КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 577086 томов
Объем библиотеки - 863 Гб.
Всего авторов - 231181
Пользователей - 106322

Впечатления

медвежонок про Живцов: Следак 3 (Альтернативная история)

Это фрагмент. Без оценки. Выкладателю - замечание за невнимательность.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Выдревич: Блюда из овощей и грибов в микроволновой печи (Справочная литература: прочее)

Ребята, начинается сезон "Тихой охоты", поэтому я начинаю подготавливать и выкладывать в нашу библиотеку книги в жанре "Сбор и выращивание грибов", а так же по грибной "Кулинарии". Всего книг о грибах у меня около 2 тысяч. По мере возможности буду подготавливать и выкладывать.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Serg55 про Шопперт: Вовка-центровой - 3 (Альтернативная история)

да, как-то часто ГГ по голове получает

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Шопперт: Вовка-центровой - 2 (Альтернативная история)

про чехов автор здорово прошелся. На сегодняшний день они опять гадят России впереди всей еврожопы...

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
Stribog73 про Стребков: Пегас - роскошь! 4-е изд., доп. (Самиздат, сетевая литература)

Байки из этого сборника - это не выдумки. Это реальные случаи из жизни.

Рейтинг: +5 ( 5 за, 0 против).
Marine13 про Истон: Борьба за Рейн (Любовная фантастика)

Отредактированная версия (от 2022г.) первой части трилогии есть на странице группы перевода.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Гончарова: Цена счастья (Фэнтези: прочее)

да, Автор капитально переделала историю...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Чистокровный демон желает познакомиться [Сусанна Ткаченко Санна Сью] (fb2) читать онлайн

- Чистокровный демон желает познакомиться 585 Кб, 174с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Сусанна Ткаченко (Санна Сью)

Настройки текста:



Чистокровный демон желает познакомиться Сью

Пролог

Тамаширрас, чистокровный демон. Мир демонов Веливул.

Вот и наступил роковой час, который подкрался незаметно и теперь изменит мою жизнь коренным образом на ближайшие годы.

Что такое столетие для высшего демона? Самая молодость и расцвет. Во всяком случае, я был ещё не готов обзаводиться спиногрызом или спиногрызкой. Но! Против Закона не пойду даже я, правая рука и лучший друг Повелителя.

Дело в том, что проблема высших демонов заключается в размножении, поэтому нас очень мало по сравнению с другими населяющими Веливул расами: бесами, низшими демонами и прочими сущностями, которые плодились без остановки. Чтобы нам совсем не вымереть, давным-давно наш Праотец ввёл непреложный Закон и дал своему старшему сыну, первому Повелителю, «стрелу».

С тех пор, в день столетия каждого высшего, выводил его на перекрёсток миров отец и запускал «стрелу» — артефакт, который указывал, где искать особь противоположного пола, которая сможет выносить и родить чистокровного высшего демона.

Сосуд для наследника мог находиться в любом мире и быть представителем любой расы, но благодаря артефакту производил на свет только чистокровного демонёнка или демоницу.

К сожалению, наши прекрасные, страстные и любвеобильные представительницы расы способностью зачать не обладали вовсе. Повезло им. Они могли развлекаться всю жизнь без забот и ответственности, ну а мы, как только наступал час, отправлялись вслед за стрелой, чтобы оплодотворить, обеспечить безопасное вынашивание, а затем отобрать у матери своего наследника и вернуться домой, чтобы вырастить из него достойного представителя своего рода.

За двадцать лет, пока рос, у меня сменилось с десяток мачех, отец был любителем демониц, впрочем, как и я, но моё детство не нравилось мне совершенно, и мачехи не нравились, за исключением последней, которая обучила юного пасынка искусству наслаждения и плотским утехам, и в которую я даже был чуточку влюблён. Но ещё тогда я решил, что мой наследник не будет расти в таких условиях. Я создам пару с какой-нибудь знатной демоницей и проживу с ней до его совершеннолетия. Отпрыск будет знать только одну мать, да и с политической точки зрения это станет выгодным союзом. Я даже присмотрел кандидатуру.

Юная Сафирра была в меру свирепа, в меру развратна, очень красива и вроде бы не ревнива. Ревнивая пара мне не нужна. Помню я, как пятая мачеха изводила отца своими подозрениями и даже установила в нашем доме арку невинности, чтобы проверять ежедневно всю прислугу женского пола на её наличие. Это ей мало чем помогло, но те скандалы стоят перед глазами до сих пор.

Что ещё повлияло на моё решение создать крепкую пару на ближайшие двадцать лет, так это пример семьи, в которой рос Повелитель Шамерхар, мой друг. Его отец женился на настоящей матери своего отпрыска, которую нашёл в мире драконов, и живёт с ней душа в душу многие годы. Десять лет назад он вообще передал власть сыну, а сам отправился вместе с женой в её мир, наслаждаться семейной жизнью. Я, конечно, о таком не мечтал и даже боялся представить какую-то там любовь к одной женщине, но то, каким сильным, справедливым и самоуверенным вырос мой друг, заставило меня принять решение временно изменить свою жизнь, чтобы обеспечить наследника вниманием родителей и вообще всем самым лучшим.

— Не грузись, Рас, — поддерживал Шамир перед тем, как я присоединился к отцу на перекрёстке. — Подумаешь, двадцать лет поживёшь не только для себя. Что такое двадцать лет? Не успеешь глазом моргнуть, как пролетят, зато ты с чистой совестью сможешь опять кутить по всем мирам и соблазнять красоток.

Хорошо ему рассуждать, у него ещё пятнадцать лет впереди.

— Только этим себя и утешаю. Ладно, перед смертью не надышишься. Пошёл я.

— Пусть твоя стрела попадёт в дом настоящей пары, как у моего отца.

— За что? Что я тебе сделал? Не дай Праотец!

— А я бы хотел встретить любовь всей жизни.

— Вот себе и желай, а мне не надо.

С этими словами я шагнул на перекрёсток миров к отцу, который уже натягивал тетиву гигантского лука, вложив в него стрелу.

На этот ежегодный ритуал собирался весь высший свет Веливула, и поэтому представители чистокровных семейств, затаив дыхание, следили, куда же укажет артефакт, не побоюсь этого слова, прекрасному мне: богатому, знатному, влиятельному высшему демону и будущему перспективному кандидату в пару.

Сафирра тоже присутствовала в числе зрителей, мы успели провести накануне жаркую ночь, и она не без основания считала, что вскоре от меня поступит предложение о создание пары. Она украсила рога и хвост драгоценными камнями, а великолепную грудь скрывали только накладки на соски. Страстная девица, а что вытворяет языком! Ух, ладно, сейчас не об этом.

Все мы, затаив дыхание, проследили за полётом артефакта и дружно выдохнули.

— Земля. Россия. Москва, — вынес вердикт отец, а я мысленно взвыл.

Не люблю я Землю, не нравятся мне люди: слабые телом, страшненькие, ни рогов, ни хвостов, да и магии там практически нет. Не повезло мне, чтоб их в Аду, к которому мы не имеем ни малейшего отношения вопреки их мнению, черти, понятия не имею, кто это, жарили.

Развернулся и молча покинул место ритуала, раздражение росло, указующая нить тянула на Землю. Подошёл к своему шикарному транспортнику, за рулём которого сидел мой личный бес-прислужник, и сел на сидение, хлопнув дверью.

— Всё плохо, господин? — Ульх был со мной с рождения, и я ему безоговорочно доверял.

— Хуже некуда. На Землю отправляемся. Ты со мной.

— Разумеется.

Бесы, как и демоны, имели способность изменять внешность под любую расу. Таким образом, на Земле мы принимали облик людей, у эльфов, гномов, амфибий, орков и прочих — соответственно. Этим и пользовались, путешествуя по мирам. Вот только на Земле от моих колоссальных способностей оставался пшик. Ну что такое способность вызывать похоть или внушение мыслей, или чувствительность ко лжи и правде по сравнению с боевой трансформацией и способностью управлять огнём? Я буду чувствовать себя беззащитным, как новорождённый зверёныш. Ненавижу чувствовать себя беспомощным.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Собирались быстро, нить дёргала. Нужно скорее прибыть на Землю, в место, куда указала стрела, тогда артефакт вернётся домой, наградив избранницу на роль сосуда крупицей магии, дающей возможность выносить и родить чистокровного демона. Захватили местные банковские карты, приняли облик людей, оделись подобающим образом, и я открыл портал, прямо по нити, в точку входа стрелы.

Переход вывел нас на оживлённую улицу сиявшей огнями Москвы, и мы с бесом замерли в шоке.

Нить явно вела в огромный развлекательный комплекс, ехидно подмигивавший яркой вывеской с названием «Реальный Рай», а ниже, бегущей строкой, язвила фраза: «Отдых на любой вкус. Красота, здоровье, досуг и исполнение любых желаний для состоятельных людей — гарантированно».

— Что это, господин? — в ужасе спросил мой бес.

— Это катастрофа, Ульх. Я даже примерно не представляю, как тут искать сосуд. Ты остаёшься и покупаешь этот бордель, а я домой — рыться в истории. Может, в свитках есть примеры подобных случаев и пособие, как найти ту самую.

Пролог

Пролог.

Василина, чистокровный человек. Земля. Москва.

Мне очень нравилась моя работа. Несмотря на то, что бывали сумасшедшие дни, вздорные клиенты, творческие заскоки мастеров, я наслаждалась должностью администратора салона красоты, расположенного в элитном развлекательном комплексе «Реальный Рай». А иначе и быть не могло у разведённой двадцатисемилетней женщины без образования, которая только три года назад вырвалась из удушающих объятий мужа, контролировавшего каждый её шаг.

На работе я смогла почувствовать себя кем-то очень важным и незаменимым, ведь без грамотного администратора в салоне случится коллапс.

Помимо чувства собственной значимости, в моей работе были и другие плюсы: комплекс находился недалеко от дома, всего пару остановок на метро, и я успевала забросить по дороге Кирюшку в детский сад, а забирали его уже бабушка или дед. Удобный график работы, потрясающий коллектив, адекватное начальство и возможность следить за собой, не вкладывая в красоту бешеные деньги.

Работала я всего третий год, до этого муж не разрешал, требуя, чтобы я занималась только им.

Замуж я вступила, как в осеннюю лужу, внезапно и неприятно, прямо со школьной скамьи. Спросите, зачем я это сделала? А я и сама не знаю. Своего мужа я точно никогда не любила.

Руслан был старше на двенадцать лет и взял меня в оборот, когда я оканчивала одиннадцатый класс. Его фирма выиграла тендер на ремонт нашей школы, и мне не посчастливилось столкнуться с ним в коридоре.

Он ухаживал красиво и настойчиво, ежедневно забирал после занятий на своей шикарной машине, водил в театры, кино и рестораны, дарил дорогие подарки и рассказывал о своей неземной любви. Моя старшая сестра Аксинья была от него в полном восторге и кричала: «Мужика надо брать!», подруги завидовали, что мне, безусловно, льстило, а родители не вмешивались, вот так и получилось, что я под влиянием общественного мнения сама не поняла, как оказалась женой и хозяйкой загородного дома в Подмосковье.

Не буду рассказывать о семи годах моего неудачного замужества, потому что не хочу вспоминать то скучное и беспросветное время.

Изменило всё появление в наших судьбах Кирюшки. Это событие заставило меня встряхнуться и кардинально поменять свою жизнь. Я со скандалом ушла от мужа, развелась, вернулась к родителям в городскую квартиру и устроилась работать администратором в салон красоты, являющийся частью «Реального Рая».

Поначалу было сложно: всё-таки за семь лет я немного одичала, но вскоре втянулась, быстро вспомнив, что в школе была очень общительной и сообразительной девушкой. Да и попробуй в таком коллективе не раскрыться? Безусловные профессионалы своего дела, находящиеся на острие фешн-индустрии, которые знают всё про всех и никогда не лезут за словом в карман — они меня быстро расшевелили и вернули в строй.

Дома тоже скучать было некогда. Пятилетний Кирилл поднимался нами сообща: папа давал мужское воспитание, мама — заботу и ласку, ну а я была больше по развлечениям и развивашкам.

— Василина, ты б сходила куда-нибудь с подругами, с коллегами. Не дело это, молодой красивой девушке так время проводить: работа — дом — ребёнок, ребёнок — дом — работа, — в последнее время всё чаще ворчала мама.

— Некогда мне, мам, да и наелась я отношениями.

— Что ж теперь, из-за одного козла крест на себе поставить?

Я только отмахивалась в ответ.

Хоть времени и желания налаживать свою личную жизнь у меня не возникало, я была по-настоящему счастлива и менять в своей жизни ничего не хотела. Во всяком случае, в ближайшее время.

Мне не мог испортить настроения ни мелкий осенний дождь, ни хмурое небо, ни пафосные клиенты. Я каждое утро перед сменой бодро отстукивала каблучками в сторону любимой работы.

У кого как, а у нас в салоне пятница — день тяжёлый. Клиенты идут нескончаемым потоком, готовясь к выходным, а поставщики везут материалы и одноразовую продукцию. Я крутилась, как белка в колесе, успевая ответить по телефону, встретить и проводить клиентов, взять с них оплату и принять наши заказы у поставщиков. Времени не было даже на то, чтобы в туалет сходить, не то что пообедать, но мне всё нравилось. И вот когда выдалась минутка на то, чтобы разобрать в подсобке прибывшую для работы краску, я только нагнулась к коробке, как меня что-то резко кольнуло в левую ягодицу. Укол был настолько неожиданный и острый, что я подпрыгнула, ударилась головой о косяк и взвыла. Потёрла полупопие — боль прошла, но разлилась по телу непонятной тёплой волной. Бросила коробки и побежала в служебный туалет, рассмотреть, что же это было? Укус какого-то насекомого? Может, это опасно, и нужно обратиться в медпункт, но нет — как не изворачивалась, обнаружить ничего не смогла. Никаких следов на заднице не осталось.

Махнула рукой и выбросила этот эпизод из головы, вновь погружаясь в работу.

Но в скором времени мне пришлось вспомнить об этом происшествии, которое, как оказалось, привело за собой череду невероятных событий.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 1.1

Месяц спустя. Тамаширрас. Москва.

Ульх встречал меня у портала, сидя за рулём земного транспорта. Здесь его называют спорткар. Двери плавно полетели вверх, и я сел в пассажирское кресло.

— Как успехи, мой господин?

— Ульх, привыкай в ближайшее время называть меня земным именем, будь добр, а то замучаемся память всем подчищать.

— Как прикажете, Тимур Расович, — я невольно скривился. Земное имя мне не нравилось, как и всё остальное земное.

— А тебя как тут по документам, напомни?

— Ульян Семёнович Бесовский.

— Точно! Всё прошло без эксцессов?

Бес выглядел как натуральный Ульян Семёнович — щуплый мужичок среднего человеческого возраста. Всё-таки против природы не попрёшь, и невозможно сменить данную свыше неказистую внешность на образ брутального мачо типа меня.

— Как по маслу прошло. «Реальный Рай» теперь полностью ваш. С завтрашнего дня можно приступать к поискам сосуда.

— Ты уже узнал точное число человеческих женщин, находившихся внутри этого вертепа в момент попадания стрелы?

— Конечно, гос… Тимур Расович, центр действительно огромен, а в тот момент был наплыв посетителей: бар, ресторан, оздоровительный комплекс, приватные комнаты, боулинг и салон красоты — вместили в себя тысячу шестьдесят пять человек, включая обслуживающий персонал. Из них пятьсот шестьдесят три — женщины. Я взял на себя смелость убрать из списков женщин не фертильного возраста. Осталось триста три кандидатуры.

— Очень много, очень! Но мне удалось кое-что узнать о сосудах, — автомобиль плавно подрулил к элитному жилому комплексу, в котором Ульх приобрёл нам апартаменты. — Дома расскажу.

Месяц в родном мире пролетел как день. Я пытался насладиться всеми радостями холостяцкой жизни и одновременно найти подсказки для решения своей проблемы.

Почему-то я раньше особо не интересовался, как другие высшие встречаются с сосудом и оплодотворяют его. Вернулся очередной несчастный с наследником на руках — поздравляю. А оказывается, казусы случались и раньше, правда, не такие масштабные, как у меня.

Лет триста назад стрела указала одному из наших на дом семейства гномов, где росло пять сестёр. Сначала демон растерялся, а потом обнаружил, что испытывает похоть к одной из девиц. Если учесть, что мало какой высший в здравом уме и трезвой памяти испытает влечение к гноме, наш соотечественник безошибочно определил сосуд и справился со своей миссией.

Ещё описывался случай, как стрела угодила в дом, под крышей которого жили пять эльфиек. Здесь задачка была посложнее — эльфийки прекрасны! Наш будущий папаша произвёл расчёты, исключил из кандидаток мать и младшую сестричку и занимался своим делом с оставшимися тремя красавицами попеременно. В результате всё получилось, и одна из них понесла.

Упоминался случай, когда сосуд оказалась замужем, но это, как выяснилось, не помеха.

Про то, что избранница стрелы наделяется частичкой моей магии, я знал, а вот про то, что это делает её невосприимчивой к моим воздействиям — нет.

Какую картину я имею в итоге? Сосуд будет привлекательной для меня бездетной девушкой или женщиной с любым семейным положением, которая не будет реагировать на мою магию. Просто чудесно, соблазнять придётся своими силами!

Вот всё это я и пересказал коротенько Ульяну, когда мы расположились в гостиной пентхауса.

— Что же мы будем делать, Тимур Расович?

— Завтра отсеем всех, у кого есть дети, а дальше мне придётся пообщаться с каждой из оставшихся кандидаток, чтобы понять, к кому меня влечёт.

— А если их будет много? Человеческие женщины не так плохи, если к ним приглядеться. Я уже завёл парочку любовниц.

— Будем смотреть по обстановке. Мне бы не хотелось трахать одновременно большое количество претенденток, тут появится риск принять чужого ребёнка за своего. Как за ними за всеми уследишь?

— Вы, как всегда, правы! А заключили ли вы брак с госпожой Саффирой?

— Нет, но я провёл предварительные переговоры с её отцом. Они будут ждать моего возвращения.

Саффира подходила мне идеально! Мы прекрасно проводили время вместе, и она даже пару раз приглашала к нам в постель своих подруг, что давало мне надежду на отсутствие у неё такого неприятного чувства, как ревность. Сам я его никогда не испытывал и испытывать не планировал, поэтому того же самого хотел бы получить и от временной пары.

— Разрешите удалиться к себе в квартиру? Она находится этажом ниже.

— Да, ступай. Во сколько начинается рабочий день в моём новом владение?

— Оно работает круглосуточно, но частично. Все дневные работники, которые находились в момент попадания стрелы внутри здания, и посетители приходят к девяти утра.

— Отлично. Значит, мы явимся в полдень, а до этого ты меня адаптируешь под местного. До завтра, Ульян Семёнович.

— Буду в восемь, Тимур Расович. Тут ничего значимого не произошло: с местной техникой вы освоитесь быстро, а люди — они всё такие же.

Оставшись один, я отправился на экскурсию по пентхаусу. Из панорамных окон открывался вид на Москву-реку и центр российской столицы. Хорошее место, высокое, большой обзор. Взгляд выхватил моё приобретение: «Реальный Рай» подмигивал огнями, и при желании до него можно будет добраться пешком. Правда, сомневаюсь, что оно когда-нибудь возникнет — дышать местным загазованным воздухом не доставляло никакого удовольствия, поэтому на террасу я выходить не стал, хоть она и заманивала меня зеленью. Не удивительно, что люди такие слабые и так мало живут: постоянно вдыхая в себя яд, поди останься здоровым.

Помимо огромной гостиной, на первом этаже располагались кухня и столовая, разделённые барной стойкой. Общая гардеробная, которую Ульх забил подходящей по сезону верхней одеждой и обувью, и гостевая ванная тоже вполне отвечали моим требованиям.

Поднялся по лестнице на второй этаж — там расположились спальня, личная ванная и кабинет. В кабинете на столе лежали непонятные пока приспособления, но сейчас мне не хотелось с ними разбираться.

Отодвинул двери личной гардеробной, где аккуратно были развешаны деловые костюмы и другие местные вещи, в выдвижных ящиках — бельё и аксессуары. Потрогал ткань — всё качественное, бес не подвёл, даже ванную комнату наполнил всем необходимым. Ведь прибыл я налегке, будучи уверенным, что за месяц слуга разберётся в моде и купит мне самое лучшее барахло.

В целом жилище мне понравилось: минимализм, всё в чёрно-белых тонах с редкими всполохами красного декора. Мне будет комфортно пребывать здесь.

Завтра Ульх расскажет мне об изменениях, произошедших на Земле за те пятьдесят лет, что мы тут не были, а пока можно и выспаться. Саффира прошлой ночью не дала сомкнуть глаз, да и переход вымотал.

Принял душ и завалился в королевского размера кровать. Уснул мгновенно.

Глава 1.2

Разбудил меня аромат свежесваренного кофе и яичницы с беконом, поднимающийся на второй этаж с кухни, ведь дверей в пентхаусе практически не было, и ему ничего не препятствовало дразнить моё обострённое демонское обоняние.

Бес всегда готовил потрясающие завтраки и угадывал, чего именно я хочу сегодня.

Спустя тридцать минут я, свежий и бодрый, уже получал первые сведения от Ульяна — прямо во время трапезы.

— Технический прогресс продвинулся не сильно: земные гаджеты сейчас на уровне наших, лет триста назад. Вам не составит труда в них разобраться, тем более что технологии они используют наши.

— Даже мобильная связь есть?

— Есть, мой господин.

— Ульян!

— Простите, Тимур Расович.

— Прощаю. Кто-то из демонов подкинул идейки?

— Безусловно. Многие до сих пор практикуют развлечение «желание в обмен на душу».

— Не пойму, что в этом весёлого? На кой им человеческая душа?

— Вы же знаете, Тимур Расович, что до сих пор существуют верящие в ритуал поглощения чужой души, чтобы увеличить свою силу.

— О! Да! Отец рассказывал, что одно время сам этим увлекался, но учение о душах — утопия.

— Согласен. Но не все так мудры, как вы.

— Обойдёмся без подхалимажа. Продолжай.

— Так вот, сами люди эволюционируют медленно. За пятьдесят лет они лишь придумали третий пол и больше ничего интересного.

— Это как? — «вот это воображение у людей!» — Мысленно восхитился я.

— Ну, не мужчина и не женщина, — вообще ничего не понял, разве так бывает, если ты не гермафродит? — Хоть от природы они и наделены вторичными половыми признаками.

— Гермафродитов признали, что ли? Ну и что в этом такого?

— Да нет же! Обычные мужчины или женщины объявляют себя третьим полом.

— И что это им даёт?

— Понятия не имею. Они так самовыражаются.

— Занятно. Надеюсь, в числе кандидаток в матери моего наследника таких нет?

— Россия не настолько толерантна. Тут нам повезло.

— Хорошо, что в моде?

— Классика всегда в моде, здесь вам опасаться нечего.

— Как мне следуют обращаться с людьми?

— Тут тоже всё без изменений. Деньги и власть позволяют вам обращаться с ними, как душе угодно.

— Ну, тогда показывай, что там они наизобретали.

— Я взял на себя смелость разместить гаджеты на вашем столе в кабинете. Если вы закончили завтрак, давайте пройдём туда.

— Идём.

Действительно, инструктаж много времени не занял: я посмотрел новости, прикинул финансовую и политическую расстановку сил, пробежался по модным передачам телеканалов с комментариями Ульяна Семёновича и к полудню был готов управлять «Реальным Раем», как будто был рождён для этого.

Время я выбрал не случайно. Наверняка томящийся в ожидании нового хозяина коллектив уже был готов к употреблению, разделившись на два лагеря: первый — дошедшие до кондиции, в нервном напряжении, вторые — смирившиеся и забившие на всё.

Мне больше подходили вторые, поэтому я решил провести собрание всех управляющих подразделениями и прикинуть, каких в моём коллективе больше.

Внутреннее убранство центра меня не впечатлило: много пафоса и вычурности, мне такое не по нраву, но менять что-то я не собирался. Какое мне дело до того, что нравится человечкам? Я тут, надеюсь, ненадолго задержусь.

— Ульян Семёнович, — пророкотал я своим брутальным голосом, когда мы вошли в холл «Реального Рая», где толпились открывшие рты люди я расскажу своим подчинённым о предстоящих изменениях.

С радостью отметил, что многие из слушателей побледнели, а некоторые побежали разносить новость.

Ульх проводил меня до кабинета и умчался исполнять распоряжение, а я открыл ноутбук и погрузился в файлы с анкетами кандидаток.

Путём несложных вычислений отсеял кандидатуры с детьми и получил сто три ужасающих изображения.

Чем больше фотографий я просматривал на экране, тем меньше во мне оставалось демонского оптимизма. Кто все эти самки? Зачем они встают на носочки, выпячивая вперёд грудь и оттопыривая зад, если достоинства явно наращены искусственным образом? А эти губы, призванные задавить своим масштабом? А эти брови, способные поспорить с самой тьмой своим цветом? А этот нарочито потупленный взгляд…

Похоже, Ульян мне врёт — люди стали ещё отвратительнее, чем были пятьдесят лет назад. Даже не представляю, как хоть одна из этих особей вызовет во мне похоть. Хотя, может, это экран компьютера и не передаёт энергетику? Нужно будет встретиться с каждой лично.

Захлопнул крышку устройства и пошёл в конференц-зал, знакомиться с руководителями отделов центра.

Собрание прошло по плану. Я грозно рявкнул, что всё и всех контролирую, изменений пока не планирую, и прощупал двух кандидаток, которые оказались в числе сотрудников из руководства.

Более или менее мне подходила управляющая салоном красоты, Анжела Олеговна. Решил пообщаться с нею поближе позднее.

После собрания пошли с Ульяном в наш ресторан обедать. Одна из официанток и повариха тоже подходили по параметрам, но это было не «БИНГО». Повариха, хоть и обладала внушительными бёдрами, способными родить наследника даже дракона, прямо в его звериной ипостаси, желания у меня не вызывала никакого, а официантка даже бёдрами не обладала.

Рабочий день подходил к концу, и я решил попробовать успеха с Анжелой. Взял таблетку, открывающую все двери, и отправился на разведку.

В центре всегда, похоже, было оживлённо, но радовало то, что людишки разбегались при виде моей внушительной фигуры. Это хорошо. Не собираюсь с ними церемониться.

Салон находился на первом этаже, и я толкнул дверь, ведущую в него. Странно, но она была закрыта, несмотря на то, что внутри творились вещи явно весёлые и оживлённые: мелькали огни, и раздавался смех и музыка. Я переключил слух на демонский и замер. Чувственный женский голос томно просил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Дай мне…

— Ты хочешь? — высокий, но явно мужской голос звучал жеманно.

— Да-а-а, дай мне прямо в рот…

Хм, а мне начинает тут нравиться. Я хочу видеть это. Приложил таблетку, толкнул дверь и замер. Открывшаяся картина меня поразила.

Глава 2.1

Василина.

После того злополучного случая в подсобке со мной начали происходить всякие странные вещи. Я, которая жила много лет скучной жизнью, постоянно начала влипать в какие-то истории.

— Ты прямо как будто специально ищешь приключения на свою задницу! — Заявила мне Анжела Олеговна, когда я впервые за всё время опоздала на работу.

— Но не могла же я пройти мимо плачущего в подвале котёнка. Пока залезла в окно, пока вытащила — чулки порвала и вся испачкалась. Пришлось вернуться домой вместе с животным, чтобы переодеться. — Оправдывалась я.

Ещё я теперь занималась поисками нового жилья для спасённого малыша. Отец был категорически против живности в доме.

В другой раз я в свой выходной, запланировав кучу дел, вышла из дома и, пройдя буквально триста метров, наткнулась на растерянную старушку. Бедная женщина стояла посреди тротуара и безмолвно взывала к прохожим умоляющим взглядом.

— У вас что-то случилось? — я просто не могла пройти мимо. — Я могу вам помочь?

— Ох, спасибо, милая. Мне кажется, я заблудилась.

— А куда вы шли?

— Я ходила в магазин, — женщина потрясла авоськой со скудными покупками. — Вышла из него, а куда идти не знаю. Мне казалась, что дом в той стороне, но вокруг всё незнакомое…

— Не переживайте, вы помните свой адрес? Давайте я вас провожу.

Агнесса Романовна, как представилась женщина, свой адрес помнила. Жила она действительно недалеко, но в другой стороне. Я довела её до квартиры, по дороге узнав, что живёт старушка одна. Сын с семьёй давно уехал в Израиль и может лишь поддерживать её материально, хочет забрать к себе, но она отказывается. Решила умереть на Родине. Грустная история.

Занесла сумку в квартиру и поняла, что уйду отсюда нескоро. Агнессе Романовне явно была нужна помощь по хозяйству. Засучив рукава, разгребала Авгиевы конюшни два выходных, подключила маму и теперь мы навещали старушку по очереди, практически ежедневно, взяв над ней шефство.

— Ох, найдёшь ты Вася приключений не только на свою голову, но и на мою. — Сетовала мама.

— Мам, ну разве я могла пройти мимо?

— Конечно, нет! Ты всё правильно сделала, дочь, надеюсь, тебе зачтётся.

— Я не для этого взялась помогать.

— Понятно, не кипятись, но я хочу, чтоб ты нашла свою любовь и хорошего мужа. Такая уж моя материнская прихоть. Смирись.

Я не спорила, дело — это бесполезное: как объяснить прожившей в счастливом браке сорок четыре года женщине, что не хочешь больше замуж?

Но это всё цветочки! Ягодки пошли, когда я ехала домой с работы и, прямо на моих глазах, девушка, заходя в вагон метро, уронила сумочку между вагоном и перроном, в момент, когда компания развесёлой молодёжи заскакивала в отправляющийся поезд, сшибая всё на своём пути.

Я-то, вовремя успела отступить и только наблюдала в окне отъезжающего поезда выпученные глаза и открывающийся в безмолвном крике рот несчастной, уносящейся в тёмный тоннель без сумочки.

Конечно же, мне ничего не оставалось делать, как пойти к дежурному и сообщить о происшествие. Пока мы доставали сумочку с рельсов, девушка успела вернуться на станцию и кинулась ко мне с объятьями.

— Спасибо, спасибо, спасибо! Как же я благодарна! Меня зовут Рита, я просто обязана угостить вас ужином! Я знаю отличный бар, тут недалеко! Прошу вас, не отказывайтесь!

Я подумала, что ничего страшного не произойдёт, если я соглашусь на такую искреннюю просьбу Риты, написала маме СМС, что задерживаюсь и согласилась.

Зря. Ох, зря я это сделала. Поняла свою ошибку я быстро, но было уже поздно. По-видимому, Риту в баре знали, и репутацию она имела говорящую, потому что мужчины потянулись к нам, с вполне определёнными намереньями, нескончаемым потоком.

Новая знакомая принимала от них знаки внимания и напитки благосклонно, а я только и успевала скидывать со своих коленей наглые руки и мечтала оказаться дома.

В итоге не знаю, каким чудом, мне удалось увести из бара Маргариту, вызвать такси и, подъезжая к её дому, обнаружить, что моя знакомая спит беспробудным сном.

Мы с таксистом чего только не предпринимали в попытке добудиться пьянь, но всё было бесполезно — клиент созрел и не реагировал. Пришлось везти тело к себе и за руки — за ноги тащить в квартиру.

Родители встретили нас в прихожей с поднятыми на лоб бровями. Хорошо, что Кир уже спал.

— Кто это? — почему-то шёпотом спросила мама, разбудить сейчас Риту не смог бы даже ядерный удар.

— Потом расскажу. — Буркнула я, и мы с таксистом затащили тело в мою комнату. Придётся сегодня спать в зале.

Я даже не знала, как рассказать своим, об очередном приключении. Мама меня потащит к «бабкам», снимать порчу. Однозначно.

Наутро Рита извинялась, пыталась всучить сто евро и мило краснела перед родителями. Мы обменялись телефонами, но я сразу занесла её номер в чёрный список. Нафиг, нафиг.

Думаете это все мои приключения? О, нет. Благодаря одному из них я обзавелась парнем.

Дело было так.

— Вась, надо завтра сходить к Кирюше в сад. Вызывают родителей. — Сообщила мама накануне.

— А что случилось? — заволновалась я.

— Ничего страшного, хочет поговорить психолог. Ты же завтра выходная? Сходишь? А я сама навещу Агнессу.

— Конечно, схожу!

Наутро я повела мелкого в сад, хоть в мои выходные это и была миссия деда, специально, чтоб поговорить с психологом.

— Уважаемая Василина Андреевна, — ужасно впечатляюще начала наш разговор детсадовский психолог и у меня внутри всё похолодело. — Я не хочу вас расстраивать, но ваш ребёнок не совсем адекватен.

— Что? — я была в шоке! Кирилл, хороший, умный мальчик. Он ни разу не был замечен в неуважительном отношении к старшим. С чего такие заявления? — О чём вы, уважаемая Александра Константиновна? — Ещё минутка и я вцеплюсь ей в горло, если она не аргументирует.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Он назвал массажистку свиньёй. — Трагическим голосом заявила психолог. — Я подозреваю у него замедленное развитие. Ребёнок не понимает, что можно говорить взрослым, а чего нельзя.

— Уверена, вы что-то путаете! Он не мог, он воспитанный ребёнок. Я сейчас же поговорю с ним, и, учтите, поверю я ему, а не вам.

Мне искренне хотелось выцарапать ей глаза и выдрать волосы. Как она смеет?

Я стремительно пошла в группу к Киру и позвала мелкого на разговор.

— Кирюнь, ты зачем обозвал массажистку свиньёй?

— Я? Никогда я не обзываюсь, ты же сама говорила, что это плохо. — В глазах малыша заблестели слёзы, и задрожала нижняя губа.

— А что было? Ведь ты понимаешь сейчас, о чём я? — настаивала я.

— Понимаю. — Малыш отвёл глаза. Он всегда был разумен не по годам. — Она была такая грустная, и я хотел её рассмешить. Просто сказал, что она похожа на свинку! Разве это плохо? Я люблю свинок! Они милые! Например, свинка Пепе.

Он чуть не плакал, а мне хотелось прийти в кабинет к психологу, вызвать туда массажистку и потребовать у них дипломы и допуск к работе с детьми. Идиотки!

— Не переживай, малыш! — я крепко обняла Кирюху и поцеловала в макушку. — Ты всё сделал правильно.

Вернулась в кабинет к психологу, вызвала туда же заведующую, свинку — массажистку и устроила всем троим разнос. Полегчало мало.

В общем, шла я из сада злая, не разбирая дороги, когда прямо передо мной молодой мужчина, садясь в припаркованный автомобиль, выронил кошелёк. Я побежала за ним с криками: «постойте, вы уронили» и сломала каблук, рухнув прямо коленями на асфальт. Больно-то как! Слёзы невольно навернулись на глазах. За что мне всё это? Рука нервно сжала портмоне из мягкой кожи. Опять какой-то богатей. Он даже не заметил, а я колени в кровь…

Глава 2.2

Отъезжающая машина резко затормозила. Видимо, мужчина заметил моё феерическое падение. Двери открылись, и он бросился меня поднимать.

— Вы не ушиблись? Как же вы так? — парень, на вид он был не старше меня, усадил меня на заднее сидение своего автомобиля и попытался поправить юбку.

— Да вот! Доброе дело хотела сделать, заберите свой кошелёк, — я сунула ему в руки портмоне и отвернулась, обидно стало до слёз.

— Так это вы за мной бежали? Простите бога ради!

Он потянулся через меня к заднему стеклу и достал аптечку. Вытащил дезинфицирующие салфетки и начал аккуратно обрабатывать разбитые коленки, дуя на ранки. Это было так трогательно: он стоял прямо на асфальте, не жалея дорогих брюк, передо мной на коленях, что я решила его простить.

— Вы не виноваты, каблук сломался.

— Всё равно я не могу сам себя простить, что такая красивая девушка пострадала по моей вине. Позвольте, я вас подвезу до дома.

До дома было рукой подать, но хромать с дырками на коленках совершенно не хотелось, да и молодой человек подозрительно не выглядел.

— Хорошо, подвезите, тут недалеко.

Так мы и познакомились с Денисом. Оказывается, дорогая машина и брендовый кошелёк вовсе не говорят о том, что его обладатель обязательно окажется вторым Русланом.

Денис работал в крупной IT-компании техническим менеджером и хорошо зарабатывал, при этом он не был ни прыщавым программером, ни снобом, смотрящим на всех свысока.

Он всю дорогу со мной флиртовал и в конце концов выпросил телефон и разрешение позвонить.

Виделись мы не часто, больше общались по переписке, но мама была довольна — наконец-то дочь выбралась из раковины и завела парня.

Вообще-то, положа руку на сердце, я и сама не знала статус наших отношений. Его мы не обговаривали, да и все наши три встречи происходили, прямо скажем, не совсем удачно. То во время сеанса в кинотеатре Дениса вызвали на работу, у них случилась крупная поломка. То в ресторане, где мы ужинали, сработала пожарная сигнализация, и нас всех срочно эвакуировали на улицу, голодными.

В последнюю нашу встречу, во время которой мы решили устроить катание на лошадях в подмосковном конном клубе, у нас вообще застряла машина в огромной луже на просёлочной дороге.

— Садись за руль, Василина, а я попробую вытолкнуть, — как-то обречённо предложил парень.

— Я не умею водить! — я подозревала, что он уже не рад, что со мной связался.

— Это автомат, просто держи руль и жми на газ, когда я тебе скажу.

Надо ли говорить, что свидание не удалось? Машину нам вытаскивали трактором, после того, как Ден весь извозился в грязи, но лужу не победил.

Честно говоря, я думала, он вообще больше никогда мне не позвонит. Я бы сама себе никогда не позвонила! Прямо девушка-катастрофа! Может, меня и вправду сглазили? Но Денис, как ни в чём не бывало, на следующее утро прислал в вотсапе весёлую картинку. Странный.

Нравился ли он мне? Скорее да, чем нет. Во всяком случае, отвращения не вызывал. Я вообще была в вопросе чувств не такая как все. За двадцать семь лет жизни я не влюблялась ни разу. Как это бывает, знала только в теории: из рассказов знакомых, фильмов и книг, но вот чтоб ощутить это самой — нет. Ни трепета, ни желания постоянно видеть объект своей симпатии, ни порывов написать слезливое стихотворение у меня не бывало.

— Ты просто не встретила своего мужчину, дорогая, — утешала меня мама, когда я поделилась с ней своей проблемой. — У тебя бабушка такая была. Всю жизнь любила одного мужчину и после его гибели на войне так и не вышла больше замуж, хоть и была такой же красавицей, как ты.

— А если не встречу?

— Выйдешь замуж за хорошего человека, родишь детей и проживёшь счастливую жизнь, любя деток.

Вот именно поэтому я и решила встречаться с Денисом: судя по всему, он и есть «хороший человек», надо к нему приглядеться, хоть замуж я в ближайшие годы выходить не планировала.

В общем, личная жизнь у меня варилась на медленном огне, в то время как на работе кипели страсти.

Ведь вскоре весь «Реальный Рай» ждало настоящее потрясение. Нас продали, и на днях у центра поменяется владелец. Его доверенное лицо, некто Ульян Семёнович Бесовский, уже скользил по коридорам, что-то вынюхивая.

Почему-то я сразу стала относиться к нему подозрительно, хотя коллеги обоих полов находили его мужчиной импозантным и загадочным. Ну не знаю, видимо, я действительно странная.

В день явления босса народу весь «Реальный Рай» замер в напряжении. Похоже, наше нестроение передалось и клиентам — они тоже сидели в креслах тише воды ниже травы. Но хуже всего было то, что это страшное событие совпало с днём рождения нашего Мишеля.

У нас в салоне эти праздники чтились свято. Виновник торжества готовил угощение, обязательно собственного приготовления, ну а мы скидывали деньги в волшебный конверт.

— Вася, что делать? — Миха начал ныть с самого утра. — Я приготовил вам такой сюрприз, вы пальцы проглотите! Вдруг не получится отпраздновать по-нашему?

— Не паникуй раньше времени, дорогой. Давай дождёмся нового владельца, а там посмотрим. Можно же пойти в кафе, если что.

— В кафе — это не то! Там не устроишь такую уютную, домашнюю вечеринку, как здесь.

— Мишель, не накручивай себя и меня. Нам ещё весь день работать.

Очевидцы, в лице косметолога Тани и мастера маникюра Светы, прибытия босса в свои владения описывали это событие примерно так:

— Вау! Это просто улёт! — Таня.

— Я чуть не кончила на месте, он просто нереальный! — Света.

— А какой голос! М-м-м! — это хором.

Коллектив пребывал в нервном напряжении, и вскоре явился Ульян Семёнович, чтобы пригласить Анжелу Олеговну на собрание.

Затаив дыхание, мы заламывали руки, не сводя глаз с дверей, ожидая возвращения управляющей.

Как ни странно, наша начальница вернулась быстро и в прекрасном настроении.

— Дорогие мои! Всё чудесно! Тимур Расович просто потрясающий мужчина и руководитель, продолжаем работать в обычном режиме, — она повернулась ко мне. — Василина, запиши меня к Карине на губы в ближайшее время.

Всё понятно, от сногсшибательного босса дрогнуло даже сердце замужней Анжелики. Мне самой стало интересно на него посмотреть, и желание моё вскоре исполнилось.

В конце рабочего дня мы закрыли салон и принялись устраивать вечеринку. Кто-то вытаскивал в зал раздвижной стол, кто-то занимался музыкой и иллюминацией, а мы с Мишелем наносили последние штрихи на его кулинарный шедевр. Это был торт. Огромный, красивый, вкусный, с нежнейшим творожным кремом и фруктами. Именинник украшал его взбитыми сливками, а я подсказывала, куда ещё выдавить розочку.

— Всё, Миш, хватит. А то будет аляповато смотреться.

Он выдавил себе на палец сливок и так смачно его облизал, что мне тоже захотелось.

— Дай мне.

— Ты хочешь?

— Да. Дай мне прямо в рот.

Я разинула рот, стилист встряхнул баллончик, выдавил мне туда сладкую струю, и именно в этот момент распахнулись запертые двери салона, и пред нами предстал новый владелец во всей своей красе.

Даже думать не хочу, что он себе представил, застав меня с полным ртом сливок и выпученными глазами, но вид у него был свирепый.

— Дети есть? — рявкнул он, глядя мне в глаза, а у меня полный рот белой массы, как я ему отвечу? Я только и могла лихорадочно кивать, как китайский болванчик.

Тимур Расович рыкнул, развернулся и вылетел из салона, хлопнув дверью. Мы с Мишелем переглянулись.

— Нас уволят, — выразил общее мнение друг и всхлипнул, а мне, наконец, удалось проглотить проклятые сливки.

— Прорвёмся, Михаил.

Праздник получился грустным, почему-то веселиться расхотелось всем, и мы быстро разошлись по домам. Это был апогей моих приключений, найденных на свою задницу.

Глава 3

Тамаширрас.

Открывшаяся картина поразила меня тем, что я никак не ожидал после подслушанного разговора наткнуться на странную парочку: удивительно красивую человечку с полным ртом непонятной белой субстанции и на недомужика заталкивающего эту субстанцию ей в рот. Что ещё было странным, эти двое были полностью одеты и, судя по всему, занимались чем-то совсем далёким от моих представлений о том, что нужно делать после просьбы девушки дать ей прямо в рот. Пригляделся — на баллончике в руках странного парня было написано «ВЗБИТЫЕ СЛИВКИ». Еда, догадался я.

Это понимание, почему-то меня порадовало, а ещё я отметил некую активность в районе своей ширинки при виде девушки. Мозг быстро нарисовал комбинированную картинку с участием меня, её голоса, её образа и отсутствием лишнего персонажа. Неужели я так быстро нашёл сосуд?

— Дети есть? — уточнил я вежливо, уже предвкушая скорое завершение миссии.

Девица замычала и испуганно закивала головой. Не врёт — автоматически подсказала мне моя способность отличать правду ото лжи.

Это было сильнейшее разочарование и я, забыв, зачем вообще приходил в салон, вылетел вон.

— Тимур Расович, — остановил мой стремительный ход в неизвестное направление Ульх. — Домой? Если я вам не нужен, могу я сегодня вечером заняться личной жизнью?

Мне было совсем не до Ульяна Семёновича, я задавался вопросом: что это вообще только что было? Что за странная реакция? Хотелось остаться одному и разобраться в случившемся, поэтому я с облегчением отпустил беса к любовницам и остался дома один.

Размышления мои пошли в сторону: а что если мой организм начал приспосабливаться к окружающей среде и теперь я, в силу своего сексуального аппетита, могу на многих так реагировать? Ведь сам себе в зеркале я откровенно нравился несмотря на человеческий облик. Мысль откровенно пугала.

Хотя, надо отметить, что девушка из салона была хороша, даже по меркам демонов. Молочная кожа, выразительные карие глаза, опушённые густыми длинными ресницами, красивые брови, длинные густые волосы — всё это жгуче-чёрное, на контрасте с кожей. А фигура! Просто мечта! А главное, намётанный взгляд определил, что формы натуральные. Живые, манящие, обещающие массу открытий и удовольствий. Но, ребёнок! Он никак не вписывался в правила определения сосуда.

Голову ломал долго, так ни чего конкретного не надумав, лёг спать.

Утро началось стандартно — с возбуждающего ноздри аромата кофе и блинчиков. Опять бес угадал, стервец. Причём, блинчики были с ягодами и взбитыми сливками.

— Мой господин, вы чем-то озабочены? — бес выглядел удовлетворённым и отдохнувшим.

— Вчера кое-что произошло, и я никак не могу понять причину.

— Что же?

— Я отреагировал на человечку, но у неё есть ребёнок! Она не может быть сосудом.

— Каким образом отреагировали?

— Каким, каким… Встал у меня.

— Хм… Может, вы просто захотели в туалет по малой нужде, и ваше естество зашевелилось, мой господин? — Ульха захотелось треснуть.

— Я, по-твоему, похож на подростка, у которого встаёт, когда он хочет справить малую нужду? — вероятно, в моих глазах мелькнул огонь хоть магии на Земле было крохи, для того чтобы он активировался, но бес затрясся.

— Простите, простите, господин.

— Завязывай, Ульян Семёнович кривляться, и выдавай нормальные версии. Что думаешь?

— Может, она вам понравилась, как женщина?

— Вооот! Что если мне сейчас все подряд начнут нравиться? Есть мысли?

— Хорошо, что вы спросили! У меня как раз родилась великолепная идея! Нам нужно устроить корпоратив. Это нормальное, стандартное мероприятие, оно, не вызывая подозрений, позволит нам собрать всех кандидаток в одном месте разом.

— Подробнее.

— Люди, как и демоны, любят отмечать все события…

— Не настолько подробнее, Ульх. Ближе к делу.

— Устроим праздник и пригласим всех подозреваемых на него.

— Зачем нам это? Вдруг я запутаюсь, отреагировав на каждую симпатичную особь? Я должен помнить в лицо всю сотню?

— Мы наденем на них опознавательные браслеты, господин и вы сможете пообщаться с каждой.

— А вдруг я среагирую на многих? — этот вопрос не давал мне покоя.

— Но ведь сосуд вы захотите больше всех, мой господин! Значит, ваша обязательная похоть к сосуду возьмёт верх. Вы сможете отделить мух от котлет, я уверен.

— Ты прав, пожалуй. Организовывай этот корпоратив.

— Нужны ещё бесы.

— Вызывай.

— Я обращусь в «Бес — Эксклюзив»?

— Конечно! Расходы не имеют значения.

— Спасибо, мой господин!

— Завязывай, Ульх. Достал. Господин я тебе дома, а тут Тимур Расович Демский.

— Простите, привычка. — Раскаявшимся он себя при этом явно не чувствовал, да и неспособны бесы на раскаяние, пока их огнём не шибанёшь.

В центр мы явились опять к обеду. Теперь я был внимателен и контролировал любую свою реакцию, но Тамаш — младший, молчал, как сдох, не реагируя на встреченных по дороге к кабинету девиц. Странные дела.

Анжела заявилась ко мне в кабинет буквально через полчаса после моего прихода в центр.

— Тимур Расович, вы вчера приходили к нам в салон, но так быстро ушли… Вы искали меня? Простите, что мои сотрудники помешали нашей встрече. У Мишеля был день рождения, и мы отмечали… — Она захлопала ресницами и сложила пухлые губы в трубочку.

Ужимки и кокетство управляющей почему-то раздражали.

— Закройте дверь с обратной стороны! — рявкнул я. С какого хрена она пришла? — Я вас не звал! Мне дела нет до ваших вчерашних развлечений.

Не знаю, что подумала Анжела, но перед моими глазами вновь встала ОНА с призывно открытым ртом. Я выругался на своём, на демонском, и Анжела вылетела пулей из кабинета.

Интересно, а если набить рот Анжелы Олеговны взбитыми сливками, она покажется мне привлекательной? Потому что без них, она меня не возбуждала, совершенно. Голова начала работать в сторону математики: сколько мне понадобиться баллонов сливок, чтоб накормить всех кандидаток?

У меня всегда было живое воображение и эта картина меня не радовала.

— Ульх, идём сравним. — Наконец, принял я решение, устав себя накручивать.

— Что сравним?

— Девицу, на которую у меня вчера встал, с остальными. Ты сейчас на неё посмотришь и мне честно скажешь, есть ли в ней что-то особенное.

Мы пришли в салон, где моя заноза разговаривала с клиентом по телефону, взирая на нас перепуганными глазами. И я опять среагировал. Она картинка. Она эталон, она самое красивое существо на свете. Эти маленькие ручки, эти соблазнительные формы, этот бархатный голос! Да она издевается!

— Что думаешь, Ульх? — я вывел беса в коридор. Возможно, наш приход в салон выглядел странно, но отчаянные времена — отчаянные меры!

— Она хороша!

— Вон та? — я махнул в сторону своей проблемы, виднеющуюся через стеклянные двери.

— Анжела Олеговна.

— А моя?

— Гос… Тимур Расович, я помню правила!

— Я разрешаю говорить честно.

— Она божественна! У меня тоже зашевелилось.

— Испепелю!

Бес вжал голову в плечи, а я подивился своей реакции. Вот, например, если б Ульх сказал, что у него стоит на Саффиру, я бы только возгордился, а тут, почему-то нахлынула ярость.

— Вы же сами просили честно.

— Ладно, живи. Собери на неё всю информацию и позаботься о том, чтобы девушка была на празднике.

Глава 4

Василина.

Нас не уволили. Анжела Олеговна хоть и вернулась от босса печальная и отменяла запись на новые губы, но успокоила всех, сообщив, что Тимуру Расовичу нет дела до наших посиделок.

Он, вообще, был не менее странный, чем я, этот наш новый владелец. Он вызывал во мне бурю противоречивых эмоций: от восхищения внешностью брутального альфа — самца, с обязательной пробежкой мурашек по всему телу, до недоумения от его странного поведения. Например, он пришёл в салон вместе с Ульяном Семёновичем, они окинули изучающим взглядом всех присутствующих, потом вышли за дверь и начали что-то обсуждать, продолжая искоса поглядывать на меня. Мурашки опять бежали по всему телу толпой, но только уже от страха. И так было весь мой рабочий день.

А вернувшись на ресепшн после выходных, я узнала новость о грядущем корпоративе, явка на который была обязательна ровно через неделю.

Не знаю, как остальные сотрудники «Реального Рая», а наш коллектив лихорадочно обдумывал образы на предстоящий праздник, чтобы поразить воображение Тимура Расовича и обещанных почётных гостей праздника все семь дней.

Хорошо, что бывший муж был нежадным, и я ушла от него с полным гардеробом приличной одежды, а то бы я даже не знаю, в какую копеечку мне влетел наряд, позволяющий не ударить в грязь лицом на общем уровне.

— Вася! Вот как тебе удаётся так шикарно выглядеть в платье из коллекции десятилетней давности? — с упрёком заявил Мишель, накручивая свою чёлку в вечер корпоратива. — Я просто в шоке! Ты не потратила ни копейки, а затмишь меня, хотя я и опустошил свою заначку подчистую. Тимур Расович ни за что не обратит на меня внимания.

Он всхлипнул. Миша вообще был ранимым и скорым на слёзы.

— Знаешь, дорогой, мне кажется, что наш босс просто закоренелый гомофоб и дело тут не в образе. — Поспешила его утешить я.

Дело в том, что Мишель был натурой впечатлительной и за прошедшую неделю успел влюбиться в нового владельца до потери пульса, потому что тот постоянно мелькал у нас в салоне и разбрызгивал свой тестостерон в разные стороны, не обращая внимания на жертвы, которых помимо Мишки, было немало.

Каюсь, я тоже позавчера ночью занималась рукоблудием, представляя нового босса и его рычащий голос, приказывающий мне кончать.

Всё произошло бурно и неожиданно быстро. Хорошо, что родители с Киром уехали к тётке погостить, иначе бы я не знала, чем оправдать свой сдавленный крик посреди ночи.

Но, случившееся — страшная тайна! О ней я не расскажу никому, потому что мне даже перед самой собой стыдно признаваться в том, что я так позорно повелась на чью-то внешность. На работе я прикидывалась безразличной и демонстративно не разделяла всеобщих восторгов.

Корпоратив проходил в нашем ночном клубе. На дверях, видимо, нанятая на этот случай охрана, сверяясь со списком, надевала нам на руки разноцветные браслеты. Я прошла в зал вместе со всеми нашими и ахнула.

Новый хозяин постарался на славу. Клуб выглядел как сам Ад, что немудрено в канун Хеллоуина.

Чёрное и красное — больше никаких цветов в отделке зала не было. Импровизированные черти жарили на кострах грешников, а под потолком извивались демоницы в страстных танцах. Всё выглядело очень реалистично.

Нереалистичными выглядели почётные гости корпоратива. Вот, например, почему тут не было Якова Измаиловича Штерн — богатого мужчины и постоянного клиента, зато была одноразовая посетительница нашего салона, которая вынесла мне мозг примерно месяц назад, обслуживаясь по подарочному сертификату?

Не было тут и нашей постоянной клиентки Радомилы Ивановны, матери известного олигарха, которая приносила в центр ежемесячно многие тысячи, зато была блогерша Жаннет Кренделёк, которая обхаяла «Реальный Рай» в Инстаграм буквально две недели назад, обозвав нас пафосным колхозом.

Странная публика, в число которой входил и наш коллектив, жалась по стенам танцпола, когда музыка стихла, и сногсшибательный хозяин вечеринки вышел на сцену, чтобы толкнуть речь.

— Поздравляю, что вы получили честь называть меня своим хозяином, а теперь веселитесь. Дозволяю. — Сказал он и спустился со сцены. Все разразились бурными овациями и восторгами, а я задалась вопросом: кто из нас не в себе? Я или они? Он же сейчас всех нас оскорбил.

— Ты что такая кислая? — Таня уже держала в руках коктейль и энергично дёргала бёдрами. — Расслабься, иногда это нужно делать всем.

— Тебе не показалось, что босс нас считает чем-то вроде грязи из-под ногтей?

— Не выдумывай! Просто у него искромётное чувство юмора, а ты не понимаешь шуток.

Может, и правда? Я решила не заострять внимания и взяв с барной стойки бокал, влилась в общее веселье.

Феерическое шоу набирало обороты, выступали известные артисты, народ впадал в раж, я тоже пританцовывала, когда ко мне сзади подкрался Тимур Расович и шепнул на ухо.

— Отойдём, поговорим. — Это был приказ, и я не посмела отказать, хотя проклятые мурашки предлагали сбежать без разговоров.

Он взял меня за руку и потащил в неизвестном направлении, провожаемый удивлёнными взглядами коллег. А я шла за ним, как под гипнозом. Втолкнув моё безвольное тело в тёмную нишу, босс прижал меня к стене, поднял лицо за подбородок и, глядя прямо в глаза, заявил:

— Едем трахаться.

Чего? На этом моё оцепенение схлынуло, как и не бывало: зе энд, финиш, алес, оривидерче, финита и, как говорится на других языках, не знаю, но по-нашему — конец. Я очнулась.

— Минутку, Тимур Расович, что вы себе позволяете? Вы знаете о харассменте? — я положила ему ладони на грудь и с силой оттолкнула от себя.

— Конечно, знаю! А что с ним? На прошлой неделе видел, всё было нормально. Ты-то откуда о нём знаешь? И при чём здесь он?

Мне показалось, что мы говорим на разных языках.

— Харассмент — это преступление! Сексуальные домогательства караются законом! Пустите. — Я снова попыталась его оттолкнуть, невольно отметив ощущающиеся под ладонями мощные мышцы грудной клетки и учащённое сердцебиение мужчины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Правда? В честь него назвали преступление? — шеф меня отпустил и задумался. Надо сказать, что страха я не испытывала. Принуждать силой он меня явно не планировал, и я это чувствовала.

— Вы очень странный. — Сообщила я боссу.

— Посмотри мне в глаза. — Опять приказал Тимур Расович, но руками не трогал и я посмотрела.

— Сейчас мы поедем ко мне.

— Не поедем. С чего бы это?

— Я так хочу! — он как будто гипнотизировал меня глазами.

— Не хочу вас расстраивать, но в жизни не всегда получается только то, чего мы хотим.

Закралась крамольная мысль, что шеф — инопланетянин. Хотя богатые и есть инопланетяне, для простых смертных.

— У тебя точно есть ребёнок? — да какая ему разница? Вот пристал! И смотрит так подозрительно.

— Точно. Пропустите, мне пора домой.

Босс посторонился, выпуская меня из ниши, и я стремительно покинула праздник, ни с кем не прощаясь.

Не хотелось никому объяснять то, чего я сама до конца не понимала. Похоже, что Тимур Расович меня заметил и выделил из всех, но такие топорные знаки внимания, такой грубый подкат — оскорбительны. Чем мне это грозит и не уволит ли он меня теперь за отказ — вот в чём вопрос.

Глава 5

Тамаширрас.

Корпоратив — не то что не помог, а окончательно меня запутал, хотя всё и шло по плану.

Сотрудники веливульской компании «Бес — Эксклюзив», расстарались соразмерно затраченным средствам и устроили шикарную вечеринку, по земным мерками, конечно.

Демонам бы она напомнила десятый день рождения, но для людей всё было по-взрослому. Грязные танцы, стриптиз, море алкоголя, зажигательная музыка и всё это в атмосфере их представлений о мифическом Аде с его грехами и пороками. Гости веселились по полной программе и раскрывались со всех, ранее тщательно скрываемых сторон, что было мне, несомненно, на руку.

К сожалению, всех кандидаток в сосуды заманить на праздник не вышло. Пятеро из них в данный момент находились не в стране, но это полбеды! Перманентное возбуждение посетило меня в тот момент, когда в дверях, появилась Василина Андреевна Красавина, и не отпускало весь вечер. Она и в рабочей одежде была потрясающе соблазнительной, а уж в сексуальном красном платье, вообще, приковывала к себе взгляд всех находящихся в зале мужчин традиционной ориентации. И как прикажете мне в таких условиях работать и определять сосуд?

Да, бес про неё всё выяснил, и теперь я знал, как зовут ту, что мешает мне спокойно и быстро сделать своё дело, вернуться домой с младенцем на руках и воспитать его достойным демоном, вместе с Саффирой.

Разведена три года назад, двадцать семь лет, живёт с родителями и пятилетним сыном, работает в «Реальном Рае» третий год. Ничего необычного: ни бурных романов, ни строгих выговоров за развратное поведение — обычная человечка, а меня зацепила, зараза!

Я честно пообщался со всеми прибывшими на праздник кандидатками, беспристрастно отметил шестерых, что показались мне годными, Ульх взял их на карандаш, а я пошёл решать свою проблему с Василиной, ибо сколько можно? Надо нам провести жаркую ночь, да и выкинуть её из головы.

Но вот тут меня ждало настоящее потрясение. Мало того, что девушка не горела желанием заняться со мной животным, страстным сексом, она ещё и на мои ментальные воздействия не реагировала, притом что сама вызывала во мне дикую похоть.

Пахла она, как само искушение, а тонкая талия и манящие округлости, так и норовили навсегда приклеить к себе мои руки. В данный момент Тамаш младший мог бы выиграть чемпионат Веливула по скорости поднятия, твёрдости и готовности кончить.

Всё в ней сходилось с приметами, кроме ребёнка, которого быть не должно ни при каких обстоятельствах. Когда она гладила меня по груди своими изящными ладошками и что-то спрашивала про Харассмента, старого развратника, я и вовсе впал в экстаз.

Отпустил и позволил ей скрыться, скорее от шока, чем по доброй воле. Гуманизмом я никогда не страдал.

— Ульх, мне кажется, я что-то упускаю. — Поделился я наболевшим с бесом, когда мы покинули вечеринку, вслед за Василиной. — Нужно отправиться на Веливул и поговорить с высшим, у которого родился наследник от гномы. Может он прольёт свет на природу возбуждения к сосуду и подскажет какие-нибудь особенности?

— Хорошая идея, мой господин. А что планируете по поводу Василины?

— Даже не смотри и не думай в её сторону! Ею я тоже займусь. Но не для дела, а для души.

— Как вы могли такое про меня подумать! Я просто хотел предложить за ней проследить. Вдруг у вас есть соперник или ещё какие-то помехи и именно поэтому она вам отказала?

— Откуда ты знаешь, что она мне отказала? — проныра, подслушивал, что ли? Я рыкнул.

— У вас на лице написано. — Только смотрел он в этот момент не на моё лицо, а куда-то в район ширинки.

— А! Ну, тогда проследи. Разузнай о ней всё.

На Веливул отправился сразу после разговора, уж очень хотелось снять сексуальное напряжение с Саффирой или ещё с какой-нибудь горячей демоницей, раз человечка меня отшила.

Настроив портал к дому будущей пары на ближайшие двадцать лет, я услышал шум праздника.

Само собой, Саффира не ждала меня сидя у окна, а развлекалась с другими демонами, устроив вечеринку. Хозяйка встретила меня радушно, как только почувствовала появление на своём пороге.

— Тамаширрас! Как я рада тебя видеть! — она с разбегу запрыгнула мне на шею и обвила всеми конечностями, включая хвост. — Ты уже справился с зачатием?

— Нет. Я работаю над поисками сосуда. — Странно, но вот слиться в экстазе с будущей парой, почему-то вопреки ожиданиям, не очень-то и хотелось. Но я не собирался сдаваться. — Давай уединимся ненадолго.

Я поставил демоницу на ноги в первой подвернувшейся комнате и внимательно оглядел. Вроде всё на месте: те же витые рога, тот же гибкий хвост, небольшие клыки с вживлёнными маленькими бриллиантами, красные глаза с вертикальным зрачком и аппетитные формы, но какое-то всё вычурное, нарочито выпяченное и вульгарное. По коже пробежал мороз от догадки. Да ведь я болен! Иначе, как я мог так измениться за десять дней? Надо бы провериться у лекаря.

— Я скучала. — Саффира прильнула к моим губам в жарком поцелуе, а я на чистом упрямстве и силе воли на него ответил. — Хочу тебя, прямо сейчас, мой свирепый демон.

Она принялась об меня тереться, но проблема в том, что мне понадобится более серьёзная стимуляция, чем поцелуй, для ответа на её однозначный призыв, и я надавил будущей спутнице жизни на плечи, опуская её на колени. Догадливая демоница всё сразу поняла и принялась за дело, с энтузиазмом показывая все возможности своего гостеприимного рта. Только вот кончил я без души, без огонька, с большим трудом, да и то, только благодаря воспоминаниям о другом рте, наполненном взбитыми сливками.

Удовлетворение не наступило, просто произошла разрядка. Достичь её я мог бы и самостоятельно. Нахлынуло глухое разочарование. Точно заболел.

— Прости, милая, на этом всё. Видимо, проблемы взяли верх над моим либидо, но это временно. Обещаю. — Во всяком случае, я искренне верил в то, что говорил.

Саффира выглядела расстроенной, и я ласково потрепал её по щеке, открывая портал к себе домой. Я ведь приличный демон. Не могу позволить себе оставить девушку в огорчении, завтра ещё и новые украшения на рога пошлю в подарок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В своём жилище, прямо не раздеваясь, нашёл контакты осеменителя гномы и договорился о встрече на завтрашнее утро, обрисовав причину визита. Высший по имени Зурратарх хрюкнул в трубку, но встретиться согласился. Я, конечно, разъярился, но промолчал. Что делать? Мне нужна его помощь.

Глава 5.2

Замок Зурратарха уютно возвышался в живописном уголке Веливула, на самом краю отвесного утёса и задевал своими башнями свинцовые тучи. Наверняка прекрасный вид на огненное море радовал глаз хозяина не за красивые рога, а за заслуги рода перед Повелителем. Я подсознательно настроился на уважительный тон беседы.

— Чрезвычайно важное дело привело меня в твой замок, Зурратарх, и я надеюсь, ты сможешь мне помочь, тогда мой род и Повелитель останутся благосклонными к тебе.

Зурратурх был не менее почтителен.

— Мне глубоко безразлична благосклонность твоего рода, Тамаширрас, но я радею за продолжение рода высших демонов и не могу отказать Повелителю, так что проходи.

Мы прошли через портретную галерею в кабинет хозяина. По дороге я разглядывал изображения предков, потомков и сосудов, которые их породили.

Такая традиция, чтить важных особ, соблюдалась некоторыми древними высшими, в число которых входил Зарратурх.

Я безошибочно определил в череде украшающих стены портретов чистокровную наследницу и её мать. Печально, но в дочери хозяина сразу была видна гномья порода. Она была низкоросла для демонов, широка в кости и бородата, как и та, что дала ей жизнь. Интересно, какое уродство получит мой наследник от людей? Круглые зрачки? Или, не приведи Прародитель, лысый хвост? А, может, ещё что и пострашнее, типа маленьких рогов или клыков. Бедный малыш, мне было его заранее жаль.

Мне-то повезло родиться от орчанки, и от матери мне передалась только внушительная фигура, да выпирающие нижние клыки, что являлось скорее украшением, чем уродством.

— Хочешь гномьего самогона, Тамаширрас? — предложил гостеприимный хозяин. — Сколько столетий прошло, а я всё предпочитаю его остальным напиткам.

Демон закатил глаза, явно погружаясь в воспоминания.

— Нет. Я не пью сейчас. К зачатью готовлюсь.

— Прости, что наступил на больную мозоль. У меня-то всё быстро прошло и девять месяцев я кутил в мире гномов.

— Именно про это я и хотел с тобой поговорить. Летописи пишут, что кандидаток было две. Ты сразу почувствовал влечение к сосуду?

— Праотец с тобой, юноша! Какой нормальный высший захочет гному, хоть и сам выглядит как гном?

— Ну а как же тогда ты понял?

— Всё очень просто. Я их потрогал. Вот взял одну за грудь — ничего, взял другую — сразу встал, причём самостоятельно, без всякого желания. Я сделал своё дело, а потом просто оберегал сосуд девять месяцев. Как итог — красавица дочка.

Это что же получается, мне теперь всех, сто трёх, перещупать за грудь надо?

Этот вариант я решил оставить на крайний случай и наведаться к высшему, который искал среди эльфиек. Надо было сразу к нему идти, но Гешшиндил был демоном противным: заносчивым и необщительным. Поговаривали, что он пристрастился к эльфийкам, а демониц вообще не жаловал.

Скрепя сердце, связался и с ним, договорившись о встрече.

Его замок расположился в низине и весь утопал в растениях, преимущественно хищных, всё-таки демонская природа брала верх над эльфийским хобби.

Нашинковав пару особо голодных лиан я, наконец, добрался до ступеней замка, где поджидал меня недовольный хозяин.

— Они были не опасны, — буркнул высший и повёл меня в гостиную.

— Никто не смеет распускать конечности в мою сторону. — Ответил я ему любезностью на любезность.

— Что надо?

— Совет и передача опыта.

— Что взамен?

— Лояльность рода и Повелителя. — Хорошо, что я мог прикрываться Шамерхаром, иначе драться бы нам сейчас с Гешшиндилом насмерть.

— Эльфийское вино будешь? — странно, но почему все подсаживаются на напитки мира сосудов? — У меня лучшая коллекция.

— Временно не пью. — Отрезал я. — Приступим к делу.

— Что ты хотел у меня узнать, свирепый Тамаширрас?

Ну, раз он принялся льстить, разговор состоится. Я воодушевился и обрисовал ему сложившуюся картину.

— Да ты самый невезучий демон из всех! — радости хозяина не было границ.

— Объяснись. — Я поднялся с дивана и начал трансформироваться в боевую ипостась.

— Всё, всё, не кипятись. Я просто не смог удержаться. Не надеялся дожить до времён, когда самый спесивый демон Веливула влюбится в человечку.

— Повтори! Что ты сказал? Как смеешь…

— А как ещё объяснить твою страсть к обычной человечке, не к сосуду?

— Болезнью.

— О, да! Многие мудрецы утверждают, что любовь — болезнь.

— Какая ещё любовь? Я её знать не знаю, за что мне в неё влюбляться? Это просто похоть.

— Никто не знает, за что он кого-то любит. Это — неведомый процесс. Химия, дар свыше, судьба — называй как хочешь.

— Да не любовь это! Демоны не влюбляются. — Я всё больше и больше раздражался.

— С чего ты взял? Вспомни нашего бывшего Повелителя, отца Шамерхара.

— Мать Шамера — дракон! Она сильна и опасна, её стоит бояться и уважать.

— За слабость тоже влюбляются, поверь.

— Да не хочу я в это верить! Подскажи лучше, как мне определить сосуд? Ты сразу понял, кто из прекрасных эльфиек твоя?

— Конечно же, нет. Я хотел их всех и сразу, но сосуд особенно сильно.

— Значит, как только я найду свою пропажу, я её захочу сильнее Василины?

— Необязательно. Просто ты среагируешь на неё помимо воли, лишь только прикоснувшись. Советую тебе держать рядом запавшую в душу человечку в качестве индикатора.

— Это как?

— Ну вот смотри. Стоит она в поле твоего зрения, ты, весь такой влюблённый, трогаешь другую и оп! Реагируешь. Значит, это и будет сосуд.

— А если я всегда рядом с ней нахожусь в возбуждении?

— Переспи с ней. Какие проблемы?

— Благодарю за совет, я принял его к сведению. — Легко сказать, переспи. А если она не захочет?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Распрощавшись с Гешшиндилом, я всё-таки посетил лекаря, чтобы убедиться в своём железном здоровье. Никаких вирусов я в другом мире не подцепил, но и версию влюблённости отказывался рассматривать категорически. Надо разгадывать эту загадку как можно скорее.

За проведённое на Земле время перед корпоративом, я разобрался в местных реалиях хорошо. Пришлось пообщаться с конкурентами, с чиновниками, с деловыми партнёрами и даже с наивными рейдерами, которые пытались наехать на высшего демона.

Что я из этих встреч вынес — у всех были ассистентки и только у меня Ульян Семёнович. Решено! Завтра же сделаю Василину своей личной ассистенткой, а кандидаткам придётся вешать на грудь медаль, чтоб под этим предлогом за оную подержаться. В присутствии своей занозы, конечно.

глава 6

Василина.

Вернувшись домой с корпоратива, я долго не могла уснуть, всё размышляла над произошедшим. Во-первых, я пришла к выводу, что Тимур Расович меня вряд ли уволит. Он не выглядел ни смертельно разочарованным моим отказом, ни слишком навязчивым — видимо, не очень то и хотелось. Говорил странные вещи — да! Но меня не оскорблял и не угрожал, так что по этому поводу я решила не волноваться. Зато во-вторых, можно было начинать волноваться по поводу своей странной реакции на его прикосновения, голос и запах.

Дело в том, что опыта в постельных делах у меня накопилось немного. Бывший муж был первым и единственным моим партнёром. До него я успела только пару раз поцеловаться со сверстниками, и то ради любопытства, а не оттого, что меня прямо жуть как потянуло это сделать.

К мужу я тоже никогда не испытывала резко нахлынувшего желания в виде тяжести внизу живота, мокрых трусов и восставших сосков, о которых я часто читала в любовных романах. Чтобы меня довести до нужной кондиции Руслану приходилось тратить много сил и времени, с годами он это делать устал, и оргазма я достигала преимущественно — самостоятельно, когда сильно припекало.

Так вот, случай на корпоративе открыл мне глаза на факт того, что резкое, сильное и внезапное возбуждение всё-таки не художественный вымысел, а реальная вещь, которая произошла со мной благодаря выходке босса.

И о чём же это мне говорит? Почему моё тело так на него среагировало, притом что я в него не влюблена и не мечтаю стать его любовницей? Может, я просто созрела? Развитие у меня оказалось поздним?

Перед тем как провалиться в сон, я решила поговорить с Деном и вывести наши отношения на новый уровень. Для начала, хотя бы поцеловаться.

Не откладывая в долгий ящик, собираясь утром на работу, написала Денису смс с предложением встретиться на моих двух выходных, но, к сожалению, он ответил, что собирается сегодня в командировку, но предложил забрать меня в пятницу с работы, чтобы провести вместе вечер. Я ответила согласием. Работала я два через два и пятница как раз выпадала на мой второй рабочий день. Вполне можно не спешить домой и выяснить статус наших отношений в спокойной обстановке.

Закинув Кира в детский сад я, как всегда, вовремя пришла на работу, чтобы открыть салон. Какого же было моё удивления, когда у дверей я застала Таню, Мишеля и Наталью, с нетерпением поджидающих меня. Всё ясно, кого-то ждёт допрос с пристрастием.

— Надо же, не опоздала и выглядит нормально. — Разочарованно сказал Мишель девчонкам.

— Вась, ты что, дома спала? — спросила Ната.

— Конечно, дома! Где мне ещё спать? Пропустите, я салон открою.

Коллеги посторонились, но на этом не успокоились.

— Он так тебя схватил! Так потащил! Такой собственник! У меня аж сердце чуть не выпрыгнуло из груди! — Танюша в своём репертуаре. — Потом ты спешно ушла, он следом за тобой — мы все решили, что вы договорились и поехали уединяться.

Я физически чувствовала буравящие мою спину взгляды трёх пар глаз.

— Не говорите глупостей! Наш владелец очень странный и почему-то именно в тот момент, он решил у меня спросить у кого сегодня по графику рабочая смена из администраторов и, узнав, что у меня, приказал не задерживаться на вечеринке.

Так себе отмазка, но для моих коллег сойдёт всё-таки за время работы я зарекомендовала себя честной и ответственной девушкой.

— Тирааан. — Восхищённо выдохнул Мишель.

— Ещё какой! — подтвердила я. — Давайте уже настраиваться на рабочий лад.

Дальше день полетел в привычном темпе. Сначала я опасалась явления Тимура Расовича в салон, а потом в «Реальный Рай» прибыл Ульян Семёнович, и по центру прокатилась новость, что босс уехал на три дня в командировку. Надо же, какая невезуха! Явится как раз в мой первый рабочий день следующей смены.

Выходные промелькнули, как обычно, стремительно. Домашние дела, игры с Кириллом вечерами, глянула сериал, почитала книгу перед сном. Почему-то меня потянуло на властных боссов и их ассистенток, итог — ночью снился Тимур Расович. Нет, я не удивилась. Он, конечно, как нельзя лучше подходил под образ из прочитанного на ночь: харизматичный, крупный брюнет со светло-серыми, завораживающими глазами, пробирающим до мурашек голосом, сильными руками и властными замашками, но сниться мне должен Денис! Я же о нём должна думать, раз собралась перевести наши отношения на другой уровень.

— Дочь, а почему ты так редко встречаешься со своим парнем? — наступила на больную мозоль мама в среду вечером.

— Он в командировке, да и, вообще, Денис много работает, я тоже без дела не сижу. Сейчас другие времена, пара не обязана проводить вместе сутки напролёт.

— Неправильно это! Вам должно хотеться всё время находиться рядом, узнавать друг друга, касаться.

— Мам, мы это с тобой уже обсуждали. Я не влюблена в Дениса и меня всё устраивает.

Мама вздохнула и покачала головой.

— Вот ведь несправедливость какая. Вас бы с сестрой взять, перемешать, да и разделить пополам, а то получилась одна — домоседка, а вторая…

Тут мама всхлипнула и утёрла глаза полой халата. Аксинья — печаль и боль нашей семьи. Вот уже четвёртый год пошёл, как мы толком и не знаем, где её носит. Иногда она звонит маме, чтобы сообщить, что жива и всё хорошо — но в глаза мы её не видели давно.

— Отстань от неё, — вступился папа. — Пусть уж лучше дома сидит, чем тоже загуляет.

Отец разговоров о сестре не любил и всегда старался их свернуть, поэтому на этом мама от меня отстала.

Ну а в четверг к обеду, когда ничего не предвещало, в салон явился Ульян Семёнович и пригласил меня на разговор в кабинет Тимура Расовича. Шла я туда, вяло перебирая конечностями с подгибающимися коленями, сопровождаемая понимающими, многозначительными взглядами Мишеля, Тани и Наташи и сочувствующими уборщицы Зинаиды Гавриловны с Анжелой Олеговной. Первая на корпоративе не присутствовала, а вторая судя по всему знала босса с какой-то страшной стороны, потому что ронять слюни на него, она перестала после дня рождения Мишки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Неужели уволит? Как же некстати будет остаться без работы. Туго нам придётся жить на родительскую пенсию, пока я новую найду.

— Добро пожаловать, Василина Андреевна. — Как-то двусмысленно сказал Ульян Семёнович, открывая двери в начальственный кабинет.

А я приготовилась отстаивать свои права и свободы перед властным боссом.

Глава 6.2

Тимур Расович поднялся мне навстречу, прожигая взглядом своих нереальных глаз. Захотелось срочно присесть, от нахлынувшей волны сшибающего с ног возбуждения, но я ущипнула себя за руку и прошла в кабинет.

— Василина, у меня есть к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться. — Сказал босс многозначительно.

Он что вчера ту же книгу что и я читал? Вот прям, один в один повторяет слова героя. Я насторожилась.

— Какое? — если сейчас скажет, быть его ассистенткой, то я убегу, теряя тапки в ужасе, от совпадения.

— Я решил вас повысить до ассистентки.

Пипец. Я присела на подвернувшуюся поверхность, вытаращив глаза. Так не бывает!

— Нееет. — Только и смогла выдохнуть я вместо побега.

— Почему нет? Вы даже не выслушали мои предложения! Прошу вас, послушайте.

Послушать хотелось, но мой ответ был известен заранее, и менять я его не собиралась. Никакого секса с боссом! Ещё чего!

— Слушаю.

— Вы мне нужны рядом. — Совсем непонятно начал босс.

— Для чего? — я посматривала на дверь, в готовности стартануть.

— Понимаете Василина, у меня очень редкое заболевание. Я надеюсь, что наш разговор не выйдет из стен этого кабинета? — я кивнула. — Так вот, я был женат. Очень несчастливо женат. Когда мы расстались, у меня случилась психологическая травма, и я стал… не побоюсь этого слова, импотентом.

Жуть какая! Такого в моей книге точно не было.

— Врёте! Я явно чувствовала вашу эрекцию.

— Не перебивайте, пожалуйста. Я всё объясню.

— Слушаю.

— Так вот. Спустя много месяцев импотенции, я вдруг почувствовал признаки жизни моего члена по отношению к вам! Я кинулся к специалистам и все они мне в один голос заявили, что это прорыв!

— Тимур Расович! — я закатилась прямо на диване. — Вы за кого меня принимаете? Что за детский подкат? Вы вроде серьёзный мужчина.

— А я вам серьёзно говорю! Вы думаете, у богатых свои причуды? А мне врач прописал! Мне нужна ваша помощь и милосердие.

— Я вам не верю!

— Хотите, докажу?

— Как?

— Например, Анжела Олеговна придёт сейчас сюда, погладит меня, а я не среагирую?

Не, ну кто я такая, чтоб знать все болезни олигархов, а Анжелу было жаль. Она своя, родная.

— Нет. Не хочу. — Я продолжала посмеиваться.

— Вы мне верите?

— Не верю. Говорите правду, зачем вам это? Лично я, готова сразу заявить, что не собираюсь заводить с вами отношения.

— Помилуйте! Клянусь! У меня нет на вас таких планов, Василина! Благодаря вам я мечтаю найти избранную, чтобы она родила мне наследника. Вы точно не подходите на эту роль.

Почему-то стало иррационально обидно.

— Знаете, Тимур Расович, я не всегда понимаю полёт ваших мыслей. Не могли бы вы мне более подробно объяснить, как я могу вам в этом помочь?

— Могу. По всем признакам вы мне совсем не подходите и нравиться совершенно не должны, но почему-то я реагирую именно на вас. Мне доктор прописал держать реагент рядом, чтоб положительная динамика росла и у заболевания не наступило обострение, пока я не найду подходящий со… то есть подходящую мне женщину.

Не, ну он точно инопланетянин.

— Я никогда в такое не поверю!

— Вам справку показать? — он полез в стол и вытащил бланк больничного листа. Надо же, подготовился как. Будто бы по таким причинам выписывают больничные. Совсем за дуру меня держит?

— Простите меня, но я не смогу вам помочь.

— Вы ещё не слышали о размере оплаты.

— Это имеет значение? Это кому-то интересно?

— Это всем интересно. Сколько вы сейчас получаете?

— Оклад в две тысячи смена и плюс проценты с продаж! Хорошо я получаю! Иногда и пятьдесят тысяч выходит!

— Я буду платить вам пятьсот в месяц. Устроит?

Вот на этом месте меня и выключило. Сколько? Пятьсот тысяч в месяц? Да за такие деньги я готова поверить во что угодно, только подозрительно очень выглядит столь щедрое предложение.

— За что? — выдавила я из себя, глядя на босса круглыми глазами.

— За услугу, за помощь! Вы единственная, кто может мне помочь.

— Я вам не верю. Так не бывает! — я вскочила с кресла. — Вы хотите продать меня на органы? Что вы задумали?

Босс тяжело вздохнул и грузно опустился в своё кресло.

— Да что ж так трудно то? — скорее себе, чем мне задал вопрос он. — Василина. Я вам клянусь, что не собираюсь вас продавать, насиловать, принуждать, заставлять делать противные вам вещи. Где мне подписать, чтобы вы поверили?

— Я точно не поверю в такие чудеса.

— Вы согласны быть моей ассистенткой год и получить шесть миллионов зарплаты в итоге?

Тут в моём мозгу включился калькулятор. Я ж смогу купить квартиру в тёткином городе, сдавать её и получать прибыль! Я ж смогу её продать, если что, и получить деньги на обучение Кира! Да вообще! Шесть миллионов! Я вообще всё смогу с ними! Но, чувствовался в предложении какой-то подвох. Никто! Совершенно ни один босс не платил, даже в книгах шесть миллионов ассистентке, чтобы с ней переспать. Он замыслил явно что-то недоброе.

— Я могу подумать?

— Конечно! У вас есть пять минут.

— А если я откажусь? Что будет?

— Ничего, кроме того, что вы будете всю жизнь вспоминать это предложение и винить себя, что отказались.

Он прав! Тысячу раз прав!

— Но я не подписываюсь быть вашей безмолвной куклой! Если соглашаюсь.

— Никто и не рассчитывал.

— Я не знаю, дайте подумать! Вы прямо демон-искуситель, какой-то!

На этих словах, он как будто стушевался и даже вздрогнул, глянув на меня пронзительным взглядом. По коже пробежал мороз. Стало как-то жутковато.

— Хорошо! Я помогу вам принять окончательное положительное решение. В тот день, когда я встречу избранную, я выполню любое ваше желание, Василина.

— Любое?

— Любое.

— А если я попрошу стать президентом России?

— Вообще, без проблем.

— А если я захочу назвать Африку в честь себя — Васелиния.

— Не вижу трудностей.

— А если я попрошу, что б в меня влюбился Крис Хемсворд?

— Да в лёгкую!

— А!!!! Врёте! По канонам любовь заказывать нельзя! — обрадовалась я, потому что он начал меня пугать.

— С чего бы? Любовь элементарна. Я хоть завтра влюблю любую пару на ваш выбор друг в друга. Нельзя заказывать жизнь и смерть. А любовь я вам организую. Спорим?

— Спорим! Пусть Ульян Семёнович влюбится в Мишеля!

— А вы жестоки и коварны, Василина! — произнёс он с восхищением, а мне стало стыдно. — У Ульяна были любовницы и счастливая жизнь, но ради нашего спора я готов пожертвовать его ориентацией.

— Нет! Не надо! Пусть Аполлон из качалки полюбит Таню! Она давно на него смотрит.

— Договорились. Если, неведомый мне Аполлон завтра придёт к Тане, ты беспрекословно переходишь работать ко мне на полный рабочий день.

В азарте он перешёл на "ты" и мне это понравилось, непонятно почему только.

— Нет! Вы можете его купить или заставить, используя шантаж. Это любой олигарх умеет. Я хочу видеть настоящую любовь в его глазах.

— Тогда ты согласишься быть со мной постоянно? Переедешь ко мне?

Я просто не верила в чудеса, поэтому согласилась.

— Конечно!

— Контракт?

— Естественно!

Тимур Расович подтолкнул мне бумагу и почему-то в момент, когда я её подписала, мне показалось, что она вспыхнула, а глаза босса на миг загорелись красным светом.

— Шикарно! — обрадовался босс. — Жду завтра на работу к полудню, а про салон, не волнуйся. Бес… Бесовский найдёт тебе замену.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 7

Тамаширрас.

Во время разговора с Василиной я, наконец, постиг смысл фразы «выступила испарина». Разговор был тяжёлым и прошёл в мою пользу только благодаря заблаговременным инструкциям беса.

— Не давите, господин! Я навёл справки. Бывший муж у Василины Андреевны был тиран — итог, он ушёл в закат. Девушку надо старательно уговаривать. Желательно посулить материальные блага и дать обещания неприкосновенности.

— Какая ещё неприкосновенность, если я мечтаю о сексе с ней?

— А вы сделайте оговорку, что никакого насилия и принуждения. Только по доброй воле, ну а дальше вы её обольстите, я в вас не сомневаюсь.

— Спасибо, конечно, но я уже не так в себе уверен. Василина не такая, как все. Я ей не нравлюсь.

— Нужно время. Ухаживания, забота, подарки.

— Я не умею заботиться и ухаживать! Что это вообще такое?

— Мы посмотрим с вами фильмы про любовь и узнаем, что делать.

— Ладно, я всё понял. Зови её.

Дальше состоялся наш разговор и заключение сделки. Теперь она никуда от меня не денется, но уговор есть уговор, и я приказал Ульяну доставить ко мне Аполлона для важного разговора.

— Вызывали? — постучав, в кабинет всунул голову огромный детина, рядом с которым я только в родной ипостаси мог бы посоперничать.

— Проходи. Присаживайся. Ты Аполлон?

— Вообще-то, я Николай Сидоров, но тут Аполлон, — он робко присел на краешек стула.

— Не важно. Смотри мне в глаза, — он безропотно уставился на меня. — Знаешь Таню из салона красоты?

Парень задумался, а потом кивнул.

— Да, она вроде маникюрщица. Работает с Мишелем.

Мишель — это тот недомужик, которого я застал с Василиной за поеданием сливок, я помнил. Не понравилось мне то, с каким придыханием Коля-Аполлон произносил его имя.

— Слушай внимательно. Таня — прекрасная девушка, и она именно та, что тебе нужна в спутницы жизни.

Моя магия на нём плохо, но работала, я видел, как затянулись поволокой глаза гиганта.

— Но я люблю Мишеля! — он пытался сопротивляться, и я поднадавил.

— А теперь ещё и Таню любишь. Вот такой ты странный. Иди и начинай за ней ухаживать, заботиться о ней, и любить её.

— Вы правы! Чувствую непреодолимую в этом потребность. Можно уже идти?

— Ступай и не подведи меня, иначе испепелю.

Инструктор стремительно покинул кабинет, а следом и мы с бесом, чтобы дома, в спокойной обстановке, начать просвещаться.

И вот теперь мы с Ульхом сидели в моём пентхаусе, пялясь в экран огромной плазмы, пытаясь на примере из современного кинематографа постичь смысл слов «ухаживания» и «забота». Получалось плохо. Сначала бес поставил фильм про то, как главный герой связывал предмет своей страсти и использовал всякие штуки в интимных играх. Я бы понял, если бы действие происходило в мире демонов, но вот как-то Василина совсем не вписывалась в эти рамки.

— Мне кажется, мой господин, это не тот фильм, что нам нужен, хотя он и супер популярен у людей. Может, поставим что-то из классики?

— Давай, — я полностью разделял мнение Ульха.

Дальше мы смотрели фильм про любовь богатого мужчины и девицы лёгкого поведения. Тут всё было ясно и понятно. Он сводил её в магазин, одел, обул, заступился один раз, и всё готово! Но Василина-то не проститутка!

— Это опять не то, Ульх! Ищи что-нибудь про нормальных, среднестатистических людей.

Убив за этим занятием весь вечер, мы пришли к выводу: а) я должен искренне интересоваться проблемами не только Василины, но и ее близких, б) не просто интересоваться, но и решать их, в) быть щедрым, сильным и внезапным. Приветствовались касания, томные взгляды и спонтанные поцелуи. Какой кошмар! Я не справлюсь.

— Может, ну её, эту Василину? — сказал и сам понял, что нет. Не ну. Не смогу я её выкинуть из головы, пока не добьюсь. Слишком я азартен.

— У вас всё получится, мой господин.

— Надеюсь, Ульх, надеюсь. А ещё не забудь заказать памятные медали для кандидаток в сосуды, мы не должны забывать о деле!

— Завтра же займусь.

На следующий день, когда я явился к полудню на работу, в приёмной меня уже ожидала притопывавшая изящной ножкой, злая Василина.

— Что вы сделали? — накинулась она на меня прямо с порога.

— Что я сделал? — в гневе она была потрясающей, и я залюбовался.

— Вчера в салон пришёл Аполлон с цветами и предложил Татьяне встречаться, а сегодня она заявила, что он сделал ей предложение! Вы его шантажируете?

— Помилуйте! Я просто с ним побеседовал и раскрыл все плюсы любви к Татьяне.

— Да какие там могут быть плюсы? Вы с ума сошли?

— Стоп! Вы сами назвали её кандидатуру. Не путайте теперь меня.

Она как-то растерянно вздохнула и присела на краешек стола в приёмной.

— Простите, я просто в растерянности. Он так красиво ухаживает, заботится о ней. Разве так бывает?

— Как видите, бывает. Пройдёмте в кабинет, я расскажу о ваших рабочих обязанностях.

Над обязанностями я ломал голову полночи, поэтому сложностей с их озвучиванием не произошло.

— Рабочее место у вас будет прямо в моём кабинете.

— Не в приёмной? — удивилась моя новая ассистентка.

— Нет. В приёмной место Ульяна Семёновича, а ваша задача — находиться всё время в поле моего зрения.

— Зачем?

— В качестве профилактики, — отрезал я. — Далее, я дам вам список, по которому вы обзвоните всех кандидаток и договоритесь о встрече для вручения почётных медалей.

— За что?

— Не важно. Сами придумайте.

— А можно узнать, до скольких у меня рабочий день?

— Пока не отпущу.

Василина явно загрустила. Неужели ей так неприятно моё общество?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Но у меня семья, личная жизнь. Можно конкретнее?

— Нельзя! — упоминание о личной жизни мне не понравилось, и я непроизвольно рявкнул. Потом понял свою ошибку и сменил тон. — Шесть миллионов, Василина, на дороге не валяются. Я же не рабовладелец. Не волнуйтесь, нещадно эксплуатировать вас не буду.

— Это радует. А вот, например, сегодня во сколько я могу уйти?

— У вас планы на вечер?

— Честно говоря, да. Я договорилась встретиться со своим парнем, когда ещё не работала вашей ассистенткой.

И бездна разверзлась… Чего? Каким ещё парнем? Никаких парней я не потерплю.

Только годы усиленных тренировок позволили мне взять себя в руки и спокойно вымолвить.

— Очень! Очень поздно. Сегодня у нас просто прорва дел, Василина!

И я принялся придумывать важные и срочные дела, лишь бы не отпускать её к какому-то неведомому ухажёру, о котором Ульх мне и словом не обмолвился. Испепелю мерзавца!

Глава 7.2

Срочные и важные дела придумываться отказывались. Сто три кандидатки Василина обзвонила часа за четыре, а чем ещё её было занять — я не знал и решил прощупать почву на предмет её намерений переехать ко мне.

— Василина, а вы уже убедились в любви Аполлона к маникюрщице?

— Какой ещё маникюрщице?

— Ну как её, Татьяны!

— Таня косметолог, и нет. Я не верю в такую внезапную любовь. Нужно время, чтобы я поверила в эту сказку.

— Сколько?

— Не знаю. Я вам сообщу, как только удостоверюсь, что это не спектакль.

— Меня это не устраивает. Может, вы уже сейчас пойдёте домой собирать вещи, а вечером переедете ко мне?

— Я не перееду к вам, Тимур Расович, даже если поверю в их искренние чувства. С чего вы это вообще взяли?

— Мы заключили контракт, напоминаю. — Это заявление меня возмутило до глубины души! Бедный Николай страдает там от любви к Мишелю с Таней, на части рвётся, а она даже не собирается ко мне переезжать, оказывается!

Пока я подбирал слова, чтобы высказать ей всё, что думаю по этому поводу, Василина ловко подскочила с дивана и подлетела к своей сумочке, чтобы вытащить оттуда контракт. За изящными движениями наблюдать было сплошным удовольствием, и злость незаметно отступила.

— Вот, смотрите, — она подошла к моему креслу, положила на стол контракт и нагнулась над столом. Зря она это сделала. Нахлынуло резкое желание её схватить и завалить прямо на столешнице. Сам не знаю, как удержался. — Видите, тут написано: «переезд только в случае крайней необходимости».

Она ткнула своим пальчиком в пункт контракта и победно на меня взглянула. Такой пункт действительно присутствовал, ведь писал я его под диктовку Ульха, который настаивал на свободах и привилегиях Василины, уверяя меня, что она должна чувствовать себя в безопасности.

— Но вы же сказали «конечно»!

— Мало ли, что я сказала? Главное, что я подписала.

— А если он наступит? Этот случай крайней необходимости? — вот зачем я только послушался беса?

— Тогда и поговорим.

Она тряхнула волосами и удалилась на диван, обдав меня волной тонкого аромата своих духов.

Теперь я принялся придумывать случай крайней необходимости, потому что контракт был магический, и нарушить его было нельзя ни одной из сторон. В поисках этой неведомой крайней необходимости незаметно для себя втянулся в дела «Реального Рая» и нашёл кучу занятий для своей ассистентки. Теперь она бегала по развлекательному центру, выполняя мои поручения. Ну, хоть что-то! И время протяну, и вымотаю её так, что не до свиданий будет.

Дал возможность присесть и перевести дух только во время ужина, который мы заказали в местном ресторане. Я же помнил, что обязан быть милым и заботливым, поэтому старался выглядеть дружелюбным и остроумным. Я болтал на отвлечённые темы, задавал вопросы о её интересах и увлечениях, подкладывал в тарелку вкусные кусочки и доливал сок в стакан. Одним словом, чуть из трусов не выпрыгнул. Василина мне улыбалась, видимо, я справлялся.

В десять вечера я решил, что можно уже отпускать домой уставшую девушку и объявил, что на сегодня работы хватит.

— Мы отвезём вас домой, Василина.

— Я сама доберусь, спасибо. Я недалеко живу.

— Даже не обсуждается! На улице темно, и красивым девушкам незачем ходить в такое время одним.

— Вы собираетесь меня каждый рабочий день подвозить домой?

— Нет, конечно, когда вы ко мне переедете, мы будем просто приезжать и уезжать вместе.

Она рассмеялась и покачала головой. Я счёл это хорошим знаком.

Спустя двадцать минут подвезли ассистентку к подъезду, и я вышел из машины, чтобы проводить её до квартиры.

— До завтра, Василина, — сказал я у дверей. Хотелось её поцеловать, но я точно знал, что этого делать сейчас нельзя. Спугну.

— Завтра суббота, Тимур Расович. У меня законный выходной, и в воскресенье, кстати, тоже.

Засада! Всегда забываю про трудовой кодекс! Придётся придумывать причину для вызова её на работу.

— Ах, да. Вылетело из головы совсем. Я такой трудоголик, сами видели.

Она посмотрела на меня со скепсисом. Неужели я недостаточно усердно сегодня изображал бурную деятельность?

— До понедельника, босс, — она протянула мне руку, прощаясь, а я не удержался, подхватил тонкие пальчики, перевернул и поцеловал в середину ладошки.

Василина вырвала руку, испуганно на меня посмотрела, судорожно вздохнула и молча скрылась за дверью своей квартиры.

Настроение резко поднялось, и, выходя из подъезда, я напевал любимую песню. Она не так ко мне равнодушна, как пытается показать. Уж что-что, а признаки возбуждения я определить могу безошибочно.

Из радужных грёз о своей ассистентке меня вывел душераздирающий писк, раздающийся из-под колёс нашей машины. По коже пробежал мороз. Такими звуками можно устрашать армии.

— Это что, Ульх? — открыл я дверь со стороны водителя.

Бес метнулся на звук и, спустя минуту, вытащил из-под машины орущее нечто. Нечто было серым, грязным, громким, и выбивающим из колеи своим умоляющим взглядом.

— Это животное, господин.

— Паразит?

— Само собой. Все животные паразиты.

— Не говори ерунды, Ульх. Не все. Многие живут, чтобы сделать нашу жизнь вкуснее. Это животное съедобно?

— Не знаю, господин, может, если откормить…

Серый комок надрывно пищал и почему-то рвал мне душу.

— Давай заберём его домой и откормим.

— Вы уверены?

— Дай его сюда.

Бес протянул мне найдёныша, который, оказавшись в моих ладонях, вонзил в палец маленькие острые зубы и утробно зарычал. Прелесть какая! Настоящий хищник.

— Он точно голодный! А ещё, мне кажется, это котик. Просто его нужно отмыть. — Я внимательно оглядел глазастый комок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Откуда вы знаете?

— Когда я просматривал фотографии кандидаток, на них часто встречались подобные животные с подписью «мой котик». Видимо, девушки любят котиков.

— Точно, мой господин! Теперь и я вижу, что он похож. Каждый раз поражаюсь вашему уму и наблюдательности.

— Я гений! Ты прав. Я только что нашёл «случай крайней необходимости».

Свободной рукой я вытащил из кармана телефон и набрал номер своей ассистентки.

— Василина! Вы срочно мне нужны! Соберите вещи на несколько дней и возвращайтесь к машине.

— Что стряслось? — совершенно спокойно спросила она, бежать на улицу она явно не собиралась.

— Случилась крайняя необходимость в вашем присутствие у меня дома. Выходите и всё сами увидите.

— И не подумаю, пока не скажете, что у вас произошло, и учтите, что если причина окажется пустячной, я брошу трубку.

В этот момент котик выпустил из пасти мой палец и жалобно запищал. Ну какой же он молодец! Очень вовремя.

— Слышите? Я спас животное из-под колёс и теперь не знаю, что с ним делать. Помогите, Василина.

— Хорошо, я сейчас спущусь, — голос её прозвучал встревоженно.

Наконец-то! Спасибо, котик, я обещаю тебе счастливую, сытную жизнь.

Глава 8

Василина.

Разворачивающиеся вокруг меня события набирали совсем уже фантастические обороты, и я не переставала им удивляться.

После нашего с боссом разговора, в салон пожаловал Аполлон и, представившись Николаем, вручил Тане букет цветов и позвал на свидание. Больше всех случившееся поразило не меня и даже не Татьяну, а Мишеля. Он запустил в Аполлона расчёской, издал что-то вроде «пфф», и удалился на кухню с гордым видом. Николай проводил его печальным взглядом и вновь переключился на Татьяну.

Я решила обязательно выяснить завтра у Тимура Расовича, что происходит.

В свой первый рабочий день в новой должности в «Реальный Рай» я шла, полная желанием устроить разборки и готовая дать отпор боссу, если он только посмеет распускать руки, но ничего подобного не произошло. Тимур Расович был по-прежнему странен, но чертовски обаятелен и мил. Он заверил меня в том, что смог без всякого шантажа вызвать любовь у Аполлона к Татьяне и обрисовал круг моих обязанностей, выделив рабочее место на диване в своём кабинете.

Работа у меня оказалась не пыльная. Обзвонила всего сто три женщины из списка, договорилась с кем смогла о встречах, придумав дурацкий повод. Типа в «Реальном Рае» произошёл розыгрыш абонементов для бесплатного посещения тренажёрного зала, и теперь владелец решил лично вручить каждой победительнице пропуск, в виде памятной медальки.

— Тимур Расович, шесть девушек с вами встретиться не могут. Они не собираются в Москву в ближайшее время.

— Значит, мы сами поедем к ним.

— Серьёзно? Они же заграницей.

— Ну и что? Закончим с этими, и, если среди них не найдётся подходящей для меня женщины, то рванём в гости к оставшимся. Готовьтесь к командировкам, Василина.

Потом я просто гуляла по центру и болтала со знакомыми сотрудниками, а босс тем временем изображал, что занимается важными делами. Хотя, если бы он ими действительно занимался, он бы не отправлял меня по подразделениям комплекса с бесполезными поручениями типа: «Василина, узнайте в боулинге, какая у них средняя проходимость за сутки» или «Василина, спросите у шеф-повара в ресторане, хорошо ли продаётся чёрная икра».

Потом он накормил меня вкусным ужином, во время которого болтал и ухаживал за мной, но приставать даже не пытался. Я терялась в догадках, у меня в голове происходил разрыв шаблона.

Но что больше всего меня настораживало, так это то, что я отменила встречу с Денисом с каким-то облегчением. Прям вот с затаённой радостью, что точно никак не сочеталось с моим решением завести с ним серьёзные отношения. А вот Тимур Расович мне нравился. И чем дальше, тем сильнее, что совершенно не входило в мои планы.

А ещё меня пугали внезапные отношения Аполлона и Татьяны, поэтому во время своих гуляний по «Реальному Раю», когда я встретила его в коридоре, решила поговорить начистоту.

— Привет, ты меня, наверное, не знаешь, я коллега Татьяны, — остановила я качка. — Извини, что лезу не в своё дело, но Таня моя подруга, и я не хочу, чтоб кто-то разбил ей сердце.

— Ты права, это не твоё дело, но я люблю Таню, и если она не согласится выйти за меня замуж, сердце будет разбито у меня.

— Наш босс тебя шантажирует? Угрожает здоровью?

— Нет, — вот только своё «нет» он произнёс как-то задумчиво, и я насторожилась ещё больше. — Просто я поговорил с ним, и понял, что она мне в жизни просто необходима.

На этих словах он, развернувшись, стремительно направился в сторону салона, хотя до этого явно шёл в ресторан. Подозрительно всё это было.

Ну а в остальном, день прошёл замечательно: в атмосфере лёгкого флирта и возбуждения. Такое было со мной впервые в жизни, и это новое состояние очень нравилось и пугало одновременно. Ну а прощание у квартиры вообще настроило меня на определённые планы перед сном, которым не суждено было осуществиться по причине внезапно случившегося «случая крайней нужды» в моей помощи боссу и переезда к нему на неделю. Он настаивал на более длительном сроке, но я была категорична. Я и на неделю-то не хотела соглашаться, но произошло что-то необъяснимое, и мой рот помимо воли дал своё согласие. А дело было так.

Не успела я забежать в квартиру, прижимая к пылающим щекам ладони и глупо улыбаясь, как раздался звонок мобильного. Звонили с неизвестного номера и, подняв трубку, я с удивлением узнала сексуальный голос босса, несущий какой-то бред про то, что я должна собрать вещи и переехать к нему. И я бы только посмеялась, если бы не услышала в трубке надрывный писк котёнка.

Это всё меняло. Где он его выловил и что собирается делать с бедным животным? Остаться в стороне я, конечно, не могла и вышла к машине.

Открывшаяся картина меня умилила и растрогала до глубины души. Тимур Расович, нисколько не переживая за чистоту своего дорогущего пальто, прижимал к себе грязного серого котёнка, который с упоением пытался отгрызть ему большой палец руки.

— Вот, — заявил он мне. — Я понятия не имею, что теперь с ним делать.

— Боже! Бедненький! Крохотный совсем, где вы его взяли?

— Достал из-под машины, когда услышал, как он отчаянно взывал о помощи.

У меня слёзы навернулись на глазах.

— Дайте мне его скорее, — босс протянул мне бедняжку, и я прижала его к себе. Котёнок затарахтел, как трактор.

— Вы согласны, что это «случай крайней необходимости»?

— Конечно, — какие могут быть вопросы?

— Идите, собирайте вещи, Василина, мы вас подождём в машине, а потом поедем покупать всё необходимое для животного.

— Зачем мне собирать вещи?

— Как зачем? Не мне же за ним ухаживать.

— То есть вы хотите оставить его себе? — я была настолько поражена, честно говоря, я думала, он попробует всучить котёнка мне, а он был готов поселить дворняжку в своей квартире.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А как иначе? Он теперь мой. Только мне нужна помощь. Детёныш нуждается в адаптации, а я совсем не разбираюсь в котиках. А вы разбираетесь?

О! Да! Я разбиралась. Не далее, как неделю назад я пристроила того котёнка, которого сама вытащила из подвала.

— Да.

— Тогда собирайте вещи, вы переезжаете ко мне.

Я хотела возмутиться, возразить, но почему-то мой язык произнёс помимо моей воли.

— Для адаптации хватит недели.

— Ладно. Пока сойдёмся на неделе.

Я отдала котёнка боссу и покорно пошла домой складывать сумку. Это какая-то магия. Не иначе.

Глава 8.2

Когда я вернулась, в машине царила идиллия. Котёнок спал на коленях босса, пригревшись в салоне.

— Куда теперь? Командуйте, — сказал Тимур Расович шёпотом, как будто боялся разбудить малыша.

— В зоомагазин, — почему-то тоже шёпотом ответила я.

— А где он?

— Тимур Расович, вы меня пугаете. У нас же в «Реальном Рае» он и есть.

Господи, как он управляется с бизнесом? Он глянул на меня так удивлённо, что я задумалась о смысле жизни. Почему кто-то пашет без остановки, старается всё знать, рвёт жилы, а кто-то даже не знает, откуда у него деньги берутся?

Сотрудники зоомагазина встретили нас по стойке смирно и в мгновение ока обеспечили всем необходимым: инструкциями, домиком, кормом, лотком и кошачьим шампунем от блох, предварительно произведя замеры котейки и вынеся вердикт, что ему от силы месяц отроду. Во время манипуляций маленький хищник шипел, кусался и выдирался из рук сотрудников так отчаянно, что они втроём еле-еле справились, а взвешивать его пришлось, засунув в полиэтиленовый фирменный пакет. Это лишний раз убедило меня в том, что Тимур Расович точно нуждается в моей помощи и случай действительно экстраординарный. Совесть постепенно успокаивалась.

Родителям я сказала, что еду в срочную командировку на неделю, не говорить же, что еду пожить к боссу! Мама очень обрадовалась, хотя она бы обрадовалась, если б я и правду сказала, но было как-то неловко сознаваться.

— Замечательно! Хоть развеешься, а то который год сиднем дома сидишь.

— Вы с Кирюхой сами управитесь?

— В первый раз, что ли? Чего с ним управляться, он давно не грудничок, — вторил ей папа. — Полмиллиона на дороге не валяются. Держись за такую работу.

А вот разговор с Денисом ещё предстоял, ведь наше свидание я перенесла назавтра, будучи уверенной, что у меня выходной, а теперь придётся его опять отменять. Сомневаюсь, что босс меня отпустит на встречу. И вот что говорить Дену? Тоже врать про командировку? Мне кажется, что не правильно начинать отношения со лжи. Попробую сказать правду, и, надеюсь, Денис поймёт меня и не сделает неверных выводов.

— Так. Всё. Он устал, — босс отобрал котёнка у сотрудников и спросил у меня. — Вы всё запомнили?

— Конечно, — что там запоминать-то? Помыть, накормить и отвезти завтра в ветклинику.

— Тогда домой.

Квартира Тимура Расовича оправдала все мои ожидания. Она оказалась шикарным пентхаусом, из окон которого открывался вид на центр Москвы. Вот только, окинув её взглядом, я задала закономерный вопрос.

— А где же я буду спать? — стен в пентхаусе не было, и единственная спальня, с единственной огромной кроватью находилась на втором этаже.

Босс задумался, что-то прикинул в своей голове и постановил.

— Вы располагайтесь в спальне, а я буду спать в гостиной на диване.

Не, ну вы посмотрите на него! Разве так бывает? Если бы не котёнок, я бы на этих словах в ужасе сбежала, а так пришлось подняться на второй этаж и переодеться в шорты с футболкой, чтобы приступить к купанью кота.

Пока Ульян Семёнович доставал из-под дивана успевшего нагадить на дорогом паркете засранца, а я это всё убирала, Тимур Расович тоже переоделся в домашнее: майку и свободные, низко сидящие спортивные штаны. Я чуть слюной не подавилась. Нельзя! Категорически нельзя ему так выглядеть, а мне жить у него неделю! Я просто не выдержу и сама его изнасилую.

— Моя помощь нужна? — спросил Ульян Семёнович босса, держа за шкирку вырывающегося котёнка.

— Поменяй бельё в спальне, постели на диване в гостиной и можешь идти, с остальным сами справимся. — Бесовский удалился исполнять распоряжения, и мы остались одни. — Справимся же, Василина?

— Я смотрела в интернете ролик, как правильно мыть котов, когда прошлого купала. Справимся.

Купанье происходило в гостевой ванне на первом этаже. Босс держал малыша, а я его мылила и поливала душем. Если бы мы находились у меня дома, соседи бы уже вызвали полицию или выломали нам дверь, так истошно вопил котейка, но в квартире Тимура Расовича была хорошая звукоизоляция, поэтому всё обошлось.

Потом мы сидели на кухне мокрые и уставшие, сытый и чистый котёнок спал в своём домике. Этот бесконечный день подходил к концу.

— Как вы его назовёте?

— Кого?

— Котёнка.

— Хм. Даже не знаю. А как вы предлагаете?

В чистом виде котёнок оказался светло-серым в полоску, голубоглазым, тощим дворянином.

— Давайте назовём его Лаки.

— Лаки? Почему?

— Счастливчик. Ведь как ни крути, ему сегодня крупно повезло.

— Это точно, и, Василина, мне кажется, что после того, что мы вместе пережили, нам нужно перейти на другую форму общения.

— Что вы имеете в виду? — перед глазами нарисовалась картина очень близкой формы общения и кровь прилила к щекам, да и не только к ним.

— Ну, как вас называют близкие?

— Вася, — созналась я.

— Мило, — хмыкнул босс, — давайте перейдём на «ты», хотя бы дома. И можно я тоже буду звать тебя Вася?

— Можно. А мне как вас, то есть, тебя, — почему-то мне тоже показалось уместным перейти на неформальную форму общения, — называть?

— Называй меня Рас.

— Рас? — удивилась я, — а почему не Тимур или Тим?

— Так меня близкие называют, и я привык.

Наверное, это какая-то семейная традиция, называть по сокращённому отчеству, решила я.

— Ну, Рас, так Рас. Пойдём уже по кроваткам, Рас, я с ног валюсь.

— Спокойной ночи, Вася.

Это прозвучало так интимно, что меня опять пробрало.

— Спокойной.

Я поспешила скрыться на втором этаже, чтобы не выдать свою реакцию на его проникновенный голос.

Кровать у Раса была шикарная, с ортопедическим матрасом, удобными подушками, мягким одеялом и дорогим бельём — я отключилась мгновенно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Разбудил меня аромат кофе и раздающиеся с кухни тихие голоса. Всё ясно. Завтрак боссу готовит Ульян Семёнович. Надо же, какой незаменимый сотрудник: и делами управляет и домашним хозяйством. Интересно, а какая у него зарплата? Наверняка больше моей, — мелькнула жадная мыслишка, которую я поспешила задавить в корне. Как ни стыдно, Вася.

Заправила постель, привела себя в порядок и спустилась на первый этаж.

— Доброе утро. Мы вас разбудили, Василина Андреевна? — спросил Бесовский.

Они оба встретили меня многозначительными улыбками, сложилось впечатление, что обсуждали они меня.

— Доброе. Нет, я сама проснулась. А что вы готовите? Очень вкусно пахнет.

— Пирожки пеку. Есть с мясом, с капустой и с вишней. Вы какие будете?

Я в шоке плюхнулась на стул. Сколько бы Ульян Семёнович не получал зарплаты — он её точно заслуживает.

— Всех по одному. А где Лаки?

— Он поел, нагадил, перегрыз шнур от зарядки и уснул, — с умилением рассказал о достижениях котёнка босс.

— Когда поедем в клинику? — чувствовала себя неуютно под пристальными взглядами мужчин, поэтому закидывала их вопросами, чтобы не допустить неловкой тишины.

— На дом вызовем. Нечего его по улицам таскать.

— Хорошая идея.

Так мы и сделали. После завтрака Ульян Семёнович получил свободу, а мы включили фильм, чтобы занять время в ожидание визита ветврача. Утренняя неловкость практически исчезла, и мы с удовольствием перебрасывались комментариями по сюжету фильма, пока не раздался звонок от консьержа с сообщением, что к нам пришли. Я, прибывая в полной уверенности, что это доктор отправилась открывать дверь, а Рас — доставать Лаки из домика, пока тот не заподозрил неладное и не спрятался.

На пороге стояла очень красивая, шикарно одетая девушка, без каких либо докторских чемоданчиков или других атрибутов представителя ветклиники. Она точно не оттуда, сделала вывод я и почему-то разозлилась.

Глава 8.3

— Ты кто? — спросила наглая девица, отодвинула меня плечом и прошла в прихожую, — где Рас?

Раздражение и злость росли, и я поняла, что ревную. Какой кошмар!

— Тимур Расович, — крикнула я. Надеюсь, получилось ехидно, — к вам тут пришли.

Ах, он, врун проклятый! Придумал сказку, что импотент он! На меня только реагирует он, видите ли! Прямо сейчас уйду домой и Лаки заберу, ничего, что папа против живности в доме, уговорю. И зарплаты мне его не надо, уволюсь прямо сейчас!

Тут к нам вышел босс с котом на руках и грозно нахмурился на пришелицу, а котёнок грозно зашипел, явно чувствуя недовольство хозяина.

— Сафи? Тебе что здесь надо? Зачем пришла?

Похоже, он девице рад не был, может, и не буду прямо сразу увольняться и уходить из дома, но Дену точно позвоню.

— Мне нужен повод? Чем ты тут вообще занимаешься и что у тебя в руках? — она приняла соблазнительную позу и подарила моему боссу сексуальную улыбку.

Тимур Расович проигнорировал вопросы и невербальные сигналы гостьи, отвернувшись от неё, и обратился ко мне, пристально глядя в глаза.

— Василина, это моя бывшая жена. Подержи Лаки, а мы с ней переговорим в кабинете.

— Бывшая? — изумилась красотка, но Рас уже всунул мне кота в руки и, даже не дав ей раздеться, нелюбезно потащил за рукав пальто в кабинет. Шпильки противно скрипели по паркету.

Я только и смогла проводить их изумлённым взглядом, пытаясь пригладить вздыбленную шёрстку Лаки и успокоить шипящего котейку. Гостья ему тоже не понравилась.

Их не было минут пятнадцать. За это время я успела подумать много дум: не удивительно то, что он стал импотентом после расставания с такой яркой женщиной, как Сафи. Удивительно то, что он реагировал теперь только на меня, ведь я ей в подмётки не гожусь. Наверное, поэтому он и не рассматривает меня, как достойную кандидатуру в свои спутницы жизни, ведь я классом не вышла. Теперь стало обидно. Стоп. Я, что же, этого хочу, быть с ним?

Решительно набрала номер Дениса и подтвердила сегодняшнюю встречу. Нечего себе глупостями голову забивать и плевать мне на разрешение босса. Всё равно пойду! Даже если он будет возражать.

Только успела положить трубку, как злая Сафи прогарцевала на своих высоченных шпильках к выходу и вылетела из квартиры, громко хлопнув дверью. Стерва. Вот сразу видно, что стерва.

— Что она хотела? — спросила я у вышедшего из кабинета, задумчивого босса.

— Испортить мне жизнь, видимо. Опусти Лаки на пол, Василина.

Я не поняла зачем, но, поддавшись властным ноткам в его голосе, беспрекословно подчинилась.

— Как испортить? — я, как зачарованная, смотрела на плавно приближающегося ко мне босса и подозревала, что сейчас что-то случиться.

И я не ошиблась. Рас внезапно схватил меня за руку и, резко дёрнув за неё, прижал к своему идеальному телу. Не дав мне опомниться, этот ходячий комок тестостерона накрыл мои губы своими, нагло раздвигая их языком для вторжения.

Это был полный улёт. Его порочные губы и дерзкий язык дарили ни с чем несравнимый кайф. Сердце выпрыгивало из груди, жаркие волны гуляли от корней волос на голове до кончиков пальцев на ногах, колени подгибались и в какой-то момент из моего рта раздался непроизвольный всхлип — стон, в ответ на который мой партнёр издал победный рык и этот звук запустил мои ощущения на новый уровень. Я никогда в жизни такого не испытывала. Неужели так бывает? В голове царил полный раздрай.

Не знаю, чем бы закончилось дело. Не уверена, что смогла бы остановиться, но в себя меня привела резкая боль в щиколотке от острых зубов Лаки. Спасибо тебе, святой котик! Ты меня просто спас!

Я оттолкнула Раса, дав себе мысленную пощёчину.

— Нет! Вы обещали! — выкрикнула я хрипло, пытаясь восстановить дыхание.

Ему тоже приходилось не просто.

— Обещал. Буду ждать, когда ты сама ко мне придёшь.

— Не дождёшься! Что это вообще было?

— Я проверял, не вызвал ли визит бывшей во мне обострение болезни. Как видишь, всё хорошо.

Он опустил взгляд на свою вздыбленную ширинку и ухмыльнулся, когда я невольно проследовала своим взглядом за ним. О, да! У него там всё действительно было очень хорошо.

— Рада за вас, — несмотря на пылающие щёки, я старалась быть дерзкой. — Но прошу в другой раз удостоверяться в этом без рук и без губ! И вообще, после визита ветеринара я уйду на встречу. Вернусь поздно!

— Какую ещё встречу? — он сощурился, и наглая ухмылка слетела с губ, а мне показалось, что в квартире резко стало жарко.

— Со своим парнем. У меня из-за вас итак вчера встреча сорвалась.

— Что? Нет! Ты никуда не пойдёшь!

— С чего бы это? Кто ты мне такой, чтобы запрещать? Я не твоя крепостная, — сдаваться я не собиралась и упёрла руки в боки.

— Ты нужна нам с Лаки! Ты не можешь нас бросить.

— А я вас и не бросаю. Я вернусь вечером, не умрёте.

Мне показалось, что босс заскрипел зубами. Неужели тоже ревнует? Так ему, гаду сексуальному и надо! Хочу, чтобы он ревновал! Не мне же одной страдать.

— Во сколько вернёшься? — мне показалось, что его глаза налились красным, хоть он и пытался себя контролировать.

— Не знаю.

— Чтоб до двенадцати была дома, — рыкнул Рас, а у меня настроение поднялось. Ну, точно, ревнует.

— Постараюсь, папочка, — хотелось смеяться и летать на крыльях.

Но потом, мы не разговаривали до самого прихода ветврача, демонстративно друг друга игнорируя. А когда он, наконец, явился, мы делали вид, что в квартире царит идиллия и только судорожно отдёргивали руки, если вдруг случайно касались друг друга, потянувшись погладить котейку или за рецептом.

После того, как доктор ушёл, заверив нас в крепком здоровье котёнка и выдав рекомендации, холодная война продолжилась. Я, с гордым видом поднялась на второй этаж собираться на свидание, твёрдо решив сегодня поцеловать Дениса. Мне это было просто необходимо, чтобы, наконец, разобраться в своих чувствах по отношению к боссу.

Оделась красиво и сексуально. Сама не знаю, зачем кинула в сумку это нарядное платье, но оно пригодилось, а макияж подчеркнул достоинства и скрыл недостатки. Я чувствовала себя королевной, спускаясь по лестнице.

Из квартиры я выходила провожаемая пристальным взглядом двух пар глаз: кошачьих и человеческих. Я прямо спинным мозгом чувствовала их немой укор. Решимость моя пошатнулась, но я прибегла к проверенному способу. Ущипнула себя за руку и гордо покинула пентхаус.

Глава 9

Тамаширрас.

Как только она вышла за двери, в пентхаусе вспыхнули шторы. Кот забился под диван, а я кинул декоративную вазу в стену и, убедившись, что она разлетелась на мелкие куски, набрал номер беса.

— Она ушла на свидание! — рявкнул я в трубку.

Судя по учащённому дыханию, раздающемуся из трубки, где-то там, вдалеке бес кого-то жарил. Счастливчик! Шторы разгорелись ярче.

— С кем? — наконец смог сосредоточиться он.

— Какая разница, Ульх? Что мне делать?

— Если в доме вдруг загорелись шторы, мой господин, потушите их и ждите меня. Я скоро буду. И! Мой господин, не ходите босиком! Умоляю! Наверняка на полу много осколков.

Ульх очень хорошо меня знал! Осколков и правда, много. Впитал свой огонь обратно, вот только от портьер остались обугленные лохмотья.

Вынул мелкого трусишку из-под дивана и понёс на второй этаж, чтоб он случайно не поранился, там сел на кровать, стал ждать беса и размышлять: как же так вышло, что она от меня ушла к другому? Ведь целоваться Василине со мной явно понравилось. Восстановил в голове цепочку событий.

Сначала всё было просто замечательно, мы флиртовали, смотрели фильм, вместе смеялись над весёлыми моментами, хотя я и не всегда понимал земной юмор, а потом прозвучал звонок от консьержа.

Саффира явилась весьма некстати и закатила мне скандал в кабинете. Какое счастье, что этот её порок выявился сейчас, а не после подписания договора. Мне такая пара точно не нужна.

Сначала она пыталась ко мне ластиться, но не получив отклика, разозлилась.

— Это сосуд? — напирала она на меня.

— Это тебя не касается. С каких пор ты лезешь в мои дела?

— Как это не касается? Мои наблюдатели сообщили, что ты не ищешь сосуд, а занимаешься тут ерундой.

— Что? Как ты посмела послать наблюдателей?

— Прикажешь сидеть и ждать?

— Да.

— Нет уж! Кто эта девица, Тамашеррас? Она не беременна, я проверила!

— Не твоё дело, Саффира! Это не сосуд и не смей подходить к ней.

— Не могу поверить! Ты что, и вправду увлёкся человечкой? Мне говорили, а я не верила! — она попыталась продемонстрировать мне свои клыки, которые в человеческой ипостаси выглядели смешными и неопасными.

Падла, любитель эльфиек, наверняка, растрепал. Прекрасная Саффира в один миг стала мне отвратительна.

— Убирайся. Договора не будет, так и передай своему отцу!

— Ты не можешь мне приказывать, и ты пожалеешь о своих словах! Ты забыл о долге, и за это ты ответишь перед законом! — она вылетела из моего кабинета пулей, а я задумался о ее словах.

Действительно, частично она права. Проблемы поиска сосуда ушли на какой-то очень далёкий план, а на первом царила Василина и моя одержимость ею. Я и вправду преступник, раз твёрдо решил забыть о законе и долге, добиваясь её внимания. Ну и плевать. Я высший чистокровный демон Тамаширрас из рода Огненных Рассов, что хочу — то и делаю.

После ухода Саффиры, случился волшебный поцелуй, после которого Василина надулась и собралась на свидание. Но я же чувствовал, что ей понравилось! И чувствовал, что я ей небезразличен. И, если предположить, что моя злость на Василину и ее парня — это ревность, так может, и её злость тоже ревность? Ох, как же всё сложно с этими чувствами.

Ульх примчался примерно через сорок минут после моего звонка и принялся наводить порядок на первом этаже, громко причитая.

— Ну что же вы так разгневались, мой господин, ничего ведь страшного не произошло, может она пошла с ним расставаться.

— Не похоже было, — буркнул я, свесившись с лестницы, — слишком нарядная.

— А хотите, мы узнаем, где они сейчас находятся?

— Как? Поисковая магия тут не работает. Тут вообще всё через жопу работает. Хорошо хоть магические контракты действуют, да крупицы личного дара.

— Ничего себе крупицы! — бес кивнул на остатки портьер.

— Ты прекрасно знаешь, что на Веливуле в таком состоянии я бы вообще мог спалить город.

— Хорошо, что дома все об этом знают, и стараются вас не расстраивать.

— Что ты там говорил про то, что можно узнать, где сейчас Василина?

— Так я поколдовал над её смартфоном вчера, пока постель перестилал, и установил там нужную программу. Мы можем отслеживать её перемещения.

— Ульх! Ты самый гениальный бес. Как вернёмся домой, я тебя награжу. Заканчивай уборку и давай отслеживай.

Телефон Василины находился в паре кварталов от моего дома, в кафе.

— Пойдём, присоединимся к ним, мой господин?

— Не пойдём. Я мальчик тебе, что ли, за ней бегать? Ты иди всё проконтролируй, выследи этого парня, а я буду тут ждать. Её и тебя с отчётом. Только смотри, не попадайся им на глаза!

— Не сомневайтесь во мне! А с соперником что сделать?

— Ничего. Раздобудь на него всю информацию, я с ним сам поговорю. Потом. И он мне не соперник!

— Это я глупость ляпнул! Простите.

Ульх отправился на задание, а я развалился на кровати, где прошлой ночью спала моя проблема, и вдруг спиной ощутил, что лежу на чём-то мокром. И пахучем. Лаки! Зассанец!

Сначала хотел своими руками поменять бельё, чтобы Василина не обнаружила сюрприз, начал ворошить постель и нашёл мирно дрыхнущего вредителя между подушкой и матрасом, вытащил орущий комок и тут меня осенило. А ведь кот ведёт себя почти прилично. Ест самостоятельно, много спит и иногда играется с ногами — Василина вполне может заявить, что я справляюсь с ним и без её помощи. Развернётся и уйдёт домой, тем более, сейчас, когда она на меня обижена и ревнует. Единственный косяк Лаки — неумение гадить в правильное место, и это нужно использовать. Я скажу, что она просто обязана устранить эту проблему, иначе случай крайней необходимости не закончится.

Положил всё, как было, сверху котёнка, и пошёл на кухню, за кормом. Пусть побольше нагадит, а то вдруг Вася не заметит пятно и мне не на что будет опираться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 9.2

Как я кота ни уговаривал сделать кучку на кровать, он отказался категорически и, вообще, затевал я всё зря.

Василина пришла домой расстроенная, и даже не взглянув на меня, сразу ушла на второй этаж, откуда вскоре раздались приглушённые рыдания. Неужели из-за мокрого пятна? Да быть такого не может, оно маленькое совсем, да и высохло, наверное! Или этот мерзавец, с которым она встречалась, её обидел? А где был Ульх? Почему допустил? Я рвался между привычным желанием кого-то испепелить, и несвойственным мне кое-кого утешить. В недолгом споре с самим собой победила Вася, и я поднялся на второй этаж.

— Эй! Что случилось? — она лежала на животе и плакала в подушку, стараясь приглушить звуки, но демонский слух это обмануть не могло. — Тебя кто-то обидел? Скажи кто, и ему не поздоровится.

Я лёг с ней рядом и притянул к себе.

— Никто.

— Если ты плачешь из-за того, что пришлось переехать ко мне, то можешь в понедельник вернуться домой. Лаки хорошо себя ведёт, — я покосился на место, где было пятно, — я справлюсь сам.

Она опять всхлипнула, а я не удержался и поцеловал её волосы. Непривычное чувство, которое я идентифицировал, как раскаяние, муторно грызло изнутри.

— Не из-за этого, — тихо сказала она, — я всё равно отпросилась дома на неделю. Побуду с вами, сколько нужно.

— А из-за чего?

— Из-за жизни.

— Что в ней не так?

— Всё не так. Всё сложно. Нет никакой справедливости.

— Тебя довёл до слёз твой парень?

— Нет у меня больше парня, — известие было хорошим, но радоваться в полной мере мешало сочувствие.

— Он тебя бросил? — он совсем идиот, что ли?

— Не бросил, мы просто решили больше не встречаться.

— Он тебе так сильно нравился, что ты теперь из-за этого плачешь? — это выяснить было жизненно важно для меня, и я не переставал допытываться.

— Он был понятный и удобный, в отличие от некоторых. Но я не смогла…

Смысл её слов до меня доходил через раз, но главное я уловил. Удобный и понятный — это не те эпитеты, которые бы я хотел услышать от Василины в свой адрес. На этом я успокоился и решил отвлечь девушку от грустных мыслей, переключив на другую тему.

— Хочешь, я расскажу тебе сказку? Ты же мне говорила, что любишь фэнтези, так вот я в душе писатель и готов поведать тебе свою историю.

— Расскажи.

— Представь себе, что есть другой Мир, который населяют демоны, и называется он Веливул, — я не переставал гладить её спину и, как ни странно, завалить Василину и грязно овладеть желания не возникло. Хотелось, чтобы она опять улыбалась и никогда не плакала. — Их мир был прекрасен, но, к сожалению не идеален.

— Почему? — Она перестала всхлипывать и вроде бы заинтересовалась рассказом.

— Демоны вырождались, а ещё жили очень долго и пресыщались обычными эмоциями, поэтому пытались их получить любыми способами, путешествуя по мирам.

— Бедняги. Очень их жаль, — она опять всхлипнула, а я просто впал в ступор. Обычной смертной рассказывают про долгую жизнь, про путешествия между мирами, а она жалеет долгожителя. Вася у меня ненормальная, точно!

— Очень. Мне тоже! — спорить не стал, — так вот, чтобы им совсем не пропасть, Праотец…

— Это их Бог?

— Создатель, да. Он дал им артефакт, закон и знание, которые не позволят им исчезнуть с лица Веливула.

— Теперь мне многое о тебе стало понятно, — я насторожился. Неужели она поняла, что я не человек?

— Что, например?

— Почему ты такой странный. Писатели все странные. У них в головах такие истории рождаются!

— А! Это — да.

Пронесло, не догадывается.

— Представляешь, я даже иногда думала, что ты инопланетянин.

— Можно и так сказать.

Но этих моих слов она уже не слышала, потому что уснула на моей груди.

А я подумал, что бельё нужно было сразу поменять, а не ломать теперь голову, как это незаметно сделать. Хорошо, что Лаки не внял моим просьбам и не навалил кучу.

Внизу послышались звуки открывающейся двери — это бес вернулся с докладом и я, аккуратно сняв со своей груди Васю, спустился к нему.

— Что там было? Почему она плакала? — сразу задал я главный вопрос.

— Ох, мой господин, даже и не знаю, как рассказать…

— Говори как есть, Ульх.

— Они поцеловались.

Шёпотом сказал бес. Сердце кольнула ревность, но я приказал себе думать о том, что они расстались.

— И? Почему она плакала?

— Неудачно поцеловались. Она отпрыгнула от смертника, как только он коснулся её губ, потом, с виноватым видом долго оправдывалась, погладила его по плечу и ушла расстроенная. Это называется «разочарование» мой господин. Осмелюсь допустить, что плакала она от него.

— Адрес узнал?

— Конечно! Вы же приказали.

— Давай сюда. Завтра с ним поговорю, хочу знать, что она ему сказала. И ещё, Ульх, в спальне нужно поменять бельё. Я подниму Василину в воздух левитацией, чтобы не разбудить, а ты быстренько всё сделаешь.

— Сию минуту бегу.

Как только мы скрыли следы моего и Лаки преступления, дышать стало легче. Раздевать Васю я не стал, просто укрыл одеялом и спустился на первый этаж.

Бес ждал меня на кухне.

— Сегодня сюда заявилась Саффира и угрожала всевозможными карами, когда я сообщил, что договора не будет.

— А договора не будет? Почему, господин? Ведь вы сочли её прекрасной парой.

— Истеричка установила за мной слежку! Представляешь!

— Как она посмела! Это ни в какие ворота не лезет!

— Вот именно, Ульх! Только прекрати мне всё время поддакивать, говори, что сам думаешь.

— А вы ещё заинтересованы в сосуде? Мне кажется, вы действительно забываете о долге рядом со своей ассистенткой.

В корень зрит, пройдоха.

— И что теперь? Если бы не эта стерва со своей слежкой, я бы вообще пока выкинул поиски сосуда из головы.

— Вы не подумайте, я не в упрёк, но могут быть проблемы с законниками.

— Решу! Когда там медали будут готовы?

— В понедельник заберу.

— Вот с понедельника и начну искать сосуд, пусть все наблюдатели утрутся.

— Вы как всегда гениальны! Я вам ещё нужен сегодня?

— Нет, свободен, и завтра утром можешь не приходить. Я сам приготовлю завтрак.

Бес уставился на меня круглыми глазами, как будто увидел внезапно отросшую вторую голову.

— А вы сможете?

— Я, по-твоему, безрукий? Я всё могу! Ступай.

Ульх удалился, а я полез в интернет искать информацию, о том, как готовить завтрак для своей девушки. Очень хочется порадовать Василину, хоть она пока и не знает, что моя девушка.

Глава 10

Проснулась я от запаха гари, назойливо заполняющего ноздри и тихой ругани, раздающейся с первого этажа. С удивлением отметила, что уснула полностью одетая, и не смыв с лица косметику. Какой кошмар, Таня бы меня убила за такое обращение с кожей лица. Рванула в ванную и с ужасом уставилась в зеркало, из которого на меня взирала лохматая панда с опухшими от вчерашних слёз глазами. Как же стыдно перед Расом. Я, наверное, ему всю футболку испачкала. Давненько я не плакала, а тут меня как прорвало. Выплакалась за много лет, ну а как было сдержаться?

Свидание было провалом. Ещё с самого первого взгляда на Дениса, поднявшегося мне навстречу из-за столика, я поняла, что ничего хорошего не выйдет, но с упорством барана женского пола продолжала убеждать себя и надеяться на лучшее.

Я не видела Дена пару недель, а впечатление складывалось, что вообще только что разглядела. В сравнении с Тимуром Расовичем он проигрывал по всем статьям. Недостаточно брутален, недостаточно красив, недостаточно загадочен — в общем, блёклый и скучный. Но я не ушла, как подсказывал здравый смысл, а присела за стол и попыталась заставить себя найти в парне достоинства.

Я верила в чудо до последнего, и даже потянулась первая за поцелуем при расставании, который и стал последней каплей в крахе моих надежд. Мало того, что меня больно ударило разрядом статического электричества, так ещё и накатило чувство, что я осквернила прекрасные воспоминания о живом, волнительном поцелуе с Расом, пытаясь заменить их механическим чмоком с первым встречным. Это и ещё осознание того, что я, похоже, влюбилась впервые в жизни в самого странного и неподходящего мужчину, заставило меня разрыдаться.

Я оплакивала и неудачный брак, и своё невезение, и свои такие неуместные чувства к боссу и даже ещё не разбитое сердце. Видимо, это был нервный срыв, который Расу удалось задушить в зародыше своими сильными руками, будоражащим голосом и такой неожиданной заботой.

Я не заметила, как уснула на его груди под сказочную историю, но теперь, хотя бы, многое становилось понятным.

Тимур Расович — творческая личность, писатель. Отсюда все его странности и заморочки. Нужно делать ему скидку, тем более, человек он порядочный. Моим состоянием не воспользовался, а проявил заботу и понимание. Просто золотой человек мой босс, но расслабляться нельзя. Мы из разных миров, ничего у нас не получится. Лучше даже и не начинать верить в сказки. Правда же?

Контрастный душ сотворил чудо, и я, свежая и полная энергии, спустилась на первый этаж, где застала воистину эпическую картину — «Тимур Расович побеждает кофе-машину и другую бытовую технику».

— Что это вы делаете и где Ульян Семёнович? — я еле-еле сдерживала смех, настолько нелепым выглядел босс в полной растерянности окидывающий взглядом учинённый разгром.

— Рас, Вася, мы же договорились.

— Точно. Прости.

— Я решил сам приготовить завтрак, но они всей армией выступили против меня! — босс мотнул головой в сторону кухонной столешницы.

— Кто они?

— Приспособления эти.

Ну, всё понятно, творческий человек же.

— Давай-ка я стану твоим союзником в этой тяжёлой войне и помогу одержать победу?

— Ты правда знаешь, как это всё работает?

— Конечно. А где Лаки? Ты его накормил?

— За засранца не волнуйся, он поел и на портьерах висит.

Я поспешила в гостиную, проверить. Лаки действительно осваивал шторолазанье, грозно шипя на всех мешающих.

— Вы сменили портьеры? Когда успели? Чем прошлые не угодили?

— А, не обращай внимание. Вчера было скучно, и я решил, что они слишком блёклые.

— Живенько, — с изумлением отметила я. Прошлые были благородного серого цвета, а новые, огненно-красные.

Смелое решение, но в общий интерьер вписывалось. Я сняла кота с портьеры, посадила в домик и поспешила обратно в кухню, пока босс её окончательно не разнёс.

— Кофе я победил. Попробуешь? — с видом победителя он протянул мне добычу.

Я сделала глоток и на глаза навернулись слёзы. Это было жестоко и немилосердно.

— Присядь, пожалуйста, — промолвила я, как только смогла проглотить едкую горечь, — отдохни. Давай я всё сделаю сама.

Незаметно хлебнула воды и принялась готовить завтрак.

— Ты просто волшебница! — хвалил меня Рас, уплетая пятую чесночную гренку с расплавленным сыром и колбасой, прихлёбывая кофе, — я ничего вкуснее в жизни не ел!

— На здоровье. Что будем делать с Лаки, кто за ним присмотрит, когда мы завтра уйдём на работу?

— Мы ненадолго. Медали привезут после обеда. Я Быстро пола…жу с кандидатками и домой.

Медали эти гадские. Забыла про них совсем, вот и вернись, Вася, с небес на землю. Не забывай, что ты лишь помощница.

— Всё равно, он проснётся, поймёт, что один дома и начнёт проказничать. Ему нужен вольер.

— А где его взять?

— Поищем в интернете.

А потом мы собирали вольер. Ну, как собирали… Кто-то собирал, а кто-то смотрел восторженным взглядом и причитал.

— Василина! Ты неподражаема! Я никогда в жизни не встречал женщины, умеющей так работать руками! Я вот как представлю их на своём… как представлю, что ты ещё умеешь ими делать, так прям до дрожи пробирает. Закрути ещё вот этот болтик, и я кончу. Вернее закончу молоть чушь.

— Надеюсь.

На самом деле, мне нравился его грубый флирт и пошлые намёки. Странно, но я впервые за двадцать семь лет почувствовала себя красивой, желанной, соблазнительной и сексуальной.

— Ну, всё! Злоумышленнику не выбраться из этих застенок, — констатировал факт Рас, когда вольер был собран, и мы устроили в нём для Лаки целый городок, — чем теперь займёмся?

— Мне нужно позвонить родителям, узнать, как там у них дела.

— Конечно. Не буду мешать, пойду приму душ, а то я что-то запарился с самого утра впахивать.

Он удалился, а я набрала в скайпе маму.

— Привет, как вы там?

— Ой, Вася! Сама собиралась тебе звонить! Представляешь, Ксюша заболела ветрянкой! Только что её мама в вотсапе сообщила. В сад можно завтра даже не ходить! Объявят карантин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Да ты что! Мне вернуться? Я могу сказать, что дома проблемы и через пару часов уже буду у вас.

— Зачем? Мы с папой решили поехать к Люсе на это время. Чего в Москве торчать? Погода хорошая, дача отапливается. Мы подышим воздухом, а ты не дури! Зарабатывай.

— Ладно, мам. Дай Кира, поговорю с ним.

— Попробую, но он мультики свои смотрит.

Мама понесла телефон Киру.

— Привет, малыш. Ты там как?

— Хорошо! Когда вернёшься?

— Ты соскучился?

— Не! Мы к бабе Люсе завтра поедем, там Грей и Муся. Всё, пока, я мультики смотрю.

Как всегда. Занят своими важными делами парень, ему не до меня.

Глава 10.2

— Может, пойдём, пообедаем в ресторан? — предложил Рас, выйдя из душа.

— Не хочется выходить. Давай я сама приготовлю обед.

— А я буду тебе помогать.

Готовить я любила, да и к помощникам наподобие Кирилла и Тимура Расовича привыкла. Разрушения и хаос меня не пугали, поэтому я согласилась.

Процесс получился весёлым и волнительным. Рас всё время норовил ко мне прикоснуться или прижаться сзади, делая вид, что ему нужно что-то срочно достать с верхней полки или что-то ронял, а поднимая, как бы случайно, поглаживал мне ногу. Мерзавец точно знал, как довести женщину до нужной кондиции, чтоб она не выдержала и сама на него набросилась. Я держалась только благодаря воспоминаниям о треклятых медалях, которые он завтра собирается вручать подходящим под его запросы женщинам.

Тема эта покоя мне не давала, и за обедом я решила выяснить, по каким всё-таки критериям он выбирает себе спутницу жизни, потому что, обзванивая кандидаток, я с удивлением наткнулась на такие имена, что ещё тогда удивилась, а уж после того, как познакомилась с бывшей женой, вообще не понимала, как после неё можно взглянуть в сторону Жанет Кренделёк, которая брала своих подписчиков далеко не красотой, а эпатажем. А ещё, разговаривая с некоторыми дамами по телефону, мне казалось, что они не из высшего света, а обычные среднестатистические женщины. Чем я хуже? Так, стоп! Не хватало ещё начать уговаривать его принять меня на эту вакансию.

— Рас, а вот скажи мне, как ты собираешься, вручая медали, понять, какая из женщин тебе подходит, — завела я разговор, помешивая ложкой ароматный суп.

— Так всё просто. Я их потрогаю за грудь, и пойму на кого у меня случится реакция.

— Что? — ложка плюхнулась в тарелку с куриной лапшой, разбрызгав суп по столешнице. Вот это наглость! — Ты собираешься их лапать на моих глазах?

— Не лапать! А просто прикоснусь. Этого будет достаточно, — его невозмутимость просто с ног валила.

Спокойно, Вася, спокойно. Он творческая личность, он не такой, как нормальные люди. Он не понимает, что это звучит дико.

— Тимур Расович, я отказываюсь участвовать в этом!

— Почему? Ты ревнуешь?

— Я не ревную! Это просто не лезет ни в какие рамки.

— Не ревнуй. Нравишься мне только ты, а это всё только ради наследника. Жаль, что ты не сможешь мне его родить.

— Откуда ты знаешь? — он что, видел мою медицинскую карту? Но мне даже не поставили бесплодие, просто у нас с Русланом не получалось завести ребёнка, пока мы этого хотели, а потом я передумала рожать от него и даже полное обследование не сделала. — Как ты можешь это знать?

Не то, что бы я собиралась ему рожать, но стало обидно. В конце концов, есть ЭКО, мог бы и рассмотреть мою кандидатуру, раз утверждает, что я ему нравлюсь.

— К сожалению, я это знаю наверняка, а наследник мне очень нужен. Но если ты сознаешься, что хочешь меня и ревнуешь, я придумаю, как оградить тебя от переживаний.

Аппетит пропал. Каким же это образом он собирается меня ограждать? Будет встречаться со мной, а наследника делать с другой? Уму непостижимо! Признаваться в своём желании и симпатии и раньше-то не хотелось, а теперь и подавно я этого делать не буду! Но и наблюдать вручение медалей тоже не мечта всей моей жизни.

— Я не ревную! Просто мне неприятно будет наблюдать за таким интимным процессом, как касание женской груди. Тем более я-то буду знать, что они не случайны.

— Я проконсультируюсь с лечащим врачом и думаю, что можно заменить грудь на вежливый поцелуй руки. Это ты пережить сможешь?

Вот прямо в угол загоняет.

— Да мне абсолютно всё равно, — буркнула и опять взялась за ложку, чтобы доесть хоть суп. На пасту с морепродуктами аппетита уже не хватало.

Босс только ухмыльнулся на это заявление.

Весь оставшийся день мне хотелось дуться, истерить, а ещё облапить всех тренеров в качалке за задницу на глазах у босса! Пусть побудет в моей шкуре, а то ишь, одолжение он мне сделал. Ручки целовать им будет! Ну, я ему устрою. Коварные планы как вызвать в боссе ревность и довести до трясучки, против воли занимали мою голову, не давая даже вникнуть в сюжет фильма, который мы смотрели вечером в гостиной.

— Вась, ну хватит! Скажи честно, ты хочешь быть моей?

А я всё-таки хочу или не хочу? Тело то однозначно хочет, а вот голова — нет. Мало того, что он странный, эгоистичный, избалованный, так ведь ещё, наверняка, собственник. Запрёт меня в четырёх стенах. Проходила уже.

— Не хочу.

— А почему ты тогда весь вечер такая?

— Какая такая?

— Расстроенная и молчаливая.

— Устала. Пойду спать лучше.

Ушла на второй этаж. Приняла душ и легла в кровать, но сон не шёл. Я гоняла в голове мысли, прокручивала ситуацию и убеждала себя реагировать на все странности босса спокойно. Шикарная зарплата, непыльная работа — нужно сцепить зубы, и потерпеть всего лишь год. А неуместную симпатию задушить в зародыше. Я смогу, я сильная! На этой жизнеутверждающей мысли я и уснула.

Утром я проснулась полная решимости. Чего это я расклеилась, как школьница? Придумала себе какую-то влюблённость. Надо заканчивать это гиблое дело. К завтраку спустилась с уже собранной сумкой.

— Куда-то собралась? — спросил босс.

Сегодня готовкой занимался Ульян Семёнович и стол украшали оладьи с розетками, полными всевозможных добавок: джем, сметана, сгущёнка. Мама тоже, конечно, вкусно готовила, но до Бесовского ей далеко. Побежали слюнки.

— Да. Мне делать тут больше нечего. Лаки вполне освоился и особого ухода не требует. Кстати, где он?

— На сетке висит, — Рас повернулся к Ульяну Семёновичу, — Я ж тебе говорил, что она ревнует!

— Не ревную я! — гад какой. Весь решительный настрой портит, — просто считаю неуместным и ненужным наше совместное проживание.

— Случай крайней необходимости, по-твоему, закончился?

— Да.

Сказав эти слова, я ощутила побежавшую по телу тёплую волну.

— Ну что ж. Не смею удерживать. Надеюсь, ты не хочешь уволиться из-за своей бешеной ревности.

Честно говоря, эта мысль приходила мне в голову, но я её отмела, как полный абсурд. Меня не поймут ни родители, ни друзья, ни даже я сама — если уволюсь с этой должности и потеряю такую зарплату.

— Ну, хватит! Я не идиотка, и я не ревную! Уймите своё непомерное чувство самолюбования, Тимур Расович.

— Рас.

— Нет. Тимур Расович, и никак иначе.

— Ладно, ладно, не злись. Хочешь домой — я не держу.

Как это не держит? Даже и уговаривать не станет? Это было обидно как-то. Я-то настроилась на отстаивание своих прав и свобод, а он так запросто меня отпускает. Неужели, я ему не нравлюсь, и все мои ощущения были домыслами? Но он же сам говорил! Ты полная дура, Вася, развесила уши размечталась и возомнила из себя. Мужчинам верить нельзя! Особенно таким, как Тимур Расович. Спустись с небес на землю и отправляйся на работу, выполнять то, для чего тебя наняли. Принимайся помогать боссу, искать будущую спутницу жизни. Почему-то захотелось расплакаться.

Глава 11

Тамаширрас.

Вася ревновала, причём сильно, хоть и отказывалась это признать. Зачем она это делает? Смысла в том, чтобы скрывать свои желания и чувства — я не видел никакого. Всё-таки, странные существа эти люди. Зачем страдать и бороться с собой, если можно наслаждаться жизнью и полученными от процесса эмоциями? Об этом я и спросил у беса следующим утром.

— Понимаете, Тимур Расович, — Вася могла спуститься каждую минуту, поэтому Ульх обращался ко мне по земной форме, — Она опасается за своё сердце. Боится влюбиться окончательно, а потом страдать.

— А как она может знать, что всё будет именно так? Может, это я страдать буду.

— Люди такие замороченные, они бояться наперёд. У них даже сказки про это есть. Вот слушайте. Жили были дед с бабкой и не было у них детей…

— Потом расскажешь, скажи лучше, что мне сейчас делать? Я не готов выкинуть её из головы и своих планов.

— Я бы посоветовал прекратить поиски сосуда, но это противозаконно и грозит вам большими неприятностями.

— Чем простой сосуд и моя миссия может нам с ней помешать быть вместе и наслаждаться плотскими утехами? Я же ей честно признался, что нравится мне только она одна. Я даже Саффиру прогнал.

— А вот вы представьте, что Василина будет заниматься сексом с кем-то другим из чувства долга, по работе, например. Вас это не тронет?

— Чего? Ещё чего! Никакого секса с другими! — я живо представил себе эту картину, разъярился и, кажется, начал понимать, что чувствовала Вася.

— Я ей всё объясню.

— Признаетесь, что из другого мира?

— Не до такой степени. Пообещаю, что пока мы вместе, я ни с кем другим ей изменять не буду.

— Сомнительная затея. Не думаю, что её это устроит. Этим обещанием вы как бы заранее ей дадите понять, что связь ваша временная. Земные девушки — не демоницы. Им нужны заверения в вечной любви и верности.

Я задумался. Разве это разумно? Кто ж знает, что нам готовит вечность?

— А что же тогда по-твоему приведёт её в мою постель?

— Советую вам влюбить её в себя до такой степени, что ей станет всё равно на ваши планы, лишь бы вы хоть изредка уделяли ей своё драгоценное внимание.

— И как же я это сделаю? — чёт мне кажется, чушь бес мелет. Уж очень противоречиво звучали его рассуждения.

— У русских есть великий поэт, так вот он ещё давным-давно написал умную вещь:

Чем меньше женщину мы любим,

Тем легче нравимся мы ей

И тем ее вернее губим

Средь обольстительных сетей.

С выражением продекламировал Ульх. Эко его на народное творчество потянуло! Сам влюбился что ли?

— Я не хочу её губить средь сетей! Ерунду ты предлагаешь.

— Это образное выражение, а тому мужчине можно верить. При своей неказистой внешности он слыл отчаянным сердцеедом.

— Предлагаешь сделать вид, что она мне безразлична?

— Не совсем так. Просто не напирайте и сделайте вид, что не так уж сильно в ней заинтересованы, а то она быстро поймёт, что вы у неё на крючке и начнёт вить верёвки, а там и до нарушения закона рукой подать будет.

Василина спустилась к завтраку с сумкой и объявила, что уходит. Выглядела она как всегда потрясающе, а ещё непреступной, и от этого ещё больше желанной. Я, было, хотел упереться, потрясти котом у неё перед носом и не отпустить, но Ульх отчаянно мотал головой у неё за спиной и я решился довериться бесу, потому что, судя по себе, советы русского поэта-таки работали, но пока против меня.

Уже спустя полчаса нахождения в «Реальном Рае» я понял, что мне абсолютно не нравился наш новый формат общения: сухой, без флирта и как будто случайных прикосновений, и я уже совсем было решил послать Ульха куда подальше с его советами, засунуть медальки вместе со списком кандидаток в самый дальний угол и заняться Василиной и только ею. Может даже прощения попросить, хотя я понятия не имею, как это делают, но ведь есть интернет! Он подскажет! Да вот только в кабинет, после короткого стука в дверь влетел Ульян Семёнович.

— Тимур Расович, там к вам пожаловал н-наблюдатель из з-законодательного собрания, — подобрал слова он так, чтобы я сразу понял — прибыл законник с Веливула, — он требует срочной встречи для серьёзного разговора.

Какая же шустрая стерва эта Саффира, наверное, все связи подняла. Хорошо, что я не успел заключить с ней контракт.

— Василина, вы сегодня можете идти домой пораньше, — наш разговор по душам придётся отложить, к сожалению.

— Как же? И даже никого не будете сегодня проверять на совместимость? — не смогла удержаться она от шпильки.

— Не сегодня. А завтра приходите к двенадцати, как обычно, и мы обсудим план дальнейших действий.

Как только Василина ушла, бес впустил в кабинет визитёра, коим оказался не кто иной, как главный законник Веливула — Прокуррит по кличке — Нудный.

— Глубокоуважаемый Тамашеррас, до нас дошли слухи, что вы пренебрегаете законом и отлыниваете от своих прямых обязанностей, — не стал ходить вокруг да около Нудный.

— Наглая ложь! Ульх, покажи уважаемому законнику медали и расскажи наш план.

Пока бес рассыпался в объяснениях, я нервно барабанил пальцами по столешнице, понимая, что мне срочно нужно поговорить с Повелителем. Шамирхар хоть и моложе меня, но как обойти закон знает лучше, и может мне подсказать. Главное его убедить в том, что мне это просто жизненно необходимо.

— Вы удовлетворены результатами проверки? — поинтересовался я у законника, как только бес закончил оправдываться. Ситуация меня бесила до крайности. Не привык я перед кем-то отчитываться.

— На первый взгляд всё выглядит не так, как нам преподнесли, но чтобы быть до конца уверенными в том, что вы соблюдаете закон, мы приставим к вам официального наблюдателя.

— Что? Да как вы смеете! Может, он и свечку будет держать, когда я наследника стану делать? Я немедленно отправляюсь к Повелителю.

— Это ваше право, но не задерживайтесь на Веливуле. Время идёт. Никто не знает, сколько длиться воздействие стрелы на сосуд.

— Когда вернётесь, мой господин?

— Завтра к полудню буду тут, а ты займись Лаки.

— Не волнуйтесь, всё будет в порядке. Желаю вам благополучного разговора с Повелителем.

Обложили со всех сторон, моему раздражению не было предела.

Прямо из кабинета я открыл портал к дворцу Шамирхара и отправился искать друга для серьёзного разговора, а ещё планировал навестить одного языкатого любителя эльфиек, чтоб поговорить по душам.

Глава 11.2

Повелитель был занят чрезвычайно важным делом — пытался найти себе развлечение. Обнаружил Шамирхара в релакс-зале дворца, где он проводил кастинг на место новой фаворитки.

В помещении царил полумрак, а на сцене извивались девушки, мой друг взирал на всё это действо скучающим взором, потягивая кальян.

— А Гаморра что? — поинтересовался я, занимая место рядом с Шамом на диване перед сценой, где бесовки, демоницы и прочие соискательницы пытались превзойти друг друга.

— Надоела. Скучно мне, Рас, — растягивая гласные, сообщил Повелитель. Кальян был явно не простой, — будешь?

Он протянул мне трубку.

— А вот мне нет, поэтому не буду.

— Знаю и завидую, — он тяжко вздохнул, — рассказывай, что там у тебя происходит?

— Законники у меня происходят. Они хотят приставить наблюдателей, ты знал?

— Знал. А в чём проблема? Ты нарушаешь закон?

— Пока нет, но признаюсь, я об этом задумывался. Что мне грозит за отказ оплодотворять сосуд?

Повелитель резко выпрямился и воззрился на меня с изумлением, в его глазах загорелся интерес.

— Ты правда влюбился, как об этом болтает Саффи?

— Откуда я знаю, Шамир? Вот у твоих родителей было всё понятно — истинная пара и никаких вопросов.

Шамирхар рассмеялся.

— Открою тебе маленькую тайну, друг. Нет никаких истинных пар, это вымысел для обывателей.

— И у драконов? — весь Веливул знал, что отец Повелителя оказался истинной парой драконицы.

— Это была продуманная акция, вброс, чтобы не поднялись волнения из-за того, что отец создал пару с иномирянкой, а на самом деле они просто полюбили друг друга и не захотели расставаться.

Вот это новости. Очень странно осознавать, что то, во что верил всю жизнь — сказки.

— А как они поняли, что это любовь продлится до конца их дней, что решились на такой грандиозный обман?

— Я спрашивал у матери и у отца, когда они мне сознались, и они в один голос утверждали, что если мне повезёт так влюбиться, я сразу это пойму. А ты уверен в своих чувствах?

Пожалуй, мои чувства к Василине от похоти отличались… теперь.

Сначала я её просто желал, а сейчас мне этого было мало. Необходимо было получить от неё отклик, взаимность, а ещё хотелось о ней заботиться. Давать, а не только брать. Такого со мной точно раньше не случалось, но любовь ли это — я не знал.

— А если я всё-таки влюбился и поэтому решу нарушить закон, что со мной будет?

— Тебя лишат магии и изгонят на Землю. Ты готов ради неё на такие жертвы?

Я крепко задумался. Вот если бы я знал, что Вася тоже испытывает ко мне схожие чувства и согласна провести со мной жизнь — то да, я готов. Как ни странно, эта перспектива меня не пугала. А если нет? Готов ли я всем рискнуть?

— Я не уверен, что нужен ей, понимаешь? Мне нужно время, чтобы разобраться в её чувствах. Ты можешь мне его дать?

— Поговори с ней и всё объясни, если она тебя любит, то сможет понять.

— Что понять, Шамир? Что я обязан исполнить долг и исчезнуть на двадцать лет из её жизни, чтобы воспитывать наследника? Даже если она войдёт в моё положение и допустит ребёнка от другой женщины, как я объясню разлуку на двадцать лет? Она точно не станет меня ждать.

— А что такое двадцать лет — мгновенье? Сколько ей сейчас?

— Двадцать семь и для людей это треть жизни, не забывай.

— Сделай наследника и отправь его ко мне на воспитание, может мне веселее станет.

— Ага! Сейчас! Это я не доверю никому, — мой ребёнок не Лаки, чтобы веселить кого-то, размечтался.

— Ну а на Земле маленький демонёнок не выживет, его надо переправлять на Веливул в течении часа после рождения, сам знаешь.

— Если бы она только была представителем магической расы, я бы смог забрать её сюда, чтобы воспитывать наследника вместе, но люди не выживают на Веливуле. Кругом засада.

— Что ты хочешь услышать от меня, мой друг? Как бы я поступил на твоём месте?

— Для начала.

— Я бы не стал класть яйца в одну корзину. Искал бы потихонечку сосуд, а сам бы обхаживал предмет своей любви. Вдруг ты всё-таки ошибаешься и твоя любовь не взаимна или пройдёт, как только ты добьёшься своего?

— Ты мне вообще не помог, Повелитель. Убери хотя бы наблюдателей, дай мне месяц, чтобы разобраться.

— Хорошо. Но через месяц сообщи мне о своём решении. Либо суд, либо сосуд, — друг рассмеялся, — смотри-ка, я стихами заговорил.

Весело ему, а у меня тут жизнь на волоске висит.

— Договорились.

— Может по минетику, как в старые добрые времена? Смотри, какие цыпочки танцуют. В следующем этапе отбора планирую попробовать всех.

В сторону сцены с шестами я даже не взглянул. Да и сам Шамирхар воодушевлённым перспективой не выглядел.

— Ты меня вообще слушал? Я же тебе сказал, что не хочу никого, кроме Василины, так что без меня.

Даже жаль его стало. Всё-таки, Земля подарила мне массу эмоций за это недолгое время, а Повелитель продолжил, как будто мысли мои читал.

— Слушал, теперь верю и завидую тебе. Лучше уж прожить яркую смертную жизнь на Земле, чем вечность вот так, в одиночестве.

Он обвёл рукой релакс-зал, и столько тоски прозвучала в его голосе, что я понял. Шамирхар таким образом тонко намекнул мне, что бы выбрал он сам на моём месте, ведь в открытую советовать нарушать закон он не имел права.

— О! Не грусти, друг мой, скоро придёт и твоё время запускать стрелу, и тут уж я не оплошаю! Я обязательно пожелаю тебе того, что пожелал мне ты. Весёлая жизнь тебе будет обеспечена, — злорадно пообещал я.

— Очень на это надеюсь! И, Рас, не нужно устраивать разборок с Гешшиндилом, я ведь знаю, ты хочешь, но своей сплетней он развлёк высший свет и теперь демоны делают ставки на исход твоих злоключений.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- И на что же поставил ты?

— Не скажу, но моя ставка самая редкая, если не единственная. Не подведи меня, дружище, — он подмигнул и похлопал меня по плечу.

Повелитель точно знал что-то такое, чего не знал я, но пытать его было делом бесполезным. Даже высшие демоны не имели права знать то, что ведомо лишь членам правящей семьи.

На Землю решил вернуться сразу, не заглядывая домой. Тянуло меня в Москву, как магнитом. Всё дорогое для меня находилось именно там: Вася, Лаки, Ульх. Тем более, я почти решился на серьёзный разговор с Василиной. Завтра скажу ей о своих чувствах, спрошу, взаимны ли они и если да — то я предстану перед судом через месяц, чтобы понести заслуженную кару за своё счастье.

Повёл вечер в прекрасном радужном настроении, тиская кота и предвкушая завтрашний разговор со своей любимой ассистенткой, после которого мы, наконец, займёмся безудержным сексом!

Да вот только зря я радовался и предвкушал. На следующий день эта зараза меня очень жестоко обломала и началась наша непримиримая, страстная, жаркая, азартная война.

Глава 12

Василина.

Честно говоря, я не обрадовалась тому, что Тимур Расович отправил меня домой пораньше. На этот день у меня были грандиозные планы. Например, пролить ему кофе на ширинку, пощупать любой мужской пресс так, чтоб это было в пределах видимости босса или выдрать волосы той, кого он посмеет схватить за грудь при мне, но, видимо, не судьба была сбыться моим мечтам.

Пришёл какой-то чиновник и меня выставили из кабинета.

Дома делать было совершенно нечего, поэтому я отправилась к своим бывшим коллегам в салон, узнать последние новости. Лучше бы я этого не делала, потому что после общения с некоторыми из них и погружения в свежие сплетни, моё желание придаться страшной мести боссу за свою поруганную честь, вышло на новый уровень.

— Ну и как он? — вместо здравствуйте, спросила Наталья. — Хорош в постели?

Кто «он» я уточнять не стала, это было итак понятно.

— А я откуда знаю? Он мне не докладывает. Где Таня с Мишелем? — С Наташей я была не так дружна, как с Мишкой и Танюшкой.

— В отпуске. Они втроём с Аполлоном сорвались по горящим путёвкам в Сочи.

— В ноябре? — я удивилась. Что делать в Сочи в ноябре? — И почему втроём?

Чудные дела творятся. Только на прошлой неделе встречаться начали, а уже третьего за собой таскают.

— Они теперь всё время втроём везде ходят, а отдыхать — не работать, хоть в Магадане, — отрезала Ната, — тем более они же не спят с боссом, чтоб на Мальдивах загорать.

— А кто с боссом спит? — я сощурилась угрожающе. Мне эти намёки совершенно не нравились.

— Ой, да хватит прикидываться овечкой. Вас видели в пятницу. Ты шла к нему домой.

— И что из этого? Наташа, хватит разводить сплетни, иди ногти пили! — я психанула.

— Подумаешь, звезда! — она развернулась и ушла в свой кабинет.

А я расстроенная двинулась на выход из «Реального Рая».

На самом деле мне было очень стыдно за свои слова, я никогда не считала себя вправе так разговаривать ни с одним человеком, а уж тем более с мастером, который превосходно владел искусством ногтевого сервиса и творил из любых огрызков настоящие шедевры. Это всё он виноват! Довёл меня! Никогда не прощу! И план мести начал зреть в моей голове выходя на новый виток коварства.

Очень кстати на крыльце столкнулась с управляющим нашим рестораном Марком Германовичем. Этот известный на весь «Реальный Рай» ловелас, обслуживался у нас в салоне и никогда не упускал возможности со мной пофлиртовать и позвать на свидание. Раньше я всё время отшучивалась, но сегодня решила, что для моих планов он сгодиться, а от меня не убудет, если я соглашусь на обед с ним. В людном месте, естественно.

— Василиночка, душа моя, как же ты хороша! Когда же ты осчастливишь меня своим вниманием? — не изменил себе Марк Германович.

— А давайте завтра вместе пообедаем в нашем ресторане и обсудим этот момент? — мне кажется, он уронил челюсть на крыльцо, настолько неожиданным прозвучало моё согласие после трёх лет виртуозных уходов от темы.

— Я просто счастлив! Встретимся в два в вип-кабинке?

— Э-э, нет, — разогнался! Гляньте-ка, шустрый какой! — зайдите за мной в приёмную Демского в час дня.

Моё встречное предложение явно умерило его пыл, но давать заднюю было бы страшным ударом по имиджу, поэтому Марк согласился. Отлично!

Никогда я раньше не собиралась на работу так тщательно, как на следующий день. Безупречный макияж, причёска и самое сексуальное платье, показались мне необходимым в нашей ситуации оружием.

В кабинет босса я входила полная решимости валить с ног шармом и красотой, но вид радостно поднявшегося из кресла навстречу мне босса на долю секунды выбил меня из колеи, однако я кремень! Даже виду не подала, что его улыбка действует на меня, как бокал хорошего вина.

— Василина, добрый день, как же я рад тебя видеть! — с чего бы? — Нам нужно поговорить и прояснить…

— Добрый день. Не стоит рассыпаться в извинениях, Тимур Расович, — прервала я его, едва найдя в себе силы не растянуть губы в ответной улыбке, — я не в обиде. Что было, то прошло. Не будем заострять, где там ваш список? Кого вы хотите видеть в первую очередь?

— Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Я хорошо подумал, встал на твоё место и понял, что тебе неприятно будет наблюдать за тем, как я ищу себе спутницу жизни, поэтому решил отменить вручение медалей.

Ну надо же! Дошло до него! Одолжение он мне делает! Только поздно, я свои выводы тоже сделала, и верить его словам не намерена.

— Мне совершенно безразлична ваша личная жизнь, она меня не касается, тем более, у меня есть своя. К слову, в час дня я отлучусь на обед. Договорилась с одним знакомым.

На миг мне стало страшно от того, как изменилось лицо босса. Радостная улыбка превратилась в оскал, а глаза налились кровью. Было в его облике что-то демоническое, потустороннее, отчего по всему моему телу пробежал холодок страха. Но не успела я с криками побежать на выход, как он взял себя в руки и каким-то чужим голосом заговорил.

— Даже так? Ну что ж. Вызывайте сначала тех, кто в списке отмечен синей галочкой, — на его скулах ходили желваки, — приступим к делу.

— На какое время назначать первую встречу? — я спокойна, я совершенно спокойна, он мне безразличен и я не веду себя, как глупая малолетка. — И какой делать интервал между посетительницами?

— Десять минут.

— Уверены, что вам хватит десяти минут на общупывание женской груди и оценки своей реакции?

— Мне хватит и пяти минут.

— Да вы скорострел! — что ты несёшь, Вася! Он же поймёт, что ты бесишься.

— А чего это ты заинтересовалась моими способностями? Может, проверить хочешь? Так я не против.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Нет! — отрезала я. — Так на какое время назначать первую встречу?

— На два часа дня. Как придёшь со своего обеда, так и приступим.

— Но девушки могут быть заняты! Мы в Москве всё-таки находимся. Они могут просто не успеть добраться.

— Синей галочкой помечены сотрудницы «Реального Рая». Они успеют.

Я пробежалась по списку и действительно обнаружила несколько знакомых имён. Когда я обзванивала их в первый раз, мне даже в голову не могло прийти, что это обычные сотрудницы. Ах он гад! Значит, официантка Леночка Садовая ему подходит, бухгалтер Ирина Петровская тоже, а вот Василина Красавина нет? От обиды аж руки зачесались подойти и треснуть этим списком по наглой красивой роже, но я взялась за телефон и принялась обзванивать избранных сотрудниц, мечтая, чтоб Марк уже скорее за мной зашёл и этого липового импотента перекосило.

Глава 12.2

Час до обеда прошёл в напряжённой обстановке: я назначала встречи с пятнадцати минутным интервалом, а Тимур Расович делал вид, что работает, усердно что-то изучая на экране своего компьютера.

Наконец в кабинет заглянул Ульян Семёнович.

— Тимур Расович, там за Василиной Андреевной пришёл смерт…смертельно голодный управляющий рестораном. Что с ним сделать?

— А Василина Андреевна может идти, если уже сделала всю работу.

Он даже глазом не моргнул! Неужели я зря пошла на такие жертвы как обед с приставучим Марком Германовичем?

— Первая дама придёт к двум часам.

— Не опаздывайте.

И это всё? А где сцена ревности? Крики «не пущу» и заслонённая грудью дверь? Я почувствовала себя обманутой и разочарованной, как будто сама себя переиграла, но делать было нечего, и я, грациозно поднявшись со своего дивана, отправилась на обед.

— Василиночка, в кабинке уже накрыли для нас столик, — Марк ухватил меня под руку, как только мы покинули приёмную.

— Никаких кабинок, Марк Германович, только общий зал. Я согласилась с вами пообедать лишь за тем, чтобы доходчиво объяснить, что вам ничего не светит.

— Как вы жестоки! Но меня словами не остановить, я не буду терять надежду.

Вот же непрошибаемый тип, всё как с гуся вода ему. Именно такие и становятся управляющими, видимо.

В целом, обед прошёл не так уж плохо, но повторить я его не захотела бы ни под каким предлогом. Поэтому пришла к выводу, что в плане мести нужны серьёзные корректировки. В этих делах опыта у меня не было никакого, поэтому я решила обратиться за помощью к профессионалу.

— Мила, привет. Мне нужна твоя помощь, ты можешь сегодня со мной встретиться?

— Где и во сколько?

— Давай в восемь вечера у меня. Родители с Киром уехали.

— Договорились, надеюсь, у тебя не случилось ничего серьёзного.

С Камиллой мы учились в одном классе и в школьные времена были лучшими подругами, потом моё замужество нас отдалило на семь лет, так как Руслан был против нашей дружбы, а Мила — против моего раннего брака. Только в последние три года мы начали понемногу общаться, но случалось это нечасто. Наши жизненные биоритмы никак не совпадали. У подруги была бурная личная жизнь и постоянные тусовки, я же предпочитала проводить все вечера дома, с семьёй. Но, несмотря на это, она была единственным человеком, с кем бы я решилась поделиться своей проблемой.

Вернувшись с обеда, я застала в приёмной картину, чем-то напоминавшую коридор в городской поликлинике у кабинета гинеколога. Возбуждённые женщины и девушки пытались создать живую очередь, доказывая, что они пришли раньше.

— Приём будет проводиться строго по записи. Девушки, займите свободные места, я буду вас вызывать по списку, — вжилась в роль строгой медсестры я и вошла в кабинет босса.

— Молодец, не опоздала, — похвалил меня босс ровным голосом.

— Готовы? Могу приглашать первую медалистку?

— Приглашай.

Вручение медалей происходило пять часов кряду и выглядело так: Тимур Расович сидел на краешке своего стола лицом к двери, и как только я вызывала следующую соискательницу, поднимался ей навстречу, жал руку, вешал медаль и говорил примерно такие слова.

— Представьтесь. Имя, фамилия, возраст, — девушки отвечали, а потом он спрашивал, — какое ваше самое заветное желание?

Странный вопрос, конечно, но про желание он и мне что-то говорил. Неужели и вправду думает, что может исполнить любое? Ответы девушек разнообразием не отличались. В основном все желали богатого мужа, любовника или просто денег. Выражения их лиц при этом я не видела, но по тону догадывалась, что под «мужем» и «любовником» они подразумевали босса, ну и на выходе из кабинета у всех наблюдался осоловевший взгляд.

С чего бы? Явного лапанья их груди я не отметила. Тимур Расович вешал медальки быстро, а потом прятал руки за спину, обязательно прожигая меня при этом тяжёлым, нечитаемым взглядом. Странные дела творятся в нашем кабинете.

Вымоталась от этой, казалось бы, несложной работы так, как не уставала в салоне за двенадцать часов в самый ударный день.

— Это была последняя на сегодня. Надеюсь, можно идти домой?

— Назначьте на завтра столько же и можете собираться, Ульян Семёнович вас отвезёт.

— Не стоит его утруждать.

— Не обсуждается. До завтра, Василина.

И босс покинул кабинет. Вставать в позу и спорить не стала, наверное, даже хорошо, что меня доставят до дома, а то пока сама доберусь, сил не останется даже на разговор с Камиллой, а он мне просто необходим сейчас.

Вызвонила на завтра следующих женщин и покинула «Реальный Рай» в сопровождение Ульяна Семёновича, который неведомым образом доставил меня домой за десять минут, минуя все пробки.

Только переоделась в домашнее, как раздался звонок в дверь. Мила всегда была очень пунктуальной, за что я её и уважала.

— Привет, Вась, что у тебя стряслось? — подруга разделась и направилась на кухню, потрясая бутылкой мартини, — весь день голову ломаю.

— Непонятки с личной жизни у меня случились, — я открыла холодильник, чтоб достать оливки, лимон и лёд, — странный мужчина у меня случился.

— Аллилуйя! Я прям Ванга! Знала, что без бутылки не разберёшься! Давай стаканы. По глоточку и расскажешь.

Когда я пересказала Милке всю историю наших недолгих, но насыщенных отношений с Расом, она ненадолго задумалась, а потом начала закидывать меня вопросами.

— Он тебе нравится?

— Пожалуй.

— Целоваться с ним понравилось?

— Ещё как!

— А чего ты мне мозги паришь? В чём проблема, отдайся ему и дело с концом, боишься, что твоя звезда сотрётся, что ли? Три года монашкой живёшь, небось, уже новая девственность отросла.

— Нет, Мил, ты не понимаешь, он мне слишком нравится, чтобы просто переспать. Я хочу, чтоб он думал только обо мне.

— А, ну так и говори, что влюбилась. А то нравится он ей.

— А это разные вещи?

— Совершенно. Мне вот много кто нравится, и я могу с ними спокойно переспать и забыть, а вот когда мужчина затрагивает душу с сердцем, я начинаю стесняться, комплексовать и мечтать о большем.

— И как быть?

— Твоя тактика с выводом на эмоции с ревностью верна и неверна одновременно. Не нужно подставлять ни в чём неповинных мужчин под гнев твоего босса, гораздо действеннее ревность к мифическому, неизвестному сопернику.

— О чём ты? Где ж его взять?

— Им буду я! — торжественно заявила подруга, — тащи свой телефон.

Я пока не очень понимала, что она затеяла, но телефон свой протянула. Подруга поставила на свой номер фотографию моего двоюродного брата, которую выбрала в галерее и сменила своё имя на «Зайчик».

— Зайчик? Нет! Он не поверит! Это не в моём духе. Напиши просто мужское имя, — до меня начало доходить, что она задумала.

В итоге она назвалась Камиллом и вернула мне телефон.

— Значит завтра с часу дня, я начну слать тебе смс, а ты отвечай и глупо улыбайся.

— Думаешь, сработает?

— Проверено! Пошла я домой, Вась, мне-то на работу к девяти, а не к двенадцати, как некоторым.

— Хочешь, оставайся у меня.

— Не, пойду я. Люблю спать в своей постели.

Серьёзно? Никогда бы не подумала.

Глава 12.3

Проснулась я без похмелья, да и с чего бы ему взяться, если всю бутылку мартини Мила выпила сама? Я за весь вечер осилила грамм сто от силы.

Стягивая перед зеркалом волосы в высокий гладкий хвост, поймала себя на том, что на работу собираюсь, как на праздник, после чего сменила коктейльное платье на брючный костюм, стерев стрелки с глаз. Потом подумала и нарисовала снова. Положа руку на сердце, мне хотелось, что бы босс замирал от восторга и хищно раздувал ноздри при виде меня, как он это обычно делает. Капнула любимыми духами на запястья и за уши, всё — я готова. Кинув критический взгляд в зеркало, осталась собою довольна.

Перед выходом позвонила маме.

— Привет, вы когда домой собираетесь? Мне одиноко тут.

— Ты ж до пятницы в командировке, дочь.

— Вернулась раньше. Соскучилась. Как там Кир?

— Вася, мы хорошо, но домой не планируем. Карантин в саду двадцать один день, давай лучше ты к нам на выходные.

— Это само собой, конечно же, я приеду в субботу с утра!

— Правильно, в пятницу вечером даже не суйся в электричку.

— Мам, а если Кирюша заболеет?

— Да и хоть бы заболел! Ветрянка нужна всем деткам. Лучше пусть сейчас переболеет, чем в тридцать лет.

— Мам, не пугай меня! Вы же в ста километрах от Москвы! Там нет нормальных врачей.

— Вася, я вырастила двух дочерей и у обеих была ветрянка. Это не смертельно. Поверь, я смогу обработать папулки каламином.

— Точно? Я читала, что бывают осложнения и вообще, говорила я тебе, надо было прививку сделать.

— Не надо! — маму не переспорить. — Не паникуй и не выдумывай. Ждём на выходные. Пока.

— Поцелуй от меня папу и Кира. Завтра позвоню.

Услышав в трубке короткие гудки, убрала телефон в сумочку и отправилась в логово зверя.

На работе царила взрывоопасная обстановка, воздух в кабинете босса искрил от скопившейся в нём сексуальной энергии. Она ощущалась каждой клеточкой моего тела и держала в постоянном напряжении.

До часу дня мы с Тимуром Расовичем кидали друг на друга взгляды украдкой и усердно делали вид, что занимаемся работой: я подтверждала визиты, а он, как всегда, пялился в экран компьютера.

Мила написала в назначенное время, как и обещала.

Камилл: Хорошо вчера оторвались, надеюсь, у тебя ничего не болит?

Вот ведь затейница! Сначала я хихикнула, а потом, как только представила, что подумает мой босс, если вдруг прочтёт это сообщение — покраснела и подняла на него глаза, чтобы проверить реакцию. Босс не сводил с меня тяжёлого взгляда, и выражение его лица не предвещало мне ничего хорошего. Показалось, что из его глаз летят искры. Вот ведь глюки!

— Вы готовы к работе? — каким-то скрипучим голосом спросил босс. — Может, займётесь делами, а не своим телефоном?

И я первая отвела взгляд, отложила свой телефон и набрала следующую медалистку.

Камилла написала ещё четыре раза и умудрялась своими смс вызывать во мне и смех и смущение одновременно. Она гений! Босс был вне себя от злости, прожигал меня взглядами, а я только и делала, что томно улыбалась экрану телефона.

Второй день кастинга прошёл со счётом 1:0 в мою пользу. Он даже не пытался вешать треклятые медали на женскую грудь, он их практически швырял девушкам в руки, вот только вопросы задавал те же, а они так же плыли после короткой аудиенции с моим боссом.

Это противостояние продолжалось ещё три дня. Первого шага к перемирию не делал никто, хоть мы оба уже и понимали, что играем друг с другом.

Разговаривали мы мало и только по делу.

— Ну что, Тимур Расович, опять безрезультатно? — спрашивала я его в конце каждого дня.

— Безрезультатно, Василина Андреевна, готовьте следующую партию.

— Вы уже обла… наградили восемьдесят женщин, — сообщила я ему в последний рабочий день недели, — осталось шестнадцать в Москве и шесть за рубежом.

— На понедельник приглашайте этих шестнадцать, а дальше будем думать, куда полетим.

Ну, про командировки он сразу предупреждал, поэтому я была готова и не удивилась.

К пятнице я устала от этого напряжения и состояния постоянного лёгкого возбуждения, поэтому сама предложила Миле оторваться в ночном клубе. Немного алкоголя и много танцев точно должны мне помочь выплеснуть накопившуюся энергию, а в субботу утром я спокойная и умиротворённая поеду навестить семью. Подруга сочла это здравой мыслью и с радостью поддержала мой план.

— Ну чего ты опять вырядилась, как монашка? — порадовала мня добрым словом Мила, когда мы разделись в гардеробе её любимого клуба.

— Что опять не так? Красивое чёрное платье. Всё по канонам. Нет у меня других нарядов.

— Вооот! А я о чём! Даже красивых платьев со своего судака не поимела. Лохушка ты, Вася.

Это была любимая тема Милы: как я неудачно сходила замуж и сколько лет в итоге потеряла. А судак — это мудак обыкновенный в её лексиконе. Да.

— Переживу, Мил. Идём?

— Идём, выгуляю тебя, так уж и быть, но только не вздумай забиться в угол и просидеть там весь вечер.

— Даже в мыслях не держала.

Зажигательная музыка и вся атмосфера зала мгновенно наполнили кровь адреналином и предвкушением. Первым делом мы двинулись к барной стойке, чтобы принять на грудь допинга.

Как же давно я не расслаблялась! Видимо этот отрыв был мне просто необходим, потому что спустя полчаса я зажигала на танцполе, не обращая внимания ни на кого, двигаясь так, как просит душа и тело, заряжая пространство своей энергией и теряя чувство времени. Кто-то пытался пристроиться, подхватить мой танец, но я ловко выворачивалась и продолжала двигаться в одиночестве.

— Ну, ты, мать, даёшь! — похвалила меня подруга, когда я, наконец, устала и захотела пить. — Пойдём, присядем за столик, отдохнёшь немного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мы взяли в баре по коктейлю, отказавшись от нескольких предложений нас угостить, и, найдя свободный стол, уселись лицом к залу. А потом я чуть не подавилась, сделав глоток из своего бокала, когда увидела в дверях Тимура Расовича и Ульяна Семёновича.

— Что с тобой, Вась? — Милка постучала мне по спине.

— Это он, Мил. Разве бывают такие совпадения? — моё состояние было близко к шоковому.

Подруга проследила за моим взглядом.

— Вау! Вон тот брутальный самец и есть твоя проблема? — я кивнула. — Ну ты и дура, Василина. Мне стыдно, что у меня такая подруга.

— Почему это?

— Да потому, что его надо брать, валить и трахать без раздумий, иначе всю жизнь будешь жалеть.

— А вдруг он просто хочет одноразового секса со мной? Как я это переживу?

— Не попробуешь — не узнаешь! Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть, — пошла сыпать мудрыми высказываниями подруга. — Знала бы я, какой он в реале, не поддерживала бы твою глупую игру в целку-недавалку.

— Они нас заметили, Мил, идут сюда. Что делать? — я залпом осушила свой бокал.

— Тьфу, ты! Ничего не делать! Расслабиться и получить удовольствие в коем-то веке!

Не знаю, коктейль ли, пережитое волнение, совет ли подруги, но я так расслабилась, что эти слова были последними, что я помню из того вечера.

Глава 13

Тамаширрас.

Я не был в Аду, про который так любят говорить люди, но подозреваю, что если бы оказался, то чувствовал бы себя я в нём, примерно так, как всю эту неделю в «Реальном Рае».

Спасал Землю от моего гнева и Армагеддона только Ульх, который не уставал меня убеждать в том, что Василина в меня влюбилась до потери пульса, поэтому ревнует и пытается вывести меня на такие же эмоции. Ну и ещё Лаки, гладить которого оказалось очень приятно и умиротворяюще.

Василина очень меня разозлила, когда на мою попытку открыть душу и чувства, заявила, что у неё своя личная жизнь и я ей неинтересен, поэтому я решил продолжить поиски сосуда. Не стоит ради безответной любви рушить свою жизнь. Я даже сначала хотел её уволить, но не смог. Язык не повернулся, за что теперь и расплачивался.

Обед с управляющим рестораном, который поначалу чуть не стал причиной разрушения развлекательного центра, оказался не стоящей нервов ерундой. Ульх прижал горе-ухажёра и выяснил, что никаких видов он на мою ассистентку не имеет, а она и подавно к нему холодна, но вот переписка по телефону с каким- то Камилом бесила меня неимоверно. Она с ним явно флиртовала, судя по тому смущению, с которым читала сообщения и улыбке, с которой писала ответы, но радовало то, что они точно не встречались, потому что телефон её все вечера до пятницы находился в квартире и в гости к ней тоже никто не приходил. Откуда знаю? Мы установили камеру в подъезде.

Попытки поговорить с соперником по душам бес пресекал на корню.

— Господин, — убеждал он меня в пятницу, — всё это очень подозрительно и похоже на заговор. Василина ни с кем не встречается.

— Почему ты в этом так уверен? Ты же читал их переписку, — да, переписку мы оба читали, Ульх поставил и такую программу на телефон Василины.

— Между вами искры летают! Не смогла бы она сейчас обратить внимание на кого-то другого, да и сообщения эти подозрительные, похожие на сговор.

— Тут я с тобой соглашусь. Не вяжутся они у меня с характером Васи.

— Вот видите! Поэтому не стоит волноваться.

— Я так долго не выдержу, Ульх. Взорвусь, закину её на плечо и утащу в пещеру.

— Имейте терпение, господин. Уверен, что скоро она сама не выдержит и сделает первый шаг.

— Да мне уже всё равно, кто из нас сделает первый шаг! Мне надоела эта неопределённость.

— Отвлекитесь на поиски сосуда. Неужели ни одна из женщин совсем не вызвала реакций?

— Да я их и не трогал. Я их на воздействие проверял первым делом, и все они сразу же поддавались и начинали изнывать от похоти. Вот если бы хоть одна устояла, тогда б я уже и ощупал её.

— Так может они не на воздействие реагировали, а на вашу природную харизму?

— Не держи меня за дурака, Ульх. Я задавал вопросы и оценивал ответы. Они отвечали честно и признавались в том, в чём по доброй воле не сознались бы никогда в жизни.

— Вы гениальны!

— Я знаю. Что там Василина делает, глянь. Уехала к семье или дома вечер проводит?

— К семье она завтра поедет, — бес полез в свой телефон, — господин, она не дома.

— Как не дома? А где она?

Ну вот! Дождался. С Камилом этим треклятым, наверное сейчас. Температура в пентхаусе, в котором мы до этого спокойно выпивали с Ульхом, начала подниматься. Лаки, дремлющий у меня на коленях, вздыбился, зашипел и тяпнул за руку, перед тем, как забиться под диван.

— Сейчас проверю адрес. Это ночной клуб, — после недолгих проверок сообщил бес, — только не нервничайте, умоляю.

— Собирайся. Мы идём в клуб. Сейчас прольётся чья-то кровь.

Сборы и дорога до нужного места много времени не заняли: спустя тридцать минут мы входили в зал ночного клуба, где я мгновенно своим демонским зрением выхватил из толпы, сидящую за столиком Василину. Она была с подругой. Девушки чём-то оживлённо разговаривали, потягивая коктейли.

Раскрасневшаяся, растрёпанная и возбуждённая — она была прекрасна, как никогда. И факт отсутствия мужчин рядом с ними начал возвращать меня в нормальное состояние, в котором я не готов убивать и испепелять.

Но не успели мы подойти к столику, как Василина нас заметила, осушила залпом свой бокал и рухнула на диванчик без чувств. У меня чуть сердце не остановилось.

Я бросился к ней. Что случилось? Отравили? Кто посмел? Испепелю! Да что же это за постоянные качели с моим настроением? Я такими темпами к целителям угожу в расцвете лет.

Подруга била Васю по щекам, но та не реагировала. Я подлетел и подхватил свою драгоценность на руки, прислушиваясь к дыханию и пульсу.

— Она просто спит, — выдохнул с облегчением я, когда оглядел тело магическим зрением, — что она пила?

— Сначала текилу и вот сейчас «Мохито». Меня, кстати, Мила зовут, — девица кокетливо захлопала ресницами.

— А меня Ульян, — взял на себя подругу бес, — потанцуем?

Он взял её за руку и поднял с диванчика.

— Я не могу бросить Васю в таком состоянии, — вяло пыталась сопротивляться Мила.

— Тимур Расович о ней позаботится.

— Где её верхняя одежда?

— В гардеробе.

— Всё будет хорошо, отдайте мне номерок, а сами идите и танцуйте, — приказал я, подвергая девушку воздействию.

Мила безропотно протянула мне металлический прямоугольник, поднялась и пошла за Ульхом в центр танцпола, а я подхватил Василину и двинулся на выход. Забрал в гардеробе одежду и понёс свою пьянь в машину. Уложил на заднее сидение внедорожника, который мы сегодня, как чувствуя, взяли со стоянки, и рванул к себе домой. Ульх доберётся сам, не маленький.

В пентхаусе взлетел по лестнице на второй этаж, уложил бесчувственную Василину на свою кровать и укрыл одеялом. Раздевать не стал, только ботинки снял, а сам спустился на кухню, набрать побольше воды, а то вдруг она ночью пить захочет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Поставил кувшин на тумбочку около кровати, хотел спуститься в гостиную, а потом подумал немного и лёг рядом с Васей, заключив её в объятья. Я просто обязан быть рядом. Вдруг ей станет плохо? А объятья — это чтобы чувствовать сердцебиение, температуру тела и слышать дыхание. Да! Точно! Я не могу поступить иначе, так бы поступил любой порядочный человек на моём месте.

Надеюсь, утро будет добрым и нам, наконец, удастся хотя бы заключить перемирие и не трепать друг другу нервы, но вот только о чувствах я ей больше говорить не стану. Очень не хочу услышать в ответ, что я ей не нужен и не нравлюсь.

Глава 14

Василина.

«Это провал! Это полное фиаско, даже не так — это полная ЖОПА!» — первое, что пришло мне в голову в момент, когда я очнулась в жарких объятьях своего босса, по-хозяйски роняя слюни на его грудь и закинув ногу на его бедро. Как я догадалась, что именно в его объятьях нахожусь, спросите вы? Так тут всё просто. Его запах и энергетику, исходящую от рук, а ещё свою реакцию на всё это, я не спутаю ни с чем другим. Как это могло со мной случиться? За что? Как я вообще здесь оказалась? Ответов я не находила — полный провал в памяти. Помню, как его увидела, помню восторг Камиллы, помню, как выпила залпом коктейль — дальше провал.

Радовало то, что я была полностью одета. Тело ощущало и чулки, и трусы, и лифчик, и даже задранное на талию платье. Тимур Расович тоже был одет — под щекой чувствовалась мягкая ткань футболки. Надо срочно отсюда выбираться, пока он ещё спит, а к понедельнику мне уже не будет так стыдно и тогда можно будет объясниться.

Я аккуратно сняла с него ногу и попыталась выбраться из тисков его рук, но не тут-то было. Стремительным движением Рас опрокинул меня на спину и придавил своим телом, вклинившись между ног. Мы уставились друг на друга. Он — ещё не до конца проснувшимся, осоловевшим взглядом, а я, подозреваю, взглядом испуганной панды. В самое моё драгоценное, упёрлось его большое и твёрдое, и к моим щекам прилила кровь. Это катастрофа! Я же не выдержу и накинусь на него!

— Хочешь…пить? — спросил он хриплым ото сна или не ото сна голосом, не сводя взгляда с моих губ.

— Хочу… пить, — в таком духе продолжать опасно, стучала молоточком в мой мозг, здравая мысль. — Слезь с меня, а то твоя «импотенция» сейчас меня проткнёт.

— Не принимай на свой счёт, — он обвёл мои губы большим пальцем, — это обычная утренняя реакция организма.

Его голос, его наглый томный взгляд, его действия — полностью противоречили словам.

— Я так и подумала, — мурлыкнула я, невольно заражаясь от него настроением, но мне никак нельзя поддаваться, — а теперь слезь с меня и объясни, как я здесь оказалась?

Мысль о позорище, которое я собой представляла в данный момент, немного меня отрезвила, и я легонько толкнула его в плечо. Рас откатился в сторону, выпуская меня.

— Ты набралась и отрубилась на диванчике в клубе, и я принёс тебя сюда. Не бросать же свою ассистентку на произвол судьбы.

— Быть того не может! Я выпила то всего стопку текилы и один коктейль! Я не пью, вообще-то! — тут я вспомнила, что была в клубе не одна. — Боже! А Милка? Что с моей подругой? Где мой телефон?

— Наверное, в сумочке, вон она на тумбочке лежит.

Я подскочила с кровати, натянула подол платья и метнулась к сумочке. Надеюсь, с подругой всё в порядке, у нас было не принято бросать друг друга на тусовках.

Пока я набирала номер, Рас внимательно за мной наблюдал, оставаясь лежать на кровати. Наконец, Мила ответила сонным голосом.

— Милка, с тобой всё хорошо? Ты где?

— Хмм, интересный вопрос, — подруга зависла и тут, фоном, в трубке раздался мужской голос.

— Милочка, ты с чем будешь пирожки? С мясом или с повидлом? А ещё я булочки с корицей испёк.

Всё. Выносите меня. Я бы никогда не спутала голос Ульяна Семёновича, говорящего о выпечке, ни с чьим другим.

— Мила, — ошарашенно спросила я, — ты с Ульяном Семёновичем, что ли?

— А что такого? Он потрясающий! Знаешь, что он ночью вытворял в постели?

— Прошу тебя, избавь меня от этих подробностей! Ты же говорила, что предпочитаешь спать дома.

— Ой, всё. Не хочешь — не надо, не буду рассказывать тебе ничего! И я тоже не буду спрашивать с кем ты и как он, даже не пытайся мне завтра звонить, чтобы поделиться этим. Всё пока, мне тут кофе в постель принесли.

И отключилась. А я перевела ошарашенный взгляд на босса, который развёл руками.

— А чему ты удивляешься? Ульян тот ещё ловелас.

— Обалдеть.

Других слов у меня не было, и я не нашла ничего лучшего, чем отправиться в ванную приводить себя в порядок, а когда вышла, Рас смотрел на меня очень странным взглядом, каким-то удивлённым и осуждающим, что ли. Странно, выглядела я нормально. Никаких тёмных кругов под глазами, я проверяла.

— Да я правда не пью, Тимур Расович! Не смотрите на меня так и, пожалуйста, не надо рассказывать, как я себя вчера вела. Мне итак плохо.

— Ох, Вася, Вася. Ладно, какие у тебя планы на сегодня?

— Мне надо к своим, за город, я обещала выехать ещё с утра.

— Пойдём завтракать, а потом я тебя отвезу. Будешь вовремя.

— Ну что вы… Не стоит, я дома позавтракаю и сама доберусь.

— Не обсуждается.

Мне было так стыдно, что спорить я не решилась. Смиренно выпила кофе, съела нелюбимую овсяную кашу под уговоры босса: «ешь, ешь, алкоголичкам полезна овсянка с похмелья» и безропотно села на переднее сидение чёрного монстра, на котором Рас меня собрался везти к тётке.

— Только мне нужно заехать домой и переодеться.

— Заедем.

Дома я быстро переоделась в повседневную одежду, покидала вещи в сумку и вернулась в машину. Раздражать босса ещё больше совсем не хотелось.

У Тимура Расовича было странное настроение, как будто он на меня злился и, в конце концов, мне это надоело, и я вспомнила, что лучшее средство защиты — нападение.

— А чего это вы, Тимур Расович, улеглись спать со мной, да ещё и руки свои распускали? — попыталась наехать я на него, когда мы уже мчались по Киевской трассе.

— А ты как думаешь? Уж точно не для того, чтобы воспользоваться твоим бессознательным телом.

— А для чего же ещё?

— Волновался я, как бы тебе ещё хуже не стало.

Стало. Вот сейчас мне стало ещё хуже. Очень-очень стыдно мне стало, поэтому я заткнулась и молчала до самой дачи. Рас тоже не спешил заводить разговор и развлекать меня в дороге. Он просто включил музыку, и мы мчались по трассе под легенды рока. Что удивительно, мы не стояли ни в одной пробке и добрались до места за час. Это в субботу-то на Киевке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Может, зайдёте? Мама обед приготовила, — я просто не могла этого не предложить.

— В другой раз, Василина. Думаю, наши отношения пока далеки от знакомства с родителями. Не опаздывай в понедельник и не забудь предупредить родителей о командировке.

И уехал. А я осталась с чувством вины и непоняткой, с чего он вдруг так изменился, ведь поутру босс был в совсем другом расположении духа. Что могло произойти за то время, пока я приводила себя в порядок?

Глава 15

Тамаширрас.

Врушка! Наглая, хитрая врушка! Прав был Ульх, переписка с Камилом — фикция. За нос меня водила хитрая, коварная соблазнительница, переписываясь всю неделю с подругой. А я чуть нервный срыв не заработал. Я был готов в тот момент рвать и метать.

А утро так хорошо начиналось! Я наслаждался ощущением своей драгоценности на себе, под собой, в своих руках, но счастье было недолгим — она проснулась. Мне тоже пришлось сделать вид, что я спал всю ночь и только что открыл глаза. Не знаю, как я поборол искушение, но отпустить её смог. В очередной раз.

Я лежал на кровати и размышлял о жизни, как вдруг какой-то внутренний голос мне подсказал проверить Васин телефон, пока она не видит. И что вы думаете? Последний исходящий вызов был Камилу. Парню с дебильной фоткой на аватарке, которого я всей душой ненавидел всю неделю. Я машинально нажал вызов и после второго гудка услышал в трубке голос подруги Васи.

— Что, уже поняла, как была не права? Хочешь услышать, как я провела волшебную ночь?

Я сбросил вызов, оценивая всю глубину коварства своей женщины. Махинаторша! Играть со мной удумала! Кстати, очень ценное качество для демоницы… но Вася-то человек, от неё я такого никак не ожидал! Я отомщу. Она у меня поплатится за обман и моё почти случившееся унижение, нервный срыв и отчаяние.

— Ульх, будь у меня дома через пару часов. Есть серьёзное дело, — распорядился я, набрав следом беса уже со своего телефона.

Вася вышла из ванной такая красивая, свежая и трогательная, что моё сердце дрогнуло, и я в очередной раз поразился её коварству. Конечно же, я не смог просто так отправить её домой и вызвался отвести к семье.

Всю дорогу до дачи я злился и обдумывал план мести. Разговаривать не хотелось. Само собой, у меня не было цели уничтожить и растоптать Василину, просто я хотел поставить её на своё место, чтобы она оказалась в моей шкуре и прочувствовала горечь обмана, а потом раскаялась и сдалась на волю победителя.

Дорога была утомительной и энергозатратной.

Ударил по газам и рванул в Москву, как только Василина скрылась в дверях убогой избушки где-то на краю Земли. Надо будет срочно купить дом для её семьи поближе к Москве, а то я замучился разгонять помехи все сто километров по трассе, пока мы добрались до места.

Ульх ждал меня дома с готовым, источающим ароматные запахи обедом — это хоть немного подняло мне настроение.

— Что стряслось, мой господин? У вас свирепый вид, — заметил бес, наливая мне в тарелку густую московскую солянку.

— Камил — это её подружка Мила. Ты был прав, она всё это время надо мной издевалась, — пожаловался я, добавляя в блюдо лимон и сметану.

— Господин, но ведь и вы всю неделю проводили при ней отбор женщин. Ей тоже это было неприятно! Согласитесь!

— Не соглашусь! Это совсем другое, Ульх! Я ей честно признался, что вынужден это делать, а нравится мне только она одна, а Василина же растоптала мои чувства и заставляла всю неделю мучиться от разбитого сердца и уверенности, что ей нравится другой мужчина.

— Не преувеличивайте, мы догадывались, что это розыгрыш.

— Ты, вообще, на чьей стороне? — я сощурился.

— Конечно же, на вашей!

— Смотри у меня! Это больно, Ульх, знать, что твоя любимая женщина так жестока, — признался я.

Бес вытаращился на меня, как будто я сейчас выдал пророчество о конце Веливула.

— Любимая? Больно? Что с вами, господин, вы не заболели?

— Нет, не заболел и да, я её люблю. Я в этом почти уверен. Я же уже хотел от всего отказаться и остаться на Земле, чтобы прожить с ней смертную жизнь.

— Какой кошмар!

— Я бы не стал тебя удерживать, ты бы отправился домой, не волнуйся.

— Никогда. Какое бы решение вы не приняли — я всегда буду рядом, мой господин.

Люблю своего беса. Он мне заменил и отца и мать, я в нём не сомневался.

— Отлично. Раз ты со мной, слушай мой план. Теперь она поплатится за свой обман, очутившись в моей шкуре.

— Каким образом?

— Кто из заграничных кандидаток, где именно живёт?

— Что вы задумали, мой гениальный господин?

— Мы полетим в командировку заграницу и поселимся в одном номере, потом я её доведу до точки кипения, и она сорвётся, выдав себя с потрохами.

— Вы так уверены, что в понедельник тоже не найдёте сосуд? А вдруг она обнаружится как раз среди этих шестнадцати?

— А что это меняет? Просто пометим её галочкой и успокоимся. Повелитель дал мне месяц, мне спешить некуда. Первоочередная цель — Василина.

— Суд? — похоже, мой бес получит сегодня инфаркт.

— Не бери в голову, ищи сведенья.

— Так, смотрю, — Ульх полез в списки, — их всего шесть. Паттайя — Ирина Дронская, двадцать пять лет; Венеция — Светлана Фокина, тридцать один год; Стамбул — Татьяна Тетик, тридцать ровно; Осло — Катерина Ефимкина, двадцать два; Тель-Авив — Сара Розенберг, тридцать восемь, и Майями — Крис Пухлогубова, двадцать шесть.

— Где есть проблемы с бронированием мест?

— Нам нужны проблемы?

— О! Да! Нам нужно приехать в отель вечером и заселиться в один номер, без возможности найти другое жильё.

— Вот теперь я понял полёт вашей мысли, господин! Не перестаю восхищаться вашим коварством. Не сомневайтесь, я всё устрою.

— Боюсь, мой друг, в коварстве я уступаю Василине.

Внутри меня всё звенело предвкушением. Злость сменилась азартом, который заполнял мои вены адреналином. Я точно знал, что в этой командировке всё решится. Либо суд, либо сосуд — как сказал Шамирхар, и я был готов к любому исходу.

— Не подведи меня, Ульх. Во вторник мы должны улететь.

— Без меня?

Я посмотрел на беса осуждающе.

— Ульх, ну сам подумай, зачем ты мне там третий лишний в номере? Тем более, на тебе останется «Реальный Рай» и ещё, найди-ка дом у пруда в Подмосковье.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- С лебедями?

— Не обязательно. Хватит и того, чтоб там сирень под окном цвела весной.

— Хорошо, мой господин, я всё сделаю.

Понедельника я ждал, как ворон крови. Я почти на сто процентов был уверен, что и среди приглашённых сегодня девиц сосуда не будет. Почему? Это было предчувствие, и оно меня не обмануло. В конце кастинга я объявил Василине о командировке.

Известие она приняла спокойно и с каким-то смирением, как будто чувствовала себя виноватой. Правильно, она и есть виноватая. Вот только, что бы она ни натворила, а домой я её отвёз лично. Негоже моей любимой женщине ходить по улицам одной.

Глава 16

Василина.

На даче моё настроение быстро подняли на должный уровень объятьями, вкусным обедом и простой радостью от встречи. Осень стояла тёплая и не дождливая, поэтому мы гуляли с Кирюшкой в лесу, напитывались положительной энергией от деревьев и дышали свежим воздухом. За выходные я совсем успокоилась и убедила себя, что чувство вины мне испытывать совершенно не за что. Помог мне босс — молодец, а что творится в душе у творческой личности — не мои проблемы. Может, пока я мылась в душе, он там у себя в голове триллер придумал и злился не на меня, а на своих героев. В общем, совесть моя была чиста.

Вечером в субботу позвонила Камилла.

— Ну я вообще не поняла, чего ты днём звонила и молчала в трубку?

— Когда? Я не звонила.

— Да может телефон глюканул, у меня такое тоже бывает. Готова услышать о моих приключения?

Честно говоря, не очень. Но на то и нужны подруги, что б предоставлять друг другу уши, когда просто необходимо с кем-то поделиться впечатлениями.

— Готова, — смиренно согласилась я.

— Я влюбилась! — торжественно объявила Мила.

— В Ульяна Семёновича? — ошарашенно уточнила я. Если откровенно, я не понимала всеобщего женского восторга по его поводу.

Ну да, хорошо готовит, возможно, умён и приятен в общении, но у него такой хитрый, скользкий взгляд! Да и вообще он плюгавенький мужичонка, под полтинник. Не знаю. Он точно не в моём вкусе.

— О! Да! Это мужчина моей мечты, Вася. Он шикарен! Что он вытворял в постели! Ты себе не представляешь.

Действительно, не представляю и представлять не хочу. Красавица Камилла и голый Ульян Семёнович ну никак не складывались в одну картину в моей голове.

— Рада за тебя. Вы теперь вместе?

— Не знаю, Вась. Он обещал мне позвонить, но я переживаю. Впервые в жизни переживаю. А вдруг не позвонит? Напомни ему обо мне на работе. Хорошо, Вась?

Какой кошмар! У него там что, нефритовый жезл? Волшебная палочка? Он владеет камасутрой или техникой тантрического секса? Так, всё, не хочу этого знать.

— Хорошо.

— Обещаешь? Только не забудь, пожалуйста. Я на тебя надеюсь! Выясни у него технично, как он ко мне относится.

— Ла-а-адно.

Это всё, что я смогла сказать подруге, ибо заподозрила её в осеннем обострении шизофрении, которым она раньше никогда не страдала.

— Ну а что насчёт нашего плана? В понедельник продолжаем?

— Ты знаешь, Мил, нет. Как то я неловко себя чувствую. Тимур Расович поступил порядочно, не бросил меня в невменяемом состоянии, позаботился — не могу теперь врать ему в глаза.

— Как скажешь. А у вас что там ночью было?

— Ничего! Спали мы, а потом он накормил меня завтраком и отвёз на дачу.

— Что, даже не приставал?

— Нет, — Расценивать утреннее происшествие, как приставание, я не решилась.

— Даже и не знаю, сочувствовать тебе или радоваться за тебя.

— Всё, Мил. Пока. В понедельник созвонимся.

Если б я сама знала! Тогда бы возможно и поболтала на эту тему, а так поспешила свернуть разговор.

В общем, выходные прошли чудесно. Я прекрасно отдохнула и зарядилась позитивом. А в воскресенье перед моим отъездом, мама отвела меня на качели в сад для «поболтать», мы всегда любили так делать.

— Вась, рассказывай теперь честно, ты что, влюбилась? — я чуть мимо качелей не села.

— С чего ты взяла, мам? — мне совсем не хотелось ей пока рассказывать о наших сложных отношениях с боссом. Мало ли, как всё выйдет?

— У тебя глаза горят. Это видно сразу, а уж матери и подавно.

— Мне нравится мой босс, — врать самому близкому человеку, который априори не предаст и всегда будет на твоей стороне, я не смогла.

— А ты ему?

— У нас всё сложно, мам, но мне кажется, что тоже нравлюсь.

— Это ничего страшного, дочь, что всё сложно. Так вы больше друг друга ценить будете.

Я обняла маму и, положив голову ей на грудь, затараторила.

— Понимаешь, мы из разных миров. Кто он, а кто я? Он считает меня неподходящей партией и ищет себе новую жену. А ты бы видела его бывшую!

— Милая моя, поверь мне на слово. Если ты уже ощутила, что ему нравишься, то никуда он от тебя не денется. Ты у меня умница и красавица, а ещё у тебя очень сильная энергетика. Я не могу объяснить тебе по-научному, но все женщины в роду Ворожейкиных любили только раз в жизни и всегда взаимно.

— А Аксинья?

— А ты думаешь, она любила кого-то?

— Ну а как объяснить то, что она сделала?

— Проклятье, порча, злой рок, в конце концов.

Тут я с мамой была в корне не согласна. По мне это называлось распущенностью, безответственностью и легкомыслием, но спорить я не стала. Мама итак тяжело переживает случившееся три года назад в нашей семье событие.

Аксинья всегда была, как бы помягче выразиться, любвеобильной. От кого она родила Кирилла, мы не знали. Сестра просто пришла в один прекрасный день домой и сообщила, что беременна.

Весь срок она пыталась стать яжематерью, но видимо что-то пошло не так и после рождения сына её к нему интерес стал постепенно угасать, пока в один прекрасный день, мама не вернулась с работы домой, застав играющего в новую, дорогую машинку Кира, сидящего в манеже и записку на столе: «Мама, меня не ищите. Я слишком молода, чтобы проживать эту жизнь, утирая кому-то сопли. Простите. Надеюсь, вы позаботитесь о моём сыне». Сколько двухлетний малыш провёл времени один в квартире, мы не знаем, надеюсь немного, но выходка сестры стала шоком для всей семьи.

У папы случился микроинсульт, а маме пришлось уволиться с работы, чтобы заниматься внуком. Конечно же, мы Аксинью искали — но безрезультатно. Она как сквозь землю провалилась.

В те времена у меня уже начал рушится брак. Я всё чаще подумывала о разводе и когда я пришла к мужу с просьбой помочь мне получить опеку над Кириллом, так как без нужных документов мы его даже в сад оформить не могли, а родителям в опеке отказали по причине того, что они пенсионеры — он мне отказал. Тогда я поставила вопрос ребром. Либо он сейчас помогает мне оформить опекунство, а потом мы тихо разводимся, либо я отсуживаю у него половину нажитого в браке. Со скандалами, публикациями в соцсетях, письмами на сайт президента, прокуратуры и налоговой. О! Он проникся и пошёл мне навстречу. Теперь я была официальным опекуном Кирилла Красавина, а на самом деле его любимой тётей или даже старшей сестрой, потому что детём занимались родители, по сути, и растившие его с младенчества.

Папа был настроен к Аксинье резко и категорично — отрицательно, а мама… Мама искала оправдание её поступку.

— Ладно, мам. Расскажи, что вы тут делаете всю неделю? — перевела я тему на нейтральную.

— Ой, Вась! Мы же Кира в детский бассейн записали. Представляешь, тут учат плавать деток с самого рождения. Завтра пойдём. Кир очень ждёт!

— Это замечательно, мамуль. Смотрю я, вас вообще домой не тянет.

— Не тянет. Тут хорошо! Тем более, ты опять в командировку уедешь. Куда, кстати?

— Понятия не имею. Босс скажет завтра.

— Я рада, что у тебя такая интересная работа. Пойдём обедать?

— Пойдём. Пообедаю и буду собираться, а то мне ещё до дома пиликать часа три.

Но никуда пиликать мне не пришлось, потому что, выйдя за ворота дачи, я обнаружила знакомый, явно ожидающий меня чёрный внедорожник, за рулём которого сидел Ульян Семёнович с призывной улыбкой.

Глава 16.2

Бесовский выскочил из машины, как чёрт из табакерки, обошёл её и открыл для меня переднюю дверь.

— Присаживайтесь, Василина Андреевна, домчимся с ветерком.

— Вы какими судьбами тут оказались?

— По дороге расскажу.

Я забралась в машину, пристегнулась, и мы полетели в Москву на максимальной скорости, что удивительно, опять без пробок. Светофоры горели зелёным светом, крайняя правая полоса была всегда для нас свободна, как будто перед нами ехала патрульная машина с мигалкой и расчищала путь, не хуже, чем картежу президента.

— Ну, рассказывайте Ульян Семёнович, я вся превратилась в слух.

— У вас есть загранпаспорт?

— Есть.

— А Шенген?

Его не было. Закончился. Мы с родителями и Киром в последние годы могли потянуть только отдых на тёткиной даче.

— А его нет.

— Вот поэтому я и приехал за вами. Дайте мне, пожалуйста, свой загранпаспорт, а я оформлю визу.

— А когда и куда мы летим?

— Во вторник, в Венецию.

Серьёзно? Он сделает мне Шенген за сутки? Вот это возможности!

— Так это уже решённый факт? А вдруг Тимур Расович встретит избранницу завтра на вручение медалей?

— Он решил посмотреть всех.

Ну прям, как лошадь выбирает или проститутку на трассе: «а можно всех посмотреть?» Бесит!

— Что мне брать в поездку? — сдержав раздражение, спросила я.

— Только личные вещи. Погоду на три дня можете глянуть в интернете.

Мне показалось или Ульян Семёнович язвит?

— Я вас чем-то обидела? — лучше расставить все точки с личным помощником Тимура Расовича сейчас, пока мы наедине.

— С чего вы взяли?

— Вы сегодня странно со мной разговариваете. Или может ночь с моей подругой дала вам право считать, что мы теперь тоже друзья? — я не могла упустить шанс разведать про Милу.

— Прошу прощения. Вы правы, моя го… Моя гордая коллега! — на мгновение мне показалось, что он хотел назвать меня «моя госпожа», почудиться же! — Я перегнул палку.

Про тему о Камилле он съехал, и я решила надавить.

— Так вы теперь встречаетесь с моей Милой?

— Извините, но я не обсуждаю свою личную жизнь ни с кем. Даже с Тимуром Расовичем.

Получи ка по носу, Вася, а заодно и Мила. Стало стыдно. Но то, что Ульян Семёнович настоящий джентльмен, я оценила.

— Простите.

— Ничего страшного.

Дальше мы ехали молча до самого моего дома.

Ульян Семёнович ловко подхватил мою сумку, проводил до квартиры, получил загранпаспорт и был таков, а я полезла в интернет смотреть погоду в Венеции на октябрь, чтобы собрать нужные вещи.

Интернет мне поведал, что Венеция в это время года прекрасна. Нет жары, но ещё и не наступила дождливая осень. Есть что посмотреть, но нет той толпы туристов, что была в разгар сезона. Я всегда мечтала там побывать, но прежде как-то не доводилось. Сердце радостно забилось в предвкушение путешествия.

Витая в облаках, я набила чемодан нарядами, а потом вспомнила, что это будет деловая командировка, а не романтическое путешествие и выложила две трети. Например, сексуальный комплект белья от известного кутюрье.

В понедельник на работе босс явно отлынивал от своих обязанностей по поиску избранницы и медали вручал бездушно! Спустя рукава, безалаберно и скомкано, что меня, несомненно, порадовало. Он даже свои вопросы задавал в сокращённом варианте и без огонька, что совсем не мешало претенденткам на роль спутницы выплывать из кабинета на подгибающихся коленях.

Мне даже удалось подслушать разговор двух последних девушек, который они вели, приходя в себя от бешенной харизмы босса в туалете «Реального Рая».

— Я тебя не знаю, подруга, но мне надо этим с кем-то поделиться! — молвила первая, пока я делала вид, что меня в кабинке нет, и там никто никогда не писает.

— Ой, не парься. Я сама в шоке! Какой мужчина! Мне и даром не нужна эта медаль была, но теперь я положу её под стекло в своей спальне и буду мастурбировать, вспоминая, как её получала.

— Прекрасная идея! Я сделаю так же! Спасибо, обменяемся телефонами? Можно же создать в Инсте страничку и вместе её раскачать! — сразу стало понятно, что вторая девушка была умной и предприимчивой. Чем только боссу не подошла?

Но больше этого меня мучил другой вопрос. Нет, ну я всё понимаю, мой босс — мужчина видный, но вот так обсуждать свою мастурбацию, даже не познакомившись? Это, наверное, магия, не иначе. А вот в чём ещё заключалась магия, так это в моей реакции на их слова. Она была до такой степени противоречивой, что я почти решила после возвращения из Венеции сходить к психиатру.

С одной стороны, меня мучала ревность и хотелось, выскочив из кабинки, заорать, что он мой! А вот с другой — распирала неуместная гордость за своего мужчину.

Своего? Как я дошла до того, что считаю его своим?

Над этим я рассуждала долго, весь вечер и половину ночи, а потом пришла к выводу: мама права. Он мой. Он первый и единственный за двадцать семь лет, что вызвал во мне бурю эмоций и теперь-то уж я его не отпущу. Пусть только попробует в Венеции, в самом романтическом городе, не оправдать моих надежд! Я ему устрою!

Вылетали мы в обед, и зачем-то босс потребовал, чтобы встречу с медалисткой я назначила в аэропорту.

— Не думаете, что это как-то не вежливо?

— С чего бы? Это же мы ей медаль дарим, а не она нам.

— А зачем она ей?

— Престиж! Кто в здравом уме откажется получить её из моих рук? — он и вправду не понимал, почему я удивилась.

— Как скажете, Тимур Расович.

Кто я такая, что бы спорить с боссом, получая пол ляма в месяц, да и мало я в престиже понимаю.

Вот только я никак не ожидала, что встреча со Светланой Фокиной пройдёт совсем не так, как с остальными медалистками.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Она с нетерпением переминалась с ноги на ногу около терминала, теребя букет незабудок и «мой» Рас замер при виде вполне себе стандартной блондинки Светы, по типу которой мы видели в кабинете немало за прошедшие дни. Я опешила от такой неожиданной реакции своего мужчины и в висках застучали молоточки.

Вот только этим всё не ограничилось — босс, подхватил её руку, нежно поцеловал, не сводя глаз с лица и хрипло промурлыкал:

— Вы обворожительны, Света. Вы чудо света!

Надо ли говорить, как отреагировала Света? Свету можно было выносить, а я отвернулась. Они щебетали у меня на спиной, как два попугая неразлучника, как два мартовских кота, как… Не знаю кто. Меня начало потряхивать от ярости, когда босс, наконец, тронул меня за плечо и распорядился, что теперь мы можем ехать в отель, просто убивая меня своим предвкушающим взглядом и похотливой улыбкой.

Глава 17

Тамаширрас

Всё шло по плану и даже лучше плана. Понедельник сюрпризов не преподнёс, и среди очередных кандидаток сосуда тоже не оказалось, но это меня заботило мало, ведь я почти на сто процентов был уверен, что на Веливул больше жить не вернусь, вот только выведу Васю на чистую воду и проживём мы с ней своё земное «долго и счастливо».

Я с нетерпением ждал вторника, предвкушая последний бой, даже мандражировал немного по этому поводу.

Поездку Ульх организовал без проблем и вот, мы, пройдя таможенный контроль, уже входили в зал аэропорта Марко Поло, где толпились встречающие. Василина пока ещё ничего не подозревала и прибывала в прекрасном расположении духа, но вскоре это изменилось, с моей помощью, естественно.

Кандидатка под номером девяносто восемь была абсолютно такой же, как и все девяносто семь до неё, но я запомнил, что её зовут Света, и этого было вполне достаточно.

Света являлась ключевой фигурой в нашей с Васей войне, моим тайным оружием, моим джокером, моей ставкой ва-банк и она не подвела.

Конечно же, она сразу поддалась моему воздействию и совершенно достоверно выдавала именно те эмоции, которые мне нужны, ну а я разыграл для Василины спектакль, что сражён наповал обаянием этой самой девицы. Вручил медаль, обменялся номерами телефонов, для пущей достоверности и, отказавшись от совместной поездки от аэропорта Марко Поло до центра Венеции, распрощался с ничего непонимающей дамочкой. Доводить Васю до точки кипения прямо в здание аэровокзала, в мои планы не входило.

Подхватил ассистентку под руку и, отобрав у неё сумку, повёл негодующую девушку к причалу, где нас уже ожидало частное водное такси заранее заказанное Ульхом.

— Василина, ты говоришь по-итальянски? — поинтересовался я у зло пыхтящей девушки.

— Нет.

Просто замечательно! Не станет выяснять в отеле, почему номер у нас один на двоих.

— Тогда я сам буду со всеми разговаривать. Не переживай, не пропадём, я полиглот.

Я-то всеми земными языками владел, демонской магии на это хватало, поэтому переговоры с таксистом много времени не заняли и уже спустя десять минут мы неслись к отелю, любуясь местными красотами.

— Ты чего такая хмурая, Вась? — я упорно делал вид, что не понимаю причины её испорченного настроения.

Конечно, на душе скребли кошки, но я себя утешал тем, что это ненадолго, уже к ночи мы выясним отношения, и дальше уже будем создавать семью, никогда не играя, и не обманывая друг друга.

— Голова разболелась после перелёта, — нагло соврала злостная обманщица.

— Ничего, сейчас заселимся и отдохнёшь. Нравится Венеция?

— Ещё не поняла.

— У тебя будет время.

Через час мы прибыли на причал отеля и, оставив Васю дожидаться меня на диванчике в холле, я, быстро нас зарегистрировав, забрал ключ от президентского люкса.

— Мы, что, будем жить в одном номере? — наконец заподозрила неладное Василина, когда я распахнул перед ней двери и вошёл следом.

— Да. Представляешь, они что-то напутали и на нас оказался забронирован один номер, а других свободных в отеле нет. Я узнавал. Но ведь это не проблема, мы не раз ночевали вместе?

— Не проблема.

Подумав минутку, согласилась она с моими аргументами и прошла в номер, скинув туфли.

— Иди первая в душ, мне нужно кое-что сделать, — великодушно предложил я, с целью вызвать у неё подозрения.

Я изобразил на лице глупую улыбку, Вася подозрительно на меня покосилась — стратегия работала, но в душ ушла, а я принялся переписываться с Ульхом, временно назначенным Светой, пытаясь перед зеркалом воспроизвести выражение лица Василины, которым она доводила меня до кондрашки, переписываясь с подругой.

Не знаю, как у меня получилось, но вышедшей из душа Васе оно точно не понравилось. Отлично.

Я кинул телефон на стол и тоже пошёл освежиться, а когда вышел довольно напевающий песенку, она не выдержала.

— Вас можно поздравить, Тимур Расович?

— С чем? — опять прикинулся дурачком я.

— Вы, похоже, встретили будущую мадам Демонскую?

— Рано, Васенька, рано. Я пока не понял. Вот пообщаемся с ней поближе, и тогда точно буду знать.

— Болезнь отступила? Вы почувствовали к ней влечение?

— Не могу сказать, что именно почувствовал, но я собираюсь сегодня вечером это выяснить. Ты же не будешь скучать, если я тебя оставлю одну? — она закипала медленно, но верно, это именно то, чего я добивался. — Моя карта в твоём распоряжение, ни в чём себе не отказывай.

Я хотел довести её до такого состояния, в котором она перестанет себя сдерживать, выдаст настоящие эмоции и, наконец, признается и себе и мне, что неравнодушна ко мне и поэтому я взял телефон, набрал Ульха и, глядя Василине в глаза, соблазняющим голосом заговорил.

— Светлана, давайте встретимся сегодня за ужином, куда мне за вами заехать? — я приподнял вопросительно бровь, не сводя глаз с Васи, провоцируя свою ассистентку к действию, и это послужило спусковым механизмом.

Василина зарычала не хуже демоницы, кинулась ко мне, вырвала из рук телефон и запустила им в стену.

— Гад! Мерзавец! Кобель! Я тебе сейчас устрою ужин с чудом света! — ура! У меня получилось! Как же она прекрасна в своей ревности и ярости! Люблю её больше жизни.

— Ревнуешь, кошка дикая? — Вася била кулачками по моей груди, не нанося никакого ущерба, — признайся, признайся, наконец, уже!

— Да! Ревную! Доволен? — а вот сейчас она собиралась расплакаться, а этого допускать нельзя.

— Очень доволен, я просто счастлив!

Дальше болтать не было смысла, и я притянул свою драгоценность в крепкие объятья, чтобы впиться в её губы голодным поцелуем. Она застонала и мелко задрожала в моих руках. О! Да! Свершилось! Василина капитулировала, можно засчитывать однозначную победу гениального Тамаширраса.

Глава 18

Василина

Я не знаю, что на меня нашло, это было помутнение рассудка. Затмение сознания. Приступ неконтролируемой агрессии. Но в своё оправдание могу сказать, что Рас меня довёл. О! Он очень старался!

В какой-то момент, я поняла — не пущу! Не отдам другой. Он мой и только мой! Я накинулась на него с кулаками, совершенно не контролируя себя и даже не поняла, в какой момент всё изменилось. Его поцелуй окончательно снёс мои тормоза.

Куда летела одежда, кто с кого её срывал — я не знаю, не помню… мы были оба словно одержимые, оголодавшие путники, добравшиеся до оазиса. Рас рычал как зверь, добираясь до каждого обнажающегося под его руками участка моей кожи, и жадно его исследовал губами, а я ему не уступала — тоже стараясь обнажить и урвать кусочек желанной плоти зубами. Мне нравилось это новое чувство. Чувство собственности, чувство, будто кусая его, я ставлю на своём мужчине метку принадлежности и просто потому, что мне было необходимо слышать, как он стонет при каждом прикосновении и сжатии моих зубов на его теле. Он делал это так протяжно и надрывно, но не от боли, а от высшей степени наслаждения, что у меня мурашки бежали по коже. Это был высший кайф. Это была могучая сила. Это было знание, что я владею им безраздельно — вот, о чём сигналил мне мозг в тот момент, доставляя ни с чем непередаваемое чувство полной власти над этим сильным самцом.

Его умелые руки, губы и язык были повсюду, а когда Рас перевернул меня на живот и тоже пустил в ход зубы, укусив меня за ягодицу, за ту, которую с месяц назад прошило болью, я взвыла, понимая, что испытывал он от моих укусов. Мы были как два диких зверя в ту ночь. Одержимых. Диких. Ненасытных.

Мой мужчина мгновенно зализал эту метку и навалился на меня сверху, придавив своим немалым весом, лишая возможности вырваться, пошевелиться, сопротивляться… и прошептал на ухо:

— Теперь ты моя! И никто этого не изменит.

Эти слова вызвали новую волну возбуждения, а я-то думала, что сильнее быть не может!

— М-м-м, — только и смогла выдать я.

— Прости за укус, не сдержался, хочу тебя до одури, — в этот момент он добрался до моей груди и обласкал сосок.

— Не болтай! Делай! — я себя не узнавала. Что ж он творит со мной?

Кто эта женщина, которая повернула голову, в поисках поцелуя, и, прогнувшись в пояснице, выпятила зад, пытаясь поймать в себя его горячий ствол? Нет, это точно не Василина Красавина, это какая-то течная сучка стонет и извивается, пытаясь получить в себя своего самца. Это не я, я так не умею.

— А-а-а — раздался мой крик, когда Рас, наконец, заполнил меня собой, и я узнала обо всех точках, включая G, существующих в своём влагалище.

Я знала, что он крупный мужчина, и эрекцию его уже успела оценить, но я не предполагала, что она мне так подходит. Мы были как замок и ключ — идеально подходящие. Созданные творцом явно друг для друга.

— Ты такая тугая, — рычал Рас, покусывая моё ухо, — раздвинь ножки пошире, сладкая моя. Хочу входить в тебя до предела. Да-а-а, девочка моя! Вот так. Прогнись ещё, я хочу тебя всю.

А я только и могла делать, что стонать, подчинятся и подмахивать своему мужчине.

Эта близость не была нежной, да нежность и не нужна была в тот вечер никому из нас. На самом пике моей страсти Рас прижал меня своим телом к кровати, запустил обе руки мне между ног и нажал на клитор, запуская самый крышесносный оргазм в моей жизни.

В какой-то момент, мне показалось, что я умру — настолько нереальными были ощущения.

В себя я приходила долго. А когда пришла, лёжа на груди Раса, то сделала вывод: всё-таки, в сексе дело не только в технике, хоть она и важна. Самая эрогенная зона любого человека — мозг. И если б я не любила и не хотела так сильно своего босса, наверное, я бы и не узнала, что пережитое мной наслаждение реально.

И тут я встрепенулась от простой мысли.

— Рас, мы забыли о правилах контрацепции!

— Ох, сладкая моя, если бы ты от меня забеременела, я бы был самым счастливым во всей Вселенной существом.

— Почему ты так уверен, что я не смогу? — стало обидно, и за этой обидой промелькнула другая. За Свету.

— Ты не виновата, это моя и только моя проблема.

— Если ты сейчас скажешь, что пойдёшь пробовать счастья со Све…

Он закрыл мне рот поцелуем, не дав продолжить. А потом заговорил сам.

— Никогда. Не будет больше никого в этой жизни кроме тебя.

— Я иногда тебя не понимаю, ты был одержим наследником, а теперь так просто решил от этой идеи отказаться?

— Не просто. Мне ещё предстоит важный разговор с семьёй. Я же тебе рассказывал, что устроил этот смотр не по своей инициативе. Понимаешь, это была моя обязанность, долг, но ради тебя я готов о нём забыть.

Стало как-то страшно ощутить на себе весь груз ответственности.

— И чем это тебе грозит?

— Отлучением от семьи. Возможно даже материальными потерями. Ты сможешь быть со мной, если я стану нищим?

— Конечно, смогу! Ты что! Деньги вообще не причём. Но неужели твоя семья откажется от тебя только из-за того, что ты не сможешь породить наследника?

— Точно знаю, что откажется.

— Рас, ты уверен в своём решении? — дрожащим голосом спросила я, в душе очень опасаясь ответа.

— Уверен, если ты сейчас поклянёшься мне не врать, раз и навсегда.

— А когда я тебе врала? — не совсем праведно возмутилась я.

— Вась, я знаю про Милу и вашу с ней переписку.

Что? Откуда? Милка не могла проболтаться.

— Ты лазил в моём телефоне, пока я была в душе? — догадка меня осенила мгновенно. Вот и объяснение его резко сменившего полярность настроения.

— Да. И буду лазить. Ты моя женщина! Только моя. Я многое смогу тебе простить, но только не такое изощрённое издевательство над моими чувствами. Знаешь, как мне было больно все те дни?

Я знала. Теперь знала, лично прочувствовав на себе все пережитые им эмоции. Мне захотелось плакать от раскаянья.

— Знаю, прости, — запал ругаться на него и устраивать разборки пропал.

— Я не могу на тебя злиться и ещё хочу сказать, что теперь пришло время познакомиться с твоими родителями. Ты меня им представишь? — он погладил меня по голове, как маленькую девочку и прижал к себе.

— Конечно! — какой же он у меня великодушный! Люблю его до одури! — А что мы завтра будем делать?

— Увидишь, а теперь хватит болтать, я так долго и сильно тебя хотел всё это время, что теперь даже не знаю, удастся ли нам поспать ночью.

Удалось. Мне так часа четыре, а вот Рас, кажется и не спал вовсе, хотя и трудился всю ночь не покладая члена, рук и губ.

18. 2

18.2

Разбудили меня лёгкие, нежные поцелуи, которыми кто-то неутомимый покрывал моё лицо.

Открыла глаза, чтобы узреть, как полностью одетый и свежий Рас сидел на краю кровати и делал вид, будто бы не будил меня умышленно. Милый, он такой милый. Губы сами расплылись в улыбке.

— Проснулась, соня моя? Собирайся, у нас с тобой сегодня насыщенный день.

Сердце замерло от осознания всего того, что происходило этой ночью в спальне и от того, что он мой.

— Что ты задумал? — все мышцы моего тела сладко ныли, и я непроизвольно поморщилась.

— Болит? — встрепенулся, надеюсь, бывший босс, — Сейчас я всё исправлю.

Ага. Исправил он. Так исправил, что я думала, вообще с кровати не поднимусь, но, видимо, это была специальная гимнастика, включающая в себя умопомрачительный секс, после которой мышцы говорили хозяйке: «Окей! Мы на всё согласны, только делай эту зарядку, как можно чаще!» и я очень даже бодро поднялась с кровати.

— Я готова принять душ, позавтракать и пойти за тобой, чтобы ты там не задумал, мой зверь.

Рас рыкнул, поднимаясь с нашей постели следом за мной и протягивая руку небрежно кинул:

— Душ? Я помогу.

— О, нет! Пощади! Мы не выйдем из номера, если ещё и душ отправимся принимать вместе, — я рассмеялась.

Вообще, настроение было такое, что хотелось постоянно смеяться и летать, и Рас его угадал, заявив.

— Мы летим во Флоренцию.

— Серьёзно? А Венеция?

— Завтра. Сегодня тебя ждёт сюрприз во Флоренции.

Ну разве он не лучший мужчина на Земле? Я умилилась. Видимо, он совсем не спал, раз успел уже устроить мне сюрприз.

Как же легко на душе, когда не нужно юлить, скрывать свои чувства, бороться с ними, а можно просто в них раствориться и радоваться в предвкушении сюрприза. Волшебное состояние!

Когда я вышла из душа, на нашей огромной кровати меня дожидался первый сюрприз этого самого прекрасного дня в моей жизни. Две коробки: одна огромная, а вторая поменьше, манили меня проверить их содержимое призывно приоткрытыми крышками. Конечно же, я сразу поддалась искушению.

В первой было шикарное ярко-красное коктейльное платье от известного кутюрье, а во второй — не менее шикарные туфли с красной подошвой.

— Вау! Рас! Спасибо, они потрясающие.

— Не могу забыть тебя в красном на корпоративе.

— Это когда ты предложил поехать потрахаться?

— Вот и надо было соглашаться. Видишь, сколько времени зря потеряли, — он самодовольно ухмыльнулся, явно намекая на прошлую жаркую ночь.

— Ничего мы не потеряли, а наоборот, приобрели. Неизвестно, как бы всё сложилось, окажись я легкодоступной девицей. Может быть, ты бы меня на утро бросил.

— Не бросил бы. Мне кажется, я уже тогда понял, что ты моя, — такие признания слушать было очень, очень приятно, и я расцвела довольной улыбкой.

Совсем не вовремя мой желудок намекнул, что пора бы в него что-то закинуть, а то наш вчерашний ночной перекус давно усвоился и забылся.

— Мы будем завтракать в отеле?

— Я заказал его в номер, и он уже накрыт. Давай перекусим, и потом ты наденешь красное платье и сделаешь меня счастливым.

Завтрак был безумно вкусным. Латте и три корнетто с разными начинками я проглотила мгновенно. Больше всех мне этот итальянский круассан понравился с фисташковым кремом, но с заварным тоже хорош! Пальчики оближешь.

— Наелась? Может ещё что-нибудь заказать? — Рас внимательно наблюдал за тем, как я ем, чем вгонял меня в краску. Он смотрел на меня так, будто бы хотел съесть, как я те корнетто.

— Нет, спасибо.

— Тогда одевайся, такси нас уже ждёт, — босс проследовал за мной в спальню, и даже не подумал отворачиваться, пока я переодевалась.

Ну и пусть смотрит, если ему так нравится, решила я и скинула банный халат. Как бы я не храбрилась, но внутри всё равно немного смущалась и, наверное, даже опять краснела под его восхищённым взглядом.

На выходе из номера, он подал мне элегантный, лёгкий плащ и я испытала огромную благодарность. В нем я почувствовала себя намного увереннее, всё-таки разгуливать по улицам в таком платье, что на мне поздним утром — не мой стиль.

А вот туфли были мечтой любой женщины, и я с удовольствием отстукивала каблучками, пока мы шли к выходу из отеля, где прямо у дверей нас ждал настоящий водный лимузин.

Сегодня у меня было совсем другое настроение, и я с превеликим удовольствием разглядывала открывающиеся из окон шикарного водного транспорта виды, пока мы неслись по Гранд-каналу мимо старинных палаццо, а затем по Адриатике к острову Лидо, а Рас всю дорогу мне рассказывал о Венеции и её истории лучше любого гида.

— Нравится поездка? — спросил он, когда мы, спустя полчаса, прибывали к пункту назначения.

— Очень! Это была моя мечта! Спасибо тебе.

Я его поцеловала в благодарность, но не рассчитала темперамент своего мужчины, и мы чуть было не увлеклись, но лимузин пришвартовался и этими манёврами вовремя привёл нас в себя.

— А дальше что? — спросила я, отдышавшись.

— Увидишь, — он тоже говорил хриплым голосом, и явно восстанавливая дыхание. Хорошо-то как!

Ну а дальше нас ждал вертолёт, на котором мы, полюбовавшись открывающимися с высоты птичьего полёта видами на лагуну и острова, добрались до Флоренции.

Весь день мы гуляли по «Колыбели Возрождения», взявшись за руки, и Рас опять поражал меня своими глубокими знаниями истории.

— Откуда ты всё это знаешь?

— В интернете глянул, пока ты спала.

Шутник. Невозможно столько узнать за пару часов, но я подыграла.

— Да ты у меня гений!

— Я знаю. Сейчас пройдёмся по Золотому мосту, а потом обедать. Ты, наверное, устала и проголодалась?

— Совсем не устала, — какой там устала? Даже я знаю, что Золотой мост — царство ювелирных изделий.

Мои глаза разбежались, как только мы вошли в первый магазинчик, и собрала я их потом нескоро, настолько там было всё потрясающим.

Вообще-то, я не рассчитывала на ещё какие-либо подарки, у меня и свои деньги были на карте, но Рас мне её даже не позволил достать из кошелька, грозно рыкнув. Тут я поняла, что лучше с ним не спорить и отошла разглядывать витрину дальше.

— Ну а теперь главный сюрприз. Готова? — спросил он, забирая у продавца тяжёленький пакет. Он там весь магазин скупил?

— Ещё сюрприз? Готова! Я всегда готова.

— Я рад.

Он взял меня за руку и повёл в очередное потрясающее место, до которого мы поднимались по длинной и крутой лестнице. На последней ступеньке Рас достал из кармана пиджака алую ленту и загадочно улыбаясь, зашёл мне за спину, с явной целью завязать глаза. А я даже не подумала возражать, только по коже пронеслись мои вечные спутницы состояния «босс рядом» — мурашки.

Оказалось, что Рас привёл меня в маленький ресторанчик, из окон которого открывался вид на всю Флоренцию, и я застыла в восхищении, когда он вернул мне возможность оглядеться и, обняв за плечи, спросил на ушко:

— Ты счастлива?

— Очень.

— Ты любишь меня?

— А ты?

— Разве это не очевидно? Я очень сильно люблю тебя, я готов подарить тебе весь мир. Ты выйдешь за меня замуж?

— На этих словах он стремительным движением перетёк из-за моей спины и встал на одно колено, протягивая мне открытую коробочку с кольцом.

Честно? Кольцо в тот момент я даже не рассмотрела из-за застилающих глаза слёз. Я чувствовала приближение истерики или даже приступ панической атаки, поэтому и поспешила ответить.

— Д-д-а. Рас, на всё да! Только обними меня скорее.

Он мгновенно надел мне кольцо на палец, подскочил на ноги и заключил в объятья, они-то меня и уберегли от последствий испытанного шока, ведь в его руках я ощущала себя защищённой и укрытой от всех бед. Может быль это и ужасно прозвучит, но именно в тот момент я осознала, что больше жить без него не смогу.

— Слава тебе, Праотец, — непонятно кого поблагодарил мой жених, надеюсь, он не сектант, — теперь ужин и в отель. Хочу тебя весь день.

Потом мы пили прекрасное, наверное, итальянское вино и ели флорентийский стейк с трюфелями, в романтической обстановке. Оказывается, Рас снял весь ресторанчик и мы в нём ужинали совершенно одни, но из-за эмоций, которые я испытала в момент, когда он сделал мне предложение, я не могла ни ощутить, ни оценить вкуса, скорее всего, изысканных блюд и напитков. Меня всю трясло от пережитого, и оставшийся вечер я прикладывала все силы, чтобы не показать своё состояние Расу.

Глава 19

Тамаширрас

Там, в Венеции, на сто первом году жизни, я, наконец, узнал, что такое счастье. Оказывается, я никогда раньше не был счастливым! Все испытанные ранее эмоции не шли ни в какое сравнение с теми, которые я ощутил, обретя Василину в своё безраздельное пользование.

Хотелось обнять весь мир и совершить геройский подвиг, а ещё сделать Васю самой счастливой, поэтому, когда она уснула, я оделся и пошёл на площадь.

После нашей близости во мне как будто проснулась дремлющая на Земле магия. Я ощутил в себе такие потоки энергии, которые и на Веливуле не ощущал. Раскинув в стороны руки, я начал слушать мир. Впитывать в себя эмоции людей, что побывали в этом месте за прошедшие века, их мечты и желания. Проживал всю историю Венеции за мгновения, чтобы рассказать о ней завтра своей драгоценности и постараться воплотить в жизнь её мечты, основываясь на сведениях, полученных от всех побывавших в Венеции женщин, ведь сам я в романтике ничего не смыслил.

Ульх вызвал для меня пару бесов из «Бес — Эксклюзив» и те мгновенно реализовали мой план самого романтичного дня в жизнь.

Судя по всему, у меня получилось. Василина от сюрприза была в восторге и даже согласилась стать моей женой, мне кажется, во Флоренции она вообще была на всё согласна и ловила каждое моё слово. Если бы мне пришло в голову рассказать ей кто я на самом деле, она бы наверняка в тот день приняла эти откровения с той же блаженной улыбкой, которая не сходила с её губ всю поездку.

А на следующий день мы катались на гондоле по венецианским каналам и много разговаривали. Сегодня моя будущая жена прибывала в более адекватном состоянии, поэтому с ней вполне можно было обсуждать планы на жизнь.

— Вась, как вернёмся, сразу переедешь ко мне.

— Но я не могу! Как я брошу своих?

— Но они же на даче.

— А потом? Через пару недель они вернутся.

— Я знал, что ты не сможешь бросить ребёнка, поэтому Ульян Семёнович уже подыскивает большой дом, где всем хватит места. К их возвращению, надеюсь, управится.

Василина задумчиво на меня посмотрела, закусила губу, как будто принимала какое-то важное решение.

— Ты же говорил, что твоя семья отберёт у тебя деньги. Может быть, не стоит их тратить? Мы можем пожить и у меня.

Так себе перспектива.

— Не волнуйся, даже если они что-то и отберут, Бесовский уже успел достаточно средств вывести на офшоры, а дом сразу оформим на твоих родителей. Не пропадём.

— А зачем ты мне тогда угрожал нищетой?

— Чтоб разжалобить и для пущего драматизма.

— Прохиндей! — она рассмеялась. — А когда ты собираешься им сообщить о нас?

Вообще-то, у меня в запасе было около трёх недель, но я принял решение и хотел уже скорее со всем покончить, чтоб жениться на Василине уже став человеком, и начать жить, позабыв о Веливуле.

— Я съезжу к ним после того, как ты познакомишь меня с родителями, и мы подадим заявление в ЗАГС.

С родителями лучше знакомиться, обладая магией и сразу сделать так, чтоб меня все обожали. Надеюсь, невосприимчивость к воздействию это не наследственный дефект.

— А ты не будешь меня знакомить со своей семьёй? Вдруг я им понравлюсь, и всё будет хорошо.

Так жалко её стало, прямо физически чувствовал, как ей хочется понравиться моей семье. Ага, папаше и всем бывшим мачехам, ну уж нет. Мою Васю они не увидят! Потребую с Шамира обещание не тревожить нас на Земле. Точно. Как прощальный дружеский подарок, он не сможет мне отказать. Перетянул Василину к себе на колени и поцеловал в висок, утешая.

— Родная моя, поверь! Тут дело совсем не в тебе. Ты не можешь не понравиться, дело в моих генетических особенностях и долге. Не нужно тебе с ними знакомиться. С самым близким мне человеком ты уже знакома и очень ему нравишься.

— С Ульяном Семёновичем?

— Да. Я знаю его с рождения, и он мне гораздо ближе и отца и всей остальной родни.

— Мне не по себе от того, что тебе приходится идти на такие жертвы ради меня.

— Глупости, милая. Ради тебя я готов и не на такое пойти.

Мы пробыли в Венеции три дня, а прилетев в Москву, сразу из аэропорта отправились знакомиться с семьёй Василины. Ульх, встречавший нас в аэропорту, тоже был приглашён на обед, как ближайший родственник жениха.

Василина сообщила матери о том, что выходит замуж и привезёт знакомиться будущего мужа ещё в четверг, поэтому на даче нас ждали за накрытым столом. Признаюсь честно, я немного нервничал. Нет, я был в себе уверен и знал, какой я потрясающий, ну а вдруг они этого не поймут и станут исключением из правил? Вася моё состояние заметила и тихонько над ним посмеивалась.

— Не бойся, мой бесстрашный грозный босс, они не кусаются, разве что Кирюха может, но я тебя спасу, обещаю.

— Уж надеюсь. Кусать меня можно только тебе.

— О да! Я вернусь в воскресенье в твою квартиру и тебя всего искусаю.

— Нашу квартиру, и я буду этого ждать.

— Может, останешься с нами на даче? Я что-то так волнуюсь за твою поездку к семье.

Волнуется, радость моя, приятно-то как! Раньше за меня только бес волновался.

— Не надо, не переживай. Я быстро всё улажу и буду тебя ждать дома, а в понедельник подадим заявление и начнём готовиться к свадьбе.

Знакомство с родителями и сыном Василины, прошло как по нотам. И я, и мой бес им понравились без всякого воздействия, они нам, кстати, тоже.

Только вот окинув их магическим зрением, я понял, что отец серьёзно болен, проблемы с сосудами головного мозга, да и матери не мешало бы здоровье подправить. Я, конечно, не лекарь, но благодаря непонятно каким чудом наполнившей меня силе — справился с этим на раз, ну и пацанёнку иммунитета добавил. А то он худенький какой-то, чахленький, а ещё на Васю мою совсем не похож.

Прощались вечером, на улице стемнело и Василина никак не хотела нас отпускать, да и родители её уговаривали оставаться ночевать, но я был всеми мыслями на Веливуле и остался твёрд в своём решение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Очень хотелось поскорее расставить все точки на ё, поэтому, как только мы доехали до безлюдного места, я открыл портал и перенёсся в свой веливульский особняк.

На Земле я думал, что захочу забрать что-то с собой из дома на память, поэтому специально явился сюда вечером, собрать вещи, но побродив по комнатам, понял, что ничего такого здесь и нет. Ни одна вещь не была мне дорога, ни по одной из них я не буду скучать. Как же так получилось, что сто лет моей жизни оказались прожитыми впустую? Осознавать это было неприятно, но зато лишний раз меня убедило в правильности принятого решения.

Так ничего и не собрав, я завалился спать. К законникам пойду сдаваться завтра с раннего утра.

Глава 19.2

Здание Законодательного собрания находилось на главной площади столицы, неподалёку от дворца Повелителя. От моего особняка до него было добираться минут пятнадцать на транспортнике, и я, спокойно собравшись, позавтракал, окинул дом на прощанье взглядом и без сожаления поднял свою шикарную махину в воздух.

Скорее всего, дом отойдёт отцу, а транспортник я подарю Шамиру, пусть он им распорядиться на своё усмотрение. Этого барахла мне было совершенно не жаль, а вот пролетая над прекрасным Веливулом, я понял, что по родному миру буду всё-таки иногда тосковать, но это не так страшно, как долгая жизнь на Родине, но без Василины.

Время в запасе было, и я сделал прощальный круг над столицей, погружаясь в воспоминания. Их было много, но не одно из них не могло даже на миг затмить прожитое в Венеции.

Посадив транспортник на парковку, расположенную на крыше Законодательного собрания, я спустился в приёмную Прокуррита — главного законника и главной занозы в заднице любого жителя Веливула.

Нудный оказался уже на месте и согласился принять меня незамедлительно, видимо история с поисками сосуда являлась его головной болью не первый день, что не удивительно — этот демон был фанатиком своего дела.

— Высший Чистокровный Тамаширрас, надеюсь, вы ко мне с хорошими новостями? — поприветствовал меня хозяин кабинета, поднимаясь навстречу и склоняя голову в почтении.

Прокуррит не был Чистокровным Высшим, поэтому стоял ниже меня по положению в демонической иерархии, ему положено было склоняться, ну а мне — нет.

— Зависит от того, как на это посмотреть. Для меня — с хорошими, для вас — даже не знаю.

— Вы нашли и оплодотворили сосуд?

— Нет. И не собираюсь. Я пришёл заявить об этом открыто, и надеюсь на то, что вы прямо сейчас отправитесь со мной на Землю и приведёте приговор в исполнение, лишив меня магии и оставив там проживать жизнь обычного человека.

Признаться честно, вид у Нудного был комичный. Он завис на несколько минут, а когда отвис, заявил.

— Глубокоуважаемый Тамаширрас, это совершенно невозможно.

Теперь завис я. На отказ я не рассчитывал совершенно.

— Как это невозможно?

— Очень просто. Это не по закону.

Он развёл в стороны руками.

— Повелитель мне лично обрисовал перспективу моего отказа оплодотворять сосуд. Я всё обдумал и решил, что готов её принять. Я не хочу больше тянуть с этим. Хочу уже спокойно жить своей жизнью.

Я медленно закипал.

— Вот видите, вы сами сказали про Повелителя. У меня есть от него чёткое распоряжение не приближаться к вам ещё три недели.

— Да не нужны мне эти три недели!

— А Веливулу нужны! — Нудный взволнованно заходил по кабинету, — как вы не понимаете? Всё население делает ставки, финал запланирован на конец этого месяца и если состоится казнь, то её будут транслировать по всем каналам в прямом эфире.

— Чего? Да вы издеваетесь! Испепелю!

— Таков закон, а я лишь его слуга. Ваш поступок — тяжкое преступление и все Чистокровные Высшие должны увидеть, впечатлиться и проникнуться вашим наказанием.

— Это Повелитель распорядился? — разговаривать с Нудным было бесполезно и я это прекрасно понимал.

— Да. Это его приказ.

Грязно выругался, потому что не ожидал такого удара в спину. Я считал его другом? Транспортник хотел отдать? Хрен ему моржовый, а не мой аппарат. Праведному гневу не было предела, и, хлопнув дверью кабинета законника, я рванул к Шамирхару.

Но так просто, как хотелось, добраться до Повелителя, мне не удалось, у входа в его личное крыло дворца меня караулил отец. Старый пройдоха был явно наслышан о моём отказе исполнить долг, предстоящей казни и визите к Нудному, поэтому теперь поджидал меня, намеревался повлиять на решение. Не понимаю, с чего он взял, что сможет это сделать?

— Сын, — начал он свою пафосную речь, — ты не можешь оставить великий род Огненных Расов без продолжения. Это неприемлемо.

— С чего бы? — впечатляться его речами, я разучился ещё в детстве.

— Наш род не может прерваться и оставить Веливул без своего присутствия!

— Ты не понял, отец. Я спрашиваю, с чего он вдруг вздумает прерываться? Чистокровные Высшие бессмертны. Все наши предки живы и здоровы.

— Но ведь сейчас в реальном мире нас только четверо, остальные ушли в астрал, устав от бренности бытия, — сообщил мне новости «капитан очевидность», — твой прадед тоже начал поговаривать о нём, того и гляди уйдёт, а за ним мой отец, а потом и я надумаю, и что же тогда будет с нашим родом?

— А ты вежливо попроси всех ушедших вернуться в тела, которые пылятся в семейном склепе, и на общем собрание сделайте график пребывания в себе, чтоб дежурить на Веливуле по очереди.

Отец уставился на меня таким поражённым взглядом, как будто бы я сейчас ему открыл великий смысл того самого бытия, от которого устали наши предки.

— А? — только и смог выдать он.

— Не благодари.

Я похлопал его по плечу и стремительно скрылся в дверях отделяющих личные покои Шамира, от остального дворца, захлопнув их перед носом, так и не пришедшего в себя родителя. За мной он проследовать не мог, так как вход сюда был только у избранных.

Шамирхар занимался важным повелительским делом — скучал. Я нашёл его в личном спортзале, где он меланхолично наблюдал за боями русалок, сражающихся на трезубцах, в огромном, установленном в центре, кубе, наполненном водой.

— Скучаешь, бывший друг? — рыкнул я.

— О! Сколько экспрессии! Опять завидую, друг, опять. Даже не буду спрашивать, с какой целью ты пожаловал и мой ответ сразу — нет.

— Почему, Шамир, объясни мне, — его аура немного придавливала.

— Рас, — устало ответил мне Повелитель, — попробуй встать на моё место, хотя ты вряд ли сможешь постичь глубину всей этой жопы, но пойми! Я не могу поступить иначе. Твоя казнь, если она, конечно, состоится, должна стать показательной. Ты первый Чистокровный Высший, который пошёл против закона. Я не могу поступить иначе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Я тебя пытаюсь понять, но всё же до сегодняшнего дня считал, что могу рассчитывать на твою поддержку, после того, что мы вместе пережили.

— А я тебе её и оказываю! — Повелитель оживился, — ты просто пока не понимаешь, а потом, когда поймёшь, скажешь мне спасибо!

— Ты что-то знаешь? У меня чувство, что ты многое от меня скрываешь.

— Конечно, скрываю! Я делаю то, что должен делать. Пойми.

— Что нас с Василиной ждёт после казни? Ты гарантируешь нам спокойную жизнь?

— Смешной ты, Рас. Как я могу тебе её гарантировать, если вдруг вы сами начнёте выносить друг другу мозги?

— Я имею в виду другое. Спокойную от внимания Веливула жизнь.

— А, ты про это? Тогда да. Уверяю тебя, что если всё пойдёт по плану, вы будете жить долго и счастливо.

Гнев на друга схлынул, как и не бывало. На его место пришли жалость и сочувствие. Наверное, я уже начал очеловечиваться и по-настоящему понял всю тяжесть положения Шамира.

— Я дарю тебе свой транспортник.

— Серьёзно? Я счастлив. Спасибо, но, Рас готовься к визитам журналистов в эти последние дни.

— Что? Не буду я давать интервью.

— Придётся. А за это я не стану забирать у тебя ни копейки. Вы с твоей человечкой проживете жизнь в достатке и роскоши. Только учти на всякий случай, если вдруг думаешь про офшоры — мне всё известно.

Я прикинул расклад. Убудет от меня, что ли? Ну встречусь я с журналюгами, подумаешь?

— Ладно. Что им говорить?

— Я в тебе не сомневался! Говори, что остаёшься на Земле во имя любви.

— Правда, что ли? А зачем?

— Так надо.

Надо, так надо. В нашем мире Повелитель был не просто Чистокровным Высшим, он был прямым потомком Праотца и обладал неведомой силой, мы сызмальства знали, что он ничего не делает просто так, поэтому принимали его слова, как закон.

— Откуда русалки? — смирившись с его решением, я завёл разговор ни о чём.

— Интересуют? — Шамир вновь оживился и уставился на меня прожигающим взглядом своих гипнотических зелёных глаз. Мало кто мог это выдержать на Веливуле кроме меня.

— Прекрати. Ты же знаешь, на мне не работает, но я поинтересовался просто так. Для поддержания беседы.

— Вижу. С Акварии. Подданные достали на недельку, развлечь меня. Завтра вернём, стерев память, но ничего так девочки оказались. Скрасили мне будни, особенно вон та, в салатовой чешуе. Рассказать тебе, как она умеет…

— Нет. Избавь. Пора мне Шамир. Скоро Вася вернётся, да и по Лаки я соскучился.

Повелитель на меня смотрел, как заворожённый с минуту. Скорее всего, опять завидовал. А потом выдал.

— До встречи, счастливчик, Лаки — привет.

— До встречи.

Выйдя из дворца, я с облегчением перенёсся в Москву. Что ж, всё опять шло не по плану, но самое главное, я скоро увижу свою Васю. Невозможно соскучился за один день.

Глава 20

Василина

Он уехал, а моё сердце оказалось не на месте, наверное, оно уехало вместе с ним. Мы с мамой убрали со стола, перемыли посуду, а я всё никак не могла успокоиться. Видя моё состояние, мама взяла меня за руку и повела на наши качели.

— Вась, ну ты чего? Не любишь его? Почему ты такая печальная?

— Мам, ты что? Люблю. Не могу без него. Поэтому и плохо мне.

— А, ну тогда это нормально, дочь. Нормально. Особенность женщин нашей семьи такая.

— Да знаю, знаю, ты сто раз говорила, но мне не легче. Душа болит, как он там.

— Иди ко мне, — мама притянула меня в уютные объятья, — сама знаю, как тяжело переносить разлуку, но поверь, всё будет хорошо, я чувствую. Он странный у тебя, но очень хороший и очень красивый.

— Он у меня писатель, мам, — мне становилось легче в маминых руках, — знаешь, какие он мне истории рассказывал в Венеции? Настоящее РПГ и УСЯ!

— Не ругайся! Я не так тебя воспитывала! — мама дала мне лёгкий подзатыльник.

— Я не ругаюсь, это такие стили в литературе современной.

— Ой, не грузи меня. Расскажи лучше, ты ему про Кирилла рассказала?

Настроение, только начавшее подниматься, упало на плинтус.

— Нет.

— Почему?

— Боюсь. Помнишь, как Руслан среагировал? А вдруг, и он так?

— Тимурушка? Ты у меня совсем дурочка, дочь. Он всё примет от тебя. Ты глаза его видела? Расскажи обязательно!

— Расскажу.

— Умничка! Ничего никогда не утаивай от любимого человека. Нет ничего хуже тайн, которые потом явными становятся. Вот увидишь! Как только всё расскажешь, сразу на душе станет легче.

— Я поняла, мам. Я всё ему расскажу обязательно.

А потом мы пошли спать, и я всю ночь крутилась, как та принцесса на горошине. Думала, что отключусь сразу, как только голова коснётся подушки, после наших-то бессонных с Расом ночей, но я маялась от того, что лежу одна в постели, мне его страшно не хватало. Неужели я пристрастилась к его постоянному присутствию за каких-то три дня?

К вечеру воскресенья приехал Ульян Семёнович, и мои родители встретили его как родного. Даже Кир повис на руке, требуя внимания. Надо отдать должное Бесовскому, он мелкого подхватил и усадил на шею. Кирюха был счастлив.

— Валентина! Ты прекрасна! — это Ульян Семёнович маме, — Андрей, не ревнуй — это отцу. Кир — не болей, Василина Андреевна — в машину.

Дав всем распоряжения, Бесовский подхватил мою сумку, и мы поехали в Москву. Вот только у меня назрел разговор. О Миле, которая мне оборвала телефон уже с утра, доставая своими просьбами устроить ей встречу с Ульяном Семёновичем.

— Ульян Семёнович, можно вас кое о чём попросить? — начала разговор я.

— Конечно, просите всё чего хотите.

— Я хотела попросить за Камиллу. Мы с вами теперь вроде как семья, а Мила — моя лучшая подруга. Мне очень неудобно об этом спрашивать, но как вы относитесь к ней? — молчание. — Поймите, это не праздное любопытство. Я просто не хочу, чтобы ей разбили сердце.

Разговор был крайне неудобным.

— Я уже говорил вам, Василина Андреевна, что не обсуждаю личную жизнь ни с кем, но вам отвечу. Первое — я вашу подругу ни к чему не принуждал и ничего не обещал. Второе — я вас понял, этого больше не повторится. И третье — я сам с ней поговорю и всё объясню. Обещаю, что её сердце останется в целости и сохранности.

— Спасибо.

Судя по всему, Милка оказалась в глубоком пролёте, но почему-то Бесовскому я верила. Он всё сделает, как обещал, и она переживёт эту личную драму без истерик.

До дома добрались быстро, и я опять поразилась удивительному везению Ульяна Семёновича, такими темпами я скоро забуду, что в Москве и Подмосковье существуют пробки.

Когда я вошла в пентхаус, Рас уже был дома. Он встречал меня в дверях, держа в руках Лаки, которого лихорадочно наглаживал. У котёнка были глаза по семь копеек и наэлектризованная шерсть. Видимо так мой мужчина снимал стресс давно.

— Иди сюда скорее! — кинулся Рас ко мне, и я окончательно уверилась в том, что всё прошло плохо.

— Отпусти кота.

— Хорошо.

Он отпустил Лаки на пол и тот сразу дёрнул под диван в гостиной. Теперь вместо кота он стиснул меня. Понятно. Нашёл антистресс покрупнее.

— Всё так плохо? — спросила я, уткнувшись в ему в плечо, — Не переживай, я рядом.

Мои руки гладили его плечи, спину, волосы, и я физически чувствовала, как его отпускает напряжение.

— О, да! Не останавливайся только, Вась.

И я поняла, что двигаюсь в верном направлении.

Не размыкая объятий, мы поднялись на второй этаж, чудом не навернувшись на лестнице, и принялись раздевать друг друга.

В тот вечер я открыла для себя новые горизонты. Не то, что бы я ничего не знала о минете. Было дело в школе, когда я доказывала подругам, что сосать длинный огурец, банан и прочие напоминающие член штуки, я умею, но до сегодняшнего дня, мне это умение в жизни как-то не пригождалось. За семь лет семейной жизни, мне ни разу не захотелось проделать это с Русланом, а тут в меня как будто бес вселился.

Сегодня мне хотелось взять на себя инициативу и сделать всё, чтобы мой мужчина забыл обо всех проблемах. Чтобы в постели со мной он сходил с ума от страсти и напрочь забыл обо всём, что твориться за пределами нашей спальни.

Когда я начала спускаться вниз по его телу, покрывая поцелуями кожу и не отрывая взгляда от его удивительно ярких серых глаз, он сглотнул и выдал протяжный стон, а чем ниже я спускалась, тем тяжелее становилось дыхание Раса.

В миг, когда я лизнула головку, всё так же, не опуская взгляда, он не выдержал, резко меня поднял и опрокинул на кровать.

— Нет, не сегодня, безумие моё. Сегодня я этого не выдержу, — прорычал мой мужчина, а у меня подогнулись пальцы на ногах от резко нахлынувшего возбуждения.

В ту ночь ни я, ни он о проблемах больше не вспоминали.

Утром я проснулась первой и долго любовалась на своего самого красивого мужчину, а ещё пыталась разгладить складку между его бровей. Видимо это его и разбудило.

— Рас, — начала я, как только он открыл глаза, — всё прошло плохо?

— Всё прошло замечательно. Деньги у нас не отберут и вообще, займись-ка тем, что ты хотела сделать вчера, жена моя.

— Ещё не жена!

Офигенная наглость! Сначала я хотела возмутиться и ударить Раса подушкой по голове, а потом вспомнила его вчерашнюю реакцию и начала медленно спускаться вниз по его телу, целуя и облизывая всё попадавшееся на пути. Мы ещё посмотрим, кто кого! Вот только я и сама в процессе задышала часто-часто, особенно когда увидела, как серые глаза моего мужчины начали затягиваться поволокой, а его непроизвольные стоны коснулись моих ушей.

Глава 20.2

Василина

На кухню спустились только спустя пару часов, аппетит к этому времени разыгрался зверский. Ещё бы ему не разыграться! Столько энергии потратили ночью и утром. Благо золотые руки Ульяна Семёновича забили холодильник разнообразными закусками и даже с вечера поставили на таймер мультиварку, в которой теперь томилась пшённая каша.

Из вольера подал голос Лаки, и я выпустила хулигана на волю, предварительно вдоволь с ним натискавшись. Котейка подрос и набрал вес, его серая шёрстка теперь лоснилась и была приятна на ощупь. Да уж, Лаки настоящий счастливчик.

Пока я занималась котом, Рас выставлял на стол нарезку и накладывал кашу в тарелки, а мне только осталось сделать кофе. Удивительное и уютное утро у нас получилось. Правильное и семейное какое-то. В прошлом браке у меня никогда не возникало этих ассоциаций.

— Какие у нас планы на сегодняшний день? — поинтересовалась я, убирая посуду в посудомоечную машину.

— Сейчас мы оденемся и отправимся подавать заявление в ЗАГС, а потом ты с Ульяном поедешь смотреть дома.

— А ты?

— Радость моя, к сожалению, я буду терпеть визиты всякого сброда в свой кабинет. Тихо семья меня из своих любящих объятий не выпустит. Придётся объясняться не один день.

— Хочешь, я останусь с тобой.

— Нет, тебе там точно делать нечего. Выбирай нам дом и доверься мне. С людьми из прошлой жизни я всё решу сам.

— Но я думала, что мы будем подыскивать дом вместе. Тебе же тоже в нём жить.

— Мой дом, там, где ты, и я полностью доверяю твоему вкусу, — почувствовав, что я расстроилась, он поспешил добавить, — но как только ты определишься, я обязательно посмотрю его с тобой ещё раз и выдам свой окончательный вердикт.

— Ладно.

— Не обижаешься? — он подошёл ко мне сзади и обнял, притягивая к себе и целуя в затылок. Приятная тёплая волна уже привычно окатила меня с ног до головы.

— Нет, не обижаюсь. Просто чувствую себя виноватой в твоих проблемах и хочу помочь.

— Самая лучшая помощь — это держаться от визитёров подальше, чтобы мне не захотелось кого-то убить, если он косо посмотрит в твою сторону.

Грозный какой! Собственник.

— Ладно, давай собираться.

Заявление мы подали быстро, почему-то в очереди, все в один голос уступили нам своё место, а сотрудница ЗАГСА, без всяких споров назначила нам выездную регистрацию именно на тот день и час, которые ей назвал Тимур Расович.

— Как у тебя это получается? — спросила я, когда мы сели в машину.

— Врождённый талант и природная харизма.

— Ты у меня удивительно скромен, — я рассмеялась, — поражаюсь, почему с такими талантами твои истории ещё не экранизируют в Голливуде.

— У меня всё впереди. Вот поженимся, я заброшу дела и погружусь в творчество, а ты будешь моей музой.

— Договорились!

Так болтая, мы быстро доехали до развлекательного комплекса.

— Сиди в машине, сейчас выйдет Ульян, и сразу поедите смотреть дома. Раньше пяти вечера в «Реальный Рай» не приезжайте, я буду занят. Хорошо?

— Как прикажете, босс.

Он чмокнул меня в нос, вышел из машины и вскоре скрылся в дверях развлекательного комплекса.

Долго ждать Ульяна Семёновича не пришлось, я только и успела поговорить с Камиллой по телефону и удивиться, что её влюблённость как рукой сняло.

— Ой, а чему ты удивляешься? Мы просто с ним вчера вечером поговорили, и я поняла, что лучше буду с Ульянчиком дружить и иногда заниматься дружеским сексом, чем страдать и выносить ему мозги.

— Вот и правильно! Тем более мы с Тимуром решили пожениться, и вам придётся часто сталкиваться с Ульяном Семёновичем на семейных торжествах.

— Чего? Ты бы хоть предупредила, Вась, я бы присела. Вот это действительно поразительная новость! Ещё дней десять назад в клубе, ты от него шарахалась, как чёрт от ладана, а теперь замуж выходишь. Во дела!

— Так получилось. Я думала, Ульян Семёнович тебе рассказал.

— Нам не до этого было. Пообещай, что я буду свидетельницей.

— У нас не будет свидетелей. Будет выездная регистрация в доме, который я сейчас поеду выбирать, но мне необходима твоя помощь с организацией и подготовкой. Времени мало, всего месяц.

— Ты залетела, что ли?

— Если бы!

— А к чему такая спешка?

— Рас так хочет, ну а я не стала спорить из-за мелочей.

— Ничего себе мелочи! Свадьба века!

— Ты забыла, что я уже была замужем, да и Тимур в разводе? У нас будет семейное торжество.

— Зря! Ладно, что от меня требуется?

— Ты поможешь мне выбрать платье?

— О! Да! Положись на меня, я полезла в интернет искать подходящее, всё пока! Мне не терпится.

Ну и вот тут Ульян Семёнович сел в машину и протянул мне папку.

— Здравствуйте, Василина Андреевна, вот фотографии подходящих, на мой взгляд, домов. Вы посмотрите их пока, а на сегодня я договорился об одном просмотре в Подмосковье.

— Ульян Семёнович, я хотела вас поблагодарить за всё: за помощь, за Милу, за заботу, а ещё попросить, чтобы вы называли меня Василиной и на «ты».

— Василиной — можно, а на «ты» — не по статусу вам. Не смогу я.

Что там у меня за статус такой? Может Рас из королевской семьи? Вот бы был номер!

— Спасибо и на этом, — мы улыбнулись друг другу, и я отметила, что как-то незаметно перестала считать Ульяна неприятным и скользким типом и глаза у него красивые, а не хитрые.

Пока мы ехали в запланированный на сегодня дом, я разглядывала фото из увесистой папки. Что удивительно, все они были сделаны явно весной, потому что на каждом из снимков, у дома цвела сирень. Это личный фетиш Ульяна Семёновича или Раса, интересно? Решила вечером разузнать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Что-нибудь понравилось?

— Вот эти четыре я бы посмотрела.

— Прекрасный выбор, я договорюсь о просмотрах.

Этот дом, в который мы приехали, тоже был прекрасен. Большой, с удобной планировкой и огромным участком земли вокруг, с садом и голыми сейчас кустами сирени. Мы всё осмотрели, но о решении пообещали сообщить позже, когда побываем и в других местах.

— Я зайду в салон, Ульян Семёнович, мне нужно договориться о причёске и макияже на свадьбу, ну и записаться на остальные процедуры. Передайте Расу, чтоб не волновался, я буду минут через сорок.

Попросила я в вестибюле «Реального Рая».

— Не сомневайтесь, всё передам.

Он ушёл в приёмную, а я с замиранием сердца направилась в салон. Как воспримут мои бывшие коллеги новость, интересно? Совсем не хотелось стать предметом сплетен, осуждения и обвинений в меркантильности, ведь жизнь меня научила: искренне радоваться за другого, способны далеко не все, а вот облить из зависти грязью — очень многие.

20/3

Как оказалась, волновалась я совершенно зря. Кого удивишь новостью, что разведённая ассистентка с багажом выходит замуж за своего красавца босса, когда накануне из Сочи вернулись Аполлон, Таня и Мишель, собрали коллектив и сообщили, что теперь они одна семья, жить будут вместе и даже планируют официально оформить свои отношение в Колумбии или Канаде, где разрешены полиаморные браки? Со страной они ещё не определились и коллеги наперебой давали советы, приводя свои доводы в пользу то одной, то другой страны.

А ещё коллектив весь вчерашний и сегодняшний день обсуждал, кто из троицы будет мужем, а кто женой. Большинство склонялось к тому, что мужем правильнее считать Таню, она хоть и не обладала брутальной внешностью Коли — Аполлона, зато характер имела железный. Шутка ли захомутать двоих потенциальных добытчиков сразу и стать распорядительницей трёх зарплат. Народ активно Тане завидовал и на моё сообщение отреагировал вялыми поздравлениями, только Наташа язвительно отметила.

— И чего было строить из себя? Я так и знала, что ты с ним спишь.

Оправдываться я не стала. Поздравила счастливую троицу, записалась на нужные перед свадьбой процедуры и договорилась с Мишелем о причёске и макияже, которые он мне сделает на дому. Естественно, вся неформатная семья была мною тоже приглашена на свадьбу.

Вечером мы с Расом рассказывали друг другу, как прошёл день. Я про впечатления о доме и новости из салона, а он жаловался на надоедливых визитёров.

— Как я не пытался уклониться, Вась, но совместную фотосессию нам устроить придётся.

— Надо, так надо, мне не сложно. Когда?

— Через пару недель.

— А как ты управляешься без нас с Ульяном Семёновичем, может, я буду ездить смотреть дома одна?

— Нет, конечно! Я изведусь весь. Посажу кого-нибудь в приёмную временно, пока вы не расправитесь с делами.

Этот вариант мне категорически не нравился, оказывается, я ревнивица.

— Кого это? — я подозрительно прищурилась.

— Сама выбери. Так тебе спокойнее будет, собственница моя?

Он сиял, как начищенный самовар, доволен он, гляньте-ка.

— Я Зинаиду Гавриловну попрошу, уборщицу нашу из салона.

— Думаешь, она справится? — в его глазах плясали чёртики.

— Ещё как справится! Ты разве не знал, что тех служащие — самые важные, компетентные и незаменимые сотрудники на любом предприятие?

— Серьёзно? Тогда давай свою Зинаиду Гавриловну.

Кандидатуру Зинаиды Гавриловны я предложила не просто так. Эта женщина была матёрым шпионом и опытным ассистентом. До выхода на пенсию она служила секретарём у начальника РОВД одного из районов Москвы. У нас она работала не потому, что пенсии не хватало, а по зову сердца. Зинаида Гавриловна была молода душой, к вязанию носков совершенно не приспособлена, стремилась всегда быть в центре событий, а ещё недавно сделала модное окрашивание. В общем, в приёмной её посадить было не стыдно и вообще, даже спокойнее для всех.

Дальнейшие две недели были так насыщены хлопотами: выбором дома, подготовкой к свадьбе, приметками платья — Мила нашла какую-то мастерицу, которая творила шедевр по моему заказу в ускоренном темпе, что мы с Расом договорились оставлять все проблемы за дверями пентхауса. Зинаида Гавриловна держала руку на пульсе в офисе, а Ульян Семёнович везде сопровождал меня. Таким образом, мы оба были спокойны, и все вечера проводили, наслаждаясь разговорами о планах на будущее, обнимашками или просто смотрели фильмы, ну а ночью, мы ещё ни разу не уснули, повернувшись спиной друг к другу. Мы никак не могли насытиться близостью, а я так вообще каждый раз узнавала для себя что-то новое и постигала неизведанные ранее горизонты чувственности.

Я не хотела думать о том, от кого Рас научился всем этим штукам, которые со мной проделывал, но искренне верила, что больше он их не продемонстрирует ни кому.

Я всё никак не могла найти подходящего момента, чтобы рассказать ему о Кирилле. Нет, не боялась, что он его не примет или меня бросит, просто мне казалось: какая разница, он мне родной сын или приёмный? Просто не хотелось этим неприятным разговором и полосканием грязного белья нашей семьи, портить наши уютные вечера.

В тот день мы с Милой как раз выходили от портнихи, и я собиралась ехать к Тимуру в «Реальный Рай», чтобы обсудить наём штата сотрудников, которые будут нам помогать поддерживать порядок в доме, который мы с ним выбрали (ведь уговор — о делах вечером ни-ни, мы соблюдали неукоснительно, поэтому такие вещи обсуждали на работе), когда у меня зазвонил телефон.

— Вася, срочно дуй в комплекс, — это была Зинаида Гавриловна, — тут к твоему заявилась такая цаца и теперь они скандалят в кабинете. Я не знаю что делать.

— Как она выглядит?

— Улётно она выглядит! Дорого-богато и сиськи по пуду.

— Всё ясно, это его бывшая. Лечу.

То, что это Сафи, я догадалась интуитивно. Ульяну Семёновичу ничего говорить не стала, потому что он точно начнёт меня отговаривать и отвезёт домой. Мила с нами не поехала, побежала по своим делам. И вот я, с трудом удерживаясь от желания погрызть ногти, представляла, как вцепляюсь в волосы Сафи, сидя на переднем сидении автомобиля, приближающегося к центру. Мы уже подъехали к парковке «Реального Рая», когда Ульян Семёнович заподозрил неладное.

— Василина, что-то случилось?

— С чего вы взяли? — а сама поймала себя на том, что постукиваю сапогом по полу.

— Вы вся на взводе. Может домой?

— Не берите в голову. Предсвадебный мандраж, волнуюсь по поводу платья, его опять придётся перешивать, а ещё переезд в дом на носу.

— Понятно, не переживайте. Всё будет хорошо.

Конечно, будет! Вот сейчас отважу одну наглую стерву, и будет.

Так сильно я нервничала не потому, что не доверяла Расу, а потому, что его итак достали бесконечные посетители с проверками, я видела, как его это раздражает, да и Зинаида Гавриловна докладывала, что он после их ухода, обязательно швыряет в стену анти-стрессовый мячик, который та ему подарила, не менее получаса! Тут ещё наше совместное интервью с фотосессией назначено на послезавтра, что тоже его не радовало. Могу же я хотя бы от одной проблемы избавить своего мужчину, побеседовав о нашем, о женском, с его бывшей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Полная решимости, я оставила Ульяна Семёновича далеко позади, чуть ли не бегом устремившись в приёмную, как только Бесовский припарковался.

— Там ещё? — на ходу я кинула Зинаиде Гавриловне.

— Там! Задай ей жару, Вася!

А дальше всё произошло стремительно. Я рванула дверь на себя и влетела в кабинет. Эти двое стояли друг напротив друга сжимая кулаки, готовые сцепиться, а потом Сафи резко развернулась.

— Вот она! Причина всех бед! Но я спасу тебя, мой Тамаширрас! — заорала эта ненормальная и бросилась на меня, её глаза горели неестественным светом, но испугаться я даже не успела.

Одновременно с ней ко мне с душераздирающим криком, больше похожим на рык раненного зверя, бросился Рас.

— Вася, назад! Нет!

Он находился от меня дальше и не успел всего на какое-то мгновенье, когда разъярённая Сафи схватила меня и утянула в вихрь. В ушах остался стоять только полный боли крик Раса.

Глава 21

Тамаширрас.

Я рухнул на колени, как подкошенный. Ужас, который я испытал в тот момент, я очень желал испытать Саффире, перед смертью, которая теперь её точно настигнет. От моих рук.

Не знаю, сколько времени я выл и мечтал повернуть время вспять, до того как в кабинет не ворвался Ульх и не дал мне пощёчину.

— Соберись! Тряпка! — взревел бес, и это привело меня в чувство.

Таким я его ещё не видел. Он даже в детстве меня за шалости не бил.

Я ошарашенно посмотрел на беса, и меня осенило! Я понял одну простую вещь. Ту, что мне нужно сейчас сделать именно сейчас.

— Я сейчас уничтожу Веливул, Ульх. Оставайся на Земле, — приказал я и поднялся с колен.

— Простите, мой господин, я, наверное, слишком сильно вас ударил, и вы повредились умом?

— Да! Я повредился, но не из-за твоего удара.

— Что произошло? Где Василина? — пытался удержать меня Ульх.

— Её больше нет. Она убила её, — он ещё что-то спрашивал, но я уже не слышал. У меня был план.

Я открыл портал и перенёсся в родной мир. Искры из моих рук и глаз посыпались, как только я ступил на землю демонов. В тот момент я возжелал смерти всем веливульцами и самому Веливулу, за то, что не дали нам с Василиной шанс прожить счастливую жизнь и, походя разрушили, всё что мы строили — твари! А раз у нас шанса на счастье с Васей больше нет, значит и у них не будет.

Тогда я считал это единственным верным решением, потому что не понимал, за что они так с нами. Я же всё сделал как надо, как просили! Я переступил через себя! Я давал долбанные интервью, я вынес три визита отца и пять визитов мачех! Сто журналистов и пятьдесят дознавателей! Как же уговор? Кто допустил сюда психованную Саффиру? Ведь Повелитель мне клялся, что всё пройдёт благополучно!

Она ворвалась в кабинет, как ураган, сметя Зинаиду Гавриловну со своего пути. Саффира кричала про долг, про потери, про закон, взывала к моей совести. Сначала я возражал спокойно, а потом она перешла границу, начав расстёгивать своё платье, и вывела меня из себя окончательно. За кого она меня принимает? Я что малолетка и сисек не видел? А потом я испугался, что Вася зайдёт и подумает что-то плохое. Накаркал. Вася действительно пришла не вовремя.

Я вспоминал эти события, чтобы довести себя до нужной точки кипения и магический огонь в крови нарастал. До взрыва оставались считаные мгновения, когда Ульх появился из портала и обхватил меня сзади обеими руками, попытался до меня достучаться правильными словами.

— Господин, господин. Успеется! Подумайте о родителях Василины! О Кирилле. Нельзя так просто исчезнуть! Они этого не переживут! Молю вас Праотцом! Давайте хотя бы вернём им её тело.

Я взвыл. Какое мне дело до всех, если я потерял самое важное, самое ценное, то без чего не могу дышать? А потом вспомнил маленького мальчишку, Валентину с Андреем, Лаки, то, как Вася их любила. Как мы выбирали дом, как ей понравился его сад и решил, что ради неё я дам им всем возможность с ней попрощаться, похоронить у кустов сирени и себе дам… а потом вернусь и уничтожу Веливул вместе с собой. Больше мне жить не зачем.

— Пообещай мне, Ульх, — попросил я сорванным от крика голосом, — что позаботишься о них и не дашь им сильно убиваться по нам. Воздействуй на них. Я дозволяю. Скажи, что мы просто разбились на самолёте, а перед смертью были самыми счастливыми.

— Клянусь, мой господин, — в глазах беса стояли слёзы. А я-то думал, что они не умеют плакать.

— Ладно. Молодец, что остановил меня! Отойди и не мешай, я попробую найти их.

Опустился на землю и коснулся ее ладонями, прислушиваясь, вычисляя магические потоки и пытаясь определить место, куда больная сука Саффира утащила мою жизнь.

Сначала всё смешалось и наполнилось чуждыми эманациями, а потом я вдруг ощутил резкий всплеск родственной магии. Что это? Отец? Но у него она чувствуется иначе! Интуитивно я открыл портал, ориентируясь на этот выброс, и застал на выходе поразительную картину.

Место, в которое меня перенесло, было мне знакомо. Им оказалось одно из имений Саффиры, я тут бывал один раз, и помнил его прошлое великолепие. Теперь же оно полыхало огнём. Моим огнём! Я смело шагнул в пламя, которое ласково меня огладило, и пошёл в самый эпицентр пожарища.

На маленьком, не пострадавшем пятачке, лежала моя Василина, а демонический огонь, как будто её оберегал, встав кольцом вокруг и никого кроме меня не подпустил бы.

Я кинулся к ней, хватая в охапку безвольное тело, покрывая его поцелуями и оплакивая потерю. Далеко не сразу я понял две вещи: первое — она была тёплой, второе: — она слабо, но дышала.

Дышала! Она жива! Она была жива! Когда я это осознал, то немедленно открыл портал во дворец и, неся на руках своё сокровище, заорал:

— Повелительского лекаря! Живо, а то испепелю!

Тут началось всеобщее движение. Вокруг нас поднялась суета, внезапно появился Шамир, Нудный, Ульх, ещё какие-то демоны и отобрали у меня Васю. Они вырвали её, буквально силой из моих рук, и уложили на носилки, которые пролевитировали в лазарет.

Я был на грани безумия, и только воля и магия Повелителя меня сдерживали.

— Успокойся, Рас! Теперь с ней всё будет хорошо. Ты же видел, она жива!

— Но почему? Я благодарен Праотцу безмерно, готов пожертвовать всем! Только объясни мне, почему она жива и что там произошло?

— Да уж, друг мой! Любовь даже демонов делает глупыми. Дождёмся лекаря, он скажет, ну а я могу лишь порадоваться, что опять сорвал джек-пот на ставке.

— Ты знал? Что именно ты знал? — я пытался его потрясти.

— Предполагал, но не спрашивай, я не могу тебе ответить на все вопросы.

В этом был весь Шамир. Что известно Повелителю, не известно никому. Таков закон.

Лекарь вышел от Василины только спустя час. Я думал, сломаю себе рога за это время, но обошлось.

— Это было сильнейшее магическое истощение, но кризис миновал, теперь с ними всё будет хорошо, Чистокровный Высший Тамаширрас. Можете начинать радоваться.

— С кем с ними? Меня Саффира мало волнует, лучше бы она сдохла по своей воле.

— Я говорю о твоей человечке и ребёнке в её чреве.

— Чего? Каком ещё ребёнке?

Меня накрыла волна ревности. Вася успела забеременеть пока жила со мной? Новый приступ боли накрыл меня с головой, и я было, совсем уже собрался в него погрузиться, как на меня обрушился ощутимый удар в челюсть, прилетевший от Повелителя.

— Ты совсем мозги растерял? Это твой ребёнок! Демонёнок её спас! Если бы она не была твоим сосудом, ты бы уже развеивал её прах над Землёй! Я поверить не могу, что столько лет называл другом полного идиота.

Я похлопал глазами, чувствуя себя и вправду идиотом. Мой ребёнок? Магическое истощение у Василины? Вопросы множились.

— Что? Но у неё же есть уже ребёнок. Откуда он?

— Спросишь, когда твоя избранная очнётся.

— Избранная?

Шамирхар закатил глаза.

— Ну хватит уже придуриваться. Складывай два плюс два.

— Я сложу. Я обязательно сложу, Шамир! Но потом ты мне за всё ответишь и всё расскажешь. Прости, но ты нарвался на проклятье! Я желаю тебе испытать то, что испытываю я.

— Тьфу, тьфу, тьфу! Прости, всё рассказать не смогу, не в праве, но кое-что объяснить вам с твоей избранницей обещаю. Приходите ко мне, как только она наберётся сил. Покидать Веливул ей пока нельзя, учти. Жду вас на разговор.

Потом меня пустили в лазарет, где на огромной кровати лежала моя самая главная в жизни драгоценность.

Такая бледная, такая красивая, до безумия! Маленькие золотые рожки проклюнулись сквозь её густые чёрные волосы, а под одеялом наверняка ютился юркий хвостик. Моё сокровище! Нет никого красивее её. Хотелось спрятать эту хрупкую фигурку в своих крепких объятьях от всего мира, но я помнил, что внутри неё растёт ещё одно сокровище, поэтому осторожно лёг рядом и обнял, едва касаясь, вливая в них свою силу по капельке. Пусть будет.

Она пришла в себя утром и, открыв глаза, уставилась на меня круглыми глазами, но слава Праотцу, в них было изумление, а не ужас. Потом она похлопала ресницами и отпрыгнула от меня на другой конец кровати с резвостью горной козы.

— Рас, ты демон? — спросила она дрожащим от волнения голосом.

— Демон.

— Боже! — она зажала рот ручками с золотистыми когтями. Такая трогательная, нет сил!

— Родная, не волнуйся, тебе нельзя волноваться в твоём положении!

— В каком положении?

— Ну как в каком? Ты носишь нашего ребёнка!

— У меня родится рогатый и хвостатый ребёнок?

— Да. А что тебе не нравится? Я кажусь тебе страшным?

— Нет…

На этих словах у неё закатились глаза, и она опять отключилась, а я побежал за лекарем. Что-то я явно сказал не то.

Глава 22

Василина

Бешеная тварь унесла меня в другой мир! Другой мир! Уму непостижимо! Как я это поняла? Да по её сменившемуся облику! Красотка Саффи, вдруг обросла рогами, хвостом и клыками, когда швырнула меня на дорожку в каком-то диковинном саду. Разглядеть окрестности у меня не было совершенно никакой возможности, но всё вокруг кричало о чуждости.

— Ну вот и конец тебе, человечка, сейчас ты сдохнешь и великий Тамаширрас станет свободным от зависимости.

Я вообще не понимала, о чём она, но интуитивно пятилась отталкиваясь пятками от земли, подальше от ненормальной рогатой демоницы. Я как-то легко приняла факт того, что нахожусь в другом мире. «Интересно, это Ад?» — промелькнуло у меня в голове. Видимо так у меня проявлялся шок. Я размышляла и просто пыталась спастись, продолжая отползать по тропинке.

— Изыди! — вспомнила я волшебное слово и перекрестила себя, её и заодно зачем-то небо. Тяжёлое синее небо с красными тучами.

Не помогло.

— Почему ты не дохнешь, тварь? — удивлялось чудовище, наступая на меня, — Не хочешь сама, тогда я тебе помогу!

Она подняла руки, и я тоже подняла свои, пытаясь от неё закрыться, сидя на заднице. Что произошло дальше, я точно не помню. Помню только, как из меня полился огонь, а дальше темнота. Я отключилась.

В себя пришла на огромной кровати в незнакомом помещении, медленно открыла глаза и поняла, что всё было реальностью, надежды на глюк таяли.

Напротив меня лежал мой Рас. С рогами, клыками и хвостом, которым он меня обнимал! Завораживающе страшный и прекрасный одновременно! Я отпрыгнула от него не потому, что испугалась. Нет, его я не могла бояться ни в каком облике, я просто решила ещё раз проверить, может всё-таки у меня зрительные галлюцинации и с другого ракурса он станет самим собой? Но он не стал.

Поднявшись с кровати, он попытался меня успокоить, сообщив, что вскоре я рожу демонёнка и ударил об пол своим длинным, гибким хвостом, наверное, от радости. Я проследила взглядом его траекторию и именно это меня добило. Тьма поглотила меня вновь.

Когда я пришла в себя в следующий раз, то обнаружила, что лежу на Расе, он был за моей спиной и мягко обнимал своими руками с длинными красными когтями мой живот.

— Как ты, сокровище моё? Ты меня боишься? Я специально так лёг, чтоб тебя не пугать своим видом.

И столько боли было в его голосе, что мне стало стыдно от того, как я на него остро отреагировала в прошлый раз. На глазах навернулись слёзы. Сначала я подивилась своей чувствительности, а потом вспомнила про беременность! Развернулась и, уткнувшись ему в грудь прорыдала.

— Нет! Тебя нет! Никогда! Ты такой красивый и я так сильно тебя люблю.

Истерика набирала обороты, а Рас меня просто обнимал, гладил и уговаривал, а я от этого плакала ещё сильнее.

— Моя девочка любимая, ну ты чего? Ведь всё хорошо!

— Что хорошо? Мы в другом мире!

— Ну и что?

— Это Ад?

— Нет не Ад, мой мир называется Веливул.

Тут меня осенила мысль, и я, перестав плакать, вытянула свою руку. Да! У меня тоже были когти, только золотого цвета. Я лихорадочно ощупала голову и наткнулась на рога. Просто замечательно!

— У меня тоже есть рога.

Это был не вопрос, а констатация факта.

— Не рога, а рожки! Ещё и хвостик есть.

— Я демон?

— Не знаю. Не думаю. Мы поговорим с Повелителем, и он расскажет, кто ты, он обещал.

— Рас, а что вообще случилось? Ты мне расскажешь, что вообще происходит?

— Ты спалила поместье Саффиры.

— Я её убила? — неужели я стала убийцей? Какой кошмар. Меня затрясло.

— Не переживай, ты не убийца. Чистокровного Высшего не так то просто убить. Но она понесёт заслуженное наказание, за то, что пыталась навредить сосуду, вынашивающему нового Чистокровного.

— Так, ты меня окончательно запутал. Какому сосуду?

И он мне рассказал о своём мире, о его законах и особенностях, о том, как его стрела угодила в «Реальный Рай» и как он не мог найти свой сосуд, исключив меня из списка кандидаток, потому что у меня был Кирилл.

— Кстати, я до сих пор не понимаю, как так получилось?

— Кирюша не мой сын, он мой племянник, я просто его официальный опекун.

— Но почему ты мне не сказала?

— Я собиралась, Рас! Честное слово! Вот прямо вчера и собиралась. Просто у меня уже был горький опыт, и я никак не могла решиться.

Я рассказала ему историю Аксиньи, оформления опекунства и развода.

— Как у нас всё глупо получилось, Вась, давай договоримся, что больше никогда ничего не будем скрывать друг от друга.

— Давай.

Я сама потянулась к нему за поцелуем, и мы долго с упоением целовались, и клыки нам совершенно не мешали.

— Подожди, Васенька, не спеши. Я сначала узнаю у лекаря, можно ли нам заниматься сексом, а потом мы отправимся домой и будем любить друг друга там, где нам никто не помешает.

— Сама не знаю, что со мной, может это местный воздух так действует?

— Было бы хорошо. Нам придётся пробыть на Веливуле три дня. Главный лекарь сказал, что тебе нужно полностью восстановить резерв для безопасного перемещения.

— Какой резерв?

— Магический. Наш ребёнок наполнил тебя магией, а артефакт ему в этом помог.

— Рас, до меня только что дошло. Ты хотел ради меня нарушить закон? Чем тебе это грозило?

— Только счастьем.

— Я серьёзно! Мы договорились ничего не утаивать друг от друга.

— Перед нашей свадьбой состоялась бы моя казнь, на которой я бы лишился магии и на всю короткую человеческую жизнь остался на Земле.

Я опять разрыдалась, гормоны, что б им пусто было.

— Я обещаю, мы будем самыми счастливыми, — клялась я ему, — Теперь ведь казни не будет?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Не будет. Но нам придётся жить на Веливуле.

— Почему? А как же моя семья? — когда же уже закончится этот поток новостей?

— Маленькому демонёнку нельзя покидать этот мир первые двадцать лет жизни. Именно в это время формируется его магия, проходит обучение и становление.

— Что же нам делать? Рас, мама не выдержит, если потеряет ещё одну дочь. И Кирюшка. Родители уже пожилые, чем дальше, тем сложнее им будет с ним управляться.

— Не переживай. Мы что-нибудь придумаем, — он задумался на несколько мгновений. — Ты даже примерно не знаешь, где сейчас твоя сестра?

— Нет, не знаю, но даже если бы и знала, Кириллу не нужна такая мать.

— Вась, нужно её разыскать. Во-первых: я могу воздействовать на людской разум, а во-вторых: меня терзают смутные сомненья, что там не так всё просто. Возможно, она находится под влиянием сущности. Не верится, что в вашей семье уродилась такая безответственная блудница.

— Правда? — внутри меня затеплилась надежда.

— Конечно.

— И ты сможешь ей помочь?

— Я один из сильнейших демонов, конечно, я смогу.

— А на меня ты тоже воздействовал? — я уставилась на него с подозрением, хотя сама не верила в то, о чём спрашивала.

— Когда, душа моя? Сама подумай! Скорее это ты на меня воздействовала. Околдовала и поработила, — промурлыкал этот демон, сверкнув своими искристо-серыми, с вертикальными зрачками глазами, настраивая меня на игривый лад.

И мы опять долго обнимались и целовались, с трудом оторвавшись друг от друга, когда в наши двери постучали.

Глава 22.2

Рас бережно снял меня с себя и плавным движением перетёк с кровати к дверям, чтобы впустить в комнату странное существо. Демоном бы у меня его назвать язык не повернулся. Нескладная фигура с «пивным» животиком и тонкими конечностями, совершенно лысая голова с маленькими кривыми рожками, круглыми глазами, пухлыми щеками и сероватой кожей, а куцый хвостик, нервно подрагивающий у него на локте, не шёл ни в какое сравнение с великолепным хвостом моего демона. На мгновенье я испугалась. У меня ведь тоже маленькие рожки и хвостик, может, и я выгляжу так же. В зеркало-то я себя ещё не видела!

— Мой господин, моя госпожа, как вы себя чувствуете? — заговорило существо, улыбнувшись знакомой улыбкой, и я вдруг поняла, что это Ульян Семёнович!

— Ульян Семёнович! Что с вами? — это вырвалось непроизвольно.

Боже, что я несу? Нельзя же так обижать человека…демона… или кто он там есть.

— Василина, это Ульх, мой бес-прислужник, и ты правильно разглядела в нём Ульяна Семёновича.

— Простите, Ульян. Ульх, я не хотела вас обидеть. Я просто ещё не до конца пришла в себя.

Стыдно-то как! Надо учиться держать эмоции и язык под контролем. Я очень странно себя чувствовала в этом Мире.

— Я вовсе не обижен, моя госпожа, я знаю, что я очень красивый бес.

Серьёзно? Надеюсь, я успею пообвыкнуть к тому времени, как встречусь с другими, менее красивыми.

— Какие новости, Ульх? — спросил Рас, и меня накрыло очередной догадкой.

Раз Ульян, никакой не Ульян, а Ульх, то и Рас, скорее всего не Тимур.

— Рас, а как тебя зовут?

— Тамаширрас. Чистокровный Высший Тамаширрас из Огненных Расов.

— Красиво.

Только и смогла вымолвить я, переваривая информацию. Сколько ещё мне предстоит открытий? Как бы не свихнуться от их потока.

— Повелитель ждёт вас двоих на беседу в своём кабинете после завтрака. Я сейчас принесу наряд для госпожи и накрою на стол, — прервал мои размышления бес.

— Хорошо. Действуй, мы будем готовы через час. Извести Повелителя.

Ульх скрылся, а я отправилась в ванную, где, наконец, смогла себя хорошенько рассмотреть в ростовом зеркале, скинув сорочку, в которую меня переодели, пока я находилась без сознания.

Ну что ж, я была даже очень ничего. Черты лица остались моими, только глаза и губы стали ярче, волосы гуще, ресницы длиннее и пушистее, а кожа как будто светилась изнутри. Местный воздух определённо на меня хорошо влиял или не воздух, а беременность и магия. Смущали только золотые рожки, торчащие из густой гривы чёрных волос, ну и такого же оттенка короткий хвостик. Радовало, что они были уменьшенным золотым вариантом демонских атрибутов Тамаширраса, а не Ульха. Значит, я хоть не бесовка.

Закончив разглядывать себя и сделав важные дела на местном аналоге унитаза, который больше был похож на трон, умный трон, знающий такой, что нужно присевшему на него, я оглядела помещение и поняла, что ума не приложу, как же пользоваться душем или ванной. Потом подумала, а вдруг они такие же умные, как унитаз, и вошла в душевую кабинку. Ну а ничем другим и не могла быть керамическая мелкая посудина круглой формы, защищённая прозрачными стенками. И правда. Как только я вошла, дверь закрылась и на меня сверху полилась вода.

— Ай! Холодная! — взвизгнула я, и вода стала теплее, а в ванную ворвался Рас.

— Вась, прости, я идиот! Не объяснил тебе ничего. Сейчас, сейчас.

Он быстро разделся и скользнул ко мне.

— Уверен? Мы же должны быть через час у Повелителя.

Но ход его мыслей мне нравился.

— Поверь, я очень тебя хочу, но сначала поговорю с лекарем. А сейчас я тебя просто вымою, а заодно расскажу и покажу, как всё работает, — ход его мыслей мне разонравился.

Оказывается, все бытовые приспособления на Веливуле работали при помощи магии, а управлялись голосовыми командами.

— Как всё просто у вас! — восхитилась я, когда в протянутую руку демона с потолка капнула большая капля, назовём его, геля для душа. С неизвестным, но приятным тонким ароматом.

— Да уж, с магией жить намного проще. Ты скоро всему научишься, — пообещал он, намыливая двумя руками моё тело.

Это было очень приятно и чувственно, да и ему, судя по всему, процесс нравился, спустя мгновение, он задышал тяжело и хрипло, а мне в ягодицы упёрлось явное подтверждение того, как его заводит это действо. Он начал покусывать мочку моего уха.

— Сам говорил, что не сейчас, — я развернулась в его руках и подставила руку, потребовав у душа и себе геля в ладошку, а получив его, принялась намыливать Раса, получая огромное удовольствие от его явного возбуждения.

— Так. Всё! Выходим, а то я больше не выдержу, — прервал наши мазохистские игры Рас.

Он рыкнул для пущей убедительности, убрал мои руки, скомандовал душевой ополаскивать нас и со всех сторон полились струи прохладной воды. Я опять завизжала и рассмеялась. Настроение было таким прекрасным, что хотелось смеяться и любить весь мир безостановочно, а тело наполнилось невероятной энергией, мне казалось, что я могу свернуть горы.

— Это ваша вода так действует?

— Да. Душ сделан так, чтоб освежать и заряжать хозяина в любое время суток.

Мне начинало здесь нравиться. Тут вполне можно жить, особенно, если любимый рядом.

— Рас, а где мы сейчас находимся? — спросила я, когда мы завтракали в маленькой гостиной, примыкающей к спальне.

Напиток, который мы пили, очень сильно напоминал кофе, но назывался кабамэро, ну а как по демонски назывались наши блинчики, я даже уточнять не стала. Ела себе с удовольствием, макая в разнообразные добавки.

— Во дворце Повелителя, в лекарском крыле. Я так испугался, когда тебя нашёл, что сразу же перенёсся сюда за помощью.

— А ты где живёшь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мой городской дом недалеко от дворца, скоро увидишь.

— Не терпится прям. Уверена, там кругом цветёт сирень.

Он поперхнулся кабамэро и как-то странно на меня посмотрел.

— Конечно же! Будет цвести, обязательно.

После завтрака мы пошли одеваться, и готовится к аудиенции. Наряд Раса был вполне себе приличный. Он, конечно, отличался от делового костюма землян, в котором те посещали официальные приёмы, но это были кожаные брюки и кожаная жилетка! В этом одеяние мой демон выглядел невероятно брутальным и дико соблазнительным, а вот моя одежда напоминала кожаный пояс и кожаные накладки на соски, украшенные драгоценными камнями.

— Что это, Рас? — я повертела у него перед носом лоскутиками, — это нижнее бельё? А где само платье?

Взгляд его потемнел, он вылетел из комнаты и спустя минут пять, вернулся с моей земной одеждой, в которой я сюда перенеслась, только выстиранной, отремонтированной и выглаженной.

— Прости, милая, в нарядах местных красавиц ты будешь ходить только дома, в спальне. Ульх немного не сообразил.

Ла-а-адно, местную моду придётся переделать. Не хочу я, чтоб перед моим мужем расхаживали дамы в таком виде.

Наконец, полностью собравшись, мы вышли из комнаты. Сколько же всего нового и неизведанного мне предстоит узнать? Признаться, я немного волновалась, ну и было дико любопытно, о чём же нам расскажет Повелитель?

Глава 23

Тамаширрас.

Не знаю, в кого перерождалась моя избранная, но она была самым прекрасным существом во всей вселенной. Такая хрупкая, как статуэтка, совсем не такая, как демоницы, но идеальная для меня. Всё в ней возбуждало и заставляло просто трястись от собственнических инстинктов. Где тот Рас, который заявлял, что ревность — это не про него? Это очень даже про него, как выяснилось. Он был просто самым страшным ревнивцем, который в ужасе вылетел из лекарских покоев, сотрясая традиционной одеждой демониц у Ульха перед носом.

— Ты вообще в своём уме? Это что?

— Но, господин! Я выбрал самые драгоценные наряды!

— Не смей приносить моей Васе такую одежду, в которой её будут все разглядывать! Понимаешь?

Он понял свою ошибку почти сразу и ударил себя по лбу.

— Простите, простите, мой господин, не знаю, что на меня нашло! Видимо, тоже стресс. Я принесу вещи Василины Андреевны.

— И вот ещё, Ульх, метнись-ка, посади у столичного дома сирень, а ещё сгоняй на Землю, успокой её родителей и найди сестру, где бы она ни была сейчас.

— Где ж её взять? — глаза беса стали ещё круглее, чем обычно.

— Сирень или сестру?

— И ту, и другую.

— А я откуда знаю? Наколдуй. Вася хочет сирень у дома, значит, она будет. Васе нужна сестра — отыщи.

— Будет исполнено!

— Молодец! Где Лаки?

— В доме уже, дрыхнет. Переход он преодолел превосходно, изменился немного, но это его не испортило.

— Замечательно. Можешь идти, я пошлю тебе сигнал, когда мы выйдем от Повелителя.

Когда Васенька прикрылась земным платьем, мне стало намного спокойнее. После совместного душа я был на таком взводе, что аж ходить больно было, а теперь хоть немного полегчало. Разговор с Шамиром выдержу.

До кабинета Повелителя мы шли, держась за руки, и я превентивно сметал с пути всех встречных, ибо нечего пялиться на моё сокровище.

Нас ждали. В кабинете Шамира, кроме него, присутствовали Нудный и главный лекарь семьи Повелителя, древний Чистокровный Высший Паррацельс, который, наверное, ещё застал моего пра-прадеда.

— Присаживайтесь, — Шамир указал нам на кресла, стоящие перед его столом и моя крошечка вся сжалась, я поспешил приласкать её руку, успокаивая и вливая силу. — Разговор предстоит долгий.

Первым занудил Нудный, как только Шамирхар дал ему отмашку.

— Закон гласит: «Если Чистокровный Высший, встретив свой сосуд, возлюбил его так, что готов потерять себя, свой дом, свой Мир ради неё — это избранная его! Избранную надлежит оберегать и почитать всем детям моим. Только избранная способна подарить Веливулу надежду, расцвет, процветание, избавление, искупление и новую жизнь! Нарушивших сей закон ждёт страшная кара! Да будет так».

— Спасибо, Прокуррит, свободен, — Шамир указал Нудному на дверь, и мы остались вчетвером.

Дальше слово взял главный лекарь.

— Состояние госпожи стабильное. Ребёнок развивается в пределах нормы. Рекомендации — не покидать Веливул больше, чем на неделю в первом триместре, далее не покидать вообще. Роды строго на Веливуле под моим присмотром, если хотите все выжить.

— А сексом заниматься можно? — задал я животрепещущий вопрос.

— Безудержным?

— Само собой!

— Нужно! Но не забывайте, что стенки влагалища человечки подвержены…

Васю опять затрясло, и я поспешил пересадить её к себе на колени, надёжно укрыв в объятьях. Идиот чёрствый, а не главный лекарь! Я сверкнул на него глазами, а Шамир поспешил выпроводить эскулапа из кабинета от греха подальше.

— Ну а теперь я вам расскажу то, что известно мне. Готовы? — начал он, когда все посторонние покинули помещение.

Мы просто кивнули головами.

— Наверное, у вас возник вопрос, почему об этом законе знает только ограниченный круг доверенных лиц?

Мы опять кивнули.

— Всё очень просто. Есть ещё один закон, где Праотец строго-настрого запрещает и грозит уничтожением тому, кто вмешается в любовь Чистокровного и его избранной. И я его понимаю. Только представьте на мгновенье, что бы было, если б каждый Чистокровный знал об этом законе и видел в своём сосуде избранную? А они бы видели. Ведь стать отцом спасителя — это вечная слава и почёт.

— Ну и что из того, что демоны бы попытались кого-то полюбить?

— Ничего хорошего. Без настоящей любви демоны бы быстро уставали от своих сосудов, но для того, чтобы выставить своего наследника спасителем, продолжали изображать истинную пару перед обществом, вводя всех в заблуждение. Все бы тащили на Веливул гномок, эльфиек, русалок, орчанок и прочих представительниц других рас, не осознавая ответственности. Зная нравы демонов, могу предположить, как бы они обращались с ними, оставшись наедине. А ведь не все Миры обделены магией, среди сосудов встречаются и такие, кто не уступает демонам в силе. Всё это неизбежно привело бы к хаосу и кровопролитью, в момент, когда сосуды объединятся и восстанут.

Поразмыслив, я понял, что хотел донести до нас Шамирхар.

— А если любовь истинная, демон сделает всё для своей избранницы, а ребёнка будет оберегать, вместо того, чтобы пропихивать во все дыры, как спасителя Веливула.

— Совершенно верно. Праотец мудр. Он дал демонам испытания в поисках избранной, чтобы отделять зёрна от плевел. До вас нашлась только одна пара, которая их прошла. Мои родители.

— Ты — спасение Веливула?

— А ты сомневаешься? — Шамир был в своём репертуаре. Язвительный и противный.

— Не сомневаюсь и надеюсь, что это именно ты, а не наш ребёнок, — я начал волноваться за ещё не рождённого демонёнка.

— Успокойся, Рас. Прошу. Я не знаю, что задумал Праотец, но точно знаю, что его надо слушаться. У меня бывают видения. Если мы нарушим его заветы, мы все умрём. Поэтому ещё раз прошу тебя! Ради своей любимой, ради не рождённого ребёнка, ради нас всех, не пытайся бунтовать и оспаривать его волю.

— Что мне оспаривать? Свою любовь? Так я не собираюсь! Но как мы объясним появление в нашем Мире человека, её изменившийся внешний вид и ребёнка?

— Доверь это дело мне. Моего влияния хватит, чтобы подданные поверили в нечеловеческое происхождение Василины.

— А кто я? — вдруг робко спросила Вася и мы оба вспомнили, что самая главная в этой комнате — она.

— Избранная, — Шамир повернулся к ней, и мне не понравился его восхищённый взгляд, — Тебя выбрал Чистокровный Высший, а его привела к тебе магия нашего мира. Магия стрелы и ребёнка тебя приспособила к нему, и привязали крепче оков. Праотец не дал прямых ответов, но я изучил все его заветы и точно могу сказать, что наш Мир тебя принял. Ты теперь часть него. Сейчас в тебе раскрылись магические каналы, благодаря ребёнку, но после родов их будет наполнять твой муж. Именно в этом и есть суть Избранных. Муж никогда не устанет заполнять тебя собой, и ты будешь жить столько, сколько и он.

— Так я человек?

— Конечно.

— А рога с хвостом откуда?

— Это просто местный антураж. Не бери в голову, но твои золотые рожки — это просто верх совершенства.

Я зарычал и прижал Васю к себе крепко-крепко. Разглядел, гад, её красоту!

— Всё, успокойся. Это был просто комплимент. Вы можете идти, — поспешил отпустить нас Повелитель, и я поднялся из кресла вместе с Васей. — Да! Кстати, твой транспортник на парковке. Забирай обратно! Я благодаря тебе хорошо заработал на ставке.

— Спасибо. Я сегодня же поставлю печать принадлежности на свою женщину, поэтому даже не смотри в её сторону.

— Не сомневаюсь, — он ржал, как конь, а я ему от души желал таких же чувств, какие обуревают сейчас меня.

Я сообщил бесу про транспортник и что мы уже выходим, поэтому к тому моменту, как мы покинули дворец, держась за руки, Ульх уже ждал нас в транспортнике на дворцовой парковке. Дома мы были спустя положенные пятнадцать минут.

Сирень цвела и благоухала, окружая весь периметр. Молодец Ульх, справился.

— Ну, как тебе дом, Вась? — спросил я, ставя свою драгоценность на пол, после того, как перенёс через порог на руках.

— Я ещё не поняла. Я просто в шоке, Рас. Дай мне время прийти в себя, столько всего навалилось разом.

— Ты у меня очень сильная, ты справишься. Я очень счастлив, что встретил тебя и во всём буду помогать.

— Рас, я тоже тебя люблю, но у меня столько вопросов, что сейчас голова разорвётся! А как же мои? Что мы им скажем?

— Мы найдём выход, Вась. Обязательно найдём, я уже вижу несколько вариантов и придумаю ещё, но решение будет за тобой. Как захочешь, так и будет, а сейчас пойдём в спальню, нужно срочно выполнить распоряжения лекаря.

Глава 23.2

Как бы я ни хотел отвлечь Васю и заняться безудержным сексом, но голова её работала только на одно — как там её родные будут на Земле без нас? Мне пришлось умерить свой пыл и озвучить те варианты развития событий, которые я видел.

— Наша земная свадьба состоится в назначенный срок, но до этого мы разыщем твою сестру, Ульх уже этим занимается.

— Надеюсь, что всё с ней будет, как ты говоришь, и есть шанс сделать из неё нормальную мать и дочь.

— Не сомневайся.

— А когда мы вернёмся на Землю?

— За пять дней до свадьбы, как раз всё успеем.

— Что будет с моими после того, как мы вернёмся на Веливул? — в её глазах стояли слёзы.

— Они не будут ни в чём нуждаться. Им останется дом и много денег, а ещё Ульх будет за ними приглядывать.

— А я не смогу их навещать? — у неё задрожала нижняя губа, и из глаз полились крупные слёзы.

Моё горло перехватил спазм. Я сам был готов в этот момент расплакаться, если б демоны умели это делать.

— Можешь. Но вот смотри, как всё получается: через пару месяцев тебе нельзя станет покидать Веливул до самых родов, а потом родится малыш, которому нельзя будет покидать Веливул двадцать лет. Сомневаюсь, что ты сможешь оставить здесь ребёнка и надолго отправиться на Землю.

— А на недолго? — всхлипнула она, и я прижал к себе собирающуюся расплакаться Васю.

— Надо подумать, как объяснять твоим родным долгие отлучки и краткие визиты.

Она перестала всхлипывать и задумалась.

— А какие ещё есть варианты? Ты говорил, у тебя их несколько.

— Я могу сделать так, что они тебя забудут, будто бы тебя никогда и не было в их жизни. Сотру все воспоминания из их памяти, команда зачистки уберёт все вещи связанные с тобой.

— Это ужасно, Рас! Я так не хочу.

— Ещё вариант: мы с тобой после свадьбы уезжаем в дальние дали, и ты родным пишешь письма, но не приезжаешь. Вы переписываетесь до конца их дней.

— А интернета в дальних далях нет, что ли? Ещё какие есть варианты?

Про нашу смерть я решил даже не предлагать, чувствовал, что он ей точно не понравится, поэтому предложил самый сложный и невероятный.

— Можно рассказать им правду, только для этого нужно будет получить разрешение у законников и Повелителя.

— Рас, пожалуйста, давай его получим! Я смогу хоть недолго с ними тогда видеться.

— Хорошо, родная моя, я сделаю всё, что в моих силах.

— Спасибо! Люблю тебя!

Она кинулась мне на шею и мы, наконец, занялись тем, о чём я мечтал с самого утра.

Наш с Василиной секс и на Земле становился с каждым разом всё чувственнее и чувственнее, а на Веливуле, где воздух пропитан магией, он вообще показался мне чем-то на грани реальности и астрала, в котором души демонов ищут смысл бытия. Страсть била по оголённым нервам наотмашь, но я сдерживал себя, как только мог, помня о том, что у нас будет ребёнок и выливал на свою женщину всю нежность и ласку, на которую был способен. Я покрывал её тело поцелуями и вылизывал влажные складочки, наслаждаясь её стонами и возрастающим возбуждением. Она подрагивала и хваталась за мои плечи своими золотыми коготками, вознося меня к высшей точке наслаждения. Хотелось войти в неё резко, мощно и сразу на всю длину, но я с усердием мазохиста входил в неё медленно и плавно, короткими толчками, продвигаясь всё глубже и глубже в тесную и горячую глубину. Долго мы не продержались, слишком истосковались друг по другу, и оргазм накатил на нас сметающей всё на своём пути волной одновременно. Он был самым мощным в моей жизни и длился бесконечно долго. Я стонал и рычал, сотрясаясь в сладких конвульсиях, тесно прижимая к себе такую же обезумевшую от нахлынувших эмоций Василину, а он всё продолжался и продолжался. До потемнения в глазах, до потери пульса, до тех пор, пока мы оба не охрипли, пока не выбились из сил окончательно.

Потом мы долго лежали в объятьях друг друга, восстанавливая дыхание и не способные пошевелиться.

— Рас, что это было? Так теперь всегда с нами будет? — Спросила Вася, выводя узоры на моей груди.

— Будет ещё лучше, поверь.

Она хмыкнула. Не верит? А вот я точно знал, что именно так и будет.

— Я есть хочу.

— Балда я, Вась! Вас же теперь двое, а завтракали мы давно. Собирайся и спускайся вниз, я соображу нам обед.

— А Ульян, то есть, Ульх где?

— На Земле, наши дела решает. Переезд, поиски твоей сестры…

Вася пошла в ванную, а я натянул брюки прямо на голое тело, пропахшее моей женщиной, и спустился вниз. Люблю на себе её запах, не хочу пока его смывать.

На кухне меня ждал сюрприз в виде сидящего прямо на столе, умывающегося Лаки. Кот заметно увеличился в размерах и отрастил демонические атрибуты — чёрные рожки, удлинившийся хвост с пушистой чёрной кисточкой, ну и демоническую наглость.

— Ты обнаглел, мелкий? А ну, слезай! — приказал я, а он в ответ зашипел и продемонстрировал удлинившиеся клыки. Пришлось взять его за шкирку и легонько наподдать, опуская на пол. — Нельзя тебе сидеть на столе, понял?

— Понял, понял, — сказал бывший засранец и я осознал, что впереди нас ждут проблемы с говорящим, наглым и слишком умным котом.

— Молчи, мелкий! Не смей пугать Василину! У неё и так стресс.

— А что ты мне сделаешь?

— Отправлю на Землю под ту машину, под которой нашёл. Там как раз скоро зима начнётся.

— Шантажист проклятый!

— Я брал домой маленькое беззащитное животное, а не наглую тварь, качающую права. Теперь я уверен, что ты бы выжил без моей помощи. Такие, как ты, не пропадают.

— Ой, ладно, ладно, я всё понял. Не надо грязи. Я буду мягким и пушистым.

— Слушай, ты слишком умён для котёнка. Где мой Лаки? Признавайся!

— Да я это, я! Просто эволюционировал и от природы вундеркиндом родился.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Смотри у меня, вундеркинд! У меня разговор короткий!

Он понял, потому что, когда Вася спустилась к нам на кухню, он держал язык за зубами и очень достоверно изображал кота, который рад видеть хозяйку, обтираясь об её ноги.

— Это кто? — Василина погладила мерзавца, — у вас тоже есть коты?

— Это, Лаки, Вась. Ульх его перенёс сюда.

— Как здорово! Иди ко мне, малыш! — она подхватила толстозадое чудовище на руки и прижала к себе.

— Отпусти его, он тяжёлый! Тебе нельзя тяжести поднимать!

— Да нет же! Он классный! Мягкий такой, — Она чмокнула его в нос, а злыдень, громко замурчав, показал мне за её спиной известный жест, вытянув вверх средний коготь и злобно сощурив глаза. Точно ждут проблемы.

Хорошо, что на Веливуле, благодаря магии, хотя бы не было проблем с приготовлением еды. Я просто нажал в агрегате три кнопки и на столе появились аппетитные блюда из земной кухни. Потом приобщу жену к местным деликатесам. Сейчас пусть ест то, что привычно.

— Рас, ты говорил Повелителю про метку, надеюсь, ты не калёным железом её ставить будешь? — спросила Вася, доедая борщ с пампушками.

— Конечно, нет! Сейчас доставят ритуальное платье, и мы пойдём в усыпальницу, где я возьму тебя в вечные жёны и свой род.

— Усыпальница — это склеп? Я не хочу в склеп, Рас, пожалуйста!

— Тьфу, Вась! Не бойся, там нет трупов, это просто так называется место, где спят мои предки. Они все живы, уверяю тебя.

— И что там будет?

— Ничего страшного. Ты станешь моей женой и моей половинкой перед лицом Праотца, а значит и всего Веливула, и больше ни один демон не посмеет смотреть на тебя с похотью. Готова?

— Готова.

Вскоре после обеда доставили ритуальное платье, и, пока Василина в него облачалась, я всё-таки принял душ и надел на себя мантию рода, украшенную священными письменами и рунами, чтобы представ перед предками и Праотцом, ввести в род Огненных Расов своё сокровище. Это был самый редкий и важный ритуал в жизни Чистокровных Высших. Обычно он проводился единственный раз, для наследника, ну а вот мне повезло, я проведу его дважды.

Глава 24

Василина.

Моя веливульская свадьба проходила очень нестандартно, из гостей на ней присутствовали пятеро спящих в прозрачных капсулах демонов и огромная статуя их Праотца. На мне было ритуальное платье: свободное, прямое, в пол, из материала, похожего на наш лён и оно бы смотрелось очень просто, если бы не было украшено вышитыми серебристой нитью символами и драгоценными камнями. На Тамаширрасе была мантия, узоры которой полностью повторяли мои.

Я, конечно, очень волновалась, как и полагается невесте, но Рас всё время крепко держал меня за руку и не давал паниковать.

Усыпальница Огненных Расов располагалась в долине Снов. В этом месте каждый род Чистокровных Высших выстроил убежища для своих уставших от жизни предков, там они погружали свои тела в анабиоз, а души отпускали путешествовать вне времени и пространства.

Пока мы летели в долину, Рас мне рассказывал об астрале и о ритуале, а вот полюбоваться красотами Веливула мне опять не довелось — очень волновалась и по сторонам не смотрела.

— Вась, не переживай, всё пройдёт благополучно, а Веливул я тебе покажу завтра, да и вообще, у нас вся жизнь впереди, успеем, — успокаивал он меня, когда я посетовала на это.

Он оказался прав. Сам ритуал прошёл без всяких происшествий и занял минут десять времени: мы вошли в усыпальницу, чем-то напоминающую египетскую пирамиду, поприветствовали спящих предков, а потом встали на колени перед статуей Праотца и Тамаширрас произнёс ритуальную фразу.

— Перед лицом своих предков и твоим, Праотец, беру эту женщину в вечные жёны и свой род. Всё моё — её. Да будет так, — Он разрезал ритуальным клинком свою ладонь и приложил мне ко лбу, а потом капнул несколько капель крови в чашу, стоящую у ног Праотца.

По огромной зале пронёсся ветер, растрепав наши волосы, и моё плечо пронзила короткая вспышка боли, как будто обожгло чем-то.

— Ай! — вскрикнула я и потянулась потереть ужаленное место, но Рас меня в него поцеловал и всё прошло.

— Ну, вот и всё. Теперь я самый счастливый демон во всей Вселенной.

Мы поднялись с колен, попрощались с предками и Рас вынес меня из усыпальницы на руках.

— Я теперь Василина Рас?

— Василина из Огненных Расов, точнее.

Я задрала рукав своего платья, посмотреть на плечо, которое обожгло, но оно было совершенно чистым, без малейших повреждений.

— Ого! Я думала, что будет татуировка.

— Нет, метка не видна, но её почувствует каждый демон. Ты счастлива, скажи мне?

— Очень! Поцелуй меня, нам не сказали: «а теперь вы можете поцеловать невесту», а без этого я не чувствую, что обряд завершился.

И мы долго целовались около транспортника, ставя жирную точку в ритуале.

Наше пребывание на Веливуле продлилось ещё три дня, в которые мы успели посетить много интересных мест. Рас провёл для меня экскурсию по столице и окрестностям, продолжая знакомить с укладом местной жизни.

Город на Веливуле был всего один — столица. Назывался он Колыбель и там располагался дворец Повелителя, административные здания, торговые и развлекательные центры, особняки Высших демонов, а так же высшие учебные заведения. Общественных больниц, школ, храмов на Веливуле не было. Всем этим обеспечивал своих подданных Чистокровный в своих владениях так, как ему подсказывали совесть и кошелёк.

Населяли Веливул демоны, бесы и сущности. Демоны делились на Чистокровных Высших, средних и низших. Высших было мало, и они составляли верхушку веливульской знати, средние, низшие и бесы были их вассалами и жили в поместьях Высших, а сущности нигде не жили, вернее, они где хотели, там и жили, потому что были бестелесными. Иногда им удавалось заключать договор с низшими или средними демонами и тогда они подселялись в их тела и сосуществовали в симбиозе.

— Рас, а вот ты говорил, что Аксинья могла попасть под влияние сущности, это как?

— Понимаешь, между мирами могут путешествовать только Высшие демоны и связанные с ними бесы — прислужники, но среди нас есть пресытившиеся и уставшие от жизни Чистокровные, они иногда развлекаются, перенося в другие миры низших и средних с сущностями, а потом веселятся, наблюдая за их проделками.

— Ужас какой! Мы все для них игрушки?

— Я не такой! Я так никогда не делал! И вообще не спеши никого осуждать, не они такие, жизнь такая. А ещё, если их на этом ловят, то Повелитель нарушителей карает.

— Очень удобная отговорка. Могли бы развлекаться, направив свою энергию на созидание.

— Некоторые так и делают. Многие изобретения на Земле, да и в других Мирах, появились благодаря Высшим демонам.

— Я буду бороться за права землян! Учти!

— Учёл, воинственная моя. И я тебе помогу.

— Спасибо!

— А вот скажи мне ещё, а где твои вассалы?

— У меня их мало, только прислуга. Все вассалы живут в поместье отца. Старшим рода считается он, пока не уйдёт в астрал.

— А где твоя прислуга?

— Наша. Они живут в нашем столичном доме, но ты их не видела, потому что я приказал не показываться тебе на глаза. У них отдельное крыло.

— А почему? — они такие страшные, что ли?

— Слишком много впечатлений, не хотел тебя загружать, но, как только ты будешь готова, я тебе всех представлю.

В общем, эти три дня были насыщенными событиями. Мы и разрешение у Повелителя с законниками быстро получили, потому, что, оказывается фраза: «Моя избранная сильно переживает, а в её положении нервничать нельзя» — творит настоящие чудеса, и с подданными своими я познакомилась, они оказались вовсе не страшными или, может, это я уже стала понемногу привыкать к этому Миру. А ещё выяснилось, что Лаки научился разговаривать.

Произошло это открытие, когда я зашла ночью на кухню, попить водички и застала его сидящим на столе.

— Лаки, а ну брысь, негодник! А то сейчас схлопочешь!

— Ой, как не стыдно угрожать физической расправой маленькому котику.

Заявил он, а я села на стул, открыв рот. Наглец спрыгнул со стола, сел передо мной, мы ещё немного поболтали о том, о сём, и я пошла спать, внезапно осознав, что скучно мне на Веливуле вообще никогда не будет.

Через три дня после ритуала вернулся Ульх и сообщил, что перевёз моих родителей с Кириллом в новый дом, а ещё нашёл мою сестру и Рас оказался прав — её нужно выручать. Мы отправились на Землю в тот же день, предварительно взяв разрешение на перемещение у главного лекаря.

Глава 24.2

С нами на Землю кроме Ульха переместились ещё двое помощников Тамаширраса: средний демон Гааран и бес Блум. Они останутся на Земле управлять «Реальным Раем» и следить за финансовым благополучием моей семьи. Я впервые с превеликим изумлением наблюдала, как при переходе в другой Мир изменяется облик моих спутников. Мои демонические рожки, когти и хвост тоже исчезли, и я стала прежней Василиной.

Отдав последние распоряжения своим подданным, Рас отправил их в развлекательный центр, а мы поехали в наш новый дом, разговаривать с родителями. Рассказать им обо всём сразу мы решили для того, чтобы они смирились с этой мыслью за те пять дней, пока мы рядом и можем помочь.

— Я тут подумала, — сказала я перед воротами усадьбы, — а давайте мы не будем упоминать в разговоре слова «демон» и «бес»?

— Почему? — не понял Рас.

— Понимаешь, у землян эти слова плотно ассоциируются с Адом, и чем-то страшным и греховным. Давай, мы просто скажем, что вы маги из другого Мира?

— Ну, хорошо, тебе виднее, как будет лучше сделать, но я всё равно немного помогу воздействием.

— Чудесно, а раз ты такой сговорчивый, можно я всё-таки поеду с вами за Аксиньей?

— Нет, хитрюга моя, нельзя. Нечего тебе там делать. Жди нас дома и готовь родителей к встрече.

Разговор с родителями прошёл более чем успешно, они не только не расстроились, но и порадовались за меня. Пришлось ткнуть Раса в бок локтём, чтоб умерил пыл воздействия на них. В том, что он приложил усилия к такому их состоянию — я не сомневалась. Никакой нормальный человек на сообщение дочери, что она переезжает жить в другой Мир на ПМЖ, не отреагирует словами:

— Какое счастье! — мама.

— Рад за тебя, дочка! — папа.

С моими друзьями было решено обойтись лёгким флёром. Они будут обо мне помнить, но как о случайной знакомой. Каждое воспоминание станет для них поверхностным и не стоящим заострения внимания. Ну, была у них знакомая по имени Василина Красавина, ну сплыла она, не важно. Жизнь-то продолжается.

Ульх с Расом отправились за Аксиньей в тот же день, а мы с родными никак не могли насытиться общением друг с другом. Мама ходила за мной по пятам и всё пыталась лишний раз обнять, папа подходил просто так и целовал в макушку, и даже Кир, которого, естественно, не посветили в подробности, всё время вился юлой у моих ног.

— Мам, я приеду. Рожу и приеду к вам, обещаю. Пожалуйста, думай, что я в командировке. Длительной.

— Как же ты там, дочь? Кто поможет с ребёнком?

Без Раса флёр ослабевал, и мама становилась мамой.

— Мой муж очень богатый, у нас есть помощники по хозяйству, мам, а ещё Ульян Семёнович, он вообще всё умеет делать. Мы справимся.

— Точно? Может, мы с вами?

— Это было бы самым замечательным выходом, но, к сожалению, это невозможно.

— Жаль, доченька. Но всегда помни, что мы тебя любим и ждём.

Знаете, при том, что я очень люблю свою семью и буду скучать, я ни разу не задумалась о том, чтобы остаться на Земле. Как когда-то сказал Рас: «Мой дом, там, где ты». Вот и мой дом был только рядом с ним.

Они вернулись на следующий день. Тамаширрас, Ульх и Аксинья, которую мы не видели долгие три года.

Моя старшая сестра изменилась. Она выглядела как роскошная, холёная женщина, но это был лишь наносной внешний лоск. Приглядевшись, не трудно было догадаться, какой потерянной она себя чувствовала внутренне. Глаза её слезились и бегали, руки тряслись, а губы кривились — то ли в попытке что-то сказать, то ли сдержать рыдания.

— Доченька! — не выдержала первой мама и кинулась обнимать Аксинью, а та, как будто ей дали мысленную команду «вольно», разрыдалась в голос.

— Мамочка, папочка, сестра. Простите меня, — всхлипывала она, не переставая.

И тут её взгляд наткнулся на сжавшегося в углу Кира, и она упала на колени.

— Сынок. Сыночек мой родной.

Рас сделал пас рукой и в атмосфере гостиной заметно спал градус напряжения. Все кинулись обниматься, и только я рыдала у него на груди.

Позже муж мне рассказал, что все три года Аксинья прожила в гареме суккуба, на крохотном тропическом острове, затерявшемся в Тихом океане, но в подробности вдаваться не стал. Я понимала, что никогда в жизни не узнаю, что произошло в том месте, где Рас и Ульх нашли мою сестру. По-хорошему, я и не хотела этого знать. Я просто верила, что мой муж не оставил никого без наказания, а желать крови врагов — это не я, это беременность, это демонёнок внутри меня её требовал. Я вообще в последние дни страдала перепадами настроения.

Дни до свадьбы были наполнены радостью от общения с близкими, долгими разговорами и обсуждением планов на будущее. Мы все не могли нарадоваться переменам в характере сестры, тому, какой внимательной дочерью и заботливой матерью она стала. Надеюсь, это всё не только благодаря внушению Раса, но и сама она осознала и достала из глубин сознания все эти положительные качества.

Пять дней на Земле пролетели незаметно, и вот уже наступило утро моей свадьбы.

Тамаширрас ночевал все дни отдельно, на этом категорично настоял мой папа. А мы не стали спорить, у нас впереди вечность.

Разбудили меня Таня с Мишелем, ворвавшиеся в мою спальню, как ураган, готовый творить из заспанной и опухшей меня самую красивую невесту в истории человечества.

— А Аполлон где? — спросила я, продрав глаза.

— А что ему тут делать? Он на улице стулья носит, — Танюша раскрыла волшебный чемоданчик с косметикой, — начнём с маски и массажа лица, а то что-то ты не очень выглядишь.

— Добрые вы, друзья мои! Дайте хоть проснуться.

— Просыпайся, давай. Работы — вагон. Глаза, как две залупы. Плакала, что ли вчера? — Миха, как всегда был откровенен и критичен. Пришлось вставать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Нет, не плакала. Чего мне плакать? Я просто беременная.

— Ух ты! Поздравляю от души! — Танюшка поцеловала меня в щёку и обняла, — я тоже надеюсь сразу после свадьбы забеременеть.

От кого именно, я уточнять не стала, только спросила тихонечко у неё на ухо.

— Как у тебя дела, Тань? Я волнуюсь, ты-то сама счастлива?

— Ох, Вась, не спрашивай почему, но я очень счастлива. Миху я всегда любила, он мой друг и моё сердце, а Коля, Коля наш цемент. Он нас всех скрепил в один монолит. Я очень ему благодарна.

Ага, конечно, Коля их скрепил. Знаю я тот цемент. Но, конечно же, спорить я не стала, лишь бы у них всё и дальше хорошо было.

Вскоре к стилистам присоединилась Камилла, которая привезла моё изумительное платье, и они самозабвенно превращали меня в самую прекрасную невесту столетья, часа три.

И ведь у них получилось! Думала я, разглядывая себя в зеркало, но, чёрт побери, как же жаль, что никто из них уже завтра этого не вспомнит.

Свадьба была волшебной, именно такой, как мечтали мои родственники и друзья, а мне было немного грустно и только восхищённый взгляд мужа и его постоянная поддержка не давали мне расплакаться.

Гости моей грусти не замечали и веселились до упаду: Милка напилась и уснула в салате, Коля с Мишкой чуть не подрались, не поделив очередь на танец с Таней, ну а мы с Расом обняли на прощание моих родных, помахали руками друзьям и отправились в свадебное путешествие. Навсегда. Моя земная жизнь на этом закончилась, а вот новая, вечная — только начинается.

Эпилог

Василина.

Жили мы с мужем в столичном особняке, но родовые владения Огненных Расов мне повидать довелось, когда мы отправились знакомиться со свёкром и его очередной парой. Мне понравились их земли: и природа, и замок, и вассалы. Когда-нибудь, мне придётся стать здесь хозяйкой, но, надеюсь, это случится не скоро, потому что, вопреки опасениям Раса, мы с его отцом нашли общий язык и расставались полностью довольные друг другом. Он обещал навестить нас после родов и принять участие в ритуале принятия демонёнка в род.


Практически всё время после свадьбы наша семья проводила в своём маленьком мирке, где были я, Рас, Ульх и Лаки. В развлекательных мероприятиях веливульской знати, участия мы не принимали, нам и без этого было весело.

Ведь беременность — это, оказывается, весело! На последних неделях срока, в меня будто бес вселился! Хотя какой бес? В меня вселился демон. Высший и Чистокровный.

— Рас, Рас, началось, скорее! — любила я проорать, когда мне было скучно.

Ну а что? На этих словах он так смешно паниковал, что я смеялась, поддерживая живот руками минут пять-семь, без перерыва.

Думаете, он злился? Нет — у меня идеальный муж! Ему всё нравилось, я точно знаю!


Тамаширрас.

Это был. Ад? Дно? Пытки за все грехи? В последние недели перед сном, я зачёркивал красным крестом день, который прошёл и тем приближал меня к родам того чудовища, которое мы с Васей сотворили.

— Ай, Ай, Рас, началось! — раздалось из спальни в сто пятый раз за последнюю неделю.

Ей нравилось думать, что меня это пугает, и я пугался, первые раза три, а потом продолжал изображать панику, лишь бы она радовалась. Паррацельс утверждал, что это пройдёт вместе с родами, но демонёнок у нас родится с характером. Да это-то и так понятно. Огненный детёныш даже пола своего не показывал никому, обжигая любого, кто пытался посягнуть не его личное пространство в мамином животе.

Я забежал в спальню и сделал вид, что испугался, а потом застыл в ступоре. В этот раз она не шутила. У моей жены дрожали губы, по щекам катились слёзы, а на полу разлилась лужа.

— Воды отошли, — она всхлипнула, — прости меня, прости, пожалуйста, я только сейчас поняла, какая я дура. Шутила с такими вещами.

— Конечно дурочка, потому что просишь прощения. За что мне тебя прощать? — я подхватил её на руки и открыл портал во дворец, — я люблю тебя до безумия. Всё будет хорошо, главное, не переживай.

Василину Паррацельс у меня забрал и отлеветировал в родовые покои, а я остался ждать под дверью. Меня не пускали к ней, пока из-за дверей не раздался писк новорождённого, а вот тогда меня уже не мог удержать никто. Я влетел в покои, когда малыша уже помыли и приложили к материнской груди. Трогательнее картины я в жизни не видел.

С замиранием сердца и затаив дыхание, я подходил к кровати, чтоб познакомиться со своим ребёнком. Василина протянула мне руку, и я одним махом преодолел оставшееся расстояние, чтоб сжать её и осторожно присел на краешек постели. Ну, здравствуй, ещё одно сокровище.

Это была девочка. Дочка моя. Неописуемой красоты кроха, при виде которой у меня появился ком в горле, и защипало в носу. Она была вылитая мама: те же золотые рожки, коготки, хвостик, но и от меня она взяла многое. Я это понял, когда она оторвалась от груди и посмотрела на меня умными, прозрачно-серыми, моими глазами. Какая же она у нас красавица!

— Её имя будет Кара. Карашерриса из рода Огненных Расов, — нарёк я свою дочь охрипшим голосом.

Я понял это с первого взгляда.

— Она самая красивая на свете, Рас, посмотри. Я полностью с тобой согласна, из неё вырастет настоящая кара всему роду мужскому. Да будет так.

А потом я обнял моих девочек и почувствовал, что постиг смысл жизни прямо тут, на Веливуле, не уходя в астрал.

Конец.





Оглавление

  • Чистокровный демон желает познакомиться Сью