КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 451603 томов
Объем библиотеки - 642 Гб.
Всего авторов - 212311
Пользователей - 99591

Впечатления

каркуша про Коротаева: Невинная для Лютого (Современные любовные романы)

Ознакомительный фрагмент

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Berturg про Сабатини: Меч Ислама. Псы Господни. (Исторические приключения)

Как скачать этот том том 4 Меч Ислама. Псы Господни? Можете присылать ссылку на облако?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Шелег: Нелюдь. Факультет общей магии (Героическая фантастика)

Живой лед недописан? и Нелюдь тоже?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Шелег: Глава рода (Боевая фантастика)

Нелюдя вроде автор закончил? Или пишет продолжение по обоим темам?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Самошин: Ленинск (песня о Байконуре) (Песенная поэзия)

Эта песня стала неофициальным гимном Байконура.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Калистратов: Мотовоз (песня о байконурцах) (Песенная поэзия)

Ребята, работавшие в военно-космической отрасли, поздравляю Вас с днем Космонавтики! Желаю счастья, а главное, здоровья! Я тоже 19 лет оттрубил в этой сфере.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Таривердиев: Я спросил у ясеня... (Партитуры)

Обработка простая, доступная для гитариста любого уровня. А песня замечательная. Качайте, уважаемые друзья-гитаристы.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).

"Пламень" и Русалка (СИ) (fb2)

- "Пламень" и Русалка (СИ) 285 Кб, 19с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Ольга Павловна Цокота

Настройки текста:



  "Пламень" и Русалка





   Космическая яхта де люкс "Звездный пламень" стартовала с запозданием в пятнадцать минут 47,52 секунды. Рейс задержался из-за какой-то супер важной шишки.



   Сухощавый блондин, потягивавший джин с тоником, подумал, что это беда всех таких вот безумно дорогих посудин. Платишь деньги за излишки комфорта вроде бара без телекоммуникаций, за дубовым столиком которого он сам так уютно расположился, но всегда находится кто-то тысячекратно богаче, и его капризы портят тебе жизнь.



   Кроме него в маленьком зале был только один посетитель. Высокий щеголеватый брюнет пил нечто экзотическое спирально скрученных цветов с сияющим фруктом на дне бокала. Блондину доводилось попробовать подобное только на одной весьма отдаленной планете, и он даже не подозревал, что встретит столь экстравагантный напиток в баре "Пламени".



   За силовой стеной хаотичной пестротой пятен обозначался салон. Звуки доносились приглушенно, слова сливались в неясный шумовой фон. Но вот довольно явственно звякнула клавиша клавесина. Блондин поморщился. На яхте имелось несколько подлинных старинных музыкальных инструментов, включая и картен-виолу канувшей в небытие цивилизации Ши. Но нувориши не получают удовольствия от игры даже самых прекрасных музыкантов, выступающих здесь, и обычно бренчат самолично. Подобное надругательство над искусством тоже порядком омрачало блондину удовольствие от полета.



   Некто весьма чувствительно для ушей окружающих с четверть часа терзал ксето-ксилофон. Затем к роялю подсела некая дама с претензией на владение техникой бельканто. Она играла и пела довольно сносно. Но блондин опять поморщился.



   Брюнет за соседним столиком невольно засмеялся и сочувственно сказал;



   - У вас хороший слух, - си-бемоль- вместо...



   - Си,- улыбнулся блондин, - к сожалению, у меня абсолютный слух, как,очевидно, и у вас, И это очень осложняет жизнь.



   - Ваша профессия связана с музыкой? Ой, простите, не представился. Кент Агисян.



   - Филиппо Д"Агилерос, - отозвался блондин, жестом приглашая собеседника к своему столику,- на ваш вопрос ответ отрицательный. Увы! Я выбрал другую стезю. А вы?



   - В мире столько увлекательных вещей, что, пожалуй, трудно остановиться на чем-нибудь одном,- брюнет задумчиво поглаживал сферическое донышко бокала, погруженное в овальный вырез причудливой ножки, сложно драгоценный камень в оправу кольца.



   - Завидую,- сказал Филипп,- обычно материальные соображения заставляют нас в конце концов сделать выбор.



   -О, я тоже - отнюдь не самый богатый человек, хотя - совсем не плохой программист, - у Кента была чудесная открытая и в то же время застенчивая улыбка, - этим и зарабатываю, когда остаюсь на мели. А затем с удовольствием трачу все до последнего гроша на свои любимые путешествия.



   - И что вас привлекаета?- в голосе Филиппо была неподдельная заинтересованность.



   - Только не города! Я люблю природу и редкостных животных. А это сегодня встретишь лишь на периферии, - шутливый провинциальный акцент, с которым была произнесена последняя фраза, и уморительно простецкое выражение его лица заставили обоих рассмеяться.



   В силовой стене с легким шипением возник проем. В бар шагнула очень красивая и очень хмурая девушка. Она уселась за стойкой спиной к новоявленным приятелям, коротко ткнула пальцем в карту вин и напитков, делая заказ. И живой бармен с щеточкой рыжих усов подал ей стакан неразбавленного виски.



   Волна светлых, но без золотинки, редкого пепельно-зеленоватого оттенка волос спускалась ниже талии. Филиппо ощутил ее сексуальность, бьющую словно электрический разряд и смущенно покосился на собеседника. Кент откровенно любовался девушкой, но в его взгляде не было ни капли вожделения. Он с удовольствием смотрел на прекрасное произведение природы.



   В салоне послышались очень знакомые Д"Агилеросу бархатистые нотки, несколько скрадывающие повелительность интонации.



   Филиппо кивнул в сторону полупрозрачной силовой стены:



   - Кто-то из известных политиков, если не ошибаюсь.



   Кент задумался:



   -Нет. Мне этот голос совершенно не знаком.



   Но Филиппо, уже узнавший говорившего, глубоко сомневался, что тот совершенно не знаком его собеседнику. Этот маленький обман вызвал у него еще больший интерес к Кенту.



   На следующее утро, возвращаясь из фитнес-зала, в небольшой оранжерее межу самыми шикарными каютами он обнаружил прекрасную хмурую незнакомку из бара.



   Красавица сидела на скамеечке в окружении таких же неподвижных, как она сама, пальм и дивных, подобно ей самой, тропических цветов. На вежливый поклон Филиппо обдала его холодом и застыла воистину ледяной статуей.



   Он пожал плечами и зашагал дальше, едва не наткнувшись за поворотом на катившую сервировочный столик молоденькую яркоглазую горничную, чье миловидное личико с заостренным подбородком и удивительный аквамариновый взгляд еще вчера показались ему смутно знакомым. Девушка замешкалась,- на нее с противоположной стороны едва не налетел высокий стройный помощник капитана. В первый день полета это был бодрый и румяный офицер с античной бородкой. На сей же раз он был бледен и не очень стоек ("Кажется, перебрал вечером лишку", - мысленно отметил Филиппо). К образовавшемуся затору приблизился Кент, тоже облаченный в тренинг. Обменявшись с ним крепким рукопожатием, Филиппо направился к своей каюте, и уже на пороге его настиг пронзительный женский визг.



   Горничная с перекошенным от ужаса лицом сидела прямо на цветущем и благоухающем дарвендейльском ковре за порогом роскошной каюты. Филиппо перешагнул через ее ноги, остановился. Лица людей, лежавших на широкой постели, были синюшного оттенка. Он сделал еще один шаг, и тут чьи-то пальцы железной хваткой сжали его предплечье.



   - Генрих Дитц, служба безопасности корабля, - холодно отрекомендовался седоусый мужчина. - Что вы здесь делаете?



   Филиппо молча прижал браслет своих часов к браслету Дитца. Тот округлил глаза:



   - Что ж, в этой ситуации помощь офицера Интерпола весьма кстати. Вы, конечно, знаете, кто убит?



   Естественно, кандидат в президенты Варги 2 - мультитриальдер Уильям Стентон. И, как я понимаю, его очередная пассия.



   - Вы следили за ним?



   - Нет, у меня иное задание.



   - И мне о нем, разумеется, не положено знать, - Дитц постарался придать своему тону ироничность.



   - Ну, почему же, тем боле,что мое задание вплотную связанно и с этим убийством,- Филиппо потянулся к листочку тонкого пластика, прижатому донышком кофейной чашки.



   - Что вы делаете? Осторожно! Отпечатки!...



   - Успокойтесь, - остудил пыл секьюрити интерполовец,- разумеется, я в диктановых перчатках. - Он показал Дитцу кусочек бумагопласта с напечатанным на бытовом принтере одним-единственным словом "Русалка".



   - Вы верите в эту чушь?- рассмеялся седоусый служака.



   - Приходится верить,- серьезно ответил Д"Агилерос. На сегодняшний день от руки этой сказочной девушки погибло более десяти тысяч человек в самых разных концах галактики. А если точнее, наш господин несостоявшийся президент Варги2 -10325-й.- Он глянул на озадаченного Дитца и добавил,- мы стараемся не предавать огласке все случаи, дабы избежать паники.



   ...В маленьком баре прелестная зеленовласка все так же мрачно разделывалась с очередной порцией виски в гордом одиночестве, теперь уже за угловым столиком из натурального земного дуба.



   Филиппо, не спрашивая разрешения, подсел к ней. Брови красавицы надменно поползли вверх,но прикосновение его браслета к ее мобильнику заставило блондинку убавить гонор.



   - Ваше здоровье!- сыщик насмешливо приподнял свой стакан с апельсиновым соком,- как вы понимаете, меня также интересуют утраченные здоровье и жизнь еще кое-кого. И, насколько я понимаю, этот кое-кто был очень близок вам совсем недавно. А затем, согласно своей натуре, променял вас на другую.



   Ее губы сжались в тоненькую ниточку, зеленоватыми теперь казались не только волосы, такой же оттенок приняла и безукоризненная кожа лица.



   - Если вы все знаете, к чему наш разговор?



   - К сожалению, не все. Поэтому хотел бы узнать, что вы делали утром возле каюты Уильяма Стентона.



   - Я не убивала его, - с отчаяньем сказала девушка.



   - По-моему я спросил вас не об этом. Что вы там делали?



   - Поджидала Дагмар...Дагмар Штани, его нынешнюю любовницу. Она обычно ходит по утрам в тренажерный зал. Я хотела... Хотела... с ней поговорить...Объяснить, что он бросит ее так же, как бросил меня. У него не бывает настоящих привязанностей. Даже своего единственного наследника, правнука не хочет видеть, отправил, а вернее сослал его куда-то на задворки галактики. Таким же черствым был и с сыном и с внуком. Ничуть не страдал по поводу их ранней гибели. Мне кое-что рассказала его экономка миссис Силвер. Старушка была в шоке от его обращения с близкими, а расставшись с правнуком Уилла, просто не находила себе места от горя: такой талантливый мальчик( ей он все казался младенцем ) выдворен из отчего дома без особых средств к существованию. Старикан выделял ему самые мизерные суммы и не желал видеть в своем доме. Вроде бы, приревновал к какой-то из своих подружек... - Девушка покраснела и прервала свои излияния, искоса взглянув на собеседника.



   Но Филиппо, подавил невольную усмешку, смотрел на нее серьезно и внимательно. Прикусив губу, девушка нервно крутила прядь своих необычных волос. Раздражающе однообразное спиральное скольжение тонких пальцев вдоль светлого локона. Наконец, интерполовец довольно резко прервал затянувшуюся паузу:



   - Мне кажется, вы отнюдь не дура. Почему же решили,что Дагмар прислушается к вам? Она - особа практичная, судя по ее предыдущим романам и, безусловно, рассчитывала сорвать изрядный куш сейчас, выдавить из старика все, что возможно. А он не только обеспечивал ей роскошную жизнь, но и спонсировал ее оперную карьеру, при более,чем скромных талантах этой девицы. А затем Дагмар спокойно переключилась бы на другой объект. Итак, Денис Фридерикссен, о чем вы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хотели поговорить с Дагмар?



   - Денис покраснела и съежилась:



   - Хотела ей пригрозить... Видела, как она пожимала руку помощнику капитана и в это момент передала ему записку. У меня на такие вещи наметан глаз. У нее с этим космиком явно был роман за спиной у старика. И вообще...вы не понимаете...не можете понять,- вертикальные мимические морщинки между темных вразлет бровей стали глубже. Эти душевные переживания, слишком быстро приближавшие необходимость пластической операции, Филиппо отметил, как свидетельство определенной искренности чувств красавицы-скандинавки.



   Денис подняла на него очень светлые, почти бесцветные прозрачные глаза, опушенные длинными темными ресницами:



   - Связь Уилла с Дагмар явно близилась к финалу. Я прожила со Стентоном почти три года. При его характере - невероятно длинный срок. Неплохо изучила этого эгоистичного, но достаточно неординарного человека.



   Мне трудно объяснить, но в отношениях каждой пары есть множество почти незаметных деталей и трещинок... Как оба смотрят, не видя друг друга, как разговаривают, совершенно не слыша собеседника... Дагмар была уже не интересна Уиллу, поэтому и позволила себе завести интрижку на стороне, искала замену.



   Откровенно говоря, больше всего мне хотелось встретить наедине не Дагмар, а Уильяма. Я была для него идеальной партнершей, понимала и дополняла его. Думаю, даже в свои новые приключения он пустился вовсе не потому, что наскучил мною, а просто из желания поддержать свою репутацию Казановы. Мне кажется, после этой никчемной Дагмар он охотно вернулся бы ко мне.



   - Что ж, Денис Фридерикссен нашла, чем утешить себя,- подумал Филиппо. Тем более, что сейчас уже ничто не может опровергнуть ее фантазий.



   Расставшись с зеленоволосой красоткой, Филиппо отправился в бар. Пять чашечек крепчайшего кофе по-стигийски порядком взбодрили его, но так и не помогли сложить воедино кусочки пазла. На границе сознания брезжила смутная догадка, никак не подкрепленная логикой развития событий. Флиппо сидел, положив подбородок на сцепленные пальцы, и мучительно пытался вспомнить какую-то ускользающую ниточку.



   Затем отбросил упавшие на глаза светлые волосы, а заодно и ноющее чувство досады. Не стоит раскисать, со временем все встанет на свои места. Он расплатился, черкнув браслетом часов о декорированный под маленького фарфорового дракончика счетчик, и вышел из бара.



   В коридоре послышался топот. Из-за поворота, ведущего к рубке выскочил взъерошенный Генрих Дитц. Он был расстроен и агрессивен:



   - Вы тут прохлаждаетесь, а ваша морская девка совсем распоясалась.



   - В чем дело? Очередная проделка Русалки? - невозмутимо спросил Филиппо.



   Сдавленно рыча, корабельный секьюрити помахал пластиковым пакетом со знакомой визиткой, отпечатанной на принтере.



   - И кто нынешняя жертва?



   - Рэндолфо Саливан, помощник капитана. Прямо на своем посту. Он заступил на вахту в восемь утра, а через час капитан обнаружил его лежащим у порога. Саливан был еще жив. Капитан позвал на помощь, первой подоспела Ниннет Ли, эта милая горничная, затем есть тут такой пассажир по фамилии Агисян. Он и побежал за врачом. Но тот, к сожалению, смог только констатировать смерть.



   Генрих Дитц, несмотря на раздражение, весьма охотно вернулся с Филиппо на место происшествия. Он явно был рад разделить еще с кем-то ответственность за нерасторопность в поиске Русалки-невидимки.



   Тело Рэндолфо уже упаковали в серый пластик. Еще недавно молодой пышущий здоровьем офицер с профилем античного героя лежал теперь сломанной куклой.



   Корабельный врач был явно растерян:



   - Смерть наступила в результате внезапной остановки сердца, как и в случае со Стентоном и его подругой. Но я опять не смог обнаружить присутствие какого-либо яда в крови. А у меня, поверьте, один из лучших анализаторов мгновенного действия. При чем тут эта самая Русалка, никак не пойму.



   - А вы делали специальный анализ на воздействие, например, яда паучьего молочая с планеты Вега-2 звезды Центурия на окраине сектора Б Млечного пути?- с невинным видом полюбопытствовал Филиппо.



   - Это еще зачем? Я даже не слышал о подобном яде.



   - Ну вот теперь услышали. И будьте любезны, сделайте проверку.



   - Это не так-то просто,- смутился эскула,- мне нужно вначале синтезировать необходимые реагенты. А прежде всего, необходимо выяснить через интернет, что собой представляет этот ваш молочай.



   - Вот и разбирайтесь,- небрежно бросил интерполовец, внимательно рассматривая рубку. Он повернулся к Дитцу:



   - Генрих, расскажите мне снова в деталях, как и кто обнаружил тело.



   Он внимательно слушал, мысленно воссоздавая картину происшествия. И опять что-то кольнуло:



   - Ниннет? Эта барышня с глазами цвета морской волны.



   - Да, да, очень красивая девушка и очень добросовестная и проворная. Ее не нужно звать дважды...



   - ...всегда в нужное время и в нужном месте,- мысленно закончил Филиппо. Он явно где-то видел эту самую Ниннет и вовсе не в роли горничной. Но вот где и когда, вспомнить не мог, а это стоило сделать прежде, чем разговаривать с нею. Никогда еще не подводившее его психологическое чутье подсказывало, с этой девицей блеф не пройдет.



   Вернувшись в каюту, Филиппо решил просто-напросто немного помедитировать. Порой именно в расслабленной отрешенности он вспоминал ускользающие детали и принимал верные решения.



   Космопорт-666666, крошечная планетка, счастливо оказавшаяся в центре гигантской паутины космических трасс, как обычно, послужила пунктом пересадки для более половины пассажиров "Пламени". Впрочем, столько же респектабельных господ, уже толпились у трапа в ожидании посадки на роскошную космическую яхту.



   Кент Агисян с небольшим кейсом, аккуратно пристегнутым тонкой цепочкой к его запястью, небрежно прислонился к поручню у выхода, вежливо пропуская дородную матрону в брючном костюме из шкурок змеевидных грызунов (основной экспортный товар созвездия Стрельца), ломящуюся вперед с напором ядерного танка .



   К трапу чуть запыхавшись подбежала сияя своими невероятными глазищами Ниннет и остановилась неподалеку от Кента. Вместо форменного платья и фартучка с наколкой на ней было элегантное длинное фиолетовое пальто, за плечами изящный кожаный рюкзачок.



   Внезапно толпа покидающих "Пламень" расступилась, пропуская преисполненного важности Дитца. Он придерживал за локоть Денис Фридерикссен. Руки ее были окольцованы браслетами керамических дистанционных наручников. Девушка шла, понурив голову, зеленоватые пряди почти полностью закрывали восковое лицо.



   Генрих Дитц приостановился, жестом предлагая пройти перед собой замешкавшимся Агисяну и Ниннет. Но тут вынырнувший из толпы Филиппо окликнул Кента. Мужчины обменялись на прощание крепким рукопожатием. Впрочем, когда интерполовец отнял руку, его новый приятель так и остался неподвижным. Черные глаза его метали молнии, но рука застыла протянутой вперед.



   Ошеломленная Ниннет пыталась что-то сказать, позвать на помощь, но голос ее не слушался.



   - Позвольте представить вам небезызвестную Русалкау,- тоном ярмарочного фокусника отрезвил потрясенного Дитца Филиппо. - Да успокойтесь же, я всего-навсего сделал ему парализующий укол. Через пару часов его действие закончится. Но к тому времени наш подопечный уже будет в ласковых лапах славной межзвездной полиции.



   - Кому ему? - тупо спросил седоусый служака,- если Русалке, то ей...



   - Нет, именно ему,- Формену Стентону, правнуку недавно скончавшегося здесь Уильяма Стентона. Однако, давайте продолжим наш разговор в более спокойной обстановке вашего кабинета. И, кстати, снимите наручники с бедной Денис. Несмотря на русалочью внешность, она никак не причастна ко всей этой вакханалии преступлений.



   А вас, Ник,- обратился он к горничной, - я тоже попрошу пройти с нами.



   - Естественно!- испепелила его океанской синевы огнем Ниннет, - неужели я брошу в беде ни в чем не повинного Кента. - Она нежно склонилась к плечу арестованного, даже не заметив глубокого сочувствия, мелькнувшего во взгляде Филиппо.



   - Кстати,- повернулся он к Генриху Дитцу, - я бы попросил вас срочно пригласить местных специалистов по борьбе с террором. Желательно, профессионалов в области отравляющих веществ растительного и животного происхождения на планетах дальнего космоса, а также программирования кибернетических ловушек. Наш бывший друг большой дока в таких вопросах, поэтому до их прихода не советую ни отстегивать кейс, ни уже тем более пытаться его открыть.



   В просторном стерильно чистом кабинете Дитца, где мебель и все без исключения вещи выстроились, будто солдаты на плацу, довольно причудливо смотрелась расположившаяся здесь небольшая компания. Справа от неподвижного арестованного, установленного посреди комнаты, словно постреалистическая скульптура, застыл робот-носильщик, а слева притулилась бледная Ниннет, нежно поглаживающая плечо одеревеневшего Формена и время от времени бросающая убийственные взгляды на энергично распоряжающегося всем Филиппо. Тот, как ни в чем не бывало, устроился за педантично прибранным письменным столом. Поджавший губы Дитц, которого явно покоробила такая бесцеремонность, вынужден был усесться на один из жестких стульев у противоположной стены. Денис, еще напоминающая затравленного зверька, в изнеможении опустилась на другой точно такой же и машинально массировала полоску кожи,совсем недавно соприкасавшуюся с наручником. В двух серых относительно комфортабельных креслах расположились приглашенные сотрудники местного комитета по борьбе с террором - смуглый подвижный программист Рикардо Портянский и невозмутимый химик Акутагава Хирокаи.



   Они уже детально обследовали кейс подозреваемого, действительно обнаружив впечатляющую систему защиты, полностью подтверждающую опасения Д'Агилероса. Крошечные капсулы с ядом, вмонтированные в цепочку и замок, а также несколько компактных шприцев с прозрачной жидкостью внутри, найденные в респектабельном деловом чемоданчике, были отправлены для лабораторного анализа, в результатах которого еще до их получения не было никакого сомнения.



   - Ну что ж, Филиппо, вам и карты в руки, - нетерпеливо прохрипел Генрих Дитц, вытирая испарину со лба, объясните, наконец, что здесь происходит, а вернее, что здесь произошло.



   Блондин задумчиво побарабанил пальцами по гладкой столешнице из натурального ореха, поднял на корабельного секьюрити внимательные серо-голубые с оттенком стали глаза:



   - Если вы любите детективные истории, то могли бы обратить внимание, что многие преступники прячут и драгоценную вещь и труп выбранной жертвы в огромном количестве им подобных. Скажем, подлинный бриллиант - среди множества фальшивых бирюлек, а неугодного человека,которого удалось уничтожить - среди множества иных, убитых лишь с целью маскировки преступления, людей.



  Из многих тысяч погубленных Русалкой было лишь трое, чья смерть оказалась выгодной ему: отец, дед и прадед, стоявшие у него на пути к получению колоссального наследства. Полагаю, Формен Стентон - очень талантливый, умный и, по-своему, очень несчастный человек.



   - Да уж!- не выдержал Дитц, нервно поглаживая свои седые усы, и сварливо добавил, - бедняжка! Лишился сразу и отца, и деда, и прадеда. А то, что собственноручно отправил их на тот свет заодно с тысячами других безвинных душ, - это так, детали!..



   - Напрасно иронизируете, Дитц,- Филиппо нахмурился и несколько секунд рассматривал чарующее видео морских просторов за фальшивым окном каюты,- одна из причин того, что Стентон-младший стал преступником - нездоровые семейные отношения. Как верно заметила Денис,- Д"Агилерос с симпатие кивнул в сторону хрупкой фигурки, все еще нервно поглаживающей свое запястье,- Уильям Стентон не любил никого, кроме самого себя. Формен рос в бездушной атмосфере. Рано утратив мать, он был лишен истинных привязанностей. Даже теплое отношение старой экономки не смогло растопить оледеневшее сердце этого ребенка.



   - Вы скорее поэт, чем офицер Интерпола,- усмехнулся Рикардо Портянский.



   - То, о чем я рассказываю, вовсе не лирическое отступление, а объяснение причин поступков убийцы,- сухо ответил Филиппо. Поймите, если бы речь шла только о равнодушии главы клана, возможно, личность правнука не деформировалась бы настолько... Но у старика был четкие и очень строгие представления о соответствии или несоответствии его потомков высокой чести принадлежать к его семейству. Уильям Стентон - представитель очень и очень архаичного, почти исчезнувшего в цивилизованном мире типа мачо. Согласно его воззрениям, истинный Стентон должен был презирать окружающих и, в особенности, женщин, но в то же время пользоваться их расположением, вызывать у них трепет. И, разумеется, никаких моральных ограничений в достижении цели. Пожалуй, в последнем старый хрыч с воспитанием правнука действительно преуспел. Таких ограничений у младшего представителя его семейства нет. А вот с другим важным аспектом вышла загвоздка. Потому что Стентон-младший родился геем...



   - Ну и что?- наконец подала голос пораженная Денис,- это просто особенность генотипа. Уже тысячи лет преследование гомосексуальных отношений почти во всех мирах галактики карается законом.



   - Это никак не могло повлиять на принципы Уильяма Стентона. Повторяю, он был весьма и весьма архаичен в своих взглядах на человеческие отношения. И,естественно, гей для него являлся попросту недочеловеком. Недовольство мягкостью и чувствительностью маленького Формена у старика сменилось яростью, когда он узнал о любовной связи правнука с юным камердинером.



   Прежде всего, патриарх постарался, чтобы в информационные программы просочились сведения об интрижке Стентона-младшего с одной из любовниц самого Уильяма. Ибо, с его точки зрения, это был гораздо более пристойный повод для изгнания Формена из родового гнезда. Кстати, незадачливый камердинер вскорости бесследно исчез. И деньги старика помогли без скандала замять это дело. Мне кажется, для молодого наследника это был первый наглядный урок физической расправы с неугодным. И, должно быть, именно тогда зародилась в нем ненависть к старому тирану, а заодно и к отцу и деду, которые слишком боялись главу семейства и предпочитали ни во что не вмешиваться.



   - Ужасно!- едва слышно прошептала Денис Фридерикссен.



   Повисло гнетущее молчание, затем Филиппо продолжил, стараясь ироничностью тона скрыть свои чувства:



   - Прадед сослал юношу на Вегу 2, где, как известно всем заправляют религиозные фанатики. Этот мир, до сих пор не интегрированный в общегактическую конфедерацию, во многом подобен древним государствам, гомосексуализм здесь карается смертной казнью, что очень импонировало Стентону-старшему. Он не оставлял своим вниманием эту планету и со временем решил заполучить чисто декоративную должность президента Веги2. Это не только льстило его самолюбию, но и давало возможность полностью контролировать правнука, кстати сказать, все-таки самого способного и незаурядного из его потомков. Мне кажется, главе семейства к тому же просто нравился этот старомодно-жестокий мир, где женщина низведена до статуса наложницы, всем заправляют религия и старейшины, царит культ грубой силы, существует смертная казнь. Все то, за что цивилизованные общества до сих пор не принимают Вегу 2, было как раз по нутру нашему престарелому мачо.



   - Позвольте,- Дитц даже привстал со своего стула, - у нашего подозреваемого, тем не менее, была очень прехорошенькая подружка,- он указал на Ниннет, чье лицо было уже не бледным, а пепельным,- я, во всяком случае, был извещен о ночном визите этой милой малютке к нашему красавчику.



   - О да,- согласился Филиппо и мягко улыбнулся внезапно залившейся краской горничной,- именно это увлечение отчасти реабилитировало нашего антигероя в глазах его прадеда. Формену было, наконец, позволено ненадолго покидать пределы Веги 2, отправляться в его любимые путешествия. Правда, всегда только в обществе Ниннет. Следует отметить, что Формен, как ни странно, изо всех сил статался скрыть этот роман от посторонних. Не впервые они путешествуют вот так. Он - туристом, она - чаще всего поварихой или помощницей в оранжерее. Очень редко - тоже туристкой, но, разумеется, в отдельной каюте, на другом конце корабля. Причем, обычно она сказывалась больной и почти не покидала своих аппартаментов. И все потому, что не Формену, а именно Ниннет нужно было избегать настойчивых папарацци. Ведь только на Веге 2 есть цензура и нет свободных журналистов. За ее пределами о каждом из нас могут разузнать и раструбить многое. И если нужно хранить скелет в шкафу...



   - Ни за что не поверю,- что бы эта девочка был замешана в преступлениях, -вспылил Генрих Дитц.



   - Вы - идеалист,- вкрадчиво заметил Д'Агилерос, - или вам попросту очень нравится Ниннет. И я вас не осуждаю,- добродушно улыбнулся он побагровевшему Дитцу,- таких глаз я больше не встречал. Хотя в первый раз увидел их много лет тому назад, забыть не мог. Вот только не сразу смог сопоставить эту девушку и невероятно талантливого мальчишку-танцора, встреченного в таверне захолустного порта. Совсем ребенок. Но такой грации, пластики и невероятного чувства ритма я не встречал больше никогда, даже в самых прославленных театрах мира.



   - Мальчишку!- Поражен был не только пожилой секьюрити. Все глаза обратились к бедной поникшей Ниннет.



   - Как видите, чтобы быть с любимым Нику Ясмену пришлось сменить свой пол и свое имя. Полагаю, наша парочка полагала это временным явлением. Но все же гордость не позволила мальчику изменить свои чудесные глаза, наследство редкостной примеси элфийской крови. Не хотел он и затенить их контактными линзами. А, коль так, всегда существовала опасность однажды быть узнанным. Точно также, как я, мог встретиться и кто-то другой, видевший однажды маленького танцора и хорошо запомнивший его. Но опасность многократно усиливалась, если бы это лицо мелькнуло в межпланетных новостях. Безусловно, нашелся бы кто-нибудь известивший Уильяма о порочной, по его мнению, любви Формена к трансвеститу. И это, естественно, грозило правнуку лишением наследства, а Нику-Ниннет могло стоить жизни..



   - Понятно, - опять перебил его Генрих Дитц, не поднимая помрачневших глаз от пола, - но все-таки, как вы докопались до истины?



   - Еще при первой встрече с Форменом в баре меня насторожила его ложь. Он пил широко известный только на Веге 2 коктейль "колибри". Пил со знанием дела, согревая движением пальцев дно бокала особой конструкции. Это был привычный жест человека, прожившего на этой планете не один год. Тем не менее, он сделал вид, что не распознал голос Уильяма Стентона. Голос, хорошо известный каждому жителю Веги 2 по множеству инфорпередач. Как же мог ошибиться лже Кент, обладающий к тому же абсолютным слухом?



   В день обнаружения первых трупов я столкнулся с Ниннет, везшей сервировочный столик. Она выглядела расстеряной. Теперь я понимаю, просто боялась встречи с Уильямом, который совершенно неожидано в последнюю минуту заказал билеты на ту же яхту, что и молодая парочка. Не имею представления, знал ли об этом старик. А вот для его наследника с подружкой это был очень даже неприятный сюрприз. От прадеда можно было ожидать чего угодно, даже внезапного желания запечатлеться вместе с правнуком и его пассией на новостном канале головидения, дабы показать всему миру, какие крепкие парни эти Стентоны.



   Уже тогда ее состояние меня насторожило. Но, окинув столик внимательным и, поверьте, досточно тренированным взглядом, я не увидел ничего подозрительного. А вот, когда Агисян наткнулся на нас, возникло ощущение какого-то неуловимого лишнего движения. Но я не успел рассмотреть уже отъезжающий столик. Думаю, именно тогда он подсунул визитку под кофейную чашечку. Кстати, это убедило меня в невиновности девушки. Ведь, будь она сообщницей, не было бы нужды в подобных фокусах. Ниннет могла положить карточку уже в каюте.



   - Вы до сих пор не объяснили нам, каким способом Стентон-младший совершал свои убийства, - подал голос молчавший до сих пор Хирокаи, только что поднявший выползшай из прорези для факса в стене лист бумагопласта, - вот данные лабораторного анализа. Вы правы, в кейса действительно хранились большие запасы вытяжки яда вегианского паучьего молочая, но его присутствие не обнаружено ни в чашечках от кофе, ни в остатках пищи, ни на стенках желудков. Нет и малейших следов инъекций на телах погибших, лишь небольшое количество в крови Дагмар.



   - В этом-то вся загвоздка, - продолжил Филиппо,- у этого яда есть важная особенность. Он передается тактильно, проникает через поры кожи теплокровных млекопитающих и может передаваться от одной зараженной особи другой посредством прикосновения в течение двух-трех часов. Действие сказывается в зависимости от конституции тела и стойкости организма. Иногда в течение 120-180 минут, порой же гораздо позже, как было в случае с молодым и очень здоровым Рондольфо Саливаном.



   Формен знал о тщеславии Дагмар, мнившей себя великой певицей и нанес яд на клавиши концертного рояля, ее любимого инструмента. Ему было также известно, что корабельный тапер предпочитает удивительно полнозвучную картен-виолу. Так что расчет был точный. Тем боле, что Дагмар принадлежит к тем чувственным женщинам, которым необходимо постоянно прикасаться к своим мужчинам, держать их за руку, гладить...



   Он, правда, не учел ее романа с Рэндольфо Саливаном, но в конечном результате смерть космолетчика тоже сыграла ему на руку. Еще один труп, маскировавший прямую цель. Лже Агисяну также повезло одним из первых оказаться возле тела и получить возможность подбросить визитку Русалки.



   - Он не боялся обыска? - поразился Портянский.



   - Ну,во-первых, среди пассажиров V.I.P. обычно не торопятся проводить обыски. Во-вторых, обратите внимание, визитки он печатал небольшими партиями на обычном каютном принтере, используя, как отмечается в результатах анализа,- он бросил взгляд на лежащий перед ним листок,- листы съедобного бумагопласта. Ну а кейс был так защищен, что суматоха вокруг тех, кто попробовал бы его открыть, дала бы преступнику время на возможность побега. Очень талантливый, возможно, даже гениальный программист он, безусловно, уже знал коды доступа к аварийным шлюпкам.



   - И все же ядом не убьешь десяток тысяч человек,- не согласился Дитц.



   - А кто же говорит, что он действовал только ядом. В случае с его отцом взорвался огромным межзвездный лайнер "Титаник-1000000". Позывные Русалки обнаружились в черном ящике, найденном после катастрофы. А дед погиб во внезапно лишенном воздуха небоскребе на Данебе. Здесь,судя по всему, была задействована компьютерная система жизнеобеспечения.



  Кстати, исключительно в целях маскировки было еще несколько подобных катастроф с позывными Русалки, в которых не погиб никто из кровных родственников Формена.



   - И все-таки странным псевдоним выбрал он себе, - Рикардо Портянский недоумевающее покачал головой.



   -Вовсе нет,- не согласился с ним Хирокаи.- Русалка - символ двойственности его натуры, а также отголосок свойственного геям транствестизма - склонности к переодеванию в женскую одежду, в женский образ. И, тем не менее, мне кажется, он и сам в известной мере был мачо, полностью подчинивший себе любимое существо. Ведь, судя по рассказу господина Д'Агилероса, Ник был необыкновенно талантливым танцовщиком. Но его талант был отброшен, подавлен. Формену Стентону, как и его прадеду, не требовалась независимая личность.



   Удивительно только, как Уильям умудрялся так долго скрывать этот самый "мачизм", по вашему выражению, мистер Филиппо. У него было вполне приличное имя даже в мирах, где совершенно не приемлем подобный тип поведения.



   - Да, он успешкно маскировал это свойство,-суховато заметил Филиппо, - однако в конечном счете оно стоило ему жизни.