоз уселся прямо, — Неужели не приходилось раньше читать доносы на самого себя? Там, иногда, тако-о-е пишут…

— Тако-о-е… — передразнил его Соколов, — мне попалось в первый раз. Почему и спросил… Ну, сам догадался…

— Там бессвязные горячечные фантазии? — сочувственно осведомилась Ленка, — Как в доносах эпохи "Большого Террора"? Обвинения в работе на разведку Уругвая и замыслах продать Аляску японцам?

— Хуже! Когда примерно такое же лет десять назад читали по телевизору, рассказывая про сталинские репрессии, я смеялся. А когда сам столкнулся, ой! Дарья диагностирует, как типичный параноидальный бред. При абсолютно нормальном бытовом поведении… Разве такое бывает?

— Так ведь с медицинской точки зрения — полковник более "нормальный", чем мы, — пора подключаться, — У него самый обыкновенный "ситуационный психоз". Ближайший сходный пример — убийства и дикие обвинения во всех мыслимых грехах врачей, присланных на подавление эпидемии чумы.

— Достали мудреными словечками! — наконец-то взорвался каудильо, — Скажите просто, можно ли ему теперь доверять?!

— Слишком заумно? Перевожу простым словами. В спокойном состоянии дрессированная обезьяна может быть о-очень прошаренной и всё-всё понимать. Но, как заведётся — разум отключается. Стресс! В голове — бурлят гормоны и исходят на говно инстинкты. А от той чуши, которую при этом несёт поциент — волосы встают дыбом. Чуйства-то — распирают… Это — не её вина, это — её беда. Издержки цивилизации. Писать-читать — обезьянку научили, а думать головой — даже не собирались.

— Вы не ответили!

— Я ответила… Могу повторить. Пока "дыра" полностью закрыта — Смирнов безопасен. И даже абсолютно лоялен. А вот что произойдет, если она очередной раз откроется — не знает даже он сам.

— Я знаю! — каркнул завхоз, — Опять примется "действовать по обстановке"… Приспосабливаться к ней по-своему. Выдрессировали же бабуина, на свою голову, навыкам тактики…

— Вы хотите сказать…

— Повторяю, полковник — абсолютно нормален. Ну, по стандартам "для государственных служащих среднего звена". Это мы — банда психов! — от последних моих слов Ленка сдавленно хихикнула, снова закусив зубами кулак.

— Что ещё? — повернулся к ней Соколов.

— Это… Ик-ик! — попыталась она совладать с эмоциями, — Ой, не могу! Их с Радеком борьба за "аномалию" — натуральное "утро в дурдоме". Кто первым надел белый халат — тот и доктор…

— Обезьянка способна сосредоточиться только на двух вариантах поведения — "спасать себя" и "пробиваться в вожаки". Другие варианты — просто отсутствуют. Что и наблюдаем. Полковник был готов к любому из них. Если нельзя удрать через "аномалию" к своим — то надо попытаться взять её под контроль, в качестве "источника власти". Бинарная логика! И хоть кол на голове теши…

— Радек утверждает, что "аномалия" перешла в стабильную фазу… — пробурчал себе под нос Соколов, — Мы наблюдали последние всплески "остаточной активности". Смирнов это переживет?

— Обязательно, — в свою очередь хмыкнула Ленка, — О! А хотите точно знать, когда у него закончится "ломка"? Ну, отследить момент окончательной потери надежды вернуться в XXI век?

— Конечно! — подался вперед каудильо, — А как?

— Если начнет отращивать усы — считайте вопрос закрытым.

— ???

— Обезьянья логика, — подтвердил завхоз, — Когда у бабуина-карьериста нет надежды быстро занять место вожака — начинается неистовое подражание вожаку. Вплоть до смешных мелочей…

— Как при Сталине… — припечатала Ленка, — Всё начальство ходило в полувоенном…

— Интересно, а случится, если я в этот момент вдруг возьму и свои усы сбрею? Просто шутки ради?

— Смертельная обида! — это у нас вырвалось нестройным хором…

— Спелись, голубчики? Тогда — всем вопрос на засыпку! Чем полковника Смирнов так бесит наш, весьма символический "советский антураж"? Причем, мечта насчет возвращения "раздельного питания" руководящего состава и рядовых — у него настоящая "идея-фикс". Даже сейчас! Даже — в его современном положении!

Завхоз хитро покосился на нас с Ленкой, многозначительно помял кончик носа и выдал.

— "Самое хорошее дело никуда не годится, если во главе его нет меня!"

— Как понять? — как обычно, Ленка меня опередила.

— Полковник о-о-очень хороший офицер. Волевой, целеустремленный, короче — оптимист.

— Галина?

— Не знаю, что Смирнову преподавали в военной академии, но в 40-х годах этот прием именовали "методом восстановления управляемости подразделением". Стандартный способ отстранения от власти неформального лидера, как только в нем отпала острая необходимость. Пока болотами и лесами пробивались из окружения — "официальный" командир помалкивал и подчинялся талантливому выдвиженцу. Стоило выйти к своим — выскочку надо ставить на место. Аккуратно, что бы не застрелили в спину…

— Например?

— Ой… Вообще, методов много. Самый быстрый — "повязать парвеню бабой", — Соколов дернулся, как от пощечины, — завхоз понимающе улыбнулся, — Зря обижаетесь… Не вы первый и не вы последний герой, кому, "для лучшей управляемости", подкладывают женщину находящуюся в служебной зависимости от официального начальства. Простенько, в чем-то даже приятно, но эффективно-о-о-о…

— Галина, ваше мнение? — судя по выражению лица, каудильо решил резко сменить тему.

— Это потом… — тема женщин — в экспедиции больная. Прямого хука правой в голову — тщедушный завхоз может и не пережить. При всей глубокомысленности предположения. Покосилась на Ленку. Та отрицательно мотнула головой. Значит, не актуально… "Прослушка" не подтверждает… или женская интуиция притупилась.

— А сейчас? — Соколов упрям.

— Сейчас, для полковника важнее всего остановить "социальный лифт" и заблокировать появление новых "выдвиженцев из народа" на руководящие должности. Раздельное питание — стандартный инструмент поддержания прочности кастовой системы. Не забывайте, чему учат современных офицеров — "господа и рабы будут всегда". Наша пищевая демократия — названный принцип в корне подрывает.

— Даже при абсолютно одинаковом рационе?

— Изменить рационы можно одним росчерком. Главное, иметь возможность это сделать…

— А какой смысл? Мы ведь уже не голодаем! — товарищ опять не понимает намеков…

— Вы когда-нибудь задумывались, почему в кадровой РККА 30-х годов заново возродили радикально разные "пайки" для рядовых бойцов и командного состава? Не сразу же после Гражданской войны? Не в разгар боев с басмачами и прочими бандами на границах? А только в мирное время, вполне убедившись в полной победе режима?

— Тоже, "с целью повышения управляемости"?

— Именно! А ещё — с целью укрепления заново формирующихся "сословных барьеров"…

Соколов недовольно завозился на своем месте. То ли ноги затекли, то ли спина… Тесноват "модуль" для его габаритов. Явно подражая завхозу, невоспитанно выставил в мою сторону указательный палец.

— Конкретнее! Короче! Простыми и однозначными словами… — ох, ладно, попробую телеграфным стилем.

— Залог "кризисного выживания" — солидарная мораль. Поэтому, коммунизм и советская власть, объективно, синонимы. Коммунизм — строй, где личная власть не дает материальных привилегий и люди — не бьются за место в иерархии, а вместе решают проблемы. Что убивает привычный "канон". Например, отменяется принцип "всякая власть от бога"… "Вождя" легко выбирают и так же легко смещают по ходу решения каждой конкретной задачи. Сложные вопросы обсуждают по правилу военных советов — "первыми говорят младшие, любое обсуждение ведется открыто под запись". Как на совещаниях времен "культа личности" или в архаичном Древнем Египте… В результате, активно и успешно работают "социальные лифты".

— Ну и нормально… Дела-то — делаются. Волокиты — минимум. Все — загружены. Чем недоволен Смирнов?

— Он, при такой системе — не нужен как "начальник"! Отмирает "вертикаль власти"! Социальные "роли" — меняются автоматически. Сегодня "главный" — один специалист, завтра — другой, а послезавтра — все дружно тягают бревна или роют канаву. Причем, целесообразность происходящего — не вызывает сомнений, — каудильо тяжко вздохнул, видимо что-то вспомнив, — Даже, если выходит за "пределы привычного", вроде волевого присвоения рядовым офицерских воинских званий по приказу сержанта запаса. Вот если бы вы, для солидности, назначили самого себя хотя бы генералом…

— Что да, то да, — поддакнул завхоз, — Сами видите — в коллективе, внезапно, настали тишина и благодать. Ни пьянок, ни драк, ни разборок из-за баб. Первый раз в своей жизни наблюдаю такое чинное благолепие. Разве что кромешный мат-перемат… Чем рулить и кем руководить?!

— Неужели, простое возвращение "раздельного питания" может подорвать описанное состояние?

— Легко! Главный принцип управления людьми "разделяй и властвуй"… Раз у Смирнова не выходит роль "верховного арбитра"… — опять влез завхоз, — Кто тут заметил, как подозрительно легко он согласился на свободную выдачу питьевого спирта? А ну-ка вдумайтесь! Военные моряки… морская пехота… гражданские… суровая нехватка женщин… и свободная выдача спирта… Он ведь собирался "пресекать безобразия", самовластно карать и миловать. А безобразий — нету… Кышмар!

— Кстати, самому странно… — подтвердил Соколов, — То есть, для МЧС — оно обычно, но вот для армии… Даже — если это морская пехота…

— Напрасно иронизируете, молодой человек, — Лев Абрамович заговорил профессорским тоном, — Круче морпехов — разве спецназ. А там — "штучные люди". Для "массовки" — нам достались предельно интеллигентные ребятишки. Вы замечали, например, что воздушный десант в свой "день ВДВ" — массово купается в фонтанах, а морская пехота, в аналогичном случае — никогда? Кое-кто надеется, что свободным доступом к выпивке это можно исправить…

— "Непуганый матрос — расположен к безобразиям, это — потенциальный преступник, будущий убийца и насильник…" — с чувством процитировала Ленка, — Отгадайте — кто это сказал и по какому поводу?

— Я догадываюсь, но вы ошибаетесь, — деликатно отозвался каудильо, — Цитата известна задолго до войны.

— "Подчиненных надо кошмарить непрерывно, чтобы они не считали себя самыми умными…" — а эта?

— Эту слышал. Понятно. Принято. Только зачем?

— Способов быстро сделать умного человека дураком — изобретено предостаточно. "Фон террора" — один из самых эффективных. Увы, обезьянки умеют действовать и тоньше… Чужой ум нельзя присвоить. Зато — можно подсунуть "объекту" выпивку… или наркотики… или знойную бабу… Или — каждый день, "типа в шутку" (но регулярно!) бить "слишком умного" по голове, как нынче принято делать в средних школах. Чтобы "выскочка" не отрывался от коллектива… Пара-тройка месяцев подобных "шуточек" — и изначально высокому интеллекту хана… Хроническое сотрясение мозга…

— Эта мода — старая, — жестко оскалился Соколов, — И со мною — номер не прошел! Хотя признаю, бывает всяко…

— Очень многие думают, что смелость и физическая сила — защитят от чужой подлости. Они ошибаются…

— Неужели разница между "солдатским" и "офицерским" рационами настолько критично влияет на мышление?

— Мозг — очень капризный орган. Для интенсивной работы ему нужен сбалансированный ассортимент животных белков, достаточно жиров, избыток глюкозы и полный набор витаминов. Простого обилия богатой углеводами еды — мало. На одном хлебе с кашей — человек быстро тупеет… "Небольшая разница" отечественных армейских "норм питания" для рядовых и для командиров — результат долгих экспериментов на людях. С виду — мелочь, но обычно, для "достижения эффекта" — её хватает… А при нужде — любую "норму" легко подкорректировать дополнительно.

— "Мясной голод сводит с ума…" — в пустоту пробормотала Ленка, — Голдан очень жалуется…

— Причем, до сих пор не сбежала… — негромко прибавил мудрый, как подколодная змея, завхоз. Как обычно, он зрит в корень, — А почему?

Ради подобных моментов стоит жить! Собственно, с Львом Абрамовичем можно обсуждать любые темы. Химик! А вот стремительную смену выражений на физиономии Ленки и Соколова — стоило бы запечатлеть для потомков. Полное недоумение, переходящее в возмущение — у Соколова… А-ля "тупая блондинка" — у Ленки…

— Голдан, с научной точки зрения — очень удобная "контрольная группа". До встречи с нами — барышня вообще не пробовала хлеба. Про существование "эрзац-суррогатов", вроде вот этих, — сейчас можно себе позволить презрительный взгляд на жалкий натюрморт посреди столешницы, — даже не подозревала… Росла на здоровой пище — мясе, рыбе и диких плодах-ягодах… Результат — налицо!

— Ей, как "кормящей матери", специально назначили особое питание, — запоздало среагировал каудильо.

— Смеяться уже можно? — Ленка врубилась и было закусила кулак, но справилась, — Нормальная "суточная диета" молодой здоровой тунгуски — это 2–3 кило жирного парного мяса. Когда голодная — она их уминает в один присест… Мы проверяли!

— Но, ведь она сама заявила, что "будет кушать, как все"… — продолжил тормозить главный начальник, — И тем не менее, получала "специальный паек". Наравне с лицами занятыми на тяжелых работах, заступающими в караулы и ходящими в дальние рейды… Только недавно удалось распространить "усиленную порцию" на рядовой контингент. Что мы сделали не так?

— Всё — так! — завхоз было хотел открыть рот, промолчал, но довольно ухмыльнулся, предоставляя мне полную инициативу, — Думаю, именно последнее беспокоит Смирнова. Уже примерно две недели, как мы вытянули основной рацион на "полноценную биохимическую норму". По жирам, по белкам, по углеводам, витаминам и микроэлементам. Анализы — этот удивительный факт подтверждают. Тесты и статистика — тоже, — ну, я и загнула! Завхоз покраснел и закашлялся от нахального хвастовства…

— Вы особо не радуйтесь, — огорошил он каудильо, — Трюки, что сейчас вытворяют по части кулинарии Галина с поварами — суть цыганский цирк. "Смертельный номер" и "черная магия" в одном флаконе. А по факту — уголовщина… Потянет даже на "преступление против человечности"… Эксперименты на людях… Не спрашивая согласия, не ставя подопытных в известность и в особо циничной форме!

— Так ведь работает?

— Вы у неё самой спростите — как…

— Варварский, но от безвыходности — единственно возможный выход. Из всех "условно съедобных" ингридиентов, по результатам оперативных химических анализов, нахальным "купажом", на грани "научного тыка" — мы каждый день бодяжим сравнительно полноценный рацион. Поминутно ожидая, что выскочит какая-нибудь гадость…

— Так ведь вроде пока всё получается?

— Истерика господина полковника — тому порука! — не упустил случая запустить шпильку Лев Абрамович, — Он угрозу личной власти нутром чует!

— От Голдан? Две-три книжки в день, для вчерашней дикарки — безусловно, рекорд, — засомневался каудильо, — А с чем сравнивать? Может быть — просто уникальный случай. Опять же — это ваше личное мнение. Где объективность?

— Мнение самой Голдан не убеждает? — подобралась Ленка, — Девчонка — терпит! До сих пор не ушла…

— В каком, интересно, смысле — "до сих пор не ушла"? — не понимает, — Да куда она теперь от нас денется?

— Если бы захотела — ушла бы ещё месяц назад, — отрубила филологиня, — Для местных 100–200 верст — не крюк.

— Совсем без спроса? — гм, несмотря на весь экстремальный опыт, каудильо — глубоко городской человек.

— Сами же сказали, что власти над собой тунгусы не признают… Просто, ей тут — хорошо… и интересно…

— Ладно! Ваше суждение — принято к сведению. Тем не менее — оно субъективно. А мне надо знать точно.

— Вячеслав Андреевич, нагнитесь! — пора пускать в ход "тяжелую артиллерию", — Я кое-что сейчас покажу. У вас за спиной — сейф.

Правильнее сказать — "несгораемый ящик" с кодовым замком. Наверное, единственный массивный металлический элемент в окружающем нас китайском "походно-полевом зодчестве". Причем, упрятан запредельно хитро. Не зная — никогда не догадаешься. А при нужде, его можно вытащить прямо через наружную стенку… Представляя, где расковырять оболочку и пенопластовый утеплитель. Володя меня выдрессировал, как хранить важные бумажки. Первые листики в красную папочку — легли ещё при нем. Последние — буквально вчера. Как предчувствовала…

— Это ещё что? — "в научных целях" мне любезно оставили цветной лазерный принтер. Программа "Эксель" создает изумительную графику… Самой приятно похвастаться, — И откуда здесь везде гриф "совершенно секретно"?

— Потому, что в архивах, аналогичные "материалы" — хранятся под ним. А "открытых источников" на данную тему — нет вообще…

— Но, тут же сплошной "новодел", — ага, таки рассмотрел даты создания документов на сопроводительных подписях.

— Правильно. Я собираю информацию сама… И сама её засекретила. Вы содержание посмотрите! Как? Наглядно?

Каудильо, под недовольное сопение присутствующих, бережно перебирает огромными ручищами листы. Пожалуй, кое-что надо прокомментировать вслух. Иначе, коллектив провертит в вожде глазами дырки…

— Первая диаграмма — "Процентное содержание в суточном пайке биологически значимых компонентов, относительно медицинской нормы".

— Записи ведутся с самого первого дня? Без перерыва? — для себя признаю, что один перерыв был. В день, когда я собиралась уплывать в Париж — соответствующие графы остались пустыми. Но, потом наверстала. Подобрала мелкие крошки и проанализировала. Порядок должен быть! А позднее — да. Каждый день, четко и подробно, без пропусков. Как оно и положено…

— Естественно!

— Так, это понятно… — взгляд Соколова быстро сканирует цветные кривые, — Стоп! А почему армейская "Суточная норма N 1" не соответствует вашему критерию "100 % биологической полноценности"? Это же — обычный солдатский паек!

— Потому, что даже общевойсковая "офицерская норма" — ему не соответствует. Разве что, с большой натяжкой, авиационная "летно-реактивная"… Зато "таежно-тунгусская" — вполне. Для человека, она — та самая, "100 % полноценная". Свежая зелень, орехи и 2–3 кг жирного мяса в день…

— Считаете, только тогда человеческие мозги работают нормально? В полную силу, при максимальной нагрузке?

— Так точно…

— А на чем-то более весомом ваши доводы основаны? Как можно, в полевых условиях, достоверно оценивать работу чужих мозгов? Тем более, у вас "статистика" разом по всем участникам экспедиции?

— Можно всё! Существуют хотя и косвенные, но очень простые и надежные методы.

Рассуждая про "уголовщину" — Лев Абрамович угадал… Правда, трагически ошибается статьей УК. Преступление "под номером 237", именуемое "Сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни и здоровья людей" (наверное, сталкивался по работе) тут, безусловно, имеет место быть, но карается смешным штрафом до несколько сотен месячных окладов или двумя годами тюрьмы… Ха-ха и тьфу! То, чем я сейчас ежедневно занимаюсь — в УК РФ значится под номерами 275 и 283, а называется — "Разглашение государственной тайны" в тяжкой форме "Государственной измены"… Потому, что обнародование сведений, популярно изложенных на попавших в руки Соколова бумажках, квалифицируется просто и страшно — "дискредитация власти"… Срок заключения — "от 12 до 20 лет, с конфискацией имущества". Родное и любимое государство — не переносит, когда его "ловят на горячем"… Да никакое государство такого не переносит. Даже, когда уличено в действиях, которые само объявляет преступными. Ибо — "подрыв основ существующего строя"…

Эх, где наша не пропадала! Бывают обстоятельства, когда "каждое ваше слово может быть использовано против вас", однако — молчать ещё хуже, чем говорить… Начнем, как полагается — согласно порядковым номерам.

— Обратите внимание! На всех графиках, снизу, изображена "диаграмма номер один". Между графиками прямая связь. Взять, например, динамику кожных заболеваний и всяких мелких царапин с порезами… Видите?

— Вижу… — трудно не увидеть, — Впечатляет!

Ещё бы! Горожанам "на природе" — трудно сохранить свою шкурку невредимой. Грязь, пот и неизбежная "в полевых условиях" антисанитария — делают своё черное дело. Опрелости, прыщи, нагноения и ссадины — почти неизбежны. Потом — их обрабатывают в санчасти. Потом — они заживают… Или — гниют неделями… Все посещения — учитываются. По скорости восстановления кожных покровов можно достоверно судить об иммунитете и состоянии организма в целом. Особенно, в условиях аврала, ограничивающего доступность горячей воды, чистого белья и средств гигиены…

— Обратите внимание! Пока длился ранний период и внутри "аномалии" личный состав питался по армейским нормативам, как на "большой земле" — средний уровень заболеваний кожи среди военнослужащих "срочной" службы — оставался стабильно высоким… Это — при ежедневном душе с мылом и регулярной смене белья! Во время первого закрытия "дыры" — народ частично перешел на снабжение свежим "подножным кормом"… и заболеваемость резко упала… В период "полуголодного" ограничения рациона грибными хлебцами — ожидаемо подскочила. А сейчас — снова снизилась до уровня значительно ниже "среднецивилизованного". Среди "космонавтов" — динамика аналогичная солдатской. У руководства экспедиции и офицеров — та же зависимость выражена многократно слабее. Зато Голдан, на общем фоне — абсолютно здорова.

— Причем, с самого начала! — удивленно подтвердила Ленка, — Помню, какая она была. Грязная… Оборванная… Голодная… Вши — кишмя-кишат… А вот опрелостей или там болячек — ни одной. И вообще, я читала, что у всех первобытных народов Сибири "цивилизованные" — кожные болезни крайне редки. Даже у "грудничков", неделями спящих завернутыми в сыромятные шкуры "мехом внутрь". Или — у лежащих на "подстилке" из полусгнившей березовой трухи. Зато детишки "русских" (в широком смысле), вымытые, стерильно чистые, культурно завернутые в идеально выстиранные фабричные пеленки или одетые в современную одежду — как правило покрыты язвами или прыщами. Типа — "тяжелый климат".

— Стесняюсь напоминать анекдот про чукчу, у которого, в процессе посещения бани отмылась давным-давно потерянная кухлянка… — встрял завхоз, — Таки да! Живут в грязи и не пищат. Иммунитет, у аборигенов Крайнего Севера — просто бешеный… Оно что, напрямую связано с рационом?

— Разумеется! Альтернатива простая. Или — биологически полноценное мясное питание, как у первобытных дикарей… Или — свирепые "европейские" гигиена с санитарией, позволяющие хотя бы искусственно поддерживать человеческий организм "в здоровом виде". При "европейской" кухне…

— Во внешне здоровом… — понятливо продолжил каудильо, — А что внутри?

— А внутри квашиоркор (kwachiorcor). По простому — комбинация хронической алиментарной дистрофии и вялотекущего маразма. Считается, что квашиоркор — "социальная болезнь" в странах Африки среди особо угнетенных групп населения. В буквальном переводе слово значит "отнятый (от груди) ребенок". Им массово страдают дети, лишенные материнского молока, внезапно переведенные на взрослое "углеводистое питание", критически бедное животным белком. Реально — это недуг "низших классов", заключенных, военнослужащих и рабов во всем цивилизованном мире. От возраста совершенно не зависящий…

— Хотите сказать, что с незапамятных премен и по сей день определенные категории населения искусственно держат в состоянии "хронического белкового голодания". А смысл?

— Сплошная выгода! Во-первых, "европейский" тип питания (заведомо бедный белком и обильный крахмалистыми продуктами) — многократно "экономнее". Даже, с учетом повышенных расходов на санитарию. Ведь на моющие средства, дезинфекцию, всяческую гигиену и стирку одежды с бельем — тратится второсортное химическое сырье, которое дешевле хорошего свежего мяса, необходимого для поддержания у людей "первобытного" иммунитета. Во-вторых, страдающий квашиоркором — сыт (!), в исходном смысле слова ("калорийность" его рациона как раз нормальная). Он упитан и сохраняет трудоспособность. В-третьих, наступление квашиоркора легко контролировать визуально. Как пошли у призывника в армию по морде прыщи — это оно! Ну, а наиболее "козырный" эффект для любой власти — психологический. Больной, незаметно для самого себя, слабеет умом. Делается послушным, доверчивым, легко внушаемым и лояльным к руководству. А заодно — забывчивым, беспечным, туповатым и ленивым… При малейшей возможности — он спит. Если служили "срочную" — такое состояние "молодого" солдата вам знакомо по личному опыту.

Каудильо с завхозом — обиженно засопели. Видимо, каждый вспоминает свою "юность в сапогах". Нам, в этом вопросе, мужиков не понять…

— Подчиненным, перед лицом начальствующим — вид иметь лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать оного! — к месту процитировал Лев Абрамович один из фальшивых "указов" Петра Первого, — То есть, армейские байки, про специально добавляемый в солдатский компот "бром" — "разводка лохов"? А на самом деле — всё гораздо тоньше и надежнее? Парни просто впадают в детство.

— В маразм! — отрезала филологиня, — Так, в медицинском смысле, звучит гораздо точнее…

— При этом, юридически, продолжают считаться "здоровыми и полноправными" членами общества. Хотя, без регулярных осмотров, проверок свежести подворотничков и чистоты обуви — фактически не способны сами за собою следить… — в каудильо явно проснулся бывший сержант, — И за это каждого, в любой момент — есть за что наказать… Оригинально!

— Хохмочка — давным-давно "с бородой", — не поддержал шутливого тона завхоз.

— Извините, никого не хотела обидеть…

— Я не обижаюсь, — взгляд у Льва Абрамовича, тем не менее, сверкнул мрачным библейским огнем, — А физиология явления?

— Белки, главная составляющая живых органов и тканей. На аминокислоты завязана вся физиология — обмен веществ, сократимость мышц, работа нервов. Но основное их назначение — участие в построении новых тканей и регенерация отживших клеток. Из белков съеденной пищи — синтезируются белки организма, ферменты, гормоны, антитела. Организм человека лишен своих запасов аминокислот. Они относится к "незаменимым" компонентам рациона. Причем, у людей есть уникальный орган — мозг. В активном состоянии он потребляет четверть (!) всех жизненных ресурсов. Обычно, самую деликатесную их часть. Глюкозу, витамины, дефицитные аминокислоты… Сбой регенерации тканей (язвочки и прыщи) при квашиоркоре — это как раз симптом, что мозг принялся конкурировать за "главные вкусняшки" с остальным телом. В ущерб последнему… Потому, что запросы мозга имеют высший приоритет.

— Даже, если тело от этого начинает умирать… — не то спросил, не то сам себе ответил Соколов.

— Даже! Собственно, так начинается острая "алиментарная дистрофия", от которой гибли в Блокаду.

— Поподробнее можно?

— Процентное содержание питательных веществ в обычном рационе человека не вполне соответствует потребностям его организма. Чего-то всегда больше. Чего-то заметно меньше. Например, общая суточная потребность в белке, для женщин — составляет 58–87 г, для мужчин — 65-117 г. Вроде бы совсем немного их и надо. Но, содержание в пище аминокислот ещё и должно отвечать определенным соотношениям, быть "сбалансированным". Недостаток даже одной — ухудшает состояние всего организма. А если аминокислота из так называемых "незаменимых" — критически сильно. И в этом главная засада. Лишенный внешнего источника "незаменимого ресурса" — мозг начинает пожирать собственное тело…

— В любой еде (даже если это чистое мясо) "баланс" состава аминокислот обычно не идеален. Поэтому, вместо "теоретически достаточных" 100 граммов белка — Голдан требуется два-три килограмма деликатесной вырезки, — каудильо меня понял правильно, — А как с аналогичной проблемой обстоит дело у "цивилизованных" людей?

— Человек — удивительно выносливая тварь. Ко всему привыкает… — за меня выразил общую мысль завхоз.

— Точнее, он до последнего пытается "приспособиться". Хотя привыкнуть к отсутствию в питании "незаменимых" аминокислот — по силам разве покойнику. От него — реально умирают! Долго и мучительно… Слепнут, глохнут, сходят с ума, буквально гниют заживо. Часто — не худея… Хлебом мясо не заменишь!

— Тогда какой смысл полковнику затевать эту интригу?

Хороший вопрос! Словами на него отвечать долго. Вытягиваю из пачки и раскладываю перед Соколовым следующие по порядковым номерам графики. Первыми двумя уже завладел Лев Абрамович.

— Обратите внимание, как степень "сбалансированности" питания по аминокислотам и микроэлементам изменяет поведение людей. Вот здесь — "График производственного травматизма". Так сказать, усредненный результат колебаний внимательности, скорости реакции и координации движений.

— Понятно… — ещё бы, резкие пики и спады говорят сами за себя.

— Вот здесь — "График читательской активности", — "культурное обеспечение" Проекта у нас прилично поставлено изначально. С легкой руки высокого руководства в "аномалию" отправилась куча дешевых электронных "читалок". Несколько сотен бумажных книжек умеренной потрепанности из корабельной библиотеки — преподнесены в дар от щедрот командира "Оленегорского горняка". Кое-какой "научно-популярной макулатуры", в глянцевых обложках, с дивными цветными фотографиями, напоследок подкинула администрация Президента. В основном — там альбомы типа "Виды, природа и животный мир Байкала", — Смотрите, какая интересная наблюдается динамика.

— Чем? — придвинулись завхоз с Ленкой (последняя, как раз и поделилась со мною своими записями о активности и запросах читателей, "культурное обеспечение" Проекта — ненавязчиво свалили на носительницу профильного образования).

— С конца августа "срочная служба" — внезапно (!) полюбила читать. А до того — всё свободное время больше спала… как максимум — смотрела кино… Хотя, летом — физическая нагрузка у них была гораздо меньше, а свободного времени — наоборот, больше.

— По вашим словам — наши морпехи любили читать с самого начала… Ещё до армии, — сразу прицепился Соколов, — Нескладуха…

А вот Ленка поняла меня без слов. Давным-давно (господи, четыре месяца назад), когда на неё навесили "литературное окормление" общественности, она взвалила этот воз на плечи абсолютно безропотно. И тащит… Судя по искоркам в глазах — у неё уже есть что сказать. Ну-ка, послушаем…

— Вячеслав Андреевич, вы же у меня одним из первых книжки "на почитать" брали? — наш самопальный "храм культуры", по здравому размышлению, поселили в самом защищенном от грызунов месте расположения — на складе боеприпасов. Теперь туда не зарастает народная тропа…

— Помню… "Таинственный остров", "Робинзона Крузо" и "Янки при дворе короля Артура"… Тряхнул, так сказать, стариной. Освежил в памяти отдельные моменты. И что?

— Их больше нет… В смысле — уже "зачитали насмерть". Хотя, все издания крепкие, ещё "советских времен". В твердых переплетах. Представляете? Пришлось делать распечатки заново… — что-то такое я слышала. Причем, недавно. Значит, не зря понадобилось разворачивать издательский комплекс.

— Так-так… — когда надо, каудильо соображает быстро, — Помню! После двадцати лет хранения в корабельной библиотеке — томики были почти новыми. А теперь что, буквально за десяток недель — в труху? Быть не может! Люди — те же самые…

— Угу! Что как бы намекает… — с загадочным видом подыграла мне филологиня.

— Вы вот сюда гляньте, — следующий лист как раз детализирует "График читательской активности" по категориям участников "робинзонады". Точнее, по "административной принадлежности". Солдаты "срочники", "космонавты", "научники" и примкнувшие к ним офицеры с администраторами…

— Бл…! — полностью согласна, точнее и не скажешь.

Логично было ожидать, что если работа человеческого мозга выражается в "сенсорном голоде" (любопытстве и жажде впечатлений), то каждый человек будет его удовлетворять наиболее удобным для себя способом. Выбор "способов", кстати, достаточно точно характеризует людей. Одним — подавай футбол-хоккей. Другим — фильмы "с кровью и любовью" (ещё лучше — "порнуху"). Третьим — вполне достаточно "экстремального туризма" или банального мордобоя. Читать книжки в эпоху DVD — любят немногие. Ведь чтение литературы приличного качества, вопреки мнению обывателей — тоже труд. А заставить "любить читать книжки" (особенно "информационно насыщенные") — физически невозможно. Такое занятие — суть внутренняя потребность личности, её особенность. Внешнее отражение уровня её интеллекта.

— Оригинально! — завхоз бочком притиснулся к плечу Соколова.

Разница действительно вопиющая. Если, до перехода на мою "сбалансированную диету", молодняк в военной форме — почти ничего не читал вообще (близкая к идеальной сохранность книг из библиотеки "Оленегорского горняка" — доказательство), то теперь — многие из них, читают по книжке в день. Прямо как я… Расколдовались! А вот господа русские офицеры, среди любителей печатного слова — почти не замечены. У этой категории "электората" зависимость между экспериментами с диетой и желанием узнавать новое — отсутствует. Исключения — единичны. "Инженеры" — читали и читают очень много (последнее время — даже больше "научников"), но там — специфический набор литературы. "Роют" справочники, обмениваются ссылками на файлы с графикой. Для статистики оно не показательно. Всё же они в большинстве "специалисты широкого профиля", оказавшиеся в своей стихии. Затем и брали…

— Итак, — благодаря мне Ленке тоже выпал случай порисоваться, — Что мы наблюдаем? А нечто странное. Морпехи и солдаты — глотают книжки со скоростью от пяти до сорока томов в месяц. Причем, они действительно читают, — Ленка довольно щурится, — Я специально проверяла… Видно, как изголодались! У технарей — запросы безразмерные, но по художественной литературе — потребность тоже стабильная. Примерно 10–20 книжек в месяц на нос. О монстрах типа Ахинеева — пока разговора нет. Гражданин — настоящий "читающий комбайн". Причем, всё прочитанное запоминает почти дословно. Это я тоже проверяла. Зато всякие там начальники…

— Начальникам — некогда! — отрезал Соколов, — Мне — тоже! Разве что вечером, сидя на горшке, что-то легонькое на сон грядущий полистаешь… Обсуждаемое — вообще не показатель!

— Статистика опровергает… — Ленка продолжает рисоваться, — Вот лично вы, сидя на горшке — уже одолели всего наличного Ремарка и десяток сборников фантастики. А полковник Смирнов, за тот же срок — прочел аж пять книжек. Четыре из них сочинения Дюма. "Три мушкетера" и так далее. Пятая — "Остров сокровищ" Стивенсона. Вкус и запросы — на уровне последнего рядового.

— Может быть, человек таким образом отдыхает душой… — предположил каудильо.

— Смирнов у нас — самый читающий старший офицер… из открыто носящих погоны, — завершила Ленка начатую мысль, — Большинство — даже двух книжек не осилило. Только кино смотрят…

— Натянуто и неубедительно! — похоже, руководство нам не верит… ну и ладно.

— Обратите внимание на другое, — пора переходить к серьезным вещам, — Если график кожных заболеваний прямо повторяет динамику поступления в организм белковой пищи, то для динамики читательского интереса такой зависимости — нет. С конца лета читательский спрос стабилизировался.

— Уровень интеллекта у "нижних чинов" восстановился до исходного, "гражданского", состояния, — помог с формулировкой завхоз, — А у "отцов-командиров" — он остался прежним.

— Спасибо!

— Не за что, — Лев Абрамович неприятно посерьезнел, — Галочка, вы мне напомнили ужасную вещь. Я ведь — "книжный ребенок". Но, когда служил "срочную", за два года — прочел четыре книжки! И даже не тянуло… Примерно месяц после дембеля возвращался к прежнему состоянию… Все подшивки журналов, пришедших в моё отсутствие, перечитал. Вот, наконец-то узнал — почему оно так.

Завхоз и каудильо — встретились взглядами… Немного помолчали. Взаимно пришли к неизвестному миру соглашению и разом повернулись ко мне. А что я? Я — уже почти всё сказала. Остался последний график.

— На вкусное — обещанная "достоверная оценка" работы чужих мозгов. Нате! Кривые изобретательской активности по всей экспедиции. С ранней осени. Для отдельных "категорий лиц" и сводная. Оцените разницу! — на этот раз Соколов только шумно выдохнул воздух. Как и следовало ожидать — слов у него не нашлось. Ибо, цензурные слова в таких случаях излишни, — Высшая форма самовыражения интеллекта человека — "создание нового знания". Верьте или не верьте — факты штука упрямая.

— Жесть! — сразу отреагировала Ленка… и добавила короткую непечатную фразу по-английски…

Собственно говоря, она права. Бумажка вышла на редкость "не толерантная"… Жизнь у нас последнее время суровая. А нужда, как справедливо заметил Дефо, поощряет изобретательность. Количество идей, предложений и всевозможных "рацух", по техническим и хозяйственным вопросам — плавно растет вот уже который месяц… У солдат "срочников" — растет. У "технарей" и "научников" — растет… Даже у младшего офицерского состава — растет (хотя и не совсем репрезентативно, всю "положительную динамику" — создают буквально 2–3 человека)… И только среди старшего офицерского состава Проекта (включая лично полковника Смирнова) — царит полная безблагодатность. Строгая горизонталь графика — характеризует абсолютное нежелание (или неспособность) господ военачальников творить, выдумывать и пробовать. М-дя…

— А здесь случайно не подтасовка? — каудильо подозрительно уставился на мои кривые, — Неужели, за всё время, ни одного дельного рацпредложения?

— Ну, почему же? — ехидно проскрипел завхоз, — Одно, от Смирнова — таки есть… Срочно урезать "нижним чинам" белковый паек, дабы, хоть таким образом, насильно вернуть их в лоно первоначального идиотизма. Ради спасения субординации… и остатков авторитета…

— Хорошо, предположим, тут не намеренная подтасовка, а какая-то методическая ошибка…

— Тут система! — Ленка сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев, — Моё чудо — рассказывало про совершенно аналогичный пример. В самом главном институте инженерных войск России, с 1992 по 2005 год — не было подано ни одной (!) заявки на изобретение. Он там, как раз зимой 2005 года, в командировке побывал и видел на стенке соответствующий график. Прикиньте, ни од-но-го! Стоило-то, после краха СССР, сделать их регистрацию "платной", перестать премировать за изобретательство и пинать за безинициативность… По собственной инициативе и зову души — господа полковники и майоры шевелить мозгами не способны.

— "Это — офицеры мирного времени, сэр!" — дурашливо прохрипел завхоз, пародируя американский фильм.

— Галина? — вот не надо на меня смотреть так умоляюще, я ничего не придумала.

— Чистая правда… Закон природы! Умные и честные люди — не идут служить в армию мирного времени. Смирнов, в указанном смысле — ещё "лучший из худших".

Неожиданная информация в больших дозах — усваивается плохо. К сожалению… Придется добивать тему до логического финала "в ручном режиме".

— Вы всё время забываете, что если для вас любая катастрофа — привычная "рабочая обстановка", то для Смирнова, она же — "ужас за гранью вероятного"… Тотальная война, природный катаклизм или внезапная "робинзонада" — не его "профильные специальности". Человека выбрали и назначили на суперпрестижную должность за родственные связи и "по признаку лояльности". Как хорошо себя зарекомендовавшего "выполняльшика приказов".

— Договаривайте…

— Как справедливо сказано, мы все — участвуем в рождении новой цивилизации. Кадры для "Проекта", — гм, ведь это — ведь тоже секрет "по первой форме", плевать, — подбирали в расчете на подобный случай. Собственно говоря, сейчас наш коллектив только-только выходит на "нормальный кризисный режим". Однако, для руководителей "старой формации" — в нем больше места нет. Полковник — всё понял правильно… и сейчас пытается "остановить историю"…

— Галочка, — завхоз опять заговорил с акцентом, на сей раз — кавказским, — Ви нам — давайте факты, а виводы — мы сдэлаем сами…

— Согласен. С чего, например, вы взяли, что полковнику угрожает что-то смертельно опасное?

— Это не я, это он сам отлично знает… Говорите, нецензурно бранился по поводу Приказа номер 270? И так же поносил советскую власть?

— Не описать словами, — сам-то каудильо старается выражаться вежливо, зато вояки — матом разговаривают.

— Жаль, что ругань не содержит информации, — влезла Ленка.

— Ничего, объясняю простым языком. Примерно, как этому учат военных в Академии… — точнее, как этому там учили лет 15–20 назад, данных свежее мне не попадалось, — Вопрос Вячеславу Андреевичу! Что происходит, когда оболваненный человек, внезапно и болезненно для себя, быстро начинает умнеть? Трезво осознавать происходящее и своё положение в реальности?

— С чего бы вдруг? — осведомился завхоз, — Если поц дурак, то это надолго…

— Иногда жизнь заставляет! — вдруг окрысилась Ленка, — Голдан тому подтверждение. Думаете, с жиру бесится? Думаете, любопытная без меры? Ха! Туземный "опасный быт" — вечно грозящая смертью "информационно насыщенная среда". Мозг ведь, сам по себе — жутко ленивый… Думать — его приходится заставлять. Болью, страхом, холодом. Плюс полноценное питание. И всё. Просто и сердито.

— Начинает задавать вечные русские вопросы "Кто виноват, и что делать?", — твердо ответил мне Соколов, демонстративно проигнорировав вспыхнувшую перепалку, — Причем, у полковника на эти вопросы внятных ответов нет. Так?

Утомился гражданин главный начальник. Придется расжевывать каждый тезис отдельно…

— Начнем с того, что ситуация типична. Правители страны "недостаточного прибавочного продукта" — просто обязаны были разработать надежную "технологии управления" вечно голодным и оттого склонным к бунту и побегу населением. Возьмем наиболее показательный случай. Про хроническое недоедание (каждые 3–5 лет переходящее в натуральный Гладомор губернского масштаба), обычное для царской России — помните? Про "малоземелье", про систематическое питание миллионов крестьян одним "хлебом пополам с лебедой", про целые деревни "кусочничающих" нищих, про 44 размер (!) одежды среднего взрослого мужика?

— Наслышан…

— Как считаете, всё это безобразие десятки и сотни лет лет (!) поддерживалось властями из чистого садизма или — "ничего личного, деловая мера"?

— После ваших лекций — боюсь, что последнее… Слишком уж продуманная организация.

— Дополнительная вводная! По понятиям русской элиты начала ХХ века (последних лет империи) — считалось абсолютно нормальным, когда сорок процентов призывников из крестьян, первый раз в жизни, пробовали мясо в армии. Указанный "феномен" спокойно описывали сами генералы! Птицы, рыбы, сыров и яиц, кстати, в русской деревне тоже почти не видели. Курицу — тоже надо кормить, да не травой, а зерном! И вдруг — Первая Мировая война. Массовая мобилизация… А царский "солдатский паек" того времени по калорийности, равен современному и включал не менее одного фунта мяса. После десятилетий жизни впроголодь — фунт мяса каждый день! В первые годы войны — даже полтора фунта. По постным дням — фунт рыбы… Русский фунт — это 410 граммов! На фоне привычной крестьянам с детства лютой белковой голодухи… Причем, вокруг — сущий кошмар. Кровь, смерть, штыковые атаки, взрывы, пулеметы, самолеты, удушливые газы… Плюс, для букета — абсолютно невероятное (с точки зрения забитой и неграмотной вчерашней деревенщины) по разнообразию людское общество. Свобода слова… неизбежные "окопные университеты"… и революционные агитаторы…

— "Полноценное" по белку, жирам и витаминам питание в условиях "опасного быта"… — напомнила Ленка, — Результат немного предсказуем.

— Трах-бабах — и Революция! — довольно констатировал завхоз, — Галочка, а у вас преподавательский талант…

— Ещё вчера голодные и забитые лапотники, получив оружие и нахватавшись фронтового опыта — организуют Советы, поднимают на штыки и бьют прикладами по головам "ихних благородий"… — завершил мысль каудильо, — Да, спасибо, емкий образ.

— А в чем причина? — грех приставать к усталому человеку, но положение обязывает.

— Что значит, "причина"? — поднял на меня красные от недосыпа глаза каудильо.

— Галочка правильно ставит вопрос, — влез завхоз, — В мемуарах белых эмигрантов — ответа на него нет. Ну, если не считать дежурных стенаний, что "марксисты сглазили богобоязненный и почтительный русский народ, черной магией оборотив его в диких зверей". Простите, Вячеслав — это действительно важно.

Соколов досадливо поморщился. Совершенно по детски — протер кулачищами глаза… Тяжело вздохнул, покосился сначала в непроглядную темень за окном, а потом — на наручные часы.

— Галина, дореволюционный "фунт мяса в день", по медицинской норме, для человека — много или мало? Тут, в качестве "полноценной тунгусской диеты", упоминались аж два-три килограмма свежей вырезки.

— Это слегка щедрее современной медицинской нормы. Просто "военные пайки" рассчитывают на долгое хранение и минимальный вес, при максимальной питательности. А тунгусы пробавляются в основном мясом… С современной точки зрения, мясо — "тяжелая пища". Жиры и крахмалистые углеводы — легче, питательнее и удобнее в обращении. Благодаря чему солдат способен нести на себе больше продуктов. На войне — оно важно.

— А как эту самую "медицинскую норму" можно проверить? — наконец-то каудильо научился сомневаться.

— Вам подробный сравнительный анализ или хватит приблизительной оценки?

— Сейчас — мне достаточно вашего мнения. Но так, что бы я понял, откуда оно взялось! — логично, чо…

— Если совсем грубо, то чистое от костей мясо содержит приблизительно 20–25 % белка. Всё остальное — уже не совсем то. Вода, жиры…

— Попробуйте чуть конкретнее.

— Ой! — надо собраться с мыслями… — Могу дать прикидку по основным "незаменимым" аминокислотам. Например, суточная норма поступления с пищей глутаминовой кислоты — 130–170 мг на килограмм массы тела. Она — самая важная! Не только "вкусовая добавка", но и источник нейромедиатора ГАМК. Любые "заменимые" аминокислоты — синтезируются из нее или из аспарагиновой кислоты. Для среднего человека её надо примерно 13,5 граммов в день. Содержание глутаминовой кислоты в свежей говядине — 2,84 %, в лосятине — 2,9 %. Как раз и выходит "суточная порция" в русском фунте мясной мякоти. Где-то 400–450 граммов — вынь да положи.

— Ясно… И сколько, её же, содержится в "дарах дикой природы"?

— В порошке шампиньонов — 3 %. В обезжиренной кедровой муке — 3 %. В красной рыбе (типа лосося) — 3 %. В мясе птицы (типа утки) — 3,5 %… Выходит — "так на так"…

— Спасибо! А вы можете, для верности, привести аналогичные соотношения по другим аминокислотам?

— Вполне… Вот, например, "незаменимой" аминокислоты триптофана (из которой получается серотонин) в говядине — 0,22 %. В порошке шампиньонов — 0,4 %. В кедровой муке — 0,42 %. В красной рыбе — 0,22 %. В мясе птицы — 0,3 %.

— Вы говорили, что каждый день — рецепт "порошковой смеси" для хлебцов получается разным… Почему?

— Обычно измеряем средний биохимический состав наличных продуктов и добавляем-убавляем "по факту". Например, триптофан — ореховой мукой скомпенсировать получается, а глутаминовую кислоту — совсем никак.

— Следовательно, особой разницы между вашим "грибным силосом" и царской "мясной пайкой" — нет?

— Практически… Для верности — закладываем "расход с запасом", Приблизительно — по полкило на едока. Очень надеемся на желатин. По аминокислотному составу он неполноценен, зато очень легко переваривается, без напряжения желудка. Для медицинского питания, при ранениях, переломах или кровотечениях — самое оно.

— А как наверняка обеспечивали "белковую полноценность" армейского пайка раньше, до открытия значения отдельных аминокислот?

— Очень просто. Дополнительно включали в рацион яйца и разные молочные продукты. Главным образом — сыр и творог. Там — состав белков "сбалансирован" естественным образом. Сыр, как искусственный продукт долгого хранения, по белкам — лучше мяса. В некоторых сортах — их более 30 %. Кстати, "офицерская" норма отличается от "солдатской" примерно на 100 граммов "ежедневной белковой добавки". Что те, что другие, для государства — "дешевый расходник"…

— И хватает? — отчего-то подался вперед завхоз.

— Для поддержания "иерархии" стандартного типа "я начальник — ты дурак" — вполне. А в чем дело? Хотите взять метод "разумной экономии" на вооружение?

— Да тут старая история… Ахинеева знаете? Он служил в армии "срочную" рядовым на офицерских должностях. После призыва — начальником ВСКП на аэродроме, потом — ИО командира взвода связи, потом — ВРИО начальника узла связи авиаполка. По "раскладке" — ему полагалось питаться с офицерами. В расположении части его, разумеется, к офицерам за стол не пускали. Но в "стартовой столовой", во время полетов, правило "все питаются по норме" — выполняют жестко. Они регулярно цапались с покойным майором Логиновым на эту тему. Я особо не вникал, только сейчас вспомнилось.

— Насколько заметна разница? — заинтересовался каудильо.

— Угу… Ахинеев рассказывал, что ему приходилось работать на монтаже телефонного оборудования с бригадой "срочников". Будущий ЗКП (закрытый командный пункт), в чистом поле, за 50 километров от ближайшего магазина. Жили на чисто "котловом довольствии"… Так там он с удивлением стал обнаруживать у себя объективные признаки "снижения уровня интеллекта". По хронометражу времени работы со схемами и так далее… Предположив нехватку в пище жизненно важных элементов, они начали закупаться так называемой "красной рыбой" (дешевенькой "Тюлькой в томатном соусе" по цене 32 копейки за 160 граммовую банку) и употреблять её, как "витаминку", при каждой возможности. Примерно, по одной-две банки на едока в сутки. Скоро проявился первый результат изменения рациона — буквально в разы упало количество ошибок при монтаже и число случаев производственного травматизма среди срочной службы. Тогда это воспринималось как шутка. "В рыбе — много фосфора!"

— Хороша шуточка…

— Я и говорю, что армейская "Норма номер 1" научно расчитана на поддержание у личного состава в армии "порогового состояния вменяемости".

— Наука, блин! — не выдержала Ленка.

— Короче, — приосанился завхоз, — Если "господя ахвицера" опять на меня погонят, что "офицерский" паек отличается от солдатского "на ничтожную малость" (добавку молочных продуктов и мясных-рыбных консервов) — я буду соглашаться. Только всем публично объясняю, почему и зачем…

Мне, от недосыпа и усталости, кажется, или Соколов, внутри себя, облегченно перевел дух? Хорошо бы… Ленка, под наши разговоры, внимательно изучает висящую на вертикальной панели "модуля" армейскую "Норму N 1". Построчно… Словно увидела в первый раз… А что Соколов?

— Тогда — всё очевидно. В тесном окопном общении, среди бардака Империалистической войны, солдатики внезапно прозрели, что их всю жизнь "держали в черном теле"… Прямое начальство — злобные бестолочи… Попы — обманщики… Бога — нет… Царь — "не настоящий"… И далее — по списку. Что мы сегодня и наблюдаем… Вы считаете, что Смирнов — в курсе?

— Судя по его поведению — полностью.

— И на что же он рассчитывает в случае успеха?

— Откуда мне знать? — хочется съязвить — кто здесь начальник? — Прогноз мыслей и мотивации советского офицера в третьем поколении, выдрессированного в русской Академии Генштаба, по английским методичкам, американскими инструкторами с израильскими паспортами — тема для докторской диссертации по "психологии пограничных состояний"… Есть желающие отхватить "нобеля"?

— А трезво и без эмоций? — каудильо непробиваем.

— В предвоенном СССР уже был произведен успешный опыт по постепенному превращению исходно "революционной армии" (образца ранних 20-х годов) в самую обычную "государственную армию призывного типа". Правда, тогда "процедура" растянулась приблизительно на двадцать лет… Как раз успели к 1941 году.

Глава 40. Мы — не рабы

Краем глаза отметила резкое движение. Иссиня-бледная от бешенства Ленка, словно дисциплинированная пионерка из ветхозаветного советского фильма, подняла над столом правую руку. Тоже просит слова… Ню-ню…

— Гражданин начальник, разрешите обратиться! — если бы не совместно проведенное время, я решила бы, что наша филологиня в дребадан пьяна… или старательно придуривается, — Замутить психологический анализ?

Если бы я таким тоном заговорила с посторонним человеком… или с родителями. Не, один раз такое несчастье случилось. После веселой вечеринки на чужой даче, плавно переходящей в оргию… С папой — мы потом не разговаривали неделю. А стыдно — до сих пор. Но, то я. А вот эта холеная "столичная штучка", с немыслимого уровня "блатом", университетским дипломом и знакомствами в "высшем свете" — берегов определенно не знает. Просто не желает знать. Сейчас ка-а-ак отмочит…

— Давай! — каудильо подпер ладонью подбородок и старательно изобразил внимательное лицо. Стоик, блин! Или мазохист…

— Вы от неё, — снисходительный взмах накрашенными ресницами в мою сторону, — по принципиальным вопросам, толку не добьетесь. Гражданка — "по жизни ушиблена системой", — а в глаз?

— Почему?

— Она точных слов боится. А "когда слова неправильные, то и мысли не повинуются…" — хе, Конфуций…

— Причем тут слова?

— Щас всё объясню… — заученно полезла рукой в правый карман куртки, вытянула оттуда потертый наган и, крутанув за предохранительную скобу вокруг пальца, рукояткой вперед — протянула его каудильо, — Как мне старые опытные люди объясняли. Только сначала — наградную табличку прочитайте.

— Ну-ка… — в лапах каудильо любой предмет выглядит детской игрушкой, — Ого!"…за храбрость, проявленную в борьбе с врагами Мировой Революции… товарищ Фрунзе" Леволюционный левольверт!

— Дед подарил! На совершеннолетие. Сказал — "Пока оружие в правильных руках — борьба продолжается!"

— Слушаю вас… — вот же черт, никогда бы не подумала о таком повороте сюжета… На "вы" к размалеванной фифе обратился!

— Начнем с того, что само словосочетание "потомственный советский офицер" — суть оксюморон, мерзость и контрреволюция!

— Что такое "оксюморон"? — угу, Соколов "включил дурочку". И правильно, не фиг здесь "образованность показывать"…

— Если по-древнегречески — "острая глупость". Внутренне противоречивый набор слов… Вроде "сантехника-гинеколога"… или — "врача-убийцы".

— Короче!

— Не получается! Например, очень заметно как все давно забыли, что первые четверть века существования СССР, само слово "офицер" — это грязное ругательство. Примерно, как сегодня — "фашист"… Представляете себе "потомственного фашиста"? Или — "потомственного начальника"? В официально бессословном советском обществе?

— С трудом…

— Верно и обратное. Красная Армия первых послереволюционных лет — очень интересная организация. Как и любая "революционная армия". Это сила, это безупречный коллективный разум, это сплоченная банда энтузиастов-отморозков, которая в клочья рвет любых врагов, способна атаковать не считаясь с потерями и бежать на пулеметы по собственным трупам… Но, с точки зрения "командного состава" — есть у такого народа-войска один огро-о-омный недостаток. Там собрались люди, которые сами понимают, за что воюют… "Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать…" В "революционной армии" — постоянно и беспощадно работают "социальные лифты". Господ офицеров, а особенно майоров и полковников "в третьем поколении" — там без разговоров, немедленно по поимке, топят в сортирах… Поэтому, "революционные армии" — недолговечны. Их губят собственные громкие победы…

— Это к чему?

— После перехода Гражданской войны в "финальную стадию" — служить в Красную Армию кинулись "бывшие". Десятки тысяч трусливых засранцев, изначально носивших погоны царских офицеров — пожелали примкнуть к новым хозяевам страны.

— Нормально! — почему Соколов так внимательно слушает это отвлеченную трепотню?

— От настоящих героев-подвижников, храбрых и буйных, эти самые "бывшие" отличались одним очень удобным качеством. Они, не рассуждая, выполняли приказы начальства… Любые приказы! И когда, после окончания боев, Красная Армия прошла радикальное сокращение, именно эти "удобные" (вот же сюрприз!) внезапно стали там "костяком командного состава". А упомянутых героев — пинками отправили "в запас"… Аналогично, почти естественным путем, во всех ключевых структурах молодой Республики Советов — образовалось сущие "дворянские гнезда". Факт, отмеченный современниками, включая бежавших за границу "белых" генералов. Краснов и Деникин, по крайней мере, его оценили одинаково — резко отрицательно. Деникин очень язвительно вспоминал, как на битком набитом оружием и военными казачьем Юге — он не смог себе набрать даже горсти добровольцев, но зато, сразу после оставления "белыми" Ростова-на-Дону — в "красные" комендатуры толпами потянулись "уклонисты" за "справочками", что не воевали против Советской власти.

— Дальше! — интересно, отчего этот диалог "на равных" так меня раздражает?

— А потом (тоже сюрприз!) начались "чистки рядов"… Уже в середине 20-х годов! А потом — "случайные расстрелы" и крайне подозрительные несчастные случаи с настоящими участниками и героями Гражданской войны. Весьма скоро оказалось, что теперь "герои" — совершенно не добровольцы-красногвардейцы голодного 1918 года, а вовсе наоборот — перебежавшие в самый последний момент на сторону "красных", но от этого, не менее героические бывшие "золотопогонники" (!), которые всю Гражданскую войну или провоевали за "белых"… или, пока не стихла стрельба, прятались по подвалам от мобилизации.

— Стоп! — каудильо выставил в сторону Ленки громадную пятерню, — Мне кажется, там было далеко не так "мерзко и однозначно". Вон, к примеру, даже в песнях времен Гражданской войны, "красные" сами про себя пели — "Ведь с нами Ворошилов, первый красный офицер…"

— Вячеслав Андреевич, вы когда-нибудь слыхали про "Окна Овертона"?

— Угу… Это — когда "совершенно недопустимую" по моральным соображениям идею или понятие "мягко внедряют" в общественное сознание? Сначала — обсуждают… Потом — как бы осторожно пробуют… Потом — делают нормой…

— Замечательно! Вспоминаем, что собирается сделать сам (и на что подбивает вас) полковник Смирнов?

— Он хочет заново ввести раздельные нормы питания… Блин! По факту — узаконить сословность…

— Про "нормы питания" тут есть, кому рассказать, — очередной взмах ресницами, — Я же пытаюсь объяснить, что конечная цель Смирнова — "Россия, которую мы потеряли". С поправкой на текущую обстановку. И привожу примеры, как оно уже было. Хотите, например, маленькое пророчество? Все эти вот "авралы", штурмовщину, мороз и голодуху — мы сами потом будем вспоминать, как лучшие годы жизни. За ХХ век — эффект проверен дважды! В Гражданскую и Отечественную…

— С чего бы так? — словно проснулся Соколов, сразу став похожим на почуявшего "свежатинку" медведя (видела, как их кормят в зоопарках, стилизованных под "дикую природу", без решеток, только со скрытыми в грунте электрическими заграждениями), — Вы не думайте! Такую мысль уже мне не первый раз высказывают…

— Закон природы! — хрипло каркнул завхоз, — Психология. Люди не чувствуют свободы, но мгновенно ощущают, когда её потеряли… Леночка, умоляю, продолжайте! Кроме вас это озвучить некому, — ха… какие мы все тут "незаменимые".

— Хорошо, — я ждала, что филологиня спрячет наган обратно, но она небрежно бросила его перед собою на стол (сразу видно, что навыки обращения с личным оружием на нуле), — Вы когда-нибудь "Марш Буденного" пели?

— Я и поэму Маяковского "Хорошо!" в школе наизусть декламировал, — каудильо сильно старше меня, но не думала, что настолько, — Хотя, вроде бы при "совке" — Владимира Владимировича считали классиком и культовым поэтом, — Странно оно… Хорошие стихи. Я за них почетную грамоту получил…

— Блеск! — отрезала Ленка, — "Умение засирать народу мозги — партия считает важнейшим из искусств!" — по нарочито картавому акценту — логично предположить издевательское переложение цитаты Ленина о кино и цирке, — То есть — помните? Прочтите!

В духовках солнца горы жаркое.
Воздух цветы рассиропили.
Наши, с песней идут от Джанкоя,
Сыпятся с Симферополя.
Перебивая пуль разговор.
Знаменами бой овевая,
С красными вместе спускается с гор
Песня боевая.
Не гнулась, когда пулеметом крошило,
Вставала, бесстрашная, в дожде-свинце:
"И с нами Ворошилов,
Первый красный офицер".
Слушают пушки, морские ведьмы,
Улепетывая во винты со все,
Как сыпется с гор — "Готовы умереть мы
За Эс Эс Эс Эр!"
Начштаба морщит лоб. Пальцы корявой руки
Буквы непослушные гнут: "Врангель оп-раки-нут в море.
Пленных — нет". Покамест — точка
И телеграмме, и войне…

А хороший у него голос. Настоящий мужской бас, внятный и без искусственной "блатной" хрипоты…

— Чудесно! — было бы чему радоваться, — Отличный пример откровенной "манипуляции сознанием". Хрестоматийный! В 20-х годах, без церемоний, "по живому резали", у людей "с мясом" вырывали куски из биографии…

— Вы вообще о чем? — слегка растерялся каудильо.

— О нахальной фальсификации исторической памяти. Прямо на глазах у участников и очевидцев событий, — не моргнув глазом выдала Ленка, — Лопухнемся — с нами то же самое проделают. Вы даже знаете кто. Не успеем крякнуть…

— Да где фальсификация? — слегка (что бы щуплую филологиню не сдуло) повысил голос Соколов, — Я ведь до сих пор "Марш Буденного" наизусть помню. Из хрестоматии. Его — в 1920 году сочинили. Нате — полный куплет:

Будённый — наш братишка, с нами весь народ.
Приказ — голов не вешать и глядеть вперёд!
Ведь с нами Ворошилов — первый красный офицер,
Сумеем кровь пролить за эс-эс-эр!

Ленка в последний раз покосилась на меня… Сделала какой-то вывод, удовлетворенно кивнула головой и с шумом, тоскливо и безнадежно, выдохнула воздух… Ни дать, ни взять, столетняя старушка-учительница.

— Кто здесь только что ругался на попытки "боевой пропаганды"? Учитесь, как надо делать "боевую пропаганду"! Через восемьдесят лет — "как новенькая". И так же безотказно отшибает мозги…

— ???

— "Марш Буденного" действительно написан в 1920 году. Только куплета про СССР — там не было и быть не могло… СССР образован в декабре 1922 года, — убедившись в произведенном на Соколова эффекте, уверенно кивнула каким-то своим мыслям, — А "товарища Ворошилова" — назначили наркомом по военным и морским делам в ноябре 1925-го…

— Черт знает что… — выдохнул каудильо, — Никогда о подобных вещах не задумывался…

— Поэма Маяковского "Хорошо!" — писалась на заказ, аккурат к 10-ти летнему юбилею Октябрьской Революции и открыто преподносилась пропагандой, как не менее чем "новейшая история" страны, "в стихах", — Ленка сделала многозначительную паузу, — Представляете — в стихах! Главы поэмы — сразу были инсценированы для спектакля, поставленного на октябрьские праздники 1927 года в Малом оперном театре Ленинграда. "Хорошо!" — там и тогда, это замах на "живой учебник истории" для масс.

— Зачем? Имелись же настоящие учебники истории…

— Нет! — последнее слово Ленка почти выкрикнула, — На 1927 год, никакой "истории" у СССР — нет! Идут чистки! Из библиотек — изымают книжки. Настоящий организатор Красной Армии, настоящий нарком по военным и морским делам во времена Гражданской войны — Троцкий. С 1927 года — он "не лицо". По Оруэллу… А Маяковский, своим фальсификатом, выполняет "заказ сверху".

— Так ведь вокруг ещё полно люди помнивших, как было на самом деле… — до каудильо начало доходить.

— Что именно помнящих? Откуда им знать? В Гражданской войне активно и сознательно участвовала ничтожная часть населения России. А большинство пассивных свидетелей и пострадавших — вообще неграмотные. На середину 20-х годов, "программа ликвидации безграмотности" — едва начинает разворачивается. Введение всеобщего начального образования — вообще 1930 год… Исключительно удобный момент, что бы "забить" в головы людей, с детства привыкших воспринимать новости только "с голоса и на слух", самую свежую "правильную версию" реальных событий.

— Хотите сказать, что на самом деле, Володя Маяковский — талантливый сукин сын? — привстал завхоз…

— Не больше, чем Владимир Высоцкий… — криво усмехнулась Ленка, — или Ольга Берггольц… — тут челюсть отпала уже у меня (откуда она знает?!), — Это же сплошные "имитаторы"! Мастера подражать, "давить на чувства" и подстраиваться под чужие настроения. Вот почему, между прочим, в христианской традиции — артистов считали "лишенными души" и хоронили за оградой кладбища.

— Следовательно, умело вставленное словечко "офицер" в песне и её переложении для поэмы "Хорошо!" — тоже "спецзаказ"? — судя по голосу, будь Соколов медведем — шерсть на загривке у него бы уже стояла дыбом.

— Думаю — нет! — выдержала красивую паузу Ленка, — Скорее, там удачная отсебятина. Маяковский почуял настроение заказчика… и ловко угадал. А на мнение "толпы"… или "массы" — он плевал всегда. Что бы сам ни утверждал.

— Куплет песни — правильный… — жалобно протянул каудильо, — Я же сам её пел! — забавно наблюдать, как он реагирует на превращение знакомой "идеологической конфетки" в неприлично гадкую "смысловую какашку".

— Правильный! — великодушно согласилась филологиня, — Но, из другого времени и из принципиально другой "социальной страты". Учтите, Маяковский — на Гражданской не воевал ни дня… Летом 1917 года, располагая богатырским здоровьем — выхлопотал себе справочку "о непригодности к службе в армии"… Что действительно пели настоящие красноармейцы, бравшие Крым — лично знать не мог. Это надо спрашивать у Махно… тоже ведь был нехилый поэт… Зато пение "поддельных красных" — наверняка слыхал.

— ???

— Все популярные военные песни в СССР имели несколько "вариантов". Тот, который использовал Маяковский — "господский". В 1927 году, голимую ересь, про "офицерство" Ворошилова — могли горланить, разве что не нюхавшие пороха молодые курсанты… или — фрондирующие командиры Красной Армии "из бывших"… или — преподающие у тех и других царские офицеры, тоже из "бывших". Причем, строго среди "своих". А рядовым красноармейцам "офицерский" вариант "Марша Буденного" стал известен не раньше середины тридцатых годов. После начала массовых репрессий и в разгар "больших процессов". Когда открыто возмущаться "наглой реставрацией элементов старого режима" стало особо и некому. "Окно Овертона" — захлопнулось. "Романтический период" Революции — закончился…

— Однако, осенью 1927 года, на премьере спектакля по поэме "Хорошо!" — помидорами и гнилыми яйцами в сочинителя тоже не швыряли, — дополнил мысль Лев Абрамович, — Элите страны его "хохмочка" понравилась… Там, на самом деле, куча "пасхалок" заложена… Начиная со "штурма Зимнего" и Керенского в женском платье… Поэты — они такие поэты. Хотя, полное отсутствие реакции населения на "публичную бредятину" — всё же выглядит странно. Времена были строгие, к каждой запятой придирались!

Вместо ответа Ленка молча уставилась на меня, словно передавая эстафету. Начинай — твой выход. Ну-ка…

— Осенью 27-го года, основная масса населения в СССР по театрам не шастала. Людям снова жрать нечего… Про "кризис хлебозаготовок 1927 года" — слышали? Впервые (!), после введения НЭПа, государство принялось баловаться "твердыми ценами" на хлеб. В результате, с сентября того же 27-го года, во многих районах СССР вернулись к принудительной заготовке по деревням продовольствия методами "военной продразверстки"… А с 1928 года — в городах и на транспорте ввели карточки… Но виноватыми во всем объявили "кулаков" и прочие "враждебные элементы". Как будто именно "кулаки" сидели в Госплане СССР и устанавливали ценовую политику государства, противоречащую законам рынка.

— Перед тем как громко озвучить и закрепить в мозгах "новую историческую память", — деловито подвела итоги Ленка, — у людей следовало стереть "неправильную старую". Как уже тут было описано — голодом в деревне и квашиоркором в городах. "Бывшие", осевшие в советских учреждениях, почуяли силу… и с энтузиазмом взялись "за старое"… С какого времени в Красную Армию вернули раздельное питание командиров и рядовых бойцов? — это она мне?

— С 1934 года…

— А поэму "Хорошо!" сделали обязательной частью школьной программы в 1935 году. Стало "можно"! Как заметил Пастернак — "Маяковского… стали вводить принудительно, как картофель при Екатерине". Понятно?

— Следовательно? — уперся в меня взглядом каудильо.

— Что бы спокойно декламировать в театрах, печатать в прессе и гнать в эфир, как образец "государственной пропаганды", очевидные глупости — надо правильно "подготовить электорат". Урезать пайку… Северная Корея — тут недосягаемый эталон. Но "технология" — наша… По методикам последователей академика Павлова. Не одних солдат в СССР голодом морили. Там — всех морили… Это коммунизм — общество свободных личностей. А вот при социализме, государство требует к себе слепого доверия. И добивается его всеми возможными способами. А там и до "старого режима" — рукой подать.

Каудильо очередной раз заворочался на своем месте так, что "модуль" заходил ходуном.

— Я в детстве нормально питался… — не верит.

— Причем здесь вы? Советский пласт "исторической дезы" — достался нам всем типа в наследство. Ваш детский восторг от декламации с горящими глазами удачно зарифмованных глупостей — адресуйте по назначению, — вышло грубовато.

— Я — о другом… Хотите сказать, что "пищевое переформатирование мозгов" — давно "точная наука"?

— Конечно! Только ею надо уметь пользоваться. Например, в мае 1962 года, правительство СССР — разом повысило розничные цены на мясо и мясные продукты в среднем на 30 %, а на масло — на 25 %. Планировался резкий перелом политического курса страны. Но его пропагандистское обеспечение — оказалось беспомощным. В таких случаях, по уму — полагается не цены поднимать, а тихо устроить "дефицит". Тогда — "никто не виноват"… А за цены, при социализме — всегда отвечает государство. С него и спрос. Помните, "порог чувствительности" людей к резкому падению уровня жизни?

— В вашей книжке написано, — Соколов поморщился, — что со времен Древнего Вавилона и азиатских деспотий "порог болевой чувствительности" — 25–30 %… — запомнил, мелочь, а приятно.

— Ага… Меньше — терпят. Стоит перешагнуть… Р-р-раз! И население — выбегает поднимать власть на вилы… С криками "Долой царя!" Как в Санкт-Петербурге февраля 1917 года… или — "Хрущева на мясо!" Как в Новочеркасске… Никаких агитаторов и провокаторов — уже не надо… Каша заваривается "как бы сама собой".

— Непонятно…

— Всё сравнительно просто. После Гражданской войны — три поколения руководителей России побаивались давить народ откровенно, как привыкли цари. Благо — подоспели косвенные методы. Квашиоркор — позволяет обратимо снижать уровень интеллекта и увеличивает доверчивость. Манипуляции обычным питанием, особенно содержанием жиров и витаминов — ключ к управлению настроением людей. Не обязательно явно поднимать или опускать цены. Достаточно возможности регулировать состав пайка. И всё! Человек, испытывающий нехватку жизненно важных веществ — становится раздражительным. Злым и подозрительным. Его можно на кого-нибудь натравить. А что творят с помощью постов и "разговений" церковники с сектантами — вообще мрак. Из прихожан, таким манером, буквально веревки вьют…

Пока мы препирались — Ленка уже что-то успела прикинуть. С наполеоновским видом скрестила на груди руки. Запихнула обратно наган. И немедленно взяла быка за рога.

— Вячеслав Андреевич, вижу — у вас на лице буквально написан вопрос — "А куда Смирнов так спешит?"

— Возможно, — теперь я понимаю, отчего потенциальное "ваше высокоблагородие" (или как там правильно титуловали при царе полковников?) собиралось Ленку пристрелить. Достойная внучка советского академика… Правильно говорят — внешность обманчива. Жаль, её нельзя, для вдохновения, показать Астрид Линдгрен… Пусть бы старушка полюбовалась, как выглядит "красная зараза".

— Умный, па-та-муч-та… — веско дополнил завхоз, — Галочка, не томите!

— И человеческий организм, и человеческая психика — имеют определенные "постоянные запаздывания". На полное отсутствие пищи желудок реагирует резко. А вот аккуратные манипуляции с содержанием рациона — могут не осознаваться вообще. Но, природу-то не обмануть! Среднее время адаптации сознания к реальности — 10–15 дней. Обычно его принимают равным двум неделям. Поэтому, кстати, "отпуск" для рядового состава в армии — 10 дней. Чтобы солдатик не успевал привыкнуть к дому. Чуток понюхал воли и марш назад в казарму. В противном случае, от "домашнего" питания — отключенные квашиоркором мозги могут встать на место… И служивый — подастся в бега. Лови его потом… Суди… Сажай, "за преступное уклонение от священного долга защиты Родины".

— Две недели "биологически полноценного питания" — критический срок? — каудильо всё хватает на лету.

— Яволь, экселенц! — не одной же Ленке тут выпендриваться… — Годился любой повод "закрутить гайки"…

— Ладно, — жестко усмехнулся Соколов, — Верю! Ну, а дальше что? При отсутствии острой нужды урезали пайки, болтунов — дисциплинарно прижали, кого-то — посадили в "холодную". Смысл? Мир останется прежним.

— Не так! Появится мощный "рычаг управления" общественным настроением. Вновь возникнет иерархия.

— Вячеслав Андреевич, вы, сидя перед сном на горшке — насовсем голову отключаете? — однажды Ленка довякается…

— Что там ещё?

— Книжку "Мальвиль" Робера Мерля — помните? Там один единственный религиозный фанатик Фюльбер, с парой добровольцев-подручных — разоружил и полностью подчинил своей власти население целого городка… И как? Элементарно! Сначала — втерся в доверие к деморализованным и отчаявшимся жителям, потом — присвоил монополию на хранение и выдачу запасов продовольствия, а дальше — тупо регулировал размер выдаваемой "пайки". В зависимости от поведения и послушания… Верно? — это уже мне… — И никаких бунтов. Сначала — не было "повода" (всё происходило постепенно и мирно). А когда спохватились — энергии осталось только на "кухонное бурчание".

— Угу… — приходится согласиться, — Смирнову (раз он хочет остаться начальником), именно сейчас, ни в коем случае нельзя допустить возникновения и укрепления настроений типа — "мы — никому не обязаны, так как сами всего добились или сделали своими руками". Допустимо только одно — "строгая, но справедливая власть, за труды и лояльность, каждый день дает нам немножко покушать".

— "Полковник наш рожден был хватом…" — к месту процитировал "Бородино" завхоз.

— "Слава Карабасу-Барабасу!" — угрюмо отозвалась филологиня…

— Думаю, француз очень сильно переборщил, — каудильо отступил на последнюю линию обороны, — Не верю, что нормальные современные люди, даже натощак, способны так себя вести…

— Правильно делаете, — как говорится, куй железо, пока горячо, — Только они были уже не вполне "нормальные", — Через пару-тройку недель на "сокращенном пайке" интеллект снижается катастрофически. Мерль описал события с точки зрения "западного" культурного кода. Там, "усмирение голодом" — нормальная (рекомендуемая) психотерапевтическая практика. Для "советского" культурного пространства — это дикость. Ну, скорее "табу". Хотя на практике — применяется постоянно. Вы бы с работниками тюрем и ИТК, для расширения кругозора, пообщались. Или поинтересовались, как "склоняют к сотрудничеству" сидящих в "сизо".

— Если вы напоминаете, что дедушка Смирнова полковник МГБ — то зря стараетесь… — каудильо перешел к новой тактике, — С внуком он практически не общался. В конце концов, каждый имеет право на недостатки! Что с того, если все наши вояки, по убеждениям — "государственники"? Их так подобрали и так воспитали…

— Галина, ты "Сто полей", Латыниной, уже дочитала? — от удивления мне хватило силы только отрицательно крутануть головой, — А понравилось? — продолжаю крутить головой, сочинение — сильно на любителя, хотя авторша умна не по годам, — Давай её сюда. И учитесь, пока я жива! Сейчас будем "давить начальника букварем", как таракана…

— Фамилию барышни слышал, читать не доводилось, — скромно признался каудильо, — Говорят, что ей благоволил сам Березовский…

— Правильно говорят… Латынина — редкий случай экономиста божьей милостью, с хорошим историческим образованием, от неустроенности жизни двинувшей в журналистику. Сейчас — она скурвилась. Но ранние книжки шедевральны! Вот — для обязательного чтения перед сном, — томик слетел с моей полки в руки Соколова, — Может, пронесет…

— А не засну? — он ещё шутит…

— Маловероятно! — филологиня чиркнула наманикюренным ногтем первую страницу, — Но потом, во сне — будете кричать. Начинать — отсюда. Там "ликбез по государственному строительству". Во всех смыслах. Читайте вслух!

— "Одна из самых страшных вещей, которые замечаешь в истории, это то, что я бы назвала конвергенцией государств. Государство, как газ, заполняет любой выделенный ему объем, и генезис этого государства при этом совершенно не важен. Афины были демократическим полисом, но система добровольных пожертвований (литургий), заставлявшая богатых граждан, за свой счет, строить корабли и снаряжать посольства, то есть — инвестировать в любовь народную, а не в бизнес, совершенно останавливала экономику и по разорительности порой не уступала худшим социалистическим образцам. Римское Право дало понятие частной собственности, но к IV веку Римская Империя уже занималась изъятиями зерна в масштабах, сравнимых с продразверсткой, а император Диоклетиан принял "декрет о справедливых ценах". Венеция, начинавшая как торговая республика, один за другим принимала законы, которые превратили бывших торговцев в знать и жестоко препятствовали появлению торговцев новых. "Во Флоренции богатый человек не может не заниматься политикой", — вздохнул когда-то Козимо Медичи, — "Кто бы ни занимался политикой, богатый человек, бедный человек или чиновник, он всегда понимает политику, как право перераспределить в свою пользу…"

Так вот: если избавиться от "евроцентричности" и попытаться вычленить "главную последовательность" жизни (подобную "главной последовательности", на которой светит 80 % видимых звезд), то мы увидим, что многие тысячи лет гигантские объемы пространства и времени — колеблются между "сильным государством", в котором власть, возникшая самыми разными путями, пытается регулировать абсолютно все (в том числе и частную собственность) и "распавшимся государством", в котором частной собственностью тут же становятся самые лакомые его куски, а именно — армия, правосудие и право сбора налогов.

Единственное, что останавливает этот маятник навсегда — это прогресс науки и техники. История государства начинается в Шумере, а не Древней Греции. Где она заканчивается — не знает никто…"

Не дочитав до конца, каудильо захлопнул книжку и швырнул её на жалобно скрипнувшую столешницу…

— Зачем мне всё это надо?

— Говорите, полковник сильно матерился? — подозрительно спокойно поинтересовался завхоз, — Полагаю, вы — тоже не молчали… Убивать его — не хотите. Ну, и как собирались договариваться? Взаимопонимания — нет!

— Вот именно про это — Латынина и написала, — сквозь зубы процедила Ленка, — С наглядными примерами.

— Галина, — всем корпусом повернулся ко мне Соколов, — Что скажете? — я им всем ещё и литературовед?

— Книжка местами нудная, но полезная… — кое в чем Ленка права, — Если в двух словах — там показано, как трудно понять друг друга людям, которые называют одними словами принципиально разные понятия. Даже не со зла… Просто потому, что живут в разных "исторических эпохах"… Вот вы недавно заявили, что Смирнов — "государственник". Понимая — яростный сторонник "государственной власти"… Не "защитник"… Иначе, его бы ещё в 1991 году убили… Максимум — в октябре 1993-го. А что понятие значит для него самого — задумывались?

— Хм… — слегка замешкался каудильо, — Судя по всему, он не представляет себе жизни вне иерархии. Наша "военная демократия" — ему поперек горла. И "свобода" — тоже…

— Раб, прорвавшийся в рабовладельцы, — припечатала Ленка, — имеет о свободе и демократии своё мнение.

— Вы о чем? — ща-а-ас она его загрузит, по глазам вижу… — Причем тут рабы?

— Говоря "демократия", обычно имеют в виду или "прямую демократию" наподобие древнегреческой, или "представительную", типа американской. Хотя США, по куче признаков, похожи на древнюю Персию больше, чем на любую демократию. А можно, например, вспомнить признаки, по которым Фукидид и Геродот дружно доказывают, что персидские варвары — "по природе своей рабы"… Во-первых — рабы обязаны носить одежду, а не ходят голые. Во-вторых — рабы или служат (за еду или жалование), или платят налоги, чего не делают свободные граждане. В-третьих — только в жесточайших деспотиях достижима единая для всей страны система мер и весов. В-четвертых — исключительно рабам запрещено без прямого приказа хозяина появляться на людях вооруженными…

— Досужая игра слов!

— "Сто полей" — хороший самоучитель на данную тему. Извините, я лучше процитирую, — она раскрыла книгу.

— "Баршарг усмехнулся… Чужеземец все-таки не выучился говорить по-вейски. Законодательство — не может быть "международным"… Государство — не может быть "национальным"… Там, где есть "право государства" — нет никаких "прав человека": есть лишь долг подданных и обязанности чиновников. Что же касается "свободы"… Слово "свобода", вообще-то, имеет два противоположных значения. В отрицательном значении — оно употребляется бунтовщиками, как лозунг против любой власти, которую те намереваются свергнуть… Положительное значение — состоит в том, что "свободный человек" — это не раб, не вольноотпущенник, не крепостной, не наемный работник. Он не зависит никоим образом от частного лица, а зависит только непосредственно от государства. В данном смысле, в государстве, которому служил чужеземец, несомненно — не было рабов у частных лиц. Как и в империи Великого Света…"

— Короче говоря, полковник, совершенно искренне считает нас всех бандитами. Просто потому, что мы не собираемся ему безоговорочно подчиняться. В своем праве на власть — он убежден абсолютно. Примерно настолько же, насколько муравьиная матка убеждена в своем праве диктовать волю рабочим особям. Не гнушаясь теми же самыми методами. Для него люди — это такие двуногие насекомые.

— И как мне с описанным "умонастроением" бороться? — хе… первый конструктивный вопрос за весь день…

— Никак! — вылезла Ленка, — Супротив "четверти века командирской практики" (и английских "методичек") — у вас кишка тонка. Смирнов почитает себя "частью государства" (буквально "Государство — это я"), ради этого он прожил жизнь и, скорее всего, умрет… Можете считать полковничьи "глюки" разновидностью "убеждений".

— Так нет вокруг государства! — раздражение каудильо наконец-то прорвалось наружу, — Горы, реки и тайга!

— Подумаешь! — народ воззрился на меня с недоумением, — Вполне "штатная" ситуация. Как на войне… Там тоже, "своё" государство — только с одной стороны… И, следовательно — надо железной рукой, всеми средствами, подавлять у подчиненных иллюзии о "возможности выбора".

— Молодой человек! — я уже было раскрыла рот, но Лев Абрамович подал мне знак замолкнуть, — Вы в Чечне бывали? Не при Союзе, не относительно недавно, а в середине 90-х годов?

— Ну… — заметно, что поднятая тема для Соколова неприятна до отвращения.

— А Смирнов — там воевал… Первая Чеченская — это его личный опыт "жизни на фронтире". Представляете?

— Как вспомню, так вздрогну… Холод, дурь, воровство, "договорняки" и поголовно голодные, полубольные солдаты… Добавьте, что бодяга тянется второй десяток лет. Причем, по сей день неясно, кто и кого побеждает.

— Никакого сравнения с мгновенной и победной операцией советских войск "Чечевица"? За две недели (с 23 февраля по 9 марта 1944 года), в несопоставимо худших условиях, пресловутую и многовековую "чеченскую проблему" — решили на пятьдесят лет вперед. Замечаете разницу между хорошо мотивированными, обстрелянными фронтовиками-резервистами и деидеологизированной "призывной армией мирного времени"? Как вы считаете, Смирнов и его начальники — были в 90-х годах полными ослами? Не знали, как приняться такое за дело? Не сообразили поднять в архивах планы "мохнатых" 40-х годов?

Вместо ответа — каудильо опять вопросительно уставился на меня. Нашел себе палочку выручалочку. Ух…

— Основные задачи государства — это сохранение его "иерархической пирамиды" и поддержание "управляемости" большинства активного населения. Все остальные проблемы, априори — незначительны, вторичны и побочны…

— Даже, если война?

— Пока война не угрожает существованию государства — да… Самый наглядный пример — Первая Мировая. Ни одна страна-участница не потерпела явного военного поражения. "Победителям" не хватило сил даже на полноценную оккупацию "побежденных". Чеченская война — существованию России тоже не угрожает. Прошлый раз — она тянулась две трети XIX века… Зато быстрая и полная победа над современными чеченцами — опасный сигнал, что в боях заново возродилась "революционная армия". Последнее, для режима воров — категорически недопустимо.

— Нечеловеческая логика! — каудильо протер кулачищами покрасневшие глаза, — А если страна натурально гибнет? Как в Великую Отечественную?

— Тогда, для солдат на передовой — начинается самое ужасное. Им приходится воевать сразу на два фронта — против внешних врагов и своих собственных начальников.

— ???

— На протяжении ХХ века дважды столкнулись между собой принципиально разные концепты управления многомиллионными массовыми армиями "призывного типа" в условиях тотальной войны "на истощение". Проблема! Аналогичного опыта человечество не имело никогда. Методом проб и ошибок — оформились три основные "модели". Старая добрая победоносная "революционная армия" (РККА 20-х годов и немецкий вермахт), призывная армия "кайзеровско-северокорейского типа" (полуголодная, но отлично выдрессированная и идеологически накачанная), а в качестве альтернативы — призывная армия "американского типа" (сытая, богато оснащенная, плохо обученная и не отягощенная идеологией).

— И какая из них лучше? — после упоминания о Чечне, Соколов словно бы проснулся, видимо — тяжелый опыт.

— С точки зрения государственного аппарата, все три "модели" — в одинаковой степени отвратительны, так как являются формами народного ополчения, объективно угрожающими самим основам существования современного сословно-иерархического общества. Не случайно наши СМИ последнее время, днем и ночью — на все лады воспевают "профессиональную контрактную армию". Не угрожает антинародной власти — только 100 % наемное войско.

— Пока стоит мир… — едко заметил завхоз, — На большой войне все "профессионалы" разбегаются первыми… "Трупам деньги не нужны!" А у нас тут — противоестественный гибрид всех возможных вариантов. И разруха в головах.

— Кстати, о разрухе, — взбодрился каудильо, — За глаза, наши офицеры то и дело обвиняют меня в потакании фашизму. Однако и на сталинские методы (типа "Приказа номер 270") смотрят очень косо. Это как-то связано?

Пока набирала в грудь воздуха — неугомонная Ленка, в который уж раз, вылезла со своим особым мнением.

— "На западном фронте без перемен" Ремарка — читали? А "Огонь" Барбюса? Помните, как дружно авторы там ругают свою артиллерию, нахваливая вражескую? Тот же самый случай… "В чужом саду — яблоки слаще!"

— Галина? — кажется, мне удалось завоевать у руководства определенный авторитет… — Консультируются…

— Разница принципиальная. Отцы-основатели III Рейха — намеревались создать "нацию природных господ". А в СССР — как умели, воспитывали "нацию аристократов". Людей, не принимающих в расчет "общественное положение". Способных на дружбу с человеком любой расы, нации или сословия.

— Не один ли черт, как кого называть… — проворчал каудильо, однако Ленка лишь изящно пожала плечами.

— Пока мы говорим словами, а не читаем мысли друг у друга — приходится следить за точностью терминов.

— Конкретнее! Я, например мотивации Смирнова — практически не понимаю…

— У наших новоявленных барей, — окрысилась Ленка, — "коллективная родовая травма". В ходе аборта 1991 года, мертворожденный российский капитализм уронили головкой на бетонный пол. С тех пор — мысли у зомби путаются. Но, опасность для себя, эти господа нюхом чуют. Разум для такого дела не нужен. Голый инстинкт!

— Я пока чай поставлю, — скрипнул завхоз, — Вы, Галочка, никого не бойтесь. Самое тут страшное — это мы сами…

Легко ему говорить… Когда я сформировала информационный блок, относящийся к "системам питания" на фронте и в тылу у стран-участниц Второй Мировой войны — стало ясно, что тема крайне "недиссертабельная". Володя, помню, проглядев мои выкладки, только присвистнул и порекомендовал не борзеть. Вот, пригодилось.

— Хм… Выражение "коллективная родовая травма" наиболее полно отвечает парадоксу ситуации. Офицерский корпус СССР — точно такие же "жертвы политического аборта", как и современные отечественные капиталисты… Панический "испуг 1918 года", полагаю, у них теперь — прошит в генах на века. Как столетиями, больно отзывалась память о "Битве при Куртре" ("Битва золотых шпор") у наследственной французской знати.

— Напомните… — и если нахальная филологиня, опять, посмеет влезть в разговор уважаемых людей… Влезла!

— На самой заре XIV века, — замогильным голосом начала Ленка, — а точнее — летом 1302 году от Рождества Христова, прирожденные господа всего сущего, благородные французский король Филипп IV Красивый и его верные рыцари, решили лично показать много возомнившим о себе фламандским бюргерам, где зимуют раки…

— Проблема заключалась в том, что на дворе стояло Высокое Средневековье, шла "Городская Революция" и впервые, за последние три тысячи лет, многие европейские города — объявили себя врагами рабства. Прожив в городе "год и один день" — любой беглец становился лично свободным, что бы там не воображал его господин, — добавил Лев Абрамович, — Пословицу "Городской воздух делает свободным" — в описываемые времена понимали буквально…

— Бронированная конница, к тому моменту — бесчинствовала на полях сражений уже вторую тысячу лет. Никаких признаков, что это состояние пошатнется, не было. Военное господство рыцарей считалось абсолютным. Даже один всадник мог разогнать и перебить толпу пехотинцев. Любые выступления против них — топились в крови. Из крепостных крестьян выжимали последнее. Примерно то же самое — планировалось сделать и с горожанами Фландрии. Все современники невероятно удивлялись — как те вообще отважились на сопротивление? А секрет — в изменении рациона горожан. На битву при Куртре — вышло поколение людей привыкших есть мясо каждый день. Среднедушевое потребление мяса в городах-коммунах XII–XIII веков — минимум 100 килограммов в год. Не уследили…

Вопреки ожиданиям, после последних слов в маленьком "модуле" воцарилась тишина, нарушаемая только заполошным бухтением греющегося чайника. Лампочка под потолком — дважды мигнула. Почти привычный ночной "сигнал точного времени"… Чего они молчат? Самое важное — я сказала. В учебниках истории — эту взаимосвязь старательно замалчивают.

— Ага… — словно очнулась Ленка, нарушив чинную торжественность момента, — Короче, граждане Брюгге реально "потеряли берега" и поддались энтузиазму… Главы цеха ткачей и цеха мясников — устроили карателям знаменитую "Брюггскую заутреню". Когда спохватились, оказалось, что "заднего хода" — уже нет. Город тогда населяло от силы 25–30 тысяч человек (включая детей и стариков), а французы — двинули на него более чем десятитысячную армию, где одних тяжеловооруженных рыцарей насчитывалось около 2,5–3 тысяч, всадников — более 7 тысяч, плюс — 3–5 тысячи пеших наемников. Иллюзий по поводу целей нашествия никто не строил. Пришли даже не враги, а каратели. Ожидалось показательное стирание подлых бунтовщиков с лица земли…

— Это вы про вечное противостояние "профессиональных военных" и не обученных воевать гражданских?

— А… Ну, да! — и Соколов удостоился улыбки профессиональной манекенщицы, — В городское ополчение подняли всех способных носить оружие… Каждый понимал — впереди или победа, или смерть. Щадить "быдло" никто не станет… Огласили знаменитый приказ из четырех пунктов "1. Сначала убивать лошадей, а рыцарей — потом. 2. Пленных — не брать. 3. Во время боя — добычу не брать. 4. Стоять насмерть…" Командиры восставших надели простые самодельные доспехи и, как рядовые — стали с копьями в первый ряд… Позиция не допускала отступления. В случае поражения — горожане были бы сброшены в реку, находившуюся в тылу.

— Галина, а вы — почему молчите и улыбаетесь? — хоть кто-то вспомнил и заметил. Ладно, могу добавить…

— Научная ценность "Битвы при Куртре" состоит в лабораторно чистом "остром опыте" — честном сравнении боевых качеств "жестоко мотивированной" толпы ополченцев и сословия "военных профессионалов". Никогда ранее, за всю богатую войнами историю средневековой Европы — столкновений такого масштаба между "благородными" и "быдлом" не бывало. Результат эксперимента — современников и участников буквально потряс. Лучшее на континенте рыцарское войско, неожиданно для всех (включая победителей) в первом же бою — оказалось разгромленным наголову, а Франция, в течение пары часов — потеряла убитыми добрую половину глав семейств своей "благородной элиты". Считается, что, собирая трофеи, ополченцы подобрали более 700 комплектов золотых шпор. Знаков высшего аристократического достоинства того времени… Отсюда — название сражения.

— "Со времен этого поражения, — потусторонним голосом с не нашим акцентом провыла Ленка очередную цитату, — честь и слава древнего дворянства и французской храбрости упали. Цвет тогдашнего рыцарства был перебит и унижен своими слугами, самым низким народом в мире — суконщиками, валяльщиками и другими ремесленниками, которые ничего не понимали в военном деле, и которых все благородные люди презирали за их невежество, называя не иначе, как грязными зайцами…" — наверно я оскалилась слишком радостно и широко, — Разве не так?

— Это — поздняя версия. В самых ранних хрониках восставших бюргеров звали не иначе как "природными рабами". Они — сами себя такими считали! Стояли в своем кривом строю, с самодельными пиками и топорами, и дрожали, умирая от страха… "Установку на раба", огнем и мечом, вколачивали в них самих и в головы их предков — тысячи лет…

— То есть, вы специально использовали такой древний пример? — каудильо прямо таки блещет интуицией.

— Это не я, мне на эту тему лекцию читали, — признаемся, в состоянии сильного раздражения, там вышел скорее жесткий разнос, — Говорю же, при Куртре — произошел "лабораторно чистый опыт" мгновенного снятия тысячелетнего "мозгового блока". Все ополченцы — были привычно сыты, сносно вооружены и перепуганы до потери инстинкта самосохранения. Если бы рыцари прорвали строй — они бы побежали назад. И наверняка все погибли. Как многими веками гибли их предшественники. Но, строй устоял… И тогда, обезумевшее от ужаса ополчение Брюгге само побежало вперед! Никогда не воевавшие горожане гнались за рыцарями и наемниками несколько километров. Для смертельно голодных людей, вроде восставших крестьян — подвиг непосильный…

— Я не ослышался, вы сказали "мозговой блок"? — приятно видеть, как всезнайка Ленка разинула рот…

— Я говорю — что знаю. Это — как раз и есть самое существенное! Между "Брюггской заутреней" (в ночь с 17 на 18 мая 1302 года) и пресловутой "Битвой при Куртре" (11 июля 1302 года) — успело пройти несколько недель. И ранее несвойственный мирным обывателям "агрессивный тип" бытового поведения — успел довольно прочно закрепиться в сознании. Примерно то же самое — произошло к 1917 году с рядовыми бывшей русской императорской армии. Особенно, после издания Временным правительством "Приказа номер 1". В острой стрессовой ситуации — сытый человеческий мозг обучается новым навыкам крайне быстро и эффективно.

Прости, Володя… Теперь я понимаю, что ты сам стал жертвой этого эффекта. Но, кто мог предполагать? А вот твою выволочку, по поводу битвы при Куртре — я не забуду никогда… Обидно же! Считаешь себя знающим дело специалистом, а тут приходит гм… совсем посторонний гражданин (в вопросах биохимии, я имею в виду) и начинает учить жизни. Жестко, остроумно, аргументировано. Превращая обрывки древних хроник в "живой детектив". Показывая, кто из нас начальник и кто, извините за самокритику, "набитая дура с претензиями". Но есть в жизни справедливость, теперь я получила возможность слегка сбить спесь с нашей ученой филологини…

— В старинных хрониках написана чистая правда. Ополченцы были полными дилетантами в военном деле. Просто случилось незапланированное чудо. В подходящих условиях включилась древняя, как мир, "поведенческая программа"… И трусливые мирные бюргеры разом превратились в кровожадных зверей. Каковыми с самого начала и были. Но, не знали… Человек, от природы — не раб и не слуга, а самый страшный хищник планеты Земля. Загонный охотник людоед.

— А вот с этого момента — подробнее! — если бы Соколов был медведем… и вот так на меня зарычал — я бы уже давно сидела высоко на дереве.

— На краю гибели с человека мигом слетает вся наносная шелуха и обнажается "нутро". Правильнее сказать — включаются "спящие" отделы мозга, хранящие жизненно важную информацию. Гениальность у нормальных людей встречается сравнительно редко, а вот "боевые качества" — имеются у всех. Просто потому, что все наши предки, много раз подряд, проходили "бутылочное горлышко эволюции" именно по этому признаку. Грубо говоря, в каждом дремлет (как аварийный вариант) гибрид Чикатилы с Терминатором. И если его разбудить…

— Тоже прикладная биохимия? — не так часто Ленка откровенно смотрит на меня снизу вверх… проняло!

— Естественно! Всё предельно просто. Люди — такие же стайные хищники, как волки… или крысы… В момент смертельной опасности — человеческий мозг выбирает "оптимальную программу поведения" автоматически! На свой манер, трезво оценивая состояние организма. Если ты слаб, болен, голоден и не уверен в победе — спасайся, замри или беги. Если сыт и здоров — атакуй! Одинаково жестокий испуг — включает у сытых и у голодных людей принципиально разную поведенческую реакцию. И рациональное сознание ничего с этим "блиц-эффектом" поделать не может.

— Загнанная в угол крыса — атакует свирепо и часто успешно… — подтвердил завхоз, — А если она голодная?

— Ослабевшая крыса — в драке ограничивается пассивной обороной… или прячется… Сильная и бодрая — храбро бросается вперед и преследует врага до смерти…

— Люди не крысы! — возмутился каудильо, — У них какой-никакой ум есть. Они могут вовремя остановиться.

— Могут! — как удобно, если люди сами поддерживают тему, — На этом феномене и построена идея рабства.

— ???

— Слабый (или безоружный) человек способен броситься в драку против сильного (вооруженного), но только от абсолютного отчаяния. Когда вполне вероятная смерть предпочтительнее унижения… И даже сильный человек — не бросается в драку при каждом подходящем случае. Он старается сдерживаться… Явление лежит в основе любой "принудительной социализации". Если долго и последовательно (годами), регулярно подводить зверя (или человека) к грани "ответной агрессии", но не перегибать палку, эта дрессировка, в конечном итоге — дает на выходе раба. Особь, реагирующую на откровенную чужую агрессию — исключительно "пассивной защитой" или бегством в иллюзию "отыскать управу на обидчика когда-нибудь потом, а пока перетерпеть". Так обычно и терпим, до самой смерти. Рабы, они терпеливые. На их терпении — построена и стоит вся человеческая цивилизация.

На последний мой спич — собравшиеся граждане отреагировали аномально. Этак многозначительно между собой переглянулись, будто быстро обменялись мнениями по неизвестной мне, но жизненно важной проблеме. По фиг мне их перемаргивания… Хотели знать "всю правду" — нате! И хавайте, без соли. Как я… в своё время…

Почему-то считают, что деление на "технарей" и "гуманитариев" исчерпывает набор психотипов. Которых, на самом деле — море. Гиппократ описал четыре вида человеческих темпераментов, китайцы — десяток. Сколько их на самом деле — психологи спорят, по сей день. Володя был "администратор божьей милостью". Непонятно? Если выражаться совсем грубо — "укротитель интеллектуалов"… Кое-чему я у него научилась. Пора применять.

— Вячеслав Андреевич, вы знаете, что любое природное явление можно изобразить в графической форме?

— В институте учился…

— Вы знаете, что любой график в избранном диапазоне и с заданной точностью, можно выразить таблицей?

— Естественно…

— Как называется метод превращения такой таблицы в формулу, отражающую основные свойства графика?

— Интерполяция, — поморщился, но ответил, — В результате получается степенной многочлен или полином…

— Одна из основных задач физики — выведение формул, наиболее адекватно описывающих естественные явления мироздания. Даже, если их природа совершенно непонятна. По мере изучения этих явлений — вместо абстрактных коэффициентов в теоретическую формулу вставляют измеряемые физические величины. До тех пор, пока она не станет "полностью понятной". Прикладная психология — точно такая же "точная" наука… И эмпирику постепенно вытесняют экспериментальные данные. До "формулы любви" — пока ещё далеко. Зато формулы "идеального солдата" и "идеального раба" — давным-давно вывели.

— Не верю! — скептически отозвался завхоз, — Почему же в любом государстве и любой армии столько дури и "косяков"?

— А кто вам сказал, что это — именно "косяки"? Обычные элементы "тонкой настройки поведения"… Про квашиоркор я понятно объяснила? — кивают, — Биохимическое состояние мозга задает не только пища, но и привычный уровень стресса подопытной особи. Так же достоверно измеряемый.

— Это она на "фон террора" намекает, — подключилась Ленка, — Присоединюсь! "Прослушка" подтверждает!

— Если бы только "прослушка"… — буркнул в усы каудильо. Народ опять странно переглянулся. Что там у них случилось?

Что бы выдержать паузу — сама посмотрела на часы и поняла, что на сон осталось не особенно много (хотя работы завтра — полно). А раз так, пора самой как-то закругляться, да гнать запоздавших гостей куда подальше. Тем более — что от меня явно чего-то ждут, собираясь воспользоваться полученными сведениями непонятным образом. Или (вероятно) хотят через меня получить "независимую оценку". И специально тянут кота за хвост…

— По настоящему плотно исследовать "базовую мораль" человека (врожденные поведенческие реакции на сложные внешние раздражители) — начали совсем недавно. В последней трети XIX века. А особенно активно — в межвоенный период первой половины ХХ века… Собственно говоря, даже знаменитое "Я освобождаю вас от химеры, именуемой совестью" — не более, чем отголосок этих работ. Германская наука — всегда была на высоте.

— В каком смысле "базовую"? — подался вперед Соколов.

— В том самом, первоначальном. Накануне последнего решительного боя за мировое господство (как тогда все представляли Вторую Мировую войну) политики и военные хотели знать, на что в реале способен человек, доведенный до последней крайности? Чересчур уж неоднозначно закончилась Первая Империалистическая…

— Я поясню, — севшим голосом вмешалась Ленка, — Вплоть до начала ХХ века — любое "человековедение" считалось областью "сугубо гуманитарной". Тема воспитания и идеологической накачки описывалась довольно стройными эмпирическими теориями. От церковного — "Человек создан по образу и подобию божьему, как раб божий", до античного "Человек — есть мера всех вещей". Однако, все господа ученые теоретики дружно считали самого человека так называемым "чистым листом". Этаким идеальным объектом воспитания. Не имея представления о его природном "базовом моральном коде".

— Она права? — каудильо пронзил меня тяжелым взглядом.

— Практически… Облом случился там, где не ждали. Идеализирующие "человеческую природу" марксисты, сразу после Революции, развернули широчайшие исследования в области прикладной психологии, имея в виду разработку "научно обоснованной" методики воспитания "идеальных граждан". И — быстро наткнулись на жуткое: Во-первых, как любое другое "социальное" животное, человек имеет генетически "прошитый" набор моральных норм (все религии отрицают этот факт с пеной у рта). А во-вторых (и это было самое страшное) — у всех людей указанные "базовые нормы морали" оказались разными. Даже у однояйцевых близнецов! Homo Sapiens Sapiens — натуральный "вид эфемер". Мы способны скрещиваться и давать плодовитое потомство во всем диапазоне рас и национальностей, но строение мозга и "биохимические регуляторы поведения" — у людей разные. Разброс физиологии больше, чем, например, у ворон и чаек, которые скрещиваться между собой вообще не способны. Правильнее — считать человечество не единым видом, а уникальным "конгломератом" из множества отдельных видов…

— "Нет братьев по разуму, есть только братья по морали", — загадочно прошептала Ленка, — А как отличить?

— По поведению "испытуемого" в экстремальной ситуации, естественно. "Господином" — способен (и страстно желает) стать только природный холуй ("раб по состоянию души"). Особь, жестко ориентированная на "вертикальную социализацию". Грубо выражаясь, таким нравится "проявлять власть" и мучить людей… Настолько, что они сами согласны "помучиться", ради надежды "отыграться потом". Зато для носителя "аристократической морали" — все люди равны. Для "аристократа", факт обнаружения среди себе подобных особо мерзкого экземпляра — вовсе не повод систематически гнобить "брата по разуму". Кто-то тебя конкретно заколебал безобразным поведением? Не переживай и не терпи! Убей и забудь…

— Конкретизируйте на примерах…

— Ой! Ну, если совсем примитивно — то "первая сигнальная система" человека (врожденная поведенческая программа) постоянно сканирует окружающую обстановку и сортирует встречные объекты на "категории". От "дерево" или "камень", до "свой", "чужой", "враг". В отношении "врага" — автоматически включается стереотип "защиты" (если не уверен в своих силах) или "агрессии". Квашиоркор и обычный голод — "агрессию" подавляют. Но, когда среднестатистический человек сыт и здоров — ко всему "чужому" и непонятному он относится агрессивно-враждебно. Учитывая его природный боевой потенциал — это смерть любому живому существу, не опознаваемому как "свой"…

— Вы описали то, что у всех людей работает совершенно одинаково. А где тут мораль?

— "Мораль" — неравномерно размазана между "хвостиками" кривой нормального распределения в диапазоне от "все живое имеет равные со мною права", до "всё живое должно меня бояться, служить и подчиняться". Плюс — могучий подражательный инстинкт, требующий копировать поведение у "своих"… или считающихся "лучшими"… Эти свойства поддаются формированию и воспитанию, примерно до 4–5 лет… А потом — вся "биохимия личности" только шлифуется, принципиально не меняясь. Грубо говоря, кто скотина в пять лет — останется ею и в пятьдесят, и в девяносто пять.

— Отсюда следует… — понятливо протянул каудильо…

— Страшный, но правильный вывод, что после пяти лет — перевоспитывать человека уже поздно. Личность "начерно" сформирована! Карл Маркс, кстати, об этом знал и прямо писал, что "с шести лет каждый каждый ребенок уже должен являться производительным работником", поскольку вполне осознает себя, как личность, способен себя контролировать и отвечать за своё поведение.

— Тогда, в чем ошибка марксистов?

— Там же, где ошибались все "гуманисты" и "просветители". Рассчитывая "исправить мир к лучшему" одним только воспитанием, можно опереться лишь на тех, кому в таком мире уже уютно. Рассчитывая покорить мир силой — можно надеяться на людей готовых подчиняться, ради надежды самим пробиться в начальники. Большинство человечества — "ни рыба, ни мясо". Глобальные цели и высокие идеалы — "массе" принципиально чужды. Как она поступает, при первой возможности, с любыми носителями "чужеродного" — вы и сами знаете. Высмеивает, травит, преследует и убивает насмерть.

— Так это же банальность!

— Вовсе нет! До начала ХХ века — существовали только многовековые наблюдения и эмпирические рецепты управления "массами". Лучшие, на текущий момент, описания положения — дали Густав Ле Бон с Хосе-Ортега-и-Гассетом. Однако, настоящая наука начинается там, где измеряют, экспериментируют, вычисляют, а полученная в ходе расчетов теория — имеет предсказательную силу. Большевикам, в 20-х годах — нестерпимо хотелось изменить человеческую природу и увидеть "Новый Мир" ещё при своей жизни. Ни средств, ни "подопытного материала" на острые научные эксперименты (граничащие с садизмом) — они не жалели… Достаточно вспомнить обхаживание Советской властью академика Павлова и особенно — бурную послереволюционную деятельность академика Бехтерева…

— Которого, в 1927 году — отравили, по приказу Сталина, за диагноз "сухорукий параноик"? — встрял завхоз…

— Который, уже в мае 1918 года (!), "пробил" в Совнаркоме организацию Института Мозга и сразу получил почти неограниченные финансирование и карт-бланш опытов на людях. Таких, что доктор Менгеле — нервно трясется в углу… Чем с удовольствием занялся… Вскоре после разгрома на XV съезде ВКП(б), в начале декабря 1927 года, "левой оппозиции", академик был вызван к Сталину для участия в закрытом собеседовании "высшего уровня" по научным методам (о "возможностях" вопрос уже давно не стоял) "скоростного перевоспитания" всего взрослого населения Советского Союза, в рамках проекта "Идеального Общества". А точнее, по насильному принуждению означенного населения следовать требованиям "новой социалистической морали". Доклад прошел блестяще, вот только самого Бехтерева — сочли "носителем информации высшей степени секретности". Буквально на следующий день — он странно отравился насмерть пирожным в театральном буфете… Сам Институт Мозга — "закрыли"… Как у нас умеют… А все институтские разработки, с 1926 по 1930 год включительно — изъяли из свободного доступа "навечно". С концами…

— Так не бывает! — хе… и эти люди учат нас жить?

— Бывает! Сама запросы писала… В Государственном Архиве научно-технической документации Санкт-Петербурга официально значится, что архивы Института Мозга, с 1928 по 1930 год — "не сохранились"… А что сохранилось, в подавляющем большинстве — до сих пор "под грифом". Хотя все "сроки рассекречивания" давным-давно истекли.

— Убрали отработанный материал… — буркнула Ленка, — Книгу "Внушение и его роль в общественной жизни" — я читала… Если вдуматься, жуть! Кстати, самые последние актуальные статьи академика Бехтерева — впервые издали сборником только в 1997 году.

— Бехтерев умер, а дело живет! — ернически продекламировал завхоз, — Лучше бы было наоборот… Так?

— Примерно… Результаты исследований его Института Мозга — полностью перечеркнули естественный ход истории человечества. С них началась эпоха "массовой манипуляции сознанием".

— То есть? — чем-то я завхоза серьезно уязвила…

— Буквально. Уже в монографии 1921 года "Коллективная рефлексология" — Бехтерев предметно доказал, что общество подчиняется точно тем же законам, что и отдельные личности. Что любую реакцию общества можно предсказать, спровоцировать или направить… Психологию он трактовал как "науку об управлении поведением людей". А само человеческое поведение, как и академик Павлов, считал простой совокупностью врожденных и приобретенных "сочетательных рефлексов". Между прочим "психологию", они с Павловым — дружно считали "лженаукой", на смену которой уже идет чисто экспериментальная "рефлексология" (примерно, как наука химия заменила алхимию, унаследовав от неё часть понятий и терминологии). Вся разница, что Павлов — экспериментировал на собаках, а Бехтерев — на человеках. Если читали "Контроль" Виктора Суворова, то имейте в виду, что личность профессора Перзеева (как человеческий типаж и научно-номенклатурная фигура) — писана с академика Бехтерева.

— Как-то очень сурово вы характеризуете одного из отцов-основателей советской психологии… — хе, наивный…

— Да плевать он хотел и на Советскую власть, и на "коммунистическую идею". В 1917 году — кадру стукнуло 60 лет! У дедушки — элементарно чесались руки "проверить кое-какие мыслишки" на практике. Но при кровавом царском режиме, "мучить людей в научных целях" было низ-зя. Зато при большевиках — стало позволено практически всё… Типичный "ученый отморозок". В раннем СССР — они буквально кишмя кишели… Изо всех заграниц — толпами к нам сбегались…

— А как насчет морали? — это мне говорит бывший военный химик? На себя в зеркало посмотри, отравитель…

— Сам Бехтерев на данную тему выражался так — "Морально все, что соответствует интересам наибольших масс населения и, по возможности, не вредит меньшинству последнего…"

Слишком поздно заметила, что каудильо в перепалку демонстративно не вмешивается. За что поплатилась. Похоже, он беседует исключительно со мной. Остальных прихватил "для толпы" и создания смыслового фона.

— Галина, а вы как считаете — почему Сталин приказал немедленно отравить Бехтерева? — мама, ну и тон…

— От неожиданности. И маловероятно, что приказ отдавал персонально Сталин. Думаю, там произошло внезапное и жестокое столкновение "высшей партийной верхушки" с не менее выдающимся представителем "другого типа морали". Сытые, умные, успешные и крайне жесткие политики (команда Сталина в декабре 1927 года именно такова) в подобных случаях действуют автоматически. Убить! Всё равно, — я настаиваю, — исключительно редкий случай. Даже на публично нанесенные ему оскорбления — Иосиф Виссарионович реагировал крайне сдержанно. Часто — выжидал много лет… И своих подручных — крепко держал в узде… Что бы про него, после смерти не болтали… Так вот, внезапно, испугаться почтенного пожилого ученого, чтобы приказать немедленно его ликвидировать? Это Сталин-то? Не верю!

— Но, ведь отравили?

— Наверное, я недостаточно точно сформулировала свою мысль. Там был не испуг, а скорее — иррациональная вспышка лютой ненависти, смешанной с отвращением. Умело спровоцированная.

— ???

— Бехтерев — врач. Психиатр мирового уровня, с десятилетиями успешной практики. Гениальный манипулятор. Непревзойденный знаток методов внушения и гипноза. Зато Сталин — типичный носитель "аристократической морали" с исключительно высоким интеллектом и интуицией… На любые попытки "психологического давления" (включая гипноз!) такие люди отвечают смертельной атакой. По всей видимости Бехтерев, в силу медицинской привычки, рассматривал всех окружающих как "пациентов" и никак не ожидал нарваться в руководстве большевиков на человека, который насквозь видит уже его самого…

— Кх-х-х! — прочистил горло Лев Абрамович, — раз Галочка такая умная — и я вставлю свои пять копеек. Да! Есть мнение, что не надо натягивать сову на глобус и все валить на Сталина. Как правильно сказано — "вождь и учитель" был мужчина выдержанный, терпеливый, хозяйственный и ценными кадрами не разбрасывался. Тем более, в критической обстановке, когда дорог каждый человек. Подозреваю — всё было значительно проще и одновременно изощреннее…

— Куда ещё проще?

— Как вы думаете, Галочка, по каким характеристикам Сталин подбирал своё окружение?

— По "личной преданности" и психологической устойчивости, естественно…

— Во-о-от! У товарища Молотова, например, была кличка "Каменная Жопа". Убедить или переспорить его считалось совершенно невозможным. Остальные — ему под стать. Бехтерев — был кто угодно, но не не самоубийца. Пытаться самоуправно (ну, или ради развлечения) гипнотизировать подобных личностей — наверняка бы не стал. Однако, у Сталина имелся свой "пунктик". Он чрезвычайно любил публичные демонстрации — лично оценивал все новые фильмы, книги, танки, пушки, автомобили и самолеты… А Бехтерев — обожал "рисоваться". Скорее всего, ученому предложили продемонстрировать приемы "управления людьми" на первой подвернувшейся под руку группе начальничков высокого ранга — тех самых членах ЦК ВКП(б), которые и собрались на совещание… По соображениям секретности. Насколько я знаю врачей, подобные вещи они проделывают с изощренным медицинским цинизмом. А большевиков Бехтерев не любил и взглядов своих — никогда не скрывал. Очень похоже на остроумную провокацию. Помнится, за считанные часы до смерти, Бехтерев по поводу последнего визита к вождям Советского Союза желчно высказался, что "консультировал одного сухорукого параноика". Так вот, это не оскорбление, даже не диагноз, а почти комплимент! Рядовых "пламенных революционеров" Бехтерев привычно именовал "дегенератами", а примкнувших к ним "социал-демократов" — "красными попугаями". Видимо, в присутствии Сталина (и по его подстрекательству), академик произвел над презираемыми им главарями партии какой-то обидный психологический эксперимент, ярко показавший вождю их "подверженность манипуляции" (неспособность к управлению страной). И кто-то — этого "испытания" не выдержал…

— А потом не стерпел, — подвел итог Соколов, — На организацию "акции устранения" — власти у каждого из собравшихся (раз они отирались среди высших руководителей страны) — вполне хватало. Благо, что никакой охраны Бехтереву не полагалось, а жизнь тот вел активную и публичную. Театры, вон, посещал… Ничего и никого не боялся…

— Вы считаете, там вышел "эффект" вроде "Битве при Куртре"? — я дожила… Ленка (!) назвала меня на вы…

— Именно так! Нельзя пугать или смертельно унижать сытого и здорового вооруженного человека. В такой ситуации слетают любые "мозговые блоки"… и автоматически врубается "режим Чикатилы-Терминатора". Для "кадровой" или "мобилизационной" армии — оно недопустимо. Зато в "революционной" — является "штатным"… Отчего хорошо мотивированная "революционная армия" — с трудом управляема, но и практически непобедима.

— Все военные историки отмечают, что действия "вермахта" — большей частью импровизация, — раздумчиво произнес Соколов, — Получается, Гитлер знал? Он специально поддерживал именно такой "стиль управления"?

— В известном смысле — да. Первые два года Великой Отечественной немцы в плен почти не сдавались. Но, я не закончила… В конце Первой Мировой войны указанный "эффект" однозначно считали вредным. И давили, как могли… Революция в России всем наглядно показала, что бывает, если пустить этот вопрос на самотек. Вся субординация — сразу летит в задницу. Интуитивно понимаемые "правда" и "справедливость" — её упраздняют…

— Поясните!

— Ой! Ну, в дореволюционной русской армии солдатика, разумеется — кормили. Но и мордовали… долго и старательно. "Управляемость" такого войска вполне соответствовала требованиям мирного времени. Господин офицер мог скомандовать "смирно" и безнаказанно врезать стоящему перед ним "на вытяжку" вооруженному нижнему чину "раз-два по морде"… И даже не офицер — унтер! Тоже, кстати, отличный способ "объективного контроля" морального состояния подчиненных. У любых рабов — чувство собственного достоинства надежно атрофировано. Традиционная в крепостной России поголовная порка крепостных "по субботам" — тому доказательство.

— Как и в немецком концлагере, описанном в рассказе Шолохова "Судьба человека"? — встряла Ленка, — Там эсэсовец называл эту процедуру "профилактикой от гриппа"… И голодом морили, и действенность усмирения проверяли.

— Примерно… Но, как только довоенная царская армия растаяла в боях — "метод" стал давать сбои. То есть, привычке лупить "серую скотинку" по мордам господа русские офицеры не изменяли. Однако всё чаще стали за эти фокусы получать… то прикладом по голове… то штыком в брюхо. Причем, совершенно спонтанно, на голом рефлексе. А примерно к середине 1917 года в штаб германского командования начали приходить странные сообщения с Восточного Фронта… Фактически лишенные "Приказом N 1" командования — русские части сами (!) пытались наступать. Солдаты "ударники" без приказа ползли в атаку, периодически проводя под пулеметно-артиллерийским огнем голосования — продолжать её или нет? До возникновения "революционной армии" — оставался буквально шаг… Не хватало только "идеи", — мелькнуло смутное предчувствие, — Между прочим, что-то я давненько не замечала, как отцы-командиры "пробивают фанеру" нашим морпехам…

Собравшиеся несколько затравленно переглянулись… А что я такое сказала? Обычная в армии практика…

— Накрылась лавочка, — странно севшим голосом ответствовал каудильо, — Вчера… Я не думал, что эти вещи настолько взаимосвязаны. Шума поднимать не стали, но… Одним словом — ЧП.

— А что случилось? — мгновенно сделала стойку на потенциальную сенсацию Ленка.

— Инцидент, — неохотно отозвался Соколов, — Старший лейтенант Вячеслав Шиманович, пребывая в дурном расположении духа и, как он сам выразился "желая слегка развеяться", скомандовал матросу Киму (знаете снайпера корейца?) — смирно! После чего — "пробил фанеру"… И получил ответку — "с ноги"… Сломано два ребра, обширные гематомы по всему телу… и легкое сотрясение мозга… Это оно самое? — осталось только кивнуть…

Глава 41. Глоток "Озверина"

Дела… С наступлением зимы — жизнь в расположении сделалась довольно "тесной". Однако с пресловутым корейцем мы пересекались очень редко. Мне общаться с убийцей Володи было физически неприятно, а сам он — не навязывался. Тем не менее, встречались. Даже здоровались… Ничего особенного. Худощавый, пропорционально сложенный азиат, ниже среднего роста. Зато второй фигурант — личность видная. Белобрысый крепыш, ростом за 180 сантиметров. Этакий квадратный неандерталец, под 120 килограммов живого веса. Помнится, несколько национально-расово озабоченный. Поклонник "Расологии" Авдеева (тот ещё бред), однажды хвалившийся в столовой, что жену — он себе выбирал блондинку… с непременно первой группой крови… Вполне достаточный повод для конфликта.

— Видеозапись объективного контроля показала самое начало, — продолжил каудильо, — Но очевидцы хором утверждают, что Ким не просто дал сдачи, а потом гнался за фигурантом больше ста метров, пока тот по сугробам не удрал в лес. А при каждой попытке остановиться-развернуться — бил насмерть. Дурака спасли от тяжких увечий только поспешное бегство, толстая одежда и легковесность противника…

— Почему же, дурака? — влезла Ленка, — При его-то физических статях…

— Потому, что у Кима, по всем признакам, случился "приступ боевого бешенства". Скорость реакции — минимум, втрое… На месте старлея — никому бы не светило. Даже мне…

— Это, вы сами так считаете? — жадно подалась вперед Ленка с таким видом, будто у неё интервью со знаменитостью, а не ночные посиделки в заиндевелой избушке посреди "жопы мира"…

— Тут меня опытные люди просветили. После просмотра в замедленном темпе. Говорят — классический "боевой транс". Ну, или "бешенство викингов". В таком состоянии они грызут края своих щитов, отрывают хобот слону и ударом голого кулака проминают до позвоночника кирасу доспехов…

— Офигеть! Ким — такой культурный и начитанный… Хорошо, что не Варнаков попался. Он бы, этого Шимановича, да под настроение — голыми руками порвал пополам… или завязал узлом…

— А что сказал Ким? — завхоза сообщение о ЧП совершенно не удивило. Запомним…

— Сам себе поразился… Но, не расстроен совершенно. Утверждает, что всё осознавал и отлично запомнил эпизод, но "как будто я в кино". Словно оказался не участником, а посторонним наблюдателем. Этакий "эффект присутствия"…

— "Марсианин в боевом треножнике, включивший автопилот и наблюдающий за событиями через иллюминаторы…" — услышала я свой собственный голос, — или "телезритель, смотрящий в кресле за приключениями главного героя боевика…"

— Вы с ним разговаривали?! — сделал стойку каудильо.

— Я, с Кимом… вообще старалась не встречаться! — прозвучало хамски, мог бы и сам догадаться, — Данное состояние изучено и научно описано больше ста лет назад. Оно вполне типичное.

— "Питерских" — надо спрашивать не так! — брезгливо процедила Ленка, — "Марсианин в треножнике" — их собственное повседневное состояние, — она скорчила брезгливую гримасу, словно светская дама посреди помойки, продолжив искусственно-манерным тоном, — "Вокруг одно быдло, только я — вся в белом!" Лучше её спросите, как это дело обозвал полковник Смирнов. Должно совпасть!

— Спрашиваю! — весь подался вперед Соколов, а "модуль" отозвался жалобным скрипом.

— "Полярное бешенство", естественно…

— Откуда вы знаете?

— Они со Смирновым одни и те же методички читали, — за меня ответила Ленка, — Так?

Вот же змея… Ни грамма уважения к чужой интеллектуальной собственности. Осталось утвердительно кивнуть.

— А хотите — скажу, как этот же эпизод воспринял Шиманович? Он начал хныкать, что ничего "такого" не делал и на него, среди бела, дня набросился "внезапно взбесившийся узкоглазый".

— Откуда дровишки? — по-моему, подобная осведомленность каудильо не понравилась.

— "Прослушка", вестимо! Сейчас — одновременно пишется несколько сотен "точек"… Жаль, что так мало носимых видеорегистраторов "в свободном обращении". Я бы — раздала их личному составу поголовно. До полного "устаканивания" обстановки… Для "постоянного ношения"… и ради пресечения любых кривотолков…

— В смысле? — кстати, мысль про ношение видеорегистраторов обескураживающе дельная.

— В буквальном! Лучше месяц-другой пожить в филиале "Дома-2", чем потерять большую часть контингента по причине "статусных разборок" и прочих "дуэлей"… Кардинал Ришелье, за такую возможность "объективного контроля" поведения подданных — с чистой совестью продал бы душу.

— Вы полагаете, что нашим людям теперь принципиально нельзя верить на слово?

— Галочка, — завхоз изобразил умильное внимание, — что-то знает! По глазам вижу…

— "Полярное бешенство" неприятно тем, что проявляется иррационально. Логическое объяснение своим поступкам (часто крайне диким) — участники придумывают потом. И поголовно врут…

— Интересно, а про это вы откуда знаете? — по звериному насторожился каудильо, — Миелофон на стол!

— Телепатией — не владею! Но, как пополняется экспедиционная "база данных" — в курсе. Вам понравилось?

— Нет слов… — хоть кто-то оценил одну из ключевых задумок Володи по достоинству.

Со времен памятного ночного разговора в гостинице Северодвинска я, время от времени, примечала малозаметные, но удивительные для знающего человека отличия Проекта "Остров" от всех аналогичных мероприятий "советского" или "царского" времени. Про демонстративно "поспешный и случайный" (ха-ха) набор, в качестве "сезонных рабочих", полутора сотен высококлассных технических специалистов с "высокой формой допуска по секретности" — уже упоминалось. Про запредельно высокую насыщенность небольшого коллектива фото и видеотехникой — тоже… Подозреваю, что пример чуть ли не поголовно обвешанных фотоаппаратами и кинокамерами немцев военного времени — кое-кому показался достойным подражания… С самого начала, в каждом карауле и на каждом посту (!) — всегда наготове как минимум один "мобильник", с исправной камерой. Про видеорегистраторы — разговор отдельный…

Абсолютную неотвратимость громкого ЧП и последующего "служебного" расследования всех обстоятельств Проекта, плавно переходящего в "уголовное" — Володя предусматривал с самого первого дня. Он продавил на высшем уровне принцип — "всё, что можно записать или снять на видео — обязательно записывать и снимать". А емкости "накопителей" — хватит! Типа, в разведке "инфы много не бывает!" Профессора Радека, я подозреваю, он на этот же принцип настраивал с самого начала. Даже скандал от заснятого "для дембельских альбомов" бегства на "Новую Землю" главных военных начальников — ничего не изменил. По слухам, один из высоких покровителей "Острова" даже изволил тонко пошутить, что если бы внезапно закрывшаяся "аномалия" что-нибудь проделала хоть с одним из беглецов — потеря невелика. Офицеров в России — как собак нерезаных, а "дыра" — одна. Можно хоть кого-нибудь "принести в жертву науке"… Раз уж нельзя публично расстрелять "за трусость" перед строем… А полковника Смирнова, первоначально — "развел в темную". Продолжение было естественным.

Чутко уловив настроения в "руководящих сферах", Смирнов поспешил самостоятельно проявить "разумную инициативу". Всем лицам, самостоятельно перемещающимся по лагерю или в одиночку покидающим расположение — он приказал носить при себе включенный видеорегистратор. Благо, что на фирменных "президентских" одежках — был заранее предусмотрен для него особый карманчик с окошком. Раз в сутки (для ремонтников, линейных связистов, разводящих караулов и тому подобных категорий военнослужащих) или по возвращении (для разведчиков и заготовителей) их содержимое "сливалось" на отдельный "накопитель". Удобно! Зачем напрягать подчиненных доносами на товарищей, когда можно самому ознакомиться с "оперативной информацией" прямо по факту. Ким, как товарищ ответственный и дисциплинированный — упомянутый видеорегистратор таскал почти постоянно. Результат — налицо… С видеоматериалами из служебного компьютера полковника каудильо, судя по всему, успел ознакомиться.

— Попробуйте жестами, — зря Ленка это сказала… Оказывается — не один завхоз талантливо корчит рожи.

— Офигеть! — трудно как-то иначе характеризовать серию моментальных перевоплощений каудильо, прямо на месте в "мимических персонажей" из пьес Салтыкова-Щедрина. Чуть-чуть гротескно, но легко узнаваемо…

— Классно обезьянку изображаете, только включите звук! — субординация у Ленки отсутствует напрочь.

— Не могу, — поддержал шутку Соколов, — Основная масса записей без "озвучки". Впрочем, оно и так видно.

— Натуральный зоопарк… — вынес своё резюме завхоз, — О люди, вы не люди, а звери! Галина, что скажете?

Добавить мне нечего. Наблюдение за поведением приматов в отсутствии "человеческого" звукового фона (речи, музыки, шума механизмов или гудения инструментов) чудно демонстрирует, как недалеко мы ушли от своих мохнатых и хвостатых предков. Позы, жестикуляция и мимика — иногда убедительнее слов. Однако, что-то мне раньше такие ужимки в глаза не бросались. Да точно же — не было у нас такого… Оторвалась от народа?

— Звереем помаленьку? — данный вопрос адресован мне. Нашли "ответственную" за воспитание ближних…

— Я бы сказала — начинаем вести себя естественно. Без поминутной оглядки на мнение и реакцию общества.

— Этак, недолго и на четвереньках забегать, — бурчит себе в усы каудильо, — Я и сам себя, на разных мыслях, начал ловить… Смотришь, бывает, на кое-кого, а в голове всплывает — "А что, если его по башке трахнуть?"

— Раньше такое с вами случалось? — всем телом подалась вперед филологиня, — Я имею в виду, так же ярко?

— Очень давно, в детстве… Но, я не думал, что оно со всеми разом. Галина, "эффект" тоже по вашей части?

— Частично. Когда человек сыт, здоров и обеспечен полноценным (в биохимическом смысле) питанием — он начинает вести себя свободно. Понимать буквально — точно в соответствии со своей "внутренней моралью".

— Вы хотели сказать — "по совести"? — оказывается, даже у циничного Льва Абрамовича есть свои иллюзии.

— Как бы объяснить в двух словах? — рискну использовать нежданно открывшийся у Соколова талант мима, — Вячеслав Андреевич, вы ведь тоже просматривали последние записи видеорегистратора Кима? Что там было?

— Шиманович не вдруг на него наехал. Он почти два дня вокруг нашего корейца увивался… Ловил момент. Я насчитал минимум двенадцать "эпизодов". Но, каждый раз — что-то мешало. А он явно хотел — чтоб наедине…

— А можете нам показать? — удивленный взгляд, — Как себя вел старший лейтенант, думая, что его не видят? — каудильо чуть помедлил и послушно преобразился в выслеживающего Зайца хулиганистого Волка из сериала "Ну, погоди!" Талант, чо… Жуть! Словно наяву видишь хищную лохматую громадину… Мороз по коже.

— При этом, — встряла Ленка, — он искренне убежден, что Ким напал на него внезапно и не спровоцировано?

— Ну, да, — развел руками гражданин главный начальник, — Похоже, человек реально не врубается, как оно всё выглядело со стороны. И самое интересное, что полковника Смирнова — этот факт совершенно не удивляет.

— Далеко не все приматы узнают себя в зеркале… — услыхала я собственный голос, — Опыты показали, что на подобный "интеллектуальный подвиг" способны только самые умные человекообразные обезьяны — шимпанзе, гориллы, бонобо, орангутаны. И даже им, для понимания ситуации, требуется от нескольких минут до нескольких дней. А прочая хвостатая мелочевка — обычно видит в отражении своего сородича. Но — не себя. Человек — произошел именно от такой "мелочи".

Кажется, я несколько перегнула палку… Общественность, во всяком случае, от последних слов "зависла" в легком шоке. Однако ждет продолжения. Ладно, начинаем резать правду матку. Щас-с вы у меня вздрогнете… Некоторые думают, что "свободный поиск" — это типа про полеты в космос. Хотя наши архивы — та ещё бездна.

— Люди, вам кто-нибудь когда-нибудь объяснял (например, в школе), что человек произошел от обезьяны?

— Таки — да! А шо вы имеете по этому поводу нам сказать? — завхоз думает, что я тут шуточки шучу… Зря!

— Тогда, у меня для вас плохие новости. Он от неё — пока не произошел… Человек — не просто "вид-эфемер". Он — единственное на Земле высшее животное с "дублированной системой управления". И "обезьяна" — сидит в каждом из нас. Можно любому сказать — " в тебе зверь"… И это окажется не оскорбление, а констатация факта. Каждое новое построение цивилизации начинается не с "перехода к прогрессивному общественному укладу" (как нас обманывают историки), а с усмирения древних как мир животных страстей, рвущихся у людей наружу под видом "чувств" и "эмоций"…

— А поконкретней? — тэк-с, этого "материала" каудильо не давали. Плохо! Придется объяснять с самых азов.

— Вячеслав Андреевич, вы только что описали поведение старшего лейтенанта Шимановича, как человека, не осознающего самого себя и действующего "под внешним управлением". Ранее упомянутый Ким — признался в аналогичном факте сам… Исторических примеров, когда обыкновенные люди, вдруг (!), начинают вести себя как дикие звери — полно. Беспощадные "воины-берсеркеры", скандальная "битва при Куртре" и наше "полярное бешенство" — частные примеры одного и того же явления. "Зверь" перехватывает у личности управление телом.

— Хотелось бы, по возможности, впредь таких случаев избежать… — каудильо убийственно серьезен. Вник…

— Могу обрадовать, полковник Смирнов искренне хочет того же самого. И у него горит под жопой сильнее!

— А почему — именно "зверь"? — у Ленки, от предвкушения сенсации, реально светятся глаза. Журналистка…

— В научной терминологии второй половины ХХ века эти сущности принято именовать "первой" и "второй сигнальной системой". Более ранняя — "звериная", по повадкам и уровню интеллекта — соответствует обезьяне… Новая — "рациональный разум" или "социальная личность", формируется в процессе человеческого воспитания. У всяких "маугли" (воспитанных животными в дикой природе) и "педагогически запущенных" детей — "второй сигнальной системы" — нет (или она находится в зачаточном состоянии). Но слово "зверь" — короче и понятней.

— Вы сказали — "со второй половины ХХ века", — подтянулся завхоз, — А раньше? Не знали, или звали иначе?

— А раньше — про это дело знали, но или яростно отрицали (как классики гуманизма, от Руссо и далее), или стремились эту неотъемлемую ипостась человеческой природы замолчать, уничтожить, подавить. Во всех "авраамических" религиях, например, внутренняя "звериная" система управления — именуется "бесом". К сожалению для всех нас (и "Советского Проекта" 30-х годов в частности), разработку программы воспитания "нового человека" в СССР поручили представителям старой школы психиатрии, воспитанным в "христианской традиции". А после Сталина — публично обсуждать эту тематику стало "неприличным". Вот и "досекретились".

— Смирнов полностью в курсе? — подобрался Соколов, — Это ведь напрямую связано с рационом питания?

— Он — проинформирован. "В объеме необходимом для выполнения служебных обязанностей…" Биохимия явления — продолжает изучаться. А во времена Бехтерева, про гормональную регуляцию высшей нервной деятельности и механику "переключения" двух основных "сигнальных систем" — не знали почти ничего.

Между нами, девочками… Нет ничего хуже, когда на твоем жизненном пути встанет упертый "службист" и примется с видом полного превосходства совать носом в убогую "инструкцию", которую сочинили для полных дураков "при исполнении" гораздо более образованные люди (имен которым человечество никогда не узнает).

— Вы намекаете, что полковник сам толком не понимает, каким образом рацион питания "по норме" меняет поведение людей? Тупо действует строго в рамках служебных методических рекомендаций "под грифом"?

— Если бы… В позднем СССР — "методику усмирения квашиоркором" возвели в ранг "священного канона".

— Сомневаюсь, что он хотя бы раз слышал это ваше страшное слово, — задумчиво прокомментировал завхоз.

— Слова — дело десятое, — подтвердила Ленка, — Главное, дела. Повседневная привычка унижать людей, иногда играет с властью злые шутки. До сих пор спорят — говорила ли Мария-Антуанетта, жена Людовика XVI, фразу "Раз у них нет хлеба — пусть едят пирожные". Однако, историческая правда заключается в том, что она жила и думала именно так. Циничная шуточка — органично "дополняла образ" и современники в авторство поверили…

— Смирнов — мужик по жизни умный, — раздумчиво произнес каудильо, — Должен бы сам сообразить, что после такого фортеля — ему мигом устроят "последний танец петуха"… Старшина Варнаков, вон, уже и руку набил…

— "История учит только тому, что никого ничему не учит", — парировала филологиня, — Хохма про Марию-Антуанетту общеизвестна. Детям в школе — её рассказывают лет двести… А на деле — она всё повторяется. Тут про Новочеркасский бунт 1962 года вспоминали… Знаете её отечественный вариант? Так совпало, что рабочие местного электровозостроительного завода узнали о повышении цен на мясо и о снижении на треть расценок — в один и тот же день. Это, конечно, совпадение… Но его хватило, чтобы поставить завод на грань забастовки. А детонатором взрыва — послужила аналогичная фраза. Люди собрались на стихийный митинг, требуя от начальства объяснений — "На что нам жить дальше?". Ответ не замедлил. Едва появившись, директор завода Курочкин указал собранию на торговку пирожками и, оборвав очередного выступающего, заявил — "Не хватает денег на мясо — жрите пирожки с ливером!". И понеслось…

Слава тебе господи — основная мысль до аудитории дошла. Срочно закрепляем успех…

— Спасибо! Последние примеры, ну, про пирожные и пирожки, без балды — гениальны…

— ???

— Они показывают, как критически сильно зависит "адекватность" поведения в стрессовой обстановке от "типа социализации" конкретного человека. "Зверь" — понятие растяжимое… Волк и собака, с "биологической" точки зрения — в равной степени звери, а насколько велика между ними разница.

— Угу… — грустно поддакнул каудильо, — По Киму с Шимановичем — видно. У одного, в состоянии аффекта — вынырнул наружу хладнокровный и расчетливый убийца, а у другого — глупый, спесивый и трусливый бабуин.

— Подождите! — жалобно взмолилась Ленка, — Это что, получается всё так примитивно? Достаточно как следует пугнуть кого угодно — и наружу полезет "звериная начинка"? Кадр примется тупить, начнет нести бредятину или бестолково метаться, совершая фатальные глупости? Например, как Керенский — бросится бежать из Зимнего дворца в женском платье, а не вызовет верные правительству войска? Или, как Курочкин, сдуру брякнет на людях вслух про "пирожки с ливером".

— Ну, да… — и не надо на меня так смотреть, — Самые азы "оперативной психологии". Подозреваю, что-то из этого арсенала Бехтерев членам сталинского ЦК в 1927 году и продемонстрировал. Скорее всего, знаменитые "сталинские методики", по скоростному тестированию перспективных кандидатов на "годных" и "негодных" — тоже предложил вождю именно он… Зверство, разумеется, но насколько быстро и эффективно! Задаем "кандидату" 3–5 вопросов наедине и принимаем решение о его утверждении на важную должность… Всё ясно, никаких "анкет" не надо…

— Привести пару-тройку примеров вас не затруднит? — опередил уже раскрывшую рот Ленку завхоз, — Сомневаюсь я в подобной простоте…

— Да хоть десять! Как определить, чего стоит человек, который с виду подходит для ответственного поста? Лепим ему обвинение в государственной измене, сажаем в одиночку… начинаем гонять на ночные допросы… и смотрим на реакцию… Или — устраиваем "фиктивный расстрел"… Или — забиваем "испытуемого" в гроб и хороним живьем… Потом — выкапываем… Или — загоняем в колымский лагерь, на "общие работы", как Сергея Королева… Вариантов — множество…

— И как, в подобной "острой ситуации", должен вести себя "годный" кандидат? — заинтересовался Соколов.

— Прежде всего — сохранять самообладание и чувство собственного достоинства… Держать "зверя" в узде… Судя по мемуарам, некоторые кандидаты — выходили после "собеседования" у товарища Сталина с полными штанами…

— Интересно, а каким боком это всё относится к вашей основной специальности? — насторожился завхоз.

— Кстати, да, — присоединилась к нему уязвленная филологиня, — Тут скорее какая-то экстремальная психология…

— Не-а-а… Обыкновенная прикладная биохимия! Психолухи — идут лесом… Обосновать?

Скользкий момент… Всё новое и интересное, как известно — зарождается на "стыках" научных дисциплин. Но там же, частенько и остается, десятилетиями пинаемое и осмеиваемое. Вспомнить, к примеру, физическую химию… Или коллоидную химию… Или электрохимию… Биохимикам, работающим с пищей или лекарствами — многократно легче, чем тем, кто хоть раз сунул нос в тему "химического управления" поведением людей. Ох!

— Простите за натянутую аналогию, мне самой так объясняли… Представим, что человеческое сознание во всей его полноте — это исполняемая программа природного компьютера. На самом деле — и там, и там работают несколько уровней "софта". На самом верху в живой иерархии — "вторая сигнальная система". Сознающая себя личность. Грубо говоря — "Windows XP". Она сама считает себя — "главной и единственной". Хотя, на самом деле — там одновременно молотит гораздо более древняя DOS и куча других программ. Аналог DOS у человека — "первая сигнальная система". В критических случаях — она способна "взять управление на себя". И берет… Но, и это не предел. Ещё более простым и "приоритетным" для компьютера является так называемый "ассемблер". Он — основа всех без исключения программ "высокого уровня". В случае особо серьезных "системных сбоев" — приходится напрямую обращаться к нему.

— Ясно, — отозвался Лев Абрамович, — На каждом "уровне" тусят особые специалисты. Компьютеры пользуют "сисадмины", наладчики, программисты… Людям — парят мозги психологи… психиатры… невропатологи… Кстати, какую роль выполняют в организме "биохимические" регуляторы поведения?

— Это — "машинный код"… Гормоны — отдают нервной системе всех уровней приказы, "обязательные к исполнению". Нормальный среднестатистический человек — подобным "командам нулевого уровня" противиться не способен.

— Почему?

— Биохимия — напрямую управляет эмоциями. Собственно говоря, она и есть "чувства". Которые, для человека — "превыше всего на свете". Ну, машинный код!

— А как же разум?

— Никак! Биохимия — "нулевой уровень" управления нервной системой. Она — вещь в себе. И разум — сам по себе… Сознание ("вторая сигнальная система") у человека "высший орган управления". Только обслуживает оно "хотелки" (которыми обычно заправляет "первая сигнальная система", она же "зверь"). А чего хочется "зверю" — диктует гормональный баланс организма, тесно связанный с оценкой ситуации, производимой и сознанием, и "зверем" совместно. Рассудок — сидит в этой конструкции на "птичьих правах и приставном стульчике". С высокой "типа наукой" психологией — данная суровая реальность соприкасается крайне мало.

— В смысле?

— Психология — обращается преимушественно к "разуму", хотя в действительности — живого человека тащат по жизни "чувства".

— Но, встречаются же и исключения…

— А как же!

— И что тогда?

— Как называется, когда компьютер перестает реагировать на "аппаратные прерывания"?

— "Зависание"… — Лев Абрамович ловит мои мысли на лету, — Надо давить "Reset" и перезагружаться… Мало ли, что он там, внутри себя, удумает… А вдруг — вирус активизировался?

— И где у живого человека находится кнопка "Reset"? — молчат… даже Ленка молчит.

— Ну и лексикончик у вас, Галина… — меланхолично прокомментировал каудильо, — Сколько высших образований?

— Четыре! — очнулась Ленка, — У дедушки, у мамы с папой и, как бесплатное приложение, своё собственное! По себе знаю, что это за жуткая штука, расти в семье потомственных инженеров… — и закатила глаза, изобразив жутко замордованную бытом и семью гномами Белоснежку, — А насколько тяжелое детство выпадает внучкам академиков — просто не передать словами… "За бугром" — меня постоянно принимали за "русскую шпионку"… Твои родаки — спецы по электронике? — осталось молча кивнуть, — Сочувствую! Оттого в кулинарию подалась?

Раз, два, три… восемь, десять… девятнадцать, двадцать… На граничащие с хамством выпады — я не отвечаю принципиально… Но, злопамятность у меня "питерская". Отомщу, забуду и ещё раз отомщу… Зря она меня так. Звонок телефона грянул удивительно кстати. Четвертый час утра… Интересно, кому не спится в ночь глухую?

— Але-е-е… Кого надо? Что?! — сам по себе голос Ахинеева в трубке, не чудо. Он частенько дежурит на узле связи и вполне способен позвонить одинокой женщине в разгар "тихого часа", — Не поняла… Повторите. Даю! — так бы и сказал, что ему завхоз нужен. А то удумал — "Можно мне к вам присоединиться?" Остряк самоучка…

— Галочка, вы разрешаете? — и завхоз туда же… Наверное, сумасшествие нашего главного оратора заразно.

— Куда? Здесь и нам самим шевельнуться негде!

— Он не лично, а виртуально, по "громкой связи"…

— ???

— Куда вы засунули "матюгальник"?

— ???

— К вам солдатик сегодня… — помялся, осознав произнесенную глупость, — пардон, уже вчера… приходил?

— Ну… Я не помню… — у меня, в тот момент, мысли оказались заняты совершенно другими проблемами.

— Гляньте у входа… Белая картонная коробка, — действительно, стоит. Получается, не заметила. Или забыла.

— Подайте её сюда! Я быстренько… — на свет появился никелированный мультитул, — Ага, тут и так можно…

Привычный рыжий ТА-57, прощально щелкнув крышкой, исчез в упаковочной таре. Его место занял… гм, пластмассовый ящик с решеткой громкоговорителя, внешне похожий на дешевый приемник проводного радио.

— Где у вас розетки на 220 вольт? Нашел… — ящик засветился сигнальной лампочкой и тут же — переливчато засверистел. Завхоз нажал клавишу, — Да… Прием нормальный… Слышно… Теперь, проверь вызов… — что это?

— Селектор! Раскопали в завалах целую транспортную упаковку. Теперь всем, у кого на объекте есть электрическая сеть — ставим их вместо телефонов. Батареек осталось предельно мало, пока не придумаем замену — надо беречь химические источники питания. А у вас, в "модуле" — целый исправный "бесперебойник".

— И как мне теперь этим агрегатом (во внутреннем словаре нет подходящего термина) пользоваться?

— На крышке — всё написано. Селектор — тот же самый телефон, только без трубки и громкоговорящий. Жмите во-о-от сюда… — моим пальцем утапливают мягкую клавишу, — Всё, готово, общайтесь!

Вопросов — больше чем ответов. Ладно… Если сам Ахинеев рвется принять участие в наших полуночных посиделках — пусть попробует принести пользу. Его первого и спрошу. В голове не укладывается…

— Был же нормальный телефон! Зачем?

— А это что? — немедленно прохрипел ящик голосом Ахинеева, — Чем хуже? Даже удобнее. Трубку к уху не надо прижимать. Обе руки свободные. Многим — нравится…

— Ваша фигня с динамиком — вообще не телефон! Разве допускается подключать к телефонной линии что-то кроме телефона?

— Хотите сейчас об этом поговорить? — теперь ящик вкрадчиво шепчет, словно дорогой психотерапевт, — Когда вы рассуждали о сходстве между мозгом и компьютером — я молчал… Но, есть предел даже ангельскому терпению!

— Что не так? — теперь, по крайней мере, ясно, что наше толковище, с самого начала подслушивал… и наверняка "писал"… один лысый и толстый "борец за права и свободы".

— В первом приближении, — снова захрипел ящик, в котором завхоз что-то начал крутить на задней стенке, — ваша, Галина, аналогия — правильная, — голос говорящего стал более естественным, — Но выводы — ни в дугу… О какой "перезагрузке" можно говорить, если обсуждается живой организм? Что для биологии нервная система? Функционально?

— Это связь…

— Замечательно! — ящик перестал хрипеть, чистый нормальный звук, — По какому главному параметру надо оценивать качество работы связи? В широком смысле, для всей номенклатуры случаев? Пример — перед вами.

— Главный параметр работы связи — бесперебойность… — чужие, когда-то услышанные слова, — И что с того?

— Возникает совершенно иной "концепт" формирования живой нервной системы. Никакой кнопки "Reset"!

— А почему? — немедленно отозвалась Ленка, — В кино показывают…

— "Прерывание" исполнения "основной программы", в критически важный момент, для живого существа — это верная смерть!

— Тогда как?

— Я же и объясняю, — удалось вернуть себе внимание аудитории, — Все "программы" у человека работают в "параллельном режиме". При сбоях одной — немедленно перехватывает управление другая. И жизнь продолжается.

— Многократное резервирование… — подтверждает ящик, — как в системе управления баллистической ракетой. Если "прерывание" шокирующей силы — работает аварийная схема. Так рефлекс отдергивает руку, коснувшуюся горячего чайника, много раньше, чем успевает отреагировать мозг…

— Короче, в чем моя ошибка? — если уж Ахинеев к чему-то прицепился — надо стиснуть зубы и перетерпеть.

— "Компьютерная" аналогия — скороспелая… Она скверно отражает внутреннюю логику "главной системы жизнеобеспечения" человеческого организма, — затяжная пауза намекает, что удаленный участник дискуссии ждал возражений, — Раз молчите, объясню. Во-первых, прогресс не такой быстрый, как многим мерещится… На "доведение до ума" любой прорывной технологии — надо порядка 150 лет… Только на понимание, куда должна двигаться технология, тратятся жизни 3–4 поколений. Во-вторых, прогресс идет не в космической пустоте, а в соперничестве-противоборстве с конкурирующими "системами жизнеобеспечения", которые были раньше.

— Так нет у нервной системы других аналогов!

— Галина, вас обманули… — это поклеп на моего родного отца или что? — Вычислительная техника породила устройства сравнимые с живым организмом по сложности. Но функционально, она только-только оформилась. Имеются системы гораздо более древние, органично встроенные в человеческую цивилизацию тысячи лет. На них — обсуждаемые сейчас явления моделируются нагляднее. Ближайший пример — связь, — ох, я так и знала…

— Ну, с некоторыми оговорками…

— Никаких оговорок! — рявкнул и, кажется, чуть подпрыгнул говорящий ящик, — Сами же сейчас умничали, что любое государство — своеобразный "квазиорганизм"? В вашем возрасте пора учиться додумывать мысли до конца, — интересно, а Ленка-то чего покраснела? — Нервная система государства — это его сети связи… Назовите мне хоть одну из них, сегодня, в век электроники, "отмершую по старости"… или "за полной ненадобностью"…

— Нет таких! — вполголоса подтвердила филологиня, — Даже древняя "голубиная почта" — до сих пор в ходу.

— Причем, все эти "сети" — друг дружку дублируют, дополняют и подстраховывают "в реальном времени"?

— Нечеловеческая логика… — приходится с ним согласиться, — Но, они же совершенно не унифицированы!

— То есть?! — почти по человечески удивился ящик, — С чего вы взяли? — блин, совсем забыла, что Ахинеев бывший связист.

— В любых точках "взаимных стыков", — открыл рот, отмалчивавшийся каудильо, — все современные сети связи унифицированы идеально. Телеграф — с почтой. Почта — с телефонной связью. Телефон — с Интернетом…

— Потому, что связь — это жизнь. А прекращение работы связи — это смертный приговор. Что организму, что обществу. Хотя каждая (!) из разновозрастных сетей — действует так, словно она самая главная и единственная.

— Не складывается — полная ерунда, получается! — кажется, удалось подобрать веский аргумент, — От разной биохимии — организму никуда не деться. Она первична… А в технике — любые стандарты устаревают на глазах, — тут меня не обдурят, вся эволюция "компьютерной эры" прошла перед глазами. Насмотрелась, наслушалась…

— Кхе-е-е… — подавился ящик, — Эрудиция у вас… Это, молодые люди, вы от безграмотности несете. Видели, как полевой телефон с внутренней "сухой батарейкой", только что, одним щелчком, заменили селектором? Что принципиально изменилось? Ведь абсолютно же, в рамках логики, разные приборы. И — нормально работают…

— Так они оба современные… — подала голос Ленка.

— Ответственно заявляю, — провозгласил ящик, — что если сюда подключить музейный телефон времен Александра Белла — он будет работать ничуть не хуже… Полная преемственность по сигналам — сохраняется третье столетие.

— А если взять телефон с номеронабирателями? — продолжила Ленка безнадежный спор.

— Такие, в полевых условиях не применяются. Им нужна станция с центральной батареей. И тем не менее…

— "Полная преемственность по сигналам…" — дернул меня за язык черт, — В условиях лавинообразной смены элементной базы каждые 10–15 лет и полной смены принципов организации связи?

— Так точно! — отозвался ящик, — Возьмите "кремлевскую ветрушку", образца 1922 года, из мемориальной квартиры Ленина в Москве. Подключите к современной городской АТС… Всё заработает. Это же связь! Стандарту — почти 120 лет, но он продолжает действовать…

— А наоборот?

— В смысле?

— Если современный телефонный аппарат, с кнопочным номеронабирателем, процессором и радио-трубкой попадет в восьмидесятые годы XIX века… или когда там появились первые АТС? Там же — тональный набор!

— Вы хотели сказать — "в том числе", — Снисходительно прокомментировал ящик мой отчаянный выпад, — на нижней крышке корпуса самого суперсовременного телефона — есть рычажок переключатель "pulse-tone". Или, аппарат при подключении определяет тип АТС самостоятельно, делая правильную настройку автоматически… У вычислительной техники, в данном смысле — ещё всё впереди. Голимый новодел, страдающий от "детских болячек"!

— Зачем вы это нам рассказываете?

— Сейчас сами догадаетесь. Всё познается в сравнении. Компьютер живым существом не является. А наше расположение (как совокупность людей и техники) — вполне. Сколько независимых систем связи одновременно задействовано, прямо здесь и сейчас?

Это он хватил… По уму — для пересчета и пальцев не хватит… Телефон, носимые радиостанции, сигнальные ракеты, сирена, громкоговорители на столбах, выстрелы в воздух, на крайняк — крики о помощи, туда же… Кстати, относительно сравнения — у Ахинеева железная логика. По телефону или радио — передается связная информация, требующая осмысления. А вот если я сейчас высунусь и заору (типа меня живьем едят) — лагерь встанет на уши мгновенно. Аналогия прозрачная…

— Я врубилась… — хриплым тоном буркнула Ленка, — Крепко закручено!

— Тогда, копаем глубже, — бодро отозвался ящик, — Имеются ли способы аккуратно, не повредив организм, его сигнальные системы "чуточку придушить"? С современным обществом — так уже не получится. Его сети связи работают на принципиально разных физических принципах. В телефонии, например, "запас прочности" — примерно восьмидесятикратный.

— Как такое можно определить? — внезапно заинтересовался Соколов… Спасатель…

— По диапазону условий, в котором сохраняют полную работоспособность периферийные устройства. Самые обыкновенные телефонные аппараты, с механическим номеронабирателем, нормально действуют при перепадах напряжения в линии от полутора (!) до 120 вольт. То есть, при разнице уровней питания — в 80 раз! А как у нас, в том же смысле, обстоит дело с человеческой биохимией?

— С биохимией — всё печально, — а действительно, мысли в голове сложились — Крайне узок "тепловой диапазон" разумной жизни! Рабочая температура нервной системы (включая мозг) +36,6 градуса Цельсия. Точка "минимальной теплоемкости" воды, если кто не знал… Так организм пытается экономить энергию. Человек теряет сознание — когда мозг нагрет выше +41 градуса и бредит — при +40 градусах… Если температура упала ниже +32–34 градусов — мозг обычно впадает в ступор, при +29–30 градусах — наступает кома, а при +26–27 градусах — смерть (от остановки дыхания). Это при том, что все остальные органы сохраняют жизнеспособность при охлаждении до 10–15 градусов и гораздо ниже… Не менее "убойно" на нервную систему людей действуют простое падение уровня сахара в крови, легкий избыток или нехватка кислорода… и тому подобные "небольшие проблемы"… Например, отсутствие в пище смешного количества важных веществ и микроэлементов (триптофана или йода)… Или — скромный дефицит "незаменимых" аминокислот (белковое голодание)… Ой!

— Кажется, дошло, — удовлетворенно прокомментировал ящик мой ответ в неподражаемой ахинеевской манере, — Просим продолжать лекцию! Я тоже послушаю…

— Короче, аналога кнопки "Reset" у человека нет. Зато имеется как минимум "тройное резервирование", — говорящий ящик сразу иронически хмыкнул и это он совершенно зря, — Если угодно — у человека — три "души" (как учат великие и ужасные древние египтяне). Любое наше телодвижение возможно, только когда его одобрят все три "сигнальные системы" мозга одновременно. И "человек", и "зверь", и "рефлекторная моторная память", доставшаяся нам в наследство от рептилий… Представляете?

— Прямо, как у боеголовки ядерной ракеты, падающей из космоса на конечном участке траектории, — поддакнула Ленка.

— Но! В момент смертельно опасности, требующей немедленных действий — развивается конфликт между "сигнальными системами"… и человек — "впадает в ступор". Ещё говорят "его хватил столбняк". Крайне интересный момент, кстати. Дело в том, что "реакция" должна непременно ощущаться как "правильная". А у каждой из "сигнальных систем" понятие о "правильном" — своё собственное. И уж тут — кто быстрее… Логический ум, чутьё зверя или вбитые тренировками рефлексы… Но! Образно выражаясь, полная уверенность в себе одной "сигнальной системы" вынуждает "согласиться" остальные. У каждого человека — оно выходит по-своему. Так сказать, "вылезает наружу самое нутро". Что и наблюдаем… Кто-то первым встает под огнем из окопа… А кто-то — брякает про пирожки с ливером…

— Круто! — согласился ящик, — Приятно пообщаться с интеллигентными людьми… А в чем проявляется упомянутая "рефлекторная память"? Я чисто ради уточнения терминологии…

— Трудно описать в двух словах… Ну, например, известны случаи полной утраты человеком личности. После травмы или болезни. Так вот — почерк и походка, у выживших после тяжелой контузии — остаются прежними. Даже, если они потеряли память и абсолютно забыли себя, впадали в младенчество, заново выучились ходить и говорить… Грубо говоря, это — "записывается в детстве на всю оставшуюся жизнь".

— Ясненько… А чем недоволен Смирнов? Матрос Ким — показал отменную выучку и владение вбитыми на тренировках навыками рукопашного боя. Это же и есть "рефлекторная память", да?

— Сытый и здоровый человек, в острой ситуации (независимо от того, прав или ошибся, склонен поступать решительно и чужого мнения не спрашивать. Некогда! Поэтому любая власть подобных ситуаций панически боится. А к людям, успешно преодолевшим свой страх — относится очень настороженно. Как к опасным смутьянам… Будь то "профессиональные революционеры" или "робинзоны".

— Проще сказать, вашими стараниями — мы "малость перекормили служивых", — съязвил ящик, — "Ожил я, волю почуяв…" С точки зрения начальства — пора бы нижним чинам паек и урезать?

— Вот же прицепились вы к человеку… — поморщился каудильо, — Ну, да… Есть эта слабость у многих. Хочется повелевать и руководить, карать и миловать… И причем тут "английские методички"?

— Вячеслав Андреевич, — посерьезнела Ленка, — Ведь вы сам эти "методички" читали. В популярном изложении… "для недочеловеков"… George Orwell, "1984", помните?

— Что именно? Книжка толстая…

"— Уинстон, как человек утверждает свою власть над другими? — Уинстон подумал.

— Заставляя его страдать, — сказал он.

— Совершенно верно. Заставляя его страдать! Послушания недостаточно. Если человек не страдает, как вы можете быть уверены, что он исполняет вашу волю, а не свою собственную? Суть власти состоит в том, чтобы причинять боль и унижать… И всегда — запомните, Уинстон, всегда будет опьянение властью, чем дальше, тем сильнее, тем острее… Всегда, каждый миг — будет пронзительная радость победы и наслаждение оттого, что ты мучишь беспомощного врага. Хотите образ будущего? Вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно!"

— Не хочется верить…

— Посмотрите на проблему с "обезьяньей" точки зрения. Знаете, как выражался лично Бехтерев? — она наморщила лоб, — Вся эта ваша "борьба за свободу и справедливость", когда-нибудь будет изучаться студентами, как "история болезни" толпы буйнопомешанных, нахватавшихся миазмов психических микробов… Вот!

Соколов попытался встать… Очередной раз стукнулся головой… Шумно осел на своё место и ограничился тем, постучал по болтливому ящику пальцем. Динамик противно заквакал, эхом отозвавшись на эти действия.

— Что там у вас? — осведомился Ахинеев с другой стороны линии.

— Из гражданина начальника — бибизьяна наружу рвется, — едко прокомментировала филологиня, — Задело?

— Почувствовал, — невпопад буркнул каудильо, — Ваша правда… И как мне теперь с этим жить?

— Привыкнете, — невозмутимо отозвался ящик, — Все мужики с "этим" живут. У женщин — оно слегка иначе. Галина, не отмалчивайтесь — скажите веское слово утешения. Вы ведь знаете, почему он наверняка справится?

— Знаешь? — сделала большие глаза Ленка (никогда не поймешь, играет она или по настоящему удивляется).

— Современное человечество делится на подавляющее большинство (90–95 %) так называемых социализированных" людей, которым всю жизненную стратегию диктует "первая сигнальная система" и маргиналов, у которых "интеллект задавил физиологию". Эти, так сказать, "живут умом". Основной контингент Проекта — состоит из маргиналов, типа Кима… Их не интересует возможность поглумиться над врагом, им надо — что бы врага вообще не было в живых. Такие кадры, даже в детстве, если бьют, то — как убивают. Есть у вас и другие характерные признаки…

— Галочка, я не ослышался? — оживился завхоз, — У нас? — ладно, поясню…

— Например, вы, все трое. Люди разного возраста и судьбы. И, тем не менее, имеете одинаковые антипатии.

— Футбол-хоккей они не любят… — хихикнула филологиня, осеклась, и уже по настоящему дико уставилась на меня, — Ким, кстати — тоже… И вообще… А Смирнов с Шимановичем — наоборот… Они, ещё летом, пытались организовать несколько футбольных команд из "основного" контингента, "инженеров" и "срочников"… Глухо!

— Помню, — поддакнул говорящий ящик, — С хоккеем, у них тоже не вышло. "Трус не играет в хоккей!" Хе…

— Забава для дебилов… — так же невпопад буркнул Соколов, продолжая прислушиваться к себе, — И танцы…

— А обезьянкам — нравится… А обезьянки считают тех, кто не играет в футбол-хоккей — "недочеловеками"…

— Нормально… Ранговый голод — требует обязательного выхода в форме соревнования за доминирование…

— Иначе — война "всех против всех"? — поднял на меня глаза каудильо, — Ну, ваше "полярное бешенство"?

— Или новый 37-год, — прошептала Ленка…

Вот кому бы, в данном контексте помолчать про 37-й год, так это внучке "секретного академика". Тема "Большого Террора" — настолько громадна и многослойна, что свести её к одной или нескольким примитивным схемам — детская наивность на грани клиники. Выгнать бы так и не выросшего ребенка из-за стола, где ведут взрослые разговоры, да насильно уложить спать и подоткнуть одеялко, что бы не ухватил за бок "серенький волчок" (пардон, "кгававый Стален"). Хотя, и упомянутый мотив — по документам эпохи прослеживается. Кстати, пока не забыла…

— Вячеслав Андреевич, пистолет Шимановича уже нашли? — каудильо диковато на меня покосился.

— Какой ещё пистолет?

— Обыкновенный, табельный… Он ведь вашего корейца убить собирался (снайпер мне — ни разу не друг, но представился отличный случай проявить великодушие). Покуражиться, довести до потери самоконтроля (под видеорегистратор) и безнаказанно пристрелить… Как старший по званию и гордый "представитель белой расы", подвергшийся неспровоцированному нападению… Оттого и бубнит, как заведенный, заранее придуманную "домашнюю заготовку" про "внезапно взбесившегося азиата". Случай-то — совершенно типичный.

— На видеорегистраторе ничего подобного нет…

— Есть! — точнее, должно быть, уж эти-то штучки я знаю, на курсах по стрелковой подготовке насчет "типовых подстав" просветили, — Он зачем-то пистолет наготове держал. Одной рукой — "пробил фанеру", а другой — готовился немедленно пристрелить "нападающего". Думаю, по механически заученным правилам ведения рукопашного боя — кореец должен был на рефлексе попытаться поставить "блок", что со стороны, при некоторой ловкости исполнения, на его же видеорегистраторе (!) смотрелось бы "попыткой покушения на офицера". Проверьте самые первые кадры.

— Непременно… Только зачем? Пошло-то не по вашему… Ким ему, без разговоров, сразу "с ноги" засветил… — раздумчиво проговорил Соколов, — Он что, получается, заранее знал? Догадывался? Черт знает, что у нас творится!

— Во-первых, не "он", а "зверь". Во-вторых, в отличие от деревенщины Шимановича, у Кима — хорошая интелигентная семья. Мальчик — "небитый". Поэтому, от неспровоцированного удара — его "зверь" проснулся мгновенно. А теперь, задним числом оценив ситуацию — он сам решил никому не говорить про улетевший в снег пистолет… Это же, согласно недавним прецедентам — старлею трибунал и верная смерть. Не?

— Угу… — каудильо задумался, — Вы что, предлагаете спустить дело "на тормозах"?

— Вам решать. Я информирую, как преломляется понятие "справедливости" у людей при обильном белковом питании… Убийство "врага" по малейшему поводу (и без оного) — важная часть упомянутого "понятия". Кто "враг" — у "социализированных особей" вида Homo Sapiens решает "зверь".

— Кх-х-х-ммм! — прокашлялся говорящий ящик, — Я вам нарешаю! Гуманисты тряпочные…

С замечательным умением товарища Ахинеева кратко и убедительно смешать любого человека с дерьмом, железной логикой отметая любые возражения — коллектив, совсем недавно, познакомился. А майор Логинов, через этот талант — пострадал летально… Надо понимать — некоторые сделали из факта далеко идущие выводы.

— Вячеслав! — снова заскрипел селектор, — Отгадай с трех раз, почему Ким ничего не сказал про пистолет?

— Галина, вроде бы предположила… — попытался увильнуть в сторону каудильо.

— У неё нет соответствующего жизненного опыта… — парировал говорящий ящик, — Незачет! Спрошу иначе. Почему наша "белокурая бестия", считающая себя пупом земли и местами "сверхчеловеком", от Кима удрала?

— Внезапность действует ошеломляюще! От неожиданной опасности нормальный "зверь" (живое существо в дикой природе) — драпает со всех ног. Кто своими руками хулиганов гонял — тот знает, — чему-то улыбнулся завхоз, — Если, первым же ударом, свалить хоть одного — все остальные сразу разбегаются. Ну, или выстрелить пару раз… поверх голов… Это неважно. Они ведь — покуражиться над беззащитным собираются, а не умирать…

— А ещё? — издалека заострил тему Ахинеев, — Чего Шиманович зассал до мокрых штанов? Не дурак же он.

— После выбитого из рук пистолета гражданин догадался, что парой сломанных ребер — уже не отделаться и вот прямо сейчас — Ким его начнет убивать. По-восточному — трудолюбиво, старательно, с изощренной выдумкой, — пробурчала Ленка, — Насколько я разбираюсь в корейцах…

— Да откуда у "зверя" — выдумка? — эх, ничего-то каудильо из моих объяснений не понял, только сделал вид…

— Вячеслав Андреевич, вы хоть раз — в цирке были? Укротителя тигров там видели? — попробуем так.

— А это к чему?

— Кто на арене сильнее и опаснее, стая кровожадных хищников или одинокий человек?

Соколов не стал отвечать сразу. Это радует… Видимо, хоть что-то из услышанного у него в голове отложилось.

— Почему цирковые тигры (которые большие и которых много) — боятся даже тронуть дрессировщика? — это принципиальный вопрос, между прочим… Прикладная зоопсихология.

— Можно я?! — опять встряла филологиня, — Во-первых, они человека не понимают. Во-вторых — он быстрее. Банально выше скорость реакции… Тигр ещё только задумал нехорошее, я ему уже стеком по носу — раз! И всё. Причем, бежать некуда. Или — сиди на тумбе, или — прыгай в горящий обруч. Дрессировщик — страшнее всех.

— Потому, что он — каждый день ест мясо, а тигров — специально кормят кашей? — логика в сказанном есть…

— И это тоже. Эффект комбинированный. Но, важнее непостижимость и убийственная быстрота противника.

— Щас — тоже скажу! — захрипел говорящий ящик, — Что знаю, по своему опыту… Галина правильно описала, что если интеллект задавил физиологию, то "зверь" живет в человеке тихо. Он там не просто живет — мы с ним ещё и общаемся. Правда, невербально. "Первая сигнальная система" говорить не умеет. Зато у нас с нею общая память! Причем, скотина ей ещё и пользуется, по своему разумению… А если не уследить — может наворотить дел. Например, я (как "вторая сигнальная система"), бить живого человека сапогами по коленным чашечкам не стану. Представляю характер травмы и тяжесть её последствий. Мне людей жалко. Зато "бабуину" — пох! Тоже проверено… А с другой стороны, может быть, он тогда был и прав? Трое качков на меня одного — это немного рискованно, для "честной драки" без оружия, не? Ничего, справился… Как тут уже говорили — "кино поглядел". Я считаю, что за драки, секс и всякие силовые упражнения (вроде как перепрыгнуть забор, убегая от бешеной собаки) — в моем организме отвечает именно "бабуин". И никуда от него не деться. Остается получать пользу…

— Непонятка, — скрипнул завхоз, — Если Ким собирался старлея убивать, так чего "макара" не подобрал? Или боевой транс — стрелять не позволяет, только руками-ногами драться? Взаимоисключающие умения? А может — "обезьянке" тупо нравится людей мучить? Опасный выходит симбиоз. Галочка, что скажете? — я открыла рот…

— Ни хрена! — снова захрипел ящик, — Это у тебя, Лева, по "конституции теловычитания" — не было случая сравнить. Прекрасно "бабуин" стреляет. Особенно из короткоствола, да на вскидку. У меня "вторая сигнальная система" снайпер-целевик. Аккуратно целимся, внимательно учитываем все поправки и плавненько тянем спусковой крючок… А вот подсознание, или ваша "первая сигнальная" — скорее "стендовик". Как ковбой, палит "от бедра"… Говорю же — память у нас общая. Всё, что отвечает за быструю и точную моторику — это его.

— Я уверена, что кореец действовал хладнокровно и сознательно. Хотел — прикончить непременно "своими руками", — пора мне хоть в этом вопросе поставить точку.

— В свою очередь — озверел от ненависти?

— Угу… — не знаю, как мужикам про такое "озверение" объяснять, слов не хватает.

— Тут, люди, дело хитрое… — пришла мне на помощь Ленка, — Я, в Москве, близко пересекалась с корейцами так сказать "первого сорта". Не рыночными торгашами, а нормальными, что и при Союзе в университетах преподавали, и сегодня… Ким — мыслит похоже. У этой категории азиатов, рукопашный бой — часть их "национальной культуры". Как они сами объясняли, в схватке, у мастера — фантастическое богатство выбора, буквально мысли разбегаются. Можно — стукнуть, можно — ущипнуть, можно — подцепить или дернуть. Например, двумя-тремя пальцами за переносицу, как за ручку чемодана и пофиг, что при жизни у противника по обе стороны носа были глаза. Так — очень удобно ломать шею. От приступа дикой боли в глазницах клиент теряет сознание, роняет оружие и сам дергается телом в лучшем виде, только голову надо правильно придержать… А по-быстрому — хорошо, без затей, ткнуть пальцем в глаз и убить на месте. "Утлый сосуд есмь человек…" Рукопашнику есть из чего выбрать…

— Я и говорил, — подхватил селектор, — Шимановича спасло только то, что Ким до его хитрой рожи в самом начале не дотянулся… Дуракам везет.

— Вы уверены? — каудильо наконец-то проснулся, — Я так понимаю, что это пока только "первые звоночки"?

— Угу… Точно так же, в 1918 году — начиналась Гражданская война… С взаимной ненависти вооруженных людей в форме, раздражавших друг друга одним фактом своего существования… аж до судорог и зубной боли.

— И какие варианты вы предлагаете? — ну, чего уставились? Нашли себе "надежду и опору"… Я не политик!

— Хорошие решения — отсутствуют вообще. Коллектив, с самого начала, не слажен… катастрофически…

— Однако, четыре месяца мы как-то вместе прожили и друг друга не перекусали? — что-то завхоз тупит…

— "Как только люди перестают бороться за жизнь — они сразу же начинают бороться друг с другом" — Ленка, со своей замшелой цитатой, на сей раз, попала в точку… — Или такая формулировка слишком поверхностна?

— Более точно — "Голодные и перепуганные — борются за жизнь, а сытые и смелые — за справедливость…" Не известно, что страшнее… У нас, в малом масштабе, сейчас — повторяется тот же самый "кризис идентичности", который привел в 1918 году сначала к "Триумфальному шествию Советской власти", а потом — к дикой бойне…

— Продолжавшейся до полного самоистребления запасов "социального динамита", самых активных, с обеих сторон.

— Галочка, вы хотите сказать, что НЭП и наставшее при нем относительное изобилие — стали только короткой отсрочкой?

— Хочу! — не-а, завхоз у нас всё же самый сообразительный, — Как раз по причине абсолютно непривычной отечественному населению и властям "поголовной сытости", — ну, знаю я, чо…

— Она права! — твердо заявила филологиня, — Я читала газеты и журналы 20-х годов. Там, с каждым днем, росла просто бешеная общественная активность. Примерно к концу 1927 года — всё уже натурально закипало, как в гнилом паровом котле! Демонстрации, "петиции", митинги, доносы в прессу и в "органы", партийные "чистки", открытые процессы… Короче, вот-вот должно было рвануть!

— "Дикой энергии" требовался срочный выход? Пока опять не полыхнула "война всех против всех"?

— Ага! Коллективизация, если верить воспоминаниям Молотова, опубликованным в 90-х годах — потенциально виделась руководству СССР предприятием многократно более опасным, чем недавно отгремевшая Гражданская, — достаточно малоизвестный исторический факт, между прочим…

— Но они таки выкрутились, — подбила итог Ленка, — Замутили "десятилетие террора". С конца 20-х по конец 30-х годов… Канализировали избыточную общественную энергию — в репрессии…

— А иначе, без репрессий и битком набитых лагерей — никак? — осведомился завхоз…

— Никак! Кто не верит — смотрим на современные США. При душевом потреблении мяса 130 килограммов в год (мировой рекорд) у них же — максимальное в мире число заключенных в тюрьмах. Хоть в относительном, хоть в абсолютном значениях. Зеков в Штатах сейчас больше, чем в СССР времен расцвета ГУЛАГа! С конца 40-х годов (времен "маккартизма" совпавших с наступлением для США "эры процветания") — американские граждане судятся, пишут доносы в ФБР и "стучат" друг на друга в полицию, как безумные… В свободное от шопинга, TV, спорта, местных выборов, участия в международной политике и других забав время, естественно…

— Народу всегда надо одного — "хлеба и зрелищ", — сделал вывод завхоз, — А если дать вдоволь только "хлеба", то "зрелища" он организует себе сам. Вашингтон учел наш грустный опыт?

— Так они даже и не скрывали… Благодаря гиперразвитой "индустрии развлечений" в США (и на Западе вообще) — научились выпускать пар "общественной активности" в свисток. Все люди — усердно за что-то борются, аж пыль столбом, но совершенно безопасно для властей…

— А в вашем Высоком Средневековье, с той же целью, устраивали "охоту на ведьм"?

— Наверное. Поиск и коллективная травля "не таких как я" — занятие увлекательное. Я же говорю, удачные "социальные технологии" во всем мире копируют мгновенно, только треск стоит.

— Ерунда! Из каждого безвыходного положения есть, как минимум, три выхода! — ожил говорящий ящик. Володя, кстати, то же самое утверждал, — Галочка, огласите весь список, пожалуйста!

— Ну, развить с нуля свою "индустрию развлечений" СССР 1927 года — объективно не мог, хотя и мощно "вкладывался" в разработку полностью отечественной системы "звукового кино"…

— Опережая по уровню американцев лет на десять, — поддакнул селектор, — Извините…

— Не за что. Я же говорю, хорошо зарекомендовавшие себя на практике "социальные технологии" — перенимаются мгновенно. Большевики, по части пропаганды, быстро заткнули за пояс весь мир… — Ленка чему-то довольно разулыбалась.

— А дед не хотел мне верить, что пиндосы в 30-х слизали свою "социальную систему" у нас! Хотя в культурологии — это общее место. Отчего, кстати, к 40-м годам возникло такое резкое неприятие. СССР и США — выглядели друг для друга "взаимными карикатурами". У нас — фантом "дружбы народов", у них — такой же точно фантом "национальной толерантности"…

— И на почве схожести они "подружились" против Третьего Рейха? — скептически осведомился завхоз, — Мне кажется, в "немецком наследии" янки после войны тоже крепко поживились. Взять то же радио…

— Обман зрения! — гаркнул говорящий ящик, — В нацистской Германии народ слушал что хотел, а в СССР и США — только "внутреннюю трансляцию". У нас — "проводное" вещание, в Штатах — на средних волнах. Массовые радиоприемники у американцев только средневолновые. Через океан вражеская пропаганда на средних волнах не достает. А за владение коротковолновым приемником — вздрючит ФБР…

— Но свой Голливуд с индустрией шоу-бизнеса — Советский Союз в 20-х не потянул, — продолжила Ленка, — Да и потом… Про "Малофильмие" слышали?

— Поэтому в СССР основной умиротворяющий эффект дали две меры — дополнение УК-1926 знаменитой 58-й статьей и срочное нагнетание военной истерии (не менее знаменитая "военная угроза 1927 года")… До войны дело не дошло, но внутренний мир висел на волоске. Обращение ЦК ВКП(б) за помощью персонально к Бехтереву — задним числом это доказывает.

— Утопающий — хватается за соломинку! — рявкнул говорящий ящик, — Перепугались!

— Почему? — заинтересовался каудильо.

— В Гражданской войне активно участвовали несколько процентов населения страны. Гонялись друг за другом и дрались насмерть относительно сытые люди, получившие военную подготовку или реальный фронтовой опыт. Остальные — голодали и, как могли, выживали. Основные демографические потери послереволюционных лет — "не боевые". Умирали от болезней, от холода и от недоедания. Зато к середине 20-х годов — Красная Россия, впервые в своей истории (!), поголовно наелась досыта. А "военный всевобуч" — дал знание основ стрелкового дела большинству взрослого населения. Вдобавок люди начали свободно мечтать… Ведь, что есть "советская идея"? Можете смеяться, но если одним словом — то это "справедливость для всех без исключения". Во всех смыслах термина. То есть, если человека надо по справедливости грохнуть — его грохают и хоронят. Иногда — хоронят живьем. Без суда, в нашем современном понимании. Или — топят в сортире… Повторяю, исключительно по справедливости!

— Ох, и далековато вы, Галина, заглядываете. На годы и десятилетия вперед. А нам бы эту зиму пережить…

— Почему же "годы"? Период "скрытого озверения", на фоне обманчивого благополучия — исчисляют с разгона Учредительного собрания. Январь 1918 года… Активная фаза Гражданской войны — началась в мае 1918 года. Ровно через четыре месяца страна взбесилась… Почти "константа".

— Человеческая природа не меняется? — откровенно облизнулась Ленка, явно сочиняя в голове очередную "зубодробительную" статью.

— С какой стати ей меняться? Говорю же, любая новая цивилизация рождается за 3–4 месяца. Или — гибнет…

— Но-но-но! — завхоз гневно взмахнул руками (ухитрившись не сбить со стола ничего ценного), — Лично я собираюсь хоть немного пожить при коммунизме, между прочим… И если кто-то попробует мне помешать — пасть порву!

— Это — тоже оно? — обращенный ко всем вопрос Соколова застал кровожадного Льва Абрамовича врасплох.

— "Вставай, проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов!" — захрипел голос Ахинеева в говорящем ящике, — Догадайтесь сами…

— Разумеется! Но, с ма-а-аленькой поправкой… "Острый опыт" 1918 года (да и 1991-го, кстати) — наглядно показал, что насильно освобожденные от "тяжкого гнета" народные массы (даже если их накормить, одеть, обуть и приняться учить грамоте с хорошими манерами) — в подавляющем большинстве — останутся такими же, какими они и были раньше. Злобными, завистливыми и потрясающе неблагодарными засранцами. Причем, первой их жертвой — станут наивные "герои-освободители". Просто потому, что "вековая мечта холопа" — самому стать господином. А идею свободы он тихо ненавидит…

— "Згинуть наші вороги, якъ роса на сонці… Запануемъ, браття й ми у своій сторонці!" — приторно-задушевным тоном "профессионального украинца" пропел завхоз, — Аутентично! Я своими глазами дважды наблюдал, как сбывалась эта "вековая мечта украинского народа". В начале 90-х годов и на Майдане. Чужая "вольность" — каклов (в широком смысле слова) раздражает до безумия… Поскольку больше всего им всегда хотелось "шановности". А их — пинками погнали строить коммунизм.

— Спасибо, — не знаю, как обращаться к селектору, — Теперь вспоминаем, какая мечта гнала и гонит 90–95 % "пролетарского "электората с "командирской жилкой" в военные училища и "армию мирного времени"? Та же самая, что погнала в Красную Армию "рангово голодных пролетариев" в 20-х годах… Нет, "старый режим" — они ненавидели люто. Но без всякого "классового" подтекста. Просто при царской власти — стать "господами" им не светило. А победившая Революция — дала жирный шанс…

— Надежду, после получения "командирских нашивок" (суррогата офицерских погон) — сразу начать наслаждаться реальной властью над живыми людьми и полагающимися командирам почестями.

— А применительно к Шимановичу — обрести возможность безнаказанно куражиться над младшим по званию "срочником", — поддакнул селектор, — Он ведь, именно за этим — в армию шел! Не воевать!

— Вообразите ужас, когда вместо вожделенного безропотного подчинения (максимум — жалобы "по команде" на злоупотребление служебным положением) — "их благородие" моментально начали бить ногами насмерть! Заодно учтите, что полковник Смирнов страх и возмущение Шимановича полностью разделяет… Тот же самый "психологический типаж", та же самая "командирская биография".

Вместо ответа — каудильо насупился. Ему можно только посочувствовать — Ахинеев спустить инцидент "на тормозах" не позволит. А покушение на убийство — не шуточки. Тем более — зафиксированное документально…

— Знаю, о чем вы думаете, — разорвал тишину селектор, — Фигня! Галина ошибается — убивать Кима старлей не собирался. Причем, "своё заслуженное" — уже получил. Служебного взыскания — ему на первый раз хватит…

— Откуда вам знать? — оживился Соколов.

— Видел я уже такие штучки! — в селекторе странно заскрипело, похоже, что Ахинеев на том конце линии усаживается поудобнее… — Вы ведь в обычной пехотной части "срочную" служили?

— Да… — кажется, неожиданное равнодушие председателя трибунала к судьбе потерявшего берега Шимановича, на каудильо подействовало оживляюще, — И что с того?

— А я — по специальности, связистом! Связь — крайне своеобразная организация… Единственная "служба" армии, в мирное время выполняющая "боевую" задачу. Контраст поразительный… Особенно с непривычки. Короче, пистолет, ради забавы упертый в живот подчиненному, для господ россиянских офицеров — нормальное явление! Они и при "совке" сходным манером развлекались.

— Как прикажете понимать? — меня равнодушие к безусловно "криминальному" инциденту тоже удивляет.

— У вас не было случая сравнить! — жизнерадостно отозвался говорящий ящик, — Всё познается в сравнении. Я только что видеозапись смотрел. И вспомнил… Был у нас в батальоне связи лейтенант Гайворонский. Очень из себя "правильный" и "уставной". Его сразу "главным комсомольцем" назначили. Вечно собирал активистов, командиров и "исполняющих обязанности" взводных в Ленинской комнате, а потом часами пудрил мозги про умение "правильно организовать работу" с личным составом. Типа, даже пальцем солдата не тронь! Ибо — к самому отпетому хулигану следует найти индивидуальный подход и подобрать душевные слова… Перестройка, "новое мышление", то да сё… А "подводить под статью" — и думать не сметь! Дисбат де — калечит личность осужденного "за воинские преступления" необратимо, поэтому — с людьми надо работать мягче. Видеть человека в каждом

— Это и нам внушали, — растерянно отозвался каудильо, — Сержант особых прав не имеет, а отвечать должен за всёх.

— Так вот… Этот самый Гайворонский, власть, в любых формах — любил самозабвенно. Наслаждался каждой возможностью её проявить. Когда вел строй в столовую и обратно (от нашей казармы — метров семьсот) — отрывался по полной. Заставлял весь путь чеканить "строевым" и орать песни. И балдел. А при виде идущего шагом "бесхозного" солдатика — у него делалось сердцебиение… Непременно заставит бежать бегом… Или — найдет "нарушение формы одежды" и объявит взыскание. Или — придерется к небрежному отданию чести. Если не что-то похуже… Манеры "пробивать фанеру" — при Союзе ССР не поощряли. Но мерзкая повадка при каждой возможности "куражиться над младшими по званию" — цвела в полный рост.

— Наблюдали похожий случай? — догадался Соколов.

— Точно! Как я уже говорил — до казармы от столовой было далеко. А узел связи — в соседнем корпусе. Годами сложилась практика, когда на завтрак, обед и ужин с дежурства отправляют только одного связиста. А всем остальным — он приносит паек в судках. Подмены-то в аппаратных нет! Сокращенные смены! Каждый — пашет "круглые сутки за троих". В результате, солдатик с горячими бачками — сразу следует к месту несения службы, а от пения строевых песен и маршировки — преступно ускользает. Бравого лейтенанта, такая система — раздражала чрезвычайно. Все — должны быть "как один"! Сначала — марш в казарму, потом — на развод, потом — куда тебе положено. А что горячая еда в бачках, за время бессмысленной ходьбы туда-сюда, наверняка остынет (а если зимой — и замерзнет) — абсолютно не его забота.

— У офицера, отбывающего наряд "дежурного по части" — пистолет, — вставил Соколов.

— "Последний аргумент", да, — согласился говорящий ящик, — Или "статусная цацка". Возможность убить "за демонстративное неповиновение приказу". Что однажды и случилось. За харчами в столовую опрометчиво послали почти не говорящего по русски таджика. Уроженца рабочих предместий Душанбе. Службу, он как мог тащил, бензоэлектрические генераторы узла связи содержал в исправности (на "гражданке" работал трактористом), но грубого тона в свой адрес — не понимал совершенно. Сразу бил "обидчика", со всей дури… А потом — прыгал сверху ногами, в сапогах… и топтал, стараясь сломать ребра. Чудо, а не подчиненный, если кто понимает. Бандит в третьем поколении… Таких бы в зоопарке держать. Русского парня, за десятую долю аналогичных проделок — давно бы на зоне сгноили. Но "нацменам", при Союзе — везде была поблажка. Ибо — "меньшие братья" и типа "дружба народов"… Кстати, при всех упомянутых закидонах, гражданин по своему "понимал службу", от честных поручений, вроде похода за харчами — сроду не отлынивал. За что его, собственно, в коллективе и терпели…

— Начинаю догадываться, — ухмыльнулся Лев Абрамович.

— Короче, "рангово озабоченного" лейтенанта Гайворонского — рядовой Назаров в упор не видел и сами знаете, на чем вертел… Когда строй поравнялся с торцом здания узла связи — он из него вышел и, позвякивая котелками, по узенькой тропинке в сугробах, отправился "к месту несения службы". На крики "Стой!" и "Стой, я приказываю!" — даже не обернулся, — в динамике засопело, — Я всё ожидал, когда товарищ "комсомольский лидер" — покажет пример "выбора правильных слов" и "учета национальной психологии". Таки дождался… "Стой, стрелять буду!" Угум, так вот он какой — "мягкий подход" к подчиненным, со стороны советского офицера. Если бы не мороз и "ситуация" — заржал бы в голос… Как-никак мой подчиненный и я с ним общий язык ухитрялся находить без стрельбы. Но тут…

— Националы страшно не любят, когда на них грубо орут… — пробурчал завхоз.

— Во-во… Они и ответить могут. Назаров остановился, обернулся и удостоил "отца командира" нескольких коротких слов. "Сек тыр дым…", кажется… — Ленка моментально покраснела…

— Леночка, это очень неприлично? — встрял Лев Абрамович, филологиня лишь кивнула.

— Наверное, лейтенант тоже понял, — продолжил селектор, — Выдернул пистолет и пару раз пальнул в воздух. Но и сам Назаров — сообразил, что шутки кончились. Пожал плечами и вернулся в строй. Представляете, на какой тонкой волосинке в позднем СССР висела воинская дисциплина?

— Так в чем мораль? — теперь уже каудильо тупит…

— Галина объяснила про квашиоркор. От него мозги дуреют. А будь мой "агрегатчик" в полной силе, а не хитро стукнутый пыльным мешком по голове — он бы на пистолет прыгнул, не моргнув глазом… и лейтенанта бы в землю втоптал. Вот…

— Элексир храбрости?

— Скорее — "Озверин". А стрелять на поражение — лейтенант бы зассал. Подстреленный солдат "срочник" — это уже не понты, а верное "уголовное расследование" и крах карьеры… если не трибунал… Ему ведь тоже голову задурили.

Глава 42. Крещеные "общей лоханью"

Однако! При всей хамоватости собеседника — признаю. Ахинеев, прямо на дежурстве, со скуки, не отходя от пульта коммунтатора, разрулил нешуточную проблему. Аж на душе полегчало…

— Считаете, что Шиманович наедине угрожал матросу Киму пистолетом ради детского желания "безнаказанно сделать гадость"? — казенным тоном осведомился каудильо, — Не верю!

— Вам, Вячеслав, тонкую душу профессионального "боевого холопа" — не понять, — в тон откликнулся говорящий ящик, — Примите, как горькую реальность — среди нас завелись претенденты на титул "шевалье". Завтра, если мы с Леночкой сделаем выборку из записей "прослушки" — ахнете. Поциент, оказывается, горько страдал по поводу восторжествовавшей "диктатуры очкариков" и мечтал показать "зарвавшимся интелям", где зимуют раки… Подобный пыл — надо срочно остудить.

— И куда его теперь? "Холодной" — в расположении нет. А сразу вешать — вроде бы глупо…

— Во избежание, пока — сослать на "дальнюю точку"! Недостроенную. Две-три недели физического труда на свежем воздухе — помогут "благородному господину" слегка прийти в разум. А то, помнится, он ещё в "поход за бабами" собирался… На тот берег Байкала! По льду и морозу…

— Блин, ну вот зачем им это вообще было надо?! — страдальчески сморщился Соколов.

— Кому именно? — ехидно прищурилась филологиня, — Полковнику или старлею?

— Всем! — да-с, изрядно задолбали мы гражданина начальника своими выходками…

— Сейчас нам Галочка ответит… — ласково попросил завхоз, — Она знает. Её учили.

— Со времен возникновения первых государств и открытия бедного животным белком "рациона для дебилов", известна закономерность: стихийные бунты, восстания или революции, независимо от привлекательности лозунгов и таланта вождей — обречены на поражение, как только они начинают одерживать первые победы… Это — не парадокс, а железная логика и результат тысячелетних наблюдений. Управлять вдруг наевшимися досыта — невероятно трудно. Ещё совсем недавно спаянная железной дисциплиной голодная толпа, дорвавшись до трофейных еды и вина — за считанные дни теряла человеческий облик. Опускалась морально… Принималась грабить, убивать, насиловать… В каждом оживал личный "зверь", до того придавленный и безгласный. Высокие идеалы и благородные цели (ради которых эти же самые люди ещё вчера шли на смерть) — превращались в ничто.

— Если верить прессе, — тут же влезла Ленка, — то, примерно с 1925 года, едва-едва отъевшийся и начающий подниматься из разрухи СССР — захлестнул вал бытового беспредела. По улицам — толпами слонялись неизвестно откуда появившиеся (после кровавых революционных чисток!) хулиганы. Массовые драки на танцплощадках — приходилось разгонять войсками. А насиловали — прямо среди бела дня… Революционный пролетариат, крестьянство и трудовая интеллигенция — словно с цепи сорвались. "Как бы юмористические" рассказы Зощенко о типичных советских нравах времен НЭПа — это далеко не смешно. На самом деле — они сущий крик души. Освобожденное население Советской России, после удовлетворения базовых потребностей (согласно "Пирамиде Маслоу") — с энтузиазмом занялось обезьяньими "статусными разборками". Любые призывы к совести и "гражданской сознательности" — стали гласом вопиющего в пустыне…

— Очень скоро наступил момент, когда изможденное "бытовым террором", перепуганное уличным хулиганством и беспросветной дурью ими же самими выбранных начальников население — забыло про своё "освобождение от гнета". Начало мечтать о "твердой руке", способной "навести порядок", — подхватил мысль Лев Абрамович, — И оная "рука" — незамедлительно появилась, в лице советского государства (по размаху произвола — далеко переплюнувшего и буржуев, и царских жандармов)…

— Если вас послушать, то выходит, что не стерпев томительного ожидания, когда же начнется пьяное кровавое безобразие, удобное для "перехвата управления", — подначил каудильо, — бывшее начальство Проекта — потихоньку само "поехало крышей"… Причем — судит окружающих по себе. Так что ли?

— Всё повторяется, — невпопад отозвалась Ленка, — Всё давно известно, только никто не хочет знать… Взять, например, бешено популярный когда-то "рыцарский шансон" XII–XIII веков… То, что менестрели исполняли в замках, во время пиров, для благородных господ. На родном "окситанском" (это южный диалект "старофранцузского") — оно, наверное, звучит смачнее, но и русский перевод — доставляет… Зацените:

Мужики, что злы и грубы,
На дворянство точат зубы,
Только нищими мне любы!

Единым духом выпалив эту средневековую европейскую хокку, Ленка перевела дух и сменила тональность:

Любо видеть мне народ
Голодающим, раздетым,
Страждущим, не обогретым!
Пусть мне милая солжёт,
Ежели солгал я в этом!

— Любовная лирика, если кто не в курсе… А вот — самая мякотка:

Нрав свиньи мужик имеет,
Жить пристойно не умеет,
Если же разбогатеет,
То безумствовать начнёт.
Чтоб вилланы не жирели,
Чтоб лишения терпели,
Надобно из года в год
Век держать их в чёрном теле.
Кто своих вилланов холит,
Их ни в чём не обездолит
Кто им головы позволит
Задирать — безумен тот.
Ведь виллан, коль укрепится,
Коль в достатке утвердится,
В злости равных не найдёт —
Всё разрушит и пропьет…
Если причинят виллану
Вред, увечье или рану,
Я его жалеть не стану —
Недостоин он забот!
Если кто о нём хлопочет,
Он тому помочь не хочет
Хоть немножко, в свой черёд.
Злобой он себя порочит.
Люд нахальный, нерадивый,
Подлый, скаредный и лживый,
Вероломный и кичливый!
Кто грехи его сочтёт?
Он Адаму подражает,
Божью волю презирает,
Заповедей не блюдёт!
Пусть Господь их покарает!

— "Сиривента"! Сочинитель и исполнитель — барон Bertran de Born (жил между 1140–1215 годами) из Прованса. Знаменитый рыцарь-трубадур Высокого Cредневековья и современник Ричарда Львиное Сердце…

— Это ещё что такое? — недовольно отреагировал каудильо, — Зачем оно мне сейчас?

— Вы же хотели знать содержание "секретной методички" Смирнова? — да-с-с… очень кстати филологиня припомнила старинный стих, ну — гениально попала в масть, — Нате! Это — примерно она самая и есть. Просто, морально устаревшая. Точнее, адаптированная "для носителей дописьменной культуры"… И перевод, конечно, отвратительный. Но "смысл" — сохранен. И ещё, на мой взгляд, для точной передачи "колорита эпохи", в конце, вместо богохульства — просится трехэтажный матюк…

— Ы-ы-ы! — хм, надо же, довелось своими глазами увидеть, как выглядит медицинский феномен "в зобу дыханье сперло". Не фотогенично, но живенько. Жаль, что главврачицы с нами нету…

— Леночка, что с вами? — всполошился завхоз, — выпейте водички!

— И ещё одна неточность, — будем вбивать в филологиню почтение к старшим, пока та не отдышалась, — Менестрелям — озвучивать информацию такого "уровня" было не почину… Разве что — трубадурам. Да и то… Этот ваш Бертран, похоже, привык где ни попадя "трепать помелом". С пьяных глаз, да под лютню — он прокукарекал на публике инструкцию "строго для внутреннего пользования". Они ведь, "рецепты" и "руководства" — тогда составлялись в стихах, ради облегчения запоминания. Подозреваю, что рыцарское звание его от кары не спасло и болтунишка плохо кончил…

— Вообхе-то, — с трудом прокашлялась Ленка, — Кхе-хе! Твоя правда! Это — одна из последних его песенок. А с 1195 года и до самой смерти (последующие двадцать лет!) ещё не дряхлый, обожавший бурную и полную приключений жизнь барон — провел в монастыре, полностью лишенный власти и имущества… — помолчала, переваривая сказанное и услышанное, — А ты — откуда знаешь? Неужели, даже такая невообразимо древняя хрень — в наших "спецхранах" лежит под "грифом"?

— Предпочитаю работать с "первоисточниками"… А "Сиривента" — не "хрень", а вовсе даже — "материал". Ценный памятник "технологии управления" эпохи европейской Городской Революции.

— Помню этого Бертрана, — подтвердил говорящий ящик, — Образец "рыцарской морали"! Во всех энциклопедиях и хрестоматиях по европейской культуре — он есть. Хотя его вирши посвящены всего трем вещам — дракам, бабам и "нагибаторству".

— Можно вопрос? — каудильо проснулся, чем-то сильно заинтересовавшись, — Как можно без войны и осады — вдруг лишить имущества и загнать в монастырь матерого средневекового барона?

— Он не "матерый", — развеселилась Ленка, — Не те времена! Обычный "боевой холоп". В условиях тотальной войны "всех против всех" — европейские сеньоры частенько возводили в военное сословие свою дворню из простолюдинов. Выгода состояла в том, даже став "министериалом" или полным рыцарем, а то и дослужившись до барона, такой "выдвиженец" оставался в полной власти господина и мог быть в любой момент им разжалован из "почетного бандита" обратно в оброчное состояние. Вместе с прямыми потомками. Прикиньте, каково барону — снова стать крепостным? Наверное, лопухнувшемуся Бертрану "сделали предложение от которого нельзя отказаться"… и он не особенно трепыхался.

— В сортах "благородий" — не разбираюсь! — поморщился каудильо, — Вы ещё скажете, что можно отличить "природного аристократа" от… — тут он буквально брезгливо выплюнул последние слова, — "боевого холопа"…

— "С высоты своего происхождения, я не вижу разницы между вами и королем…" — Ленка отбила его тираду цитатой из Стругацких, — Застенчивость — у вас скоро пройдет. Нормальный выйдет князь… Крест на пузо ложу!

— Оптимистка… — скептически прокомментировал завхоз, — А во мне, куда не еду — сразу узнают "русского".

— Я о другом… — филологиня воодушевилась, — Вячеслав Андреевич — действительно не понимает разницы! Это — отличный признак "аристократического типа мышления"! От национальности не зависит. За границей когда-нибудь были? Я имею в виду — "настоящей". Не в "ближнем зарубежье", Польше, Египте или скажем Турции…

— Собирался, — вздохнул каудильо, — Официально-то я готовился не сюда, а к участию в "специальной миротворческой операции"… Согласно "легенде".

— Куда обещали послать? — хе, не мне одной, получается, пудрили мозги Французской Полинезией.

— Обещали — в Судан, бывшую Британскую Африку… Как последний школяр — всё время, какое было свободным, зубрил разговорный английский…

— А жалко, что не побывали, — посочувствовала Ленка, — Там бы в вас, с первого взгляда, опознали "мистера" и даже "лорда". У местных "дервишей", после "педагогики пулеметов" — на любых "природных аристократов" — нюх. Оно поучительно. Даже в самой Англии — вас признали бы за благородного человека…

— "Педагогики" в спортивном смысле? — ухмыльнулся Соколов, — "Белые" — лучше стреляют, а "черные" — быстрее бегают?

— В сословном! Князь — это "природный повелитель", человек сделавший себя сам. Он — приказывает, остальные — инстинктивно повинуются… Как вы думаете, почему при таком изобилии вокруг злобной и "рангово озабоченной" военщины — лично вас, плебея-выскочку-сержанта, до сих пор не пристрелили? — вставил шпильку завхоз.

— Им — "приказа не было"! — язвительно добавил говорящий ящик, — Они "без приказа не могут…" Потому и "холопы". Кто-то — должен принять инициативу и ответственность. И вот тогда, положивши совесть в карман… Но, выборы вашей княжеской светлости Председателем Совета — спутали благородным господам офицерам все карты и изрядно заплели мозги. Радуйтесь убогости "феодального мышления"…

— Какой ещё, к чертям собачьим — "князь"? Объяснитесь! — ледяным тоном вдруг потребовал каудильо.

— Настоящий! — не испугался говорящий ящик, — Леночка, вы лучше в этом разбираетесь. Просветите нас… Галина — помогите барышне… — опять я.

— На самом деле всё просто. Если собрали вместе толпу численно превышающую "предел Данбара" (как у нас, кстати) и не связанную четкой внутренней иерархией, то обыкновенно начинается страшный бардак. Для его прекращения — нужны или "общая смертельная опасность", или "общая цель", или "признанный лидер". От "общей опасности" — мы отбились. Настало пора выбора "общей цели", которая и продиктует персону "лидера"… на годы и десятилетия вперед.

— А что, разве ещё не? — попытался отшутиться каудильо.

— Как видите… — не приняла тона Ленка, — Почему всплыла тема Высокого Средневековья? Исторически, краткий миг "полной свободы" всегда заканчивается разделением общества на "коммуны" и "иерархические пирамиды". Вы, пока, фантастически качественно ухитряетесь совмещать должности "народного вождя" и "царя-батюшки". Отчего у "вертикали власти" — трагические непонятки, переходящие в нервные метания… То ли — "мочить выскочку", то ли — "падать ниц"…

— Причем здесь какое-то Высокое Средневековье?

— Это ближайший к нам достоверно изученный период, когда население стабильно ело 100–120 килограммов мяса в год при полном отсутствии государственной власти. Как видите, в сходных условиях — всё опять повторяется. Вплоть до смыслового содержания "методичек" по приведению сытого электората к покорности. Не-е-е, если не принимать никаких мер — "полярное бешенство" рассосется само собой. Но, тогда обязательно будут беглецы, трупы и всяческие ужасы… Гляньте, стоило решить вопрос о выживании, как "звери" начали статусные игры… Зарождаются (пока в мечтах) "статусное потребление", "статусное поведение", строжайшая и подробная "табель о рангах"… Альтернатива — новая гражданская война.

— И надолго мне теперь эта бодяга? — жалобно обратился каудильо к потолку "модуля".

— Опыт Вольных Городов показывает, что "притирание" к коммуне — длится "год и один день". По традиции, "беглец", проживший за городскими стенами именно такой срок — уже "гражданин".

— А к "иерархии"?

— Две недели! В армии — это пресловутый "курс молодого бойца". Кстати, в тюрьме строгой "иерархии" практически нет. Там "первоходки" тоже притираются к сокамерникам примерно год.

Занятно наблюдать, как разные хищники смиряются с противной им неизбежностью. Наш домашний кот, предвкушая кару за очередную шкоду, помнится — урчал и шипел, как маленький паровоз. Соколов, мне кажется, с удовольствием зарычал бы в голос (медведь, прости господи). Справился… И тихо спросил:

— А почему обязательно Средневековье? Давайте поиграем в Древний Египет! Присвоим Льву Абрамовичу звание "Великого Хлебореза"… Склеим ему из фольги положенные фараону блескучие цацки… — говорящий ящик подозрительно хрюкнул. На том конце провода кто-то спешно зажал себе рот.

— Не дамся! — всерьез напрягся завхоз, — Знаю я, чем такие вещи кончаются… Через тысячи лет — археологи вскроют мавзолей из черного полированного гранита и распакуют золотой гроб с мумией обожествленного при жизни основателя династии. После чего судебно-медицинская экспертиза установит, что покойника, перед смертью, три дня били ногами. На хрен мне не нужен подобный "финал трудовой биографии" и заведомо фальшивые посмертные почести… Я и так уже лысый, старый и больной.

— Вячеслав Андреевич, у вас — выбора нет, — наградой мне был затравленный взгляд будущего "природного аристократа", — Живой бог фараон и иные фокусы "социальных манипуляций" — не годятся для малых групп, где все друг друга знают. Им вообще никакие "подделки" — не годятся. Тем и сильны. В тесном личном общении и совместной работе — "харизму" имитировать невозможно. Смирнов дорого бы дал за возможность править от своего собственного имени. Ан — не дано. "Боевой холоп"… Без общепризнанной "вертикали власти", отдающий более-менее законные приказы — он, как муравей без муравейника. Вы же видите, как рушится голубая мечта. Хочется в пэры, а не берут… и больно бьют ногами. Без князя, всенародно избранного вожака — на первом этапе формирования цивилизации никак.

— Проблемы начнутся когда размножимся и зажиреем? — понимающе хмыкнул каудильо.

— Проблемы — уже начались! Из-за того, что жирееть мы начали возмутительно быстро.

— Отчего, вместо подспудно ожидаемой "классической" феодальной иерархии — начал формироваться Вольный Город, — подтвердила Ленка, — А потенциальные "лорды", "сеньоры" и разные прочие "шевалье" — дружно идут лесом…

Соколов — медленно и глубоко вдохнул… Беззвучно пошевелил губами (наверное от души выматерился) и перешел на подчеркнуто деловой тон.

— М-да… Сроду не играл в статусные игры. Разве что в шахматы. Короче, объясняйте правила, "как ходят, как сдают"… Кто первый? Начинайте — с прав и обязанностей "князя" и чем он отличается от "лорда"… — браво, каудильо просек весьма размытую в бессословном обществе "разницу смыслов".

— Можно я?! — подняла руку Ленка, — У всех народов, шагнувших дальше охотников-собирателей, "князь" (он же — царь, фюрст или конунг) — глава полностью самостоятельного социума. Так сказать — "природный самозванец". Никому не подотчетный и абсолютно свободный в любых своих действиях. Если князь "выборный" — это военная демократия, если "наследный" — монархия.

— То есть, всё и всегда начинается с некой формы Советской Власти? — поднял бровь каудильо. Даже самодержавие?

— Естественно! Например, в Московии, вот прям сейчас — правит выбранный "Земским собором", юридически продолжая дело "Совета всея земли" (между прочим, выступавшего под красным флагом) — царь. Некий Михаил Федорович… Первый, из новой на русском престоле династии Романовых. Кстати, наиболее вменяемый из…

— А дальше? — похоже, мой выход.

— Дальше — начинается "ветвление вариантов". Постоянный выбор из, так сказать — "левых" или "правых", — каудильо поморщился, — Ну, хорошо — "одноранговых" или "иерархических" по духу политических решений. Если угодно — баланс на лезвии бритвы, между эффективностью действий и статусом исполнителей.

— Для наглядности! — тут же заполнила паузу Ленка, — Свежевыбранный русский царь Мишка Первый сразу начал страдать "правым уклоном". Паршивые наследственность, воспитание и общая атмосфера… Возглавляли упомянутый Совет, как "спасители России" — князь Пожарский и купец Минин. Вместо последнего, подпись на грамотах ставил Пожарский — "В выборного человека всею землёю в Козмино место Минина, князь Дмитрей Пожарской руку приложил". Члены "Совета всея земли" — подписывали те грамоты поголовно… Но, как-то так сложилось ("местничество" на Руси соблюдалось неукоснительно), что подпись Пожарского — стояла в этих документах уже на десятом месте… а безродного Минина — аж на пятнадцатом. Тенденция, однако. Ну и…

— Затерли товарищей? — подсказал каудильо, — Филологиня молча кивнула, — Рылом они не вышли… Я прав?

— Обратите внимание! — вмешался говорящий ящик, — И чиркните в "склерозник". Царь, обладая после избрания всей полнотой власти — приблизил к себе не "спасителей отечества", а высокородных и знатных, пусть и замаранных сотрудничеством с польскими оккупантами. Моральная гниль в "Доме Романовых" — была заложена с самого его основания… Отгадайте, почему?

— "Замаранными" — легче управлять. А храбрецы и герои — неизвестно чего удумают…

— А у нас, — мрачно ухмыльнулся в усы Соколов, — правят бал "леваки-экстремисты". Что многих напрягает.

— По-другому, все сдохнем! — мне надо было сказать это давно, но и сейчас ещё не поздно. Даже к месту…

— Обоснуйте! — перебили мы сон главному начальнику и заодно настроение испортили. По голосу слышно.

— "Иерархия" — характерна для аграрных обществ с патриархальным типом социальных связей. Крестьянских общин… Религиозных сект… Родоплеменных образований… Крупных семей… Они способны "выживать" только в более-менее знакомой обстановке (рабски сохраняя традиции), но не рассчитаны на "экстремально-инновационный" вариант развития в условиях хозяйственной катастрофы. А у нас "цивилизационный кризис". Затевать ещё и "статусные игры" — некогда… и смертельно опасно.

— Полковник Смирнов самого элементарного не понимает? — наверное, у меня на лице отразилось отчаяние, — Ну, не желает это понимать? — поправился каудильо… А другой, этот… как его… Шиманович?

— Они — не могут… — пришла на помощь Ленка, — Они оба ведь — не простые офицеры, а "лучшие и отборные". Вдоль и поперек проверенные на лояльность начальству "кирпичики властной вертикали". Безупречные, как рыцари Круглого Стола, времен короля Артура…

— Не понимаю я ваших намеков…

— Деревенщина! Дрессированные "селюки"! А у нас, более 90 % "контингента" Проекта — "потомственные горожане". Кроме того, добрых 70 % из них — единственные дети в семье. Совершенно другой тип личности.

— И всё равно…

— Опыт Средневековья показал, что более-менее годные "рыцари" или "лорды" — получаются только (!) из крестьян. А горожане из Вольных Городов — исходно "порченый материал"… Причем, взаимная ненависть между этими двумя психотипами — зоологическая. Феодализм — всегда чуть романтизированное рабство. Сравните — "Никогда, никогда, коммунары не будут рабами…"

От последнего намека каудильо досадливо поморщился… Ничего, пусть привыкает. И тренирует мимику…

— С фактом наличия в каждом человеке собственного "зверя", ви таки уже смирились? — кротко осведомился завхоз, — Сделаем ещё одно допущение — признаем, что это звери разной породы…

— Условно — "стайные" и "одиночные" хищники, — добавил говорящий ящик, — Например, тигры и шакалы… Или — коты и крысы… Чего ждать, когда стая крыс попытается "встроить" кота в свою крысиную иерархию? Наверное, сначала кот просто не поймет, чего они от него хотят. Коты — от природы не иерархичны.

— Неудачный пример… — постучал пальцами по столешнице завхоз, — Лучше уж "тигр и шакалы". Меньше ложных ассоциаций.

— Согласен! Итак, если тигр будет пытаться сдерживаться по отношению к окрестной швали — шакалы его быстро запишут в "омеги" своей "табели о рангах". И начнут чморить… Пытаться чморить, — поправился селектор, — Результат? Он передушит всю эту шоблу физически, потому как ему, с "тигриной" точки зрения, вообще непонятно — с чего эта шваль так выкаблучивается, как будто она бессмертная? Но вот доминировать над шакалами — тигр от природы не может. Даже в голову не придет.

— И кто возьмет верх? — устало осведомился каудильо, — Я людей имею в виду…

— Галочка нам уже подсказала. В человеческом обществе, образно выражаясь, "шакалы" подбирают интеллектуальные объедки за "тиграми"… Эксплуатируют созданные "творцами-одиночками" удачные технические и социальные решения… до исчерпания возможностей кормящего ландшафта. После чего — дружно дохнут… Человеческая цивилизация — это мир "тигров" а не "шакалов". Творчество — занятие индивидуальное. А стая — творить не может. Никакая. Хотя, часто пытаются из "тигров" некое подобие стаи создать. Например, загоняя "тигров" в "шарагу". В любом случае, это форма паразитизма.

— Короче, нам сейчас надо как можно больше "тигров", хороших и разных… Куда не плюнь, везде жопа. Но наличные "шакалы" — в недоумении. Особенно, когда на них начинают порыкивать маленькие "тигрята", которых надеялись перевоспитать на "шакалов", — каудильо вытер ладонью лоб, — Уф-ф-ф… Ну, у вас и аналогии!

— Самое интересное, что для общего спасения — не требуется умение "доминировать в стае", поскольку стаи нету. А чем грозит демонстрация "шакальей альфа-самцовости" — перед "тигром" показал инциент между Кимом и Шимановичем. "Тигр", попытку над ним "доминировать" — воспринимает как личный выпад. И рвет "доминанта" в клочья. Иногда — буквально… Как уже сказано — "зверь"…

— Столкнувшись в "посторонней сущностью", личность "тигриного" типа выбирает всего из трех вариантов — или дружить, или убить, или уйти. Для жизни в коммуне — вполне достаточно. Для жизни в условной "деревне" (густо переплетенной нитями взаимной "социализации") — невероятно мало.

— Если хотите, чтобы вас уважали на международной арене, — подала голос Ленка, — ведите себя как "тигр". Ибо, в качестве Председателя Совета и главы администрации в одном лице вы тут — "абсолютный монарх". У царя в Москве власти меньше. Он — "лицо подчиненное" и в бога верит. Именно как "автократора", кстати, вас скоро будут воспринимать окружающие автохтоны. Принцип "Вся власть Советам" (внезапно!) — дает абсолютную свободу и предусматривает три функции князя:

1. Военная — организация нападения и защиты племени. Традиционно высоко ценится личная храбрость князя.

2. Судебно-законодательная — князь может личным произволом судить любые споры, утверждать обязательные для всех законы и взимать судебный штраф (виру).

3. Религиозная — в языческое время князья организовывали службы, моления и жертвоприношения, что у западных славян (в чешском и польском языках) — до сих пор отражается в тождестве терминов "князь" и "ксёнзд" (первосвященник).

— Целый китайский император получается… — ханжески-подобострастно отреагировал завхоз, — Сын Неба!

— Не-а, — мгновенно огрызнулась Ленка, — Лишь обладатель Небесного Мандата на правление волей народа.

— И ещё… — с похабной интонацией загудел говорящий ящик, — Князь — в праве карать и миловать, жаловать подданство, титулы и должности, звания и награды, лишать живота и обращать в холопство… Да! И ещё — утверждать религию…

— А работать ему когда? — мрачно поинтересовался Соколов.

— В промежутках! — обрадовал его завхоз, — Между казнями, парадами, войнами, ночными оргиями и священными таинствами.

— Проще сразу застрелиться… На хрен это всё? До сих пор как-то обходились. Думаю, и дальше выживем…

— Ясненько, — тем же глумливым тоном откликнулся Ахинеев из селектора, — Вместо феодального владыки — мы протащили на трон сущее недоразумение. Вдобавок — упоротого атеиста. Начинаю понимать полковника Смирнова… Как дальше жить?! Царь — не настоящий! Никакого упоения властью — добровольно раскидал свои полномочия по специалистам и теперь тихо радуется, что "дела идут сами собой". Хоть бы раз "по бабам" пошел… — каудильо зябко поежился, — Великие узурпаторы прошлого, экселенц — смотрят на вас, как на говно…

— Галина, это важно? — если спрашивают персонально меня — надо отвечать честно.

— Мы тут сейчас, по своему хотению и произволу, задаем "стандарты", которые станут новым "священным каноном" на десятилетия вперед… и войдут в школьный "Букварь". Критически важна каждая мелочь! — зря филологиня меня перебила, да ещё перешла на пафосный тон. И про "Букварь" зря.

— Блин, ну где я настолько лопухнулся, что дважды за день — дело чуть не дошло до стрельбы?!

— Вячеслав Андреевич! — откровенно взмолилась Ленка, — Если не понимаете, то хоть на бумажке напишите… и носите с собой — "Для людей "патриархальной" морали, "равноправие" — это смертельное оскорбление!" За власть и за почести, во все времена, типы этого сорта — убивают… И умирают… Даже, если почести мизерные и смехотворные, вроде нашего "права ветеранов" купить товар без очереди. Знаете, сколько больших отставных начальников (для утешения которых это самое "право" специально и придумали) скопытилось от смертельного оскорбления "они меня не пустили первым!" в дурацких летних "хвостах" за квасом? Нам — оно тьфу, а для них — "символ уважения" (доставляющий окружающим реальное неудобство) — как воздух живительный. Без возможности до седых волос, публично и безнаказанно, устраивать другим маленькие гадости — начальники чахнут на глазах. Профдеформация!

На мой взгляд — филологиня, с многозначительным видом (умеет же!), огласила очевидную банальность. В любом крупном городе (даже в "столице с областной судьбой"), от разнокалиберных "ветеранов", в будни и в праздники до пупа увешанных юбилейными медалями и требующих к себе "уважения" — не протолкаться. Хоть в почтовом отделении (где плачу за квартиру), хоть на станции метро (у окошка кассы), хоть где… Однако, мои сотрапезники восприняли сказанное всерьез. Черт, никак не привыкну, что у каждого своё видение реальности.

— Кх-х-х… — прокашлялся говорящий ящик, — Леночка! Или ты сама очень умная, или кого-то очень умного наслушалась… Тебе, "по возрасту" — упомянутых вещей в принципе знать не полагается.

— Меня дедушка воспитывал… — скромница, — На примерах. К нему очень разные люди в гости приходили…

— И что в сухом остатке? — напомнил о себе каудильо.

— Непонятки! — обрадовала его Ленка, — Вроде бы — классическая революционная ситуация! "Верхи — не могут и низы — не хотят", а уровень жизни — вдруг, неожиданно для всех, резко подпрыгнул вверх. Я сама с текущей обстановки фигею…

— Тогда — спросим Галину, — такое состояние "боевой ничьи" тоже предполагалось?.

— Нет! — легко и приятно говорить правду в лицо начальству, — Предполагали, что Смирнов с прихвостнями — проявят глупость и упорство. Отчего, в ходе вооруженных разборок — их всех перестреляют. Для простоты…

— Недооценили? — чему радуетесь, ваша светлость? С таким "гибким" контингентом — мы ещё хлебнем лиха.

— Ну, если вспомнить исторические аналогии, то генерал Власов образца 1941-го, 1942-го и 1943-года — три принципиально разных генерала Власова. Найдись способ свести их вместе — они бы подрались. Причем, к 1945-м году — вылезла четвертая модификация. Сущие трансформеры!

— Самые обыкновенные "социки", — парировала Ленка, — Просто насмерть перепуганные. Наша беда, что мы не чувствуем их мотивацию. Отчего — удивляемся нелогичным "ужимкам и прыжкам". А своя логика там есть!

— Галина? — чуть что, так опять я…

— Там — не "логика", в человеческом смысле этого слова. Там, скорее всего, голые "социальные инстинкты". Каждое ваше действие, Вячеслав Андреевич, наши господа офицеры оценивают со своей колокольни. И видят — нарастающую страшную угрозу… Сильнее всего людей известного сорта пугает полная неопределенность.

— Она права, — отозвался говорящий ящик, — Осенью была понятная "вилка вариантов" — жить или умереть? А сейчас — выбираем между "коммунизмом" и "феодализмом". Склоняясь к первому… Годный "контингент" подобрался… Отчего у кадров с "крестьянской ментальностью" — происходит трагический разрыв шаблона. При феодализме (а современная армия — его заповедник) — каждый сверчок твердо знает свой шесток и жизненные перспективы… Смерд — пашет, как папа Карло и платит лордам подати… Герцоги, маркизы и бароны — на эти подати живут, а если не хватает — грабят… Ловкий и небрезгливый смерд, если будет стараться и повезет — может пробиться в прислугу или кнехты… А там, глядишь — заметят и продвинут, в латники и даже в рыцари. А не повезет, так он в любом случае уже властелин и деспот в своем маленьком "феоде" (семье). Или — когда-нибудь станет им… Стабильность!

— Понятно, что вкалывать лично и вымогать у других — это весьма разное, но данная разница, при феодализме, обеим сторонам — ясна, как божий день… в отличие от непостижимой мерзости самоуправления городской коммуны…

— Что теперь скажете? — угу, каудильо опять дал выговориться всем участникам, а отвечать поручает мне…

— Примерно так! Выходец из "патриархального" общества (обыкновенной деревенской семьи или из маленького городка) — уже идеальный член ранее сложившейся "иерархии". Таких, ещё при поступлении в училище, "по анкете" — отмечают и выделяют. В армии — они себя чувствуют, как рыба в воде… Феодализм, для этой категории людей — самый "уютный" в мире общественный строй. "Высшим" — он дает власть и почести. "Низшим" — покровительство и (это важно!) безнаказанность. Раб — никакой личной ответственности, за любые свои преступления (!), не несет. Раба (вассала при феодализме или подчиненого в армии) — имеет право наказать "своей властью" только и исключительно его хозяин (командир). Жизнь и смерть всех членов патриархальной семьи — находятся в полной власти её главы (патриарха-пахана)… а совершенно не государства. Старинная норма "Римского права", между прочим.

— Причем тут феодализм? — удивился каудильо.

— Притом, что феодализм — вырос из рабовладельческого строя, сохранив его главный юридический принцип — "вассал моего вассала — не мой вассал", — поддержала меня Ленка, — Это мир, где царят "святая субординация" и произвол. Без точного учета сложнейших переплетений внутренних взаимоотношений "авторитетов" — в армии или "феоде" ничего не решается… А бог (маршал, президент или царь-батюшка) — общий недосягаемый "супердоминант", до которого — или "высоко", или "далеко".

Интересный момент… Мы с Володей (господи, совсем недавно, в августе) полушутя, на уровне "страшных историй после отбоя", обсуждали самые разные варианты развития событий. Перспективу успешного построения на берегах Байкала "развитого феодализма" — он тогда отверг. С большим сожалением, но решительно… Как "абсолютно дохлый вариант". И только теперь, участвуя в импровизированном "мозговом штурме" — я стала понимать его логику. "Там нужны другие люди", да…

— А чем это плохо? — с нескрываемым сарказмом поинтересовался Соколов, — вы будете решать свои проблемы по мере их возникновения, а я — спокойно "царствовать, а не править"…

— Если судить по опыту Средневековья (да и раньше), феодализм — никогда не был и в принципе не может стать "социальной технологией прорыва". Он всегда примитивно (зато практически намертво) "фиксирует текущее положение". И потом воспроизводит его столетиями. Причем, "избыточное население" — утилизируется самыми зверскими методами. Равно хороши чума, голод, войны и Крестовые Походы, — за меня ответила Ленка, — Поскольку мы сейчас в глубокой заднице, при самой мягкой форме феодализма (власти "вертикалов") — есть риск в этой жопе поселиться навсегда. Лично я — протестую! Даешь прогресс!

— Это у феодализма такой баг или фича? — умеет их светлость подколоть, не отнять. Эх… Всем хорош наш князюшка, и смел, и силен, и умен… Одна беда — мужиковат…

— Это — фича! "Традиционное общество" стоит на трех китах — "патриархальной" семье (как "базовой" ячейке), авторитарной власти (пирамиде взаимного "уважения", подпертой "традицией") и диком страхе перед окружающим миром. Грубо говоря, Средневековьеь — оно потому и Средневековье, что готово умереть, но остаться неизменным. А уж "поиск нового" или чего доброго "реформы" — ужас!

— Со времен Реформации прошло уже 500 лет… у нас, — влезла Ленка, — и 200 лет… здесь. Однако, Мартина Лютера, с компанией продолжателей — продолжают ненавидеть так, что куда там Гитлеру… У Тойнби про это дело целые тома… Слышали когда-нибудь выражение — "западный страх"? А он — главный "цемент", на котором по сей день держится европейская цивилизация. Без "авторитета" недосягаемого уровня и панического страха перед ним — жизнь теряет сакральный смысл. "Если бога нет — то всё позволено", как выразился Достоевский…

— Меня интересует отечественный опыт, — сухо напомнил каудильо, — Мне надо, если не понять, то узнать.

— О! — оживилась Ленка, — Хотите, я вам кого-нибудь из "писателей-деревенщиков", для ликбеза подсуну? Только честно предупреждаю — готовьте тазик! Может сдурнить… По индукции… Как их самих — тошнило от советской реальности.

— Галина? — теперь я ещё и литературный эксперт.

— Совет дельный, — ещё бы не — мне, про этих самых "деревенщиков", в своё время, несколько исследований "под грифом" попадалось, — Но читать — долго. Могу изложить их "деревенский пафос" в нескольких словах: богом проклятые "горожане" разрушили наш Мир! С большой буквы. По хрен тем "деревенщикам" современные грамотность, сытость, медицина, электричество, одетость и обутость. Пропало главное — исконная "духовность"!

— А на самом деле? — понимающе прищурился Соколов.

— Там коллективный погребальный плач по отечественному "деревенскому феодализму". Пресловутым "общине" и "Миру" (земля им обоим стекловатой). В первой половине ХХ века — русскую деревню, всего за одно поколение, буквально пинками, штыками и прикладами, "большевики" выгнали из привычного (сверепого, голодного и замшелого, но "родного" и психологически уютного) Средневековья в светлый и рациональный мир Модерна. Навстречу знаниям, "правам человека" и личной свободе. К сожалению — указанная "деревня" почти ничего не поняла, но "обиду" — не забыла и не простила…

— А я читал, что русская деревенская "община" есть истинное царство взаимопомощи, равенства и справедливости. Сосредоточие "первозданной народной культуры", наконец.

— Только со слов самих "общинников", — прокаркал говорящий ящик, — Врут гады! Как столкнешься с их "духовностью" лично — волосья дыбом! У обеих сторон, у меня и у них, что особо занимательно… Вот вы — инженер-спасатель… Много где побывали, всякое-разное успели повидать. Приходилось же конфликтовать с "исконно деревенскими"?

Каудильо — ответил не сразу… Поморщил лоб, почесал кончик носа, несколько раз тяжело вздохнул, явно вспоминая не самые приятные или особо примечательные "моменты".

— "Деревенские" у нас в МЧС не держатся, — дипломатично начал он, как бы рассуждая вслух, — Пугаются и очень быстро увольняются. Почти сразу. Без объяснений. А если в бытовом плане — то таки да, водятся за ними гадкие странности. Запросто могут сунуть свою, едва вынутую изо рта ложку, в общую кастрюлю или в чужую тарелку. Непостижимо для меня — способны с аппетитом жрать из немытой посуды. "Вода холодная и жир не отстает — я и так…" Причем, ту же самую посуду, у них на глазах начисто вымытую стиральным порошком (которому жир и ледяная вода — тьфу), с отвращением отвергают — "Нет, не могу из такого есть! Там же химия! Яд!" Или…

— Это всё не то! — практически хором произнесли мы с филологиней и удивленно переглянулись — кто начнет?

— Вы с "деревенскими" — в очереди стояли? — первой решилась Ленка, — Настоящей, голов на двести-триста?

— Стоял. Мрак! — честно признался каудильо, — Толпятся, пихаются, галдят, пытаются как-то пролезть вперед… "поменяться со знакомыми"… вроде бы "занять" и потом — уйти по своим делам… В ходу куча трюков, только бы не отстоять положенное честно и самому! Задние орут — "Всем отпускать поровну!". Передние — нагло пытаются нахапать товара за себя, за соседа и за того парня. Кто-то — прется через служебный вход… Кто-то — через головы требует от продавца "отложить ему до вечера". Сущий паноптикум! А с виду, каждый по отдельности — адекватные современные люди.

— Угум… Короче, знайте — всё вами описанное, как раз и есть экстракт тех самых "взаимопомощи", "равенства" и "справедливости" по-деревенски. Заодно с их "духовностью"… Ощущаете высоту цивилизационного барьера?

— В смысле?

— Живая очередь — простейшая форма "горизонтальной самоорганизации". Ничем друг другу не обязанные люди, обычно молча (!), без скандала, насилия или ругани — определяют "порядок доступа" к дефицитному ресурсу. Замечу, очередь — древнее человечества. В самых страшных пустынях мира дикие звери (!), строго по очереди пьют воду из маленьких родничков… Хищники и травоядные, антилопы, гиены и шакалы… Никто никого не дерет когтями и не бьет копытами, пытаясь прорваться к воде первым. Все смирно ждут, когда утолит жажду стоящий впереди. Даже, если это — маленький ушастый ежик…

— Дайте сам догадаюсь, — каудильо поморщился, — "Вертикалы" в пустыне не выживают?

— Не только там. Смертельно опасные условия жизни формируют своеобразный психотип — самодостаточного "умника". Напротив, в обстановке "социальных гарантий", которые дает деревенская община, благоволят и потакают послушным и почтительным "дурачкам", а неудобных "умников" — травят. Обычно — всем "обчеством". Традиция "истребления выскочек" — древний и "священный" сельский обычай во всем мире.

— Хотите сказать — это связано с безобразным поведением "деревенских" в очередях?

— Напрямую! В армии — то же самое. Архетип поведения (усвоенный в раннем детстве) диктует, что блага распределяются "строго по старшинству" (статусу и рангу), но никак иначе. А в очереди (ужас!) — они достаются первому попавшемуся. И следом за ним — такому же. Несправедливо!

— Грубо нарушается интуитивно осознаваемая и нерушимая местная "табель о рангах"?

— Ага. У "вертикалов" — ништяками владеет "доминант". В идеале — он жалует их всем поровну. То есть — справедливо… Или — одаряет угодных, по своему произволу, который (внимание!) — тоже "справедливость". Прикиньте! Как что-то справедливо разделить вообще без учета "социальной" составляющей, без тайных и явных знаков "почтительности" и прочих ранговых переплясов? Равнодушная к социальному рангу стоящих "общая очередь", для "деревенского" мировоззрения — оскорбительна!

— Так… — каудильо нахмурился, — Из этого принципа — логично вытекает отрицание любого прогресса. "Доминантам" и так хорошо. Они уже "всегда и везде первые". Следовательно, какие угодно перемены, в любой области — им только во вред. А если — случился "полный караул" и край, как приперло? Тогда — всем погибать?

— Естественно! И гибнут. Дружно. Поскольку оперативно вправить "доминантам" мозги невозможно. Помогает только поголовное их истребление в критический момент, как в додинастическом Египте. Тогда, у их сменщиков — наблюдается временное просветление… Сравните оплаченные кровью древнеегипетские "поучения", когда "первым на Совете должен говорить самый младший" с привычным-традиционным для "патриархальной культуры" — "Не сметь перебивать старших! Яйца курицу не учат!". Русская цивилизация — молодая. Лаптем щи хлебаем…

— Странно, — уставился каудильо в голую дверку встроенного шкафа, — вроде бы XXI век на дворе, а у людей в головах, по сей день — творится черт знает что. Ну, и как это переломить?

— А никак! — злорадно отозвался говорящий ящик, — Галина не даст соврать. Пищевые поведенческие архетипы — самые долгоиграющие. Народ может сменить язык и веру, забыть свою родину и приспособиться к условиям далекой чужбины, но даже через тысячи лет — хранит характерные только для него "культурные глюки". Вроде "обычая" лезть своей немытой ложкой в чужую тарелку, при первой возможности — переть "без очереди" или "по головам", а разные "правила приличия" — демонстративно игнорировать. Лена и Галочка, вы обе такие умные — попробуйте объяснить взаимосвязь… Она простая.

Соколов дернулся, сел на диванчике прямо, до белых костяшек сдавил пальцами край многострадального стола и обвел окружающих ничего не видящим взглядом…

— Майор Логинов, руками, тягал мясо из общего котла… — почти прошептал он, четко выговаривая буквы, — Ему хотелось именно так…

— Немытыми… — дополнил селектор, — Можно подумать — не умел пользоваться ножом и вилкой. Именно так хотелось! Как иначе "делом выразить своё презрение" к штатским недочеловекам — гражданин бывший товарищ — не придумал…

— Логинов — москвич! — севшим голосом каудильо попытался опровергнуть ясный только ему с Ахинеевым факт.

— Коренной! — глумливо ответил динамик, — Раньше, когда ездил туда в командировки, вместо путеводителя пользовался местными старухами. Поднесешь бабульке сумку, порасспросишь "за жизнь" и попутно — получишь точную информацию о подходах к любому засекреченному объекту в данной местности, — тон голоса перешел в надтреснутый речитатив, — "Я ведь коренная москвичка — с 1949 года, приехала по комсомольскому набору…"

— Он наш, русский, — потерянно добавил гражданин начальник, — В советской школе учился… И родители…

— А возможно — и его дед с бабкой… — подвел итог, говорящий ящик, уже без ернического тона, — Вывод?

— Основные поведенческие стереотипы формируются у человека в возрасте до пяти лет, — очнулась Ленка.

— Дальше! — каудильо выпустил из захвата стол. Филологиня мотнула головой в мою сторону — продолжай. Легко!

— Основным "объектом для подражания" у детей в "патриархальной" семье — всегда является её глава. Самец-доминант! Самый авторитетный взрослый, навязывающий свою волю окружающим. Его светлый "образ" — запечатлевается в памяти на заре сознательной жизни и потом бессознательно копируется… Часто — из поколения в поколение… Советская школа — более семьдесяти лет, без преувеличения "силком", при неограниченной поддержке тоталитарного государства, свирепо вбивала в учащихся базовые правила бытовой гигиены, санитарии и защиты от микробов…

— Это — ничего не дало, — лязгнул селектор, — Поскольку к первому классу у деточек уже был прочный навык "как надо вести себя за столом". По образу и подобию "полновластного самца", на глазах у всей семьи жрущего лучшие куски, прямо из общего котла, руками… Обаяние его могучей харизмы — никакая школа, со старыми занудными училками, перебить не могла. Результаты — наблюдаем.

— Мне кажется, в реальности всё сложнее, — поморщился каудильо, — семьи-то разные.

— Конечно, сложнее! — покладисто согласился говорящий ящик, — Вспоминаем сельскую традиционную многодетность, когда "образцом для подражания" для малолеток — служат их собственные старшие братья и сестры, "авторитетные" знакомые во дворе и так далее… Можно добавить изрядный процент тех, кому вообще чужды любые авторитеты. В ком "внутренний бабуин" — рулит изначально… Мы сейчас обсуждаем совокупный итог — 90 % процентов современного населения, по типу социализации — являются "вертикалами". Более или менее дрессированными… "Деревенские" — дрессированы хуже. Но именно из них получаются лучшие "служаки", беспрекословно выполняющих любые приказы любой власти и почти неспособные к самоорганизации. Тому имеется масса примеров. От типичного поведения русских и советских офицеров "массовой армии образца ХХ века" в ситуации попадания во вражеское окружение (разбегаются), нравы в отечественных очередях (бестолково толпятся, хитрят или лезут по головам) и тому подобное. Лучше всего их ментальность описывает поговорка "В большой семье не щелкай клювом".

— Но, ведь должен быть хоть какой-то прогресс! — возмутился каудильо, — Полковник Смирнов, когда инспектирует кухню — руками из кастрюли куски не хватает… А за едой — пользуется столовыми приборами. Да что Смирнов… — даже старшина Варнаков, при всех его уголовных замашках — как бы не лучше меня вилку с ножом в руках держит!

От последних слов — Ленка переломилась пополам, скривилась, икнула, кашлянула, вцепилась зубами в кулак, легла грудью на стол и затряслась всем телом от беззвучного хохота…

— Что смешного я сказал? — озадачился Соколов.

— Безусловно, полковника Смирнов, — мягко начал Лев Абрамович, — выдрессировали в академии качественнее, чем совсем уже дикого майора Логинова. Потому, собственно, он и полковник. Вы — просто не в курсе этой истории… Помните, как мы открывали новую столовую в главном корпусе?

— Что-то там было… — задумался каудильо, — Что-то ему сильно не понравилось… То ли занавески из бывших пластиковых мешков на окнах, то ли похожее на "новогоднее" светодиодное освещение, то ли "музыкальное сопровождение"… А чем плоха музыка Гайдна? Стильно же вышло.

— "Стильно" — ещё слабо сказано! Грянул уже упомянутый "футурошок". У полковника, ага… Он ведь — явился в заведение "общепита", внутренне смирившись с волей руководства и готовый столоваться хоть "по-солдатски", хоть "по-крестьянски". С алюминиевой ложкой за голенищем! А там — у всех на столах салфетки, фарфор, хрусталь, мельхиоровые столовые приборы… как в дорогом ресторане… и Гайдн на закуску…

— И что такого? Готовились встречать президента… — не понял главный начальник, — Запасов посуды и салфеток хватит ещё на три таких экспедиции. Лучше бы нормальных бинтов запасли! Бумажки, вместо ваты или тканого перевязочного материала — сущая дрянь.

— Он не помнит… — прокомментировал говорящий ящик, — Узрев диссонанс великолепия обстановки и убогости рациона (грибные хлебцы, неясного происхождения мясо и квашенная черемша), Смирнов высказался афористично — "Гулять, так гулять! Одну на всех тарелку супа, салфетки и десять серебрянных ложек…"

— А что вы ему в ответ сказали, помните? — завхоз с удовольствием процитировал, — "Принимать пищу, любить женщин и умирать, при малейшей возможности — надо гордо и красиво!" Люди — услышали и запомнили…

— Стоило обращать внимание на подобную ерунду… Ну, оговорился человек, ради красного словца… Да и какие тут могут быть общие тарелки?

— Обыкновенные, — не принял шутливого тона завхоз, — Типа "общая лохань", как в свинарнике. В современной нам Московии, "ан масс" — примерно так и питаются. Надо лекции посещать. Смирнов, по поводу неизбежной "адаптации к местной культуре" уже не первый раз "оговаривается". У него пунктик… в любой обстановке — не цепляться за принципы, а "примыкать к большинству"… Вы не обратили внимание, а для Смирнова сама мысль, что наши "рядовые" и "работяги" будут каждый день лопать свои убогие пайки из "настоящих президентских сервизов" — потрясение основ мироздания…

— Повторяю, к сущей ерунде цепляетесь… — раздраженно перебил каудильо.

— Это — вовсе не ерунда! Где вас правилам застольного этикета учили? — наконец-то отсмеялась Ленка.

— На языковых курсах — был платный факультатив по хорошим манерам… Подумал — а вдруг, если взаправду загонят в Судан, мне придется неким образом вращаться в культурном обществе?

— Понятно! А старшину Варнакова — учила я. Здесь! После того как… Он — вам в рот глядит и если бы позволили — бегал бы за вами на четвереньках и в зубах поноску таскал… Ясно?

— Нет! — жестко рявкнул каудильо.

— На "гражданке" — Варнаков работал профессиональным убийцей, — ровно и буднично уточнила филологиня, — Как он сам выразился, "забойщиком бригады". Неудачно засветился… Попал "в разработку"… Решил "пару лет отсидеться в армии"… Вы с ним сами поговорите. Не пожалеете.

— В смысле… был килером? — слегка растерялся каудильо, — Вы серьезно?

— Если угодно — "мокрушником", — холодно улыбнулась Ленка, — Это старая феня. Вас, гражданин начальник, без малейшей задней мысли, поддерживают очень интересные люди. А поискать, у нас и другие полковники найдутся. С огромным боевым опытом… Если верить средневековым хроникам, нормальный Вольный Город — всегда начинается с того, что "сбежалось на пустое место толпа всякой сволочи"… Кому в феодальной "патриархальности" — дышать нечем… Примите, как данность.

— И причем здесь я? — попытался снизить градус пафоса Соколов, — Чем Смирнов хуже?

— Тем, что прекрасно владея ножом и вилкой — прется в общую столовую с ложкой за голенищем. Априори считая простых людей за быдло… но не сомневаясь в необходимости "затеряться в толпе" ради начальственных хотелок. Конформист. Деревня! Он и из общей миски хлебать согласится…

Каудильо почти привычно поймал взглядом мою скромную персону. М-м-да… Раз речь уж зашла о еде — мой выход.

— И чего вы все так прицепились к сельскому застольному этикету? Люди в деревне, ещё совсем недавно — были поголовно бедные, малокультурные… Как могли, так и питались.

— Удобно, па-та-му-чта! — пусть я повторяю чужие слова, но если граждане захотели знать горькую правду, — Достоверно судить о мыслях и морали конкретных людей имеет смысл только по их конкретным делам. Конечно, можно подвергнуть анализу неистребимую манеру "социков" всячески уклоняться от личной ответственности. "А что один я? Я — как все!" Можно вспомнить, что этот же признак — характерная черта мировоззрения "вертикалов", от лорда до раба. Хотя, там "отмазка" изящнее — "за преступления раба отвечает только его господин", как за собаку — отвечает хозяин. Очень неудобно. Социальные инстинкты, точнее "поведенческие архетипы" — вылезают в критических ситуациях. На войне, в драке, во время опасной работы. Вы наверняка сталкивались с мерзкой манерой деревенских нападать "толпой на одного" или их же "круговой порукой" при попытке потом отыскать виновника безобразия? Противно, опасно, а заранее угадать от кого чего ждать — не выходит вообще никак. На вид — люди как люди.

Соколов не ответил, его просто перекосило, как от зубной боли… Молча погонял желваки. Поднял взгляд…

— "Пищевые архетипы" в подобных случаях — идеальный маркер. Едят люди каждый день, а манера и культура еды — "зеркало характера". Не побоюсь сказать "коллективной морали" социума. Кто знаком с "пищевой этикой" уголовников?

— "На зоне" — правила простые, — откликнулся селектор, — Чисто мой руки и тарелки с ложками… Кипяти воду… Не ешь из чужой посуды… Общий "запрет по системе" совать в рот что-то упавшее на пол. Отличия от школьного курса гигиены — минимальные. "Зеки" — народ рациональный. Но таки да, за разные "колхозанские привычки" в отношении пищи — "на зоне" бьют! И больно бьют…

— Этика одиночек, — подтвердила Ленка, — В тюрьме и банде каждый 100 % отвечает за себя и вынужден считаться с тем, что у всех прочих тоже есть права, — она горько усмехнулась, на секунду-другую постарев вдвое, — Городская жизнь — тянет к себе изгоев и бродяг без рода-племени. Логично было ожидать, что манеры "горожан" (и бандитов) радикально отличаются от "патриархальных".

— Отчего, просто наблюдая как человек ведет себя за столом, — спрашивали всё же меня, — можно мно-о-ого узнать. Из едока, непроизвольно, лезет на свет "самая мякотка". Думаю, что Варнаков (и не только он один), внимательно присмотревшись, почуял в полковнике какую-то гниль…

— Даже скажу, какую! — тряхнула прической филологиня, — Пока начальство корчило из себя "культурных" в отрыве от коллектива — ему всё было по барабану… Помните эпопею с "барской столовой"? Когда мельхиор и хрусталь (вашими стараниями) оказались перед ним самим — парень не колебался ни минуты. Надо учиться жить красиво! И выучился…

— А питание всей семьей из одной общей миски — морально разлагает? — хмыкнул каудильо, — Чем? Если не заморачиваться насчет гигиены с санитарией — в чем-то даже умилительно…

— Жратва "из общего корыта" с самого нежного возраста, если вдуматься — важнейший элемент "вертикальной социализации". Калечит человека, делая его скотом, практически не способным к честным и равноправным отношениям. Не более и не менее. Она вбивает в голову детеныша рефлексы, делающие его "хорошо управляемым", но о самоорганизации — можно забыть. В равных себе кадр всегда будет видеть лишь конкурентов или "лохов", которых можно и обязательно надо как-то растолкать локтями, опередить, подставить, обмануть. Сам — никому на слово не поверит и ему — верить нельзя.

— Докажите!

— Вы только что сами сформулировали, — опять влезла Ленка, — "Если не заморачиваться антисанитарией — то "жизнь по-деревенски", в традициях патриархальной морали — просто умилительна!" Пару-тройку книжонок от Астафьева, Тендрякова и Распутина — я вам всё же подберу. Не глумления ради, а прочищения мозгов для. Моральные уроды, прости господи…

— Скорее лицемеры, — заступлюсь за отечественных прозаиков, — К началу ХХ века русская "община", это глубоко больной, на глазах гибнущий социум. Они прекрасно понимали — почему. Но, в рамках "сельской этики", называть вещи своими именами — нельзя. "Горькую правду в глаза" — говорить вообще нельзя. "Правды" (как и "истины") для носителей "патриархальной морали" вообще не существует! А если точнее — это то, "что знают всё". Причем, "все" — категория интересная. Не абы кто, а "уважаемые люди", которых все прочие — безоговорочно подчиняются, слушают и поддакивают…

— Потому, что "неуважительных с обчеством" — они сами (!) давным-давно выжили или убили… — буркнула филологиня, — У нормального члена "общины" — нет ни человеческих прав, ни чувства личного достоинства, ни собственного мнения. Каждый играет жестко заданную "роль". Словно куклы в музыкальной табакерке… Вам оно нравится?

— Трудно сказать, — уклонился от ответа Соколов.

— А людям выросшим в таком "жестком механическом мире", будь то средневековая деревня, армия, монастырь или замок феодала — нравится, — Ленка покосилась на меня, — Поскольку пациенты с детства уже "воспитаны общей миской".

— Причем, независимо от заслуг, все рассчитывают по прошествии лет гарантированно занять подобающее "уважаемым людям" место, — вот и я умудрилась вставить словечко, — Страдания наших "деревенщиков", как ни странно — полковнику Смирнову близки и понятны. Вам — нет. Попробуем аналогию. "Срочную" служили? Новобранец начинает жизнь в армии жалким "салагой" и заканчивает — почтенным "дембелем". Никакой демократии, никаких глупостей с правами человека. Механизм настроен жестко, а всех "несогласных" морально (и физически) уничтожает. Однако, отмучившись "своё", можно безнаказанно мучить других… Что почувствуют "дембеля", обнаружив, что ни безропотных "салаг", ни собственного увольнения в запас — больше нет?

— Вас послушать, индивидуальная тарелка — символ свободы и "знамя демократии", — устало съязвил каудильо, — В курной избе, у крепостного лапотника — допускаю. Но, среди лордов? Покажите фреску, где рыцари Круглого Стола "в круг" хлебают харчи из общей посуды. Есть же разница между быдлом и благородными людьми?

— Нету между ними разницы! — отфутболила реплику Ленка, — В этом и заключается главный соблазн рабства. Каждый раб, произволом владельца — может дослужиться до господина любого уровня. "Правила игры" — общие. "Доминант" — владелец всего сущего, живого и недвижимого. Своей властью — он распределяет любые ништяки. Главная его задача — как оформить "раздачу" так, что бы у подчиненных не возникло даже тени чувства собственного достоинства? Справитесь?

— Видел… В зоопарке… Служитель сует в обезьянью клетку тазик корма. Центровой бабуин — выбирает лучшие куски и отфутболивает тазик "электорату". Остальные обезьяны — мгновенно расхватывают содержимое… "Кто не успел — тот опоздал…" Как наперегонки работают ложками при питании из общей тарелки — что-то у классиков читал. Но рыцари?

— "Tarde venientibus ossa!" В переводе с латыни: "Опоздавшим — кости". Жидкая пища — еда простолюдинов. Благородные люди, на званых пирах, кушают мясо. Однако, принцип тот же — все куски на блюде, специально, — Ленка сделала паузу, — разные… Сочные и "мослы"… Большие и маленькие. Что бы участники трапезы — спешили, толкались, ругались. А кто замешкался или изображал неторопливость в пользовании хозяйской милостью (читай гордыню) — демонстративно пролетал. Ибо — "Жрите, что дают и быстро!"

— Угум… — поддержал спич завхоз, — Щепетильность, в форме уклонения от давки у кормушки — карается. Побрезговал? Не поскакал "на всех четырех" к раздаче? Теперь ходи голодным! Да, Галочка умеет подать "материал"…

Жить захочешь, ещё не так извернешься. За время вынужденно тесного общения с Львом Абрамовичем по кулинарным и близким к продовольственному обеспечению делам — устала удивляться его "житейскому нюху" и вниманию к совершенно неочевидным мелочам. Вот опять, на пустом месте, он обратил внимание на деталь существенным образом влияющую на моральный климат коллектива… В столовой нет очереди на раздаче. Как нет самой раздачи. Стандартные порции "сухомятины" просто выложены в общий доступ. И питьевой спирт… Баки с "горячим" — выставлены для самообслуживания посетителей, по принципу "шведского стола". Коммуна! Кажется, в болтовне наступил небольшой перерыв… Можно опять вставить словечко.

— Солидарное общество — это когда каждому гарантирована равная с другими порция. В случае же "общей миски", выгоду получает тот, кто дорвался до еды первым… или — кто быстрее машет ложкой. Зачем оно надо?

— Да понял я, — отмахнулся Соколов, — Кстати, и у нас в МЧС иногда встает вопрос о допустимости "пробы" из общего котла для повара во время готовки. Попадаются ухари, которые ныряют ложкой в кастрюлю на всех этапах варки, а "городские" (в вашей терминологии) — пробуют на конечной стадии и после каждой "пробы" ложку тщательно моют. Иногда — вообще не пробуют, готовят строго "по часам и весам". Прямо философия…

— Тут скорее этика! — запротестовала Ленка, — Наверное, из общей миски можно есть строго поровну, Но данный "этический компонент" — по сей день отделяет "ментальную деревенщину" от не менее "упоротых горожан".

— Цивилизационный барьер? — прищурился каудильо. Ох, я сейчас ему скажу…

— Именно! На пустом голом месте, после очередной "системной катастрофы" — всегда формируются два базовых типа общества. Условно — "патриархальное" (латинское слово "patria" — означает "семья") и "коммунистическое" (латинское слово "commune" — означает "содружество"). Первое — само собой возникает из семейных отношений, со строгой родительской иерархией. Второе — образуется в результате общественного договора между равными… Собрались взрослые люди, стали жить в одном месте. Добавлю, что вольно собраться могли лишь недобитые изгои без роду-племени. Потерявшие всё. Отчего отношения между ними — совершенно не семейные. В случае соратников Темучина (будущего Чингис-хана) это были бандиты, лишь позднее переименовавшие самих себя в "людей длинной воли". Отбросы тейповой морали! Кстати, семейные отношения Чингис-хан признавал, но абсолютно идеальными — не считал. "Коммунистический" принцип самоорганизации жизни ему был явно ближе. Нравится вам это или нет, но коммунизм — строй базирующийся на свободном объединении людей "с общей моралью". Кроме морали их ничто не связывает. А вот "патриархальное" общество сразу (!) повязано родством и прямо вытекающей из него иерархией (старшие, младшие, братья, сваты, ближние, дальние, примаки…). Что накладывает отпечаток. Человек в "патриархальной" системе ценностей — не значит ничего. Поэтому следующий шаг интеграции выглядит оригинально — семьи пытаются объединяться в "общину" (латинское слово "respublica" — как раз и означает "община"). Вольные Города (коммуны) и патриархальные деревни со строгой статусной системой внутри и замками лордов сверху (феодализм) возникают естественно и одновременно. Много раз, под разными именами и в разных районах мира. Но, коммунизм — общество изначально свободных, а феодализм — общество изначально зависимых. Никакой принципиальной разницы между лордами и сервами — нет. Единая иерархическая пирамида, где "младшие" в полной власти "старших" и никто не имеет личных прав. Поголовное рабство, так как рабы "высших категорий" — тоже имеют своих рабов. Естественно, что каждое из этих обществ пытается воспроизводить себя. Еда из "общей миски" — основополагающий ритуал "патриархальной семьи". Еда из отдельной посуды — обычная норма для коммуны. Не настолько в ней люди близки, что бы каждый день радостно хлебать соседские слюни. Тот и другой вариант питания — имеет важное воспитательное значение. Теоретически, сама по себе, ни еда из "общей миски", ни еда из отдельной посуды — чем-то предосудительным не является. Однако, застольный этикет — индикатор "типа социализации". Признак, отличающий "городского" (члена коммуны) от "деревенского" (члена "патриархальной" общины). Заодно провокация. "Селюк" частенько пытается "городскому" в тарелку смачно харкнуть — "шоб чистоплюй от народа не обособлялся"… А "городского", от одной картинки "патриархальной сельской трапезы из общей посуды" — в свою очередь искренне тянет блевать. Так понятно?

Раздражает, когда обсуждаемую тему приходится "жевать". Терпеть ненавижу! Хоть когда преподавала на семинарах для студентов-заочников (деньги не пахнут), хоть на совещаниях в более "высоких сферах". И тут…

— И всё?

— Желаете полный перечисления "духовных скреп" типичного "патриархального" общества? У писателей деревенщиков оно развернуто (хотя и иносказательно). Могу короче. Во-первых, каждый "крещеный общей лоханью" — инстинктивный манипулятор. Говорит одно, делает другое и думает третье… Кому-то "деревенская хитрость" может казаться умилительной. Однако, сами подумайте, есть ли смысл заводить дела с человеком который, по определению — недоговорноспособен и неблагодарен? Стоит ли поворачиваться к нему спиной? Во-вторых, для персон с "вертикальным" типом социализации (а иных "общая лохань" воспитать не может) — характерно полное безразличие к правам других людей. И это не "аморальность", как ныне принято считать. Это — тоже мораль! Попробуйте, на досуге, сами отыскать разницу между куртуазным "правом первой ночи" и вульгарным деревенским "снохачеством". Принцип-то един — "самые симпатичные самки, в первую очередь, принадлежат доминанту". Он древний, как сама аграрная цивилизация. Доминанту же — принадлежат жизнь и смерть всех домочадцев. И только попробуй вякнуть против… "Владение рабом или членом фамилии", согласно древнеримской юриспруденции (унаследованной Средневековьем) — это не "право", это "факт".

— Так это когда было… — протянул Соколов.

— Если у нас, то по историческим меркам — буквально вчера! — подключилась Ленка, — "Поднятую целину" — в школе проходили? Как на глазах у всей семьи Яков Лукич заморил голодом и жаждой собственную мать — помните? Это 30-е годы ХХ века, если чо… Дедушка полковника Смирнова — прямиком оттуда. Старательный провинциальный карьерист. В армии и спецслужбах — таких как он ценят и продвигают… Опора режима! Это для вас власть — не больше чем "инструмент" решения общественно важных задач. Попользовался, положил на место и вымыл руки с мылом… А "вертикальная" психология — постоянно пытается превратить власть в личный (в идеале наследуемый) "статусный символ", главный инструмент для беспощадного подавления неугодных.

— Галина? — каудильо, как всякий живой человек, не хочет верить в плохие новости… Или — "старости"? — В "Поднятой целине" действительно такое есть? Я в школе сочинения по хрестоматии писал… Не помню.

— Самое начало второго тома… Картинка с натуры… Читала разные социологические исследования. Сравнения нашего "дореволюционного", "довоенного" и "послевоенного" отечественного народного фольклора, на предмет отношения большинства населения к физическому насилию и чужой свободе. Всё печально. Для 90 % отечественного населения венец "патриархальной" житейской мудрости — "За битого двух небитых дают, да ещё и не берут" или "Я начальник — ты дурак". Власть доминанта — в "патриархальной" системе ценностей — абсолютная. Куда там жалким "божьим помазаникам". Шолохов просто напоминил то, о чем всего сто лет назад знали все — жизнь человека в "патриархальной" системе ценностей вещь эфемерная. Пока полезен — живи. Стал ненужен, бесполезен или вреден-опасен — извини. Никакого благородства и гуманизма. Старики, женщины и дети — идут "под молотки" первыми.

— Я процитирую, — чужим глуховатым голосом отозвалась Ленка, — Вам надо…

— "….Яков Лукич тяжело поднялся, снял с сундука небольшой замок, осторожно прошел в теплые сени и замкнул дверь горенки, где была его мать.

Старуха услышала шаги. Давным-давно она привыкла узнавать его по шагам…

Вот и теперь, заслышав его шаги, она спросила глуховатым, старушечьим голосом:

— Яша, это ты?

Сын не отозвался ей. Он постоял возле двери и вышел во двор, почему-то ускорив шаги. Сквозь дремоту старуха подумала: "Хорошего казака я родила и доброго хозяина, слава богу, вырастила! Все спят, а он на баз пошел, по хозяйству хлопочет". И горделивая материнская улыбка слегка тронула ее бесцветные, высохшие губы…

С этой ночи в доме стало плохо…

Старуха — немощная и бессильная — все же жила; она просила хоть кусочек хлеба, хоть глоток воды, и Яков Лукич, крадучись проходя по сенцам, слышал ее задавленный и почти немой шепот:

— Яшенька мой! Сыночек родимый! За что же?! Хучь воды-то дайте!

…В просторном курене все домашние избегали бывать. Семен с женой и дневали и ночевали во дворе, а жена Якова Лукича, если хозяйственная нужда заставляла ее бывать в доме, выходила, трясясь от рыданий. Но когда к концу вторых суток сели за стол ужинать и Яков Лукич после долгого безмолвия сказал: "Давайте пока это время переживем тут, в летней стряпке" — Семен вздрогнул всем телом, поднялся из-за стола, качнулся, как от толчка, и вышел…

…На четвертый день в доме стало тихо. Яков Лукич дрожащими пальцами снял замок, вместе с женой вошел в горенку, где когда-то жила его мать. Старуха лежала на полу около порога, и случайно забытая на лежанке еще с зимних времен старая кожаная рукавица была изжевана ее беззубыми деснами… А водой она, судя по всему, пробавлялась, находя ее на подоконнике, где сквозь прорезь ставни перепадал и легкий, почти незаметный для глаза и слуха дождь и, может быть, ложилась в это туманное лето роса…

Подруги покойницы обмыли ее сухонькое, сморщенное тело, обрядили, поплакали, но на похоронах не было человека, который плакал бы так горько и безутешно, как Яков Лукич…"

— Примерно так, — продолжила филологиня нормальным голосом, — выглядит на практике пресловутая "деревенская духовность"… Она по всему миру одинаковая, кстати… Фильм "Легенда о Нараяме" смотрели? И учтите, что если бы Яков Лукич принял решение убить другого (!) члена семьи — то старушка-мать точно так же восприняла бы это, как должное. Сидела бы за столом, пила и кушала, прислушиваясь, как рядом, запертый в комнате, мучительно помирает от голода и жажды живой человек. Родная кровь (!), что важно дополнительно подчеркнуть. Вовсе не чужак. В мировой культурологии, данная особенность "патриархальной морали" — подчеркивается специально. "Деревенским просто убить человека — мало, им обязательно надо — медленно замучить…"

— Есть такое дело, — поежился Лев Абрамович, — Попадались воспоминания про работу операторов немецких "душегубок". По инструкции — полагалось подавать в салон выхлопной газ (окись углерода) по чуть-чуть, что бы казнимые незаметно теряли сознания, но не пугались, не бесновались и не портили сиденья с обшивкой. Мало кто знает, что большинство "душегубок" — были "транспортом двойного назначения". Их в основном применяли для повседневной перевозки обычных людей… Так вот, замечено, что "сельские" по происхождению водители-эсэсовцы (в особенности, бывшие советские пленные с юго-запада СССР, украинцы и выходцы из казачьих районов) — соблюдали упомянутое правило четко. Выставляли минимальную подачу и потом — с интересом наблюдали за происходящим внутри, через окошечко кабины. Зато "городские", в нарушение любых инструкций (и наплевав на угрозу дисциплинарного взыскания) — сразу же давали "самый полный газ". Что бы "как можно быстрее закончить".

— Как замечал О'Генри — "Аграрии часто демонстрируют полное единодушие в зверском отношении к себе подобным", — подвел итог Соколов, — И полная покорность судьбе. Безблагодатно-с…

— Из чего следует, — прокашлял селектор, — что для подавляющего большинства людей, "свобода, равенство и братство" — были и до сих пор остаются пустым звуком. А уж если попытаться сформулировать сущность понятия "справедливость"… — динамик надсадно захрипел, — Я хоть и горожанин, но с деревенскими корнями. Приезжая в детстве к родне — не мог понять и принять принцип "быть как все"… то есть "не высовывайся". Деревенское "обчество", тщательно — "не таких" отслеживало… и карало. Избить пацана-горожанина силами деревенских пацанов… или выкосить ночью грядки огурцов у единственного в деревне деда решившегося их посадить… вломиться в дом к молодой одинокой бабенке для того чтобы не только изнасиловать, но и выпороть за страшную вину — "гуляла с командировочным", вместо траханья исключительно "со своими" — норма жизни. Делались исключения для председателя, агронома и ветеринара — они начальство. А начальство подобное принимало как должное. Разве справедливо работяге иметь заработок больший чем у его же руководителя? Даже, когда работяга работает по 16 часов в сутки, производя необходимейший сверх дефицитный продукт? Ему "больше всех надо" или он себя лучше других считает? Перебьется! Заработанное изъять и распределить среди более достойных! Причем, даже не в пользу руководства, а накинуть, например, "премию" заслуженной доярке 70-летнего возраста — типа, старость уважать надо! И пусть только попробует возразить… Со свету сживут! — новый приступ кашля, — Много позже я узнал главный принцип "артельного" труда — хороший работник, сделав свою норму, ждет работников поплоше. Попав на завод, увидел ту же систему — пусть со многими оговорками и допусками. "Обчество" — на страже равноправия (в смысле положенного шестка для каждого сверчка). Вплоть до снижения "расценок" для всего коллектива, при обнаружении таланта, способного превышать общие "нормы" в разы. Изобретатели и рационализаторы для подобного социума — враждебны. Зато принцип "вынь, боже, мне глаз, а соседу оба" рулит однозначно. Вот такой пережиток общинной психологии в психологии огромной страны. А Леночке огромное мерси, за цитатку… Могучая цитатка. Признаться, сам запамятовал. У вас она откуда? В школе ведь "Поднятую целину" — отменили?

— Аргумент… — неохотно откликнулась филологиня, — На литературном семинаре — пересеклась с Василием Беловым. Он там с юмором рассказывал, как они вместе с Шукшиным боролись против женского равноправия. И задала вопрос. Почему, среди "деревенщиков" — нет ни одной женщины? Ну, вы представляете… А он, мне не моргнув глазом, ответил — потому, что мы отлично помним, где бабье место. А вы, "городские" — это хотите забыть. И посоветовал читать Шолохова, как наследие классиков. Скотина…

Глава 43. Ноги на стол, господа офицеры!

На этот раз каудильо проняло. Выражаясь пошлым стилем позапрошлого века, "до самой глубины нутра"…

— Это… Народ! — он обвел собрание глазами, будто увидел в первый раз, — Чем мы тут вообще занимаемся?

— Реконструируем "психологический портрет" современного российского офицера, естественно, — изящно пожала плечами Ленка, — В конкретной привязке к личности вашего зама, полковника Смирнова. Решаем, чего от него следует ждать и отчего он вообще, последнее время, такой "энергичный и загадочный". Понравилось?

— Обалдеть! — выплюнул гражданин начальник, — Вылили, на разок оступившегося человека, тридцать три бочки дерьма и теперь довольны. Подумаешь — его воспитывал сельский дедушка… Подумаешь — провинциал…

— Вячеслав Андреевич, — ожил говорящий ящик, — Вот вы считаете, кандидатуру Смирнова, как начальника Проекта "Остров", утверждали на самом верху? Взвешивали его достоинства и недостатки на аптечных весах?

— Конечно, — не нашел что возразить Ахинееву каудильо, — Как говорили — добро дал сам министр обороны.

— И кто у нас, последнее время, министры обороны? При ком — прожженные предатели и карьеристы сумели сделать головокружительные карьеры? Вам ведь, всё готовенькое, буквально в рот положили! Реванш 1991 года — возник не на голом месте. Его корни, его главная "идея" — они там… В морально раздавленном "городской культурой", но ничего не понявшем, ничего не забывшем и ничего не простившем "патриархальном селе", затаившем лютую злобу на "сильно идейных". До сих пор, устами пресловутых "деревенщиков", люто тоскующем о "почтении к старшим и уважительности" (читай — ничем не ограниченном личном произволе доморощенных "патриархов"), рекламируется "возврат к истокам". Типа — "народ, айда назад, в родные пещеры"… Блин! Леночка, а моя информационная записка — у вас?

Филологиня нырнула рукой в нагрудный карман и выложила на стол перед Соколовым сложенную вчетверо бумажку. Тот, развернув и мимолетно взглянув — щелчком пальца отфутболил её в мою сторону… Хорошо, посмотрю… М-м-мдя! Ну, что тут сказать? Нету слов, одни слюни!

Ельцин Борис Николаевич. Президент России. Родился — 01.02.1931 года, в семье раскулаченного. Место рождения — село Бутка, Буткинского района Уральской области.

Грачев Павел Сергеевич. Первый министр обороны новой России. Родился — 27.12.1947 года. Место рождения — деревня Рвы Ленинского района Тульской области, в семье слесаря и доярки.

Родионов Игорь Николаевич. Второй министр обороны новой России. Родился — 01.12.1936 года. Место рождения — село Куракино Саратовской области, в семье потомственных крестьян.

Сергеев Игорь Дмитриевич. Третий министр обороны новой России. Родился — 20.04.1938 года. Место рождения — село Верхнее, Ворошиловградской (ныне Луганской) области Украинской ССР…

Однако… Яблочко от яблони, так сказать… Сроду о таких вещах не задумывалась. А вот народ — просек… И что?

— Про основы "деревенской морали" вам уже растолковали? — вкрадчиво осведомился говорящий ящик, — И что за упыри вырастают из таких вот "провинциальных карьеристов"? Кто за вас выводы делать будет?

— У меня, от ваших умозаключений — уже голова кругом… — совершенно по-детски пожаловался каудильо.

— Ладно, продолжу цитировать классиков военной мысли, — снизошел далекий Ахинеев, — "Из "деревенских" — выходят скверные солдаты и безинициативные боевые командиры, но очень хорошие службисты и каратели мирного времени…" Выше головы не прыгнешь! Советская армия, после войны — последний крупный "заповедник феодализма" в СССР. Клоака… Сначала — дерьмо там скопилось. Потом — почуяло вождя. Ельцин, по их "селюковским" понятиям — это же "настоящий мужик", природный доминант! А что пьет, как лошадь — так кто у нас не пьет? Поздравляю с обретением ценного кадра!

— С чем? — из Соколова словно выпустили воздух. То ли устал, то ли доканали мы его своими домыслами…

— Я… мы… — поправился невидимый оратор, — пытаемся вам дать полный разворот ситуации. Без "сахарных соплей"… и с рабочими рецептами, как в аналогичных случаях поступали добившиеся успеха. В 1918 году, взяв власть, большевики получили "в нагрузку" не народ, состоящий из ангелов, а вот такое… И честно работали… с тем, что есть 70 лет, пытаясь создать "общество аристократов". Это были великий труд и подвиг, но попутно — колоссальная трагедия. Разом "ломали через колено" больше ста миллионов взрослых (!), состоявшихся в какой-то степени людей. Из дикого феодализма Россию за советское время удалось выдернуть. Точнее выгнать. Однако, остались гнойники, в первую очередь армия, "органы", партия и "номенклатура". Аграрное общество формирует совершенно определенный тип людей "патриархальной морали". И воспроизводит его тысячи лет… Изменить данную мораль на некую другую — задача, сравнимая с Неолитической Революцией. Мы — живем как раз в такой период. "Интересное время", ага… Создаем общество с принципиально новой "продовольственной базой". Лично нам, ни сельское хозяйство (в его привычном виде), ни "крестьяне" — больше не нужны. Со всеми факта вытекающими из сего факта выводами. "Писатели-деревенщики" — почуяли "тенденцию" первыми… и взвыли. По человечески — оно понятно. С моральной точки зрения — ни чуточки не жалко. Ни их самих, ни их "деревенской морали". Только у нас — другая проблема. Плющит и таращит "господ россиянских офицеров". По сходной причине. Ни армия, ни государство, в том виде, как они привыкли и которые сложились за последние тысячелетия — нам совершенно ни к чему. Ни сейчас, ни в обозримом будущем… А Смирнов — он кто угодно, но только не дурак. Реакцию — наблюдаем…

— Аполитично рассуждаете! — подал голос Лев Абрамович, — Словно, прости господи, безродный космополит-марксист из позапрошлого века, которому ничто русское не дорого. Вот даже я, простой одесский еврей…

— Именно, — слегка ожил каудильо, — Должно быть на свете что-то святое? Родина, например… Смирнов — именует себя патриотом-державником. Так сказать — любит Россию в любом виде.

— Обижаешь, начальник! — откликнулся селектор, — Я не историк… Вообще, никаким боком… и даже не филолог… Но с японской историей, например, немного знаком. Так вот, можно сколько угодно ужасаться "свинцовым мерзостям" России, только почитав жизнеописания разных там Оду Нобунагу… или проделки персонажей типа Токугавы и его друзей… Пот ушанкой промокал, насколько крепко у них там был "вопрос поставлен"… После этакого чтения — история России, включая наиболее лютые времена (!), смотрится безобидными детскими комиксами про добродушных бородатых пацанов. Хотя, особого восторга — не вызывает… И желания целоваться в десны с современными "московитами" — тоже…

— О патриотизме — я отдельно скажу, — чуть поджала губы Ленка, — Он — особая тема.

— Я в обобщенном смысле, — чуть сдал назад Соколов, — Должна же быть у военных какая-то "великая цель"? Кроме жирной пенсии в 45 лет? Идея, настолько близкая и родная, что самый закоренелый в патриархальной дикости "селюк", — тут он поморщился, — ради неё — сиганет под танк с последней гранатой?

Ленка согнулась над столом, закусила кулак и, не произнося не звука — затряслась всем телом так, что в шкафчике, к которому она привалилась, начали тихонько звякать пробирки… Лев Абрамович неодобрительно на неё покосился, потом смерил каудильо особо многоопытным еврейским взглядом, глубоко вздохнул и отозвался:

— Молодой человек! Вы думаете, что у ментального гибрида Якова Лукича и барона Бертрана де Борна, вдруг завелось в душе что-то святое только потому, что к ему на плечи пришили полосатые картонки со звездочками? Поверьте слову уже довольно пожилого химика — с такими, это не может быть от слова никогда… И сдается мне, что на доказательство вам этой "теоремы", мы зря истратили совершенно чудесную зимнюю ночь. "Русский офицер мирного времени" — это не профессия, а диагноз…

— Галина? — снова мой выход…

— Видите ли… — очень трудно словами объяснять вещи, которые сама понимаю скорее интуитивно, — Идеи, за которую от чистой души, отдаст свою жизнь человекообразный "доминант" — не существует в природе. Нет такой опции в программе! И личную инициативу, и готовность нести личную ответственность из "селюка-карьериста" выбивают в далеком голожопом детстве. Отчего потом они так успешны… Заметных административных высот в "системе" — достигают самые искусные манипуляторы, но никак не герои и не энтузиасты… Просто любой "офицер мирного времени", по своей социальной роли — назначен "изображать героя". Ну, так оно во всех пособиях по прикладной психологии написано… В реальности, от любой опасности для себя — "селюк" яростно уклоняется. Вспоминаем сталинский приказ номер 270 и шок, который он вызвал… Какая ещё моральная ответственность? Вопль "Я — ни в чем не виноват! Я только выполнял приказы… У меня подчиненные есть, вот они — обязаны…" — обыденная реальность. В то же время имеются вещи, за которые такой "офицер" готов убить… или послать на смерть других… Это — личная власть, почести и безнаказанность…

— Bertran de Born, — подняла голову Ленка, — жил в разгар эпохи Крестовых Походов, Всю жизнь воспевал "рыцарскую" доблесть, подвиги и сражения. Но сам в Крестовом Походе — не был ни разу. Ещё он прославлял честь и верность, но изменял своим покровителям при каждом удобном случае, а затем снова втирался в доверие… Средневековая "рыцарская этика" — фальшива и ненатуральна, как любительская театральная постановка. Включая отношения "лордов" с высшими "доминантами" и богом… Фокус, когда перед самой смертью феодала (всю жизнь грабившего и убивавшего), наспех "постригают в монахи" и облачают в рясу — прелестный образчик такой "деревенской хитрости". Бога (вездесущего и всеведающего!), оказывается, совсем нетрудно обмануть простым переодеванием! А монахам — прощаются все грехи "мирской" жизни и автоматически даруется царство небесное… Думаете, Яков Лукич просто так, от плохого воспитания, заморил свою же родную мать голодом и жаждой? Мог бы быстро задушить подушкой… Мужик бывалый, воевавший, рука бы не дрогнула. Он ведь — тоже хотел обмануть бога! По деревенски… "А я тут — не при чем… А я — слова грубого не сказал, пальцем её не тронул. Она — сама умерла, вот!" Христиане, обнять и плакать… У полковника Смирнова, в послужном списке, три эпизода "измены Присяге" и два эпизода "измены Родине"… На что вы надеетесь?

— Хоть что-то позитивное я сегодня услышу? — тяжело вздохнул каудильо, с надеждой повернувшись ко мне… Зря! Я могу только дополнить… Например — рассказать, как "богобоязненные православные казаки", сто лет назад, ударно разворовывали стройматериалы для своего же войскового собора в Новочеркасске… Скорее всего, не забывая креститься и посещать церковные службы.

— Попробуйте глянуть на ситуацию отстраненно… Всё повторяется! В прошлом веке — "селяне", воспользовавшись голодом и разрухой Гражданской войны, построили "коммунизм для себя". От бедности — кривой, косой и придурковатый. Но, на фоне "города" — более-менее жизнеспособный. Собственно говоря, тогда, устремления "сельского" и "городского" населения страны — отразили друг друга, словно в кривом зеркале. Сперва "город" грабил деревню войной, реквизициями и вооруженными продотрядами. Потом — "ножницами цен"… А "деревня" — грабила "город" якобы "мирной" спекуляцией продуктами питания. "Мирной" — она была в кавычках. Рядом-то — маячила голодная смерть. Не менее реальная, чем боевое оружие в руках "городских заготовителей", вычищающих деревенские амбары. И каждая сторона — считала себя "правой", стремясь силой навязать свою "хитрую правду" оппонентам…

— У каждого человека — своя собственная правда… — поддакнул завхоз. В чем беда…

— Вечно нищее, вечно голодное и одетое в лохмотья русское село, с 1918 по 1928 год — оказалось сильнее "города". Просто потому, что могло обойтись без городских товаров (которые тупо перестали производить). Потому, что реально без них обошлось. Домотканой одеждой, самодельной посудой, кустарной ковкой и прочим рукодельем. Едва завершилась Гражданская Война (внешней угрозой спаявшая непрочный союз рабочих и крестьян), как "деревня" посчитала "город" вообще лишним на этой земле, не видя ничего трагического даже в его возможной гибели. Пример "солидарности трудящихся" — в полный рост… Для средневековых народных восстаний, кстати — крайне характерный… Под шумок борьбы с угнетением, "город" и "деревня" пытались унасекомить друг друга с незапамятных времен… Однако, наш "город", в начале 20-х годов — выжил. Трудно, но взял верх… И тогда "селюки" — сами устремилась из родных мест, с простодушным намерением "хорошо устроиться". Любой ценой "примкнуть к очередным победителям". Вот вам и вся "деревенская мораль". Наступают немцы — перебегаем к немцам… Наступают "белые" — перебегаем к "белым"… Наступают "красные" — перебегаем к "красным"… Опять наступают "немцы" — снова перебегаем к ним. Патриоты собственного брюха, в каком-то смысле — "тоже почти патриоты". Лишь бы прибиться к "теплому месту и непыльной работе".

— "Безыдейность" — как принцип жизни?

— Во времена Французской Революции данный тип людей звали "болото". Расчитывать на какие-то их "моральные принципы" — глупо. Но полезно использовать — вполне… Наполеон, например — смог… И "большевики" тоже смогли… и потом нацисты с националистами… А вот Троцкий — не смог.

— Есть какой-то секрет?

— Ага! — заговорщически ухмыльнулась Ленка, — Все великие революционеры, стремясь к идеалам — наступают на одни и те же грабли… Меряют людей "по себе". Насильно тащат "к добру и свету" широкие массы обывателей, которых от разговоров о "высоких материях" клонит ко сну. Нет бы, для начала, поинтересоваться у "наличного электората" — а чего вам, ребята, самим-то хочется? И по итогам — хоть чуть-чуть откорректировать свои "великие" планы в сторону реальности. А потом дико удивляются, обнаружив, что пока они геройствовали "болото" — везде пролезло, заняло видные посты и уже само диктует недавним пламенным революционерам "правильную политику". А кто уперся — убивает…

— Первый маршал Франции — пример редчайшего исключения?

— Не очень, но в принципе — да… Сравнимых по масштабу гениев, сумевших подмять и использовать "болото" в своих интересах, в мировой истории — можно пересчитать по пальцам. Трое из них, Ленин, Сталин и Гитлер — жили в ХХ веке. Начнем по порядку. Вы вот сказали, что Смирнов — "патриот"… А что оно за зверь такой?

— Ну… — чуть замялся каудильо, — Я тут общался… Сам-то полковник, определенно считает себя "имперцем", служащим великой и могучей державе. Думаю, что "патриот" с "имперцем", в его понимании — приблизительно синонимы… Когда произносим "Родина" — подразумеваем "Империя"…

— Надо же! — Ленка иронически подняла бровь, — А во всех словарях, "империя" — это не страна, а "форма правления". По простому — военная диктатура. Политический режим, при котором страной рулит армейская кодла. "Гориллы в погонах", словно в зачуханных "банановых республиках" Латинской Америки. "Император", в исходном латинском значении, лишь "военный вождь", под предлогом войны получивший всю полноту власти. Всё! Короче, "имперец" — синоним не "патриота", а "фашиста". Деятель, ведущий себя в своей стране, как иностранный оккупант. Собственно, в Древнем Риме — так и формулировали. "Империя" — не более чем организация особого режима вооруженного правления, надежно обеспечивающая "внутреннюю оккупацию". Добро пожаловать в концлагерь…

Повисла неловкая тишина… В вопросах языкознания, филологине — палец в рот не клади. Это не её родной кулак — сразу откусит по локоть! Напрасно гражданин начальник ступил на зыбкую почву идеологии…

— "Патриотизм", — снизошла она до объяснения, — слово греческое. В буквальном смысле означает "любовь к родным местам". Деревне или полису. Месту, где человек родился и вырос. Не более! Если ребеночка в нежном возрасте возили с места на место, то "патриот" из него никак не вырастает. На этом месте — у него "дырка" в мозгах… Природа протестует! Отчего, людям "кочевых профессий", причем не только в древнем мире, а и ещё относительно недавно в Европе с Америкой — отказывали в гражданских правах, как "апатридам". Читай, подозрительным типам, лишенным "чувства Родины"… Точно зная, что ни под какой танк они "за Родину" — с гранатой прыгать не станут… а с поля боя — сбегут первыми… Внутренняя мотивация воевать за "родную страну" — вообще отсутствует.

— Легко догадаться, что человек, которого всё детство протаскали то в Москву, то к деду в провинцию, то по местам отцовской службы, — ожил селектор, — "патриотом" в древнегреческом смысле — тоже быть не может. Там, как в песне — "Мой адрес не дом и не улица, мой адрес Советский Союз". Поощряя "офицерские династии" — власти СССР сами отдали руководство советской армией в руки потомственных "апатридов"… Что характерно — с "деревенским менталитетом". Ловким провинциальным карьеристам "мирного времени". По сходной причине, в своё время, заживо морально сгнил Древний Рим.

— Поддерживаю! Именно в Древнем Риме, времен "поздней Республики", обнаружили, что его армия сохраняет верность не "народу Рима" (как можно было предполагать), и даже не Республике, а только своим собственным вождям и "военному сословию". Вот за "вождя", по латыни "императора"