КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 604847 томов
Объем библиотеки - 922 Гб.
Всего авторов - 239669
Пользователей - 109564

Впечатления

Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Расставил аппликатуру тактов 41-56. Осталось доделать концовку. Может завтра.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Грицак: Когда появился украинский народ? (Альтернативная история)

Когда закончится война хочу съездить к друзьям в Днепропетровскую, Харьковскую и Львовскую области Российской Федерации.

Рейтинг: +7 ( 8 за, 1 против).
медвежонок про Грицак: Когда появился украинский народ? (Альтернативная история)

Не ругайтесь, горячие интернет воины. Не уподобляйтесь вождям. Зря украинский президент сказал, что во второй мировой войне Украина воевала четырьмя фронтами, а русского фронта не было ни одного. Вова сильно обиделся, когда узнал, что это чистая правда.

Рейтинг: -4 ( 1 за, 5 против).
Stribog73 про Орехов: Вальс Петренко (Переложение С. Орехова) (Самиздат, сетевая литература)

Я не знаю автора переложения на 6-ти струнную гитару. Ноты набраны с рукописи. Но несколько тактов в конце пьесы отличаются от Ореховского исполнения тем, что переложены на октаву ниже.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

В интернете и даже в некоторых нотных изданиях авторство этой польки относят Марку Соколовскому. Нет, это полька русского композитора 19 века Ильи Соколова.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Дед Марго про Барчук: Колхоз: назад в СССР (СИ) (Альтернативная история)

Плохо. Незамысловатый стеб Не осилил...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Горелик: Пасынки (СИ) (Альтернативная история)

вроде книга 1-я, а где 2_я?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Интересно почитать: Обучающие курсы

Почти Эдем [Борис Миловидов] (fb2) читать постранично

- Почти Эдем 68 Кб, 6с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Борис Александрович Миловидов

Настройки текста:




Борис Миловидов Почти Эдем

Маврин разбил палатку на опушке леса, вытянувшегося зелёной стеной в предгорье. С одной стороны ему была видна раскинувшаяся до горизонта степь, с другой упрямо зеленели высокие деревья и непроходимый кустарник. Маврину нравилось это сочетание — спокойствие и стремление, и он решил, что дальше идти не стоит. Именно здесь он рассчитывал найти то, что было нужно ему, — отдых, покой и одиночество.

Маврин устал. Сейчас, вырвавшись из захлестывающего ритма обыденной жизни, он в полной мере чувствовал это и лишний раз порадовался, что, всё-таки добившись отпуска, он поехал именно сюда, а не на модный, переполненный отдыхающими курорт.

Коллеги его не отговаривали. Как и привыкшие к его экстравагантности друзья. Они знали упрямство Маврина, поэтому лишь пожелали ему приятного отдыха. В туристическом агентстве его тоже ни о чем не спрашивали, просто снабдили всем необходимым. Семьи у Маврина никогда не было.

Теперь он сидел в одиночестве, за много километров от цивилизованного мира, спокойными глазами смотрел на степь, догонял взглядом ветер и ощущал покой. Было приятно переключиться от активной содержательной жизни к почти растительной созерцательности.

Стенка палатки слегка прогибалась под его спиной, и это создавало ощущение неожиданного удобства. Нарушать это удобство нечаянным движением не хотелось.

Ветер скользил по степи, заставляя колыхаться траву, названия которой он не знал. Неожиданно Маврин поймал себя на том, что излишне сентиментален. Мысли стали тривиальными и чересчур обыденными.

Он думал о том, что степь напоминает ему море, что она, как и море, глобальна, масштабна и вневременна. От степи исходили эманации вечности, и от этого было хорошо на душе, как бывает всегда, когда удаётся найти что-то незыблемое в этом суматошливо меняющемся мире.

«Степь, — думал Маврин. — Тебе не хватало человека. Не строителя, желающего заполнить тебя строениями и эксплуатировать твои просторы, а философа или поэта, которые жили бы твоей жизнью, одушевляя тебя своим существованием. Ты — вечная. Ты не любишь перемен, хотя и не боишься их. Меняясь, ты сохраняешь своё постоянство, и в том сродни человеку. Пока ты не знала людей, всё было хорошо. Хорошо и то, что я пришёл к тебе в гости, а не навсегда. Если бы я пришёл навсегда, изменился бы я, и тебе бы пришлось изменить свою сущность».

Он смотрел на степь, чувствуя, как она отвечает ему. И они говорили долго, до самого заката, и только когда солнце уже скрылось за горизонтом, оставляя за собой голубую далёкую полоску тумана, Маврин вдруг подумал, что надо было бы поесть и поспать. Но ему не хотелось разрывать пуповину своего неожиданного единения с природой, и ещё долго Маврин сидел под звёздами и вслушивался в дыхание степи, время от времени тревожащее брезентовую ткань палатки.

* * *
На следующий день он проснулся поздно. Солнце уже высоко поднялось на небо, оно было похоже на жёлтого паучка, раскачивающегося на синей небесной паутине.

Маврин умылся, привёл себя в порядок и пожелал осмотреть свои владения.

Он шел по кромке леса, неспешно раздвигая ботинками траву и с интересом оглядываясь вокруг. Выросший в каменных раскалённых джунглях города, Маврин даже не зал, что может существовать такой умиротворяющий статичный пейзаж. Жизнь города он знал в совершенстве. Здесь же всё было незнакомо ему, и Марин старался приспособиться к окружающему миру, стать его ненавязчивым и тактичным обитателем. Его мускулы ешё напрягались в ненужном здесь усилии, но Маврин уже понимал, что здесь спешить некуда. Время словно остановилось, суматошный метроном, отстукивавший в нём торопливый ежедневный ритм, умолк, перестав подгонять Маврина и оставив его наедине с самим собой.

* * *
Ручеёк он нашёл уже под вечер и долго не мог поверить, что способна существовать такая прозрачная и такая чистая вода. Своё начало ручей брал где-то в горах и доносил в степь их холод и свежесть. Быть может, где-то в степи он постепенно крупнел, обрастал притоками и превращался в могучую полноводную реку…

Но об этом Маврин думал мимоходом, как о чём-то само собой разумеющемся. Он думал о рыбах, этих странных живущих в воде существах. Он пытался разглядеть в глубине их стремительные тени, но рыб в ручье не было. Или он просто не узнавал их.

В тихом омуте природы
Звёзды — невод. Рыбы — мы.
Боги — призраки у тьмы…
Он не узнавал рыб. И это больно задевало самолюбие Маврина.

* * *
На третий день он познакомился с дождём.

Откуда-то из-за гор набежала неожиданная нахальная туча и пролила дождь, вымочив Маврина прежде, чем он успел добежать до палатки. А потом повисла над палаткой, недовольно ворча и не оставляя желания ещё раз добраться до человека.

Сбросив костюм, Маврин чувствовал себя Адамом.

Ему было интересно, есть ли в Раю дожди?

В дождь смотреть на