КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 457757 томов
Объем библиотеки - 658 Гб.
Всего авторов - 214720
Пользователей - 100470

Впечатления

Stribog73 про Народное творчество: Анекдоты о ПОЦриотизме (Анекдоты)

Сборник посвящается всем ПОЦриотам - с голой жопой, но с ядерной ракетой.
Гордитесь ТАКИМ государством.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Stribog73 про Народное творчество: Анекдоты про Путина. 2-е издание (Анекдоты)

Я восхищаюсь Путиным - человек смог за 15 лет украсть в 50 раз больше, чем вся семья Трампов заработала за 3 поколения!
Дональд Трамп

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
pva2408 про Народное творчество: Анекдоты про Путина (Анекдоты)

Вообще то, это вроде про ЕБНа был, попадался он мне ещё в 90-х

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Vsevishniy про Народное творчество: Анекдоты про Путина (Анекдоты)

Говорит Путин Медведеву:
- Что ты, Димон, совсем ботаником стоп, твиттеры всякие ай-поды... Пойдем нормально в бар, напьемся, девочек снимем потом потрахаемся хорошенько...
Медведев:
- Что прям при девках?

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
ANSI про Жуковски: Эта необычная Польша (Биографии и Мемуары)

а нефиг выходить замуж за иносранцев! знают же, что у них всё не так, но всё равно лезут ((

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Stribog73 про Народное творчество: Анекдоты про Путина (Анекдоты)

2-е издание готово!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).

Оружейники (fb2)

- Оружейники (а.с. За-Отражение-1) 1.09 Мб, 303с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Ярослав Васильев

Настройки текста:




Ярослав Васильев Оружейники

Зеркало первое Когда часы двенадцать бьют

Тёна медленно брела по пустой улице, не понимая, куда идёт и зачем. Кажется, в сторону дома? Набившийся за голенища снег растаял, в сапогах ощутимо хлюпало, но девушка ничего не замечала. Ныла ушибленная коленка, саднили синяки и царапина на щеке, болели рёбра. Всё остальное: порванные колготки, измазанная юбка и оторванные пуговицы на блузке — казалось мелочью. Ночной зимний холод злой колючкой пробирался под расстёгнутую куртку, пронзительный декабрьский ветер задувал в уши, но шапка так и оставалась лежать в кармане.

«Заболею… — вяло зашевелилось в голове. — Да, вот заболею и умру. Сколько там до Нового года? Час? Вот тогда и умру, всем назло!»

В душе бушевала ненависть к окружающему миру, но и её понемногу вытесняло ледяное равнодушие. А как замечательно всё начиналось… Сквозь корку безучастности пробилась горькая мысль — как она оказалась здесь? Почему? Всё так же слепо идя по улице, Тёна начала вспоминать…

Слухи про то, что для школьников выделят деньги на аренду и празднование Нового года в одном из лучших развлекательных центров города, ходили ещё с октября. И пусть участвовать должны были девятые, десятые и одиннадцатые классы лишь четырёх случайно отобранных учебных заведений города — каждый был уверен, что выберут именно их. Поэтому когда в Тёнин класс, не обращая внимания, что урок немецкого вообще-то начался, вбежал один из парней и, не глядя на строгий осуждающий взгляд классной руководительницы, крикнул: «Народ! Внизу плакат повесили! Мы идём!», девятый «Б» взорвался радостными криками.

Тут же начали обсуждать, кто с кем пойдёт и что лучше надеть… хотя до Нового года и оставался ещё целый месяц. Урок пришлось отменять, всё равно переводить статьи и спрягать очередные неправильные глаголы никто уже не мог. Классная руководительница отпустила всех по домам… и как гром с ясного неба прозвучал:

— Серебряникова, задержись, — Тёна с обречённым видом подошла к столу учительницы. Сейчас неизбежно прозвучит вопрос, которого она больше всего боялась — Серебряникова. У тебя, между прочим, долги. Ещё с прошлой четверти.

— Я… Я… — Тёна задохнулась от страха. Если ей не поставят четвёрку, то родители… — Я обещаю всё исправить.

— Так уж и быть, — ученица от испуга чуть ли не посерела и выглядела настолько жалко, что женщина решила проявить милость. — Сдашь упражнения за прошлую четверть, поставлю авансом четыре. Но чтобы после каникул взялась за мой предмет.

— Да-да, обещаю.

В мыслях Тёна уже репетировала уговоры родителей. Этот Новый год обязательно станет самым прекрасным в жизни. Ведь до сих пор каждый раз она встречала праздник дома или у родственников.

Повезло, что папа как раз вернулся из рейса, причём с хорошим настроением: в кои-то веки ему как начальнику поезда никто из пассажиров и подчинённых не отыскал повода потрепать нервы. У мамы на этой неделе в больнице были утренние смены. И разговор можно не откладывать… Намёки Тёна начала за ужином, как бы между делом. Вот только пошло всё совсем не так, как она рассчитывала. Стоило рассказать про их школьную удачу и заикнуться, чтобы её отпустили праздновать Новый год, как мама сняла очки, которые дома носила вместо линз, и строго посмотрела на дочь. Без очков взгляд вышел немного рассеянный, и от этого казалось, будто мама смотрит насквозь. Видит все тайные мысли.

— Для начала, что у тебя с немецким?

— Четвёрка, честное слово, четвёрка. Я сегодня разговаривала и спрашивала.

— Хорошо. А что у тебя с математикой?

Тёна еле сдержалась, чтобы не ойкнуть. С математикой, как и с физикой, было так себе. И мама про это знала. Но сейчас Тёна была готова на всё ради разрешения, поэтому собралась с духом и отвечала со всей уверенностью, какую смогла из себя выдавить.

— Там всё нормально. А если постараться, то в следующей четверти даже пять будет.

Родители переглянулись, явно сомневаясь. Потом папа кивнул, и расспросы пошли списком по остальным «трудным» предметам. Тёна выворачивалась и юлила как могла. Мысленно собой гордилась: впрямую она не соврала ни разу. Наконец папа с мамой согласились, но предупредили, чтобы «дочка не отрывалась от коллектива и не отходила далеко от подруг»…

Чем меньше дней оставалось до тридцать первого числа, тем уверенней была Тёна — наврала она родителям правильно. Ведь такой необычный Новый год просто обязан подарить нечто такое, чего она даже не может себе представить. Не зря она так уговаривала, а ещё как могла подтягивала хвосты, никогда так с учёбой не старалась. Всё было так хорошо… Тогда почему же она сейчас здесь, на улице и одна?! Казалось, холод выстудил не только снаружи, но и внутри. Мысли ворочались еле-еле. Зато