КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 591879 томов
Объем библиотеки - 897 Гб.
Всего авторов - 235562
Пользователей - 108208

Впечатления

Serg55 про Минин: Камень. Книга Девятая (Городское фэнтези)

понравилось, ГГ растет... Автору респект...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Бушков: Нежный взгляд волчицы. Мир без теней. (Героическая фантастика)

непонятно, одна и та же книга, а идет под разными номерами?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Велтистов: Рэсси - неуловимый друг (Социальная фантастика)

Ох и нравилась мне серия про Электроника, когда детенышем мелким был. Несколько раз перечитывал.

Рейтинг: +5 ( 5 за, 0 против).
vovih1 про Бутырская: Сага о Кае Эрлингссоне. Трилогия (Самиздат, сетевая литература)

Будем ждать пока напишут 4 том, а может и более

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Кори: Падение Левиафана (Боевая фантастика)

Galina_cool, зачем заливать эти огрызки, на литрес есть полная версия. залейте ее

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Шарапов: На той стороне (Приключения)

Сюжет в принципе мог быть интересным, но не раскрывается. ГГ движется по течению, ведёт себя очень глупо, особенно в бою. Автор во время остроты ситуации и когда мгновение решает всё, начинает описывать как ГГ требует оплаты, а потом автор только и пишет, там не успеваю, тут не успеваю. В общем глупость ГГ и хаос ситуаций. Например ГГ выгнали силой из города и долго преследовали, чуть не убив и после этого он на полном серьёзе собирается

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Берг: Танкистка (Попаданцы)

похоже на Поселягина произведение, почитаем продолжение про 14 год, когда автор напишет. А так, фантази оно и есть фантази...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Интересно почитать: Как использовать VPN для TikTok?

Волшебство без прикрас [Harold Fox] (fb2) читать онлайн

- Волшебство без прикрас [СИ] 1.09 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Harold R. Fox

Настройки текста:



Harold R. Fox Волшебство без прикрас

Пролог

1
Грейв разительно отличался от множества других миров тем, что его жители совсем не пользовались магией. Они обуздали иную силу, которую называли электричество. Странная штука, от которой у них зависело буквально все, как от волшебства в родном мире Джерка. Что только он не делал, пытаясь понять природу электричества – все без толку.

Джерк сидел за столиком в небольшом уютном кафе неподалеку от главной площади Агравы – столицы этого мира, и, попивая чай с лимоном, читал свежую газету.

Прекрасный черный чай с насыщенным вкусом перевешивал все минусы этого мира. Фабрики, чадящие своими длинными трубами. Постоянный шум и городская суета. Множество тарахтящих паровых машин, которые носились по мостовым наперегонки. Все уходило на второй план и казалось несущественным. Был только чай. Джерку приходилось бывать и в других мирах, но нигде ему не доводилось пить такого ароматного и насыщенного вкусом чая.

Он взглянул на часы. Танкред опаздывал.

«Странно, – подумал Джерк, – он всегда раздражающе пунктуален. Не случилось ли чего?»

Прошел час, а Танкреда все еще не было.

Допив чай, а это была четвертая чашка, Джерк расплатился с официантом и, свернув газету, направился на конспиративную квартиру, которая служила запасным местом для встречи в случае непредвиденных ситуаций или опасности.

Пройдя несколько кварталов, он понял: за ним хвост – двое молодых парней. Оба среднего роста в котелках и невзрачных пиджаках, чтобы слиться с толпой.

«Теперь, понятно, почему он не пришел, – отметил про себя Джерк, – значит, на квартиру нельзя. Тогда, действуем, согласно параграфу два, но для начала, нужно отделаться от хвоста».

Он, как раз, шел неподалеку от перекрестка, где была остановка общественного транспорта следовавшего в не самый безопасный район города.

«Там-то я от них и отделаюсь», – решил Джерк.

* * *
Стояла поздняя ночь. Шел дождь. Лило будто из ведра. Тяжело дыша, не обращая внимания на лужи и промокшую насквозь одежду, Джерк бежал по темным узким улочкам Оденбурга. До станции оставалось еще три-четыре квартала.

Его по пятам преследовали трое, то и дело, бросая в него огненные шары.

Несколько раз он отвечал «ледяной стрелой», но это его только замедляло – колдовать на ходу было очень неудобно.

За прошедшие несколько дней, преследующая его троица была далеко не первой командой охотников. «Судя по такому ажиотажу, за мою голову объявили солидное вознаграждение», – отметил про себя Джерк.

Танкред по-прежнему не выходил на связь. Возможно, его и в живых-то уже не было.

«Гад, если ты еще жив, – думал на ходу Джерк, – сам прикончу, когда доберусь!»

Свернув на очередном перекрестке за угол, он заметил неприметный проулок, в котором не было ни одного фонаря. Не раздумывая, Джерк бросился туда и затаился в темноте.

Когда преследователи показались на перекрестке, он, инстинктивно задержал дыхание, чтобы те его не услышали.

– Куда он делся? – произнес один из них.

– Нужно разделиться, – прохрипел второй.

– Поодиночке нам с ним не справиться.

– Зато на след выйдем.

– Ну, уж нет, я на такое не давал своего согласия. Уговор был поймать, или убить, а, ни как, не погибнуть глупой смертью.

– Трусишка, – насмешливо прохрипел второй.

– Зато живой, – невозмутимо ответил первый. – Харди, ты-то что скажешь? – обратился он к третьему, который все это время молчал.

– Туда, – словно змея прошипел он, указывая на проулок, в котором затаился волшебник.

«Ищейка», – обреченно констатировал Джерк. Пока троица приближалась, он, наспех, создал магическую ловушку и бегом направился вглубь проулка.

Шагов через пятнадцать за спиной раздался душераздирающий крик, а темный проулок озарился ядовито-красной вспышкой – троица угодила в ловушку. Но, Джерка тоже ждал неприятный сюрприз: кирпичная стена на его пути.

– Тупик, – процедил он сквозь зубы.

Воздух рассекли два огненных шара. Джерк инстинктивно создал контрзаклятие: «воздушный щит». Раздался хлопок. Заклятие защитило беглеца от пламени, но его все же отбросило ударной волной. Он больно ударился о стену и, словно мешок с картошкой, упал на мостовую.

– Лучше не дергайся, если жизнь дорога, – приближаясь, прохрипел уже знакомый голос.

– Руки, – прошипела ищейка.

– Да, и руки держи на виду.

Их было только двое.

«Видимо, третий остался в ловушке – уже хорошо», – констатировал Джерк.

Сдаваться живым он не собирался. Поэтому подпустил их еще на пару шагов и нанес удар заклятием «ледяная стрела». Хрипой отразил её «воздушным щитом», а ищейка, оскалив несколько рядов острых, как бритва зубов, отскочила в сторону, пробежала по стене и набросилась на Джерка, сбив с ног. Мощные челюсти сомкнулись на его горле. Он изо всех сил пытался скинуть с себя хищную тварь, но все было тщетно. В глазах начало темнеть.

– Смотри, не прикончи его! – прохрипел второй.

Вдруг в ищейку врезался огненный шар, сбросив ее с Джерка. Она жалобно заскулила, а в нос врезался противный запах паленой шерсти. Вспышка и Джерк оказался в каком-то помещении, на мягком матрасе.

– Держись дружище! Сейчас я тебя подлатаю! Не смей у меня умирать, – над ним склонился рыжебородый мужчина, с рваным шрамом на левой щеке, это был Танкред. Он принялся колдовать, но Джерку становилось все хуже.

– Твою мать, – бородач выругался, – ядовитая слюна ищейки нейтрализует магию! Держись! Я, сейчас что-нибудь придумаю.

Он хотел встать, но Джерк схватил его за руку и, булькая кровью, прохрипел:

– Вол… грэн…

– Что? – не понял бородач.

– Шпион… во Врамисе…

– Шпион? Это его имя?

– Да… – выдохнул Джерк и, через мгновение, умер.

2
Потомственный дворянин и шеф разведывательной службы Вройса – сэр Артур Роквелл, сидел за столом в своем кабинете, который находился на последнем этаже восточной башни цитадели Эйвильстинна – огромного непреступного замка, в котором хранились все самые важные тайны королевства Вройс.

Сэру Роквеллу было немногим за пятьдесят. Высокий и статный, с аристократическими чертами лица. У него были редеющие темные, слегка подернутые сединой, волосы, густые бакенбарды и гладко выбритый подбородок.

Потягивая трубку, он читал донесения агентов, содержимое которых совершенно не радовало. Что не письмо, то непременно намек на то, что триганы что-то затевали. Будь то ограбление банка, кража оружейного плутония, убийство посла в отсталом мирке или мировой финансовый кризис, все следы вели к триганам.

«Надвигается что-то грандиозное, – понял Роквелл, дочитав последнее сообщение, – нечто такое, чего еще никогда не было и оно затронет все миры Альянса».

Он встал из-за стола, выпустил сизую струю дыма и подошел к окну.

Стояла поздняя ночь, небо заволокло тучами и в кромешной тьме виднелись лишь силуэт крепостных стен замка да свет в окнах башен, что стояли напротив.

Раздался стук в дверь.

– Войдите! – воскликнул Роквелл.

Входная дверь со скрипом открылась. В кабинет вошел широкоплечий мужчина среднего роста с густой рыжей бородой и рваным шрамом на левой щеке.

– Доброй ночи, сэр, – произнес он слегка хриплым голосом.

– Здравствуй Танкред, – кивнул Роквелл, после чего указал на стул и добавил:

– Рассказывай.

– Все как вы и полагали, – присаживаясь за стол, начал рыжебородый, – триганы что-то затевают. Активность их агентов усилилась во всех мирах, они вербуют сторонников и беспощадно убивают противников. В одном из доносов говорилось о том, что они усиливают свои гарнизоны в каждом мало-мальски важном мире. Готовятся к чему-то.

– Готовятся… – задумчиво повторил Роквелл. – И если их не остановить, начнется война, которая унесет бесчисленное множество жизней…

– Сэр, есть еще кое-что.

– Говори.

– Есть сведения, что в стенах Врамиса действует агент триганов. Его кличка В’Олгрэн.

– Вот как… – задумчиво произнес Роквелл. – Удалось выяснить, что им нужно в академии?

Танкред покрутил головой.

– Жаль…

– Но есть еще кое-что, – продолжал бородач.

– Слушаю.

– Доратея Эйвери.

– Дочка Освальда?

– Именно, – кивнул Танкред. – Один из пленных лазутчиков произнес перед смертью ее имя.

– Она как раз поступила во Врамис. Какова ее роль во всем этом? Она и есть, этот В’Олгрэн или просто пешка, связной?

– Или триганы пустили утку, чтобы отвлечь нас.

– Так или иначе, приятного мало, – Роквелл сложил руки на груди и задумался. Через некоторое время, он добавил: – За стены академии нам не попасть и девчонка сможет делать, что вздумается без нашего ведома, очень удобно.

– Может, поговорить с Верасом? Объяснить, что стоит на кону?

– Боюсь, из этого ничего не выйдет. Виктор идеалист и даже под угрозой смерти не поступится своими принципами. Нам нужно найти другой способ установить слежку за Доратеей.

3
За окном стояла поздняя ночь. В безоблачном небе светила полная луна, заливая все вокруг серебром. Пели цикады.

Несмотря на то, что была середина лета, по ночам все еще приходилось топить камин или заворачиваться в шерстяной плед. Эта ночь выдалась на удивление холоднее обычного. Укутавшись в плед, Виктор Верас задернул шторы на окне, чтобы хоть как-то остановить ночную прохладу, подкинул пару поленьев в камин, после чего, сел обратно в кресло.

Виктору было семьдесят два года от роду. Последние семь, он занимал пост директора Вройской Академии Магических Искусств, больше известной как ВрАМИс.

У него были длинные седые волосы, которые он частенько заплетал в косу, и густая седая борода, её Виктор так же любил заплетать.

Телом директор был худощав, высок и статен.

Он сидел напротив камина и, глядя на языки пламени, размышлял о странном событии, которое произошло несколько дней назад в стенах академии. Неизвестный злоумышленник выкрал из кладовки госпожи ЛеДикль – преподавателя алхимии, травологии и зельеварения, три флакончика с зельями. Два из них были пустяшными и не несли большой угрозы, а, вот, третий мог наделать бед, попади не в те руки.

За сорок лет, на службе его Величеству – Верас возглавлял одну из служб внешней разведки, он приобрел чутье на скверные события. Сейчас, это чутье буквально кричало о том, что грядет не просто что-то плохое, а нечто по-настоящему ужасное.

Виктор достал из внутреннего кармана жилетки часы и, откинув крышку, посмотрел время. Без одной минуты три.

Раздался стук в дверь.

«Как всегда», – усмехнулся про себя директор, убрал часы в карман и молвил:

– Войдите!

Входная дверь со скрипом открылась, на пороге появился профессор Одеон Флейм, аккуратный, приземистый мужчина, сорока трех лет в шляпе котелке, черном плаще и тростью в руках. У него были небольшие темные усы, цепкий взгляд, волевой подбородок и острый нос.

– Доброй ночи, профессор, – кивнув, поздоровался он.

– А, Одеон, проходи, – ответил Виктор, указав ему на кресло, рядом с собой.

Флейм повесил плащ и котелок на вешалку, что стояла у входа, после чего, сел в предложенное директором кресло.

– Спасибо, что так скоро отозвался. Вина? – предложил Виктор.

– Чаю, если можно, мелиссового.

– Да-да, старый, добрый Флейм, – усмехнулся директор. Он щелкнул пальцами, перед ними возник столик, на котором стояли: бутылка с белым полусладким вином и фужер для директора; и чайник, от которого тянулась тоненькая струйка пара, и чашка, для гостя. – По-прежнему, только здоровое питание и ни какого алкоголя? – спросил Виктор, наливая Флейму чай.

– Исключительно здоровая пища.

– А, я пью, – вздохнул директор. Наполнив чашку чаем, он отставил чайник в сторону, взял бутылку и наполняя фужер, добавил:

– Работа, знаешь ли, с каждым годом все сложнее и сложнее. То министерство образования, то вройский магистрат, то сам король, вечно добавляют хлопот.

Теперь, знаешь ли, всякого рода подозрительные личности зачастили в Академию. Что ни день, ловим какого-нибудь лиходея. Сдается мне, не обошлось здесь без Роквелла.

– Вы про того самого Роквелла, вашего преемника на государевой службе? – уточнил Флейм.

– Да, да, про него.

– Но, какое дело службе внешней разведки до Врамиса?

– О, разведотдел нынче стал совершенно беспринципным, – вздохнул Верас, – вербуют не только студентов, даже холопчиков.

Флейм, презрительно, фыркнул.

– Я, даже, попросил короля подписать указ, запрещающий Роквеллу и его своре совать нос за стены академии, – добавил директор.

– А вы не пробовали поговорить с ним? – Флейм сделал несколько глотков чая, после чего продолжил:

– Быть может, он, по старой памяти, прояснит свои намерения?

– Что ты? – отмахнулся Верас. – Чтобы Роквелл и помог? Напрасная трата времени.

– А, вдруг…

– Нет. Забудь об этом. Мы и сами не лыком шиты. Есть у меня пара ушей прямо у него под носом, так что знаю я, кого он планирует завербовать.

– Знаете? – удивился Флейм.

– Да, студентка-первокурсница Доратея Эйвери.

– Что Роквеллу могло понадобиться от первокурсницы?

– О, – усмехнулся директор, – Доратея весьма привлекательна и не обделена умом, этакая роковая красотка. Будь я на его месте, то непременно захотел бы получить такого агента.

– Гм… – смутился Флейм. – Кажется, я начинаю понимать, зачем вы меня вызвали.

– Вот, о чем я хочу тебя попросить…

Глава 1

Поздним августовским вечером, я – Женя Скворцов, а для друзей просто Жека, продавец-консультант двадцати трех лет от роду, после изнурительного рабочего дня, возвращался домой.

Городок наш был небольшой, хоть и районный центр. Так что буквально за час можно с легкостью дойти от одной его окраины до другой.

Район, в котором я жил, назывался «Спиртзавод». Думаю, нетрудно догадаться почему. Правда завод не пережил лихие девяностые, и уже тогда пришел в запустение. Зато мне и моим друзьям было где искать приключения на свои задницы в детстве.

В целом район у нас спокойный, но, порой, забредали любители покуролесить из других локаций города. Тогда, могло произойти все, что угодно…

Я прошел по «Горбатому» мосту, свернул за гаражи, прошел по алее, на которой никогда не горят фонари, и оказался в «блатных дворах» – несколько девятиэтажек, в которых жили городские шишки, врачи, полицейские и прочие представители местного привилегированного сословия.

До моего двора оставалось всего пара кварталов, когда я обратил внимание на шоблу гопников. Они, словно стая стервятников кружили над странно одетым парнем.

«Словно персонаж из какого-то исторического фильма», – пронеслось у меня в голове. Камзол, манишка, короткие штаны, белые, но уже в грязных пятнах чулки и нелепые туфли с огромными пряжками. Бедолага беспомощно сидел на тротуаре и держался за окровавленную голову.

«Вот же недотепа! Выперся на улицу в таком идиотском виде!» – подумал я.

Не знаю, почему, но мне решительно захотелось остановиться и помочь ему. Уж точно не из жалости или человеческого сострадания – суровая российская действительность давным-давно выбила из меня все эти глупости, превратив в бесчувственного негодяя и скрягу, который всеми правдами и неправдами пытался прожить от зарплаты до зарплаты. Думаю, все дело в блеске пряжек на его чудны́х туфлях. На мгновение мне показалось, что в свете ночных фонарей я уловил блики самого благородного и ценного металла в мире.

– Чего таращишься, абалдуй?! Шагай дальше! – сказал один из гопников – коренастый парень лет двадцати пяти с бритой головой и в потертой косухе на голое тело, когда увидел, что я наблюдаю за происходящим.

«Судя по говору, это вообще залетные, – отметил я про себя. – Теперь, или проваливать, пока еще не поздно, или попытаться отбить недотепу», – пронеслась у меня в голове несуразная и глупая мысль.

– Это ты кому сказал?! – как можно суровее произнес я, направляясь в сторону гопников. Те переглянулись, видимо соображая, что со мной делать.

Через несколько шагов, чтобы показать свою решительность, я показал пальцем на коренастого и рявкнул:

– Сюда иди!

«Надо же, я и не знал, что могу так орать», – пронеслось в моей голове.

– Митяй, выпиши-ка ему, – прохрипел тощий сутулый гопник.

Мне на встречу шагнул здоровяк под два метра ростом, с огромными кулаками, массивной бритой головой и тоже в косухе на голое тело, из-под которой торчало белое волосатое пузо.

«Куда я лезу?» – пронзила мой мозг отчаянная мысль.

Приблизившись на расстояние удара, Митяй размахнулся и выбросил вперед правую руку, целясь мне в голову. Здоровяк двигался на удивление медленно. Я шагнул в сторону, уходя от его кулака и, недолго думая, пнул в промежность.

Митяй скукожился, взялся за ушибленное место и заскулил.

«Вот это у меня реакция», – подумал я и перешел в наступление.

Моя правая рука буквально сама собралась в кулак, после чего последовал удар в челюсть здоровяка. Тот крякнул и распластался на тротуаре.

Не веря своим глазам, гопники вновь переглянулись.

Я, между прочим, не менее удивленный, вновь указал на коренастого и со словами: «Сюда иди!» направился к нему.

– Чего стоите?! – прохрипел сутулый. – Мочите его!

Коренастый и еще один – он был немного повыше, атлетически слажен и на нем единственном из банды была не косуха, а цветастая футболка, бросились на меня.

«Они же меня уроют. Я всю жизнь буду на лекарства работать и то, если выживу», – не смотря на эти мысли, ноги продолжали нести меня вперед.

Коренастый был первым. Когда он подбежал, я выбросил вперед правую ногу, угодив ему прямо в лицо. Раздался хруст сломанного носа, после чего парень взвыл от боли и рухнул на тротуар.

«Вот это да! Что со мной такое? Я же никогда не умел так ловко махать ногами!» – испуганно пронеслось у меня в голове.

Тем временем ко мне подскочил второй гопник – крепыш в цветастой футболке. Он попытался ударить меня в лицо, но, как и в случае с Митяем, я ловко ушел в сторону, после чего ответил. Этот оказался более ловким и блокировал мой удар. В тот же миг, я произвел еще серию выпадов, но вновь тщетно.

«Твою мать! Что со мной? Я с роду не умел так драться!» – уже испуганно подумал я. Но зацикливаться на этом не было времени. Крепыш выбросил правую руку вперед, целясь мне в голову. Проявляя чудеса ловкости, мне вновь удалось уклониться от удара. Я резко ушел вниз и сделал гопнику подсечку. В мгновение ока он оказался на тротуаре, после чего мне всего лишь оставалось его вырубить, пнув по голове.

– Ну, сиплый, комон! – рявкнул я, приглашая остававшегося на ногах гопника к бою. Но тот, видя незавидную судьбу своих подельников, робко попятился.

– Ты еще у меня попляшешь! – прохрипел он и дал деру, оставив своих подельников стонать на тротуаре.

– Быстрее, а то ща догоню! – крикнул я ему в след, чтобы засранец не расслаблялся.

* * *
У недотепы оказалась разбита голова, ничего серьезного, но я все равно пригласил его к себе, чтобы обработать и перевязать рану. Да и вообще, как позже выяснилось, ему совершенно некуда было идти. Имя у него оказалось странное, но чертовски подходящее: Шеб.

– Что это за имя такое? – спросил я, обрабатывая перекисью рану на его голове.

– Это уменьшительное от Шебберил.

– А, ну тогда понятно, – мне пришлось соврать, совсем не хотелось показаться глупым неучем, который таращит глаза услышав необычное имя.

Забинтовав голову Шеба, я разогрел нам вчерашние макароны, покрошил в них остатки вареной колбасы и разбил четыре яйца. Поужинав, мы выпили чаю без сахара, он у меня кончился на прошлой неделе, и отправились набоковую.

Глава 2

Работал я обычным продавцом-консультантом в магазине бытовой техники и электроники, в отделе пылесосов и холодильников. Работа непыльная, в тепле, но и денег платили не так уж много. Чтобы сводить концы с концами, приходилось вкалывать по двенадцать – четырнадцать часов в сутки.

Рабочий день начался как обычно: утренняя летучка, на которой директор орал на нас за то, что мы плохо «втираем» всякий шлак вроде дополнительной гарантии или страховки от кражи; за то, что мы мало улыбаемся покупателям; за то, что мы слишком долго обедаем. К слову сказать, у нас уже дошло до того, что мы ходим на обеденный перерыв на пятнадцать минут, а некоторые, особо впечатлительные продавцы пописать лишний раз боялись, чтобы, не приведи господь, не навлечь на себя директорского гнева.

В общем, после унизительной и полной оскорблений летучки, все продавцы разошлись по своим отделам. У нас было полчаса до открытия магазина, чтобы совершить утренний ритуал: проверить наличие товара на витринах и протереть на них пыль.

* * *
До моего обеденного перерыва оставалось немногим больше десяти минут. Я уже предвкушал, как откинусь на спинку стула, вытяну ноющие от усталости ноги и буду пить горячий кофе со сливками и есть рассыпчатые рогалики. Но не тут-то было.

– Молодой человек, помогите мне, пожалуйста, – окликнул меня дребезжащий от старости женский голос.

Обернувшись, я увидел сутулую тощую старуху с клюкой. У нее был большой горбатый нос с волосатой бородавкой, хитрые бегающие глазки, острый подбородок и три золотых зуба.

– Здравствуйте, меня зовут Евгений. Какие у вас возникли вопросы?

– Мне нужен холодильник.

– У вас есть какие-нибудь предпочтения? Фирма? Высота? Цвет? Функционал?

– Подешевле бы мне.

– Хорошо, идите за мной, – я повел бабку к дешевым холодильникам. Нужно было как можно быстрее от нее отделаться и бегом на обед. Но старуха не торопилась. Опираясь на свою палку, она двигалась так медленно, что меня посетила идея: сбегать на обед, а когда я вернусь, бабка, как раз придет. Нет, так нельзя! Директор, если узнает, накажет рублем. А, он узнает…

– Какой-то аляпистый, – недовольно продребезжала она, осматривая холодильник, который я хотел ей «втереть» – висяк и, несмотря на низкую цену, маржа с него капала, как с трех топовых моделей.

– Что, что, простите? – не понял я.

– Не нравится мне этот. Другой давай…

«Ну, ладно, другой, так другой», – пронеслось у меня в голове.

– Есть замечательная модель, немного подороже этой, но, зато, хит продаж. Самый лучший вариант в своей ценовой категории, – с этими словами, я повел старуху к другому висяку.

– А, есть такой же только бежевенький? Мне под цвет кухни, – блеснув золотыми зубами, продребезжала бабка.

– Бежевенький? – сухо переспросил я, глядя на часы. Прошли уже три минуты моего обеденного перерыва, а эта старая калоша и не собиралась от меня отвязываться.

– Да, бежевенький, – повторила она.

«Хорошо, будет тебе бежевенький», – с этой мыслью, я повел ее в ряд, где стояли дорогие холодильники, чтобы бабка посмотрела на цены и поняла, что нужно брать один из тех, что я показывал первыми.

Но старуха была полна сюрпризов. Она мало того, что не испугалась цен, она положила глаз на одну из премиум-моделей, с которой мне на карман капал целый процент, и попросила рассказать о ней подробнее.

«Да, ты ж моя прелесть, – пронеслось у меня в голове, – не зря обед пропал».

Воодушевленный возможностью срубить такую маржу, я принялся во всех красках рассказывать старухе, насколько прекрасен этот холодильник.

Минут пятнадцать я распинался перед ней, «включив» на максимум свое красноречие и убедительность, после чего, старуха выдала своим дребезжащим голосом:

– Знаете, молодой человек, наверное, это дороговато для меня. Давайте посмотрим еще…

Больше трех часов эта старая сволочь издевалась надо мной! Неподалеку от границы моей «вотчины» собрались пацаны и девчонки из других отделов и угорали от ситуации, в которую я угодил.

Мы с бабкой подошли к каждому холодильнику. Про каждый я в красках рассказал, бери не хочу…

В итоге, эта старая калоша заявила:

– Знаете, молодой человек, я, пожалуй, еще подумаю.

И резво свалила из магазина.

Первое мое желание было догнать ее, отнять палку и врезать ей этой палкой по голове. Но я взял всю свою волю в кулак, посчитал до десяти, чтобы успокоиться, сделал несколько глубоких вдохов, после этого направился в подсобку. У меня, как-никак, обед еще не отгулян.

– Скворцов, ты это куда?! – окликнул меня, выросший словно из-под земли, директор.

– У меня это… обед… – растерялся я.

– Я тебе дам, обед! Он у тебя закончился три часа назад!

* * *
Вернувшись домой, я чувствовал себя словно выжатый лимон и мечтал лишь об одном: растянуться на кровати и уснуть.

Моему удивлению не было предела, когда в прихожей меня встретил Шеб.

С забинтованной головой он выглядел комичнее обычного.

– Вот, переобувайся, – широко улыбаясь, он указал на мягкие домашние тапочки, которые приветливо ждали меня, и добавил:

– Ужин готов.

– Ужин? – округлил я глаза.

– Да-да, я подумал, что тебя это порадует.

Кухонный стол буквально ломился от всевозможных блюд: салаты, целая свинка с подрумяненными боками, картошечка с лучком, красная икра и много других блюд, названия которых я просто не знал.

– Козырно, – облизываясь, пробормотал я и сел за стол.

«Вот красавец – умеет же быть благодарным!» – подумалось мне, глядя на то, как Шеб наливал первое – ароматный суп золотистого цвета, с кусочками чего-то очень похожего на гренки. По крайней мере, мне очень хотелось, чтобы это были именно они, нежные хрустящие гренки.

Только я взялся за ложку, как позвонили в дверь.

«Вовремя, твою мать, – пронеслась в моей голове сердитая мысль. – Кто это может быть? В домофон не звонили, значит, кто-то из соседей. Кто? Алкаш с пятого этажа? Тогда лучше вообще не открывать. Баб Люба – соседка по площадке? Может, случилось что? Или Виктор – старший по подъезду, опять собирает подписи, чтобы крышу, наконец, починили? Ладно, пойду, посмотрю».

Заглянув в глазок, я увидел сутулую старуху с клюкой.

«Видимо кто-то впустил. Не иначе иеговистка. А чего так поздно? Может, случилось что?»

Открыл дверь и обомлел, передо мной стояла сегодняшняя бабка из магазина.

– Чего тебе надо, бабуль?

– Шебберил здесь? – продребезжала она.

– Здесь, – машинально кивнул я.

Старуха клюкой отодвинула меня в сторону и вошла.

– Постойте-ка…

Но меня никто и слушать не собирался. Постукивая палкой, бабка направилась прямиком на кухню.

«Что за дела?» – недовольно подумал я, закрывая дверь.

Незваная гостья чувствовала себя как дома и ни в чем себе не отказывала, уселась на мое место и принялась с аппетитом поедать суп с гренками, который так же предназначался для меня.

– Тесноват домишко, – причмокивая, проворчала старуха.

– Выбирать не приходится, – виновато развел руками Шеб.

– Пущай, я не прихотлив. Главное, что кормежка вкусная.

– Принес?

Бабка кивнула. Она достала из внутреннего кармана своего жакета свиток и положила на стол.

– Шеб, кто это? – сложив руки на груди, как можно суровее спросил я, недовольный тем, что он, без моего ведома, приглашает в дом каких-то старух.

– А, извини! Забыл вас представить! – воскликнул тот. – Женя, это Гротт Хмурый – мой товарищ. Гротт, это Женя – хозяин сего жилища, я тебе про него рассказывал.

«Хмурый? Она же бабка! Значит, Хмурая – так вроде правильнее», – подумал я.

Старуха окинула меня оценивающим взглядом, после чего, с нескрываемым скепсисом обратилась к своему товарищу:

– Не хлипковат?

– Не начинай. Забыл про Хинни Вирла?

– Ну, конечно, стоит один раз ошибиться… Сколько ты будешь это мне припоминать? – проворчала старуха Гротт.

– Каждый раз, как ты будешь неодобрительно высказываться относительно моего выбора, – усмехнулся Шеб.

– Видел я твой выбор, сегодня в магазин к нему заходил, тот еще мямля и олух.

– Знаешь, что? Не тебе решать! Если не нравится, я найду другого на твое место.

– Не надо другого! Что ты сразу, другого?

«Эти двое начинают меня раздражать. Кому расскажешь, не поверят! Сидят на моей кухне недотепа с перебинтованной головой – одетый, словно карикатурный персонаж – и старуха по имени Гротт – вся эта ситуация напоминала хреновый анекдот».

– Ребят, я вам не мешаю? – напомнил я о себе, стараясь звучать как можно строже.

– Нет, нет! Что ты? Это же твой дом, – сказал Шеб, расплываясь в широкой улыбке.

– Хорошо, что ты еще не забыл об этом! Хотелось бы узнать… – но мне не удалось договорить, в дверь снова позвонили.

«Кто на этот раз?» – я взглянул на своего гостя с перебинтованной головой и недовольно спросил:

– Ты еще кого-то пригласил?

– Думаю, это Гектор, – кивнул тот.

– Гек-проныра с нами?! – удивленно воскликнула старуха.

– Ага.

– Что же ты сразу не сказал?!

– Как? Разве Шейла не написала об это в письме?

– Ни слова!

– Странно, я же велел ей…

– Нормально! Я, значит, стою под дверью, а они сидят тут и жрут! – на кухню ввалился широкоплечий карлик с густой седой бородой и не менее густой и столь же седой шевелюрой.

«Как он вошел? Дверь же на замок закрыта!»

– Все претензии вон к нему, – ответила старуха Гротт и кивнула на меня.

– Парниша, ты чего теряешься? – проворчал карлик. – Я, голодный, словно орда немытых гоблинов! Давай-ка организуй мне все по высшему разряду!

– Он еще новичок в нашем деле, так, что не будьте слишком требовательны к нему, – сообщил ему Шеб.

– Вашу ж мать! Кто вы такие! – взорвался я, вскочив из-за стола.

– Какой психованный, – недовольно пробормотал карлик.

– Я сразу сказал, что он нам не подходит, – ухмыльнувшись, продребезжала старуха.

– Женя не кипятись, сейчас ты все узнаешь, все в сборе и можно начинать совещание, – попытался успокоить меня Шеб.

– Какое еще совещание? – не понял я.

– Все по порядку. Присядь, – повторил тот.

«Происходящее мне совершенно не нравилось. Я понимал, что влип в какую-то переделку, и чем дольше эти трое будут сидеть на моей кухне, тем сложнее будет от них отвязаться».

– Я собрал вас здесь, чтобы предложить провернуть дельце, после которого мы с вами станем такими богатыми, что хватит на безбедную жизнь не только каждому из нас, но и нашим внукам и, даже, правнукам.

Шеб щелкнул пальцами. Над кухонным столом вспыхнуло объемное изображение замка и стало вращаться.

– Что за хрень! – вырвалось у меня.

– Кувалду мне в зад! Это же Эйвильстинн! – воскликнул карлик.

– Шеб, ты окончательно умом тронулся? – спросила старуха Гротт, переведя свои округлившиеся глаза с вращающейся над столом объемной картинки замка на нашего общего знакомого.

– Понимаю ваше удивление, – продолжал тот, – но не так давно, мне удалось заполучить прелюбопытнейшую вещицу, – он запустил руку во внутренний карман своего сюртука и достал сложенную несколько раз тряпицу. – Благодаря ей, мы сможем обчистить Эйвильстинн.

Глядя на все происходящее, я не выдержал и опять взорвался:

– Так, или вы мне сейчас же все рассказываете, или катитесь из моей квартиры к чертям собачьим!

– Хорошо, – улыбнулся Шеб. Он щелкнул пальцами и в его руке вспыхнул огненный шар…

Глава 3

– Что за хрень? – опешил я.

– Это огонь, умник, – ухмыльнулся карлик.

– Гек, не встревай, – одернул его Шеб. Он взглянул на меня, пару раз подбросил огненный шар, после чего продолжил:

– Это магия, Женя. В вашем мире она нечто непостижимое, а в нашем, то же, что для тебя газ, бензин или телефон.

Открыв рот, я попятился. Наткнулся на стул. Сел.

Какое-то время он подбрасывал огненный шар в руке. Потом, стал чеканить его, словно футбольный мяч. Набив пять или шесть, Шеб снова щелкнул пальцами и огненный шар растворился в воздухе.

«Не может быть, – пронеслось у меня в голове. – Это все глюки! Не иначе, они подмешали мне что-то в суп!»

– Кто вы такие?

– Я, Шебберил Клапс – волшебник. Это, Гектор Проныра – гном. Ну, а Гротта Хмурого ты уже знаешь.

– Волшебник? Гонишь! – не поверил я.

– Смотри, – сказав это, он щелкнул пальцами. Жареная ножка рябчика встрепенулась из тарелки и устремилась к Шебу. По дороге, от нее отделилось мясо и попало волшебнику в рот, а косточки, сделали вираж над нашими головами и упали в мусорное ведро. – Ну, как тебе? – прожевав, улыбнулся он.

– Но, как…? Точнее откуда…? Кто…? – я никак не мог собраться с мыслями.

– Говорил же, лучше вырубить его, – проворчал Гектор. – После первого перемещения вопросы отпадут сами собой.

– Вырубить? – насторожился я.

– Только ради того, чтобы облегчить переход в иной мир, – пояснил гном.

У меня внутри все похолодело.

– Не убивайте, – сорвался с моих губ жалкий скулеж.

– Что? Шкед, ты чего? – удивился гном.

– Гек, уйди, – отодвинул его Шеб. – Женька, друг, все хорошо. Не волнуйся. Гектор хотел сказать, что мы хотим пригласить тебя с нами, отправится в путешествие в параллельный мир. Так, кажется, вы их здесь называете?

– Ты имеешь ввиду… – слова застревали у меня в горле, – типа… гм… вы из другого мира?

– Даже миров, – кивнул Шеб.

– Погодите-ка, несостыковочка! Вы все говорите по-русски совсем без акцента! У вас там, что, все по-нашему шпарят? – улыбнулся я, довольный тем, что заметил огромную прореху в их легенде.

– Нет, мы все говорим на разных языках, – ответил Шеб.

– Как же я тогда вас понимаю?

– Вы серьезно? Собираетесь тратить время на обсуждение элементарных вещей? – проворчал гном.

– Гектор, не кипятись. Женя имеет право знать, – строго произнес волшебник. – Смотри, – он показал на одно из колец на правой руке, – это кольцо-полиглот, магическая штука, делает так, что я понимаю всех, кто рядом, а они понимают меня.

Шеб снял кольцо и положил на стол перед собой. Затем, он что-то сказал, но я не понял ни слова.

– А мы его понимаем, – добавил карлик, показывая на кольцо у себя на пальце.

– Видишь? – улыбнулся волшебник, надев кольцо обратно. – Так, если вопросов больше нет, предлагаю обсудить предстоящее дело, – улыбнулся Шеб.

«Во дела», – пронеслось у меня в голове.

* * *
– Ну, что скажешь, Женя? Ты в деле? – спросил волшебник, после того, как рассказал нам о плане ограбления Эйвильстинна.

Как бы безумно это не звучало, но недотепа Шеб оказался волшебником. Он путешествовал по параллельным мирам, попутно подбирая все, что «плохо» лежит.

Да! Я привел в дом волшебника-вора! Более того, мне захотелось присоединиться к его шайке и принять участие в мероприятии, которое они затевали. Возможность больше никогда не работать грела душу. Но, вот, первоначальная реакция старухи и гнома, когда Шеб сообщил, что им предстоит пролезть в Эйвильстинн, настораживала. Не получится ли так, что я пожалею о том, что связался с этой компанией? В общем, я решил не торопиться с ответом, а, как следует все взвесить.

– Ну, ты спросил, – усмехнулся я, потирая затылок. – Мне еще нужно переварить всю эту инфу, которую вы на меня вывалили.

– Что тут думать! – воскликнул Гек-проныра. – Можно подумать тебе каждый день предлагают свалить из этого захолустного мирка?!

– Чего? Что значит захолустного? – не понял я.

– Не дави на парнишку, – заступилась за меня бабка Гротт. – А, то, чего доброго мозги не выдержат нагрузки и вытекут через ухи.

– Так, друзья, давайте не будем забывать, что Женя и так предоставил нам свое жилище для создания опорного пункта и планирования операции! Давайте дадим ему время все взвесить и подумать! – предложил Шеб.

– Ну, да, благотворительностью мы еще не занимались! – проворчал гном Гектор.

– Не то, чтобы мне нравилась эта затея, но в целом я и не против, – пожала плечами бабка.

– Вот и хорошо, – улыбаясь, кивнул волшебник. – Тогда, расходимся. Жду вас завтра в условленное время.

Глава 4

Кто-нибудь другой, на моем месте, непременно бы сказал, что воровать плохо. Но, как я уже говорил, суровая российская действительность сделала из меня негодяя, а воровать я начал бы так или иначе, с Шебом или без него.

Обязательно нашлись бы и те, кто осудил бы меня за то, что я подписался на криминальное мероприятие с людьми, которых практически не знаю. Кстати, один из них гном, а бабку и Шеба людьми язык с трудом поворачивался называть.

«Тем более, – скажете вы, – сиди дома и не лезь!»

Но, не мог я не рискнуть. Такой уж я человек – авантюрист!

Так что утром, когда старуха Гротт и гном Гектор вернулись, мы с Шебом уже их ждали.

– Ну, решился? – прямо с порога спросил гном, стоило мне открыть им дверь.

– Ага, – кивнул я.

– Вот это правильно! По-взрослому! Давно пора уносить ноги из этого захолустья.

Волшебник ждал нас в зале. Мы встали вокруг него.

– Кстати, Женя, вот, – он протянул мне кольцо, – раз ты, теперь, с нами, без него дальше ни как.

– Кольцо-переводчик? – обрадовался я, принимая подарок.

– Угу.

– Чего смотришь? Поцелуй, – ухмыльнулся гном.

– Все готовы? – спросил Шеб.

После того, как я, старуха Гротт и Гек подтвердили свою готовность, волшебник добавил: – Тогда, вперед! – и хлопнул в ладоши. Моя квартира исчезла. Нас окружала кромешная тьма. В нос врезался запах плесени и гнили.

– Что это за место? – спросил я, стараясь не показывать своего волненья.

– Постоялый двор у южных врат Вройса, – ответил Шеб. Он еще раз хлопнул в ладоши, и все свечи, которые находились в комнате, вспыхнули, наполняя ее светом.

– Фу, наконец-то можно снять этот тесный прикид, – пробасил кто-то незнакомый рядом со мной. Обернувшись на голос, я увидел огромное зеленое чудовище и невольно вскрикнул.

– Ты чего, орешь? Ошалел? – пробасил зеленый. – Это я, Гротт.

– Шеб, ты не предупредил его? – укоризненно спросил Гектор.

– Совсем из головы вылетело, – виновато пожал плечами волшебник.

Оказалось, что старуха, это волшебная маскировка, которую тролль Гротт одевал в нашем мире, чтобы не привлекать внимание. Как никак, такие как он, у нас диковинка. Хотя, если здраво рассудить, думается мне, что я знаю парочку-другую троллей в человеческом обличии.

– Так, раз вопрос исчерпан, Гротт, давай на конюшню, приготовь наш экипаж. Да, возьми Женю, пусть осмотрится, – велел Шеб, после того, как рассказал мне про волшебный камуфляж тролля.

– Идем, – пробасил тот и вышел за дверь.

Мы оказались на длинной деревянной площадке. С одной стороны ее огораживала балюстрада с чудными балясинами, а с другой, двери комнат для постояльцев. Внизу, за столиками сидели несколько постояльцев и завтракали.

Спустившись по лестнице, я и Гротт свернули в противоположную от столиков сторону, прошли по длинному мрачному коридору, вышли через дверь и оказались на улице.

Как и дома, здесь было утро. Солнце только взошло, воздух бодрил своей свежестью и легкой прохладой. Мы обогнули трактир, прошли мимо курятника и остановились у большого сарая.

«По-видимому, это конюшня», – подумал я.

– Закрыто? Чой-то? – проворчал тролль. Он несколько раз ударил своим здоровенным зеленым кулаком по воротам. Никто не торопился открывать. Тогда он постучал еще сильнее. Тишина. Гротт приготовился бить ногой, когда из-за ворот донесся недовольный голос:

– По голове себе постучи, конь педальный!

Ворота нам открыл тощий паренек. Увидев тролля, он тяжело сглотнул, после чего произнес:

– Простите великодушно, мистер Хмурый…

– Запрягай! – сказал Гротт, отвесил конюшонку легкую оплеуху и вошел внутрь. Я последовал за ним.

* * *
Когда экипаж готов был отправляться, Гротт послал меня за Шебом и Гектором. Я неторопливо вернулся в трактир, поднялся на второй этаж и зашел в комнату, в которой, как мне казалось, должны были быть гном и волшебник.

В комнате никого не было.

Миг спустя, я понял, что ошибся дверью и, хотел было выйти, но тут вспомнил, что пошел по наклонной. Теперь я – вор, работаю в банде волшебника Шеба! Мне просто не положено вот так выходить из пустой комнаты, не «осмотревшись» в ней, как следует.

Немного пошарившись, на прикроватной тумбочке, я нашел шкатулку, а в ней перламутровый шарик сантиметров семь-восемь в диаметре.

– Жемчужина, крупная, – довольно произнес я, рассматривая находку.

Как вдруг, за дверью, послышались приближающиеся голоса:

– Я тебя для чего оставил, идиот? Чтобы ты присматривал за ней! – произнес суровый мужской голос.

– Не в штаны же мне было отливать, – раболепно ответил ему второй.

– В штаны…

Что-то мне подсказывало, что это были хозяева шкатулки…

Глава 5

– Вот видите? На месте шкатулочка, – довольно произнес раболепный. – Да и кому в голову придет, что в подобном месте, может быть…

– Замолчи! – перебил его суровый. – Мало ли кто услышит? Бери и пошли.

Когда дверь хлопнула, я выбрался из шкафа и поторопился покинуть комнату, пока те олухи не заметили подмену.

* * *
От Вройса до Эйвильстинна было три дня пути. Мы ехали в экипаже, точнее, я и Гротт на козлах в роли кучеров, а Шебб и Гектор в самом экипаже, на мягких сиденьях. Хорошо устроились гады.

– А почему мы не можем переместиться сразу туда, куда нам нужно? Не теряли бы время, – спросил я.

– Нельзя, заметят, – ответил Гротт.

– Кто?

– Волшебная стража.

Тролль отвечал на мои вопросы неохотно, но я не сдавался и продолжал расспрашивать, до тех пор, пока самому не надоедало тянуть из зеленого здоровяка каждое слово.

– Ты и Гектор, тоже волшебники?

– Я, тролль, а Гек – гном, – проворчал он.

– И? – не понял я.

– Наши расы не предрасположены к обладанию магическими способностями.

– А, как можно об этом узнать?

– Ха! – усмехнулся тролль. – Поверь, если б она у тебя была, то ты узнал бы об этом первый.

– Жаль, – вздохнул я.

Моя рука скользнула в карман джинсов, где лежала жемчужина, которую я стащил у парочки олухов на постоялом дворе. «Первый трофей на воровском поприще! – промелькнула в голове гордая мысль. – Интересно было бы посмотреть на их лица, когда они обнаружат в шкатулке морковку…»

– А при помощи волшебных предметов, можно стать волшебником?

– Угу, – кивнул Гротт.

Я мечтательно закатил глаза, представляя лица своих знакомых, когда вернусь домой с полными карманами баблосов и всяческими магическими штучками.

«Может во власть пойти? Почему бы и нет? При помощи магии, хоп, и в дамки!»

С наступлением сумерек мы съехали с дороги и стали готовиться к ночевке. Собрав хворост, я и Гротт развели костер. Гек раздал всем по куску солонины, причем мне самый маленький, и по краюхе хлеба.

– Как тебе Вройс? – поинтересовался у меня Шеб.

– Необычно все тут, ни как дома…

– Ды уж да! – рассмеялся Гек.

– Скажи, а у вашего мира есть какое-нибудь название?

– Вройс.

– Как и город?

– Чаще всего, мир называют так же как его столицу, – кивнув, сказал волшебник.

– Не всегда, – заметил Гек, – вот мой родной мир зовется Дорвер, а столица Тверк-на-Скале.

– Тверк? – усмехнулся я, вспоминая специфику одноименного женского танца, представляя его исполнительниц на скале.

– Не тверк, – передразнил меня гном, – а, Тверк-на-Скале!

Он говорил с еле уловимым акцентом, однако придавал этому, на удивление большое значение.

– Разница-то в чем? – уточнил я.

– Трудности перевода, – пояснил Шеб, – кольцо-полиглот не всегда точно передает тонкости языка. А, если вдруг попадется какой-нибудь редкий диалект или идиома, – он щелкнул языком и развел руками, – порой, приходится соображать на ходу.

* * *
С первыми лучами солнца, мы свернули лагерь и пустились в путь.

Утро было прохладным. Съежившись, я сидел рядом с Гроттом на козлах, и постоянно зевал. Ночь выдалась бессонной. Как, оказалось, спать на траве не так прикольно, как это показывали в кино. Жестко, сыро и все время, кажется, что какая-то гадина норовит заползти к тебе в ухо или рот.

– Гротт, извини, но я все не могу понять, почему мы на лошадях? Если Шеб волшебник, можно же хоп, – я щелкнул пальцами, – и мы на месте. Или хотя бы наколдовать теплую куртку, – мне все сильнее не давал покоя тот факт, что я должен был терпеть кучу бессмысленных напрягов, в то время, как у нас под боком волшебник, способный в одно мгновение их решить.

– Нельзя, – покрутил головой тролль.

Сначала мне показалось, что он продолжит говорить и расскажет, почему нельзя переместиться сразу в пункт назначения при помощи нашего волшебника. Почему нельзя было взять нормальную карету, чтобы все ехали под крышей. Почему нельзя организовать нормальный ночлег. Какая такая необходимость спать на земле.

Но Гротт молча, смотрел на дорогу, управляя лошадьми.

– Почему нельзя? – снова спросил я.

– Это привлекает внимание.

– Так ведь никого нет на многие километры!

– Волшебная стража вмиг почует.

– Что за волшебная стража?

– Они следят за тем, чтобы никто не применял магию… э… ну, не по целевому назначению.

– Перемещение из точки А в точку Б, чем не назначение-то? – удивился я.

– Слушай, малой, чего ты ко мне прицепился?! – психанул тролль. – Почем я знаю, отчего на Вройсе установили те или иные правила? Сказано, надо ехать в карете, значит, едем в карете!

– Но почему?

– А!!! – взревел Гротт. – Вечером на привале приставай со своими расспросами к Шебу, а от меня отвали!

Его реакция, мягко говоря, удивляла. Вроде бы ничего криминального я не спрашивал. Что такого в том, что я хочу знать, почему Шеб не применяет магию?

* * *
Вечером, перед сном, когда я рассказал волшебнику о неадекватном поведении тролля, он улыбнулся и сказал:

– Не обижайся на него.

– Ды я как бы и не о том. Просто, хотелось бы знать причину.

– Видишь ли в чем дело, тролли, народ раздражительный. Гротт, кстати, еще спокойно себя ведет, будь на его месте другой верзила, ты давно бы лишился руки или головы.

– Очень мило, – поежился я.

– Привыкай, ты, больше не у себя дома. Многие наши обычаи будут казаться тебе странными или вовсе пугать.

– Так почему ты не применяешь сейчас магию?

– Стоит мне применить любое заклинание, я тут же попаду в поле зрения волшебной стражи. А оно нам надо?

– Не надо, – кивнул я.

– Вот и я о том же, – улыбнулся Шеб. – Идем, жевнем чего-нибудь. Не знаю как ты, а я зверски голоден.

Уже у костра, жуя солонину и попивая разбавленное вино, я спросил:

– Скажи, Шеб, а вот если человек не расположен к волшебству, есть ли штуки, которые могут это изменить?

– Есть. А тебе зачем?

– Ды так.

– Хочешь вернуться домой и захватить мир? – улыбнулся волшебник.

– Ну, не то чтобы весь мир… – смутился я. – Как ты узнал? Мысли читаешь?

– Все вы, недоразвитые мыслите однообразно и прямолинейно, – проворчал гном Гек, – так что тут даже мысли читать не нужно.

– Чой-то я недоразвитый? – меня уже начинали раздражать постоянные издевательства со стороны тролля и гнома.

– Вот те раз! – всплеснул руками Гек. – Я только что тебе все объяснил, а ты не понял…

– Так, успокоились оба! – воскликнул Шеб. – Извини Женя, но твой мир не связан с Альянсом, так что там нельзя применять магию или предметы, приобретенные за его пределами.

– Фигово, – вздохнул я. – А, что за Альянс?

– Скоты, из-за которых все пошло кувырком, – процедил сквозь зубы Гек и презрительно сплюнул.

– Альянс, это союз миров, между которыми налажена торговля и разрешено перемещение, – пояснил Шеб.

– Понятно, – кивнул я, сам думал о том, что эта троица появилась в моем мире, не смотря на то, что он не связан с их Альянсом. Значит, есть способы обойти запреты, и я обязательно придумаю, как вернуться домой с крутой волшебной штукой.

* * *
Чуть позже, когда гном и тролль уснули, я поделился с волшебником своими мыслями насчет того, что Гек и Гротт меня явно недолюбливали.

– Это пройдет, – как обычно улыбнувшись, ответил он, – нужно просто притереться. Две-три общих делюги, они поймут, что ты свой и все будет хорошо.

Несколько минут мы молчали, я все не решался задать еще один вопрос.

– Шеб.

– Ну, что еще?

– Почему они такие озлобленные?

– Так уж вышло. Жизнь несправедлива и, зачастую, жестока. Жизнь троллей еще хуже, бедолагам не повезло ни с интеллектом, ни с волшебными способностями.

– Зато сильные, – подметил я.

– Да, сила, это не плохо, пока не нарвешься на того кто сильнее. На Вройсе магия победила кулаки, клыки и мечи. Великое восстание троллей было разбито почти шестьсот лет назад. С тех пор они разобщены, лишены лидера и единой цели. В Южных горах есть небольшое племя, но это капля в море.

– А, гномы?

– У гномов было все иначе: свой мир, фабрики – на которых работали сотни тысяч собратьев Проныры. Гениальные и трудолюбивые творцы, что бы они ни делали, получалось великолепно! И каждый в Альянсе знал, если тебе нужна хорошая техника, тебе на Дорвер. Гномов сгубила жадность, – вздохнул Шеб. – Мировой финансовый кризис, который возник из-за оптимизации…

– Что за оптимизация? – уточнил я.

– Для увеличения производительности и снижения затрат, правящие кланы стали заменять гномов-рабочих на механизмы. Не удел оказались тысячи таких как Гек. Ни работы, ни денег, чтобы прокормить себя или свою семью. Как итог, массовые протесты, бунт и гражданская война. Простые гномы бились за улучшение жизни, а правящие верхушки за власть. Но когда магия переплетенная с техникой применяется во зло, это приводит только к одному, Дорвер теперь бесплодная пустошь, на которой поколениями никто не сможет жить.

– Зато наши изобретения стали на вес золота, – раздался за спиной голос гнома. – А мастера, – он широко улыбнулся, – которые их делают, вовсе бесценны.

– Что есть, то есть, дружище, – улыбнулся в ответ Шеб.

* * *
Вечером третьего дня, вместо привычного «привал», Гротт, останавливая лошадей, пробасил:

– Тр-р-р, стой! Приехали!

Дальше, в нескольких километрах от нас, на холме, мрачной громадиной возвышался замок Эйвильстинн. В живую он оказался невероятно огромным, намного больше, чем я себе представлял.

– Такого, в нашем захолустье не увидишь, – восторженно пробормотал я.

– Собирайте птичку, – сказал Шеб, выбравшись из экипажа. Пока он потягивался и разминал затекшие мышцы, я, гном Гек и тролль разбирали сложенный на крыше кареты багаж.

– Так, малец, где-то тут должен быть серый ящик с зеленой меткой, – осматривая коробки, сказал Гек, – найди его и достань содержимое. Гротт, на тебе стропы.

По мере того, как мы распаковывали коробки, сундуки и чемоданы, а то, что было в них, собирали вместе, на поляне стала вырастать нечто странное…

– Лодка? – удивленно спросил я.

– Не отвлекайся! – прикрикнул на меня гном. – Доставай систему навигации!

Еще через какое-то время, когда Гротт развернул на поляне спущенный баллон, все стало на свои места, мы собирали дирижабль.

Глава 6

– Пора! – скомандовал Шеб, давая отмашку Гротту.

Тролль, сидевший в кресле на корме, кивнул, дернул за рычаг и принялся активно крутить огромные педали, которые передали движение расположенным за бортом пропеллерам. Те с шелестом стали вращаться, плавно поднимая дирижабль в ночное небо.

Я стоял у левого борта, заворожено вглядываясь в ночную даль. Там, впереди, среди беспроглядной тьмы, виднелись огни Эйвильстинна. В небе, прямо над замком, друг над другом, в линию сошлись две луны и яркая звезда. За все авремя проведенное а этом мире, я впервые обратил на них внимание. Одна была большая и бледно-желтая, вторая – серебряная, раза в два меньше своей спутницы.

– Смотрите! – указал на лунный парад Шеб. – Сегодня, тот редкий день, когда не все защитные заклятия Эйвильстинна действуют, а на этой карте, – он похлопал себя по карману, – отмечены лазейки, через которые мы проберемся в замок.

– Да ладно, ты хочешь сказать, что стража не знает про эти лазейки? – не поверил гном.

– Последний волшебник, который знал об этом, умер почти сто лет назад.

– Да? Ты-то откуда узнал?

– Все тебе расскажи, Пройдоха, – ухмыльнулся Шеб.

– Конечно, подписавшись на эту опасную делюгу, я рискую головой и хочу знать, насколько достоверны твои сведения.

– Верь мне дружище, все будет хорошо.

– Хорошо? Просто спустимся и просто проникнем в хранилище?

– О, нет, – покрутил головой волшебник. – Мы не просто спустимся, а очень тихо спустимся, и очень аккуратно пройдем. Ведь волшебная стража ни куда не делась, она как и прежде, патрулирует стены замка. Прибавь ходу, Гротт, уже скоро! – поторопил тролля волшебник. Тот кивнул и стал еще энергичнее крутить огромные педали.

Мы приближались к замку.

Шеб забрался на нос посудины и, глядя вперед, выкрикнул:

– Гротт, поддай чуток высоты! Гек, пора!

– Эй, шкет, чего рот раззявил?! Иди сюда, помоги! – позвал меня гном. Он тянул из трюма большой тяжелый мешок.

– Это чего такое? – поинтересовался я, подоспев к нему на помощь.

– Не болтай. Пошевеливайся лучше. Если мы не натянем полотнище вовремя, стража нас поджарит. Давай, на корму, – с этими словами, гном взялся за мешок с одной стороны.

«Вот это стимул, так стимул», – пронеслось у меня в голове. Я взял мешок с другой стороны, и мы понесли его на корму. Там достали из него какое-то полотнище, заправили его края в странный механизм, закрепленный на борту, и стали крутить ручки этого механизма.

Через некоторое время, при помощи механизма мы натянули полотнище под днищем нашей посудины.

– А, что это за полотнище? – спросил я, когда дело было сделано.

– Маскировка, теперь, снизу все будут видеть обычную тучу, – пояснил гном.

* * *
Дирижабль завис над одной из башен Эйвильстинна. Гектор выбросил за борт веревочную лестницу, и мы все по ней спустились. Оказавшись внизу, я, ради любопытства, взглянул на небо: над нами не было ничего похожего на воздушный корабль, только туча, освещенная светом лун, которые выстроились друг над другом.

Дальше нам предстояло пройти по крепостной стене к одной из башен северного канала. Гротт накинул на себя маскирующее полотнище и, скрывшись от невооруженного взора, шагнул вперед.

Стену патрулировали несколько волшебников, но вскоре тролль решил этот вопрос, никто не стоял у нас на пути к следующей башне.

Наша лихая группа преодолевала стену. Впереди была башня. Шеб дал отмашку троллю, тот кивнул, открыл дверь, что вела внутрь башни, и шагнул за порог. Несколько минут спустя, он выглянул из-за двери, дав жестом понять, что путь свободен.

Оказавшись внутри, я увидел несколько стражников. Сваленные в кучу, они лежали в дальнем углу без сознания. Слева от входа была винтовая лестница. Мы спустились по ней и оказались на лодочном причале. Шебб и Гротт сели в одну лодку, я и Гектор – в другую. До следующей «лазейки» нам предстояло пройти по внутреннему рву до противоположной стены, это не менее ста пятидесяти метров…

* * *
– Сюда, – прошептал Шеб, указывая на водосток в основании башни. На нем была металлическая решетка с толстыми прутьями. – Гек, твой выход, – добавил волшебник.

Я и гном подплыли к решетке. Когда лодка вплотную прислонилась к стене, он достал из мешка газовую горелку, надел очки, зажег и с фразой: «Держи ровнее», принялся резать прутья.

Довольно скоро все было кончено. Срезанная решетка, издав негромкий звук, ушла на дно рва. Освещая путь свечными фонарями, мы проплыли через проход, миновали узкий извилистый коридор с низким потолком и оказались в подземном озере.

– Добро пожаловать в подземелье Эйвильстинна, – торжественно прошептал Шеб. – Давайте к берегу.

Выбравшись на берег, наша группа прошла в глубь подземелья и оказалась перед тремя проходами.

– Так, – протянул волшебник, сверяясь со своей тряпицой, – нам направо, – сказал он и твердо зашагал в выбранном направлении.

Попетляв какое-то время по темным коридорам подземелья, наша группа остановилась перед винтовой лестницей из камня.

– Пришли, это вход в цитадель, – прошептал волшебник.

Глава 7

Поднявшись по винтовой лестнице, мы оказались в длинном темном коридоре, в конце которого нас вновь ждала лестница. Шеб вел нас уверенно, будто бы был здесь не в первый раз. Следуя за ним, мы поднялись по лестнице на несколько этажей, потом снова коридор, налево, направо…

«Сам черт голову сломит от этих коридоров», – отметил я про себя. Но вот мы оказались перед огромной стальной дверью.

– Главное хранилище, – шепотом сообщил нам Шеб. Он принялся тихонько бормотать заклинания на непонятном языке и размахивать руками. Какое-то время спустя, раздалось несколько приглушенных щелчков, замки гигантской двери отомкнулись, и вход в главное хранилище был открыт.

– Жека, пришло твое время, – прошептал волшебник. – Вот, возьми, – он протянул мне свечной фонарь с голубыми стеклами и добавил:

– Его свет проявит защитные заклятия, обходи их стороной. Твоя цель, амулет «Силы незамутненного сознания». Удачи, дружище, – с этими словами, он подтолкнул меня вперед.

– А, как я найду этот амулет?

– Он в секции «С».

– И, как я найду ее?

– Идиот, они расположены в алфавитном порядке, – прошипел на меня гном.

– Блин, выглядит-то он как?

– Фонарь волшебный, он подскажет, – раздраженно прошипел Шеб.

– Иди, не тяни время, – рыкнул тролль, – достоишься, вся стража сбежится сюда.

– Ладно, ладно, – кивнул я и вошел в хранилище.

Ничего подобного в своем захолустном городишке мне видеть не приходилось! Хранилище было невероятно огромных размеров. Его потолок уходил так высоко, что свет свечного фонаря не мог до него дотянуться.

Вокруг меня стояли стеллажи с огромными полками, на которых лежали различные предметы диковинной и не очень формы.

– Так-с, значит, нам нужна секция «С», – пробормотал я, освещая таблички с названиями секций. – Что у нас тут? Адракций, Ажжан, Аззвелий, Аззень… – так, читая таблички, я, все дальше и дальше, углублялся в хранилище.

Между секциями «Але» и «Алж» меня ждала первая ловушка – в голубом свете фонаря, целый ряд квадратных плит, которыми был вымощен пол хранилища, замерцали бледно-розовым. Я аккуратно перепрыгнул через них и чуть не поплатился за свою поспешность, следующий ряд тоже оказался ловушкой, но меня спасло то, что плиты подсветились через одну и я приземлился аккурат между двух мерцающих квадратов.

– Фу, – выдохнул я. – Надо быть поаккуратнее…

* * *
– Ага, вот и она, – довольно прошептал я, останавливаясь перед секцией «С». Оставалось только найти амулет, среди других волшебных вещиц. Еше бы знать, как он выглядит. Мне ничего не оставалось, кроме как светить на предметы фонарем, осматривая все подряд, попутно обходя ловушки.

Осмотрев нижние полки, я стал карабкаться по стеллажам наверх. Выше и выше, пока практически на самой вершине, одна из шкатулок, в голубом свете фонаря, не загорелась желтым.

«Вот оно!» – проскочила в моей голове довольная мысль.

Я схватил находку и стал спускаться.

«И это все? – усмехнулся я про себя. – Тоже мне, непреступное хранилище. Еще проще, чем было украсть жемчужину у тех олухов на постоялом дворе… – И, тут, меня осенило! – Я же в хранилище, которое под завязку забито всякими волшебными штуками! Та-а-ак, что тут у нас?»

Мой взгляд упал на поблескивающий в свете фонаря медальон в форме солнца, только вместо лучей у него были цепи. На самой вещице был изображен человек в оковах. Под медальоном лежала табличка: «Амулет Слепого подчинения».

Но стоило моим пальцам его коснуться, все вокруг озарилось ярким светом. По ушам ударил противный звук, словно кто-то скрежетал вилкой по стеклу.

– Твою мать! – воскликнул я и бросился к выходу из хранилища.

Мне удалось сделать не более десяти шагов, как передо мной выросла стена огня, отрезая путь к выходу. Юркнув в ближайший проход, я попытался обойти пламя, но оно обступило меня кольцом, лишив возможности выбраться.

Тогда я взял всю свою волю в кулак и принял отчаянное решение, как следует, разбежался и прыгнул через огонь.

Слегка подпалив брови и волосы, мне удалось выбраться из огненного плена, но стоило выскочить в центральный проход, как в воздухе засвистели арбалетные болты. Два из них пролетели в опасной близости от моей головы. Я машинально рухнул на пол. Миг спустя, еще один болт врезался в стену, аккурат в том месте, где была моя голова.

Все, что мне оставалось это ползти.

Вдруг, рядом со мной материализовался Шеб.

– Ты достал амулет?! – перекрикивая скрежет, спросил он.

Я показал волшебнику шкатулку.

– Молодец! – воскликнул тот, взял ее и исчез в яркой вспышке света, оставив меня лежать на полу хранилища.

Глава 8

Что тут сказать? Права была моя мамаша, когда называла меня оладухом, тупицей и лохом. Как не печально это признавать, но меня облапошили как простофилю. Я, так слепо верил Шебу, что и на миг не мог допустить того факта, что меня используют. Получив свое, они меня выбросили, словно использованный презерватив.

Обидно.

Я сидел в кресле, в уютном кабинете с высоким сводчатым потолком. Дневной свет струился через окна, наполняя им все помещение. На окнах висели темно-зеленые шторы. На стене, напротив окон, висел гобелен с вытканным гербом – разъяренный орел с расправленными крыльями, сжимал в лапах извивающуюся змею, а за ним солнце с лучами в виде молний.

Напротив меня, за столом сидел мужчина. За его спиной, в камине, потрескивали поленья. Не обращая на мое присутствие ни малейшего внимания, мужчина что-то писал большим пером на листе бумаги.

На вид ему было лет пятьдесят. Тонкий прямой нос, большие глаза, редеющие темные, слегка подернутые сединой, волосы, густые бакенбарды и гладко выбритый подбородок.

– Кто вы? – не переставая писать и не поднимая глаз, спросил мужчина.

– Это вы мне? – уточнил я.

– Угу.

– Евгений… Скворцов Евгений.

– Откуда вы?

– Ну… – я замялся, думая, стоит ли ему говорить, что я из другого мира. Ведь если здесь, как и у нас за подобное отправляют в дурку, то этого лучше не говорить. Поэтому я решил отвечать витиевато:

– Я приехал издалека.

– Из какого вы мира?

«О! Значит, этот мужик в теме! – облегченно пронеслось в моей голове, – Значит, можно говорить как есть. А, как называется мой мир?»

– Э, Земля…

– Вы русский или весский? Я вас плохо различаю.

– Русский.

– Случаем не царская Россия?

– Нет, – покрутил я головой, – путинская.

– Ясно, – кивнул он, продолжая писать.

– А, есть разница?

– С миром, где вашей страной все еще правит монарх, мы не так давно установили контакт. Там магия, хоть и в зачаточном виде, но применяется. Будь вы из того мира, у вас была бы возможность вызвать своего адвоката. А, так, придется довольствоваться нашим.

– Вон оно что…

Какое-то время мужчина молчал, продолжая писать, и мы сидели в тишине.

– При вас был найдена малая сфера земли. Как он к вам попал? – вдруг спросил он.

– Вы это про жемчужину? – уточнил я.

– Да.

– Выкрал у двух олухов на постоялом дворе.

– Один из этих, как вы говорите, олухов – Лесли Дройс, влиятельный человек, очень недоволен пропажей своего артефакта.

– Если она ему так дорога, чего же они ее без присмотра бросили?

– Бросили, значит? – уточнил мужчина.

– Да, я всего лишь ошибся комнатой, а там шкатулка, вот и взял, что плохо лежит.

– Заменив сферу гусиным яйцом?

– Да.

– Ясно.

Он сделал еще несколько записей, отложил листок в сторону, поднял на меня глаза и спросил:

– Как давно знаете Шебберила Клапса и его подельников?

– Несколько дней.

– И, что же вы Евгений, пошли на особо тяжкое преступление с людьми, которых совсем не знаете?

Я отвел взгляд в сторону. Что тут ответить? Тяга к приключениям и маниакальное желание вырваться из своего убогого городка, вот что было у меня в голове на тот момент. Да и в праве ли я их обвинять? Шеб сразу сказал, что мы идет воровать. Я еще гордился, тем, что стал членом волшебной гоп-компании.

Вот тебе Жека и расплата.

– Вас ждет смертная казнь.

– Как? – опешил я. От такой новости пол ушел у меня из-под ног.

– Но, у вас есть шанс на пожизненную каторгу, если согласитесь сотрудничать.

– Я согласен…

Мужчина достал из ящика стола трубку. Раскурил и, пуская сизые клубы дыма, продолжил допрос:

– Так, как же Клапсу удалось обойти наши защитные заклятия?

Глава 9

– Всем встать! Председательствует его честь судья Гримсби!

На трибуну вышел коренастый немолодой мужчина в белом судейском парике и черной мантии.

– Слушается дело о краже амулета «Силы незамутненного сознания» из хранилища Эйвильстинна! – провозгласил он, ударил молотком и продолжил:

– Подсудимый, вы признаете свою вину?

– Нет! – покрутил я головой.

– Нет? – удивился судья. – Но, вас же поймали с поличным!

– Помилуйте, я просто ошибся дверью.

– Ошиблись? Что значит, «ошиблись»?

– Сортир искал.

– В протоколе задержания, говорится, что вы помогли выкрасть амулет «Силы незамутненного сознания», передав вышеозначенный предмет своему сообщнику Шебберилу Клапсу, известному прохиндею мошеннику и негодяю.

– Брехня, – фыркнул я.

– Попрошу соблюдать приличие в зале суда! – взвизгнул Гримсби.

– Извините, ваша честь, – насупившись, пробормотал я.

– В протоколе, так же, упоминается и то, что вы сотрудничали со следствием.

– Да, это было.

– И на допросе во всем признались?

– Ага.

– Тогда почему вы сейчас отрицаете свою вину?

– Ну, вы спросили, я ответил…

– То есть, ваше отрицание вины ни чем не подкреплено?

– Ну, да.

– Хорошо, – кивнул судья, – в таком случае, мне все ясно! Обвиняемый, вы признаетесь виновным и приговариваетесь к смертной казни через отсечение головы! – с этими словами, он ударил молотком.

– Уводи! – выкрикнул тощий. Не дожидаясь пока я встану, он прокричал:

– Давай следующего!

Я сильно не волновался. Ведь Роквелл обещал меня пощадить…

Глава 10

Куча вонючей соломы на полу мрачного сырого каземата, вот что мне служило теперь постелью. Я лежал, смотрел в потолок и грустил. За содействие следствию в поимке банды Шеба, а я выложил сразу же все, что знал, сэр Роквелл – так звали того мужчину, что меня допрашивал, обещал заменить полагающуюся мне смертную казнь на пожизненную каторгу.

Время в заключении тянулось очень медленно. Кормили меня дважды в день, мерзкой баландой. Собственно, благодаря этому я и мог вести счет дням. Утром еду приносил Гатис – жирный балабол, который непременно плевал мне в тарелку и как-нибудь обзывал. Вечером, Дром – унылый и немногословный мужик, одним лишь своим видом он угнетал так, что пропадало желание жить.

Так прошли долгие и унылые двенадцать дней.

Я старался не падать духом, как не крути, но каземат всяко лучше, чем каторга или смертная казнь. Однако утром тринадцатого дня все изменилось. Вместо привычной баланды, жирный Гатис довольно произнес:

– Вставай, вша позорная, на выход!

– Что, на каторгу? Может, сначала покормишь? – поднимаясь, проворчал я.

– Поговори у меня! Шевелись, давай, пока кости целы! – пригрозил он, размахивая деревянной дубинкой.

Мы прошли по длинному коридору, поднялись по ступенькам, потом снова коридор, в конце которого были большие деревянные ворота. По мере приближения к ним, я все четче слышал крики людей.

– Куда ты меня ведешь? – настороженно спросил я.

– Заткнись и иди!

– Ну, уж нет! Сэр Роквелл обещал меня не казнить! Я же все рассказал!

– Если ты не пойдешь, я тебя отметелю!

– Нет! Нет, не надо! Я не хочу умирать! – отчаянно запричитал я. Ноги вдруг стали ватными. Они подкосились и я рухнул на каменный пол.

– Вот, значит, как?! – рявкнул Гатис. Он размахнулся и врезал мне так, что я потерял сознание, а когда очнулся, был уже на эшафоте. Толпа безумствовала, а палач точил свой большой топор.

«Эх, Роквелл, Роквелл, а еще сэр. Никому верить нельзя», – обреченно подумал я.

– Тащите его, – велел палач.

Двое крепких стражников взяли меня под руки и подтащили к пеньку, который стоял у края эшафота. Тут же в мою сторону полетели гнилые яблоки, помидоры и протухшие яйца.

– Довольно! – рявкнул на толпу палач. Те остановили свое бесчинство. Он подошел ко мне, поднял топор, удар и я погрузился во тьму.

Глава 11

Смерть – хреновая штука, после нее очень некомфортные ощущения. Я очнулся сидя в кресле, в кабинете сэра Роквелла. Все тело болело, будто меня пропустили через мясорубку, а потом собрали заново. И, пожалуй, так раза два, а то и три.

– Как вам вернуться в мир живых? – раздался за спиной знакомый голос. Я попытался обернуться, но резкая боль пронзила шею. С моих губ сорвался еле слышный стон.

– Не делайте резких движений, – продолжал сэр Роквелл, – какое-то время вы будете ощущать на себе последствие заклятия оцепенения.

Он сел за стол напротив меня.

– Зачем нужно было это представление? – проворчал я.

– Толпе нужны развлечения, они, знаете ли, без этого звереют, а казнь – излюбленное и, что самое главное, дешевое развлечение горожан. Что же касается вас, то это была демонстрация.

– Демонстрация?

– Да, – кивнул сэр Роквелл, – мне понравилось то, как ловко вы украли сферу у Лесли Дройса. Я решил дать вам шанс проявить себя доказав свою полезность. А то, что было утром – ждет вас, в том случае, если вы откажетесь от моего предложения или разочаруете меня.

Что тут сказать? Даже благородным сэрам нужны такие бесчестные и ушлые пройдохи вроде меня.

– Что от меня требуется?

– Есть некая молодая особа, Доратея Эйвери. Она едет учиться в наш Врамис. Вам нужно будет устроиться к ней на службу, и докладывать обо всех её передвижениях, чем занимается, с кем общается и тому подобное.

– И все? Просто шпионить? – удивился я.

– Да, это все, что от вас требуется, – кивнул сэр Роквелл.

– А, что по срокам? Как долго все это продлиться?

– Если вы, все еще думаете, что мы торгуемся, это не так. Вы будете служить мне и короне до тех пор, пока я не сочту вашу вину искупленной. Помните об этом, и о том, что вас ждет, если вы разочаруете меня. Это, надеюсь, понятно?

– Понятно, – вздохнул я.

– Вот и славно, – с этими словами, он позвонил в лежавший на столе колокольчик. Двери, расположенные в противоположной от входа стене, открылись, и на пороге появился высокий мужчина с рыжей бородой и рваным шрамом на левой щеке.

– Танкред, – обратился к нему сэр Роквелл, – будьте любезны проинструктировать и подготовить этого молодого человека к работе с Доратеей Эйвери.

– Слушаюсь, сэр, – кивнув, ответил Танкред. Он окинул меня оценивающим взглядом, после чего сказал:

– Пройдемте со мной, мистер.

Бородач провел меня по длинному мрачному коридору. Затем, мы спустились по короткой лестнице, повернули направо и вновь оказались в мрачном коридоре, в конце которого, зашли в темную комнату без окон.

Танкред щелкнул пальцами, висевшие на стенах свечи, тут же вспыхнули, вырывая из темноты стол, два стула и разлинованную доску на стене.

– Присаживайтесь, – сказал бородач, указывая на стул.

Глава 12

Следующие четыре дня я усиленно постигал все, что, по мнению Танкреда, могло мне пригодиться в предстоящем деле.

– Начнем с небольшого введения, – бородач ходил вдоль доски, сложив руки на груди, – почти три сотни лет тому назад, одиннадцать миров объединились в Альянс, дабы контролировать перемещение своих существ между границами мирозданий.

Был создан Совет альянса, в него входит по одному представителю из каждого мира. И был принят Кодекс, в котором советники утвердили правила, дабы блюсти равновесие между мирами. За исполнением оного, следит магическая стража, подчиняющаяся Совету альянса…

Я, тем временем, пробежался глазами по содержимому Кодекса. Ничего особенного, банальный список запретов. К примеру, нельзя было барыжить развитыми технологиями с отсталыми мирами. Наверное, чтобы тамошние умники, заполучив супероружие, не развязывали войн за власть или каких-то еще зверств.

«Вполне здравая идея», – усмехнулся я про себя, вспоминая наш мир и его историю. Миг спустя, по моей спине побежали мурашки, только от одной мысли о том, что могли бы натворить наши политиканы, получи они предметы из хранилища.

Запрещалось без соответствующего разрешения перемещаться между мирами. Вывозить и ввозить деликатесы и еще целые перечни товаров, в которые я вникать не стал. Были миры, для путешествия в которые нужны были особые прививки или амулеты, чтобы не подхватить местную заразу. Запрещалось ввозить животных, которые не живут в мире назначения и, соответственно, были животные, которых нельзя было вывозить. И так далее, далее, далее…

– …Преступников мы содержим тюрьме «Черногор», – продолжал Танкред, – суровое место, откуда невозможно сбежать и где лиходеи денно и нощно каются в своих скверных деяниях.

С азами мы закончили довольно быстро, и перешли к семейке Эйвери. Основатели рода, кто какие пристрастия имел, кто кого ненавидел, кто кому изменял и так далее.

Предки у Доратеи оказались теми еще сволочами. Такие вещи как честность, благородство и сострадание для них были совершенно чужды. Например, двоюродный прадед Доры сколотил баснословное состояние на детском труде. Он держал приют для беспризорников, которые за еду делали все: красили, белили, рубили, пилили. Предок Доратеи получал звонкую монету, а бездомные дети еду и кров.

Бабка по линии матери умудрилась из проституток пробиться во власть. Охмурила местного градоначальника, который овдовел вскоре после начала их романа, причем довольно при странных обстоятельствах: на его жену упал колокол, который служил набатом, когда та выходила из ратуши. А, через месяц бабка Доры выскочила замуж за новоиспеченного вдовца и, вскоре, стала вторым человеком в городе.

В общем, никто в роду Эйвери не гнушался идти по головам к своей цели. После всего этого, я даже думать боялся, что со мной сделает Доратея, если я проколюсь.

Кроме изучения родословной, Танкред заставлял меня осваивать местный этикет, историю всеобщей магии, историю Вройса и его политическую систему, гербы знатных, и не очень, семейств и прочее, прочее, прочее…

Это до ужина. Потом подкрепившись, мы спускались по длинной винтовой лестнице в подвал. Там, в освещенном факелами зале без окон, наставник учил меня пользоваться магическим оружием. В основном стрелковым. Волшебный многозарядный арбалет, различные браслеты и кольца, которые могли метать огонь, колья, стрелы или сосульки…

Потом на боковую, а утром, после завтрака, снова книги, имена, даты, чины и звания. Кто за что сел; кто кого убил; кто кого подставил…

* * *
– Имя прабабки по линии отца? – Танкред сидел за столом напротив меня.

– Саломея.

– Кто ее родители?

– По официальной версии: князь и княгиня Кешфордские. На самом деле: она девятая дочь сельского мясника.

– Хорошо, – кивнул мой наставник. – Усложним. Чем она прославилась?

Это действительно был сложный вопрос. За эти дни я получил колоссальный объем информации и у меня, просто напросто, все в голове перемешалось. Чтобы опять не выслушивать от Танкреда нотации, я решил не подавать вида, что не помню и попытаться угадать.

«Предки Доратеи были простолюдинами, – рассуждал я, – женщины, так вообще, шли по пути наименьшего сопротивления, торгуя своим телом. Так, так, так, чем же у нас знаменита Саломея?»

– Точно! – улыбнувшись, я хлопнул по столу и продолжил:

– Она была черной вдовой!

– Почти, – проворчал Танкред. – Черной вдовой была ее дочь от третьего брака, Валесса. А, Саломея известна тем, что стала основателем культа «Ровво».

– Точно, – махнул я рукой.

– Дальше. Имя родного дядьки, который занимает пост спикера в парламенте?

– Джеффри Стаут…

Глава 13

Наконец настал тот день, к которому мы так тщательно готовились. Танкред разбудил меня с первыми лучами солнца, велел помыться, после чего выдал новенький камзол, сорочку, чулки, штаны и туфли.

– Я выгляжу в этом как клоун, – проворчал я, стоя перед зеркалом, после того, как надел все это барахло.

– Так, – задумчиво протянул мой наставник. Не обращая внимания на мое недовольство, он, почесывая бороду, окинул меня взглядом. – Волосы! Вот, – с этими словами, Танкред достал из кармана металлическую баночку и протянул ее мне.

– Что это?

– Уложи свои патлы.

После того, как я был хорошенько примарафечен и нафуфырен для встречи с юной особой, Танкред поставил передо мной шкатулку, достал из нее свиток и, протянув его мне, сообщил:

– Это волшебный пергамент. Все, что ты будешь писать на нем, появится у нас. Так, ты будешь присылать ежедневные отчеты и получать приказы. А, эта чудесная вещь, – он протянул мне браслет, – называется «Браслет безмолвия» – накладывает на жертву соответствующее заклятие.

– Оружие? – удивился я.

– Применять исключительно в крайней необходимости, если вопрос будет касаться жизни и смерти. И, да, магической энергии в нем хватит на три заклинания, не больше. Так что будь осмотрителен.

Танкред щелкнул пальцами. Прямо передо мной возникла открытая книга и перо.

– Распишись в получении, – велел бородач. После того, как я поставил свою закорючку, книга захлопнулась и растворилась в воздухе.

Танкред щелкнул пальцами, переместил нас в лавку посредника по имени Алисфарт. Это был коренастый мужчина с круглым лицом, редкими волосами и небольшим животом. Он носил круглые очки с тонкой оправой, белую рубаху и брюки на подтяжках.

– А! – натянуто улыбнулся он, увидев нас. – Господин Танкред! Рад, очень рад вас видеть!

– Вот, – бородач кивнул на меня, – сделай все, чтобы его взяла к себе Доратея Эйвери.

– Конечно, конечно, – улыбнулся Алисфарт, протягивая вперед ладонь.

– Половина, остальное после, – с этими словами, Танкред вручил ему звенящий монетами кошель.

– Как и договаривались.

– Не подведи, – бросил бородач в мою сторону и, не дожидаясь ответа, исчез, озарив лавку яркой вспышкой света.

Учтивость Алисфарта тут же испарилась.

– Чего стоишь?! Шевелись давай!

Он провел меня за прилавок, посадил на табурет и велел ждать.

По словам Танкреда, посредники, вроде этого Алисфарта, помогают студентам Врамиса подобрать себе подходящего слугу, который будет помогать юному волшебнику, грызть гранит волшебных наук – таскать тяжелые сумки с учебниками, готовить еду, мыть посуду, стирать и гладить одежду; ну, и тому подобные мелочи, которыми знатным и богатым отпрыскам заниматься не по чину. Таких слуг называли холопчиками.

Нанимать холопчика лично, считалось дурным тоном, бескультурьем, а некоторые с вами и за руку перестанут здороваться, если узнают, что вы наняли холопчика, не прибегая к услугам посредника.

Контракты заключались не меньше чем на пять лет. После его подписания наниматель оплачивал первые два года работы холопчика вперед. Из этих денег, посредник забирал от пятидесяти до восьмидесяти процентов. Остальное шло на страховой взнос.

– Это еще зачем? – спросил я, когда услышал от Алисфарта про страховку.

– А, ты как собираешься оплачивать услуги лекарей, костоправов и других мастеров своего дела? – осклабился посредник.

– Что, мне они могут понадобиться?

– Послушай, парень, ты хотя бы отдаленно понимаешь, на что подписался?

– Нет, – покрутил я головой.

– О, – удивленно протянул он, смотря на меня поверх очков.

По словам Алисфарта, переломы это самое банальное, что могло произойти при работе холопчиком. Студент-волшебник мог ошибиться с заклинанием, тогда могло произойти всё что угодно, начиная появлением новых частей тела или обращением в животное, заканчивая испепелением или превращением в сосульку. Оказывается, гибель слуг на своем посту, дело обыденное и не удивительное.

«И почему я не удивлен, что Танкред мне ни слова не сказал об этом?» – усмехнулся я про себя.

– Каких случаев только не бывает, – продолжал рассказывать Алисфарт. – Знаю одного парня, он уже третий год ходит с жабрами. Молодой хозяин в пьяном угаре заколдовал, а тот говорит, удобно, решил оставить. Одного бедолагу наизнанку вывернуло ошибочным заклинанием, другого уронили при отработке левитации, – посредник хихикнул, – по щаз тот случай перед глазами стоит, при ударе о мостовую, ошметки гнома разлетелись на несколько кварталов…

В общем, условия работы были, мягко говоря, не сахар. Но, несмотря на это, желающих стать холопчиком было хоть отбавляй.

* * *
Прошел не один час, прежде чем на пороге лавки Алисфарта появились две девушки. Доратею Эйвери я сразу узнал. Распущенные черные как смоль волосы, большие голубе глаза, высокие скулы и острый подбородок. Она была еще красивее, чем на картинках Танкреда. Её сопровождала подружка по имени Калиста Вульпиан – не такая привлекательная, низенькая рыжеволосая девушка, про нее Танкред мне тоже рассказывал.

– Где этот торгаш? – надменно произнесла Доратея.

– Я здесь, госпожа, здесь, – протараторил Алисфарт, выходя из подсобки.

– Показывай-ка нам самый лучший товар!

– Вот, госпожа, – раболепно промурлыкал посредник, жестом подзывая меня к прилавку, – самый лучший образчик.

Я подошел.

– Симпатичный, – протянула Доратея, осматривая меня словно вещь на магазинной полке. – Как тебя зовут?

– Женя.

– Какое глупое имя, – фыркнула она, – мне не нравится.

– Не торопитесь, моя госпожа, дайте ему шанс. Это совершенно очаровательный экземпляр! – промурлыкал Алисфарт.

– Да? – со скепсисом спросила она, косясь в мою сторону. – Хорошо. Что ты умеешь?

– Много чего, госпожа, я обучен этикету, недурно готовлю, – у меня в голове возник кот из детского мультика, так что я тут же добавил:

– Еще умею вышивать. Крестиком.

– Скукота, – отмахнулась от меня Доратея. – Что у вас еще есть? – обратилась она к хозяину лавки. Тот взглянул в мою сторону, с сожалением вздохнул, понимая, что не видать ему отката, который обещал Танкред, расплылся в улыбке и, заискивающе, промолвил:

– Думаю, у меня есть то, что вам понравится, – он показал на дверь в соседнюю комнату и добавил:

– Будьте любезны пройти сюда…

– Дора, раз ты его не берешь, можно возьму я? – спросила вдруг Калиста. – Он мне понравился.

– Забирай, – фыркнула та.

Глава 14

– Что?! Как это она тебя не взяла?! – возмутился Танкред. – Мы же с тобой тщательно подготовились! Ты, что, был не учтив?!

– Ей это сто лет не надо, – проворчал я, сложив руки на груди.

– Да, да, – закивал Алисфарт. – Ваш протеже очень старался, но юная госпожа пожелала себе экзотичного холопчика.

– Экзотичного?

– Она остановила свой выбор на волколаке.

– Плохо, очень плохо, – пробормотал побледневший Танкред, усаживаясь в кресло. Он, на удивление, очень близко к сердцу принял, тот факт, что Доратея не взяла меня к себе в холопчики. Видимо, премию за это обещали. А, тут, накоси-выкуси.

– Могу я вам что-то предложить, дабы скрасить разочарование? – предложил ему Алисфарт. – Мне недавно привезли несколько бутылок замечательного белого вина.

– Нет, нет, спасибо, милейший, – задумчиво ответил Танкред. – Мы уже уходим. – Как? – удивился продавец. – Но за вашего протеже уплочено, завтра он должен явиться ко двору леди Грейн.

– Не волнуйтесь, я улажу этот вопрос.

Повисла пауза. Алисфарт ждал, когда мы уйдем, а бородач, несмотря на свои слова, не торопился уходить. Он сидел в кресле, смотрел в пустоту и, постукивая пальцами по подбородку, о чем-то думал.

– Может, все же вина или чего-то другого? – снова предложил посредник.

– Вы очень любезны, но нет, мы торопимся, – отказался Танкред.

Алисфарт непонимающе развел руками. Он взглянул на меня, видимо, желая получить хоть какое-то объяснение происходящему. Я пожал плечами, потому что и сам не понимал поведения своего наставника.

– Я дико извиняюсь, за свою неучтивость, просто у меня… – начал, было, продавец, но Танкред его перебил:

– Идите, мы вас не задерживаем.

Алисфарт какое-то время, молча, хлопал глазами. Наверное, матерился про себя. Потом глубоко вздохнул и, со словами: «До скорых встреч», вышел из комнаты.

Минут десять – пятнадцать, мы сидели в тишине. Танкред, по-прежнему глядя в пустоту, думал о своем, а я, молча, ждал, чем все это закончится.

– Идем, – вдруг сказал он и вскочил из кресла.

– Куда? – машинально выпалил я.

– Есть идея, – с этими словами, Танкред щелкнул пальцами и лавка Алисфарта исчезла.

Глава 15

Мы, оказались на узкой безлюдной улочке, перед невзрачным слегка покосившимся домишкой. Солнце уже скрылось за крышами, но было все еще светло.

Не проронив ни слова, Танкред постучал в дверь.

Пока мы ждали, когда нам откроют, я, все думал: «Зачем мы здесь? Что затеял бородач и почему так сильно боится провалить мое внедрение? Очень интересно узнать, сколько получают местные шпионы, и когда мне начнут платить? Как ни как, по словам Алисфарта, задание у меня довольно опасное, а раз бородач так держался за эту премию, значит, оно того стоило».

Наконец любопытство взяло надо мной верх, и я спросил:

– Как ты собираешься убедить девицу передумать?

– Увидишь, – неохотно ответил Танкред.

– А, почему для тебя так важно преуспеть в этом деле? Премия горит? – усмехнулся я.

– На твоем месте, я бы тоже приложил максимум усилий для выполнения задания сэра Роквелла, – усмехнулся он в ответ.

– Это еще почему?

Но тут дверь домишки открылась, и мой вопрос остался без ответа.

На пороге стоял длинный и тощий как жердь мужчина. У него были редкие седые волосы, большие глаза навыкате, острый крючковатый нос и, не менее острый, покрытый неровной щетиной, подбородок.

– Чего надо? – сухо неприветливо спросил он.

– Ты еще кто? Сидор где? – Танкред бесцеремонно отодвинул тощего и шагнул через порог. Я, стараясь не отставать, направился за ним.

– Ни шагу дальше! – воскликнул тощий.

Стоило мне обернуться, мне в лицо уткнулось длинное ружейное дуло.

– Это что, запрещенное оружие? – удивленно приподняв правую бровь, уточнил Танкред. В его руках вспыхнули языки пламени. – Положи это на пол и отойди, пока жив.

– Только дернись! От этих пуль, тебя ни какая магия не спасет!

– Что за шум?! – в коридоре появился гном в голубом с золотыми узорами халате. У него была густая темная шевелюра и не менее густая борода. – Танкред? – удивился гном, и тут же обратился к тощему:

– Амонеус, успокойся, это свои. Спасибо за бдительность, ступай.

Тот, недовольно, что-то проворчал, опустил ружье и прошел вглубь дома.

А, гном, тем временем, окинув нас взглядом, спросил:

– Каким ветром?

– Дела, – улыбнулся Танкред.

Глава 16

Внутри невзрачный пятистенок выглядел совершенно иначе, он был на много больше. Просторная гостиная с большими окнами и высокими потолками, лестница на второй этаж с резной балюстрадой и золоченые канделябры. Картины, с которых на меня высокомерно смотрели гномы, гобелены с вышивкой и потрескивающий камин.

Забыв обо всем, я удивленно смотрел по сторонам, таких чудес мне еще видеть не доводилось.

После того, как Танкред рассказал Сидору о цели нашего визита, гном провел нас в подвал. Там было множество стеллажей, полки которых буквально ломились от всякого рода банок, склянок, бутылочек и пузырьков.

Сидор подошел к одной из полок, взял с нее бутыль с жидкостью болотного цвета и сказал:

– Вот у этого зеленого, эффективность процентов пятьдесят – шестьдесят…

– Не подходит, – оборвал гнома Танкред. – Нам нужно стопроцентная гарантия успеха.

– Должен предупредить, у стопроцентных эликсиров жуткая побочка.

– Плевать, – отмахнулся бородач, – не мне его пить.

– Тогда вот этот, – гном достал из ящика стола прозрачный флакончик с золотистой жидкостью и благоговейно продолжил:

– «Офелия». Сносит башню со стопроцентной гарантией. Долгоиграющая штука. Лучше всего подмешивать в красное вино – вообще не ощущается. И да, пить нужно обоим партнерам.

– Что?! – округлил я глаза.

– Это вам не магические зелья, – пожал плечами гном, – правила другие.

– Ты же сказал, у них жуткая побочка! – напомнил я.

– Волноваться совершенно не о чем, ничего смертельного. Так, зуд, временная слепота на один глаз. Иногда: недержание и метеоризм. Крайне редко: глюки, импотенция – так это вообще, один случай из тысячи…

– Это все? – уточнил Танкред.

– Ну-у-у, – гном закатил глаза, – почти. Еще бывает усиленный рост волос, кожные высыпания, кратковременная потеря памяти…

– Берем! – снова перебил его бородач.

– Что значит «берем»? – возмутился я. – У меня нет ни малейшего желания пить эту лабуду.

Не обращая на меня внимания, Танкред расплатился с Сидором, бережно положил «Офелию» во внутренний карман сюртука, после чего щелкнул пальцами, переместив нас на улицу.

Уже стемнело, но на небе не было ни облачка, и свет, исходящий от лун Вройса, освещал все вокруг будто днем. Стрекотали цикады.

– Почему именно это? – не унимался я. – Гном сказал, есть зелья вообще без побочных действий.

– Они волшебные, – проворчал Танкред.

– И что?

– И то! Дора, начинающая волшебница, ее родители и окружение – волшебники. Кто-то из них может заметить, что применялось магическое средство. А я хочу этого избежать. В мире волшебников, лучше всего применять штучки из высокотехнологичных миров.

– Тогда, может, есть какая таблетка, от побочного действия?

– Может и есть, – пожал плечами бородач. – Нужно было об этом думать, когда мы были в доме торговца. Возвращаться не будем. Держи, – с этими словами он достал из-под полы что-то белое и бесформенное, похожее на наволочку.

– Что это?

– Маска.

– Маска? – удивился я.

– Не думал же ты, что мы заявимся в дом к Эйвери, не изменив внешность? – усмехнулся Танкред. Вручив мне маску, он достал еще одну и ловко натянул ее на голову.

– Ты же говорил, что магия нас выдаст?

– Так и есть.

– Тогда…

– Эти штуки – чудеса дорверских технологий! Ни грамма магии! – сообщил Танкред, расправляя складки на своем «лице». Теперь, он был коренастым пожилым мужчиной, практически без волос, но с шикарной седой бородой и завитыми усами. – Чего смотришь? – проворчал старик. – Надевай свою.

Внутри маска до отвращения пахла чем-то приторно-сладким. На ощупь она напоминала обычный мешок, но стоило ее натянуть на голову, она тут же обрела форму.

– Не торопись, – посоветовал Танкред. – Нужно как следует расправить все складки…

Глава 17

Закончив маскировку, я и Танкред переместились к дому семейства Эйвери. Музыка и веселые крики гостей разносились по всей округе.

За высоким каменным забором виднелся роскошный четырехэтажный особняк.

– Нехилый домишко, – присвистнул я.

Ворота никто не охранял, так что мы сделали свои ненастоящие лица кирпичом и прошли во двор. Народу на праздник собралось много. Все пили, ели и танцевали под мелодичные звуки музыки.

– Какой у нас план? – осматриваясь по сторонам, негромко произнес я.

– Все просто, подкатывем к Доре и напаиваем нашим чудо-зельем, – ответил Танкред.

– Звучит просто.

– Уверяю тебя, это далеко не так, так что расслабляться не стоит, – сурово ответил мой спутник.

Он оказался прав, подкатить к Доратее, не вызывая подозрений, на деле было совсем не просто. Вскоре мне начало казаться, что пробраться в Эйвильстинн и то проще! Девчонка постоянно находилась в окружении то подруг, то поклонников, то родственников.

– Что они в ней находят? Ни кожи, ни рожи, – проворчал Танкред, когда очередная группа взбудораженных парней обступила девушку.

– Брось, нормальная бабенка, – возразил я.

– Если мы не придумаем, как напоить ее, завтра ты уже не будешь таким веселым!

– Ладно, есть у меня идейка, – улыбнулся я и опрокинул стопарик для смелости.

– Что ты задумал?

– Смотри и учись, как надо кадрить телок!

Не то, чтобы я был мачо или пользовался большой популярностью у противоположного пола, нет, все было куда проще – я умел играть не гитаре и, порой, это приносило мне приятные бонусы в качестве очарованных девиц.

Конечно же, я не был виртуозом. Мой предел: три-четыре аккорда и нетленки Цоя, вечером, во дворе на лавочке, под пивандрий и сухарики.

Ничто так не впечатляет подвыпивших девчонок, как «Звезда по имени Солнце» слегка гнусаво и чуть небрежно спетая под гитару. Вот я и решил применить свой проверенный пикап-прием на местной девчатине.

Пробравшись на пятачок, где сами собой играли волшебные инструменты, я взял самый похожий на гитару: выпуклый, с длинной декой и четырьмя парами струн. Инструменты недовольно загалдели.

– Эй, руки убрал от меня! – возмутилась неправильная гитара.

– Тише вы! – шикнул я на них. – Помогите произвести впечатление на девушку, – с этими словами я сел на табурет и стал проверять звучание прибора.

– За это придется удвоить гонорар! – сообщила гитара.

– Хорошо, счет предъявишь заказчику, – ухмыльнулся я и запел:

«Белый снег, серый лед,
На растрескавшейся земле.
Одеялом лоскутным на ней,
Город в дорожной петле,
Городу две тысячи лет…»
* * *
– Потрясающе, – раздался за моей спиной женский голос, когда я закончил петь.

– Да ладно, я всего лишь немного напел под гит… – стоило мне обернуться, как слова комом застряли у меня в горле.

«Твою-то мать!» – подумал я, увидев перед собой крашеную блондинку шириной в три меня. У нее был агрессивный макияж и плохо прокрашенные корни волос. Каждую жировою складку на ее теле облегало розовое платье с глубоким декольте, практически не прикрывающее огромные груди.

«Да, похоже, промашечка вышла», – понял я и попытался разглядеть Доратею среди гостей. Её нигде не было, но, зато, я увидел Танкреда. Он стоял неподалеку от пяточка, скорчив недовольную гримасу и сложив руки на груди.

– Спой еще что-нибудь, – продолжала экстравагантная блондинка, – обожаю красавчиков, которые умеют петь.

– Одну минуточку! – произнес подоспевший ко мне напарник. – Нам нужно ненадолго отлучиться, – с этими словами, он потянул меня за собой. – Хорошая попытка, только вот Дора тебя совсем не слушала, – сказал он, когда мы ушли с пятачка.

– Как не слушала? – насупился я.

– Ну, извини, пока ты ублажал слух этой толстухи и остальных гостей, наша девица ушла с очередным красавчиком и его дружками.

– Зараза. Что делать-то?

– Для начала нужно найти их!

– Ты видел, куда они ушли?

– Ага, они покинули именье. Идем, – с этими словами, Танкред направился к воротам. Я следом.

Но уйти просто так нам не удалось. У ворот дежурила положившая на меня глаз толстуха.

– Милый, а как же я? – промурлыкала она.

– Извини, детка, мы сейчас вернемся, – улыбнувшись, ответил я, ускоряя шаг.

– Я с вами!

– Некогда! Пес с ней, пусть идет, – прошептал мне Такред.

И, вот, уже втроем, мы отправились искать Доратею и ее дружков. Мне чертовски было интересно, как бородач собирался отбить девушку у нескольких лбов без применения магии, а после, еще и напоить девицу нашим зельем.

– Милый, кого мы ищем? – промурлыкала толстуха, держа меня под руку.

– Доратею, – выпалил я.

– Шкет, ты языком-то поменьше трепи, – одернул меня Танкред.

– О, так она же в доме, – сообщила наша спутница.

– В доме значит? – уточнил я, бросив укоризненный взгляд на своего куратора.

– Ну, да. Видела собственными глазами! Она, Лидия и Кора, с тремя парнями поднимались на крыльцо.

– Быстро, в дом! – Танкред схватил меня за руку и потащил обратно к имению Эйвери, откуда по всей округе разносились звуки веселья и музыка.

* * *
Миновав разгоряченных гостей, мы поднялись на крыльцо и вошли внутрь дома. Благо все уже были в таком пьяном угаре, что на троицу, бесцеремонно вломившуюся в хозяйский дом, никто не обратил внимания. По крайней мере, я так думал.

– Вот это домик, – протянул я, оказавшись в роскошной прихожей с высокими потолками. Чуть дальше начиналась широкая лестница наверх.

– Не тормози, закрой рот и двигай! – одернул меня Танкред.

– Как мы найдем их? Здесь настоящий лабиринт.

– Если ты заткнешься, то услышишь их!

И действительно, из одной спален второго этажа, доносились смех и веселое девичье повизгивание.

– Идем! – велел Танкред, поднимаясь по ступеням лестницы.

– Эй! Вы что здесь делаете! – вдруг донеслось из другого конца прихожей. К нам широким шагом приближался дворецкий.

– Что делать-то будем? – прошептал я.

– Выкручиваться, – процедил сквозь зубы Танкред, готовясь колдовать.

– Все в порядке, Джалвейс, – вдруг произнесла толстуха, – они со мной. Мы к Доре.

– Хорошо, как скажете, госпожа, – дворецкий слегка поклонился, развернулся и пошел обратно.

Я и Танкредом удивленно переглянулись, он развел руками, после чего мы направились наверх.

* * *
– Друзья! Я женюсь! – воскликнул Танкред, ввалившись в комнату. За собой он тащил толстуху, а я, с бокалами вина, шел следом. – Давайте же отметим! – продолжал бородач, – Вина! Вина! – закричала девица, которая была с Дорой в лавке Алисфарта.

– Вы еще кто такие? – недовольно проворчал один из парней, подозрительно осматривая сначала обрученную парочку потом меня.

«Да, мне его план сразу не понравился», – подумал я и приготовился к драке.

– Поздравляю! – взвизгнула Доратея. Подскочив к Танкреду с толстухой, она принялась их обнимать и целовать. Две других девчонки последовали её примеру.

«Кажется, пронесло», – пронеслось у меня в голове.

– Шкет, вино! Давай вино! – одернул меня бородач.

Я протянул ему один из бокалов и он, тут же вручил его Доратее. Не веря в нашу удачу, я, затаив дыхание, ждал, когда она выпьет вино…

Глава 18

Меня разбудило пение птиц.

– Твою мать, – простонал я, открывая глаза. Голова буквально трещала по швам. Во рту все пересохло так сильно, что язык прилип к нёбу. Изжога, отрыжка и еще, кажется, онемела левая нога.

Было чертовски прохладно. Пошарил рукой в поисках одеяла, но нащупал лишь сухие листья. Открыв глаза, я, к своему удивлению понял, что лежу в какой-то неглубокой яме. Без штанов.

Уже рассвело. Голубое небо, деревья, на ветках которых сидели воробьи и с интересом изучали меня.

– Твою мать! – снова простонал я. – Где это меня угораздило оказаться?!

Тут же стали всплывать обрывки вчерашнего вечера. Мы с Танкредом пришли на праздничный прием в доме Доратеи Эйвери, в честь её поступления во Врамис. Потом я пел, а потом… Точно! Наверняка это все из-за того зелья, с кучей побочек!

«Вот, значит, как. Все-таки рыжебородый ушлепок заставил меня выпить это мерзкое зелье, – пронеслась в моей голове неутешительная мысль. – Надеюсь, девица тоже выпила и все эти мучения не зря».

– Ладно, Жека, – сказал я себе, – давай-ка выбираться из этой ямы, а то что-то я околел уже.

Стоило мне повернуться, как в бок уперлась коряга.

– Твою мать, – жалобно простонал я.

Только я, с великим трудом, приподнялся, бадун тут же сказал свое жесткое «нет» – перед глазами все поплыло, и я нырнул обратно в гниющую листву. В нос врезался запах сырости, плесени и говна. Я выругался.

Оставаться в этой яме у меня по-прежнему не было желания. Собрав всю волю в кулак, превозмогая сильнейшее головокружение, я пополз наверх, к свету и свободе, прочь из этой треклятой ямы.

Выбравшись, я знатно блеванул. Вышло все, чем мне посчастливилось набивать живот весь вчерашний вечер. Когда рвотные массы закончились, мое самочувствие стало заметно лучше, и я смог встать на ноги.

– Куда же меня занесло-то? – осматриваясь по сторонам, пробормотал я. Вокруг была густая лесная чаща и ни малейшего намека на усадьбу Доратеи. – Что за хрень? Будет сложно найти обратный путь, если сюда я заперся на автопилоте.

Птички щебетали, как ни в чем не бывало, не обращая на меня ни малейшего внимания. Где-то стучал дятел, а ветер шелестел листьями.

«Твою мать! Сука! Вот это меня угораздило…» – подумал я и, продираясь через лесную чащобу, побрел, куда глаза глядят. А что еще делать? Надо выбираться к людям.

* * *
Продираясь через густые заросли, я еще два раза проблевался. А еще, изодрал в клочья новенький камзол, что выдал мне Танкред. Да, кто же знал, что мне придется преодолевать полосу препятствий на пересеченной местности? Я на задание ехал, шпионить за Дорой.

«Интересно, а как так получилось, что я отбился от остальных? Может я набыдлил кому и меня, таким образом, наказали? Это как же надо провиниться-то, чтобы оказаться в яме? И, вообще, куда смотрел Танкред?»

Так, угнетенный невеселыми мыслями и бадуном, я пробирался через лес, в неизвестном мне направлении, ведомый лишь надеждой на то, что впереди мне непременно повстречаются люди. Не могли же меня бросить очень уж далеко от цивилизации…

Преодолев очередное препятствие из спутанных веток, я наконец-то выбраться из чащи и оказаться на проселочной дороге, которая проходила вдоль каменного забора, а за ним виднелся знакомый особняк семейства Эйвери.

– Фу, вроде бы выбрался, – выпалил я, вытирая со лба испарину.

* * *
– Где тебя носит, пьянь?! – рявкнула на меня Доратея, когда я вошел во двор поместья. – Нам уже час назад нужно было выехать!

Как оказалось, все было готово к отъезду в академию, ждали только меня. Дора ходила вокруг кареты и поносила меня, на чем свет стоит.

В её рассерженном взгляде было нечто манящее. Надутые губки, вздернутый носик, торчащая из декольте грудь, пробивающиеся через материю соски, подчеркнутые платьем изгибы женского тела, крутая попка. Все это заставило моего маленького друга выпрямиться во весь рост, уткнувшись в тесные штаны.

– Бегом в карету! – воскликнула Доратея, – надо еще на рынок заехать, купить кое-что!

Глава 19

Я проснулся от того, что кто-то бесцеремонно тормошил меня за плечо.

– Женька, вставай, сегодня первый учебный день. Мне пора собираться, – донесся сквозь сон голос Доратеи.

Мы находились в комнате общаги Врамиса, в которую заселились позавчера вечером. Потом, весь следующий день мы с Дорой гуляли по академии и окрестностям, пока слуги обустраивали комнату. А после, когда они уехали стали отмечать.

Почти всю ночь, мы пили вино и предавались плотским утехам. Дора оказалась настоящей нимфоманкой – могла прыгать и прыгать на мне не один час без остановки. Поначалу, мне это понравилось, а, вот, несколько часов спустя, я понял, что попал в серьезный переплет. Я в полной мере почувствовал себя старым заезженным конягой, и единственное чего мне хотелось, это спать.

– Дорочка, солнышко, ну, мы же только прилегли. Ну их, эти занятия, давай подремим еще пару часиков.

– Кретин! Вставай, сказала! Платье подавай! – рявкнула Доратея и бросила в меня туфлю. Каблук больно врезался мне в лоб, и я сразу же проснулся.

От волнения, девушка места себе не находила. Долго не могла решить какое платье надеть, как уложить волосы, какую помаду выбрать. Только мне показалось, что все, собрались, как она решала, что чулки не удобные и все заново, ведь к новым чулкам нужно другой платье, другие туфли, прическа тоже должна быть другая. Естественно и макияж.

* * *
К аудитории мы попали вместе со звонком.

– Так, жди меня тут, – строго сказала Доратея, забирая у меня из рук сумку с учебниками, – я не хочу сама таскать сумку. Понял?

Я кивнул и, Дора юркнула в дверной проем, который сразу же за ней захлопнулся.

После нашей утренней пробежки до учебного корпуса, остатки сонливости окончательно улетучились. Несмотря на строгий наказ хозяйки, сидеть под дверью, как Хатико, мне совершенно не хотелось. До конца занятий была целая уйма времени. Я решил прогуляться – изучить окрестности академии. Мало ли, что может пригодиться мне в шпионской деятельности.

«К следующей перемене вернусь», – решил я, направляясь к выходу из учебного корпуса. Шагая по вымощенной камнем аллее, миновал внутренний двор с фонтаном. Потом лужайку, на которой студенты практиковались в левитации. Озеро, на берегу которого учащиеся осваивали магию воды. И, наконец, добрался до «Гнилых врат».

Выйдя за стены Врамиса, я оказался на узких, заполненных горожанами, улочках Вройса.

Со стороны академия выглядела куда внушительнее, чем со двора. Огромный замок с высокими стенами и башнями, которые убегали высоко в небо. Широкий ров с водой и разводной мост через него. Настоящая крепость, а не учебное заведение.

Неторопливо, я зашагал по булыжной мостовой, куда глаза глядят. Всего через несколько кварталов, мостовая сменилась грунтовой дорогой, с лужами смердящих помоев.

– Вот тебе и столица, блин. Что ж за свиньи тут живут? – выругался я, сворачивая в проулок, где не было вонючей жижи.

Не прошел я и десяти шагов, как меня окликнул грубый мужской голос:

– Эй, ты, стой!

Обернувшись, я увидел следовавшего за мной зеленокожего здоровяка с маленькой головой и торчащими клыками.

«Это еще кто?» – пронеслось у меня в голове, а ноги ускорили шаг. Связываться с ним у меня не было ни малейшего жедания.

– Стой, сказал! Куда?! Догоню, хуже будет! – покричал тот и бросился за мной бегом. Недолго думая я тоже побежал. Но далеко мне уйти не удалось. Зеленый верзила меня догнал, схватил за плечо и, прежде чем я успел что-то сделать, ударил кулаком по голове…

* * *
Очнулся я, в мрачном вонючем месте, за небольшим столиком, привязанный к стулу. Через заколоченное досками окно, еле-еле пробивался дневной свет. На мне было какое-то грязное платье. Напротив сидело чучело, с нарисованным лицом, а из его головы торчала солома.

– Я тебе говорю, потушим его с овощами, – донесся из-за двери хриплый женский голос.

– Задрали меня твои овощи! Пусть будет в собственном соку! – возразил уже знакомый грубый мужской голос.

– Только о себе и думаешь, мерзкий эгоист! – сказала женщина.

– Конечно! Именно по этому, я целый месяц жру твою траву! В коитом веке перепала человечинка, и ту, хочешь испоганить своей травой!

– Что?! – воскликнула женщина. – Испоганить?!

– Да!

– Может, ты сам будешь готовить?!

– И буду! Отойди!

– Щ-щаз! Размечтался!

«Похоже, они спорят, как меня приготовить», – отметил я про себя. Мне это было на руку, пока они не могли придти к согласию, я не попаду к ним на обеденный стол. Это давало мне призрачный, но шанс. Оставалось скинуть удерживающие меня путы, что было совсем не просто – узлы вязал настоящий мастер.

После нескольких неудачных попыток, я понял, что это конец. Дверь, из-за которой доносились голоса, со скрипом открылась, и в комнату вошел один из моих похитителей.

Судя по тому, что он был значительно меньше того амбала, который меня вырубил, это был ребенок. Возможно, девочка – если рассматривать косички и вплетенную в одну из них ленточку, как отличительный признак.

В руках она держала чайник.

– Привет, – натянуто улыбнулся я. – Как тебя зовут?

– Дейзи, – ответила девочка. Голос у нее был такой же грубый, как и у мамаши.

– А, я, Женя.

– Нет, – покрутила головой Дейзи. Она, подошла к столу. Наливая в стоящие на столе чашки кипяток, девочка сообщила: – Тебя зовут графиня Жанна Дю Лазон, а это, – она указала на чучело, – твой муж, граф Этьен Дю Лазон.

Девочка поставила чайник в сторону и добавила:

– Чай.

«Жанна, так Жанна, – облегченно выдохнул я. – Главное, не стать обедом этих существ».

Наши посиделки продлились не долго. Дверь со скрипом открылась, на пороге появилась огромная фигура.

– Дейзи, хватит играть с едой! – произнесла она грубым женским голосом. – Неси его сюда, потрошить будем.

– Но, мама, мы еще не допили чай! – противно взвизгнула девочка.

– Неси, сказала! А, то, останешься без сладкого!

Вдруг раздался грохот, вспышки света стали пробиваться через дверной проем. Дом наполнился душераздирающими воплями и запахом гари. Дейзи испугалась и залбралась под стол. Чуть позже я у знал, что это волшебная стража, совершила рейд на притон огров, которые находились в городе незаконно.

К слову, трупы огров лежали неподалеку, в дальнем углу. От них поднимался сизый дымок и смердящий запах.

Всюду были патлатые парни в черных мантиях, на которых была нашита эмблема: кулак на фоне молний, а под ним витая лента с девизом «Закон превыше всего». Меня вытащили из кладовки и посадили за стол перед мужчиной, которому было на вид лет сорок. У него были черные сальные волосы до плеч, тонкие губы, орлиный нос, широко посаженные темные глаза и узкое лицо. На нем была такая же черная мантия.

– Фрайг, с девчонкой что делать? – обратился к нему один из стражей, он держал за руку Дейзи, по ее зеленым щекам струились слезы.

– Отправь в резервацию, к своим, – после этих слов, он окинул меня холодным оценивающим взглядом и строго произнес:

– Ты кто такой?

– Женя.

– Ты шпион?

– Нет.

– Почему на тебе платье?

– Вы не поверите, история идиотская, – начал я, и рассказал ему о том, как оказался у огров. Фрайг, молча, все выслушал, а когда я закончил, некоторое время посверлил меня глазами и сказал одному из своих людей:

– В каземат его.

В каземате я просидел до вечера. Меня нашла и вытащила Доратея, отвалив на лапу стражникам крупную сумму денег. Выслушав от нее кучу не лестных слов в свой адрес, я узнал, что буду находиться у нее на услужении, пока не отработаю деньги, которые она заплатила за мое освобождение.

– Что?! Постельное белье вчерашнее?! – возмутилась Доратея, когда мы вернулись в общагу.

– Ну, да, – пожал я плечами.

– Кретин, для чего я тебя, по-твоему, завела?!

– Ну, что бы я делал тебе хорошо…

В ответ я получил хлесткую оплеуху.

– Чтобы через десять минут у меня было свежее белье!

Глава 20

На следующий день, проводив Дору на занятия, я, чтобы не получить очередного леща, занялся уборкой в комнате. Поменял постельное белье, подмел ковер, вымыл посуду, вытер пыль и погладил высохшие простыни. Потом решил сложить в сундук валявшиеся на кресле платья, тогда мне и попалась на глаза, неприметная рукоять на левой боковине сундука.

Потянув за нее, я вновь откинул крышку и заглянул внутрь. Привычного содержимого там больше не было, только бесконечная винтовая лестница, убегающая в темноту.

«Интересное кино», – пронеслось у меня в голове. До конца занятий оставалось немногим больше часа, и я решил проверить, что это за сундук такой и куда приведет меня лестница. Чем черт не шутит? Вдруг моя инициатива позволит найти нечто важное и сэр Роквелл скостит мне срок?

* * *
Я спустился по винтовой лестнице на дно сундука. Внутри было сыро и темно. Я зажег фонарь и зашагал вперед. Коридор был прямым, без поворотов и ответвлений. Вскоре он закончился деревянной дверью. Она была покрыта слизнями и плесенью.

Я, аккуратно приоткрыл дверь. За ней висела одежда. Повеяло чарующим запахом мужского одеколона, и средства от моли. После сырости и плесени подземелья, они пьянили словно вино.

«Похоже на шкаф», – пронеслось у меня в голове.

Стараясь не издавать громких звуков, я раздвинул висящую на вешалках одежду и переступил через порог. Дальше была двухстворчатая дверь. Приоткрыв ее, я прислушался. За ней никого не было.

Я шагнул вперед и оказался в небольшой комнате, очень похожей на ту, в которой жили мы с Дорой, только здесь было как-то уютнее. Обернувшись, я убедился, что пришел из шкафа…

«Это же общага», – осенило меня. За окном был все тот же двор Врамиса, только эта комната располагалась в северном крыле, а мы с Доратеей жили в южном.

«Интересно, чья это комната?» – осматриваясь, подумал я.

Вдруг в коридоре послышались приближающиеся голоса. На всякий случай, я решил спрятаться в шкаф, вдруг это хозяин комнаты. Предосторожность оказалась не лишней: щелкнул открывающийся замок и в комнату вошли двое.

– … а, она ему и заявляет: «Вы меня на прошлом занятии спрашивали», причем еще таким недовольным тоном, типа: «какого хрена ты себе позволяешь?»

– Да, оригинальный экземплярчик. Ну, а он что?

– А, что он, отчитал ее, нагрузил индивидуальными заданиями и оставил дежурить.

Они остановились рядом со шкафом и я, чтобы не испытывать судьбу, юркнул в потайную дверь.

Глава 21

Сообщать Танкреду о своей находке я не спешил. Сперва решил выяснить, кто живет в той комнате. На первый взгляд может показаться, что это проще простого. Отнюдь. Когда ты являешься холопчиком у взбалмошной избалованной семнадцатилетней студентки, твоя жизнь становится абсолютно непредсказуемой.

В тот день ничего не предвещало беды. Мы с Дорой, как обычно, шли к учебному корпусу. Она – летящей походкой, я – шаркая ногами, согнувшись под тяжестью её рюкзака, усердно планируя способ определения владельца загадочной комнаты.

Как вдруг, у нас на пути возникли несколько сокурсников Доратеи. За ними следовали их холопчики с рюкзаками: мордатый кентавр, тощая сутуля женщина лет пятидесяти, пара волколаков – когда Танкред меня натаскивал, я читал про них и видел рисунки в книгах, но в живую эти существа создавали совершенно иное впечатление – псоглавые люди из мира Нур’Ваад.

Еще среди холопчиков были три гнома: седобородый старик с большим носом картошкой, коротко стриженый брюнет средних лет с густой бородой и совсем юный, у него были длинные каштановые волосы, а борода только-только начала пробиваться.

За ними шли: молчаливый парнишка – на вид ему было не более шестнадцати, и еще какой-то мутный тип с сальными патлами и крючковатым носом.

– Вы это куда? – удивленно спросила моя хозяйка, после того, как обменялась приветствиями с сокурсниками.

– Профессор Всплеск заболела, занятий по огнеметанию не будет, – пояснила невысокая рыжеволосая девушка с веснушками.

– Мы идем в «Сазана», пропустить по кружечке-другой пивка. Айда с нами, – улыбаясь ослепительно белыми зубами, сказал тощий прыщавый парнишка ростом под два метра.

– Да! Да! Дорка, идем! – подхватили еще двое парней из группы. В отличие от них, девчонки, а их было четыре, не были так рады обществу моей хозяйки. Они обменялись недовольными взглядами, но возражать не стали.

– Почему бы и нет, – пожала плечами Доратея.

Как я не пытался отвязаться от похода в кабак, у меня ничего не вышло. Весомый аргумент Доры: «Посмотри, все берут своих холопчиков с собой. А, я, что хуже?» бил все мои доводы. Оставалось смириться и тащиться вместе со всеми, с тяжеленным рюкзаком на спине.

* * *
Вройс раскинулся на излучине реки Бурая. Она была достаточно широка и глубока для судоходства. Каждый день в город заходило немало кораблей, так что торговля процветала, а вместе с ней и порты. Их во Вройсе два: «Старый» и «Большой».

Кабак «Золотой сазан» находился в Большом порту. Внутрь холопчиков не пускали. Меня и остальных прислужников отправили в конюшню. Грудастая официантка принесла нам деревянные кружки и несколько кувшинов с брагой.

– Что мохнатые, накатим? – улыбаясь, спросила сутулая женщина у волколаков. Не дожидаясь ответа, она добавила, – Давайте сюда, выпьем за знакомство.

– Но мы с вами не знакомы, – прорычал один из них, подходя к бочке, на которой стоял поднос с кувшинами.

– Вот и познакомимся! – сказал гном с длинной седой бородой, разливая брагу по кружкам.

– Это ни к чему, – пробасил кентавр. Он взял одну из кружек с брагой и продолжил, – Вы все наивные первогодки и совершенно не понимаете куда попали. Здесь дружба не в чести, не стоит привязываться друг к другу. Ваши хозяева могут проиграть вас, продать, поменять или подарить.

– Это же рабство! – не сдержавшись, выпалил я. – Есть же Кодекс Альянса, согласно которому рабство запрещено! Есть договор, который мы заключаем с хозяевами, согласно которому у нас с вами есть права!

– Ха! – воскликнул кентавр и залпом осушил кружку. – Все это лишь каракули на куске пергамента, – сказал он, утираясь тыльной стороной ладони. – Прозрение к вам придет и очень скоро.

– Будет тебе. Не нагоняй жути, – одернул его седобородый гном. – Мой хозяин милый парень, добрый и вежливый.

– Да, мой тоже, – кивнул гном средних лет.

– Ладно вам! Давайте уже пить! С брагой в желудке жизнь всяко краше! – воскликнула сутулая женщина.

Мы, все кроме кентавра, чокнулись кружками и осушили их.

– Вообще, это все туфта, – задумчиво пробормотала женщина, поставив пустую кружку.

– Ты это обо что? – уточнил у нее гном.

– В моем мире все обстоит намного хуже, – продолжала она, – каторжный труд на благо императора, почитаемого словно божество. Большинству даже мечтать не приходится о таких условиях, в которых работаем мы с вами. Там, поспать часок или урвать кусок черствого покрытого плесенью хлеба уже счастье.

– Я сейчас заплачу, – проворчал кентавр. – Если ваш мир столь допотопен, что ты рада вырваться оттуда и батрачить здесь за еду, это еще не значит, что так и надо.

– Копытный, да что с тобой? – спросил гном. – Почему просто не выпить и не поболтать за жизнь?

– Ты меня бесишь, – рыкнул тот в ответ.

Пока холопчики выпивали, делились впечатлениями от работы, иногда споря с кентавром, я присматривался к ним, думая о том, кто и как может быть мне полезен.

Некоторое время спустя, порядком накидавшись, гномы решили набить морду высокомерному кентавру. Глядя на происходящее, сутулая женщина истерично смеялась. Волколаки в стороне общались о чем-то своем, парнишка по-прежнему держался особняком, а мутный тип с крючковатым носом и сальными патлами подошел ко мне и вкрадчиво произнес:

– Не желаешь побиться об заклад? Три монеты на кентавра.

– Почему бы и нет, – пожал я плечами.

Но стоило мне потянуться к поясу, где висел кошель, к нам ввалился один из студентиков – тощий и длинный. Он был так пьян, что с трудом переставлял ноги.

– Все на выход! Мы едем развлекаться! – заплетающимся языком приказал хозяин.

Горланя песни и громко хохоча, в стельку пьяные студенты набились в дрожки и велели извозчику следовать в Варизей. Нам же было приказано не отставать и бежать следом.

– О, боги, только не туда, – обреченно произнес кентавр.

Глава 22

Арена «Варизей» находилась на юго-западной окраине Вройса. Это был огромный стадион, на котором, как я позже узнал, проводились различные празднества и другие увеселительные мероприятия.

Перекрикивая друг друга, наши пьяные хозяева высыпали из дрожек и гурьбой направились ко входу.

– Что они задумали? – спросил я у молодого гнома по имени Дикс.

– Похоже, крыль, – ответил тот.

– Крыль? Что это?

– Сейчас увидишь, – усмехнулся седобородый гном.

Когда мы вошли внутрь, юные волшебники уже беседовали с местным начальством, невысоким существом с длинным крючковатым носом, хитрыми желтыми глазами и острыми ушами. Это был гремлин.

– У нас только пять вивернов, – с сожалением развел он руками, – поровну поделить не получится.

– Можно дать каждой команде по два, – предложила Гайя, высокая стройная красавица с толстой, черной как смоль, косой.

– Чур, одного мне! – воскликнула Доратея.

– А второй мой! – улыбнулась рыжеволосая Калли. Она была самой низкой и некрасивой из девчонок. Ее братья, рыжеволосые Макс и Квинт, недовольно переглянулись, похоже, им тоже хотелось играть верхом на этих огромных летающих тварях, но отказать Доре или сестре они не могли.

– Нет, – сказал Макс, – мы берем трех вивернов.

– Я не против, – улыбнулся Кай, высокий широкоплечий красавец брюнет с роскошной шевелюрой, – будет тебе фора, Вульпиан.

Тот сердито заиграл желваками, сдвинул брови и сжал кулаки.

– Предлагаю сделать так: первый период мы играем на трех, второй – вы, а в третьем периоде каждая команда берет только по два летающих зверя, – поторопился предложить Квинт, пока дело не дошло до драки.

– Согласен, – кивнул Кай.

– Идет, – буркнул Макс.

* * *
В «Крыль» играли большим мячом верхом на вивернах или на гигантских буйволах. Правда, на буйволов-то эти звери ни капли не походили, да и рог у них был всего один, зато очень массивный и длинный – бивень, а не рог. Однако кольцо-полиглот переводило название этих животных как буйвол.

Мяч, при помощи сачков с длинной ручкой, которая к концу утолщалась, превращаясь в настоящую дубинку, нужно было закинуть в ворота противника. Наподобие нашего футбола, только ворота висели в воздухе на высоте десяти метров. Поле было поделено на зоны: четырех, двух и одно-очковые. И если игрок поразит ворота соперника из этой зоны, его команда получит соответственное количество очков.

Матч судили три гарпии, одна – главный арбитр и две боковые.

Игроки со своими холопчиками оседлали животных. Все кроме Максимуса Вульпиана. Он сидел на виверне один, а его холопчик – кентавр, вынужден был играть в поле среди буйволов, на фоне которых он казался мелким пони.

Я и Доратея с сачком в руках были верхом на огромном виверне. Мне она доверила «управление» зверем. Думаю, ее затуманенный самогоном разум до конца не осознавал всей опасности этой игры. А, вот я, напротив, из последних сил сдерживал самообладание, чтоб не выпрыгнуть из седла, пока еще не поздно, и не свалить куда подальше.

Единственное, что меня еще удерживало от подобного поступка, это осознание того, что Танкред или кто-то еще из людей сэра Роквелла, все равно меня, найдет и тогда я точно покойник.

Обе команды собрались в центре поля, вокруг судьи. Держа в лапах большой мяч, она сообщила:

– Играем три периода по двадцать минут. Смертельные и превращательные заклинания запрещены. Членовредительство не одобряется, но и не запрещается. Все меня слышали?!

– Да! – хором отозвались обе команды.

– Тогда начинаем! – с этими словами, гарпия вместе с крылем взмыла вверх.

– По местам! – скомандовал Макс.

Мы с Дорой отлетели на левый фланг, за четырех очковую отметку.

Взлетев высоко над полем, судья выпустила крыль из лап и дала свисток к началу матча.

Макс и Кай, верхом на своих вивернах, тут же взмыли в небо, устремившись за падающим мячом.

– Жека, давай вверх! – приказала Дора.

– Но! – прикрикнул я на зверя, ударил его пятками в бока и потянул поводья на себя. Он издал пронзительный рев, расправил крылья, и мы взлетели.

– Держись в районе четырех очковой! – велела моя хозяйка.

«Ну, это уж как получится», – усмехнулся я про себя. Мне еще никогда не приходилось «рулить» вивернами, максимум это мопед. Так что за результат ручаться не приходилось. На удивление зверь оказался очень смышленым и довольно точно выполнял мои команды, так что я относительно быстро приловчился к управлению.

Тем временем, Кай завладел мячом и несся в сторону наших ворот вдоль правого фланга.

– Жека, давай на перехват!

– Пошел! – пришпорил я виверна, а сам подумал: «Если уж этот выпендрежник Макс не справился с ним, то куда уж тебе?» Оказалось, что Кай не просто обошел нашего капитана при взбрасывании, а на какое-то время вывел его из игры, наложив парализующее заклятие на его виверна.

Увидев нас, Кай стал набирать высоту. Я направил нашего зверя следом. Дора приготовилась колдовать:

– Еще чуть-чуть…

Но вдруг виверн Кая сложил крылья и камнем полетел к земле. Моя хозяйка разразилась отборной бранью.

– За ним! Давай за ним! – выкрикнула она в промежутке между матом.

Пока мы снижались, Кай обошел Калли, увернулся от файербола Квинта, ледяной стрелы Черного Том и от двух очковой отметки послал крыль в наши ворота. Гол. На табло высветился счет: 2 – 0.

– Соберись! – рявкнула на меня Дора и отвесила болезненный подзатыльник.

Макс все еще был вне игры, но, не смотря на это, девчонки рвались в бой. Калли подхватила мяч своим сачком и бросилась вперед. Мы, открытые для передачи, следовали по левому флангу.

Стоило Каллисте и ее гному, верхом на виверне, преодолеть центр поля, на них с двух сторон налетели Кай и Гайя, а их виверны принялись беспощадно драть морду зверю из нашей команды. Пытаясь отбиться, он жалобно заревел и тут, один из монстров зацепил своей лапой гнома, выбросив его из седла. Крича не своим голосом, тот полетел вниз.

Калли сделала пас Доре, как раз за миг до того, как и ее выбросили из седла.

– Ты видела?! – взвизгнул я, округляя глаза. – Они их сбросили!

– Заткнись и гони эту скотину к воротам! – рявкнула на меня Доратея.

Пораженный таким пренебрежением к подстерегающей нас опасности, я пришпорил виверна, но далеко нам улететь не удалось. Брат и сестра Овидий налетели на нас, как и на Каллисту. Дора пыталась отбиться от них, метая огненные стрелы, но Кай выбил ее из седла контрзаклятием. Дальше была моя очередь. Огромная когтистая лапа виверна, на котором сидела Гайя небрежно схватила меня, вытащила из седла и отправила в свободное падение.

Истошно крича и беспомощно махая руками, я устремился вниз, к зеленому газону. Избитая фраза: «Перед глазами пролетела вся жизнь» – полная чушь! У меня перед глазами стоял только тот проклятый вечер, когда я встретил Шбберила Клапса.

Когда до газона оставалось немногим больше метра, я замер. Мгновение повисел и шлепнулся в траву.

– Гол! – донесся довольный крик соперников.

– Жека, сука! – раздался рядом злобный клекот моей хозяйки. Дора орала благим матом. Мы пропустили второй крыль, на сей раз от четырех очковой отметки. На табло высветился счет: 6 – 0.

* * *
Шел третий тайм. Счет был: 38 – 43, мы вели пять очков, но до конца матча оставалась целая уйма времени, так что соперники еще могли все изменить.

Второй и третий тайм, мы с Дорой играли верхом на гигантском однорогом буйволе, который, как я уже говорил, на буйвола совсем и не был похож. Мощное свирепое животное, но, не смотря на внешнюю неуклюжесть, они очень быстро бегали, а самое главное, они оказались куда смышлённее чем виверны и совершенно не строптивые, это позволяло очень хорошо ими управлять, так что я стал меньше косячить.

Конечно, не исключено, что причина моих многочисленных ошибок в первом тайме, была в том, что сидя на виверне на высоте пятнадцати – двадцати метров, я только и думал о том, как не хочу упасть.

– Гони Жека, гони! – выкрикнула Дора, получив крыль от Калисты.

– Пошел, пошел! – прикрикнул я на буйвола, одновременно отвешивая ему тумаков пятками. Зверь послушно устремился в сторону ворот команды соперника. Вдоль левого фланга, мы домчались до четырёхочковой отметки, дальнейший путь нам преградили Гайя и Кора верхом на своих буйволах.

– Дора, пас! – донеслось сверху. Над нами завис виверн, на котором сидел Макс. В тот же миг, Доратея запустила крыль ему. Наш капитан ловко подхватил мяч своим сачком, пришпорил виверна и устремился ввысь.

Не смотря на то, что крыля у нас уже не было, Гайя и Кора все равно выпустили по нам два огненных шара.

– Ах, так?! – процедила сквозь зубы Доратея, выставляя огненный щит. Как только пламя угасло, она ответила парой огненных стрел.

Я и глазом моргнуть не успел, как между девчонками началась магическая потасовка. Они обменивались смертоносными заклинаниями, норовя покалечить друг друга.

Даже думать не хочу о том, чем бы все это закончилось, не разними их судья-гарпия. Раздался пронзительный свисток, вспышка и все трое лишились магических способностей.

– Удаление! – сообщила судья. – Пять минут каждой!

«Фу-у, пять минут не на поле! Вот, оно, настоящее счастье!» – облегченно подумал я.

– У нас преимущество! – довольно произнесла Дора, по пути на скамейку штрафников. – Ребята сейчас их в пух и прах порвут!

Вбрасывание проводилось в двухочковой зоне команды-соперника, на левом фланге. Перехитрив Кая ложным движением сачка, Макс подхватил крыль, и направил виверна к воротам.

– Да! Задай им! – Размахивая руками, выкрикнула Доратея.

У края двухочковой зоны, верхом на буйволах, его встретили Вик и тощий парень. Они принялись метать в нашего капитана огненные шары, из-за чего Максу пришлось отступить. Этим незамедлительно воспользовался Кай. Он спикировал на него и вынудил опуститься еще ниже.

– Так они его легко достанут с земли! Квинт! Кали! Кто-нибудь! – Дора вскочила с лавки и подбежала к бортику. – Где они?!

Словно услышав её, Черный Том, верхом на буйволе, прорвался вперед, вышел из двухочковой зоны, и открылся для передачи. В тот же миг, Макс дал ему точный пас. Не смотря на это, Вик и тощий не отставали от него. Один из них сотворил магический аркан, ловко накинул его на шею виверна нашего капитана, не давая ему улететь. Другой, наложил на Макса и зверя парализующее заклятие, и они рухнули на поле.

Я и Доратея были так сильно увлечены происходящим, что пропустили схватку Кая и Черного Тома. Когда мы переключили свое внимание, Кай с мячом в сачке, гнал своего виверна к нашим воротам, а Черный Том, его холопчик и буйвол неподвижно лежали на траве.

Гайя и Квинт, на своих буйволах, бросились к нашим воротам, чтобы перехватить Кая. Тот увернулся от их огненных шаров и, мастерски, от края двухочковой зоны, забросил крыль в створ наших ворот.

– Вот же ж… – Доратея выругалась, ударив кулаком по бортику. – Что это там? – она указала на столпившихся вокруг Максимуса работников стадиона. Прежде чем я успел ответить, она перемахнула через бортик и побежала к месту происшествия.

Выяснилось, что при падении наш капитан сильно покалечился, заклятие, которое остановило наше с Дорой падение почему-то не сработало. Простыми заклинаниями ему было не помочь и, работники стадиона, решили отправить его в лазарет Врамиса.

«Может, после этого мы уже закончим?» – промелькнуло в моей голове.

– Крепко ему досталось. Завтра весь день проведет в лазарете, – с сочувствием произнесла Дора, глядя, как Макса поднимают при помощи заклинания левитации.

«После такого не каждый в живых останется, а если и останется, то будет прикован к кровати», – отметил я про себя.

К слову, виверну тоже досталось, сломал оба крыла. Но с ним церемониться никто не стал, его отправили в стойло «зализывать раны». Получается кентавру – холопчику Макса, крупно повезло, что он играл на поле. Хоть у нас и обширная страховка, которая охватывала кучу возможных случаев, расшибиться в лепешку, переломав руки и ноги, дело мало приятное.

* * *
Когда штрафное время вышло, мы проигрывали с разгромным счетом, а игроки нашей команды пали духом.

– Так ребята, давайте соберемся с силами! Нас, теперь, четверо и время еще есть сократить разрыв, – попытался подбодрить нас Квинт.

– Знаешь, мне что-то надоело играть, – вдруг заявила Калиста.

– Ты чего? – опешил тот. – Мы должны приложить все силы, которые у нас остались и, если не победить, то, хотя бы, проиграть не с таким разгромным счетом! Если мы сдадимся, твой братец мне никогда этого не простит!

– Вот именно, Макс в лазарете, а мы тут крыль гоняем! Око за око!

– Согласна, они ведут себя по-скотски, пора их проучить! – присоединилась к ней Доратея.

– Их на одного больше, – заметил Черный Том.

– На нашей стороне внезапность, – ответила Кали.

– Подождите вы, это же игра, а то, что вы задумали, совершенно неспортивно! – попытался отговорить их Квинт.

– Хватит болтать! – стиснув зубы, прорычала на него Калиста.

– За такое могут исключить из Врамиса!

– Плевать! Я не позволю вытирать о себя ноги!

– Я с тобой! – кивнула Дора.

– Ладно, и я, – согласился Том.

– Бросьте, давайте доиграем, – пытался образумить их Квинт.

– Стой в сторонке и смотри, как поступают настоящие волшебники, когда кто-то ведет себя неподобающим образом! – с презрением ответила ему Калиста.

* * *
Я и подумать не мог, какая это жесть – разборка между волшебниками. Стоило гарпии-судье вбросить крыль в игру, как началось! Калиста наложила парализующее заклятие на судью, обездвижив её, чтобы та не смогла лишить их возможности колдовать.

Одновременно с ней Черный Том атаковал Вика, а Доратея принялась метать огненные шары в Кая.

Квинт и его холопчик благоразумно остались в стороне, не принимая участия в этом безумии.

Буквально через несколько минут юные волшебники разнесли весь стадион, а противостояние переместилось на улицы города.

Прежде чем в дело вмешалась волшебная стража, Дора и остальная гоп-компания, разнесли несколько домов, сломали фонтан и не меньше дюжины торговых лавок. В общем, устроили знатный переполох.

Глава 23

Я и остальные холопчики ждали своих хозяев в коридоре, под дверью профессора по имени Одеон Флейм. Несмотря на то, что дверь была закрыта, профессор орал так, что мне казалось, я стою рядом с Дорой и тоже получаю нагоняй.

– Отчислят, всех до одного. Как пить дать. А, мне, ищи нового хозяина, – обреченно вздохнул кентавр.

– Ха! Видать ты не знаком с Вульпианами, – усмехнулся безбородый гном. – Их матушка Регина, отсыпет щедрую кучу золота и все замнет.

– За годы, проведенные в академии, мне довелось поведать немало профессуры, продажных и не очень. Так, вот, этот Флейм, хоть и первый год работает, но по нему видно, денег не возьмет, – тоном эксперта заявил кентавр.

Пока они спорили, я задумался: «Что будет со мной, если Дору отчислят? Вряд ли что-то хорошее!» Надо было срочно сообщить Танкреду о сложившейся ситуации. Стараясь не привлекать внимание остальных, я попятился к выходу. Однако сутулая Вилма это заметила и с укором произнесла:

– Ты куда?

– В сортир.

– Давай быстрее, а то еще и нам всем влетит за твое самоволие.

«Что уж и по малой нужде нельзя?» – недовольно подумалось мне, по дороге в туалет.

Залетев в кабинку, я достал пергамент написал: «Дору отчисляют», и бросился обратно.

* * *
Когда я вернулся, Флейм уже не кричал. Все холопчики были на месте, значит, я не опоздал.

– Ну, что я пропустил?

– Появилась Регина Вульпиан, – надменно сообщил кентавр. Он кивнул на дверь, – пытается дать взятку, но, как я и говорил, этот Флейм не из тех, кто берет.

Коридор озарила вспышка. Перед дверью появился статный мужчина в черном плаще, тростью в руках и длинными седыми волосами, убранными в конский хвост. Он окинул нас презрительным взглядом. Все холопчики тут же поклонились. Кроме меня. Заметив это, мужчина грозно произнес:

– Плетей захотел?!

– Простите господин, задумался, – выпалил я и поклонился.

Незнакомец постучал тростью в дверь.

– Войдите, – донесся из-за нее голос профессора.

– Это Кай Овидий старший, отец Кая и Гайи, – прошептал кентавр, когда тот закрыл за собой дверь.

– Думаешь, он и Регина не убедят Флейма? – ухмыльнулся молодой гном.

– Овидий старший, очень влиятельный человек, но боюсь, в стенах Врамиса он бессилен…

* * *
Кентавр ошибся. Вскоре, Дора и остальные вышли из кабинета профессора, оставив с ним Регину и Кая старшего. Все они улыбались и, как ни в чем не бывало, мило общались.

– Думаю, отделаемся дежурством. Неделя, самое большее, две, – гордо произнес Кай. – Отец все уладит.

– Отец?! – прорычала Калиста. – Моя матушка уже все решила, когда он появился!

– Да, что ты…

– Хватит! – перебила их Доратея. – Вам самим не надоело? Из-за ваших постоянных споров о превосходстве, нас сегодня могли отчислить из академии! Не знаю как вы, а я хочу принять ванну, выпить вина и вздремнуть! Женька, идем! – с этими словами она направилась к выходу, а я следом за ней.

Глава 24

Вот чему я реально завидовал, так это тому, что, сколько бы волшебники не бухали накануне, утром у них не будет бадуна. Точнее сказать он будет, но от него можно избавиться при помощи заклятия.

После вчерашних приключений Доратея проснулась в прекрасном настроении. Она была бодра и весела, а вот я - нет. Мне не удалось толком поспать, все тело болело и саднило.

– Надеюсь, матчи в крыль будут редким событием, – проворчал я, поднимаясь с кровати.

Проводив хозяйку на занятия, я вернулся в общагу. Мне не терпелось уже выяснить, в чью комнату вел волшебный сундук.

Спустившись по знакомой винтовой лестнице и миновав мрачный сырой коридор, я оказался в комнате. Что-то было не так, как в прошлый раз. Меня не покидало какое-то гнетущее ощущение. Воздух в комнате был ни как тогда, а неприятный затхлый и тяжелый.

Желая понять, что не так – я осмотрелся. Вроде бы ничего подозрительного.

«Может быть, показалось?» – пронеслось у меня в голове. Но стоило мне шагнуть вперед, раздался оглушительный визг. Передо мной возникла уродливая тварь с огромными клешнями и бросилась на меня.

Я отскочил в сторону и, вытянув правую руку вперед, применил оглушающий браслет. Из него вырвался прозрачный шар, рассек воздух и врезался в чудовище. Оно остановилась, покрутило усеянной мелкими шипами головой, и недовольно взвыла.

Пользуясь заминкой, я вскочил на ноги и бросился прочь. Мне показалось, что тварь бросилась следом, так что я, что было сил, без оглядки бросился по коридору к выходу.

Вылетев из сундука, я тут же захлопнул крышку и перевел рукоять в исходное положение.

Несколько дней спустя, пока Дора была на занятиях, я встретился с Танкредом. Он решил проверить, как я справляюсь. Услышав мою историю о сундуке и здоровенное твари, бородач рассмеялся и сообщил, что я угодил в ловушку для воров. Причем мне посчастливилось выбраться из нее живым и невредимым.

– Есть ловушки-лабиринты, угодив в такую, можно ходить по ней в поисках выхода не один день, пока не помрешь с голоду, – попивая пиво, сообщил Танкред.

Глава 25

Сегодня у Доратеи были лекции по основам магических искусств, зельям и снадобьям и истории магии. А, после, на стадионе, практика по левитации и огнеметанию.

Прошлой ночью Дора не дала мне нормально выспаться, заставляя ублажать ее, так что я был похож на выжатый лимон, и засыпал на ходу. При этом мне нужно было таскать сумку с её учебниками, которая, между прочим, весила килограммов тридцать, не меньше.

Когда практические занятия закончились, Доратея подошла к трибунам, где ее ждал я и кемарил.

– Теперь, можно идти в общагу?

– В общагу? – удивилась она. – Нет, конечно же! Тут так интересно! Не то, что с этими малолетками и их крылем!

После этого она потащила меня в столовую, где студенты старших курсов буквально стали вешаться на мою хозяйку. Более того, уже через полчаса Дора уединилась в подсобке с каким-то здоровяком, у которого челюсть была как наковальня. А, когда вышла, держа под руку здоровяка, широко улыбаясь, заявила:

– Идем на стадион играть в сквош!

Их компания дружно загалдела, все вскочили из-за столиков и направились на стадион.

– Женька, холопчик Захария приболел, возьми его сумку, – велела мне Дора. Так что на стадион мне пришлось тащить две сумки.

Добравшись до трибуны, я отрубился прямо на первой же скамейке и, не обращая внимания на крики болельщиков, проспал весь матч в сквош без задних ног.

* * *
– Эй, заморыш, вставай! – с этими словами, кто-то бесцеремонно столкнул меня со скамейки. Надо мной нависла здоровенная туша, под два метра ростом, в белом платьице в желтый горошек и такими же бантиками на голове. Если судить по высокому голосу это была девушка.

– Чего тебе? – поднимаясь, спросил я.

– Бери мою сумку и пошли, – громила кивнула на рюкзак у своих ног.

– Еще чего, – зевая, ухмыльнулся я и, потянувшись, добавил, – мне есть чьи сумки таскать. Тут я заметил, что на стадионе осталось очень мало народа.

«Где Дора?» – пронеслось у меня в голове.

– Плохой заморыш, – с этими словами, громила отвесила мне подзатыльник, так что я опять оказался под лавкой.

– Ты чего дерешься? – прячась дальше под лавку, выпалил я.

– Бери сумку и пошли. У меня много домашки на завтра, – не отставала от меня верзила.

– Да, что ты привязалась-то? Я холопчик Доратеи Эйвери и ношу ее сумку!

– Вот же глупый заморыш! Если ты сейчас же не возьмешь сумку, я тебе ногу оторву и заставлю прыгать на одной!

Аргумент довольно весомый, так что я решил не спорить с этим существом, которое было явно сильнее меня. Доратея обязательно меня выручит, когда заметит моё отсутствие.

– Хорошо, – буркнул я, покорно выбираясь из-под лавки. Громила тут же отвесила мне еще одну оплеуху. Несильную, но обидную.

– За что?! – пискнул я.

– За то, что заставил орать на тебя. Запомни, доведешь еще раз – останешься без ног. Шевелись давай!

Рюкзак моей похитительницы оказался еще тяжелее, чем у принцесски. Взвалив его на плечи, я засеменил следом за этой громилой.

Глава 26

Её звали Никки – уменьшительно-ласкательное от Николетт. Она училась на втором курсе факультета общей магии и являлась единственным троллем в академии. Жила моя новая хозяйка в подвале университетской общаги, вход в него находился с торца здания. На ржавой двери со скрипучими петлями висел большой амбарный замок. Дальше крутая лестница из двух пролетов, чем ниже мы спускались, тем меньше света проникало внутрь. Еще одна дверь. На этот раз замок был аккуратно врезан.

Когда троллесса открыла ее, в нос врезался приятный запах благовоний. Она произнесла заклятие и все лампы, что были внутри, одновременно вспыхнули, наполняя подвал мягким свечным светом.

Жилище Никки, на удивление, оказалось чистым и уютным. Две комнаты. Большая гостиная и вторая поменьше – спальня. В центре гостиной стояли диван, два кресла и круглый журнальный столик, на полу мягкий ковер.

Просторная кухня. Совмещенный санузел.

– Приберись на кухне и приготовь пожрать, а я пока займусь домашкой, – велела она.

Я спорить не стал и направился на кухню. Срач там был просто колоссальный. Из раковины возвышалась гора грязной посудой, над которой уже летали мухи. Всюду валялись пустые банки, бутылки, огрызки и шкурки фруктов. В отличии от остального жилища, на кухне стоял отвратительный запах не один день хранящегося мусора, но по другим комнатам вонь не распространялась.

«Не иначе без магии не обошлось, – отметил я про себя. – Скорее бы Доратея меня нашла».

Но деваться было некуда. Засучив рукава, я принялся мыть посуду. Подмел, помыл полы, вынес мусор и начал готовить. Из продуктов на кухне было какое-то мясо, овощи и крупы, так что я решил не заморачиваться и сварить суп.

Совсем скоро, с кухни потянулся манящий аромат моей стряпни. Почуяв его, на кухню ввалилась Никки.

– Это чего? – спросила она, кивнув на кастрюлю с кипящим супом, от которой тянулся аромат.

– Суп.

– Пахнет хорошо.

– Я стараюсь.

– Скоро будет готово? – тролесса облизнула губы.

– Да, можешь уже присаживаться за стол.

Никки помыла руки и заняла место за кухонным столом. Я расставил тарелки, ложки, бокалы для вина.

– Это чего?

– Столовые приборы.

– Вижу. Почему ты накрываешь на двоих? – с подозрением в тоне спросила тролесса.

– А как же я?

– Ты-то тут причем? – удивилась Никки.

– Я тоже хочу суп.

– Жри, но не со мной же за столом!

Блин, где же Доратея? Сколько мне еще батрачить на эту верзилу? Пока она чавкала, с аппетитом поедая приготовленный мною суп, я по-быстрому заморил червячка – доел остатки супа и запил все грогом.

Вина в жилище тролессы не было, а вот грога – целая бочка. Пойло, конечно мерзкое, но зато по шарам дает знатно. После того, как я накатил, меня довольно быстро перестало напрягать общество Никки. А, что? Еще утром я мечтал о том, чтоб меня перестали использовать как секс-игрушку, если для этого надо побыть домохозяйкой, я не против.

– А второе? – с нотками капризного ребенка в голосе, произнесла троллесса.

– Уже несу, – ответил я, заканчивая разминать картофельное пюре. Вместе с ним я поставил на стол соленую капусту, помидоры и огурцы.

– И грибы хочу, – надув губы, сказала Никки.

– Но, грибов нет.

– На самой нижней полке стоит банка.

Я посмотрел, и действительно, в дальнем углу стояла банка маринованных опят. Пока троллесса уминала второе, я накатил еще грогу, закусывая его соленой капустой и помидорами. Причем брал руками прямо из банок, так вкуснее. Тепло от спиртного разлилось по всему телу. Я буквально чувствовал, как счастье наполняет меня.

– А, компот? – отодвигая в сторону, пустую тарелку, спросила Никки.

– А, компот я не варил.

– Вари.

– Никки, а тебе кто-нибудь делал массаж ступней? – флиртующим тоном спросил я. Мне вдруг стало интересно покорить этот «Эверест». Тролессы-то у меня никогда не было.

– Чего? – не поняла та.

– Он очень расслабляет, – продолжал я наступление. Вообще, как потом выяснилось, у Никки не было ни малейшего шанса устоять перед моим обаянием – у нее никогда не было близости с мужчиной.

Она довольно быстро поплыла, и вот мы уже в постели, а я разминаю её огромные мозолистые стопы. Уже через пару мгновений, троллесса начала издавать урчащие звуки, словно котенок.

«Тащится», – пронеслось у меня в голове.

После еще одной стопочки грога, я в конец осмелел и стал подниматься от ступней выше и выше. Массируя сначала икры, а потом бедра, мои руки добрались до горячего лона Никки. Она была не против, и позволила стянуть с себя панталоны.

Мне открылся настоящая пещера, покрытая темной порослью. Об этом я-то и не подумал, в её огромную мокрую щелку могла пролезть моя голова, так что про обычное соитие придется забыть.

Я накатил еще стопку. После чего принялся ласкать огромный бутон троллесы руками. Она довольно застонала, и, приговаривая: «Да, заморыш. Да, не прекращай», стала извиваться.

По мере того, как я увеличивал амплитуду своих движений, Никки стонала громче и громче, пока довольно не закричала. Её бедра сомкнулись, зажав меня словно капкан.

«Твою мать!» – пронеслось у меня в голове, и я отключился.

* * *
Первое, что я услышал, придя в сознание, это храп. Голая троллесса спала на кровати, а я лежал на полу неподалеку.

«Вот же ж блин! Никакой благодарности. Стараешься, ублажаешь эту верзилу, а она тебя, как использованный презик, кидает на пол. Потом отворачивается к стенке и засыпает. Обидно».

Стопка грога помогла мне окончательно придти в себя. Что теперь-то? Наверное, надо возвращаться к Доратее. Я отлил себе бутылку этого чудесного пойла и направился к выходу из апартаментов Николетт.

Глава 27

Ну, теперь, в список моих любовных побед можно смело добавить тролессу. Это было довольно интересно. Думаю, нужно сказать спасибо грогу, вряд ли бы у меня что-то получилось с Никки без его помощи.

Довольный собой, я поднялся по лестнице и, покинув подвал, оказался во дворе академии. Стояла ночь. Пели цикады. В безоблачном небе сияли звезды и обе луны.

Вдохнув полной грудью слегка прохладный ночной воздух, я направился в общагу, обратно к Доратее. Должно быть волнуется, места себе не находит, и тут я такой: «привет крошка». Руководству Врамиса, надо что-то делать с тролессой, это совсем не нормально, когда так поступают с людьми, пусть и холопчиками.

Вдруг сзади послышался какой-то грохот. Я насторожился, помня о том, что любой в этом мире может сделать со мной что угодно. До общаги осталось рукой подать. Может рвануть бегом? Но, что это? Кажется, кто-то плачет.

«Стой! Не надо! Иди к Доратее!» – кричал мне внутренний голос, но покоритель «Эвереста», герой-любовник, который буквально час назад удовлетворил троллессу, очень хотел посмотреть, что там такое. Я накатил грогу, заглушая свой трусливый внутренний голос, и направился навстречу приключениям.

Вернувшись по аллее назад, я свернул направо. Прошел еще метров пятьдесят и увидел девушку с длинными рыжими волосами. Она сидела прямо на дороге, рядом с кучей книг и рыдала.

«Вот те раз, - проскочила довольная мысль в моей голове, – вторая палка за ночь. Эта крошка куда симпотнее троллесы».

Я отхлебнул из бутылки, подошел к плачущей девушке и произнес:

– Привет.

Она продолжала плакать, не обращая на меня внимания.

– Ну, чего ты ревешь-то? – не отступал я. – Подумаешь, книжки упали, ерунда какая, – с этими словами я начал собирать с тротуара книги и складывать их на тележку, которая стояла рядом с плаксой.

– Чего тебе надо? – всхлипывая, спросила она, подняв свои большие голубые глаза полные слез.

– Блин, да, я помочь хочу.

– Не надо мне помогать, – вытирая сопли, ответила девчонка.

«У, ты какая неприступная», – ухмыльнулся я про себя, однако собирать книжки не перестал.

– Ты не студент, – вдруг сказала она, таким тоном, как будто догадалась до чего-то особенного или решила сложную задачку.

«Браво!» – пронеслось у меня в голове.

– Ну, вроде бы все, – довольно констатировал я, сложив последние несколько книг на тележку. На всякий случай, осмотревшись по сторонам, убедился, что потерь нет и, решил накатить грогу. Сделав несколько больших глотков, я протянул бутылку незнакомке и спросил:

– Хочешь?

Она по-прежнему сидела на тротуаре и хлюпала носом. Посмотрев мне в глаза, девчонка спросила:

– Это что?

– Грог.

Шмыгнув носом, она взяла бутылку и сделала глоток. Поморщилась, а потом сделала еще несколько.

Девчонку звали Аннираэль. Она училась на втором курсе факультета прикладной магии и была не просто девушкой, а эльфийкой. В отличие от большинства студентов, семья моей новой знакомой была совсем небогатой и Анираэль поступила в академию исключительно благодаря своим талантам и знаниям. По этому, чтобы сводить концы с концами, она была вынуждена подрабатывать в библиотеке Врамиса.

Таких как она, выбившихся из низов, как правило, не любили и презрительно называли выскочками. При каждом удобном случае студенты всячески поддевали её, унижали и оскорбляли. Так что не мудрено, что когда Анираэль узнала что я не студент, то легче пошла на контакт. Грог облегчал общение, и я глазом не успел моргнуть, как мы были у нее в комнате и целовались.

«Даже петь не пришлось», – довольно подумал я.

Глава 28

Я проснулся от противного нечеловеческого голоса, который кричал:

– Жрать! Дайте Жрать!

– Что за хрень? – простонал я, переворачиваясь на другой бок и накрывая голову подушкой.

– Это Уголёк, – пробормотала Аннираэль.

– Что еще за Уголёк?

– Мой ворон.

– Жрать! Жрать! – причитал пернатый.

– Сейчас, не ори, – зевая, сказала эльфийка.

Она встала кормить птицу, а я снова перевернулся на другой бок, собираясь еще чуточек покемарить, но тут Аннираэль сказала:

– Давай вставать.

За окном уже светило солнце, а из коридора доносились голоса торопящихся на занятия студентов.

Сладко зевая, я потянулся. Бадун после грога был, но не такой как после водки, а благородный. Лёгкий шум в голове, небольшой налет стыда за вчерашнее, и сушняк во рту.

Эльфийка старалась не встречаться со мной взглядом.

«Стесняется, – пронеслось у меня в голове, – грог-то весь выветрился».

– Может, как-нибудь повторим? – одеваясь, предложил я.

– У меня совсем нет свободного времени.

«Ну, конечно, – усмехнулся я про себя, вспоминая наши вчерашние посиделки. – Было бы желание, а остальное дело техники».

Ну, да ладно. Кто я такой, чтобы судить? Мне самому надо было бежать к Доратее, помогать собираться на занятия.

* * *
В комнате Доры меня ждал неприятный сюрприз: тот самый здоровяк по имени Захарий с огромной, как наковальня, челюстью и его холопчик.

– Ты чего приперся? – холодно спросила у меня Доратея.

– Как чего? – не понял я. – А как же сумка? Занятия? Мы?

Они с Захарим переглянулись и расхохотались.

– У меня, теперь, другой холопчик, – нарочито пафосно ответила Дора. Она села за стол, на котором стояло большое зеркало, и стала наносить макияж.

– А, как же я?

– А, ты лучше бы шел к своей новой хозяйке, – ответила Доратея, даже не смотря в мою сторону.

– В смысле новой?

– Забыл? Я вчера проиграла тебя в сквош.

«Как же так?» Я шел по коридору общаги в растерянных чувствах. Оказывается, вчера Никки меня не похищала, а забрала в качестве трофея, победив Доратею в сквош. Обидно, блин.

– Где тебя носит? Сумка сама себя не соберет, – проворчала Никки, когда я спустился в подвал. Она сидела в кресле, в гостиной, потягивая ароматный чай с бергамотом и крыжовенным вареньем.

– Сегодня моя очередь дежурить на кухне, – продолжала троллесса, пока я собирал сумку.

– И? – я сделал вид, что не понял, к чему она клонит.

– Что и?! – грозно прорычала троллесса. – Вечером, после ужина, чтоб был там! Ясно?!

– Ясно, – буркнул я.

– Только попробуй прогулять! Мигом продам на биофак для опытов!

Глава 29

Мне было все равно у кого ходить в холопчиках, а если подумать, то у Никки даже как-то попроще служилось. Утром приготовил завтрак, проводил на занятия и свободен, главное успеть к тому моменту, когда троллесса освобождалась. Потом потаскался с ней по Врамису, пока она тусила с сокурсниками. Благо друзей у нее почти не было и мы, как правило, буквально через час-два шли в ее подвал.

Правда, иногда мы задерживались на стадионе, троллесса любила наблюдать за тренировками студента пятого курса по имени Флудень Стулл – высокомерный отличник, атлет и красавец. Она старалась не подавать виду, что ходит на стадион ради него, притворяясь, будто читает учебник, но меня не проведешь. Вдобавок ко всему, мое предположение подтвердилось, когда Никки стала посещать факультатив по магии земли, который вел Флудень и несколько клубов, среди которых был клуб классической литературы, а моя хозяйка терпеть не могла классику, предпочитая современников.

Первое время, глядя, как Никки упражняется в колдовстве, я вспоминал слова Шеба и Гротта, о природной не расположенности троллей к магии. Вранье, как и все остальное, что они мне рассказывали.

Закончив упражнения, Никки принимала пенную ванну с различными благовониями, а я тер ей спину и соскабливал с пяток ороговевшую кожу. После мы шли в постель, где я ублажал хозяйку, а когда она довольная начинала храпеть, брал из ее запасов бутылку грога и шел к Аннираэль.

Я понимал, что так долго продолжаться не будет. Когда сэр Роквелл узнает о моем провале как холопчика Доратеи, меня тут же кинут обратно в застенки Эйвильстинна, или того хуже, казнят.

Поэтому, при первой же возможности, я стал присматриваться к новому холопчику Доры. Это был тщедушный низенький гоблин по кличке Гнида. Признаюсь честно, жальче, чем он, я еще никого не встречал. Если бы мне удалось убедить его сообщать обо всех передвижениях девицы, тогда я мог бы не волноваться насчет гнева сэра Роквелла.

Гнида, так же как и большинство холопчиков, был падок на алкоголь и азартные игры. Еще бы, когда ты находишься в услужении у великовозрастной детины, и это вершина твоей карьерной лестницы, бухло и кабак – последняя радость в жизни.

В нескольких кварталах от Врамиса, находилась таверна «Хромой коник» – излюбленное место холопчиков из академии. Я не раз слышал про это заведение, но пока у меня не возникло необходимости следить за Гнидой, мне и в голову не приходило покидать стены Врамиса. Работы и без того хватало.

Вечером, отделавшись от троллессы, я отправился в кабак, чтобы попытаться наладить с гоблином контакт. В «Конике», как и положено подобным заведениям, царили шум и веселье. Холопчики отрывались как могли, день прошел и у них была лишь ночь, чтобы забыться.

Я прошел к стойке и заказал пинту пива. Пойло оказалось мерзким и разбадяженным, не чета тому замечательному грогу, что мне удавалось добывать из запасов троллессы.

«Тем лучше, – промелькнуло в моей голове, – буду по чуть-чуть цедить и не придется покупать еще».

Я как мог, цедил мерзкое безвкусное пойло, но оно все же закончилось, а Гниды еще не было. Пришлось заказать еще одну пинту, чтобы не привлекать к себе внимание. Народу постепенно становилось меньше, холопчики не засиживались, завтра как-никак, вставать спозаранку.

Колоритная группка из четырех существ, а именно: минотвр, какой-то непонятный крылатый ящер, гном и эльф, расходиться не торопились. Они играли в местную карточную игру под названием Эйрос.

«Твою мать! Где он?! – подумал я, когда и вторая пинта пива опустела. – Сидеть дальше или возвращаться?»

Немного подумав, я остался. Но гоблин так и не появился. Что тут скажешь? Гнида – он и есть гнида.

* * *
Следующим вечером я решил проследить за этим хитрецом прямо от Врамиса и выяснить, куда он ходит. Вдруг, это поможет убедить гоблина помогать мне. Закончив работать по хозяйству и ждал гоблина у выхода из общаги. В этот раз он не заставил себя ждать. Когда Гнида появился, я шагнул в тень дома, у которого стоял, прижался к стене и, на всякий случай, затаил дыхание.

Гоблин, насвистывая веселый мотивчик, прошел мимо в направлении Южных ворот, при том, что «Коник» находился в другой стороне. «А, это уже интересно», – подумал я и, стараясь двигаться как можно тише и держаться в тени, последовал за ним.

На перекрестке Большой и Светлой улиц, гоблин свернул налево и через несколько кварталов он свернул в темный проулок. Здесь улочки стали узкими и вонючими.

«Куда тебя несет?» – подумалось мне.

Изрядно попетляв, Гнида остановился рядом с приземистым одноэтажным домишкой, осмотрелся по сторонам и вошел.

Я на цыпочках приблизился.

Внутри горел свет, а из окна доносились голоса.

«Надо бы послушать».

– …на убыль, но Лантор говорит, что недуг еще может вернуться. Его средства нужно принимать непрерывно, – сказал хриплый женский голос.

– Это пока все, что мне удалось достать, – ответил Гнида.

– Я понимаю, – всхлипнула женщина, – хвала небу, что оно послало тебя нам.

– Передай Лантору, я отдам ему все до гроша, пусть только не прекращает лечение…

Закончив разговор, гоблин попрощался со своей знакомой и вернулся во Врамис. Я тоже вернулся. Достав спрятанную бутылку грога, поднялся на свою лавку и стал думать над тем, как использовать то, что удалось выяснить.

Глава 30

Я рассуждал так: «Раз Гниде нужны деньги, чтобы кого-то там вылечить, значит, его можно подкупить и вопрос с Доратеей будет решен». Оставалось найти нужную сумму. Где достать много денег и быстро? В голову приходили только два варианта: ограбить кого-то и попытаться выиграть. Заниматься грабежом мне совсем не хотелось, слишком уж велики риски, если попадусь, меня точно будет ждать плаха. А, вот, попытать удачу в Эйрос, вполне себе хорошая идея, тем более, что игра эта была довольно простая и незамысловатая, наподобие нашего «очка», только набрать нужно не двадцать одно, а тридцать три и карт в колоде было семьдесят две – пять мастей по тринадцать карт и еще семь особых карты.

В общем, ничего сложного, главное внимательно следить за картами и не терять голову в пылу азарта.

За время, проведенное в стенах Врамиса, мне удалось скопить немного золотых монет – на несколько ставок должно было хватить. Так что следующим вечером, я снова отправился в «Хромой коник». На этот раз, прихватив с собой бутылку грога.

Обстановка в кабаке царила, как всегда, шумная и жизнерадостная. Кто-то пил местное пойло, кто-то набивал желудок едой, а кто-то играл в карты.

– Господа, вы позволите к вам присоединиться? – произнес я, подходя к столу картежников. Все четверо окинули меня оценивающим взглядом.

– Вход – десятка, минимальная ставка – золотой, потолок не ограничен, – тасуя карты, сообщил гном.

– Без проблем, – улыбнулся я, отсчитывая десять золотых…

* * *
Буквально за пару часов я в полной мере узнал, что такое черная невезуха. Карты не просто не шли, они обходили меня стороной…

Короче говоря, я слил все до гроша.

Но расстраивала меня не потеря денег, а безвыходность ситуации – сорвать куш в Эйрос не получилось, а деньги нужны были как и прежде.

«Что делать?» – я сидел за столиком, пил грог и размышлял над тем, где бы раздобыть деньжат, когда до меня донесся интересный диалог:

– Этот Трутень совсем озверел, мало того, что у него самые высокие проценты в городе, так он еще накручивает долг за просрочку платежа. Опоздал всего на пару дней, а он влепил мне штраф: десять монет. Десять монет, Том!

– Знаешь, Флип, с твоей репутацией, кроме него тебе никто и гроша не даст, – ответил Том. – На твоем месте, я был бы и этому рад…

«Точно, кредит! – радостно стукнул я по столу. – Возьму в долг, и вопросов с деньгами не будет!»

Глава 31

В городе меня никто не знал, поэтому вряд ли нашелся бы хоть один желающий ссудить мне денег, кроме уже известного Трутня. Так что на следующий день, закончив все неотложные дела по хозяйству, я направился к нему.

Ростовщик жил в роскошном особняке в окрестностях Старого порта. У ворот дежурили два охранника в металлических нагрудниках, шлемах и алебардами в руках.

– Чего тебе? – спросил один из них.

– Денег хочу занять, – пожал я плечами.

– Тебе назначено? – охранник окинул меня оценивающим взглядом.

– Нет.

– Жди, – с этими словами он открыл ворота и скрылся за ними.

Вскоре охранник вернулся. Он разрешил мне войти и проводил по аллее до крыльца дома, где меня уже ожидал дворецкий – чопорный пожилой мужчина в сером сюртуке, седой шевелюрой и густыми бакенбардами.

Дворецкий проводил меня по длинному коридору в гостиную.

– Ожидайте, – указал он на одно из кресел. – Господин сейчас спустится, – сказав это, он вышел.

Минут через десять-пятнадцать, в гостиную вошел гном. На нем был сюртук с вышитыми золотом узорами, золотые кольца с каменьями и золотая цепь на шее. Он сел за стол, взял перо и, обмакнув его в чернильницу, спросил:

– Ваше имя?

– Женя.

– Полностью, пожалуйста.

– Евгений Скворцов.

– Какова цель вашего займа?

– Гм, – осекся я, – личные нужды.

– Понятно, – ростовщик что-то записал на листе пергамента. – Какое у вас обеспечение? – продолжил он.

– Что?

– Что можете предоставить в качестве залога?

– Мне вас рекомендовали, так как вы даете деньги в самых тяжелых ситуациях.

– Обеспечения нет?

– Нет.

– Понятно, – кивнул ростовщик и сделал очередную пометку на пергаменте. – Какую сумму вы хотите получить?

Я попытался вспомнить, сколько денег нужно было Гниде. Потом, прикинул, что мне наверняка понадобятся деньги и в будущем. Поэтому решил просить с запасом:

– Три тысячи.

Ростовщик посмотрел на меня с подозрительным прищуром. Потом, опять, сказал свое «Понятно», сделал запись и продолжил:

– Каков желаемый срок кредита?

«Смешно», – усмехнулся я про себя, ибо даже не представлял, когда, а главное чем, буду отдавать долг. В первую очередь нужно было не угодить на плаху за проваленное задание сэра Роквелла, а уж с этим кредитом что-нибудь придумаю.

– Максимально возможный, – ответил я.

– Понятно.

Почесывая пером за ухом, ростовщик какое-то время изучал свои записи и думал, а потом сообщил:

– Я могу выдать вам запрашиваемую сумму сроком на один год под триста процентов.

– Триста? – вырвалось у меня. Таких грабительских условий не позволяла себе даже микрокредитная контора, которая была у подземного перехода, рядом с магазином, где я работал. А, уж, наглее, чем эти микрокредиторы нужно было поискать.

– Совершенно верно, – невозмутимо ответил он. Дескать, не нравится кулеш, не ешь.

– Есть ли возможность уменьшить процент?

– Конечно, – расплылся в широкой улыбке, обнажив несколько золотых зубов, ростовщик, – залог, на случай если вы не сможете вернуть выданные деньги. Работа у вас, как ни как, далеко небезопасная.

– Понятно, – вздохнул я. Конечно, глупо было надеяться, что мне дадут деньги в долг под честное слово, видя впервые. Рискуя своими средствами, ростовщик хотел как следует подстраховаться и винить его за это нельзя.

– Так, каково будет ваше решение?

– Согласен, – кивнул я.

Ростовщик щелкнул пальцами. На столе передо мной возникли пергамент-контракт и перо…

Глава 32

Утром, проводив Никки на занятия, я отправился в столову Врамиса. Обычно, Гнида в это время там завтракал. Это утро не стало исключением. Он сидел, на одном из мест для холопчиков, и ковырял ложкой в манной каше. Выглядел гоблин еще жальче, чем обычно.

– Привет, – сказал я, подсев рядом.

– Привет, – тяжко вздохнул он, продолжая копаться в каше.

– Меня Жека звать.

– Ага, – безразлично кивнул гоблин.

– Слушай, я тут краем уха слыхал о твоей проблеме, – перешел я к делу.

После этих слов, Гнида прекратил ковыряться в тарелке. Он отложил ложку в сторону и вопросительно на меня уставился.

– Как говоришь тебя звать?

– Жека.

– Чего надо?

– Я помочь тебе хочу.

– Помочь? – поднял одну бровь Гнида.

– Да, с лечением. У меня есть деньги.

– А, – улыбнувшись, протянул гоблин, – с лечением! Но, деньги-то нужны немалые.

– Хватит? – я оттопырил край сумки и показал золото.

– Хватит.

– Вот и хорошо. Мы, холопчики должны помогать друг другу.

– Откуда такая щедрость? Мы ведь даже незнакомы, – насторожился Гнида.

– Мне нужна от тебя услуга.

– Продолжай.

– Я, хочу, чтобы ты мне рассказывал обо всех передвижениях Доратеи, с кем встречается, куда ходит, о чем говорит.

– И, все? – удивился гоблин.

– Да.

– Зачем тебе это?

– Люблю дуру, – я тяжело вздохнул. – И мне важно, чтобы ее никто не обидел. Это с виду она сильная, а на самом деле хрупкая, ранимая и беззащитная. Ну, что скажешь, по рукам?

– По рукам, – кивнул гоблин.

Глава 33

Вечером, получив первый отчет от Гниды, я поспешил к Ане – так я окрестил эльфийку Аннираэль, так было и короче, и русскому уху привычнее, в надежде на пропустить по стопке грога и получить доступ к телу. Мне не помешало бы как следует расслабиться, а то последние несколько дней выдались довольно непростыми.

– А, это ты, – небрежно произнесла она, открыв мне дверь. Приглашать меня войти, эльфийка, отчего-то, не торопилась. Окинув меня взглядом, она безразлично спросила:

– Чего тебе?

Такой прием, меня, мягко говоря, озадачил.

– Э-э-э, – протянул я, пытаясь придумать, что сказать. В итоге, у меня в голове не нашлось ничего лучше, чем:

– Привет.

– Ты так или по делу? Я, вообще-то тренируюсь…

– О! Может, и меня потренируешь?

– А, ты смелый, – ответила Аня, приподняв одну бровь. – Проходи…

Переступив порог её комнаты, я оказался на зеленом, окруженном со всех сторон трибунами, поле. Это напомнило мне игру крыль, в которой я принял участие на службе у Доры. От нахлынувших воспоминаний, по спине побежали мурашки.

– Личный стадион? – осматриваясь, присвистнул я.

– Держи, – Аня кинула мне длинную палку, – это ученический посох.

– Ого, я смогу колдовать?

– Не знаю, – пожала она плечами, – не каждый холопчик справляется с волшебными предметами, – эльфийка взяла свой посох, и со словами: «Давай-ка посмотрим, на что ты способен», выставила один его конец вперед. Из него в тот же миг вырвалась струя пламени.

Я машинально выставил свой посох вперед. Достигнув меня, пламя налетело на невидимый купол и пошло дальше, не причинив мне ни малейшего вреда.

– Так-то! – вырвалось у меня.

– Ты не так прост, да? – прищурившись, спросила эльфийка. Не дожидаясь ответа, она повторила трюк с огнем.

На этот раз, отразив её удар, я решил ответить: выставил посох вперед и, как учил меня Танкред, представил лёд…

Из моего посоха вырвалось несколько ледяных глыб и полетели в Аню.

От неожиданности она, на мгновение, замялась, но в последний момент успела сотворить защитное заклятие. Все глыбы растаяли, превратившись в воду, которая обрушилась на эльфийку.

– Ты чего творишь?! – взвизгнула она.

– Извини…

– Придурок! – эльфийка взмахнула рукой. Стадион исчез, и мы вновь были в её комнате.

– Придурок, придурок! – смаковал в клетке Уголек.

– Не мог, что-нибудь попроще сотворить?

– Ды я как-то…

– Ды я как-то, – передразнила меня Аня.

– Придурок! Придурок! – не унимался ворон.

– Заткнись ты уже! – прикрикнула она на птицу и наложила заклятие. После чего та, притихла и лишь моргала своим черными глазками.

– Даже не знаю, как так вышло, – по новой начал я извиняться.

– Запомни, магия – не твоё!

После этого, Аня выставила меня за порог.

«Вот тебе и выпил грога с последующим доступом к телу», – вздохнув, подумал я.

Получив отказ от эльфийки, мне захотелось напиться еще сильнее, так что мой путь был прямиком в «Хромой коник». Так как время было «самое то», веселье в кабаке буквально кипело. Кроме этого, я встретил там Гниду, сутулую Вилму и троицу гномов, которые служили семейке Вульпианов. В общем, надрались мы знатно…

Глава 34

После вчерашней попойки в «Конике» с Гнидой и остальными, я сильно проспал и Никки была просто в бешенстве, она разбудила меня, огрев тапком по голове.

– Глупый заморыш, из-за тебя я опоздала на пару по магии земли! Профессор Флейм очень суров к тем, кто опаздывает! Теперь, на экзамене, он будет спрашивать меня более строго! – орала троллесса.

Пока я собирал ее рюкзак, моя хозяйка еще несколько раз огрела меня тапком и отвесила крепкий подзатыльник.

– Кажись все, – пробормотал я, когда положил коробку с обедом в правый отсек рюкзака.

– Точно?! Все проверил?!

– Все… – внезапно к горлу подступила волна, мне ничего не оставалось, как стремглав броситься в туалет – наблюю в комнате и троллесса, точно, сломает одну из моих конечностей.

– Заморыш, я тебя убью! – крикнула она мне в след.

Проблевавшись, я почувствовал себя значительно лучше, но слабость никуда не делась – оно и понятно, спал всего ничего и выпил несколько ведер пойла. Главное, не спровоцировать мою хозяйку. В таком взвинченном состоянии, она из-за любой ерунды может покалечить.

Я умылся холодной водой, более-менее придя в чувство и, уже собирался выходить, как вдруг, из унитаза донесся непонятный звук. Я повернулся. Из унитаза вверх, словно тростник, тянулось что-то непонятное черное, похожее на толстого червя. Оно выросло до потолка, изогнулось дугой, и его конец направился ко мне.

– Что за хрень? – пробормотал я, судорожно соображая, что делать.

Остановившись на уровне моего лица, червь замер. Он какое-то время пристально «смотрел» мне в глаза. Вдруг раздался негромкий щелчок, и у него появилось множество острых ножек, на спине возник чешуйчатый панцирь, а на конце, который по-прежнему находился на уровне моего лица, стали прорисовываться контуры пасти с огромными зубами.

Видя такую картину, я невольно попятился. Многоножка издала пронзительный рев, широко разинув пасть, которая уже полностью прорезалась, обнажив несколько рядов, острых, словно бритва, клыков. Из моей груди вырвался непроизвольный крик, и я, напрочь забыв про оглушающий браслет, который мне выдал Танкред, без оглядки бросился прочь из туалета.

– Госпожа, бегите!

– Заморыш, ты чего?! – сердито пробасила троллесса, когда я пробежал мимо нее. Словно ответ на ее вопрос, в комнате, потрескивая хитиновыми пластинам, появилась гигантская многоножка. Сметая все на своем пути, она устремилась за мной.

Видя такой вандализм, трепетно относящаяся к своему интерьеру Никки, пришла в неистовое зверство. Она грозно заорала и, размахивая кулаками, бросилась на гигантскую тварь.

Сколопендра, злобно клацая зубами и не обращая на хозяйку ни малейшего внимания, продолжала приближаться ко мне. Это с ее стороны было опрометчиво. Огромный кулак троллессы, словно молот обрушился на голову многоножки. На мгновение даже показалось, что тварь от удара охнула.

Тут же последовал левый хук, после которого сколопендра лишилась приличного количества зубов. Она отскочила в сторону и несколько раз тряхнула головой. Из разбитой пасти по комнате стали разлетаться брызги зеленой крови.

– Бабушкин ковер! – завопила Никки, когда кровь попала на него.

Глаза троллессы налились кровью. Она схватила обломок стола, набросилась на многоножку и принялась охаживать ее по чем придется. После третьего удара, голова зверюги треснула, а ее содержимое забрызгало все вокруг, окончательно испортив бабушкин ковер.

– Теперь, у нас есть уважительная причина опоздания, – сказал я, показывая на безжизненное тело гигантской сколопендры. Но все оказалось не так просто. Труп многоножки внезапно вспыхнул зеленым пламенем и быстро сгорел, оставив после себя кучку пепла и зловонный дым.

– Вот же ж блин, – пробормотал я, почесывая затылок.

Глава 35

Из-за всего, что приключилось сегодняшним утром, Ники опоздала на занятия по магии земли на добрых пол пары. За это профессор Флейм отчитал ее перед всем курсом, а потом еще задал написать реферат на тему «Изменения в магии земли за последние сто лет».

Когда двери аудитории захлопнулись за спиной троллессы, я направился обратно в наш подвал. Мне предстояло много работы. Нужно было выбросить разбитую не подлежащую ремонту мебель, подмести осыпавшуюся штукатурку и отмыть зеленую кровь сколопендры. Вот где логика? Почему пятна крови не сгорели, так же как и многоножка?

На выходе из учебного корпуса мне встретился Гнида.

– Женя…? – округлил он глаза.

– И тебе привет, – улыбнулся я.

– Привет…

– Как сам-то, после вчерашнего?

Вопрос скорее был риторический, так как у Гниды все было написано на лице. Правда, он всегда выглядел жалко и болезненно, но сегодня, его вид был болезненнее обычного.

– Хреново, – простонал он. – Иду в «Коник», поправить здоровье. Пойдешь?

– Извини, не могу, работы с утра много появилось…

Мы перекинулись еще парой дежурных фраз, после чего, пошли каждый своей дорогой.

* * *
Наводя в подвале порядок, я все думал: «Кто мог натравить на Никки эту гигантскую тварь?» Желающих поглумиться над ней, было хоть отбавляй, троллессу во Врамисе, мягко говоря, недолюбливали. Но, вот, чтобы убить! Не каждый на такое способен. Плюс, по дороге в учебный корпус, Никки обмолвилась, что магия, при помощи которой была сотворена гигантская сколопендра, довольно крутого уровня – доступного не каждому студенту пятого курса. Говорить о втором курсе, на котором учились основные недоброжелатели моей госпожи, и говорить не приходилось.

Все это наводило на неутешительные мысли о том, что Никки перешла дорогу довольно сильному волшебнику.

* * *
После занятий, троллесса осталась в библиотеке готовить реферат, а мне велела продолжить уборку в подвале. Пользуясь этим, я решил сделать небольшой перерыв и заскочить к Ане. Быть может, она что-нибудь знает или подскажет, где искать след злодея. Ведь пока я холопчик троллессы, мне угрожает такая же опасность как и ей.

Когда я пришел, эльфийка пила чай и читала книгу.

– Привет, – сказала она, отложив учебник в сторону. – А, я думала, ты обиделся за вчерашнее и больше не придешь. Извини, что так получилось…

«О, этот чудесный виноватый тон», – улыбнулся я про себя.

Выслушав извинения эльфийки, я, для вида, немного поломался и простил ее. После чего рассказал про утреннее нападение гигантской сколопендры.

– Ужас, – покрутила она головой, – за такое не только исключают из Врамиса, еще и сажают в Черногор, – с этими словами Аня, поставила передо мной чашку и наполнила ее чаем.

Сделав пару глотков, я спросил:

– Как думаешь, кто смог бы такое провернуть?

– Из студентов никто, для подобного нужно не только это уметь, но и обладать достаточным опытом.

– Неужели кто-то из преподов?

– Не обязательно. Достаточно сильный волшебник, сможет преодолеть защиту Врамиса. Может, дело в родителях Никки?

– А, что с ними? – не понял я.

– Я слышала, они у нее что-то вроде королей среди троллей.

– Ну, надо же! Она почему-то никогда про это не говорила. Думаешь, через нее хотят отомстить им?

– Я бы поставила на это. В то, что это дело рук кого-то из преподов или какой-то студент-вундеркинд смог сам в нужной мере освоить нужные заклинания, я просто не верю.

– Получается, по академии расхаживает маг-убийца, который охотится за троллессой и ему по фигу, если он попутно грохнет и ее холопчика?

– Ага, – кивнула Аня.

«Дело-то – дрянь», – пронеслась у меня в голове неутешительная мысль.

Глава 36

Весь оставшийся вечер я думал о словах своей подруги. Если эльфийка права, где-то, совсем рядом, затаился матерый волшебник, желающий грохнуть троллессу. И все бы ничего, но велика вероятность, что я могу попасть под раздачу, как это чуть не случилось сегодня утром. Убийца, при всей своей крутости, недооценил Никки, это нас и спасло. Теперь, он знает, с чем имеет дело и будет действовать наверняка.

За ужином, я попытался обсудить ситуацию с Никки, но она недовольно отмахнулась от меня, словно от надоедливой мухи и, как ни в чем не бывало, стала ужинать. В общем, моя хозяйка вела себя на удивленнее спокойно, особенно если учесть нависшую над нами опасность.

Как только госпожа улеглась спать, я отправил сообщение Танкреду, в котором рассказал об утреннем инциденте, умолчав, что случай произошел в подвале троллессы. Было бы неплохо, если сэр Роквелл прислал бы кого-нибудь на помощь.

Закончив с пергаментом, я взял из тайника бутылку грога, оставшиеся деньги и отправился в «Хромой коник». Ели помощи не будет, придется действовать самому. Для этого, первым дело, нужно вычислить этого гада. Как это сделать я не знал, зато знал опытного специалиста, способного мне с этим помочь. Осталось найти, где он живет, а если хочешь кого-то найти, иди в «Хромой коник».

* * *
Обстановка в «Конике» царила по обыкновению веселая. Пьяные гномы, напрочь лишенные слуха, горланили песни. Картежники, как всегда, играли в своем углу. В общем, все как обычно, многолюдно и шумно.

За одним из столиков сидел Гнида. Пьяный гоблин меня не заметил. Он оживленно спорил о чем-то с парочкой гремлинов и эльфом. Пройдя мимо них, я направился к барной стойке.

Получив один золотой, Патлатый Чак – лысый владелец кабака, рассказал мне, где живет тот самый гном Сидор, у которого мы с Танкредом приобрели зелье для Доратеи.

Время было позднее, вряд ли гном обрадуется мне, но тянуть было нельзя, кто знает, когда убийца совершит очередное нападение. Так что мне оставалось не тратить время понапрасну, а допить пиво и как можно быстрее найти его дом.

* * *
Знакомый домишко Сидора, я нашел на южной окраине Вройса. Постучал. Вскоре, послышалось приближающиеся шаги. Дверь со скрипом отварилась, на пороге показался знакомый тощий мужчина с большими глазами навыкате, редкими седыми волосами, острым крючковатым носом и, не менее острым, подбородком, который покрывала неровная щетина. Это был охранник гнома по имени Амонеуск. В одной руке он держал свечной фонарь, в другой ружье. Наставив на меня длинное четырехствольное дуло охранник проврчал:

– Чего тебе, долговязый?

– Здравствуйте, мне нужен мастер Сидор.

– Зачем он тебе?

– У меня есть к нему дело.

– А деньги-то у тебя есть? – Амонеус вытянул вперед фонарь, чтобы получше рассмотреть меня.

– Есть.

Он задумчиво поиграл скулами, после чего убрал ружье и пригласил войти в дом.

Мы прошли в гостиную, где у камина в кресле сидел Сидор и, попивая чай, читал книгу, которая висела в воздухе на уровне глаз. Не отрываясь от чтения, гном небрежно бросил:

– Ну, говори, что надо?

Я, в общих чертах, обрисовал ему задачу, дескать, нужно вычислить волшебника, который может прикидываться кем-то другим.

– О, – нарочито важно протянул гном, отставляя в сторону чашку с чаем. Книга захлопнулась и опустилась на столик рядом. – Тут не все так просто, – продолжал Сидор. – Все зависит от его умений. Если он прячется при помощи маски или какого-то другого высокотехнологичного устройства, это одно, а если он так крут, что меняет внешность магией – совсем другое и требует иного подхода.

Тут же в памяти всплыли слова Ани, об уровне волшебного мастерства убийцы.

– Думаю, мы имеем дело с магическим перевоплощением, – ответил я.

– Уже что-то, – с этими словами Сидор встал с кресла, на какое-то время вышел. Когда гном вернулся, в руках у него было нечто похожее на старый катушечный магнитофон. Коробка, маленький круглый экран, Ф-образная антенна, несколько клавиш и две большие лампы.

– Вот, дорверское чудо техники – гордо сказал Сидор. Он поставил устройство на стол передо мной и благоговейно добавил, – Определитель.

– Чего? – у меня начало крепнуть ощущение, что гном хочет меня «обуть».

– Долговязый, ты из какой глуши вылез? Ладно, смотри, – махнул он рукой и, не дожидаясь ответа, нажал одну из кнопок на устройстве. Аппарат мерно заурчал, словно довольный кот. Лампы стали испускать еле заметное свечение, которое постепенно становилось ярче. Антенна начала вращаться вокруг своей оси, а экран налился голубоватым цветом.

Затем, гном достал из ящика стола кольцо с большим красным камнем, надел его на палец, направил на один из стеклянных стаканов и что-то пробурчал. Миг спустя, стакан до краев наполнился красной жидкостью. Определитель заурчал еще громче, его лампы стали моргать, а в центре голубоватого экрана появилась зеленая точка.

– Видишь? – довольно улыбаясь, спросил Сидор. – Как только тот, кого ты ищешь, сотворит хоть одно заклинание, это чудо техники определит его.

– В этом мире, куда не плюнь, попадешь в волшебника, – я сложил руки на груди. – И как эта штука отличит нужного мне от остальных?

Гном недовольно заиграл желваками.

– Никак, если не провести калибровку, – недовольный моей дотошностью, ответил он. – Слушай, долговязый, как вы там вообще живете-то?

– Где там?

– В той глуши, откуда ты приперся! Ты покупать определитель будешь?!

– А калибровка?

– Вот! – Сидор указал на квадратное отверстие в приборе. – Поместишь сюда образец, нажмешь вот на эту кнопку и он откалибруется на нужную частоту! Все! Бери или проваливай! Время и без того позднее, нет ни какого желания тебя терпеть, больше чем это требуется!

Я отсчитал раздраженному гному нужную сумму денег, взял определитель подмышку и пошел к выходу.

Глава 37

Следующее утро началось как обычно. Приготовление завтрака, сбор рюкзака для госпожи, а затем, сопровождение Никки до дверей аудитории. К слову сказать, троллесса, продолжала себя вести так, будто вчерашнего нападения не было вовсе. В отличие от нее, мне это не удавалось. Я постоянно озирался по сторонам, выискивая в прохожих волшебника-убийцу, вздрагивал от любого громкого звука.

– Заморыш, ты чего такой дерганный? – улыбнувшись, пробасила троллесса.

– Мне везде мерещится вчерашняя тварь.

– Какой ты пугливый. Не боись, я тебе защитю.

«Ну, конечно, – подумалось мне, – знала бы ты, с кем дело имеешь, так бы не говорила».

Проводив Никки, я вернулся в подвал. Теперь, можно было заняться калибровкой определителя. И, тут, до меня вдруг дошло: «Блин, а образец-то где брать? Прибор, сам по себе, работать не будет. Что делать?»

Какое-то время я ходил из угла в угол, пытаясь придумать, где раздобыть нужный для настройки компонент, ведь все, что осталось от сколопендры, на помойке.

– Похоже, у меня проблема. Отвалил кучу денег впустую, а проблему не решил.

Оставалось только с горя нажраться грогом. Я полез в кладовку, где находился мой тайник и…

«Ну, конечно, ковер!» – осенило меня. Он стоял в пыльном углу, свернутый, насквозь пропитанный зеленой кровью гигантской многоножки.

Метнувшись на кухню за ножом, я наскоблил горсть зеленого порошка вперемешку с клоками ковра. После этого в нем осталось несколько дыр. Оставалось надеяться, что моя госпожа этого не заметит. Хотя, всегда можно свалить на моль или сказать, что дырки разъела кровь.

Засыпав порошок в определитель, я провел калибровку, как показывал Сидор, и запустил прибор в режиме поиска. Оставалось ждать, когда убийца сотворит какое-нибудь заклинание.

* * *
Ожидание, не самое веселое занятие, вот я и задремал сидя перед мерно урчащим определителем, а проснулся, когда прибор стал издавать более громкие звуки.

«Нашел?» – пронеслось у меня в голове.

На голубоватом экране моргала зеленая точка, только не в центре, как при демонстрации определителя в доме Сидора, а вверху и немного слева.

Я взял один из рюкзаков троллессы, положил в него прибор и, покинув подвал, пошел в указанном направлении.

Передвигаясь по территории академии, чтобы свериться с курсом и не привлекать к себе внимание, мне приходилось заглядывать в рюкзак украдкой.

– Женя! – вдруг окликнул меня знакомый голос. От неожиданности я вздрогнул. Это был Гнида.

– Привет, – я натянуто улыбнулся.

– Ты куда?

– Ды, вот, книги сдать.

– Библиотека же в другой стороне, – удивился гоблин.

– Да ладно? – округлил я глаза.

– Ага.

– Вот видишь, до чего меня довела троллесса. У тебя-то как дела? – сменил я тему разговора.

– Ох, и не спрашивай, – Гнида тяжело вздохнул и принялся изливать мне душу.

«Очень вовремя, блин!» – пронеслось у меня в голове.

– Слушай, дружище, – перебил я его, – не обижайся, но дел очень много. А, если, не успею все сделать, сам знаешь, что будет.

Гоблин тяжело и протяжно вздохнул.

– Давай, сегодня вечером, в «Конике» встретимся? – предложил я, и, не дожидаясь ответа пошел своей дорогой.

Некоторое время спустя, я оказался у преподавательского крыла Врамиса.

«Вот так поворот, неужели эльфийка ошиблась и убийца кто-то из преподов?»

Заходить внутрь холопчикам не запрещалось, и мы с определителем пошли дальше. Сигнал провел меня по длинному мрачному коридору к винтовой лестнице, на третий этаж и снова по коридору, до самого конца, пока я не остановился перед дверью с табличкой: «Профессор Одеон Флейм».

Глава 38

Вернувшись, я первым делом написал Танкреду, пусть знают, что я сам вычислил, того кто хочет убить троллессу. Глядишь, за это они скостят мой срок.

Оставалось решить, что делать дальше. Ждать помощи от Роквелла? Но, он все еще не отреагировал на новость о нападении сколопендры. Если ему это совсем не интересно, как никак он отправлял меня следить за Дорой, а не за Никки, то ни какой помощи не будет. Самому мне не справиться с профессором волшебного дела.

«А, что если его магии, противопоставить дорверские технологии», – подумал я, глядя на стоящий передо мной определитель. У Сидора наверняка должно быть что-то, что могло бы помочь противостоять магической силе Флейма. Вот только денег у меня осталось совсем немного, почти все ушло на покупку определителя.

«Его же можно продать! Даже если гном купит его за полцены, на какой-нибудь ствол должно хватить. Надеюсь».

* * *
Вечером, ублажив Никки и дождавшись, когда она заснет, я взял приготовленный рюкзак с определителем и отправился к Сидору.

– Опять ты? – проворчал Амонеус, открывая дверь.

– Здравствуйте, – расплываясь в улыбке, произнес я. – Мастер Сидор принимает?

– Принимает, принимает.

Гном сидел в кресле, неторопливо потягивал ароматную какаву с зефирами и читал книгу.

– Шеф, к тебе опять этот долговязый, – доложил ему о моем визите Амонеус.

– Кто? – не понял Сидор. Оторвавшись от чтения, он увидел меня и, не особо приветливо произнес, – А, это снова ты. – Гном отложил книгу, указав на соседнее кресло, продолжил, – Присаживайся. Что тебя на сей раз привело?

– Ваш определитель очень мне пригодился.

– Я же говорил, лучший образчик дорверских технологий!

– Купите его у меня.

– Купить?

– Хотя бы за полцены.

– Ну, не знаю. Вещица, хоть и хорошая, только, вот, совершенно не пользуется спросом.

– Тогда обмен. Мне нужно оружие для защиты от сильного мага.

– Обмен? – оживился Сидор. – Обмен это хорошо. Давай-ка посмотрим, что я смогу тебе предложить, – с этими словами он встал и позвал меня за собой. Мы прошли в один из его складов. За массивной сейфовой дверью раскинулось обширное помещение. Тут были арбалеты, луки, мечи, шпаги, сабли, ружья, доспехи и много другой различной и всякой всячины, названия которых мне было не ведомо.

– Ничего себе, – присвистнул я, – тут оружия для целой армии.

– Вот, – гном взял с ближайшей стойки ружье и протянул его мне, – отличная штука…

Глава 39

Когда я возвращался обратно, проходя по темному проулку, за спиной вдруг раздался голос:

– Ты чего один бродишь в ночи?

От неожиданности я вздрогнул, развернулся и приготовился стрелять.

– Тише ты! Это же я!

– Танкред? Ты чего подкрадываешься?

– Не подкрадываюсь, а жду. Между прочим, минут сорок уже.

– А, чего здесь? Лучше места не нашлось?

– Отличное место. Рассказывай, давай, с чего это ты оказался в услужении у троллессы?

Вздохнув, я рассказал ему о том, как Дора проиграла меня в сквош.

– Вот как, – потирая бороду, задумчиво произнес Танкред. – Не иначе она заметила твой визит в сундук и решила подстраховаться, сбагрив тебя.

– Думаешь?

– Если бы она подозревала тебя, то ты был бы уже мертв.

Я нервно сглотнул.

– Но отчеты от тебя все равно приходят, – продолжал он.

– Удалось подкупить ее нового холопчика.

– Молодец, – впечатлённый моими действиями, произнес рыжебородый. – Ну, а с чего ты решил, что это Флейм на вас покушался?

– К нему меня привел дорверский определитель.

– Определитель? – удивился Танкред. – Где ты его взял?

Я рассказал ему о своих визитах к Сидору, но, что деньги взял у ростовщика, говорить постеснялся. Сказал, что выиграл солидную сумму в эйрос.

– Парень, вот ты даешь! – улыбнулся он. – Ты просто ходячий сюрприз! Сэр Роквелл в очередной раз оказался прав, взяв тебя на службу. Ладно, давай займемся делом, – с этими словами он достал из кармана маску.

– Каким делом?

– Пойдем в академию и выясним, каким боком Одеон причастен к покушению.

– А, как же ваш договор?

– Я знаю его давно, Флейм так не поступает. Его либо подставили, либо подменили, а это значит, во Врамисе засел враг, который угрожает нам всем. О прежних разногласиях пора забыть.

* * *
Мы появились в коридоре Врамиса, перед дверью профессора Флейма.

– Готов? – прошептал Танкред.

– К чему? – не понял я.

– К тому, что, возможно, под личиной Флейм скрывается тот, кто пытался убить троллессу.

– Может, я тебя здесь подожду?

– Боишься?

– Не то, чтобы…

– Ружье сними с предохранителя, – напомнил бородач и постучал в дверь.

«Точно, предохранитель, – пронеслось у меня в голове, – я, ведь, его даже не включал…»

– Войдите, – донеслось из-за двери.

Танкред шагнул через порог, я следом. Профессор сидел в кресле у камина, пил чай и читал книгу, которая парила на уровне глаз.

– Танкред? – удивился он. – Что привело тебя в академию, да еще в столь поздний час? Почему у твоего спутника ружье?

– Дела, Одеон, – ответил бородач. Он не торопился проходить дальше.

– Дела, – усмехнулся профессор. Допив чай, он поставил чашку на столик, который стоял рядом с креслом. Висевшая в воздухе книга захлопнулась и, тоже, легла на столик. – Твои дела не могли подождать до утра? Хотя, о чем это я, раз ты здесь, значит, нет.

– Помнишь наш первый курс, Одеон?

– Это и есть твои дела? Пришел ностальгировать о школьных годах?

– С нами училась девушка, Сильвия Гройс, – продолжал Танкред. – Ты помнишь, как она погибла?

Профессор изменился в лице. Он какое-то время сверлил бородача взглядом, после чего ответил:

– Не было у нас никогда никакой Сильвии Гройс. А, на нашем первом курсе, погиб Фарк Стралл. Он самовольно попытался призвать огненного элементаля и сгорел, вместе с целым этажом общежития. Тогда чудом больше никто не пострадал.

– Было дело, – кивнул Танкред. Он все еще выглядел настороженным.

– И, ты, прекрасно знаешь, как я не люблю, когда меня называют по имени. Что происходит? Зачем эта проверка?

– Вот этот славный малый, утверждает, что ты натравил на них гигантскую сколопендру, – показывая на меня, сказал бородач.

– Что за бред?! Кто это вообще такой? – возмутился профессор.

Я не торопился опускать ружье и держал его на мушке.

– Холопчик вашей троллессы Никки. Флейм, нахрена тебе убивать троллессу? – продолжал Танкред.

– На жизнь студентки Николетт покушались? – строго спросил Флейм. – На территории академии? Танкред, объяснись сейчас же! Что происходит?

«Ага, конечно, так я тебе и поверил», – мой палец коснулся спускового крючка.

– Не волнуйся, сэр Роквелл чтит ваш договор, ни один наш волшебник не переступал границ Врамиса. Этот, – бородач кивнул на меня, – простой обормот, без магической предрасположенности.

Танкред рассказал профессору, что знал из моих отчетов, о нападении сколопендры. И о том, как при помощи определителя, я решил, что это его рук дело.

– Безобразие, – проворчал Флейм, сложив руки на груди. – Постойте-ка, получается, что сейчас по территории Врамиса расхаживает посторонний?!

– Опусти ты уже ружье, – ухмыльнувшись, сказал мне Танкред. – Я тебе сразу сказал, что Флейм точно не тот, кто тебе нужен…

– Но кому нужно убивать Троллессу? – задумчиво произнес профессор.

– Мы думали, что это враги ее родителей, чтобы отомстить, – ответил я.

– Мы? – удивился Танкред.

– Возможно, – кивнул Флейм, – у отца Николетт, сейчас не самые легкие времена, борьба за власть среди своих и война с Ортией. Для любящего родителя смерть дочери – тяжкий удар… – профессор на мгновение замялся, потом взглянул на рыжебородого и спросил:

– Какое дело сэру Роквеллу, что происходит у троллей?

– Ни какого, – развел руками Танкред, – малец здесь совсем с другой целью.

Флейм, продолжал сверлить его взглядом, ожидая продолжения.

– Извини, я не могу тебе рассказать.

– Тогда, вам придется покинуть Врамис.

– Одеон, пойми, мы вам не враги…

– Но и не друзья, – перебил рыжебородого профессор, – друзья не действуют тайком у тебя под носом.

– Мне было велено следить за Доратеей Эйвери, – сказал я, желая исправить ситуацию.

– Заткнись! – рявкнул Танкред.

– Эйвери, – задумчиво повторил Флейм. – Высокомерная первокурсница, амбициозная волшебница и прилежная ученица. Она мне сразу не понравилась. Зачем вы следите за ней?

– Извини, Одеон, это секретные сведения.

– Хотите завербовать?

– Давай лучше подумаем, как поймать убийцу, – ушел от ответа Танкред.

– Пусть твой обормот выступит в роли приманки.

– Что? – удивился я.

– Хорошая идея, – кивнул рыжебородый.

– А, меня спросить не хотите? Я не имею ни малейшего желание так подставляться! Мы так не договаривались!

– Тебе ничего не угрожает, – попытался успокоить меня Флейм.

– Ну, конечно…

– Вот, – профессор протянул мне браслет, – он защитит тебя от магического воздействия всех четырех стихий. Но будь внимателен, его ресурс не бесконечен. Если тот, кого мы ловим, так силен, как мы думаем браслет отразит не более одного заклинания.

– Может, дадите парочку таких? – поинтересовался я.

Флейм, молча, покрутил головой.

– Что мне тогда толку от него? Меня смогут добить вторым заклинанием.

– У тебя есть ружье, – возразил профессор.

– Но оружие запрещено…

– У тебя есть разрешение.

Глава 40

Мы просидели у Флейма до утра. Очень хотелось грога или, хотя бы, пива. Но у профессора был только чай из мелиссы. Трезвенник, блин!

По плану профессора и Танкреда, я должен вести себя как обычно, когда убийца опять нападет на Никки, защитить ее и дать им сигнал. Вот она, местная образовательная система! Вместо того чтобы максимально обезопасить нас, эти двое сделали меня и троллессу приманкой. Очень педагогично!

Закончив совещание, я поторопился в подвал. Госпожа вот-вот проснется, а завтрак еще не готов.

Проводив Никки на занятия, я наткнулся в коридоре на Гниду. Он сидел на подоконнике первого этажа и, поджав ноги, смотрел в пустоту. Бедолага не переставал удивлять меня своим жалким видом. Только я подумаю, что он выглядел жальче, чем обычно и хуже просто некуда, на следующий день он пробивал дно. Вот и сегодня Гнида поставил новый антирекорд! От него буквально веяло тоской и безнадегой, а внешне, он больше походил на чахлого зверька, который скучает по своему хозяину, а не на гоблина.

«Это совсем не круто! Если он зачахнет и Дора его заменит, мне придется искать подход к новому холопчику! Нет, нет, нет!» – с этими мыслями, я подошел к гоблину и спросил:

– Дружище, ты чего грустишь?

Гнида поднял на меня остекленевшие глаза. По его впавшим щекам потекли слезы.

– Она умерла, – обронил он.

– Браток, мне так жаль…

За все время, я ни разу не спрашивал, на чье лечение Гнида взял у меня деньги. Сначала как-то не до того было, а, теперь, тем более не красиво было бы спрашивать, тем самым дав понять, что я совсем не в курсе происходящего в жизни друга.

Немного погрустив на окне, мне ненавязчиво удалось убедить гоблина пойти в «Хромой коник», потому что сидеть на окнах Врамиса чревато последствиями, особенно для холопчиков. А, вот, в кабаке можно как следует нажраться дешевым пойлом и забыться…

* * *
Оставив Гниду в «Конике», я торопился обратно, в академию. Занятия вот-вот закончатся, и мне нужно было встретить троллессу. Она очень не любила, когда я опаздывал, наказывая за это оплеухами. Чтобы не навлечь на себе её гнев, мне пришлось ускориться, перейдя на бег.

Я свернул в проулок, как вдруг, мне в грудь врезался огненный шар. Раздался оглушительный хлопок. От неожиданности я непроизвольно вскрикнул, отлетел на несколько метров, упал и кубарем покатился по мостовой. Когда мне удалось подняться, нападающего уже и след простыл.

Проулок озарился вспышкой, рядом со мной материализовался профессор Флейм.

– Где он?!

– Убежал, – покрутил я головой.

– Что? – осматриваясь по сторонам, спросил тот. – Ты один? Где Николетт?

– На занятиях…

Глава 41

Из всего произошедшего напрашивался неутешительный вывод: волшебник-убийца охотился не на троллессу, а на меня.

– Но что ему надо? Точнее, зачем ему меня убивать? – я взволнованно ходил из угла в угол по кабинету профессора Флейма. После произошедшего, он нагрузил троллессу самостоятельной работой, так что у нас было несколько часов для разговора.

– По всей видимости, он знает, что ты работаешь на сэра Роквелла и не хочет, чтобы ты был рядом, – высказался развалившийся в кресле Танкред.

– Что? Уговор был просто шпионить за Дорой!

– Танкред, мне отчего-то кажется, что ты знаешь, для чего тот, кого мы ловим, пробрался в стены Врамиса, – сидя за своим столом, произнес профессор.

– Извини Одеон, но это секретная информация.

– На таких условиях я отказываюсь работать! – продолжал я.

– Что значит секретная? Ты и твой агент действуете во вверенном мне учреждении без соответствующего допуска, и отказываешься делиться информацией. Это, по крайней мере, наглость.

– Послушай Одеон…

– Флейм, – поправил его профессор.

– Хватит меня игнорить! – возмутился я.

В ответ на это, рыжебородый щелкнул пальцами. Мои ноги в тот же миг онемели, как и все остальное тело. Я обмяк и распластался на полу не способный проронить ни слова.

«Вот же сука», – пронеслось у меня в голове.

– Ты же понимаешь, будь моя воля, – продолжал Танкред, – я бы все тебе рассказал, но сэр Роквелл настаивает на секретности.

– Так не пойдет. Мы должны быть в курсе происходящего.

– Я могу…

– Нет, – перебил его Флейм. – Возвращайся к Роквеллу и передай, что мы настаиваем на введение нас в курс дела. Иначе Верас запретит вам действовать в стенах Врамиса.

Глава 42

В одном Флейм и Танкред были согласны, теперь, поняв, что мы готовы к нападению, он затаится. Подождет, пока мы вновь не потеряем бдительность. Им-то легко рассуждать, это не за ними по пятам следует маньяк с желанием испепелить. У меня хоть и был оглушающий браслет, а еще профессор заново «зарядил» мой защитный браслет, все равно было как-то не по себе, заряд-то всего один.

Недели две или три, я ходил по Врамису то и дело, озираясь по сторонам, в ожидании огненного шара, ледяной стрелы или чего-то похуже. Но мои ожидания раз за разом не оправдывались. В конечном счете, я стал потихоньку забывать о волшебнике-убийце…

Жизнь шла своим чередом. С утра до вечера я прислуживал троллессе, потом мы с Гнидой шли в кабак и упивались в слюни. Незаметно для него, я расспрашивал его о Доре, а потом докладывал Танкреду. Иногда я проводил вечера с Аннираэль за чашкой чая.

Так и подошел к концу первый семестр. Занятия закончились. Наступила зачетная неделя.

Для меня же наступил сущий ад. Николетт находилась постоянно на взводе, зачеты давались ей с трудом, и не все с первого раза. Каждый вечер она срывала злость от неудач в универе на мне, благо все ограничивалось несильными оплеухами и более продолжительным «массажем».

Была ночь. Я по сложившейся уже привычке поднялся во двор общаги, чтобы с бутылочкой грога перевести дух от нелегкой жизни универского холопчика, я вдруг увидел Аню.

Она сидела на лавочке, поджав ноги, с бутылкой в обнимку.

– Привет, – сказал я, присев рядом.

– Привет, – ответила эльфийка.

– Как дела?

Аннираэль ничего не ответила, только сделала глоток из своей бутылки.

– Проблемы с экзаменами? – предположил я.

– Со студентами.

Это хороший момент, – мелькнуло в моей голове, – наверняка ей сейчас не помешает дружеское плечо и ночь с хорошим умелым любовником. Прежде чем я успел что-то сделать или сказать, она уже была рядом. Наши губы сомкнулись в страстном поцелуе…

Мы сделали это прямо на лавке.

– Может, расскажешь, что у тебя случилось? – спросил я, надевая штаны.

– А смысл? Ты же холопчик.

– А ты студентка-волшебница, а разница между нами не велика.

– Пошел ты!

– Да перестань, – я обнял её и поцеловал, – рассказывай. Глядишь, может, что и придумаем.

Оказалось, что Доратея со своей компашкой, отняли у Ани зачетку, так, ради смеха. А за потерю волшебной зачетки положен немалый штраф. Для небогатой эльфийки, которая и без того вынуждена была подрабатывать в библиотеке, сумма неподъемная. Жаловаться в деканат, не вариант, все будут на стороне богатой Доратеи. Вот и оставалось, только молча глотать сопли.

– А, что ей надо? Может, получится с ней договориться?

– Шутишь? У таких как она все есть, в учебе она в числе лучших. Единственное, чего она добивается, очистить Врамис от таких как я. И, похоже, она и в этом преуспеет.

– Ну, не торопись сдаваться, – я вновь ее поцеловал, – мы что-нибудь придумаем.

* * *
Провернуть налет на комнату Доратеи мы решили во время экзамена по общей магии, это был самый важный экзамен за семестр и большинство студентов будут в учебном корпусе. Аннираэль на нем без зачетки делать нечего. Я тоже буду свободен, пока троллесса на экзамене.

Проводив Николетт до аудитории, я галопом бросился к обратно общаге, где меня уже ждала эльфийка.

Незаметно проникнуть в комнату Доры было самым простым. Аня сотворила несколько действенных заклятий, которые сняли с двери всю магическую защиту. Оставалось самое сложное, найти зачетку.

– Ну, есть идеи, где искать? – осматриваясь, спросила она.

– Времени у нас достаточно, – улыбнулся я, давай-ка хорошенько все здесь прошерстим.

– Но, если так, она узнает, что это была я!

– Она узнает, что это была ты, если пропадет только зачетка. Если мы перевернем комнату вверх дном, еще и стащим что-нибудь, Дорка не заметит пропажи твоей зачетки, думая, что нарвалась на чью-то месть.

– Ну-у-у, – задумалась Аня, – недоброжелателей у нее, конечно, хватает…

– Хватит болтать! – перебил я эльфийку, открывая ближайшую тумбочку. – Мы только зря теряем время.

Мы устроили в комнате настоящий хаос. Выкинули на пол содержимое всех ящиков, тумбочек, шкафов и полок. Потом сорвали со стен полки, так, чисто из хулиганских побуждений. В общем, хорошенько отвели душу.

Кроме зачетной книжки, я решил прихватить кошель с деньгами, шкатулку с драгоценностями и пенал, в котором лежали три пузырька с разноцветными жидкостями. Все они были подписаны: «Балагур», «Затворник», «Беспамятство».

– Вот видишь, немного веры в себя, хитрый расчет и хладнокровие, и дело в шляпе, – деловито сказал я, распихивая добычу по карманам.

– Признаться, я и не думала, что у нас получится, – промурлыкала Аня, держа в руках свою зачетку.

– Теперь, ты знаешь, к кому обращаться в подобных случаях?

– Ага, спасибо тебе огромное, – кивнула эльфийка и поцеловала меня.

– Так, тихо, ты, – отстранил я её, – не здесь же. Пошли, а, то, времени-то уже прошло уйма, а нам еще нужно спрятать цацки и шкатулку с зельями.

– Зачем?

– Как зачем? – удивился я. – Чтобы не спалиться. Мало ли шмон какой или случайность. Награбленное, лучше хранить в нейтральном месте.

– Может, закопаем?

– Еще лучше, – улыбнувшись, кивнул я.

Глава 43

После экзаменов, перед тем, как все разъедутся на каникулы, наступало время чемпионата академии по волшебному мастерству. Еще это мероприятие называли грант. Чудовищно варварский и невероятно опасный вид спорта, ни похожий ни на что, что мне когда-либо доводилось видеть.

Две или три команды, это зависело от количества команд, по семь человек. Игровое поле, созданное самим директором академии Верасом. На нем было всё. Лес полный хищных тварей, горы с глубокими ущельями, быстрая река с порогами, озеро с ужасным чудовищем и многое другое, на что способно воспаленное воображение директора.

По краям поля, напротив друг друга, располагались базы команд. Целью было найти на поле грант, каждый матч это был разный предмет, и доставить на базу. Та команда, которая это сделает – победила.

Цель остальных помешать двум другим, доставить грант на свою точку и забрать его себе. Игрокам разрешено использовать друг против друга любые не смертельные заклинания и приемы.

По полю можно перемещаться только на своих двоих. Никакой телепортации, левитации, мётел или какой-либо иной магии или предметов. Поэтому физическая подготовка участников имела немаловажное значение.

Обнявшись, мя лежали в кровати в комнате Ани, переводя дух после соития.

– Отец рассказывал, что их команда не проиграла ни разу, пока он учился, – вздохнула эльфийка, сетуя на то, что никто из студентов не хотел брать ее в команду. В прошлом году, из-за этого ей даже пришлось пропустить соревнования, а это было плохо для её будущего, как волшебницы.

– Давай соберем свою команду? – предложил я.

– Это нереально.

– Ну, ты и я, уже хорошая команда.

– Холопчикам нельзя играть против своих хозяев.

«Значит, нужно уговорить Никки, участвовать в нашей команде, – размышлял я, – но как? Заклятие гипноза на нее не подействует – у троллей к нему иммунитет… Может шантаж? Так, думай, чем ее можно припугнуть? Сексуальными фантазиями? Не, мелко. Да и до моей прежней хозяйки – Доратеи, ей, мягко говоря, далеко».

Среди студентов Врамиса не было принято продавать или просто отпускать своих холопчиков, а вот менять их друг на друга, на ценные и не очень ценные вещи или использовать как ставку в каком-нибудь мероприятии, считалось вполне себе правильным поступком.

Моя хозяйка кроме как в сквош ни во что не играла, а в этом деле она была лучшей во всей академии. У эльфийки просто не было шансов меня выиграть.

Выменять на что-то ценное, тоже не представлялось возможным – у Аннираэль просто не было ничего подобного.

На первый взгляд, не самый благоприятный расклад, но это если действовать по заведенным здесь обычаям. Я, как-никак, шпион, нетривиальные решения сложных вопросов, вот чем я приглянулся сэру Роквеллу.

Маска, сильно облегчила бы нам задачу, но на территории Врамиса эти штуки были под запретом, ввиду понятных причин: тут же предприимчивые студенты принялись бы сводить счеты с преподавателями, с обидчиками – бардак был бы просто фантастический.

«Что еще? Письма? Если я выставлю на всеобщее обозрение переписку красотки Никки с папочкой, весь Врамис узнает, что грозная тролесса, на самом деле нежное и чуткое создание. Фу! – от такого диссонанса я поежился. – Никто и не поверит. Должно же быть хоть что-то!»

И тут меня осенило:

– Флудень Стулл!

Глава 44

– Флудень Стулл! – воскликнул я, вскакивая с кровати.

– Причем здесь эта скотина? – удивленно округлила глаза Аннираэль.

– Сдается мне, если он пригласит Никки участвовать в одной команде, она не устоит.

* * *
Студент пятого курса Флудень Стулл, как все выпускники был заносчив и высокомерен, а кроме этого, хорош собой и считался лучшим студентом академии. Троллесса была лишь каплей в море из девиц, которые по нему сохли.

Мы с эльфийкой сидели на трибуне стадиона и наблюдали за тренировкой команды Флудня.

– Ты уверен, что Никки запала на него? – с нескрываемым омерзением, спросила Аннираэль.

– Да, уверен, – кивнул я, – все одно к одному, она ходит на все кружки, в которых принимает участие Флудень, клубы по интересам – даже классическая литература, а троллесса терпеть не может читать.

Никки всячески пыталась от меня это скрыть – холопчикам не принято открывать душу, чтобы они не смогли воспользоваться тайнами против своих хозяев – но от меня ничего не ускользнет. Я надеюсь.

В подтверждение моих слов, на трибуну поднялась троллеса. Мне оставалось лишь кивнуть в ее сторону и сказать:

– Вот, смотри.

В отличие от моей хозяйки, на Флудня можно было наложить заклятие гипноза. До игры оставалось совсем мало времени, а в случае успеха, нам еще нужно время на тренировки, так что я решил действовать нагло и решительно.

– Ты куда? – Прошипела Аннираэль, тщетно пытаясь схватить меня за рукав.

– Спокуха! В деле мастер, – подмигнув ей, я направился вниз по ступенькам, туда, где на скамейке лежали вещи участников команды Флудня…

* * *
После того, как я подменил бутылки с водой, нам оставалось только ждать, когда закончится тренировка и, разгоряченные студенты жадно набросятся на воду, в которую я добавил содержимое флакончика «Затворник», того самого, что спер у Доратеи. Покопавшись в библиотеке, Аня узнала, что это было мощное слабительное, способное приковать кого угодно на целый день к унитазу.

– Это было ловко, – улыбнулась эльфийка, когда я вернулся к ней.

– Теперь, главное не упустить Флудня из виду…

Закончив тренировку, он направился в Южную башню, там Флудень вел спецкурс по теории магии земли у второго курса. Мы с Аннираэль пошли следом. К слову сказать, Стулл выпил целую пол литровую бутылку – вот-вот «Затворник» должен был подействовать.

Каким бы ты не был умником, силачом или высокомерным пятикурсником, сидя на унитазе все равно становишься обычным и беззащитным человеком, оставляя все мирское за стенами кабинки.

Когда Флудень выбежал из аудитории и стрелой бросился в туалет, мы поняли, что время пришло. Я и эльфийка неторопливо пошли следом – вряд ли он куда-то денется, пока мы идем.

В туалете были еще несколько студентов, но когда Стулл, запершись в одной из кабинок, начал извергаться, словно Везувий в последний день Помпеи, от запаха, который в мгновение ока наполнил уборную, все разбежались.

«Вот тебе и затворник, – усмехнулся я про себя, – нужно было назвать это средство Вонючка».

После того, как в туалете кроме меня и Флудня никого не осталось, я позвал эльфийку, и мы закрыли дверь на замок.

– Фу, ну и вонь, – поморщилась Аннираэль.

– Ну, извини, – пожал я плечами.

Она прошла в кабинку, которая была по соседству с той, где извергался Стулл.

– Приветик, Флудень. А, что это ты тут делаешь? – донесся до меня голос эльфийки.

– Это мужской туалет! – взвизгнул тот. Следом раздался еле слышный щелчок сотворенного заклятия.

– Слушай меня внимательно… – начала давать установку моя спутница.

Когда все было кончено, мы дали ему бутылек с противоядием. Нужно чтобы Флудень как можно быстрее шел к Никки, а не сидел прикованный к унитазу.

– Вот видишь, а ты переживала, – улыбнувшись, я обнял Аню за плечи.

– Толи еще будет, когда чары спадут, и он все расскажет, – проворчала эльфийка. – За такое меня непременно вышвырнут из академии.

– Брось, никто не узнает А, Флудню лучше помалкивать. Сама подумай, что станет с его репутацией, когда все узнают, что второкурсница наложила на него заклятие гипноза?

– Да, после такого, его ни в одно солидное место работать не возьмут, – Аня натянуто улыбнулась.

– Вот и я о том же! Ради этого он будет молчать! Брось! Пора уже преподать урок всей это высокомерной шушере! Мы выиграем этот крафт, и все поймут, что ты не хухры-мухры!

* * *
Вечером, когда я вернулся в подвал троллессы, меня ждала удивительная картина: Флудень Стулл и Николетт мило ворковали под мелодичные звуки джаза, и пили чай из блюдец.

– Это еще кто? – недовольно спросил я у своей хозяйки. Любой холопчик должен с подозрением относиться к незнакомцам в доме, которому служит, и безмерно ревновать, если его господин или госпожа разделяет трапезу с чужаком. Всегда есть риск, что тебя решили поменять.

– Не ревнуй, прыщ, этот красивый молодой человек – лучший студент Врамиса. Теперь, он мой парень, – довольно произнесла Троллесса. – Накрывай на стол, ужинать будем.

– Что и он тоже? – продолжал я, изображать ревнивого холопчика.

– Так, не хами! Привыкай, Флудень у нас часть будет появляться, – она взглянула на него бесконечно влюбленными глазами и спросила:

– Правда же?

– Конечно, – улыбаясь во весь рот, проворковал Стулл.

– Ясно, – буркнул я, направляясь на кухню, а сам ликовал от радости, что у нас с Аннираэль получилось все как надо.

Глава 45

Мы приступили к тренировкам на следующий же день, после того как провернули трюк с Флуднем и троллессой. Вместе с Никки и ее парнем, в нашу команду перешел его друг и сокурсник Шипень Рван. Включая меня и двух других холопчиков, получалось семь игроков – полноценная команда.

Для всей академии, переход Флудня в нашу команду стал сюрпризом, а новость об их отношениях с троллессой, так вообще, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Все только об этом и говорили. Поэтому, чтобы избежать лишнего внимания, мы решили тренироваться по утрам. До начала гранта оставалось немногим больше недели.

Солнце только взошло, и на стадионе никого кроме нас была не было.

– Если кто меня не знает, я – Аннираэль, ваш капитан, – поприветствовала нас эльфийка.

– Почему так рано?! – возмутился Шипень. – Нельзя что ли тренироваться как все, после полудня?

– Свободно было только это время, – отрезала наш капитан.

– Знаешь что… – начал было Шипень, но Флудень его остановил:

– Шип, дружище, хорош ныть. Глянь, какая погода прекрасная. Давайте уже начинать.

– Вот именно, – поддержала своего кавалера троллесса Никки.

– Разминаемся! Три круга, потом растяжка и беговые! Вперед! – скомандовала Аннираэль, и мы побежали.

* * *
Нам посчастливилось участвовать в первом матче чемпионата. Против нас играли команды с названием «Огры» и «Гарпии». На счет первой, Аннираэль высказалась довольно презрительно, дескать, неопытные перваки, их можно и не брать в расчет. А, вот, насчет «Гарпий» эльфийка была другого мнения:

– Капитан у них пятикурсница Флор по прозвищу Гарпия, та еще стерва. Играет в грант с первого курса, очень опытный и матерый игрок. Помимо этого, отличница волшебной подготовки. Ходят слухи, что ее пригласили на королевскую службу. В общем, свою команду она натаскала исключительно на победу…

Холопчикам разрешалось использовать только большой тяжелый щит. Волшебный к слову. Он отражал любое воздействие на него, как физическое, так и магическое. Вещица странная, но, как мне казалось, полезная.

Глава 46

Время, отведенное нам для подготовки, пролетело невероятно быстро. Настал день открытия «Недели гранта» и первых игр. Чтобы посмотреть на это зрелище, на стадионе Врамиса собралось небывалое количество народа. Шум стоял такой, что мы не слышали друг друга, хоть и находились в раздевалке.

Первыми выступали лучшие студенты пятикурсники, показывая свое мастерство владением всеми четырьмя стихиями. Надо сказать, очень эффектное вышло представление. Потом, под бой барабанов и звуки труб, на стадион вышли участники. Трибуны взорвались приветственным ревом.

После этого, нас переместили на поле на гранта, а зрителей ждал товарищеский матч в крыль, между командой Вройса и командой соседнего города Прейс.

* * *
Аннираэль пыталась не показывать своего волнения, но мне, как ни кому, было видно, насколько сильно наш капитан переживает. Получив от нее последние наставления, мы вышли на поле.

Наша база представляла собой треугольную поляну. В ее центре из земли тянулся шест, с реющим флагом с изображением четырехлистного клевера, это был семейный герб эльфийки. Кстати, наша команда так и назвалась: «Клевер». Со всех сторон поляну окружала лесная чаща.

Мы построились в шеренгу в центре, у желтой полосы.

Все стояли молча.

– Чего ждем? – не выдержал я.

– Раскатов грома – сигнал к началу матча, – пояснила Аня.

– А, понятно.

– Долго еще? – проворчала Никки. – Терпеть не могу ждать.

– Спокойно, крошка, это нормально для гранта, – взял ее за руку Флудень. – В этой игре проверяются все качества волшебника, в том числе и терпение.

И, вот, грянул гром. В воздухе перед Аней материализовался свиток с первой подсказкой. Она сорвала с него печать и развернула. Остальные собрались вокруг эльфийки, с любопытством пялясь на свиток.

– Что это за бубенцы с шипами? – удивилась Никки, глядя на картинку.

– Каштаны, – пояснил Флудень.

– Так, значит, нам нужно в каштановую рощу! – констатировала эльфийка.

– Или это могут быть колючие холмы, – возразил Шипень.

– Верно, могут! Тогда разделимся! Так, холмы, ближе к базе «Огров», они не проблема. Шипень, Флудень, возьмите одного холопчика и давайте туда. С «Гарпиями» будет сложнее…

– Я хочу со своим парнем, – перебила ее Никки.

– Хорошо! – закатив глаза, ответила Аня. – Флудень и Никки, возьмите одного холопчика и бегом в холмы. Остальные, со мной в каштановую рощу! Если встретитесь с гарпиями, будьте осторожны, не рискуйте понапрасну. Постарайтесь вывести как можно больше их из игры до конца матча. Цель номер один, их капитан – Флор. Встречаемся у Поющего озера! Все, погнали!

* * *
Когда мы добрались до каштановой рощи, там не было ни души. Лишь легкий ветерок шелестел листьями деревьев.

– Мы первые? – удивился я, озираясь по сторонам. – Могли «Огры» затупить и не догадаться?

– Не думаю. Будьте все начеку, – с этими словами, эльфийка принялась колдовать, чтобы проявилась вторая подсказка.

«Мы здесь как на ладони», – пронеслось у меня в голове. Если кто-то из соперников захочет напасть, лучшего места им не найти. Держа щит наготове, я вслушивался в каждый звук, готовясь защитить Аннираэль от нападения.

– Есть! – вдруг радостно воскликнула она. – Смотрите…

Тут же воздух пронзил огненный шар, и врезался в Ефрона, холопчика Шипня. Он вскрикнул и отлетел в сторону. До конца матча, он вне игры. Я закрыл себя и остальных щитом, и мы спрятались за ближайшим деревом.

– Засада, – прорычал Шипень.

– Успели разглядеть, сколько их? – спросила эльфийка.

– Как-то не до этого было! – усмехнулся я.

– Жаль… – она на мгновение выглянула из укрытия. В тот же миг, вокруг нас упали еще несколько огненных шаров, поднимая вверх куски земли, сухие листья и валежник.

– Четверо! – довольно сообщила Аннираэль.

– Гарпии? – уточнил я.

– Похоже.

– Встряли, – протянул Шипень.

– Ерунда! Давайте-ка, собрались! Мы сможем надрать их высокомерный задницы задницы! – приободрила нас Аня.

Мы воспользовались приемом, который не раз отрабатывали не тренировках, я держал щит, закрывая нас от магии противника, а эльфийка и Шип колдовали. Они обрушили на гарпий ледяной вихрь, те дрогнули и убежали, бросив дыух павших товарищей на поле.

– Да! Валите отсюда! – радостно воскликнула эльфийка. – Отлично сработали!

– Давайте пять! – улыбнулся я, поднимая руку. Она и Шипень шлепнули мне пятерню.

– Все, бегом к Поющему озеру! – скомандовала Аня.

* * *
Бегать по пересеченной местности с огромным щитом, довольно тяжело. Так что к тому времени, когда мы добрались до озера, я чувствовал себя словно выжатый лимон.

– Кажется мы первые, – сказала Аннираэль, осматриваясь по сторонам. На берегу кроме нас никого не было.

– Как же хорошо, – блаженно протянул я, бросив щит и растянувшись на мягкой травке. – Слушай, они же нарушили правила.

– Ты о чем?

– По правилам игры, нельзя применять заклинания, которые способны убить.

– Брось, – улыбнулась эльфийка, – это были слабенькие файерболы, максимум, что от них будет, это ожоги. – Она задумалась на мгновение, а после добавила:

– Правда обгореть можно так, что потом и мать родная не узнает.

– Ну, у вас и игры, – проворчал я, недовольный тем, что оказался втянут в это опасное мероприятие.

– Ага, грант – игра не для слабаков, – подметил Шипень.

– Давай-ка уже глянем на вторую подсказку, – с этими словами Аннираэль достала из-за пазухи добытый в каштановой роще свиток. – Вот как? – удивленно произнесла эльфийка, развернув его.

– Что там?

– Похоже, наша следующая цель: база «Гарпий».

* * *
Минут через пятнадцать у озера появились Никки, Флудень и его холопчик, Стив. К нашему удивлению, они тоже добыли свиток с подсказкой, но вот им никто не мешал. Видимо «Огры» не додумались проверить Колючие холмы.

– Топь, – констатировала Аннираэль, развернув их свиток.

– Две подсказки и два разных места. Получается, одна из них ведет по ложному следу, – задумчиво произнес Шипень.

– Да, похоже на то, – кивнула эльфийка. – Проверим оба. Топь ближе, заглянем сначала туда, а потом на базу «Гарпий».

* * *
До топи наша команда добралась без приключений. Уже готовые к засаде, мы действовали тихо, аккуратно и слаженно. Но все обошлось. Нас ни кто не ждал. Пока Аннираэль и Шипень колдовали, заставляя проявиться появиться, остальные прикрывали их.

И, вот, в воздухе возник свиток и неторопливо приплыл в руке эльфийки.

– Открывай скорее, – нетерпеливо протараторил Шипень. – Что это за лабуда?! – воскликнул он, увидев содержимое свитка. На рисунке были изображены лес, а под ним человек, поднесший указательный палец к губам.

– Безмолвный лес, – пробормотала эльфийка. – Не знаю… бессмыслица какая-то.

– А, как по мне, все логично, – возразил Флудень. – Два пути, чтобы нас разделить и усложнить задачу. Грант лишь в конце одного из них.

– Ладно, тогда вы идите в лес, а мы, к гарпиям, – потирая ладони, ответила Аня.

– Втроем заявиться к гарпиям? Не слишком безрассудно? – спросил Шипень.

– Но иначе, ни как, – развела руками эльфийка.

– Возьмите Стива, – предложил Флудень.

– А вы справитесь вдвоем?

– Справимся.

– Тогда решено! Стив, идешь с нами!

Стив схватил щит и, не обращая внимания на густые кусты бузины и заросли репейника, бросился вперед, прочищая нам путь к базе «Гарпий».

* * *
Мы остановились у лесной опушки. Дальше, метрах в тридцати, журчал ручей, а за ним раскинулась зеленая поляна. В ее центре возвышался шест, на котором развивался пурпурный флаг с гарпией.

– Пришли, – сообщила Аннираэль.

– Вроде бы никого, – произнес я, осматривая поляну.

– Вот ты и проверишь, – ухмыльнулся Шипень. – Давай, иди.

Мы с эльфийкой переглянулись.

– Я пойду с Жекой, а вы со Стивом нас прикроете, – сказала она.

– Зачем так рисковать?! – возмутился наш спутник. – Пусть он идет один, а мы, если что, ударим сразу с двух точек!

– Шипень, не выпендривайся, делай, как тебе говорит капитан, – отмахнулась от него эльфийка. – Жека, Стив, давайте, действуем как в каштановой роще!

Я кивнул и поднял щит. Стив встал рядом.

* * *
Перейдя ручей, мы ступили на базу «Гарпий».

– Будьте готовы к чему угодно, – прошептала она.

– Ага.

Вдруг, за спиной, раздался оглушительный грохот. Обернувшись, у опушки леса, как раз там, где остался Шипень, я увидел столб пламени. В мгновение ока пламя перекинулось на соседние деревья, отрезая нам путь к отступлению.

Вновь раздался грохот, на нас обрушился огненный дождь. На Стива упал огненный шар, он вскрикнул и распластался на траве. Я поднял щит над головой, закрывая себя и Аннираэль от пламени.

– Ты видишь, откуда они бьют?! – спросила она.

– Нет!

– Ладно, тогда, сделаем так! – с этими словами, эльфийка произнесла заклинание и вокруг нас стала вздыматься земля. Не прошло и минуты, как мы оказались внутри настоящей крепости.

– Пусть теперь побегают, – улыбнулась Аня.

Глава 47

На самом деле, все оказалось не так уж радужно. Гарпии никуда не делись и по-прежнему ждали нас снаружи. Правила гранта, тоже никуда не делись и по-прежнему, заклятие директора не позволяло перемещаться по полю при помощи магии или волшебных предметов.

– Что теперь?

– Не знаю, – буркнула Аня, видимо, понимая безысходность нашего положения.

– Может, подождем остальных?

– Нет, нет, нет, – покрутила она головой, – засиживаться нельзя, потеряем инициативу…

– Всяко лучше, чем получить фаерболом в голову.

– Инициатива – залог успеха. Давай выбираться! – она подняла руки, чтобы произнести заклинание.

– Подожди! – остановил я эльфийку.

– Что?

– Нас же всего двое. Какой у тебя план?

– Действуем по отработанной схеме.

– Но, что изменилось?

– На их стороне больше нет эффекта внезапности! – улыбнулась Аня. Она колданула, проделав в стене «выход». Прикрывая нас щитом, я шагнул вперед, эльфийка следом.

Мы оказались на опушке поляны, в центре которой развивался стяг гарпий. Рядом с нами был огромный дубом. Тут же нас поджидали «Гарпии»: Флор и три первокурсника. Это были те самые ребята, с которыми я, как-то играл в Крыль: Кай Овидий, Квинт, его фамилию я не знал, и Макс Вульпиан.

– Тихо, держись сзади и не делай резких движений, – прошептала мне эльфийка, после чего вышла вперед.

– Думала заявиться на мою базу и легко победить? – ехидно оскалилась Флор. – Вполне ожидаемо от недоучки-выскочки вроде тебя.

– Да, да, я наслышана о том, что ты любишь побалаболить, – ответила ей Аня. – Так и будем лясы точить или уже сразимся?

– Кай, Квинт, сделайте из нее отбивную! – приказала Флор.

Они вышли вперед. Я приготовился, в случае чего, прикрывать эльфийку щитом.

Первым ударил Кай. Ледяная стрела рассекла воздух, но Анин огненный шар растопил её, превратив в пар. Тогда свой ход сделал Квинт, он лучше всех на курсе владел магией земли, и, как всегда, попытался применить «зыбучие пески» совместно с «ожившими корнями», но и тут огненная Аня оказалась сильнее.

После того, как она парировала все выпады противников, эльфийка колданула по ним очередью из фаерболов.

Кай ловко парировал атаку воздушным щитом, а вот Квинт замешкался, огненный шар врезался ему в грудь, отбросив метров на десять. Не дожидаясь, когда Кай опомнится, Аня вновь лупанула по нему очередью из фаерболов. На этот раз он не успел поставить щит и его постигал участь Квинта.

– Неплохо для жалкой неудачницы, – ухмыльнулась Флор. – А, что ты скажешь…

Она не договорила. Воздух, со свистом, пронзила ледяная стрела, врезалась в грудь девушки, пригвоздив ее к ближайшему дереву.

– Вы чего творите?! – округлив глаза, воскликнул Макс.

– Это не мы! – озираясь по сторонам, выкрикнула Аня.

– Кто тогда?!

Просвистел еще один ледяной болт. Он угодил прямо в голову пареньку.

– Аня, что за хрень происходит? – держа щит наготове, спросил я.

– Нашел, у кого спросить.

В стене огня, сотворенной гарпиями, образовался проход, через него на поляну прошли четверо в карнавальных масках: Радость, Грусть, Ужас и Гнев.

– Смотрите! – воскликнул Макс.

– Это еще кто? – настороженно произнесла Аня.

Незнакомцы быстрым шагом приближались.

– Чего вам нужно?! – выкрикнула эльфийка.

– Ваш холопчик! Отдайте его, и никто больше не умрет! – ответил один из них, длинный парень в маске изображающей Грусть.

Я нервно сглотнул.

«Волшебник-убийца…Он добрался до меня…» – пронеслось у меня в голове.

– Иди! – толкнул меня в спину Макс.

– Ты чего это? – удивилась Аня.

– Сама слышала, он им нужен! Пусть забирают и проваливают!

– Трус!

– Да как ты смеешь! – он поднял руку, чтобы ударить эльфийку, но та колданула парализующее заклинание. Макс обмяк и упал к нашим ногам.

– Ань, я должен тебе кое в чем признаться…

– Нашел время, – проворчала она. – Давай, для начала, выберемся из этой передряги, а потом ты все скажешь…

– Кончайте её! – приказал длинный.

В нас тут же полетели ледяные стрелы.

– Спрячься за мной! – велела Аннираэль, создавая огненный щит…

Глава 48

Ощущал я себя так, будто всю прошлую ночь беспощадно бухал, мешая все, что было под рукой из спиртного. Голова раскалывалась. Свет резал глаза так, что хотелось волком выть. Если кто-то из окружающих начинал говорить, меня тут же выворачивало. Руки и ноги не слушались, казалось, они, чьи угодно, только не мои.

Но, не смотря на это, я был жив. Как закончилась потасовка на поляне гарпий, я не помнил, и никто не стремился мне, рассказывать…

Вообще было удивительно, как это холопчику позволили проходить лечение в лазарете для волшебников? Такой роскоши моя страховка не покрывала. Единственным объяснением могло послужить то, что за меня похлопотали Танкред или профессор Флейм.

Вечером стало легче. Ко мне пустили Аню.

– Ну, как ты? – с сочувствием произнесла эльфийка, присаживаясь на табурет рядом с кроватью.

– Мы победили? – меня волновало только это, не зря же я так сильно подставился.

Аннираэль покрутила головой и, тяжело вздохнув, сказала:

– Результаты игры аннулированы.

– Что это значит?

– Матч саботировали…

«Так, а вот это мне совсем не нравится», – пронеслось у меня в голове, когда я понял, о чем пойдет речь.

– Злоумышленники в масках, забыл?

– Их удалось схватить? – я-то понимал, для чего им понадобился, но не хотел, чтобы Аннираэль узнала все вот так.

– Все четверо мертвы. Среди них оказались Доратея и ее холопчик Гнида…

– Что? – опешил я.

– Говорят, – продолжала эльфийка, – что все это устроила она.

– Но зачем?

– Я слышала краем уха, что она шпион.

– Шпион? – я постарался изобразить удивление.

– Да! Представляешь? Ах, да! Ведь еще Флор погибла и Макс Вульпиан. После этого, директора, профессора Флейма и еще некоторых преподавателей вызвали к королю. Говорят, Регина Вульпиан требует казнить их!

– Вот, так дела, – пробормотал я, вспоминая как погиб Максимус и капитанша гарпий.

Глава 49

Через три дня меня выписали и я, первым делом, написал Танкреду. Меня страшно интересовала моя дальнейшая судьба в стенах Врамиса. Ведь если Дора мертва, то и мне больше в академии делать нечего. Это значило либо возвращение в каземат, либо на плаху. Наступил вечер, но рыжебородый отвечать не торопился.

Тем временем, во Врамисе все шло своим чередом. Из-за произошедшего инцидента грант отменили. Каникулы наступили на неделю раньше и бо́льшая часть студентов разъехалась по домам. Общага опустела. Исключение составляли те, кому нужно было за каникулы сдать хвосты, иначе отчисление.

И троллесса, и эльфийка были в их числе. Но, ни одну, ни другую, хвосты не волновали. Никки была увлечена Флуднем, который не поехал ради нее домой. Странным образом эффект гипнотического заклятия все еще держался. Они сутками не покидали подвал тролессы, пили грог и предавались любовным утехам. Благодаря этому, у меня появилось много свободного времени, так что мы с Аней занимались тем же самым, в ее комнате.

– О чем ты думаешь?

– Что? – осекся я, понимая, что «выпал» из реальности погрузившись в свои мысли. Мы голышом лежали в кровати, переводя дух после очередного соития.

– С тех пор, как ты выписался из лазарета, ты постоянно о чем-то думаешь, – насупилась Аня. – Что происходит?

– Ды нет…

– Ну, конечно! Я, что, по-твоему, полная дура?

– Перестань.

– Кто она?

– Что? – удивился я.

– Та, о ком ты думаешь!

– Нет же, глупышка, всё дело в другом… – я опять замялся. Стоит ли ей рассказывать, что я шпионил за Дорой?

– И в чем же?

Я тяжело вздохнул и рассказал ей про Шеба и его банду, как они меня бросили в хранилище Эйвильстинна, про ненастоящую казнь и про задание сэра Роквелла.

– Я знаю, как вернуть тебя домой, – вдруг сказала эльфийка, вскакивая с кровати.

– Что? – удивился я.

– Перемещение между мирами мы начинаем изучать на третьем курсе, – продолжала Аннираэль, одеваясь. – Но если заполучить книгу с заклинаниями, я, скорее всего, смогу тебя перенести куда надо.

– Ты так говоришь, как будто все настолько просто, что дальше некуда.

– Не-а. Перемещения между мирами, без соответствующей лицензии, запрещены. Книга с заклинаниями находится в особой секции библиотеки и ее просто так взять нельзя. Так что если мы попадемся, нас, скорее всего, кинут в «Черногор».

– Проблема, – вздохнул я.

– Не торопись сдаваться, – улыбнулась эльфийка. Она поцеловала меня и добавила: – Одевайся, у меня есть идея, как все провернуть и не попасться.

– Что, прямо сейчас?

– Конечно! Кто знает, когда за тобой придут люди Роквелла?

* * *
Мы с эльфийкой быстро собрали самое необходимой и отправились на дело.

Стояла поздняя ночь. Во дворе академии, как всегда не было ни души, так что мы без препятствий проникли в библиотеку.

Но, это было мало. Нас интересовала книга, которая хранилась в особой секции. Вход в неё защищали заклинания наложенные главным библиотекарем. Никому из студентов не под силу было снять их. Однако Аннираэль продолжала удивлять меня, и как-то смогла открыть массивную дверь.

– Ничего себе, – округлил я глаза, следуя за Аней, – как ты это сделала?

– Тише, – шикнула эльфийка, – не сейчас. Иди точно за мной, – у нее в руках появился огненный шар, который наполнил темный коридор мягким светом. – Здесь еще одно заклятие, которое я снять не смогу, – продолжала она, аккуратно ступая по мраморным плитам, – но есть узкая полоска, по которой можно преодолеть коридор. Один неверный шаг и нас схватят.

Особая секции представляла из себя коридор с восемью дверьми, по четыре с каждой стороны. Нам, естественно, нужно было в одну из тех, что были дальше от входа. Когда мы добрались до нее, в руках Аннираэль появился ключ, которым она открыла дверь.

– Гляжу, ты основательно подготовилась, – улыбнулся я. Эльфийка улыбнулась в ответ, но ничего не сказала, а приложив указательный палец к губам, кивнула на дверь, и аккуратно открыла её.

Внутри из мебели был только восьмиугольный стол. Он находился в центре. На нем лежало несколько больших толстых книг.

– Стой тут, – шепнула Аннираэль, а сама украдкой шагнула к столу.

Целая комната для нескольких книг? Круто. Видимо, они реально крутые, раз им создают такие шикарные условия.

Тем временем эльфийка взяла одну из книг со стола и, подойдя ко мне, шепнула:

– Идем, только не забудь, ни шагу в сторону.

Но стоило ей вынести книгу из комнаты, как коридор наполнился противным воем, похожим на звук охранной сигнализации. Аннираэль резко обернулась и бросила: – бежим!

Но далеко нам убежать не удалось. Выход из запретной секции отрезала стана огня, которая стала приобретать человеческие черты.

– Что это? – пробормотал я.

– Огненный элеменаталь, – пояснила Аня.

Глава 50

– Что теперь?! – выкрикнул я, пятясь от приближающегося к нам огненного существа.

Аннираэль произнесла заклинание и метнула в него ледяной шар. Пламя мгновенно погасло, элементаль охнул, превратившись в ледяную статую. Миг спустя раздался хлопок и она разлетелась на тысячи осколков, а меня отбросило назад. Пролетев несколько метров, я врезался в стену и потерял сознание…

В себя я пришел от того, что эльфийка, хлопала меня по щекам.

– Ты как?

– Что это было? – простонал я, поднимаясь на ноги.

– Заклинание «Ледяной шар», я подумала, что оно как нельзя лучше подойдет против огненного элементаля, – пояснила она.

– Лихо.

– Давай уходить, пока стража не появилась! – с этими словами Аннираэль направилась к выходу из библиотеки, потянув меня за собой.

– Постой, а где книга?

– Защитные чары, которые на нее наложили, слишком сильны. Мне не вынести ее из библиотеки, но я смогла прочитать нужное нам заклинание, – ответила эльфийка.

Оказавшись во дворе, мы поспешили к «Гнилым вратам».

– Подожди, почему нельзя переместиться прямо сейчас?

– Из академии? Шутишь? – усмехнулась Аня и, ускоряя шаг, добавила:

– Не отставай!

* * *
Ночь была ясная, обе луны освещали нам дорогу, так что видно было словно днем. Я и эльфийка широким шагом прошли по старой тропе до Черного камня, у него свернули на Лысую гору.

Наконец Аннираэль остановилась, осмотрелась по сторонам и сказала:

– Думаю, самое, то. Готов?

– Готов, – кивнул я.

– Тогда, держись, – с этими словами эльфийка произнесла заклинание, хлопнула в ладоши и мы переместились…

Глава 51

– Получилось! – восхищенно, произнес я, осматриваясь по сторонам.

– Получилось, – шепотом подтвердила Аннираэль.

Из ночного леса мы перенеслись в какой-то сарай. Все вокруг воняло рыбой и сыростью. Через щели в стенах и потолке пробивался свет уличных фонарей.

– Как думаешь, где мы оказались? – прошептал я, выглядывая наружу сквозь щель в стене.

– Без понятия.

Эльфийка встала рядом и, глядя на улицу, добавила:

– Забыл? Я это делала первый раз.

– Ага, забыл.

– Где наши сумки? – вдруг спросила Аня.

– Блин… – осекся я, понимая, что второпях забыл их.

– Просто отлично! Мы переместились оставив все вещи в лесу!

– Извини.

– Я же сказала, не забудь взять сумки!

– Все произошло так быстро…

– Ай! – отмахнулась от меня эльфийка.

Оставаться в сарае было небезопасно. Мало ли, утром нас найдут и подумают, что мы хотим что-то украсть. Но и ночевать на улице совсем не хотелось. Тогда я и предложил найти постоялый двор или что-то похожее.

– Чем ты собрался платить за ночлег? Благодаря тебе, у нас нет ни гроша, – сложив руки на груди, спросила Аннираэль.

– А, ты не можешь колдануть и наложить гипноз?

– На перемещение ушли все мои силы, – развела она руками, – я, теперь, минимум сутки не смогу колдовать.

– Не беда, предоставь этот вопрос мне, – улыбнувшись, ответил я и обнял свою очаровательную спутницу за плечи.

* * *
Стараясь держаться в тени, мы шли по безлюдным узким улочкам. Время от времени, нам встречались островки теплого электрического света, вокруг редких фонарных столбов, которые работали. Тогда я мог видеть жалкие деревянные домики, подвесные мосты через широкие каналы и деревянную брусчатку под ногами.

Пройдя пять шесть кварталов, мы увидели двухэтажную слегка покосившуюся хибару с вывеской: «Резвый скат». Немного ниже была вторая табличка, чуть поменьше: «ПИВО. ЕДА. НОЧЛЕГ».

– Думаю, это то, что нам нужно, – сообщил я своей спутнице, направляясь к хибаре.

– Уверен? Погода, глянь какая, можно и на улице заночевать.

– Брось, я полгода жил с троллессой. Поверь, если я с ней нашел общий язык, то смогу найти его с кем угодно.

Переступив порог хибары, мы оказались в маленьком холле, где практически у входа стояла стойка, за которой дремала полная женщина. Услышав скрип входной двери, она встрепенулась и, сонным голосом, произнесла:

– Добро пожаловать в «Резвый скат» – лучший отель на Атолле.

– Доброй ночи, – улыбнулся я, подходя к стойке. – У нас тут небольшая проблемка… – начал я издалека.

– Вы новенькие? – удивилась женщина.

Мы с Аннираэль переглянулись.

– Ну, да, – кивнул я.

– Так все ваши в «Сломаном весле».

– Понимаете, у них там, тараканы, во-о-от такие, – нашелся я, – терпеть не могу тараканов.

– Тараканы? – округлила глаза толстуха.

– Надеюсь, у вас их нет?

– Нет.

– Вот и славно! – воскликнул я, хлопнув ладонью по стойке. – Тогда, мы остановимся у вас!

Как ни странно, но прокатило! Женщина, приняла нас за кого-то другого и дала ключ от двухместного номера на втором этаже…

– Вот видишь, храбрость города берет, – гордо прошептал я своей спутнице, когда мы поднимались по лестнице.

– Я даже думать не хочу, что будет, когда придут те, за кого она нас приняла, – прошептала в ответ эльфийка.

* * *
Проснулись мы от того, что два амбала сломали замок и вломились в нашу комнату. Прежде чем я успел что-то предпринять, один из них схватил меня за шею и, подняв так, что ноги повисли в воздухе, процедил сквозь стиснутые зубы:

– Какого жмара вы здесь делаете? Вы кто такие?

– Стойте, стойте, по-видимому, произошла какая-то ошибка, – прохрипел я.

– Ошибка?! Ты совсем из ума выжил, жолк недобитый?!

– Форс, сломай ему руку, чтоб знал свое место, – пробасил второй.

– Точно!

– Подождите, давайте разберемся… – сказал я, а сам судорожно искал способ избавиться от крепкого захвата здоровяка. Он, тем временем, схватился по удобнее и приготовился ломать мне правую руку.

«Твою ж мать! Чего же не фортит-то так?» – пронеслось в моей голове. Я зажмурился и приготовился к жуткой боли…

– Стоять! – пронесся по комнате властный голос эльфийки.

Амбал, который держал меня замер. Он и его спутник недоуменно уставились на мою спутницу.

– Вот! – сказала Аннираэль, протягивая второму свиток.

– Что это? – пробасил тот.

– Вы, что читать не умеете?! – надменно спросила эльфийка.

– Умею.

– Так читай!

Здоровяк взял свиток и открыв, стал читать.

– Ну, что там? – спросил Форс.

– Жмарто какое-то, – пробормотал второй, не отрываясь от свитка.

– Так я ломаю ему руку или как?

– Сам смотри, я совсем ничего не понимаю, – проворчал амбал и протянул свиток напарнику. Форс отпустил меня и взял свиток.

Я облегченно вздохнул. Взглянув на Аннираэль, мне стало все понятно.

– Что же вы сразу не сказали, что вас прислал Мошик? – извиняющимся тоном спросил Форс, возвращая свиток эльфийке.

– Ты мне и слова сказать не дал, – строго ответил я, поднимаясь на ноги.

– А, я, что? Это все дура Онти: сказала, что вы прибыли вместе со всеми, – начал оправдываться тот.

– Тебе самому голова, зачем дана? – продолжал наседать я.

– Э-э-э… – Форс растерянно захлопал глазами.

– Жень, не злись, – промурчала Аннираэль. Она встала между мной и амбалами, – думаю, ребят можно простить. Они, всего лишь выполняли свою работу. Причем, качественно.

Здоровяки закивали.

– Не уверен. Где гарантии, что в следующий раз, их действия не приведут к более серьезным последствиям?

– Полно тебе. Будь добрее, – с этими словами, она указала Форсу и его товарищу на дверь, дескать: «Идите скорее, пока не поздно», а я сделал вид, что не заметил этого. Те, пользуясь моментом, скрылись в дверном проходе.

– Что это было? – облегченно спросил я.

– Как смогла, наколдовала им свиток, в котором они увидели то, что хотели. Похоже, это как раз те, кто должен был заплатить. Вот будет веселье, когда они узнают, что Мошик нас не посылал.

– Раз твои магические силы восстановились, наколдуешь еще.

– Все, что накопилось за ночь, ушло на этот свиток, – вздохнула эльфийка. – Более того, в этом мире силы восполняются намного медленнее.

– Да… Значит, нужно валить из города, пока наш обман не раскрылся.

Глава 52

Мы спустились на первый этаж, Онти – та самая толстуха, она же, как позже выяснилось, хозяйка заведения – уже поджидала нас.

– Что же вы не сказали, что от самого Мошика? – заискивающе и слегка укоризненно спросила женщина. Не дожидаясь ответа, она продолжила, – позвольте я провожу вас в столовую, завтрак уже накрыт.

Посовещавшись, мы с Аннираэль решили, что покидать город лучше как следует подкрепившись. Тем более можно будет взять еду в дорогу. Толстуха проводила нас в столовую, которая находилась за одной из дверей первого этажа.

– Вот, проходите, присаживайтесь, – промурлыкала толстуха, подводя нас к единственному накрытому столику. – Все только самое свежее. Уха из морского ежа, водорослевое пюре с крабовыми фрикадельками, акулье филе и, наш фирменный самогон. Из чего и как делаем, даже не спрашивайте. Не скажу.

– Спасибо, – улыбнулась Аня, присаживаясь за стол.

– Вы уж скажите Мошику, как я вас принимала, все только лучшее, – продолжала Онти.

– Не волнуйтесь, все расскажем, – присаживаясь за стол, сказал я.

– В таком случае, не буду вам мешать. Если что-то понадобиться, я за стойкой, – с этими словами толстуха вышла.

– Этот Мошик имеет здесь большое влияние, – прошептала Эльфийка, когда мы остались наедине.

– Давай жрать побыстрее и валить, – улыбнулся я, отправляя в рот смачный кусок рыбы.

* * *
Когда мы наелись, я собрал остатки еды в скатерть и завязал в узелок.

– Валим?

– Ага, – кивнула моя спутница.

Стараясь не попадаться на глаза толстухе Онти, мы с Аннираэль покинули «Резвый скат» через черный ход и направились на юг.

«Странно», – подумал я, заметив, что меня все еще пошатывало. В прошлый раз, когда нас перемещал паскуда Шеб, весь дискомфорт прекратился буквально за полчаса, а после вчерашнего, меня все еще колбасило. По всей видимости, все дело в том, что эльфийка делала это впервые.

Буквально через пятнадцать кварталов дорога обрывалась. Дальше была глухая металлическая стена. Мы со спутницей направились вдоль нее, в надежде как можно быстрее выйти к городским воротам.

– Что-то мне все это не нравится, – пробормотала Аннираэль, подозрительно озираясь по сторонам.

Пройдя несколько кварталов, мы наткнулись на несколько рыбаков, они расправляли у одного из причалов свои сети.

– Уважаемые, будьте любезны, ответить, как нам найти выход из вашего чудесного города? – спросил я.

– О, вы чего? Перепили вчера чтоле? – усмехнулся один из них.

– Ага, – простонал я, изображая похмелье.

– Идите вдоль канала, до гостиницы «Резвый скат». Там сверните направо, а как увидите дом с синей крышей – налево. А, уж после напрямки – не заблудитесь.

– Спасибо, милейший.

* * *
Пройдя по указанному рыбаком маршруту, я и Аннираэль оказались в порту.

– Очень смешно, – проворчала эльфийка.

– Какой ни какой, а выход из города, – улыбнулся я. – Смотри-ка, маяк!

Маяк возвышался над всем городом, так что я решил забраться наверх и как следует осмотреться. У входа, откинувшись на спинку стула и надвинув на глаза рваную шляпу, храпел небритый старик. Мы проскользнули мимо него, поднялись по скрипщим ступеням и сделали очень неприятное открытие: город раскинулся посреди безбрежного океана! Он, словно огромный корабль, дрейфовал по соленым волнам.

– Теперь, понятно, почему у меня все время ощущение, словно с бадуна, – проворчал я.

Глава 53

Свалить из города, пока нас не прибили обманутые Форс и его товарищ, можно было только на корабле. В порту стояли всего две посудины. Одна принадлежала людям Мошика, из-за которых мы и хотели побыстрее покинуть это место. Вторая – местному нарушителю спокойствия, человеку по имени Рюск, его должны были казнить со дня на день.

– Значит, мы угоним один из этих кораблей, – прошептал я, сделав несколько больших глотков пива.

Мы с эльфийкой сидели в столовой, на первом этаже «Дров», куда вернулись побывав в порту.

– Идея неплохая, – кивнула Аннираэль. – А, ты умеешь управлять им?

– Блин…

– Вот-вот, я тоже – нет.

– Тогда, нам нужен помощник, который умеет, – констатировал я…

Вопреки моим ожиданиям, найти человека, который помог бы нам покинуть город, оказалось совсем непросто. И дело не в том, что среди горожан не было мореходов, были. Никто, почему-то, не хотел с нами связываться. Как только речь заходила о том, чтобы покинуть город, все буквально сбегали от нас.

– Ты что-нибудь понимаешь? – проворчала Аннираэль. Мы по-прежнему сидели в столовой на первом этаже «Резвого ската», продолжая объедать толстуху Онти.

– Они чего-то боятся, – допив пиво, сказал я. – Думаю, найти капитана будет не так просто. Как твои магические силы?

– На фокус вроде свитка – хватит, но для перемещения… – эльфийка покрутила головой.

– Так, переходим в режим экономии, колдуй только в случае крайней необходимости.

В столовую ввалилась шумная компания. Они принялись сыпать деньгами, заказывая горы еды и реки пива. Один из них – невысокий тощий мужичок лет сорока, со щербатым ртом и трехдневной щетиной, стал бахвалиться о своих морских приключениях, сражениях с водяными, морскими чудовищами и прохождении по краю мира.

«Интересно, что за катаклизм здесь случился? – подумал я, глядя на этого фрукта. – В этом мире есть электричество, прокатный металл, качественное стекло и многое другое, что свидетельствует о высоком уровне развития цивилизации. В то же время, горожане суеверны и мало образованы: верят в плоскую землю, морских чудовищ и прочую чепуху. Складывалось ощущение, что какой-то злой гений ставил в этом мире эксперимент, дав людям из темного средневековья технологии будущего».

– Нам как раз нужен бывалый капитан вроде тебя! – заявил я во всеуслышание.

Компания притихла. Они о чем-то пошептались, после чего тот, что бахвалился своими похождениями, спросил:

– Кто вы такие?!

– Мы работаем на Мошика, это все, что нужно знать. Тем более что оплата будет более чем щедрой.

– С каких это пор, Мошик Дин стал брать к себе болванов?! – воскликнул один из его товарищей – лысый толстяк с тремя подбородками. Все дружно захохотали.

– Похоже, это значит: «нет», – улыбнувшись, прошептала Аннираэль.

– До чего же странное место, – вздохнул я, показывая хозяйке на пустую кружку. – Если мы так ни кого и не найдем, придется тратить твои магические силы на поддержание легенды, а без магии мы и вовсе отсюда не выберемся.

Помощь пришла, откуда и не ждали! Принеся пиво, толстуха Онти не ушла как обычно, а подсела к нам за столик.

– Я правильно поняла, вы хотите покинуть город? – прошептала она.

Мы с эльфийкой переглянулись, после чего Аннираэль ответила:

– Правильно.

– У меня есть человек, способный вам с этим помочь…

Глава 54

Мы сидели за столом в уютной комнате толстухи. Пока они с Аней разговаривали, я неторопливо потягивал пенное пиво. Оно, надо заметить, было здесь просто шикарным!

Человек, которого Онти имела ввиду, был ожидавший суда лиходей Рюск. Вдобавок он оказался её любовником. Толстуха была уверена, что его непременно приговорят к смерти, и предложила нам освободить Рюска, а потом всем вместе свалить из города.

– В чем, ты говоришь, его обвиняют? – уточнила моя спутница.

– В контрабанде.

– Обвинение ложное?

– О, Рюск не ввозил ничего нового, просто Лугар увидел в нем конкурента, побоялся, что Мошик утвердит на его место Рюска, вот и решил на сей раз не закрывать глаза на нарушение правил.

– А Лугар это кто?

– Это нынешний глава города.

– И что же, у вас совсем нет сторонников? – продолжала расспрос Аннираэль.

– Те, кто выжили и не смогли сбежать предпочли отвернуться от Рюска, чтобы сохранить свои шкуры.

– А, ты?

– Я, тоже, поклялась служить Лугару, – отведя взгляд, ответила Онти. – Но, появились вы и я решила попытаться ему помочь.

– Понятно, – кивнула Аня. Она постучала пальцем по столу, посмотрела на меня, потом опять на толстуху и добавила:

– Ты не оставишь нас ненадолго? Нам нужно посоветоваться.

– Конечно, конечно…

Когда толстуха ушла, эльфика спросила:

– Ну, что скажешь?

– Это определенно шанс, – я сделал большой глоток и добавил, – Осталось только освободить этого Рюска…

– А, если, это подстава?

Не знаю, дело было в пиве или в общей усталости, но я улыбнулся и ответил:

– Нам все равно терять нечего, если те или эти, нас все равно прибьют.

– Это верно, – вздохнула Аня.

* * *
До суда оставалось три дня, более чем достаточно времени, чтобы как следует подготовиться к нашему мероприятию. На следующий день, я и Аннираэль, с первыми лучами солнца, отправились изучать местность. Нужно было продумать план действия. Хотя, после полугода проведенного в стенах Врамиса, вломиться в местную тюрьму будет плевым делом, охраняли Рюска двое часовых, которые в основном и делали, что играли в кости.

– Самым сложным будет добраться до порта и угнать корабль, – констатировала эльфийка, когда после осмотра тюрьмы, мы пришли в порт. Выход в море перекрывали огромные врата, а оба корабля были прикованы к причалу толстой цепью.

– Да, нужно обмозговать этот момент, – кивнул я, рисуя в блокноте план порта.

* * *
Тем же вечером, Аннираэль, я и Онти, закрылись в апартаментах толстухи, чтобы обсудить наше предстоящее мероприятие по спасению Рюска. Эльфийка вкратце рассказала ей придуманный план, после чего добавила:

– Остается придумать, как открыть врата порта и узнать, где ключ от цепи, которая держит корабли.

– Ключ, все время при себе держит Лугар, это знает каждый, а врата открываются из башни над ними, – ответила Онти.

– Значит, стыбрим ключ у Лугара и дело в шляпе, – улыбнулся я.

– Слишком рискованно, – покрутила головой Аннираэль.

– Но иначе нам не уплыть.

– Чем тебе не экстренный случай? – удивилась эльфийка.

Мне не нравилась ее затея – тратить магию на такие мелочи, тем более наш план идеален. Я был уверен, что у нас и так все прошло бы как по маслу. Но моя спутница считала иначе. Аня и слушать не стала доводы в пользу идеи с проникновением в логово Лугара.

– Ладно, пусть будет по-твоему, – проворчал я, и припал к кружке с пивом.

Глава 55

С наступлением темноты, мы отправились на дело. Эльфийка и Онти – в порт. Я, на лодке, по каналу – в тюрьму. План был незамысловат: я вызволяю Рюска, затем мы пробираемся в порт, там нас будет ждать Аня с готовым к отбытию судном. Толстуха открывает ворота, и мы дружно покидаем это унылое место. Все просто, словно конфетку отнять у ребенка.

Но мне все равно не нравился этот план! Ужасно жалко тратить магические силы своей спутницы на такую мелочь, как разрыв цепей. Справились бы и без магии! Местные не были гениями, так что я без хлопот смог бы добыть ключик.

Добравшись до тюрьмы, я, стараясь не шлепать веслами по воде, причалил к деревянному пирсу. Привязал лодку и, держась в тени, поднялся по крутой лестнице.

Оба охранника дрыхли без задних ног. Оно и понятно, никому в городе не пришло бы в голову спасать Рюска.

При помощи оставшихся «зарядов» в браслете, я аккуратненько вырубил тюремщиков и крепко связал. После чего снял с пояса одного из них ключи от камеры.

– Как конфетку у ребенка забираю, – усмехнулся я.

Внутри стоял затхлый запах сырости и плесени. Под потолком висела тусклая лампочка. Клетка с заключенным находилась в дальнем от входа углу. Когда я ее открыл, старые ржавые петли противно заскрипели.

– Ты кто? – спросил сонный Рюск, потирая глаза. Это был коренастый мужчина, с густой черной бородой, сальными патлами и обветренным лицом.

– Спасатель. Онти уже в порту. Идем.

– Это бессмысленно, «Клеймор» все равно на цепи, – покрутил он головой.

– К тому времени, как мы доберемся туда, твоя посудина будет избавлена от оков.

– Ты идешь против Лугара? – удивился Рюск. – Кто ты такой?

– Слушай, давай обсудим это после того, как свалим из города? – раздраженно прорычал я. – Идем, внизу нас ждет лодка.

* * *
До порта я и Рюск добрались без приключений. Город спал. Стояла гробовая тишина, которую изредка нарушал всплеск воды от моих весел. Выйдя из канала, я направил лодку прямиком к посудине, на которой мы должны были слинять.

– Хвала всевышнему, рад видеть тебя, дружище, – прошептал Рюск, поглаживая деревянный борт, когда мы подплыли к его кораблю.

«Где Аня? – настороженно подумал я. – Она уже должна была нас увидеть. Что-то пошло не так или…»

Вдруг через борт перегнулась тень и поманила за собой.

Я облегченно выдохнул – все шло по плану.

– Где Онти? – прошептал Рюск, когда мы поднялись на палубу.

– Она в башне, – я указал на будку, расположенную над огромными портовыми вратами и добавил, – она должна открыть для нас проход.

– Но она не успеет спуститься, – подозрительно произнес капитан.

Внезапно вокруг нас вспыхнули несколько прожекторов, освещая палубу ослепительно ярким светом. Из трюма выбежали несколько крепких ребят с ружьями для подводной охоты в руках и нацелили их на нас.

– Так, так, так! Кто это пытается украсть мой корабль?! – донесся с причала, насмешливый бас. – Ни как это Рюск?

«Твою мать! Как мы могли проколоться?! Надеюсь, с Аннираэль все в порядке…» – пронеслось у меня в голове.

Глава 56

Нас всех бросили в клетку, из которой я полчаса назад освободил Рюска. В помещении стоял все тот же затхлый запах сырости и плесени, а с потолка свисала тусклая лампочка.

– Это они, шеф, те самые, от Мошика, – окинув нас взглядом, кивнул здоровяк по имени Форс – один из тех двоих, которым не так давно, эльфийка показывала наколдованный свиток, в ночлежке толстухи Онти. Немного подумав, здоровяк добавил:

– У них еще свиток был, в котором это говорилось.

– Вот значит как? – ехидно лыбаясь, Лугар ходил из стороны в сторону, вдоль клетки. – От самого Мошика, значит? – продолжал он, покручивая в руках мои волшебные браслеты. Его головорезы хотели и кольцо-полиглот стянуть, только оно им не далось.

– И, как поживает мой старинный друг? – с этими словами, Лугар остановился напротив меня и пристально заглянул мне в глаза.

– В целом неплохо, – пожал я плечами, – только в последнее время коленки стали беспокоить.

– Коленки?

– Ага, возраст.

– Ты мне скажи вот что, – Лугар упер руки в бока, – как вы смогли попасть в город незамеченными? Где ваш корабль?

– На подводной лодке, – стараясь выглядеть как можно серьезнее, ответил я, первое, что пришло в голову.

– Что? – искренне удивился Лугар. – Мошику все-таки удалось ее запустить?

– Ага…

– Где?! Где она?!

– Тут, неподалеку.

Он пристально посмотрел мне в глаза и, вдруг, расплылся в улыбке.

– Если у вас есть подводная лодка, зачем вам понадобилось корыто Рюска? – спросил Лугар.

– Это ты у Мошика спросишь, когда он придет за своим имуществом, – усмехнулся я.

– Что?!

– То! Если я не вернусь, у тебя будут проблемы! – мне терять было нечего, так что я решил пойти ва-банк. После этой фразы, Лугар еще раз окинул меня и эльфийку оценивающим взглядом. Потом спросил:

– Кто вы такие?

– Раньше не пришло в голову спросить? Взгляни на ее уши, – с этими словами я кивнул на эльфийку. Та, в свою очередь, одарила меня сердитым взглядом.

– Ну, и? – прорычал Лугар.

– Покажи ему.

– Отвали!

– Доверься мне.

Аннираэль тяжело вздохнула и отодвинула с ушей волосы.

– Мать твою за… – опешил Лугар, увидев острые эльфийские уши. А миг спустя, он сделал вывод:

– Вы мутанты!

– Ды нет, мы прибыли из другого мира, – поспешил я успокоить его, глядя на то, как рука главаря потянулась к клиномету. – Появились в каком-то сарае, неподалеку отсюда. Собственно так и попали в город без корабля.

– И как же вы это сделали? – он не спешил убирать руку с клиномета.

– При помощи магии.

– Покажи.

– Что? – не понял я.

– Магию.

– Не могу, это так не работает. Мне нужно время, чтобы набраться сил.

– А, она? – Лугар кивнул на эльфийку.

– Нет. Переход в ваш мир выжал из нас все соки. Сам подумай, если бы могли перемещаться при помощи магии, зачем нам тогда корабль Рюска.

– С какой целью вы здесь появились?

– Ни с какой. Мы просто промахнулись. Вместо города Мошика, попали к тебе.

– Зачем вам Мошик?

– Он нас пригласил.

– Для чего?

– Не могу сказать, – покрутил я головой, – только с разрешения Мошика.

– Покажи лодку.

– Про лодку я пошутил.

– Гляжу ты у нас любитель пошутить? – Лугар снял с пояса клиномет и наставил его на Аннираэль. – Ну, а если я прикончу твою остроухую подружку, тебе весело будет?

– Нет. Извини, я больше не буду.

– Правду! И ни слова про Мошика! Я знаю, что ты его никогда не видел!

– Про лодку я пошутил. Да, Мошика я не знаю. Мы убегали от преследователей в нашем мире, и попали в этот.

– Это уже похоже на правду, молодец, – Лугар улыбнулся и похлопал меня по щеке. – Итак, сколько тебе нужно времени, чтобы набраться сил и показать мне магию?

– Неделя. Лучше две.

– Хорошо, – кивнул он, – я подожду. До завтра. А, завтра, после заката вы покажете мне, на что способны или я скормлю вас рыбам.

Глава 57

– Как так-то? Что пошло не так? – спросил я, когда Лугар и его шайка вышли.

– На цепи было сильное защитное заклятие, – покрутила головой Аня. – Ты лучше скажи, что задумал? За каким кляпом слил нас?

– Зачем выиграл нам время до заката? – ухмыльнулся я. – Я, думал, ты спасибо скажешь.

– Кто вы на хрен такие? – сердито произнесла Онти.

– Ты и так все слышала, – ответила Аня.

– Вы много чего рассказывали!

– Тише любимая, лучше не привлекать к себе внимание охраны, – прошептал Рюск.

– Эти болваны обещали вытащить нас, а вместо этого, все стало еще хуже, – проскулила толстуха.

– А, ну, не вешать нос! До заката еще куча времени, мы что-нибудь придумаем, – попытался я приободрить собратьев по несчастью…

* * *
Однако следующий день пролетел невероятно быстро. В окно было видно, как солнце коснулось горизонта.

– Как твои силы? – обратился я к эльфийке, в надежде, что она достаточно «подзарядилась», чтобы освободить нас.

Но Аня, лишь молча, покрутила головой.

– Твою мать, – обреченно произнес я, понимая, что неотвратный конец близок. Толстуха и Рюск, о чем-то шушкались. Где-то вдали зазвучали тамтамы.

– Началось, – дрожащим голосом сказала Онти.

– Что началось? – поинтересовался я.

– Суд, – пояснил Рюск.

К нам зашел один из людей Лугара – тощий и длинный как жердь.

– Какого хрена вы приперлись? – прямо с порога спросил он.

Мы с эльфийкой переглянулись.

– Кто вас прислал? – продолжал тощий. – Директор? Сэр Роквэлл? Синдикат? На кого работаете?!

Глава 58

– Мужик, ты о чем? – сделал я вид, что совершенно не понимал, о чем он спрашивал.

– Вот только меня лечить не надо! Я, что не вижу? Кольца-полиглоты, браслет холопчика и волшебница-выскочка! От вас за версту разит Врамисом!

– Твою мать! – обрадовано воскликнул я. – Мужик, выручай! Мы свои! Случайно здесь оказались.

– Что? Как это?

– Я решила поэкспериментировать, – закатив глаза, буркнула эльфийка.

«Умничка, быстро поняла, что к чему», – отметил я про себя.

– Издеваетесь? Хотите, чтобы я поверил в эту чушь?

– Старичок, помилуй, мне и без того не повезло попасть в холопчики к этой дуре, так еще и закинуло черти куда.

– Ты это кого дурой назвал?! – возмутилась Аня.

– А, что, не так? – оскалился я. – Экзамены еле сдала, в крыль играешь плохо. Дура и есть!

– Ну, только дай до тебя добраться!

– Заткнитесь! – шикнул тощий. – Пес с вами, – махнул он рукой, – пусть начальник с вами возится…

Вдруг на пороге сарая появился Лугар.

– Какого жмара?! Пэрси, что тут происходит?! – заорал он, обращаясь к тощему.

– Не до тебя сейчас, – проворчал тот и, не церемонясь, щелкнул пальцами сотворив парализующее заклятие. Лугар обмяк и распластался на полу. Затем волшебник хлопнул в ладоши. Яркая вспышка ослепила меня на мгновение, а когда зрение вернулось, мы были уже не в сарае.

– Охренеть! – присвистнул я, когда понял, где мы оказались. Пэрси перенес меня, Аннираэль, Рюска и Онти на просторную мощеную камнем площадку. Вокруг нас был город, над которым нависла толща воды, сдерживаемая огромным прозрачным куполом, от которого струился мягкий свет.

– Город водяных… – ошарашено выдал Рюск.

– Мамочки… – пролепетала толстуха Онти.

– И, что теперь? – сложив руки на груди, спросила эльфийка.

– Идите за мной, – бросил Пэрси и зашагал в направлении одного из проулков.

Глава 59

Мы прошли до края мощеной камнем площадки, спустились с неё по ступеням и, еще через несколько метров, оказались в проулке. Миновав его, повернули на право, несколько минут попетляли между домов и оказались на оживленной площади, перед шестиэтажным зданием, с треугольной крышей из зеленой черепицы. На её карнизе располагались статуи полуобнаженных женщин.

– Что за место? – спросил я, с интересом рассматривая роскошное здание.

– Скоро все узнаете, – ответил волшебник, направляясь к зданию.

Когда мы проходили площадь, я обратил внимание, что люди, работавшие на ней, были закованы в цепи по двое. Время от времени, их охаживали хлыстами амфибии, облаченные в заполненные водой скафандры.

– Что это за существа? – опять спросил я.

– Водяные, – пояснил Рюск.

– А, люди здесь откуда?

– Рабы, – развел он руками. – Жаброголовые частенько поднимаются к нам и забирают к себе. Из-за этого и воюем.

Миновав площадь, мы поднялись по широким ступеням. У входа в здание стояли два вооруженных водяных в скафандрах. Они остановили нас и, один из них спросил:

– Кто такие?

Пэрси достал из внутреннего кармана куртки металлически жетон, показал его охране и сообщил:

– Агент сорок два, к начальнику.

– По какому вопросу?

– Форс-мажор у меня, кретин! Не видешь что ли?! – взорвался Пэрси, показывая на нас. – Думаешь, у меня есть время, стоять тут и ждать, пока ты родишь?!

Водяные переглянулись.

– Кто это такие?

– Незарегистрированные визитеры, поймал их на Аттоле.

– Их нужно изолировать! – стоял на своем охранник.

– Это особый случай – студентка Врамиса, – пояснил Пэрси. – Тебе нужны проблемы?

Водяные снова переглянулись, потом один из них сказал: «Жди» и скрылся за дверью.

– Пэрси, может, скажешь чего нам ждать? – поинтересовался я.

Он окинул меня подозрительным взглядом, потом Аню, после чего, с явными нотками сочувствия, спросил у нее:

– Взяла самого дешевого?

– На распродаже, практически даром, – кивнула она.

– Оно и видно, просто ужас, а не холопчик.

– Ничего не поделаешь – цены такие, – развела эльфийка руками.

– Да, – протянул Пэрси, – когда я был студентом, такого не было…

Вскоре водяной вернулся. Он распахнул перед нами дверь и произнес:

– Проходите, начальник вас ожидает.

Глава 60

Следуя за Пэрси, мы прошли по длинному коридору, повернули направо, поднялись по винтовой лестнице и оказались в просторном кабинете с большими окнами. У дальней стены, по центру стоял письменный стол, за ним, в кресле с высокой спинкой, сидел лысый мужчина в очках с маленькими круглыми стеклами без оправы.

– Пэрси, что за срочное дело? – недовольно произнес он.

– Господин, вот, – тощий показал на нас, – встретил их на Аттоле, утверждают, что случайно переместились из Врамиса.

– Случайно, говоришь? – он, поверх очков, окинул нас оценивающим взглядом. – Эльфийка, холопчик… Так, а эти двое? – взгляд лысого остановился на толстухе Онти и Рюске. – Они же типичные местные! Зачем ты их-то притащил?

– Некогда было разбираться…

– Некогда разбираться, – передразнил тощего начальник. – Вечно вы накашеварите всякого говна, а мне расхлебывать. Достали! У меня и без них дел не впроворот! Стройка, комиссии, местные… Ай! – лысый махнул на нас рукой. – Убери их с глаз моих!

– Куда? – не понял Пэрси.

– Ну, как куда?! Как куда?! – распсиховался начальник. – В камеру их, в камеру! Комиссия пройдет, тогда, решу, что с ними делать!

* * *
После распоряжения начальника, двое водяных в скафандрах, вывели нас из кабинета и препроводили в камеру, которая находилась несколькими этажами ниже, в сыром подвале.

– Как думаешь, каковы шансы, что нас вернут на Вройс? – спросил я, собирая солому в кучу, чтобы прилечь.

– Спросил, – ухмыльнулась Аня. – Ты знаешь, что это за люди и что они здесь делают?

– Неа.

– Вот и вот-то. Я, тоже без малейшего понятия, так что гадать не имеет смысла.

– Не ждите ничего хорошего, – покрутил головой Рюск. – Водяные – кровожадные твари, нас либо принесут в жертву их богу, либо наденут цепи, превратив в рабов.

– Да, перспективы совсем не радужные, – я растянулся на соломе, заложил руки под голову и, блаженно протянул:

– Красота.

– Вы же волшебники, – вспомнила вдруг Онти. – Наколдуйте что-нибудь!

– Кстати да, Ань, как твои силы?

– Ни как, – покрутила головой эльфийка. – В этом мире практически нет магии.

– Но, этот тощий Пэрси, как-то колдует, – заметил я.

– Как-то да. Знаешь как?

– Нет.

– Вот и я о том же, – вздохнула Аня, усаживаясь на солому рядом со мной.

Глава 61

Нас продержали в каземате около двух суток, или больше, попробуй, разбери, сколько прошло времени, когда освещение под водой искусственное. На второй или третий день, по нашу душу явились водяные, заковали в цепи и куда-то повели.

Еще, когда на нас надевали ошейник и браслеты, Онти стала хлюпать носом, а по ее щекам покатились крупные слезы.

– Ну, ну, родная, держись. Это еще не конец, – попытался успокоить её Рюск.

– Куда вы нас? – спросил я, но водяные ничего не ответили.

Нас провели по мрачному длинному коридору, в противоположном направлении от лестницы, по которой несколько дней назад мы спустились от начальника. Потом мы повернули налево и оказались в длинном тоннеле.

«Подземный ход», – решил я.

Мы шли минут десять. В конце тоннеля нас ждала небольшая каменная лестница, потом опять мрачный коридор. Вдруг, Аня взяла меня за руку.

– Ты чего? – прошептал я.

– Где-то поблизости мощный источник силы…

– Тихо! – пробулькал один из водяных. Он хотел было отвесить эльфийке оплеуху, но та метнула в него огненный шар, в мгновение ока, выпарив из скафандра всю воду, а попутно зажарив жаброголового. Второй водяной успел лишь ухватился за висевший на поясе пистолет, как его настигла участь напарника.

Видя такую картину, Онти испуганно подскочила на месте и взвизгнула.

– Это было жестко! – округлил глаза Рюск.

– Ты чего творишь?! – выпалил я.

– Я случайно, источник очень мощный, – развела руками Аннираэль.

Глава 62

Нам странным образом повезло. Мы избавились от сопровождения и цепей, но что дальше? Перенести нас на поверхность, не зная местности, Аня могла, но это слишком рискованно, кто знает, куда нас зашвырнет на этот раз. А, если учесть, что из-за мощного источника силы, ей тяжело давался контроль над заклинаниями, мы обязательно окажемся не там где надо.

Рюск предложил угнать одну из подводных лодок, на которых водяные совершали набеги на людей и на ней подняться на поверхность. Идеи лучше никто не предложил, так что на том и порешили.

Чтобы не привлекать к себе внимание, я и Аня облачились в скафандры поджаренных водяных, после чего мы пошли дальше.

Миновав мрачный коридор, наша группа попала в полукруглое помещение. В стене напротив, находилась дверь. У нее не было ни ручки, ни чего-то похожего, чем можно было ее открыть.

– Тупик? – проскулила толстуха.

Рюск выругался парой крепких матерных словечек.

– Это же лифт! – вдруг осенило меня, когда я разглядел, в стене рядом с дверью, кнопку вызова. – В этом треклятом шлеме ни хрена не видно!

Я оказался прав. Через несколько секунд, после нажатия на кнопку, дверь отъехала в сторону, открывая проход в кабинку.

Внутри на панели лифта было десять кнопок.

– Куда едем? – спросил я.

– Без разницы, – улыбнулась Аня, – нам, главное, выяснить, где у них лодки…

* * *
Лифт поднялся на четвертый этаж. Дверь кабинки отъехала в сторону. Мы оказались в большой безлюдной зале, заставленной длинными столами.

– Столовая, – констатировал я, нажимая следующую кнопку.

Этажом выше находился спортивный зал.

– Не то, – констатировал я, выглянув из кабинки.

– Жми сразу на последний этаж, на крыше осмотримся, – сказала Аня.

Я кивнул и нажал на верхнюю кнопку. Дверца уже закрывалась, как её остановила чья-то рука и вынудила вновь отъехать в сторону. В лифт вошли два водяных в скафандрах с круглой эмблемой в виде пламени и молнии на черном фоне.

– Наверх? – спросил один из них.

– Наверх, – кивнул я.

Он нажал на третью сверху кнопку. Дверца закрылась.

– Куда вы их? – вдруг спросил водяной, кивая на Рюска с толстухой.

– Э-э-э, – замялся я, пытаясь что-то придумать.

– Не велено говорить, – нашлась Аннираэль.

– Что? – удивился тот, судя по его реакции, ответ оказался неверным. – Ты как разговариваешь, выскочка?! – рявкнул он, схватив эльфийку за плечо. – Я, тебя, за такое пренебрежение к субординации отправлю служить…

Аня выбросила обе руки вперед, испепелив обоих водяных вместе с костюмами. Кабинка наполнилась дымом и, судя по тому, как Рюск и Онти кашляли закрывая нос и рот руками, жуткой вонью. «Хорошо, что я в шлеме», – пронеслось у меня в голове.

– Зря костюмы сожгла, они бы пригодились.

– Я же тебе говорю, источник очень сильный, мне тяжело себя контролировать, – как бы оправдываясь, ответил Аннираэль.

* * *
Наконец мы оказались наверху.

– То, что нужно! – довольно вскликнула Аня, выходя на крышу. – Отсюда весь город будет как на ладони, и мы без труда найдем лодочную станцию…

Но здание, на крыше которого мы оказались, было одним из самых низких в городе, так что его панораму нам разглядеть не удалось.

– Что теперь? Вниз и попытаемся выбраться на улицу? – предложил я.

– Спускаемся и пытаемся отыскать лодку. Больше-то и вариантов нет, – развела руками эльфийка.

– Да, вот только город здоровый, искать долго будем.

– Смотрите! – позвала нас Онти, она и Рюск стояли у края крыши.

Когда мы к ним подошли, толстуха указала на трудящихся внизу рабов, после чего сказала:

– Наверняка они хорошо знают город…

Глава 63

Мы спустились на лифте и покинули здание. Попутно, Аня зажарила еще парочку жаброголовых, добыв скафандры для Рюска и Онти. Вот только на толстуху костюм не налез.

– Ладно, – махнул я рукой, – будем действовать по старой схеме, типа мы тебя конвоируем.

Конечно, все было бы проще, обладай Аннираэль способностью наводить морок, но это заклятие проходили на третьем курсе Врамиса.

Стоило нам выйти на улицу, возле нас остановилась паровая машина, внешне очень похожая на небольшой паровоз.

– Вы, трое, чего прохлаждаетесь? – выглянул из нее водяной.

– Конвоируем рабыню, – ответил я.

– Давайте на борт, я подкину!

Мы переглянулись. Помня, какую реакцию вызвала неучтивость Ани в лифте, мы решили не привлекать к себе внимание и приняли приглашение.

– О чем вы только думаете? – продолжал водяной. – Пересменка уже через полчаса, а вы пешком, на другом конце города. Вам сказочно повезло, что вы встретили меня, – он показал на круглый циферблат, на приборной панели, после чего добавил:

– Успеем и вашу бесхвостую доставить, и пересменку принять.

Мы снова переглянулись. Как узнать, о чем он говорит, не вызвав подозрения? Немного подумав, я решил попытаться взять языка, что бы получить от него нужную информацию.

– Слушай, а можешь свернуть направо вот на том перекрестке? – спросил я, показывая на узкий проулок.

– Зачем это?

– Там должны быть еще двое наших…

– Ну, вы даете! Так безответственно относиться к службе! – с этими словами, добродушный водяной повернул тарахтелку в указанный мной проулок.

Ну, а дальнейшее было так же просто, как отнять у ребенка конфетку – Аня, при помощи магии, обездвижила водяного. Тот принялся кричать. Тогда, я сурово произнес:

– Хочешь жить, заткнись и рассказывай, как свалить из этого города и подняться на поверхность…

Глава 64

Удача по-прежнему была на нашей стороне. Получив от водяного нужную информацию, мы оставили его в проулке и, на его паровой машине, направились в сторону ближайшей лодочной станции.

– Зря не дал зажарить его, – проворчала Аннираэль.

– Зачем бессмысленные жертвы? Он все нам рассказал, пусть живет.

Хотя мне и удалось помешать ей прикончить водяного, Аня довольно сильно приложила его. Когда мы оставили бедолагу, из его костюма со всех щелей струилась вода.

Минут через пятнадцать, мы добрались до окраины города, где находилась лодочная станция, точнее шлюз, через который можно выйти за пределы купола, где и находилась станция. Ворота шлюза охраняли не меньше сотни вооруженных водяных в скафандрах.

– Дело осталось за малым, – сообщил Рюск. – Пройти через шлюз и угнать лодку.

– У кого какие предложения? – поинтересовался я, останавливая паровоз метрах в ста от ворот.

– На меня не смотрите, если бы не вы, меня бы еще Лугар повесил!

– Давайте вперед, – вдруг сказала Аня.

– Есть план?

– Есть, – кивнула она. – Попробуем провернуть трюк с письмом, как несколько дней назад в кабаке.

– Точно, – улыбнулся я. – У меня что-то совсем это из головы выскочило.

Мы проехали вперед и остановились у КПП.

– Стоять! Дальше дороги нет! – сообщил подошедший к машине водяной.

– Мы не просто так, – ответила ему Аня.

– Что… – водяной вдруг осекся.

– Видите? – продолжала эльфийка, вытянув вперед руку ладонью вверх.

– Печать самого начальника, – отрешенно произнес охранник.

– Именно.

– Проезжайте, – сказал водяной, давая сигнал поднять шлагбаум.

«Сработало!» – довольно подумал я, когда наша машина вновь тронулась вперед. Но ликовать было рано, мы еще не выбрались из подводного города. Наверняка впереди нас ждало немало опасностей.

Как вдруг шлагбаум опустился, вынудив нас вновь остановить машину…

Глава 65

– Кто разрешил?! Убрать немедленно! – кричал невесть откуда взявшийся водяной, на скафандре которого красовались офицерские узоры, когда увидел нашу машину. Рядовые начали ему объяснять, что у нас особое разрешение, печать и так далее, на что офицер разорался еще сильнее.

– Похоже, у нас проблема, – прошептал я.

«Эх, а осталось всего нечего, вот он шлюз, осталось руку протянуть».

– Не глуши тарахтелку, – сказала Аня, выскочив из машины.

– Стой, ты куда! – спохватился я, но было уже поздно. Эльфийка уверенным шагом приближалась к офицеру.

– Кто такой?! – рявкнул тот, когда она подошла к нему. Аня что-то ответила. – И, что? – донеслось опять, но спустя минуту их разговора, он перестал кричать. А, еще, через минуту в машину вернулась Аня, и довольно сказала:

– Все в порядке. Едем…

* * *
Мы оставили паровую машину на специальной стоянке, у главного входа станции. Нас ждал очередной пост охраны. Аня отработанным способом промыла им мозги, а заодно выяснила в каком направлении нам двигаться дальше. После этого, мы беспрепятственно прошли мимо водяных и зашагали по широкому коридору вглубь станции.

– Даже не верится, что нам удалось забраться так далеко, – прошептал я.

– Тебе не верится? – усмехнулся Рюск. – Мне до сих пор кажется, что все происходящее дурной сон, а я, все еще в тюрьме на Атолле и стоит мне проснутся, вы все исчезните.

– Мы отдалились от источника, – вдруг огорошила нас Аня. – Давайте-ка поторопимся. Нам сюда.

Повернув на очередной развилке, наш бравый отряд столкнулся с человеком в черной мантии, как те, что носила волшебная стража, только у этого на ней была другая эмблема: синий треугольник с пламенем.

– Вы зачем здесь? – удивился он. – Водяным в этот сектор вход только по особым пропускам.

– Вот, смотрите, – Аннираэль стала колдовать.

– Ты, что, пытаешься наложить на меня заклятие?! – возмутился человек. В тот же миг, в его руках возник огненный шар, который он метнул, целясь в эльфийку, но промахнулся, потому что Рюск толкнул волшебника.

– Да я тебя! – возопил тот. Тогда наш капитан съездил человеку по лицу, тот охнул и обмяк, распластавшись на полу.

– Вовремя, – озираясь по сторонам, пробормотал я. – Нам еще далеко?

– Это сектор «C», доки в секторе «Е».

– Ладно, валим отсюда, пока еще кто-нибудь не нарисовался.

Мы бегом направились в сторону доков.

* * *
Взвыла сирена – видимо тот человек очнулся.

– Я… больше… не могу… – задыхаясь, выдавила толстуха. Она остановилась, оперевшись на стену.

«Ну, конечно! Именно сейчас!» – пронеслось у меня в голове.

– Давай, милая, осталось чуть-чуть, – Рюск закинул ее руку на плечо.

Так или иначе, а бежать больше мы не могли и дальше пошли пешком.

На следующем перекрестке нас ждали несколько вооруженных водяных в скафандрах.

– Твою мать, обложили, – процедил я сквозь стиснутые зубы.

Мы отступили к предыдущему перекрестку. Но дураку было понятно, что долго нам бегать не удастся.

– Смотрите! – воскликнул Рюск, показывая в окно. Там, метрах в пятнадцати от нас, проплывала подводная лодка.

– Аня, сможешь…?!

Но, прежде чем я успел закончить свой вопрос, база исчезла в яркой вспышке. Миг спустя, вокруг нас был небольшой отсек подводной лодки и несколько водяных в костюмах. Эльфийка снова колданула, после чего они исчезли.

– Рюск, жми! – выкрикнул я.

Капитан подскочил к штурвалу и дернул один из рычагов. Подлодка дернулась вперед, да так, что мы чуть не попадали с ног.

Глава 66

– Вроде бы никто не преследует, – сказал капитан, глядя на один из маленьких экранов, встроенных в панель управления. – Куда теперь?

«Хороший вопрос», – подумалось мне.

В идеале нам нужно туда, где есть источник магической силы, чтобы Аннираэль смогла пополнить свой «заряд» и вернуть нас в академию. Но пока такой источник мы встретили только в городе водяных.

Я взглянул на эльфийку, в надежде на то, что она подкинет идею, но та, сложив руки на груди, задумчиво смотрела в пустоту.

– Народ, вы меня слышите?! – окликнул нас Рюск. – Куда курс держим, спрашиваю?

– Блин, чувак, мы здесь люди новые ничего не знаем. Ты сам как думаешь, куда нам надо плыть?

– После всего, что мы видели, нам нужно к Мошику, – ответил он.

– Чего?! – в один голос воскликнули мы с Аннираэль.

– Он хорошо заплатит за эту подлодку, – продолжал Рюск, – кроме того, я просто обязан доложить ему о бардаке, который устроил Лугар на Атолле.

Мы с эльфийкой перегляулись. Похоже, она, как и я, не в восторге от вырисовывающейся в перспективе встречи с очередным головорезом. С другой стороны, что нам еще остается делать?

Я отвел Аннираэль в сторону, чтобы толстуха с капитаном не слышали наш разговор, и сказал:

– Кроме них, в этом мире мы больше ни кого не знаем.

– А еще мы, не знаем, можем ли им доверять, – подметила она.

– Ага, но, что нам тогда делать?

– Вернуться к источнику волшебной силы…

– Что?! Назад?!

– Я не говорю возвращаться к этим жаброголовым! Нужно просто подплыть поближе, чтобы я смогла восстановиться.

– Это гениально! – восхищенно прошептал я. – Рюск, можешь незаметно подобраться обратно?

– Обратно? – удивился капитан.

– Да, Аннираэль восстановит свои силы, мы переместимся, а вы плывите куда хотите.

– Это слишком рискованно, – стоял он на своем.

– Чувак, надо…

– Ну, уж нет! – воскликнула Онти. – Мы плывем к Мошику!

Я хотел было послать ее всерьез и надолго, но когда увидел в руках толстухи самострел, передумал.

– Онти, ты чего?! – удивился Рюск. – Они же свои!

– Не беси меня! – рыкнула она на него. – Вы двое, давайте сюда, – толстуха указала на дверь, за которой было нечто вроде кладовки. Мы с Аннираэль вошли внутрь, после чего Онти захлопнула за нами дверь.

Глава 67

По сравнению с Атоллом, Тартув был настоящим мегаполисом, который раскинулся на бесконечной глади океана.

Дома здесь были куда приличнее, улочки не завалены мусором, а горожане выглядели намного приветливее и опрятнее.

Всю дорогу никто из нас не проронил ни слова. Мы с Аней злились на толстуху, за её выходку на борту лодки. Рюск делал вид, что ничего не произошло. А, толстухе вообще было на нас плевать. Надо отметить, что после побега, она заметно изменилась.

В центре города возвышался трехэтажный дом Мошика, по местным меркам это был настоящий дворец. Напротив него стоял храм какого-то божества, здание было не столь роскошным как дворец, но на фоне города, все же, выделялось. Между ними раскинулась деревянная площадь.

У входа во дворец нас обыскали охранники, после чего разрешили войти. Мы оказались в просторной зале. На фоне всей нищеты, которую мне довелось видеть в этом мире, она была по-царски богато оформлена. Деревянные статуи, трон с огромным осьминогом в изголовье, огромное витражное окно, через которое вся зала наполнялась дневным светом.

К нам, в сопровождении четырех охранников, вышла высокая худощавая женщина. У нее была темная кожа, черные как смоль волосы, заплетенные во множество косичек, большой привлекательный рот, пухлые губы и высокие скулы.

– Рюск, старый пройдоха! Очень рада тебя видеть! Где тебя носило?! – улыбаясь, произнесла она, блеснув ослепительно белыми зубами.

– Мошик, я чудом спасся! Лугар в конец обезумел!

– Мне жаль это слышать, – вздохнула она, – я отправ…

Вдруг толстуха Онти выскочила вперед. У нее в руках возник самострел, который толстуха направила на Мошик. Раздался щелчок. Клин со свистом рассек воздух и замер прямо напротив груди темнокожей красавицы, а мгновение спустя, с гулким стуком, упал на деревянный пол.

– Онти, ты чего?! – ошеломленно воскликнул Рюск.

На нас налетела охрана. Меня, Аннираэль, Рюска и обезумевшую толстуху повалили на пол и стали вязать руки.

«Вот тебе и толстуха, блин! Как она пронесла клиномет?» – подумал я.

– Так, так, так, что тут у нас? – Мошик подошла к связанной Онти. Одним резким движением, она сорвала с толстухи волшебную маску. Под ней скрывался парень лет двадцати.

– Они б еще младенца прислали! – злобно оскалилась Мошик. – В клетку его!

– Мошик, клянусь тебе, я ни сном, ни духом, – жалобно простонал Рюск. – Опять магия. Если это не моя Онти, тогда где она? – пробормотал он. Осознавая суровый ответ, капитан побледнел словно простыня и, еле слышно произнес:

– Она все еще там…

Мошик лишь презрительно ухмыльнулась, после чего, кивнув в нашу сторону, сурово произнесла:

– Этих тоже в клетку.

Глава 68

Нас выволокли из дворца, по ночным улочкам провели на городскую окраину, где стояла тюрьма. Правда, тюрьмой в привычном смысле этого слова, её вряд ли можно было назвать. Скорее это были девять клеток, которые располагались друг над другом по три в ряд. Причем нижние три висели прямо над водой.

Неудавшийся убийца сидел в соседней клетке. Он, поджав ноги, забился в дальний угол и, время от времени, косился в нашу сторону, на Рюска, который буквально повис на решетке, что разделяла нас и, поносил его различными ругательствами, желая выяснить судьбу своей возлюбленной.

Я и Аня, сидели у противоположной стены.

– Как думаешь, когда, а главное, как они ее подменили?

– Для этого у них было несколько дней, – пожала Аня плечами. – Меня больше волнует наша дальнейшая судьба. Что, теперь, с нами будет?

– Наверное, лучше спросить это у местного, – я кивнул на Рюска, который, по-прежнему висел на решетке и поливал забившегося в угол парнишку отборной бранью. – Рюск, может, расскажешь, к чему нам готовиться?

– За покушение на Мошик? – ухмыльнулся он. – Сами-то как думаете?

– Но мы-то не причем!

– Попробуй, докажи.

«Да, вот тебе и вырвались от водяных, – подумал я. – Возможно, наш удачный побег, был подстроен, а мы стали пешками в чужой игре. Обидно, блин».

– А, для чего им убивать Мошик? – поинтересовалась Аннираэль.

– Она, впервые за многие годы, объединила людей. Мы перестали убивать друг друга и переключились на водяных.

– Без нее все развалится, – понимающе кивнула эльфийка.

Лично меня заинтересовал тот факт, что водяных поддерживают волшебники Альянса. Подобное поведение шло в разрез с его «Кодексом» и считалось куда более тяжким преступлением, чем проникновение в «Эвильстинн». Мне даже обидно стало.

– Как твои силы? Можешь, что-нибудь сделать для нашего освобождения?

– Пару простых заклинаний сотворить смогу, но это все. Здесь источников совсем нет. Тот, на дне, единственный на всю округу.

– Хорошо, – кивнул я. – Значит, осталось придумать как добраться до лодки и свалить. Рюск, ты знаешь город?

– Я никуда не пойду, пока этот ублюдок жив!

– Его участь и без твоей помощи незавидная.

– Я хочу прикончить его своими руками!

– Похоже, придется рассчитывать только на себя, – вздохнул я.

– Давай поспим, – зевнула Аня. – Денек выдался тяжелый. А, ночью займемся побегом…

Глава 69

Мы проснулись от скрипа ржавого замка. Стояла ночь. В небе ярко светил месяц. От воды поднимался холодный воздух. Продирая глаза, я сладко зевнул.

– Давайте на выход! – скомандовал наш тюремщик, направив свет от фонаря прямо в лицо.

– Куда нас, Закрул? – поинтересовался Рюск.

– Мошик хочет с вами говорить….

Нас, знакомой дорогой, провели по уснувшему городу во дворец. Мы поднялись на третий этаж и вошли в одну из комнат, где нас уже ждала темнокожая красавица Мошик. Она сидела в деревянном кресле за круглым столом, потягивая пиво из водорослей.

– Мошик, клянусь мы не причем! – с порога начал Рюск.

– Замолчи! – прервала она капитана. – Я, знаю, что вы ни в чем не виноваты.

«Ну, слава богу!» – облегченно подумал я. Теперь, хотя бы ненадолго, можно было выдохнуть и не волноваться за свою жизнь.

– Это не первое покушение и далеко не последнее, – продолжала Мошик. – Думаешь, заклятие, что остановило пулю, просто так меня защищало?

Мы с Аней переглянулись.

– Да, вы присаживайтесь, не стесняйтесь, – улыбнулась она. – Есть хотите? – не дожидаясь ответа, она продолжила, – Конечно же хотите. Хрея, накройте нашим гостям на стол, – велела она своей помощнице. Та кивнула и вышла.

Мы сели за стол.

– Мне очень интересно узнать о твоих спутниках, Рюск, – расплываясь в широкой белозубой улыбке, промурлыкала мулатка Мошик. – Представишь нас?

«Как интересно, – подумал я, – она знает о магии и ей, почему-то, не интересно как мы сбежали от водяных или как угнали подводную лодку. Она, словно, знает, кто мы и откуда».

– Это Евген, а это Аня.

– Какие необычные имена. Откуда вы?

«Точно! Ей уже все про нас известно!» – пронеслось у меня в голове.

Мы с Аней переглянулись. Она кивнула, дескать, «говори ты».

– Почему-то у меня складывается впечатление, что вам уже все про нас известно, – ответил я.

Мошик пристально на меня посмотрела, потом на Аню. Выдержала паузу, поигрывая желваками, после чего промолвила:

– Вы правы, мне известно, что вы из другого мира.

Я и Аня опять переглянулись.

– Откуда вам это известно? – удивилась эльфийка.

– Положение обязывает. Так из какого вы мира и ради чего прибыли?

– Мы студенты из Врамиса, точнее она студентка, а я холопчик. Наше появление здесь чудовищное недоразумение… – начал я рассказ о наших приключениях.

Когда я дошел до нашего побега от водяных, в покои вошли двое слуг с подносами, на которых стояли миски с ухой, соленые водоросли на второе и морс, тоже из водорослей.

– Что ж, я узнала, что хотела. Вы ужинайте, не буду вам мешать, – вставая из-за стола, сказала мулатка. – Увидимся завтра, – с этими словами она вышла из покоев.

* * *
Наконец-то я оказался доволен! Ужин, конечно, мог быть и повкуснее, но, если учесть, что всего несколько часов назад мы сидели в клетке, находясь в шаге от плахи, наше нынешнее положение было просто шикарным.

– Что думаете? – довольно потирая наполненный живот, я откинулся на спинку стула и приступил к поглощению водорослевого морса – дрянь редкостная, но отметить наше спасение было нужно, пусть и подобной бурдой.

– Мы в безопасности, если ты об этом, – ответил Рюск.

– А, дальше, что?

– Мошик выяснит, как вы можете быть полезны, и найдет вам занятие.

– Звучит неплохо, – кивнула Аня.

Немногим позже, когда Рюск, похрапывая, спал, а мы с Аней все еще сидели за столом, я спросил:

– Как думаешь, если мы вернемся под воду, к тому источнику силы, ты сможешь нас вернуть?

– Переместить – да, но сам знаешь, навыков у меня маловато. Кто знает, где мы окажемся…

Глава 70

Нас с Аней определили на водорослевую ферму, убирать вредителей. Жили мы в бараке, который был прямо на ферме. Кормили два раза в день. Условия, конечно не сахар, но если сравнивать с жизнью холопчика, то лучше уж так.

За однообразной ежедневной рутиной незаметно пролетели две недели. И, я, понял, что люто ненавижу водоросли, ферму и весь этот водный мир. Лучше уж холопчиком батрачить на троллессу или любого другого студента, с риском быть покалеченным или убитым, чем хоть еще один час провести на водорослевой ферме!

– Аня-я-я, – проскулил я, когда наступило очередное проклятое утро, – пожалуйста, давай свалим. Я не могу больше смотреть на эти водоросли.

– Тише ты! – одернула меня эльфийка. – Если услышит кто, нас опять в клетку кинут.

– Клетка, милая клетка. Зато не нужно будет собирать жуков и улиток с этих мерзких водорослей.

– Вставай, – она стащила меня с кровати и поволокла к выходу. Одеваться нужды не было, вот уже третий день я спал одетый.

В дверном проходе мы столкнулись с Рюском.

– Вот вы где, – улыбнулся он. – А, я, гляжу, все уже в лодках, работают, а вас нет. Прогуливаете?

Мы с Аней переглянулись.

– Шучу! – оскалился капитан. – Давайте зайдем внутрь, у меня к вам разговор…

* * *
– Мошик дала «добро» на спасение Онти, – сообщил Рюск, когда мы расположились в нашем бараке. – Надеюсь, она все еще жива. Мне нужны добровольцы, для этой затеи.

– Вернуться в подводный город? – уточнил я.

Рюск кивнул.

– Спустя две недели?

Капитан ничего не ответил, лишь одарил меня сердитым взглядом.

– Сколько у тебя людей? – спросила Аня.

– Дюжина.

– Не маловато, для такой затеи?

– На нашей стороне эффект неожиданности, кроме того, все ребята проверенные в бою и, каждый из них стоит десяти жаброголовых.

Я понимал, что эта авантюра – настоящее самоубийство, но в то же время, это шанс для меня и Ани свалить из этого проклятого мира и вернуться на Вройс.

– Я видел, на что вы способны, – продолжал капитан, – так, что вы бы мне очень пригодились в этом мероприятии.

«Кто бы сомневался», – пронеслось у меня в голове.

– А Мошик нас отпустит без проблем? – уточнила Эльфийка.

– Я договорился.

– Что скажешь? – спросила она меня.

– Ты, знаешь, как меня здесь от всего воротит.

– Мы в деле, – улыбнулась Аня.

– Отчаливаем сегодня после заката, – сообщил Рюск.

* * *
– Даже не верится, что не надо больше возиться с этими мерзкими водорослями, – довольно произнес я, растянувшись на кровати.

– Ты оптимистично настроен, – улыбнулась эльфийка.

– Конечно! Мне не терпится свалить из этой дыры. Хочешь сказать, зря?

– Не знаю, – покрутила она головой. – Перемещение между мирами, штука сложная. В прошлый раз, я сделала все наугад…

– Ты справишься, – я встал и обнял её за плечи. – Ты молодец, у тебя получится.

Она подняла голову, наши глаза встретились, а мгновение спустя, губы сплелись в горячем поцелуе…

Глава 71

Я обеими руками был за участие в спасательной операции. Возвращение в город водяных, для меня был со всех сторон положительным выбором! Близость к источнику магической энергии поможет нам с Анираэль покинуть этот странный и порядком опостылевший мир. Кроме этого, я надеялся узнать побольше о происходящем под водой, кто те волшебники, зачем им база и какое отношение ко всему этому имеет сэр Роквелл. За выявление таких грубых нарушений «Кодекса» с меня непременно должны снять все обвинения. Вопрос был в том, кому о них доложить.

О том, что нас могли убить, я старался не думать. С нами будет Аня, мы окажемся поблизости к источнику волшебной энергии и, если что, эльйфийка поджарит всех врагов. Все будет хорошо.

Я лежал на кровати в нашем бараке, ожидая вечера, смотрел в потолок и думал о том, что скучаю по своему захудалому городишке, скучной работе продавца-консультанта, коррумпированным чиновникам и суровой российской действительности. На фоне всего, что мне пришлось пережить с тех пор, как я связался с Шеббом и его шайкой, нищенская жизнь в российской глубинке – счастье и предел мечтаний для холопчика.

– О чем думаешь? – прошептала лежавшая рядом Аннираэль.

– Обо всем понемногу, – улыбнулся я. – Домой хочу.

– На Вройс?

– Нет. К себе домой. Подальше от волшебников, водяных и всего этого. Давай со мной?

– Но ты же говорил, что у вас там все плохо? – удивилась эльфийка.

– По сравнению с этим местом или Вройсом, жизнь в России – просто сказка.

– Я не могу бросить учебу.

– Ох, эта учеба! – я встал с кровати и подошел к окну. Солнце близилось к зениту. Работники фермы вереницей тянулись в тень – наступило время обеденного перерыва.

– Ну, не обижайся, – Аня подошла сзади, обняла меня и поцеловала. – У тебя же хорошо получалось быть холопчиком. Уговорим Никки отдать тебя мне и будем вместе.

– Вместе?

– Да, – улыбнулась эльфийка, потянув меня обратно в кровать…

Глава 72

После заката, мы с Аннираэль отправились в порт. Там Рюск и около дюжины ребят в костюмах для глубоководного погружения, толпились на пирсе. Рядом, на волнах покачалась подводная лодка, на которой мы сбежали.

Нам выдали по костюму. Закончив сборы, все поднялись на борт, задраили люк и приступили к погружению.

– Пристегивайтесь крепче, парни! В пути нас может пару раз тряхонуть! – предупредил Рюск.

– Ты как? – поинтересовался я у сидевшей рядом Ани.

– Не волнуйся, все будет хорошо, – улыбнулась она, взяв меня за руку.

«Легко сказать», – в отличие от нее, я не владею магией, надеяться придется только на себя и жалкий самострел. Ладно было бы ружье, но у людей на верху, порох – дефицит, так что они использовали самострелы. И, это против огнестрелов, которыми вооружены водяные. Попробуй тут не волноваться.

* * *
– Тащите сюда пленника! – приказал капитан Рюск, когда из переговорного устройства прозвучал голос диспетчера. Нужно было сообщить кодовое слово, чтобы нас пропустили дальше.

Через несколько минут, двое крепких парней привели в рубку тощего парнишку, который покушался на жизнь Мошик под видом толстухи.

– Пароль, – прорычал Рюск, когда того подвели к нему.

Парнишка ничего не ответил, лишь отвел глаза в сторону. Тогда капитан размахнулся и ударил его по лицу. Бедолага охнул, на пол рубки брызнула кровь.

– Говори пароль, тварь!

В ответ молчание.

Рюск нанес еще несколько ударов. Пленник снова охнул и упал, распластавшись на полу.

– Если ты продолжишь молчать, я прикончу тебя! – с этими словами капитан снял с пояса клиномет, приставил его к голове парнишки и повторил:

– Говори!

Тот продолжал молчать.

– Сдохни, тварь, – презрительно процедил сквозь зубы Рюск. Его палец коснулся спускового крючка.

– Стойте! – воскликнула Аннирэль. Она подбежала к ним, встала между капитаном и пленником, после чего добавила:

– Дайте я попробую.

Мне сразу стало понятно, что задумала моя спутница – бессмысленную трату магической энергии. Я подошел к ней, с желанием отговорить от опрометчивого поступка, но эльйфийка и слушать меня не стала. Она положила руки на голову парнишки, закрыла глаза и прошептала заклинание.

– Красный гребень, – вдруг произнесла Аннираэль. – Это пароль.

– Уверена? – спросил Рюск.

– Я проникла в его голову при помощи магии.

– Ладно, давайте попробуем, – с этими словами капитан подошел к переговорному устройству и произнес:

– Красный гребень.

Все замерли в ожидании реакции диспетчера.

– С возвращением… – донеслось из переговорного устройства.

– Ты колдуешь? – спросил я шепотом, надеясь на то, что источник магической силы рядом.

– Да, – кивнула Аннираэль.

– Значит, мы на правильном пути?

– Нет…

– Как?! – удивился я.

– Не прочитай я его мысли, мы бы не прошли кордон.

– И то верно…

– Аня, куда нам теперь? – спросил Рюск.

Мы переглянулись. Каждое магическое действо отнимало у нее силы. От них зависели не только способность эльфийки колдовать, но эффективность созданных заклятий. Если мы не найдем источник, то наш план пойдет прахом.

Аня закрыла глаза и, приложив пальцы к вискам, стала бормотать заклинания.

Через пару минут, не открывая глаз, она протянула:

– Слева, большое строение!

– Капитан, похоже, это оно! – произнес один из людей Рюска.

Я выглянул в иллюминатор и увидел, как мы делаем вираж, меняя курс в направлении пирамиды.

– Онти там! – добавила эльфийка.

– Одевайте шлемы и держитесь крепче! – приказал капитан. – Мы идем на таран!

– Что?! – в один голос воскликнули я и Аннираэль. – Какой еще таран?!

– Действуем быстро и решительно! – воскликнул в ответ Рюск.

Мои поджилки затряслись только при одной мысли о том, что могло приключится с этой посудиной, когда она с разгону врежется в каменную пирамиду.

«Да, по сравнению с этим безумным миром, жизнь холопчика в стенах Врамиса, просто рай, – с горечью подумал я, защелкивая замки шлема. – Зря я вообще связался с этим безумцем Рюском».

На полном ходу, мы протаранили пирамиду…

Глава 73

Лодку тряхнуло. Снаружи донесся грохот и металлический скрежет. Заморгал свет. Под палубой послышались какие-то хлопки и через решетчатое перекрытие повалили клубы густого пара, а потом снова тряхнуло.

– Прибыли! Давайте парни, зададим жаброголовым по первое число! – воскликнул Рюск и дал отмашку открыть люк.

Внутрь хлынула вода. Наш отряд выбрался в коридор. Оставалось найти толстуху Онти.

– Куда теперь? – спросил я эльфийку.

Та закрыла глаза, развела руки в стороны и принялась колдовать.

– Ну, что у вас? – спросил подошедший к нам Рюск. – Неплохо бы поторопиться, пока сюда не прибежали жаброголовые.

– Мы в процессе, – проворчал я.

Время тянулось чудовищно медленно.

Наконец Аннираэль открыла глаза и произнесла:

– Дальше по коридору, последняя дверь!

Мы выбили дверь и освободили Онти. Рюск протянул ей дыхательную маску, от которой тянулась трубка к его костюму, так толстуха сможет дышать под водой.

– Все, уходим! – скомандовал капитан.

Но в его плане был один просчет. После тарана наша лодка получила серьезные повреждения и больше не могла поднять нас на поверхность.

– Сраное корыто! – в сердцах воскликнул капитан. Он пнул искореженный борт. – Хваленые подлодки оказались не такими крепкими, как я думал!

Снизу к нам поднимались водяные, стреляя из клинометов. Теперь у нас оставался только один путь – к вершине пирамиды.

– Как твои силы? – спросил я эльфийку, надеясь на ее помощь.

– Мы слишком далеко от источника, – покрутила она головой.

– План изначально был гавно, – обреченно вздохнул я.

– Это да…

Спасаясь от обстрела, мы поднялись на вершину пирамиды. Дальше отступать было некуда.

– Твою мать! – прорычал Рюск.

– Я не хочу к ним возвращаться, – проскулила толстуха.

– Не волнуйся, дорогая, они тебя не получат!

В отличие от капитана, в наши с Аннираэль планы погибать смертью храбрых совершенно не входило. Только вот, как это нередко бывает, все пошло не по плану, и мы оказались заблокированы на последнем этаже пирамиды.

«Блин, что ж за непруха-то?» – пронеслось у меня в голове.

С каждым разом все становилось только хуже и хуже. В поисках лучшей жизни я связался с Шебом и угодил во Врамис, став холопчиком. Поняв, что дома было, не так уж и плохо, я попытался вернуться и попал в этот унылый мир. Будет довольно закономерно, если водяные меня прикончат.

– Поднимаются! – сообщил один из подчиненных Рюска.

– Ребятки, приготовились! Покажем этим увольням, как надо воевать! – воскликнул капитан, снимая с предохранителя свое ружье.

Вдруг над нами открылось несколько люков, из которых показались водяные с направленными в нас гарпунами.

– Сложите оружие, и никто не пострадает! – донеслось сверху.

– Хотят, чтобы мы что? Сдались? – воскликнул Рюск.

– Ага, – кивнул я.

– Никогда…! – но договорить ему не удалось. Стоявший у него за спиной здоровяк врезал прикладом капитану по голове, разбив один из иллюминаторов. Вода хлынула внутрь костюма Рюска, но тот и не думал сдаваться. Задержав дыхание, он вскинул ружье. Направил его на здоровяка, однако спустить курок ему помешал оклик толстухи.

Обернувшись, мы увидели, что один из парней держит у головы Онти дуло ружья.

– Все кончено, Рюск, – сказал он, – мы сдаемся.

Капитан, выругался, но все услышали только бульканье. Он опустил ружье и, наглотавшись воды, отключлися.

«Вот тебе и проверенные люди», – подумал я.

Глава 74

Нас держали поодиночке, в тюрьме, которая находилась под куполом, так что ни какой воды. Я, даже, сказал бы, что камера была комфортной! Сухо и тепло. Ниша с матрасом в стене. Нужник в углу. Кормили дважды в день, водорослями. В целом условия были сносными, и всяко лучше, чем в других камерах, в которых мне довелось побывать.

Дня через два или три, в четырех стенах, еще и под водой, очень тяжело следить за временем. Дверь камеры открылась, и внутрь вошли несколько водяных в костюмах. Меня обрядили в подводный костюм и вывели из камеры.

– Мне понравится эта прогулка?

Никто не ответил. Мы прошли по мрачному коридору и оказались на лестнице. Поднялись на несколько этажей, прошли еще по одному коридору, который заканчивался дверью. За ней раскинулась площадка, на ее краю, за прозрачным куполом, который отделял город от толщи воды, стояла миниатюрная подлодка, размером с микроавтобус.

Водяные провели меня через шлюз, без лишних церемоний затолкали внутрь, пристегнули к одному из кресел, задраили люки, и мы куда-то поплыли.

В глубине души все сильнее нарастало беспокойство, что ничего хорошего меня впереди не ждет. Я подергал рукой, цепь крепко сковывала мои движения. «Да, не сбежишь», – пронеслось у меня в голове.

Минут через пятнадцать монотонный гул турбин прекратился. «Видимо приплыли», – подумал я.

– Выходи, – сказал один из водяных, грубо пихнув меня под ребра.

– Ну, аккуратнее! – возмутился я.

Мы были в той части города, что раскинулась за пределами купола. Выйдя из лодки, оказались на крыше здания. Вошли внутрь, спустились, прошли по коридору, потом поворот и опять коридор. В итоге меня привели в небольшой кабинет и посадили в кресло перед большим столом, пристегнув к подлокотнику.

Мои конвоиры вышли, точнее выплыли, и я остался в кабинете один.

Ситуация чем-то напоминала встречу с сэром Роквеллом, только на этот раз, кругом вода. «Не иначе сейчас начнут склонять к сотрудничеству, – пронеслось у меня в голове, – я просто нарасхват! Соглашаться или нет? Ну, если пригрозят пытками или казнью, даже думать не стану, сразу соглашусь…»

Одна из панелей в стене напротив открылась. В кабинет вплыл водяной, затворив за собой потайной ход. Он с важным видом сел за стол, окинул меня оценивающим взглядом и негромко произнес:

– Меня зовут Акай Паку. Как я могу обращаться к вам?

– Женя.

– Женя? Какое редкое имя для презренного. Вы ведь не местный, верно?

– Можно и так сказать.

– Вы пришелец из другого мира…

«Какой образованный водяной», – усмехнувшись, подумал я.

– Да, мы в курсе о существовании параллельных миров, – продолжал водяной, – знаем и про Альянс с его Кодексом.

– Тогда вы понимаете, что совершаете серьезное преступление, удерживая меня и мою подругу. Мы попали в этот мир случайно. Вы обязаны вернуть нас на Вройс.

– Не все так просто, – вздохнул Акай, – дело в том, что мой народ находится под гнетом Альянса…

– Что? – удивился я.

– Не все в Альянсе следуют правилам Кодекса. Они называют себя «14-й Отдел» – официально несуществующая организация, а, значит и законы для них не писаны. Им совершенно ненужно, чтобы вы вернулись и рассказали об этом хранителям Кодекса.

Теперь, многое встало на свои места, а все происходящее начинало обретать смысл.

– Понятно, – пробормотал я. – А, зачем вы мне об этом рассказываете?

– Мы рождаемся, живем и умираем рабами на протяжении многих поколений. Я, как и мои предки, жажду свергнуть власть Альянса и обрести свободу. Поэтому вы сидите в этом кресле. Я помогу вам покинуть наш мир, а вы приведете к нам помощь…

Что сказать? Ожидать такого поворота событий мне и в голову не приходило.

– Вы нас отпустите? – удивился я.

– Вашу подругу я хочу оставить, чтобы у вас был стимул вернуться.

– Не очень дружелюбно, особенно если учесть, что вы просите о помощи.

– О, я может, не искушен в техническом плане или в области магии, но я не намерен верить на слово человеку, которого вижу впервые, – оскалился водяной.

– Тогда, вам придется оставить меня.

Акай, непонимающе, захлопал глазами, ожидая пояснения.

– Я не волшебник и не смогу переместиться, а вот моя спутница – да.

– Нам неважно, кто переместится на Вройс и приведет помощь, – с этими словами водяной взял со стола ракушку и подул в нее. Раздался негромкий трубный звук. – Нам важен результат, – добавил водяной, положив ракушку на место.

Несколько минут спустя, двое водяных привели в кабинет Аню. На ней был такой же костюм, как и на мне. Окинув нас взглядом, эльфийка спросила:

– Что происходит…?

Акай рассказал ей то же, что и мне.

– И как вы планируете вернуть меня? – ухмыльнулась Аня.

– Вы же волшебница…

– А, вас совсем не смутил тот факт, что если бы я могла переместиться, то не стояла бы сейчас перед вами?

Акай, опять, непонимающе захлопал глазами.

– Я не могу просто так взять и переместиться, – пояснила эльфийка.

– Что вам для этого нужно?

– Источник волшебной силы, он есть под куполом.

Водяной изменился в лице. Похоже, он знал, о чем говорила Аннираэль.

– Как вы узнали о нем?

– Почувствовала.

– Он очень хорошо охраняется…

– Мне не нужно быть вплотную рядом с ним, достаточно приблизиться на несколько кварталов.

– Проблема в том, что пирамида, в которой находится источник, хорошо охраняется, а у меня не так много преданных солдат. Не каждый из нас готов убивать сородичей.

– Тогда, у вас ничего не получится, – покрутила головой Аня.

– Тогда, вас ждет незавидная участь, – недовольно ответил водяной.

Меня вдруг осенило:

– Подождите-ка, а как же отряд, который прибыл с нами?

– Их ждет смерть.

– Зачем же так? Их можно попросить помочь, ведь враг-то у нас всех общий…

Глава 75

Водяные-повстанцы осушили для нас целый сектор на своей базе. Где и разместили со всеми удобствами. У нас с Аней в распоряжении оказалась огромная комната с большой кроватью. Так что ночи у нас были бессонные.

Через пару дней привезли Рюска и его отряд. Их собрали в помещении похожем на актовый зал. Сам капитан сидел обособленно от всех, видимо затаив обиду после их предательства. Несколько водяных в костюмах стояли вдоль стен и держали всех на мушке своих клинометов.

– Жека, что это значит?! – воскликнул Рюск, увидев меня и Аннираэль в сопровождении Акайя.

– Успокойся Рюск, – ответил я, – у этих ребят к вам серьезный разговор.

После этого, мы с эльфийкой рассказали им, почему на самом деле водяные нападают на людей и стоящим за всем этим «14-ым отделом». И желании подводных жителей сосуществовать с людьми мирно.

Собравшиеся молча, слушали.

– Теперь, у нас всех есть шанс что-то изменить! – с этими словами, я рассказал им наш план.

– Как удобно, прикинутся нашими друзьями, заманят нас в ловушку и перебьют! – выслушав его, ответил Рюск.

– Можно подумать, вы побеждаете в этой войне, – не удержался я от насмешки.

– Я не встану бок обок со своим злейшим врагом! – после этих слов капитана, остальные люди одобрительно загомонили.

– Поймите, все, что происходило в вашем мире последние сто лет, дело рук волшебников! – мне ничего не оставалось как стоять на своем. – Война, всеобщая ненависть и убийства! Пока люди и водяные истребляют друг друга, истинный враг продолжает торжествовать!

В комнате повисла тишина.

– Здесь и сейчас у вас есть возможность объединиться, чтобы положить конец старой вражде. Нужно двигаться дальше! – продолжал я. – Только вместе вы сможете победить, а потом жить в мире и процветании!

Да, получилось немного пафосно, но что тут поделаешь? Увлекся.

– Ну, помогли мы вам, что помешает вам просто исчезнуть и поминай как звали? – спросил седобородый старик.

– Я останусь здесь, до тех пор, пока не прибудут хранители Кодекса.

– И, что, это положит конец набегам жаброголовых?

Вперед вышел Акай.

– Клянусь вам! – сказал водяной.

– Довольно! – вперед вышел рыжеволосый здоровяк. – Мне никогда не вымолить прощения у предков, после того, как мы позорно предали Рюска! А, теперь, этот жаброголовый проявляет больше смелости, чем кто-либо из нас! Если вам нравится сидеть и трястись как побитые крысы, дело ваше, я иду с ними!

– Да! Хвельтик дело говорит, – поддержал здоровяка Рюск. Он посмотрел на меня и добавил:

– Я, с вами!

– Гиблое дело… – начал, было, седобородый старик, но остальные не дали ему закончить, поддержав инициативу здоровяка Хвельтика.

Глава 76

Рюск, я, эльфийка и Акай находились в кабинете водяного. Мы стояли за столом, на котором раскинулся подводный город в миниатюре, и планировали предстоящую операцию.

База «14-го отдела», это огромный комплекс из пяти куполов, в центре которого стояла нужная нам пирамида с источником магической энергии. Он находился в противоположной части подводного города.

– Оборона у них серьезная, а посему предлагаю хитрость: ударим всеми силами по главным воротам, чтобы вынудить гарнизон сконцентрировать все силы для их защиты. Тогда вы проберетесь внутрь с другой стороны, – предложил Акай.

– Это же самоубийство, – обомлел я, видя такую самоотверженность.

– Да, мы готовы пойти на это. А, вы, сделайте все, чтобы наша жертва не стала напрасной.

– Сделаем, – кивнул Рюск. – Что насчет гарнизона?

– Там не менее сотни солдат, а после атаки они пришлют подкрепление… – продолжал Акай.

– Мы на такой глубине, что нам никогда сюда не добраться, зачем им столько охраны? – удивился Рюск.

– Это не против вас, а против нас. Недовольство среди моего народа усиливается с каждым днем. Если бы не солдаты, мы уже прогнали бы их.

– Но, раз они пришлют армию, у нас не будет против них шансов, – заметила Аннираэль.

– Да, если мы не разрушим купола…

– Что?! – воскликнул Рюск. – А, как же сотни людей, которые в рабстве?!

– Если мы не разрушим купола, тогда обречены все, – развел руками Акай.

В комнате повисла тишина. Наверное, все понимали, что бездействие губительно для всех. Да и нам с эльфийкой эта атака была нужна. Честно говоря, я очень хотел вернуться в стены Врамиса, жизнь там, конечно, не фонтан, но всяко лучше, чем здесь. Однако я совершенно не был готов приносить в жертву ради этого несколько сотен человек.

– Слушайте, что если мы с Аней попробуем пробраться сами, а Рюск и его команда займутся спасением рабов? – предложил я.

– Нет! – воскликнул Акай. – Эта операция ради вас двоих. В ваших руках ключ к победе над тронгуканами. Все окажется бессмысленно, если вы не выберетесь.

– Чтобы посадить рабов в лодку, мне много народу не нужно, – заметил Рюск. – Достаточно одного – двух помощников, а остальные пойдут с вами к пирамиде.

Сколько людей могла увезти подлодка? Вряд ли больше тридцати человек, но, думаю, и они будут до гроба благодарить смелого капитана и Онти, что вызволили их из рабства.

Глава 77

После совещания, мы оставили Акайя и вернулись в общую для людей комнату. Там, за большим столом царил настоящий пир. После нескольких голодных дней в тюрьме мужики с жадностью поглощали все, чем их угощали водяные. И, надо отметить, меню было куда разнообразнее, чем на Тортуве. Жареная рыба, пареные устрицы и вареные моллюски, свежие водоросли и маринованные крабы. Ну, и, конечно же, брага из водорослей, которая буквально лилась рекой. К слову, она была намного лучше чем все, что мне доводилось пить в этом мире.

– Ни за что бы ни подумал, что когда-нибудь встану бок о бок с жаброголовыми, – утирая с бороды соус, сказал Рюск. – И эта их история. Как-то все это подозрительно, что ли.

– Во-во, разве могут люди влиять на океан, – пробасил один из его людей: седобородый старик. Он за обе щеки уплетал рыбу в прикуску с сочными водорослями. – Не иначе хотят заманить нас в ловушку и порешить.

– Хотели бы порешить, давно бы это сделали, – заметил я, накладывая себе в тарелку отовсюду по чуть-чуть.

– Тоже верно, – кивнул капитан.

– Может, бросим все и дадим деру? – предложил седобородый.

– Ты совсем из ума выжил, старый хрыч? – сердито прорычал Рюск. – Чтобы я, капитан Рюск Оген бежал от битвы? Не бывать этому!

– Да, старик, хватит всех стращать, – подошел к нам Хвельтик. – Мы не пальцем деланные и сможем завтра надрать им задницы!

– Мы завтра сдохнем!

– Если ты не уймешься, я порешу тебя прямо сейчас, – прорычал Рюск. – Из-за таких трусов как ты, жаброголовые совсем перестали с нами считаться.

Седобородый недовольно зашевелил усами. Наверное, он хотел еще что-то сказать, но Хвельтик подозвал пару парней и попросил их увести старика от беды подальше.

Без него все стало проще. Люди пили, ели и веселились. Я раздобыл у водяных что-то среднее между гитарой и мандолиной и спел свой излюбленный репертуар.

Когда песни пошли по второму кругу, толстуха Онти запустила руку под рубаху Рюска и проворковал:

– Милый, пойдем спать.

– Да! – он допил бормотуху и, поставив кружку, приказал:

– Всем спать!

Разошлись не все, а те, кто сначала послушались капитана, вскоре вернулись. Оно и понятно, завтра кто-то из них мог погибнуть, так что люди спешили насладиться последними часами своих жалких жизней, выпить бормотухи и хорошо закусить, ведь наверху никто из них так хорошо никогда не ел.

В отличие от них, эльфийка ушла. Я направился за ней в нашу комнату. Она заметно волновалась.

– Ты как? – спросил я, закрывая за собой дверь.

Аннираэль ничего не ответила.

– Я тоже волнуюсь. Буду долго ржать, если завтра меня грохнут, с моим-то везением, – с этими словами, я сел на кровать, рядом с эльфийкой. – А уж что движет людьми Рюска, я и думать не хочу. Если они завтра сбегут?

Аня вдруг повернулась, села и уставилась на меня своими большими карими глазами.

– Ты чего? – удивился я.

Ничего не ответив, она подалась вперед и наши губы соприкоснулись…

Глава 78

На следующий день, мы и водяные в скафандрах погрузились на подводную лодку. Люк закрылся. Послышался звук двигателей, и я ощутил движение лодки.

– Боишься? – довольно оскалился Рюск. Он сидел в кресле слева. Судя по тому, как капитан сиял все утро, не только я хорошо провел пошлую ночь.

– Ну, как… – начал, было, я, но тут же замялся. Мне было стыдно признаваться ему, что я буквально весь трясся от страха. Более того, ночью, когда мы с Аней закончили, я так и не смог сомкнуть глаз, все думал о предстоящей атаке на пирамиду. Очень не хотелось сгинуть на дне океана в безвестном мире.

– Это пройдет! – капитан похлопал меня по плечу.

– К такому можно привыкнуть?

– Когда вся твоя сраная жизнь состоит из подобных налетов, к ним привыкаешь и начинаешь воспринимать как нечто обыденное.

– Не хотелось бы мне так жить, – поежился я.

– Ха! – воскликнул Рюск. – Думаешь кто-то из нас выбирал подобную жизнь? Ни у кого из нас не спрашивал. В этом мире все просто: хочешь жить – действуй, пока тебя не опередили!

Пока капитан продолжал разглагольствовать, я взглянул на сидевшую в соседнем кресле Аннираэль. Она с утра была неразговорчивой. Вот и сейчас, молча, смотрела в иллюминатор на проплывающие мимо стайки рыб.

– Ты как? – прошептал я, взяв ее за руку.

– Все хорошо, – улыбнулась эльфийка.

– Внимание, мы подплываем! – воскликнул вдруг Рюск. – Все по местам! Одеть шлемы! Полный вперед!

Наша лодка устремилась к центральному куполу комплекса.

Глава 79

Люк открылся, и внутрь хлынула вода. Мы выбрались из лодки. Последним шел Рюск. Мы обнялись на прощанье.

– Удачи! – сказал он и задраил люк. Лодка развернулась и направилась к куполу, в котором жили рабы.

Тем временем водяные суетились около купола, проделывая в нем проход. Они действами слажено и быстро. Не прошло и десяти минут, как перед нами был шлюз, через который можно проникнуть под купол, не нарушив герметичности.

Оказавшись внутри, мы приступили к нашей операции.

– Друзья, пора положить конец и прогнать врага из наших вод! За Родину, не отступать и не сдаваться! – воскликнул Акай. Когда остальные водяные подхватили его клич, он добавил:

– В бой! – и устремился к главным воротам комплекса. Остальные водяные направились за ним.

– Чего стоим?! Ждете, когда нас накроют? А, ну, бегом! – приказал всем нам здоровяк Хвельтик.

Мы пробежали метров пятьдесят и остановились у длинного трехэтажного дома. Со стороны главных ворот, стали доносится звуки выстрелов, взрывы и крики испуганных рабов.

– Такш, Скат, давайте на разведку! – велел здоровяк.

– Ну, уж нет! Почему именно я? – возмутился тощий парнишка с рыжей швелюрой.

– Нашел время! Быстро пошел или я тебя пристрелю! – рявкнул Хвельтик и вскинул ружье.

– Ладно, ладно, – проворчал рыжий и побежал вперед. За ним последовал еще один парень, не менее тощий, но чуть ниже ростом.

– Как дела с магией? – спросил я у Ани.

– Когда буду готова, скажу, – огрызнулась она.

– Ты чего?

– Знаю тебя, будешь сейчас каждые пять спрашивать!

– Я же волнуюсь.

– Смотрите! – воскликнул один из наших, указывая нам за спину. Обернувшись, мы увидели, как с другой стороны купола подплыли две огромные подводные лодки. Они повернулись боком и опустились на дно. Затем, из их бортов выехали причальные фермы и присосались к куполу. С той стороны показались водяные с какими-то инструментами в руках и принялись резать прозрачную стенку.

– Что-то мне это совсем не нравится, – проворчал Хвельтик, наблюдая за происходящим.

– Они вот-вот прорвутся, – заметил я.

– Уже, – сообщила Аня.

Через проделанные в куполе отверстия, проникли около дюжины паровых машин и направились в нашу сторону. Они двигались довольно быстро и выглядели вполне устрашающе, еще бы, ведь у каждой на башне было по паре пушек.

– Твою мать, – прорычал Хвельтик. – Бегом, сваливаем!

* * *
Петляя по узким улочкам, мы пробежали несколько кварталов, не сталкиваясь с неприятелем. Но всему есть предел. Свернув в очередной проулок, наш отряд нарвался на тяжеловооруженных водяных.

– Назад! Назад! – закричал Хвельтик, отодвигая меня в сторону, а миг спустя, он уже лежал на песке с простреленной головой.

В нас полетели гранаты. Один из снарядов разорвался совсем рядом, но никто не пострадал.

– Чего рот открыл?! Давай сюда! – Аня потянула меня за собой.

– А, как же остальные?

– Они нас только тормозят!

– Это ты сделала? – я вдруг понял, почему от взрыва снаряда никто не пострадал.

– Конечно!

– Источник? Ты можешь черпать из него силу?

– Не столько, сколько хотелось бы – он все еще слишком далеко. И, между прочим, сейчас мы от него удаляемся!

Мы бежали без оглядки, в надежде подобраться достаточно близко к источнику, чтобы Аннираэль смогла вернуть нас обратно в стены Врамиса. Никто из нас не знал дороги, я и эльфийка полагались только на её чувства. После очередного поворота мы уперлись в сплошную стену.

– Тупик! – эльфийка выругалась. – Давай обратно!

Но дорогу обратно преградила вспышка света, из которой вышел Танкред.

– Твою мать… – вырвалось у меня.

– Беги! – одной рукой Аня метнула огненный шар в профессора, а другой в стену на нашем пути, проделав в ней проход. Недолго думая, я бросился в него. За моей спиной раздался оглушительный грохот. Удар и я провалился во тьму…

Глава 80

– Где мы? – простонал я, приходя в чувство.

– Не знаю, но это точно не Вройс, – ответила Аня.

– Что, мы переместились?

– Угу.

– А, как же уговор с Акайем?

– Ну, извини, что не бросила тебя там, – проворчала эльфийка. – Ты разве не заметил своего рыжебородого друга?

– Заметил, – буркнул я.

– Как думаешь, по чьему следу он идет? И, что с тобой стало бы, оставь я тебя там?

Все было и без того ясно, что меня ничего хорошего не ждало. В лучшем случае, заточение в «Черногор». В худшем, плаха и топор палача.

* * *
Небо было сплошь затянуто свинцовой пеленой, через которую пробивался рассеянный солнечный свет. Из-за этого казалось, что наступил вечер и вот-вот стемнеет. Время от времени налетал теплый порывистый ветер, с легким еле уловимым запахом гари.

Я и Аннираэль шли по улочкам заброшенного города, обходя завалы из обвалившихся стен и поваленные столбы электропередачи, по крайней мере, я думал, что они некогда служили именно этой цели.

Эльфийка заворожено смотрела на опустевшие полуразрушенные высотки, которые смотрели в пустоту своими пустыми глазницами разбитых окон. То тут, то там, нам попадались обуглившиеся остовы металлических монстров, отдаленно напоминающих автомобили.

Нет. Определенно мы попали не туда. Это не мой мир.

Чем дальше мы продвигались вглубь разрушенного города, тем больше мне казалось, что я попал в кино про конец света вызванный мировой войной. Всюду преобладали мрачные краски, навивающие тоску, безысходность и депрессию. Этакий нуар, только в живую.

– Как думаешь, что здесь произошло? – спросила Аннираэль, поднимаясь по очередному завалу.

– Война, – ответил я, показывая на воронку от бомбы. В голове всплывали черно-белые фотографии Великой Отечественной и городские руины, которые оставались после авиабомбежек.

– Почему ты так думаешь? – для эльфийки все это было в новинку: высотки, воронки от бомб, обгоревшие остовы машин.

– В моем мире такое когда-то было.

Она села на кучу битого кирпича и закрыв глаза, расставила руки в стороны. Аннираэль искала поток магической энергии, необходимый для создания заклятий. К нашему сожалению, в этом мире потоки были редкостью, и еще ни разу не встречались. А, мы, не меньше трех часов провели в этом мрачном месте.

Эльфика открыла глаза и, покрутив головой, сказала: – Не думаю, что нам удастся быстро найти источник необходимый для перемещения.

Она поднялась, отряхнулась от пыли и добавила: – Надо найти место для ночлега и что-нибудь поесть.

* * *
«Интересно, – размышлял я, – что стало с местными людьми? Есть ли выжившие? И, вообще, кончилась ли эта война? А, то, угодим, чего доброго, под бомбежку или шальная пуля прилетит в голову…»

Ответ на некоторые вопросы ждал меня через несколько кварталов. Прямо на нас вышли четверо мужиков в серых грязных шинелях, со здоровенными ружьями наперевес.

– Руки за голову! – рявкнул высокий худощавый мужчина, наставив на меня ствол. Остальные трое последовали его примеру, взяв нас на прицел.

«Вот вас-то нам и не хватало», – пронеслось у меня в голове.

Мы подчинились.

– Бросить оружие! – велел худощавый.

– У нас его нет, – ответил я.

– Тербив, обыщи!

К нам подошел щуплый парнишка в грязной вязаной шапке и натянутыми на лоб круглыми очками газо-сврищика. Он обыскал сначала меня, потом Аннираэль и, покрутив головой, доложил:

– Ничего, вашбродь.

– Вы кто такие? – строго обратился к нам худощавый.

«Ну, вот, что ему ответить?» – я взглянул на свою спутницу, та смотрела на меня, видимо, доверяя переговоры мне.

Оставалось придумать, что сказать.

– Мы… заблудились… – начал я издалека.

– Звание!? Бригада!? – рявкну худощавый.

«Что бы я не ответил, они сразу запишут нас во враги. Эти лихие ребята не станут разбираться – по любому нас расстреляют за шпионаж. В кино всегда так делали – по законам военного времени».

– Э-э-э, – единственное, что я смог из себя выдавить. Предательски затряслись поджилки, а сердце ушло в пятки.

– «Гирз и Тарлания»! – вдруг выдала Аннираэль. Мужики переглянулись и опустили стволы.

«Вот это номер! Как ей удалось провернуть такой фокус?» – подумал я и облегченно выдохнул.

– Лейтенант Корцив, третье пехотное, – представился худощавый. Он ударил себя правым кулаком в грудь и, не разжимая кулак, вытянул руку вперед.

«Фашисты? Куда мы попали?» – сердце вновь начало трепетать.

– Я, Акнис, это, – эльфийка показала на меня, – Кершиф. К сожалению, я не могу вам сказать о цели своего визита, – с этими словами она запустила руку в карман своих штанов, затем вытащила и показала Корциву пустую ладонь.

– «Двенадцатый отдел», – присвистнул он, внимательно изучив ладонь эльфийки, – далековато вас занесло.

– Война, – пожала плечами моя спутница, делая вид, что убирает документ обратно в карман. – Лейтенант, мы потеряли провиант и оружие, – продолжала Аннираэль, – вы нас не выручите?

– Смешно, – ухмыльнулся Корцив. – Ладно, и так много времени тут торчим. Шагом марш.

* * *
Всю дорогу до лагеря я ломал голову: как эльфийка смогла провернуть этот фокус? Единственным объяснением могло быть лишь то, что ей удалось найти энергетический поток. Позже, когда нам удалось побыть несколько минут наедине, Аннираэль подтвердила мою догадку: она действительно нащупала еле уловимый поток, он был очень слабым, и годился только для чего-то вроде чтения мыслей или создания иллюзий.

– Хоть что-то, – улбынулся я. – Вовремя ты сообразила. Что дальше делать будем?

Но, договорить нам не дали. В нашу палатку влетел солдат и выпалил:

– Бомбардировщики! Быстро в укрытие!

Глава 81

Я очнулся на койке, в госпитале Ангварии. После бомбежки от лагеря практически ничего не осталось. Большинство находившихся в нем людей погибли. Мне посчастливилось оказаться в числе горстки выживших, а вот Аннираэль – нет.

Сломанные ребра, множественные ушибы и синяки, сотрясение мозга и разрыв селезенки, которую благополучно удалили. Не самое страшное, что могло со мной произойти. Зато, теперь, то, что я не знал, где нахожусь, и что происходит, можно было удобно списывать на травму головы, и как следствие частичную потерю памяти.

Какое-то время меня держали на обезболивающем. Из-за этого я находился в забытьи и, только и делал, что спал. Потом препарат отменили. На следующий день пришли боль, тошнота и осознание того, что Ани больше нет, а я, застрял в этом мире без шансов вернуться.

– Ничего, ничего, потерпи, – приговаривала медсестра по имени Стакси – внушительных размеров блондинка, с убранными в пучок волосами, придерживая мне ведро. Блевал я всю неделю. Стоило что-нибудь съесть и тут же все выходило обратно. Безногий сосед по койке уверял меня, что это побочка из-за наркоза.

Чтобы я не умер с голоду, толстушка Стакси, три раза в день вставляла мне в задницу свечи с питательными веществами. Благодаря ее стараниям, через неделю я уже проснулся с бодрым стояком.

– О, кто-то идет на поправку, – улыбнулась она, заметив мою боеготовность. Той же ночью, я и Стакси, провели несколько бурных соитий в её палатке. Это единственное, что отвлекало меня от мыслей об Аннариэль и о том, что я застрял в этом поганом мирке. По сравнению с ним, жизнь на водорослевой ферме Тартувы или университетского холопчика во Врамисе была настоящей сказкой.

* * *
Госпиталь находился в здании, которое было когда-то школой. Врачи и «тяжелые» располагались под крышей. Младший медперсонал и легкораненые жили в палаточном городке во внутреннем дворе госпиталя. Снаружи раскинулся еще один лагерь, в нем жили готовящиеся к выписке бойцы, технический персонал, водители и пилоты.

Днем, когда Стакси была занята, а мне повеситься хотелось от скуки, я читал учебники местной истории. Оказалось очень познавательное чтиво.

Во главе всего была партия и генералиссимус Хлайкс – харизматичный высокий подтянутый военный. Его портреты висели на каждом шагу. Общественная собственность, отсутствие денег (все необходимое получали по карточкам, которые выдавали командиры взводов или иные начальники), всеобщее равенство и братство.

Запрет на религии и суеверия. В общем, от каждого по возможности, каждому по потребности.

А, вот, честь местные отдавали, мягко говоря, неприличным для меня способом: били правым кулаком себя в грудь и выбрасывали правую руку вперед. У меня ушло немало времени, чтобы привыкнуть к такому.

Ангвария занимала бо́льшую часть континента и послужила костяком для союза. Все остальные страны мира, с общими границами или нет, объединились с ней против Квальтийской империи.

Квальтия раскинулась на трех континентах, в противоположном полушарии этого мира. По площади материки были меньше чем, тот, на котором находился союз. Квальтийская империя представляла собой классическую феодальную страну, с крепостным правом и всеми вытекающими. Ею правили знатные семьи во главе с императором.

Не смотря на серьезное ограничение прав и свобод, квальтийцы преданно служили короне. Авторы учебника делали акцент на фанатичной преданности. Это достигалось грамотной «промывкой мозгов» и отсутствием образования среди простого люда. Точнее образование было, но в зачаточной форме: научились писать, а главное, читать священные манускрипты, на этом достаточно.

Власть императора крепко держалась на слепой преданности народа, который верил, что их монарший род – посланники богов. Многие верили, что император мог говорить с высшими сущностями и, никто не сомневался, что он диктует их волю. Так что если монарх сказал: «Нужно уничтожить Ангварию!», никому и в голову не пришло задаваться вопросами, ибо так велели боги.

* * *
Несмотря на свою неказистую внешность и жир, который колыхался, когда Стакси прыгала на мне, она была довольно страстной женщиной. Близость с ней отнимала немало сил, благо спрос с раненого был небольшим: спи да ешь. Через неделю такой жизни, пришел приказ о моей выписке и направлении в учебку Роудвилля. Это был небольшой городок глубоко в тылу Ангварии.

«А после учебки куда? На войну? – подумал я, держа в руках письмо с приказом, – ну, уж нет, не буду я рисковать жизнью в местных разборках».

Мой план был не нов и прост до безобразия: сломаю себе руку и останусь здесь, со своей милой толстушкой. Полный решимости, я направился на пост старшей медсестры, Стакси должна была быть там. Я хотел подрезать у нее каких-нибудь таблеток, чтоб не так больно было увечить себя.

К слову сказать, она периодически пользовалась служебным положением и приносила с дежурств различные колеса, которые превращали окружающий нас серый мирок, в радужную сказку. Под их действием все было намного приятнее, да и Стакси превращалась в красотку не хуже чем Аннираэль.

На посту меня ждал неприятный сюрприз: два кренделя в кожаных френчах, что-то выпытывали у толстухи. И все бы ничего, да только один из них был ни кто иной, как Танкред.

«Нашел все-таки, – пронеслось у меня в голове. Я как можно незаметнее вышел и стал думать над тем, как быть дальше. – А, что я парюсь-то? Имени моего он не знает. Главное, не попадаться рыжебородому на глаза и все будет хорошо».

До вечера я просидел в палатке Стакси. Когда толстушка вернулась со смены, я как можно незаметнее принялся выпытывать у нее про кренделей во френчах.

– А, – махнула она рукой, – какие-то штабные, наверное, решили выслужиться. Ищут кого-то.

– Вот как. А кого?

– Не знаю, – пожала толстушка плечами, – но они такие аппетитные, я так завелась, что чуть не накинулась на одного из них, – с этими словами Стакси меня обняла и впилась своими губами в мои.

– А, что же доктор Ленцив? – оторвавшись от страстного поцелуя, спросил я.

– А что он? – не поняла девушка. Она скинула с себя одежду, обнажив белую кожу и складки жира.

– Ты как-то говорила: «Он не любит, когда штабные хозяйничают в его госпитале».

– Не любит, – кивнула Стакси. Она села на кровать, и стягивая юбку с колготками, добавила: – Эти двое из двенадцатого отдела, Ленциву пршлось смириться.

«Двенадцатый отдел – Аннираэль при встрече с Корцивом, тоже представилась оттуда. Наверное, это у них с родни совковой гебни», – размышлял я.

– Иди же ко мне, сладкий, – проворковала голая толстушка, и потянула за собой на кровать. Деваться некуда – если она возбудилась, то пока не получит свое, не отстанет.

– Почему ты еще одет? – недовольно простонала толстушка, стягивая с меня рубаху. Я и глазом не успел моргнуть, как совсем голый лежал в кровати, а на мне прыгала Стакси.

Тогда, мне, даже, в голову придти не могло, что скоро больше ее не увижу. Утром мы простимся, и я улечу в учебку – подальше от кренделей в кожаных френчах. А две недели спустя, до меня дойдут новости, что во время налета квальтийских бомбардировщиков толстушка погибла.

Глава 82

Прибыв в учебку, я предстал перед ее командиром – полковником Дроффком. Это был коренастый мужчина лет сорока, может, чуть больше. Лысый, гладковыбритый и со шрамом от ожога на пол лица.

Мы находились в его кабинете. У окна за столом сидела секретарша – симпатичная брюнетка не старше восемнадцати. Девушка стучала по кнопкам печатной машинки, заполняя мои документы, перенося данные из сопроводительного листа.

– Разрази меня гром, тебе же не меньше четвертака! – округлив и без того большие глаза, воскликнул Дроффк. Он, прихрамывая, ходил вокруг меня, изучая словно диковинку.

– Двадцать четыре, – пробормотал я.

– Что за вид у тебя?! В какой дыре ты прятался?! Граждане Союза, с семнадцати лет защищают свою родину не жалея себя, а, ты, сволота, прячешься!

– Я не прятался…

– Мне плевать! Скажи спасибо верховному за объявленную амнистию, иначе я б тебя, не задумываясь, к стенке поставил, за одни только патлы!

«Прям уж патлы, на Вройсе все так ходили и ничего…» – пронеслось у меня в глове.

– Варкана, – обратился он к секретарше, – определи-ка его куда надо!

– Слушаюсь, ваш бродь. В какой отряд?

– А в каком на прошлой неделе прострелили башку тому малахольному?

– Шестой, ваш бродь.

– Вот к ним и оформляй!

– Будет сделано.

– Не отряд, а сборище клоунов! Вирнуд будет рад, – довольно оскалился полковник.

После этого мне дали помыться под холодным душем, обрили наголо, выдали комплект формы и сопроводили к командиру курса – сержанту Вирнуду. Это был коренастый вояка, с деревяшкой вместо правой ноги. На вид около пятидесяти. Гладковыбритый, коротко стриженый и абсолютно психически неуравновешенный ублюдок. Чем-то напоминал моего физрука в школе: Горностаева Сергея Павловича, по прозвищу Горностай. Он воевал в Чечне, был не раз контужен, что непременно сказывалось на нас во время уроков.

– Что это за гавно?! – рявкнул он, когда я заявился к нему в кабинет, и протянул документы. Сержант, пристально смотрел мне в глаза, явно не собираясь прикасаться к бумагам.

– Мои документы, – ответил я.

– Ты как входишь в кабинет, салага?! – Вирнуд вскочил из-за стола и ударил меня по лицу. От чего пол ушел у меня из под ног. Я отлетел в угол, ударился головой о стоявшее там металлическое ведро, а миг спустя, на меня упала швабра.

– Двое суток губы! – добавил сержант.

Это был первый, но далеко не последний мой визит на губу.

Глава 83

После того, как меня отпустили с губы, я направился к бараку, в котором располагался шестой взвод. У входа дежурил коренастый парнишка лет восемнадцати. На нем была форма с нашивками шестого взвода. Лицо у него было нарочито суровым. Орлиный нос, широко посаженные поросячьи глазки и уши торчком.

– Стой! Кто таков? – пытаясь придать голосу жесткости, строго спросил он.

– Курсант Кершиф, – ответил я.

– Такого у нас нет, – отрезал коренастый парнишка.

– Теперь есть.

– Вали отсюда, а то я тебе нос сломаю! – пригрозил курсант.

– Вот, смотри, – сухо сказал я, демонстрируя знаки отличия.

– Кто тебя подослал? – прищурившись спросил коренастый, после того как осмотрел мои нашивки. – Тенкоф или паскуда Браглеф? – продолжал он, – даже умудрились где-то своровать нашивки нашего отряда. Ты знаешь, что будет если сержант узнает об этом? Вас всех выпорят.

«Да, – подумал я, – похоже, здесь, как и в любом учебном заведении процветают жестокие розыгрыши и издевательства». Мне как раз посчастливилось встретить курсанта, которому немало доставалось. Я, сделал глубокий вдох и, сказал:

– Послушай, я новенький, прибыл двое суток назад. Меня приписали к шестому взводу, так что я не знаю ваших порядков, но мне дали час на то, чтобы я подготовил форму. Если я опоздаю, меня опять отправят на губу. А я не хочу этого. Там кормят плохо.

Не знаю, чем бы все это закончилось, если бы за спиной коренастого не появилась мужиковатая блондинка. Она как раз была командиром шестого взвода и куда-то шла по своим делам.

– Что здесь происходит? – строго спросила командир.

– Вот, курсант хочет пройти в наш барак, – ответил коренастый.

– Кто таков?! – рявкнула блондинка.

– Курсант Кершиф! – вытянулся я по стойке смирно.

– Кершиф? Тот, что сразу по прибытии угодил на губу? – ухмыльнулась командир.

– Так точно!

– Вот же нам посчастливилось, – покрутила она головой, окидывая меня взглядом, – говорят у тебя с головой проблемы.

– Частичная потеря памяти – ничего серьезного.

– Не взвод, а сборище инвалидов. Дилкин, – обратилась она к коренастому, – это теперь солдат нашего взвода. Пропустить!

– Есть! – Дилкин ударил кулаком в грудь и вытянул руку вперед.

Так началось моё знакомство с соратниками, с которыми мне предстояло нести службу в бравой армии Ангварского союза.

Глава 84

Не считая меня и блондинки-командирши по имени Хэлкерт, в шестом взводе было еще четырнадцать человек, девять парней и пять девчонок. Каждый взвод квартировался в отдельном бараке, без каких либо оговорок на пол. Я еще в госпитале заметил, что в армии Союза нет половых различий, только звания и специальности. «Если ты солдат, твое дело выполнять приказ и неважно, что у тебя между ног!» – такой афоризм как-то днем выдал сержант Вирнуд.

Во взводе меня быстро окрестили Салагой и шпыняли все кому не лень. Два здоровяка, Тенкоф и Браглеф, не отличающиеся интеллектом, но с явной тягой к садизму, переключились с Дилкина на меня, и каждый день придумывали унизительные издевательства. То говна в обувь напихают, то обоссут мои штаны. Как-то раз эти гады спрятали мою форму, и мне пришлось бегать по учебке в одних трусах.

Самое обидное, что за рязящую говном обувь, зассанные штаны или разгуливание по части в трусах, расплачиваться приходилось мне, отбывая срок на губе. Понятное дело, ни Хэлкерт, ни Вирнуд, ни кто-то другой из старших, разбираться в моих проблемах не собирались. Более того, как-то раз, я психанул и пожаловался на Тенкофа и Браглефа сержанту, за что тот, отправил меня на губу. На трое суток.

В общем, нужно было что-то делать. Как-то отбить желание этим отморозкам издеваться надо мной. Для начала, я попытался найти тех, кто захочет помочь мне проучить обидчиков у себя во взводе. Надеясь на то, что хотя бы тот же Дилкин, не упустит возможности отомстить ублюдкам.

Но я ошибся. Девушки со мной даже разговаривать не стали, позже я понял почему: все они спали то с Тенкофом, то с Браглефомом. Подходить со своей идеей к командирше Хэлкерт я не осмелился.

– Послушай, Салага, – ответил мне один из сослуживцев, очкарик по имени Уицлер, – если ты попытаешься дать отпор этой парочке, они порвут тебя. Поверь, лучше не отсвечивать.

Он единственный кто вообще стал меня слушать. Остальные, когда понимали о чем пойдет речь, молча вставали и уходили. Даже Дилкин, покрутил мне у виска. Оно и понятно, ему грех жаловаться – пока эти уроды донимали меня, его никто не трогал.

Короче, я был один. Но учебка Ангварского Союза это не Врамис, здесь не было холопчиков, которым нельзя ослушаться своих хозяев. Здесь ценили грубую силу. Хватит терпеть издевательства этих уродов, пора им ответить! Жестко, бескомпромиссно и так, чтобы все в учебке поняли: связываться с Кершифом – чревато.

Тенкоф и Браглеф редко ночевали на своих койках, проводя большую часть ночи либо в наряде, либо в соседних бараках. Это дало мне возможность, под покровом ночи пошариться в их тумбочках. Изначально я планировал подкинуть им колеса, которых у меня был целый кулек – прощальный подарочек от толстушки Стакси. Но, к своей радости, в одной из тумбочек нашлась фляжка с брагой.

Я не жадничал, раскрошил бо́льшую часть колес. Если эти уроды не подохнут от передоза, их ждет знатный приход.

«Интересно, сколько времени они проведут на губе?» – проскочила довольная мысль в моей голове, пока я тряс фляжку, размешивая в браге порошок из колес.

* * *
Утром я проснулся от дружного хохота своих соседей по бараку. Все как один угорали над двумя обдолбанными уродами: Тенкофом и Браглефом. Эти козлы сидели на своей двухярусной кровати и, думая, что они на борту паролета, старательно пытались его посадить. Попутно ругаясь матом, вереща от страха и психуя.

«Ах, эта сладкая месть», – довольно подумал я, наслаждаясь зрелищем. Но, пока эти уроды чудят в бараке нашего взвода, месть неполная. Нужно выгнать их на плац. Я встал, неторопливо подошел к обдолбанным утыркам и, с криком «пожар» столкнул их по очереди с кровати.

Оказавшись на полу, они переглянулись и, завопив «пожар», бросились прочь из барака.

– Вот это, другое дело, – улыбнулся я, потирая руки. Не обращая внимания на косые взгляды сослуживцев, я вальяжно направился на плац.

Прежде чем обдолбышей поймали, они почти четверть часа чудили по всей учебке. Навалили кучу на плацу, устроили пожар в столовой, обассали несколько углов в учебной части. Даже пытались прорваться в кабинет к сержанту Вирнуду. Там-то их и заластали.

Я бы многое отдал лишь бы увидеть выражение лица сержанта!

Ублюдков закрыли на губе на целых две недели! Причем их колбасило по меньшей мере еще сутки. Но губой дело не ограничилось. Тенкофа и Браглефа выпороли, всыпав по пятнадцать плетей каждому, и отправили в штрафбат.

«Лучше и быть не могло», – довольно подумал я, когда несколько дней спустя сержант Вирнуд огласил приговор перед построившимися на плацу курсантами.

Только я подумал, что больше меня никто задирать не будет, немного расслабился и приступил к обдумыванию плана «как не попасть на фронт», жизнь снова подкинула мне препятствие. На сей раз им оказалась командирша Хэлкерт.

Через несколько дней, после того как Тенкоф и Браглеф покинули учебку, перед отбоем она села ко мне на кровать, пристально посмотрела в глаза и прошептала:

– Я, знаю, что это сделал ты.

Глава 85

– Вы это о чем? – пытаясь не поддаться панике, включил я дурачка.

– Не бзди, – продолжала Хэлкерт, – они мне самой порядком надоели, так что я тебя не выдам. Но за тобой должок.

«Вот и шантаж начался. Она, теперь, с меня живым не слезет, будет выжимать по полной, а потом, все равно, сдаст сержанту. Ну, да ничего! Я и до тебя доберусь, сучка!»

– Сегодня, – продолжала командирша, – через час после полуночи, я жду тебя у себя. Понял?

Я кивнул. Хэлкерт улыбнулась, похлопала меня по плечу и ушла.

«Вот же ж пронырливая дылда! Где я мог проколоться? Я старался быть аккуратным и делать все без пыли и шума. А, может, у нее ничего нет? Может, эта стерва просто берет меня на понт? – размышлял я, лежа на кровати в ожидании назначенного времени. – В любом случае, нужно пойти к ней, и выяснить, что она знает и что ей нужно. Вдруг, дылда озвучит приемлемые условия? Конечно, надеяться на это было верхом оптимизма. За проведенное в этом убогом, истощенном бесконечной войной мирке, я окончательно разуверился в человеческой доброте. Здесь каждый норовил подсидеть ближнего, даже, несмотря на то, что он твой соратник.

Ну, да не беда! Мы еще посмотрим кто кого!»

* * *
Командирша жила в отдельной комнате, в бараке нашего взвода. Её дверь была всего в паре метров от входа в общую спальню. Как и было приказано, в час и одну минуту ночи, я встал и направился к Хэлкерт.

Дверь была чуть приоткрыта, из-за нее пробивался тусклый свет ночника. Я вошел. В комнате царил полумрак, небольшой островок света раскинулся вокруг прикроватной тумбочки, на которой стоял ночник.

Командирша лежала на кровати накрывшись одеялом и что-то читала. Увидев меня, она отложила книгу в сторону и, негромко сказала:

– Закрой дверь на щеколду.

Я так и сделал. Хэлкерт откинула одеяло. Под ним она была совершенно голая.

«Вот так сюрприз», – пронеслась у меня в голове довольная мысль, пока мой взгляд с аппетитом скользил по атлетической фигуре командирши.

Несмотря на то, что внешне она была на любителя, тело у Хэлкерт оказалось зачетным. Небольшая упругая грудь, плоский живот, чуть ниже островок белых курчавых волос. «Красота», – облизываясь, подумал я. Мой маленький офицер готов был сам выпрыгнуть из штанов и пуститься в бой.

– Ты долго собираешься пялиться? – недовольно шикнула Хэлкерт. – Раздевайся!

Процесс прошел без заморочек и прелюдий. Она встала на четвереньки, а мне оставалось немного поработать.

– Не вынимай! – шикнула она, когда я кончил. Но было уже поздно, ее попка окропилась моим семенем. Командирша выругалась и недовольная встала с кровати.

– Что такое? – не понял я.

– Если ты будешь кончать мне на задницу, я никогда не забеременею, – она достала из шкафа полотенце и стала вытираться.

Эта фраза меня выбила из колеи.

– В этом и смысл, – развел я руками. – Ты же не предупредила, что хочешь от меня ребенка.

– А для чего, по-твоему, мы сейчас это делали?

– Ради удовольствия.

– Удовольствия, – фыркнула Хэлкерт, – твое удовольствие не отправит меня в столицу, подальше от передовой, а вот беременность – да.

Оказалось, что руководство Союза очень трепетно относится к деторождению. Поэтому неофициально в армии разрешены половые контакты между мужчинами и женщинами. А если солдат женского пола беременеет, его отправляют в столичный центр репродукции, пока на свет не появится новый солдат.

По словам Хэлкерт, многие женщины специально беременеют, чтобы избежать отправки на фронт.

– А, что, происходит после того, как ребенок рождается? – спросил я.

– Женщине дают месяц на восстановление и отправляют на фронт.

– А как же ребенок?

– У него будет минимум тринадцать лет, прежде чем его призовут на службу.

«Жесть какая», – пронеслось у меня в голове. Рассказ командирши перевернул мое представление о человечности с ног на голову. Дикое устройство этого мира повергало в депрессию. Теперь, понятно, почему местные люди такие угрюмые, злые и жестокие.

У меня возникло чувство жалости к Хэлкерт, захотелось её обнять, приласкать, сделать что-то приятное.

Когда она вернулась в кровать, я спустился к ее курчавому островку и поцеловал.

– Ты чего? – удивилась командирша. Ничего не ответив, я спустился ниже, начав ласкать ее языком.

– Давай без этой ерунды, – проворчала она. Но я не обращал на слова внимание. Совсем скоро, Хэлкерт довольно простонала:

– Да… продолжай…

Всю ночь я ублажал эту несчастную, не знающую ничего кроме войны девушку.

Несколько раз я наполнял ее трепетное лоно семенем. В перерывах мы разговаривали, Хэлкерт охотно рассказывала о местных обычаях и нравах, а я мотал все на ус.

Под утро изможденные и довольные, мы заснули. На сон нам оставалось чуть больше трех часов. Командирша заметно стала мягче, и даже уснула в моих объятиях.

Глава 86

С тех пор как моих обидчиков не стало, я смог вдохнуть свободной грудью: моя жизнь в учебке стала заметно лучше. Я усердно занимался физической подготовкой, стрельбой, тактикой ведения боя и другими науками, которые нам преподавали.

По словам Хэлкерт, избежать отправления на фронт я смогу, если забеременею или сдохну. Оба варианта меня не устраивали. Был и третий вариант, правда, от войны он не спасал, но зато мог повысить шансы выжить на фронте – получить направление в офицерскую школу. Офицеров реже использовали как пушечное мясо, да и условия их жизни в армии сильно отличались в лучшую сторону от жизни рядовых солдат.

В общем, у меня появился стимул стать отличником боевой подготовки, выделюсь из толпы и, мне непременно одобрят учебу в офицерской школе.

Будучи любовником командирши моего взвода, я без зазрения совести пользовался привилегиями, которые у меня появились. Доступ в тир практически в любое время, больше свободного времени, в которое я мог засесть за учебники или больше отдохнуть после усиленной тренировки.

Так пролетели три месяца. Наступила осень, а вместе с ней пришли холода и затяжные дожди. Местные пейзажи стали еще мрачнее и депрессивнее.

Я, довольно, неплохо наловчился стрелять, обращаться с холодным оружием и драться. Но, на фоне других курсантов, мои достижения были немногим выше среднего. А, вот, по стратегическому планированию, я оказался в числе лучших. Препод – лейтенант Лоркцин, на первом же занятии отметил остроту и скорость моего мышления, и предложил посещать спецкурс, на который ходили командиры взводов и кандидаты на эту должность.

* * *
Стояло раннее утро. Шел мелкий дождик. Он, то усиливаясь, то почти прекращаясь, лил почти неделю. Было зябко и сыро. Время от времени налетал холодный порывистый ветер.

– С играми покончено, дети мои! – рявкнул сержант Вирнуд. Заложив руки за спину, он, припадая на деревянный протез, прохаживался вдоль нашего взвода, который построился на плацу. – Теперь, вас ждут учения в обстановке максимально приближенной к боевой! – продолжал он. – И пусть пули у вас резиновые, боль от них настоящая! А, те, кто покажет плохой результат, уже в конце этой недели окажутся на передовой. Хватит прохлаждаться, пора отрабатывать жратву, которую Союз на вас тратит! Рекорд части, сорок три минуты! Но таким как вы, его не побить! Постарайтесь просто не обосраться! Вам все ясно?!

– Так точно, ваш бродь! – разом отозвались мы.

– Вперед, марш!

По сути все это напоминало матч в пейнтбол. Полигон с различными строениями, лесополосами, траншеями, дотами, остовами машин и прочими вещами, которые имитировали поле боя. Две команды, резиновые пули с краской. Только, вот, проигравший взвод отправится на фронт. Чтобы победить, нужно было перебить солдат противника или захватить их штаб.

Нам противостоял третий взвод – «зеленые». Нам же достался флаг красного цвета.

«Символично», – в тот момент подумал я. Мой дед всегда был прожженным комунякой, дошел до Берлина и брал рейхстаг. Ну, что ж дед, постараюсь не опозорить твой любимый цвет!

– Уицлер, Варцоф и Линтак, на вас штаб! – приказала Хэлкерт. – Костьми лечь, но чтоб, ни один противник и на сотню шагов не приблизился к флагу!

– Есть! – дружно ответили те.

Остальных Хэлкерт решила разделить на три группы по четыре человека и зайти сразу с трех направлений. Такое решение, казалось логичным – мы не знали местности, и кроме зеленых, могли столкнуться с чем угодно.

Хэлкерет, я, невысокая брюнетка спортивного телосложения по имени Вирта и Олктис – лысый здоровяк, с кулаками с пол моей головы, двигались по центру поля. С неба по-прежнему моросил дождь, превращая землю под ногами в слякоть.

– Сраный дождь. Быстрее бы уже морозы начались, – проворчал здоровяк.

– Морозы? Сдурел? – усмехнулась Вирта.

– Терпеть не могу сырость и слякоть.

– Поверь, лучше грязь, чем мерзнуть в сугробе.

– Нет уж, я предпочел бы сугроб и легкий морозец, чем эти сопли.

– Когда ты отморозишь свои бубенцы, запоешь по-другому, – вновь усмехнулась Вирта.

Дорога впереди раздваивалась. Основной тракт поворачивал направо, а налево убегала небольшая тропинка. Хэлкерт, недолго думая, повела нас направо.

Дорога делала крутой вираж, огибая большую гору мусора. Миновав поворот, мы оказались на пятачке окруженном со всех сторон обгоревшими остовами машин.

– Похоже тупик. Давайте назад, к той тропе, – произнесла командирша.

– Стойте! – донеслось откуда-то сверху.

Все мы инстинктивно вскинули винтовки.

– Не стрелять! – приказала Хэлкерт, когда перед нами возник коренастый Дилкин. Он был с ног до головы в грязи, без шапки, а его штаны и ватник изодраны.

– Докладывай, солдат! – приказала командир.

– Мы попали в засаду… – начал Дилкин. Его группа, продвигалась по левому флангу. Все кроме него полегли под перекрестным огнем.

* * *
– Продолжаем придерживаться плана, – сказала командир, выслушав рапорт Дилкина.

– Командир, можно вас, – обратился я к своей любовнице. Высказывать свою идею, лучше было наедине, чтобы не подрывать её авторитет.

– Мы незнаем, что нас ждет впереди, сколько их и где они засели, – прошептал я, когда мы отошли в сторону. Тогда мы еще не знали, что ребята из третьей группы тоже вышли из игры. – А если мы зайдем с правого фланга…

– Они, скорее всего уже перегруппировались, – перебила меня, покрутив головой Хэлкерт.

– Но…

– Отставить разговорчики! Продолжаем действовать по плану!

Загрохотали выстрелы. Командирша вскрикнула от боли и упала. Я машинально пригнулся, перекатился через плечо в сторону ближайшего укрытия – несколько стоящих друг на друге ржавых бочек.

Переведя дух, я снял ружье с предохранителя и выглянул из укрытия. На пяточке никого кроме корчившейся от боли Хэлкерт не было. Так, надо выяснить, сколько осталось нас, и сколько зеленых на нас вышло.

– Кто еще остался?! – выкрикнул я. В ответ тишина. Естественно никто из наших не станет себя обнаруживать. Мне никак нельзя было отсиживаться, я метил в офицеры. Так что надо было вызывать огонь на себя, в надежде, что кто-то из моих заметит врага и прикончит.

Собравшись с мыслями, я рванул к раскинувшейся неподалеку груде металлолома. Прогремел выстрел. Пуля просвистела у меня буквально перед носом и врезалась в металлическую переборку. Я нырнул в новое укрытие и замер. Сердце бешено колотилось, в висках стучала кровь.

«Пронесло», – промелькнуло у меня в голове.

Вдруг я увидел здоровяка Олктиса. Он высунулся из-за обгорелого металлического остова, некогда бывшего чем-то вроде автомобиля, вскинул ружье и выстрелил. Тишина. Видимо мимо. Перезарядил и опять выстрелил – где-то слева, в кустах раздался крик.

«Есть!» – довольно подумал я.

Сзади послышался шорох. Обернувшись, я увидел зеленого и дуло его ружья. Моя рука машинально вырвалась вперед, ухватилась за ружье и увела его в сторону. Раздался выстрел. Недолго думая, я врезал противнику ногой в промежность. Тот вскрикнул, выпустил оружие и, взявшись за отбитые яйца, скрючился от боли.

Нападавших было двое. Первого снял здоровяк Олктис, второго я взял в плен. Они успели «убить» Хэлкерт и Дилкина. Отлично! – проскочила в моей голове довольная мысль, – теперь, у нас есть язык! Он расскажет нам о планах противника и их диспозиции.

– Зайдем с правого фланга, – предложил я, после того, как пленный рассказал нам где спрятались его соратники. Рисуя веткой в пыли, план поля и помечая крестиками засады противника, – «зеленые» вряд ли ждут нас там опять.

– А, чой-то ты раскомандовался? – проворчал здоровяк.

– Ты серьезно? – мне ничего не оставалось кроме как усмехнуться. Каким надо было быть имбициллом, чтобы именно сейчас начать выяснять, кто главнее и чей болт длиньше.

– Вполне, – ответил Олктис.

– У тебя есть предложение получше?

– Придерживаемся плана Хэлкерт! Продолжаем наступление по центру.

На поле боя нет места демократии. Есть приказ и его нужно выполнять, а всякого рода заминки и споры, могут быть чреваты. Я не мог допустить проволочек, из-за которых наш взвод потерпит поражение, и моё офицерское будущее накроется медным тазом. Без лишних слов, я вскинул ружье и нажал на спусковой крючок, выстрелив в грудь здоровяку. Тот вскрикнул от боли и рухнул на землю.

* * *
Чтобы окончательно запутать «зеленых», я и Вирта натянули на себя их форму. Так, увидев нас, они не начнут стрелять. Ну, по крайней мере, я на это надеялся.

Выведя из игры языка, мы отправились вдоль правого фланга в сторону штаба неприятеля.

Передвигались короткими перебежками, от одного укрытия к другому, прикрывая друг друга по очереди.

– А, что если пленник соврал? – прошептала Вирта, когда мы остановились у бетонной плиты, чтобы осмотреться.

– Для этого мы и переоделись. Они не ждут от нас ничего подобного, – ответил я, выглядывая из укрытия. Дальше, метров сто тянулся пустырь, в конце которого виднелся полуразрушенный дом пятистенок. Про него рассказывал Дилкин, здесь-то его отряд и угодил в ловушку зеленых.

– Нас за такое могут наказать, – покрутила головой Вирта.

– На войне нет правил. Квальтийцы ни с кем из нас не станут жеманничать, да и в правилах нет прямого запрета…

Мой расчет был на то, что они не ожидают здесь нашего повторного появления – раз мы знаем, что в доме засел противник, мы будем искать другой путь для прорыва. На их месте, я оставил бы здесь пару человек, а остальных растянул по всему фронту, что бы противник, не смог пройти незамеченным.

Но они не я. Язык говорил, что они разделились на три группы по пять человек. Получается, что штаб никто не охраняет? Весьма глупо. Но, пленник мог врать.

В любом случае наш путь к штабу зеленых лежал через этот пятистенок, и нам с Виртой предстояло узнать, сколько зеленых в нем засело.

* * *
– Граната! – выкрикнул я, бросив в окно ботинок. Эту хитрость мне довелось видеть в детстве, в старом советском кино про войну с фашистами.

«Зеленые» очертя голову бросились прочь из домика. Кто в дверь, кто через окно. Тем самым угодив под наш перекрестный огонь.

– Я насчитал четверых. А ты?

Вирта не ответила. Она пнула одного из «убитых», и рявкнула:

– Сколько вас было!?

– Пошла ты, – процедил сквозь зубы зеленый, потирая место, куда пришелся удар резиновой пули.

Прогремел выстрел. Я машинально бросился на Вирту, прижимая её к земле. От неожиданности она крякнула. Стоило мне оказаться сверху этой знойной брюнетки, ощутить ее горячее дыхание и упругую грудь, мой маленький офицер тут же зашевелился, увеличиваясь в размерах.

«Вот бы пожарить эту кукурузку», – пронеслось в моей голове.

– Тебя не задело? – спросил я.

– Нет, – улыбнулась девица, игриво ущипнув меня за мягкое место.

Стреляли из дома, а значит, не все купились на уловку с ботинком или просто не успели вовремя убежать. «Как же нам тебя выкурить, засранец?» – размышлял я. Мы с Виртой лежали неподалеку от домика, в неглубокой канаве.

– А, может пусть себе сидит? – вдруг предложила она.

– Что? – погруженный в свои мысли, я не сразу сообразил, что девица имеет ввиду.

– Зачем он нам? Мы обойдем дом и прорвемся к штабу, – пояснила Вирта.

«А, что? Её слова не лишены смысла. Зачем нам тратить время на выкуривание этого урода, если он никак не мешает нам сделать марш-бросок и захватить штаб».

– Отличная идея, – улыбнувшись, сказал я.

* * *
Отряд зеленые настиг нас, когда до их штаба оставалось рукой подать. С нашей позиции даже виднелся реющий на ветру зеленый флаг.

– Плотно шмаялют, – прорычала Вирта, пригинаясь от свистящих над головой пуль. Мы засели в небольшом, сложенных из мешков с песком, укреплении. По меньшей мере шестеро зеленых настойчиво приближались к нам.

– Где-то еще трое, – украдкой выглядывая из укрытия, сказал я, – если они возьмут нас в кольцо – наша песенка спета.

– Штаб совсем рядом, – Вирта выстрелила, – нужно попытаться его захватить. Иди, я их задержу столько, сколько смогу.

Времени на сопли не было. Она права: я быстрее и сильнее – у меня больше шансов на успех.

– Держись, – сказал я, готовясь рвануть в сторону штаба. Вирта вдруг поцеловала меня в губы и сказала:

– На удачу.

Я кивнул и, что было сил, побежал.

* * *
Когда казалось, что вот он штаб и флаг неприятеля у меня в руках, а вместе с ним и путёвочка в офицерскую школу, трое зеленых возникли у меня на пути. Я машинально вскинул ружье и выстрелил от бедра. Тот, что был ближе всех, вскрикнул и, схватившись за лицо, упал.

«Вот ему не повезло», – пронеслось у меня в голове.

Двое других вскинули свои стволы и, наставив на меня, открыли огонь. Я отскочил в сторону, перекатился через плечо, перезарядил ружье и вновь выстрелил. Еще один зеленый с криком упал. Времени на перезарядку не было: оставшийся неприятель сделает это быстрее. Понимая это, я отчаянно заорал и, что было сил, бросил в него свой ствол, прикладом вперед.

Не ожидавший такого финта зеленый, охнул, когда приклад прилетел ему в голову, но устоял на ногах. Мне этой заминки было достаточно. Я подлетел к нему и уже проверенным ударом ноги врезал по яйцам.

– Сука, – простонал зеленый, скрючившись, от боли.

– Извини, – ухмыльнувшись, я похлопал его по плечу, взял свое ружье и побежал к флагу.

«Вот она, заслуженная победа!» – пронеслось в моей голове. Я поднялся на постамент, в котором был закреплен флагшток. Сердце от радости бешено колотилось.

«У меня получилось! Офицерская школа, я иду к тебе!» – с этими мыслями, мои пальцы вцепились в древко флага и вытащили его из фиксатора.

– Победа! – выкрикнул я, размахивая своим трофеем.

Глава 87

– Ты совсем из ума выжил, стрелять в своего?! – рявкнул на меня сержант Вирнуд. Заложив руки за спину, он ходил взад-вперед по кабинету. Я сидел на стуле, около его стола. Кроме нас в кабинете находились полковник Дроффк и лейтенант Лоркцин – он был не только препод по стратегическому планированию, а еще и руководитель воспитательного отдела учебки.

Стоял поздний вечер. Меня вызвали на ковер, для разбора моей победы над зелеными.

– Решил поквитаться?! – брызжа слюной, продолжал сержант, – он же из твоего взвода!

– Никак нет! – отчеканил я, – рядовой Олктис, затеял выяснение отношений, желая выяснить, кто должен командовать после того, как командир Хэлкерт выбыла! Согласно законам военного времени…

– Это учения! – перебил меня Вирнуд, – если ты рвешься на фронт, я тебе это устрою!

– Вам принадлежит идея, надеть форму противника? – спросил лейтенант.

– Так точно!

– Сынок, ты хоть понимаешь, сколько правил ты нарушил? – вздохнул полковник. – Правила придуманы не зря. Они основа дисциплины, а дисциплина – залог победы в войне.

– Но вашбродь, разве победа не важнее правил? – удивился я. – Тем более, что прямого запрета, на подобный прием, в них нет.

– Молчать! – рявкнул Вирнуд.

Кажется, я начинал понимать, из-за чего возник весь этот сыр-бор с разбором моей победы. Безнаказанное нарушение правил, было, плохим примером для курсантов. Если они будут знать, что в любой момент можно ослушаться приказа и за это ничего не будет, все кому не лень начнут своевольничать.

– Нарушение правил учебных тренировок должно строго караться, – констатировал полковник, подтверждая мои догадки, – чтоб другим неповадно было.

– Ваше благородие, этот курсант проявил незаурядные способности в тактике и ведении боя, – заступился за меня лейтенант.

– Он через чур своенравен! – возразил полковник Дроффк. – Думаю, вреда от него будет больше чем пользы. Давайте-ка мы лучше его повесим, от греха подальше.

– Как это повесить? – опешил я. – За то, что я проявил смекалку и находчивость? Да вы что? Как же так? Это же не справедливо.

– Но ваше… – попытался возразить лейтенант Лоркцин.

– Я все сказал! – перебил его полковник, стукнув кулаком по столу.

Глава 88

Когда отбываешь срок на губе, время тянется чертовски медленно. И вскоре начинаешь ненавидеть эти четыре стены. Но, вот, если ждешь казни, время пролетает словно миг – мимолетный и неуловимый. А карцер превращается в милое местечко, которое не хочется покидать. Ведь там, за его стенами меня ждала петля.

Ну, и пусть. Пусть эти гады подавятся! За ночь, я смирился с неотвратимостью приближающейся смерти. Оставалось лишь надеяться, что какой-нибудь загробный мир существует, так же как этот или тот в котором я встретил Аннираэль. Интересно, встречу ли я её вновь?

* * *
Стоял ясный полдень. Солнце было высоко, а по голубому небу бежали облака. Меня вывели на плац, где уже построились все курсанты, ожидая моей казни. Я старался не потерять лица и не зарыдать. Пощады здесь не дождешься и не вымолишь. Тогда хотябы пусть эти ублюдки запомнят меня как крутого перца, который навел здесь шороху!

На плац вышел полковник Дроффк, и начал объявлять приговор:

– За проявленное своеволие, за многочисленные нарушения правил боевых учений, за неподобающее отношение к соратнику, курсант Кершиф приговаривается к публичной порке! Двадцать плетей!

«Они смягчили приговор? – удивленно подумал я, удерживая челюсть, которая изо всех сил пыталась отвиснуть. За моей спиной, вместо эшафота с петлей, стоял столб. – Ну, двадцать плетей явно лучше смерти».

– Курсант, снять рубаху! – велел прапор, когда меня подвели к столбу. Я подчинился. Он защелкнул на моих запястьях металлические браслеты, которые цепями крепились к столбу.

– Привести приговор в исполнение! – велел полковник Дроффк.

Напрасно я думал, что порка лучше смерти. Боль от хлыста была такой невыносимой, что мне казалось, будто палач снимает с меня кожу. После третьего удара, я перестал сдерживаться и заорал. Еще два у дара, и мне захотелось сдохнуть, только бы все это прекратилось.

Последнее, что я помню, это мысли: «только бы не обосраться», если я продолжу службу, мне нельзя было так позориться. Десятый удар и я потерял сознание.

Глава 89

Очнулся я ночью, на койке в медчасти учебки, пуская слюни в подушку. Спина болела просто адски. Дежурная медсестра сделал мне болючий укол в задницу и я вновь отрубился.

Как не крути, а все же лучше так, чем петля. Да, больно. Да, обидно, но как говорила моя одноклассница Танька Шушакова, когда Горностай заставлял ее бежать стометровку: «Пять минут позора и ты свободен».

На следующий день, ближе к обеду, меня ждал очередной сюрприз: меня пришел проведать ни кто иной, как сержант Вирнуд.

«Мерзкий ублюдок, – подумалось мне, – пришел насмехаться».

– Как себя чувствуешь, курсант? – спросил он.

– Живым, – ухмыльнувшись, ответил я.

– Делай правильные выводы, сынок. В следующий раз так может не повезти.

– Это вы убедили полковника изменить приговор? – не смотря на мое желание не показывать удивление, это у меня не получилось.

– Заслуга не совсем моя, но я и лейтенант Лоркцин тоже причастны.

– И за что мне такие привилегии?

– Сам знаешь, – оскалился сержант, – полковник бюрократ, а мы с лейтенантом бывали на фронте и знаем: там не хватает как раз таких решительных парней как ты. Мы убедили его смягчить приговор, но про академию придется забыть. Вот, – он достал из папки лист бумаги и протянул его мне, – приказ о твоем назначении командиром первого взвода. Их прежний командир сломал ногу на учениях, и пока негоден к строевой.

«Вот это поворот!» – чуть не воскликнул я, но сдержал сиюминутный порыв. Еще вчера, сидя на губе в ожидании петли, я смирился со смертью. Сутки спустя, моя жизнь развернулась на сто восемьдесят градусов, и я не только не в петле, но еще и командир первого взвода.

– Так, что служи, солдат! – добавил сержант Вирнуд.

– Есть, ваш бродь!

* * *
Остаток дня я провел под впечатлением от сержанта Вирнуда, который оказался неплохим мужиком и того, что я теперь, командир взвода. Конечно жаль, что мне, теперь, точно не попасть в офицерскую школу, но, что интересно, побывав одной ногой в петле, я перестал бояться фронта и того, что меня там ждало. Мне почти удалось расстаться с жизнью в тылу за нарушение глупых правил. Лучше уж сложить голову пытаясь победить ненавистную Квальтию, которая десятилетиями пьет кровь у несчастных ангварцев, чем трястись в тылу в ожидании смерти за нарушение глупого правила.

Кроме появившегося желания служить светлым идеалам Союза, я заметил, что стал менее прихотлив к еде и сну. Еще неделю назад, мне и в голову не пришло бы, что я смогу хлебать за обе щеки местную баланду, это была отвратительная на вид, безвкусная розовая жижа, но очень питательная.

* * *
Я проснулся от того, что кто-то стягивал с меня штаны. Была поздняя ночь. В палате царил полумрак. Через окна пробивался «холодный» свет уличных фонарей, но его было недостаточно, чтобы разглядеть лицо девушки. Первая мысль: «Это медсестра». Весь день она строила мне глазки, и пялилась на мою задницу. Я, в сою очередь, тоже поедал ее взглядом и, даже, ущипнул разок за ягодичную мышцу.

«Как же ее там звали?»

Тем временем, она закончила со штанами и принялась ласкать моего маленького офицера своим горячим языком.

– О, да, – блаженно простонал я. Медсестра буквально творила чудеса, отправив меня на седьмое небо. Помня о маниакальном желании местных девиц «залететь», буквально через несколько минут, я добавил: – Сейчас кончу.

Она выпустила мой прибор изо рта и подалась вперед. В свете фонарей, который пробивался через окна, я понял, что ошибся, это была не медсестра, а Хэлкерт. Видимо соскучилась.

Она хотела сесть на меня сверху, но я остановил её и сказал:

– У меня спина. Давай лучше раком.

Девушка не стала спорить, а встала на четвереньки. Я старался не торопиться и делать все как можно нежнее. Хэлкерт издала еле слышный стон. Мои руки скользили по ее бархатной коже. С каждой секундой дыхание девушки учащалось.

– Еще, еще, – вдруг простонала Хэлкерт. Сразу вспомнились её слова, о том, что ей плевать на удовольствие, она занимается сексом только чтобы залететь и отсрочить отправку на фронт. Но, теперь, девушка просила не останавливаться. Похоже, она начала получать от секса кайф, и причиной этому мое старание.

Воодушевленный этим обстоятельством, я напряг всю свою сущность, чтобы не кончить раньше Хэлкерт, но у меня не вышло. Ее шикарный минет сыграл злую шутку.

– Да, – довольно протянул я, извергая семя внутрь трепетного лона девушки. Она недовольно проскулила. «Старался, как мог, честное слово», – промелькнуло у меня в голове.

Глава 90

Медчасть оказалось для меня поистине райским местом. Хэлкерт приходила каждую ночь, и мы трахались как кролики. Сто пудово, эта бабенка конкретно на меня запала. Вот только я не мог ответить тем же. У меня из головы не выходила медсестра. Уж очень мне хотелось забраться к ней в трусики.

Но возможности так и не представилось. Две недели пролетели чертовски быстро и меня выписали. Спина зажила, правда не так хорошо как хотелось бы – резких движений я еще делать не мог, не разбередив ран. Жаль, конечно, что с медсестрой ничего не выгорело.

Из медчасти, я направился к своему новому бараку, где располагался первый взвод. В памяти всплыл тот день, когда я впервые входил в барак шестого взвода и встреча с Дилкиным. Да, время летит неумолимо.

У входа в барак нес вахту курсант. Заметив меня, он вытянулся по струнке, отдал мне честь и произнес:

– Здравия желаю, ваш бродь!

– Вольно, – кивнул я, проходя мимо.

Время было обеденное. Весь взвод находился внутри и расслаблялся перед вечерними тренировками. Кто-то курил, в нарушение устава; кто-то, похрапывая, спал; четверо, в дальнем углу играли в карты, что тоже было не по уставу.

«Ну и бардак они развели», – пронеслось у меня в голове.

– Взвод, стройся! – рявкнул я.

Картежники округлили от удивления глаза и уставились на меня как на идиота. Тот, что курил, торопливо затушил окурок и бросил под кровать, но никто и не подумал выйти в проход и построиться.

– Вы, что, со всем страх потеряли, троглодиты?! – выкрикнул я еще громче, стараясь быть грозным и суровым.

– Завали пасть! – пробасил кто-то у меня за спиной.

Я развернулся. На кровати у окна, на самом козы́рном месте в бараке, лежал мордоворот. Лицо у него было наглым и неприятным, а взгляд тяжелым и пронзительным.

– Ты кто такой? – спросил он.

– Кершиф, новый командир этого взвода!

– Шел бы ты отсюда, пока цел, командир, – ухмыльнулся мордоворот.

– Встать! – взревел я не своим голосом.

Курсант неторопливо сел, достал из тумбочки пачку сигарет. Закурил. Встал, так же неторопливо подошел и, затянувшись, выпустил мне в лицо сизую струю дыма.

В этом мире превыше всего ценили, уважали и понимали только грубую силу. После демонстративного презрения и неповиновения от мордоворота, мне оставалось только два варианта: развернуться и с позором уйти или принять вызов.

Я выбрал второе и без особых расшаркиваний ударил здоровяка ногой в промежность. От неожиданности он крякнул, схватился за ушибленное место и простонал:

– Сука…

Тут же мой кулак врезался в его челюсть. Мордоворот распластался на полу.

– Ты покойник, – прорычал он.

Действительно, если позволить ему подняться на ноги, мне с ним не справиться. Тогда, я решил ему добавить. Подлетел и, что было сил, ударил ногой по лицу. Брызнула кровь, выскочили несколько зубов, а сам здоровяк обмяк и распластался на полу без движения.

Все это время, остальные молча смотрели за происходящим.

– Вы двое, оттащите этот кусок говна в медчасть! – рявкнул я, на ближайших к себе курсантов. Те переглянулись, подскочили к мордовороту, кое-как приподняли его под руки и поволокли к выходу из барака.

– Ну?! – продолжал я, окинув взглядом оставшихся, – Я, что-то непонятное сказал или есть еще желающие оспорить мой авторитет?! Стройся!

Курсанты тут же построились в проходе, вытянувшись по струнке.

Глава 91

До следующего тестового боя, было немногим меньше месяца. Я очень хотел показать сержанту и полковнику, что они не зря сделали меня командиром первого взвода. Для этого, мой взвод должен стать самым лучшим в учебке.

Мы тренировались от рассвета до заката. Я требовал от курсантов полной отдачи нашей общей цели, будь то марш-бросок, стрельба, форсирование реки или штурм укрепления.

Я поднимал их среди ночи и гнал за десять километров, в полном боевом облачении, на дальнее стрельбище, оттачивать меткость.

В общем, через две недели мой отряд ненавидел меня так сильно, что когда я ложился спать, нашел у себя под кроватью мину. Хорошо, что эти идиоты, подключая детонатор, перепутали провода и мина не сработала.

– Тупорылые ни на что неспособные олухи! Всем встать! – рявкнул я, войдя в барак. Курсанты вскочили с кроватей и построились в проходе. Размахивая миной у них перед носами, я продолжил: – Вы даже мину не смогли нормально заложить! А если бы не перепутали провода запала, то заряда хватило бы чтобы подорвать не только меня, но и весь наш барак, да и соседние тоже! На плац, бегом марш!

Впаяв своим дурачкам по пять сотен отжиманий, я послал их в трусах и майках на кросс.

– И если я увижу, что кто-то из вас, придурков, сбавляет темп, буду стрелять! – прокричал я им вдогонку.

– Воспитываешь? – улыбаясь, спросила подошедшая ко мне Хэлкерт.

– Ага.

– Они, правда, мину тебе подложили.

– Подложили.

– Рапорт будешь писать?

Если я доложу об этом начальству, всех виновных ждет порка и, если повезет, штрафбат. В худшем случае их повесят. Это мне было не выгодно.

Я улыбнулся и, молча, покрутил головой, а сам думал лишь о том, что делать с Борлисом, тем самым мордоворотом, которого я две недели назад отправил в медчасть. Завтра его выписывали.

* * *
Из всего множества вариантов, которые я перебрал в голове, самым бескровным, для меня и Борлиса, было договориться. Но мордоворот вряд ли станет меня слушать, после того, как я исподтишка врезал ему по бубенцам. Тогда я решил прибегнуть к излюбленному во многих мирах средству, которое улучшало коммуникабельность, даже между неприятелями – спирт.

В этом мире его гнали из синих корнеплодов очень похожих на моркву, только крупнее.

День прошел как обычно: тренировки, прием пищи и отбой. Мордоворот пришел на тренировку, как ни в чем не бывало, отдал честь, цокнул каблуками и доложил по уставу:

– Здравь желаю ваш бродь. Курсант Борлис готов продолжить обучение.

– Очень хорошо, – кивнул я, – встаньте в строй.

Мне на мгновение показалось, что здоровяк не держит на меня зла, но когда наши глаза встретились, и я увидел в них звериную ненависть, понял: если посчастливится, после отбоя меня ждет очень суровый разговор. А, если, нет… Даже думать не хотелось об этом.

* * *
Я сидел на кровати у себя в комнате и ждал мордоворота. Для серьезного разговора было все готово: на столе стояла бутылка с самогоном, вареные клубни, тарелка со свежими овощами, банка солений и шмат сала. Правда, местное сало только отдаленно можно было так назвать, но кольцо-полиглот переводило его название как сало.

По учебке разнесся заунывный вой горна, сигнализирующий всем о наступлении отбоя. Почти сразу же из коридора донесся топот, нескольких ног.

«Ну, понеслась», – подумал я. На всякий случай достал из тумбочки заточку, которую не так давно сделал из напильника, и положил ее под подушку, а сам принял как можно более непринужденную позу.

Дверь в мою комнату бесцеремонно открылась. Внутрь ввалились несколько курсантов во главе с Борлисом. Увидев накрытый стол и меня, вальяжно раскинувшегося на кровати, они на мгновение «зависли».

– Посмотри-ка на него, Бор, лежит! Пади нажрался уже! – воскликнул Кройчек, тощий паренек с бледным конопатым лицом и торчащими ушами. – Вставай скотина, хана тебе! – с этими словами, он шагнул вперед, протянув ко мне руку.

Я выхватил из-под подушки заточку, приставил ее к горлу курсанта и, как можно суровее прорычал:

– Еще шаг, паскуда, и у тебя в голове появится еще одна дырка!

Кройчек так и замер с открытым ртом. Какое-то мгновение похлопал глазами, после чего отступил к остальным, спрятавшись за широкой спиной мордоворота. Между тем, здоровяк стоял как вкопанный и не сводил с меня взгляд, словно хищник, который готовится к броску.

– Борлис, поговорим? – предложил я. Потом кивнул на курсантов за его спиной и добавил: – Без шелупони.

Мордоворот немного поиграл желваками, обдумывая мое предложение.

– Пошли вон, – рыкнул он на своих приспешников.

– Бор, ты чего? Слушать его удумал? – возмутился Кройчек.

– Я тебе ща нос в голову затолкаю! – рявкнул здоровяк. Курсанты тут же выскочили из комнаты, закрыв за собой дверь. – Ну, говори, – сказал мордоворот.

– Предлагаю, для начала накатить по стопочке, так сказать для улучшения понимания, – предложил я, поднимаясь с кровати.

– Наливай, – кивнул Борлис…

После трех стопок мы с мордоворотом уже болтали как закадычные друзья и, я облегченно вздохнул: «Вроде бы получилось». После пятой, мы обнялись, не понимая как это у нас, таких замечательных и правильных мужиков, могло не заладиться сразу с первой встречи…

Глава 92

Первые проблески сознания меня посетили, когда еще было темно и холодно. Я попытался накрыться одеялом, но его нигде не было. Тогда, мне пришлось свернуться калачиком…

«Твою мать, почему я лежу на холодном бетонном полу? Еще и голый?» – пронеслось в моей голове. Но жесткий бадун не оставил мне другого выбора, кроме как забить. Меня вырвало, и я вновь отрубился.

– Кершиф, хренов ты дебил! Совсем что ли из ума выжил?! – разбудил меня злобный рев сержанта Вирнуда.

– Не так громко… пожалуйста… – икая простонал я, – голова се… час лоп… ент… ло… – поняв, что у меня не получится выговорить это слово, я отчаянно махнул рукой.

– Встать!

– Простите сержант… не могу… вин… ват… нажрался…

– Вы двое, отнесите в карцер этого урода! – приказал кому-то Вирнуд.

Меня взяли под руки и поволокли.

По дороге в карцер я еще несколько раз блеванул, уделав обувь парням, которые меня тащили. За это они обложили меня трехэтажным матом, отвесили несколько затрещин, а после, довольно грубо швырнули на холодный пол карцера.

* * *
Какое-то время спустя, моя голова прояснилась, но бадун все еще не отпускал из своих цепких лап.

– Что же так хреново-то? – простонал я, забившись в угол.

Не знаю от чего мне было хуже, от того что вчера перепил или от того, что я все просрал. Борлис меня перехитрил, напоил и подставил. Одним словом: поимел. После того, как меня нашли на плацу голого и пьяного в дупелину, мне светило только одно – штрафбат.

Когда меня окончательно отпустило, я понял, что дико хотел жрать. Еще, от меня разило словно от кучи говна. Но меня никто не торопился выпускать. Таким образом, вскоре, я готов был убивать ради еды и душа, пусть даже холодного.

– Эй! – не выдержал я и ударил несколько раз ногой по металлической двери, чтобы позвать дежурного. Никого. Тогда, я стал кричать и молотить ногой в дверь. Вскоре, окошко в двери открылось.

– Чего шумишь? – донесся из него недовольный голос.

– Браток, жрать хочется. Сдохну сейчас.

– Ты же знаешь, не положено.

– Ну, может…

– Совсем умом тронулся? – усмехнулся дежурный.

– А, время-то сейчас сколько?

– Скоро полночь, – после этих слов, дверное окошко захлопнулось.

Следующим утром, дверь карцера со скрипом открылась, и дежурный сухо произнес:

– Курсант Кершифф, на выход!

– Куда меня?

– Сейчас увидишь! – оскалился он. – Шагай, давай!

* * *
– Вирнуд, что за бардак ты развел?! Это до какой степени должны были оборзеть эти уроды, чтобы вот так нажираться? У нас война! – орал на сержанта полковник Дроффк. Меня как раз в этот момент завели в кабинет. Вирнуд и Борлис, вытянувшись по струнке стояли перед полковником и выслушивали от него нагоняй.

Переступив порог, я отсалютовал начальству, потом доложил:

– Ваш бродь, курсант Кершиф прибыл по вашему приказанию.

– Ты не курсант, ты гавно! – рявкнул он в ответ. – А, ты, чего стоишь, молчишь?! – обратился он к мордовороту, – Сколько раз я тебе говорил прекратить?! Если ты мой племянник, это не значит, что ты можешь лежать на кровати и ничего не делать!

«Вот это номер, получается Борлис у нас блатной», – отметил я про себя.

– Так, эту вашу хрень нужно прекратить! Ты набил ему морду, ты его подставил! Все! Квиты! – закончил Дроффк.

– Ваш бродь, разрешите? – обратился к нему Вирнуд.

Тот кивнул.

– Не думаю, что точку в споре следует ставить таким образом. Эти два дигрота повели себя недостойно для солдат Союза и за это должны понести наказание.

– Ты хочешь всыпать им плетей?

– Само собой, но не в этот раз. Этот спор, нужно решить согласно законам солдатской чести и доблести.

– Ты про дуэль? – спросил полковник, приподняв одну бровь.

– Так точно, дуэль.

* * *
– Уф, хорошо, – довольно выдохнула Хэлкерт, когда мы закончили. Она бухнулась на кровать рядом, обняла меня и добавила: – Рассказывай, что там было у полкана в кабинете?

Я, вкратце, изложил ей суть разговора с Дроффком, Вирнудом и мордоворотом.

– Дуэль? – усмехнулась Хэлкерт.

– Ага.

Девушка приподнялась, взглянула мне в глаза и добавила: – Это что-то новенькое. Обычно, между курсантами такого не допускают.

– Борлис племянник Дроффка.

– Да ладно? Тогда понятно, – она легла мне на плечо и продолжила: – Наверняка выберут спарринг или что-то еще, в чем он хорош, чтобы не дать тебе шансов на победу.

– Думаешь?

– Ну да…

– К чему вся эта показуха? Им проще отправить меня в штрафбат, без особых проволочек или повесить, как хотели.

– Не знаю, – пожала плечами Хэлкерт, – я просто думаю вслух.

– Такие мысли не способствуют поднятию боевого настроя, – проворчал я.

– Ну, извини, – она приподнялась и поцеловала меня…

Глава 93

Дуэль была назначена на полдень. Местом выбрали старый плац. Он находился в паре километров от учебки. Когда-то это тоже была военная часть, в которой готовили солдат, но ее разбомбили квальтийцы. Теперь, это покрытые сажей руины.

Я пришел точно в условленное время. Сержант Вирнуд и мордоворот Борлис, уже ждали. Мы прошли через руины учебки на старый плац. Там почти у самого прохода стоял стол, накрытый покрывалом.

– Итак, начнем! – с этими словами Вирнуд стянул с него покрывало, открыв две винтовки и два запасных магазина. – У каждого будет по восемь выстрелов, – продолжал сержант, – кто наберет больше очков, тот и победил.

– Очков? – удивился мордоворот. – Мы будем стрелять не боевыми патронами?

– Патроны как раз боевые, а вот цели, – Вирнуд показал на мишени, – ваши цели вон там.

– Но, разве это дуэль? – проворчал я, недовольный тем, что меня лишают возможности отомстить Борлису.

– У нас война, каждый боец на счету! Вы бы лучше так врагов били, как друг друга! Взяли стволы и бегом на огневой рубеж!

Первым жребий выпал стрелять мордовороту. Он взял винтовку, передернул затвор и и подошел к рубежу. В его роли выступала доска, которая лежала на двух табуретках, у кромки плаца. Мордоворот стрелял быстро и очень метко. Он разрядил магазин, всадив две пули в «яблочко», а две в девятку.

– Отличная стрельба, – похвалил его сержант, – тридцать восемь очков, – добавил он, выводя на доске мелом цифру напротив имени моего соперника. – Кершиф, твоя очередь.

Я взял винтовку, подошел к рубежу, прицелился и нажал на спусковой крючок…

– Неплохо, – кивнул Вирнуд, после того как патроны в моей обойме закончились. – Тридцать семь, – добавил он, сделав на доске соответствующую запись.

Что тут скажешь? Мордоворот стрелял явно лучше меня.

– Борлис, пошел, – скомандовал сержант.

Опустошив второй магазин, здоровяк намолотил еще тридцать девять, лишь одна его пуля попала в «девятку».

«Блин, даже если я всю обойму уложу в „яблочко“, будет только ничья. Мордоворот настоящий снайпер», – пронеслась у меня в голове пораженческая мысль.

Выйдя на огневой рубеж, я собрался и выстрелил – десятка.

«Отлично! Главное, не расслабляться!»

Выстрел и снова «яблочко».

Я выдохнул. Еще чуть-чуть.

Третий выстрел…

– Твою мать, – проворчал я, недовольный тем, что попал в девятку.

«Ну, еще один выстрел, нужно бороться до конца».

Четвертая пуля попала в девятку.

– Тридцать восемь! – констатировал сержант. – Ну, что? Со счетом семьдесят семь – семьдесят пять, победил курсант Борлис!

Я проиграл, а это значило, что не командовать мне больше взводом…

* * *
В тот же день, после отбоя, сержант Вирнуд позвал меня к себе. Я думал, что он будет меня чихвостить за просранную дуэль. Вопреки моим ожиданиям, сержант начал с похвалы:

– Ты отлично сегодня стрелял, курсант.

– Спасибо, – ответил я, не веря своим ушам.

– Полковник Дроффк, решил оставить тебя командиром первого взвода.

– Как? – вырвалось у меня от удивления. – А, Борлис? Он же победил…

– Этот увалень начал двигаться, только когда ты замаячил на горизонте. Если у него не останется конкурентов, он опять расслабится. Так, что, ты не только командир взвода, но и ответственный за перевоспитание курсанта Борлиса, – улыбнулся Вирнуд.

«Вот тебе раз! Не было печали…» – подумал я, не зная, радоваться или нет, услышанному.

Глава 94

После всех перипетий, которые начались с моим появлением, жизнь в учебке устаканилась. Начались стабильные будни согласно штатному расписанию: физические тренировки, упражнения в стрельбе, теория военного дела и тому подобное. Я упорно готовил свой взвод к отпраке на фронт. Это днем.

А, по ночам, пользуясь привилегиями командира и отдельной комнатой, я занимался любовью с Хэлкерт.

Стабильная и однообразная жизнь меня успокоила. Но в мире, где десятилетиями тянется война, это иллюзия. Месяц спустя, во время разминки, после утреннего кросса, меня вызвали к полковнику Дроффку. Оставив Борлиса за старшего, я велел продолжать занятия как обычно и отправился в главный корпус, там на втором этаже находился кабинет полковника.

«Интересно, что на этот раз? Жаловаться, вроде бы, на меня некому. Все бюрократические моменты я чту, отчеты пишу и сдаю своевременно. Дисциплина не хромает…» – гадал я по дороге.

У входа в главный корпус стояла машина угольно-черного цвета. В моей голове сразу же возникли ассоциации с эпохой репрессий в СССР. Такие машины у нас называли «воронок».

«Нашел все-таки, – подумал я, вспоминая визит Танкреда в госпиталь. – Прикинуться гебешником, вполне в его стиле. Что же делать? – я замер прямо перед входом. – Бежать? Далеко не уйти… А, может, это и не он, а местные?

Ладно, что они мне могут предъявить? Шпионаж в пользу Квальтийской империи? Запросто. А, за это, расстрел… Какие у них доказательства? Только мое внезапное появление: ни документов, ни знакомых, но это еще не значит, что я шпион. Память мне могло отшибить после контузии, а все знакомые могли погибнуть, война все-таки…»

Прикинув варианты, я решил рискнуть и шагнул вперед. На ватных ногах поднялся на второй этаж, постучав в дверь Дроффка, и приоткрыв ее, спросил:

– Вашбродь, разрешите войти?

– А, Кершиф, проходи, проходи, садись, – полковник расплылся в улыбке, указал мне на один из стульев за своим столом и, когда я сел, продолжил: – Дело такое, на следующей неделе стартуют совместная аттестация, в которой примут участие три учебных части. Среди них наша. По решению руководства, мероприятие будет проходить у нас. Так же прошел слух, что по её итогам, худшая будет расформирована, в целях экономии и оптимизации бюджета.

«Он один или нет? Где хозяин воронка?»

Я слушал его в пол уха. Все мои мысли крутились вокруг воронка и тех, кто на нем приехал. В кабинете были только мы двое.

– Ты у нас, в этом году, лучший командир, – продолжал Дроффк, – так что я решил возложить судьбу нашей части на твои плечи.

Он закончил и ждал от меня реакции.

Я, смотрел в пустоту, нервно стучал пальцем по крышке стола и гадал, к кому могли зайти сыскари.

– Кершиф, может, скажешь что-нибудь?

– Вашбродь, а что за машина стоит у входа?

– Машина? – не понял полковник.

– Ага, черная такая.

Он встал из-за стола и подойдя к окну, выглянул на улицу.

– А, это наш казначей, наконец-то выбил себе новую. Его старый…

Дальше я уже не слушал. Облегченно вздохнув, я сталвспоминать, что там говорил полковник о совместной аттестации…

Глава 95

– Я слышал, на таких аттестациях частенько присутствуют разведчики и гвардейцы, присматривают пополнение для своих рядов, – сообщил Менчич, широкоплечий и статный парень, словно с обложки модного журнала.

– Да, неплохо было бы попасть в гвардию, – мечтательно произнесла Контек, по телосложению она была такая же мужиковатая, как и моя Хэл, только на пол головы выше, не такая широкоплечая и могла из винтовки попасть в «десятку» со ста метров.

– Закатай губу! Баб туда не берут! – усмехнулся Глонцоф, он считался самым хилым в моем взводе, зато был очень головастым и разбирался практически в любой технике.

– Даже если и так, у меня шансов явно больше! – ответила ему девушка.

Все дружно расхохотались.

– А, я слышала, учебка Скарвилля показывает лучшие результаты на протяжении трех лет подряд, – сказал Дейтин, закончив подтягиваться.

– Вот бы посмотреть на них в деле, – задумчиво ответил я, сложив руки на груди.

Вряд ли бойцы из других частей окажутся такими же легкими соперниками, как мои сокурсники из других взводов. К нам пришлют лучших курсантов из Скарвилля и Мад-Роффа. Нам придется, как следует попотеть, чтобы одолеть их.

* * *
Усиленные тренировки, оттачивание навыков ведения боя на пересеченной местности, стрельба, владение холодным оружием и, конечно же, единоборства. Я требовал от своих ребят, чтобы они умели биться всем, чем придется: камнями, палками, арматурой и даже костьми животных. Чтобы умели сделать оружие из всего, что попадется: лук и стрелы, каменный топор, копье или кастет. Моему взводу не должно быть равных на поле боя.

Неделя пролетела на одном дыхании.

И, вот, настал день первого боя, а их планировалось четыре: три – один на один, одно очко за победу, а четвертый, финальный бой – все против всех, одно очко за победу над одной командой соперников, три, если взвод победит обе команды противников.

Наш жребий выпал так, что гости бились первыми.

«Отлично, – довольно подумал я, когда вытащил белый камень, – теперь, я смогу оценить их умения перед встречей».

За происходящим на полигоне можно было наблюдать всем желающим в специальной аудитории, в которой висели несколько экранов, для трансляции боя.

Правила не запрещали смотреть, так что я получил у Дроффка «добро» на присутствие в аудитории всего взвода.

– Нам-то это зачем? – проворчал обалдуй Борлис, когда мы всеми шли по коридору. – Наша задача, четко выполнять приказы, а остальное не волнует.

– Верно, – кивнул я. – Ты уже получил приказ: изучать тактику и повадки соперников. Вопросы есть?

– Никак нет, вашбродь! – отчеканил тот.

В аудитории собралось немало желающих посмотреть на состязание наших гостей, в том числе и начальники учебок.

– Кто вам разрешил здесь находиться?! – увидев нас, воскликнул один из гостей с нашивками полковника.

– Правила аттестации этого не запрещают, вашбродь, – ответил я.

– Что?! Выскочка! Выпороть его! – взбеленился тот.

– Успокойтесь Олвинн, у Кершифа и его взвода, есть официальное разрешение на присутствие в этой аудитории, – подключился к разговору Дроффк.

– Но это нечестно по отношению к другим участникам! – стоял на своем полковник Олвинн.

– Почему? Правила этого не запрещают.

– Так никто никогда не делал!

– Это еще не значит, что так нельзя, – покрутил головой Дроффк, – а, вот, тот факт, что Кершиф первым до этого додумался, говорит о многом.

– Знаете что…?

– Хватит, Олвинн, – перебил его полковник из учебки Скарвилля. – Дроффк прав, правила не запрещают присутствовать участникам в этой аудитории. Лучше уделите внимание своим воспитанникам, чтобы они соображали так же хорошо, как и этот курсант. Так держать, сынок!

– Спасибо, вашбродь! – я щелкнул каблуком и отдал честь.

– Если вопрос исчерпан, предлагаю начать, – улыбнулся Дроффк, явно довольный тем, как я блеснул перед его коллегами.

* * *
За окном стояла поздняя ночь. Мы с Хэл находились в моей комнате и только-только закончили соитие. Тяжело дыша, она легла рядом и, положив голову мне на плечо, произнесла:

– Ты так ничего и не сказал, как тебе гости?

– Ты про утренний бой?

– Угу.

– Что тут скажешь? – пожал я плечами. – Скарвы красиво уделали Мадров. Думаю, Мадры нам вовсе не соперники, а вот подопечные полковника Индикта, оказались лихими ребятами, надо будет хорошенько подумать, как их одолеть.

Кстати, сегодня в аудитории, Олвинн чуть ли не в пляс пустился, когда его взвод завладел знаменем соперников. Скарвы применили довольно хитрую тактику: навязали бой, убедили противника в своей слабости и те, думая, что победа у них в кармане, бросили в атаку все силы, оставив свое знамя без охраны.

«Опрометчиво, очень опрометчиво, даже глупо», – в тот момент подумал я.

И оказался прав. Двое скарвов сидели в засаде, буквально в пятидесяти метрах от флага.

Вывод прост: ни при каких условиях не оставлять наше знамя без охраны!

– Ты придумал? – спросила Хэл, прерывая мои размышления.

– В процессе.

Она подалась вперед и поцеловала меня, давая понять, что хочет еще раз предаться близости.

– Нам завтра рано вставать, – заметил я.

– Ну, еще разочек, – стала канючить девушка. Забравшись на меня, она принялась целовать мою грудь. Разве можно тут отказать?

Глава 96

Всю неделю мы усиленно тренировались для встречи со Скарвами. Полдня на полигоне, перерыв пару часов и дальше по старой схеме: тир, тренажерка, спарринги.

Время пролетело чертовски быстро.

И, вот, пришло время блеснуть. Над полигоном разнесся звук пушечного залпа – сигнал к началу боя.

– Борлис и Менчич, вы охраняете флаг! Кровь из носу, но не позволить противнику его получить!

– Так точно, вашбродь! – отчеканили они в один голос.

Я повернулся к остальным и начал:

– Значит, план таков…

Закончив постановку боевой задачи, я добавил:

– Вперед!

* * *
Вместе со мной шли Контек и Глонцоф. Мы пробирались вдоль левого края. Кругом стояла пугающая тишина – после начала прошло минут пятнадцать, а по-прежнему не прозвучало ни единого выстрела.

– Давайте-ка не будем торопиться, – сказал я, заметив впереди металлический остов автобуса. – Подождем немного.

Мы забрались внутрь остова и затаились.

«Они либо заняли выжидательную позицию и сидят в засаде, – размышлял я. – Либо как и мы, украдкой пробираются к нам в тыл».

– Смотрите, – вдруг прошептал Глонцоф.

Мы с Контек аккуратно подошли к нему и выглянули наружу.

Метрах в тридцати от нас шел скарв. Один.

– Он совсем не прячется, даже, кажется, что наоборот, подставляется, – заметила Контек.

– Точно, – кивнул я, – на живца ловят, хитрецы.

– Что делать будем?

– Надо подумать.

«Все зависело от того, видели они нас или просто, пустили одного вперед, чтобы при встрече с ним мы обнаружили себя, тут-то остальные нас и накроют». В итоге, я ответил:

– Давайте подождем.

Скарв-приманка прошел, а следом за ним, минут через пять-шесть, показались еще трое.

– Вот они, красавцы, – оскалился я, довольный, что не попался на их удочку.

– Всего трое, мы влегкую перебьем их, – прошептал Глонцоф.

«Стоит ли высовываться? Если они пройдут, мы сможем двинуться дальше к их флагу, но и пускать четверых скарвов к себе в тыл, совсем не хотелось…»

– Ваш бродь, скорее, они вот-вот уйдут, – поторопил меня Глонцоф.

– Давайте завалим их, – вскинув винтовку, приказал я.

– Мой здоровяк, – забила себе цель Контек.

– Тогда, я беру тощего.

– Вы, главное, не промажьте, – усмехнулся я, взяв на прицел третьего. – На счет три…

Мы шмальнули разом из всех трех стволов, не оставив скарвам ни малейшего шанса.

– Глонц, разберись с четвертым и догоняй. Кон, выдвигаемся дальше!

* * *
Итак, все шло просто замечательно! Пусть и обнаружив себя, но выведя из боя четырех скарвов – в Глонцофе я не сомневался – мы продвигались дальше. Миновав около сотни метров по пересеченной местности, я и Контек наткнулись на пустой дот. В нем и затаились.

Впереди, метров на тридцать протянулся открытый участок, а за ним траншея.

– Хорошее место для засады, – констатировал я, изучая местность из нашего укрытия.

– Думаешь?

– Ну, уж я непременно оставил бы в той траншее одного бойца.

– Тогда, в обход?

– Не знаю.

«Сколько там может засесть? Один-два? – потирая подбородок, размышлял я. – Кому-то надо еще и в наступление идти, а их и без того осталось шесть. Пусть двое охраняют флаг, значит, остается четыре человека…»

– Я пойду вперед, буду приманкой…

– Нет.

– Не спорь! Если там один-два бойца, снимаешь их, дожидаешься Глонца и продолжаете продвигаться к штабу. Если их там больше, значит, нужно навязать им бой и продержаться максимально долго, чтобы остальные взяли штаб. Ясно?

– Так точно, ваш бродь!

– Вот и славно! – с этими словами я выдохнул, выскочил из дота и, пригнувшись, побежал вперед, в сторону траншеи. Чем ближе она становилась, тем сильнее мне казалось, что вот-вот из нее покажется скарв и выстрелит. Я был готов в любой момент отскочить в сторону и прижаться к земле.

Но ничего не произошло. Преодолев открытый участок, я оказался в траншее. Она была пуста.

«Вот и хорошо, а то сейчас бы в обход поперлись», – пронеслось у меня в голове.

Я дал Контек сигнал, что можно спокойно покинуть дот.

Преодолев пустырь, она ловко соскочила в траншею.

– Никого?

– Ага, скорее всего, остальные пошли по другому флангу. Главное, чтоб наши не подвели.

– Не подведут… Гляди-ка, Глонц, – улыбнулась Контек, показывая на приближающегося со стороны, дота нашего соратника.

– Давай быстрее! – поторопил я его, а, когда он спустился в траншею, спросил:

– Все четко сделал?

– Так точно, ваш бродь, – улыбнулся Глонцоф.

– Тогда, выдвигаемся! – с этими словами, я собрался выбраться из траншеи, как вдруг, метрах в пятнадцати от нас, вверх устремился пласт земли и, перед нами возник скарв с парой пистолетов в руках. Прежде чем мы успели что-то предпринять, он, тремя меткимивыстрелами вывел нас из игры…

Глава 97

– Ты все просрал! Тупорылый баран! Кретин недоразвитый! – брызжа слюной орал на меня Дроффк. После нашего поражения, он в буквальном смысле рвал и метал. – Как?! Как можно было попасть в такую детскую ловушку?!

После того, как сидевший в засаде скарв-одиночка, вывел из игры меня, Контек и Глонца, все пошло кувырком. Другая наша группа облажалась похлеще нашего – угодив на скарва-приманку. Их перебили как слепых щенят, без потерь. Таким образом, Менчич и Борлис остались вдвоем против шестерых. У них не было шансов.

Хотя Дроффк и отметил, что они бились как львы, легче от этого не становилось – мы проиграли!

Нам предстояли еще две недели упорных тренировок. Я должен был взять реванш у скарвов. Победив обоих гостей в финальном бою, мы получим три очка, что выведет нас на первое место.

– Вашбродь, у нас еще есть шанс…

– Молчи! Думаешь, я не понимаю! Только потому, что у нас еще есть шанс, ты и твои дебилы не на передовой! Только попробуй у меня облажаться с мадрами!

От итогов этой аттестации зависело в какую часть фронта нас закинут. Бездарных олухов, чаще всего, использовали как пушечное мясо, тех же, кто показал себя, как правило, через какое-то время направляли в академию, из которой они уже выходили офицерами. А офицерские погоны это совсем иная жизнь.

Что уж говорить о победителях?

* * *
Было немногим за полночь. Лежа в кровати, я перебирал различные сценарии, по которым придется действовать, на финальной битве «все против всех». Предстоящий через неделю выход против мадроф, я всерьез не воспринимал – они нам не соперники. А, вот, скарвы, оказались куда круче, чем я думал. Нужно было не только учесть ошибки, сделать выводы и придумать новый план, а еще не дать скарвам завладеть флагом модроф раньше нас.

Вдруг скрипнула входная дверь.

– Кто там? – приподнявшись, прошептал я.

– Хэл.

– Не спится?

– Ага, – раздеваясь, прошептала девушка. – Я решила, что после поражения, тебе это не помешает, – с этими словами она прыгнула ко мне под одеяло…

* * *
Меня разбудил вой сирены. За окном было еще темно.

«Внеплановая проверка?» – одеваясь, подумал я. И тут же стал прикидывать готовность своих ребят показать хороший результат…

– Я только заснул! – выходя из барака проврчал Глонцоф.

– Надо меньше дрочить! – расхохоталось шедшая за ним Контек.

– Злобная ты сука!

– Я в курсе!

Когда все курсанты построились на плацу, вокруг трибуны, на нее вышел полковник Дроффк и нарочито официальным тоном произнес:

– Немногим больше часа назад, силы Квальтийской империи прорвали Моллвилльский фронт и, теперь, идут прямо на столицу!

По стройным рядам курсантов прокатилась волна негодования.

– Командование, во что бы то ни стало, хочет остановить врага! – продолжал полковник. – Поэтому, было решено перебросить весь наш состав на оборону столицы! Поздравляю дети мои! Теперь, вы настоящие солдаты!

Новоиспеченные бойцы дружно отозвались приветственным кличем.

«Вот тебе и внеплановая проверка», – расстроено подумал я.

Глава 98

Вирнуд одобрил мое заявление с просьбой направить наши с Хэлкерт взводы в одну бригаду. Нас приписали к 102-й пехотной бригаде 4-го полка Моллвилльского фронта, под командованием полковника Курфетта. Идеально! Единственный минус заключался в том, что мы летели на фронт, а там нас могли убить в любой момент.

Все получили один и тот же приказ: «Стоять на смерть. Не уступить врагу, ни пяди нашей земли!» Нам предстояло высадиться на передовой, в самом, что ни на есть пекле.

Когда мы подлетали, начало светать. В иллюминатор, далеко впереди, виднелись стройные ряды квальтийцев, наступающих на Моллвилль и реющие над ними триколоры.

Мое внимание привлекли громадные танки, размером не меньше двухэтажного дома. Их было около дюжины. Это были настоящие самоходные крепости с толстой броней и огромными пушками. Они медленно, не обращая внимания на траншеи, артиллерию, окопы или противотанковые заграждения, продвигались вперед.

– Хэл, глянь-ка сюда! Что скажешь?

Она подошла и, выглянув в иллюминатор, выругалась.

– Наши мысли сходятся, – улыбнулся я.

– Издеваешься? – сердито оскалилась она. – Эти громадины проедут по нам и даже не заметят. Нам их не остановить.

Хэлкерт права, против этих громадин, ни у нас, ни у всех, кто пытался удержать фронт, выстоять шансов не было. Абсолютно… Нас к такому не готовили.

Но, тут, меня словно током ударило…

– Как думаешь, может нам проявить инициативу и посмотреть, на одну из этих хреновин вблизи? – произнес я.

Хэл пристально взглянула мне в глаза, чтобы понять, не шучу ли я, после чего произнесла:

– Вблизи их пушки откажутся бесполезными.

– Именно.

– Слишком рискованно, они собьют нас на подлете. Да и летуны откажутся!

– Брось, эти дуры жутко неповоротливы и медлительны. Нам всего-то нужно подлететь к одной из них и высадиться на крышу, а если пилоты откажутся, подключим к решению вопроса Олктиса и Борлиса!

– Думаю, это того не стоит, – покрутила головой Хэлкерт, – но мне чертовски хочется попробовать!

Она угадала, пилоты отказались ослушаться приказа командования. Тогда я подключил к делу наших здоровяков. Они выкинули летунов из кабины. Не за борт, нет! В салон. Очкарик Уицлер знал, как управлять воздушной посудиной – этот ушлый тип умудрился проучится целый месяц в летной академии, пока его оттуда не турнули из-за плохого зрения.

– Так, вызови-ка мне летунов, которые везут скарвов и мадров. Думаю, они не откажутся от этого веселья, – сказал я, усевшись в кресло второго пилота.

* * *
На большой скорости мы чудом проскочили под обстрелом и зависли над одним из танков. Очкарику с трудом, но удалось выполнить мой приказ. Двигатели «вонючки» натужно ревели и чадили, а саму машину бросало из стороны в сторону.

– Все на выход! – приказал я и бойцы, с боевыми кличами, стали выпрыгивать из паролета.

На тросах мы высадились на крышу громадины, которая продолжала двигаться. Тем временем, соседние танки, открыли огонь по «вонючке».

– Пилвер, скажи ему уводить машину! – велел я связисту.

– Уицлер, прием! Уводи машину! Как слышишь меня?! Уводи машину! – передал очкарику связист.

Паролет стал набирать высоту, как вдруг, в него попал один из снарядов. Из «вонючки» клубами повалил черный дым, она закрутилась вокруг своей оси и стала резко снижаться.

– Уицлер, спасайся! – воскликнул я.

Несколько секунд спустя, машина упала на квальтийцев, метрах в ста от громадных танков. Раздался оглушительный взрыв. Тут же вокруг нас засвистели пули. Полтвер – глуповатый здоровяк, вскрикнул. Схватившись за кровоточащую рану в груди, он попятился и свалился с крыши. Он был добрым душевным парнем из сельской местности и одним из первых, кто принял меня как командира взвода.

– Квальтийцы! Ложись! – выкрикнул Дейтин – худощавый остряк и балагур, отличный следопыт и разведчик. Миг спустя его голову разворотила пуля.

Мы попадали, прижавшись к металлическому корпусу огромной машины.

Огонь велся из небольших дотов, которые возвышались метрах в пятнадцати от нас.

– Мы у них как на ладони! – перекрикивая стрельбу, констатировала Хэлкерт. – Кто поднимет голову, тот труп!

– Это да! – согласился я, думая как решить эту задачку.

– Они шмаляют из «хашек»! – вдруг подал голос Глонцоф. – Ближе трех метров у них слепая зона!

– Значит, подберемся поближе, – улыбнулся я. – Олктис, мы с тобой ползем и выносим гадов…

– Есть! – отозвался здоровяк.

– Остальные прикрываете нас! Борлис и Контек вы, как самые меткие смотрите за флангами, чтоб ни какая паскуда не подкралась!

– Есть, валить паскуд! – улыбнулся мордоворот.

– Не подкрадутся! – кивнула девушка.

– Погнали!

Мы с Олктисом благополучно проползли отделяющее нас от дзотов расстояние и оказались в слепой зоне. Я сорвал с пояса одну из гранат, подскочил к бойнице и швырнул ее внутрь. Здоровяк сделал то же самое.

Один за другим прогремели два взрыва. Из дзотов клубами повалил черный дым.

– Вперед! – приказал я остальным.

Все вскочили и бросились в наступление. Несколько минут спустя, мы проникли в один из дзотов, взорвали люк в полу, который закрывал проход дальше, и, спустившись по лестнице, оказались внутри танка. Оставив пару бойцов в дзоте, чтобы никто не подкрался к нам сзади, мы двинулись дальше.

– Нужно найти главный узел, – прошептал я, аккуратно пробираясь по узкому коридору.

– Думаю, это будет не сложно, – улыбнулась Хэлкерт, – держу пари, он в конце этого коридора.

Вдруг, впереди возникли два силуэта. Они что-то выкрикнули и принялись по нам шмалять.

– В укрытие! – приказал я, и выстрелил.

Все бросились в рассыпную. Но Вирта и новичок из взвода Хэл, имени его я не знал, не успели, оставшись лежать на полу. Другой вскрикнул и, держась за простреленную ногу, отполз назад.

– Не давайте им высовываться! Менч, гранаты, – приказал я.

Тот кивнул, сорвал с пояса связку, взвел детонатор и швырнул дальше по коридору, туда, где укрепились квальтийцы. Все это время, мы вели плотный огонь, стараясь помешать им высунуться.

Прогремел взрыв.

– Не стрелять! – приказал я. – Кройчек, Глоницн, вперед!

Держа ружья наготове, они аккуратно прошли в конец коридора.

– Готовы! Все чисто! – сообщил Глонц.

Хэл не угадала. В конце коридора была вертикальная лестница, которая уходила вниз и вверх.

– Придется разделиться, – констатировал я.

Хэлкерт со своими ребятами направились вниз. Я с остальными вверх. Лестница вела к очередному металлическому люку.

– Взрывайте, – приказал я.

Небольшой заряд, выворотив замок люка и мы смогли подняться дальше.

Кройчек пошел первым. Откинув крышку люка, он закинул внутрь пару гранат и, после того как они рванули, полез дальше. Раздался выстрел, потом еще один.

– Ну, что там?! – выкрикнул, поднимавшийся следом Глонцоф.

– Все норм, раненых добиваю!

– Оставь кого-нибудь допросить! – прокричал я снизу.

– Тут есть контуженый офицер, а у этих двоих кишки наружу!

Поднявшись, я понял, что мы захватили командную рубку. В дальнем углу, в луже крови, лежали два трупа. Офицер, о котором упоминал Кройчек, сидел в другом углу и держался за голову. Его караулил один из бойцов.

– Ваш бродь, все чисто, рубка наша, – отрапортовал Глонцоф.

– Займись связью! Если получится связаться с нашими, вызови подкрепление! Скажи им, что мы захватили одну из этих громадин!

– Есть!

– Говорит машинный отсек, прием, – раздался из динамиков внутренней связи голос Хэлкерт.

– Кершиф на связи!

– Ваш бродь, жестянка наша!

– Отлично, – улыбнулся я, – давайте посмотрим, на что способна эта штука! Заряжай! Стоп машина!

– Есть стоп машина! – ответила Хэл.

– Глонц, ты достучался до наших? У них получилось?

– Ваш бродь, радио повреждено…

Прежде чем я успел расстроиться из-за поврежденной связи, с правого борта раздался грохот. Пол заходил ходуном.

– Что это?!

– Квальтийцы, ваш бродь, поняли, что потеряли танк! – ответил мне Глонцоф. – Похоже, не хотят нас отпускать без боя!

– Ладно, слушай мою комаду…

* * *
Первым выстрелом, практически в упор, мы уничтожили один из гигантских танков. Все, кто были в рубке, довольно закричали.

– Отставить! – рявкнул я. – Заряжай! Их еще много! Хэл, полный вперед!

– Есть полный вперед!

– Менч, разворачивай и дави пехоту, – приказал я.

– Есть, ваш бродь!

Мы развернулись и стали двигаться вглубь квальтийских сил.

– Готовы стрелять!

– Огонь!

Раздался выстрел, и еще один гигантский танк повержен.

– Они наводят свои орудия на нас! – сообщил Глонц.

– Опомнились, – усмехнулся я. – Менч, давай поглубже зарывайся к ним, пусть шмаляют по своим.

– Готово! – сообщил заряжающий.

– Бей гадов!

После этого выстрела по нам врезали сразу три танка. Расколошматили знатно. Когда я пришел в сознание, вся рубка была в дыму, в ушах стоял звон, а из носа шла кровь.

Одна из панелей была объята пламенем. Рядом с ней, на полу лежал один из моих ребят, с обожженным лицом и торчащим из него осколками. Видимо, один из мониторов взорвался прямо в лицо бедолаги.

То тут, то там коротила проводка, выбрасывая снопы искр.

Не зная, что думать, я, кое-как, поднялся на ноги и подошел к обзорному окну. К моей радости квальтийцы отступали, а почти все огромные танки были охвачены огнем. Два из них продолжали стрелять по убегающим квальтийцам. Над одной из громадин реял бело-голубой стяг Ангварского союза.

– Скарвы и мадры не подвели, – довольно констатировал я.

Глава 99

– Проклятье, Кершиф, почему ты никогда не слушаешь приказов?! – проворчал полковник Дроффк. Мы прошли через фойе и остановились перед лифтом. Не дожидаясь моего ответа, полковник продолжил: – На сей раз, тебе повезло, сам генерал Анкарт отметил твою находчивость. Не знаю, что из этого выйдет, – он вздохнул, – возможно, в этой бесконечной войне нам действительно нужно что-то менять. Тактику ведения боя, воспитание, поощрять свободомыслие. Боюсь даже подумать, куда все это нас может завести.

Так, под его монолог, мы поднялись в лифте на верхний этаж, прошли по длинному коридору и остановились у двери, рядом с которой дежурили два здоровенных охранника из легиона «Z» – особое подразделение гвардии для охраны высокопоставленных персон.

– Мне дальше нельзя, – сказал полковник. – Вызывали только тебя.

Он похлопал меня по плечу и добавил: – Это твой триумф сынок. Удачи.

Я кивнул в ответ, после чего шагнул вперед.

– Стой! Кто идет?! – пробасил один из легионеров.

– Рядовой Кершиф.

Здоровяк кивнул, отошел в сторону и открыл мне дверь.

В учебке самым шикарным местом был кабинет полковника, но по сравнению с генеральским, он был просто сарай. Высокий потолок, шикарная люстра из хрусталя, на стенах деревянные покрытые лаком панели, три огромных окна, чистый ковер на полу, камин, зеркало в полный рост. Диван, рядом с ним стояли два кресла и журнальный столик, на котором были графин с чем-то темным, наверняка бренди, и несколько стопок.

У противоположной от входа стены, рядом с камином, стоял широкий массивный Т- образный стол, за ним сидел генерал, а на стене за его спиной висел огромный портрет генерального секретаря Ангварии.

– Рядовой Кершиф, вашбродь! – отдав честь, доложил я.

– Вот ты каков, бравый боец Кершиф?! – довольно воскликнул генерал, вставая из-за стола. Ему было около пятидесяти, высокий широкоплечий брюнет, с массивным гладковыбритым подбородком, кривым носом, который, ломали не один раз и хитрым цепким взглядом. Над левой бровью у него был шрам. Он разделял бровь на две неравные части, задевал краешек и глаза и тянулся дальше, почти до уха.

Генерал пожал мне руку и пригласил к столу.

– Я намерен сделать тебя кавалером союзного ордена мужества, – сообщил он.

– Это честь для меня, мой генерал.

– Побольше бы нам таких целеустремленных и волевых командиров как ты, тогда, эта проклятая война давно бы закончилась, – он пристально взглянул мне в глаза, поиграл желваками и продолжил: – Но позвал я тебя не за этим. Я хочу отправить тебя командовать 42-й бригадой, которая осаждает Кливонвилль. Непростительно, то, что он еще не взят! Это либо преступная халатность, либо саботаж и в наших рядах завелась крыса! – генерал стукнул по столу кулаком. – Ты возьмешь этот город, сынок, – продолжал Анкарт, – и найдешь виновного в том, что наступление остановилось! Что скажешь?

– Но, вашбродь, я, же рядовой. К тому же ослушался приказа…

– Приказ был остановить врага! Ты его выполнил! Не то, что эти кретины в разведке. Это надо же, прощелкали новые танки квальтишек! У нас шансов не было удержать столицу, если бы не твоя отчаянная выходка! Что же касается звания, я уже присвоил тебе лейтенанта и выпишу приказ о наделении особыми полномочиями для взятия города и выявления саботажника.

– Даже не знаю что сказать…

– Не надо слов! Служи солдат!

– Служу союзу, мой генерал!

Глава 100

Как «спасителям столицы», кроме орденов мужества, моему взводу, а также скарвам и мадрам, дали два дня выходных. В первый же вечер, все мы собрались в самом лучшем ресторане города, чтобы отметить победу и обмыть повышение: командиров скарвов и мадров, как и меня повысили до лейтех и направляли на проблемные участки фронта.

Пиво, вино и самогон лились рекой. Столы ломились от еды, о которой в учебке можно было только мечтать. Весь ресторан был полностью в нашем распоряжении. Официантки в белых передниках бегали туда-сюда, безотказно выполняя любую нашу прихоть. Управляющий – худощавый мужчина в строгом костюме, густыми усами и очках с роговой оправой, следил за тем, чтобы мы ни в чем не нуждались. Были даже музыканты, которые играли веселую музыку.

– За Керша, самого отчаянного ублюдка, что мне доводилось видеть! – произнес тост Эзонс – командир скарвов, и залпом опустошил наполненный до краев двухсотграммовый стакан. Все дружно загалдели, стали чокаться стаканами и выпивать.

– Не удивлюсь, если всего через несколько лет ты станешь генералом! – добавил он, утираясь тыльной стороной ладони.

Несмотря на их радость, я все еще не решил, рад повышению или нет. Мне хотелось максимально отсрочить отправку на фронт, попасть в академию, отучиться, но, оказалось, есть способ быстрее продвинуться по службе – стать героем.

«Ну, раз так, давайте повоюем», – подумал я и опрокинул стопку.

– Ваш бродь, чего угрюмый такой? – ко мне подсела Хэл.

– Не знаю, – пожал я плечами.

– Брось! В первый же день на фронте ты проявил себя, стал героем и получил повышение! У тебя должно быть меньше всех поводов грустить! – с этими словами она поцеловала меня, потом залезла на стол, подняла бутылку над головой и выкрикнула:

– За Керша – героя союза!

– Нет! – покрутил я головой. – За павших товарищей!

Все тут же замолчали. Каждый из присутствующих понимал, что мог быть на месте погибших, а не здесь. Повисла гробовая тишина – дань памяти павшим.

* * *
Будучи изрядно навеселе, я, вдруг, понял, что давно не играл на гитаре и не пел, а душа хотела петь. Закинув в рот сочный кусок телятины и запив его пивом, я встал из-за стола и, стараясь не шататься, направился к музыкантам.

– Ну-ка, парни, дайте-ка мне, – с этими словами я взял у рыжеволосого мальчугана похожий на гитару инструмент, сел на ближайший стул, настроил ее и запел:

«Я бегу по выжженной земле,
Гермошлем захлопнув на ходу.
Мой фантом стрелою белой,
На распластанном крыле,
С ревом набирает высоту…»
Когда я закончил петь, все дружно взвыли и захлопали. Казалось, что никто уже и не помнит о царящем за стеной ужасе.

– Давай еще! – выкрикнул Эзонс.

– Да, еще! – довольно подхватила Хэл.

– Еще! Еще! – принялись скандировать остальные.

– Хорошо! Хорошо! – улыбнулся я. Смочил горло пивом и снова запел:

«Теплое место, но улицы ждут отпечатков наших ног.
Звездная пыль – на сапогах.
Мягкое кресло, клетчатый плед, не нажатый вовремя курок.
Солнечный день – в ослепительных снах.
Группа крови – на рукаве, мой порядковый номер – на рукаве,
Пожелай мне удачи в бою, пожелай мне:
Не остаться в этой траве, не остаться в этой траве.
Пожелай мне удачи, пожелай мне удачи…!»

Глава 101

Паролет сделал вираж и стал заходить на посадку. Внизу на холме, в лучах заходящего солнца, раскинулся небольшой городок – Кливонвилль Со всех сторон его защищала артиллерия. С воздуха тоже было не подобраться: мощные зенитки доставали наши паролеты даже на максимальной высоте.

– Дыра, – проворчала Хэлкерт. Она сидела рядом и смотрела в иллюминатор, пока наш паролет заходил на посадку. – Мы же герои. Почему нас сослали воевать именно сюда?

– У нас приказ: взять Кливонвилль, – напомнил я.

– Жалкий городишко, не представляющий стратегической важности, – фыркнула она.

С одной стороны Хэл была права, особой стратегической важности этот город не представлял. Но и проигнорировать его продолжив наступление армия Союза не могла, при продвижении дальше на запад, он окажется у нас в тылу.

Кливонвилль держался почти два месяца. Правда наше командование особо и не стремилось им завладеть - боялись больших потерь. Было решено дождаться, когда гарнизон ослабнет от голода или горожане поднимут бунт. Но время шло, а над городом все еще развевался триколор Квальтийской империи.

Среди командования не было единого мнения насчет города. Одни предлагали разбомбить его из крупнокалиберных пушек, другие утверждали, что необоснованное убийство горожан будет для нас губительно и настаивали на штурме, смирившись с большими потерями. Конечно, они-то будут сидеть у камина в штабе!

Вот генерал Анкарт и направил меня командовать осадой, в надежде на мой свежий взгляд. Он был уверен, что имперским солдатам удается проносить еду и боеприпасы через линию блокады.

* * *
Штаб 42-ой бригады находился в деревне, километрах в двадцати от осажденного Кливонвилля.

После приземления, на площадке нас встречал коренастый мужчина с нашивками лейтенанта в сопровождении двух рядовых. На первый взгляд он выглядел не старше меня. Однако в его глазах читался опыт сорокалетнего, а волосы были густо припорошены сединой. Лейтенант отдал мне честь и произнес:

– Разрешите представиться, лейтенант Баркоф!

– Лейтенант Кершиф, это капрал Хэлкерт, – ответил я, салютуя в ответ. Протянул ему приказ и продолжил:

– Генерал Анкарт наделил меня особыми полномочиями.

Лейтенант пробежался по содержимому.

– Это интересно, – расплываясь в улыбке, сказал он, – думаю, комбриг Коцлер будет неприятно удивлен.

– Не проводите меня к нему? – спросил я.

– С радостью, – кивнул Баркоф.

* * *
Коцлер сидел в полумраке, единственным источником тусклого света была настольная лампа. Из граммофона, который стоял где-то в темноте, доносилась мрачная потрескивающая музыка. Комбриг сидел, откинувшись на спинку стула, закинув ноги на стол, и потягивал самогон из бутылки.

– Ваш бродь, особоуполномоченный Кершиф прибыл для несения службы! – отчеканил я, после чего стукнул себя кулаком в грудь и выбросил руку вперед.

Конечно, мне можно было этого и не делать, а ограничиться гражданским рукопожатием – моим непосредственным начальником был генерал Анкарт, а с Коцлером мы были фактически равны. Но я чтил воинский устав и решил все делать, как положено.

– Тот самый Кершиф? – приподняв одну бровь, произнес Коцлер. – Наслышан о вашей выходке. Будь моя воля, отдал бы вас под трибунал. Приказы нужно выполнять.

– Что ж, хорошо, что это решать не вам, – улыбнулся я в ответ.

– Может быть, может быть, – с этими словами он встал из-за стола. – Что ж, полагаю, раз командование переходит к вам, я могу покинуть эту клоаку?

– Нет.

– Что значит «нет»?

– Мне поручено провести служебное расследование…

– Да как ты смеешь, выскочка?!

– Ваш бродь, это не моя прихоть, а приказ генерала Анкарта, – напомнил я.

В полумраке лицо Коцлера приобрело дьявольские черты, глаза налились кровью, а правая рука потянулась к висящей на поясе кобуре. Я негромко свистнул. Входная дверь открылась, внутрь вбежали Хэл и Менчич с винтовками наготове.

– Ребята, комбриг слегка утомился, проводите его до палатки, – как можно спокойнее произнес я и, сделав шаг вперед, продолжил:

– Коцлер, не делайте глупостей. Мы же с вами на одной стороне, воюем за славу и процветание Союза.

– Какой еще палатке? Я живу здесь, – недовольно поиграв желваками, ответил он.

– Больше нет. Хэл, позаботься, чтобы комбригу нашли место для отдыха.

– Слушаюсь, ваш бродь! – отчеканила девушка.

Глава 102

Стояла поздняя ночь. Мне не спалось. Накинув на плечи плащ без знаков отличия, я решил пройтись по лагерю и осмотреться. На первый взгляд, все было как надо, часовые несли вахту, механики возились с техникой, а повара чистили «картошку».

У одной из палаток, рядом с костерком, на бревне сидел седобородый старик с погонами рядового и грелся.

– Здорова, батя, – произнес я, подсаживаясь.

– И тебе не хворать. Новенький?

– Ага. Сегодня прилетели, прямиком из учебки.

– О, да ты счастливчик! Здесь, самое тихое место на всем фронте.

– Ладно тебе. Такое разве бывает?

– А, что? – пожал плечами старик. – Блокада дело не хлопотное, сиди себе в окопе и следи, чтобы квальтишки не лезли.

– Часто лезут?

– Бывает, но шмальнешь разок, другой из крупнокалиберки и они заползают обратно в свою нору, – ответил тот, подкручивая седые усы.

– Ну, а кормят у вас как?

– Паечки, конечно, жиденькие. Хорошо, что у начальства виды на эти угодья, поэтому газом желтых травить не стали. А, так, хрен бы мы смогли охотиться.

– Разрешают дичь бить? – удивился я.

– Окстись, сынок, конечно нет. Будь их воля, они поморили б нас голодом и холодом. В дотах по ночам колотун, вода грязная – пить невозможно, – старик тяжело вздохнул, – у лошадей условия и то лучше…

Не удивлюсь, если кто-то из наших, за еду и воду пропускал поставки в город…

Глава 103

Благодаря Коцлеру и его офицерам, боевой дух и дисциплина в 42-ой бригаде находились на чудовищно низком уровне. На фоне этих горе-вояк, Борлис выглядел образцово показательным солдатом Союза.

Ранним утром, практически с первыми лучами солнца, я собрал всех офицеров в своем пятистенке. Из семи пришли трое, ну три с половиной, один удосужился прислать помощника.

– Что же вы, комбриг, за балаган тут устроили? – усмехнулся я, глядя на Коцлера. Тот отвел взгляд. – Правильно, лучше молчите. Рядовой Менчич!

– Да, вашбродь! – отозвался за моей спиной солдат.

– Я хочу, чтобы через десять минут все четверо были здесь!

– Будет исполнено! – он щелкнул каблуками и вышел из палатки.

– Что же вы сразу не сказали, куда я попал? – горько улыбнувшись, обратился я к лейтенанту Баркофу.

– Прошу прощения, вашбродь, но я не стукач.

– Да и разбери поди, лучше ли я чем они? Ладно, я приложу все свои силы, чтобы навести здесь порядок и взять Кливонвилль.

Выслушав отчеты командиров, я велел увеличить пайки – благо запасов хватало на две недели нормального питания; наладить снабжение бойцов чистой водой, пресечь самоволки, даже на охоту.

– Если через двадцать четыре часа все не заработает без сучка и задоринки, я начну репрессии! – строго подвел я черту, закончив раздавать приказы. – Все ясно?

– Так точно, вашбродь! – отчеканили офицеры.

«Я прям как Олька», – пронеслось у меня в голове.

В школе у нас была классуха – Ольга Александровна. Казалось, что она люто ненавидит всех нас. За малейшую провинность лупила указкой, ставила в угол, а если хотела пригрозить, обещала репрессии.

– Все свободны, – добавил я.

«Странно, чего это Менчич так долго?» – стоило мне это подумать, как в палатку влетела Хэл.

– Менч ранен! – выпалила она.

Глава 104

Размахивая пистолетом, командир взвода, что-то объяснял своим людям, которые собрались вокруг него. Мы были далеко, так что я не слышал его слов. Когда он шагнул в сторону, я увидел на земле тело одного из наших.

– Борлис, когда дам отмашку, – пристрели парочку этих скотов, велел я и широким шагом направился к толпе.

– Слушаюсь, ваш бродь!

– Что тут за сборище?! – рявкнул я, проталкиваясь через столпившихся солдат в сторону командира.

– Кто таков? – надменно произнес взводный, увидев меня. На вид ему было около сорока. Долговязый, коротко стриженый, с большим носом и узко посаженными выпученными глазами.

– Лейтенант Кершиф!

– А! – воскликнул он, окидывая меня оценивающим взглядом. – Парни, вот он наш выскочка! Чего тебе?

В качестве ответа, я выхватил пистолет и выпустил пулю ему промеж глаз. На мгновение повисла тишина, а затем, несколько человек вскинули винтовки, направили на меня и щелкнули затворами.

– Спокойно! Не дергайтесь! Видите? – я бросил пистолет на землю и медленно поднял руки. – Я безоружен. Не стреляйте.

Мне совершенно не хотелось приказывать Борлису открывать огонь, ведь все эти бойцы еще пригодятся для взятия города. Да и если я перебью две дюжины своих людей на второй день, после того как принял командование, будет как-то некрасиво…

– Прикончим его! – выкрикнул кто-то из толпы.

– Да! – вышел вперед длинный и худой парень с нашивками прапора. – Мы подчинялись Трайсову, а тебя мы не знаем!

Не смотря на все мое нежелание стрелять, глядя в его полные ненависти и злобы глаза, я понял, что если не буду действовать первым, моя песенка спета. Я дал отмашку Борлису. Прогремели два выстрела и тех двое, что держал меня на мушке, рухнули на землю с простреленными бошками.

– Вы все арестованы! – рявкнул я. – Немедленно сложите оружие, и никто больше не пострадает!

По толпе прокатилась волна недовольных шепотков.

– Да пошел ты!

Снова грянул выстрел и, выкрикнувший это, рухнул на землю с дыркой в голове.

– Считаю до трех! Если вы не сложите оружие, я прикажу расстрелять еще двоих!

Поняв, что выбора у них нет, бунтари побросали свое оружие.

Глава 105

Генерал оказался прав, секрет феноменальной стойкости Кливонвилля заключался в предательстве. Несколько откровенно ушлых ублюдков, за откат пропускали в город подводы с едой и боеприпасами. На утренней планерке Менчич – несмотря на ранение, он оставался в строю, стойко выполняя свой долг, доложил, что прошедшей ночью три вражеских отряда предприняли попытку проникнуть в город. Все успешно пресечены. Три пленника. Захвачена провизия и боеприпасы.

Мы готовили одновременный удар по Кливонвиллю сразу с трех направлений, чтобы вынудить измотанный гарнизон города побегать. Конечно, их артиллерия, главный козырь, но никто не говорил, что будет легко.

Я приказал вернуть в строй как можно больше танков и самоходок, чтобы солдаты смогли пережить обстрел. Но главный удар планировалось нанести при помощи подземного лаза, который нам показали взятые в плен. По нему квальтийцы снабжали гарнизон Кливоннвилля припасами.

Подготовкой ударных групп я занимался лично. Как и в учебке, ежедневные кросс, стрельба, единоборства и оттачивание навыков владения холодным оружием. Для успешной операции, мне нужны были не разгильдяи, в которых превратились местные солдаты, а элитные бойцы.

За прошедшую неделю, они заметно подтянулись, но все же не так хорошо, как хотелось бы. Однако времени больше, не было. Генерал хотел победы, и он её получит!

Глава 106

В назначенный час я вышел к офицерам, которые ждали меня у штаба. Они тут же вытянулись по струнке и поприветствовали меня.

– Господа офицеры, – я кивнул им в ответ. – Вольно. Ну, начнем?

– Так точно, ваш бродь! – в один голос ответили те.

– По местам!

Я возглавлял первую ударную группу, которая отправлялась в город через подземный лаз.

Хэл, Менч и остальные меня пытались отговорить, дескать, командиру бригады не пристало так рисковать. Но, чтобы сделать в этом мире карьеру, мне нужно было выслужиться, и я решил пойти на этот риск. Тем более, меня прикрывали Контек, Глонцоф и Дейтич, которые возглавляли мою личную охрану.

Через лаз отправились небольшим отрядом в двадцать человек, на тот случай если нас обнаружат. Тоннель вел в городскую канализацию, так что прежде чем оказаться в тылу имперцев, нужно было миновать через настоящую реку из дерьма, глубиной по грудь.

«На что не пойдешь, чтобы заработать очки в глазах генералитета», – усмехнулся я про себя, пока пробирался через дерьмо, сдерживая рвотные позывы и держа автомат над головой, приближаясь к своей цели.

Будучи с ног до головы в скользкой жиже, подняться по лестнице и не сорваться оказалось не так просто. Но мне это удалось. Уперевшись головой в крышку люка, я, стараясь не шуметь, приподнял её. Мы были неподалеку от одного из артиллерийских расчетов. Наверху никого не было.

«Чисто», – пронеслось у меня в голове.

Я отодвинул крышку в сторону и выбрался из канализационного колодца.

Когда выбрались и остальные, мы «по-тихому» перебили спящих в палатке имперцев и заняли плацдарм.

– Отлично, – довольно потирая руки, констатировал я. – Пошлите за остальными, будем развивать успех…

Над городом взвыла сирена. По глазам ударил яркий свет прожекторов. Вокруг нас застрекотали автоматы и засвистели пули.

– Все в укрытие! – приказал я и сам, пригнувшись, спрятался за обугленный остов машины. Прячась от шквального огня, все бросились врассыпную. Квальтийцы шмаляли так плотно, что невозможно было высунуться без риска поймать пулю. Но, несмотря на это, каким-то чудом, ко мне подполз связист.

– Вашбродь, на связи капрал Хэлкерт, – доложил он и протянул мне трубку.

– Слушаю!

– Они знают про вас, это западня! – раздался в радио-эфире взволнованный голос Хэл.

Глава 107

Мы отступили вглубь города и укрепились на первом этаже какого-то здания.

– Они нас ждали, – отстреливаясь, сказал Глонцоф.

– Ты просто гений дедукции, – усмехнулась Контек.

– Ваш бродь, делать-то что будем? Если ничего не придумать, нас всех положат!

– Держаться! Экономить боеприпасы! – приказал я. – Где связной?!

– Здесь, ваш бродь!

– Дай мне Борлиса!

Когда парнишка установил связь с обалдуем, я приказал начать двум другим группам штурм города. Буквально через пару минут, загрохотали пушки.

– Ваш бродь, надеюсь, ты понимаешь, что творишь? – покрутил головой Дейтич.

– Разговорчики! – рявкнул я на него, засекая на часах во сколько начался штурм.

«Если парни все сделают правильно, мы победим», – пронеслось у меня в голове.

Тем временем, обложившие нас квальтийцы «затягивали удавку».

– Если они сомкнут кольцо, нам крышка! – не переставая стрелять, выкрикнула Контек.

– Отставить панику! Держимся! – прорычал я.

– Что у тебя за план, ради которого мы здесь? – отстреливаясь, спросила Контек.

– Это тайна. Поверь, мы не зря пришли.

А, про себя добавил: «Теперь, нам осталось не погибнуть здесь…»

* * *
Мы продолжали обороняться, удерживая позицию. Боеприпасы начинали заканчиваться. Нервы у всех были на пределе.

– Ради чего все это? – продолжал ныть Дейтич. Фронт сломал его. Он никогда не был хорошим солдатом, а как попал на фронт превратился в постоянно жалующегося на жизнь нытика. По законам военного времени, я должен был его расстрелять за деморализацию личного состава, но пока еще терпел, как-никак мы с ним через многое прошли бок о бок.

– Заткнись уже! – прикрикнула на него Контек.

– Квальтийцы! – выкрикнул один из солдат.

Тут же по нам стали шмалять из гранатометов. Двоих парней разорвало на куски прямым попаданием.

– Все наверх! – приказал я.

Прихватив раненых, мы отступили на третий этаж.

– Патроны кончаются! – доложила Контек.

– И у меня. Держимся! Осталось чуть-чуть…

* * *
Вскоре квальтийцы стали шмалять таким плотным огнем, что нам оставалось только залечь и не высовываться.

– Ну же, – процедил я сквозь зубы, глядя на часы, – ну же…

Вдруг Контек вскрикнула и замертво упала.

– Нет! – к ней подбежал Глонцоф и принялся трясти за плечи. Миг спустя, его изрешетила автоматная очередь. Он вскрикнул рухнул рядом с Контек.

– Твою мать! Что же вы, ребята? – с сожалением прорычал я, глядя на их безжизненные окровавленные тела.

«Неужели план не сработал? Что пошло не так? Где я просчитался? Хотя, это уже неважно…» – я отложил автомат в сторону и потянулся к кобуре за пистолетом. В плен мне никак нельзя – будут пытать. А, потом, все равно убьют.

«Лучше сразу, здесь и сейчас», – твердо решил я и поднес ствол к виску…

Глава 108

Рука предательски тряслась. Из головы не уходила мысль: «А, вдруг? Вдруг, вот-вот, вот сейчас?» План-то был хорош. Сил на подготовку штурма потрачено много. Жаль, что я потерпел неудачу…

– Слышите? – произнес один из солдат. – Пушки замолкли!

– И, правда! – воскликнул Дейтич.

– Получилось, – облегченно выдохнул я…

* * *
Без артиллерии Кливонвилль продержался немногим больше трех часов. Поняв, что город не устоит, окружившие нас квальтийцы поторопились покинуть его, пока к нам не подоспела помощь.

– Это ведь ты, да? Этого момента ты и ждал? – удивленно спросил Дейтич.

– Ага.

– Но, как тебе удалось лишить их пушек?

– Военная тайна, – улыбнулся я.

Разобраться с артиллерией Левонвилля, сами того не ведая, мне помогли наши предатели, которые за мзду пропускали провиант и снаряды в город. Нам оставалось только перехватить квальтийцев на отрезке пути, между нашим лагерем и городом, и подменить их груз на наш, с испорченными снарядами и едой, от которой гарнизону должно было поплохеть.

Таким образом, в городе оказались снаряды, которые при штурме должны были взорваться в пушках.

– Ладно, но я никак не могу понять, для чего нужно было нам так рисковать? Если от нас ничего не зависело? – продолжал засыпать меня вопросами Дейтич.

– Наша цель заключалась в другом, мы вычисляли предателя, который засел среди нас.

– Ты знал, что нас, ждут…?

– Ага, – кивнул я и подозвал связиста. – Вызови мне штаб…

– Знал и все равно повел нас в эту мясорубку! – не успокаивался Дейтич. – Все сегодняшние смерти на твоих руках!

– Успокойся!

– Успокоиться?! Ведь можно было всего этого избежать!

Раздался щелчок затвора.

– Стоять! – воскликнул один из бойцов. – Ни шагу дальше! Брось ствол!

Обернувшись, я увидел в руках Дейтича направленный на меня пистолет.

– Совсем крыша поехала, рядовой?! – воскликнул я, стараясь не терять самообладание.

– Их кровь на твоих руках!

Грянул выстрел. Дейтич неестественно дернулся и рухнул на землю…

* * *
К моему сожалению, предателем оказался лейтенант Баркоф, к которому я успел проникнуться симпатией. Он создал довольно внушительную шпионскую сеть в наших рядах и, даже, умудрился завербовать пару человек в соседних ставках. Баркоф не сопротивлялся. После ареста, почти сразу слил все что мог, в обмен на замену расстрела пожизненной каторгой.

Генрал Анкарт, получив мой рапорт буквально ссал кипятком…

Глава 109

Война между Империей и Союзом длилась больше тридцати лет. За это время к смерти все привыкли настолько, что перестали заморачиваться с погребением павших товарищей. Закопали, погрустили и в бой. Некогда скорбеть – война.

Несмотря на это, я приказал организовать торжественные похороны для павших при взятии города солдат. Контек и Глонцоф, как и другие герои, заслуживали нормальной церемонии.

Их было пятьдесят шесть. Никаких братских могил. Каждому герою, гроб обитый красным бархатом, отдельную яму и могильную плиту из камня. Для этого я велел задействовать всех пленных и столько горожан, сколько потребуется.

Среди погибших оказался Кройчек, тот неприятный тип, который был на побегушках у Борлиса, тогда, я ему чуть заточку в шею не вогнал. После того, как мы с Бором выяснили отношения, я хотел «слить» Кройчека, но здоровяк поручился за него…

Сутки спустя все было готово.

На рассвете, мы собрались за городом, чтобы проститься с героями.

Моросил мелкий дождик. Оркестр местной филармонии играл траурную музыку.

Я вышел к солдатам, чтобы произнести прощальную речь:

– Господа! Мы собрались, чтобы проводить в последний путь наших братьев и сестер по оружию. Сегодня их пятьдесят шесть. Я не знал каждого из них, но это не умоляет их подвига перед Союзом! Вчера, мы взяли город, этот треклятый Кливонвилль, а завтра мы возьмем и Петтинвилль – сердце империи!

По стройным рядам собравшихся пронесся дружный рев.

Я дал отмашку. Оркестр опять заиграл и гробы стали опускать в могилы.

* * *
Я, Хэл, Менчич, водитель и двое охранников, на машине возвращались в штаб. За нами следовала еще одна машина с охраной. Хэлкерт считала, что много охраны не бывает.

– Есть известия от Анкарта?

– Да, приказ, соединиться с 6-ой армией и продолжить наступление, – ответил Хэл.

– Жаль, – вздохнул я. Приказ означал, что я должен был поступить под командование генерала Ойва. Он руководил 6-ой. Похоже, моему восхождению пришел конец, даже взятие Кливонвилля не помогло…

И, тут, моё внимание привлекло лицо, старое, сморщенное и до боли знакомое.

– Тормози! – велел я, открывая дверь машины.

Глава 110

Я замер как вкопанный, пытаясь найти среди толпы оборванцев знакомое лицо.

«Неужели показалось?»

– Построить эту рванину! – приказал я.

«Если мне не почудилось, сегодняшний вечер будет не таким уж и скучным».

Вглядываясь в грязные покрытые сажей и кровью лица, мы с Хэлкерт неторопливо шли вдоль строя. Люди были напуганы. Их глаза буквально кричали: «Пощадите!»

– Может, объяснишь, что происходит? – прошептала Хэл.

– Предчувствие… – и тут наши глаза встретились! Та самая старуха, в образе которой, в прошлой жизни приходил ко мне домой тролль Гротт Хмурый вместе с гномом по имени Гектор и подлым волшебником-вором Шебом.

– Ну, привет, – я злобно оскалился и, без лишних прелюдий, врезал Гротту со всей силы. Охнув, бабка рухнула на землю. Стоявшие рядом с ней беженцы, загалдели и отошли насколько им позволили солдаты.

– Керш, ты чего? – Хэл, схватила меня за руку, пытаясь удержать от избиения старухи.

– Отставить! – рявкнул я, отдергивая руку. – Тащите ее в машину! – приказал я, своим охранникам.

Они взяли стонущую бабку под руки, и поволокли к машине.

– Хэл, смотри, чтобы она не сбежала!

* * *
– Какими судьбами в наших краях? – спросил я, пододвигая стул поближе к привязанной бабке.

– Я не понимаю, – простонала та.

– Брось, неужели ты все еще думаешь, что сможешь выкрутиться? Зачем ты здесь? Где остальные? Гном? Шеб?

– Меня зовут Арения Олкент, я всю жизнь прожила здесь…

– Гротт, я уже не тот простак, каким был при нашей первой встрече. Ты веришь в судьбу? Я, не верил, пока сегодня не увидел в толпе тебя. Теперь, даже и не знаю. Это либо судьба, либо ты лошара, каких еще не было ни в одном из миров.

– Пощадите, – проскулила бабка.

– Ваш бродь, разрешите? – с этими словами, Хэлкерт отвела меня в сторону. – У тебя крыша едет. Это же обычная старуха.

– Поверь, она совсем не старуха! Я ее знаю.

– Уверен, что тебе не кажется? Я видела и не такое, крыша у бойцов улетает на раз…

– Смотри, – ухмыльнулся я, доставая из кобуры пистолет.

– Нет! – выкрикнула Хэл, но было поздно, мой палец спустил курок.

Прогремел выстрел. Пуля врезалась в ногу старухи, брызнула кровь…

В мгновение ока она превратилась в здоровенную обезьяноподобную тварь, разорвала цепи и с диким ревом бросилась к выходу.

– Твою мать! – округлив глаза, воскликнула Хэлкерт.

«Это что еще за хрень?» – пронеслось у меня в голове.

– Брать живым! – приказал я, взводя затвор на пистолете…

Преграждая дорогу зверю, в проходе возник Борлис с винтовкой в руках.

– Стоять! – рявкнул он.

Обезьяна и ухом не повела. Одним большим прыжком она преодолела разделявшее их расстояние, и обрушалась на Бора. Тот ловко отскочил в сторону, подпрыгнул и отоварил ее прикладом по морде. Брызнула кровь. Животное охнуло, попятилось и растянулось на полу. Миг спустя, зверь уменьшился в размерах, превратившись в невысокого щуплого парня с редкой бороденкой.

– Пощадите, – проскулил он.

– Ты еще кто такой? – удивился я, ожидая увидеть Гротта.

– Дэни.

– Откуда у тебя эта маска?

– Купил у Марти Ван Луна.

– Это еще кто?

– Торгаш…

– Торгаш?

– Да, у него лавка на Крейвине.

Этот Дэни занимался в осажденном городе тем, что по заоблачным ценам продавал еду. Измученные голодом люди несли ему все: золото, бриллианты и драгоценности, ничего не жалели.

– Отпустите меня, и я отдам вам все, что заработал, умоляю вас! – скулил он.

«Заработал», – усмехнулся я про себя. Хороша же работенка – наживаться на страданиях других. Впрочем, почему бы и не взглянуть на его кубышку?

* * *
Свой тайник, Дэни устроил в подвале одного из домов, в центре Кливонвилля – туда редко долетали наши снаряды. Дверь в подвал была скрыта от посторонних глаз при помощи магической безделицы, которую он всегда носил при себе: кулон. Взяв его в руку, Дэни что-то прошептал, и в стене появилась дверь.

– Охренеть! – удивленно воскликнул Менчич.

Мы спустились. Кроме сырости и плесени внутри ничего не было.

– Ну, и? – спросил я.

Дэни опять взялся за кулон, что-то прошептал, и перед нами возникли четыре сундука, каждый из которых оказался доверху набит различными ценностями.

– Не хило, – присвистнул я, а сам думал о том, что этот тип использует магические предметы, сам не колдует. Если он не расположен к магии, значит… – Дэни, где твоя машинка перемещения?

Он искоса посмотрел на меня, недовольно поиграл желваками, после чего открыл в одном из сундуков потайной отдел и достал из него машинку.

– Вот.

- Очень хорошо, – улыбнулся я, забирая ее.

Когда Танкред готовил меня для работы с Дорой, мне приходилось видеть эти штуки на картинках.

Это была металлическая коробочка, размером не больше сигаретной пачки, с тремя крутилками, для обозначения координат и кнопкой «Пуск» под ними. Выставляешь координаты мира. Жмешь на «Пуск» и, вуаля, ты в другом мире. С боку машинки были еще три небольшие кнопки, и какие-то закорючки, про назначение ни тех, ни других я ничего не знал.

Так или иначе, но встреча с этим Дэни меня воодушевила. Благодаря его стараниям, у меня оказалась куча золота и возможность свалить отсюда прямо сейчас. Но перед этим, мне хотелось, как следуют наподдать квальтийцам. В нашем распоряжении оказалось три волшебные маски, которые были при Дэни: старик, старуха и огромная обезьяна…

Глава 111

– Это слишком, даже для тебя! – воскликнула Хэлкерт, когда я поделился с ней своим дерзким планом мести. – Пусть мы проскочим и на время укрепимся, какой в этом смысл? Назад мы не вырвемся, квальты нас обложат и закидают гранатами.

– Назад никто не собирается, – ответил я.

– Что?! Тебе слава совсем крышу снесла?!

– Нет же, – я улыбнулся, положил перед собой машинку для перемещения и продолжил:

– Благодаря этой вещице мы сбежим, но не сюда, а в параллельный мир…

– Если мы можем свалить в твой Вройс, почему бы не сделать это прямо сейчас?

– Разве ты не хочешь отомстить за Глонца, Кон, Вирту, Уицлера и остальных? – удивился я.

– Отомстить? Нет! Их это не вернет! Я жить хочу! Без войны и убийств! Я мира хочу! А, если, нет то, хотя бы жить там, где нет всех этих ужасов!

– Остановить войну? – пробормотал я. – Почему же мне это не пришло в голову?

Хэл посмотрела на меня, улыбнулась и пожала плечами.

* * *
Ночью, меня разбудил стук в дверь.

– Чего там? – проворчал я.

Дверь открылась, на плроге стоял Менчич.

– Этот воришка, Дэни, сбежал. Превратился в человека-птицу, убил двоих охранников и сбежал, – сообщил он.

– Птицу?! – выпалил я, вскакивая с кровати.

Дэни обвел-таки меня вокруг пальца. В его подвале оказалась еще одна комната, скрытая от посторонних глаз. В ней мы нашли различные магические безделицы.

– Видимо здесь он хранил запасную машинку перемещения, – произнес я, осматриваясь по сторонам. Еще, в тайной комнате мы нашли папки с делами на высшие чины обеих воюющих сторон.

«А в этой войне не все так просто», – подумал я, копаясь в них. И, тут, на стол выпала черно-белая фотография, на которой была Аннираэль…

Глава 112

Когда мы переместились на Вройс, я, наконец-то, облегченно выдохнул. Каким бы мерзким и опасным местом не был этот мир, на фоне Анквальта он казался настоящим раем.

Вместе со мной и Хэл переместились Менчич, Олктис, Борлис и Дейтин. С собой мы прихватили несколько сумок с оружием – так на всякий случай, отобранное у Дэни золото и его архив.

На Вройсе все было по-старому. Складывалось впечатление, что и не было этого года, на который я застрял в Ангврии. Люди, гномы, огры, студенты-волшебники со своими холопчиками и всякая иная публика сновали туда сюда по его улочкам.

– Охренеть, – протянул Менчич, осматриваясь по сторонам.

– Прикрой рот, не позорь нас, – усмехнулась Хэл.

– Вы видели, видели? – возбужденно прошептал он. – На половину конь, на половину человек!

– Эти существа называются кентавры. Ладно, идемте, – с этими словами я направился в сторону кабака «Хромой коник». Там можно было остановиться на ночь, выпить и поесть, а кроме того, увидеть моих старых товарищей-холопчиков.

* * *
Время было немногим за полдень и народу в кабаке сидело мало. Я снял двухкомнатный номер, заказал еды и вина.

– Что теперь?

– Ждем вечера.

После целого года проведенного в Ангварской армии, никому из нас не верилось, что можно спокойно есть и спать, не боясь попасть на губу или поймать пулю квальтийского снайпера.

Мы устроились в самом большом номере «Хромого коника».

– Не верится, что здесь царит мирная и спокойная жизнь, – завороженно сказала Хэл. Вот уже час, она стояла у окна, наблюдая за городской жизнью.

«Еще бы», – пронеслось у меня в голове. Я провел всего год в ее мире и то, для меня дико не слышать стрельбы и воя сирен. А, Хэл и остальные, они родились и выросли в том мире, не видя ничего кроме ужасов войны.

Наступил вечер. Мы спустились на первый этаж. Народу заметно прибавилось. Звучала веселая музыка. Все пили и веселились, но среди присутствующих не было ни одного знакомого лица. Я прождал до глубокой ночи, пока не остался один.

На следующий вечер снова никто не пришел из старых знакомых и потом, а вот на четвертый, мне улыбнулась удача. В шумной шайке гномов, я узнал Дикса – холопчика, который служил младшему Каю Овидию.

Увидев меня, он округлил глаза, икнул и пролепетал:

– Ты ж помё́р.

– Как видишь, нет.

– Нет, – осматривая меня, кивнул он. – Ты заматерел. Я не сразу понял, что это ты.

– А, вот, ты совсем не изменился. Как жизнь-то?

– Какая жизнь может быть у холопчика? – вздохнул Дикс. – Сам все знаешь, ничего не изменилось.

– Ну, а у остальных как дела?

– Из нашей компании остался только я, – опять вздохнул гном. – В основном, по истечению срока контракта, все свалили домой. Кентавр и Вилма остались, но перевелись работать в библиотеку – оплата меньше, зато, безопаснее. А, вот, мои братья, не пережили летний турнир в крыль, – после этих слов по его щекам потекли слезы.

– Сочувствую.

Мы выпили. Какое-то время помолчали, в память о павших товарищах, после чего, я перешел к делу:

– Как дела у тролессы…?

Глава 113

Несколько дней спустя, Дикс принес мой волшебный пергамент, при помощи которого я держал связь со своим куратором. А на следующий день, аккурат к полудню, в кабаке появился Танкред.

Мы сидели за столиком, в дальнем углу «Хромого коника».

– Признаюсь, не ожидал вновь увидеть тебя. Особенно после нашей последней встречи, вы так драпали, – усмехнулся он. – Где твоя подружка?

– Не уверен. Думаю, она в плену. Чтобы спасти ее, мне нужна твоя помощь.

– А, ты ни чего не забыл? Ты все еще на службе у сэра Роквелла, – усмехнулся бородач.

– Помню, – проворчал я, – но спасение Аннираэль послужит его интересам.

– Неужели?

– Готовится нечто масштабное, – с этими словами, я положил на стол саквояж с архивом Дэни.

– Что это? – приподняв одну бровь, произнес Танкред.

Я рассказал ему о том, что видел в водном мире и о загадочном «14-ом отделе»; потом о бесконечной войне Ангварии против Квальтии; и о Дэни с его папками. С каждым моим словом, глаза бородача округлялись все сильнее и сильнее. Ближе к концу моего отчета, он стал нервно поглаживать бороду.

– Думаю Аннираэль у тех, на кого шестерит Дэни, но я не имею ни малейшего представления, с чего начать поиски, – закончил я.

– Да, – протянул Танкред, продолжая теребить бороду, – если все это так, петухи замышляют что-то очень плохое.

– Петухи?

– Триганы – человекообразные птицы, – рыжебородый нервно поиграл желваками, – хитрожопые ублюдки, вечно плетут интриги, мечтая поработить тот или иной мир. Думаю, твоя подружка у них.

Он взглянул на меня и добавил: – Роквеллу этого будет мало.

– Тогда, не говори ему обо мне.

– С ума сошел?

– Ты же не про всех своих информаторов ему докладываешь?

– А, ты и не информатор, а сбежавший агент…

– Ему не обязательно знать, что я жив. Все, что я узнаю, буду докладывать тебе. Разве это не сыграет тебе на руку?

– До тех пор, пока он не узнает, что я скрыл факт того, что мой информатор ты.

– Скажешь, что опасался утечки, а я подтвержу. Прекрати набивать себе цену, я вижу, что ты заинтересован в этом.

– Серьезно поднаторел в этом деле? – усмехнулся Танкред. – Сделаем так: я ознакомлюсь с содержимым портфеля, тогда и решим, как быть дальше. По рукам?

– По рукам.

* * *
– Ну, рассказывай, как прошла встреча? – поинтересовался Менчич, когда я вернулся в комнату. Выслушав от меня пересказ нашего с Танкредом разговора, он почесал затылок, после чего снова спросил:

– Я, что-то не понял, делать-то что будем?

– Ждать…

– Опять? Меня уже тошнит от этой хибары, – простонал Олктис.

– Брось, это на много лучше чем сырой окоп и свист пуль над головой, – возразила Хэл.

– Даже не знаю, мне начинает казаться, что лучше бы мы сидели в окопе.

– Старина, да ты просто протрезвел! – улыбнулся Борлис и протянул ему кружку с пивом. – Держи, выпей и жизнь станет веселей.

Вдруг раздался грохот. Через окно в комнату влетела дымовая шашка.

– Газ! – рявкнул Борлис.

Но это был не просто газ, он быстро превратился в какую-то вязкуя желтоватую субстанцию. Прежде чем мы успели покинуть номер, она заполнила все пространство, полностью обездвижив нас.

– Танкред, сука, – процедил я сквозь зубы.

Глава 114

К моему удивлению это оказался не рыжебородый, а ростовщик Трутень. Точнее было бы сказать: эльфы, которых он подослал. Со всей этой беготней по параллельным мирам, я совершенно забыл, что должен ему денег. Когда желтая субстанция как следует затвердела, эльфы ловко вырезали меня и доставили домой к гному-ростовщику.

– Что ж ты, орочья блевота, думал, я тебя не найду? – хищно скалясь, прошипел он словно змея. Поигрывая финкой, он кружил вокруг меня, пока я замер в застывшей, словно клей жиже.

– Никто не сбегает от Трутня, – продолжал он, – никто. Все платят. А, знаешь, почему? Потому, что я, кого угодно найду и превращу в корм для седовласок…

– Подожди, вышло недоразумение. Я не сбегал! На меня напали, из-за чего меня забросило в другой мир, а я же не волшебник, самому мне не вернуться! Вот я и скитался в поисках способа попасть обратно. Мы буквально только переместились, у меня и времени не было зайти к тебе, чтобы объясниться. Я верну деньги!

– Хорошо если так, – задумчиво ответил ростовщик. – Но просрочку и мое время придется компенсировать.

– Конечно, конечно. О чем речь?

– В тройном размере! Срок тебе: до завтрашнего заката!

Все деньги что у нас были покрывали чуть больше половины.

– У меня есть часть суммы, но остальное так быстро мне не собрать. Может, договоримся о более реальных сроках?

– Каждый следующий день, плюс сто процентов от суммы долга, – равнодушно ответил ростовщик.

– Я дико извиняюсь, что сложилась столь неприятная ситуация, может, есть возможность отработать долг? С учетом всех неустоек, конечно же.

Слегка прищурившись, Трутень взглянул на меня и, стуча пальцами по столу, ответил:

– Есть одно дельце, за выполнение которого, я, сочту твой долг отработанным…

Глава 115

Из нашей комнаты в «Хромом конике» мы перенеслись на огромный перрон «Большого» вокзала в мире Нур’Ваад.

Кругом было очень шумно и многолюдно. Но, не смотря на это, на наше появление, никто не обратил внимания. «Похоже, здесь это считается делом вполне обычным», – отметил я про себя. В подтверждение этого, по дороге к билетным кассам, я видел, несколько вспышек, из которых выходили люди, волколаки и гномы – никто из присутствовавших на перроне и глазом не повел.

«Внимание! Внимание! – раздался из громкоговорителей монотонный женский голос. – Напоминание для вновь прибывших! Всем гостям нашего мира необходимо пройти регистрацию в ближайшем офисе таможенной службы. Штраф за несанкционированное пребывание за пределами Большого вокзала: от шести тысяч гралеров до административного ареста на шестнадцать суток. Не забывайте пройти обязательную регистрацию. Добро пожаловать в Нур’Ваад».

После этого следовал мелодичный проигрыш и сообщение повторялось.

– Так, значит, сначала регистрация! – сказал я.

Ориентируясь по указателям, мы развернулись в обратную сторону и направились к ближайшему месту регистрации. От кабинета тянулась длинная вереница разношерстной публики желающих зарегистрироваться.

– Ничего себе, – присвистнул Менчич, – похоже, мы тут надолго.

– Это всего лишь очередь. Сделаем бумаги и пойдем дальше, – ответил я.

– Скажи, Керш, чего мы возимся? Прихлопнули б выродка и концы в воду, – проворчал Олктис.

– Так нельзя, – покрутил я головой. – У меня с ним волшебный контракт.

– К слову о волшебстве, – промурлыкала Хэл. – Не то, что бы я ною, но почему нельзя было сразу переместиться в нужное нам место? Зачем вся эта канитель?

– Трутень сказал, у них тут с этим строго. По местным законам, все пришельцы должны перемещаться сначала на вокзал, а уже потом, на поезде, корабле или дирижабле, добираться до места назначения. Если мы не хотим привлекать к себе внимание, нам лучше так и делать, – пояснил я.

Отстояв час в очереди, наша группа попала в офис.

– Паспорт, – безразлично произнесла волчица в больших очках с роговой оправой. Я достал документ и протянул ей. Та покосилась на него, вздохнула и, словно школьнику, пояснила:

– Нужен унифицированный паспорт для перемещений в пределах Альянса.

Мы с Хэл переглянулись. К такому я оказался не готов, но к счастью, при себе у нас была универсальная для всех бюрократов любого из миров справка – золото.

– Быть может, эта справка, как-то поспособствует выдаче временного разрешения? – спросил я, протягивая волчице квальтийскую золотую монету.

Та окинула меня оценивающим взглядом, потом стоящих за моей спиной ребят и сумки с оружием, взяла золотой прикинула его на вес, попробовала на зуб, после чего сообщила:

– Три монеты…

Я расплылся в довольной улыбке.

– За каждого. И десять за то, что я не буду заглядывать в ваши сумки, – сухо добавила волчица.

«Вот же жадная стерва!» – пронеслось у меня в голове.

– Но это для нас слишком дорого, – как можно жалобнее, сказал я.

– Не нравится, проваливайте!

– Вот двадцать, больше у нас нет, – стоял я на своем.

– Тридцать!

– Если мы уйдем, у вас и этого не будет.

Волчица недовольно поиграла желваками, потом еще раз окинула взглядом, стоявшую рядом со мной Хэлкерт и сказала:

– Тогда, пусть даст свою куртку.

– Что? – стиснув зубы, прорычала моя спутница. – У тебя, похоже, зубы лишние?

Работница таможни тут же потянулась к ящику стола.

– Так, девочки, а ну спокойно! – я отвел Хэл в сторону и сердито прошептал:

– Ты чего творишь?

– Это же твой подарок!

– Нам нужно пройти регистрацию…

– Нет! – тряхнула она головой.

В принципе я понимал ее, всю свою жизнь Хэл провела в суровых условиях войны. Никаких излишеств, только самое необходимое. А, теперь, она вырвалась на свободу и узнала вкус лучшей жизни. Не мудрено, что Хэлкерт не хотела отдавать ни малейшей ее части. Вдруг ничего лучше больше не будет?

– Хэл, детка, послушай, я тебя понимаю как никто другой, – она хотела было что-то возразить, но я жестом остановил ее и продолжил: – Мы вырвались из твоего ужасного мира и больше туда не вернемся. У тебя будет жизнь, о которой ты и не мечтала. У тебя будет все, что пожелаешь. Неужели эта куртка важнее нашего будущего?

– А ты?

– Что я?

– Ты будешь со мной?

– Давай выясним наши отношения после задания?

* * *
До города, в котором жил должник Трутня, можно было добраться на дирижабле. Закончив регистрацию, мы купили билеты и направились на посадочную платформу, которая находилась на вершине высокой башни. С нее открывался потрясающий вид на «Большой вокзал». Он был размером с небольшой город, который раскинулся на берегу моря. Все было как на ладони, пароходы в бухте; артерии железных дорог и поезда; кольцо из башен, к которым швартовались дирижабли.

– Вы хотите сказать, что нам придется лететь на этом? – выходя из лифта, проворчал Олктис. Он остановился и с недоверием стал рассматривать находящийся у края платформы дирижабль, в который вереницей тянулись пассажиры.

– Не чадит как «вонючка», уже хорошо, – улыбнулась Хэл.

Мы прошли контроль и заняли свои места в III-ем классе.

Когда дирижабль начал движение, я облегченно выдохнул: «Обошлось без приключений…»

Вдруг с места вскочил здоровенный широкоплечий волколак в сером кожаном плаще. Он выхватил из-под полы допотопный пистолет с кремниевым замком и выкрикнул: – Всем оставаться на своих местах! Именем революции, мы забираем это воздушное судно!

Глава 116

«Твою мать! Этого мне еще не хватало!» – пронеслось у меня в голове.

Их было трое, все в плащах и с допотопными пистолетами. У одного за спиной висела коробка с антенной, видимо аналог рации.

– Регвик, давай радио, – велел здоровяк.

Тут же к нему подскочил волколак помельче, с большим рюкзаком за спиной и протянул ему наушники с микрофоном, от которых тянулся длинный шнур к рюкзаку.

– Всем внимание, говорит Криз…

Пока захватчик переговаривался со своими подельниками по рации, я со своим взводом думал, как быть нам.

– Менч, Бор, отвлеките-ка их, чтобы мы смогли добраться до сумок с оружием. Ни каких стволов, только клинки, а то, один неверный выстрел и эта посудина разлетится к чертям.

– Это кого ты назвал идиотом?! – нарочито громко воскликнул Борлис.

– Ты даже этого не понимаешь с первого раза? – ухмыльнулся Менчич.

С этими словами они вскочили с кресел и принялись отвешивать друг другу тумаки.

– Вы двое, а ну прекратили! – рявкнул на них Криз. Но парни не унимались. – Вам, что жить надоело? – волколак подошел к ним, наставив пистолет на Менчича.

В тот же миг здоровяк Борлис набросился на него. Удар, Криз охнул и растянулся на полу. Менч подхватил его пистолет. Прогремел выстрел, волколак с радио неестественно дернулся и замертво упал.

– Всем, стоять! – третий захватчик вытянул с одного из кресел юную волчицу, прикрылся ей, словно щитом и, приставив к ее голове пистолет, добавил: – Если кто дернется, девчонке каюк!

– Не стрелять! – приказал я, выходя вперед.

– Молодец, – довольно оскалился волколак.

В тот же миг, я выхватил нож и метнул в революционера. Клинок со свистом рассек воздух, врезавшись ему в глаз. Заложница издала испуганный звук. Державший ее волколак крякнул, после чего рухнул на пол.

Глава 117

Мы вышли на аэростанции. Это была одиноко стоявшая башня с унылым поселением из десятка домишек у подножия. Судя по карте, городок, в котором жил должник Трутня, находился почти в сотне километрах на северо-запад. Пешком драпать пришлось бы не один день, хорошо, что внизу дежурили несколько тарантасов на паровой тяге. Махины, похожие на паровоз с парой вагончиков, только ездили они не по рельсам.

– Куда вам? – поинтересовался длинный и тощий как жердь волколак с огромным носом, редкими гнилыми зубами и торчащей клоками шерстью.

– Нам нужно добраться до Рвака, – ответил я.

– Место стоит сто гралеров. Отправляемся через час.

– Может, это убедит вас отправиться сейчас? – с этими словами я отсыпал ему пригоршню квальтийских золотых.

– Вполне, – кивнул волколак, пытаясь не показывать своего удивления.

– А, это, чтобы в вагоне, кроме нас никого не было, – в ладонь машиниста упали еще три золотых. На сей раз мне хотелось доехать без приключений.

– Договорились.

* * *
Пейзаж за окном раскинулся унылый и однообразный: до самого горизонта прерии да холмы, покрытые желтым лишайником.

– Красотища какая, – восторженно произнесла сидевшая рядом Хэл.

– Как по мне, слишком однообразно, – сказал, сидевший на скамейке за нами, Менчич.

– Однообразно? Скажешь тоже, – фыркнула девушка. – Нету ни высоток, ни чадящих труб, ни войны. Чистая нетронутая природа – красота, да и только.

– Это в тебе усталость от войны говорит. Через неделю-другую ты взвоешь здесь от тоски, – возразил Менч. – Если уж и менять наш мир, то не на такое унылое место.

– И на какое бы ты согласился?…

Пока они обсуждали пейзаж и делились мечтами, я думал о том, как разобравшись с должником Трутня, мы непременно вытащим Аню и, тогда, можно будет вернуться домой, в родную российскую глушь…

Тут-то до меня дошло, что не все так просто. Назревал непростой выбор. У меня с Аней отношения, как и с Хэл. Получается, я предал их обеих. Эльфийку, когда стал спать с Хэлкерт, а Хэлкерт, когда ничего не рассказал про Аню, узнав, что она жива.

Как им в глаза-то после этого смотреть?

«Не сейчас, – решил я, прогоняя из головы пораженческие мысли. – Вот разберемся с должником, освободим Аню, тогда и решу…»

* * *
Когда мы приехали, солнце коснулось горизонта. Я отсыпал машинисту еще золота и велел нас ждать, чтоб было на чем вернуться на аэровокзал. После этого мы направились к дому должника.

Городишко был небольшим. Скромные домики, в основном, одноэтажные и тянулись вдоль главной улицы, которая, из-за позднего времени, практически пустовала.

– Какое унылое место, – проворчала Хэлкерт, поймав на себе любопытный взгляд выглянувшей из окна волчицы в чепчике с рюшками и ночной рубашке.

– Ага, – кивнул Менчич, – мне как-то не по себе. Нам еще долго?

Я сверился с картой, на которой Трутень отметил жилище должника, по имени Эрван, его дом располагался на окраине, рядом с водонапорной башней.

– На окраине? Что-то у меня плохое предчувствие, – поежился Менч.

– Да, брось, что может случиться? У нас куча стволов и других игрушек, а у местных лишь кремнёвые пуколки, – оскалился Олктис, похлопывая по висевшей на поясе кобуре.

– Лучше не расслабляйтесь, – сказал я. – Мало ли, что.

Меня обстановка тоже напрягала: как-то уж слишком тихо. Все жители сидят по домам, ни одного алкаша, который горланит песни на всю улицу или отливает за углом. Ладно, с алкашами перебой, может, спят все. Где собаки или кого волколаки могут завести в качестве домашних животных? Нет, слишком уж тихо.

– Не паранойте, – пробасил Борлис, – мы, со стариной Тиси, – так он называл Олктиса, – вас прикроем.

– Точно! – кивнул тот.

Может, они и правы, и я излишне параноил, но, как показала жизнь в их мире: лучше быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом.

Когда мы добрались до жилища Эрвана, солнце село и начало смеркаться. В окне домишки горел свет. Я поднялся на крыльцо и кулаком, сильно, постучал в дверь.

В окне забегали тени и через несколько минут, из-за двери донесся настороженный женский голос:

– Кто там?

– Мы от ростовщика Трутня! Нам нужен Эрван! – сообщил я.

Послышался скрежет замка. Дверь со скрипом отварилась, из-за нее показалась волчица в черном платье и черном чепчике.

– Как вы смеете заявляться в наш дом?! – прорычала она.

– Я могу видеть Эрвана?

– Подите прочь!

– Истеричка, – проворчал я, без лишних церемоний отодвинул её в сторону и вошел в дом.

Внутри никого не было. – И, что это значит?

– Она убежала, – сообщила вошедшая следом Хэл.

– Твою мать…

– Все сюда! – донесся с крыльца голос Менчича.

Выйдя на улицу, я увидел стройные ряды волколаков в темно-синих мундирах. Над ними развевалось знамя с зеленым кругом на красно-белом фоне. Солдат было не меньше сотни, а с ними не меньше дюжины пушек. Пусть они и допотопные, и стреляли ядрами, однако ж, пушки, это все же пушки.

Глава 118

– Вот это номер, – присвистнул я, пытаясь вспомнить, не нарушили ль мы чего в этом мире, за что нас могли захотеть привлечь к ответственности. Как ни старался, ничего не вспомнил. Разве что проделки в дирижабле?

– Как думаешь, что им надо? – спросила Хэл.

– Есть только один способ узнать это, – с этими словами, я шагнул вперед, спустился с крыльца, прошел около десяти шагов, остановился и выкрикнул:

– Кто у вас главный?!

Через несколько минут, из ровных рядов волколаков, вышел один. Он неторопливо шел в мою сторону. По мере его приближения, я мог различить мундир с орденами и аксельбантами, саблю на поясе. Шрам на носу и сколотый левый клык.

Он остановился шагах в тридцати от меня, окинул изучающим взглядом, после чего произнес:

– Моё имя Роввин Малк, я, полковик-протектор юго-западной директории Нур’Ваада.

– Я, Скворцов Евгений, в некоторых кругах известный как Жека, а в некоторых, как Кершиф.

– За вами и вашими людьми мы и пришли. Вы арестованы. Сложите оружие и проследуйте за мной.

– За что, позвольте узнать?

– За совершенное преступление.

– Но, позвольте-ка, Малк, мы ведь спасли тех людей!

Он, не понимая, о чем я говорю, прищурился.

– Так о каком преступлении речь? – уточнил я.

– Многочисленные нарушения актов Альянса, – отчеканил полковник-протектор.

– Как-то очень расплывчато звучит. Не находите?

– Вы отказываетесь сдаться?

– Нет, что вы? – улыбнулся я, шагнув в его сторону. – Просто хотелось прояснить ситуацию с выдвинутым обвинением. Насколько я помню, решение об аресте принимает суд. У вас есть постановление судьи?

Полковник-протектор недовольно оскалился.

– Согласно пункту семь, второго дополнения, директивы шестнадцать одиннадцать дробь восемнадцать, для вашего задержания на трое суток, мне не нужно разрешение суда.

Я не знал досконально всех кодексов Альянса, и не мог ничего возразить, но что-то мне подсказывало, что этот Малк, темнит.

– Можно мне обсудить это со своими людьми?

– Хорошо, – кивнул он. – У вас десять минут!

С этими словами он развернулся и зашагал обратно.

И, тут, меня словно током ударило! Все волколаки, с которыми я общался по дороге от вокзала до этой дыры, во время разговора, выделяли рычащие звуки, если такие присутствовали. Поковник-протектор, совсем не рычал.

– Малк! – окликнул я его, и пошел следом. – Еще один вопрос!

Тот обернулся.

– Ты знаешь скороговорку: «На дворе трава, на траве дрова»?

Мне показалось, что он, вдруг, понял, где затупил, но было уже поздно. Я, протянул руку и, прежде чем тот успел хоть что-то предпринять, стянул с него маску. Под ней скрывался триган.

Глава 119

– Ну, привет! – оскалился я, бросив маску в руки Малку. – Как вы узнали? Таможня сдала или кто-то еще?

– Это ничего не меняет, – надевая маску, проклекотал тот.

– Значит, кто-то еще… Точно! Трутень, ростовщик, да?! Вы нас ждали! Поэтому городок пуст и нет ни какого Эрвана. Ну, Трутень, попадись мне, я тебе устрою…

– Этому не бывать, – покрутил головой Малк. – Живыми ни кому из вас не уйти. Кстати, осталось семь минут.

С этими словами он опять развернулся и направился к своим.

– Все-таки западня, – утираясь тыльной стороной ладони, молвил я, вернувшись к дому. – Ну, это ерунда. Давайте все внутрь. Мы сваливаем.

Я зашел последним и закрыл за собой дверь.

«Ростовщик решил нас продать, но как они нас удержат, если в нашем распоряжении машинка перемещения?»

Мы встали в круг, и я нажал на большую кнопку…

Ничего не произошло.

– Твою мать, – вырвалось у меня.

– Какого хрена это значит? – округлил глаза Менчич.

– Они каким-то макаром нейтрализовали нашу машинку для перемещения.

– А, так можно? – удивилась Хэл.

– Видимо, да…

– Получается, мы в жопе? – пробормотала она.

– Получается что так…

Глава 120

Когда отведенное нам время вышло, волколаки сделали несколько залпов из мушкетов, после чего начали наступление.

– Не высовывайтесь! – выкрикнул я. – Подпустим поближе, тогда начнем.

Когда они приблизились шагов на тридцать, мы открыли огонь из всех стволов. Волколаки, довольно быстро, отступили. Видимо, прощупывали нашу оборону.

– Прекратить огонь! – приказал я. – Экономим боеприпасы, бой предстоит долгий. Да и местных можно пожалеть, не от хорошей же жизни они оказались на службе у триганов. Все целы? Раненые есть?

Мы провели перекличку – все были целы.

– Борлис, Олктис, парни, давайте-ка на фланги, попытайтесь взять их под перекрестный огонь!

– Слушаюсь, вашбродь! – ответили те.

– Хэл, давай на чердак.

Девушка кивнула, взяла винтовку и направилась наверх. Уже в дверном проеме она замерла, а потом вернулась и поцеловала меня, так, словно не думала пережить эту ночь.

– Не волнуйся, Менч успеет, – натянуто улыбнулся я, проведя ладонью по ее щеке.

Хэл улыбнулась и вышла.

За окном, загрохотала пушечная канонада. По дому замолотили тяжеленные ядра, насквозь пробивая деревянные стены. Все вокруг заполнилось треском и разлетающимися в разные стороны щепками. Мы с Дейтином вжались в пол.

«Надеюсь, Хэл не зацепит», – тяжело вздохнув, подумал я, понимая, что на чердаке больше шансов встретиться с пушечным ядром.

Обстрел длился не меньше десяти минут. Дом превратился в жалкое зрелище: от крыльца и стены практически ничего не осталось и мы с Дейтиным вынуждены были отползти вглубь дома; часть крыши покосилась – в тот момент, я чертовски испугался за жизнь Хэл, но все обошлось, она не пострадала.

В общем, когда пушки замолчали, наше укрепление выглядело очень жалко.

– Внимание! Вторая волна! – передергивая затвор, выкрикнул Дейт.

Отбивая барабанную дробь, волколаки предприняли очередную попытку штурма.

– Огонь! – приказал я и спустил курок. Вслед за нами стали доноситься выстрелы с чердака. Несмотря на потери, они не останавливались, продолжая наступление.

Когда между нами оставалось каких-то пятьдесят-сорок метров, где-то справа гулко замолотил тяжелый пулемет Борлиса.

– Красавец! – довольно произнес я.

– Еще бы Олктис подключился, было бы вообще смак! – не переставая стрелять, заметил Дейтин.

– Это и без того прибавит им проблем!

И, тут, на левом фланге «заухала» снайперка Олктиса.

– Легок на помине, – улыбнулся я.

Оказавшись под перекрестным огнем сразу с трех направлений, псоглавые отступили.

Глава 121

К нашему сожалению, ночи в этом мире оказались «белыми» и, несмотря на позднее время, сумрак не сменялся темнотой, что лишало нас шансов затеряться в ночи.

Перестроившись, волколаки выслали по отряду к домам, в которых засели Олктис и Борлис.

– Надо бы им помочь, – глядя на это, сказал Дейтин.

– Согласен…

Я рассудил так: вряд ли они ждут от нас каких-то глупых и необдуманных выходок, подавят наших на флангах и, вновь, возьмутся за нас. Значит нужно привлечь их внимание на себя.

– Сделаем так: как только я выйду, ты двигай к Олктису, а Хэл передай, чтобы направлялась к Борлису.

– Что, значит, «выйду»? – округлил глаза Дейт.

– Выполняй!

– Слушаюсь!

После этого я поднялся, держа руки на виду, вышел из разрушенного дома и прокричал волколакам:

– Не стреляйте! У меня предложение!

Слушать меня никто не захотел, лишь стали в ответ шмалять. Пришлось вернуться в укрытие, чтобы не словить пулю. Дейтин, тем временем, ушел.

Вдруг скрипнула половица и в дверном проеме возникла фигура…

– Хэл?! – выпалил я. – Какого хрена?! Я же отдал приказ!

– Засунь-ка ты его себе в задницу! Если мы погибнем, то вместе!

* * *
Вскоре, волколаки взяли штурмом дома, в которых сидели здоровяк Тиси и Бор, после чего, начали третью попытку взять наши руины. Мы с Хэл били без промаха, каждая пуля уносила чью-то жизнь, но вот, моя винтовка издала глухой щелчок.

– У меня кончились пули! – выкрикнул я, готовясь к рукопашной.

Хэл сделала три или четыре выстрела, после чего сообщила:

– Я, тоже, пустая!

«Ну, что же, если петухи хотят нас заполучить, им придется дорого заплатить!» – пронеслось у меня в голове.

Передо мной возник волколак. Держа винтовку за ствол, словно дубинку, я, что было сил ударил его прикладом промеж глаз. Тот издал жалостливый звук и обмяк. За ним появился еще один. Снова удар прикладом наотмашь. На этот раз, мне посчастливилось выхватить из бесчувственных рук пистолет – жалкий однозарядный с кремневым замком, и следующий волколак, что попался мне на глаза, схлопотал пулю в лоб.

– Давай! Давай, суки! Смелее! – выкрикнул я, впадая в раж.

Не знаю, как долго мы с Хэл продержались, скольких убили, но, вот, силы начали покидать меня. Руки и ноги, словно налились свинцом, мои движения стали медлительными, а я неповоротливым и, в конечном счете, меня сбили с ног…

Глава 122

Надо мной навис волколак и занес саблю для удара. Я откатился в сторону. Клинок со свистом рассек воздух, угодив в деревянный пол, где я был мгновение назад. Волк дернул рукоять, но сабля застряла. В тот же миг я вскочил, выхватил у него из-за пояса пистолет и нажал на спусковой крючок. Кремниевый замок щелкнул, но выстрела не последовало – осечка.

«Твою мать!» – пронеслось у меня в голове.

Волколак довольно оскалился: ему наконец-то удалось вытащить саблю. В очередной раз занеся ее над головой, он шагнул вперед.

Грянул выстрел. Волколак неестественно дернулся и замертво рухнул на пол. За его спиной, с пистолетом в руках, стоял Менчич. Тут же до меня стали доноситься ухающие выстрелы ангварских винтовок, рокот двигателей паролетов и грохот артиллерии.

– Ну, наконец-то… – пробормотал я, осматриваясь по сторонам, в поисках Хэл.

Она неподвижно лежала у стены, в луже крови.

«Твою мать, только не это…» – пронеслось у меня в голове. Я подскочил к ней и схватил за плечи.

– Тише ты, больно, – вдруг простонала девушка.

– Куда тебя зацепило?! Откуда кровь?! – воскликнул я, пытаясь оценить ее состояние.

– Это не моя, – натянуто улыбнулась Хэлкерт, потирая ушибленную голову…

Дело было в том, что поняв, бесполезность машинки перемещения, я дал ее Менчичу и велел найти место, где «глушилка» псоглавых не работает, переместиться домой в Союз и привести подмогу. Я рассудил просто, раз эти ртицеголовые и сам Альянс плевали на свой кодекс, почему мы должны погибать, но блюсти его? В топку!

После того, как волколаки разбежались, и все было кончено, я, вдруг, понял, что мне крепко перепало. Окровавленная голова гудела и трещала, разваливаясь на части. Левая рука висел беспомощно, словно плеть. Судя по боли в груди, были сломаны несколько ребер. В общем, меня доставили в санчасть вкололи обезболивающее и вскоре я отключился…

* * *
Меня подлатали. Я находился в санчасти и пытался придумать, как спасти Борлиса, он лежал на соседней кушетке, без сознания. Ему оторвало обе ноги и практически все тело покрывали жуткие ожоги. Врачи не могли точно сказать, выживет он или нет.

На следующей кушетке спал Олктис, за ним Дейтин. Парням тоже хорошо перепало, но их жизням ничего не угрожало.

– Ты как? – в комнату, прихрамывая, вошла Хэл. Ее правая рука висела на перевязи, предплечье было перебинтовано, над левой бровью красовался новый шрам, глаз заплыл, а половина лица была иссиня черной.

– Лучше чем Борлис.

– Он выкарабкается, – девушка села на кушетку рядом, – вот увидишь.

– Где Менч с машинкой?

– Скорее всего, в штабе, с генералом…

– Анкарт здесь?

Хэл кивнула. Я встал с кушетки и, прихрамывая, пошел к ним.

– Ты это куда? – удивилась она.

– Нужно сказать генералу, чтобы сваливал отсюда, пока не поздно…

Глава 123

– А, вот и он! Наш герой! Когда мне доложили, что Кершиф – кавалер Ордена Союза, дезертировал вместе с несколькими бойцами своего взвода, я сразу понял, это не просто так! Я знал, что ты – шельмец, как всегда что-то задумал! Ну, ты меня и удивил!

– Вашбродь, дело срочное…

– Дай я тебя обниму! – воскликнул Анкарт и тут же заключил меня в крепкие объятия. Я жалобно застонал от боли. – С ресурсами этого мира, – продолжал генерал, не обращая внимания на мои стоны, – мы непременно выиграем войну! А, дальше, начнем развивать успех и здесь!

«Кажется, я натворил что-то очень нехорошее…» – пронеслась в моей голове беспокойная мысль.

– Генерал, можно поговорить с вами наедине? – прошептал я Анкарту на ухо.

– Для тебя сынок, все, что угодно! – воскликнул он, отечески похлопывая меня по ноющей от боли спине.

Вдруг, вокруг нас, из ярких вспышек, стали появляться люди в черных плащах.

«Блин, поздно…», – пронеслось у меня в голове.

– Это что еще? – пробубнил генерал.

– Волшебная стража, – пояснил я.

– Приготовиться к бою! – рявкнул Анкарт.

– Нет! Вашбродь, прошу вас не надо, будет только хуже!

– Говорит начальник волшебной стражи, Фрайг! – разнеслось по округе. – Вы окружены! Сдавайтесь!

– Генерал, поверьте мне, лучше их не злить, – с этими словами я заложил руки за голову и встал на колени.

Глава 124

– Ты хоть понимаешь, что натворил?! – Танкред ходил из угла в угол, орал и размахивал руками. – Нарушил хренову уйму правил Кодекса! Развязал войну между двумя отсталыми мирами! За это положено казнить не только тебя, но и генерала Анкарта, как предводителя вторжения!

– Брось, – отмахнулся я, – никакого вторжения не было…

– Не было?! – взорвался рыжебородый. – Как ты не понимаешь? На сей раз сэр Роквелл тебя не отмажет! Он сам тебя прикончит, когда узнает, что мы с тобой скрыли от него то, что ты жив! За каким тебя вообще понесло туда?!

– Ну, наконец-то ты начал задавать правильные вопросы. Я задолжал ростовщику Трутню, а отдавать было нечем. Он сказал, что есть возможность отработать: выбить должок у некого Эрвана в мире Нур’Вад. Мы заявились в указанный ростовщиком дом, а дальше ты знаешь.

– Я давно знаю Трутня, – поглаживая бороду, задумчиво произнес Танкред, – он бы не стал так откровенно палиться, если его, конечно, не заставили.

– Или это вообще не он…

– Не он?

– Ага… – и я рассказал ему о тригане, который в маске волколака командовал солдатами.

– Ладно, предположим, за всем этим стоят петухи, зачем им так суетиться ради тебя?

– Не поверишь, – улыбнулся я, – с тех пор, как мы оказались в западне, у меня не выходит это из головы.

– И? Есть идеи?

– Нет.

Он на какое-то время задумчиво молчал, после чего пристально на меня посмотрел и произнес:

– Ну и заварил ты кашу…

Глава 125

– Что они, теперь, с нами сделают? – тихо произнесла Хэл. Она стояла у окна, наблюдая за происходящим во дворе замка.

– Не знаю, – пожал я плечами.

Нас держали Эйвильстинне, не в казематах, но все равно под замко́м. При помощи магии, всех вылечили, даже Борлиса. Ему не только заживили все ожоги, от них практически не осталось и следа, а еще и вырастили новые ноги. Где держали генерала Анкарта, его офицеров и солдат, оставалось только догадываться.

– Вас, скорее всего, отправят домой, – продолжал я. – Но, перед этим, сотрут воспоминания о контактах с другими мирами.

– Живой я им не дамся!

– Если имеешь дело с магией, одной силой не обойдешься, – покрутил я головой.

– Плевать!

– Ты видала, с какой легкостью они вылечили всех нас? Даже здоровяку Бору новые ноги вырастили. А, теперь, представь, как они с так же легко калечат людей. Поверь, лучше не связываться.

– Что? Ты предлагаешь сдаться? Вот так просто откажешься от меня?

– Нет, совсем не это! Тактическое отступление, которое вовсе не означает, что я отказываюсь от борьбы. Просто, зная этих людей и на что они способны, говорю: «действовать нужно не как обычно».

– Но, если мне сотрут все воспоминания о тебе, и о том, что нас связывает…

– Доверься мне…

Глава 126

За окном стоял день. Я, по обыкновению, сидел за дальним столиком в «Хромом конике», пил пиво и ждал Танкреда.

Прошло почти две недели с тех пор, как меня разлучили с Хэл.

Мои просьбы оставить её и остальных, не увенчались успехом, а над помощью в прекращении войны между Ангварией и Квальтией обещали «подумать».

Я смотрел в пустоту и размышлял о несправедливости этой сраной жизни. Где грань? Простым людям нельзя вмешиваться в дела отсталых миров, а вот триганы или альянс, пусть и не официально, положили на свои правила болт и делали, что им вздумается, не гнушаясь рабством и даже убийствами.

Если это делаю я, тогда, я преступник и должен понести наказание. Разве это правильно? Почему им можно, а мне нет? По какому праву решают они?

Сославшись на то, что я преступник, волшебная стража мне даже с Хэл, не дала проститься, перед тем, как стереть ей память. На деле, альянс оказался ни чем не лучше триганов…

Мои размышления прервал Танкред.

– Роквелл дал «добро», на твое участие, – с этими словами он сел за стол и, расстелив передо мной карту, продолжил:

– Этот мир называется Хьйольм, магически развит, населен в основном людьми и эльфами. Нас интересует вот этот замок: Ролгвуд. По некоторым сведениям твоя подружка может быть там.

– Мы, что, одни пойдем?

– Нет, скоро сюда придут два эльфа-дроу. Отправляйтесь в Хьйольм и ждите меня в кабаке «Синяя моль». Я прибуду через день – два, самое позднее, три.

– Что ты затеваешь?

– Хочу приобщить к делу одного опытного специалиста, думаю, это будет не лишним, – вставая из-за стола, бородач добавил: – И оденьтесь потеплее, там сейчас зима.

* * *
Я просидел два, а то и три часа, выпил не меньше трех литров пива, и два раза ходил отливать, прежде чем эти чертовы эльфы соизволили явиться. Причем, они оказались какими-то странными эльфами: темнокожие, с красными глазами и рыжими волосами. Оба в черных плащах с откинутыми капюшонами, в легких кожаных доспехах, у каждого на поясе висел меч и кинжал.

«Какие странные парни. Как Танкред их назвал? Дроу?» – подумал я и помахал им рукой, призывая к своему столу. Они переглянулись и подошли.

– Вы не торопились.

– Ты Жека, человек Танкреда? – спросил один из них.

– Ага.

– Позволь представиться: я – Грэвз Вардейн, это, – он показал на своего спутника, – мой кузен – Орвик Вардейн. Скажи, будь так добр, где Танкред?

– Просил передать, чтобы мы отправлялись без него и ждали в кабаке «Синяя моль». Он будет через пару дней.

– Что-то случилось?

– Я без понятия.

– Уговор был не таким, – недовольно сказал Орвик.

– Не кипятись, – Грэвз положил руку ему на плечо, – мы, знали, на что идем.

– Стоит ли оно того?

– Вот и узнаем. Идем, Жека.

Мы вышли из «Коника». Вошли в ближайший безлюдный переулок. Грэвз достал из внутреннего кармана плаща машинку для путешествия между мирами.

«Он же просил еще что-то передать», – пронеслось у меня в голове, за секунду до того, как неправильный эльф нажал кнопку и мы перенеслись.

Глава 127

Мы оказались на заснеженном холме, с которого открывался вид на Хьйольм.

Он, во многом напоминал Вройс: такие же каменные домики – высотой не более двух этажей, которые располагались довольно тесно друг к другу образовывая узенькие улочки. Высокие городские стены, замерзший ров и замок, что возвышался над заснеженным городом.

Было довольно холодно. Завывал пронизывающий до костей ветер, а небо сплошь закрывали серые тучи.

«Точно, Танкред же говорил одеться потеплее», – вспомнил я и, направляясь в сторону города широким шагом, обратился к своим спутникам: – Давайте-ка поторопимся, пока в конец тут не околели.

– Как же холодно! Почему Танкред не предупредил нас, об этом? – возмутился Орвик.

– Видимо забегался и забыл, – развел я руками. – Дел-то у него невпроворот.

– Нужно будет потребовать надбавки к оговоренное плате…

* * *
Следуя инструкциям Танкреда, мы остановились в кабаке «Синяя моль». Заведение принадлежало конеголовому существу по имени Дэльман. Он оказался довольно рад нашему визиту, как-никак мы сняли комнату, заплатив за неделю вперед.

«Моль» находилась на перекрестке сразу пяти улиц, и была довольно популярным заведением среди горожан. В разное время суток, здесь можно было встретить как высокородных, так и самых ничтожных жителей Хьйольма.

Жизнь в городе тянулась неторопливо и размеренно. Думаю, это из-за сугробов по колено и морозов – градусов десять, не меньше. Кому, в здравом уме, захочется покидать теплый уютный очаг?

За три дня, которые мы с эльфами-дроу провели в кабаке, ожидая Танкреда, никто из нас ни разу не покидал его стен. Мы пили брагу, травили байки, играли в карты и пели песни. Ну, как пели? Эльфы больше драли глотки – так как не имели ни малейшего намека на слух или голос, чем сильно раздражали окружающих. Один раз, дело даже чуть до драки не дошло, но зычный бас Дэльмана быстро остудил горячие головы…

Заканчивался третий день нашего пребывания в стенах «Моли». Дело близилось к полуночи. Я, Грэвз, Ортис и еще два постояльца: лесной эльф и человек, сидели за столиком, играя в Хьйольмский холдем.

Кроме нас в кабаке сидели три гнома и парочка конеголовых ребят – закадычные друзья Дэльмана.

Мне весь вечер не везло, хорошие карты либо не шли, либо шли, но толку от них было ноль, потому что оппонентам удавалось собрать лучшие комбинации из худших карт. Несмотря на это, я был в небольшом плюсе, ибо пару раз удалось сорвать банк при помощи блефа.

И, только, удача улыбнулась мне – в руку пришли два туза и король, как на пороге «Моли» показалась до боли знакомая нелепая фигура в широкополой шляпе.

– Не может быть, – произнес я, вставая из-за стола, – Шебберил, сука, Клапс!

Глава 128

– Какими судьбами?! – воскликнул я, направляясь ему на встречу.

Следом за ним вошли гном Гектор и тролль Гротт.

– Жека? – удивился волшебник.

– Шкед?! Вот так встреча! – воскликнул гном.

– Суки! – прорычал я, стиснув зубы. Мне очень хотелось наброситься на этих ублюдков и как следует набить их наглые морды, но показавшийся на пороге Танкред, остановил меня.

– Спокойно парень, – сказал он, положив мне руку на плечо. – Ты еще успеешь поквитаться с ними, не забывай, кого мы идем вызволять.

– Какого хрена?! – не понял я, с чего это вдруг, он заступался за этих подлецов.

– Они и есть, те самые специалисты, – пояснил рыжебородый.

– Что?

– Эта троица лучшие в обходе волшебных ловушек и защитных систем. Их опыт, знания и умения, помогут нам пробраться в замок и вызволить твою подружку. Если она действительно там.

– Ладно, пес с ним, – махнул я рукой. – Но по морде-то ему можно съездить? Хоть разочек, а?

– Да, он заслужил! – поддержал меня Гек.

Удивленный такой солидарностью, я одарил его подозрительным взглядом.

– Что смотришь? Ты мне всегда нравился. Да! С тех самых пор, как мы тебя заморочили… – гном осекся.

– Что ты сказал? – гнев внутри меня нарастал все сильнее.

– И, вообще, я был против того, чтобы тебя бросать, – сообщил он, делая вид, что фразы про заморок не было.

– Той ночью, когда мы встретились, ты околдовал меня, – глядя на Шеба, прорычал я.

– Жека, друг, может, договоримся? – натянуто улыбаясь, предложил он.

– Непременно, как только я хорошенько приложусь по твоей тупой роже!

– Да чего ты пристал-то?! Ты так хотел свалить из той дыры, что мне и колдовать особо не пришлось, так, еле-еле…

Я сжал кулаки и шагнул к нему.

– Так, всё, довольно! – воскликнул Танкред, снова отодвигая меня. – Сегодня, никто никого бить не будет! Нам завтра рано вставать! Давайте-ка все по комнатам и спать!

Глава 129

Я лежал на кровати и смотрел в потолок. Сон все не шел, сердце бешено колотилось, а в голове только и кружили мысли о том, что за стенкой лежал тот самый урод, из-за которого на мою долю выпали все эти перипетии.

«Теперь понятно, как мне удалось одолеть тех гопников, – перед глазами всплыла наша первая с Шебом встреча, хулиганы и он, сидящий на тротуаре с разбитой головой. – Может и не было ничего этого, – вздохнул я. – Он мог внушить мне эти образы при помощи того же заклятия заморок. Но этому гаду все сходит с рук, только потому, что он полезен для Альянса. Разве это справедливо?»

Что бы отвлечься от этих гнетущих мыслей, я решил подумать о чем-нибудь приятном. Мне вспомнилась Хэл, её горячие объятья и страстные поцелуи.

«Как там она сейчас, жива ли? Надеюсь, что да!» – в этот момент я поймал себя на том, что все мои мысли только о ней. Я, конечно же, помнил Аню и надеялся, что у нас получится ее спасти, но я не думал о ней как о своей девушке. От осознания этого на душе стало еще паршивее…

* * *
С восходом солнца все собрались в комнате Танкреда для планирования операции.

– Защита Ролгвуда, настоящее произведение волшебного искусства, – восторженно произнес Шебб. – К замку не подойти и не подлететь ближе, чем на сто метров. Подкоп вырыть нереально. Телепортация не сработает. Поможет только дюжина сильных волшебников.

– Если попасть в него невозможно, чего мы все собрались? – проворчал дроу Орвик.

– Подожди, – усмехнулся я. – Он набивает себе цену. Сейчас расскажет, какая сложная предстоит работа и как трудно ему придется, а потом, сообщит, где лазейка.

– Вот, зря ты ёрничаешь, – ответил мне Шебб.

– Ты хочешь сказать, что не придумал, как нам попасть внутрь? – насторожился Танкред.

– Нет, но…

– Что и требовалось доказать! – довольно воскликнул я.

– Жалкий позёр, – проворчал Орвик.

– Я не набиваю себе цену, – насупился Шебб. – А предупреждаю всех, в какое место мы собрались проникнуть.

– Давай уже рассказывай, что придумал, – поторопил его Танкред.

– Кушать хочется всем и всегда, – усмехнулся Шебб. – И триганы не исключение. Один раз в месяц, они открывают «Малые врата» Ролгвуда, чтобы впустить подводы с провиантом, которым их снабжает местный делец по имени Урри.

– Когда очередная поставка? – оживился рыжебородый.

– У нас есть немногим больше недели.

– Хорошо, – кивнул Танкред. – Проберемся в Ролгвуд вместе с телегами. Осталось убедить этого дельца помочь нам. Что про него известно?

– Жадный, ушлый, подлый. Несмотря на это, горячо и трепетно любит свою матушку, а еще привязан к своему фруни, – сообщил Шебб.

– И, что это?

– Нечто среднее между кошкой, вороной и ужом, премерзкое, однако, очень преданное создание.

– Это нам никак не поможет склонить его к содействию, – потирая бороду, сказал Танкред. – Как насчет азарта? Карты, кости, скачки?

Шебб покрутил головой.

– Жаль, – вздохнул бородач. – Тогда, придется прибегнуть к помощи его матушки.

– Не обязательно, – покрутил головой волшебник.

– Иначе нам его не завербовать.

– Вот, – Шеб достал из внутреннего кармана сюртука небольшую коробочку и поставил на стол.

– Что это?

Волшебник щелкнул пальцами. Коробочка увеличилась до размеров шкатулки.

– С помощью этой вещицы мы его похитим и сделаем маску, – пояснил он. – А, дальше, проникнуть в Ролгвуд будет делом техники.

– А, что, потом? – не понял я.

– Как что? – переспросил Танкред, будто мой вопрос вершина тупости.

– Да, так. Ну, проникли мы в замок – хорошо. Но, дальше склада нам не пройти, Шебб ведь ясно сказал: «защита замка – произведение искусства».

– Внешний периметр – да, но внутри, как правило, все проще, – пояснил Шебберил, – триганы уверены в неприступности своих стен, и поэтому довольно беспечно относятся к внутренней безопасности.

– Как-то все… – я сделал недовольную гримасу и покрутил головой.

– Что не так?! – возмутился Шебб.

– Не знаю. Получается, любой дурак может завербовать этого Жмура…

– Урри, – поправил меня Танкред.

– Ага, его, – продолжал я, – и проникнуть в замок.

– Ты сможешь? – ехидно спросил у меня Шебб.

– Нет.

– Вот и не выступай!

– Что?! – воскликнул я.

– Успокоились оба! – вмешался в нашу перепалку Танкред. – Если больше никаких предложений не будет, делаем так…

Глава 130

Дом Урри находился за городом и стоял особняком. Три этажа, высокий каменный забор и охрана – огромные обезьяноподобные существа с густым белым мехом.

– Что это за бугаи? – спросил я. Мы с Танкредом наблюдали за домом, сидя в санях, которые стояли неподалеку от дома купца.

– Йети, – ответил бородач.

– Выглядят грозно.

– Так и есть. Им лучше не попадаться…

Матушку Урри звали Ульвиссия. Это была солидная пожилая женщина, весом не меньше центнера и небольшого роста. Она вела довольно активный образ жизни, а на фоне остальных горожан, которые выходили на мороз исключительно по важному делу, Ульвиссия и, вовсе, была общественным деятелем и светской львицей. Этакая тусовщица, вокруг которой вращался весь цвет городского бомонда.

Что ни день, то какое-то мероприятие: отчетный концерт детской школы искусств, заседание клуба литераторов, концерт местной оперной знаменитости, гастроли молодых артистов из соседних городов, вернисажи и так далее, далее, далее.

– Вот, ведь, не сидится старушке, – сказал я, наблюдая, как она садится в карету. Сегодняшний вечер у нее был посвящен художественной выставке. В надежде, что знаменитая покровительница талантливых молодых людей обратит на них свое внимание, в город слетелось около трех дюжин нищих художников.

– Да, фрукт не простой, – кивнул Танкред. Он повернулся ко мне и добавил:

– Ты надел костюм, который я тебе принес утром.

– Угу, – недовольно буркнул я.

– Отлично, – сказал бородач, дернул за поводья и мы поехали следом за каретой Ульвиссии.

На подготовку к этому вернисажу ушло четыре дня. Мне предстояло прикинуться специалистом в живописи, который путешествует по мирам в поисках неизвестных дарований.

– Действуем, как тогда, с Дорой, – сообщил Танкред, пока мы ехали. – Помнишь?

– Опять зелье? – поморщился я.

– Нет, на его покупку нет времени.

– Шутишь?

– Отнюдь, – улыбнулся бородач, – ты и без того в её вкусе.

– Почему бы её просто не заколдовать? Заморок или гипноз какой? – не отступал я.

– Слишком рискованно. Ты видел, сколько на ней всяких цацок? Любая из них может оказаться защитной, тогда мы не только облажаемся, но и обнаружим себя. Куда проще и надежнее, старый добрый интим.

Вернисаж проходил в городской картинной галерее – роскошное здание из камня, с высокими колоннами на крыльце и статуями на фронтоне, по слухам, построенное на деньги Ульвиссии. Карета старушки остановилась у парадного входа галереи, на ступенях которого толпилось несколько фигур. Вперед вышел статный мужчина в костюме с бабочкой. Он открыл дверь кареты, помог Ульвиссии выйти и проводил внутрь. Остальные гуськом потянулись за ними.

Мы с Танкредом наблюдали за этим из проулка напротив.

– Идем, – сказал бородач, спрыгивая с саней. Он широким шагом направился к галерее, а я последовал за ним.

Внутри было шумно и многолюдно. Играла живая музыка. Между гостей сновали слуги в белых сюртуках и с подносами в руках. Один такой – старичок с редкими седыми волосами, густыми бакенбардами и закрученными усами, преградил нам путь.

– Господа, позвольте ваши шубы, – учтиво произнес он.

Мы разделись, сдали ему одежду, и пошли дальше.

Мимо проходил слуга с подносом, на котором стояли фужеры с шампанским, ну или чем-то похожим. Я, тут же, взял парочку, для себя и Танкреда.

– Не увлекайся, – проворчал бородач, принимая из моих рук бокал. – Помни, зачем ты здесь.

– Такое забудешь. Мне нужно как следует нажраться, чтобы охмурить её, – ответил я и залпом осушил фужер.

Ульвиссия и две ее подруги, которые были рядом с ней на всех мероприятиях, стояли у пейзажа и, глядя на него, восторженно охали. Я, подошел к ним сзади, и, глядя на картину, брезгливо произнес:

– Мазок довольно поспешный…

Дамы обернулись и с удивлением уставились на меня, дескать: «что за манеры, молодой человек?»

– Ох, прошу прощения, при виде столь бездарной мазни, я напрочь забыл о правилах хорошего тона. Позвольте представиться: Евгений Кершов – коллекционер, – сказав это, я сделал учтивый кивок.

– Я, Лассетия, – протянув мне руку, представилась, одна из спутниц моей цели. На вид ей было около сорока, пышное платье, высокий белый парик и целая тонна пудры на лице.

– Очень приятно познакомиться, – сказал я, поцеловав её руку.

– Это, Мартия, – продолжала Лассетия, представив вторую спутницу матушки Урри. Она была в таком же пышном платье, только черного цвета и черном парике.

– Рад нашей встрече, – молвил я, и поцеловал руку Мартии.

– А, это, леди Ульвиссия, – с нотками торжественности произнесла Лассетия.

– Не может быть? – округлил я глаза. – Сама леди Ульвиссия? Польщен…

В общем, к концу вечера старушка пала под натиском моего обаяния и пригласила к себе на чашечку какавы с зефирами…

Глава 131

Несмотря на свой преклонный возраст, Ульвиссия оказалась страстной и ненасытной любовницей. Прежде чем она отвернулась к стенке, и мерно засопела, мне пришлось, как следует постараться. Применяя всё, чему меня научили Дора, Никки и Хэл, я старательно ублажал ее, доводя до экстаза. Трижды Ульвиссия доходила до высшей степени сексуального наслаждения, и кричала так сильно, что к нам врывались слуги. Судя по их выпученным глазам, они твердо были уверены, что их хозяйку убивают.

После того, как Ульвиссия заснула, я, по-тихому оделся и вышел. В коридоре было светло словно днем. Серебристый свет луны струился через огромные витражные окна, освещая массивную лестницу с резными балясинами, канделябры на стенах, статуи и картины.

«Не дом, а музей», – пронеслось у меня в голове.

Стараясь не шуметь, чтобы не привлекать внимание прислуги, которая точно не спит, я направился вниз по лестнице.

Кабинет Урри располагался на первом этаже. Его дверь была слегка приоткрыта, из-за нее тянулась полоска мягкого свечного света. Я осторожно заглянул внутрь.

Купец сидел за столом и что-то писал большим гусиным пером. На вид ему было около тридцати. Длинные темные волосы убраны назад, прямой нос, тонкие губы, которыми он, еле заметно, шевелил в такт движениям пера.

Еще раз осмотревшись, не вышел ли кто, я шагнул через порог. Дверь скрипнула. Урри перестал писать и поднял голову.

– Ты еще кто? – недовольно проворчал он, окинув меня оценивающим взглядом.

– А, мы уже на «ты»?

– Пади прочь, если жизнь дорога! – с этими словами, он открыл один из ящиков стола. Не дожидаясь пока он достанет оружие, или что там у него, я вытащил из внутреннего кармана пиджака волшебный короб, направил его на купца и откинул крышку.

Небесно-голубой луч пронзил кабинет и врезался в Урри. Он неестественно дернулся и стал сгибаться, словно на него давило что-то тяжелое.

– Будь ты проклят! – прохрипел купец, после чего исчез вместе с небесно-голубым лучом под крышкой моего волшебного короба.

«Как-то уж слишком все просто», – подумал я, пряча короб обратно во внутренний карман пиджака.

Прежде чем выходить из кабинета, я какое-то время постоял у двери, прислушиваясь, нет ли кого в коридоре. Слуги могли выйти по нужде или, чего доброго, услышать крики Урри.

«Вроде бы никого», – решил я и выглянул в коридор. Чисто. Гробовая тишина, да лунный свет, который проникал в коридор через большое окно, освещая все будто днем.

Я аккуратно закрыл за собой дверь кабинета Урри, после чего, ступая на цыпочках, чтобы не стучать каблуками, направился к выходу из дома.

Глава 132

Завывал пронизывающий до костей ветер. Мело так, что снег стоял стеной, и ничего не было видно дальше, чем на тридцать метров. Наша группа, на пяти санях, двигалась в направлении замка Роллгвуд. Я и кузены дроу сидели в «замыкающих» вереницу телеге.

– Проклятый холод, – кутаясь в плащ с меховой оторочкой, проворчал Ортис. – Надо будет потребовать у рыжебородого доплаты.

– Ага, – кивнул Грэвз, – за все перенесенные нами неудобства, сотни две, сверх обещанного, будет в самый раз.

– Каждому.

Несмотря на свой грозный вид, братья были просто невероятными нытиками. То постель им не такая, то еда, то погода слишком холодная. За проведенное с ними время, я постепенно начинал ненавидеть эту парочку.

– Жека, будь добр, скажи, за сколько ты подписался на это мероприятие? – спросил Грэвз.

«Вот же наглая морда», – подумал я. Прищурившись, посмотрел на него, выдержал паузу, после чего ответил:

– Тебе зачем?

– Просто, – пожал тот плечами, – из праздного любопытства.

– Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, – сухо произнес я.

* * *
Роллгвуд стоял в получасе езды от Хьойльма, но это в ясную погоду. Мы же, из-за метели, добирались до замка не меньше часа, так что мне с трудом удалось не уснуть, чего на морозе категорически нельзя было делать.

А, вот, братцы дроу, видимо, этого не знали. Когда сани остановились под стенами Роллгвуда, темные эльфы сладко спали, закутавшись до бровей в свои плащи.

«Всыпать бы вам семь нарядов вне очереди», – подумал я и толкнул в плечо Грэ(м)за, тот встрепенулся, а его правая рука упала на рукоять кинжала.

– Приехали.

– Ага, – кивнул дроу, после чего разбудил Ортиса.

Метель утихла, но снег продолжал сыпать большими белыми хлопьями. Выбравшись из саней, я принялся разминать затекшие члены. Зевая, темные эльфы последовали моему примеру.

Кругом все было белым-бело. Вдали виднелся Хьйольм, а прямо над нами, мрачной громадиной возвышался Роллгвуд. Его стены были метров пять высотой, а башни тянулись еще выше.

Тем временем, все наши собрались у головных саней. Закончив с разминкой к ним присоединились и мы.

– Все готовы? – спросил Танкред, поправляя маску.

– Да, – дружно отозвались мы.

– Тогда по местам. Начинаем.

Танкред подошел к стене, и достал пропуск. Мгновение спустя, кирпичи, словно живые, разбежались в сторону, открывая нам проход за стены замка.

Глава 133

Вопреки заверениям Урри, проникнуть в Роллгвуд оказалось проще пареной репы, и все мои опасения были напрасными. Пока Гротт и Гек неторопливо заносили привезенные нами мешки на склад, а Танкред о чем-то беседовал с триганом-кладовщиком, отвлекая его внимание, я, Шебб и темные эльфы, минуя склад, проскользнули в замок.

Мы оказались в мрачном предбаннике, он немного освещался огоньком масляной лампадки, которая стояла на столе слева от входа. Впереди была еще одна дверь. Но, прежде чем идти дальше, нужно было замаскироваться. Шебб вручил нам по волшебной маске, надев, которые мы стали триганами.

– Вроде бы никого, – сообщил я, выглянув за дверь.

Итак, самая легкая часть сделана, нам удалось проникнуть в замок. Теперь, предстояло самое трудное: не зная его плана, найти Аню.

Покинув предбанник, мы оказались в конце длинного коридора.

– Ну, есть идеи, куда дальше? – усмехнулся я, всем видом напоминая Шеббу, что именно это мне и не нравилось в его плане.

– Давайте осмотримся, – прошептал он, и приоткрыл ближайшую дверь. – Кладовая.

Мы с братьями дроу последовли его примеру. Через некоторое время наша шайка осмотрела все комнаты в коридоре – ничего полезного.

– Не вешать нос, идем дальше, – приободрил нас Шебб.

Вдруг, дверь предбанника, из которого мы пришли, открылась. Темные эльфы в тот же миг выхватывали из ножен свои мечи.

– Тише вы, это я, – прошептал вышедший в коридор Урри. – Как у вас дела?

– Ни как, – развел я крыльями. – А, у тебя?

– Кладовщик ничего не знает.

– Что теперь?

– Он сказал, на пятом этаже лаборатория, и если то, что мы ищем в замке, оно скорее всего там.

– А, про Аню ты узнал?

– Да, она работает в лаборатории.

– Что значит, работает? – удивился я.

– Идем уже, там и выясним…

Глава 134

Оставив темного эльфа Орвика с Шебом в предбаннике, караулить, чтобы никто из местных не попал на склад и не узнал о нашем проникновении, я, Танкред и Грэвз, в образе триганов, рыжебородый взял маску у Орвика, отправились на пятый этаж.

– Ты выяснил, где Аня?

– Если кладовщик не соврал, то да, – прошептал рыжебородый.

Мы быстрым шагом преодолели два лестничных пролета и, на площадке второго этажа, нос к носу столкнулись с двумя триганми в балахонах с откинутыми капюшонами.

– Не останавливаемся, – шикнул Танкред, продолжая подниматься. Я и Шебб последовали его примеру.

– Стоять! – окликнул нас один из триганов.

– Спокойно, не дергайтесь, – останавливаясь, прошептал Танкред.

– Вы кто такие и как сюда попали?! – продолжал птицемордый, на его балахоне блестел золотистый значок с красной полосой.

– Я, Сваркен Гвалд, – надменно представился Танкред. Он спустился, достал из внутреннего кармана куртки свиток и, протянув его тригану, продолжил:

– Особый уполномоченный антикоррупционной комиссии.

Тот окинул нас подозрительным взглядом, взял свиток, после чего раскрыл его и, читая содержимое, пробормотал:

– Как там поживает достопочтенный председатель Лурен Кварт?

– Вполне неплохо, – кивнул Танкред, – только, вот, в последнее время ревматизм стал его мучить.

– Скверный недуг… Что-то я не вижу в вашем предписании, печати семнадцатого отдела…

– Как? – округлил глаза Танкред. Потом он взглянул на меня и рявкнул: – Ты опять забыл поставить печать?!

– Простите, – пробормотал я, опустив глаза.

– Ох, уж эти практиканты, – вздохнул рыжебородый.

– Да, да, – кивнул триган.

– Надеюсь, этот казус не вызовет между нами недопонимания?

– Что вы, ни в коем случае, – он свернул свиток, отдал его своему спутнику. – Однако, протокол, в случае отсутствия печати, велит мне препроводить вас к старшему администратору.

– То есть договориться мы не сможем?

– Это будет проблематично, если учесть, что никакого председателя Кварта не существует…

В тот же миг, я подлетел к тригану и отвесил ему правый хук в клюв. Он крякнул и рухнул на пол. Прежде чем второй успел сообразить, что происходит, ему тоже прилетело от меня. Он обмяк и упал рядом.

– Ловко. Молодец, – кивнул Танкред, снимая золотистый значок с балахона тригана.

– Надо было сразу их вырубать, – проворчал я.

Он наложил на птицемордых парализующее заклятие, после чего мы затащили их в ближайшую кладовку, закрыли, а замок сломали.

Дальше нам встретились еще несколько триганов, но они не проявили к нам особого интереса. Даже слегка кивали в знак приветствия, потом опускали глаза и торопились уйти. Золотистый значок с красной полосой, который Танкреда повесил себе на грудь, оказался лучше всякого волшебства.

– Так, теперь, направо, – пробормотал он, когда мы добрались до пятого этажа.

Мы остановились у большой двери с витиеватой резьбой.

– Заперто, – сообщил бородач, подергав за ручку.

– Грэвз, ты, кажется, упоминал, что спец в этом деле? – уточнил я.

– Дайте гляну…

– Нет, лучше стой на стреме, – покрутил головой Танкред. – Дверь волшебная, тебе не справиться.

– Хорошо, – кивнул дроу.

– Сможешь открыть?

– Вот и узнаем. Не мешайся, – он протянул мне значок, – иди к Грэвзу.

Судя по озабоченному тону рыжебородого, мы столкнулись с довольно непростой проблемой. «После всей проделанной работы, будет невесело получить „болт“ от двери», – усмехнулся я про себя. Но, зная Танкреда, меня не покидало предчувствие, что у него был запасной план.

Пока он возился с дверью, мы с темным эльфом, недружелюбно нахохлив перья, стояли на лестнице, чтобы какой-нибудь залетный триган не помешал рыжебородому. И, у нас, довольео хорошо получалось: птицемордые, желающие попасть на этаж, столкнувшись с нами, сначала недовольно щелкали клювом, а потом, увидев на моей куртке золотой значок с красной полосой, замолкали и торопливо уходили.

– Таким темпом, скоро весь замок узнает, что мы здесь, – проворчал Грэвз.

– Танкред, ты там скоро?

В ответ на мой вопрос, тот ответил что-то нечленораздельное, похожее на ругательство.

– Видимо, это «нет», – понял я.

– Я так рад, что вы наконец-то добрались сюда! – возбужденно проклекотал поднимающийся к нам триган. – Не ожидал, что комитет так быстро откликнется на мою жалобу. Только я работаю не на пятом этаже, а на третьем.

От неожиданности мы с Грэвзом переглянулись.

– Что это вы делаете? – триган поднялся к нам и стал заглядывать за спину, чтобы разглядеть, чем занят Танкред.

– Как ваше имя гражданин? – сурово спросил я.

– Что? Гражданин? – насторожился тот. – Вы кто такие? Покажите мне ваш ордер!

– Не прокатило. Жаль, – вздохнул я, и отвесил ему по клюву, свой увесистый правый хук. Триган крякнул, обмяк и распластался на ступенях.

– Караул! – вдруг донеслось снизу.

Я перевалился через перило, там был еще один птицеголовый. Он все видел и с криком «караул» побежал вниз.

– Спалились, – почесывая клюв, пробормотал я.

– Сейчас сбегутся солдаты, – обнажая клинок, сказал Грэвз.

– Танкред, у нас проблема!

– Готово! Давайте сюда! – ответил тот.

Глава 135

За дверью раскинулась огромная лаборатория. Длинные столы с различными колбами, змеевиками, мензурками и прочей утварью. Вдоль стен тянулись шкафы, верхушки которых убегали вверх чуть ли не до сводчатого потолка.

То тут, то там, сидели триганы и, что-то увлеченно делали. Один возился с пробирками, переливая реактивы. Другой с упоением писал на пергаменте. Третий читал книгу. Все были так поглощены своими занятиями, что не обращали на нас ни малейшего внимания.

– Давайте-ка осмотримся тут, только тихо, – прошептал Танкред.

Мы двинулись вдоль столов.

Даже не верилось, что нам удалось забраться так далеко, если учесть, что действовать пришлось практически по наитию. И, вот, мы в секретном логове триганов…

Я, замер, не веря своим глазам. Впереди, за столом сидела Аннираэль. Она, как и другие обитатели лаборатории, увлеченно работала с каким-то прибором, не обращая внимания на происходящее вокруг. Ее рыжие локоны, как обычно, были собраны в хвост на затылке. Словно почувствовав на себе мой взгляд, эльфийка подняла голову.

– Чего пялишься? – сухо спросила она.

«На мне же маска!» – вспомнил я и снял маскировку.

И без того большие голубые глаза Ани округлились от удивления.

– Ты как сюда попал? – выпалила эльфийка.

– И тебе привет, – улыбаясь, я подошел к ней и обнял. – Тебя было не просто разыскать…

– Уходите, – перебила меня Аннираэль.

– Без тебя я не уйду!

– Когда В’Олгрэн узнает, что вы здесь, тогда будет поздно!

– В’Олгрэн? Он здесь? – я был приятно удивлен такому бонусу.

– Конечно здесь! Это его вотчина.

– Прекрасно!

– Чему ты радуешься? – насторожилась Аннираэль.

– Тому, что не только спасу тебя, но и поймаю этого гада.

– Тебе его не одолеть!

– В одиночку да, но я и не один…

Танкред и Грэвз сняли маски.

Аня окинула их оценивающим взглядом, после отвела меня в сторону и прошептала:

– Это глупая затея, он перебьет вас как слепых котят.

– Ты просто напугана. Поверь, мы справимся…

– Хватит ужа растягивать, – прошептал подошедший к нам Танкред. – Показывай где он, пока сюда стража со всего замка не сбежалась.

Эльфийка одарила его тяжелым взглядом, потом меня.

– Не делай этого, – сказала она.

– Не бойся, все будет хорошо, – ответил я, прижав ее к себе.

– Ладно, идите за мной, – обреченно вздохнула Аня.

Следуя за ней, мы прошли мимо стеллажей вглубь лаборатории. Там была дверь, за которой вниз убегала винтовая лестница.

Взяв свечные фонари, мы спустились. Дальше тянулся длинный темный коридор, в конце которого нас ждала еще одна лестница. Спустившись по ней, мы оказались в сыром и вонючем подземелье.

– Не передумали? – прошептала эльфийка.

– Веди, мы здесь ради него, – ответил за всех Танкред.

– Не бойся, мы о нем позаботимся, – зло оскалился Грэвз.

Я согласно кивнул. После этого Аня шагнула вперед.

«Мы обложили этого гада со всех сторон, – размышлял я, пока мы шли. – Он поплатится за все, а я смогу отделаться от работы на сэра Роквелла. Можно будет вернуться домой, жениться на Хэл…»

Я осекся, понимая, что не все так просто. Мне еще предстоял сложный разговор с Аней, а потом, каким-то образом нужно было попасть в мир Ангварии, вернуть память Хэл. Только тогда и думать о свадьбе.

* * *
– Это лестница в башню, где живет В’Олгрэн, – сообщила эльфийка, когда мы остановились у очередной лестницы.

Танкред проверил проход на наличие волшебных или механических ловушек, после чего сообщил:

– Все чисто. Поднимаемся.

Эльфийка шла первая. Мы, держа оружие наготове, следом. Оказавшись перед дверью, Аннираэль аккрутано открыла её и шагнула через порог. Мы последовали за ней. Аня щелкнула пальцами, комната налилась светом, а дверь громко захлопнулась за нашей спиной.

– Назад! – выкрикнул Танкред. Он вышел вперед и сотворил воздушный щит, о который разбился огненный шар выпущенный в нас эльфийкой.

– Ты чего?! – удивился я, глядя на Аню.

– В’Олгрэн, это я! – усмехнулась она.

Глава 136

«Не может быть…» – обреченно пронеслось в моей голове.

Тем временем, Танкред, дроу Грэвз и эльфийка сошлись в ожесточенной схватке, метая друг в друга огненные шары, ледяные глыбы, огромные волны и тому подобные магические трюки.

Я выхватил пистолет и, шагнул было вперед, но эльфийка колданула. Прежде чем мне удалось что-то предпринять, пол у меня под ногами превратился в трясину и стал затягивать.

Тем временем, Танкрэд и дроу продолжали попытки схывтить Аню. Грэвз не был волшебником, но двигался очень ловко и быстро, уклоняясь от всего, что в него летело, дроу умудрялся подбираться к Ане достаточно близко, чтобы предпринять попытку достать ее мечом. Но та каждый раз вовремя парировала его выпады.

Вдруг Грэвз, уворачиваясь от ледяной стрелы, не заметил еще одну сосульку. Она ему угодила прямо в грудь. Дроу вскрикнул и распластался на каменном полу.

– Нет! Аня, прекрати это! – отчаянно выкрикнул я, цепляясь руками за пол. Меня уже засосало по грудь и, с каждой секундой я погружался в трясину все глубже и глубже.

Эльфийка не обратила на меня ни малейшего внимания, продолжая биться с Танкредом. Без помощи Грэвза он стал уступать ей. Только сейчас я заметил, что каждое заклятие дается ему с трудом. Что-то в этом помещении сильно ему мешало.

«Вот почему она нас сюда привела…»

Вскоре рыжебородый оказался заключен в огромном шаре воды, который парил в воздухе…

«Это конец», – подумал я, глядя на то, как он безуспешно пытался выбраться.

В центре комнаты из вспышки материализовался высокий мужчина в халате. Его длинные седые волосы были заплетены в косу, как и не менее седая борода. Аннираэль, в тот же миг, метнула в него череду огненных шаров, но тот, с легкостью развеял их. Затем, взмахом руки освободил Танкреда. Он вместе с водой рухнул на каменный пол.

Я поспешил к нему, чтобы оттащить в сторону.

Тем временем, эльфийка попыталась сокрушить незнакомца «Ледяным штормом», а когда и это не подействовало, призвала огненных элементалей. Волшебник мастерски за считанные минуты разделался с ними. Все время, пока он гасил их пламя, Аня пыталась исподтишка поразить незнакомца: то ледяной стрелой, то пол под его ногами в зыбучие пески обратит, то снова огненный шар метнет; но все было тщетно.

Поняв, что этот тип ей не по зубам, Аннираэль попыталась сбежать. Она хлопнула в ладоши и исчезла, оставив после себя вспышку. Но у волшебника было иное мнение на этот счет, он выкрикнул какое-то заклинание и эльфийку выбросило обратно.

Незнакомец взмахнул рукой, пол под эльфийкой превратился в трясину. Прежде чем она поняла что происходит, пол уже снова стал твердым, сковав её движения.

– Вот мы и встретились, В’Олгрэн, – довольно произнес волшебник.

– Будь ты проклят, Верас! – выкрикнула Аннираэль, тщетно пытаясь высвободиться из своей ловушки.

Глава 137

Все было кончено. Вскоре, после того как Верас победил эльфийку, прибыл отряд волшебной стражи и препроводил ее в «Черногор». Аннираэль, шпионка триганов, это объясняло многое, что поризошло со мной после встречи с ней во дворе Врамиса. Я для нее был всего лишь инструментом на пути к сврей цели…

Глядя на то, как закованную в цепи Аню, уводят, я понял, что своим предательством, она вмиг подвела под всем черту. Теперь, она словно умерла для меня. Той улыбчивой эльфийки, которую я полюбил, больше не было…

– Ты как? – ко мне подошел Танкред.

– Цел. Что с Грэвзом?

– Жить будет.

– Ловко ты все провернул, – раньше, я, скорее всего, обиделся бы на бородача за роль приманки в его мероприятии. Но, после года в армии Ангврского союза, после штурма Ливоннвилля, я мог только восхищаться проведенной без сучка и задоринки операцией.

– Мне только не понятно, – продолжал я, – Верас тут причем? Это же тот самый Верас, да? Директор Врамиса?

– Ага, – кивнул бородач. – Твоя подружка стащила кое-что у него. Собственно ради этой вещицы она и проникла в академию. Своими действиями, она нанесла серьезный ущерб его репутации. Помнишь, ту заварушку с грантом, после которой вы слиняли?

Я кивнул.

– Ее рук дело. Пока Вераса таскали по разным допросам, она пробралась в его кабинет и… – он сделал театральную паузу, – а дальше ты знаешь.

– Постой-ка, – усмехнулся я. – А, ведь ни ты, ни Роквелл, не знали точно, что Аня здесь, в Роллгвуде. Иначе вы не ограничились бы парой дроу, компашкой Шеба и мной. Так?

– Не совсем. Мы не были уверены, что твоя подружка и есть, этот треклятый В’Олгрэн. Но, все вышло довольно удачно, – усмехнулся Танкред.

– А, с чего ты взял, что я сойду в роли приманки, она же бросила меня?

– А, почему ты решил, что ты был приманкой? – Эта фраза меня приятно удивила.

– Что теперь будет со мной?

Он посмотрел мне в глаза и сурово ответил:

– Для начала, ты должен подать мне официальный отчет за тот год, что пропадал…

Глава 138

Было немногим за полдень. Я и Танкред сидели за столиком, в дальнем углу «Хромого коника».

– Вот, – блеснув широкой улыбкой, он положил передо мной свиток. – Индульгенция от сэра Роквелла. Все обвинения с тебя сняты. Можешь вернуться домой. Или, – он сделал несколько больших глотков пива, выдержав театральную паузу. – Есть сведения, – продолжил он, – что сэр Роквелл доволен твоей работой, а это, знаешь ли, сулит неплохой карьерный рост.

Ничего на это не сказав, я пристально посмотрел в его карие глаза, ожидая еще одного ответа от сэра Роквелла.

Прекрасно понимая, чего я жду, Танкред взял кружку с пивом и сделал несколько больших глотков.

– Ты стал меньше говорить и больше пялиться, – сказал он, поставив кружку на стол. – Прежним ты мне нравился больше.

Утерев с лица пену тыльной стороной ладони, мой собеседник продолжил: – Как я тебе и говорил, сэр Роквелл даже слушать меня не стал. Как только речь зашла о вмешательстве в дела отсталого мира. Пойми, прежде чем Альянс появился со своими правилами, наши миры пролили немало крови воюя друг с другом. Правила придуманы не просто так, за ними стоит многовековая история и горы трупов.

– Ты бывал на войне, Танкред? Видел, как гибнут твои товарищи? Ощущал близость смерти, находясь на передовой? Я, да! И каждый житель Ангварии или Квальтии, с малых лет испытывает на себе все ужасы этой бойни, которая длится больше тридцати лет! Жертвы исчисляются десятками миллионов!

– Они должны пройти через это и сами решить свои проблемы.

– Но, когда Альянсу выгодно, вы вмешиваетесь, нарушая свои проклятые правила, – напомнил я, имея в виду положение водяных и людей в мире Рюска.

– Это другое, – Танкред допил пиво. Заказав еще, но продолжил: – Триганы, угроза многим мирам. Тебя ужасает война в одном мире, что ты скажешь, когда подобное начнется одновременно в нескольких мирах?

– Конечно, ради благой цели вы готовы переступить через свои правила, это похвально. Но, кто решает, где благое дело, а где нет? Чем жизни одних хуже других, раз на их гибель можно закрыть глаза?

– Послушай, – он глубоко вздохнул, – когда-то и я был на твоем месте, хотел спасать невинных, которые всегда страдают от рук злодеев. Это пройдет.

– Понятно, – прорычал я.

– Вот только не надо…

– Вы ничем не лучше триганов! Даже хуже! Они, хоть, не прикрываются ни какими законами, а делают то, что считают нужным. Зато честно!

– Успокойся…

– Не надо меня успокаивать! – я встал из-за стола. – Знаешь, я давно хотел спросить: каково это быть на побегушках? Ты же весь такой матерый, бывалый, а стоит Роквеллу поманить пальцем, ты уже тут как тут, стоишь на задних лапках и машешь хвостиком!

– Малец, ты не понимаешь, что несешь…

– Ладно! Выпей за мой счет! Что тебе еще остается? Только топить гордость в бухле!

Я бросил на стол несколько золотых, взял свиток с индульгенцией, развернулся на каблуках и направился к выходу.

– Малец, только не делай глупостей! – выкрикнул мне вслед Танкред.

Глава 139

Двойные стандарты Альянса в конец меня выбесили! С одной стороны я понимал: раз у них есть власть, они могут решать, кому жить, а кому умереть. Но, с другой стороны, это дико бесило!

Я не собирался просто так отступать от своей задумки, тем более, я обещал Хэл и остальным ребятам, положить конец войне в их мире. Для этого мне нужен был всего один волшебник, способный пойти против законов Альянса. И как раз, одного такого я знал. Он с подельниками остановился в одном из заведений «Старого» порта.

* * *
Увидев меня на пороге, Гектор попытался закрыть дверь, но я отпихнул гнома и вошел внутрь.

– Шеб, это малец! – предупредил он волшебника.

У стены слева, от входа, на кровати лежал тролль Гротт и читал газету.

– Чего приперся? – проворчал он.

Ничего не ответив, я прошел в соседнюю комнату. Шеб был там. Он ждал меня приняв боевую стойку и держал в руке огненный шар.

– Ни шагу дальше, испепелю, – произнес волшебник.

– Я поговорить пришел.

– Поговорить? – настороженно уточнил Шеб.

– Да, дело есть…

Я рассказал ему о своем желании прекратить войну между Союзом и Квальтийской империей и о том, что для моего замысла нужен волшебник.

– Ты собираешься нарушить закон? Опять? – удивился волшебник.

– Рецидивист, – проворчал гном.

– Наш человек, – улыбнулся Гротт.

– Это аванс, – я кинул на стол кошель с остатком моих денег. Держаться за них больше не было смысла. Если мой план выгорит, в нашем распоряжении будут золотые горы. А если нет… Об этом мне думать не хотелось. – Здесь почти восемь сотен, – продолжал я. – Еще три тысячи, после того, как сделаем дело. Каждому.

– Щедро, – кивнул Шеб. – Но как ты хочешь примирить заклятых врагов? Я не смогу повлиять на головы жителей целого мира.

– Есть у меня одна идея…

Глава 140

Прежде чем отправиться на Анквальт, так я назвал мир, в котором десятилетиями шла непримиримая война между союзом и Квальтийской империей, мы наведались к Сидору. Купили две маски, пару ружей, несколько бутыльков зелий, которые могли нам пригодиться, и, так, еще кое-что по мелочи. После, наша группа переместилась.

Стояла морозная ночь, на Анквальте наступила зима. Замаскировавшись под высокопоставленных офицеров Ангварского союза, я и Шеб заглянули в ближайший штаб. Выяснили местоположение Хэл и остальных ребят из моего взвода, а за одно, как обстоят дела на линии соприкосновения. К слову, силы союза были на подступах к столице империи и готовили наступление, так что мы появились очень даже вовремя.

* * *
Переместившись на фронт, мы угодили прямо в разгар боя. Грохотали взрывы, трещали пулеметы, вопили раненые. 9-ой армии союза не удалось прорвать фронт и она пыталась удержать перешедших в контрнаступление квальтийцев.

– Ничего себе заварушка, – осматриваясь, произнес Шеб.

– Сделай щит, чтобы в нас ничего не прилетело, – сказал я.

Он сделал вокруг нас невидимый купол, а миг спустя, в него попали два снаряда.

– Вовремя, – проворчал гном.

Мы соскользнули в ближайший окоп. При виде нас, солдаты вытягивались по стойке смирно.

– Где командир взвода? – строго произнес я.

– У себя в землянке, вашбродь! – отчеканил парнишка лет восемнадцати, вытягиваясь по струнке.

– Отведи нас к ней!

– Есть! – он отдал честь и повел нас дальше по окопу.

– Фу! Что за вонища! – простонал Гектор, когда мы оказались среди грязных, уставших и раненых солдат.

– Добро пожаловать на войну, сынок, – усмехнулся я.

Извилистым путем, под непрекращающейся бомбежкой и стрельбой, мы преодолели не меньше трех километров. Несколько раз снаряды взрывались в опасной близости от нашего отряда, и, если бы не защитный купол Шеба, мы так и не добрались бы. Но все обошлось. Мы добрались до землянки командира взвода, которым была Хэлкерт, живыми и невредимыми.

– Где командир?! – рявкнул я с порога.

– Заткнитесь, дайте поспать! – раздался из угла, знакомый голос обалдуя Борлеса.

– Что за хрень! Вы кто такие?! – раздался до дрожи знакомый и родной, голос Хэлкерт. Она вышла к нам из-за ширмы, вытирая руки полотенцем.

– Привет крошка, – улыбнулся я, стягивая маску.

– Не двигаться! – рявкнула она, выхватывая пистолет. – Бор, подъем!

– Шебб, давай уже, – пятясь от нее, шепнул я волшебнику.

Тот колданул. Заклятие, наложенное на них спало и, Хэл застыла как вкопанная. В ее округлившихся от удивления глазах, проступили слезы.

– Охренеть! – раздался из-за спины голос Менчича.

– Кершифф, как же я рад тебя видеть! – радостно воскликнул Борлес. Он подлетел ко мне и заключил в объятия.

– Ты вернулся, – улыбнулась Хэлкерт, опуская пистолет.

– Я же обещал.

– Что теперь?

– Давайте положим конец этой войне!

Глава 141

По-прежнему находясь под защитой невидимого купола, мы выбрались из окопа.

– Начинать? – спросил Шеб.

Я кивнул. Волшебник принялся колдовать. Вся техника вокруг замерла. Пулеметы, пушки, ружья и пистолеты замолкли, обратившись в прах. Паролеты прекратили чадить воздух и медленно опустились на землю. Шедшие в атаку пехотинцы с недоумением смотрели друг на друга.

– Война окончена! Оставьте вашу технику и оружие! Расходитесь по домам! – провозгласил я. Благодаря магии Шеба мой голос звучал в голове каждого солдата Ангварии и Квальтии.

– Что-то они не торопятся, – заметил Менчич.

– Значит, поторопим их, – сложив руки на груди, ответил я. – Шеб.

Волшебник еще раз колданул. Через пару минут обе многочисленные армии бросились врассыпную.

– Чем ты их так напугал? – удивилась Хэл.

– Заклятием непреодолимого ужаса, – улыбнулся волшебник.

* * *
Превозмогая мое желание побыть с Хэл, я продолжал миротворческую деятельность. Впереди нас ждала встреча с генералом Анкартом. Помня о его имперских замашках и желании вторгнуться в Нур’Ваад, я решил не возвращать ему память.

Когда мы бесцеремонно ввалились в его палатку, генерал занимался тем, что тискал свою «сочную» обнаженную секретаршу, с большими грудями. К слову, и сам Анкарт был в чем мать родила.

– Во дела, – присвистнул Менчич.

Секретарша ничуть не смутилась, а недовольно посмотрела на своего любовника, дескать: «Милый, что за бардак? Наведи уже порядок. Мужик ты или нет?»

– Пошли вон! Всех в штрафбате сгною! – взорвался генерал, вскочив с кровати. Тряся причиндалами и дряблой кожей, он бросился на нас. Недолго думая, я выбросил вперед правую руку, попав ему в челюсть. Анкарт охнул и попятился. Секретарша заверещала и бросилась прочь из палатки.

– Что? – пробормотал он, ошарашено округлив глаза. – Ты посмел поднять руку на своего генерала? За это же тебя к стенке…

В палатку вбежали несколько вооруженных солдат.

– Схватить их! – приказал Анкарт.

Стоило им шелохнуться, как стоявший рядом со мной Шеб, скрытый от постороннего взора кулоном-невидимкой, его мы прикупили у Сидора, обратил их в каменных истуканов.

– Что? – снова пробормотал генерал. Он опять попятился, налетел на кровать, сел на ее край, после чего добавил:

– Кто вы такие?

– С этого и надо было начинать, – довольно оскалился я.

Глава 142

Закончив с Анкартом, мы перенеслись в лагерь квальтийцев.

– Кто командует этим бардаком?! – сурово спросил я.

– Лорд Тикс, милорд, – раболепно ответил парень лет восемнадцати.

– Веди нас к нему!

Тот кивнул и со словами: «Извольте следовать за мной», направился вглубь лагеря.

Мы остановились перед большой палаткой, вход в которую охраняли два обалдуя в парадных мундирах. Увидев нас, они вскинули ружья, навели их на нас, после чего, один из них рявкнул:

– Стой! Кто такие?!

– С дороги, – прорычал я, и небрежно взмахнул рукой. Стоявший рядом Шеб-невидимка, превратил их ружья в песок. Тогда охранники обнажили шпаги и бросились на нас. Но, не сделав и пары шагов растянулись на земле, оглушенные заклятием.

Путь в палатку был свободен.

Внутри, вокруг стола с картами, собрались квальтийские офицеры и нервно обсуждали положение на фронте. Один из адъютантов заметил нас и с криком: «Стоять!» бросился нам на перехват. Его последовала участь охранников. Видя это, остальные выхватили пистолеты и, без приказа, принялись по нам стрелять. Ни одна пуля не прошла через защитный купол.

– Вам это не поможет, – театрально усмехнулся я и взмахнул рукой. Все оружие обратилось в прах. – Кто из вас лорд Тикс? – продолжал я.

– Кто ты такой?! – выходя вперед, надменно произнес коренастый мужчина лет пятидесяти, с генеральскими погонами. У него были густые седые бакенбардами, густые усы и пышная шевелюра.

Рядом с ним нарисовался его адъютант.

– Перед вами Дойен Тикс – лорд Неоквотии, Марнии и Лонгии, – начал он представлять генерала дрожащим голосом, – командир шестой армии его императорского величества Кольтейна V, кавалер орденов: «Мужества», «Рассветного Предзнаменования», «Святого Пейлония»…

«Помпезные выродки», – с отвращением подумал я, и, выходя вперед, выкрикнул:

– Довольно! Наслышан я о ваших обычаях! Навручали сами себе титулов и ходите важные, как павлины, при каждом удобном случае перечисляете их и кичитесь своей важностью!

– Что ты себе позволяешь, выскочка?! – воскликнул лорд Тикс.

– Молчать! – рявкнул я. Затем, вытянул вперед правую руку и, как бы, стал его душить. Лорд побледнел, схватился руками за горло и стал ловить воздух ртом, словно рыба.

– Взять их! – приказал один из охранников. В нашу сторону направились несколько солдат.

– Ничтожества! Как вы приветствуете своего господина! – брызжа слюной, завопил я, вытягивая вперед вторую руку. В мгновение ока охранники замерли на месте, превратившись в каменных истуканов. Тем временем, по-прежнему задыхаясь, лорд Тикс упал на колени.

– Повинуйтесь мне! – продолжал я. – Если не хотите обратиться в камень!

Все присутствующие последовали примеру своего лорда и встали на колени.

– Не через чур? – прошептал стоявший за моей спиной невидимый Шеб.

– В самый раз, – ухмыльнулся я.

Глава 143

Пока командиры обеих сторон переваривали полученную информацию, мы переместились в ближайший ангварский госпиталь.

– Сюда посторонним нельзя! – возмутилась сонная медсестра – худощавая старуха с испещренным морщинами лицом и скрипучим голосом. – Приходите завтра!

– Молчать! – рявкнул я. – Показывай, где у вас тяжелые!

Остатков сна на ее лице как не бывало.

– Сюда вашбродь, сюда, – залепетала она, показывая палату с тяжелоранеными солдатами.

Мы прошли по длинному коридору, до самого конца. Старуха открыла дверь и щелкнула выключателем на стене, слева от входа. Загорелась тусклая лампочка, освещая комнату желтым дрожащим светом.

Раненые, истекая кровью, лежали прямо на полу, в грязи и смраде, – обычная практика, что бы не занимать койки, шансов выжить у них все равно не было. Эта комнатушка, последнее, что они увидят перед смертью.

– Пади прочь! – велел я старухе. Она кивнула и поспешила удалиться. – Шеб, начинай.

Волшебник шагнул через порог и принялся врачевать безнадежные раны умирающих.

* * *
Когда все было сделано и жизням больше солдат ничего не угрожало, все мы валились с ног от усталости. За окном начинало светать.

– За такие напряги, я хочу прибавки, – зевая, проворчал Гектор.

– Будет тебе прибавка, – кивнул я.

– Ну, что теперь? – улыбнулась Хэлкерт.

– Вообще-то, я планировал переместиться в следующий госпиталь…

Все тут же недовольно загалдели.

– Жень, я все понимаю, но нам всем нужен отдых, – сложив руки на груди, заявил Шеб.

– Да, Керш, мы с ног валимся! – поддержал его Борлис.

– Милый, может, отдохнем два-три часика? – промурлыкала Хэл, обнимая меня.

Я недовольно фыркнул, после чего сдался под таким натиском и сказал:

– Ладно, хрен с вами, отдых так отдых. Но, через три часа, чтоб все были как штык!

Глава 144

Итак, когда время на выполнение ультиматума вышло, к нам явился лорд Тикс, с требованием императора сдаться и предстать перед справедливым судом. От Союза ответа не последовало, но мы знали, что и те, и другие, стягивают свои войска к столицам.

– Вполне ожидаемая реакция, – улыбнулся я, когда лорд Тикс вышел из зала. Ладно, давайте переходить к следующей части нашего представления.

Мы переместились в Квальтию – столицу империи, прямиком во дворец императора. Неспеша и нарочито важно, мы шли по его коридорам в покои монарха. Охранников, что встречались нам, Шеб с легкостью вырубал оглушающим заклятием. Никто от нас не ускользнул, чтобы предупредить самодержца, так что он оказался застигнут нами врасплох, в разгар соития с парой знойных цыпочек.

– Что это значит!? – сердито воскликнул он, вскакивая с постели. – Стража! Стража!

Дверь, в противоположной части спальни, открылась, и внутрь вбежали несколько солдат. Я демонстративно взмахнул рукой, и все они замерли, превратившись в каменные изваяния.

– Что? – округлил глаза император. – Ты…?

– Да, это я – Кершиф. Советую не делать глупостей, если, конечно же, хотите жить.

– Я, милостью богов, император!

– Был…

Хэл и гном одели самодержца. Усадили за письменный стол и дали ему перо с листком бумаги.

– Пишите, – велел я.

– Что? – опять округлил глаза император.

– Первое. Отменить крепостное право, выделить каждому подданному империи земельный участок для пропитания или компенсировать денежным эквивалентом, по выбору подданного.

– Что это значит? – монарх демонстративно отложил в сторону перо. – По какому праву вы врываетесь в мои покои? Что-то требуете и принуждаете меня?

– По праву победителя. А диктую я вам кондиции, выполнение которых сохранит вам жизнь и пост управляющего в этом мире. Теперь, моем, если вы еще не поняли.

– Нет! Ни знать, ни народ не поддержат вас! Нельзя менять богами созданный тысячелетний уклад нашего общества.

– Мне плевать на ваше мнение, – ухмыльнулся я, – если вы откажетесь, уверен, найдется немало желающих на ваше место. Из той же знати.

Император ненадолго задумался, после чего спросил:

– Чего вы добиваетесь?

– Исполнения своей воли. Писать будешь или как?

В покои вбежали несколько человек, во главе с важным стариком.

– Руки прочь от императора! – выпалил он.

– Лорд Певвинс, не надо… – попытался остановить их монарх, но было уже поздно, Шеб обратил их всех в камень. Тогда, он воскликнул:

– Прекратите! Я готов писать…

Глава 145

Закончив с Квальтийским самодержцем, мы отправились в столицу Ангварии – Моллвиль, с визитом к генеральному секретарю. Без всякого приглашения естественно. Уже имея опыт бессовестного поведения, мы ворвались в кабинет первого лица государства.

Он был не один. В отличие от своего монаршего коллеги, генсек проводил заседание со своими генералами и министрами.

– Сидите, сидите, не вставайте, – войдя, широко улыбаясь, сказал я.

– Вы еще кто? – надменно спросил генсек. Я его сразу узнал – насмотрелся, за прошедший год на висящих, на каждом углу портретах.

– Тот, кому открыты все двери, – по-прежнему улыбаясь, я подошел к столу и продолжил: – Пару минут назад, я закончил давать указания, вашему коллеге в империи…

– Молчать! – генсек вскочил из-за стола, выхватил пистолет из кобуры, наставил на меня и нажал на спусковой крючок. Раздался щелчок – Шеб, не дремал и своевременно примен