КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 405323 томов
Объем библиотеки - 535 Гб.
Всего авторов - 146574
Пользователей - 92117

Последние комментарии

Загрузка...

Впечатления

DXBCKT про Дрейк: Поход (Боевая фантастика)

Когда-то «давным давно...» у меня уже была эта книга — поэтому увидев ее на распродаже, я ее тут же (по случаю) приобрел... Т.к «знаменитую черную серию» я пока отложил — решил наконец-то обновить свои ранние впечатления конкретно и о данном произведении...

Берусь спорить что кому-то эта книга покажется весьма прямолинейной — мол, ну о чем тут говорить? Очередная хроника о путешествии из пункта «А» в пункт «Б», с описанием «сопутствующих приключений»... Все так... но (все же) считаю (субъективное мнение) что тут скрыты и иные: более широкие толкования...
С одной стороны — группа наемников (сплоченная целью и лидером) готова идти буквально по трупам … любого кто (вольно или невольно) встанет у них на пути. Надо убрать погранцов (мешающих маршруту) — заразим смертельной пандемией их корабль и (заодно) всю планету... Надо утихомирить «тупых аборигенов» - устроим им кастрацию (в буквальном смысле)... Надо сменить власть на одной из планет — перебьем кучу гвардии, полиции и … мирных жителей (до этой самой «кучи»). Надо... в общем вы поняли.

С другой стороны — все это делается опять же «во благо»... Есть своя мотивация и «своя правда»... да и «оппоненты» тут отнюдь не так «чисты и белы»... Значит что? Цель оправдывает средства?

Самое забавное — что (в течение всей книги) решается вопрос: а как бы героине (наследнице дома) завоевать «свое место под солнцем» (ради чего собственно и затевалось это путешествие). Однако «после благополучного финала» (и убийства кучи родственников) героиня понимает что «воспользоваться плодами победы будет как-то некомильфо»... после чего и покидает планету под чужим именем. Нет — понятно что «она показала себя» и «в будущем» уже никто не осмелиться с ней не считаться... но она (уже видимо) поняла что столь высокое место ей в принципе особо и не нужно... И да! Потом героиня конечно может вернуться... но остался неотвеченным вопрос — а ради чего собственно и был этот «сыр бор и смертоубийства? Ведь «то что действительно ей было нужно» - всегда находилось с ней))

P.S Да и совсем забыл сказать что я (лично) по прочтении книги (не прочитав я резюме самого автора) не усмотрел бы никаких «аналогий» - с «замшелой истории из жанра греческой мифологии» о аГронавтах... (тьфу ты!) о АРГОнавтах))

P.S.S Так же немного позабавило «устаревшее преставление» (в стиле Р.Бредберри) о межзвездном карабле — как о ракете гиганского размера (взлетающей с земли прямо в космос и обратно)... Хотя... хрен его знает «как оно будет» на самом деле))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
PhilippS про Калашников: Снежок (СИ) (Фанфик)

Фанфик на даже ленивыми затоптаную тему. Меня не привлекло.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ZYRA про серию Александр Агренев

Читывал я сие творение. Поддерживаю всех коментаторов по поводу разводилова в четвертой части. Общее мое мнение на писанину таково: ГГ какой-то лубочнокартонный, сотканный весь из порядочно засаленных и затасканных штампов. Обязательное владение рукомашеством и дрыгоножеством. Буквально сочащееся презрение к окружающим персоналиям, не иначе, как кто-то заметил, личные комплексы автора дали о себе знать. В целом, все достаточно наивно, особенно по части накопления капиталов. Воровство в заграничных банках, скорей всего по мнению автора, оправдывает ГГ. Подумаешь, воровство, это ж за границей! Там можно, даже нужно. Надо заметить, что поведение нынешнего руководства россии, оставило заметный след на произведении автора. Отравление в Англии Сергея Скрипаля с дочерью и Александра Литвиненко, в реальной истории, забавно перекликается с отравлениями и убийствами различных конкурентов ГГ на западе в книге. Ничего личного, это же бизнес, не правда ли? И учителя хорошие, то есть пример для подражания достойный. Про пятую часть ничего сказать не могу. Вернее могу - не осилил. В целом, устал вычитывать буквенные транскрипции различных звуков. Это отдельная песня претендующая на выпуск отдельного приложения, ну как сноски в конце каждой книги. Всякие "р-рдаум!", "схыщ!", "грлк!" и "быдыщ!" просто достали. Резюмируя вышесказанное - прочитать один раз и забыть. И то, только первые три книги. Четвертую и пятую можно не читать.

Рейтинг: -2 ( 1 за, 3 против).
nga_rang про Штефан: История перед великой историей (СИ) (Боевая фантастика)

Кровь из глаз и вывих мозга. Это или стёб или недосмотр психиатров.

Рейтинг: -1 ( 2 за, 3 против).
Serg55 про Аист: Школа боевой магии (тетралогия) (Боевая фантастика)

осталось ощущение незаконченности. а так вполне прилично, если не считать что ГГ очень часто и много кушает...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Конторович: Черный снег. Выстрел в будущее (О войне)

Пятая книга данной СИ... По прочтении данной части поймал себя на мысли — что надо бы взять перерыв... и пойти почитать пока что-нибудь другое... Не потому что данная СИ «поднадоела»... а просто что бы «со свежими силами» взяться за ее продолжение...

Как я уже говорил — пятая часть является (по сути) «частью блока» (дилогии, сезона и т.п) к предыдущей (четвертой) и фактически является ее продолжением (в части описаний событий переноса «уже целого тов.Котова — в это «негостеприимное времечко»). По крайней мере (я лично) понял что все «хроники об очередной реинкарнации» (явлении ГГ в прошлое) представленны здесь по 2-м томам (не считая самой первой по хронологии: Манзырев — 1-я «Черные Бушлаты», Леонов — 2-3 «Черная пехота» «Черная смерть», Котов — 4-5 «Черные купола», «Черный снег» ).

Самые понравившиеся мне части (субъективно) это 1-я и 3-я части. Все остальное при разных обстоятельствах и интригах в принципе «ожидаемо», однако несмотря на такую «однообразность» — желания «закрыть книгу» по неоднократному прочтению всей СИ так и не возникало. Конкретно эта часть продолжает «уже поднадоевший бег в сторону тыла», с непременным «убиВством арийских … как там в слогане нынче: они же дети»)). Прибывшие на передовую «представители главка» (дабы обеспечить доставку долгожданной «попаданческой тушки») — в очередной раз получают.... Хм... даже и не «хладный труп героя» (как в прошлых частях), а вообще ничего...

Данная часть фактически (вроде бы как) завершает сюжет повествования «всей линейки», финалом... который не очень понятен (по крайней мере для того — кто не читал «дальше»). В ходе череды побед и поражений из которых ГГ «в любой ипостаси» все таки выкручивался, на сей раз он (т.е ГГ) внезапно признан... безвести пропавшим...

Добросовестный читатель добравшийся таки до данного финала (небось) уже «рвет и мечет» и задается единственно правильным вопросом: «... и для чего я это все читал?». И хоть ГГ за все время повествования уничтожил «куеву тучу вражин» — хоть какого-то либо значимого «эффекта для будуСчего» (по сравнению с Р.И) это так и не принесло (если вообще учесть что «эти вселенные не параллельны»... Хотя опять же во 2-й части «дядя Саша» обнаружил таки заныканные «трофейные стволы» в схроне уже в будущем...?). В общем — не совсем понятно...

Домой не вернулся — это раз! Линию фронта так и не перешел — это два! С тов.Барсовой (о которой многие уже наверно (успели позабыть) так и не встретился — это три... Есть конечно еще и 4-ре и 5... (но это пожалуй будет все же главным).

Однако еще большую сумятицу в сознанье читателя привнесет … следующий том (если он его все-таки откроет))

P.S опять «ворчу по привычке» — но сам-то, сам-то... в очередной раз читаю и собираю тома «вживую»)

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
lionby про Корчевский: Спецназ всегда Спецназ (Боевая фантастика)

Такое ощущение что читаешь о приключениях терминатора.
Всё получается, препятствий нет, всё может и всё умеет.
Какое-то героическое фентези.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
загрузка...

«А я сойду по ягоду в Боярах…» (fb2)

- «А я сойду по ягоду в Боярах…» (а.с. Стихи, поэмы) 142 Кб, 5с. (скачать fb2) - Ирина Васильевна Каренина

Настройки текста:



Ирина Каренина «А Я СОЙДУ ПО ЯГОДУ В БОЯРАХ…»

* * *
Когда в дорогу этакие ливни,
Вода потоком в окнах электрички,
То, по примете, будет путь неплох,
И этот дождь несёт тебе удачу.
Деревню за деревней ты минуешь —
Лоси, Пролески, Вязынка, Дубравы,
И клёкотом недремлющих старух
Твоя сопровождается дорога
Под мерное дрожание колёс:
«А я сойду по ягоду в Боярах —
Бог даст, и распогодится, но лишь
Грозой бы не побило весь черничник».
И тропкой бабка, углубляясь в лес,
Тихонько тянет сумку на колёсах,
В ней три картошки, молоко и хлеб:
«Как минуло мне девяносто два,
Так стало тяжко вдруг ходить с корзиной…»

* * *
Снятся собственные страхи
В безобразной простоте —
Нет, не головы на плахе,
Нет, не тело на кресте,
Нет, не то, и нет — не это,
Не крюки, не пистолеты,
Не двуногое зверьё,
Не успение моё.
А — протянутые руки
Да обыденные муки,
Что ни другу, ни врагу
Пожелать я не могу.

* * *

Андрею Дмитриеву

Мы выйдем живыми из этих плохих историй —
И сердце, как ни старайся, не разорвётся,
Но прошлое станет прошлым, и этой болью
Наполнятся заброшенные колодцы.
Мы выйдем живыми в поле, где каждый воин,
Где зубы дракона взросли и несметно горе.
Мы держимся на последних остатках воли,
Мы жили в обиде — так хоть не сдыхать в позоре.
Не праздновать труса — но прорываться с боем,
Не падать всё ниже, а пасть на полях сражений.
Погибшим или живым — но уйти героем,
Не знающим окончательных поражений.

* * *
Кто в мире бесконечно одинок?
Ночной курильщик, вышедший из дома,
Не чующий ни времени, ни ног.
Дыхание — легко и невесомо.
Слова темны, а истина — во лжи.
И мир не тот — на что ж мы уповали?
За домом лес. А там — чужая жизнь.
Чужая жизнь. Тебя в неё — не звали.

* * *
Тирлибом-чилибом, что тебе от меня, мой друг?
В невозможной этой, скрюченной пустоте
Я глотаю слова и буквы, и замкнут круг,
Выдыхаю стихи, а они всё не те, не те…
Ах, нелепая хохмочка — жизнь, бестолковый фарс,
Что ты значишь вот в этом мире, где, глянь-поглянь,
Чертят огненный путь «Томагавки», «Ынха» и «Ярс»,
Как столкнутся клювами — выйдет не мир, а дрянь.
Что тебе моё белое перышко в голове,
Неуместная роль, запоздалый и грустный свет,
Лебединые косточки в вышитом рукаве —
Всё вот это, что есть у меня, а у прочих нет.

* * *
Не будем про дурно и грязно,
А будем про, скажем, кино —
Почти что смешно, безопасно
Почти что, и даже умно.
Какие бы ни были годы,
А беды остались всё те —
Не надо про трудные роды,
Про бедность, про жизнь на черте,
Про вечную пляску на грани,
Которой не видно, когда
Стоишь, поливая герани,
Из леечки льётся вода,
И музыка тихо играет,
Сюжетец кружит не спеша,
И медленно так умирает
Твоя золотая душа.

* * *
В существовании бездарном,
Где каждый день наперекос,
Позором площади базарной
Порой надышишься до слёз:
Чужим измученным уродством,
И балаганной дурнотой,
И воровством, и сумасбродством,
Беды бессмыслицей простой.

* * *
Что тебе, Микки, зачем эти странные письма?
Дымный английский, за окнами лес неимущий,
Дождь и туманы раскинулись над Беларусью,
Сердце почти что остыло, и холодно в доме.
Что тебе, бедный бродячий americanenglish?
В ваших краях двух шагов не пройдёшь без машины,
Мне, пешеходке, что делать в твоём roadmovie?
В кабриолете, в котором катался бы Гэтсби,
Если б был жив… Только кончено, кончено, умер.
Ты говоришь мне про пальмы, жару, чапарели —
Вижу за окнами лес под косыми дождями,
Кутаюсь в шарфы и пледы, лелею простуду.
Так далеко, что вовеки руки не коснёшься…
Что я могу? Провожать поезда, самолёты,
Всех уходящих, взлетающих в небо и к Богу,
Кто возвращается, кто никогда не вернётся,
Кто ожидает меня на промозглых перронах.
Ты говоришь — «Малибу», только я не умею
Жить, как в кино… нет, я просто из старого фильма,
Очень советского, где чёрно-белая плёнка,
Голод, война и упрямо сведённые брови.

* * *
На 90-е в обиде,
Мы все хлебнули кабака —
И тосковали, как Овидий,
Без Родины и коньяка.
Нам бацали музло за деньги —
«Централ» и «Мурку», сколько хошь,
Мы допивались помаленьку
И шли на ветер и на нож.
Нас — Бог сберёг, судьба дурная,
Но щедрая нипочему,
А вы, кого люблю и знаю,
Навеки канули во тьму.
А вы, кто нынче немы, глухи,
Кто кровью заплатил за стих…
По вам заплачут потаскухи —
Из тех, кто всё ещё в живых.

* * *
В клоповник у универмага,
Где я давно уж не бываю,
Неспешным и вальяжным шагом
Идёт поэтка молодая,
Возьмёт сто пятьдесят «Собески»
И собеседника любого —
И станет задвигать про фрески,
Про джаз, про друга голубого:
Он меряет её корсеты,
А ей так жаль его, бедняжку!..
У ней кольцо в пупке, пуссеты
В ушах и юбочка в обтяжку,
Она одета пышно, бедно,
Глазами рыщет наудачу —
Таким и умирать не вредно,
Ведь всё равно по ним не плачут.
А мы… Что мы? Мы жили-были
В пути от гастронома к дому.
И как-то по-другому пили.
И гибли тоже по-другому.

* * *
…А музыка — зелёненький цветок
На белом шёлке, парусное платье,
Не парусина, нет, но шепоток,
Но шелкопряд, но нежное объятье
Летучих нитей, прячущих крыла:
Чтоб в коконе душа созреть могла.
…Ах, камушки, ах, бисеринки, ах,
Игра с водой, текучий, струнный рокот,
Крылатый всплеск и мотыльковый взмах,
И горловой, кровавый, нежный клёкот —
Что в нас трепещет, чем взрастаем мы,
Какою песней слышимся из тьмы,
Какой мелодией взлетаем к свету?
Да будет скорбь, я нынче говорю —
И музыку печальную творю.
Да будет скорбь — для нас иного нету.
И расцветают чёрные цветы,
Гранат и мак растут из темноты.

* * *
…Потому что мне теперь всё равно,
Я сама себе теперь золотой,
Я костяшка — ноль плюс ноль — в домино,
Кубик Рубика, игрок с пустотой.
Мне везде — эгалите, либерте,
И любовь твоя мне не приговор,
Потому что я не пойман — не вор,
Потому что папа мой — Прометей.
Золотой я — не прошу ни рубля,
Только всякую динь-динь-дребедень,
Потому что жизнь моя — дзинь-ля-ля,
Шерри-бренди моя жизнь, трень да брень.


Morituri
Нам больно жить и страшно умирать.
Октябрь палачом стоит и дышит
В затылок, продолжается игра
В слова, стихи, страницы вечных книжек —
Не нами ли написаны они?
А? Желчью, кровью, муторным несчастьем…
Истерзанные пасмурные дни
Идут в расход и рвут тебя на части,
И ты скулишь — не гений, не пророк,
Поэт безлюдных улиц, доходяга,
Выбрасывая горсти жалких строк
На белую и мёртвую бумагу:
Чем — кровью, желчью, ревностью, бедой
Октябрьской — ты их вывел, приневолил?
Когда стоял, бессмертный, молодой,
Ещё живой и плачущий от боли…

* * *
Что мы знаем? Попытку молитвы и стихотворства,
Заугольный портвейн, оттого что душа болит,
Повседневный угар — где мальчишество, где позёрство:
Наигрался — умри, и другой твой путь повторит.
И как ни было б стыдно за жизнь кое-как, халтуру,
Всё одно — полетишь наверх легче мыльного пузыря.
И простятся тебе твои игры в литературу,
И простится им — всем — твоя кровь, пролитая зря.

* * *
Ни меча между нами, ни мужа — вообще ничего,
Только что тебе чёрные-рыжие, с проседью, косы?
Это годы и беды сгущаются над головой —
Что тебе говорить, и какие к тебе-то вопросы?!
И цветы на подушках под утро в солёной росе,
И в груди, что стучало, стихает, почти каменея.
Уходите вы все, говорю, отпустите вы все —
И ты тоже иди, к той, другой, чёрт с тобой, да и с нею…
Ожидание сводит с ума, и дарёный коньяк
Неудачен, как часто бывают такие презенты.
Мимо — эта весна, я желаю вам всяческих благ,
Уходите, оставьте, какие ещё сантименты,
Вспоминалки, шпаргалки, пластинка заезжена в хлам,
Что-то в сердце хрипит — и игла подскочила, и снова:
Besame, besame… что там дальше — неведомо нам,
Не слыхать остального.
Минск