КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 475287 томов
Объем библиотеки - 701 Гб.
Всего авторов - 221330
Пользователей - 102913

Последние комментарии


Впечатления

Михаил Самороков про (Sascha_Forever_21): Убийца яутжа (СИ) (Эротика)

Просто ради интереса начал. Хорошего ничего не ожидал, если честно.
И ничего хорошего я не прочитал.
Бросил. Написано вроде без грамматических ошибок, но ... сука, невкусно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Сварщик Сварщиков про Любич: Лепила. Книга третья (Альтернативная история)

два комплекта 2/3
а первая книга-то, где?!
---
ржака полная

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Shcola про Мархуз: Детище - 2 (Альтернативная история)

Мархуз пишет замечательно и легко читаемо!

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Rusta про Кири: Мир, где мне не рады (Юмористическая фантастика)

Весьма неплохо

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Сварщик Сварщиков про Ищенко: Город на передовой. Луганск-2014 (Политика и дипломатия)

какой бред несет эта баба.
и явно, не луганчанка, или писалось со слов, а аффтор, не зная местной специфики употребления слов, воткнул/ла отсебятину.
нечитаемо. и учить историю по этому опусу я бы детям не давал.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
vovih1 про Бурмистров: Антология фантастики и фэнтези-23. Компиляция. Книги 1-13 (Боевая фантастика)

Спасибо за релизы произведений отличных авторов

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Тишанская: Проклятье старинного кольца (Альтернативная история)

Ежели есть желание, задайте вопрос автору на Литнет)))

https://litnet.com/ru/book/proklyate-starinnogo-kolca-b374998

RE:сходил...
В тегах нет, я и не вписывал, а в жанрах - есть
«Литнет Фантастика Альтернативная история Проклятье старинного кольца»

«Текущий рейтинг:
#85 в Альтернативная история
#38 в Научная фантастика»

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Двойной подарок и дракон в комплекте (СИ) [Анна Белых] (fb2) читать онлайн

- Двойной подарок и дракон в комплекте (СИ) 979 Кб, 285с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Анна Белых

Настройки текста:



Белых Анна-Двойной подарок и дракон в комплекте


Глава 1

Тишину, безраздельно царящую в квартире, нарушил звук открываемой двери. Хозяйка данных квадратных метров вернулась домой. Устало опустившись на банкетку в прихожей, она  не могла найти в себе сил встать и раздеться. Так и сидела она в своей эксклюзивной шубе и жутко дорогих и таких же жутко неудобных сапогах. Сидела, уставившись в свое зеркальное отражение, пытаясь понять, когда ее жизнь стала такой бессмысленной. «Вот, самой себе врать не надо, Мила, ты прекрасно знаешь, с чего все началось, с точностью до дня», - подарив кривую усмешку женщине из зеркала, она зло растерла ладонью слезы, бежавшие по щекам. «За все надо платить, тебе ли не знать, акула бизнеса. Хотела успеха, получи, только не скули, что одиночество заело», - насмехалась над собой она.

Одиночество не всегда было ее верной подругой. Когда-то, в студенческие годы ее окружали подруги, были живы родители. В ту пору она и познакомилась со своим будущим мужем Русланом. Как они тогда шутили: нашла Людмила своего Руслана (имя Люда ей никогда не нравилось и она просила называть себя Мила и никак иначе). Да вот только у этой истории нет счастливого конца.

После окончания университета пред ними остро встал вопрос поиска работы, и они на пару решили открыть свое собственное дело. Все хлопоты: оформление документов, поиск стартового капитала, кредит в банке под бешеные проценты, поиск помещения, найм сотрудников, закупка товара, заключение контрактов  - все это легло на хрупкие плечи Милы. Да у нее времени на сон порою не было: спала урывками по два-три часа в сутки, чтобы успеть везде. Она даже как-то не замечала, что Руслан только с удовольствием пожимает плоды ее титанических трудов. Но бесконечная гонка не давала ей возможности остановиться и посмотреть, что происходит вокруг нее. Как-то незаметно ее студенческие подружки отдалились, а затем и вовсе пропали из ее жизни. Что там говорить, даже на собственную свадьбу у нее не было времени – они просто расписались и все. А через полгода после свадьбы она забеременела. Сказать, что она была в шоке, это ничего не сказать.

Она не представляла себе, как можно при ее темпе жизни воспитывать ребенка. Вот как? Как все успеть? Она, конечно, хотела детей, но потом, когда дела в фирме пойдут на лад, когда все устаканится, когда появятся определенная репутация и постоянные клиенты… Может, если бы муж поддержал ее, взял часть забот на себя, то она не совершила бы этой чудовищной ошибки. Но вместо этого Руслан приводил все новые и новые аргументы против беременности, мол «сейчас не время», «какие наши годы, еще успеем».

«Успеем, - усмехнулась про себя она. – Он-то успел, а я?»

Поддавшись уговорам мужа, она сделала то, за что никогда себя не простит. Приняв всего одну таблетку, она навсегда распрощалась с возможностью иметь детей. Но об этом она узнала не сразу. Только через несколько лет, после тщетных попыток забеременеть, она, потратив кучу денег на обследование в лучшей частной клинике их города, узнала свой приговор – бесплодие.

Да, нелегкое было время. Она тогда с головой окунулась в работу. Пахала на износ, чтобы только  не думать, только не чувствовать этой боли, что раздирала ее на части. Наверное, в тот момент она и отстранилась от мужа, стала меньше времени уделять ему. Вот он и нашел утешение в объятиях другой. Нет, она не винит его. Каждый желает для себя счастья.

Однажды он просто объявил, что уходит. Да, еще один удар судьбы. Теперь одиночество преследовало ее по пятам. Родители скончались, когда она только поднимала на ноги свое дело, один за другим, отец не пережил ухода матери и через три месяца ушел в след за ней. Теперь и муж бросил.

Лишь потом она узнала, что у него давно была любовница, а она, ослепленная своим горем, не замечала его измен. Он и бросил ее тогда, когда узнал, что у его пассии будет ребенок. Ну и хорошо, пусть у малыша будет отец.

Развод дался ей тяжело. Муж пытался отобрать все, что только возможно. Мила согласилась отдать все кроме бизнеса, иначе у нее не осталось бы вообще причины просыпаться по утрам. Такой расклад вполне устроил Руслана, зачем ему столько хлопот, которые доставляет бизнес, если можно получить готовенькие квартиру, машину, N-ную сумму в банке… По сути ей достались бизнес и долги.

И вновь она с головой ушла в работу. Нужно было платить по счетам. Но она справилась. Теперь у нее есть новая квартира (в два раза больше прежней и в центре города, а не на окраине), престижная машина, внушительный счет в банке.

Она могла себе позволить путешествовать: что делала с завидной регулярностью, объездив полмира. Могла позволить себе следить за собой: в след этой красивой, ухоженной, стильно одетой женщине всегда смотрели мужчины. Но ничто не приносило ей радости, не могло заполнить сосущую пустоту вокруг нее и в душе. И с каждый день эта пустота все разрасталась и разрасталась, грозя поглотить все, что, когда-то считалось важным и нужных, оставляя после себя холодное равнодушие, делая мир вокруг нее блеклым и бесцветным.

В офисе она словно механическая кукла двигалась по заданному алгоритму, раздавала дежурные улыбки партнерам, строго взирала на провинившихся подчиненных, дарила благосклонные взгляды отличившимся сотрудникам. Все как всегда. Она появлялась в офисе раньше всех, и уходила только тогда, когда их уборщица, баба Вера, гремя тележкой, приступала к уборке. Как же ошиблась она, фатально ошиблась, когда главным приоритетом в жизни для нее стало достижение успеха, который заменил ей смысл жизни!

А слезы все текли и текли, да только, сколько не плачь, прошлого не вернешь и ошибки не исправишь. Оглядевшись вокруг, она предельно ясно поняла, что никогда не услышит, как бегут по этому коридору маленькие ножки, встречая ее. В этой пустой квартире ее никто не ждет. Зачем ей деньги, если не на кого их тратить?

Каждую ночь, рыдая в подушку, она молила всех богов, какие существуют в мироздании, смилостивиться и подарить ей малыша. Ребенок стал ее наваждением, она буквально бредила им. Ей тридцать пять и ее время уходит.

И этой ночью, лежа в своей постели, она опять молилась: «Все, что хочешь, отдам, только прошу, подари мне малыша. Неужели я недостойна? Неужели я не достаточно страдала? Неужели не искупила свой грех?» Рыдая и причитая, она металась по кровати, пока усталость не взяла свое, и она не забылась беспокойным сном. Сквозь сон она почувствовала обжигающий холод, который охватил ее тело. «Странно, - просыпаясь, подумала она. Мысли лениво, с трудом текли в ее голове. – Вроде одеялом я укутана. Может окно не закрыла?» Но сил, чтобы встать и проверить, у нее не было. Это была последняя связная мысль, которая успела задержаться в ее сознании, прежде чем ее поглотила непроглядная тьма.

Было не по себе находиться в черной пустоте: Мила совершенно не ощущала своего тела. Ее не покидала стойкая уверенность, что здесь ничего нет. С каждой секундой, проведенной тут, на нее все сильнее давило пугающее чувство чужеродности отталкивающей пустоты вокруг. Словно здесь ей не место. Пока не место.

- Так, надо проснуться. Это сон. Какой-то неправильный, дурацкий кошмар. Проснись, Мила! – приказывала она себе. – Проснись!

Но сколько бы на не кричала, ее все также окружала давящая чернота.

- Тише ты, - прозвучал совсем рядом с ней тоненький звонкий голосок.

- Ты кто? – опешила женщина, удивительно, но этот голос не вызывал у нее опасений, скорее наоборот, располагал к себе. Может, это от того, что такой голос мог принадлежать лишь ребенку. А кто в здравом уме будет опасаться дитя? Хотя в трезвости своего рассудка она начала сомневаться.

- Я тот, кто откликнулся на твои мольбы, - пафосно ответил ей голос.

- Бог что ли? – без всякого пиетета спросила Мила, слишком сильно она была удивлена нереальностью  происходящих с ней событий, чтобы испытывать положенное в таких случаях благоговение.

- Нет, конечно, но я могу дать тебе то, о чем ты просила, - услышав это, женщина тут же сделала стойку. – И даже больше, - гораздо тише, на грани слышимости,  добавил голос, словно не хотел, чтобы она это услышала. Услышать-то она услышала, но эта информация осталась где-то на периферии ее сознания. Вспыхнувшая ярким светом надежда затмила собой все остальное.

- Ребенка? – неверяще переспросила она.

- Да, - подтвердил голос.

- Вот так просто, без всяких условий, - все же мозги еще не полностью отказали, и понемногу выдавали дельные мысли.

- Фу, какая ты скучная. Боюсь, в твоем мире для тебя нет дитя. За свои ошибки надо платить, - жестко ответил голос. Боль от этих слов затопила каждый уголок ее души. В голове набатом звучало: «…для тебя нет дитя».

А меж тем голос продолжал:

- Но только сегодня и только для тебя вакантно одно место на роль мамы. Тебе всего-то и надо отправиться туда.

- Туда это куда? – не унималась Мила.

- В другой мир, - просто ответил голос, как будто говорил о поездке в другой город.

- Всего-то? – изумилась она. - И как ты себе это представляешь? Может, ты откроешь портал?

- Нет, конечно, - и только она хотела с облегчением перевести дыхание, как он продолжил, - существует лишь один способ – переселение души.

- То есть я займу чье-то тело? – присутствуй она здесь телесно, ее глаза давно приобрели бы идеально круглую форму.

- Да, - словно не замечая ее удивления, подтвердил голос.

- А как же хозяин тела? Куда он денется? – делить с кем-то тело она не намеревалась.

- Душа уже покинула его. Тело пока еще живо. Решайся, времени в обрез, - голос в нетерпении поторопил ее.

Сомнения одолели Милу. Может, она еще долго металась бы, выясняя, что стало бы с ее родным телом, квартирой, бизнесом, и в итоге отказалась, если бы вдруг эту пустоту не разрезал детский плач, полный боли и отчаяния.

- Мама, мама, мамочка, - звал он.

И ее сердце дрогнуло. Не осталось никаких сомнений. Только желание утешить, помочь, защитить. Милой руководил материнский инстинкт, такой, когда во всем мире для матери есть только один малыш и никого кроме.

- Я согласна.

- Наконец-то, - как ей показалось, с облегчением выдохнул голос.


Глава 2

Очнувшись, она услышала рядом с собой подозрительно знакомые голоса.

- Почему она так долго не приходит в себя? - не скрывая своего волнения, спрашивал тот самый голос, который звал ее мамой.

- Она бы еще дольше думала, сейчас имела бы все шансы вообще не очнуться. Ну, о чем, скажи на милость, можно было так долго думать, предложение самое что ни на есть заманчивое, - отозвался тот, кто говорил с ней посреди пустоты.

От возмущения она резко открыла глаза, чтобы высказать нахалу все, что думает по поводу «вообще не очнуться». Но рядом с собой никого не увидела, для достоверности она покрутила головой, но по близости ни одной живой души не оказалось.

- Ну, это вообще-то наглость, - раздалось рядом. С ней опять говорил тот, кто втянул ее в эту сомнительную авантюру. «Будешь у меня голосом номер один», - мстительно подумала она.

В недоумении Мила еще раз осмотрела окрестности, но никого так и не заметила.

- Ты это, только не кричи ладно. Тебе как бы вредно. Ты вниз посмотри, - посоветовал голос номер один, второй пока отмалчивался.

Женщина послушно попустила взгляд, и крик сдержать не получилось.

- Что это? – зато теперь стало понятно, чем вызвано ощущение тяжести в районе живота. Собственно сам живот и был этой причиной. Вернее то, что было внутри него. – Я что теперь беременна? – и вновь посмотрев вниз, уточнила, - глубоко беременна? И где Вы? Хватит прятаться, выходите?

- Выходите, хи-хи, - услышала она громкий смех, который никак не хотел прекращаться.

- Ой, не могу, ой, насмешила, - ухохатывался первый.

- Да в чем дело? – рассердилась Мила.

- Хватить прятаться, говоришь, - сквозь смех пытался ответить второй, но не справился с собой и вновь разразился смехом.

- Выходить? – отсмеявшись, продолжил первый. – Если мы выполним твою просьбу, то тебя ждут несколько незабываемых часов: сначала схватки, потом роды. Ты готова к этому?

- Что? – глупо переспросила она.

- Родишь ты, говорю, - кратко повторил первый.

- Нет, я пока еще не готова, - хрипло прошептала Мила.

- Вот и я о том же, - и уже серьезно продолжил, - и мы, кстати, тоже.

- Погодите, Вы хотите сказать, что Вы…- сил договорить у нее не нашлось.

- Да, мы внутри тебя и мы твои дети, - решительно за нее произнес первый.

На этой оптимистичной новости сознание смилостивилось над ней и покинуло ее.

Тело женщины, лежавшей без чувств на лесной тропе, охватило зеленое сияние, образовавшее над ней плотный непрозрачный купол, по которому то и дело пробегали яркие всполохи, подобные маленьким молниям. И лишь когда купол, постепенно истончившись, стал практически прозрачным, а затем и вовсе истаял, она пришла в себя.

Не открывая глаз, Мила, боясь, что произошедшее с ней окажется лишь сладким сном, несмелой рукой коснулась живота. И удостоверившись в реальности случившегося, она расплылась в счастливой улыбке. А неугомонная малышня, увлеченная перепалкой между собой, не замечала ее пробуждения.

«У этой парочки здорово получается провожать и встречать меня из обмороков, которые сами и провоцируют. Как бы это не вошло у них в привычку», - усмехнулась Мила, прислушиваясь к их перебранке.

- Ты мог ей как-то помягче сказать, - с укором прошипел второй голос. Странно, но сейчас женщина с легкостью смогла определить, что голос был девичий.

- Я, по-твоему, виноват, что она намеков не понимает, -  с обидой огрызнулся в ответ первый. – Сама вообще молчала, что я один за двоих должен отдуваться?

«А это точно мальчик, - счастливая улыбка, казалось, не покинет сегодня ее лицо. – Подумать только двое: мальчик и девочка!» Она крепко зажмурилась от удовольствия, была бы ее воля она бы еще и покричала, и попрыгала, а может, и станцевала бы победный танец, но осуществить задуманное не удалось, на нее обратили внимание.

- Все, очнулась наша спящая красавица, - съязвил малыш.

- Мама, как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила малышка.

Прислушавшись к себе, она открыла глаза, которые до этого держала закрытыми. Проморгавшись от яркого света заходящего солнца, что пробивался сквозь листву, игриво касаясь ее лица теплыми лучами, Мила ответила:

- На удивление нормально, - а раз притворяться больше не было смысла, то она поднялась с земли и устроилась на поваленном дереве, лежащим рядом с тропой.

И только сейчас Мила поняла, что ее назвали «мама», впервые в ее жизни. Услышав заветное «мама», в душе у женщины взорвалась сверхновая, столько тепла и света внутри себя она не ощущала ни разу за всю свою жизнь. Казалось, что она просто захлебнется от нахлынувших нежности и восторга.

- Повтори, - полузадушено от зашкаливающих эмоций попросила Мила, - пожалуйста.

- Мама, - послушно повторила девочка. – Можно, мы тебя будем так называть? - несмело, с затаенной надеждой спросила девочка.

- Нужно, - торопливо разрешила она. – А почему до этого ваши голоса были…, - она попыталась подобрать слово, - ну, не знаю, безликими, бесполыми что ли?

- Мы слишком много сил отдали на твой переход, и пока они не восстановились, наша связь была нестабильной, - ответил ей сын.

«Подумать только – сын!» - вновь умилилась Мила этой мысли.

- Связь? – уловила она главное.

- Да. Благодаря ей мы можем мысленно общаться с тобой, - терпеливо разъяснил ей малыш.

- А с той, другой мамой у вас была такая же?- спросила и сама пожалела об этом. Но сказанного не воротишь.

- Нет, - грустно ответила девочка. – То, что мы вместе с тобой прошли сквозь грань миров, связало нас невидимой нитью.  Будь ей такое под силу, может, и ее история сложилась бы по-другому, может и нас она приняла бы и полюбила.

- Что? Как это полюбила? – в ее голове не укладывалось, как можно не любить жизнь, растущую внутри тебя.

- Это долгая история, - буркнул малыш.

- Ну, что-то я не замечаю, что мы куда-то спешим, - усмехнулась Мила.

- А причины-то поторопиться у нас есть, - серьезный тон мальчика заставил женщину напряженно застыть на дереве.

- Нам что-то угрожает? – с тревогой спросила она.

- Да, – односложно ответил маленькая вредина.

- И? – подталкивала она его к продолжению.

- Брат, так не пойдет, надо ввести маму в курс дела, так будет проще, - неожиданно поддержала ее малышка. – Ой, я, кажется, придумала, - радостно сообщила она. - Мы можем сделать так, что воспоминания этого тела ты будешь воспринимать как свои собственные. Буквально пара секунд и ты в курсе дела, - соблазняла маленькая искусительница.

- Здорово, - обрадовалась женщина.

- Ладно, твоя взяла, - неохотно согласился он. И только Мила хотела согласить, как сын предостерег ее, - Только сестра не упомянула, что после этого голова у тебя будет раскалываться. Но это действительно неплохой вариант. Время дорого.

- Тогда я согласна, - обеспокоенная неясной опасностью, о которой уже не раз упоминал малыш. - И откуда вы все это знаете, такие маленькие, а уже такие умные? – на этот вопрос она ответа не ждала, он был задан чисто на эмоциях, будущая мамочка была безумно горда, что ее детки такие смышленые.

- Откуда? Оттуда. Ты что-нибудь знаешь о перерождении души? – неожиданно начал он.

- Читала что-то об этом, - неуверенно ответила Мила.

- Так вот. После смерти тела душа отправляется на новый круг перерождения, и в то время, когда новая жизнь растет в чреве женщины, этой самой душе доступна вся информация этого мира, - снисходительным тоном, таким, каким учитель разъясняет материал нерадивому ученику, ответил мальчик.

- А не слишком ли много информации для одного маленького человечка? – обеспокоилась она.

- Ну не все же знания нам доступны одновременно, просто, когда возникает какой-то вопрос, нужные знания как бы всплывают в нашей голове, - уже обычным тоном сказал он.

- В принципе, понятно. Так обещанную историю я услышу? - насмешливо спросила она, раскусив его попытку сменить тему.

- Увидишь, - мрачно пообещал мальчик.

- Брат, я тут подумала, что мы же можем потом исцелить маму, силы-то восстановились, - радовалась малышка, - Кто молодец?

- Ты молодец, - не удержавшись, погладила свой большой живот Мила.

В ответ малышка несильно толкнула ее в бок. Женщина замерла, не в силах поверить в случившееся: она и не надеялась, что когда-нибудь ощутит что-то подобное.

- Ну вот, она зависла, - обвинительно бросил малыш.

- Тише ты, прояви, хоть немного такта, - осадила сестра его.

- Я бы рад, да время поджимает. Мы и так его много потратили на призыв ее души, - напомнил он ей.

- Ты прав, - с сожалением признала девочка.

Вновь упомянутая опасность, которая грозила не только ей, но и ее малышам (а они ее и точка), заставила Милу очнуться и скомандовать:

- Я готова, приступайте.

Как бы она не храбрилась, но к мешанине образов, мыслей, эмоций, она точно не была готова. А уж к боли последовавшей за этим, тем более.

Но малышня не подвела и через считанные мгновения боль отступила, а затем и вовсе пропала.

Мила устало прикрыла глаза, пытаясь осмыслить полученные знания. А выходила действительно печальная картина.

Жила была себе принцесса Миланиэль Хель’Вернан, любимица отца Владыки светлых эльфов Луэриилла и всего двора. Росла она огражденная от ужасов войны. Да и юна она была, чтобы ее мысли занимала какая-то война, начавшаяся еще до ее рождения и длящаяся уже не одно десятилетие, кровавая и уже по сути бессмысленная, ибо мало кто помнил причины ее начала.

И не было ей дела до этой войны, пока вымотанные бесконечными боями и стычками стороны не подписали мирный договор, гарантом которого должен был стать брачный союз наследников двух держав. Бывшие враги становились родственниками, а юная принцесса лесного народа  и сам Повелитель драконов Роквард хаш Таналор (не было у его империи наследников, у драконов вообще с рождаемостью проблемы) – законными супругами.

Но для Миланиэль, только-только миновавшей подростковый возраст, а потому не утратившей юношеский максимализм,  сама мысль о том, чтобы стать супругой того, кого она видела лишь раз в жизни, казалась нелепой. А стараниями Владыки (которому мир нужен был лишь на бумаге, уж очень доходным делом для него стала война, его казна за военные годы пополнилась, увеличившись вдвое) в ее сердце родилась ненависть: быть супругой презренного врага она не желала. Владыка всеми силами раздувал огонь нетерпимости в неискушенном и наивном сердце дочери, подбрасывая в его костер все новые и новые доказательства безнравственности и беспощадности жестокого и ужасного тирана – Повелителя драконов. Ловко жонглируя грязными сплетнями, он так искусно вплел истину в паутину лжи, что не отличить одну от другой. И в конечном итоге, он добился того, что в день свадьбы глаза невесты сияли не от счастья или волнения, нет, в них горел фанатичный огонь мрачной решимости.

Память услужливо продемонстрировала напутствие отца:

- Это твой долг, дочь.

- Я понимаю, отец, - горячо заверила она, до боли сжимая кулачки, чтобы та помогла ей устоять на неверных от слабости ногах и позорно не разреветься на глазах у отца.

Она должна быть сильной, быть примером для своего народа, как ее отец, Владыка Луэриилл. Такими мыслями Миланиэль подбадривала себя, чтобы последние крохи ее решимости не истаяли, как лед на солнце.

- Помни, в договоре говориться только о браке. Если завтра, после того, как брак будет подтвержден, ты вернешься, никто тебя не осудит. Условия сделки будут выполнены, - пытался приободрить свою несчастную дочь мужчина.

- Да, - стоило только представить себе, как этот мужлан касается ее, на нее накатывала дурнота. А впереди у нее еще и брачная ночь. Девушку ощутимо передернуло.

- Что с тобой? – встревожился отец. – Ты здорова?

- Да, все в порядке. Просто волнуюсь немного, - тихо ответила принцесса. Врать ему ей не хотелось, но заставлять переживать не хотелось еще больше: она же видит, что отец места себе не находит, почернел весь. В руках Владыки судьба всего лесного народа, и он не вправе подвести их: он должен принести на их земли мир. И если для этого надо отдать свою свободу, она смирится, покорно примет то, что уготовано ей судьбой. «Цена не так уж и велика: счастье одной принцессы против благополучия целого народа. Одна жизнь против сотен, а может и тысяч спасенных», - попытка укрепить свою волю не увенчалась успехом, ее руки все также предательски дрожали, а непролитые слезы жгли глаза.

Пересилив себя, хотя внутри ее душа кричала от неправильности происходящего, Миланиэль, ухватившись за локоть отца, начала подниматься по мраморным ступеням храма. Кто бы знал, как ей хотелось развернуться и бежать, бежать прочь от того, кто ждал ее в глубине храма у алтаря.

С каждой пройденной ступенью девушка все больше и больше отрешалась от происходящего вокруг, беспрестанно повторяя: «Меня здесь нет. Это сон. Сон. Сон». И когда за ее спиной захлопнулись врата храма, она окончательно впала в некий транс. Дальше воспоминания были какими-то обрывочными. Вот она идет по проходу к алтарю, рядом с которым стоит высокий длинноволосый мужчина, ее жених. Почему-то в этот момент в свете храмовых огней его волевое лицо показалось ей особенно привлекательным, а не отталкивающим своей хищной жестокостью, каким запомнилось ей при первой встрече. Янтарь его глаз пленил ее, девушка никак не могла отвести от него взгляда. И чем дольше она на него смотрела, тем сильнее ощущала, как часть ее души тянется к нему. Внезапно ей стало просто жизненно необходимо, чтобы его губы тронула улыбка, а сам он посмотрел на нее с нежностью. Оглушенная своими такими, как ей казалось, противоестественными желаниями она бездумно повторяла за жрецом слова брачной клятвы. И лишь холод браслета, обжегший ее кожу, помог ей сбросить охватившее ее наваждение. Вздрогнув от  прикосновения металла, Миланиэль в немом ужасе наблюдала, как ее теперь уже муж склоняется к ней свою голову, чтобы запечатлеть положенный мимолетный поцелуй.

На балу, устроенному в честь их свадьбы, ее губы горели от этого легкого, едва ощутимого прикосновения. Пытаясь разобраться в себе, эльфийка не запомнила ни одного из гостей, посчитавших своим долгом поздравить новобрачных. Другие предавались веселью на ее празднике: танцы, смех – ко всему она была безучастна, загадка так и не поддавалась решению. Чем, чем привлек ее этот незнакомец, по воле злой судьбы ставший ее мужем?

И только в супружеских покоях, оставшись наедине с мужчиной, занимавшим все ее мысли весь этот бесконечный день, девушка словно очнулась. Страх перед тем, что должно произойти в этой спальне, на этой огромной кровати, сковал ее тело. Но ночью супруг был неожиданно нежен и чуток. Его напор разбудил неведомые доселе желания. И она потерялась в нахлынувших ощущениях, сдалась на милость победителя.

Когда же утомленный супруг заснул, заключив ее в своих объятиях, Миланиэль, стараясь не разбудить его, выскользнула из его сильных, но невероятно нежных рук. Разум, так старательно отравленный усилиями Владыки, вернулся к своей хозяйке и настойчиво шептал, что она совершила нечто постыдное: страстно возжелала того, кто в лучшем случае достоин лишь холодного презрения, стонала от удовольствия в его объятьях как обычная уличная девка, позабыв и про гордость, и про честь, саму себя позабыла, растворившись в страсти. Ругая себя и проклиная своего мужа, она без сожалений покинула его, сбежав посреди ночи из его дворца. Но перед побегом она прочла над спящим мужчиной заклинание, что дал отец, и которое было призвано, как она считала, ослабить узы, образовавшиеся в храме после ритуала. Но Миланиэль была коварно обманута: заклятие должно было убить ее супруга, Повелителя драконов. Это и произошло бы, если бы мужчина, словно почувствовав нависшую над ним угрозу, не  стал беспокойно ворочаться на смятых простынях. Вздрогнув от испуга, она резко вдохнула, сбившись с ритма, и торопливо закончила читать заклинание. Но кого спешка доводила до добра? Вот и она ошиблась: всего один неверный слог, и заклятие обернулось против той, кто так доверчиво воспользовалась им. Покидая мужа, новобрачная еще не знала, что время, отпущенное ей, на исходе.

Во дворце девушку встретил довольный отец. Но утром все изменилось. Ворвавшийся  ее покои рассвирепевший Владыка кричал:

- Глупая курица! Я что тебе приказал сделать?

- В чем дело отец? Я ничего не понимаю? – в растерянности пролепетала Миланиэль. Таким своего отца она не видела никогда, да и так с ней обращаться он не позволял себе никогда. Такого его она боялась.

- Не понимаешь? – шипел ей отец. – Заклятие.

- Я все сделала, как Вы и говорили, - уже плача от обиды, ответила она.

- Сделала? – успокаиваясь, спросил он. Девушка быстро закивала. – Странно, - уже задумчиво пробормотал он. – Ладно, подождем еще. Ты пока покоев своих не покидай, чем меньше слуг знает о твоем возвращении, тем лучше. А то, как прилетит твой дракон, - припугнул ее он. И довольно рассмеялся, увидев ужас на ее лице. – Будь умницей. Мне надо кое-что уточнить.

Может и в этот раз она поступила бы как послушная дочь, если бы не странное поведение отца. Решив выяснить все до конца, эльфийка прокралась к кабинету, где бушевал Владыка с перекошенным от гнева лицом.

- Почему, я спрашиваю, почему он еще жив? – схватил он за горло придворного мага.

- Может принцесса что-то напутала? – от возмущения она чуть было не ворвалась в кабинет, и только страх наказания ее остановил.

- Она клянется, что все сделала правильно, так почему он жив? – не своим голосом требовал ответа мужчина.

- У меня не ответа Владыка. Если все условия были в точности соблюдены, то Повелитель драконов должен быть мертв, - задыхаясь, прохрипел маг.

Девушка зажала себе рот руками, чтобы сдержать крик. Ее чуть не сделали убийцей. Слезы градом потекли по ее щекам. Не слушая более, она незаметной тенью бросилась в покои своей покойной матушки. Переодевшись в ее костюм для верховой езды, Миланиэль воспользовалась черным ходом, чтобы сбежать. Небольшая фора, которую она выиграла, не став тратить время она сборы, помогла ей достичь заповедного леса и затеряться там.

У нее был не один день, чтобы все обдумать. Теперь замысел отца был ей предельно ясен: настроить ее против будущего супруга, ее же руками устранить его, а затем либо посадить ее  престол, либо, устранив уже саму Миланиэль, править самому.

С каждым днем, проведенным в лесу, принцесса чувствовала себя все хуже и хуже. Утренняя тошнота, головокружения, слабость. Она далеко не сразу догадалась, что беременна. Единственная страстная ночь с мужем дала свои результаты, и в ее чреве зародилась жизнь. И тогда Миланиэль совсем растерялась: одна в лесу, ослабленная беременностью, без вещей, преследуемая мужем и отцом (и если первый просто  желал проучить как следует взбалмошную девчонку, предварительно заперев ту в башне, то второй искал с одной только целью убить невольного свидетеля своих злодеяний). Все тщательно взвесив, она в какой-то момент даже обрадовалась своему положению: вот он выход.

Ее план был прост родить ненавистного ребенка, отправить его (или ее) отцу-дракону на воспитание в надежде, что, получив желаемое, он успокоиться и будет искать ее не с таким рвением. Сама же девушка планировала найти тихий уголок среди земель многочисленных человеческих государств и затеряться там. Но ее чаяниям не было суждено сбыться.

Ее силы стали стремительно таять, она угасала. Однажды блуждая по лесу, Миланиэль наткнулась на заброшенную сторожку. Здесь она и провела несколько месяцев, отчаянно молясь о выздоровлении. Может Боги смилостивились бы над несчастной, но собирая хворост для очага, девушка попала под сильный ливень и естественно промокла. Ослабленный организм подхватил простуду, с виду обычную, но уже через сутки стало понятно, что дело серьезное - лихорадка сжирала ее. И в конечном итоге ее душа устала бороться. У этой изнеженно принцессы просто не хватило силы воли, чтобы цепляться за жизнь.

Воспоминания, нахлынувшие на Милу стремительным потоком, также внезапно и прекратились. Женщина вновь ощутила себя самой, на эти короткие мгновения она стала Миланиэль, прочувствовала ее воспоминая так, как будто сама их прожила. Придти в себя помогла, как ни странно, резкая боль, которая взорвалась фейерверком в ее голове, что у нее даже цветные звездочки заплясали перед глазами. К счастью, длилось это не долго, малышня не подвела. Наслаждаясь отсутствием боли, она решила уточнить то, что в этой истории ей не было до конца понятно:

- А почему заклинание не убило ее?

- Именно оно медленно и убивало ее, каждый день вытягивая по капле ее жизнь, - грустно ответил ей малыш. – Мы пытались, если не излечить (как тебя сегодня, теперь твое тело полностью здорово), то хотя бы подпитать ее магией, но ее ненависть к нам была так сильна, что ее тело с трудом впитывало в себя лишь жалкие крохи той прорвы сил, что мы вливали в нее. А уж когда она подхватила простуду… - малыш не смог договорить, ведь всего несколько часов назад они с сестрой потеряли мать.

- Мне так жаль, - Миле хотелось обнять крошек, подарить хоть немного тепла, чтобы согреть их. Не придумав ничего лучше, она просто обняла живот руками. - А как Вы нашли меня?

- Когда ее душа покинула тело, мы смогли погрузить тело в стазис, чтобы в отчаянной попытке призвать другую душу, которая добровольно займет это тело, - тихо ответил малыш.

- Сила твое молитвы была так огромна, - подала голос малышка, - что достигла нас даже сквозь ткань миров. На твой зов мы и смогли к тебе пробиться.

- Хорошие мои! Отважные мои! Теперь у вас есть я! Никогда вас не брошу! Вы мои маленькие герои! Такие замечательные малыши! Ну, ничего, мама Мила теперь будет любить за всех и за то время, пока меня не было с вами, - со слезами обещала она им, гладя свой большой живот.

Малышня довольно завозилась внутри.

- Ох, полегче, - охнула Мила, переводя дыхание, когда один из них довольно ощутимо толкнул ее в бок.

- Извини, мама, - ответил смущенно сын.

- Так, мои хорошие, надо выбирать из этой глуши. Где мы вообще? – куда не глянь, кругом был лес.

- Миланиэль отправилась к ручью за водой, когда неожиданно потеряла сознание. Сторожка тут рядом, в ста шагах, - ответил ей малыш.

- Тогда не будем терять времени. А то как-то похолодало, не хватало еще просудиться опять, - Мила повела плечами. - А вам опять меня лечить? Нет уж, дудки, силы Вам еще пригодятся. Вам еще расти надо, чтобы здоровенькими родиться, - решительно встала на ноги, которые держали ее вполне уверенно.

«Надо же, действительно вылечили, никакой слабости в теле я не ощущаю», -  подумала женщина и, направляемая указаниями детей, пошла к сторожке, которая практически сразу показалась, стоило только обогнуть кусты, закрывающие ей обзор.

«Вы прям как встроенный навигатор», - улыбнулась Мила. А получив их заинтересованные вопросы, она, довольная тем, что удалось их заинтриговать, принялась рассказывать об этом земном устройстве. Слушая мать, малышня, убаюканная ее легким шагом, практически мгновенно уснула.


Глава 3

У Милы появилась возможность обдумать сложившуюся ситуацию, так сказать, наедине с собой, без присутствия детей. Все же тяжело, когда любая твоя мысль не является секретом.

«Что мы имеем? - пыталась подытожить она. – Я в другом мире, в теле эльфийской принцессы (повезло, что имена созвучны, легче будет привыкать). Опять замужем. И муж не кто-нибудь, а сам Повелитель драконов. Не знаю, хорошо это или плохо, но при том раскладе, что папочка Миланиэль жаждет заполучить ее обратно в свои жадные лапки, наличие сильного и влиятельного защитника явно не повредит. Беременна! – женщина довольно зажмурилась. – Поверить до сих пор не могу. И малыши у меня просто умнички: и вылечили, и память тела пробудили, теперь хоть реалии этого мира узнавать по крупицам не надо. С таким помощниками не пропаду, - с теплотой подумала она. – Всегда подскажут, что к чему». Может это и странно, но детей она считала своими. «Тело теперь мое, значит и дети мои», - решила Мила.

Остановившись перед своим временным пристанищем, она с разочарованием отметила, что зрение не обмануло ее и сторожка действительно крайне мала. «Кукольный домик какой-то. Но Миланиэль же прожила тут несколько месяцев и я переночую. Не время привередничать», - устало уговаривала она себя. Тяжело вздохнув, Мила толкнула незапертую дверь, за которой скрывалось чистое помещение, настолько крохотное, что в нем едва умещались справа небольшой очаг, с развешанными над ним пучками трав, слева - лавка (которая в ночное время использовалась вместо кровати) и  стоящий прямо напротив входа, у единственного окна, колченогий стол, притулившийся с краю лавки. Но, несмотря на скромную, неказистую обстановку, внутри было на удивление уютно: светлое дерево стен, до сих пор истощающее приятный смолистый аромат, как будто его только что срубили, пестрая плетеная дорожка на полу.

Женщина собиралась было заняться сбором вещей в дорогу, но осмотревшись, поняла, что собирать-то особенно и нечего. «Если только еды с собой взять. Но это и завтра можно сделать. Сейчас мне не помешает отдохнуть. Себя беречь надо. Есть для кого теперь», - устраиваясь поудобнее на лавке, решила она.

Засыпая с улыбкой на лице, она предвкушала, как завтра вместе с малышами будет выбирать им имена. Мила, очень сомневалась, что Миланиэль озадачивалась по этому поводу. У бедной девочки голова, к сожалению, была забита совсем другими вещами. «Да, вот  что с людьми делает ненависть», - с жалостью подумала она, засыпая окончательно.

Проснулась она полная сил и с ощущением абсолютного счастья на душе. А все почему? Просто малыши, увлекшись спором, затолкались в ее животе. Как же это невероятное счастье, ощущать внутри себя жизнь! Умиротворенная она прислушалась к их спору.

- Пора ее будить, - настаивал малыш.

- Нет, ей надо набраться сил, - стояла на своем малышка.

- А я говорю…

- А я говорю  - не ссорьтесь, - с улыбкой перебила его Мила. -  Доброе утро, и  я уже выспалась.

- Разбудил-таки, - упрекнула она брата.

- Ничего подобного. Мама же сказала, что выспалась? Ведь так, мама? – обратился мальчик к Миле.

- Так, - смеясь, подтвердила она. И чтобы переключить детей, спросила, - А имена у вас есть?

- Вообще-то имена дают родители, - насмешливо сообщил сын.

- Есть какие-нибудь идеи? – и, получив дружное «нет», с предвкушением уточнила, - пожелания?

- Хотелось бы, чтобы имена были похожи. И мне очень нравиться твое имя, - после недолгого молчания неуверенно ответила девочка.

- Вот еще, - фыркнул ее брат. - У настоящего мужчины и имя должно быть грозное, чтобы сеять панику и ужас в стане неприятеля при одном только своем  упоминании.

- Я не хочу такое, я же девочка. Я красивое хочу. Ну, мама!  - возмутилась малышка.

- Тише, дети, тише. Я кое-что придумала. Как вам Димиэль и Димальд? – предложила Мила.

- Здорово, - ответил малыш.

- Красиво, - одновременно с братом оценила свое имя и девочка. - А это что-то значит?

Дожидаясь реакции малышей, Мила даже невольно задержала дыхание. Но услышав довольные голоса детей, она с облегчением выдохнула и поспешила пояснить:

- «Ди» в ваших именах означает два. Димиэль просила, чтобы было созвучно с моим именем, поэтому «ми» и окончание «эль», а ты, Димальд, хотел, чтобы имя было грозным, а на Земле, откуда вы меня привели, жил такой народ – викинги, суровые и безжалостные воины, и многие имена у них заканчивались на «альд», - пояснила Мила. - Но ваши имена слишком длинные, поэтому я буду звать вас Мия и Дима. Можно?

- Ага, - радостно согласилась Мия.

- Я за, - ответил Дима.

- Так с именами разобрались, - женщина довольно потерла руки. – Чем теперь займемся?

- Вот поэтому я и хотел тебя разбудить, а Мия не дала, - пожаловался мальчик. – Надо уходить, я чувствую, что преследователи где-то рядом.

- А кто конкретно знаешь? – на всякий случай уточнила Мила.

- Отец. Я его чувствую, - тихо признался Дима.

- Ну и замечательно. Останемся здесь, подождем папочку. Будем налаживать мосты, - поделилась с детьми своими планами женщина.

- А как же жизнь в каком-нибудь человеческом королевстве? – грустно спросил малыш.

- Милый, ты забыл, я не Миланиэль. Зачем мне туда? Я россказнями Владыки свою головушку не забивала. Сдается мне, что с отцом вам будет лучше всего, да и мне безопаснее рядом с мужем. Думаю, только он и в силах защитить нас от отца Миланиэль, - рассудительно заметила Мила.

- Об этом я как-то не подумал. Привык я к тому, что нас с сестрой бросят, - печально, с затаенной болью признался Дима.

- Повторяю еще раз, бросать вас, таких расчудесных, я не собираюсь. Лучше помогите мне найти чего-нибудь съестного, - конечно, женщина слукавила, память, доставшаяся ей вместе с телом, услужливо подсказывала, где и что лежит, но малышам так нравилось чувствовать себя нужными, зачем лишать их маленькой радости.

Руководствуясь их указаниями, она накрыла на стол и приступила к завтраку. И тут ее посетила мысль:

- Если у вас мама – эльфийка, а папа – дракон, то кем вы будете?

- В смешанных семьях дети будут той расы, что и родитель, чья кровь сильнее. Так что жди двух драконов, - радостно поведал ей Дима.

Под веселое щебетание малышей о том, какими они будут свирепыми и кровожадными (Дима), красивыми и грациозными (Мия) драконами, она и не заметила, как доела все до крошки, и только она хотела убрать со стола, как услышала стук копыт.

- Вот и папочка пожаловал, - подтвердил догадки самой Милы Дима.

«Надеюсь, ты не ошибся», - она поставила миску обратно на стол, опасаясь, что та выскользнет из ее дрожащих рук.

Осторожно она приоткрыла дверь и в маленькую щелочку выглянула наружу. Перед сторожкой стояло несколько лошадей с всадниками.

- Это отец, - сообщил ей малыш.

Впрочем, она узнала его сама. Хотя, как ей показалось, этот мужчина был гораздо притягательнее, чем тот, из воспоминаний Миланиэль.

- Может, просто люди на него смотрят разные, - насмешливо произнесла Мия.

- Ш-ш, - шикнула на нее смущенная Мила, - мала еще о таких вещах рассуждать.

- Да, больно надо, - обиделась малышка. – Так и скажи, что правда глаза колет.

- Прости, но это личное, - надеясь на понимание и такт, извинилась Мила.

- Ладно, так и быть, прощаю, - смилостивилась Мия.

- Так, дети, я пошла, - отряхнув свою одежду и пригладив волосы руками, она открыла дверь полностью.

Увидев Милу, которая появилась с высоко поднятой головой и с гордо расправленными плечами, бесшумно захлопнув дверь своего временного пристанища, мужчина пораженно застыл.

- Приветствую тебя, Повелитель, и твоих воинов, - негромко поздоровалась она первой, чтобы хоть как-то расшевелить остолбеневшего мужчину.

Кто бы знал, как страшно ей было стоять перед его воинами одной, остро ощущая собственную беззащитность! Чего стоило ее показное спокойствие, сколько душевных сил она потратила, чтобы ее голос звучал ровно, не выдавая ее волнения?! «Ты молодец! Мы рядом, ты не одна», - прошептали дети, чтобы приободрить ее. Такая поддержка помогла Миле и дальше стоять под взглядами десятка мужчин, она только обхватила себя руками, зябко поведя плечами (от волнения она забыла набросить что-нибудь на плечи), когда холодный ветер налетел на нее, безжалостно унося с собой остатки тепла.

Опомнившись, мужчина спрыгнул с коня, и, бросив поводья стоящему рядом с ним воину, вплотную подошел к Миле, на ходу снимая с себя плащ.

- Ну, здравствуй, дорогая супруга, - набрасывая на хрупкие плечи эльфийки свой огромный черный плащ, усмехнулся он. -  Рад видеть, что Вы во здравии и даже больше, - он выразительно посмотрел на ее живот.

Для того, чтобы при разговоре с отцом своих детей иметь возможность смотреть ему в глаза, женщине пришлось поднять голову как можно выше (так, что даже мышцы шеи с непривычки заболели от напряжения), настолько высок был дракон. И то, что она увидела в его глазах, заставило ее поежиться и с трудом преодолеть желание отступить. «Огонь. Боже, там огонь!» - кричал ее разум. Там, в глубине раскаленного янтаря, бушевала яростная стихия: восторг и гнев настолько прочно переплелись друг с другом в борьбе за лидерство, что сложно было отделить одно от другого.

«Мама, ничего не бойся», - тоненький голосок Мии привел ее в чувства.

- Что же Вы не сообщили мне столь р-р-радостную весть? – прищурившись, отчего его лицо приобрело какое-то хищное выражение,  прорычал Повелитель.

- Не могла: простудилась сильно, только оправилась, - последние слова она практически прошептала под прицелом его стремительно темнеющих глаз. – Спасибо за плащ, - полузадушено от волнения поблагодарила Мила мужчину, закутываясь практически по самый нос, от чего терпкий, с легкой горчинкой, приятный аромат мужчины окружил ее. -  Теплый. Ну что, домой? – невинно улыбнулась она, пытаясь отвлечь рассерженного мужчину.

И ей это удалось: на лице дракона появилась еще одна эмоция- изумление. «Ну да, сегодня мы такие непредсказуемые», - довольно хихикнул Дима.

«Ага! А главное, логичные и последовательные! Столько бегали, а теперь домой сами просимся», - поддержала его женщина, была бы возможность, подмигнула бы.

Выдохнув, словно выпуская из себя заготовленную тираду, мужчина приказал:

- Микаль, едем обратно в лагерь, - и неожиданно подхватил ее на руки,  явно намериваясь усадить ее на коня. – Мы с тобой еще продолжим наш разговор, - мрачно пообещал он Миле, сжимая челюсти с такой силой, что на его лице заиграли желваки.

«Наверное, чтобы не сказать какую-нибудь гадость, - усмехнулась по себя женщина. – Выдержка на пять с плюсом».

И как бы удобно не было на руках дракона, предполагаемый способ передвижения ее не устраивал от слова «совсем».

- Так, поставь, где взял, - командным голосом приказала она. От неожиданности мужчина остановился, в недоумении уставившись на Милу. – Поставьте, пожалуйста, на землю, - пользуясь моментом, мягко повторила женщина. – Не думаю, что в моем положении ехать на лошади – хорошая идея.

- И что ты предлагаешь? – выполнив ее просьбу, насмешливо спросил он, делая акцент на «ты».

- Э-э, - растерянно улыбнулась она ему.

И пока мужчина недовольно сверлил ее взглядом, с паникой обратилась к детям:  «Что делать-то?».

«Да, тише ты, не истери, - от такого обращения женщина оборвала себя на полуслове. – Он дракон или кто, вот пусть и покатает тебя на спине».

«Издеваешься? Да? – снова поддаваясь захлестывающим ее эмоциям, застонала Мила. - Да он же здесь просто не поместиться!»

«В двух часах ходу отсюда есть чудесная полянка – там ему места хватит», - почему-то ее не покидало чувство, что кое-кто решил развлечься за ее счет. Но других идей у нее все равно не было.

- Может, Вы меня отнесете во дворец, обратившись драконом? – кротко спросила она, с трудом поборов желание втянуть голову в плечи.

Всадники, стоящие за спиной дракона, дружно поперхнулись воздухом. «Точно издевается. Ну, погоди, маленький негодник. Будет у нас с тобой серьезный разговор, - мрачно пообещала она сыну. - Да, крепкий орешек нам достался, другие вот чахоточных изображают, а этот ничего, только бровь вскинул, продолжения ждет».

- В двух часах отсюда есть чудесная полянка,  - «тонко» намекнула она ему, улыбаясь как можно невиннее.

- А больше тебе ничего не надо? – прошипел Повелитель.

- Ну, на коня я не сяду, пешком не дойду. Есть, конечно, еще один вариант – дождаться, когда я рожу, - оптимистично закончила она.

- Дракон несет на своих крыльях только свою единственную, - хмурясь, сквозь зубы произнес он.

- Да? А я тогда кто? Так, девка посторонняя? Недостойная подобной чести? Ваша гордость и дутое самомнение важнее, жизни и здоровья наследников? – вскипела женщина.

- Повтори, - оглушено попросил он.

- Что именно? Про дутое самомнение? – но на ее колкость не обратили ровным счетом никакого внимания.

- Ты сказала «наследников»? - хрипло спросил мужчина.

- Да, двое, - поняв, что так сильно взволновало дракона, охотно поделилась с ним их общей радостью, забывая о своем негодовании.

Мила прекрасно представляла, что сейчас чувствует мужчина: дети для драконов - наивысшая ценность, ведь это редкая удача если у пары будет больше одного ребенка. Нет для дракона большей радости, чем рождение дитя. Для нее, бесплодной, был понятен его восторг, в их случае двойной. О том, что дети разнополые, она решила умолчать – не нельзя же столько счастья за один раз, вдруг у него сердце слабое, не выдержит такой радости, а ей трон и даром не нужен.

- Двое, - словно эхо благоговейно прошептал мужчина.

- Ну, что решим: на коне поскачем или, может, доставишь с комфортом? – спросила Мила, пока мужчина был частично невменяем, сама  не замечая, как опять перешла на «ты».

Повелителю было все равно, как к нему обращалась супруга. Инстинкты требовали защитить потомство.

- Мы полетим, - отмер мужчина.

- Вот и ладненько, - женщина довольно улыбнулась.

- Микаль, скачите обратно. Снимайте лагерь и возвращайтесь во дворец, - велел своим воинам дракон.

- Как  прикажете, Повелитель, - склонил свою косматую голову воин.

Одного взмаха его руки хватило, чтобы всадники пугающе слаженно развернулись и скрылись среди деревьев.

- Ну, показывай, дорогая женушка, свою чудесную полянку, - улыбнулся ей Повелитель.

- Идем, - от его светлой улыбки сердце в груди Милы, громко ухнув, сделало кульбит.

Повернувшись к нему спиной, чтобы скрыть свои горящие щеки, она, не имея ни малейшего представления, куда ей идти, полагаясь на удачу, просто пошла прочь от взволновавшего ее мужчины. «В другую сторону», - обеспокоенно подсказала Мия. «Спасибо, моя хорошая», - поблагодарила Мила, остановившись. Резко развернувшись, она чуть не уткнулась носом в грудь дракона. Сдавленно извинившись, она под его изумленным взглядом направилась в противоположную сторону, буркнув, проходя мимо него:

- Нам туда.

В ответ ей досталось неопределенное хмыканье. Мила даже оглянулась назад, чтобы удостовериться, что мужчина следует за ней, ибо шаг его был абсолютно бесшумен. И она опять вспыхнула под насмешливым взглядом его янтарных глаз.

Идти по лесу было почему-то трудно. Нет, конечно, Мила не ждала, что в ее положении она поскачет резвой козочкой, но и того, что будет запинаться о каждый корень (которые, как нарочно, так и норовили попасть ей под ноги), предположить не могла.

В итоге не прошло и двадцати минут их неспешной прогулки по лесу, а она уже чувствовала себя ужасно вымотанной.

- Может, устроим привал? – предложим Повелитель, в очередной раз спасая Милу от падения.

-Было бы здорово.  Я и сама уже хотела просить об этом, - призналась она.

Мужчина огляделся.

- Пойдем, присядем. Думаю, сидеть на земле для тебя сейчас не самая лучшая идея, да и вставать потом тяжело, наверное, будет, - указал он рукой на поваленное дерево, поведя Милу к нему.

- Ты прав, меня теперь много, - улыбнулась она ему.

- Я вижу, ты рада своей беременности, – неожиданно сказал Повелитель, помогая женщине устроиться на бревне.

- Да, - не стала скрывать она, любовно погладив живот.

 «Вот же, прошла всего ничего, а ноги уже гудят. Да, непросто быть беременной», - она с наслаждением вытянула ноги. Мужчина сел рядом, причем настолько близко, что даже сквозь ткань она ощущала тепло его тела. «Блин, плащ не вернула, согрелась и думать забыла. Хотя не похоже, что он замерз, вон, жаром пышет как печка», - она украдкой посмотрела на дракона. «Хорош», - еще раз отметила Мила, рассматривая его гордый профиль, невольно любуясь его резкими чертами лица: острыми скулами, твердым волевым подбородком, полными, чуть обветренными губами. «Детки будут на загляденье с такой-то наследственностью», - улыбнулась она.

- Ты так искренне улыбаешься, - ворвался в ее мысли голос дракона.

- Да, я чувствую внутри себя столько света, что не могу удержать его, хочется поделиться со всем миром, - ответила она ему.

- Почему ты сбежала? – внезапно спросил он.

- Дура была, - ответила первое, что пришло в голову, стараясь при этом говорить правду.

- То есть, ты признаешь, что совершила необдуманный поступок? – допытывался он.

- Да, - тихо подтвердила она.

Что поделать, если действия хозяйки этого тела не нашли у Милы поддержки. Нет, она, конечно, понимала, что двигало девушкой, но не разделяла, а уж тем более не одобряла ее.

- Что заставило тебя думать по-другому? Соскучилась в лесу и захотелось обратно к роскоши и слугам? – прищурившись, спросил он, зорко отслеживая ее реакцию на свою маленькую провокацию.

«Идиот», - вспыхнув, мысленно ругнулась Мила, но она понимала, что причины так думать у него были, и ссора не входила в ее планы. Поэтому она серьезно ответила:

- Нет. Дети.

- Почему? – никак не унимался мужчина.

- Не знаю. Может, повзрослела. Я теперь несу ответственность не только за себя, - в защитном жесте она неосознанно положила руку на живот.

- Да, слова взрослого человека, - не отрывая взгляда от ее руки, произнес он.

Они еще некоторое время посидели в тишине, думая каждый о своем.

- Если ты отдохнула, то нам пора, - протянул Повелитель ей руку, помогая подняться.

Только стоило ей оказаться на ногах, как малыши решили затеять какую-то игру, в результате которой у Милы создалось впечатление, что у них вечеринка.

- Ох, - не удержалась она, когда получила особенно чувствительный тычок.

- Что с тобой? Ты в порядке?- обеспокоенно спросил дракон.

- Да, в полном. Не стоит  волноваться. Просто дети резвятся, - и неожиданно для самой себя добавила, - дай руку.

Сглотнув, мужчина несмело коснулся ее живота теплой, немного шершавой от мозолей рукой.

«Так, мальчики и девочки, поприветствуем папочку», - попросила она.

Малыши не подвели, и шальная улыбка дракона служила им наградой.

Так, объединенные маленьким чудом, они, молча, продолжили путь, только на этот раз мужчина крепко держал руку Милы в своей. Когда же она, наверное, в пятый раз запнулась, дракон подхватил ее на руки и как ни в чем небывало отправился дальше.

- Отпусти, я же тяжелая, - попросила Мила, смущенная его заботой. – Не волнуйся, я сама…

Насмешливый взгляд янтарных глаз заставил ее оборвать себя на полуслове.

- Нет, серьезно, я  сама дойду,  - через некоторое время повторила женщина.

- Дойти-то дойдешь, только боюсь, что такими темпами мы и к ночи не доберемся до твоей поляны. Да и какая ты тяжелая?! Ты на свадьбе больше весила, чем сейчас. Совсем прозрачная стала, - нахмурился Повелитель.

И Мила сдалась: хочет нести ее на руках через лес, пожалуйста, его выбор. Вдохнув столь понравившийся ей мужской аромат, она задремала.

- Миланиэль, проснись, мы на месте, - пытался разбудить ее мужчина. – Просыпайся, во дворце отоспишься с комфортом.

С большой неохотой открыв глаза, она увидела склонившегося над ней Повелителя.

- Я сейчас обернусь, ты только не пугайся. Договорились? – попросил он.

- Я постараюсь, - хриплым ото сна голосом ответила Мила.

Мужчина встал в центр поляны, и его тело словно заволокло туманом. Когда же он рассеялся, то на месте человека стоял дракон. Огромный бронзовый дракон.

Вместо того, чтобы испугаться такой громадины, женщина восторженно прошептала:

- Красавец!

Дракон выпустил струю огня, демонстрируя, что слова Милы были услышаны и ее восхищение ему приятно.

А сама женщина никак не могла налюбоваться игрой солнечного света на его чешуйчатой шкуре. Да он весь просто сверкал – все: от небольших костяных наростов на голове до мощных когтистых лап и длинного хвоста – все переливалось на солнце.

Завороженная танцем бликов на драконьей броне, она не обратила никакого внимания на перешептывания малышей:

- Дим, ты видишь? Это же…

- Тш-ш, вижу, - перебил ее мальчик. – Не будем торопить события. Все и так складывается лучше некуда.

А дракон, опустив свое кожистое крыло в приглашающем жесте, терпеливо ждал, пока Мила решиться подойти к нему. Но стоило ей только коснуться его крыла, как он ощутимо дрогнул всем свои огромным телом. Дракон, как показалось замершей Миле, посмотрел на нее в замешательстве, но тряхнув головой, он фыркнул, выпустив струю дыма, и выразительно скосил глаза на крыло. Зажмурившись на секунду, она все же забралась на его спину, и вот она уже летит над облаками в неизвестность на спине настоящего живого дракона.


Глава 4

Крылья дракона без устали работали. Их мерное хлопанье приносило Миле странный, давно позабытый покой: будто здесь она на своем месте. «Глупости какие. Кому скажи, засмеют: мое место на спине дракона», - фыркнула она. Но только почему ее сердце так настойчиво шепчет обратное? Почему этот мужчина кажется ей таким родным? Ответов у Милы не было.

Стремясь хоть как-то отвлечься от непрошеных мыслей, она принялась рассматривать проплывающие внизу облака. Полет на драконе был сродни путешествию на самолете. Только в сотни раз более захватывающим (как минимум обзор не ограничивался окном иллюминатора). Лететь, вопреки ее страхам, было неожиданно комфортно: жар от тела дракона, согревая, укутывал ее как будто солнечным теплом.

«Удивительно: дракон движется на приличной скорости, а сопротивления воздуха я не ощущаю вовсе», - по себя восхитилась Мила.

«Это магия дракона защищает свою избранницу», - ответил Дима.

На секунду сердце женщины кольнула игла обиды и ревности, что  она не та самая. «Вот вырастите и меня покатаете? Правда? А то боюсь, больше такой чести ваш отец меня не удостоит», - спросила она, стараясь не выдать перед детьми своего подавленного состояния, которого и сама не могла себе объяснить. Вот с чего вдруг у нее проснулись собственнические инстинкты к этому постороннему мужчине, по воле случая ставшего ее мужем? Нет у нее на это ни прав, ни оснований.

«Обязательно», - голос Мии вернул чересчур увлекшуюся самокопанием Милу.

«Чур, я первый», - скороговоркой произнес малыш.

Драконята даже заспорили, кто из них первым понесет маму над облаками. Слушая детей, Мила невольно улыбалась, а тревоги и сомнения покидали ее. У нее под сердцем живет такое чудо, что до сих пор просто не вериться. И ей надо приложить все силы, чтобы остаться рядом с ними.

Но стоило только дворцовым башням показаться на горизонте, как все мысли разом покинули ее. Стоящий высоко в горах, на самом краю обрыва, он больше походил на неприступную крепость (величественную, сверкающую и белоснежную). «Какой же это дворец! Да это самый настоящий средневековый замок! – восторгалась она. - Но если Повелителю угодно называть так свою небесную обитель, то кто я такая, чтобы с ним спорить».

- Вот это громадина, - не сдержавшись, вслух прошептала она, на что дракон довольно фыркнул, выпустив струю дыма, еще раз продемонстрировав, что в этом облике у него отличный слух.

«И не только слух, - хихикнув, подтвердил ее догадки Дима. – Еще и зрение, и обоняние, и чутье…»

«Ладно-ладно, я поняла. Драконы самые-самые», - смеясь, сдалась женщина.

«Да, мы такие. Как нас не любить?» - вопрос был скорее риторическим.

«И я даже знаю двух таких, кого просто невозможно не полюбить. Догадываетесь о ком я?», - заговорщически прошептала Мила, вызвав довольные смешки у малышей.

А дворец между тем стремительно приближался, что уже можно было разглядеть каменную кладку крепостной стены, окружавшей его. Дракон начал снижение и вскоре приземлился на огромной террасе, построенной явно для этих целей. Приняв опять свой человеческий облик, Повелитель обратился к Миле:

- Нам необходимо серьезно поговорить, но учитывая твое положение, думаю, что лучше всего нам отложить разговор до завтра. Идем, я провожу тебя до твоих покоев.

- Ничего не имею против, - ответила она, хватаясь за подставленный локоть.

Так под руку с Повелителем, провожаемые изумленными взглядами немногочисленных придворных, они чинно шествовали по роскошным коридорам и залам. Миле даже стало как-то не по себе среди этого великолепия: если совсем недавно, на спине дракона ей было на удивление уютно, то здесь, в его дворце, окруженная пышным убранством, так и кричащим о богатстве хозяев, она остро ощущала свою чужеродность. Незаметно она пыталась разгладить свое единственное, ко всему прочему довольно потрепанное платье, прекрасно понимая тщетность своих усилий. «Сколько не старайся, все разно буду похожа на пугало, - украдкой вздохнув, оставила она наконец свое платье в покое. – Интересно, что их больше всего шокировало: то, что супруга их Повелителя неподобающе одета, или то, что глубоко беременна». Теперь лица встреченных ею придворных Мила разглядывала с затаенным предвкушением, ожидая их реакции на свой неординарный облик. И в большинстве случаев это было удивление (иногда переходящее в крайнее изумление), реже – исключительно дамы – на нее смотрели с недоумением, граничащим с презрением. И почти всегда эти эмоции смеялись подобострастным выражением, стоило им только узнать супругу своего Повелителя.

- Вижу, ты нашла себе развлечение, а я, чтобы не дать тебе заскучать, собирался устроить тебе экскурсию, - прошептал Повелитель, присоединившись к ее веселью.

- Заметил? – не стала отнекиваться Мила. - Ну не сдержалась, прости. Просто лица этих снобов я запомню надолго. Такой калейдоскоп эмоций, и все за сотые доли секунды! А от небольшой экскурсии я не откажусь: дворец восхитителен.

- Спасибо, приятно это от тебя слышать. Тогда прошу, картинная галерея, собравшая всех, несомненно, достойных предков рода хаш Таналор, - шутливо начал дракон, вживаясь в роль гида.

Так слушая его рассказ о своем новом доме, она достигла отведенных ей покоев.

- Разве мы у нас не совместные покои? – оглядевшись, растерянно спросила она, оказавшись внутри. Покои отличались от тех, которые она видела в воспоминаниях Миланиэль.

- Нет, у нас смежные, моя половина – за этой дверью, - он указал рукой на одну из дверей. – Учитывая твое положение, думаю, что это даже к лучшему.

Не то, чтобы ей уж очень хотелось делить с ним одни покои, но как ей искать точки соприкосновения, если они будут видеться лишь от случая к случаю. «Вот не облегчает мне задачу этот драконище. Совсем не упрощает. Теперь ищи повод для встреч с ним», - с досадой подумала Мила.

- Отдыхай, я распоряжусь, чтобы к тебе прислали горничную, - не догадываясь о ее мыслях, произнес мужчина. - Она поможет тебе обустроиться. Меня же ждут дела, за время моего отсутствия их накопилось немало.

От его слов, в которых не было ни слова укора, Миле почему-то стало немного совестно, ведь прекрасно понимала, о чем говорит этот мужчина. Она сама не раз оказывалась в ситуации, когда возвращаясь из отпуска, была завалена буквально по самые уши бумагами, требующими немедленного рассмотрения.

Откланявшись, мужчина покинул ее половину, воспользовавшись указанной ранее им самим дверью.

Не прошло и пяти минут, как пришла обещанная Повелителем горничная: миниатюрная рыжая девушка, с блестящими карими глазами, напомнившая Миле проворную белку.

- Мне зовут Бельтиса, миледи, - представилась она, сделав книксен. – Какие у Вас будут распоряжения?

«Ну, точно - бельчонок», - умилилась Мила.

Память услужливо подсказала, что эту девушку она видит в первый раз. «Отлично, чем меньше вокруг меня людей, знакомых с эльфийкой, тем больше у меня шансов, что меня не раскроют, - обрадовалась Мила, что прислали другую служанку, а не ту, что готовила Миланиэль к первой брачной ночи. - Да и та горничная была крайне неприятной особой, раз посмела открыто продемонстрировать пренебрежение к супруге своего Повелителя». 

- Бельтиса, набери, пожалуйста, ванну, - улыбнувшись, попросила она.

- Как прикажете, - сделав еще раз книксен, девушка удалилась.

«Надо бы потом что-нибудь сделать с этими расшаркиваниями», - неодобрительно покачала головой Мила, провожая взглядом горничную. Уж очень ей претило подобное отношение к себе. В будущем хотя бы в своих покоях ей хотелось иметь возможность отдохнуть от этих церемоний.

Когда же ванна была готова, Мила решительно отказалась от помощи служанки. Просто ей хотелось рассмотреть свое новой тело. Нет, из воспоминаний она, конечно, представляла себе, как выглядит, но хотелось рассмотреть своими глазами (в сторожке не было зеркала), чтобы принять свой новый облик, привыкнуть к нему, а не шарахаться от собственного отражения.

«Ну, здравствуй, новая я», - и каким бы прекрасным не было сейчас ее лицо, все же оно было чужим: и темный шелк волос, и бархат белой кожи, и морская лазурь раскосых глаз. Несмело дотронувшись рукой до щеки, Мила стерла след, оставленный одинокой слезинкой, предательски обнажившей ее смятение.

«Мам, ну ты чего?» - обеспокоенно спросила Мия.

«Отстань ты, дай ней время, чтобы свыкнуться», - шикнул на нее Дима.

«Спасибо, хорошие мои. Все хорошо, правда», - заверила она их, только улыбка на лице красавицы вышла откровенно жалкой.

«Жалеешь?» – тихо спросил Дима.

«Нет, - ответила она, ласково поглаживая свой живот. – Если бы мне предложили бы сейчас вернуться обратно, ни за что не согласилась бы».

Теплая ванна и вкусная еда разморили ее, и, пожелав малышам сладких снов, она уснула, стоило ее голове коснуться подушки.

С первыми лучами солнца Мила уже была на ногах. После водных процедур бодрая и свежая она чувствовала невероятный прилив сил. «Давненько я не ощущала себя такой энергичной. Вот они преимущества юного тела», - потянувшись до хруста, подумала она.

«Ну, это как посмотреть, Миланиэль была старше тебя на девяносто шесть лет», - насмешливо сказал Дима.

«Что?» - не поверила она.

«Да здесь все долгожители. Люди и те живут лет до трехсот. Что уж говорить о других расах?! А эльфам, наравне с драконами, Боги щедро отмеряли время: в их распоряжении около тысячи. И зачем мы тебе только доступ к памяти тела открыли, если ты им не пользуешься», - с притворной грустью вздохнул он.

«Так, эту новость мне еще переварить надо...» – шокировано призналась Мила.

«Мам, ты не переживай. Мы всегда подскажем, что к чему, - утешая, заверила Мия. – Просто некоторые факты тебе еще необходимо осознать».

«Да уж, слишком много информации для одной меня», - согласилась женщина, подходя к окну.

Отдернув тяжелые бархатные шторы насыщенного жемчужного цвета, Мила замерла в восторге – из окна открывался потрясающий вид на горы, залитые лучами восходящего солнца. Женщина жадно впитывала яркие краски нового дня: искрящаяся белизна девственного снега, лежавшего на горных вершинах, и темная зелень хвойных деревьев, растущих у подножия и на склонах, сумрак ночных теней, медленно отступающий под натиском неумолимо надвигающего света, и молочная пелена клубящегося тумана, но главенство в этой палитре принадлежало ей - бесконечной синеве небес, разбавленной розово-золотыми цветами рассвета. Женщине нестерпимо захотелось выйти наружу, чтобы, глубоко вдохнув грудью прохладный воздух, в полной мере ощутить единение с природой. Она уже взялась за ручку двери, но, опомнившись, кинулась в гардеробную за «честно прихватизированным» мужским плащом. Кутаясь на ходу, она вышла на террасу. Вид, представший перед ней, стоило только Миле оказаться у самого края, вырвал у нее невольный вздох восхищения. Там, сразу за каменным ограждением террасы, начинался головокружительный  обрыв, и из-за густого тумана, стелящегося внизу, не было ни единой возможности рассмотреть, насколько далеко от нее земная твердь.

- Вижу, ты ранняя пташка, - раздавшийся позади Милы голос заставил ту вздрогнуть от неожиданности. – Прости, не хотел тебя напугать, - искренне произнес Повелитель. – И с добрым утром.

- Доброе утро, - поворачиваясь к мужчине лицом, ответила она, радуясь, что накинула на голову капюшон, который так удачно скрыл отсутствие прически.

Появляться перед драконом нечесаным пугалом не входило в ее планы.

- Да, ты и сам встал с рассветом, - дружелюбно произнесла Мила. – Но согласись, оно того стоило.

- Верно, - по-доброму усмехнулся он. – Рад, что ты разделяешь мое мнение. Последнюю сотню лет я именно так встречаю каждый день.

- И не надоело? – полюбопытствовала девушка, пытаясь определить возраст сидевшего перед ней мужчины.

- Как ни странно, но нет. Даже в этом неизменном виде можно найти что-то совершенно неожиданное, и каждое такое открытие делает очередной прожитый день чуть ценнее, - глядя вдаль, признался дракон. Переведя взгляд на свою супругу, продолжил, - и к тому же это единственное время, которое безраздельно принадлежит мне. Можно отрешиться от сего и просто быть самим собой, на считанные мгновения снять с себя венец Повелителя.

-  А ты философ, - его прямота импонировала ей. - Прости, если помешала твоему уединению.

- Нет, напротив, именно твое появление сегодня и внесло то самое разнообразие, которое я ищу здесь каждый день, - прищурившись, гипнотизировал ее взглядом мужчина.

- Сочту за комплимент, - заправив за ухо выбившуюся из-под плаща прядь, ответила Мила.

Про себя она радовалась, что дракон не проявил недовольства ее вторжением на свою территорию, и позволил разделить с ним его уединение. Женщина решила считать это добрым знаком. «Может, не все так плохо, и мне удастся наладить отношения с ним. Почему бы не попробовать использовать это время для сближения с этим мужчиной? Нет, надо привыкать называть его мужем, - поправила она себя. - И никак иначе. Хотя может, он разрешит обращаться к себе по имени? При случае обязательно спрошу».

Заметив маленькую чашечку в мужских руках, она поняла, что не прочь тоже  выпить чего-нибудь горячего, чтобы согреться в это прохладное утро, да и перекусить не помешало бы, Мила по-настоящему проголодалась. Стоило только подумать о еде, как ее живот предательски заурчал.

- Идем, я, как хороший муж, просто обязан накормить Вас, моя дорогая супруга, - поднимаясь, серьезно произнес Повелитель, хотя смешинки в его глазах с головой выдавали его истинное настроение.

- Боюсь, мой дорогой супруг, - поддержала его игру Мила, - что Ваш благородный порыв и мое спасение от голодной смерти придется отложить, ибо мой долг как хорошей жены – услаждать Ваш взор своей красотой. Позвольте мне привести себя в порядок, чтобы быть достойной предстать перед Вашими очами.

- Даю тебе десять минут, и не минутой более, - грозно нахмурив брови, строго произнес он, но не выдержал и рассмеялся, - буду ждать тебя в малой столовой.

- Договорились, - улыбнулась она.

Вернувшись в свою спальню, Мила увидела разложенное на заправленной кровати платье.

- Доброе утро, миледи, - приветствуя, присела в книксене горничная. - Принести Вам завтрак?

- Доброе, Бельтиса. Не нужно. Лучше помоги мне с прической, у меня совместный завтрак с Повелителем. Давай ограничимся чем-нибудь простым, не хочу заставлять супруга долго ждать, - попросила Мила.

- Не волнуйтесь, миледи. Сделаю все быстро и в лучшем виде, - заверила ее девушка.

Положившись на умения своей горничной, Мила расслаблено откинулась она спинку кресла, вспоминая сегодняшнюю неожиданную встречу с собственным мужем. «И все же, сколько ему лет? Если эльфийке чуть больше сотни, то ему должно быть сколько? Выглядит не старше тридцати пяти», - воспоминания Миланиэль никакой ясности на этот счет не вносили.

«Двести восемьдесят четыре года, если быть точным», - подсказал Дима, и, уловив замешательство своей матери, насмешливо добавил, - и не благодари, что тебе в мужья достался довольно молодой дракон».

«Дима!» - одновременно в возмущении воскликнули Мия и Мила.

«Молчу, молчу», - смеясь, капитулировал он.

- Готово, - голос служанки заставил ее переключить внимание на собственное отражение.

И уже через пять минут Мила оказалась полностью готова: и если элегантную прическу, сооруженную ловкими руками горничной, она разглядывала с удовольствием, то платье вызывало лишь уныние. Нет, оно было роскошным: шелковое, насыщенного синего цвета – но сидело на женщине так, словно та замоталась в штору.

- Простите, миледи, - заметив разочарование в глазах хозяйки, торопливо начала оправдываться девушка, - но это лучше из немногих платьев, что сохранились с тех времен, когда матушка нашего Повелителя была в положении. Ничего другого я просто не нашла.

- Все в порядке, Бельтиса. Я тебя не виню, - заверила ее Мила. -  Я ценю твое усердие: ты, наверное, немало сил приложила, чтобы найти это платье и привести его в порядок.

- Что Вы, миледи, - замахала руками смутившаяся девушка. – Это моя работа.

- Пусть так, но я тебе благодарна. И спасибо тебе за прическу, - одобряюще улыбнулась она служанке, отметив, как глаза той заблестели от похвалы. – Проводи меня до малой столовой, я понятия не имею куда идти.

Оказалось, что малая столовая находится совсем рядом, объединяя мужскую и женскую половины супружеских покоев.

Стоило ей только войти, как сидящий за столом дракон поднялся и, отодвинув стул, помог ей устроиться.

- Нет, с твоей одеждой определенно нужно что-то делать. Сначала мой плащ, теперь это платье, - поморщился он. – Распорядись, чтобы к тебе прислали портниху. И приятного аппетита, - пожелал он, занимая свое место за столом.

- Спасибо и тебе того же. Я как раз собиралась заняться этим вопросом, - мягко улыбнувшись, ответила она, с жадностью рассматривая блюда на столе, пытаясь определиться с выбором. – Что поделать, если мой гардероб мне безнадежно мал. Надо поблагодарить горничную, что хоть это платье она успела подготовить за ночь.

- Я всегда считал, что для леди нет ничего важнее ее внешнего вида, и для нее недопустимо надеть подобный наряд. А ты благодарить за это собралась,  – удивленно вскинул он брови. – Признаюсь, я поражен.

- Не в платье дело, а в отношении горничной ко мне: она проявила заботу. Это всегда надо поощрять. Ведь каждому хочется, чтобы его труд был оценен по достоинству, - кому как не ей, успешной бизнес-леди, знать, как лучше всего мотивировать сотрудников. – Да и девушка мне понравилась, и мне хотелось бы добиться если не уважения, то, как минимум, ее расположения. Кто знает: может в будущем именно она станет той,  кому я смогу безоговорочно доверять. Я хочу иметь рядом с собой надежного, проверенного человека, рядом с которым можно не бояться удара в спину, - призналась она, накладывая к себе в тарелку всего и побольше.

- Все служащие, находящиеся во дворце, принесли мне клятву верности, можешь не сомневаться в их преданности, - с непоколебимой уверенностью заверил ее Повелитель.

«Конечно-конечно, - язвительно подумала Мила. – Вот только как  Миланиэль смогла так просто покинуть твой дворец, будучи здесь впервые и окруженная твоими такими «надежными» людьми?» Но вслух озвучила иное, стараясь обойти острые углы и не задеть мужскую гордость (конфликт ей сейчас был ни к чему):

- Да, но преданы они исключительно тебе.

- У тебя на удивление мудрые рассуждения, - «Просто моих земных тридцать трех лет не на одну жизнь хватит», - усмехнулась про себя Мила, внимательно слушая дракона, - обычно головы девушек твоего возраста заняты совершенно другими вещами. Да и вообще среди аристократов, независимо от пола, принято, как правило, выражать свою благосклонность материально, к примеру, в денежном эквиваленте.   

- Так-то оно так, но если ты что-то покупаешь, не значит, что это не купит кто-то другой, предложив большую цену. Я убеждена, что если постоянно демонстрировать человеку, что ты его ценишь, то на его симпатию смело можно рассчитывать. И не забывай, что меня воспитывали как наследницу светлых эльфов, - гордо вскинув подбородок, добавив в голос властных ноток, произнесла женщина. Как ей казалось, она нашла лучшее объяснение своей «мудрости».

- Должен заметить, что подобного от Владыки Луэриилла я не ожидал, да и ты сама при первой встрече производила впечатление эдакого оранжерейного цветка (ты только не обижайся). Признаться, это один из не многих случаев, когда я рад, что заблуждался, - Мила же, напротив, напряглась, излишняя проницательность этого дракона не была ей на руку, ведь так и до разоблачения недалеко. - Вижу у тебя прекрасный аппетит, - сменил тему мужчина,  с интересом уставившись в ее тарелку. – Это, безусловно, замечательно и не может не радовать, но ты и правда все это съешь?

В недоумении она посмотрела на свою переполненную тарелку: чего там только не было от пышного омлета с зеленью до румяных оладушек, которые она успела полить сладким сиропом. И если по отдельности все выглядело крайне аппетитно и заманчиво, то на ее тарелке превратилось в мерзкую мешанину. «Нет, я, конечно, слышала, что у беременных свои причуды в еде, неужели и меня не минует сия участь?» - с грустью подумала Мила, с тоской посмотрев на тарелку дракона, на которой лежал такой вкусный на вид кусок стейка.

- Таких несчастных глаз мне видеть еще не доводилось. Гийман, замени приборы у миледи, - обратился он к слуге, прислуживавшему им за завтраком.

- Спасибо, - ей было неловко за свою оплошность.

Когда перед Милой снова появилась чистая тарелка, она, тщательно контролируя свои действия, выбрала блюдо и приступила к завтраку.

Стоило ей только отложить в сторону столовые приборы и взять в руки чашечку ароматного чая, Повелитель нарушил установившееся на время завтрака молчание:

 - Раз ты поела, я бы хотел обсудить с тобой пару важных моментов.

- Давай, - согласилась Мила, отпивая из своей чашки.

- Гийман, оставь нас и проследи, чтобы нас с миледи не тревожили, - обратился он к слуге.

 - О чем ты хотел со мной поговорить? – дождавшись, когда за мужчиной закроется дверь, спросила она. - Можно наедине я буду обращаться к тебе по имени? Роквард?

- Можно, но лучше Ард, - разрешил дракон. – Я не буду долго ходить вокруг да около и спрошу прямо: ты знала, какое заклинание использовала в нашу первую брачную ночь?

Вздрогнув, Мила со страхом посмотрела она него.

- Вижу, ты не удивлена, и более того напугала. И по твоей реакции, я смею заключить, что ответ – да: ты знала, - разочарованно произнес он.

- Нет, - от спазма сковавшего горло, ее голос был больше похож на писк. – Нет, поверь, я не знала. Лишь во дворце отца я узнала правду, - Мила решила, что в данной ситуации молчать не выход, да и смысла прикрывать чужого для нее эльфа она не видела.

- А какое  ты думала это заклинание? – Повелитель со скепсисом посмотрел на нее, скрестив руки на мощной груди.

- Для разрыва или ослабления брачных уз, - произнесла она, глядя прямо ему в глаза, мысленно умоляя: «Поверь, поверь мне!»

- Ну-ну, - недоверчиво фыркнул мужчина. – А ты знала, что сбегая, заклятие ударило по тебе самой? – и пристально следя за ее реакцией, опять догадался сам. – Знала.

- Нет. Клянусь, я ничего не знала, - горячо заверила его Мила, пытаясь оправдаться. - Скрываясь в заповедном лесу, я долго болела. Да, я даже не сразу поняла, что беременна. А все недомогания я связывала со своим положением. Значит, ты знал обо всем в ту ночь? Знал и отпустил? Вот так просто умирать? – возмущенно спросила она.

- Да, я не видел смысла удерживать рядом с собой ту, кто так отчаянно этого не желает и в любой момент может предать, - пожав плечами, признался Повелитель. - Извини, конечно, но твоя смерть в моем дворце, да еще сразу после свадебной церемонии, мне была крайне невыгодна. И, ко всему прочему, я хотел узнать, кто стоит за тобой, - яростный огонь, полыхавший в его янтарных глазах, жаля, опалял ее холодом.

«Какого демона, я перед ней оправдываюсь?» - злясь больше на самого себя за неуместные эмоции, раздраженно подумал он.

- Узнал? – тихо спросила Мила, ощущая на языке противный привкус горечи.

- Да, твой отец, - коротко ответил дракон.

- Зачем же ты меня искал? Меня, предательницу? – глухо спросила она, втайне надеясь,  что еще есть крошечный шанс наладить отношения с Ардом.

«Почему все так обернулось? – недоумевала Мила. – Такое чувство будто мужчина, сидящий передо мной, и мужчина, с которым я встречала рассвет, два совершенно разных человека. Куда делось то взаимопонимание, что возникло между нами?»

- Честно? Я и не искал, - ответ Повелителя не оставил ей ни малейшей надежды.

- Конечно, заклинание само все сделает за тебя, - отводя взгляд, криво усмехнулась она. - Тогда что ты делал в лесу?

- Время шло, а брачные узы все не ослабевали. И это означало лишь одно – моя супруга все еще жива, - равнодушно признался дракон.

- Ясно. И что теперь? – по-деловому спросила Мила, если чему и научила ее жизнь на Земле, так это держать удар.

- Теперь? – на мгновении мужчина задумался, и, прищурившись, он ответил, всем корпусом подавшись вперед, - в ближайшее время ты отправишься в одно из моих дальних поместий. Когда дети не будут в тебе нуждаться, я заберу их во дворец. Не рассчитывай, что я допущу тебя к воспитанию своих наследников: твое влияние на них будет сведено к нулю, - жестоко припечатал он.

Мила побелела. Она уже открыла рот, чтобы умолять этого мужчину, которого судьба преподнесла ей в качестве мужа, но дракон опередил ее:

- Если ты не против, тебя осмотрит мой лекарь.

- Это как-то связано с тем заклинанием? – спросила женщина.

- В том числе, - не стал скрывать дракон.

- Как тебе будет угодно, - с невозмутимым лицом ответила Мила.

- Отлично, жди его через час. Прости, вынужден тебя покинуть, - холодно произнес Повелитель, оставляя ее одну в ставшей такой неуютной столовой.


Глава 5

Вернувшись, она отослала горничную, наказав той, прислать к ней через два часа портниху.

«Надо что-то придумать и срочно! Думай, Мила! Думай! - металась она в своей спальне. – Нельзя сейчас уезжать, никак нельзя».

«Это не справедливо! - обиженно  воскликнула Мия. – За что он так с нами? Я тебя люблю и хочу быть рядом с тобой!»

«Мия, не расстраивайся ты так, мама что-нибудь придумает, - с любовью прикоснувшись к своему животу, пообещала женщина. - Твой папа просто очень расстроен, согласись, Миланиэль поступила с ним, мягко говоря, некрасиво. Он еще просто не знает, какие у него замечательные дети. Вот узнает вас получше и любое ваше желание будет готов выполнить, хоть луну с неба попросите. Мне бы только во дворце остаться, уж я нашла бы способ его убедить, что не желаю ему зла и не представляю для него никакой угрозы».

«А если мы ослабим твой организм? Это поможет?» - серьезно спросил Дима.

«А вы можете? Вам это не повредит?» - нахмурилась Мила.


«Если мы смогли исцелить тебя, то сил обратить кое-какие процессы вспять тоже хватить, - похвастался малыш. – И нам это не причинит никакого вреда».

«А лекарь разве не поймет в чем дело?» - сомнения все еще не отпускали женщину.

«Наше вмешательство ни один маг не заметит, да и не до того ему будет», - хихикнула Мия.

«О чем это ты?» - не поняла Мила.

«Да все просто: близнецы в драконов уже лет двести как не рождались. Сдается мне, нас ожидает знатное развлечение», - предвкушающе протянул Дима.

«Да ладно?! Не думала, что это настолько редкое явление. На Земле рождением двойни никого не удивишь», - озадаченно призналась женщина.

«Ты просто вспомни лицо отца, когда ты ему сообщила о наследниках», - напомнил мальчик.

«Что было - то было, такой смеси благоговения и открытого недоверия я не встречала ни разу в жизни», - улыбнулась Мила, незаметно для себя отпуская то напряжение, которое охватило ее после беседы с мужем за завтраком.

«Так, мам, ты ложись поудобнее, нам ту поработать надо, - скомандовал Дима. – Предупреждаю сразу, ты может почувствовать легкое недомогание. После осмотра мы все вернем так, как было. Потерпишь?»

«Куда я денусь с подводной лодки, - пробормотала она, взбивая подушку. – Спасибо, без вас я бы не справилась».

«Справилась бы, может не так быстро и эффективно, но справилась бы, - подбодрил ее Дима. – Все времени мало, лежи смирно и не мешай».

Не прошло и нескольких секунд, как к горлу подкатила тошнота. Стараясь отвлечься от неприятных ощущений, она принялась обдумывать, что в первую очередь стоить заказать у портнихи, учитывая плачевное состояние ее гардероба. «И мелочиться я собираюсь, - мстительно решила Мила, подавляя очередной приступ тошноты. – Буду считать это компенсацией за мои мучения».

Сосредоточившись на своих ощущениях, она едва не пропустила визит лекаря, уж очень деликатным был его стук в дверь. Местный светило лекарского искусства оказался довольно пожилым, как будто высушенным, мужчиной, со строгим цепким взглядом выцветших от старости глаз.

- Приветствую, миледи, - сдержанно поздоровался он. – Я Викар кан Лионод, личный лекарь Повелителя. Ко мне можете обращаться лекарь Лионод. Приступим к осмотру?

- Здравствуйте. Я готова, можете начинать, - тихо ответила Мила, из последних сил борясь с подступающей дурнотой.

В этот момент ее интересовал только один момент - как будет проходить осмотр: она навряд ли сдержится, если шевельнет хоть пальцем.  Но вопреки ее ожиданиям лекарь даже не коснулся ее. Он распростер над ней руки, и тело женщины окутало сияние, исходящее из его ладоней. Заметив, что женщина чересчур настороженно смотрит на свет, поспешил заверить:

- Не волнуйтесь, миледи, это диагностическое заклинание. Оно не причинит Вам вреда. Лучше постарайтесь расслабиться, чтобы… - но договорить он не успел, оборвав сам себя, - Боги, невероятно…

-Что? Что случилось? Лекарь Лионод, прошу, не молчите, - не на шутку встревожилась Мила.

Подняв на нее свои блестящие каким-то лихорадочным огнем глаза, он, дрожащими руками вытерев со лба выступивший пот, сдавленно произнес:

- Двое, детей двое…

- Двое, - подтвердила очевидное она. – Разве Повелитель Вам не сказал? И все же, что случилось?

- Двое, - еще раз благоговейно прокаркал он, ибо от потрясения у него в горле пересохло, и голос подвел его. Прокашлявшись, он все же собрался и ответил будущей матери наследников, - Все в порядке, миледи. Простите, что моя реакция заставила Вас поволноваться без причины. Просто в моей практике это первый случай многоплодной беременности. Я, конечно, слышал от своего наставника о подобных случаях, но сам не сталкивался ни разу. Если не считать небольшого переутомления, то Вы здоровы. Вам следует избегать физических нагрузок, хорошо питаться и почаще бывать на свежем воздухе. Пойду, обрадую Повелителя.

Услышав о своем здоровье, Мила нахмурилась.

«Ребята, и как это понимать?» - обратилась она к малышам.

«Мам, мы сами в шоке», - ответил ей Дима.

«Понятно, что ничего не понятно. Как бы еще узнать, что он папочке вашему сообщит. Есть идеи?» - спросила она.

«Есть, но нам нужна пара минут», - ответила Мия.

«Раз надо, значит, будут», - пообещала Мила, вслух обращаясь к уже уходящему лекарю:

- Лекарь Лионод, постойте. Вы не сказали ничего про малышей? Они здоровы?

- Абсолютно, - обернувшись, улыбнулся он.

- А Вы можете сказать, кто будет? Мальчики или девочки? – задала она вопрос, который волнует всех будущих родителей.

- Увы, сие знание доступно лишь Богам. Нам остается только смиренно ждать, - разведя руки в стороны, признал свое бессилие лекарь.

- Как жаль, - разочарованно ответила она. – Спасибо, что уделили мне время.

- Не стоит, это моя обязанность, - смущенно ответил лекарь.

- И все равно спасибо, - упрямо повторила Мила. – Мне теперь намного спокойнее.

«Ну как, успели?» - спросила она, когда за лекарем закрылась дверь.

«Да», - гордо ответил Дима.

«Умницы мои!» - похвалила Мила детей.

Через несколько бесконечно долгих минут она услышала голос своего мужа. «Еще один, - печально подумала женщина. – Что-то слишком многолюдно стало у меня в голове. Такими темпами я скоро в доме с мягкими стенами окажусь».

- Лекарь Лионод, прошу, проходите. Каков ваш вердикт? – спросил Повелитель.

- Это невероятно! Это чудо! Мы все стали свидетелями чуда, - восторгам пожилого мужчины, многое повидавшего на своем веку, не было конца. - Примите мои искренние поздравления: у Вас будет два наследника.

- Благодарю, - сдержано произнес дракон. - Каково состояние моей супруги?

- Ее организм крайне истощен, силы миледи на пределе своих возможностей. Я бы вообще рекомендовал ей постельный режим, - озабоченным голосом ответил лекарь.

«Ребята, похоже, мы перестарались», - поделилась с малышами своими опасениями Мила.

-А дети? – в голосе мужчины звучало неподдельное волнение.

- Удивительно, но они в полном порядке, - Миле показалось, что она отчетливо услышала, как Ард выдохнул с облегчением. - Миледи необходим покой, следует полностью оградить ее от любых переживаний и волнений.

- Я понял. Думаю, уединение в южном поместье пойдет ей как нельзя лучше: свежий воздух, море, солнце, удаленность от двора. Когда она сможет отправиться в путь? – не отставлял своей затеи дракон.

- Что Вы, ни в коем случае. Это крайне рискованно, - за эти слова Миле хотелось расцеловать лекаря. – Я даже не берусь предсказать, как отразиться переезд на самочувствии миледи и будущих наследников. А если что-то произойдет? Поймите, случай настолько исключительный, что даже если не брать в расчет состояние Вашей супруги, то я все равно не могу спрогнозировать, как будет протекать беременность, тем более на таком позднем сроке. Стоит отказаться от любых, сколь угодно непродолжительных путешествий. Вы же понимаете, что двойня – это подарок небес, и Вашей супруге должно организовать соответствующий уход. И я лично хотел бы наблюдать за течением беременности. Повторюсь еще раз: никаких волнений и переживаний. Только покой, свежий воздух и усиленное питание.

- Что ж, я Вас услышал. Ваша репутация и мастерство не оставляют мне иного выбора, как полностью довериться Вашим рекомендациям, - дракон не мог не отдать должное профессионализму этого старика, не раз спасавшего жизни его воинов. - Лекарь Лионод, тогда я рассчитываю на Вас.

- Это честь для меня. С Вашего позволения я откланяюсь, хочу наведаться в архив, найти записи моего наставника о подобном случае, - лекарь настолько ушел в себя, что уже что-то несвязно бормотал себе под нос.

- Не смею Вас задерживать, - усмехнувшись, попрощался Повелитель, прекрасно понимая, что от него в таком состоянии он мало чего сможет добиться.

 «Ура! У нас получилось!» - хором закричали дети.

«Тише, оглушите, - счастливо смеясь, попросила Мила. – Вы молодцы, теперь вам надо будет перед каждым осмотром ухудшать мое самочувствие, только давайте не так сильно, а то нас еще в четырех стенах запрут».

«Договорились, - задорно ответила Мия. - Мам, можно спросить?»

«Конечно», - ласково разрешила женщина.

«А почему ты так легко приняла папу как своего мужа?» - робко спросила девочка.

«Именно потому, что он Ваш отец», - ответила Мила.

«Только поэтому, - разочарованно произнесла малышка. – А как же любовь?»

«А что любовь? – пожала плечами женщина. - Я уже сделала однажды выбор по любви и в итоге осталась одна с разбитым сердцем и несбыточными мечтами, - стоило только упомянуть о прошлом, как она отчетливо ощутила привкус горечи во рту, но решительно тряхнув головой, прогоняя грустные мысли, уверенно продолжила, - теперь же, я буду руководствоваться только доводами разума. Если не брать в расчет, что ваш отец просто жаждет выставить меня из дворца, то, с какой стороны не посмотри, он – выгодная партия: богат, хорош собою, приятен в общении. Я уверена, что в основе прочных отношений должна лежать не любовь, а прежде всего уважение друг к другу».

«Но ты больше не бесплодна и сможешь родить еще. Почему бы не дождаться настоящей любви?» - упрямо стояла на своем малышка.

«Ну, нет, Вам от меня так легко не отделаться. Вы меня сюда хитростью заманили, мамой назвали, теперь от меня так легко не отделаетесь. Я ведь уже говорила, что по доброй воле не оставлю вас. Вы мои дети, и я вас люблю», - от нежности, что переполняла женщину, у нее на глазах выступили слезы.

- Миледи, миледи! Вам плохо? – раздался рядом с ней голос горничной.

Вздрогнув, она в недоумении посмотрела на девушку.

- Миледи, простите, что вошла без разрешения и напугала Вас. Я стучала, но вы не отзывались. Я волновалась, - торопливо начала оправдываться горничная, не замечая, что уже безнадежно измяла в своих руках белоснежный передник своего форменного платья.  – Повелитель мне не простит, если с Вами что-то случиться. Он сегодня дал четкие указания на этот счет.

«Отлично. К тебе еще и соглядатая приставили», - хмыкнул Дима.

«Было бы странным, если бы ваш отец пустил бы все на самотек», - помрачнев лицом, ответила сыну Мила, по-новому взглянув на девушку.

Бельтиса под испытывающим взглядом своей госпожи, еще больше съежилась и даже дышать старалась через раз, боясь навлечь гнев своей нахмурившейся госпожи.

«Мам,  ты же вроде хотела ее расположения добиться, а не запугать до смерти», - напомнила ей Мия.

«Да, хотела, - печально вздохнув, не стала отрицать Мила. - Но кое-кто меня опередил, хотя ты права, надо относиться к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе».

И как можно мягче и дружелюбнее обратилась к горничной:

- Бельтиса, я не сержусь, и со мной все в порядке. Не стоит так переживать. Ты что-то хотела?

- Пришла портниха с помощницами, как Вы и приказывали. Пригласить их сюда? – протараторила девушка, радуясь, что гроза миновала.

- Не нужно, я сама к ним сейчас выйду, - ответила Мила, поднимаясь.

В гостиной ее ждали три женщины разного возраста: одна – немолодая женщина в платье, кажущемся на первый взгляд скромным,  но отличающимся искусным кроем и качеством ткани, и две миловидные девушки, похожие друг на друга как день и ночь – если первая - невысокая женственная брюнетка, то вторая – статная нежная блондинка.

- Приветствую Вас, миледи, - портниха и стоящие за ее спиной девушки  присели в реверансе. - Мое имя – Сильвина, а это мои помощницы – Клэрис и Янита.

- Очень приятно, - Мила невольно улыбнулась, уж очень эта дама напомнила ее строгую учительницу по английскому языку, которая также зачесывала свои волосы в тугой пучок и предпочитала сдержанный стиль в одежде. - Надеюсь, мы с Вами поладим. Давайте присядем для начала и все обсудим, - Мила в приглашающем жесте указала на диван. - Бельтиса, принеси нам, пожалуйста, чай и сладости. Я бы чего-нибудь перекусила. Вы составите мне компанию, мне будет крайне неловко кушать одной, - утвердительно произнесла она, кроткой улыбкой сглаживая свой безапелляционный тон.

- Если Вы так настаиваете, - неуверенно отозвалась Сильвина.

- Настаиваю, - подтвердила она.

И пока они наслаждались ароматным чаем, помощницы успели разложить перед ними эскизы и образцы тканей.

- Нет, боюсь, что это никуда не годиться, - с сожалением вздохнула Мила, отложив в сторону альбом с образцами.

- Почему? Это лучшие ткани, - растерялась главная швея драконьей империи.

- Я не подвергаю сомнению их качество, но их расцветки… - она даже поморщилась от досады.

- Но это самые модные оттенки, - запротестовала Сильвина.

- Возможно, но они слишком яркие. Не думаю, что мою изменившуюся фигуру они будут красить, - поделилась своими сомнениями Мила.

- Но миледи, именно эти расцветки надлежит выбирать столь юной леди, - покровительственно улыбнулась портниха.

- Благодарна Вам за заботу. Но я не столько юная леди, сколько супруга Повелителя и должна выглядеть соответствующе, ничем не посрамив честь и достоинство: ни свое, ни моего мужа. Супруга Повелителя должна быть образцом вкуса и изящества. Вы согласны со мной? – спросила она.

- Да, конечно, Вы правы, - быстро согласилась Сильвина. – Клэрис, принеси другие образцы. Миледи, предлагаю, чтобы не терять времени даром, обсудить фасоны Ваших платьев.

- Не имею ничего против, - с энтузиазмом ответила Мила.

- Янита, подай папку, пожалуйста, - обратилась швея к своей белокурой помощнице.

И просмотрев с десяток эскизов, Мила окончательно разочаровалась в здешней моде. А она еще утром думала, что платье просто не успели подогнать под ее фигуру, оказывается, что всем беременным положены какие-то бесформенные балахоны.

- Миледи, Вы определились с выбором? – Сильвина даже затаила дыхание, ожидая ответа.

- К сожалению, это невозможно. Давайте так, забудем на время об этой папке и я просто на словах опишу, что примерно хочу, - она старательно не обращала на округлившиеся от шока глаза женщины никакого внимания, боясь в противном случае неприлично расхохотаться до слез.

- Но миледи, …  - попыталась возразить портниха, хватая воздух ртом.

- Скажу Вам по секрету, - понизив голос, доверительно сообщила Мила сидящей напротив женщине. - Повелитель сегодня остался крайне недовольным моим внешним видом и раскритиковал платье, что сейчас на мне, - она привела свой главный аргумент. – Как хорошая жена, я не могу ослушаться мужа.

- Конечно, миледи, - сглотнув, сиплым голосом ответила швея.

- Вот и славно, - довольно улыбнулась Мила. – Я хочу…

Когда же вернулась помощница с новыми образцами, то застала занятную картину: ее начальница, то краснея, то бледнея, пыталась что-то объяснить эльфийке, взирающей на ту со снисходительной улыбкой.

- Но миледи, леди такое не носят. Это предназначено только для спальни, не на показ… - от возмущения щеки женщины приобрели пунцовый оттенок.

«Ага, только кто меня туда, в эту самую спальню пустит», - раздраженно подумала Мила.

- Сильвина, мы всего лишь чуть-чуть откроем плечи и продемонстрируем ключицы, - она даже предположить не могла, что целомудренный вырез лодочкой может вызвать такую негативную реакцию. «Видимо, здешние взгляды на женскую одежду крайне консервативны», - отметила для себя Мила. -  А у этого платья декольте скроют кружева. Давайте сделаем по одному образцу, и Вы убедитесь, что все будет исключительно благопристойно, - примирительно предложила она.

- Как прикажете, миледи, - сдаваясь, устало ответила швея. - Клэрис, ты уже здесь, - только теперь она заметила  свою вернувшуюся помощницу. - Покажи миледи образцы.

У Милы даже глаза загорелись от восторга, настолько восхитительными оказались ткани.

- Сильвина, они великолепны. Зачем Вы скрывали от меня эту красоту? – пожурила она портниху.

- Миледи, прошу прошения, просто за все годы, что я служу во дворце Повелителя, ни одна молодая леди не заинтересовалась ими, - сухо извинилась Сильвина.

- Так я хочу это… Это… И это, - Мила откладывала приглянувшиеся отрезы, не обращая внимания на укор в словах женщины. – И это…

Через полчаса практически счастливая супруга Повелителя и измученные швея с помощницами приступили к снятию мерок.

В спальне Мила разделась и, оставшись в коротенькой маечке и шортиках, пригласила женщин. Расторопные девушки, не дожидаясь указаний начальницы, обступили супругу Повелителя и в четыре руки с завидной сноровкой принялись за дело, умудряясь при этом не только не мешать друг другу, но еще и сообщать результаты главной швее, которая заносила их в свой блокнот. Миле же оставалось лишь пораженно хлопать глазами, когда буквально через минуту Сильвина объявила, что они закончили.

Портниха с помощницами не успели еще покинуть столь требовательную хозяйку, как неожиданно открылась дверь, соединяющая спальню той с опочивальней Повелителя.

Увидев в дверном проеме застывшего дракона, женщины, охнув, дружно присели в реверансе.

- Сильвина, спасибо за работу. Вы можете быть свободны. Боюсь, я и так заняла у Вас непозволительно много времени, и не смею задерживать Вас более, - нарушила она воцарившееся с приходом Арда молчание. – Бельтиса, будь добра, подай мой халат.

- Ну что Вы, миледи, шить для Вас – это честь для меня. Думаю, пару туалетов мы успеем подготовить к утру. Повелитель, миледи, - прощаясь, портниха сделала книксен, и, кивнув своим помощницам, поспешила покинуть общество сиятельных супругов.

- Бельтиса, ты тоже можешь быть свободна, - теряясь в догадках о причинах визита мужа, Мила нервно затягивала пояс халата.

Оставшись с супругой наедине, Повелитель не спешил нарушить молчание: он все также неподвижно стоял на одном месте, сверля хрупкую фигурку женщины тяжелым пламенным взором. Внутри него, невидимая глазу постороннего человека, шла напряженная борьба -  мужчина пытался усмирить словно взбесившегося дракона.

- Что-то случилось? – не выпуская из рук шелковый пояс, спросила Мила, когда безмолвие супруга стало невыносимо мучительным. – Ард, ты меня пугаешь, - шепотом призналась она.

Страх, так отчетливо прозвучавший в голосе эльфийки, словно отрезвил зверя, после чего он покорно, словно ни в чем не бывало, затаился, вернув контроль над телом мужчине. «Демоны! Как же все не вовремя! Лекарь Лионод  запретил же любые волнения. Да, подставил ты меня, приятель, знатно, не думай, что я спущу тебе это с твоих наглых лап! Натворил дел, а мне расхлебывай, - выдохнул мужчина.  – Нужно как-то отвлечь Миланиэль». Ард, тяжело сглотнув, стремительно приблизился к Миле.

- Прости, что напугал, - хрипло начал он, обнимая женщину. – Я сейчас все объясню. Давай только постоим вот так совсем немного.

- Угу, - глухо отозвалась Мила, ощущая себя необыкновенно комфортно в кольце мужских рук. – И все же, что это сейчас было? – спросила она, запрокидывая голову.

- Ты же знаешь, что для дракона нет ничего ценнее его потомства, - начал Ард, про себя добавив: «и его единственной». – И иногда инстинкты берут верх над разумом. Увидев тебя в этом… хм… наряде, - прокашлявшись, нашелся он с безобидным определением довольно провокационного комплекта, скрытого от мужских глаз гладким шелком халата, - такую беззащитную, маленькую и до болезненного хрупкую, мой дракон потребовал тебя схватить и держать под неустанным контролем и опекой подле себя. К сожалению, ты еще не раз столкнешься с подобным.

«Конечно, конечно, инстинкт значит! Нашел дуру: что-то этот инстинкт не слишком мешал тебе мечтать выставить меня из дворца», - презрительно подумала Мила.

«Мам, но папа правду говорит», - встала на защиту дракона Мия.

«Ладно, - примирительно проворчала Мила. – И все равно, где он «маленькую и до болезненного хрупкую» увидел?! Это я-то, беременная женщина! Кстати, какой у меня срок? Дети, позже сообщите маме, когда ей рожать».

- Ясно, но ты ведь не просто полюбоваться на меня пришел, - допытывалась она.

- Да, я пришел сообщить, что твой отъезд откладывается, - Мила «удивленно» вскинула брови. - Твое состояние пока, - особенно выделив голосом слово «пока», произнес он, - не позволяет тебе путешествовать. Поэтому впредь воздержись от любых нагрузок и неукоснительно соблюдай все рекомендации лекаря Лионода. Учитывая твое теперешнее состояние, было не слишком благоразумно приглашать портниху.

- Но я, как хорошая жена, лишь выполняла наказ мужа, - сладко улыбнувшись, тут же нашлась с ответом женщина.

- Помню. Но все равно береги себя, - скопировав ее улыбку, дракон заправил ей за ухо выбившуюся из прически прядь.

- Обязательно. И если честно, то я даже устать не успела, - призналась Мила, обезоруженная нежностью его прикосновения. - Сильвина с помощницами сняли мерки в мгновение ока. И при том, не могу же я весь день сидеть в четырех стенах. Я умру от скуки.

- В четырех стенах и не надо. Просто соблюдай режим и не переутомляйся, - ответил он.

«Свою компанию даже не предложил. А мог бы догадаться, что его жене во дворце не с кем общаться», - обижено подумала она.

- Могу я воспользоваться библиотекой? – спросила Мила. - Кстати, может, заодно, посоветуешь что-нибудь о драконах, особенно о поведении драконов-мужчин в ожидании потомства? А то, боюсь, подобные сюрпризы не пойдут мне на пользу.

- Естественно, ты может посещать библиотеку, ты же хозяйка во дворце. Я дам распоряжения хранителю, он подберет книги на интересующую тебя тему. А еще лучше сам отвечу на твои вопросы за завтраком, - Мила едва сохранила бесстрастное выражение лица, хотя в душе она ликовала. – И не забывай, что у тебя есть своя свита. Как только окрепнешь, я представлю тебе их, - «Этого мне только для полного счастья не хватало!» - ужаснулась она. - А сейчас я должен тебя оставить… - договорить он не успел, так как малыши, не желая, чтобы их отец так быстро их покинул, решили выразить ему свое недовольство.

И дракон, все еще державший в своих объятьях Милу, замер, ощутив их возню.

- Можно? - хрипло спросил он.

- Что? – не поняла Мила.

- Прикоснуться, - прокашлявшись, ответил Ард.

- Конечно, - улыбнулась она, положив его горячие ладони на свой живот.

- Невероятно, - прошептал дракон.

- Но ты уже делал это, - напомнила ему Мила.

- К этому невозможно привыкнуть, - признался Ард.

Объединенные общим счастьем они стояли и просто смотрели друг другу в глаза. Огонь, разгорающийся в глубине его янтарных глаз, звал ее. Завораживая и пленяя, он обещал дать то, чего, истосковавшись, так жаждала ее душа. И ее сердце, откликнувшись на этот зов, столь желанный и манящий, не испытывая ни малейших сомнений, без раздумий и сожалений, скинуло с себя все замки, на которые, как казалось Миле, она надежно его заперла.

Звон разбившегося стекла, раздавшийся где-то в гостиной, разрушил хрупкое единение, возникшее между ними, забрал с собой неповторимое волшебство момента.

Тряхнув головой, словно сбрасывая наваждение, дракон неохотно отстранился, для верности спрятав руки за спину.

- Пойду, проверю, что там, - хриплым голосом сказал он.

Развернувшись, мужчина стремительно покинул спальню жены.

 «Сбежал, - усмехнулась Мила. – И я тоже хороша. Не узнаю себя. Что на меня нашло?» Пригладив абсолютно не нуждающиеся в подобном волосы, она направилась вслед за мужчиной.

- А грабитель где? – разочарованно спросила она, требовательно посмотрев на присутствующих дракона со служанкой, торопливо собирающей осколки.

- Какой еще грабитель? О чем ты? – непонимающе нахмурился Ард.

- Ну, ты так быстро помчался сюда, что я решила, что здесь кто-то (или что-то) крайне опасный, - с иронией ответила Мила, не на шутку раздосадованная упущенной возможностью сблизиться с мужем.

- Как видишь, тебе ничего не грозит. Засим позволь откланяться, - церемонно поцеловав руку супруги, дракон ушел.

- Миледи, простите, - чуть не плача, пробормотала извинения горничная.  – Я случайно… Ваза она… Я уберу… - Миле пришлось изрядно поднапрячься, чтобы хоть что-то разобрать.

- Бельтиса, не бери в голову. Ничего страшного не случилось. Думаю, Повелитель не обеднеет от одной вазы,- приободрила она девушку. – Я иду отдыхать. Пусть меня не беспокоят. Обедать и ужинать я буду себя. Все равно мне нечего надеть.

Стоило ей только закрыть за собой двери своей спальни, как улыбка, которую она щедро демонстрировала в гостиной, слетела с ее губ. Прислонившись спиной к дверному полотну, она вновь, против своей воли, вспомнила, как буквально пару минут назад дракон обнимал ее своими сильными руками.

«Вот что за невозможный мужчина: то гадости говорит, то с нежностью смотрит», - прижав к пылающим щекам ладони, вяло возмущалась она.

«Мам, не сердись на папу, - приняла сторону дракона Мия. - Дай ему немного времени. Я уверена, когда он узнает тебя получше, то полюбит тебя также, как и мы с Димой».

«Ага, вот только со временем у меня беда, - грустно заметила Мила. – Кстати, когда мне рожать?»

«Ну, мы не провидцы, с точностью до дня и часа сказать не сможем», - голосом, полным искреннего сожаления, поведал мальчик.

«Дима! Тебе бы артистом стать, а никак не Повелителем. Такой талант!  – рассмеялась женщина, ничуть не рассердившись на проделку сына. – Признавайся, давай. Должна же я знать, сколько времени у меня в запасе?!»

«Около двух месяцев», - растеряв былую веселость, абсолютно серьезно ответил малыш.

«М-да, негусто, - вздохнула она, устраиваясь с комфортом в кресле у окна. – Нужно срочно что-то придумать, - Мила не привыкла пасовать перед трудностями и те годы, которые она посвятила бизнесу, хорошо научили ее этому. – Так, что мы имеем? Ну, во-первых, приглашение на совместный завтрак. Уже неплохо для начала. Надеюсь, Сильвина успеет подготовить хотя бы одно платье. Надо же с чего-то начинать. Подкинете пару идеек, как покорить неприступную крепость под именем «Повелитель драконьей империи»?

 «Мам, не забывай про реакцию звериной половины на тебя», - подсказала Мия.

«Точно. Совсем из головы вылетело. Вы-то мне и расскажете все, что об этом знаете».

«С чего бы начать? – задумался Дима. – Как ты уже могла убедиться на собственном опыте, животная сущность, заключенная в каждом драконе, требует окружить неустанной заботой свою беременную пару, стоит той только попасть в поле его зрения».

«Подожди, - перебила его Мила. – То есть забота обо мне в лесу, экскурсия по дворцу, объятия, нежность – все это, ты хочешь сказать, продиктовано требованиями огромной ящерицы?!»

«Отчасти это так», - подтвердил худшие опасения Милы мальчик.

«Вот же… Культурных слов не хватает, чтобы описать то, что я сейчас чувствую, - и только досчитав до десяти, она продолжила, - а-а-а-а-а, да почему все так сложно! Ладно, не стоит вешать нос, - через силу улыбнулась женщина. – Во всем надо видеть и что-то хорошее: чем чаще я мозолю ему глаза, то меньше у него остается времени мыслить адекватно и планировать мое путешествие к черту на кулички. Я правильно понимаю?»

«В принципе все так и есть», - согласилась с ней Мия.

«Ну вот, уже есть за что зацепиться. Осталось только придумать, как это провернуть», - оптимистично заключила она.

 «Мам, а может заставить отца ревновать, - неожиданно предложила девочка. – Дима не успел рассказать, но драконы не выносят, когда рядом с их беременными женщинами находятся посторонние мужчины, каждый из них воспринимается как соперник, которого необходимо устранить. Запах другого приводит их в неконтролируемую ярость».

«Ничего себе порядочки: это что же теперь при встрече ни руки для поцелуя не подать, ни щечки не подставить?», - поразилась Мила.

«Ага, можешь на деле проверить», - подначивал мать Дима.

«Лучше воздержусь. Сейчас мне его ревность совсем не нужна», - уверенная в своей правоте, возразила она.

«Почему?» – хором воскликнули дети.

«Разве ревность - не показатель, что он к тебе не равнодушен», - развил общую мысль мальчик.

«Нет, милые мои, все эти чувства не будут настоящими, - улыбнулась она наивности малышей. Иногда Мила забывала, что они всего лишь дети, пусть очень смышленые, но все же дети. – Это лишь инстинктивная реакция. Не стоит играть с огнем, вашему отцу не составит труда разобраться в ситуации, и тогда не видать мне его доверия во веки вечные».

«Но разве ты не собираешься также воспользоваться его слабостью?» - резонно заметил Дима.

«Собираюсь, - не стала отрицать очевидного Мила. – Но! Я расцениваю это как возможность присмотреться друг к другу. И в этом нет ничего плохого. Играть с его чувствами или притворяться я не буду. На обмане доверия не построишь».

Дети, ощутив смену настроения матери, не стали донимать ее расспросами. Сама же женщина бездумно смотрела в окно, пытаясь усмирить былые обиды, которые разбередил этот разговор: предательство Руслана до сих пор причиняло ей боль, и лишь ей одной было известно, скольких усилий было приложено, чтобы заставить себя открыться и снова довериться другому мужчине.

Мила даже не догадывалась, что пока они с детьми напряженно искали путь к сердцу Повелителя, сам он пребывал не в ладу с собой. Откинувшись на спинку кресла и закинув руки за голову, он, забросив все дела, полностью погрузился в себя. Хотя любому вошедшему к Повелителю показалось бы, что он просто отдыхает, мечтая о полете. Ведь каждому дракону известно чувство, когда только один взгляд на прозрачную синь неба заставляет сердце в груди замирать от восторга. Душа рвется туда, ввысь, страстно желает расправить крылья и нестись навстречу ветру, чтобы коснуться крылом облаков и мчаться все выше и выше, и, насладившись свободой, просто парить, подхваченным воздушным потоком.

Но в действительности расслабленно сидящего у окна мужчину мало волновали прелести полета, его одолевали совсем другие мысли. Что произошло в спальне его жены? Откуда возникло это чувство? Почему все так сильно изменилось после ее возвращения? В одной ли беременности дело? Почему дракон внутри него так реагирует на эту женщину? Только ли в пресловутом инстинкте все дело? Почему же тогда непрошеные мысли об этой маленькой эльфийке не покидают его и теперь, когда он остался наедине с собой? Почему они не дают ему покоя и терзают его? Почему эта женщина, по сути незнакомка, по воле случая ставшая его женой, а вскоре и матерью его детей, вызывает в нем такие противоречивые эмоции? Откуда это желание защищать ее и оберегать? Почему ее боль и страх задевают  и ранят и его тоже?

«Вопросов много, а ответов нет», - криво усмехнувшись, он растер лицо руками. Взъерошив волосы, он резко покачал головой, словно прогоняя столь неугодные мысли. «Так дело не пойдет, надо отвлечься», - и чтобы слова не расходились с делом, стремительно поднялся и направился к выходу на террасу.

Холодный ветер, налетевший на него в бессильной попытке забрать тепло жалкого смертного, потерпел сокрушительную неудачу – драконы на редкость морозоустойчивы. Вдохнув воздух полной грудью, он неожиданно разбежался и, перепрыгнув ограждение, в свободном падении перевоплотился. Над горами, яростно работая крыльями, летел мощный дракон, провожаемый  восхищенным взглядом голубых глаз.

- Сумасшедший, - одними губами прошептала Мила, вплотную прильнув к стеклу, чтобы как можно дольше не выпускать из виду стремительно удаляющегося дракона.


Глава 6

За окнами дворца сгущались сумерки. А в мастерской главной швеи драконьей империи бурлила быстрым горным потоком жизнь: от вызванных в спешном порядке работниц было не протолкнуться, тут и там слышались голоса. Кто-то бегал с отрезами ткани и кружев, кто-то споро управлялся с иглой, кто-то отпаривал метры шелка, от чего воздух в помещении стал горячим и влажным. Сутолока безраздельно правила тут. И посреди этой кутерьмы, склонившись над эскизом, стояла Сильвина, словно капитан корабля, вышедший на мостик в бурю, являя собой оплот спокойствия в море хаоса. На звук открываемой двери она даже не отреагировала, слишком часто за сегодняшний день оная была открыта.

- Уважаемая Сильвина, добрый вечер, - негромко поздоровалась вошедшая гостья.

Стоило швее оглянуться, как леди продолжила, тепло улыбаясь:

- Вижу, вы заняты, - обвела она взглядом царящую в мастерской суматоху. – Но все же, прошу Вас уделить мне буквально пару минут.

- О, леди Бьярнел. Добрый вечер. Ну что Вы, - замахала руками портниха. - Для Вас я всегда найду время: в моей мастерской Вы желанный гость. Да и перерыв сделать не мешало бы - доверительно сообщила Сильвина. – Проходите в будуар, я присоединюсь к Вам через мгновение.

- Не торопитесь, я подожду. И, Сильвина, мы же договаривались: для Вас я Элиана, просто Элиана, - пожурила она портниху.

- Простите Элиана, никак не привыкну, - смущенно пробормотала та.

Послав швее благосклонную улыбку, леди Элиана направилась в будуар, благо в мастерской Сильвины она была частным гостем, и прекрасно знала, где та принимала своих заказчиц.

Сама же портниха, дав указания своим работницам, поспешила присоединиться к покровительнице, ведь только протекция леди Бьярнел открыла перед ней двери имперских мастерских, а вскоре благодаря каторжному труду и своему несомненному таланту Сильвина смогла возглавить их.

Открыв двери будуара, она придержала их, чтобы ее верная помощница смогла беспрепятственно зайти с подносом.

- Спасибо, Янита, - послала она благодарную улыбку девушке, которая водрузила поднос на ажурный кованый столик. - Дальше я сама.

Взяв в руки чайник, она собственноручно принялась разливать душистый травяной настой  в изящные фарфоровые чашечки.

 - Что же привело Вас ко мне? – нарушила она молчании, когда помощница покинула их.

- Если быть откровенной, то банальное женское любопытство, - призналась леди Бьярнел, на что портниха вопросительно вскинула бровь, призывая продолжить. – Мне, как и всем во дворце, не терпится узнать, какая она супруга нашего Повелителя.

- А-а-а, - понимающе улыбнулась Сильвина. – Молоденькая она.

- И-и-и … - протянула леди Элиана, - ну же, Сильвина, не томите.

- Да и вкусы у нее отличаются от наших, - выдала еще крупицу информации швея.

- Ну, это объяснимо – все же она эльфийка. Сильвина, заклинаю больше подробностей, - она, поставив чашку на столик, с мольбой в ясных светлых глазах уставилась на собеседницу.

- Да какие уж тут подробности, - отмахнулась портниха. – Она все соки из меня за час выпила, пока мы заказ обсуждали - не уступила ни в чем: ни в цвете, ни в тканях, ни в фасоне. На все у нее свое мнение имеется, которое она отстаивает с неизменной вежливостью и милой улыбкой. Проще стену пробить, чем уговорить ее изменить свой выбор. А самое главное у нее на все один аргумент: Повелитель велел, Повелитель будет недоволен. И ведь не поспоришь, - устало вздохнула она. – А самое главное, знаете, что? – почему-то шепотом произнесла швея.

- Что? – подавшись вперед к собеседнице, также шепотом спросила высокородная гостья.

Оглянувшись по сторонам, как будто проверяя, что в будуаре они одни, портниха быстро зашептала:

- Вы бы видели, какие искры летали между Повелителем и миледи.

- А Повелитель там как оказался? – ее рука замерла над чашечкой.

- Зашел в неподходящий момент (а может наоборот подходящий, кто знает): во время снятия мерок, - хихикнула Сильвина. – А уж каким взором он глядел на супругу… Как та не задымилась, не знаю.

- Ну, эльфийки славятся своей холодностью, - усмехнулась леди Элиана, пригубив отвар.

- Про всех эльфиек не скажу, но наша миледи – натура живая и страстная, это точно, - покачав головой, опровергла швея предположение собеседницы. - Уж, поверьте, у меня глаз наметан.

- Тогда мы должны порадоваться за нашего Повелителя, что ему повезло, и такая женщина в жены досталась, не то, что Дирку, - подмигнула она швее, плавно меняя тему разговора на обсуждение главной потехи всего двора.

- Скажите тоже, чтобы наш Повелитель подобно Дирку … - Сильвина еще что-то говорила, хохоча, но леди Элиана практически ее не слушала, лишь иногда кивая да поддакивая в нужных местах, ее мозг лихорадочно обрабатывал полученные сведения, выстраивая стратегию поведения с новой госпожой во дворце.

Когда же она, любезно распрощавшись со словоохотливой портнихой, покинула владения той, на ее лице расцвела хищная улыбка. Легкой и грациозной походкой она шла по коридорам дворца, а в голове ее метались отнюдь не светлые мысли: «Ненавижу! Ард мой, только мой. Никому его не отдам. Если бы не это перемирие, его женой была бы я. Я! Пусть не сейчас, но через пару лет бы точно. Что для дракона при его продолжительности жизни пара лет?! Ничто, пыль под ногами, сущий пустяк! Это я должна быть матерью его детей! Я! Она украла мое место! Мое! Ненавижу! Как же я ее ненавижу!».

Сама же Мила, не подозревая, что у нее во дворце появился недруг, проснувшись, поспешила привести себя  порядок, чтобы не пропустить завтрак с мужем.

- Бельтиса, - зевая, обратилась она к горничной, - порадуй меня, и скажи, что хоть одно платье Сильвина успела подготовить.

- Успела, - подтвердила горничная, с улыбкой наблюдая, как загорелись глаза миледи. – И не одно, - добавила она, чем заставила Милу буквально выскочить из постели.

- Что же я тогда лежу? Скорее, надо выбрать что-нибудь подходящее для завтрака с Повелителем, - скороговоркой произнесла она, выбегая из спальни.

И верно: в гардеробной ее дожидалось не одно, и даже не два, а целых пять платьев. Их красота заставила Милу замереть от восторга, с благоговением рассматривать каждое из них. Нет, в ее земной жизни ей, конечно, доводилось надевать вечерние платья от известнейших домов моды, но случалось подобное не так уж часто. Теперь Мила могла позволить себе носить такую красоту каждый день.

Выбор Милы пал на платье цвета маренго, единственным украшением которого служил кружевной верх. Оно покорило женщину своей сдержанной элегантностью: изящный вырез лодочкой, длинные кружевные рукава шелковая юбка в пол, ткань которой свободно ниспадала складками. Примерив платье, Мила осталась довольна отражением, которое продемонстрировало ей зеркало. Послав широкую предвкушающую улыбку незнакомке из зазеркалья, она последовала за горничной в столовую.

Повелитель драконов, прождав супругу положенные этикетом десять минут, приступил к завтраку. Как только двери столовой открылись, он оторвал взгляд от тарелки, да так и замер с не донесенной до рта вилкой. Мужчина жадно окинул миниатюрную фигурку супруги, словно намеривался съесть на завтрак именно ее. Взгляд его скользил по длинной белоснежной шее женщины, драконье зрение позволяло даже с такого расстояния разглядеть, как под тонкой, почти прозрачной кожей размеренно бьется синяя жилка над выступающими ключицами, не скрытыми кружевом. Мужчина гулко сглотнул. Его глаза опускались все ниже: гладкий шелк мягко обрисовывал большой живот, от чего удовлетворенная улыбка сама собой появилась на губах Повелителя. «Моя», -  согласно прорычал дракон внутри него.

Шелковый подол преданно вился у ног эльфийки, и обманчиво скромное, на первый взгляд, платье тут же соблазнительно обрисовывало точеные женские ножки. Зрачки его глаз вытянулись в тонкую вертикальную линию, а крылья аристократического носа хищно раздулись. Роквард неимоверным усилием воли поборол желание ослабить ворот рубашки, ставший внезапно сродни удавке на его шее. «Возьми себя в руки, ты же не зеленый юнец, в конце концов!», - рассердился он на себя, тряхнув головой. Нежная и какая-то трогательно беззащитная красота его жены поразили Повелителя, сделав огромную дыру в его самообладании: казалось, сама богиня снизошла до него смертного с небес.

Мила, плавно ступая, с трудом сдерживала улыбку, реакция мужчины была уж слишком очевидна.

- Доброе утро, Ард, - поприветствовала она мужа, замершего памятником самому себе.

Словно опомнившись от звука ее голоса, Повелитель, отложив виску, которую так и не удосужился донести до рта, вскочил на ноги и поспешил поприветствовать супругу.

- Доброе утро, Миланиель. Великолепно выглядишь, - поцеловал он ее щеку вместо протянутой для этого руки.

Несмотря на целомудренность ласки, от смущения Мила зарделась. Рядом кто-то шумно выдохнул: только сумевший взять себя в руки мужчина опять оказался во власти эмоций – невинный девичий румянец разбудил в нем охотника, нацелившегося на поистине редкую дичь. Стиснув зубы, он помог жене устроиться за столом. «Нет, с этим надо что-то делать. Самое лучшее сейчас – это покинуть Миланиэль, иначе я за себя не ручаюсь», - пронеслось у него в голове.

- Миланиэль, - севшим голосом начал дракон. Прокашлявшись, он продолжил, - боюсь, я вынужден тебя покинуть. Я и в столовой задержался только для того, чтобы поприветствовать тебя, - решил он подсластить свое бегство.

- Но как же так? – деланно огорчилась Мила, выразительно посмотрев на почти нетронутый завтрак на тарелке.

Кусая губы, чтобы не рассмеяться, она перевела взгляд на мужчину. То, что Ард просто сбегает от нее, было понятно как божий день.

- Я неголоден, - честно признался Повелитель.

Однако о том, что аппетит пропал как раз в тот момент, когда в столовой появилась его супруга, он умолчал.

– Ты обещал рассказать мне о драконах, - поникшим голосом напомнила она ему.

-В другой раз, - неопределенно ответил дракон.

«Ну, нет, дорогой, так не пойдет», - возмутилась женщина.

- Ард, ты же сам понимаешь, что это необходимо. К тому же это была твоя идея, - напомнила она ему, взывая к его порядочности. – Может, в обед ты уделишь мне немного времени?

- Как пожелаешь, - откланявшись, Повелитель ушел.

В прекрасном расположении духа, Мила приступила к завтраку.

«Мам, а почему ты такая довольная, - недоумевая, спросила Мия. – Разве папа от тебя не сбежал?»

«Сбежал, - легко согласилась женщина, намазывая ароматный  джем на тост. – Поэтому и довольная».

Откусив, Мила не смогла сдержать блаженную улыбку – восхитительный ягодный вкус только прибавил настроения.

«Не скажу, что на столь сильную реакцию рассчитывала, - продолжила она объяснения, -  но ваш отец выведен из колеи, на Земле бы сказали «из зоны комфорта». Сейчас Ард не знает, как ко мне относиться: если раньше все было просто - я для него была незнакомкой, по договоренности ставшей женой и в первую же брачную ночь предавшей его, то теперь благодаря его сущности он видит во мне женину, которая волнует его, которую зверь внутри него требует защищать и оберегать. Надеюсь, что это вынудит его посмотреть на меня с другой стороны. Короче, это мой шанс на сближение с ним».

А пока Мила отдавала должное таланту дворцового повара, ее супруг, чеканя шаг, шел по коридорам дворца. Придворные, едва заметив своего Повелителя, спешили исчезнуть с его пути, попасть под горячую руку желающих не было.

Захлопнув за собой двери своего кабинета, Роквард смачно выругался. «Вот ведь, эльфийка! Смеялась надо мной! Я же не слепой, ее жалкие потуги скрыть смех даже за попытку считать нельзя! И я тоже хорош, уставился, словно прыщавый птенец, только вставший на крыло и не успевший познать женщину. И это я, тот, в чьей постели побывало немало красоток, - садясь в кресло, усмехнулся он над самим самой. – Стоп. Куда-то меня не туда понесло. Надо отвлечься».  Осмотревшись, он с огромным энтузиазмом взялся за отчеты, отставленные на его столе секретарем, только образ Миланиэль никак не хотел подать его мыслей, то и дело, дразня воображение.


Глава 7

Покинув столовую в приподнятом настроении, Мила в сопровождении ожидающей ее Бельтисы направилась в библиотеку. И хотя книги, обещанные Повелителем ей не требовались, она решила взять их, чтобы не вызвать лишних вопросов. «Не у всех же есть личный Интернет», - усмехнулась Мила.

«Мам, а что такое Интернет?» - как всегда заинтересовался земными технологиями Дима.

«Ну, как сказать…», - начала объяснения женщина, ведомая горничной, одновременно стараясь запомнить путь.

Сама бы Мила ни за что не отыскала бы храм знаний, ведь экскурсия, устроенная Повелителем по прибытии во дворец, мало что оставила в нее в памяти. А в свете рекомендаций (скорее запретов) лекаря о новых ей можно было только мечтать.

Когда же Бельтиса остановилась перед дверьми, Мила недоуменно посмотрела на нее.

- У меня нет допуска на посещение. Хранитель не пропустит меня, - пояснила горничная.

- А я могу дать его тебе? – без особой надежды уточнила Мила.

- Нет, - отрицательно покачала головой девушка, на что ее госпожа лишь мысленно фыркнула: «Вот тебе и хозяйка во дворце. Что и требовалось доказать». Информация болезненно кольнуло что-то в глубине души.

- А кто может? – Мила решила расставить все точки над «ё».

- Повелитель или хранитель, - дала исчерпывающий ответ горничная.

Супруге Повелителя было как-то неприлично вести разговоры, стоя у закрытых дверей, поэтому Мила отпустила девушку, предварительно наказав той, вернуться за полчаса до обеда, если к тому времени она еще будет не в своих покоях.

Толкнув двери с внезапно охватившим ее предвкушением, эльфийка вошла в залитый солнечным светом зал. Напротив Милы располагались три огромных панорамных окна, благодаря которым лучи дневного светила освещали каждый уголок библиотеки, не давая мраку ни шанса укорениться в этих стенах.

- Доброе утро, миледи. Я ждал Вас, - скрипучий голос, раздавшийся справа от женщины, не позволил ей насладиться увиденным.

Обернувшись к говорящему, Мила едва сдержала крик: перед ней стоял тощий старик, настолько древний, что казалось, на его лице нет ни одного участка, не тронутого морщинами. При этом солнечный свет сыграл с женщиной злую шутку, ее глаза еще просто не успели привыкнуть к столь яркому освещению после сумрака дворцовых коридоров, и ей ослепленной сначала показалось, что перед ней призрак.

«Мам, ну что ты как маленькая, призраков не бывает», - укоризненный тон сына привел Милу в чувства.

«Да откуда мне знать, вот эльфы есть, драконы есть, может и призраки в этом мире существуют», - отозвалась она, разглядывая стоящего перед ней мужчину, который на проверку оказался действительно живым, только излишне бледным, как будто бы выцветшим.

«Мама, мама, - удрученно вздохнул Дима. – Вечером мы будем практиковаться в обращении к памяти Миланиэль. И это не обсуждается».

«Ладно, не ворчи. Буду исправляться, - примирительно пообещала Мила. – Просто то, что воспринималось сознанием Миланиэль как данность, в стрессовых ситуациях до меня доходит с опозданием».

«Я так и подумал, - смягчился малыш. – Именно поэтому тебе и необходимо, как можно чаще практиковаться».

Мысленно общаясь с сыном, она не заметила, что молчит непозволительно долго, при этом во все глаза уставившись на собеседника.

 - Доброе утро, - покраснев, поприветствовала она старца. – Извините… - пискнула она, окончательно смутившись под его насмешливым взглядом.

- Не стоит, миледи, - не дал закончить ей старик. – Для представителей других рас увидеть дракона на склоне лет,  - всегда потрясение. Мы не просто седеем, наша чешуя, теряя свой блеск и цвет, становится тусклой и серой, а вслед и наше человеческое обличие лишается ярких красок. Лорд Данен хаш Альфус, хранитель дворцовой библиотеки, - представился он. – Всегда к Вашим услугам, миледи. Идемте, я покажу Вам отобранные по просьбе Повелителя книги.

Сначала Мила собиралась лишь изобразить вежливое участие, но лорд Альфус оказался великолепным рассказчиком, что она, увлеченная беседой, совершенно забыла о времени.

- Миледи, скоро обед, - тихо напомнила горничная, для которой Мила попросила хранителя сделать допуск.

- Уже? - удивилась эльфийка, - Как быстро летит время в хорошей компании. Лорд Альфус, благодарю за столь приятную беседу. С удовольствием приду снова, если позволите.

- Ну, что Вы, миледи, - замахал руками старик, – для Вас просто Данен. И я всегда Вам рад.

- Нет, нет, я не могу проявить неуважение, - отрицательно покачала головой Мила. – Вы мне дедушку напоминаете, - доверительно призналась женщина. Действительно, рядом с хранителем она чувствовала родное, практически забытое с детских лет ощущение тепла, такое, какое испытывала раньше у дедушки с бабушкой в деревне.

- Польщен, - учтиво поклонился он.

Мила едва себя по лбу не хлопнула: «Ну, какой дедушка! У Миланиэль в роду одни правители! Совсем расслабилась что-то! Прав был Дима, тренировки с памятью Миланиэль мне необходимы».

«А я о чем?!» - довольно отозвался мальчик.

Сохраняя внешнее спокойствие, она попрощалась:

- Как не прискорбно, но мне пора. До скорой встречи, лорд Альфус.

Покинув гостеприимного хранителя, она обратилась к горничной:

- Бельтиса, я успею сменить наряд?

- Да, миледи, время еще есть, - ответила та, чем заставила Милу облегченно выдохнуть.

Поглощенная мыслями о предстоящем обеде и выбором подходящего к нему платья, она неожиданно столкнулась с кем-то. Подняв глаза, она увидела, наверное, самую красивую женщину, которую когда-либо встречала в своей жизни. Чувственная, наделенная зрелой красотой, она являлась той, кто, просто пройдя мимо, мог сразить мужчину наповал, разбив сердце холодных взглядом из-под ресниц. Мила почувствовала себя нескладной замарашкой, невесть как оказавшейся рядом с ожившим совершенством (хотя с самооценкой женщины все было в порядке).

- Прошу меня простить, миледи, - весенним ручьем пропела дива, грациозно присев в реверансе.

- Ну, что Вы. Это я была невнимательна, - поспешила заверить ее Мила.

- Тогда позвольте представиться - леди Элиана канн Бьярнел, - приветливо улыбнулась она.

Только, несмотря на дружелюбие, звучавшее в голосе леди, Миле почему-то совсем не понравилось, как та высокомерно смотрела на нее - так  разглядывают лишь букашку у себя под ногами. Не веря своим глазам, она обернулась к горничной, чтобы проверить реакцию той, но Бельтиса стояла, опустив голову, при этом девушка вся как-то сжалась, едва не дрожала. «Интересно девки пляшут», - все очарование новой знакомой испарилось, как и не бывало.

– Должна признаться, - меж тем продолжала говорить леди Бьярнел, - я даже рада такому происшествию – это уникальная возможность для меня пообщаться с Вами. Повелитель сообщил, что Вы решили держаться вдали от двора. Знаете, как я Вам завидую: у Вас есть возможность избежать общения с этими лицемерами.

 «Почему она позволяет так уничижительно смотреть на меня? Откуда эта уверенность в себе?– напряглась Мила. Внезапно ее осенило. – Неужели у моего муженька еще и фаворитка имеется? Нет, я понимаю, что все эти месяцы он не обязан был монахом жить, особенно после того как Миланиэль, чуть не убив, сбежала, но сейчас я  здесь, неужели нельзя своих любовниц из дворца удалить».

«Мама, хочешь, я на нее сыпь какую-нибудь нашлю?» - воинственно предложил Дима.

«Не надо, мой хороший. Она того не стоит», - на душе женщины стало теплее от такой своеобразной поддержки.

А вот находиться рядом с этой особой, ставшей крайне неприятной, у Милы не было ни малейшего желания, поэтому она решила распрощаться с ней, одарив предполагаемую соперницу улыбкой недалекой счастливой дурочки:

- Вынуждена просить Вас извинить меня, Повелитель пригласил меня разделить с ним обед.

- Ой, тогда простите, что задержала Вас пустыми разговорами, - у леди Бьярнел не получилось замаскировать скрип зубов, отчетливо раздавшийся в коридоре и ставший для ушей Милы лучшей музыкой.

Обойдя присевшую в реверансе леди, Мила продолжила свой путь.

«Мама, я чувствую, что эта женщина опасна,- обеспокоенно произнес малыш. - Будь осторожна».

«Не переживай. Я не малолетка, только что вышедшая из подросткового возраста. И отпор дать могу. Ей просто удалось застать меня врасплох. Такого больше не повториться. Обещаю», - заверила она сына.

Если бы Мила оглянулась, то не была бы так уверена в своих силах, уж слишком кровожадным, не предвещающим ничего хорошего стал взгляд леди Бьярнел.

Но одного эта женщина добилась - настроение Милы было безнадежно испорчено. И когда она вошла в свои покои, то успела порядком накрутить себя.

- Бельтиса, скажи, а кто такая леди Бьярнел? Что она собой представляет? – спросила с намеком Мила, надеясь на словоохотливость девушки.

А зря, горничная только в испуге широко распахнула глаза и ответила весьма уклончиво:

- Они с Повелителем довольно близки.

«Даже так?! – нахмурилась Мила. – И на прямую спросить не могу. Хорошей я буду хозяйкой, если у слуг буду спрашивать о любовницах мужа».

- Хм, понятно, - она решила закрыть на этом тему, указав девушке на выбранное платье.

Переодеваясь к обеду,  пыталась придумать, как выведать у мужчины, есть у него любовница или нет, а при положительном ответе, как заставить того выставить бесстыжую девицу (а нечего в постель к женатому мужчине прыгать) из дворца.

Только никаких идей на этот счет так и не появилось, поэтому, бросив короткий взгляд в зеркало (что бы оценить очередной шедевр от Сильвины), она отправилась в столовую к ожидавшему ее там мужу.

- Надеюсь, я не заставила тебя ждать? – спросила она, стоило ей оказаться рядом с Повелителем.

- Отнюдь, я сам только что пришел, - заверил ее дракон. – Прошу, - уже привычно отодвинул он для нее стул.

Мила переключилась на еду, только бы из ее рта не вылетел провокационный вопрос.

- Миланиэль, чем ты заняла свое утро? – полюбопытствовал супруг, заведя светскую беседу.

- Посетила библиотеку, - обрадовалась Мила, что нашлась нейтральная тема для разговора.

- Решила ознакомиться с обещанными книгами? – улыбнулся он уголками губ, стремление супруги узнать о нем и его сородичах импонировало ему.

- Не только, еще и с лордом Альфусом пообщалась, - и как можно непринужденнее добавила, - и не только.

- И с кем же, позволь узнать? – напрягся Повелитель, чуть нахмурив брови.

«Чего это он? Есть что скрывать?» - все больше усиливались подозрения Милы.

- С леди Бьярнел в коридоре столкнулась, - произнесла она, внимательно отслеживая реакцию мужа на имя этой женщины.

- А, с Элианой,- Ард расслабился, и на его губах опять заиграла легкая улыбка. От взгляда, полного искренней нежности, суп, казавшийся еще секунду назад божественным, стал невыносимо горьким на вкус.

- Да, - тихо произнесла она, с трудом проглотив злосчастный суп, вставший комом в горле.

«Элиана. Не леди Элиана, нет, просто Элиана! - с нарастающим раздражением отметила Мила. - А не слишком ли интимное обращение, а муженек?!»

Отложив ложку, поскольку пропал аппетит, она пригубила воды из бокала, чтобы вновь сдержать рвущиеся наружу неприятные слова.

- Миланиэль, все хорошо? – в ответ на ее недоуменно выгнутую бровь, он уточнил, - ты побледнела.

- И когда ты собирался сообщить мне о ней? - вымещая злость на ни в чем неповинной салфетке, лежащей на ее коленях, спросила женщина не своим голосом.

Этот чужой, полный обиды и разочарования, не узнавала бы и сама хозяйка.

- Ты о ком? – непонимающе посмотрел на нее Повелитель.

- Да скорее о чем: о твоих взаимоотношениях с леди Бьярнел, - нашла нейтральное определение интрижке мужа Мила.

- Взаимоотношениях? А-а-а, вижу, тебя уже просветили. Что ж, это даже к лучшему, – обрадовано резюмировал он.

- К лучшему?! – возмущенно воскликнула женщина.

- Не понимаю,  к чему такая реакция, - поморщился от ее крика Повелитель. – Безусловно, сейчас и тебе, и Элиане приходится нелегко, - начал мужчина.

- Нелегко? – потрясенно перебила его Мила.

- Да, все твои обязанности при дворе сейчас выполняет Элиана, - признание супруга было подобно ушату ледяной воды.

- Да кто она такая, чтобы возлагать на нее мои обязанности? – рассерженной кошкой прошипела женщина.

- Но кто-то же должен был взять их на себя, пока тебя не было, - с укором ответил дракон. – А Элиана заслужила мое полное доверие.

«Теперь это так называется», - тошнота подкатила к горлу Милы, настолько противно ей стало находиться рядом с супругом.

- Допустим, - не сдавалась женщина. – Но сейчас я во дворце, что мешает отослать ее?

- Ты, верно, забыла, что лекарь Лионод запретил тебе любые нагрузки, поэтому роль главной придворной дамы сейчас не для тебя, - не моргнув и глазом, ответил Ард.

«Ни стыда, ни совести», - вынесла вердикт Мила.

- Благодарю за заботу, - язвительно произнесла она вслух.

- Не стоит. Я действительно не понимаю твоего недовольства, - требовательно посмотрел на нее Повелитель.

- Не понимаешь?! -  вспылила Мила. – Да надо мной, наверное, даже дворцовые крысы потешаются. Теперь мне понятно, почему ты так стремился отослать меня подальше, - горько рассмеялась она. - Так меня еще не унижали.

- Объясни, - сурово сдвинув брови, потребовал он, - чем это я тебя унизил?

- Да хозяйкой в твоем дворце является не законная супруга, а фаворитка! – выкрикнула она ему обвинения в лицо.

- Что? – вытянулось лицо Повелителя. – Ты решила, что Элиана - моя фаворитка? Да как такие глупости тебе в голову могли придти? – расхохотался мужчина. – Ты серьезно?

Сбитая с толку смехом мужа, Мила лишь беззвучно открывала и закрывала рот.

- Хм, вижу, что серьезно, - обратив внимание на несчастный и растерянный вид супруги, вмиг помрачнел он. - Элиана – моя подруга детства и по совместительству твоя старшая фрейлина. Кому как не фрейлине  брать на себя обязанности временно отсутствующей хозяйки.

Услышав объяснения, Мила покраснела вся. «Идиотка. Выставила себя настоящей истеричкой! Поздравляю!» - от стыда женщина была готова провалиться сквозь землю.

- Прости, это какое-то жуткое недоразумение, - сквозь слезы практически прошептала Мила.

- Бывает, - успокоил супругу Повелитель. – Твоя ревность неожиданно приятна, - насмешливо улыбнулся он.

Вернув супругу вымученную улыбку, Мила поспешила покончить с обедом, который они с Ардом до самого конца провели, не произнеся ни слова.


Глава 8

Закрывшись у себя в спальне, Мила без сил рухнула на кровать. Стон блаженства сорвался с ее губ. Только теперь она почувствовала, насколько ее тело измученно переживаниями и нуждается в  отдыхе. Вытянувшись, женщина устало прикрыла глаза. Но упрямые воспоминания о собственной непростительной оплошности  никак не хотели покидать ее мысли.

«Позор, всего пара недомолвок и меня развели как девочку, - бездумно изучая узорчатую ткань балдахина над головой, Мила признала свое поражение. – И главное, слова Бельтисы сыграли в этом немалую роль. И как узнать, умышленно она так сказала или нет? Да и ее поведение при встрече с этой Элианой тоже было весьма странным».

«Не думаю, что твоя горничная в чем-то замешана. Уж слишком она боялась леди Бьярнел», - заметил Дима.

«А если она искусно притворялась? Надо держать с ней ухо востро, - устало выдохнула Мила. – У кого бы про мою старшую фрейлину спросить? Бельтиса отпадает, она пока под подозрением».

«Спроси у хранителя, - посоветовала Мия. – Уверена, он многое знает об обитателях дворца».

«С чего ты так решила?» - удивилась женщина.

«Имя, мама, его имя, - ответила девочка, довольная тем, что подметила одну интересную деталь. – Приставка «хаш» напрямую говорит, что он родственник самого Повелителя. Все остальные лорды-драконы довольствуются приставкой «канн».

«Ничего себе, - присвистнул Дима. – Мама, а Мия-то права. Стоит обратиться к этому старику».

«Ну, раз мои главные помощники настаивают, завтра же наведаюсь в его обитель, - улыбнулась Мила. – Одно только расстраивает, что пока эта Элиана остается моей старшей фрейлиной. Здесь я бессильна».

«А попросить папу?»  - робко спросила Мия.

«Нет, милая. И что я ему скажу? Мне не нравиться леди Бьярнел? Нужно найти причину посущественнее. Доверия к ней у твоего отца в разы больше, чем ко мне, - грустно признала женщина. - Ладно, как говориться, держи друзей рядом, а врагов еще ближе».

«Мама, мы тебя в обиду не дадим! - горячо заверил ее сын, и тут же строгим тоном, не терпящим возражений, произнес, - давай-ка мы лучше, пока есть время, проведем тренировку, как и планировали».

«Дима, тебе меня совсем не жалко? Да?» - пожаловалась Мила.

«Жалко, поэтому и настаиваю. Для тебя же стараюсь», - немного обиженно засопел ребенок.

«Ну, прости, малыш. Не обижайся, ладно? – извинилась она. – Я вся твоя. Можешь начинать».

Следующие три часа Мила, стиснув зубы, терпела нарастающую головную боль, послушно выполняя все указания сына. Но оно того стоило: воспоминания Миланиэль теперь воспринимались Милой как свои собственные.

Отдышавшись, когда стараниями детей боль отступила, женщина хотела было выйти на террасу, чтобы размяться и подышать свежим воздухом, как стук в дверь остановил ее.

- Миледи, - в спальню вошла горничная, - Повелитель приглашает Вас на ужин.

Мила с трудом сохранила невозмутимый вид, хотя одно упоминание о муже заставляло ее испытывать жгучий стыд.

- Бельтиса, я устала и поужинаю у себя. Передай Повелителю мои искренние извинения, - вопреки всем своим планам на сближение с этим мужчиной, смотреть ему в глаза после инцидента в столовой она не могла.

Вот только зря она рассчитывала, что ее маленькую хитрость проигнорируют. Не прошло и десяти минут, как в ее руки легло запечатанное послание, написанное твердой мужской рукой:

«Дорогая моя супруга!

Я искренне огорчен, что лишен твоей приятной компании за ужином».

 - Ага, как же «лишен приятной компании», так и скажи, что развлечься за мой счет хочешь, - насмешливо фыркнув, Мила вернулась к чтению.

«Смею лишь надеяться, что отдых пойдет тебе на пользу и  завтра твое самочувствие улучшиться, что позволит разделить утреннюю трапезу со мной.

Миланиэль, я настаиваю, чтобы ты пригласила лекаря Лионода.  Прошу, не пренебрегай моей просьбой, мне так будет спокойнее.

Твой муж, Ард».

-  Просьбой? – передразнила женщина. – Интересный синоним к слову «приказ». Надо запомнить, - иронизировала Мила, чтобы скрыть, что забота Повелителя о ее самочувствии ей приятна. – Но лекаря так и быть позову, может, прогулку из него выбью, а то зачахну в четырех стенах.

Все дни, проведенные в новом мире, Мила перебывала в постоянном страхе разоблачения, и теперь ее душа требовала немного пошалить. Она отправилась в свой кабинет, который, со слов горничной, должен был примыкать к женской половине супружеских покоев. В гостиной она сразу подошла к двери, которую еще ни разу не открывала. И не ошиблась, меблировка явственно указывала на назначение комнаты, и лишь преобладание светлого дерева, которое, казалось, излучало мягкое, обволакивающее тепло, в сочетании с текстилем неброских пастельных тонов намекало на половую принадлежность хозяина этих метров. Мила восхищенно застыла на пороге: перед ней была ее ожившая мечта – именно таким она всегда видела свой офис, но, к сожалению, она никак не могла найти время на его реконструкцию, без конца оттягивая ремонт.

«Все, поставлю здесь диванчик со столиком, и отсюда меня будет не выкурить», - решила она, закрывая за собой дверь и оглядываясь в поисках подходящего места для новых предметов мебели.

«Мама, зачем тебе диван, чем за стенкой тебе не угодил?» - смеясь, спросил Дима.

«Зачем, зачем? В гостиной проходной двор, а тут будет мое убежище», - мечтательно ответила Мила ребенку, любовно проведя по шероховатой поверхности письменного стола.

Обойдя его по кругу, она опустилась на мягкий стул с высокой резной спинкой и обитый тканью, похожей на велюр.

«Так, и это недоразумение заменить, - поерзав на оном, постановила женщина. – Эх, сюда бы мое, родное».

Она как наяву увидела свое обожаемое, привезенное из Берлина и отбитое на границе у таможни кресло.

Ее воспоминания оказались настолько яркими, что дети уловили их и от души расхохотались.

«Вот вам сейчас смешно, а мне тогда сколько крови с сопроводительными документами выпили, ужас просто, - проворчала Мила. – Так что оно у меня трофейное».

«Прикажи краснодеревщику и все дела, - посоветовала Мия, отсмеявшись. – Прослывешь новатором, кресел на колесах наш мир еще не видел».

«Ну, уж нет. Я не хочу, чтобы меня раскрыли, - вмиг утратив всю веселость, серьезно ответила женщина. – Ладно, вернемся к тому, зачем пришли – будем писать ответ».

Обыскав ящики стола, она нашла требуемое: бумагу и писчие принадлежности. Слова ложились на бумагу легко, и через десять минут Мила вызвала горничную, наказав той предать записку Повелителю и пригласить к ней лекаря Лионода.

Она собиралась поужинать: накрытый Бельтисой стол звал к себе манящими и многообещающими ароматами, но не успела. В ее гостиную влетел всклокоченный лекарь.

- Миледи, что случилось? – прокаркал он, хватая воздух ртом.

- О боги, Вы что бежали? – пораженно уставившись на взмыленного лорда, спросила Мила.

- Так быстро, как только позволили мои старые ноги, - пытаясь отдышаться, признался лекарь.

- А-а-а… - протянула эльфийка, окончательно растерявшись. - Никакой срочности не было. Я лишь немного устала, а мой обеспокоенный супруг решил перестраховаться, - ей было очень неловко перед пожилым лекарем, поэтому виновато отпустив глаза, она налила в стакан воды и, поднявшись, протянула его мужчине. - Простите великодушно за это недоразумение. Я не подумала, что мою просьбу можно истолковать иначе. В следующий раз я дам четкие указания горничной.

- Вам не за что извиняться, миледи. Повелитель прав, любое, даже самое незначительное ухудшение Вашего самочувствия не должно остаться без должного внимания, - поставив пустой стакан на стол, старый дракон строго посмотрел на супругу Повелителя. - Давайте, я осмотрю Вас. Ведь именно за этим я здесь.

- Конечно, прошу, - развернувшись, Мила направилась в спальню.

«Ребята, надеюсь, повторять не надо, что сегодня мы не усердствуем и умирающую из меня не делаем?» - спросила она.

«Да, помним мы, помним», - отозвался Дима.

Устроившись на постели, она с интересом следила, как в ладонях лекаря зарождается зеленый огонек диагностического заклинания, который, прикинувшись на ее тело, стремительно оплел его в светящийся кокон.

Закончив, лекарь посветлел лицом, казалось, что даже морщины на его челе разгладились.

- Ну, и каков Ваш вердикт? – и хотя в ответе Мила не сомневалась, все же спросила, придав свое лицу заинтересованное выражение.

- Сплошь хорошие новости: Вы идете на поправку, при этом настолько быстро, что я даже немного удивлен, - довольно ответил лорд Лионод.

«Опять перестарались», - мысленно констатировала женщина.

- Рада это слышать. Могу я завтра совершить небольшую прогулку по саду, так хочется на свежий воздух. Стены стали давить на меня, - жалобно добавила она.

- Да, я слышал, что эльфам тяжело без общения с природой, - задумчиво поглаживая свой подбородок, произнес мужчина, - не вижу никаких препятствий. Но недолго и не утруждайте сильно ноги.

- Как скажите, я просто посижу в беседке или на скамейке, – мечтательно улыбнулась она, готовя согласиться на что угодно, лишь бы разнообразить свой досуг.

А в это время, закрывшись в своем кабинете, Повелитель в который раз читал ответное послание Милы.

«Дорогой мой супруг!

Благодарю тебя за проявленное понимание и участие. Смею заверить, что сделаю все от меня зависящее, чтобы присоединиться к тебе за завтраком. Ведь обещанный рассказ о мужчинах твоего народа все еще за тобой. Слезно прошу, при следующей встрече избавь меня от любопытства.

Уверяю тебя, что со мной все хорошо и повода для беспокойства нет. Обычная усталость и все. Но раз уж ты настаиваешь, я смиренно выполню твою волю и потревожу достопочтенного пожилого лорда Лионода.

Твоя супруга, Миланиэль».

Отложив в сторону лист бумаги, мужчина не удержал и рассмеялся в голос. «Вот же маленькая нахалка: сначала чуть скандал в столовой не закатила без повода, теперь все обернула так, что это я нарушил слово, да еще на пустом месте панику развожу, - усмехнулся Повелитель. – Нет, ну какова! «Смиренно выполню»! Сдается мне, что смирение - это последнее, что можно найти в ее душе».

Покачав головой, он встал из-за стола и подошел к бару. Плеснув себе в бокал янтарной жидкости, Роквард сделал маленький глоток и удовлетворенно зажмурился, наслаждаясь многослойным послевкусием. Перед его мысленным взором опять возник образ его жены, в чьих рассерженных очах сверкали молнии. Воспоминание было столь ярким и живым, что казалось, открой глаза и вот она во плоти стоит рядом. Нахмурившись, он залпом допил коньяк, дабы смочить в раз пересохшее горло. «И придумала же такое – Элиану, мелкую Лин, ко мне в фаворитки записать, - насмешливо фыркнул он. – Где только таких глупостей набралась? Но как она была хороша в своем праведном гневе – просто сама богиня мщения». Миланиэль вновь ворвалась в его мысли, и дракон внутри него с таким положением дел был полностью согласен, посылая своей человеческой половине притягательные видения.


Глава 9

К завтраку Мила готовилась с особой тщательностью, придирчиво выбирая из значительно пополнившегося гардероба (главная швея буквально стахановскими темпами отшивала заказ миледи) такой наряд, который сразил бы мужчину наповал, чтобы у него ни единого словечка не нашлось, не то, что вспоминать о ее вчерашнем фиаско. Ей хотелось быть объектом для поклонения, а не для насмешек.

После небольшой инспекции новинок женщина остановилась на двух платьях. Ее взгляд метался от одного к другому, а разум мучительно пытался определиться: совесть настойчиво рекомендовала не дразнить дракона и надеть наряд, фасон которого уже был знаком ее супругу, но какая-то чертовщинка, проснувшаяся в ней, искушающе нашептывала решиться на что-то более смелое, провокационное. Закусив губу, Мила дотронулась до изумрудного шелка последнего и не смогла устоять. Окунувшись в нежную  прохладу ткани, она замерла перед зеркалом. «А не слишком ли?» - глазами адресовала она вопрос своему отражению, облаченному в строгий на первый взгляд туалет. Но только на первый взгляд. Тончайшее кружево, невесомой паутинкой прикрывшее глубокое декольте, спину и руки женщины, подчеркивало молочную белизну ее кожи, чуть приоткрывая ложбинку между грудями и демонстрируя острые лопатки. И то, что у платья глухой ворот и длинные рукава, не делало его сдержаннее, скорее наоборот, только подливало масла в огонь разгулявшейся фантазии.

«Ну, завтрак – это дело довольно интимное, и для такой обстановки платье вполне себе приемлемое», - неуверенно оправдала свой выбор Мила, отмерев и суетливо продолжив сборы, - опаздывать не входило в ее планы.

Горничной, застывшей с открытым ртом и не сводящей восхищенного взгляда с хозяйки, она наказала собрать волосы в высокую, чуть небрежную прическу. «Ибо нечего такую красоту прятать за шлейфом волос», - решила эльфийка, боясь даже представить себе реакцию супруга, когда тот увидит ее со спины.

 «Мама, ты словно на бал собираешься», - прокомментировала, смеясь Мия.

«Даже не знаю, какое из этих событий: бал или совместная трапеза - у меня сейчас на первом месте, - взволнованно призналась Мила, отправляясь на встречу с мужем.  – Слишком многое зависит от простой, казалось бы, трапезы. Как минимум, мне нужно сгладить неприятное впечатление, сложившееся после вчерашнего обеда».

К счастью, путь до трапезной, которая объединяла обе половины супружеских покоев, был недолог, и боевой настрой женщины поразить своего собственного супруга не успел сбежать под натиском расшалившихся нервов.

«Вот и маленькая семейная традиция намечается: супруг встречает жену в столовой», - нервно подметила женщина, стоило ей зайти в помещение, где на своем привычной месте сидел Повелитель и читал какой-то доклад. – А читать за столом - вредно для пищеварения».

Мужчина, услышав легкие шаги, перевел взгляд с бумаг на вошедшую. Да так и подавился словами приветствия, которые комом застряли у него в горле. Закашлявшись, Повелитель неверной рукой отложил донесение в сторону.

- Ард, доброе утро, - сладко пропела Мила.

- Доброе ли? – едва слышно усомнился Повелитель. Справившись с собой, он стремительно поднялся и вплотную подошел к супруге. Отодвинув для нее стул, он жестом указал на него. – Позволь, я помогу, -  у самого уха, практически касаясь его губами, хрипло произнес он, склонившись над ней.

Мила вздрогнула, когда его горячее дыхание коснулось ставшей такой чувствительной кожи. Теперь она задавалась вопросом: а не переиграла ли она саму себя, ведь в этой игре два участника, и возможно, соперник ей не по зубам.

Роквард, воспользовавшись нечаянной близостью, вдохнул легкий, едва уловимый аромат женщины, отпустив взгляд на ее спину. И это стало его ошибкой: выдержка Повелителя дала слабину, а наряженную тишину в столовой разрезал гортанный мужской рык, мало чем похожий на человеческий. Мужчина едва сдерживал оборот. Руки, которые не успели отпустить спинку стула, сдавили несчастное дерево с такой силой, что то жалобно затрещало, а костяшки его пальцев побелели. Казалось, от неимоверного усилия, с которым мужчина, стиснув зубы, сражался за главенство со своим вторым я, все мышцы, какие только есть в его теле, свело судорогой. Физическая боль помогла ему в конечном итоге склонить чашу весов на свою сторону. Вот только напряженная прямая спина супруги, манящая алебастровой  кожей и ставшая последней каплей, добившей его волю, прямо указывала, что ее обладательница в курсе происходящего с ним и, скорее всего, напугана происходящим.

«Приятель, пора бы перестать пугать мать будущих наследников», - устало прикрывая глаза, попросил Повелитель всех драконов, но не способный совладать с собственным я.

Сама Мила сидела затаив дыхание, боясь неосторожным движением спровоцировать дракона.

- Интересная нынче мода, - вернувшись на свое место, хриплым голосом произнес он, тяжелым взглядом буравя супругу. – Но должен признать, что выглядишь ты восхитительно, - сделал он ей комплимент.

- Благодарю, - сдавленно ответила Мила, не обманувшись его нарочито светским тоном.

Женщина прекрасно видела, насколько ее супруг был далек от обретения душевного равновесия: на его висках выступили капельки пота, вены на руках вздулись (Повелитель имел привычку закатывать рукава рубашки), а он сам, казалось, увеличился в объеме, от чего его фигура стала еще внушительнее. Затаившийся в глубине его глаз огонь, дикий и необузданный, вызывал у Милы противоречивые желания: ей то хотелось быть как можно ближе к его обладателю, то бежать от него без оглядки. Раздираемая внутренним противоречием, она замерла на месте, пристально следя за Повелителем.

- И, тем не менее, после завтрака тебе придется переодеться, - бескомпромиссно добавил Повелитель.

- Позволь узнать причину такого требования? – осторожно полюбопытствовала она, убирая из голоса зародившееся недовольство.

- Я хочу представить тебе кое-кого, - получив в ответ все также ничего не понимающий взгляд, он, смягчившись, пояснил, - судя по твой реакции на произошедшее сейчас, ты уже ознакомилась с книгами, но, вероятно, не до конца. Главное, что ты должна знать, дракон крайне ревнивое существо, а уж если его пара ждет потомства … - он многозначительно замолчал, предлагая Миле самой представить, что бывает в этой ситуации. Однако, воображение женщины пасовало. – Любой субъект мужского пола, независимо от возраста, находящийся в непосредственной близости от его женщины, - априори соперник. Повторяю – любой. Понимаешь теперь, что мои требования обоснованы?

- Да, - покорно ответила Мила. – Приму к сведению твои пожелания к моему гардеробу, - с поистине королевским достоинством произнесла она.

Отложив столовые приборы в сторону, Повелитель встал, намереваясь покинуть столовую, но Мила остановила его:

- Могу попросить о сущей малости?

- И о чем же? – заинтересованно спросил дракон.

- Я хочу сделать небольшую перепланировку в своем кабинете. Ты не против? – уточнила она, уже зная ответ на свой вопрос.

- Делай все, что посчитаешь нужным. Обратись к управляющему, я его предупрежу. У тебя все? – спросил ее супруг и, получив в ответ ее согласный кивок, напомнил, - через полчаса жду тебя в своем кабинете.

Оставшись в столовой одна, Мила без аппетита изучила содержимое тарелки и, печально вздохнув, неспешно закончила свой завтрак.

Вернувшись к себе, она велела горничной подготовить другой туалет, тот самый «безопасный вариант», отобранный ранее. «Хотела вывести его из зоны комфорта: получите, распишитесь, - иронизировала она над собой, снимая злополучное платье. – Только вот вопрос: кто кого вывел?»

 Сменив наряд, женщина пришла к выводу, что поторопилась назвать его безопасным, зеркало упрямо демонстрировало обратное: сшитое из плотной матовой ткани оно соблазнительно обрисовывало высокую грудь, а его брусничный цвет притягивал взгляд к нежной фарфоровой коже. Мила впервые пожалела, что настояла на вырезе, открывающем ключицы.

- Бельтиса, будь добра, принеси мне шаль, сегодня как-то прохладно, - попросила она девушку.

Легкая накидка спокойного бежевого цвета, легшая на ее плечи, скрыла от глаз посторонних все то, что так сильно смущало Милу. Удовлетворенно улыбнувшись, она без промедлений направилась в кабинет мужа в сопровождении горничной. Время, отпущенное Повелителем, практически истекло.

Отпустив девушку, Мила, потянув за ручку, оказалась внутри огромной приемной, где заведовал молодой долговязый юноша.

- Повелитель никого не приним… - осекся он, отрывая взгляд от бумаг. Узнав в  вошедшей супругу своего начальника, парень побледнел. – Миледи, простите, - опомнившись, он вскочил на ноги, приветствуя женщину. – Проходите, Повелитель ждет Вас, - торопливо добавил он, с какой-то невероятной скоростью материализуясь у дальних от входа дверей.

- Повелитель, к Вам миледи, - произнес секретарь, открывая дверь.

Поравнявшись с юношей, Мила послала ему вежливую улыбку, вот только ответная реакция ее удивила: тот побелел еще сильнее, хотя казалось, куда уж больше.

Озадаченная странным поведением секретаря, Мила вошла в кабинет мужа, и буквально сразу забыла об этом, пораженная размерами помещения: «Да, у нас конференц-зал и то меньше был!» Она с любопытством огляделась вокруг. Преломляясь в витражных вставках, солнечный свет, лившийся из огромных стрельчатых окон, разбрасывал по всему кабинету причудливые радужные блики, которые каким-то немыслимым образом, словно играя в прятки, терялись в вышине расписного сводчатого потолка. Да, что говорить, здесь имелась даже мини-библиотека! К ней, устроенной на втором ярусе, вела искусно вырезанная деревянная лестница с перилами.

Тихое покашливание, раздавшееся рядом, привело ее в чувства.

- Простите, - залившись смущенным румянцем, извинилась она, посмотрев на хмурого супруга. – К такой красоте трудно остаться равнодушной, - торопливо добавила она, стараясь загладить свою оплошность.

Взгляд Повелителя смягчился и, поднявшись из-за стола, он произнес:

- Моя леди, разреши представить тебе свою правую руку, а по совместительству и лучшего друга, советника лорда Йенанта канн Бьярнел.

Обернувшись к тому, на кого был обращен взор супруга, Мила увидела молодого мужчину – обладателя цепкого взгляда холодных серых глаз, который впился в ее миниатюрную фигурку мертвой хваткой. Женщине от зуда захотелось передернуть плечами, чтобы избавиться от липкого ощущения чужого взгляда, но она запретила себе это делать, ничем не показав своей неуверенности, напротив, Мила гордо вздернула подбородок и нацепила самую доброжелательную из улыбок, на которую сейчас была способна.

- Миледи, очарован, - склонился над ее протянутой рукой мужчина, вставший вместе с Повелителем, чтобы поприветствовать вошедшую женщину.

- Польщена, - от расточаемых улыбок  у Милы свело скулы.

Раздавшийся справа от нее глухой рык стал для нее полной неожиданностью. Недоуменно обернувшись, она увидела лишь безмятежного мужа.

- А-а-а? – вместо вопроса, протянула Мила.

Повелитель, вопросительно вскинув брови, невинно смотрел на нее в ответ, всем своим видом демонстрируя, что Миле все почудилось. Но в трезвости и ясности своего рассудка женщина была уверена, поэтом обратилась к тем, кто никогда ее не подводил:

«Ребята, Вы что-нибудь странное слышали?»

«Странное? – фыркнув, переспросил малыш. – Нет, странного не слышали».

«Как же так?» - женщина озадаченно оглядела кабинет еще раз.

«Дима, да ответь ты маме нормально, - вмешалась Мия. -  Мама, это папин дракон рычал: ты благосклонно отнеслась к прикосновению другого. И это взбесило зверя. Мы же тебя предупреждали».

«Точно, со всеми этими волнениями совершенно об этом забыла, - повинилась Мила на справедливый упрек дочери. – А почему тогда этот советник поцеловал мою руку? Уж он-то знает об собственнических повадках дракона».

«Ты же сама протянула руку», - насмешливо напомнил Дима.

«А он как истинный лорд не смог ее проигнорировать», - добавила романтичная Мия.

«Или же зачем-то устроил проверку, - решила закаленная бизнес-леди. - Знать бы кому: мне или мужу? Чего он хотел этим добиться?» Мила подозрительно уставилась на советника, пытаясь прочесть ответ на его лице.

- Миледи, с Вами все в порядке? – обеспокоенно спросил лорд Бьярнел, неловко чувствовавший себя под ее пристальным взглядом.

Позволив себе еще мгновение посверлить его недовольным взглядом, она улыбнулась ему:

- Да, - справа опять предупреждающе рыкнули.

Скосив глаза в сторону мужа, Мила раздраженно подумала: «Мне теперь и ширину своей улыбки контролировать в присутствии других мужчин?»

«Ты лучше совсем не улыбайся. Так надежнее всего», - ехидно ответил Дима.

Мила решила последовать шутливому совету сына, чтобы не дразнить дракона супруга.

Неожиданно ее осенило:

- Извините, лорд Бьярнел, а леди Элиана Вам случайно не родственница?

- Вижу Вы, миледи, уже успели познакомиться с моей сестренкой, - обворожительно улыбнулся советник.

Мила даже ответить не успела, как за нее это сделал хмурый супруг.

- Да, - буквально прорычал, едва разлепляя плотно поджатые губы.

«Ну, что на этот раз?» - устало спросила Мила.

«Дракон недоволен поведением друга», - весело отозвался Дима.

«Вот это я попала, - мысленно застонала женщина, держать лицо было все труднее. - Зато теперь я склоняюсь к тому, что испытывают нас обоих».

- Йен, - отбросив формальности, Повелитель предупреждающе сузил глаза, - оставь нас.

- Понял, не кипятись, - поднимая руки, его советник отступил. – Буду в приемной, - поклонившись венценосной чете, он удалился.

- Моя леди, - начал Повелитель, сделав ударение на слове «моя», - я пригласил тебя не столько для того, чтобы познакомить с этим лордом, - Роквард бросил на закрытую дверь еще один недовольный взгляд, - столько для того, чтобы сообщить тебе кое-что важное. Давай, присядем, - рукой он указал на пустующее кресло.

- Мой Повелитель, ты меня пугаешь, - честно призналась Мила, усаживаясь в кресло.

- Не стоит волноваться, - успокаивающе начал ее супруг, опускаясь перед ней на корточки и захватив ее ладони в плен. – Вчера я получил письмо от Владыки светлых эльфов Луэриилла, - услышав имя отца Мианиэль, женщина в испуге попыталась вскочить на ноги, вот только дракон не позволил ей этого, отрезвляюще сжав ее руки. – Да, от твоего отца, - повторил он, большим пальцем своей руки успокаивающе поглаживая тыльную сторону ее ладони. – Могу я продолжить? – спросил он, внимательно вглядываясь в лицо супруги, у которой сил нашлось лишь на неуверенный кивок. - Благодарю. В своем послании он уведомил нас о своем визите через три дня.

- А-а-а? – протянула Мила, пытаясь сформулировать вопрос.

- А отказать ему мы не в праве, - помог ей супруг, верно угадавший ход ее мыслей. – Миланиэль, сейчас ты – гарант хрупкого перемирия, отказать Владыке – значит дать повод для нежелательных слухов и провокаций, что в конечном итоге может вылиться в новые стычки.

- Я поняла, - бесцветным голосом прошелестела женщина.

В ее голове билась одна единственная мысль: «Это конец! Меня раскроют!»

- Миланиэль, - негромко позвал Повелитель, - нет нужды так сильно переживать. Я прекрасно понимаю твои страхи, - «Это вряд ли», - усмехнулась про себя Мила, - и не допущу, чтобы Вы остались наедине. Я буду рядом, - заметив сомнение в глазах жены, поспешил добавить, - к тому же лорд Бьярнел любезно согласился сопровождать тебя, пока твой отец гостит у нас.

 «И тут надсмотрщика приставил, - раздражение помогло Миле справить с зарождающейся паникой. - Кого, как не лучшего друга, просить приглядеть за не вызывающей доверия женой. Вдруг опять под влияние папочки попаду. Нет, где-то я его понимаю, и в чем-то разделяю его взгляды, но менее обидно от этого не становятся, надоело мне огребать за косяки другой».

Несильно потянув на себя руки, Мила мягко высвободилась из его захвата.

- Чудесно, - растянув губы в подобии улыбки, прохладно произнесла она. – Ард, если это все, то я пойду, сегодня лекарь Лионод разрешил мне прогуляться в саду.

- Конечно, - ответил дракон, поднимаясь вслед за ней. – Приятной прогулки, - пожелал он.

- Спасибо, - поблагодарила Мила, закрывая за собой двери кабинета.

Повелитель задумчиво глядел на темное дерево, пошедшее на их изготовление, сожалея лишь об одном, что не имеет способности видеть сквозь стены. Из приемной доносились приглушенные голоса – его супруга прощалась с находящимися там мужчинами, а он, несмотря на то, что все его существо противилось этому, помешать был не в силах. «Это какое-то безумие», - зло усмехнулся он. Проклиная наследие своих предков, обрекающее его на роль посмешища в глазах придворных, дракон не понимал, почему настолько остро реагирует на все, что так или иначе связано с этой женщиной, почему абсолютно логичная забота о будущей матери превратилась в какой-то балаган с его непосредственным участием, приобретая гротескные очертания. Совершенно не понимал и от этого бесился еще сильнее.

- Да, дружище, а я считал, что это у миледи лица нет. Сейчас вижу, что ошибся. Что случилось? Нет,  причины беспокойства твоей супруги я могу понять, но я теряюсь в догадках, чем вызвано твое хмурое выражение, - прокомментировал сумрачный вид Повелителя вернувшийся в кабинет советник.

- Если бы я знал, - расписываясь в собственном бессилии, с тоской признался Роквард.

- Хм, занятно, - опускаясь в кресло напротив Повелителя, лорд Бьярнел с тревогой посмотрел на него. – И все же?

- И не отстанешь ведь, - сложив руки на груди, поморщился мужчина. – Если кратко: мой дракон рядом с ней сходит с ума, и я не знаю почему.

- Да, дела, - удивленно присвистнул советник, а после, плутовато улыбнувшись, продолжил, – тогда я вижу только одно объяснение происходящему: миледи - твоя пара.

- Исключено, - тут же отверг его предположение Повелитель.

- Зачем так категорично, лучшего объяснения происходящему с тобой не найти, - настаивал на своем мужчина.

- Йен, ты же в курсе наших с Миланиэль отношений. Думаешь, после ночи, проведенной с ней, у меня могут быть сомнения? - насмешливо посмотрев на друга, спросил дракон.

- А может, все дело в том, что она эльфийка? Другая раса и все такое, – упорствовал на своей версии лорд Бьярнел.

- Нет, это невозможно, - отмахнулся от него Повелитель.

«Ну-ну, можешь заниматься самообманом, сколько душе угодно, а за твоей эльфийкой я пригляжу. Не приведи Боги, с ней что-нибудь случиться, империя не перенесет этой потери», - решил для себя советник.


Глава 10

Отослав горничную подготовить что-нибудь для прогулки, Мила закрылась в своей спальне, отчаянно нуждаясь в уединении. Новости о визите Владыки светлых эльфов вытащили наружу спрятанный в самом укромном уголке ее сознания страх. Страх разоблачения. Женщина боялась потерять свой свет – своих малышей, боялась до дрожи, от одной лишь мысли об этом в ее легких стремительно заканчивался кислород и темнело в глазах. Даже вид из окна, всегда действовавший на нее на удивление умиротворяющее, сейчас утратил свою магию. Прислонившись лбом к стеклу, Мила безучастно скользила взглядом по горным вершинам, теряющимся в облаках. Постепенно холод от ровной оконной поверхности остудил накал эмоций,  физический дискомфорт медленно, но верно изгонял панику.

С тоской проводив взглядом удаляющуюся от дворца черную хищную птицу, она дотронулась до стекла рукой, словно пытаясь задержать исчезающий за горизонтом силуэт. «Свободная как ветер. Хотела бы я быть тобой. Какая ирония судьбы! - Мила горько усмехнулась над собой - Раньше не было хуже наказания, чем ссылка, теперь я уже сама мечтаю о том, чтобы убраться из дворца как можно дальше, - неизвестное ей дальнее поместье, куда Повелитель хотел отправить свою неугодную супругу, стало казаться чуть ли не раем на земле. – Все познается в сравнении».

 «Мама, не грусти, - ласковым голосом утешала ее дочка. – Все будет хорошо. Ну что ты. У тебя есть мы».

«Да, ты права. Нечего раскисать, - приказала себе Мила и нарочито бодро продолжила,  – так все потом, сейчас у нас по плану прогулка».

Решительно оттолкнувшись от окна, она направилась в гардеробную, где застала горничную с целых ворохом одежд:

- Бельтиса, ты, безусловно, молодец, - похвалила она девушку, - но зачем так много?

- Миледи, все такое красивое, что я не смогла выбрать, - покраснев, призналась служанка.

- Давай, посмотрим, что там у тебя, - улыбнувшись, она указала рукой на кучу, которую девушка бережно прижимала к груди.

Разбирая вещи, Мила и сама испытала муки выбора: хотелось надеть все и сразу.

- Теперь я тебя понимаю, глаза просто разбегаются, - весело произнесла супруга Повелителя. - Я надену вот это, - она протянула своей горничной один из наиболее приглянувшихся ей комплектов для прогулки.

Девушка помогла ей сменить наряд, и собственное отражение пришлось по душе Миле: плотная шерстяная ткань платья, цвета горчичного меда, прекрасно сочеталась с темно-коричневым (насыщенного шоколадного оттенка) плащом, подбитым мехом цвета карамели. «А вкусно получилось», - одобрительно прищурилась она.

- Бельтиса, когда весь заказ будет готов, напомни мне, что я хотела отблагодарить Сильвину и ее мастериц. Их старания должны быть оценены по достоинству, - отвернувшись от зеркала, попросила женщина.

Прихватив с собой на всякий случай перчатки, она отправилась на прогулку.

Спускаясь за горничной в сад, Мила пыталась настроить себя на позитивный лад, так как ее мысли то и дело возвращались к утренним новостям. «И чего я так распереживалась? Всего-то и надо минимизировать общение с Владыкой. Ард обещал этому поспособствовать? Обещал. Вот пусть и не подпускает ко мне «папочку», - презрительно скривилась она. - И не мешало бы узнать, сколько здесь пробудет этот ушлый эльф. Может, и вовсе увижу его пару раз». Но в глубине души женщина была уверена, что как бы она не тешила себя надеждами, отец Миланиэль явится во дворец, преследуя свои цели: проверить беглянку и найти способ использовать ее в своих гнусных планах.

Миновав огромный холл на первом этаже, они вышли в утопающий в лучах полуденного солнца сад. Мила сразу же забыла обо всех своих тревогах, стоило ее новеньким ботиночками на низком каблуке ступить на парковую дорожку. Сад завораживал своей девственной, нетронутой красотой. Складывалось впечатление, что садовники, создавшие это великолепие, только чуть огранили то, что тут было прежде, настолько тщательно были подобраны растения. Разбитый высоко в горах, он был так искусно спланирован, что казался естественным продолжением горных хребтов, эдаким затерявшимся среди вершин цветущим островком, не знавшим ноги разумного существа.

Миле нестерпимо захотелось остаться одной, дабы в полной мере ощутить единение с природой и привести, наконец, мысли в порядок.

- Бельтиса, спасибо, что проводила, - тепло посмотрев на девушку, искренне поблагодарила она. В саду и дышалось, и думалось намного легче. -Я хочу побыть одна, до обеда можешь быть свободна.

- Как прикажете, миледи. Если у Вас будут какие-нибудь пожелания, можете передать их через вашу охрану, - неопределенно махнула она рукой куда-то за спину своей хозяйки.

- Охрану, - удивилась Мила, обернувшись. – Я никого не вижу.

- И не должны, просто знайте, что к Вам всегда придут на помощь, - сделав книксен, горничная покинула сад.

«Опять надзор, - усмехнулась эльфийка, направляясь вглубь сада. – Ладно, посмотрим на это с другой стороны, теперь можно не опасаться заблудиться». Выбрав одну из дорожек, она просто следовала по извилистому пути, петляющему между деревьев, пока очередной поворот не принес ей неожиданный сюрприз – подвешенные на толстой ветке огромного раскидистого дерева качели. Восхищенно ахнув, женщина ухватилась рукой за толстую веревку и, сев, оттолкнулась от земли. Раскачиваясь, она поставила лицо теплому ветру, наслаждаясь теплыми прикосновениями солнца. «Когда же я в последний раз так беззаботно проводила время? Как давно я перестала получать удовольствие от простых вещей? – спрашивала она себя. – Гналась за чем-то, пахала без отдыха. И зачем, если жизнь давно превратилась в унылую рутину? Спасибо, Вам мои хорошие, что появились в моей жизни и изменили ее!», - она  с любовью накрыла свой живот рукой.

«Всегда пожалуйста», - хором отозвались драконята.

«Мама…», - спросить Мия не успела: перед сидящей на качелях Милой появился лорд Бьярнел.

- Миледи, позвольте составить Вам компанию? – сверкая белозубой улыбкой, спросил он.

- Зачем? – застигнутая врасплох стоящим перед ней советником, Мила недоуменно вскинула брови. Поняв, насколько грубо прозвучал ее вопрос, она решила, раз уж допустила оплошность, воспользоваться представившейся возможностью урезонить заигравшегося лорда. – Если подразнить моего супруга, то мой ответ – нет. Ищите себе другой объект для развлечения, - хмурясь, посоветовала она, слишком уж свежи были воспоминания об устроенной им в кабинете Повелителя проверке.

- Если мои действия Вас как-то обидели, то приношу свои глубочайшие извинения, - голосом, полным раскаяния и сожаления, произнес ничуть не смутившийся советник. - В качестве компенсации приглашаю Вас посетить вместе со мной парковый лабиринт.

«Да, что-то не задалось у меня знакомство с друзьями благоверного. Может, дело в том, что они с леди Элианой родственники? По-видимому, их единственных фамильным сходством является предвзятое отношение ко мне», - с иронией отметила Мила.

- Лорд Бьярнел, буду с Вами откровенна. Надеюсь, этот разговор останется между нами? - выразительно посмотрела на него Мила, взглядом подталкивая его согласиться.

- Разумное требование, - разом поскучнев, согласился дракон. - Даю слово чести, - окутавшая на мгновение мужскую фигуру дымка прямо свидетельствовала, что его клятва услышана и принята Богами.

Глядя на обескураженного таким поворотом событий советника, Мила злорадно посмеялась: «Есть справедливость на белом свете».

- Теперь я спокойна, - вслух продолжила она после того, как лорд Бьярнел до обидного быстро пришел в себя. - Как лучший друг моего мужа, Вы, наверняка, в курсе наших непростых отношений. Не нужно ничего говорить, - остановила она советника, заметив, как тот хотел возразить. – Мне нет дела, о чем Повелителем говорит с Вами. Но знайте, что я не потерплю вмешательства в дела моей семьи посторонних, это касается только меня и моего супруга. Я всеми силами стараюсь, чтобы наш союз стал крепким. А Ваши действия (уж простите, не знаю, чем они продиктованы) рушат то хрупкое, что успело возникнуть между нами. Прошу Вас проявить немного такта, и дать нам с Повелителем шанс самостоятельно построить совместное счастье.

Лорд Бьярнел растерянно смотрел на сидящую пред ним молодую женщину, только что отчитавшую его как мальчишку. Видимо, он и его люди где-то ошиблись, собирая на эльфийку досье: ну никак она не походила на ту покорную чужой воле невесту, которую он запомнил в храме. В свете визита Владыки неучтенный фактор, коим стала супруга Повелителя, мог поставить под удар все тщательно спланированные приготовления. Ругая себя за недальновидность, советник, выверяя каждое слово, произнес:

- Примите мои искренние извинения еще раз, миледи, я не желал ни оскорбить Вас, ни внести разлад в вашу семью.

- Извинения приняты. Надеюсь, это было Вашим согласием на мою просьбу? - вопросительно посмотрела на него Мила.

- Именно так, - подтвердил мужчина.

- Рада, что мы достигли понимания, - сухо, приподняв лишь уголки губ, улыбнулась она ему. – Но вынуждена отклонить ваше предложение – лекарь настоятельно рекомендовал воздержать от долгих прогулок. Всего хорошего.

Легко соскочив с качелей, она обошла советника, стараясь держаться от него как можно дальше (на столько, насколько это позволяла довольно узкая дорожка), и направилась знакомым маршрутом обратно во дворец.

Глядя ей вслед, лорд Бьярнел  задумчиво прищурился: «И все же, куда подевалась та девушка из храма, тенью идущая за своими мужчинами (сначала отцом, затем и мужем), не смея даже глаз от земли поднять? Хорошенькая кукла, не более. Не мог я тогда ошибиться, - теперь вспоминая день свадьбы своего друга, мужчина все больше сомневался: чутье, которое никогда не подводило его, настойчиво кричало, что тут дело нечисто. - Откуда в этом юном создании столько силы духа и непоколебимой уверенности в собственной правоте? Откуда эта неожиданная зрелость суждений? Загадка». Тайны были маленькой слабостью советника, и позволить хотя бы одной ускользнуть нераскрытой он не мог. Недолго думая, он сорвался с места, поспешив догнать одну особу, скрывшуюся за поворотом и сохранившую свой секрет неприкосновенным.

- Вы обезоруживающе прямолинейны, - признался он, поравнявшись с супругой своего друга. – Я Вас провожу, - не терпящим возражений тоном произнес мужчина.

Пожав плечами, Мила равнодушно ответила:

- Как Вам будет угодно. А что до моей прямолинейности, то я всего лишь честна с самой собой и окружающими. Однажды ложь чуть не погубила меня, я не желаю повторения подобной истории вновь.

И хотя женщина говорила о предательстве своего первого мужа, советник понял все по своему, решив, что она говорит о Владыке светлых эльфов:

- Миледи, смею Вас заверить, что Ваше общение с отцом будет сведено к минимуму. Повелитель дал четкие указания на этот счет.

- Ясно, - коротко бросила Мила, совершенно не впечатленная заверениями лорда. – А сколько Владыка пробудет у нас? – решила выяснить она, раз представилась такая возможность, и внутренне замерла, ожидая ответа.

- Четыре дня,  - произнес дракон.

«М-да, с одной стороны это, конечно, недолго, но с другой, этого времени за глаза хватит, чтобы уличить мой обман», - расстроено вздохнула Мила.  

Заметив, что женщина как-то разом сникла, советник решил сменить тему, а заодно получить ответы на интересующие его вопросы:

 -  Простите за бестактность, но раз сегодня Вы так откровенны, поведайте мне, почему Вы изменили свое мнение на счет Вашего брака с Повелителем?

- Вы правы, это не Ваше дело, - недовольно сверкнув глазами, жестко отрезала Мила.

Желая избавиться от ставшего ей в тягость общества, она ускорила шаг. «Цель достигнута, - мрачно констатировал лорд Бьярнел, подстраиваясь под шаг разгневанной женщины. – Отвлек, называется».

- Миледи, простите великодушно, - извинился дракон.

- Вы сегодня крайне щедры на извинения, не находите? – сердито проронила Мила.

- Вы правы, - легко согласился с ней советник. - В свою защиту могу лишь сказать, что беспокоюсь о судьбе моего друга.

- Лорд Бьярнел, разве Повелитель не в состоянии самостоятельно позаботиться о себе? – язвительно спросила она.

- Скорее наоборот, - усмехнулся он. - Но даже лучшие из нас не застрахованы от ошибки. И потом, в моем лице Вы можете найти надежного союзника.

 – Что ж, убедили, - остановившись, Мила повернулась к советнику лицом. - Пожалуй, я отвечу на Ваш нескромный вопрос. Дети, все изменили дети.

Заметив, что мужчина смотрит на нее с изрядной долей скепсиса, рассмеялась:

- Лорд Бьярнел, не надо на меня так смотреть.

- Как? – хмуро спросил он.

- Как на дурочку наивную, - охотно пояснила она. - Именно беременность перевернула мой мир с ног на голову. В моем сердце поселилась любовь. Любовь к двум малышам, растущим у меня под сердцем, - с нежностью коснулась она своего живота. - Главным приоритетом для меня стало счастье моих детей, залогом которого, в этом я твердо уверена, является любящая семья. И я приложу все силы, чтобы наш союз с Повелителем стал таковым.

«И не врет, кольцо истины обмануть невозможно. Да и не знает миледи о нем, отличить его от обычного перстня невозможно, - дракон украдкой глянул на массивное золотое кольцо с черным бриллиантом. – Может, разгадка действительно заключается в детях? Материнство заставляет женщин быстро взрослеть, - он пристально посмотрел на светящуюся каким-то внутренним светом женщину, словно пытался найти подтверждение своим догадкам. - Нет, все равно, что-то не сходиться. Ну, не может быть все так просто».

Его размышления прервали мальчишки, неожиданно выскочившие на дорожку. Советник, не раздумывая, прижал эльфийку к себе, чтобы резвящаяся с воздушным змеем малышня не врезалась в нее.

- Осторожнее, - строго потребовал он.

Пробормотав извинения, притихшая на мгновение ребятня, вновь весело смеясь, умчалась вперед по дорожке.

- Можете уже отпустить меня. Спасибо, - поблагодарила Мила, отстраняясь от советника.

Лорд Бьярнел послушно разжал руки, но то, с какой поспешностью миледи отошла от него, почему-то вызвало у мужчины сожаление. «Такая крошечная», - неверяще уставился он на свои по-мужски крупные ладони, как будто видел их в первый раз, ладони, которые до сих пор чувствовали тепло хрупких женских плеч.

- Лорд Бьярнел, - и, не дождавшись реакции, Мила чуть громче позвала погрузившегося в собственные ощущения советника, - лорд, Бьярнел, а откуда здесь дети?

- А, - отрешенно откликнулся он, переводя взгляд на ту, что стала причиной его задумчивости. Опустив руки, он снисходительно улыбнулся ей, – это дети придворных, миледи.

- Разве у них нет занятий? – удивилась женщина.

- Каких занятий? – дракон недоуменно вскинул бровь.

- Ну не знаю, этикет, история, танцы, да много чего еще, - перечислила Мила.

-  Должно быть, они уже закончились, - пожав плечами, предположил лорд Бьярнел. – Как правило, своих детей лорды начинают обучать с малых лет, приглашая к ним учителей, и каждый сам решает, когда, чему и кто будет обучать его отпрыска.

- То есть какой-либо единой системы образования нет, - приуныла Мила, выросшая в другой реальности.

- А у эльфов есть? – едко поинтересовался в ответ советник, отчего-то задетый ее разочарованием.

- Нет, - печально подтвердила женщина. – Но я надеялась, что у драконов дела обстоят несколько иначе.

- Знаете, расскажите Повелителю о Ваших взглядах в сфере просвещения. Если Вы его заинтересуете, то, возможно, ситуация, которая Вас так удручает, изменится к лучшему, - посоветовал дракон, неосознанно желая, чтобы хмурая складочка, залегшая между ее бровей, разгладилась.

- С чего Вы решили, что эти самые мысли у меня есть? – хитро прищурившись, спросила Мила.

- Иначе Вы бы так не расстроились, - добродушно ответил советник, удовлетворенно отмечая, что хорошее настроение опять вернулась к миледи.

- Благодарю за совет, лорд Бьярнел. При случае, непременно, воспользуюсь им, - произнесла она.

Мила поправила сбившийся на плечах плащ и собралась продолжить свой путь, как почувствовала, что подол ее платья за что-то зацепился. Опустив глаза, она увидела держащегося за ткань юбки мальчика, одного из тех, что пронеслись мимо них с лордом. Лет пяти-шести на вид, вихрастый, с пухленькими румяными щечками он взирал на нее огромными печальными глазами, полными непролитых слез.

- Что случилось, малыш? - присев рядом с ним, с улыбкой спросила Мила. Не удержавшись, она протянула руку, чтобы пригладить торчащие во все стороны волосы ребенка.

- Миледи, у нас там… - не выдержав, мальчик расплакался. Его ладошка, так и не выпустившая подол ее платья, заметно дрожала. – Он… А мы… Там… - давясь рыданиями, он пытался что-то сказать, пальцем свободной руки тыча в ту сторону, где скрылась детвора с воздушным змеем.

- Не плачь, идем, покажешь, что у Вас стряслось, - взяв ребенка за чумазую ладошку, повела его в указанном направлении.

- Миледи, - попытался остановить ее советник.

- Мне не сложно, - улыбнулась она, глазам указывая на поникшего ребенка. – Идем скорее, - поторопила она всхлипывающего малыша. – Тебя как зовут?

- Торнкел, - важно представился маленький дракончик, успокаиваясь. Ведь в этом нежном возрасте у детей как никогда крепка вера во всесильность взрослых.

- Какое мужественное имя, - похвалила Мила, от чего малыш ее сильнее задрал свой маленький носик. С трудом сдерживая смех, чтобы не обидеть ребенка, она спросила, - что все-таки произошло?

- Это все Ульвин-растяпа, - с детской непосредственность наябедничал малыш, громя неизвестному Ульвину грязным кулачком. - Я ему говорил держать крепче. А он? Взял и отпустил змея.

- Улетел? – участливо спросила женщина.

-Да, нет, - помотал головой Торнкел. - В колючках запутался.

- Ну, думаю, с этой бедой мы в состоянии справиться. Да, лорд Бьярнел? – подмигнув ребенку, обернулась она к мужчине.

- Конечно, миледи, - подтвердил молчавший до этого советник, кивая.

Идущий позади державшейся за руки парочки, он мучительно пытался найти объяснение странному поступку супруги Повелителя. Ни одна знакомая ему леди ни за что не протянула бы руки маленькому грязнуле, еще и отругала бы за испорченное платье, и уж точно не поспешила бы разобраться с его бедами.

- Это здесь. Вот он, - звонкий голос ребенка вклинился в его размышления, вынуждая вернуться к действительности. Вот только реальность подготовила для него очередной на сегодня сюрприз – миледи стояла вплотную к славящему на редкость опасными шипами кустарнику.

- Еще немного… Еще чуть-чуть… - едва слышно бормотала эльфийка. Привстав на цыпочки и протянув руку, она силилась достать попавшую в колючий плен пеструю игрушку.

- Миледи, стойте, - увидев, что второй рукой она вот-вот ухватится за зеленую ветку, крикнул советник чуть громче, чем следовало.

От неожиданности Мила покачнулась, выпустив при этом вожделенную веревочку, которую успела поймать, и, чтобы сохранить равновесие, схватилась за куст. Ойкнув, она разжала руку, баюкая раненную кисть.

- Это драконий коготь, - смущенно закончил дракон, подходя к ней и протягивая платок. – Вот, держите. Безобидные на вид шипы могут серьезно оцарапать.

- Я заметила, - с сарказмом буркнула Мила.

Мрачно осмотрев небольшой, но глубокий порез, она зажала кровоточащую ладонь одолженным платком. «К лекарю идти все же придется, - скривилась женщина. – Такими темпами меня до родов из дворца не выпустят».

«Мама, а давай мы тебя вылечим, и никто ничего не узнает», - предложила Мия.

«Соблазнительно, конечно, вот только поздно. Советник, как минимум в курсе. Очень уж подозрительным будет, если рана исчезнет сама собой. Хотя…», - Мила кровожадно посмотрела на лорда, от чего тот непроизвольно сглотнул.

«Что?» - нетерпеливо поторопила с продолжением Мия.

«Может, вы ему частичную амнезию устроите?» - мечтательно спросила она.

«Мам, мы не всесильны», - усмехнулся Дима. – Но идея хорошая».

«Жаль», - разочаровано вздохнула Мила.

-Позволите? - попросил советник.

Женщине не оставалось ничего другого, как отодвинуться и наблюдать за тем, как лорд Бьярнел, абсолютно не напрягаясь (что не удивительно при его-то росте), достал змея. Торжествующе крича, дети схватили освобожденного и, на ходу прокричав благодарности, умчались, гонимые ветром.

- А в будущем эти маленькие лорды - свет и надежда драконьего двора, - с улыбкой покачал он головой.

- Сейчас это просто мальчишки. Дети есть дети, независимо от статуса, - провожая взглядом детей, произнесла Мила.

- Когда-то и мы с Повелителем также запускали воздушного змея, -  признался советник. - Как давно это было.

- Расскажете? - тихо попросила Мила, надеясь узнать что-то новое о своем муже.

- В другой раз, - пообещал лорд. - Идемте, я провожу Вас к лекарю. И как Вас угораздило? Как дитя леса могло пораниться о какой-то кустарник, да еще и до крови? Кому скажи, на смех поднимут.

- В этом есть и доля вашей вины, не находите, - едко ответила эльфийка, возмущенно вспыхнув от осуждения, прозвучавшего в словах мужчины.

- Зачем Вы вообще туда полезли? Всем известно, что это растение крайне опасно, - не обращая внимания на негодование миледи, отчитывал ту советник.

- Да?! И кому позвольте спросить? Драконам? – вскипела Мила, чувствуя себя нашкодившей школьницей перед строгим учителем.

Но дракон и бровью не повел на ее выпад и, не сдавая позиций, на повышенных тонах продолжил:

- Меня могли бы попросить или призвать свой дар.

Переменившись в лице, Мила застыла с открытым ртом: слова, рвущиеся с языка, так и остались при ней. Глядя на мужчину широко распахнутыми глазами, она жадно хватала воздух ртом - за все время пребывания в теле эльфийки она ни разу не применяла магию. Не признаваться же, что ей, никогда прежде не владевшей магией, а потому не привыкшей полагаться на нее, и в голову не приходило воспользоваться своим даром.

«Мам, спокойно. С магией беременные эльфийки не в ладах. До родов Ваш дар блокируется самой природой», - пояснил Дима.

- Простите, - недовольно буркнул извинения советник. Недовольный прежде всего на себя за то, что не сдержался и практически накричал на слабую беременную женщину. «М-да, кто молодец? Я молодец! Демоны меня побери! Наверное, с этой маленькой эльфийкой никто еще не позволял себе разговаривать таким тоном. Вон, как шокировано уставилась на меня. Вот расплачется сейчас, что я делать буду? Ард на мне потом за каждую слезинку отыграется», - коря себя, он едва не пропустил тихий ответ миледи.

- Беременность делает магию недоступной для всех без исключения эльфиек. А змея я и сама бы достала, он уже был у меня в руках, - гордо вскинув голову, ответила она.

«Не плачет, уже хорошо,- облегченно выдохнул он, - А девочка-то с характером».

- Миледи, простите, я вел себя неподобающе, - повинился он.

- Не стоит, оба хороши, - пошла на мировую Мила. – Идемте уже к лекарю, - устало произнесла она и двинулась по дорожке к дворцу, игнорируя предложенный локоть.

Проводив миледи до владений пожилого дракона, лорд Бьярнел откланялся, пообещав отправить слугу, чтобы после осмотра ее сопроводили до  покоев.

Возвращаясь к брошенным на своего заместителя делам, он все никак не мог выкинуть из головы эту странную, совершенно ни на кого не похожую  эльфийку. Такая маленькая и беззащитная внешне, но с каменным стержнем внутри. Женщина – загадка: полная секретов и в то же самое время честная до прямоты и по-детски открытая. «Даже дети тянуться к ней», - улыбнулся советник, вспоминая, как отважно она пыталась самостоятельно достать из зарослей воздушного змея. Вероятно, подавляющее большинство придворных сочло бы поступок миледи смешным или даже глупым, но почему-то он сам никак не мог дать такое определение действиям женщины, в которых было столько искренности, какую редко встретишь во дворце. «Да что они понимают», - усмехнулся дракон.

Помассировав виски, он с тоской посмотрел на свой заваленный бумагами стол. «М-да, работы непочатый край», - скривился он, переводя взгляд на массивные напольные часы - подарок его матери, который был ее последней, и надо сказать, безрезультативной попыткой напомнить сыну об обязанностях наследника рода Бьярнел. По всей видимости, она рассчитывала, что столь внушительный предмет интерьера будет трудно оставить без внимания, и ее чадо будет уделять своей службе во дворце чуть меньше времени.  «О, уже обед!»,- воспрянул он духом. Воспользовавшись подходящим предлогом, чтобы сбежать, мужчина, насвистывая, покинул свой кабинет. Секретарь лишь недоуменно проводил его взглядом.


Глава 11

В лекарской Мила стойко перенесла и довольно болезненные мази, которые накладывал на рану лекарь Лионод, и причитания старого дракона.

- Терпите уж, миледи, - ворчливо пробурчал он, обрабатывая порез, когда женщина, поморщившись от боли, зашипела. – Будет Вам урок на будущее. Вот не хотел я Вас на прогулку отпускать, как чувствовал!

- Лорд Лионод, не стоит так волноваться, это всего лишь крошечный порез, - из последних сил воздерживаясь от резкости, мягко увещала она пожилого мужчину.

- Вот от таких крошечных порезов и возникает заражение крови, - мрачно пробурчал лекарь.

- Ну право, полно Вам. Ничего страшного не произошло, - успокаивающе улыбнулась Мила старику. – Я сразу же обратилась к Вам за помощью. Ни моему здоровью, ни здоровью детей ничего не угрожало и не угрожает.

- Вот пропишу Вам неделю постельного режима, - пригрозил он.

- А отсутствие свежего воздуха, как раз таки, и вредно для меня и малышей, - парировала она, прилагая титанические усилия, чтобы не показать ему язык.

- Идите уже,- устало махнул рукой лекарь, отпуская свою бедовую пациентку.

Попрощавшись, Мила быстро выскользнула за дверь. В коридоре, как и обещал лорд Бьярнел, ее дожидался слуга. Мысленно поблагодарив советника, она отправилась к себе, радуясь, что не придется блуждать по коридорам дворца. Сейчас ей хотелось как можно скорее остаться одной, уж слишком насыщенным выдалось утро.

Стоило ей только войти, как ее горничная, ахнув, кинула к ней:

- Миледи, с Вами все в порядке?

- Все хорошо, Бельтиса, - заверила ее Мила. – Немного поцарапала руку и все. Лекарь Лионод уже позаботился о ране.

- Но Ваше платье… - неуверенно произнесла девушка.

- А что с ним? – женщина быстро оглядела себя.

И увиденным осталась, мягко говоря, недовольна: платье остро нуждалось в стирке и штопке - испачканный подол, на котором даже отпечаток детской пятерни имелся, был к тому же еще и порван (вероятно, зацепился за ветку вредного кустарника).

- Да уж, - шокировано выдавила она из себя. - Без смены платья тут не обойтись. 

 В спальне Мила разделась с помощью горничной, которая, подхватив испорченный наряд, отправилась за сменной одеждой. Вот только мысли о возможном позоре никак не хотели оставлять эльфийку.

«В таком виде я через весь дворец продефилировала? Никто и словом не обмолвился о моем плачевном состоянии», - немного обиженно подумала Мила, ужасаясь тому, какие слухи, вероятнее всего, сейчас гуляют по дворцу.

А на воображение она никогда не жаловалась. И когда она уже дошла до того, что в красках представила, как к ней врывается Повелитель, возмущенный ее неподобающим поведением, или (что еще хуже) взбешенный от ревности (ее прогулку с советником можно трактовать по-разному), поток ее фантазий прервал заливистый детский смех.

«Мама! Ну ты… ой, не могу… даешь! – все никак не мог отсмеяться малыш, начав икать. – Ик… Да никто… ик… тебя… ик… не видел».

«С чего ты взял?», - в такой благоприятный исход верилось с трудом.

«С  чего-чего? Ик… С того, - передразнил ее сын. – Слуги во дворце вышколенные и крайне толковые: болтать зазря не станут. Да и вел он тебя исключительно по пустующим коридорам».

И действительно, после слов Димы, женщина вспомнила, что, возвращаясь в свои покои, не встретила ни одной живой души.

«Допустим. А если кто-то видел нас с лордом Бьярнелом в саду, например, из своего окна? Объятия, пусть и случайные, имели место быть», - педантично заметила Мила.

«Да что там видеть, - отмахнулся мальчик. – Кругом такие заросли были! А вот душ принять стоит, - насмешливо посоветовал он, - обоняние у драконов не в пример лучше людского или даже эльфийского».

«В остальное время Вы находились на почтительном расстоянии друг от друга», - заверила Мия.

«Ага, ты даже локоть этого советника проигнорировала», - довольно усмехнулся Дима.

«Ладно, сдаюсь. Вы победили, - улыбнулась Мила. – Я в душ: смывать следы преступления».

- Бельтиса, обед можешь накрыть через полчаса, - заглянув в гардеробную, распорядилась она, а после направилась в ванную, где долго и придирчиво выбирала самые ароматные средства для умывания.

«Мама, это лишнее. Достаточно воды», -  пыталась достучаться до нее девочка.

«Я лучше перестрахуюсь. Во избежание», - мрачно ответила Мила, уж слишком свежи были воспоминания о ревности мужа.

«Ну-ну, - насмешливо фыркнул Дима, - ты только отца недельным насморком не обеспечь».

«А что? Это возможно? У драконов такое чуткое обоняние?» - озадаченно замерев с флаконом в руках, спросила женщина.

«Не на столько, - покладисто согласился малыш, - но с твоим рвением, кто знает».

Пожав плечами и вооружившись выбранными бутылочками, Мила шагнула под струи воды.

«Ну, будет у дракона аллергия, мне же лучше», - равнодушно подумала она, выдавив немного шампуня на ладонь.

Только после того, как женщина тщательнейшим образом вымылась на несколько раз, она смогла обрести внутреннее спокойствие: теперь муженьку будет довольно сложно что-либо предъявить ей.

С такими мыслями благоухающая и настроенная на благодушный лад она, к своему еще большему удовольствию, обнаружила на своей постели легкое домашнее платье оливкового цвета, элегантное в своей простой и неброской красоте. Звуки расставляемой горничной посуды, доносившиеся из-за двери, привлекли ее внимание, напомнив, что с самого утра у нее во рту ни крошки не было. Подгоняемая голодом, она быстро переоделась, благо платье позволяло проделать такой маневр самостоятельно, и вышла в гостиную, предвкушая настоящий царский пир, организованный дворцовой кухней.

И в своих ожиданиях она не обманулась: щедро сервированный стол в своем изобилии удовлетворил бы любой, самый взыскательный вкус, не говоря уж о голодной беременной женщине. Выбрав наиболее привлекательные на ее взгляд блюда, Мила приступила трапезе, смакуя каждый кусочек. А уж десерт, феерией вкуса взорвавшийся у нее на языке, где легкая ягодная кислинка нежнейшего крема так гармонично сочеталась с воздушной сладостью бисквита, заставил ее блаженно прикрыть глаза.

- Бельтиса, передай мою благодарность поварам, - попросила Мила. – Сегодня они превзошли сами себя: блюда выше всяких похвал.

- Конечно, миледи, - чуть приподняв уголки губ, улыбнулась горничная. – На кухне будут довольны.

- Вот и славно, - эльфийка поднялась, чтобы вернуться  спальню и немного отдохнуть, но была остановлена.

- Миледи, лекарь Лионод просил Вас принять это снадобье, - негромко произнесла горничная, рукой указав на бокал с какой-то мутно-зеленой жижей.

- Точно? – скривившись, спросила Мила, пить что-то столь мерзкое на вид у нее не было желания от слова «совсем».

- Да, - еще тише подтвердила девушка.

Приблизившись, женщина взяла бокал в руки и с опаской понюхала его содержимое. «Боже, что за вонь!», - ужаснулась она.

«Мама, на твоем месте я не стал бы употреблять непроверенные снадобья», - серьезно предупредил Дима.

«Я, конечно, понимаю, что оно может быть не от лекаря. Но разве не проще подмешать мне что-нибудь в еду?» - спросила Мила.

«А вот и не проще. У любого уважающего себя высокопоставленного лорда есть амулет, определяющий наличие яда в еде и напитках. У злоумышленника нет гарантии, что такой довольно распространенной вещицы нет у тебя, - привел свои доводы мальчик. – И ты, наверное, забыла, что твоя горничная все еще под подозрением: вдруг окажется, что она – сообщница леди Бьярнел? Тогда это идеальный шанс навредить тебе».

«Хм. Даже не знаю», - с сомнением посмотрев на девушку, ответила эльфийка сыну.

 Горничная, по-своему истолковав взгляд хозяйки, поспешила заверить:

- Там на столике еще и записка от лекаря есть.

И действительно рядом с местом, где стоял бокал, лежал сложенный пополам листок бумаги.

Раскрыв его, Мила прочла:

«Миледи,

Ваш утренний визит был столь неожиданным, что я совершенно забыл про восстанавливающий отвар. Готовить его долго и крайне хлопотно (скажу лишь, что за него я взялся сразу же после первого осмотра), поэтому, умоляю Вас, невзирая на его непрезентабельный внешний вид…  - Мила, прервав чтение, удивленно посмотрела на напиток. «Непрезентабельный?! Серьезно? Это вообще съедобно?», - усмехнулась она, возвращаясь к посланию:

«…выпить все до капли. Гарантирую, что после Вы ощутите небывалый подъем сил, а я смогу спать спокойно, зная, что слечь от истощения Вам не грозит.

Прошу простить мне мою забывчивость и списать ее на почтенный возраст.

Лекарь Лионод».

«Да, это послание точно вышло из-под руки лекаря», - еще раз усмехнулась Мила.

«Да, его подчерк», - согласился Дима.

«Ага, его каракули трудно подделать. Я еще в смотровой ими успела налюбоваться: видимо, склянки он подписывает собственноручно. Сдается мне, что неразборчивый подчерк – это непреложный атрибут профессии врача в любом из миров», - с иронией отметила женщина.

«Тогда смело можешь пить», - легко разрешил малыш.

«А разве сам отвар не могли заметить по пути на какой-нибудь, скажем так, менее полезный?» - не спешила последовать совету ребенка Мила, подозрения, брошенные тем, укоренились в ее разуме.

«Нет. Восстанавливающий отвар ни с каким другим не спутаешь», - неожиданно произнесла Мия.

«Дима?!» - возмущенно –вопросительно воскликнула эльфийка.

«А что? – невинно спросил малыш, - Не я, так ты без раздумий выпила бы это. Мама, запомни, дворец – это гадюшник, и здесь полно змей, способных не только ужалить, но и отравить своим ядом. В скором времени ты останешься без нашей поддержки, и мне бы очень хотелось, чтобы к этому моменту ты была готова ко всем неприятностям, что влечет за собой статус супруги Повелителя, первой леди драконьей империи».

«Мама, хоть я и не принимаю методов брата, но он прав», - виноватым голосом поддержала Мия своего близнеца.

«Дочка, не расстраивайся, - ласково обратилась Мила к девочке. - Конечно, Вы во всем правы, - тяжело вздохнув, согласилась она. И поднеся бокал к губам, мрачно продолжила, - но ты, Дима, из меня такими темпами параноика сделаешь».

«Зато жить будешь дольше», - парировал сын.

Вместо ответа Мила, зажав нос рукой, залпом опрокинула в себя отвар. От резкого кисло-горького вкуса она мгновенно закашлялась, а на глазах выступили слезы.

- Миледи, держите, - отчаянно моргая, женщина едва видела служанку, поэтому бокал с водой та вложила ей в руку. – Это вода, запейте.

Мила мужественно терпела, дожидаясь, пока в глазах не проясниться, и только убедившись, что в ее руке действительно вода, она с жадностью осушила бокал.

«Молодец, схватываешь на лету», - похвалил Дима.

«Можно подумать, у меня есть выбор», - ворчливо пробурчала она.

«Не дуйся, ладно? - примирительно начал он. – Для тебя же стараюсь».

«Я знаю. Спасибо за заботу. Пусть и несколько своеобразную, - иронично фыркнула она. – Может, я просто слишком доверчивая, вот и первому мужу без оглядки верила».

«Доверчивая говоришь? Ну, это мы быстро исправим», - предвкушающее пообещал малыш.

«Мия, что-то я уже боюсь», - призналась она шепотом дочери.

«Мама, ты отдохнуть хотела? Вот и иди», - поспешил переключить ее Дима.

«О великий и ужасный Димальд, пощади!», - шутливо взмолилась она.

«Я подумаю», - благосклонно ответил он.

Сияя, ибо настроение было на высоте, Мила, еще раз поблагодарив горничную, отправилась к себе в спальню, но стоило ей оказаться внутри, как она с удивлением обнаружила, что полна сил, как и обещал лекарь.

«Так, отдых отменяется. Идем в библиотеку», - решила она.

Позвав служанку, она переоделась и покинула свои покои. Оглянувшись, она обнаружила свою горничную, тенью следующую за ней.

- Бельтиса, можешь быть свободна, - остановившись, обернулась она к девушке. – Думаю, твоя помощь мне не понадобится.

- Но миледи, - едва слышно возразила горничная, побледнев, - приказ Повелителя…

- Ясно, - перебив, прервала она мучения девушки.

«Тотальный контроль: шаг вправо, шаг влево рассчитывается как попытка к бегству, - довольно равнодушно подумала Мила, продолжив свой путь. – Ужас, наверное, я начинаю привыкать к этому, слишком уж спокойно реагирую».

У дверей библиотеки горничная, сделав книксен, молча, удалилась.

«Может, сбежим? – заговорила в Миле вредность. - Все этого так ждут».

«Мама, тебе заняться больше нечем?» - недоуменно спросил малыш.

«Есть», - пристыжено ответила Мила, взявшись за дверную ручку.

- Добрый день, лорд Альфус, - оказавшись внутри, она поприветствовала хранителя, склонившегося над книгой и не заметившего ее присутствия.

- О, миледи, - неожиданно громко воскликнул он, вскакивая со своего кресла и буквально бросаясь к ней, - рад Вас видеть, - схватив ее руку, он галантно поцеловал ее. – И для Вас я Данен, я же говорил. С нашей последней встречи Вы заметно похорошели.

- Спасибо, лорд Данен, но думаю, комплементы заслужил лекарь Лионод, - пролепетала в ответ женщина, обескураженная напором дракона.

«Да уж, прыти у этого старичка не занимать!», - восхитилась она.

- А, тогда все ясно, Викар – действительно способный мальчик, - одобрительно покивал он своим словам.

«Мальчик?», - подавилась воздухом Мила, вспоминая сморщенное как изюм лицо лекаря. От комментариев она воздержалась, лишь качнула головой, соглашаясь с оценкой умений лорда Лионода.

- Что ж мы стоим, - спохватился хранитель. – Садитесь, прошу. Что же привело Вас в сию обитель знаний?

- Если честно, то я просто так, без всякого повода, - призналась женщина. – Надеюсь, Вы не против, и я не помешаю.

- Ну, что Вы. Наоборот, Ваше общество мне крайне приятно, - заверил ее пожилой дракон.

Его слова бальзамом пролились на ее израненную душу: «Хоть кто-то в этом дворце мне рад». Устроившись в кресле рядом с камином, она почувствовала себя по-домашнему уютно, словно возвратилась в дни своего детства.

- Лорд Данен, что же Вы мне не сказали, что мы с Вами теперь родственники, - пожурила его Мила. – Если не секрет, то кем Вы приходитесь моему супругу?

- Да какой тут секрет, Ард – мой пра-пра- …,- перечисляя, споткнулся он, на мгновение задумавшись, - если честно, позабыл я сколько там «пра», я всегда считал его просто внуком.

«Да сколько же ему тогда лет?», - любопытство жгло огнем язык, но спросить женщина постеснялась.

«Мама, ему около тысячи лет. Его внешность – красноречивое тому доказательство», - грустно произнес мальчик.

«Правда? Хотя он сам говорил что-то о склоне лет, просто я тогда не придала этому значения», - тень печали отразилась и на ее лице.

- Миледи, что случилось? Вы расстроены, - обеспокоенно произнес наблюдательный хранитель.

- Ничего, правда, - улыбнулась она ему, - просто о доме вспомнила. Я же говорила, что Вы мне дедушку напоминаете. И как видите, интуиция меня не подвела: раз Повелитель для Вас просто внук, то мне очень хотелось бы со временем стать для Вас внучкой.

- Это честь для меня, - дракон польщено склонил голову. – Только какая  радость для столь юной красавицы слушать ворчание старика?

- Да как-то не спешат здешние обитатели с проявлением дружелюбия, в лучшем случае игнорируют, - откровенно призналась Мила, криво усмехнувшись.

- Н-да, все время забываю, что во дворце нет места чистой и светлой душе. При дворе правят алчность и жажда власти, а каждый сам за себя, - посетовал лорд Данен.

- По правде говоря, я к Вам за советом, - женщина решила, что лучшей возможности спросить о леди Элиане может не представиться, - недавно я совершенно случайно познакомилась со своей старшей фрейлиной – леди Бьярнел, - Мила сделала небольшую паузу, наблюдая за реакцией собеседника на произнесенное имя. Не дождавшись оной, она продолжила, - и теперь я в замешательстве, не знаю, что и думать. От встречи у меня остались двоякие ощущения.

- Еще бы, - фыркнул дракон. – Любая на Вашем месте растерялась бы. Элиана – славная девочка. Вот только вбила себе в голову, что влюблена в Арда и упрямо добивается его, уже считая себя во дворце хозяйкой, - «Ага, значит, мне не показалось», - мрачно подумала Мила, а старик меж тем продолжал, - проявляя, на мой взгляд, излишнюю строгость к слугам.

«Может, поэтому Бельтиса до дрожи боится ее? Она девушка робкая, застенчивая, а такие люди, как правило, тушуются перед напористыми и наглыми», - осенило Милу.

- А что же Повелитель? – тихо спросила эльфийка, страшась услышать ответ.

- А он – еще один глупец, который дальше собственного носа не видит. Вот сколько раз я ему говорил, а он все отмахивается да отшучивается, - тяжело вздохнул хранитель.

- И что Вы можете посоветовать в этой ситуации мне? – с надеждой просмотрела она на дракона.

- Я даже не знаю, - озадаченно ответил он. – Могу лишь заверить, что все пройдет, когда она встретит своего единственного. Не важный из меня советчик получился, - понуро произнес он.

- Ну что Вы. Теперь я хотя бы знаю, как все обстоит на самом деле. Трезво оценивать ситуацию – дорогого стоит, - благодарно улыбнулась Мила.

«И что теперь?» - интересовалась Мия, расстроенная, что ее идея не принесла желанных плодов.

«Будем действовать по ситуации. Может, еще представится шанс выставить ее из дворца, - мечтательно представила себе эту картину Мила. – Пусть отправляется на поиски своего единственного, главное подальше от нас».

«Мама, а вдруг ее половинка здесь, во дворце?» - предположила девочка.

«Звучит слишком идеально, чтобы быть правдой», - ответила женщина.

«К тому же она во дворце живет уже давно, и со своей парой могла бы уже хоть раз, но столкнуться, - поддержал ее Дима. – А ты, мама, не теряй времени даром, если просветительская деятельность тебя все еще интересует, то лучшей кандидатуры для расспросов не найти».

Прислушавшись к совету сына, Мила до ужина пытала хранителя, и лишь примчавшаяся горничная, в панике сообщившая, что Повелитель приглашает свою супругу на ужин, заставила Милу торопливо распрощаться с пожилым родственником и поспешить на встречу к супругу.


Глава 12

Сколь быстро готовилась Мила к ужину, не желая упустить столь редкую возможность пообщаться один на один с мужем (покорение неприступной крепости по имени «Повелитель драконьей империи» еще никто не отменял), столь же чинно она вплыла в столовую. Вопреки обыкновению, Повелитель не встречал жену сидя за столом, а, заложив руки за спину, он стоял к ней вполоборота, задумчиво глядя в окно, за которым стремительно темнело.

- Любуешься на закат? – спросила женщина, подходя к мужу.

- Да, - негромко ответил тот, - согласись, есть на что посмотреть.

- Соглашусь, - эхом повторила Мила, завороженная видом угасающего дня за стеклом. Над горами ночь неотвратимо вступала в свои права. – Потрясающе, - прошептала эльфийка.

- Действительно потрясающе, - севшим голосом произнес Повелитель, пристально глядя при этом на стоящую так близко, на расстоянии вытянутой руки, супругу: такую юную, с прелестным румянцем на щеках и, несмотря на свою очевидную беременность, какую-то трогательно невинную.

Почувствовав кожей, что за ней наблюдают, Мила обернулась к мужчине, да так и застыла под обжигающим взором его янтарных глаз. «Опять! Мне теперь паранджу носить, что ли?! - недоумение и возмущение в одинаковой степени завладели ее разумом. – Что на этот раз не так?»

Для ужина женщина выбрала самое закрытое платье, неизвестно как оказавшееся в ее гардеробе (наверное, это Сильвина не оставила попыток вразумить миледи): единственным украшением которого можно с натяжкой признать его цвет - нежный оттенок лаванды. Мила даже осмелилась дополнить его массивным колье, декорированным россыпью крупных разноцветных камней, с любым другим она не за что не рискнула бы надеть что-то подобное, боясь продемонстрировать плохой вкус.

Осторожно, дабы резким движением не спровоцировать хищника, она отступила на шаг, но и он вызвал едва слышное недовольное рычание дракона.

- Я проголодалась, Ард, а ты? – спросила она, чтобы разрядить накалившуюся атмосферу.

- И я, - покорно согласился он.

Вот только у Милы имелись огромные сомнения, что голод мужчины можно утолить обычной трапезой. Сглотнув, ощущая себя, как сапер на минном поле, она сделала еще один крошечный шажок к столу.

- Давай поужинаем, - предложила она.

Повелитель мгновенно преодолел то мизерное расстояние, которое так старательно увеличивала эльфийка, за талию притягивая супругу к своему горячему боку.

- Прошу, - в приглашающем жесте он протянул свободную руку и повел женщину к накрытому столу. 

Помогая супруге устроиться за столом, Повелитель едва сдержал мученический стон – вдоль ее позвоночника бежал бесконечный ряд крошечных пуговок: «Да она издевается!» Ему до дрожи в руках захотелось прикоснуться к ней, провести ладонью по спине, чтобы затем, начиная с самой верхней застежки, медленно расстегивать каждую, одну за другой, осыпая поцелуями освобожденный от шелка участок кожи. И только железная воля, счастливым обладателем которой он являлся, помогла дракону запереть как можно глубже в сознании соблазнительное видение (увы, забыть подобное было выше его сил). Борясь с собой, он неохотно отпустил спинку ее стула и занял свое место за столом.

Мила, терзаемая своими вышедшими из-под контроля эмоциями, едва ли заметила страдания мужа. Она с преувеличенным вниманием изучала блюда, предложенные на ужин, в тщетной попытке сосредоточиться на чем угодно, только не на мужчине, чья близость вызывала предательскую дрожь в коленях и неуместные желания. Ее взгляд наткнулся на закрепленные в позолоченных канделябрах зажженные свечи, неровно мерцающее пламя которых было бессильно перед тьмой, вольготно обосновавшейся в углах зала. Так и сама эльфийка, подобно колеблющемуся маленькому огоньку, трепетала перед дурманящим ее мысли мужчиной, оказавшись беззащитной перед таким искушением: слишком притягательный, слишком опасный.  Ее не покидало чувство, что рядом с ней сидит зверь, одетый в роскошный костюм, отточивший свои манеры до совершенства, но это лишь маскировка, истинная суть, сокрытая от чужых глаз иная: за лощеной маской аристократа притаился зверь, дикий и необузданный зверь, и что самое страшное для нее,  вышедший на охоту, голодный зверь. Так почему же она не бежит без оглядки? Почему гипнотическое воздействие дракона только усилилось?

Украдкой посмотрев на Повелителя, Мила сразу же пожалела о содеянном: есть под прицелом его тяжелого давящего взгляда она не могла, слишком высока была вероятность подавиться.

- Приятного аппетита, - облизав пересохшие от волнения губы, пожелала она, с намеком посмотрев на многочисленные яства.

Но намек дракон просто не заметил, его взгляд был прикован к ее губам.

- Спасибо, - отозвался мужчина, - и тебе.

«Вот, черт! А есть-то теперь как?» - осознавая всю полноту своих проблем, раздраженно подумала Мила.

- Одиночество – не самая лучшая приправа к столь изысканной трапезе, - сделала она еще один «тонкий» намек.

 Повелитель недоуменно, но уже вполне осознанно, посмотрел на нее.

«О, мы смотрим мне в глаза! Какой прогресс!» - раздражаясь сильнее, мысленно язвила Мила.

- Ард, сегодня ты у нас в роли приглашающей стороны, с тебя тост – взяв в руки наполненный бокал с соком, потребовала она, надеясь, что это хоть немного расшевелит мужчину.

- Конечно, - улыбнулся он. – За наших детей.

- Прекрасный тост, - поддержала его Мила.

Драконята, словно вторя родителям, ощутимо толкнулись в ее животе. Женщина машинально накрыла его рукой, чтобы успокоить расшалившихся малышей. Этот жест позволил и ей немного расслабиться, сбросить с себя то наваждение, которое, заставив сердце биться чаще, охватило ее рядом с драконом.

В глазах Повелителя, взирающего на притихшую и какую-то умиротворенную беременную супругу, бушующий огонь медленно угасал, оставляя после себя лишь теплый, приглушенно сияющий, словно тлеющие угли, янтарь. Скрутившее мужчину желание медленно сдавалось под натиском внезапно проснувшейся нежности.

В тишине, воцарившейся в столовой и нарушаемой только негромкими звуками расставляемой посуды при смене блюд, погруженные в себя они не заметили, как ужин подошел к концу. И если Мила просто болтала с малышами ни о чем, то Повелитель решительно уничтожал в себе любой, даже малейший намек на нежность, которая совершенно не вписывалась в его планы, предателям он никогда не давал второго шанса. Так почему именно этой миниатюрной эльфийке так хочется верить и дать еще один? «Нет, - тряхнул он головой, словно стремясь избавиться от крамольных мыслей. – Слишком рискованно». Вот только у его второй сущности было другое мнение на счет эльфийки, и, возмущенно фыркнув, он демонстративно закрылся от глупого человека. «Да, что с тобой?» - раздосадовано спросил он у своей половины, но в ответ он получил лишь обиженное молчание.

Покончив с трапезой, Мила уже собиралась покинуть столовую, как была остановлена мужем:

- Миланиэль, я так и не рассказал, зачем пригласил тебя.

Начало сильно не понравилось женщине. «Какую еще гадость ты для меня припас?», - напрягшись, задала она сама себе вопрос.

 - Не нужно так волноваться, - заверил ее супруг, заметив, как женщина вытянулась в струнку. – Я всего лишь хотел предложить тебе оставшиеся до приезда Владыки дни, по возможности, провести месте, - такого Мила точно не ожидала (все ее чаяния внезапно осуществились), потрясенно уставившись на дракона. – Да не смотри ты так. Никто не знает, где ты провела  последние месяцы, тем более Владыка. Для всех ты была в дальнем поместье: поправляла здоровье вдали от дворцовой суеты.

- Ты думаешь, он в это поверит? – с сомнением спросила она, не в силах заставить себя произнести «отец».

- Конечно, нет, но у него нет доказательств, - злорадно усмехнулся Повелитель. -  И наша с тобой задача: не дать ему их.

- Этим продиктовано твое предложение? – как ни старалась, разочарование скрыть не удалось.

- Да, - жестко произнес он, дабы лишить супругу любых иллюзий. – Большую часть своих дел я передал лорду Бьярнелу, поэтому смогу уделить тебе время.

- Отлично, - без былого энтузиазма отозвалась Мила.

- Итак, Миланиэль, чем бы ты хотела занять завтра? – спросил мужчина.

- Хм, не знаю даже, - растерялась она.

- Помниться, ты просила разрешение на небольшую переделку кабинета. Можем утром вместе заняться этим: выберемся в столицу, посетим мастерские, - предложил он.

- Хорошая идея, - расцвела Мила, сидеть во дворце ей надоело до ужаса. – Тогда до утра?

- До утра, - вернул ей улыбку Повелитель.

Оставшись один, дракон не понимал, зачем вообще предложил эту поездку, пусть лекарь и считает, что  небольшое путешествие не причинит вреда ни будущей матери, ни наследникам. Можно было просто пригласить мастеров с эскизами во дворец. Зачем вообще все эти сложности, связанные с посещением столицы? Почему ему так хочется показать свою страну, почему так важно ее мнение? Откуда взялось это непрошеное желание порадовать ее, чтобы невероятные глаза цвета полуденного неба смотрели только на него, сияя не просто от счастья, а их блеск затмевал собой сверкание редчайших драгоценных камней, гордости его сокровищницы?

Сложив руки на груди и откинувшись на спинку стула, Повелитель все искал и искал ответы, которые, словно издеваясь, ускользали от него, пока его размышления не вторгся голос его камердинера:

- Повелитель, лорд Бьярнел требует срочной аудиенции.

- Требует? – подобравшись, переспросил он.

- Да, милорд, - подтвердил слуга.

- Где советник? – только и спросил дракон, прекрасно понимая, что из-за пустяка его друг не стал бы его беспокоить.

- В Вашем кабинете, - произнес в ответ камердинер.

Мгновенно оказавшись на ногах, мужчина, охваченный дурными предчувствиями, решительным шагом покинул столовую.

В своем кабинете он застал хмурого советника, нервно барабанящего пальцами по подлокотнику кресла.

- Что на этот раз? – устало спросил Повелитель, садясь напротив друга.

- Все то же: стычка на границе с эльфами, - кисло ответил лорд Бьярнел.

- Демоны, как не вовремя, - выругался дракон. – Потери?

- С нашей стороны трое раненных, у эльфов - двое убиты, - по-военному точно отрапортовал советник.

- Прелестно, - съязвил Повелитель. – Кто зачинщик потасовки?

- Устанавливают, - ответил его друг.

- Сдается мне, что заказчика мы так и не найдем. Йен, как считаешь, кто: эльфы или свои? – он посмотрел на советника.

- Склоняюсь к первому варианту, - поделился своим предположениями лорд Бьярнел. - Им выгоднее, учитывая скорый визит Владыки.

- Да уж, ночь предстоит долгая, - помассировал пульсирующие виски Повелитель.

Ночь для Милы выдалась такой же бессонной, как и у ее супруга, который, окунувшись в мир политических интриг, до зари просидел на рабочем месте в компании советника. Ворочаясь в собственной постели, она ругала себя за упущенную возможность хоть чуть-чуть сблизиться с драконом.

«Ну почему с этим невозможным мужчиной все идет наперекосяк: то таращусь на него как застенчивая школьница, то с детьми болтаю? Куда пропадает голос разума, когда я рядом с ним? Все слова словно испаряются из моей головы. Такими темпами я ничего не добьюсь, - кусая губы, злилась она на себя. – Нет, так не пойдет! Надо собраться. Такой шанс! Нельзя его упустить. Другого просто может не быть! Эльфийский «папочка» даже не догадывается, что его визит сделал возможным то, что прежде было трудноосуществимым. Вот уж воистину, не было б счастья…».

И лишь когда на небосклоне забрезжил рассвет, она, наконец, забылась чутким сном.


Глава 13

Проснувшись, Мила первым делом бросила взгляд на часы и с облегчением выдохнула – не проспала. С наслаждением потянувшись, она бордо вскочила с кровати.

«Ночь не спала, а полна сил», - удивилась женщина тому, что пара часов сна позволили ей полноценно отдохнуть.

«А зелье восстанавливающее вчера кто пил?» - намекнул малыш.

«Оно все еще действует?» - изумилась эльфийка.

«Ага, на весь день хватит», - пообещала Мия. – С добрым утром, мама».

«Ой, с добрым, мои хорошие, - с любовью  глядя на свой большой живот, Мила с трепетом коснулась его. – На весь день, говоришь? - переспросила она, и, получив подтверждение, довольно прищурилась. – Ура, теперь я знаю, когда буду копаться в памяти Миланиэль».

«Мама, - строго начал Дима, - только не говори, что ты собралась ночами просматривать воспоминания о Владыке».

«Уговорил, не буду», - легко согласилась она.

«Мама, - простонал малыш, - ну чего ты переживаешь? Владыка предал свою дочь, она имеет полное право относиться к нему по-другому».

«И все же. При встрече я хочу чувствовать уверенность. Нервозность может сыграть со мной злую шутку, заставив раскрыть себя», - упрямо стояла на своем Мила.

«Тебя не переубедить», - тяжело вдохнул мальчик.

«Именно так. Вы же мне поможете?» - спросила она.

«Конечно», - радостно воскликнула Мия.

А вот ее брат таких настроений не разделял, хмуро пробурчав:

«Куда мы с подводной лодки».

«Так, кажется, я на вас плохо влияю», - впервые Мила услышала от детей земные поговорки.

«И не говори», - в приторном ужасе прошептал ее сын.

Ответить женщина не успела, в спальню вошла горничная.

- Миледи, доброе утро, - поприветствовала она хозяйку, сделав книксен. – Для Вас послание от Повелителя.

- Да? – озадаченно спросила Мила, с опаской глядя на письмо.

С большой неохотой взяв его, она, отослав горничную, взломала печать.

«Моя леди,

Неотложные дела не позволяют мне составить тебе компанию за завтраком. Прошу простить за вынужденное одиночество. Но свое обещание я сдержу, и сегодня ты увидишь  Минрок-Хейм, столицу драконьей империи. Будь готова к десяти. Твоя горничная проводит тебя.

Твой супруг, Ард».

Мила внимательно перечитала записку еще раз. «И как прикажете это понимать? – озадаченно уставилась она на бумагу.  – Что значит, увидишь столицу? Мы же вроде по мастерским собирались. Или я чего-то не знаю?»

Поразмыслив немного, женщина пришла к выводу, что перед ней стоит крайне непростая задача выбрать подходящий наряд, такой, чтобы в любой обстановке, независимо от того, куда приведет ее Повелитель, она выглядела бы достойно и уместно. «Может, это хорошо, что муженек на завтрак не явится: есть время подготовиться как следует», - привыкшая с оптимизмом смотреть на жизнь, Мила и в этой ситуации разглядела для себя плюсы.  

Словно маленький ребенок, потерев в предвкушении ладошки, она позвала горничную, решив начать с плотного завтрака, логично рассудив, что зелье зельем, а силы сегодня ей пригодятся, да и бурчащий в неподходящий момент желудок явно не поможет в достижении ее целей.

Не теряя более времени, она, дав указания служанке, закрылась в ванной, чтобы освежиться. Вернувшись, Мила, к своему удовольствию, обнаружила накрытый стол. Торопиться она не стала и в полной мере отдала должное кулинарному искусству дворцового повара.

Сытая и довольная, женщина в приподнятом настроении отправилась на поиски если не сокровища, то что-то сродни этому. Ведь неверно подобранный наряд мог свести на нет все ее попытки расположить к себе принципиального дракона.

Примерный перечень требований к туалету Мила успела составить: он должен быть элегантным, невычурным и сдержанного цвета (иначе в мастерских она будет выглядеть как павлин в курятнике), но при этом его отделка должна быть настолько искусна, чтобы у сведущего сразу бы отпали вопросы относительно ее статуса (вдруг дракон расщедрится и пригласит ее в ресторан).

Потратив примерно половину имеющего в запасе времени, женщина все же нашла искомое: прямое платье, украшенное кружевом такого же сапфирового цвета, как и гладкая тафта, использованная для пошива, гармонично сочеталось с длинным пальто роскошного горчичного оттенка. Примерив комплект, Мила поняла, что не ошиблась с выбором.

На любование собой времени не осталось, поэтому женщин отдалась в умелые руки горничной, дабы та завершила образ. Девушка не подвела, и через десять минут, поправив закрепленную в волосах шляпку, Мила покинула свои покои.

Шествуя по коридорам дворца за горничной, она с трудом сдерживала улыбку, хотелось обнять каждого встречного, в радостном восторге предвкушая полезную во всех отношениях проездку.

Спустившись с лестницы, Мила в недоумении замерла на месте, провожая взглядом спину горничной. Вместо того, чтобы пересечь центральный холл, на противоположной от лестницы стене которого располагались огромные, богато украшенные двери парадного входа, та, не сказав ни слова, свернула направо, явно намереваясь воспользоваться одним из ответвлений коридора. Женщина бросила еще один полный сомнения взгляд на главный вход. В душу закрались нехорошие подозрения и предчувствия. Но заметив, что пока она боролась с просыпающейся паранойей, ее провожатая проявила немалую прыть, и теперь их разделяет значительное расстояние, поэтому Миле не оставалось ничего другого, как проигнорировать свои опасения и, подхватив юбки, поспешить вслед за горничной.  Ну, не стоять же ей посреди холла памятником самой себе, дожидаясь, пока Повелитель лично отправиться на ее поиски. «Отправить он, как же, - фыркнула она. – Скорее обрадуется, что есть повод вернуться к своим «неотложным делам».

Свою горничную Мида догнала только тогда, когда та остановилась у закрытых дверей.

 - Повелитель ожидает Вас внутри, миледи, - произнесла девушка, заметив, что ее госпожа замерла в нерешительности.

«Ребята, на всякий случай будьте на чеку», - предупредила она малышей.

«Всегда готовы», - пионерским приветствием ответил Дима, чем вызвал улыбку матери и снизил градус охватившего ее напряжения.

Не прекращая улыбаться, Мила гораздо смелее потянула за ручку дверь. К своему огромному облегчению внутри она обнаружила своего супруга, правда в компании лорда Бьярнела. Улыбка несколько померкла на ее губах. «Надеюсь, он не с нами», - скрестив пальцы на удачу, пожелала она.

Увлеченные беседой мужчины не заметили ее, поэтому Мила негромко произнесла, привлекая к себе внимание и глядя при этом исключительно на супруга.

- Приветствую Вас, лорды.

Мужчины слаженно подняли головы, оторвав взгляды от бумаг, которые держал в руках советник. Причем оба казались вымотанными: под глазами залегли темные круги. Их хмурые лица укрепили догадки Милы, что «неотложные дела», на которые ссылался в своем послании Повелитель, были из разряда серьезных проблем, не суливших ничего хорошего.

- Доброе утро, - послав эльфийке вежливую улыбку, Повелитель обратился к другу, - Йен, продолжим, когда вернусь.

Кивнув, советник захлопнул папку с донесениями и, учтиво поклонившись миледи, вышел.

Сохраняя бесстрастное выражение лица, Мила внутри возликовала: «Ура, мы будем вдвоем!»

«Нет, нас будет четверо», - хихикнув, поправила ее девочка.

«Четверо, - послушно исправилась женщина. – Семейная идиллия просто».

- Миланиэль, - позвал ее Повелитель, заставив обратить на себя внимание, - идем, Минрок-Хейм ждет тебя.

Подстегнутая словами мужа, со значительно окрепшими надеждами и возросшими ожиданиями Мила, резко развернулась и торопливо направилась к выходу, недоумевая при этом: «И зачем надо было меня сюда тащить?»

- Миланиэль, нам  другую сторону, - прилагая все усилия, чтобы скрыть смех за кашлем, произнес мужчина.

Вот только глаза выдавали его с головой, и, обернувшись, Мила нахмурилась, озадаченно посмотрев на мужа: «Не поняла, что тут смешного?».

- Это портальная комната, - ответил дракон, словно прочитав ее мысли. – Ей редко пользуются, так как для работы портала нужна прорва энергии, но твое состояние исключает любой другой вид путешествия, спуск в долину тебе не по силам.

«Ну, конечно, на крыльях-то мы носим только единственную», - раздраженно подумала Мила, почему-то задетая сим фактом.

 - Хм, понятно, - произнесла женщина, хотя и не была уверена в этом. – А портал может перенести в любое место? – как бы между прочим спросила она.

- Нет, он настроен только на здание ратуши в столице, где оборудована подобная комната. В дальнее поместье можно попасть либо по небу, либо в карете, - верно истолковав ее интерес, ответил мужчина. - Других способов добраться до него пока не существует, да и не было, если честно, необходимости в этом: поместье редко посещается и используется только членами правящей семьи для уединенного отдыха.

- Пока? – вычленила главное Мила, ощущая, как во рту разливается горечь.

- Придворный маг с помощниками работает над этим вопросом, - не стал скрывать Повелитель.

- Ясно, - бесцветным голосом прошелестела женщина, посещение столицы вмиг потеряло свою привлекательность в ее глазах.

«Мама, не расстраивайся, - утешала женщину Мия. – Взгляни на это по-другому: вот будет портал, и мы всей семьей сможем сбегать из дворца, когда нам того захочется».

«А папу вашего не возьмем!» - по-детски бросила обиженная Мила.

«Не возьмем, - пообещал в ответ Дима. – Пусть крылышками машет».

Заступничество детей помогло хоть немного примириться с действительностью, но Мила мстительно пообещала себе, что обязательно воплотит совет сына в жизнь. Расправив плечи и послав мужу улыбку, больше похожую на оскал, она спросила, подходя к нему вплотную:

- И где портал?

Повелитель, буквально кожей ощущая ее близость, не удержался и заключил супругу в тесные объятия. Эта женщина притягивала его как магнит: он видел, каким ударом для нее стало известие о создании второго портала, но она на удивление быстро сумела взять себя в руки, чем заслужила его восхищение (мужчине всегда импонировали те, кто по природе был борцом). По правде сказать, приказ о создание портала придворному магу он отдавал исключительно на эмоциях, получив неутешительный прогноз лекаря после первого осмотра, и теперь не был уверен в острой необходимости постройки еще одного, но давать обратный ход не спешил. Привыкший принимать решения только после тщательного изучения проблемы, он решил плыть по течению, дабы посмотреть, куда оно его приведет.

Его руки не слушались и никак не хотели ее отпускать, но портал сам собой не активируется, поэтому, собрав всю свою волю в кулак, Повелитель заставил одну медленно подниматься вверх по ее спине, одаривая мимолетной лаской каждый позвонок, сокрытый от него гладкой тканью (пальто Мила предпочла не надевать, а нести, просто перекинув его через руку). Легко, задевая лишь подушечками пальцев нежную, покрывшуюся мурашками чувствительную кожу шеи, обрисовывая по пути мочку уха, он прикоснулся к ее пылающей щеке, с удовлетворением отмечая, как сбилось ее дыхание и расширились зрачки ее глаз, чернота практически полностью затопила небесную лазурь.  Отняв руку от ее лица, он, заворожено глядя при этом на эльфийку, провел по вспыхнувшим на мгновение в воздухе символам.

Переход Мила даже не заметила. В объятиях супруга самообладание покинуло ее, забыв помахать на прощание. Предатель скрылся с глаз, а женщина осталась во власти дракона: делай с ней, что хочешь, стоять и то она могла исключительно благодаря поддержке Повелителя. Даже только что нанесенная обида перестала быть сколь-нибудь весомой. А уж когда он начал склонять к ней голову, она внутренне затрепетала, казалось, каждая клеточка ее естества радостно приветствует этот поцелуй.

Но грохот, раздавшийся за ее спиной, было трудно проигнорировать, и, очнувшись, она посмотрела на успевшего выпрямиться мужа, который зло прищурившись, взглядом убивал что-то или кого-то позади нее. Заинтригованная, она обернулась, чтобы лицезреть сидящего на полу бледного паренька, шокировано взирающего на их с Повелителем пару.

- Когда в последний раз пользовались этим порталом? – смеясь, шепотом спросила она.

Смех супруги усмирил его гнев, оставив лишь легкое сожаление, что им помещали. Задумавшись, Повелитель также шепотом ответил:

- Если честно, то затрудняюсь с ответом, но на моей памяти ни разу.

- Тогда понятно, почему нас встречают паданием со стула, - чтобы заглушить прорывающийся наружу хохот, Мила уткнулась лбом в  грудь мужа.

Послав пареньку выразительный взгляд (молодой дракон оказался понятливым и поспешил испариться), он с улыбкой ждал, когда она отсмеется, наслаждаясь ее тихим мелодичным смехом, тем, как доверчиво она прижимается к нему. Но все хорошее, как известно, рано или поздно заканчивается, так и его супруга, аккуратно вытирая выступившие от смеха слезы, отстранилась от его груди.

- Фуф, давненько я так не веселилась, - призналась Мила, - ну что, идем?

- Идем, - тихо повторил мужчина, заворожено глядя на супругу, полную жизни. Такую искреннюю, настоящую. – Давай помогу, - предложил он, забирая у эльфийки пальто, заметив, как та собирается его надеть. – Прекрасно выглядишь, - практически касаясь губами ее уха, хрипло произнес дракон.

 - Спасибо, - слабым от переполнявших ее эмоций голосом ответила Мила, ведь она не меньше своего мужа желала того несостоявшегося поцелуя.

И испытала неподдельное разочарование, когда мужчина повернувшись к ней лицом, взял ее безвольную руку и расположил на сгибе своего локтя, а после с торжествующей улыбкой (состояние супруги не осталось для него загадкой, зародив в его душе необъяснимое довольство сим фактом)  повел ее к двери.

Притихшая Мила даже не обратила на внутреннее убранство ратуши никакого внимания, способная лишь бездумно переставлять ноги. Но стоило им миновать центральные врата, как яркое солнце, поднимавшееся на небосклоне, ослепило привыкшие к сумраку коридоров глаза. И лишь когда они снова вернули себе способность видеть, Мила гляделась, чтобы затем потрясенно зажмуриться снова.

- Что случилось? – спросил Повелитель, встревоженный странным поведением супруги.

- Я, наверное, сплю, - невпопад ответила она.

-Что? – ее ответ только усилил беспокойство мужчины.

- Такая красота в природе не существует, а значит, раз я ее вижу, то я сплю, - сжалившись над драконом, пояснила Мила.

Открывшая ее взору картина потрясла ее – такого она точно не ожидала увидеть. Оказалось, что центральная площадь, на которой и стояло здание ратуши, одной из сторон упиралась в мшистую скалу, изрезанную многочисленными каменными выступами, по которым вниз, навстречу огромным валунам, задорно журча, бежал небольшой поток (скорее даже ручей) чистейшей, искрящейся воды.

- Уверяю тебя, ты не спишь, - взгляд Повелителя, направленный на эльфийку, смягчился.

Ее нескрываемый восторг заставил и его самого по-новому посмотреть на одну из достопримечательностей столицы. Весело звеня, резвые потоки стремились к земле, чтобы там собраться воедино, образуя у подножия водопада маленький живописный пруд, через который жители столицы перекинули узкий ажурный мост.

- Чем докажешь? – заинтересовано открыв один глаз, она посмотрела на него. Нет, конечно, Мила прекрасно понимала, что все происходит наяву, просто ей стало действительно любопытно, какие аргументы приведет дракон.

- Хм, - на мгновение задумался он, - Идем.

 Увлекая ее за собой, захватив при этом ее кисть в плен, Повелитель направился прямиком к мосту, остановившись на котором, он, так и не выпустив ее руки из своей, вытянул вперед свою свободную руку. Его раскрытая ладонь прошла сквозь единый водный поток, разбив его на множество осколков-брызг, разлетевшихся в разные стороны и переливающихся на солнце, словно в каждой капле заключена своя собственная мини-радуга.

- Смелее, - приглашающе кивнув головой в сторону водопада, подтолкнул ее к действию Повелитель, насмешливо сверкая глазами.

Словно очарованная Мила несмело дотронулась воды, оказавшейся на проверку обжигающе холодной. Вздрогнув, она отдернула руку.

- Ледяная, - произнесла она, косясь на мужчину, который все так же продолжал держать ладонь в воде, не испытывая при этом никого видимого дискомфорта. – Действительно не сплю, слишком реальны ощущения.

- Ну, раз со всеми сомнениями мы покончили, - произнес он, играючи пропуская потоки воды между пальцев, - то прошу, карета ждет нас, - Повелитель опустил руку, небрежным движением стряхивая с нее искрящиеся капли.

Мила, ведомая драконом к стоящей рядом со зданием ратуши черной лакированной карете, запряженной парой вороных коней под стать ей самой, не смогла сдержать любопытства:

- Ард, и все же, куда мы направляемся?

- В ремесленные кварталы. Ты ведь хотела обновить свой кабинет? Лучшего места для этого не найти, - с гордостью пообещал дракон. – С чего бы ты хотела начать?

- Я лишь хотела заменить мебель, - растерявшись, ответила Мила.

- Отлично, значит едем к краснодеревщикам, - открывая перед супругой дверь кареты, помог ей забраться внутрь мужчина.

И пока она с интересом изучала бежевое убранство экипажа, Повелитель несколько раз ударил в стену, подав сигнал кучеру.

Стоило им только миновать центральную площадь, расположенную на некоторой возвышенности по отношению к остальной части города, как тот предстал перед ними во всей своей красе. Миле хотелось по-детски прижаться к огромным окнам, кажущимся снаружи непрозрачными, но на проверку открывающим пассажирам захватывающие дух виды на столицу. Сдерживаясь, она позволила себе лишь как можно ближе сесть к одному из них, чтобы, жадно вглядываясь в оконное стекло, насладиться городским пейзажем.

Окруженная со всех сторон величественными горами, окутанная серебристой паутиной извилистых быстрых речушек и утопающая в зелени долина, в  которой и раскинулась столица драконьей империи Минрок-Хейм, обладала довольно холмистым рельефом: казалось, весь их путь до кварталов ремесленников, подобно американским горкам, состоит из одних подъемов и  спусков.

Их экипаж несся по респектабельным широким улицам, вымощенным брусчаткой. К немалому удивлению Милы дороги были идеально гладкими, ни одного толчка из-за выбоины или ямы она не ощутила. «Вот бы и наши дорожники так могли», - вспомнила она извечную беду всех российских дорог, чтобы практически сразу выкинуть эту мысль из головы – уж слишком интересным было происходящее за окном. Как в огромном котле жизнь кипела и бурлила, ее разноголосый гомон не могли заглушить обитые светлым бархатом стены кареты. Обрывки фраз, заливистый смех и звонкие крики детворы, грохот колес проезжающих мимо экипажей, стук копыт и лошадиное ржание  - все сливалось в единую мелодию городской суеты.

На улицах столицы было крайне оживленно: рабочий люд спешил по своим делам, а состоятельные горожане могли себе позволить вальяжно прогуливаться вдоль тротуара, чинно раскланиваясь друг перед другом в приветствии. То тут, то там мелькали яркие стайки весело щебечущих молоденьких леди, под неустанным присмотром своих гувернанток резвилась малышня.

И если на одних улицах на почтительном расстоянии друг от друга в основном стояли роскошные особняки драконьей знати, то чем дальше от центральной площади они отъезжали, тем теснее располагались друг к другу дома местных жителей, перемежаясь с магазинчиками и торговыми лавками, ресторанами и трактирами, гостиницами и постоялыми дворами.

Повелитель наблюдал за своей супругой со снисходительной улыбкой, чувствуя, как в его душе разливается тепло от ее искреннего, такого неподдельного восторга, с которым та взирала на столичную толчею.

А уж ремесленные кварталы и вовсе напомнили Миле муравейник: редко можно было встретить идущего, чьи руки были бы полностью свободны. Толкотня и теснота безраздельно правили здесь: улица буквально кишела народом, заполненная настолько, что часть прохожих, выдавленных за пределы тротуара, вынужденно шагала по проезжей части. По этой причине черный экипаж Повелителя существенно замедлил свое продвижение по улице – маневрирование посреди этого хаоса требовало от кучера немалого мастерства и сноровки. Но оба его пассажира, увлеченные созерцанием, вряд ли обратили на черепашью скорость, с которой ехала их карета, хоть сколь-нибудь внимания.

Повелитель, поражаясь сам себе, не мог (и если честно, не хотел) отвести взгляд от своей супруги, любуясь такой живой мимикой женщины. Хоть она и старалась принять чопорный вид благовоспитанной леди, но откровенно говоря, выходило это у нее из рук вон плохо: вот она удивленно вскинула брови, стоило только ее взору наткнуться что-то необычное, вот улыбнулась, заметив, как высокий сгорбленный старик, что-то недовольно ворча, заботливо накидывает шаль на плечи своей жене, взирающей на того с улыбкой, отчего морщин на ее и без того лишенном юношеской гладкости лице только прибавилось. И каждый раз эмоции Милы были настолько заразительными, что дракону самому становилось интересно, что же происходит там, за стенами кареты, что он невольно смотрел в ту же сторону, что и она. А уж когда эльфийка осуждающе поджала губы, увидев, как лысеющий булочник в криво повязанном поверх большого живота фартуке раздает мальчишкам-помощникам вместе с указаниями подзатыльники (видимо, чтобы доходило быстрее), Повелитель и сам не сдержался: один незаметный пас руки и простенькое заклинание возврата - и незадачливый пекарь теперь в полном объеме ощутит последствия каждого удара на себе, только в увеличенном втрое размере.

Не догадываясь о силе своего влияния на сидящего напротив мужчину, Мила, для которой все было в новинку, была настолько поглощена происходящим за окном, что даже не сразу заметила, что их экипаж набрал скорость, выехав на менее оживленную улицу (где торговые дома напоминали собой особняки аристократов, одним своим внешним видом наглядно демонстрируя, какому клиенту здесь будут рады, а точнее толщине его кошелька), а вскоре и вовсе остановился, прибыв к месту назначения, коим оказался мебельный салон братьев канн Форгер.


Глава 14

Своим появлением венценосная чета подняла настоящий переполох в мирной, какой-то дремотной атмосфере салона. Буквально через несколько секунд после того, как Мила с Повелителем вошли, оба хозяина салона кубарем скатили по лестнице со второго этажа, и каждый при этом стремился обогнать другого, чтобы предстать перед очами своего правителя.

-Они близнецы? – шокировано наблюдая за двумя великовозрастными детьми (которые,  слову сказать, выглядели на пятьдесят – пятьдесят пять земных лет), едва слышно спросила эльфийка.

- Нет. Но разница в возрасте настолько мала, что их отец в свое время долго не мог решить, кого из них назначить наследником, зародив между братьями непримиримое соперничество, - со смехом наблюдая за толканиями братьев, также шепотом ответил мужчина.

- Вижу, они до сих пор выясняют, кто главный, - потрясенно улыбнулась Мила спешащим к ним навстречу мужчинам.

- Да, это уже вошло у них в привычку, - подтвердил ее супруг.

Первым выказать свое почтение успел старший из братьев – Айвар.

- Повелитель, какая честь для нашего салона, - склоняясь в подобострастном поклоне, произнес он.

- Здравствуете, уважаемый лорд Форгер, - поприветствовал его дракон, сохраняя на лице невозмутимое выражение, досадуя в душе, что, судя по хищному блеску глаз старшего из братьев, избежать общения с этим крайне настойчивым дельцом, по совместительству главой Совета ремесленников, не удастся.

- Чем мы можем Вам помочь? – спросил второй из братьев – Эйвар.

- Миледи хотела бы обновить свой кабинет, - ответил Повелитель.

- Замечательно. Тогда Эйвар лично покажет каталоги миледи. А пока прекраснейшая леди хаш Таналор  делает свой выбор, могу я просить Вас о небольшой аудиенции?

- Разумеется, - согласился Повелитель, и, повернувшись к супруге, произнес, - Моя леди, надеюсь, Вы не против?

- Отнюдь, я рада, что вы не будете скучать, пока я выбираю мебель, - улыбнулась мужу Мила.

«Да уж, скучать мне точно не дадут», - усмехнулся он, глядя на охваченного предвкушением старшего из братьев.

Расставшись с супругом, Мила в сопровождении лорда Эйвара направилась в отдельный небольшой, но очень уютный зал, предназначенный для приема особо важных клиентов.

С комфортом устроившись в мягком кресле, она, взяв в руки принесенную вышколенной служанкой чашечку с травяным отваром, придирчиво изучала предложенные владельцем салона эскизы:

- Лорд Форгер, все образцы, несомненно, заслуживают самых лучших похвал, они великолепны, - улыбнувшись, сделала она комплимент мастеру, - но мне бы хотелось чего-нибудь попроще.

- Попроще говорите, - задумался он, указательным пальцем потерев подбородок. – Есть у меня в мастерской один заказ… - неуверенно начал он, что-то взвешивая у себя в голове.

- Может, посмотрим? – предложила Мила.

- Знаете, мастерская не самое подходящее место для леди, - с сомнением посмотрел лорд Эйвар на женщину, боясь даже представить себе гнев Повелителя, если там с ней что-нибудь случиться.

- Обещаю, что не буду ничего трогать. Я только посмотрю и сразу назад, - пообещала она. Уж очень ей хотелось побывать в мастерской.

- Уговорили, - улыбнулся хозяин салона. – Почему-то у меня такое чувство, что там есть то, что Вы ищете. Мое чутье еще ни разу меня не подводило.

В мастерской, куда Милу привел младший из братьев канн Форгер, витал стойкий древесный запах и, вопреки ее ожиданиям,  царил идеальный порядок - никаких опилок или стружек на полу, все инструменты аккуратно расставлены на стеллажах, свое место нашлось даже для огромного ассортимента материалов, используемых для изготовления мебели:   разноразмерные доски и дощечки, всевозможные обивочные ткани.

А в углу Мила увидела то, что и не надеялась больше увидеть – кресло на колесах. Конечно, это было не земное современное кресло, а скорее его прототип, но все же.

- Я могу это заказать? – с благоговением взирая на предмет своих грез, спросила она.

- А это, - потянувшись за тканью, произнес мастер, - это так… опытный образец, так сказать… баловство… - пытаясь набросить полотно на кресло, бормотал он.

- Я хочу купить его, - твердо заявила Мила, забирая из его рук ткань. – Если его чуть-чуть доработать, то ему цены не будет.

- Да кому оно нужно, - с горечью произнес мастер, видимо, повторяя чьи-то нелестные слова.

- Мне, и я знаю, кто еще захочет себе такое, - заговорщически пообещала женщина. – Поэтому я закажу сразу два: для себя и для Повелителя. Вот увидите, скоро каждый дракон сочтет за честь купить у Вас подобное.

- Тогда, миледи, с меня процент с продаж, - пошутил хозяин салона.

- Ловлю на слове, - рассмеялась Мила. – Когда будет готов заказ?

- Послезавтра, - ответил все еще не верящий в произошедшее мастер.

Распрощались они вполне довольные друг другом. А тот гарнитур, из-за которого они и посетили мастерскую лорда Форгера, Миле понравился: требовалось только заметить обивку, не вписывающуюся в цветовое решение ее кабинета.

Своего супруга она нашла там же, где и оставила – в главном приемном зале в компании воодушевленного лорда Айвара. Заметив вернувшуюся эльфийку, Повелитель кинулся к ней, как утопающий к спасательному кругу.

-Ты такая довольная, что я даже завидую, - тихо, дабы не быть услышанным братьями Форгер, признался он и неожиданно добавил, нахмурившись, - и ревную.

- Что ревнуешь, понятно. Странно, конечно, учитывая возраст лорда Форгера, но для тебя это нормально явление, - фыркнула Мила, начинающая привыкать к особенностям драконьей психологии, - А вот чему завидуешь?

- Ты это моему дракону скажи. Он с возрастом предполагаемого соперника не считается, - развел руки в стороны ее супруг. – И это мне пришлось битый час выслушивать обо всех проблемах Совета.

Видеть сильного и уверенного Повелителя жалующимся было настолько необычно, что Мила не сдержала шутки:

- Ладно, уговорил, в следующий раз я возьму тебя с собой, - пообещала мужчине она, спрятав руки за спину, чтобы  не погладить того по голове как маленького ребенка. Заметив, как опасно потемнели глаза Повелителя, она поспешила сменить тему, - так, что ты там говорил? Сказать твоему дракону? Хм, знаешь, а это мысль – вдруг поможет, - приблизившись с мужской груди настолько близко, что ее нос практически касался его рубашки, она с самым серьезным видом произнесла, - Уважаемый дракон, заявляю Вам, лорд Форгер меня не интересует. Мне нужен только один дракон и он передо мной.

Осознав то, что мгновение назад произнесла, Мила резко отстранилась от мужа, испуганно подняв глаза. Мужчина, неподвижно стоявший перед ней, сверлил ее взглядом. Она видела, как напряглись мышцы под его одеждой, как вздулись вены на его шее и висках.

- Я… - несмело начала Мила, набрав в грудь побольше воздуха, словно готовясь к долгим объяснениям.

- Лучше молчи, - отрывисто бросил ее супруг, сцеживая слова сквозь зубы. – Я и так с трудом сдерживаю оборот.

Взяв ее за руку, Повелитель, просто кивнул на прощание прячущим понимающие ухмылки владельцам салона, потянул ее к выходу. Сев в экипаж, он недолго хранил молчание.

- Ты голодна? – неожиданно спросил он вполне обычным голосом.

- Немного, - осторожно ответила Мила.

- И я, – постучав кучеру, приказал дракон. – В «Рассветные холмы».

Занятые своими собственными мыслями, они не произнесли больше ни слова, да и гнетущая атмосфера, окутавшая их словно старое пыльное одеяло, не способствовала ведению светской беседы.

Не смея посмотреть на мужа, Мила уставилась в окно, всем своим видом демонстрируя, что нет на свете занятия интереснее. «Блин, как можно было такое сказать? Вот кто меня за  язык тянул?», - ругала себя эльфийка.

И пока она предавалась самобичеванию, ее супруг, напротив, пытался, глядя прямо на нее, найти ответы на мучавшие его вопросы: «И что это было? Признание? Или опять какая-то уловка?»

А их экипаж меж тем катился по залитой полуденным солнцем столице, где стало еще оживленнее, нежели утром - народ высыпал на улицы, спеша пообедать.

Когда же карета затормозила у здания, больше похожего на дозорную башню, нежели на ресторан, первым из ее пассажиров отмер Повелитель. Распахнув дверь и покинув экипаж, он протянул супруге руку, чтобы помочь той сойти:

- Прошу.

Мила, придерживая одной рукой мешавшиеся длинные юбки, с благодарностью приняла галантность мужа. Стоило женщине только ощутить под ногами твердую землю, как ее рука, не без деятельного участия дракона, перемесилась на его согнутый локоть.

- «Рассветные холмы» славятся своей кухней, - ведя супругу к входу, непринужденно произнес Повелитель.

- И только?- поддерживая легкий, дружелюбный тон, заданный драконом, спросила Мила.

Слушая рассказ супруга о великолепных видах на Минрок-Хейм, открывающихся из окон ресторана, благодаря которым он и стал столь популярен в среде аристократов, она решила последовать примеру супруга и не заострять внимание на своем неловком признании в салоне братьев Форгер.

Стоило правящей чете оказаться внутри, как рядом с ними, словно из ниоткуда, возник метрдотель. Любезный в своей услужливости, но при этом лишенный подобострастности, он был учтив и сдержан на восторги, приветствуя Повелителя с супругой. Без лишних слов и расспросов проводив их в отдельный кабинет, располагающийся на самом верху башни, он с поклоном удалился, пообещав через несколько минут прислать официанта, чтобы тот принял заказ. 

Вместо того, чтобы изучать меню, она, предоставив дракону самому сделать заказ за двоих (названия местных блюд ни о чем не говорили Миле), с интересом огляделась вокруг. Тот, кто выбрал бело-голубую палитру для отделки кабинета, явно не прогадал – создавалось ощущение, что чистое бездонное небо не осталось там, за огромным панорамным окном, а беззастенчиво проникло внутрь кабинет, затопив его своей непередаваемой синевой. Казалось, что они перенеслись на какой-то его укромный, уютно солнечный островок, затерявшийся на бескрайних просторах небосвода. Не удержавшись, Мила поднялась и подошла к окну, чтобы воочию убедиться, что там, за стеклом, по-прежнему шумела жизнью многотысячных горожан столица драконьей империи Минрок-Хейм. Да так и застыла завороженная открывшейся картиной, лишь краем сознания отмечая приход официанта.

- Ты подобна одинокому облаку на этом небесном фоне, - у самого ее уха раздался негромкий, с заметной хрипотцой голос Повелителя.

Увлекшаяся изучением городского пейзажа, словно растворившись в нем, Мила не услышала шагов мужчины: его голос вместе с его горячими ладонями на ее плечах стали для нее полной неожиданностью. Но надо признать, что неожиданностью приятной, а потому вместо того, чтобы испуганно вздрогнуть, она лишь расслаблено прижалась к его груди, чьи мышцы, казалось, были высечены из камня. «Учитывая цвет моего платья, я похожа скорее уж на грозовую тучу», - усмехнулась она.

- Нет, на легкое, невесомое облако, - уткнувшись подбородком в ее макушку, упрямо повторил Повелитель, своим ответом показывая, что  последнюю мысль Мила озвучила вслух.

- Ну, тебе виднее, - с улыбкой отозвалась она, наслаждаясь теплом его крепких объятий и вдыхая едва уловимый и при этом совершенно неповторимый, присущий лишь конкретно этом мужчине аромат - чуть терпкий, с ноткой горчинки. – Знаешь, - чуть погодя, продолжала Мила, - мне внезапно пришло в голову, что я еще не видела детской, а малыши скоро появятся на свет.

- Не волнуйся, я уже давно распорядился на этот счет: и покои, и все необходимое для детей будет готово, - заверил ее дракон.

- Покои? – переспросила она о том, что ей не понравилось в его словах. - Дети будут разделены?

- Конечно, - ответил Повелитель.

Продолжить разговор помещал вернувшийся официант. Пока он расставлял принесенные блюда, Мила, воспользовавшись моментом, уточнила у драконят:

«Хорошие мои, вы хотите отдельные комнаты?»

Дружное, полное ужаса «нет», стало ей ответом. Дождавшись, когда они вновь останутся с мужем наедине, она принялась его убеждать:

-  Ард, мне кажется, что дети, пока они маленькие, должны быть вместе, так им будет привычнее, учитывая сколько времени они провели в столь тесном соседстве, - она ласково погладила свой живот. – Да и присматривать за ними будет проще. И если честно, то я бы хотела, если не самой выбирать им вещи, то хотя бы принять участие в этом.

- Зачем тебе это? – заметно напрягшись после ее слов, спросил Повелитель.

- Как зачем?! Это и мои дети, - ответила она очевидное, с ужасом вспоминая их первый совместный завтрак во дворце, когда супруг грозился, что не допустить ее участия в воспитании своих наследников. С бешено стучащим сердцем она в раз севшим голосом взволнованно продолжила, - Ард, я хочу воспитывать наших детей, дай мне шанс.

Вести такие серьезные, можно даже сказать, судьбоносные разговоры, не видя глаз собеседника, не имея представления о его реакции на произнесенные слова, крайне затруднительно, поэтому высвободившись из его рук, она повернулась к мужчине лицом, торопливо пытаясь достучаться до него, пока тот хранил угрюмое молчание, и у нее была возможность привести аргументы, склонившие бы чашу весов в ее пользу:

- Мы немного не с того начали, - намекая на его общением с прежней Миланиэль, произнесла Мила. – Может, начнем с начала? – заметив, что дракон собирается, что-то сказать, накрылась его рот своей ладонью.  – Погоди, не говори ничего, дай мне закончить, - получив в ответ его кивок, она опустила руку и продолжила, - давай на чистоту – ты для меня до сих пор незнакомец. Странная ситуация – муж и будущий отец детей совершенно незнакомый че… дракон, - быстро исправилась она. – О тебе я знаю только со слов моего отца, - не самый надежный источник информации не находишь? Я не хочу ворошить прошлое и оправдываться. Думаю, в том, что произошло, есть вина обоих: моя и твоя. Давай перелистнем эту страницу. Я не прошу о многом, не прошу мне слепо верить, не прошу близко к себе подпускать. Я лишь прощу дать нам крошечный шанс узнать друг друга. Отбрось все предубеждения и присмотрись ко мне, возможно, только возможно, ты сочтешь меня если не достойным, то хотя бы подходящим вариантом. Не отвергай мое предложение сразу, подумай. Время у нас есть. Я же желаю лишь одного – иметь настоящую семью: ты, я и наши дети, -закончив, она замерла, с затаенной надеждой ожидая ответа супруга.

Повелитель колебался. Внутри него метался его дракон, взбудораженный словами эльфийки, особенно сильно задели его звериную половину слова о семье. Да и самого мужчину они не оставили равнодушным: уж слишком заманчивым было ее предложение, разыгравшееся воображение, объединив усилия с его на все согласным зверем, подкидывало видения, одно соблазнительнее другого.

- Я согласен… - договорить Повелитель не успел, он разом позабыл все, что собирался ей сказать, ослепленный ее счастливой, обезоруживающе искренней улыбкой.

И в сущности уже не было важным то, что согласиться он хотел только на ее участие выборе детских вещей. «Какая разница, - отринув в сторону свои сомнения, решил он. – При любом раскладе я ничего не теряю». И пусть доверять собственной супруге Повелитель пока не мог (это не в его натуре), держать эту странную эльфийку, лишившую его покоя, у себя на виду казалось ему вполне разумной мыслью, к тому же за последние несколько дней его дракон впервые проявил солидарность с ним, когда дело касалось этой женщины.

Не веря своим ушам, Мила, переполненная рвущимися наружу эмоциями (хотелось пуститься в пляс и кричать от восторга), порывисто обняла стоящего перед ней мужчину, подарившего ей самое дорогое, что только мог – надежду.

- Спасибо, - тихо прошептала она, размыкая объятия.

 Вот только отстраниться Миле не дали, сильные руки Повелителя, властно легли на ее талию, теснее прижимая ее к себе. Подняв голову, чтобы видеть его лицо, она лишь успела подумать, что, наверное, зря она именно так выразила свою благодарность - на нее смотрели глаза зверя, утратившие свое сходство с человеческими: вертикальный зрачок тонкой линией перечеркнул полыхавшую янтарным огнем радужку - а после чувственный ураган захватил ее, закружил в первобытном танце страсти, разметав в дальние уголки сознания все хоть сколь-нибудь разумные мысли (собрать которые, когда поцелуй все же закончился, Миле удалось далеко не сразу).

Повелитель накрыл поцелуем такие манящие, будто созданные для этой цели губы супруги, опаляя их своим горячим дыханием. Его собственные настойчиво требовали ответа, своим напором сметая любые протесты, и, услышав ее тихий стон, мужчина удовлетворенно зарычал. А уж когда прохладные тонкие женские пальчики запутались в его волосах, по его телу словно разряд молнии прошелся. Окончательно потеряв рассудок в пучине раздирающих его желаний, он, вновь и вновь припадая к ее губам, жадно пил ее дыхание, казалось, внутри него поселился ненасытный демон сладострастия, порождение самой Бездны.

Вырваться из ставшего таким желанным для обоих чувственного плена супругам помогли, как ни странно, их дети. Резкий толчок, и Мила, охнув от боли, схватилась за живот. Мгновенно среагировав на изменение в настроении эльфийки, Повелитель, тяжело дыша, сканирующим взглядом прошелся по ее фигуре.

- Что случилось? Где болит? – взволнованно засыпал ее вопросами взъерошенный дракон.

- Ард, ничего страшного. Правда, - успокаивающе заверила его Мила, делая глубокие вдохи, чтобы восстановить дыхание. - Просто малыши что-то чересчур активны сегодня.

 Уже обращаясь к детям, спросила: «За что?»

«Мы с сестрой на ЭТО не подписывались», - едко ответил Дима.

«Простите, - смутилась Мила, представив, как далеко они с мужем могли зайти, не останови их драконята, и, скорее обращаясь к самой себе, добавила, - можно подумать, мне свидетели нужны».

Заметив пристальный испытующий взгляд Повелителя, она послала ему робкую улыбку, чтобы вновь быть прижатой к его мощной груди, вздымающейся, словно кузнечные меха. Сквозь одежду она отчетливо слышала его бешено стучащее сердце, бившееся в унисон с ее собственным.

- Моя кровь, - довольно произнес он, касаясь ее живота.

- А? – непонимающе посмотрела на супруга Мила.

- Сразу видно - мои дети, такие же собственники, не желают делить мамочку ни с кем, - усмехнулся он.

«Вот именно», - подтвердил Дима, вызвав улыбку своей матери.

- Идем к столу, пообедаем и задобрим этих маленьких ревнивцев обновками, - целуя ее макушку, предложил Повелитель.

«Сам такой!» - возмутился мальчик.

«Дима, он тебя не слышит», - со смехом ответила Мила.

«Зато ты слышишь, вот и передай ему», - потребовал малыш.

«Слушаюсь и повинуюсь, мой юный господин», - пошутила она, и, решив не огорчать ребенка, вслух произнесла:

- Кто бы о ревности говорил, - с намеком посмотрела на дракона.

- Есть такое, - усмехнулся тот. Замечание супруги било не бровь, а в глаз.

Так и не выпустив эльфийку из своих объятий, он проводил ее к накрытому столу.

Молчание, воцарившееся между супругами, не тяготило никого из них: будучи  в прекрасном расположении духа, они с аппетитом принялись за еду. Мила же и вовсе представляла себе, будто вкушает яства праздничного пира по случаю своей маленькой, но такой значимой победы.

«У меня тост, - взяв бокал с соком, обратилась она к малышам. – За нашу дружную семью! Пусть ваш папа как можно скорее примет правильное для нас решение».

«Ну, в этом мы ему поможем», - многообещающе усмехнулся Дима.

«Да-да, поможем», - поддержала Мия брата.

Мила пригубила сладкий напиток, чтобы скрыть от Повелителя, уделявшему ей, пожалуй, даже больше внимания, чем наполненной тарелке перед собой, предвкушающую улыбку, в которой против ее воли, сами собой растянулись ее губы.

Покончив с трапезой, супруги вернулись к стоящему неподалеку от ресторана экипажу, который доставил правящую чету к белоснежному трехэтажному зданию, увитому побегами какого-то темно-зеленого растения с крохотными листочками-звездочками, где именитые родители предпочитали совершать покупки для своих горячо лелеемых чад.

В этом царстве чепчиков, распашонок и пеленок Мила потеряла себя: ведь вот она ее сбывшаяся наяву мечта – к ней можно прикоснуться, ее даже можно забрать с собой. Сколько раз, оказываясь в подобных магазинах на Земле, она выбирала вещи для чужих детей, с горечью и болью понимая, что для своих малышей никогда ничего не купит.

В каком-то священном восторге разглядывая каждую детскую вещичку: будь то рубашка или пинетки - она не забывала интересоваться мнением своих драконят, нравится им ее выбор или нет. И только получив высочайшее дозволение, она отдавала свое будущее приобретение сопровождавшей ее сотруднице магазина.

Устроившись в кресле, Повелитель, которому было предложено пройти в зону отдыха и скрасить свое ожидание чашечкой травяного настоя и свежим выпуском столичного «Вестника», внимательно наблюдал за своей миниатюрной эльфийкой, не притронувшись ни к напитку, ни к газете.

Не замечая никого вокруг, Мила придирчиво рассматривала привлекшую ее взор крошечную (даже в ее руках) вещь, сосредоточенно прислушиваясь к себе, а затем, видимо, что-то для себя решив, она либо с улыбкой кивала головой, протягивая приглянувшуюся вещицу стоящей рядом девушке, либо, с сожалением вздохнув, возвращала ее на место. «Обычно женщины с таким вдохновением выбирают что-то более сверкающее: колье, браслеты. А эта эльфийка разглядывает детские ползунки так, словно они сделаны из чистого золота», - усмехнулся Повелитель.

Его супруга была настолько притягательной в своей забавной серьезности, что мужчина, не в силах усидеть в кресле, подошел к ней, начав без разбора представлять на ее суд первые попавшиеся под руку детские вещи, которые она машинально принимала и рассматривала с все той же дотошной серьезностью.

В конечном счете, когда они подошли к кассе, чтобы оформить покупку, там их дожидалось внушительное число фирменных пакетов:

-Ой, - только и смогла вымолвить Мила. Посмотрев в искрящиеся снисходительной насмешкой глаза Повелителя, она шепотом спросила, - Это все я? Я тебя не разорила?

На что ее супруг лишь фыркнул:

- К твоему сведению, твой муж – самый богатый дракон в империи.

- А-а-а,  - протянула она, - тогда ладно.

- А чтобы ты не сомневалась в моей платежеспособности, мы сейчас же посетим ювелирный салон, а то, если не считать свадебных даров, ни одного подарка от меня ты еще не получила. Исправим это досадно упущение, - подмигнул ей Повелитель.

- Ошибаешься, самый лучший подарок ты мне уже сделал, - не согласилась Мила, с нежностью поглаживая живот.

Проследи за ее рукой, мужчина сглотнул и хрипло произнес:

- И все же, я настаиваю.

- Ард, давай ты убедишь меня в своей платежеспособности в другой раз, я немного устала, - тащиться неизвестно куда только за тем, чтобы потешить уязвленное самолюбие дракона, она решительно не желала.

- Мы быстро, - не сдавался Повелитель. – Обещаю, это не займет у нас много времени.

- Уговорил, раз тебе этого так сильно хочется, - сдалась Мила, сделав небольшую уступку мужчине, благодаря которому в ее душе появилась и расцвела надежда. - Но у тебя десять минут.

- Десяти минут нам вполне хватит. Прошу, строгая ты моя, - рассмеялся довольный ее покладистостью дракон.

Вот только Мила совсем не ожидала, что ее отведут прямиком в святая святых – личную мастерскую главного ювелира драконьего двора, минуя салон, внутри которого оказалось на удивление много посетителей, склонившихся над витринами, где и были выставлены на продажу переливающиеся радужными бликами творения мастера, ослепляющие блеском драгоценных камней.

Вопреки ожиданиям Милы невысокий плотный мужчина (обладатель настолько буйной растительности на лице, что из-за его кустистых бровей и косматой бороды едва можно было разглядеть его черты) не выказал никого недовольства внезапным вторжением пусть и высокопоставленных, но как ни крути, незваных гостей. Напротив, ювелир расплылся в польщенной улыбке, приветствуя правящую чету:

- Повелитель, миледи, какая честь! – вскакивая из-за станка, воскликнул он, опрокинув подставку с заготовками, над которыми трудился до прихода супругов. Неловким движением он все же поймал ее в воздухе, уронив при этом стул. Сконфуженно посмотрев на своих гостей, он вернул весело звенящие заготовки на верстак, растерянно улыбнувшись:

- Простите.

- Лорд Колльген, нет нужды извиняться, - обратился к нему Повелитель. – Ведь это мы вторглись к Вам без приглашения, да еще оторвали Вас от дел.

- Ну, что Вы, - принялся убеждать его в обратном мастер. – Вы же знаете, что двери моего салона и моей мастерской в любое время дня и ночи для Вас открыты. К тому же, как я могу судить, повод меня навестить у Вас все же был, - хитро прищурившись, посмотрел он на миледи.

- Вы как всегда проницательны, лорд Колльген. Помогите порадовать мою леди чем-нибудь особенным, - обратился к ювелиру дракон.

- Особенным говорите, - задумался мастер. – Хм, - окинул он эльфийку внимательным взглядом. - Знаете, есть у меня один гарнитур… - произнес он, повернувшись к своим именитым клиентам спиной, чтобы подойти к сейфу и извлечь из него темно-синюю бархатную коробочку с золотым тиснением. – Вот, - протянул он ее дракону. – Одна из моих последних работ.

Приняв из рук мужа футляр, Мила открыла его и не смогла сдержать восхищенного вздоха: перед ней на черном шелке лежало бриллиантовое колье-чокер. Выполненное из двух усеянных камнями узких золотых дорожек, переплетающихся между собой в искусный замысловатый узор, оно становилось похожим на тонкое изящное кружево. Миле не то, что дотронуться, дышать на него было страшно, насколько эфемерно воздушным, до невозможности хрупким выглядело оно. Плененная таинственным мягким мерцанием камней, внутри которых, казалось, был заключен кусочек клубящейся вечерней мглы, она даже не сразу обратила внимание, что в дополнение к колье шли серьги и кольцо.

- Дымчатые бриллианты, - тихо произнес Повелитель, заглянув вовнутрь. – Откуда?

- С Избергских островов недавно доставили, - благоговейным шепотом отозвался ювелир, словно боялся, что громкий голос осквернит какую-то нереальную, сверхъестественную красоту камней.

«Так, я чего-то не понимаю, - теперь уже с недоумением посмотрела она на лежавший перед ней гарнитур. – Дымчатые бриллианты - это такая редкость?»

«Редкость, - передразнил ее Дима, - Это не просто редкость, их практически не осталось, найти камни для огранки истинная удача. Мало кому удается хоть раз в жизни поработать с ними. Да и стоят они баснословных денег».

«Может, ну их, - засомневалась женщина. – Нет, украшения ошеломительно прекрасны, но я и без них могу обойтись».

«Ни в коем случае, - возмутился малыш, - Эти камни ценны еще и своими свойствами: они отражают любую магическую атаку, направленную на их владельца. Полезная безделица, не находишь? Именно поэтому они так редко встречаются: желающих их приобрести было так много, что бесконтрольная добыча привела к тому, что рудники практически исчерпали себя. Да и сдается мне, что для отца их приобретение – это уже вопрос чести и престижа. Ни один дракон не пройдет мимо камней с такими свойствами, да еще и такого размера».

И действительно круглые одиночные камни, использованные в серьгах  и кольце, были довольно крупными, достигая не меньше полутора сантиметров в диаметре.

- Берем, - на краю сознания услышала она голос Повелителя.

Заинтересовавшись происходящим рядом с ней, Мила посмотрела на мужчин, довольно пожимавших руки. Поняв, что сделка состоялась, она лишь усмехнулась, подумав: «С этим мужчиной надо всегда быть в тонусе, чуть зазевался, и все, безбожно от него отстал. Молниеносная скорость принятия решений».

Покинув мастерскую лорда Колльгена, в которой, как и обещал Повелитель, супруги провели ровно десять минут, они, сев в карету, отправились обратно к зданию ратуши.

Дракон хранил молчание, взглядом гипнотизируя темно-синий футляр, который его супруга так и не выпустила из рук. Он никак не мог понять, что же с тем не так. И внезапно его осенило:

- Миланиэль, ты почему не примерила гарнитур?

- Не знаю, - пожала плечами она. – Наверное, магия таланта лорда Колльгена поймала и меня в свои сети, - отшутилась Мила, ну не признаваться же ей, что такие украшения, несмотря на свой довольно приличный доход, она видела только в музеях и привыкла воспринимать подобную роскошь как неприкосновенное произведение искусства. – Признаться, его и в руки боязно взять: кажется, что даже легкое касание кончиком пальца станет непомерной тяжестью для него, сомнет его тончайшее ажурное плетение, - сделав страшные круглые глаза, призналась эльфийка, чем вызвала улыбку Повелителя.

- Пусть так, - благодушно принял такое объяснение дракон. – Но сейчас я бы хотел, чтобы ты надела серьги, - а после того, как Мила выполнила его просьбу, добавил, - тебе идет. По возможности, надевай их, когда покидаешь свои покои.

- Спасибо. Мне что-то угрожает? – встревожено спросила она, в ее облике даже намека на былую легкомысленную веселость не осталось.

- А что может угрожать супруге Повелителя драконьей империи? – вместо ответа он напомнил ей о рисках, связанных с ее нынешним статусом.

- И все же, ты не ответил, - упрямо стояла на своем Мила, не сводя с него внимательного, требовательного взгляда.

- Ничего серьезного, простая стычка на границе с эльфами, - неохотно признался ее супруг.

- Поэтому тебя не было за завтраком, - сложить дважды два не составило для женщины труда.

- Да, - подтвердил Повелитель.

- Это как-то связано с моим… отцом? - запнулась она на последнем слове.

- Возможно, такой вариант мы не исключаем, - не стал скрывать своих подозрений дракон.

«Вот, блин, папочка! И тут нагадить умудрился!» - нахмурилась Мила.

Повелитель, заметив, что новости, связанные с Владыкой светлых эльфов, окончательно испортили настроение его супруги, решил сменить тему:

- Хочешь, расскажу, как мы с лордом Колльгеном познакомились?

- Так и знала, что тут скрывается какая-то история, особенно после его «в любое время дня и ночи». Рассказывай, - заинтересованно велела она, радуясь возможности переключиться на что-то другое.

- Ну что ж, - начал дракон, - слушай. Дело было так…

До самого дворца Мила без остановки хохотала: ее супруг оказался талантливым рассказчиком, в лицах предавая историю своего комичного, а в чем-то и эпичного знакомства с ювелиром.

Но стоило им ступить за порог портальной комнаты во дворце, как они были пойманы леди Бьярнел.

- Повелитель, - обратилась к мужчине та, грациозно опускаясь в реверансе, - миледи.

- Элиана, ну сколько раз я должен повторить: Роквард, просто Роквард, - поморщившись, ответил он. - Оставь уже эти церемонии, хотя бы когда рядом нет посторонних.

- Нет, Повелитель, разве я могу?! То, что мы с Вами друзья детства, не дает мне такого права. Нет, нет и еще раз нет, - отрицательно покачав головой, с легкой печальной улыбкой произнесло это ожившее воплощение элегантности, просто идеальный образчик истиной леди.

На мгновение Мила почувствовала себя неполноценной, стоя рядом с этой женщиной, но неуверенностью в себе она никогда не страдала, а потому решительно прогнала это непривычное чувство прочь.

-Ох, Элиана, ты не меняешься – такая же упрямая, как и твой брат, - вздохнул он, поняв, что его просьба и в этот раз будет вежливо проигнорирована. – И что с тобой делать?

- Со мной ничего, - улыбнулась старшая фрейлина, чтобы затем серьезно добавить. – А вот с делегацией эльфов делать что-то придется.

- А что, есть проблемы? – мгновенно перестроившись на деловой лад, потребовал он ответа.

- Да, - коротко ответила она, - но не здесь же мы будем это обсуждать.

- Ты, безусловно, права, - согласился с ней Повелитель. – Прошу в мой кабинет. Миланиэль, - обратился он к супруге, повернувшись к ней лицом, - тебе придется пойти со мной, не могу же я бросить свою супругу посреди коридора. Мой секретарь проводит тебя до твоих покоев.

- Я понимаю, - заверила его Мила, скрывая свое разочарование, а заметив полный превосходства взгляд леди Бьярнел, который та победно бросила на нее, с трудом удержалась, чтобы не оттаскать соперницу за волосы, решив, что холодное равнодушие заденет ту сильнее.

И не прогадала. Не дождавшись от миледи желаемой реакции, леди Элиана скривилась, а уж стоило ей разглядеть блеснувшие в ушах ненавистной эльфийки дымчатые бриллианты, когда та чуть повернула голову, то от злости ее лицо пошло некрасивыми красными пятнами.

«Ядом не подавись, гадина», - злорадно пожелала Мила.

- Элиана, ты себя хорошо чувствуешь? – обеспокоенный внешним видом своей подруги детства, спросил Повелитель.

Вместо ответа та лишь кивнула. Прищурив глаза, она никак не могла оторвать взгляд от бесценных камней. «Смотрит так, словно я ее обокрала», -  усмехнулась Мила. Вот не нравилась ей эта женщина, и все тут! Почему-то леди Бьярнел ничего кроме отторжения у нее не вызывала.

Повелитель же, изумленно приподняв брови, смотрел на старшую фрейлину, как будто видел ее в первый раз, удивленный таким поведением, столь несвойственным той.

Заметив недоумение во взгляде мужчины, леди Элиана, словно очнувшись, поспешила исправить ситуацию:

- Простите, наверное, я все же слегка перетрудилась.

- Совсем себя не бережешь, - пожурил ее дракон, неторопливым шагом направляясь в кабинет.

Пытаясь сгладить свой промах, вновь надевая маску сдержанной, рассудительной леди, Элиана на протяжении всего пути старательно поддерживала светскую беседу, вовлекая в разговор обоих супругов. В приемной ей, к ее огромному неудовольствию, пришлось оставить их наедине, и плевать, что там еще и секретарь был. Разве преданный мальчишка, боготворящий своего Повелителя, сможет им помешать?! Нет, конечно.

Дождавшись, когда за старшей фрейлиной закроется дверь, Повелитель с теплой улыбкой обратился к Миле:

- Боюсь, что за ужином я не смогу к тебе присоединиться. Как видишь, дела, - криво усмехнулся дракон, внезапно осознавая, что еще немного и он, послав к демонам все скопившиеся за день его отсутствия дела, просто сбежит, похитив эту маленькую странную эльфийку. И, пока его воля окончательно не пала, поспешил проститься с ней, - до завтра, - склонился он над ее рукой, в чувственном поцелуе касаясь губами тыльной стороны ее запястья.

Выпрямившись, он остался довольным произведенным впечатлением – его супруга стояла красная как маков цвет.

- Энстен, проводите миледи до ее покоев, - обратился он к секретарю.

- Да, Повелитель, - отозвался знакомый долговязый юноша, понимаясь. – Прошу, - любезно открыл он перед Милой двери.


Глава 15

Покинуть приемную Мила не успела, выскочивший из кабинета Повелителя лорд Бьярнел остановил ее:

- Миледи, подождите, - когда она оглянулась, он, склонив голову, поприветствовал ее. – С позволения Вашего супруга я провожу Вас.

Подозрительно посмотрев на своего советника, дракон неохотно кивнул.

- Лорд Бьярнел, - недовольно нахмурившийся мужчина с прохладцей в голосе напомнил, - только возвращайтесь скорее, нас ждут неотложные дела.

- Разумеется, - ответил советник, плотно сжимая губы, так и норовившие растянуться в понимающей усмешке – ревность Повелителя не стала для него секретом.

И не только для советника, Мила тоже заметила перемену в настроении мужа, поэтому, не дав лорду Бьярнелу возможности приблизиться, она вышла из приемной первой, благо секретарь до сих пор удерживал двери открытыми.

По сложившейся традиции локоть мужчины она проигнорировала, справедливо опасаясь слухов (второй день подряд ее можно было увидеть в компании советника), она предпочла соблюдать дистанцию.

- Позвольте полюбопытствовать, как прошло Ваше знакомство со столицей? – прервал он повисшее между ними молчание.

- Продуктивно, - не желая вдаваться в подробности, кратко ответила она, с улыбкой вспоминая количество пакетов с детскими вещами.

Она даже ускорила шаг, стремясь как можно скорее оказаться в своих покоях, чтобы еще раз просто подержать их в руках.

Мечтательное, немного отрешенное выражение лица эльфийки, вкупе со светлой улыбкой, наглядно показало советнику ее нежелание вести диалог. Мужчине оставалось лишь гадать, что же скрывается за ее емким «продуктивно».

Украдкой рассматривая идущую рядом женщину, Лорд Бьярнел все пытался найти причину ее задумчивости и хорошего настроения. «Что же между этими двумя произошло?» - терзало его какое-то нездоровое любопытство. Он вновь и вновь сканировал ее взглядом в надежде найти зацепку, что приведет его к разгадке, пока не наткнулся на то, что могло стать логичным объяснением происходящему – дымчатые бриллианты.

«Ну, конечно, что может порадовать женщину, если не дорогая безделушка», - вот только радости от своего открытия советник почему-то не испытывал, одно лишь разочарование, разлившееся внутри него и отдающее горечью во рту.

Попыток завести разговор раздосадованный лорд больше не делал, и в тишине дворцовых коридоров, нарушаемой только звуками их шагов, они добрались до покоев эльфийки.

Обрадовавшись, что время, проведенное в ставшем каким-то некомфортным обществе хмурого советника, подошло к концу, Мила, поблагодарив за помощь, скомкано простилась с ним, а после скрылась за надежными дверьми. Лорду Бьярнелу не оставалось ничего другого, как оторопело взирать на них, закрывшихся перед самым его носом: «Не понял. И что сейчас такое было?»

Вот только ответов он так и не получил – упрямое дерево упорно хранило молчание. Прекрасно осознавая, что в своем кабинете его донесений дожидается Повелитель, советник, пожав плечами, отправился обратно.

Легкой, пружинистой походкой уверенно ступая по знакомым коридорам дворца, он никак не мог изгнать из своей головы мысли о чужой жене, даже последние данные аналитиков тайной канцелярии, касаемые вооруженной стычки на границе с эльфами, откровенно пасовали перед этой маленькой эльфийкой. «И какого демона я, словно укушенный, кинулся ее провожать? - спрашивал себя советник. – Такая с виду искренняя, неискушенная в придворных интригах, а на проверку что? – презрительно скривился он. - Обычная аристократка, ничем не отличающая от большинства придворных леди: такая же расчетливая, которая при любом удобном случае не упустить своей выгоды. Но дымчатые бриллианты? Да тут впору восхититься ее талантом».  Мысленно аплодируя предприимчивой эльфике, он не замечал, как разочарование, всколыхнувшееся от подобных мыслей, медленно распространяет свой яд, отравляя его разум.

Ругая себя, что какая-то, по сути, девчонка опять обвела его вокруг пальца, лорд Бьярнел практически в невменяемом состоянии вошел в кабинет Повелителя, который сидел за своим столом.

- Дымчатые бриллианты, серьезно? – буквально с порога бросил он, краем сознания отмечая, что его сестра уже покинула кабинет.

- Почему я не могу подарить их той, что носит моих наследников? – иронично выгнув бровь, поинтересовался Повелитель.

- Нет, я только «за». Но все же, за какие такие заслуги? – не унимался его друг.

- Да просто захотелось, - легкомысленно ответил Роквард, а заметив, как сощурились глаза советника, он, помрачнев, уточнил, - Йен, ты чего?

- Да нет, все прекрасно, - оскалившись, отозвался мужчина.

- Оно и видно, - буркнул Повелитель, скрестив руки на груди. – Йен, я тебя не первый день знаю, говори прямо, что не так, - потребовал он.

- Да не знаю я, - взревел лорд Бьярнел, а затем, словно сдувшись, продолжил усталым голосом, - просто я никак не могу понять, что представляет собой твоя супруга.

- Я тоже, мой друг, я тоже, - усмехнулся Повелитель, расписываясь в собственном бессилии. – Сегодня вот, не поверишь, полдня выбирал детские вещи.

Немое молчание, повисшее в воздухе, было буквально осязаемым.

- Можешь отмереть, - милостиво разрешил дракон.

- Ты серьезно? – потрясенно уточнил советник, а после осторожно добавил, - может пригласить лорда Лионода?

- Я абсолютно здоров, - улыбнулся Повелитель.

- Но подожди, какие, к демону, детские вещи! Откуда тогда бриллианты? – растерялся его друг.

- Боюсь, опять вызвать твое недоверие, но в мастерскую Колльгена мне пришлось ее тащить чуть ли не силой, да и то, она стребовала обещание, что внутри мы проведем не больше десяти минут, - посетовал Роквард, с улыбкой вспоминая своенравную супругу.

- Тогда я совершенно не понимаю, что происходит. Ты же так хотел избавиться от нее, придворный маг, занимающийся созданием портальной комнаты в твоем дальнем поместье, скоро какое-нибудь заковыристое проклятие для тебя изобретет, - посулил ему лорд Бьярнел.

- Я знаю, - устало ответил он, - но мой дракон странно реагирует на нее, и я не могу оставить это без внимания.

- А ты сам? – тихо спросил советник.

- Я запутался, - честно признался Повелитель другу. – Знал бы ты, как хочется ей доверять.

- Да уж, миледи полна загадок. Никогда прежде я столько раз не ошибался в своих суждениях. В любом случае присмотрись к ней, - посоветовал лорд Бьярнел другу, про себя с теплом добавив: «Надо же детские вещи для нее важнее украшений».

-  С чего бы это? – испытующе посмотрев на него, ревниво спросил Повелитель, не ставший уточнять, что уже принял для себя такое решение.

- Она другая, ее действия невозможно предугадать, - ничуть не смутившись под его взглядом, ответил советник. – Да и ты сам дымчатые бриллианты абы кому не подарил.

- Может быть, может быть, - не стал отрицать очевидное дракон.

Если бы Мила, закрывшаяся в своей спальне, услышала их разговор, то она бы очень удивилась тому факту, что ее персона поставила в тупик лучшие умы драконьей империи.

Но нельзя сказать, что происходящее в кабинете ее не интересовало. Интересовало и еще как: причем настолько сильно, что хотелось мгновенно телепортировать советника в кабинет мужа, чтобы разбить «дружеский» тет-а-тет, а еще лучше самой перенестись обратно. Даже осознавая нелепость подобных желаний, она не могла сосредоточиться ни на чем другом. Что- то грызло ее изнутри, не давая покоя, и чтобы хоть как-то усмирить этот крайне неразумный порыв, она принялась шагами мерить комнату. Но стоило ей только представить себе, что эта Элиана сейчас наедине с ее мужем, Мила была готова зарычать от собственного бессилия помешать им.

«Предыдущее предложение еще в силе», - с намеком произнес Дима.

«Что? Какое предложение?» - недоуменно переспросила она, замерев на месте.

«Давай, я ей жуткую сыпь обеспечу, - терпеливо разъяснил малыш. – С прыщами отец на нее точно не посмотрит».

«Папа на нее и без прыщей не смотрит, - хихикнула Мия, заступаясь за родителя. – Он от мамы глаз оторвать не может».

«Твои слова, да одному дракону в уши, - усмехнулась Мила. Грустно вздохнув, она добавила. - Нет, сыпь никак нельзя».

«А что можно?» - деловито поинтересовался мальчик.

«В том-то и печаль, что ничего нельзя, - скрепя сердце, ответила эльфийка. - Хоть она меня и бесит, и она, несомненно, - само воплощение зла, но, к моему глубочайшему сожалению, она – зло необходимое. Сейчас на ней весь двор. И на время визита эльфийского «папочки» у меня связаны руки, если я не хочу часто с ним пересекаться. А так, если повезет, скажусь больной и увижусь с ним от силы пару раз. Но это не значит, что я оставляю все, как есть. Вот уедет Владыка, и я найду на нее управу, нечего вокруг нашего папочки ужом виться».

Строя грандиозные планы по выдворению из замка соперницы, она не сразу обратила внимание на притихших детей, которые в полголоса шушукались, даваясь смехом.

«И в чем же причина веселья, позвольте узнать? – спросила она. - Признавайтесь, я тоже хочу посмеяться вместе с вами».

«Ты впервые сказала «нашего папочку», а то все вашего, да вашего», - просветила ее довольная Мия.

«Да, именно так, нашего, - подтвердила Мила. - Я тут крепкую ячейку общества создать пытаюсь, а она под ногами путается. Ладно, ну ее. Сейчас поужинаю, и будем воспоминания о Владыке просматривать».

«Ты еще не передумала?» - недовольно проворчал Дима.

«Не передумала. Нужно быть готовой ко всему», - упрямо произнесла она.

Малыш ничего не ответил, но его неодобрение Мила отчетливо ощущала. Ласково погладив живот, она твердо решила не отступать и следовать намеченному плану.


Глава 16

Проснувшись утром, Мила пожалела, что полночи потратила на вспоминания Миланиэль – без чудесного восстанавливающего отвара лекаря Лионода она чувствовала себя разбитой, но записка мужа с приглашением на совместный завтрак моментально придала ей сил.

Освежившись и переодевшись на этот раз в светлое, оранжево-бежевое платье прямого кроя (рукава которому заменяла надевавшаяся поверх платья, практически непрозрачная ажурная накидка, кружевной воротник которой плотно обхватывал шею), она решилась дополнить свой образ подаренным супругом колье, смягчая строгость платья, лишенного пышного декора.

Вот только столовая, если не считать слуг, оказалась пуста.

- Повелитель просил передать, чтобы Вы начинали без него. Он немного задержится, - заметив, что миледи растерянно оглядывается по сторонам, произнес один из тех, кто обычно прислуживал им за столом.

- Спасибо, Гийман, - поблагодарила она его.

Справедливо рассудив, что «немного» - это понятие растяжимое, она решила приступить к завтраку. Но стоило ей начать, как двери столовой распахнулись.

- Миланиэль, доброе утро. Прости за опоздание, - с улыбкой взирая на супругу, произнес Повелитель.

- Доброе, ничего страшного, я только начала, - заверила его Мила. – Что-нибудь случилось?

- Да обычная рутина, не бери в голову, - отмахнулся дракон.

- Владыка своим визитом доставил тебе немало проблем, - понимающе усмехнулась она.

- Есть такое, но большая их часть – головная боль Элианы, - признался мужчина, наполняя свою тарелку.

Услышав имя соперницы, Мила едва не подавилась травяным настоем. «Ох, уж эта вездесущая незаменимая Элиана», - съязвила она, пытаясь прокашляться.

- Ты в порядке?- обеспокоено спросил Повелитель.

- В полном, - улыбнувшись, заверила она его. – Мне даже как-то неудобно перед леди Бьярнел.

- Не стоит переживать по этому поводу, - сарказма в словах жены он просто не услышал, - обязанности первой леди на нее не вчера свалились. Когда отец отошел от дел, и они с матушкой покинули дворец, то свои обязанности она передала Элиане, только сменившей на посту свою мать, предыдущую старшую фрейлину. Полагаю, что за столько лет она уже привыкла к различным непредвиденным ситуациям, - произнес дракон.

«Ага, так привыкла, что уже считает себя хозяйкой во дворце и метит на место твоей супруги», - слова так и рвались с языка, и чтобы удержать их при себе, она торопливо откусила кусочек ароматной булочки. Тщательно прожевав, она произнесла иное:

- Хотела бы я сказать, что рада, что у тебя такой надежный помощник, но не могу.

- Почему? – озадаченно посмотрел на нее Повелитель.

- На это место претендую я, и наличие столь опытного конкурента только усложнит мою задачу, - ответила Мила, отставив чашечку в сторону.

- Ну, об этом еще рано говорить, - мягко улыбнулся дракон. – Как минимум, пока не подрастут малыши.

«Мне послышалось? Муженек не отрицает моего участия в судьбе малышей?! Как бы ни сглазить!» - скрестила она пальцы на удачу, торопливо выпалив:

- Я знаю. И все же я предельно откровенна с тобой, я не желаю, чтобы будь то недомолвки или недопонимание встали перед нами непреодолимой стеной. Я хочу вернуть твое доверие, - заметив, что мужчина слегка ошарашен ее напором, она, хитро прищурившись, добавила, - и, кстати, когда будем устранять пробел в моих знаниях? Когда я же узнаю о Повелителе драконьей империи, как сказать, из первоисточника?

- Что ты хочешь обо мне узнать? – вместо ответа, спросил дракон, смеясь.

Мила с трудом удержала жадное «все», скромно ответив:

- Расскажи о своей семье.

- Хм, о семье говоришь? - задумчиво посмотрев на маленькую чашечку в своих руках, он замолчал, собираясь с мыслями, а после, светло улыбнувшись, продолжил, - моя семья мало чем отличается от большинства драконьих семей: я единственный ребенок у своих родителей. Наследник угасающего, даром что правящего, рода и его надежда, - «Ну, надежда рода – это скорее я, а точнее малыши», - про себя усмехнулась Мила, внимательно слушая мужа. – Так что никаких тетушек, дядюшек, племянников, кузин и прочих родственников у меня нет. Родители, как я уже говорил, давно отошли от дел и уединенно живут вдали от суеты двора. А потому, когда встал вопрос о том, кто же выступит в роли твоего жениха, сомнений не возникло, по сути выбора-то и не было: я да хранитель библиотеки – вот и все холостые представители правящего рода.

- Мне еще повезло, оказывается, - на грани слышимости прошептала Мила, однако чуткий драконий слух уловил ее слова, вызвав понимающую ухмылку на мужском лице. - А почему твои родители присутствовали только на церемонии в храме, а на праздновании их уже не было?

- Матушка свято верит, что брачные обеты надо давать лишь своей единственной, и не одобряет договорные браки. Вот только не всем драконам везет так, как моим родителям, - ответ Повелителя породил еще большую неуверенность, которую Мила чувствовала каждый раз, когда речь заходила об этой пресловутой единственной.

«Просто отлично, мне еще и отношения со свекровью налаживать надо. Как будто мужа мне было мало», - мрачно подумала она.

«Как будто в твоем мире по-другому: всех невесток встречают с распростертыми объятиями», - язвительное замечание Димы помогло Миле встряхнуться.

«И к тому же видеться с бабушкой вы будете крайне редко – папа же сказал, что они «уединенно живут вдали от двора», а значит и причин наведываться во дворец у них не так и много», - внесла свою лепту в поднятии боевого духа матери Мия.

- Шанс встретить свою пару настолько мал? – ожидая его ответа, Мила, приободренная поддержкой детей, даже подалась немного вперед.

- Не то, чтобы мал, все-таки одиноких драконов значительно меньше, чем тех, кто счастлив со своей парой, - ясно дав понять, что образование пары – это довольно обычное, даже распространенное явление, Повелитель развеял надежды супруги, что он так и не встретит своей.

- А что делают те, кто не дождался желанной встречи? – все же поинтересовалась она.

- А что делают представители других рас? Просто живут, Миланиэль, просто живут. Кто-то даже женится, - по-доброму усмехнулся мужчина.

- Подожди, а если после, будучи несвободным, кто-нибудь из супругов встретит свою пару, что тогда? – взволновано спросила Мила, ведь вопрос касался и ее самой.

- Тогда, как правило, брак расторгается по обоюдному согласию супругов, - правильно оценив ее нахмуренные брови, он, вздохнув, попытался донести до нее то, что у драконов считается в порядке вещей, - пойми, Миланиэль, жить с драконом, которого непреодолимо тянет к другой, сомнительное удовольствие. Проще, сохранив приятельские отношения, отпустить. Ведь в таком союзе нет глубоких чувств, в их основе лежит стремление избавиться от одиночества.

- А дети у таких пар могут быть? – спросила Мила и тут же сама поняла, что сморозила глупость.

- Редко, конечно, но бывают, - подтвердил Повелитель, выразительно посмотрев на супругу.

«И мы прямое тому доказательство», - перевела она для себя его взгляд.

- Тогда я не понимаю, чем единственная отличается от остальных женщин, - тихо спросила Мила, упрямо на что-то надеясь.

- Хм, как бы объяснить, - задумчиво постучав пальцем по губам, произнес он. - Единственная - это та, кого Боги послали только для тебя, с которой связали твою душу еще до твоего рождения. Ни с кем другим дракон не будет так счастлив, как со своей единственной, лишь с ней он сможет ощутить всю полноту жизни. Если один из пары уходит за грань, то другой отправляется в след. Один поэт однажды сказал, что дракон всю свою жизнь проводит во тьме, и лишь единственная, подобно солнечному лучу, озаряет ее, изгоняя мрак, а потерять дар небес – это все равно, что ослепнуть в разгар солнечного дня, - заметив, что его супруга приуныла, Повелитель неожиданно для самого себя предложил, - что-то ты загрустила. Все время забываю, что юные романтично настроенные леди от подобных историй могут впадать в меланхолию. Тебе нужно развеяться, и, если ты закончила, приглашаю тебя на прогулку.

- Закончила, - быстро ответила она.

- Прекрасно. Гийман, передай горничной миледи, что ей нужна верхняя одежда для прогулки, - распорядился он, поднимаясь из-за стола.

Шагая под руку с Повелителем, Мила никак не могла отделаться от прочно засевших в ее голове мыслей о «даре небес», а в ее случае о каре небесной. Ведь до этого разговора она даже не представляла себе, насколько шатким было ее положение, насколько она зависима от настроений и желаний мужа. И ладно бы только она! Хуже всего, что было абсолютно неясно, каким правами в этом случае будут наделены ее дети.

Стоило им только оказаться в саду, вдали от чужих ушей, Мила, не вытерпев, все же спросила:

- Ард, ответь на один вопрос, что будет с нашими детьми, если ты встретишь единственную?

- А что с ними должно быть? – получив вместо ответа лишь неуверенное пожатие плечами, он, вздохнув, пояснил, - Миланиэль, наши с тобой дети всегда будут моими наследниками.

Мила в чем-то была благодарна дракону, что тот не стал развивать тему: о своей незавидной судьбе узнать сейчас она не была готова, иначе какой смысл прилагать столько усилий, чтобы наладить отношения с мужем, если когда-нибудь он уйдет к другой, предназначенной ему Богами.

«Мам, ну ты чего? Он может и не встретить ее», - напомнила Мия.

«И к тому же разве в твоем мире тебе кто-нибудь может гарантировать, что твой избранник будет любить тебя всю свою жизнь, будет предан тебе, никогда не предаст и не изменит? – спросил Дима.

«Нет, конечно, - усмехнулась Мила, вспоминая своего первого мужа. – Знаешь, однажды я уже пережила предательство, испытать такое второй раз как-то не хочется».

«И что, останься ты на Земле, не попробовала бы еще раз?» - спросил малыш.

«Попробовала бы, наверное, - призналась Мила. – Но там я хотя бы могла побороться с соперницей, а здесь все заранее известно».

«Побороться бы, безусловно, ты могла, а вот победить – далеко не факт», - не согласился с ней сын.

«Да, понимаю я, просто такая однозначная предопределенность убивает», - призналась Мила.

И пока она обращалась с детьми, покорно позволяя супругу вести ее по дорожкам сада в том направлении, куда тому заблагорассудится, она упустила момент для общения с ним – к ним на встречу вышла леди Бьярнел.

«Вот змея, - с трудом сохраняя приветливое выражение, подумала Мила, - Наверняка, в окно увидела нас и примчалась на метле».

«Мама, ты определись, кто она: змея или ведьма», - прыснув от смеха, прокомментировал Дима.

«Медуза Горгона: два в одном, еще и в камень обратить может», - вспомнила она один из земных мифов.

Вот только стоящая рядом с ее мужем леди, к ее великому огорчению, была реальна.

«Леди Бьярнел может, вон какие взгляды на маму кидает», - прошептала впечатлительная малышка Мия.

«А что ей еще остается?! – фыркнул Дима. – Понимает, что рядом с отцом ей ничего не светит, вот и исходит на злобу».

«Ну, шансы у нас примерно равны: никто из нас не является единственной вашего отца», - прищурившись, Мила вернула оценивающий взгляд сопернице.

«Не скажи, - не согласился с ней малыш. – Во-первых, из Вас двоих именно ты законная супруга, мать наследников, а во-вторых, отец видит в ней лишь друга детства, пусть и надежного, близкого, но только друга, не более».

«Малыш, иногда доверие становится решающим фактором. А в наших отношениях с твоим отцом оно в дефиците», - грустно усмехнулась Мила.

«Зато с другим все в полном порядке», - парировал мальчик.

«Дима! - возмутилась его смутившаяся мать. – Вот с чем-чем, а с чувством такта у тебя беда. Ничего, в будущем я учту этот факт – теперь я знаю, на что сделать упор в твоем воспитании. Вот вырастешь, и все будут называть тебя Димальд Деликатнейший».

«Ну-ну», - протянул малыш, совершенно не испугавшись ее угроз.

Шутливую перепалку с сыном пришлось прервать – леди Бьярнел поравнялась с ними, с непринужденной легкостью сделав изящный глубокий реверанс.

- Приветствую Вас, мой Повелитель, - нежным грудным голосом пропела она, вызвав у Милы приступ с трудом контролируемой ярости: «Это МОЙ муж. МОЙ! Нечего чужое себе приписывать». – Миледи.

- Элиана, опять ты со своими церемониями, - закатил глаза дракон.

- Снова, Повелитель, снова, - согласилась с ним старшая фрейлина, подарив мужчине одну из своих самых очаровательных улыбок. – Миледи, искренне прошу меня просить, - обратилась она к Миле, искусно изобразив раскаяние, - но и в этот раз я вынуждена помешать Вам.

«Искренне говоришь? Ага, так я и поверила. Нашла удобный предлог и теперь пользуется им каждый раз, как только мы с Ардом наедине остаемся», - негодовала про себя Мила, внешне ничем не дав своих душевных переживаний, дабы не радовать лишний раз соперницу.

- Что-то серьезное? - нахмурившись, обеспокоенно спросил ее супруг.

- Повелитель, Вы же меня знаете: из-за пустяка я не посмела бы потревожить Вас, - сделав большие честные глаза, немного обиженно ответила леди Бьярнел.

- Ты права, прости, - признал ее правоту дракон, и, провернувшись к супруге, добавил, - Миланиэль, к моему глубокому сожалению, я вынужден прервать нашу прогулку. Обещать не буду, но я постараюсь, вторую половину дня посвятить тебе. Проводить тебя?

- В этом нет необходимости, - мягко улыбнувшись мужчине и покачав головой, ответила Мила. – Тебя ждут, не будем тратить на это время. К тому же я с удовольствием погуляю еще. Погода сегодня чудесная.

- Тогда приятной прогулки. Я не прощаюсь, - глядя ей в глаза, он склонился над ее рукой, целуя нежную кожу запястья.

Увлеченные друг другом они совершенно позабыли о невольном свидетеле – леди Бьярнел, голубые глаза которой почернели от темных чувств, душивших женщину. Ревность, зависть и ненависть тесно переплелись друг с другом, став практически неотделимыми, а невозможность выразить их только подпитывала этот гремучий клубок, усиливая и без того бьющие через край эмоции. Единственное, что могла себе позволить старшая фрейлина, - это до боли стиснуть кулаки. Но едва Повелитель отпустил руку своей супруги, она лишилась и этой малости, с пугающей быстротой приняв самый благодушный вид, стараясь, чтобы ее улыбка не походила на оскал голодного хищника. И лишь в глубине прекрасных глаз леди притаилась озлобленная холодная тьма.


Глава 17

Стоило Миле остаться в саду одной, как прогулка утратила для нее какую бы то не было привлекательность. Раздосадовано вздохнув, она остро ощутила собственное одиночество: в отличие от своего занятого супруга она маялась от вынужденного безделья. Да ей даже поговорить было не с кем! Ни подруг, ни приятельниц, за разговором с которыми можно скоротать время.

«А мы тебе на что?» - с упреком спросил малыш.

«Прости, - взбодрившись, повинилась Мила, до этого медленно идущая по гравийным дорожкам и без интереса разглядывающая незнакомые растения. – Только на вас с сестрой вся надежда».

«Вот-вот, - ворчливо заметил мальчик, будь возможность, он еще бы и пальцем погрозил. – С нами не пропадешь».

«Конечно, - улыбаясь, согласилась с ним женщина. Погладив свой живот, она добавила, - два самых замечательных дракончика и оба мне достались».

«Мама, а у тебя в роду точно драконов не было?» - с сомнением спросил Дима.

«Точно, -  со смехом заверила его Мила. - А почему ты спрашиваешь?»

«Да настроения у тебя сегодня какие-то собственнические, я бы даже сказал, хватательные: и нас присвоила, и отца нашего в новый ранг возвела», - охотно отозвался малыш, насмешливо фыркнув.

«Это в какой же?»- недоуменно переспросила Мила.

«А кто вчера повысил его до «нашего», а сегодня так вообще едва не кричал во всеуслышание «мой»?» - явно веселясь, ответил ей сын.

Смутившись, что ее запальчивые мысли не составили для драконят секрета, она все же ответила на этот, по сути, риторический вопрос: «Ну, я. Но это  действительно так: Повелитель – мой муж, и теперь, когда мои казавшиеся такими несбыточными, призрачными надежды стали более чем реальными, я буду бороться».

Выпалив признание детям, Мила осознала, что да, бороться будет, и плевать, что бороться предстоит с сильной соперницей. «Да пусть, хоть сама единственная явиться, - воинственно храбрилась она, - за свою семью я буду биться до последнего!»

Настроение женщины, в который раз спасенное детьми, значительно улучшилось, и уныние, грозившее поглотить ее, сгинуло без следа. Побродив еще немного по саду, она поняла, что желания продолжать прогулку у нее так и не появилось. Придерживая длинные юбки платья, она решительно развернулась и направилась обратно во дворец.

Как оказалось, на первом этаже ее дожидалась присланная Повелителем горничная. Приятное тепло от проявленной по-своему трогательной заботы разлилось внутри нее, и невольная улыбка заиграла на ее губах.

- Бельтиса, как хорошо, что ты здесь, - обратилась она к девушке. – Проводи меня, пожалуйста, в библиотеку, боюсь, что сама я могу заблудиться.

- Как Вам будет угодно, - сделав книксен, ответила служанка.

Следуя за горничной, Мила надеялась, что хранитель не будет занят и обрадуется ее визиту. Попросив девушку подождать, она, открыв тяжелую дверь библиотеки, вошла.

Окинув взглядом залитое светом помещение, она нашла того, кого искала: лорд Данен хаш Альфус по своему обыкновению сидел за столом, увлеченный чтением настолько, что совершенно не заметил, что его уединение было нарушено.

- Доброе утро, лорд Данен, - негромко произнесла Мила, чтобы привлечь к себе его внимание.

Подняв на ее рассеянный взгляд, старик несколько мгновений непонимающе смотрел на нее, но постепенно его взгляд прояснялся, приобретая осознанность, и вот сам дракон, расплывшись в широкой улыбке, приветствует ее в ответ.

- Миледи, как приятная неожиданность! – воскликнул он.

Захлопнув книгу, хранитель довольно проворно для своих лет вскочил на ноги.

- Лорд Данен, ну какая миледи. Просто Миланиэль, - мягко упрекнула она его.

- Кто бы говорил, - улыбнулся еще шире дракон, - сами упорно меня величаете лорд.

- Ну, не могу я так непочтительно к Вам обращаться. Вы же мне как дедушка, - призналась Мила.

- Может, мне тогда звать Вас внучкой? – хитро прищурившись, спросил хранитель.

- Я только «за», - заверила его эльфийка, серьезно добавив, - в этом огромном дворце я была бы рада иметь такого дедушку.

- Тогда решено, наедине обращаемся друг к другу на «ты», и ты, внучка, зовешь меня дедушкой, - довольно потирая руки, произнес лорд Данен.

- Согласна. Дедушка, а можно я записку супругу напишу, чтобы не потерял меня? – смеясь, спросила она.

- Конечно, - в приглашающем жесте он указал на свой стол. – Садись, пиши, все, что нужно, в твоем распоряжении.

Написав несколько строк, Мила отдала послание горничной, ждущей ее в коридоре. Вернувшись, она обнаружила с комфортом устроившегося возле камина лорда Данена.

- О, вот и внученька вернулась. Садись рядышком, - кивком головы указал он на соседнее пустующее кресло. Хранитель, терпеливо дождавшись, когда Мила сядет напротив, поинтересовался, ласково глядя на нее, - и что привело тебя ко мне?

- Соскучилась, дедушка? – смеясь, вопросительно ответила женщина.

- Не скрою, что мне, безусловно, приятно, что ты не забываешь старика, но все же? – улыбка не покинула его губ, но вот глаза смотрели, казалось, прямо в душу: пристально, немного обеспокоенно и очень серьезно.

Мила, для которой было не свойственно жаловаться, неожиданно для самой себя призналась:

- Одиноко мне во дворце. Только Вы и привечаете пришлую эльфийку.

- Мы же договорились на «ты», - шутливо погрозив пальцем, напомнил ей хранитель. – А муж тебе на что? Или совсем не уделяет внимания молодой жене? – под конец хмуро сведя брови над переносицей, спросил он.

- В последние дни он встал на путь исправления, - встав на защиту супруга, иронично ответила Мила и, грустно вздохнув, добавила, – да только обязанности Повелителя еще никто не отменял.

- Хм, - задумчиво прищурился пожилой дракон. – Не печалься, внученька. Подружки и приятельницы – это дело наживное, совсем скоро на меня, старика, и времени не останется, - заметив, что Мила хотела что-то возразить, вскинул руку в останавливающем жесте, - не перебивай, дорогая, такова жизнь, я не в укор тебе это говорю. Просто знай, что я всегда тебе рад.

- Спасибо, - растроганно прошептала Мила, часто заморгав, чтобы прогнать непрошеные слезы.

- Ну вот, довел до слез, - удрученно покачал головой лорд Данен.

- Нет-нет, все в порядке, - светло улыбнулась ему женщина. – Просто сейчас я наконец-то услышала именно то, в чем так нуждалась.

Скрывая жалость во взгляде, чтобы ненароком не обидеть такую хрупкую на вид, но гордую эльфийку, хранителю оставалось лишь молча давиться ругательствами: «Глупец! Тоже мне Повелитель нашелся! Ну, Ард, как был мальчишкой, так им и остался. Даже власть ума не прибавила. Ишь, до чего малышку довел?! Ну, ничего, я с ним поговорю, напомню обормоту, как нужно за красавицей-женой ухаживать».

Задавшись целью поднять настроение своей «внучке» (которое сам же, пусть и невольно, но испортил допущенной бестактностью), лорд Данен принялся рассказывать юной эльфийке самые курьезные случаи из своей жизни.

За оживленной беседой, щедро сдобренной звонким переливчатым смехом Милы, они бы и не заметили, как миновал полдень, если бы часы на каминной полке не пробили двенадцать раз.

- Ой, как быстро время пролетело, - удивилась она, посмотрев на золотые часы.

- В приятном обществе всегда так, - улыбнулся хранитель. – Уже и обедать пора.

- Дедушка, а можно я составлю тебе компанию? – поколебавшись, все же спросила Мила. – Не хочется мне сегодня что-то кушать в одиночестве.

- Почту за честь, - согласился лорд Данен, про себя добавив: «Вот теперь точно разговору с великовозрастным мальчишкой быть!»

Распорядившись насчет обеда, хранитель проводил Милу в небольшое, но по-домашнему уютное помещение, использовавшееся вместо столовой. Дожидаясь слуг, они сели на софу, и между ними вновь завязалась оживленная беседа, которая не прервалась даже тогда, когда они переместились за накрытый слугами стол.

В скромном по площади (в масштабах дворца, конечно) помещении воцарилась веселая, искрящаяся, как пузырьки шампанского, атмосфера, которая только усиливала и без того немаленький аппетит Милы, раздразненный витающими в воздухе ароматами. Не забывая о содержимом своей тарелки, она до слез хохотала над шутками пожилого дракона.

Такой: разрумянившейся от смеха, с блестящими глазами – ее и нашел Повелитель.

- Приветствую тебя, дед, - тепло произнес он, стоило ему только войти. – Позволите присоединиться к вам?

- Проходи. Кто же не пустит за стол хозяина дома? – иронично спросил хранитель.

 Фыркнув, Повелитель устроился за столом, отставляя без внимания слова старика.

- Миланиэль, - обратился он к супруге, - рад, что ты не скучала. Как и обещал, я освободился и весь в твоем распоряжении.

- Какие перспективы, - хитро сверкнув глазами, ответила эльфийка. – И чем сегодня меня планирует удивить мой дорогой супруг?

- Как насчет прогулки по вечерней столице? – предложил Ард.

- Замечательная идея, - похвалила Мила.

Лорд Данен, подав знак слуге, чтобы его внуку принесли приборы, тактично хранил молчание, дабе не мешать молодым. С довольной, понимающей ухмылкой он переводил взгляд с одного супруга на другого, слишком увлеченных друг другом, чтобы замечать происходящее вокруг. Когда же  в столовой повисла тишина, он прокашлялся, привлекая к себе внимание венценосной четы:

-  Раз собрались осмотреть достопримечательности вечернего Минрок-Хейма, то настоятельно рекомендую посетить Пещеры радости.

- Пещеры радости? – удивленно переспросила Мила.

- Да, крайне романтичное, а уж в вечернее время поистине волшебное место, - мечтательное прикрыв глаза, ответил старик.

- Но, дед… - попытался возразить Повелитель.

Распахнув глаза, лорд Данен кинул внуку острый как нож предупреждающий взгляд.

- Поверьте старику на слово, - держа Повелителя под прицелом своих выцветших, многое повидавших на своем веку глаз, с нажимом произнес он. А посмотрев на недоумевающую эльфийку, он, смягчившись, добавил, - Думаю, ничего прекраснее во всей столице не сыскать. Правда, внук?

- Правда, - неохотно отозвался тот.

- Ард, если ты не хочешь, то может не стоит? – сомневаясь, спросила нахмурившаяся Мила. Ссориться с мужем из-за того, о чем она не имела ни малейшего представления, не входило в ее планы.

- Нет, дед дал дельный совет, - натянуто улыбнулся эльфийке Повелитель.

Пожав плечами, Мила вернулась к трапезе, покончив с которой она покинула мужчин, чтобы подготовиться к предстоящей прогулке.

Оставшись вдвоем, Повелитель испытующе посмотрел на хранителя:

- И что это за идея с Пещерами радости? А, дед? Или ты забыл, что туда приходят со своей единственной? – с иронией в голосе спросил он.

- Глупец, дальше собственного носа не видящий, - ответил лорд Данен. – Если своего ума нет, так послушай того, чьей долгой жизни хватило бы не на одну.

- Что ты хочешь этим сказать? – напрягся его внук.

- Все, что хотел, я сказал, - усмехнулся хранитель, внезапно передумавший разжевывать прописные истины: «Зерно сомнений я в нем прорастил, остальное за ним. Большой мальчик, разберется».

Немного помолчав, пожилой дракон все же расщедрился на еще один совет:

- Береги свою эльфийку, Ард. Как зеницу ока береги. Не то потом, пожалеешь, да поздно будет. Прости, внук, я ненадолго покину тебя, - поднимаясь, произнес он.

Повелитель, озадаченный словами старика, хмуро глядел на его пустующее кресло, как будто оно знало все ответы на его вопросы: «Так что же ты хотел этими намеками сообщить мне, дед? Неужели я ошибся? – засомневался мужчина, но через мгновение он решительно тряхнул головой, погоняя нелепые мысли. – Нет, этого просто не может быть. Ошибка исключена. Но почему тогда дед на ее стороне? Да что там дед, мой дракон за ее горой стоит, - усмехнулся он. – Чем она их взяла? Чем очаровала?»

Задавая самому себе вопросы, Повелитель не был до конца честен собой, он упрямо отрицал тот факт, что маленькая эльфийка нашла лазейку в его броне и просочилась под кожу, крепко обосновавшись в его душе, постоянно присутствуя в его мыслях.

Как бы ни желала Мила как можно скорее вернуться к мужу и оставить позади стены дворца (чтобы никакая леди Элиана не помешала им), она все же тщательно подготовилась к предстоящей прогулке – небрежность в одежде могла бросить тень на ее репутацию, как-никак она теперь супруга Повелителя драконьей империи.

Придирчиво окинув взглядом свой с каждым днем расширяющийся гардероб, она, выдохнув, решительно взялась за поиски. Ее настойчивость была вознаграждена, и в итоге на нее из зеркала смотрела утонченная незнакомка в закрытом пышном платье цвета спелой сливы, растительный орнамент которого был вышит золотыми нитями. Кокетливо поправив прическу, Мила подмигнула ей и, взяв в руки накидку (для контраста она выбрала светлую: ванильный оттенок которой выгодно подчеркивал яркий цвет платья), отправилась обратно в библиотеку.

Повелитель негромко о чем-то переговаривался с хранителем и, едва она вошла, оборвав себя на полуслове, замолчал, с восхищением глядя на нее.

- Внучка, ты прекрасна, словно только что раскрывшийся бутон цветка, - первым оценил усилия Милы лорд Данен, насмешливо при этом посмотрев на своего молодого родственника, который, казалось не замечал никого вокруг – весь его мир сузился до одной женщины, его супруги.

- Спасибо, - ответила та на комплимент, нежный румянец смущения еще больше украсил ее. – Я…- поворачиваясь к мужу, Мила хотела сказать, что готова к прогулке, но встретившись с ним взглядом, попала в плен его янтарных глаз.

Огонь, заключенный в их глубине, бился, разгораясь с каждым мгновением все сильнее. Спасло супругов лишь деликатное покашливание старика, за которым тот пытался скрыть свое веселье (правда, это получалось у него прескверно). Моргнув пару раз, первым очнулся Повелитель.

- Потр-р-р-рясающе выглядишь, - хриплым голосом пророкотал дракон. Пламя, медленно угасая, вновь притаилось, растворяясь в обжигающем янтаре.

- Спасибо, - сипло поблагодарила Мила, неверной рукой поправляя глухой ворот платья, который безжалостно сдавил ее шею, будто внезапно стал  нестерпимо мал.  

Ощутив, как дрожат ее пальцы, она заставила себя опустить руку, спрятав предательницу под складками плаща, подальше от любопытных глаз. Облизав пересохшие губы, она произнесла то, что собиралась сказать в самом начале:

- Я готова.

- Отлично. Дед, если не возражаешь, продолжим разговор в другой раз? – спросил Повелитель, поднимаясь.

- Да какие тут могут быть возражения?! Идите, веселитесь, - махнул он рукой, прогоняя их из своих владений.

Простившись со стариком, они направились в уже знакомую Миле портальную комнату, чтобы оттуда переместиться в столичное здание ратуши.

Как и в прошлый раз их дожидалась черная карета, полированная поверхность которой практически непереносимо блестела, отражая солнечный свет. Только сев в экипаж, Мила смогла расслабиться – ей все время казалось, что из-за угла появится леди Бьярнел и похитит ее супруга для решения важных государственных дел.

«Так и до паранойи недалеко», - нервно фыркнула она.

«А как ты хотела?! С волками жить по-волчьи выть», - едко произнес Дима, которому очень приглянулись земные поговорки.

«Чур меня, чур», - в притворном ужасе открестилась от такой участи Мила.

- Могу я поинтересоваться, куда мы едем? Или это сюрприз? – спросила она, чтобы нарушить затянувшееся молчание.

- Вообще-то, сюрприз, - начал Повелитель, - но так как тебе название ни о чем не скажет, то я приподниму завесу тайны: мы направляемся в Западный парк.

- Западный? – переспросила она. – Судя по названию, есть еще три. Почему тогда туда?

- Да, ты права: есть еще Северный, Южный и Восточный соответственно. А выбрал я его за то, что именно оттуда открывается потрясающий вид на долину в лучах закатного солнца. Его, кстати, еще называют Закатным.

- Оригинальные названия в столице: «Закатный парк», «Рассветные холмы», - улыбнулась Мила.

- Какие есть, - пожав плечами, ответил дракон. – Возможно, общность этих названий объяснятся тем, что и парк, и ресторан находятся в одном районе. Кто знает.

Слушая супруга, Мила изучала мелькающий за окном городской пейзаж.

- Мне кажется, или мы здесь были вчера? – спросила она.

Повелитель кивнул, подтверждая ее догадки:

- Все верно. Самый короткий путь от ратуши до западного парка лежит как раз через ремесленные кварталы.

Мила только хотела сказать, что с удовольствием бы проехалась и более длинным маршрутом, из окна при этом наблюдая за городской суетой, как увидела в конце улицы какое-то большое скопление народа.

- Ард, что там? – спросила она.

- Гуляния в честь Воскресной ярмарки, устраиваемые Советом ремесленников, - равнодушно отозвался дракон.

- Ард, а давай ненадолго остановимся: посмотрим, пройдемся вдоль рядов, - с горящими от предвкушения глазами попросила Мила.

- Миланиэль, если члены Совета прознают, что я в столице, то мы до утра не выберемся от туда, - поморщившись от досады, признался мужчина.

- Ард, ну пожалуйста. Мы капюшоны накинем, и никто нас не узнает. Смотри, многие аристократы так ходят, сохраняя свое инкогнито, - указала она рукой на мелькающие среди простого люда фигуры, полностью закутанные в плащи. - Я буду предельно осторожной, - пообещала эльфийка, с надеждой заглядывая в глаза своему колеблющемуся супругу.

- От меня ни на шаг, - сдался Повелитель, от чего-то не желая видеть, как исчезает задорный блеск ее глаз, а на смену ему приходит холодное разочарование.

Влившись в гудящую толпу, он одной рукой обнял Милу, крепко прижав к своему боку, чтобы та не потерялась, зорко следя, чтобы его маленькой эльфийки никто не коснулся. Вероятно, давление его мощной ауры было настолько велико, что женщину никто не задел, даже ткани ее платья не потревожил. Горожане, на уровне инстинктов чувствуя угрозу, расступались перед супругами, чтобы потом вновь сомкнуть ряды за их спинами.

Миле же не было дела до странного поведения гуляющих, она едва ли его заметила. Несколько растерявшись от противоречивых желаний, она алчным взглядом пыталась охватить все вокруг - ее глаза разбежались, мечась от одного прилавка к другому. Ей хотелось все и сразу: попробовать яркий леденец на палочке, чей глянцевый бок призывно блестел на солнце, выпить ягодный морс, продававшийся по соседству, выбрать одну из цветастых шалей.

Повелитель, посмеиваясь про себя, покорно шел за ней, когда она тянула его к очередному уличному торговцу, призывно разложившему свое добро. «Да она словно ребенок, с такой же искренней непосредственностью и живым любопытством изучает мир вокруг себя. Дешевые безделицы для нее не менее привлекательны, чем бриллианты, подаренные мной, - он, пряча снисходительную улыбку в тени капюшона, взирал на замершую в нерешительности Милу, которая никак не могла определиться в какую сторону ей двигаться дальше. – Даже Лин, когда, будучи молодыми юнцами, мы с Йеном взяли ее с собой, брезгливо сморщила свой нос, обозвав праздник ремесленников - плебейским развлечением. После она наотрез отказалась участвовать в «подобных непотребствах», как она тогда выразилась».

Мила, вкусив ярмарочной суеты, уже хотела было возвращаться к экипажу, как увидела прилавок с деревянными игрушками, сиротливо притулившийся на самом краю торжища. Даже то, что он находился на другом конце улице, не могло остановить ее. Дернув мужа за рукав, чтобы привлечь его внимание, она прошептала свою просьбу на ухо склонившемуся мужчине. Ощущая ее горячее дыхание, Повелитель напряженно застыл, готовый в этот момент достать луну с неба, не то что проводить к прилавку. Потемневшим взором наметив цель, он, покрепче прижав к себе супругу, словно ледокол повел ее через толпу. Миле оставалось лишь скрывать довольную улыбку, так и норовившую растянуть ее губы, да успевать переставлять ноги вслед за драконом, слишком рьяно принявшимся исполнять ее маленькую прихоть.

Продавщицей оказалась пожилая женщина в опрятной, но изрядно поношенной одежде, до появления супругов безучастно взирающая на шумные гуляния. Казалось, что всеобщее веселье не достигает ее. Но стоило богатым покупателем остановиться рядом с ней, как равнодушие, овладевшее той, дало трещину. Окинув парочку аристократов перед ней острым взглядом, полным колючего недоверия и удивления, она, спохватившись, что подобное поведение непозволительно и могло быть расценено как оскорбление, торопливо опустила глаза, сцепив свои скрученные артритом пальцы.

- Могу я посмотреть поближе? – мелодичный голос леди заставил ее вновь поднять глаза.

- Конечно, - скрипуче из-за пересохшего горла отозвалась она.

- Ард, ты только посмотри, какая красота! – воскликнула Мила, поднося к его лицу пару маленьких, величиной с ладонь, резных деревянных лошадок.

Уделив им от силы пару мгновений, Повелитель вновь обратил все свое внимание на супругу, любуясь ее умилением.

- Да, - хрипло согласился он.

«Кто-кто, а Миланиэль мимо детских игрушек не пройдет,  - по-доброму усмехнулся про себя дракон, с нежностью глядя на супругу. – Невероятно искренняя женщина: выбирает только то, что пришлось по душе, без оглядки на модные веяния и имя мастера. Для нее словно не существует такого понятия как «престиж». Интересно, она во всем руководствуется велением сердца?»

Наблюдая за тем, как она восхищенно рассматривает товар, как, едва касаясь тонкими пальцами, трепетно обводит расписной узор, он пытался найти ответ на такой важный вопрос.

А Мила, очарованная конной парой: черный как ночь конь и белая как туман лошадка, в гривах которых запутались крошечные звездочки, даже не подозревала о том, что стала причиной глубокой задумчивости супруга.

- Берем, - улыбнулась она продавщице.

- А почему именно эти? – спросил дракон.

Плечи старой драконицы опустились. Заметив это, Мила поспешила успокоить старушку:

- Мне они понравились: они какие-то теплые.

Присмотревшись повнимательнее к ее выбору, Повелитель увидел слабое мерцание защитных чар.

- Бери, это отличные охранные амулеты, - посоветовал он.

- Правда? Может тогда, возьмем все? - уж очень Миле хотелось помочь несчастной, да и сами игрушки мало того, что все ей приглянулись, так еще и полезными оказались.

Потрясенная продавщица с мольбой уставилась на сопровождавшего странную покупательницу спутника. Пожав плечами, тот ответил:

- Почему бы и нет.

- Чудесно, - широко улыбнувшись продавщице, она обратилась к ней с просьбой, - Мы все берем. Скажите, а где мы можем найти мастера? Я бы хотела и впредь заказывать у него игрушки.

Совершенно растерявшаяся женщина несколько раз моргнула, затем отмерев, скороговоркой произнесла:

- Дак, это муж мой, госпожа. Вот только ноги у него отнялись, ходить он совсем не может.

- А как зовут почтенного мастера? – вклинился в разговор Повелитель.

- Иваром кличут, господин, - ответила продавщица.

- Завтра отправляйся в мебельный салон братьев канн Форгер, там тебя будут ждать, - велел ей дракон.

- Как прикажите, господин, - еще не веря своей удаче, тихо ответила та, складывая покупки в плетеную корзинку.

С легкостью подхватив довольно увесистую поклажу одной рукой, Повелитель, обняв супругу другой, поинтересовался, склонившись к ее уху:

- Что еще желает осмотреть моя леди?

- Обещанный Западный парк, что же еще?! - с лихорадочным блеском в глазах хрипло ответила Мила.

Оставшись довольным произведенным эффектом, дракон повел свою супругу к карете.


Глава 18

Черный экипаж Повелителя, встав в стройные ряды своих собратьев, принадлежавших сливкам драконьего общества, остановился неподалеку от смотровой площадки, к которой сразу же устремились его пассажиры. Стоило Милиным ботиночкам ступить на камень брусчатки, которым была вымощена площадка, как она сама, оглядевшись, потрясенно застыла с широко распахнутыми от изумления глазами, словно пытаясь таким образом вобрать в себя как можно больше из открывшегося взору головокружительного пейзажа.

- Ну, что же ты?! – с улыбкой покачал головой Повелитель. – Идем, дитя леса.

- Ард, это невероятно. Это магия, да? – восторженно спросила Мила.

- Нет, - посмеиваясь над реакцией супруги, отверг ее предположение дракон. – Ты удивишься, но этот парк – результат тяжелого труда сотен мастеров.

Отмерев, Мила обошла супруга и остановилась у самого края площадки, взявшись за ограждения: там внизу, раскинулся Западный парк. Уходящий на десятки метров вниз, он по форме напоминал огромную чашу, с одной стороны гранича с горным массивом, у подножия сплошь покрытым густым хвойным лесом, через могучие ветки которого не могло пробиться солнце. И на этом мрачном, темно-зеленом фоне разноцветная растительность парка покоряла своей нежной свежестью, какой-то воздушной легкостью, завораживая невыразимой прелестью пробуждающейся природы. Здесь еще не было буйной летней зелени, весна была в самом разгаре и вокруг царила сдержанная пастельная палитра: светло-зеленый цвет молодой листвы и великое многообразие как светлых, так и темных оттенков обильно цветущих растений: от молочных, розовых и голубых до бордовых, черничных и фиолетовых. И все это богатство и разнообразие флоры дополнялось многочисленными небольшими водоемами, речушками и ручейками, с перекинутыми через них мостиками.  Витые деревянные лестницы позволяли посетителям парка любоваться его великолепием с разной высоты, без проблем перемещаясь между его ярусами.

- Парк разбили на месте старого заброшенного карьера, в котором когда-то добывали дымчатые бриллианты, - произнес Повелитель, со спины обнимая супругу. – Спустимся?

- Спрашиваешь, - деланно возмутилась Мила. – Кто в здравом уме откажется.

- Тогда прошу, прекрасная леди. Позвольте быть Вашим проводником в этот растительный рай,  -  галантно поклонившись, произнес дракон.

Наслаждаясь неспешной прогулкой, Мила не переставала удивляться сказочной красоте этого места: за каждым поворотом извилистой дорожки ее непременно ждало что-нибудь новое, совершенно неожиданное. Будь то маленькая уединенная беседка, таинственно сокрытая от чужих глаз ветвями пышно цветущего кустарника (к которой вела узкая тропинка из выложенных плоских камней прямо посреди прозрачного неглубокого прудика, служащего жилищем для стайки мелких рыбешек с искрящейся на солнце серебристой чешуей, от чего вода переливалась радужными бликами). Или же крошечное озеро с бьющими прямо из его центра, вертикально вверх, струями воды, так правдоподобно имитирующими природные гейзеры.  Или же забавные скульптуры животных - представителей местной фауны, затейливо разбросанные по всему парку. А уж когда на дорожку выскочил маленький пушистый зверек, умилению женщины не было предела!

Мила потеряла счет времени, и совершенно точно не желала покидать это волшебное место: вместо этого хотелось сойти с проложенного садовниками пути и, скинув ботиночки, босиком пройтись по  мягкому, влажному моховому ковру, затеряться среди зарослей папоротников.  

Почувствовав легкую усталость, она села отдохнуть на деревянную скамейку, стоящую под сенью большого раскидистого дерева. Запрокинув голову, Мила задумчиво изучала тонкое кружево переплетенных ветвей, растворившись в звуках природы, ощущая, как по ее лицу скользят покорные ветру ажурные тени.

- Тут есть небольшой ресторан, если проголодалась, мы можем зайти, перекусить, - предложил Повелитель.

- С удовольствием, - согласилась его супруга, буквально переполненная впечатлениями.

К огромной радости Милы ресторан располагался совсем рядом, и уже через несколько минут чопорный метрдотель, с достоинством поклонившись, проводил сиятельных господ в отдельный кабинет, главным украшением которого, безусловно, служило большое, во всю стену, панорамное окно.

- Чем-то напоминает «Рассветные холмы», - поделилась своими ощущениями Мила, когда метрдотель оставил их вдвоем.

- У них один владелец, - ответил Повелитель.

- Это многое объясняет, - улыбнулась его супруга. – Давай закажем что-нибудь. Не скрою, свежий воздух немало поспособствовал моему аппетиту.  Что посоветуешь?

Обсудив заказ, они и сами не заметили, как между ними завязалась непринужденная беседа, которая прервалась с появлением в кабинете официанта, но с его уходом возобновилась вновь.

То ли камерная обстановка кабинета располагала к задушевному общению, то ли сама Мила слишком расслабилась после длинного, наполненного событиями дня, но так комфортно и умиротворенно рядом с этим мужчиной она не чувствовала себя никогда прежде.

Сытая и разомлевшая она в сопровождении мужа вышла в вечерние сумерки. И Закатный парк совершил невозможное - поразил ее второй раз за день. Подсвеченный магическими огнями, он производил неизгладимое впечатление. Казалось, мягкое сияние излучают сами растения, будто  каждый цветок, каждый бутон неярко мерцает в стремительно прибывающей темноте. Когда гостеприимные стены ресторана скрылись из виду за очередным поворотом, Мила, очутившись в окружении разноцветных пятен света, озарявших ночную мглу, абсолютно утратила чувство реальности, ощущая себя в каком-то фантастическом сне. 

- Кстати, Пещеры радости, о которых говорил дед, тоже здесь, - голос Повелителя стал той ниточкой, которая вернула ее к действительности.

- Да? – как можно безразличнее спросила Мила, сбрасывая себя наваждение.

- Да, - подтвердил дракон, - и раз уж мы здесь, может, не будем расстраивать старика и заглянем туда.

- Заглянем, - ровным, недрогнувшим голосом дала она согласие, вот только почему-то глупое сердце пойманной птицей забилось в груди.

- Тогда нам сюда, - Повелитель указал на одно из ответвлений дорожки. – Есть легенда, связанная с этими пещерами. Рассказать? – спросил он, сворачивая в нужном направлении.

- Конечно. Мог бы и не спрашивать, - с улыбкой укорила его Мила.

- В те далекие времена, - начал мужчина, - когда Минрок-Хейм еще только строился и занимал не более половины долины, жил молодой дракон. Жил он весело и беззаботно, пока однажды не встретил прекрасную незнакомку, покорившую его сердце одним лишь робким мимолетным взглядом. Но ничего не успел предпринять юноша, карета, в которой сидела девушка, тронулась, увозя ее прочь. Долго искал он свою возлюбленную, позабыв про покой и сон. Уже практически отчаявшись, на ежегодном балу, устраиваемом во дворце Повелителя, среди дебютанток он узнал свою прекрасную незнакомку.  Вот только оба, являясь наследниками знатных родов, были помолвлены чуть ли не с рождения. Зная, что согласия родителей им не получить, влюбленные решили сбежать. Но главы их семей организовали погоню, и, скрываясь, молодые спрятались в одной из пещер. Им не оставалось ничего другого, как молить Богов о чуде. И Боги услышали их и смилостивились. Едва преследователи настигли беглецов, фигуры тех вспыхнули ярким светом, а когда он угас, на их запястьях появились брачные браслеты, которые невозможно было снять. И теперь многие пары направляются сюда в надежде на благословление Богов.

- И чудо свершается? – тихо спросила Мила.

- Бывает, - ответил Повелитель. – Вот только брачные браслеты благословленные покупают уже сами в храме. Видимо, Боги решили, что на всех страждущих браслетов не напасешься.   

- Ард, ты сейчас Богов фактически скрягами назвал, - женщина нервно рассмеялась. Чувствуя важность происходящего, она с каждым мгновением волновалась все сильнее. – Не боишься, навлечь на себя их праведный гнев?

- Мне остается лишь уповать на их снисхождение, - шутливо ответил дракон, за беззаботным тоном скрывающий растущее в его душе напряжение. - Мы пришли.

Входом в пещеру служила небольшая расщелина, уродливо чернеющая, словно рана на боку, на практически идеально гладкой  поверхности отвесной скалы. Узкая настолько, что пройти через нее можно было только по одному. Поежившись, Мила с некоторой опаской вслед за супругом ступила в ее тень. Когда же широкие мужские плечи перестали загораживать обзор, Мила не смогла сдержать восхищенного вздоха.

Казалось, что кто-то сокрыл от чужих глаз часть Закатного парка здесь, в пещере, отделив от остального мира каменной стеной. А может парковым растениям стало тесно на выделенной территории, и часть из них, проникнув внутрь, захватила все свободное пространство? Кто знает, но зеленые оккупанты были везде: на каменном полу, на стенах, а часть и вовсе свисала со свода пещеры, частично обрушившегося, через образовавшуюся горловину которого внутрь заглядывали любопытные, незнакомые Миле, звезды, загоревшиеся в ночном небе. И в лучах этих далеких звезд в самом центре огромного зала плескалось озеро чистейшей воды.

Неосознанно шагнув вперед, Мила оступилась и непременно упала бы, если ее вовремя не подхватили сильные руки мужчины. Напряжение, царившее между ними в этот момент, достигло своего апогея, и как сжатая до предела пружина стремительно распрямляется, так и тесная близость, рожденная вынужденными объятьями, подтолкнула их друг к другу. И было уже совершенно неважно, кто из них первым потянулся к губам другого. Главное – что этого жаждали оба. Но унесенные чувственной волной они не заметили главного, как на мгновение их браслеты окутало сияние, которое, угасая, стерло с металлической поверхности замки, защелкнутые лишь единожды - в храме во время брачного обряда.

- Увы, чуда не произошло, - разочарованно усмехнувшись над собственными, на проверку оказавшимися такими жалкими надеждами, утвердительно произнесла Мила, когда они смогли найти в себе силы оторваться друг от друга.

- А может, мы просто не заметили? – предположил Повелитель, внезапно осознавший, что таки да - он тайно желал этого чуда, и тот факт, что ничего не произошло, безмерно расстраивал его. – Может, нужно повторить? –  спросил он, за иронией скрывая свое истинное состояние.

- С удовольствием, но в другой раз – ногу я все же подвернула. Боль усиливается, - схитрила женщина, воспользовавшись таким удобным предлогом, чтобы своим отказом ненароком не оскорбить супруга.

- Тогда нам пора возвращаться, - привычка не жалеть о свершившемся, и на этот раз помогла Повелителю быстро взять себя в руки. - Я не силен в целительстве, но обезболить на непродолжительное время могу. Покажи ногу.

Закусив губу, Мила покорно приподняла юбки платья, чтобы присевшему перед ней дракону было удобно осмотреть ее лодыжку, закончив с которой, он, выпрямившись, повел супругу к выходу.

Между ними повисло гнетущее молчание, полное горечи и невысказанных сожалений, которое ни один из супругов не стремился нарушить. Скрывая друг от друга свою боль, они в одиночку пытались справиться с собственными чувствами, не желая обременять другого своими переживаниями. И лишь тепло прощаясь в гостиной Милы по возращению во дворец, они прервали затянувшееся молчание.

Когда же Повелитель покинул покои супруги, ее растянутые в улыбке губы задрожали, а она сама, оглянувшись, с тоской посмотрела на закрытые двери, словно желая сквозь них увидеть ставшего за короткий срок таким дорогим мужчину.

- Миледи, что с Вами? – обеспокоенно спросила горничная.

- Все в порядке, - вымученно улыбнувшись девушке, ответила Мила, собирая последние крупицы своего самообладания, - просто устала. Бельтиса, помоги мне сменить платье, и можешь быть свободна до завтра.

Отдавшись во власть ловких рук служанки, она безучастно уставилась в окно, стараясь сдержать слезы. И только оставшись в полном одиночестве, она позволила себе горько расплакалась.

«Мама, мамочка, - позвала ее Мия. – Ну, не плачь».

«Мия, отстань от мамы. Ей сейчас это нужнее всего», - шикнул на сестру Дима.

«Но…», - попыталась возразить девочка.

«Да пойми ты, знать и принять это разные вещи. Маме нужно время, чтоб смириться», - голосом, полным сочувствия, устало произнес малыш.

«Спасибо», - единственное, на что у Милы нашлись силы.

Рухнув на постель, она вместе со слезами выдавливала из себя по капле царапающие ее душу осколки пустых надежд. В этот вечер измученная рыданиями, совершенно опустошенная, она впервые за несколько дней заснула, позабыв про ставшие обязательными погружения в воспоминания прежней владелицы тела.

А Повелитель, в душе которого клокотали не менее разрушительные эмоции, проводив свою маленькую эльфийку, направился в свой кабинет, чтобы скопившиеся за время его отсутствия дела хоть немного отвлекли его, но на полпути передумал, свернув в коридор, ведущий в библиотеку.

- Вижу, прогулка не  задалась, – грустно произнес лорд Данен, оценив внешний вид внука.

- Не совсем, - ответил Повелитель, устало опускаясь в кресло напротив.

- Ард, расскажи ты нормально, мне что из тебя каждое слово надо вытаскивать, - рассердился хранитель.

- Да вот, воспользовался на свою голову твоим советом, отвел Милу в Пещеры радости, - последнее слово молодой дракон буквально выплюнул.

- И? Неужто наша эльфиечка – не твоя единственная? – спросил старик.

- Это ты мне скажи: лично я ничего не понял. Притяжение между нами есть, глупо было бы это отрицать, но на благословление Боги сегодня не расщедрились, - недобро усмехнулся Повелитель.

- Не было говоришь? А притяжение есть? Странно. Когда-то я об этом читал. Надо перетрясти архивы, - нахмурился лорд Данен.

Окинув полки сканирующим взглядом, он пытался определить с чего начать.

- Посмотри-посмотри, как найдешь хоть что-нибудь, дай мне знать, - разговор с дедом не принес облегчения, а потому, решительно поднявшись, он направился к выходу.

- Обязательно. Ард, только знаешь что? – остановил его хранитель. -  Даже если Миланиэль не твоя единственная, присмотрись к ней. В душе нашей эльфиечки столько света и тепла, которые редко можно встретить, особенно во дворце. И еще, она милая, ранимая девочка, пусть и мнит себя сильной, будь помягче с ней.

Кивнув деду, Повелитель дал тому знать, что его слова услышаны и приняты к сведению.


Глава 19

Проснувшись, Мила неподвижно лежала в постели, не желая открывать глаза. «Да, наверное, я сейчас та еще красотка, - криво усмехнулась она. – Такое ощущение, что вместо век у меня мешки с песком».

Появление горничной она просто проигнорировала, делая вид, будто все еще спит.

- Миледи, - тихо позвала служанка. – Миледи, - повторила она громче. - Просыпайтесь, миледи. Вас там целая толпа дожидается, - несколько нервно произнесла девушка.

Удивление все же смогло пробиться сквозь скорлупу равнодушия, в которую Мила спрятала все свои чувства. Заинтересовано приоткрыв один глаз, она спросила:

- Толпа говоришь?

- Да, - торопливо подтвердила служанка, украдкой вздохнув с облегчением. – Кого там только нет: и лекарь Лионод, и мастера Форгер с помощниками, даже главная швея здесь.

Любопытство взыграло в женщине: в отличие от остальных цель визита портнихи была абсолютно неясна. Подстегнутая неизвестностью, Мила поднялась с постели и подошла к зеркалу. Вчерашние слезы не прошли бесследно: ее веки набрякли, превратив глаза в узкие щелочки, а лицо приобрело несвойственную одутловатость.

«Как обычно, вселенский закон подлости в своем действии: в гостиной куча народу, а я на пугало похожа», - раздосадовано подумала Мила.

«Мама, а ты лекаря первым прими, он мгновенно вернет былую красоту», - посоветовал Дима.

«Точно, умница ты моя!» - обрадовавшись, похвалила она сына.

- Бельтиса, помоги мне собраться и зови лекаря. Остальные пусть ждут, предложи им по чашечке отвара, - распорядилась Мила.

Благодаря умениям расторопной девушки, уже через пять минут она с улыбкой приветствовала лекаря, который, нахмурившись, принялся отчитывать, на его взгляд, крайне легкомысленную по отношению к своему здоровью пациентку:

- Не уверен, что доброе. Миледи, почему о Ваших злоключениях я узнаю не от Вас, а от Повелителя? Сегодня он зашел ко мне, чтобы осведомиться о Вашем самочувствии, а я ни сном, ни духом! И ведь видно, что всю ночь терпели, страдали, - он по-своему истолковал причину слез, заставивших ее внезапно подурнеть. – А я тогда зачем?

- Ну, полно Вам, дорогой лекарь Лионод, - примирительно начала Мила. - Вчера я так устала, что совершенно забыла об этой маленькой неприятности. Повелитель обезболил ногу, и она меня не беспокоила. Честное слово, вот ни капельки. Я как раз собиралась к Вам, но Вы меня опередили, - заверила она пожилого дракона.

- Правда? – недоверчиво спросил он, на что женщина часто закивала головой. - Ладно. А с глазами тогда что?

- Стыдно сказать, просто я перед сном выпила много воды, - смущенно призналась Мила. – Но Вы же мне поможете. Сами видели, сколько у меня сегодня посетителей. Боюсь, предстань я перед ними в таком виде, с моей репутацией будет покончено, - трагично прижав руки к груди, голосом, полным слез, произнесла она.

- Чего уж там, помогу, как не помочь, - неловко проворчал лекарь. – Но сначала осмотрю ногу, - не терпящим возражений тоном добавил он.

- Конечно-конечно, - согласно закивала Мила.

Когда же через несколько минут она посмотрела в зеркало, то в отражении вновь увидела знакомое прелестное личико. Выслушав ее благодарности, лекарь удалился, на прощание еще раз призвав нерадивую пациентку к бережному отношению к собственному здоровью.

Стоило Миле появиться в гостиной, как все присутствующие, как по команде, слаженно повернули к ней головы.

- Приветствую собравшихся, - улыбнулась она. – Уважаемые лорды, надеюсь, вы согласитесь подождать еще пару минут, сначала я хотела бы переговорить с этой милой леди.

Братьям Форгер не оставалось ничего другого, как согласиться. Мила пригласила портниху в свой кабинет, чтобы пообщаться с той без свидетелей.

- Сильвина, у Вас ко мне что-то срочное? – спросила она, сев за свой письменный стол.

- Срочнее не бывает, - подтвердила Сильвина. -  Вам просто необходимо выкроить время для примерки бального платья.

- Зачем? – брови эльфийки удивленно взлетели верх.

- Как? – Швея шокировано захлопала ресницами. - Разве Вы не в курсе? Через четыре дня состоится бал в честь Владыки светлых эльфов! Да весь дворец буквально на ушах из-за этого стоит!

- Да, теперь припоминаю, - улыбнувшись, солгала Мила, мрачно пообещав себе, что обязательно выпытает у мужа, почему она одна не в теме. – Если Вам удобно, то давайте встретимся после обеда. Сами видели, какое у меня сейчас столпотворение в гостиной.

- Как Вам будет угодно, - ответила швея, поднимаясь. – Не буду Вам мешать.

Вместе с Сильвиной Мила вернулась к братьям Форгер.

- Лорды, что привело Вас ко мне? – спросила она.

- Ваш заказ готов, миледи. Мы лично решили проконтролировать его сборку, - ответил Айвар, старший из братьев.

«Конечно-конечно, так я и поверила. Скорее всего, этот предприимчивый лорд надеялся встретиться здесь с Повелителем», - фыркнула Мила, скрывая насмешку.

- Лорд Эйвар, - обратилась она к младшему брату, - а мой специальный заказ готов?

- Разумеется, - с достоинством ответил тот.

- Отлично, - удовлетворенно произнесла Мила, - Лорд Айвар, пожалуйста, останьтесь с помощниками здесь: проследите за сборкой мебели и ее расстановкой.  Никому другому я просто не могу доверить свой кабинет. А мы с Вами, лорд Эйвар, поспешим порадовать одного дракона, - она специально не уточнила, что этим драконом является ее муж, чтобы старший из братьев не увязался за ними.

Проинструктировав лорда Айвара, что и куда нужно будет поставить, она вместе с его младшим братом отправилась к мужу, надеясь застать того на рабочем месте. Впрочем, Повелитель не подвел и действительно  обнаружился в собственном кабинете. Склонившись над картой, он с советником что-то отмечал на ее поверхности.

- Я не вовремя? – робко улыбнувшись, спросила Мила, привлекая к себе внимание мужчин. – Доброе утро, - поздоровалась она, когда драконы, выпрямившись, повернулись к ней.

- Доброе утро, нет, все в порядке. Мы уже закончили, - приветливо улыбнувшись, заверил ее Повелитель.

- Доброе утро, миледи. Прекрасно выглядите, - сделал ей комплемент лорд Бьярнел, чем заслужил предостерегающий, полный ревности взгляд ее супруга.

Реакция Повелителя позабавила Милу и даже немного укрепила пошатнувшуюся после посещения пещер веру в себя.

- А я не одна и с подарком, - доверительно сообщила она мужу.

- Подарком? – озадаченно переспросил дракон.

- Не тебе же одному их делать, - улыбнулась Мила, и, выглянув в приемную, она позвала маявшегося там мастера, - лорд Форгер, заносите, - открыв двери пошире, вела она.

Мила не сводила глаз с Повелителя. Затаив дыхание, она пристально вглядывалась в его лицо, отмечая каждую эмоцию: вот растерянность, промелькнувшая на миг, сменилась недоверчивым любопытством, а стоило мужчине понять, что за предмет стоит перед ним, в его душе проснулся азарт исследователя.

Поднявшись, он подошел к смутившемуся мастеру, мявшемуся рядом с порогом и никак не решавшемуся представить на столь высокий суд свое неоднозначное, с его точки зрения, творение. Взявшись за спинку, Повелитель крутанул кресло, а когда то остановилось, откатил его к своему столу и, придвинув поближе, сел. Все эти манипуляции он поделал в абсолютной тишине, присутствующие, словно завороженные, терпеливо ждали вердикта, предоставив ему возможность не торопясь оценить подарок.

А Повелитель, словно не замечая трех пар глав, требовательно уставившихся на него, как ни в чем не бывало, взялся за бумаги.

- И как? – первым не выдержал советник.

- Ничего интересного, очередная жалоба, - отозвался дракон, отрываясь от бумаг.

- Ард, ты издеваешься, да? – немного обиженно спросила Мила.

- Моя леди, лорды, прошу меня простить, мое поведение действительно недостойно. Но у Вас были такие лица, что я просто не мог удержаться и не подшутить над Вами, - разведя руки в стороны, оправдался дракон.

- Подшутить, говоришь, - недобро прищурившись, протянула Мила.

- Сдаюсь-сдаюсь, - поднимая руки вверх, признал свое поражение Повелитель. - Миланиэль, молю о пощаде. Твой подарок просто великолепен, никогда такого не получал. Благодарю, - от его ослепительной улыбки девичье сердце вопреки ее воле забилось быстрее. - Лорд Эйвар, снимаю шляпу перед Вашим гением. Ваш талант изобретателя в который раз меня поразил. Браво, - рассыпался он в похвалах.

Зардевшийся мастер что-то несвязно пробормотал, а умирившая собственное сердце Мила с улыбкой ответила:

- Рада, что мой подарок тебе угодил и доставил удовольствие, - повернувшись к мастеру, она добавила, - лорд Форгер, идемте, не будем отвлекать почтенных лордов от, безусловно, важных государственных дел.

Едва за ними закрылись двери приемной Повелителя, как младший из братьев Форгер, прислонившись  стене и закрыв глаза, взмолился:

- Миледи, дайте хоть одну минутку, чтобы дух перевести,- достав из кармана платок, он вытер испарину со лба, и, посмотрев на Милу с укором, добавил, - миледи, у меня чуть сердце не остановилось, право слово. Но, как я и обещал, с меня процент с продаж. Скажем тридцать. Вас устроит? - на эмоциях расщедрился мастер.

- Вполне, - не стала отказываться Мила.

По возвращении им предстояло оценить результаты совместного труда лорда Айвара и его помощников: казалось бы всего несколько предметов интерьера (которые мастера успели собрать и расставить), а кабинет как по волшебству преобразился.

- Так быстро? Невероятно. Лорд Айвар, получилось даже лучше, чем я ожидала, - любовно оглаживая новенькую мебель, Мила не скупилась на похвалу и восторги.

Присев на диванчик, она сразу же представила себе, как чаевничает здесь. Возникший в ее голове образ был настолько реальным, что ее живот, с самого утра не получивший ни маковой росинки, предательски заурчал.

- Просите, - покраснев, извинилась Мила.

- Не стоит, - заверил ее лорд Айвар. – Это мы были слишком неучтивы, совершив столь ранний визит. Если у Вас нет нареканий, то позвольте откланяться.

- Ну что Вы, я всем довольна, - заверила она их. – Но у меня будет просьба: сегодня в Ваш салон должна прийти женщина, супруга некого Ивара, талантливого мастера детских игрушек. Пожалуйста, позаботьтесь о них. Мастер Ивар, насколько я знаю, тяжело болен, но его творения уникальны. И я хотела бы стать его постоянным покупателем.

- Как прикажете. Правда, такие же указания мы уже получили от Повелителя, - по-доброму усмехнулся лорд Айвар.

- Замечательно. Теперь я абсолютно спокойна, - довольно улыбнулась Мила.

Когда же мастера-мебельщики отправились к себе в салон, она, позвав горничную, распорядилась насчет завтрака (а в ее случае позднего завтрака), попросив накрыть в обновленном кабинете, соблазнительное видение никак не желало ее отпускать. Уединившись в своем убежище, Мила предвкушала и вкусный завтрак, и приятный досуг: все свободное время, которое у нее было в распоряжении, она планировала посвятить чтению.

Наверное, она так и просидела бы за книгой весь день, если бы ее покой не нарушила исполнительная и слишком ответственная швея. Как и было условлено, после обеда она вместе с уже знакомыми Миле помощницами принесла бальное платье, примерив которое, Мила украдкой вздохнула: уж слишком закрытым для праздничного наряда оно было. Нет, бесспорно, роскошным, с богатой отделкой из камней и кружев, но до оскомины закрытым, не было даже намека на крошечное декольте, только глухой, под самое горло, ворот платья.

Поблагодарив швею за проделанную работу, Мила хотела вернуться к оставленной книге, своим сюжетом захватившей ее, но слуга, присланный Повелителем, изменил ее планы.

- Миледи, Повелитель ожидает Вас в своем кабинете, - поклонившись, произнес он. – Если Вы свободны, то я провожу Вас.

- Свободна, идемте, - ответила заинтригованная Мила. «Меня ждет сюрприз?» - хихикнула она про себя, проходя мимо слуги открывшего перед ней двери.

И действительно в кабинете Повелителя ее ждал сюрприз, только Миле и в голову бы не пришло назвать его приятным: напротив ее супруга в кресле для посетителей сидела леди Бьярнел.

«И эта здесь», - кисло подумала она, но скривиться себе не позволила, напротив, подарила присутствующим ослепительную улыбку.

- Миланиэль, ты вовремя. Леди Бьярнел как раз принесла программу мероприятий на время визита Владыки, который, как ты помнишь, прибывает завтра, - «Забудешь тут»,  - угрюмо кивнула она. - Хотя мы и пытались свести к минимуму твое участие в официальных мероприятиях, все же полностью исключить тебя из них не получилось. Ты должна будешь присутствовать при встрече делегации эльфов, на второй день посетить вместе со всеми службу в храме, а также без тебя не состоится бал, устраиваемый в честь эльфийских дипломатов.

«Бал, да? Ты бы еще перед выходом из спальни сообщил! Мужчины, что с них взять», - раздраженно подумала Мила.

- Что-то не так? – скрыть свое недовольство у нее похоже не получилось.

- Повелитель, - после того, как Мила отрицательно покачала головой, обратилась к дракону леди Бьярнел. – Думаю, тут есть доля моей вины. Миледи, простите, что раньше не сообщила Вам, дабы  у Вас было больше времени на подготовку. Но Вы были просто неуловимы последние дни.

«Да ты что? Правда что ли? То-то я на тебя постоянно натыкалась. Так и скажи, что хотела поставить меня в затруднительное положение. А вот выкуси! Платье я заказала еще при первой встрече с портнихой, а сегодняшняя примерка явно говорит, что к балу оно будет готово», – злорадно ухмыльнулась Мила.

- Ну, что Вы, леди Бьярнел, времени более чем достаточно, -  сладко улыбнувшись, елейным голосом пропела Мила, с удовольствием отмечая, как тень раздражения все же промелькнула в глазах фрейлины, с каким трудом та удержала былую безмятежность на лице. – Я должна поблагодарить Вас, Вы столько сил отдали подготовке к приему столь важных гостей.

- Право, не стоит, - сделав вид, что смутилась, ответила леди Элиана. – Вы всегда можете рассчитывать на мою помощь и поддержку.

«Избави Боже!» - ужаснувшись, мысленно открестилась от таких перспектив Мила, ограничившись скупым кивком вместо ответа.

Простившись с супругом и леди Бьярнел, она рассерженной фурией пронеслась по коридорам дворца. Эмоции буквально душили ее. В тщетной попытке успокоиться Мила, закрывшись в облюбованном за сегодня кабинете, нервно вышагивала из угла в угол, напряженно размышляя о том, как указать на место одной чересчур докучающей леди. Даже возможное недовольство супруга уже не пугало женщину, объятую жаждой мщения. Решившись на небольшую провокацию, она остановилась посреди кабинета. «Леди Элиане можно меня дразнить и подставлять, а мне - нет? Ну, нет, так дело не пойдет. Уж ей-то я точно не проиграю!» - сверкнув глазами, пообещала себе Мила, приказав горничной вызвать к ней главную швею.

Стоило той только ступить на порог, как эльфийский ураган по имени Миланиэль налетел на нее. Сверкнувшая на миг улыбка миледи, излучающая такое довольное радушие, что позавидовала бы и голодная акула, заставила портниху и вовсе, вздрогнув, отступить на шаг, но сбежать ей не дали холеные руки госпожи, стальной хваткой вцепившиеся в ее локоть.

- Сильвина, давайте пройдем в кабинет, - не обращая внимания на подозрительные взгляды швеи, медовым голосом пропела Мила. – Там нам будет гораздо удобнее. Знаете, Вы первая, кто сможет его оценить после небольшой перестановки, - щебетала она, стараясь отвлечь портниху от дурных предчувствий.

Усадив ту в кресло с чашечкой отвара в руке, Мила обратилась к ней:

- И как Вам?

- Замечательно, - искренне ответила швея, - по сравнению с тем, что было утром, стало как-то уютнее. Но думаю, что Вы пригласили меня не только для того, чтобы я смогла насладиться обновленным интерьером Вашего кабинета.

- Вы правы, в проницательности Вам не откажешь, - призналась Мила. – Но прежде чем я озвучу причину, я должна сказать, что очень довольна проделанной Вами и Вашими помощницами работой. Все готовые наряды выше всяких похвал. А уж бальное платье достойно самых лестных эпитетов. Но я хотела бы попросить Вас об одолжении: внести в него небольшие изменения.

- Но миледи, платье почти готово, - со звоном поставив чашечку, возразила портниха.

- Я знаю, но когда мы обсуждали детали, мы не знали, к какому конкретно событию готовим платье. А на балу, устроенном в честь моего отца, я просто обязана отдать дань уважения традициям моего народа, - слукавила Мила, дабы объяснить свою прихоть.

- Ох, - вздохнула Сильвина, - и чего Вы хотите?

- Я уверена, что для таких профессионалов своего дела, коими Вы с помощницами являетесь (мой гардероб – наглядное тому подтверждение), не составит большого труда воплотить задуманное мной, - пытаясь морального подготовить швею к масштабам предстоящей работы, начала Мила.

И пока она готовила свою маленькую провокацию, ничего не подозревающего Повелителя навестил редкий гость в его кабинете – хранитель  дворцовой библиотеки.

- Ард, уделишь мне минуту? – спросил он.

- Дед, ты же знаешь, для тебя я всегда найду время, - заверил его молодой дракон, отложив бумаги в сторону. – Нашел что-нибудь? – не скрывая своего волнения и нетерпения, он требовательно посмотрел на старика.

- Нашел, - подтвердил тот. – Всю ночь не спал, но нашел.

- И? – протянул Повелитель, подавшись вперед.

- Ну что за молодежь пошла! – деланно возмутился хранитель. – Нет, чтобы сначала поблагодарить, о самочувствии спросить…

- Дед! – возмущенно перебил его мужчина. – Я обязательно тебе и спасибо скажу, и о здоровье осведомлюсь, но потом. Не томи, ответь уже!

- Нет, это ты мне скажи, - утратив всякую веселость, серьезно произнес лорд Данен, - ты на свой браслет смотрел?

- Да при чем тут браслет? – вспылил Повелитель.

- Не шуми, - осадил его старик. – Это важно. Так смотрел или нет?

- Нет, - стиснув зубы так, что на его лице заходили желваки, порычал дракон.

- Так посмотри, - в тон ему ответил хранитель, насмешливо добавив, - и нечего зубами скрипеть.

Мужчина хотел еще что-то возразить, но передумал. С кривой усмешкой он закатал рукав рубашки и выразительно посмотрел на браслет.

- Как? – мгновенно растеряв весь свой пыл, как-то потерянно спросил он.

- Как-как, - передразнил его дед. – Боги расстарались.

- Но… но благословения… его не было, – от потрясения слова находились с трудом.

- А не скажи, - не согласился с ним лорд Данен. – В истории уже был такой случай. Обычно в пещеры радости приходят пары до брачного обряда, а вы с Миланиэль - вторая известная истории пара, которая отправилась туда после. Свое благословение вы получили в храме.

- Так получается, Миланиэль – моя единственная?! – Повелитель никак не мог осознать этот факт.

- Именно так, - с улыбкой подтвердил очевидное хранитель. - Думаю, где-то в глубине души ты давно знал ответ, просто боялся признаться себе в этом.

- Я… Мне… - Вскакивая на ноги, бессвязно говорил дракон. – Да точно, я иду к ней, - решился он, разворачиваясь к выходу.

- Да, погоди ты! – воскликнул старик, пытаясь образумить молодого родственника. – Ну, придешь ты к ней и что скажешь? Может, прямо с порога такими новостями огорошишь?

- И что ты предлагаешь? – беспомощно посмотрел на деда Роквард.

- Оболтус ты, а не Повелитель! Пойми, Миланиэль – эльфийка, она не чувствует того же притяжения, что и ты, - как маленькому объяснял ему хранитель.

- Да уж, я сам без подсказки ничего не понял, - мрачно усмехнулся Повелитель. - Но она очень переживает из-за того, что у меня может появиться единственная.

- Ну, мы-то с тобой знаем, что это не так. Будет лучше, если ты сообщишь ей после отъезда Владыки, в спокойной обстановке, без суеты и нервотрепки. А пока окружи девочку любовь и заботой, чтобы она расцвела рядом с тобой, тогда никакие слова уже будут неважны, - посоветовал ему лорд Данен.

- Ты снова прав, - растерев лицо руками, согласился с ним Роквард, - Может, пропустим по стаканчику?

- А давай, - не стал отказываться хранитель, который прекрасно понимал, что сейчас твориться на душе у его внука. – Чем не повод для праздника?!


Глава 20

День, которого так боялась Мила, настал. День икс. День, когда во дворец прибывает эльфийское посольство во главе с самим Владыкой.

Едва в ночном небе забрезжил рассвет, Мила открыла глаза. Хмурясь, она силилась вспомнить, как заснула накануне. «Странно, отлично помню, как устроилась в постели, чтобы снова «посмотреть» воспоминания Миланиэль, а потом - ничего, чернота. Странно. Неужели я настолько вымоталась, что обмороки переходят в сон? – догадка не на шутку встревожила женщину, и она, окинув одеяло, села на постели. – Лекаря! Надо лекаря вызвать! Срочно!»

Путаясь в полах длинной ночной сорочки, она, свесив ноги, судорожно пыталась обуть домашние тапочки, которые так и норовили ускользнуть. «Да что же это такое!» - чуть не плача, в сердцах воскликнула она.

«Мама, не надо никого звать», - виновато произнес Дима.

Удрученный голос ребенка заставил эльфийку замереть на месте. Медленно сняв единственную покорившуюся ей тапочку, она вернулась в постель и строго спросила:

«Почему?»

«Мама, ты только не ругайся, ладно? Это я вчера погрузил тебя в сон», - скороговоркой признался малыш.

«Что? – возмущенно воскликнула Мила. – Мне послышалось или ты действительно, без моего согласия и ведома, что-то сделал со мной?!»

«Да, - тихо подтвердил ее сын и уже громче ворчливо добавил, - а что еще мне оставалось делать? Смотреть, как ты доводишь себя никому ненужными ночными сеансами?! Еще бы день, и ты бы рухнула от истощения! А сегодня, между прочим, важный день. Владыка, как-никак, приезжает!»

«Все, что ты говоришь, разумно. Но разве нельзя было мне сказать? Разве я бы не поняла?» - сдерживая себя, спросила она, не желая кричать на ребенка.

«Понять-то поняла бы, но вот послушалась ли – это другой вопрос. Иногда ты бываешь очень упряма!» - парировал Дима.

«Все равно, ты должен был спросить меня», - настаивала на своем Мила.

 «Как будто раньше это нас останавливало?» - себе под нос пробурчал малыш, но был услышан матерью.

«Что?» - задохнувшись от негодования, неверяще выдавила она из себя.

«Когда там, в лесу, мы тебя исцелили, ты особо не жаловалась, что это произошло без твоего ведома», - напомнил он.

«Конечно, речь шла о жизни и смерти. Там и выбора-то не было. И за это я Вам благодарна. Надеюсь, это единственный случай», - но дети как-то разом притихли.

«Та-а-а-ак, - сделав глубокий вдох, протянула Мила, призывая себя к спокойствию. – У Вас три секунды, чтобы признаться. Один, два…»

«Когда вы с папой к полянке шли», - выпалила Мия, последние слова она буквально прошептала.

«А я-то все гадала, с чего это я через раз запинаюсь! Ваших рук, значит, дело?!» - разочарованно произнесла она.

«Мамочка, прости», - тихо произнесла малышка, чуть не плача.

«Да, мамуля, прости, - поддержал ее брат. – Но у нас есть смягчающее обстоятельство».

«И какое же?» - устало спросила Мила, растеряв весь свой запал.

«Мама, ты только выслушай, не перебивая, ругать потом будешь. Ладно? – заручившись ее согласием, Дима продолжил, - так вот. Мы же не знали, что ты останешься с нами. Вернее знали, но верилось в такое с трудом, поэтому и прилагали все усилия, чтобы сблизить вас с отцом. Зато физический контакт помог сделать так, что звериная сущность отца остро на тебя реагирует. Без нашего вмешательства еще неизвестно, когда бы это произошло».

«Но произошло бы?» - педантично уточнила женщина.

«Может да, может и нет, - уклончиво ответил малыш. – Кто знает, учитывая планы отца на тебя».

 Мила скривилась, вспомнив крайне неприятный разговор с супругом за первым совместным завтраком.

«Спасибо, что напомнил, - сухо обронила она. – Так ладно, пора вставать. Сегодня действительно важный день».

«Мама, ты больше не сердишься?» - робко спросила малышка.

«Вообще-то сержусь, поэтому сейчас вы пообещаете, что такое больше не повториться, и будем считать, что инцидент исчерпан», - пошла она на мировую.

«Обещаем!» - хором ответили дети.

«Вот и славно. Теперь пора бы нам и подкрепиться», - оставив все разногласия позади, Мила, сладко потянувшись, поднялась с постели.

За суетой, связанной с тщательной подготовкой к встрече с Владыкой, Мила и не заметила, как пролетело время. Казалось, что буквально вот-вот, совсем недавно она покинула собственную спальню, а теперь одетая с королевским шиком (как супруге Повелителя ей надлежало облачиться в церемониальное парадное платье традиционной ало-золотой расцветки), она, нервно поправляя высокую элегантную прическу, в которую Бельтиса уложила ее длинные волосы, приветствовала дракона, в прошлом нечасто ступавшего на женскую половину супружеских покоев, пришедшего, дабы сопроводить ее в тронный зал.

Окинув женскую фигурку, не утратившую, несмотря на беременность, былой изящности, восхищенным взглядом, наполненным каким-то непривычным трепетом, он неожиданно тепло улыбнулся ей, поцеловав при этом в зардевшуюся щеку.

- Такая красивая и вся моя, - притягивая супругу к себе, чарующим голосом произнес он. А уж нежный, мимолетный поцелуй, доставшийся самому кончику ее носа, привел эльфийку в еще большее смятение. – Волнуешься? – и сколько в его голосе было искреннего участия, что Мила занервничала еще сильнее.

Подозрительно посмотрев на мужчину, явно не собирающегося отпускать ее, она спросила:

- Ард, что с тобой? Что-то случилось?

- Случилось, - подтвердил дракон.

- Да? – волнение усиливалось с каждым мгновением. – Что стряслось? Может, скажешь, наконец? – не выдержала Мила.

- Ты случилась: такая прекрасная, цветущая. И знаешь, что самое замечательное?

- Что? – совершенно сбитая с толку, словно эхо повторила она.

- Ты уже моя жена и мать моих детей, - лучась довольством, ответил Повелитель.

- Как-то поздновато ты это осознал, не находишь? - насмешливо ответила Мила, чуть отстранившись от мужчины, который с таким положением дел был явно не согласен, усиливая хватку. – Ард, ты странно себя ведешь, - произнесла она, когда объятия стали чересчур тесными.

- Прости, - опомнившись, он отступил от нее на шаг, с сожалением расцепив руки и для надежности спрятав их себе за спину. – Может, на меня так повлиял приезд твоего отца или же была другая причина, не могу сказать точно, но твои слова, произнесенные в «Рассветных холмах», не давали мне покоя, я много думал, чтобы в итоге прийти к выводу, что ты права. Наша семья, пусть и созданная как гарант мира между двумя державами, имеет право на шанс.

- Уф, - не скрывая облегчения, просияла лицом его супруга, - ты в следующий раз, когда захочешь сообщить мне что-то важное, сразу переходи к сути, а то я уже себе всякие ужасы начала придумывать.

- Это какие же, например? – заинтересовался дракон.

- Идем уже, - закатив глаза, Мила легко подтолкнула его к выходу, - Повелителю не пристало опаздывать и заставлять себя ждать. Это неприлично, даже более того - это политический скандал.

- Как пожелает моя леди, - театрально склонив голову, мужчина галантно подставил ей свой локоть.

Прыснув от смеха, Мила ухватилась за него, позволяя увлечь себя к выходу.

Ведомая супругом по хитросплетениям дворцовых коридоров, она случайно услышала обрывок разговора, явно не предназначавшийся для ее ушей.

«Думаешь, отец знает?» - с сомнением спросила Мия.

«Конечно, - ответил Дима, полностью уверенный в свой правоте. – Его поведение говорит само за себя».

Мила хотела поинтересоваться, что такого знает ее муж, чего не знает она, но не успела, коридор закончился неприметной дверью, ведущей в тронный зал. Решив ненадолго отложить с разгадыванием чужых секретов, она, расправив плечи, храбро переступила порог.

Но оказалось, что зал абсолютно пуст. Заметив удивление эльфийки, ее супруг пояснил:

- Посетителей пускают только после того, как Повелитель займет свой трон.

«А удобно, - усмехнулась про себя Мила. – Не надо сохранять маску невозмутимости на лице, шествуя через толпу придворных. А то под прицелом сотен глаз и споткнуться недолго».

Заняв с супругой свои места на троне, расположенном на небольшом возвышении, Повелитель дал условный сигнал церемониймейстеру.

Огромные парадные двери зала гостеприимно распахнулись, через которые внутрь устремились представители высшего драконьего общества. Горделивые, переисполненные чувством собственной значимости они величественно и чинно заполняли все свободное пространство, которого с каждой минутой становилось все меньше и меньше.

- Здесь, что, вся аристократия драконьей империи собралась, дабы поприветствовать Владыку? – тихо спросила Мила.

- Конечно, такое событие – первый визит после заключения мира, - с издевкой ответил дракон.

Громкий голос церемониймейстера, объявившего о прибытии эльфийского посольства, заставил супругов замолчать.

Толпа придворных расступилась, отхлынув от центра, освобождая для тридцати светлых эльфов, возглавляемых отцом Миланиэль, путь к трону.

Стоило эльфийским дипломатам остановиться на небольшом расстоянии от трона, как Повелитель поднялся. Он протянул руку супруге, предлагая помощь. Мила, сохраняя невозмутимое лицо, приняла ее, встав рядом с мужем. Неспешно спустившись, они подошли к Владыке.

- Приветствую, достойнейших сынов лесного народа. Владыка, мое почтение, - первым, как и положено хозяину дома, поздоровался дракон.

- Мир Вашему дому, - произнес эльф принятое у себя на родине приветствие. – Только к чему эти церемонии между родственниками, дорогой зять?! Оставим их. Миланиэль, дочь моя, подойди.

Напряженная как натянутая струна, Мила, остро ощущая, что сейчас лишиться поддержки мужа, дошла к эльфу, смиренно опустив глаза и глядя исключительно себе под ноги:

- Долгих светлых лет тебе, отец, - именно так приветствовала его предыдущая владелица тела.

 Холодные длинные пальцы Владыки коснулись ее висков, а он сам по-отечески поцеловал ее в лоб.

- И тебе, дочь моя, - тепло ответил эльф. – Дорогой зять, я бы хотел пообщаться наедине с дочерью, - обнимая одной рукой Милу, он крепко прижал ее к своему боку.

- Дорогой тесть, - в тон ему ответил Повелитель. -  Вы бы так сильно не прижимали мою супругу, - насмешливо посоветовал мужчина, - а то мой дракон может расценить это как попытку отнять у него его сокровище.

- Ну что Вы, - неохотно выпуская дочь из объятий, покачал головой эльф, - и в мыслях не было. Свой выбор я сделал, когда отдал ее руку Вам у алтаря в храме. Но даже став Вашей женой и вступив под крыло Вашего рода, она остается той, в ком все еще течет моя кровь. Признаюсь, что даже пара минут наедине с дочерью – это истинное счастье для меня, что солнечным светом озарят одинокие, унылые будни старика.

- Какие Ваши годы, дорогой тесть! И как бы я ни желал исполнить Вашу просьбу, я не могу. Увы, это не представляется возможным. Моей леди нездоровится. Лекарь настоятельно рекомендует ей постельный режим. Но Миланиэль так настаивала на том, чтобы встретить отца лично, что я не мог ей отказать в такой малости. Но сейчас, дорогая, - встречаясь с женой взглядом, обратился он к ней, -  тебе пора. Лорд Бьярнел проводит тебя.

- Конечно, - кротко согласилась она. – Отец, - чуть склонив голову, простилась она с Владыкой.

Попрощавшись с мужчинами, Мила, ухватившись за локоть подошедшего к ним дракона, покинула столько высокое общество, услышав напоследок недовольный голос Владыки, полный нескрываемого недоверия:

- А близость советника рядом с Миланиэль Ваш дракон, значит, терпит?

- С трудом, - со смехом ответил Повелитель. – Но я работаю над этим.

Больше услышать Миле ничего не удалось: закрывшиеся двери отрезали их от происходящего в тронном зале.

Женщине оставалось лишь уповать на то, что она хорошо справилась со своей ролью, и Владыка не заметил подмены.

- Мидели, - голос советника вторгся в ее размышления, - раз выпал такой случай, должен признаться, что я впечатлен Вашим подарком Повелителю.

- Боюсь, что я не заслужила похвалы, единственный, кто ее достоин - это мастер Форгер, - ответила Мила.

- Но выбирали-то Вы, - не согласился с ней лорд Бьярнел. – Если честно, я не знаю ни одну леди, отважившуюся на такой презент.

- Сочту за комплемент, - натянуто улыбнувшись, ответила эльфийка.

- Нет-нет, я не хотел Вас оскорбить, - поспешил заверить ее советник, - напротив, я восхищен столь нестандартным подходом.

Лорд Бьярнел продолжал еще что-то говорить, но Мила, мыслями вновь переносясь в тронный зал, уже практически не слушала его. Механически переставляя ноги, она позволяла вести себя по длинным коридорам дворца, изредка отвечая невпопад.

- Благодарю, лорд Бьярнел за помощь, - произнесла Мила, остановившись у дверей своих покоев, и, не скрывая своей обеспокоенности, добавила, - но сейчас прошу вас поспешить обратно, моему супругу Вы нужнее.

- Миледи, уверяю Вас, Повелитель сам в состоянии за себя постоять, - усмехнулся советник.

- И все же, я настаиваю, - для женщины была невыносима сама мысль о том, что ее супруг сейчас в одном зале со своим несостоявшимся убийцей. -  Что может быть ценнее, чем надежное плечо преданного друга в трудный момент?!

- Не могу ничего возразить, - склонил голову лорд Бьярнел, прощаясь.

Возвращаясь в тронный зал, он явно был недоволен. «Что за невозможная эльфийка! Каждый раз одной единственной фразой умудряется выбить почву у меня из-под ног! О муже, видите ли, она печется! И это о сильнейшем из драконов! – он никак не мог понять, почему его так задевала ее, казалось бы, естественная забота о законном супруге, и от этого раздражался еще сильнее. – Ард просто счастливчик, если она искренна в своих чувствах. А если нет? – от этой мысли он даже замер на месте. – Да нет, не может такого быть, - двигаясь дальше, покачал он головой, прогоняя крамольную мысль. – Если это все притворство, то мне тогда точно пора в отставку с пометкой «потерял хватку». И не только мне. Ард, вон, вообще глаз со своей эльфийки не сводит. Оценил, наконец, подарок Богов».

Снедаемый едкой, словно кислота, завистью, незнакомой доселе, он не заметил, как в своих рассуждениях признал эльфийку единственной Повелителя. Видимо, на интуитивном уровне этот от природы крайне наблюдательный мужчина уже давно догадался, однако, как и его друг, не желал признавать очевидного. «Все, решено, не женюсь, пока не встречу свою единственную. С внуками матушке придется подождать. А если очень хочется, то пусть Лин замуж выдает», - но как бы он не старался приободриться, противное сосущее чувство, поселившееся у него в груди, никуда не делось, напротив, мысли о собственном одиночестве только усиливали его. И лишь двери тронного зала, показавшиеся в конце коридора, помогли ему отвлечься, заперев такие опасные, губительные чувства на замок.


Глава 21

По окончанию аудиенции (которая к слову закончилась только спустя три часа), Повелитель, вернувшись на свою половину супружеских покоев, устало откинулся на спинку кресла. Растерев руками лицо, мышцы которого буквально одеревенели от дежурных улыбок, щедро раздаваемых как прибывшим эльфам, так  и собственным придворным, он поморщился словно от зубной боли, стоило вспомнить бесконечные приветственные речи иноземных послов. «А эти самодовольные рожи лордов, просто лучащиеся подобострастием и притворством. Ни одной искренней эмоции не промелькнуло за весь прием! Лицемеры проклятые, - брезгливо скривился дракон, ругая толи своих подданных, толи Владыки. – Только одна маленькая эльфийка и кажется на их фоне по-настоящему живой, - образ супруги, возникший перед его глазами, разгладил хмурые складки, залегшие между бровями. – А почему бы не проведать мою единственную? Наверное, извелась вся, ожидая от меня вестей. Заодно и ответный подарок сделаю».

Желая как можно скорее увидеться со своей маленькой эльфийкой, Повелитель быстро сменил черный парадный мундир на привычные рубашку и брюки. «Единственная», - словно смакуя, про себя в который раз повторил он, еще не решаясь произнести вслух слово, способное заставить все его существо трепетать от какой-то непередаваемой щемящей нежности. «Вот уж не думал, что кого-нибудь так назову», - усмехнулся мужчина, открывая двери, соединяющие мужскую и женскую половины супружеских покоев.

Вопреки представлениям своего супруга Мила даже в вынужденном затворничестве не спешила предаваться грустным мыслям, ей попросту не дали это сделать малыши, решив, во что бы это не стало, отвлечь свою маму.

И когда Повелитель вошел в ее спальню, то он застал идиллическую картину: его супруга сидела в мягком кресле, положив на колени книгу, а ее мечтательный взгляд был устремлен в окно.

Он негромко постучал о дверной косяк костяшками пальцев, чтобы привлечь ее внимание. Доставшаяся мужчине ослепительная улыбка, когда женщина повернулась на стук, вынудила его сердце, сделав радостный кульбит, забиться вдвое чаще.

- Ард, - громко воскликнула она и уже тише добавила, - как хорошо, что ты зашел.

- Приятно осознавать, что тебя ждут, - довольно произнес мужчина.

- Я тебе всегда рада, - призналась Мила и, неожиданно смутившись под его вспыхнувшим взором, быстро спросила, чтобы сменить тему. – Как все прошло?

- Не волнуйся, все идет так, как мы и планировали, - заверил Повелитель супругу.

- Уф, - выдохнула она. Если Владыка и догадывается о подмене, то своими подозрениями, по всей вероятности, предпочитает ни с кем не делиться. – Ты меня успокоил.

- Отлично. Но я пришел не только для этого. Вчера ты преподнесла мне подарок, а сегодня у меня ответный сюрприз для тебя, - как можно загадочнее произнес дракон.

-  Где же он? – Мила выразительно посмотрела на пустые мужские руки.

- Не здесь, - ответил Повелитель. -  Идем. Сейчас все увидишь, - пообещал он ей.

- Мне стоит переодеться? – спросила женщина, поскольку на ней было лишь легкое домашнее платье.

 - Не стоит. Тут недалеко, - ответил ее супруг.

Но Мила даже предположить не могла, что «недалеко» в понятии дракона – это значит очень близко: их путь лежал до соседних покоев, расположенных напротив ее собственных. До этого момента она особо не задумывалась о назначении данных комнат.

- И что там? – спросила она, притаптывая на месте от нетерпения, пока ее супруг отпирал замок.

- Заходи и все узнаешь, любопытная ты моя, - галантно пропуская ее вперед, ответил мужчина.

- Ард? – оглянулась Мила. – Это то, о чем я думаю? – замерев, она ждала такого важного ответа, боясь одним неверным движением спугнуть капризную удачу.

- Да, это комната для наших детей, - не разочаровал ее ожиданий Повелитель.

Плотно закрыв за собой дверь, он вплотную подошел к супруге, прижимаясь к ее спине. Уютно устроив свой подбородок на ее макушке, мужчина, невесомо поглаживая ее круглый живот, чувствовал, как раздражение и усталость, накопившиеся за день, покидают его.

Мила, обмякнув в крепких руках мужа, всеми силами старалась не поддаться подступающей эйфории, уговаривая себя: «Рано, Мила, рано! Это лишь маленький шажок в самом начале пути». Из-за бушующих эмоций в ее голове царил полный хаос, и было крайне затруднительно мыслить связно.

- Но…- не сумев подобрать слова, она просто обвела комнату рукой.

- Да, как ты и хотела, дети не будут разделены. Как видишь, я умею слушать и даже прислушиваться, - улыбнулся Повелитель.

- Спасибо, - развернувшись в объятиях мужа, Мила крепко обняла его в ответ.

- Но это еще не все, - с улыбкой глядя на растроганную эльфийку, произнес дракон.

- Да? – смахнув выступившие слезы, удивленно спросила она.

- Да, - подтвердил Повелитель. – Смотри.

Отстранившись, он отошел к противоположной стене и, ухватившись за край плотной белой ткани, скрывавшей от посторонних глаз какую-то мебель, рывком стянул ее. Ахнув, Мила медленно подошла к супругу, чтобы вблизи полюбоваться на маленькое чудо - две колыбели. Дрожащей рукой качнув одну, она как загипнотизированная следила за ее бесшумным размеренным движение из стороны в сторону, пока та полностью не остановилась.

- Если хочешь, мы можем их подвесить, - обеспокоенный долгим молчанием эльфийки, произнес мужчина. – Тебе не нравиться? – неуверенно спросил он.

-  Нет, что ты, - глухо отозвалась Мила, отрицательно покачав головой. – Как такая красота может не понравиться?! – улыбнулась она.

Мила никак не могла заставить себя оторвать взгляд от беленого бока колыбели, где среди рассыпанных золотых звезд бежала пара уже полюбившихся женщине лошадок. Проследив за ее взглядом, Повелитель, с облегчением переведя дыхание, подтвердил ее догадки:

- Да, их изготовил мастер Ивар совместно с лордом Форгером.

- Что-то мне подсказывает, что их дуэт ждет плодотворное совместное будущее, - предрекла им успех Мила.

- Как знать, - пожал плечами ее супруг. – Ты все еще хочешь заняться обустройством детской?

- Да, - прошептала она, не в силах поверить услышанному. Испугавшись, что ее полузадушенный писк комара мог остаться незамеченным, женщина часто закивала головой, демонстрируя свое согласие.

- Тогда завтра жди гостей – я велю прислать к тебе мастеров с образцами, - пообещал дракон.

- А как же мой «постельный режим»? – нахмурившись, спросила Мила. - Если Владыка узнает… - но мужская ладонь, накрывшая ее губы, не дала ей развить свою мысль.

- Тш-ш, а мы ему не скажем, - заговорщически подмигнув ей, ответил Повелитель. -  Думаю, появление двух-трех слуг в хозяйском крыле не вызовет никаких вопросов. Пока Владыка гостит у нас, ты можешь разработать план будущей детской.

- Спасибо, - прижавшись щекой к груди мужа, поблагодарила Мила. -    Теперь скучать мне точно не придется.

- Я рад, - целуя ее волосы, ответил дракон и, поморщившись от досады, добавил, -  А мне все три дня придется провести в обществе эльфов. Я даже не смогу тебе время уделить – совместные трапезы временно отменяются.

- Жаль – искренне ответила Мила.

- Не то слово, - согласился с ней Повелитель. - Как только появился свободная минутка, я навещу тебя. Должны же мы знакомиться друг с другом.

- Запомнил? – усмехнулась эльфийка.

- Да, - подтвердил дракон.


Глава 22

Глубокой ночью, когда сон пленил всех обитателей дворца (даже Мила, допоздна оживленно обсуждавшая с малышами детали будущего интерьера детской, сладко спала в своей постели), одинокая девичья фигура, облаченная в форменное платье горничной, быстрой тенью скользила по погруженным в полумрак коридорам. Не таясь, она остановилась у дверей гостевых покоев, которые тут же открылись, пропуская ее внутрь.

- Господин, - сделала она книксен, - я все сделала, как Вы и велели, - быстро отчиталась она, за что получила громко звякнувший в ночной тишине кошелек.

- Отлично, - ответил временный хозяин этих покоев и, протягивая маленький стеклянный флакон с какой-то прозрачной жидкостью внутри, инструктировал, - будешь добавлять госпоже в питье по паре капель. Поняла? – строго спросил он.

- Да, господин. Как прикажете, - поправив за ухо выбившийся рыжий локон, она взяла пузырек, спрятав его в карман своего передника. - Сделаю в лучшем виде, - заверила она щедрого господина, алчно взирая на увесистый кошель в собственной руке.

- Я рассчитываю на тебя, - довольный ее сговорчивостью, произнес мужчина.

***

Едва забрезжил рассвет, Мила, поднятая настойчивой горничной, со стоном накрылась одеялом с головой после того, как та сообщила ей, что буквально через полчаса ей необходимо присоединиться к процессии, направляющейся на утреннюю службу в храм. Как не хотелось бы эльфийке заняться совсем другими делами (образ новой детской требовал своего воплощения в реальности), но обязанности супруги Повелителя еще никто не отменял.

- Миледи, Вам стоит поторопиться, - с нотками паники в голосе напомнила служанка. – Ваш тонизирующий отвар, - протянула она бокал с задорной ярко-оранжевой жидкостью.

- Какой еще отвар? – любопытство заставило ее покинуть свое душное убежище.

- Лекарь Лионод рекомендовал, - ответила девушка.

«А с чего это он свои назначения передает через третьих лиц?» - подозрительно посмотрела она на бокал, в котором то и дело вспыхивали маленькие искорки.

«Мам, можешь смело пить, - разрешил малыш. – Думаю, таким способом лекарь передает тебе только те отвары, которые невозможно спутать с какими-либо другими и в которые невозможно незаметно что-либо подмешать».

«Все равно. Надо сказать ему, чтобы все свои рекомендации он озвучивал мне лично, а не через кого-то», - решила Мила.

- Бельтиса, что-то мне не хочется, - улыбнулась она как можно беззаботнее. - Не волнуйся, с лекарем Лионодом я потом объяснюсь, - пообещала она, заметив, как горничная хотела что-то возразить.

Не тратя более времени, Мила отправилась в ванную.

Ровно в срок она, затянутая с шелк сдержанной темно-бежевой расцветки, в компании своего супруга садилась в карету, стоящую перед зданием столичной ратуши.

Миле было интересно увидеть храм, оценить его, как сказать, в живую, сверить с воспоминаниями прежней хозяйки, где та бывала лишь однажды – на собственной свадьбе. Величественный и в тоже время какой-то воздушный, он поражал своей легкостью. Казалось, что храм, стоящий на холме, отдельно от других городских построек, буквально парит над столицей в лучах восходящего солнца. Скорее всего, весь секрет этого фантастического визуального эффекта заключался в том, что для его постройки использовался неизвестный на Земле камень – полупрозрачный, с мутно-белыми подтеками, словно его окунули в молоко. Он пропускал свет сквозь себя, практически не преломляя его.

Внутри храм производил не меньшее впечатление, чем снаружи: залитые солнцем огромные колоны поддерживали высокий сводчатый потолок с прозрачной крышей. Строители как будто оставили окно для самих богов, чтобы те могли наблюдать за молитвой страждущих.

Появление Верховного жреца, начавшего утреннюю службу, спасло Милу от направлявшегося в ее сторону Владыки. Но едва та закончилась, он уже не упустил редкую возможность пообщаться с дочерью.

- Света Вашему дому, - поприветствовал он супругов. - Миланиэль, дочь моя, вчера я не успел поздравить тебя с радостным событием: то, что ты ждешь малыша – благословление самих небес, не иначе.

- Спасибо, отец. Согласна с каждым словом, - тихо ответила Мила, о том, что детей двое, она решила умолчать, даже если Владыка знает об этом, она не будет подтверждать его сведения.

- Раз так, то тогда в знак благодарности мы просто обязаны вознести молитвы нашей заступнице и покровительнице Пресветлой Аннаис, - достаточно громко произнес он, чтобы быть услышанным стоящими поблизости придворными.

И Миле не оставалось ничего другого, как покорно вложить свою ладонь в его протянутую руку и отправиться вместе с ним к статуе богини. «Не ссориться же в обители Богов, - уговаривала она себя, - да и что может случиться в переполненном храме?!»

Но не успел Владыка начать благодарственной молитвы, как рядом с Милой на колени опустился ее супруг.

- Надеюсь, Пресветлая Аннаис примет искреннюю благодарность будущего отца, пусть и дракона, – глядя в глаза своей единственной, произнес Повелитель.

- Богиня милостива, - отчетливо скрипнув зубами, ответил эльф.

Закрыв глаза, чтобы скрыть свою досаду, он, склонив голову, смиренно сложил руки в молитвенном жесте, а в храме тягучей патокой потекли негромкие слова священных песнопений, в которых Владыка взывал к Богам, восхваляя их величие и вознося им благодарности за ниспосланную благодать. Его голос, такой ровный и чистый, звенел в наполненном солнцем пространстве, поднимаясь все выше и выше, словно и в правду собирался достичь неприступной твердыни небожителей.

Мила, прислушиваясь к таким чуждым, но все же знакомым словам молитвы, ощущала, как тревоги постепенно оставляют ее, а на их место приходит состояние расслабленной умиротворенности. Нет ничего удивительного в том, что, как только стихли финальные ноты эльфийской песни, она, поднявшись вслед за мужем, подарила ее исполнителю широкую безмятежную улыбку, не желая в это мгновение задумываться, кто перед ней - друг или враг. Подобно храму ее душа стала вместилищем света, который не хотелось осквернять мрачными думами и подозрениями.

Воспользоваться ее минутной слабостью Владыке не позволил дракон. Повелитель, нежно поцеловав тонкие пальчики супруги, устроил ее ладонь на сгибе собственного локтя и, обращаясь к эльфу, с сожалением произнес:

- Дорогой тесть, вынуждены Вас покинуть. Миланиэль все еще нездоровится. Не прощаюсь, до встречи во дворце.

Владыка, проглотив собственное раздражение, согласно закивал, обеспокоенно глядя на дочь:

- Что же это я?! Конечно, ступайте. Я ненадолго задержусь здесь, помолюсь Пресветлой Аннаис о твоем скорейшем выздоровлении, Миланиэль.

И снова Миле достался поцелуй в лоб, призванный продемонстрировать окружающим отеческую любовь. Вот только для нее самой он был сравни ушату ледяной воды, чары проникновенного песнопения эльфа развеялись без следа.

Оставив за спиной ворота храма, Мила почувствовала, что дышать стало намного легче. «Ура! Свобода! Никаких официальных мероприятий с участием «папочки» до бала!» - спускаясь по каменным ступеням, она заставляла себя идти медленно и степенно, игнорируя невероятное ощущение легкости, словно за ее спиной раскрылись два белоснежных крыла. А так хотелось вольной птицей взлететь над облаками, чтобы как можно скорее оказаться вдали от толпы придворных, эльфийского посольства во главе с Владыкой, от шума и суеты столичной жизни, быть там, где сейчас ее дом. Как бы странно это не звучало, но дворец действительно стал таким местом, стал ее крепостью.

- Хотел бы я знать, что же вызвало такую счастливую улыбку, - голос Повелителя вторгся в ее размышления. - Поделишься секретом?

- Все просто: ближайшие два дня я абсолютно свободна, - призналась Мила. – Спасибо за это.

- Не стоит, - отмахнулся дракон. – Я готов повторить, лишь бы видеть твою улыбку.

- Нет-нет, - испуганно замахала руками женщина, - обойдемся без визитов Владыки. Я понимаю, что навещать нас он периодически будет. Но давай сами не будем его приглашать? – с мольбой попросила она.

- Как скажешь, - покладисто согласился Повелитель, помогая своей маленькой эльфийке сесть в экипаж.

Вернувшись во дворец, супруги к их обоюдной досаде обнаружили, что в портальной комнате они не одни – опершись на одну из стен и скрестив руки на груди, стоял лорд Бьярнел, явно дожидаясь своего Повелителя.

- Ард, наконец-то…- начал хмурый советник.

Вот только Повелитель не стал слушать своего друга. Повернувшись к супруге лицом, он заговорщически спросил:

- Сбежим?

- Согласна, - шепотом ответила ему Мила.

На лице мужчины появилась какая-то запредельная хулиганская улыбка. «И этот красавчик – мой муж?»  - от увиденной картины у Милы перехватило дыхание. Непривычная видеть Повелителя таким несерьезно беззаботным она не могла на него насмотреться, стараясь запечатлеть его образ в памяти: «Блин, жалко смартфона под рукой нет – такой кадр!»

- Йен, прикрой, - меж тем бросил дракон своему другу.

Схватив маленькую ладошку жены, не сводящей с него завороженного взгляда, Повелитель потянул ее к выходу.

- Ард, ты издеваешься? – возмущенно воскликнул советник.

Вот только ответить ему уже было некому: тихий щелчок закрывшейся двери вряд ли можно считать таковым.

- Совсем голову потерял, - неодобрительно вздохнул он.

Но этим двоим, держащимся за руки, словно влюбленные подростки, не было никакого дела до недовольства одного дракона. Крепко переплетя пальцы, они то и дело украдкой смотрели друг на друга, а когда их взгляды пересекались, то дарили друг другу счастливые улыбки.

Так и не расцепив ни на мгновение рук, они вышли в сад. Полностью доверившись дракону, Мила, подставив лицо лучам ласкового солнца, ни о чем не думая и руководствуясь известным принципом «иду, куда глаза глядят», шла по парковым дорожкам, наслаждаясь редкими минутами, проведенными наедине с собственным мужем, счастливая уже только от того, что он так бережно и нежно держит ее ладонь. Прежде она ни за что не поверила бы, что одно такое, казалось бы, обыденное прикосновение может передать столько чувств.   

Очередной поворот дорожки, причудливо изогнутой по воле своего создателя, и расступившиеся кусты открыли уже знакомое Миле огромное раскидистое дерево, на толстой  ветви которого были подвешены качели. Вот только за несколько дней этот уединенный, надежно спрятанный от чужых глаз уголок преобразился до неузнаваемости (если бы не качели, женщина ни за что не догадалась бы, что уже была здесь прежде). Создавалось ощущение, что она, не заметив портала, переместилась в Закатный парк. Та же акварельная палитра, сдержанная и трогательно-нежная. То же незабываемое ощущение единения с природой. Мила для верности даже оглянулась, чтобы убедиться, что за спиной не мерцает портал.

- Это место воссоздали специально для тебя, - прижимая к себе свою маленькую эльфийку, произнес довольный ее реакцией дракон.

Неожиданно он подхватил ее и усадил на качели, несильно толкнув их своей рукой.

Взлетая все выше и выше, Мила, чуть откинувшись назад и запрокинув голову, восторженно следила за никуда не спешащими, проплывающими  мимо пышными облаками. Ее мысли текли также лениво и размеренно. «Как же хорошо, - довольно зажмурилась она, чувствуя, как безмятежная расслабленность разливается внутри нее, заполняя собой все без остатка. В ее душе царила неведомая доселе гармония не только с самой собой, но и с миром, призвавшим ее. «Это и есть счастье?» - задавалась она вопросом.

- Ард, это потрясающе. Слово персональный кусочек рая на земле, - ахнув, когда качели взлетели особенно высоко, восторженно воскликнула Мила.

- А для меня место в этом раю найдется? – за веселой легкомысленностью дракона скрывалось напряженное ожидание.

- Без тебя это уже и не рай, - тихо призналась Мила.

Ее голос, звучавший на грани шепота, заставил мужчину в прямом смысле слова заискриться от счастья – дракон, живущий внутри него, рвался наружу к своей единственной. «Тихо-тихо, приятель, - смеясь, уговаривал Повелитель. – Не испугай нашу пару своим напором. Рано ей пока еще знать. Дай мне еще пару дней. Клянусь, что завоюю ее доверие и благосклонность». И его увещания подействовали: зверь вновь уступил человеческой половине, оставив эльфийку в неведении.

Но как бы хорошо им не было вместе в этом надежно скрытом от чужых взглядов молодой зеленью месте, но время неумолимо (даже если они  и потеряли его счет), и пора возвращаться во дворец неизбежно настала.

- Миланиэль, после обеда управляющий пришлет к тебе мастеров, - прощаясь в гостиной с супругой, произнес Повелитель, склонившись над ее рукой.

- Спасибо, - поблагодарила она и взволнованно продолжила, стремясь донести до него свои чувства. – От чистого сердца спасибо. И за чудесный сюрприз, и за детскую, а главное за надежду.

- Миланиэль, - взяв ее ладони в свои, дракон нежно их сжал, - не нужно благодарностей. Все, что я делаю, я делаю из своих эгоистичных желаний. Не смущай меня, - шутливо закончил он, стараясь не показать виду, что ее искренняя благодарность жгла не хуже раскаленного железа, давила на плечи грузом вины за утаивание правды.

- Тогда я тоже эгоистка, раз все мое эгоистичное существо желает поблагодарить тебя, - улыбнулась она супругу.

- Да мы просто идеальная пара, - привлекая эльфийку к себе, ответил Повелитель. – Как же не хочется никуда уходить, - со стоном признался он.

- А надо? – с сомнением спросила Мила.

- Очень, - ответил он, прижимаясь щекой к ее волосам и вдыхая их аромат. – Нет, надо идти, - целуя ее макушку, он с явной неохотой отстранился от нее, - еще немного, и я выставлю вон всю эльфийскую делегацию во главе с Владыкой.

- Нет, тогда перемирию конец, - покачала головой Мила, отступая от мужа на шаг. – Иди, - прошептала она.

- До встречи, - хрипло простился Повелитель.

Сорвав быстрый поцелуй с ее губ, он решительно развернулся и направился к двери, провожаемый взглядом ясных глаз цвета морской лазури.

Даже когда за ним закрылась дверь, их обладательница еще долго стояла с широкой улыбкой на горящих губах.

«Мама, - позвал ее Дима и, не дождавшись реакции, протянул намного громче, - ма-ма!»

«А?» - только и смогла ответить Мила.

«Мама, отомри уже», - насмешливо произнес малыш.

«Да-да», - все также витая в облаках, ответила она.

«Ну, мама, - не отставал мальчик, - тебе еще с лекарем разъяснительную беседу провести надо».

«И платье бальное примерить», - напомнила Мия.

«Сдаюсь, - рассмеялась их мать. – Поняла свои ошибки, пойду исправлять».

Сменив платье, она велела горничной пригласить лекаря.

- Бельтиса, только, пожалуйста, скажи достопочтенному лекарю Лионоду, что я хорошо себя чувствую, и мне просто нужна его консультация. Не будем его зазря волновать, - Мила до сих пор испытывала угрызения совести за свою оплошность. - Да и еще: после лекарской зайди в швейные мастерские и уточни у Сильвины время примерки. Я свободна до обеда или после ужина.

Отослав горничную, Мила вернулась в гостиную, чтобы там дождаться лекаря, который впрочем, как и в прошлый раз, явился довольно быстро.

- Миледи, как Ваше самочувствие? – закрывая за свой дверь, с порога спросил пожилой дракон, с дыханием которого на этот раз все было в порядке.

- Не жалуюсь, - заверила его Мила. – Лорд Лионод, у меня к Вам просьба. Давайте пройдем в мой кабинет, там нам будет гораздо удобнее.

- Хм, заинтриговали, - вскинув бровь, ответил лекарь. - Но сначала осмотр. Я настаиваю, - строго добавил он, вслед за миледи войдя в кабинет.

- Да я не против, - улыбнулась эльфийка. – так и Вам, и мне спокойнее будет, - произнесла она, устраиваясь на диванчике.

- И то верно, - смягчился лекарь, довольный покладистостью своей пациентки.

Остановившись рядом с диванчиком, на котором лежала эльфийка, он, вытянул руки, на автомате создавая плетение диагностического заклинания.

«Мам, - позвал ее малыш. – Ты нам не доверяешь?»

«Откуда такие мысли?» - удивилась Мила, отстраненно отмечая, как мужские ладони окутывает ставшее таким привычным сияние.

«Откуда-откуда. Оттуда! Это тебе же после осмотра лекаря спокойнее станет, - нотки ревности явственно прозвучали в голосе ребенка. – Нашего мнения уже недостаточно?»

«Конечно, достаточно, - заверила женщина малыша. – Но как говориться: одна голова хорошо, а две лучше».

«Нас и так двое», - усмехнулся Дима, успокаиваясь.

«Не спорю, но мнение профессионала лишним не бывает, - наставительно ответила его мать, - и к тому же, пусть учиться, нарабатывает практику для будущих поколений, раз уж рождение двойни здесь такая редкость. Не всем же повезет с малышами так, как мне».

«А-а-а, ну тогда ладно», - важно дал свое разрешение малыш, преисполненный гордости.  

- Миледи, я закончил, - напомнил о себе лекарь. – Все в порядке: малыши развиваются, как и положено. Только вот почему Вы не выпили тонизирующий отвар, который я отдал Вашей горничной? Ваше состояние могло быть значительно лучше.

- Вот по этому поводу я Вас и позвала, - вставая, ответила Мила.

Сев в свое любимое новенькое кресло, она продолжила:

- Лорд Лионод, я Вас уважаю и ценю, но мне бы хотелось, чтобы в будущем Вы свои рекомендации озвучивали мне лично, а уже потом отправляли через посыльных неизвестные напитки. А будет лучше, если их передавать будет кто-то из Ваших подчиненных, кому Вы можете доверять на сто процентов.

- Миледи, - только теперь осознавая последствия своих необдуманных действий, растерянно ответил пожилой дракон и, побледнев, продолжил спустя несколько секунд, сумев собраться с мыслями, - простите старика за мою самонадеянность: то, что в присланные мною отвары невозможно незаметно ничего добавить, не дает мне права быть таким беспечным. Ваши требования обоснованны. Я лично буду приносить Вам все лекарства, - заверил он свою пациентку.

- Благодарю, что отнеслись к моей просьбе с пониманием, - кивнула ему Мила. – Во дворце я еще новичок, но у моего супруга, как ни прискорбно это признавать, есть недоброжелатели, поэтому здравая осторожность никому не повредит, - произнесла она, поднимаясь.

Лекарь, поняв, что аудиенция закончена, тоже поднялся.

- Все доброго, миледи. Берегите себя, - пожелал он, поспешив откланяться.

Проводив лорда Лионода, Мила, накинув на плечи теплую шаль, вышла на террасу, решив насладиться погожим деньком и великолепными горными пейзажами. Прищурившись от яркого слепящего света, она вдыхала чистый воздух, еще не до конца прогретый лучами солнца, наполненный неповторимым ароматом весны - запахом талого снега и прелой земли.

Но не пробуждающаяся от зимней спячки природа заставляла ее сердце неистово трепетать. Ворвавшийся в мысли женщины дракон, никак не хотел покидать их. Этот сильный и уверенный в себе мужчина своей нежностью и заботой приводил Милу в полнейшее замешательство: как же сильно ей хотелось верить ему, верить, что у них все получится, но также отчаянно она боялась ошибиться. «Пора бы уже признаться хотя бы самой себе, что он давно уже преодолел отметку «нравится», став чем-то большим», - грустно усмехнулась эльфийка.

- Миледи, - позвала ее горничная. - Главная швея просила передать, что примерку лучше назначить на вечер, они как раз успеют все подготовить.

- Отлично, - улыбнулась она, переключаясь на текущие заботы. - Что-то я проголодалась. Бельтиса, накрой, пожалуйста, в моем кабинете.

- Конечно, - с готовностью ответила девушка, чуть ли не бегом бросаясь выполнять поручение, дабы накормить голодную госпожу.

Устроив себе ранний обед, а по сути, поздний завтрак, Мила направилась в детскую, чтобы еще раз осмотреть ее до прихода мастеров.

Едва переступив порог детской, она первым делом направилась к маленьким колыбелькам, которые притягивали ее как магнит.

«Неужели совсем скоро здесь будут мои малыши?» - все еще до конца не веря, спрашивала она у себя.

«Вот-вот, - вторгся в ее размышления Дима, - а наши с Мией покои еще не готовы!»

«Обещаю, к Вашему рождению все будет готово», - искреннее возмущение малыша заставило ее улыбнуться.

«И на моей половине, как и договаривались, никаких девчачьих цветов: только суровые мужские цвета, не пристало воину среди цветочков почивать!» - брезгливо воскликнул малыш.

«Ладно-ладно, суровый ты мой», - примирительно произнесла Мила.

«А я хочу цветочки, - упрямо заявила Мия. – И бабочки, и звездочки, и блестки».

«Ребята, давайте жить дружно, - фыркнув, изрекла она мудрость кота Леопольда. – Мы же уже все обсудили».

«Да, но к согласию не пришли», - ответил Дима.

«А я уже все придумала,  - ответила его мама, -  мы распишем стены как рассветное небо, все еще усыпанное ночными сияющими звездами (ночью они, кстати, заменят ночники), но в котором уже появилось солнце. Вот вам и сочетание света и тьмы».

«Красиво», - одобрил идею матери Дима.

«Как романтично», - отозвалась Мия.

«Будем считать, что проект согласован и утвержден», - довольно постановила Мила.

Побродив еще немного по отведенным для детей комнатам, она вернулась к себе и была приятно удивлена застав в гостиной обещанных супругом мастеров, причем у каждого в руках была толстая, довольно увесистая на вид папка с образцами.

Расположившись с ними в кабинете, Мила быстро изложила свою идею, для наглядности продемонстрировав фигурки маленьких лошадок, послуживших ее источником вдохновения. Взяв протянутые игрушки, оба мастера с неподдельным интересом изучали творение другого. «Да, талант – это тоже своеобразная магия», - улыбнулась эльфийка, заметив, как загорелись их глаза.

Наигравшись с фигурками, мастера вернули их Миле, а сами раскрыли свои внушительные папки, чтобы представить наиболее подходящие, по их мнению, образцы на суд своей госпоже, которой оставалось лишь, внимательно рассмотрев предложенное, выбрать лучшее.

Они настолько увлеклись, что не заметили, как за окном стало стремительно темнеть. И лишь робкий стук в дверь отвлек их от разложенных образцов.

- Миледи, в какое время подавать ужин? – смутившись от собственной смелости (инициатива, как известно, наказуема), тихо спросила горничная после того, как, получив разрешение войти, открыла двери кабинета.

Мила, оторвавшись от двух небольших отрезов ткани, которые она держала в руках, и, бросив быстрый взгляд на часы, удивлено вскинула брови:

- О, уже так поздно? Бельтиса, можешь накрыть минут через десять, - а когда горничная покинула ее, обратилась к мастерам, - так, на этом предлагаю закруглиться. Мастер Мейрсгил, я выберу, пожалуй, этот, - протянула она один из отрезов, что держала в руках. – Думаю, у вас теперь достаточно материала, чтобы начать, - и, получив подтверждение своим словам, продолжила, - благодарю за уделенное время, надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным.

Простившись с мастерами, Мила, дождавшись, когда служанка накроет на стол, быстро поужинала, чтобы успеть до примерки. И едва она взяла в руки чашечку с отваром, как горничная доложила о приходе главной швеи.

- Спасибо, Бельтиса, сейчас иду, - сделав глоток ароматной жидкости и  поставив чашку на стол, она поднялась, чтобы поприветствовать портниху.

- Добрый вечер, Сильвина, - произнесла Мила, оказавшись в гостиной.

- Добрый вечер, - ответила та, изобразив быстрый книксен. – Ваше платье практически готово: осталось только примерить, чтобы убедиться, что оно сидит как надо. Ну, и задали же Вы мне задачу, - укорила она свою госпожу.

- Зато согласитесь, что интересную, - эльфийка мягко возразила портнихе, улыбнувшись.

- Не спорю - подтвердила швея.

- Давайте, скорее приступим, не терпится оценить, что же получилось, - предложила Мила, направляясь в спальню.

- Если что, еще есть возможность вернуться к изначальному варианту, - как бы невзначай, предупредила Сильвина.

- Не думаю, что это понадобится, Сильвина, - покачала головой эльфийка. - Я верю в Ваш талант.

- Благодарю, - сдержанно ответила швея. – Но я лишь так, к слову, чтобы Вы знали.

- Поняла, - рассмеялась Мила. – Ваше отношение к моему вмешательству очевидно. Но я надеюсь, что примерка, если не переубедит Вас, то хотя бы примирит с моим решением.

И действительно, едва она надела платье, как все сомнения отпали сами собой. Дружное «ах», разлетевшееся в спальне, было лучшим тому доказательством: ведь даже в таком незаконченном виде, платье было не просто красивым, а для консервативного драконьего общества – дерзко смелым в своей утонченной сексуальности.

- На балу миледи затмит собой всех! – толкнув свою приятельницу Клэрис в бок, восторженно прошептала белокурая помощница швеи.

- Если Повелитель выпустить ее из покоев, - с сомнением в голосе добавила брюнетка.

- Ага, - хихикнула Янита, - чего стоит его прошлое появление в спальне госпожи.

Гневное шиканье портнихи, заставило их умолкнуть, пристыжено отпустив глаза.

А Мила поняла, что ей предстоит решить ее одну проблему.


Глава 23

На следующий день, когда солнце стремилось к зениту, Мила решилась на прогулку по саду, предварительно узнав, что эльфийским дипломатам будет не до развлечений: на этот день у них было запланировано обсуждение условий какой-то торговой сделки и собственно ее заключение. Она надеялась, что Владыка, как и в другие минувшие дни его пребывания во дворце, будет плотно занят кем-нибудь из драконов, приставленных специально для того, чтобы неустанно держать его в поле зрения и пресекать любые попытки встретиться с дочерью.

Оставив позади стены дворца, а заодно и заключенные там страхи, порожденные неуверенностью женщины в своем таком неопределенном будущем (и для мужа она не единственная, и для «отца» - разменная монета, жизнь которой ничего не стоит, а еще, ко всему прочему, самозванка, до жути боявшаяся разоблачения), Мила устремилась туда, где впервые испытала абсолютное счастье, в свой кусочек рая на земле. Но видимо именно сегодня Владыке удалось улизнуть от навязанного общества, иначе что он делал по среди парковой дорожки, источая довольную улыбку хищника, поймавшего желанную добычу.

Дернувшись, Мила приказала себе сохранять спокойствие.

- Доброе утро, дочь моя. Позволишь присоединиться? – спросил Владыка.

- Доброе утро, отец, - мило улыбнувшись, поприветствовала она эльфа. – Конечно, - держась за подставленную руку, женщина продолжила путь, прекрасно понимая, что его вопрос - скорее формальность, и любой другой ответ вызовет ненужные подозрения.

- Знаешь, у меня сложилось впечатление, что ты избегаешь своего отца, – печально усмехнувшись, произнес Владыка, чересчур бережно похлопав ее по руке, лежавшей на сгибе его локтя.

Холодея от такого преувеличенно нежного прикосновения (наверное, с такой же любовью паук тянется к запутавшейся в его сетях беззащитной, хрупкой бабочке), Мила как можно невиннее ответила:

- Ума не приложу, с чего у Вас сложилось такое мнение.

- Просто, стоит мне только подумать о встрече с тобой, как передо мной тут же возникает очередной дракон, желающий выразить свое почтение, - довольно миролюбиво посетовал он, вот только в его прищуренных глазах в противоположность его тону отражалась холодная ярость, полыхавшая в его груди.

- Я уверена, что тут нет злого умысла, отец, - произнесла его дочь, абсолютно равнодушная к красотам природы (да что там равнодушная, она не замечала ее вовсе!), усилием воли заставляющая себя идти под руку с крайне неприятной для себя личностью. - Думаю, что Вы просто недооцениваете себя, - заметив, как удивленно взлетели брови эльфа вверх, она осталась довольна произведенным эффектом.

- Я? – переспросил Владыка, когда пауза, взятая его дочерью, несколько затянулась.

- Не скромничайте, отец. Вы выдающаяся личность, уверена, что вести о Вашем мудром и справедливом правлении давно шагнули за пределы наших земель. Неудивительно, что теперь к Вам выстраивается очередь из желающих хотя бы на миг соприкоснуться с Вашим величием, - восхваление конкретно этого эльфа далось Миле нелегко, слова приходилось буквально выдавливать из себя, но жизнь и здоровье малышей были для нее важнее всего на свете, важнее собственной гордости и принципов.

«Где моя охрана?! – паниковала она. – Меня вообще собираются спасать?!»

- Ты мне льстишь. Как твое здоровье? - заглядывая в ее лицо, обеспокоенно спросил он. - Я вижу тень на твоем челе: тебя что-то гложет. Если так, то можешь смело, как и прежде, рассказать мне обо всем. Я всегда тебя выслушаю и поддержу.

«Решил теперь в заботливого папочку поиграть?» - усмехнулась Мила. – А не поздновато ли ты спохватился? Да и актер из тебя так себе».

- Фактически я здорова, но беременность отнимает много сил, слабость - моя постоянная спутница. Я очень быстро устаю, и лекарь настоятельно рекомендует мне как можно больше отдыхать, - ответила она, решив воспользоваться таким предлогом, как «плохое» самочувствие, чтобы завершить столь тягостную для себя прогулку. – И мне уже пора возвращаться. Проводите меня, отец?

- Конечно, - покорно согласился Владыка. – Но ты так и не ответила на мой вопрос: что гложет тебя, дочь моя?

- Ну что Вы, отец. Вам, наверное, показалось, - как можно беззаботнее улыбнувшись, заверила Мила эльфа. – Единственное, о чем я сейчас думаю, это подходящие имена для наследника или наследницы. Никогда бы не поверила, что это такая сложная задача, пока не столкнулась с ней сама. Скажите, отец, а Вас терзали муки выбора?

- Все шутишь, – остановившись, с притворной грустью вздохнул он. Развернувшись к ней лицом, Владыка, с сочувствием глядя ей в глаза, бережно сжал ее плечи.– Полагаешь, я не знаю, что за мысли тебя терзают? Но они для меня не секрет. «Сегодня-завтра мой дракон встретит свою единственную, и где тогда окажусь я?» - вот о чем ты думаешь. Не пытайся меня обмануть.

«Знает куда бить, прямо по больному метит гад, - скривилась Мила. - Только просчитался ты, папочка, пора юношеского максимализма у меня давно миновала».

- Не скрою, что и такие мысли посещали меня, но Вы же не оставите свою дочь, пожертвовавшую собой ради своего народа, ради мира?! - наивно хлопая ресницами, тихо спросила она.

Ответить эльфу не дал появившийся внезапно Повелитель:

- Дорогой тесть, вот Вы где пропадаете. Во дворце все уже с ног сбились, Вас разыскивая, - укорил он Владыку, который, опустив руки и отступив на шаг от дочери, развернулся лицом к говорящему.

- Признаю свою вину: совсем счет времени потерял, общаясь с любимой дочерью. Случайно встретились и вот, - развел он руки в стороны, как бы извиняясь.

- Я, конечно, понимаю, что любого времени, проведенного вместе после столь долгой разлуки, будет мало. Но, увы, нас ждут, - произнес дракон, прижимая супругу к себе крепче, чем следовало бы, выдавая тем самым свое волнение.

Но Мила не была против таких действий мужа, ее все устраивало. Рядом с этим мужчиной, в его руках, она чувствовала себя абсолютно защищенной.

- Конечно, пора возвращаться, - ответил Владыка. – Миланиэль, был рад тебя встретить.

- Дорогой тесть, Вы идете, - предложил Повелитель. – Я провожу мою леди и сразу же присоединюсь к Вам.

Владыка без споров и возражений оставил молодых супругов наедине, любезно раскланявшись с ними на прощание. Как опытный политик, он прекрасно чувствовал момент, когда надо отступить. Не торопясь вернуться во дворец, он просто следовал за изгибами парковой дорожки, прокручивая в своей голове разговор с дочерью. Ее реакция, вызванная одним только упоминанием гипотетической единственной дракона, была красноречивее любых слов: острая неуверенность, промелькнувшая в глазах цвета морской лазури, обнажила всю ее беззащитность.  «Глупенькая, неужели влюбилась? Нашла в кого, - фыркнул он. – Но это даже к лучшему, твоя слабость станет моим преимуществом». Зловеще ухмыльнувшись, Владыка ускорил шаг.

Повелитель же, проводив тестя напряженным взглядом и убедившись, что для эльфа они недоступны, обхватил лицо супруги своими горячими ладонями.

- Он ничего тебе не сделал? – с тревогой глядя на эльфийку, спросил он, обжигая ее своим шепотом, сдавленным от накалившихся эмоций.

- Нет, ты вовремя появился, - плавясь в огне его пронзительных янтарных глаз, едва слышно ответила Мила.

- Уф, - выдохнув с облечением, мужчина закрыл на миг глаза, позволяя себе наконец-то расслабиться. - Я спешил, как мог. Как только твоя охрана доложила об этой встрече, со всех ног бросился к тебе, - оправдываясь, он прижался к ее лбу, а после с мукой в голосе добавил, признаваясь в своих страхах, - я так боялся не успеть.

- Ты успел, все хорошо, - заверила Мила дракона, боль, которую она так отчетливо слышала в его словах, заставляла и ее саму страдать.

- Постоим так еще минуту, - его просьба прозвучала практически как мольба. - Успокою зверя и пойдем. К сожалению, меня ждут.

- Да, жаль, - согласилась эльфийка. - Я ценю твою жертву. Правда, очень.

- Очень? – заинтересовался его супруг. – И что мне за мои страдания будет?

- Я знала, что драконы - жуткие собственники, но не думала, что они еще и невероятные корыстолюбцы, - с улыбкой упрекнула Мила.

- Да, все, что касается тебя, делает меня жадным, - хрипло признался Повелитель, захватывая ее губы в плен, не в силах устоять перед соблазном.

Словно раскаленные, его губы, такие сокрушающе мягкие и нежные, заставляли ее пылать, лишая воли и разума, испаряя все до единой мысли. Поддавшись чувственному порыву, Мила прижалась к его стальной груди, обхватив за широкие плечи, чуть приоткрывая губы, словно призывая захватить ее полностью, быть завоевателем и победителем в их любовной схватке. И дракон не подвел, с довольным утробным рыком углубляя поцелуй.

И только когда легкие стали нестерпимо гореть огнем от нехватки кислорода, необходимость сделать хоть крошечный вдох вынудила их оторваться друг от друга. Не размыкая объятий, они стояли, прижавшись друг к другу, пытаясь унять бешено стучащие сердца.

Выровнять дыхание первым удалось дракону. Посмотрев на свою маленькую эльфийку, он не смог сдержать улыбки. Вот такая: зацелованная, с горящими губами, чуть растрепанная и с затуманенным взором - она приводила его в неописуемый трепет, заставляя его сердце буквально захлебываться от восторга и умиления. Впервые за всю свою жизнь испытывая подобное, он смотрел на нее и не мог налюбоваться.

И лишь когда в глазах Мила появилась хоть какая-нибудь осмысленность, Повелитель пригладил ее волосы и, устроив ее руку на сгибе своего локтя, повел во дворец.


Глава 24

Если Мила, попавшая во власть романтических грез, рожденных одним единственным, пусть и невероятно трепетным и сладким, поцелуем в саду,  и думать забыла о грядущем бале, к которому готовился весь свет драконьей аристократии, то это не значит, что он пройдет без ее участия.

С самого утра последнего из дней пребывания эльфийского посольства во дворце в ее гостиной было не протолкнуться – среди этой толпы знакомыми оказались только ее горничная да главная швея, ревниво оберегающая платье, зорко следя, чтобы его никто ненароком не помял и не испачкал.

- Ого, как Вас много, - удивилась Мила, стоило ей только выйти из спальни. – Даже слишком много. Давайте так, Сильвина, Вы выберете пару помощниц, а остальных отправьте обратно.

- Да здесь и так всего одна моя помощника, - весело ответила швея.

- Да? – озадачилась Мила. – Тогда кто эти милые девушки?

- Леди Бьярнел направила, миледи, - как всегда, тихо ответила ее горничная.

- Бельтиса, твоей помощи будет более чем достаточно, - от слов миледи на губах девушка промелькнула быстрая, польщенная улыбка. – Девушки, благодарю за потраченное время, можете быть свободны.

Как только шушукающиеся служанки покинули ее гостиную, Мила обратилась к портнихе:

- Сильвина, показывайте, что там у Вас получилось? Мне не терпится увидеть конечный вариант.

- А примерить? – спросила та, доставая платье из чехла.

- И это тоже, - со смехом согласилась эльфийка, жадно разглядывая показавшуюся тюлевую юбку насыщенного фиолетового цвета.

Мила специально отказалась от жесткого каркаса, а потому юбка ниспадала мягкими складками. Лиф платья, расшитый кружевом и камнями, имел провокационный вырез сердечком, стыдливо прикрытый полупрозрачной накидкой, заменявшей рукава, декорированной по нижнему краю искусно вышитым растительным орнаментом.

- Миледи, Вы прекрасны, - выдохнула швея, едва ее госпожа надела платье. - Только зачем Вы так с Повелителем?

Мила еще раз посмотрела на себя в зеркало, оценивая собственное отражение на предмет соответствия строгой женской моде, принятой в высшем свете драконьего общества.

- Сильвина, но все в рамках приличий,  - слабо возразила она.

- Конечно, - подтвердила та, про себя едва слышно добавив, - Вы это Повелителю скажите.

Мила, все же услышав слова швеи, печально вздохнула: «Это точно». Молочная кожа хрупких плеч и тонких острых ключиц белела под прозрачной газовой вуалью накидки, вышивка которой, встречаясь с кружевом платья, надежно скрывала от посторонних глаз соблазнительную линию декольте. Ее ревнивцу-супругу хватило бы и меньшего, чтобы не пустить ее на бал.

«Мама, можно подумать, ты просто горишь желанием попасть на этот бал», - усмехнулся Дима.

«Хм, может не надевать накидку?» - Мила окинула себя еще одним задумчивым взглядом.

«Мама, а как же утереть нос леди Бьярнел?» - спросила Мия. – Ты позволишь ей весь вечер крутиться возле папы?»

«Вот именно поэтому у этого платья есть накидка, а я собираюсь на бал. Место подле вашего отца мое по праву!» - решительно сверкнув глазами, она отвернулась от зеркала.

***

Время таяло, а Мила так и не смогла придумать достаточно веских аргументов, чтобы отстоять свой бальный наряд, если ее муж сочтет его чересчур откровенным. А в том, что такая ревнивая мысль может посетить его голову, она была уверена почти на сто процентов. Прецедент уже имел место быть (а тогда речь не шла о сотнях придворных мужского пола), и повторения пройденного ей не хотелось. И теперь, когда до бала осталась какая-то пара часов, она мучительно прокручивала в голове различные варианты, отстраненно наблюдая, как ее горничная расчесывала темный шелк ее длинных волос.

Щелчок дверного замка вырвал ее из раздумий. В зеркальном отражении эльфийка увидела застывшего супруга. Под немигающим взглядом пылающих янтарных глаз она нервно схватилась одной рукой за ворот домашнего платья.

«Вспомни лучик», - приветливо улыбнулась Мила напряженному супругу, так и не выпустившему из рук дверную ручку.

Дракон, словно загипнотизированный, не мог заставить себя пошевелиться, буквально окаменел, живыми оставались только глаза, неотрывно следящие за миниатюрной женской фигуркой.

- Бельтиса, оставь нас ненадолго, - попросила она служанку. - Я позову.

Сделав почтительный книксен, горничная удалилась. Только вот навряд ли Повелитель уделил ей хоть сколь-нибудь внимания, весь его мир сузился до одной особы, сидящей за резным туалетным столиком, голос которой, такой мягкий и певучий, растекался внутри него тягучей карамелью, помогая скинуть сковавшее его тело оцепенение. Медленно перенеся вес тела на другую ногу, он сделал первый шаг ей на встречу и буквально за одно мгновение преодолел разделяющее их расстояние.

- Ты прекрасна, - остановившись за ее спиной, хрипло произнес дракон, склонившись к ее порозовевшему заостренному ушку.– Какая ковар-р-рная дверь, - усмехнулся он, оглянувшись, словно желая удостовериться в обычности оной. - Держи, это тебе, - протянул он ей бархатную коробочку.

- Что там? – спросила Мила, открывая футляр, не в силах выдержать его пронзительный взгляд.

- Тиара супруги Повелителя, - ответил ей мужчина, любуясь ее румянцем. - Непременный атрибут на всех торжествах. Позволь?

Достав из футляра небольшую диадему, он осторожно водрузил ее на темную макушку, напоследок проведя по ее гладким волосам настолько медленно, насколько это вообще было возможно, словно его руки не желали расставаться с их мягкостью, такой непередаваемо приятной.

Замерев перед зеркалом, Мила неотрывно следила за супругом, теряясь в ощущениях, что дарили его руки: почему-то одновременно хотелось вскочить и бежать от него прочь, как можно дальше от огня, что разгорался в его глазах с каждой секундой сильнее,  и в то же самое время прижаться к его ладони.

- Ну, как? – спросил Повелитель, с шумом вдохнув воздух, ставший неожиданно вязким.

Оторвав взгляд от дракона, Мила наконец-то обратила внимание на тиару, венчавшую ее голову. Выполненная в виде двух ажурных веточек какого-то растения, устремленных к центру и удерживающих огромный дымчатый бриллиант каплевидной формы, она покоряла своей реалистичностью и филигранностью исполнения.

- Она восхитительна. Спасибо, - поблагодарила она супруга, снимая украшение и убирая его обратно в футляр.

- Мне уже пора привыкнуть, что ты всегда найдешь, чем меня удивить, - произнес Повелитель, проследив за ее руками, а заметив, как женщина недоуменно вскинула бровь, пояснил, - любая на твоем месте не рассталась бы так быстро с этой вещицей.

- Очевидно, что у нас с этими незнакомыми мне леди разные приоритеты, - усмехнулась эльфийка.

- Вот именно поэтому ты и привлекаешь меня в качестве спутницы жизни, - признался дракон, целуя ее в висок.

Он выпрямился, а его ладони, кажущиеся такими неестественно большими и грубыми в противовес ее изящной женственности, легли на ее хрупкие плечи.

- Миланиэль, до бала мы с тобой больше не увидимся, - чуть сжав ее плечи, с сожалением произнес Повелитель. - Мы встретимся уже там, лорд Бьярнел проводит тебя.

- Надеюсь, на балу моим спутником будешь ты, а не твой советник, - не смогла скрыть своего разочарования эльфийка.

- Не сомневайся в этом, - с улыбкой заверил мужчина свою недовольную супругу, - мой дракон не допустит подобного.

«Ну, хоть какой-то прок от этого ревнивца», - усмехнулась Мила.

«Мама, - позвал ее Дима, - заметь: отец твое платье увидит только тогда, когда что-либо изменить уже будет невозможно».

Приободрившись, эльфийка улыбнулась.

- Ладно, на первый раз прощаю, - смилостивилась она.

- Благодарю, моя леди, за великодушие, - шутливо поклонился дракон. – Готов в качестве наказания выполнить любой твой каприз.

- Так уж и любой? - пытливо прищурилась Мила.

- Любой, - твердо стоял на своем мужчина.

- Ловлю на слове, мой Повелитель, - довольно произнесла она.

Коварство, промелькнувшее на миг в глазах цвета морской лазури, пошатнули уверенность дракона. «Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления», - решил он, отмахнувшись от внутреннего голоса, буквально кричащего, что о своем опрометчивом обещании он еще пожалеет.

***

- Скажи, ты видела платье миледи? – спросила у своей горничной собирающаяся на бал леди Бьярнел.

- Нет, госпожа. Миледи, отослала всех служанок, я даже мельком на него не взглянула. А моя глупая сестрица наотрез отказалась мне его показать. Предана хуже собаки, - визгливо рассмеялась та над собственной шуткой.

- Фу, Тайрика, сколько тебя не учу, а ты все свои деревенские манеры никак не забудешь, - леди Элиана была слишком увлечена собой, чтобы увидеть, как опасно полыхнули глаза ее горничной. – Сильвина тоже отказалась. Все меня покинули.

- Ну что Вы, госпожа. Я всегда на Вашей стороне, - подобострастно заверила ее служанка. – Хотите воды?

- Да, сегодня, как-то жарко, - согласилась старшая фрейлина.

- Держите, - налив воды из графина, горничная потянула бокал своей госпоже.

- Спасибо, Тайрика, - поблагодарила ее леди Эллиана, отпив немного. – Очень освежает.

- Всегда пожалуйста, - отозвалась девушка, заправляя за ухо огненный локон.

***

Раздавшийся негромкий стук в двери, заставил Милу подняться, неуверенно одернув платье. Нет, она прекрасно знала, что выглядит шикарно, но все же, откровенно говоря, побаивалась реакции местной публики. Именно поэтому она пристально вглядывалась в лицо вошедшему мужчине, отслеживая каждую эмоцию, промелькнувшую на его лице.

- Миледи… -  оборвав себя на полуслове, тот замолчал.

В немом восхищении он смотрел на юную эльфийку, кажущуюся такой нереально хрупкой, эфемерно воздушной, словно дивное видение, что исчезнет, стоит только моргнуть глазами. Смежив на мгновение веки, он резко распахнул их, чтобы убедиться, что эта невозможная эльфийка, при каждой встрече умудряющаяся сбить его с толку, никуда не делась и осталась на месте, и более того недоуменно хмурится. «Так, Йен, возьми себя в руки. Тоже мне дамский угодник, - со злой насмешкой подумал он. – Где твое знаменитое хладнокровие. Соберись! Скажи хоть что-то!»

- Миледи, - сдавленно начал советник, поморщившись от собственного голоса, настолько жалким он ему показался, - Вы всегда чарующе прелестны, но сегодня, в этом я абсолютно убежден, в бальном зале не останется ни одного мужчины, не сраженного Вашей красотой, - остановившись рядом с этой необыкновенной женщиной, он склонился над ее рукой. – Вот только, боюсь, Повелителю сегодня будет нелегко, - со злорадной усмешкой добавил он, губами касаясь бархатистой кожи.

- Благодарю, - сдержанно ответила на комплемент Мила, высвобождая свою ладонь, уж очень ей не понравилась насмешка в адрес супруга, которая, к тому же, только подтверждала ее собственные сомнения. – Но не Вы ли недавно говорили, что он сам в состоянии о себе позаботиться?! Исходя из Ваших слов, я могу с уверенностью утверждать, что выдержка у моего супруга соответствующая.

- Несомненно. Вот только речь идет о его… - замолчав, он шокировано посмотрел на эльфийку, не веря в то, что сейчас хотел произнести. Справившись с собой, он, откашлявшись, исправился, - кхм, матери его детей. Любому дракон трудно сдержаться, даже самому сильному из нас. Идемте, нам пора.

На этот раз Мила не стала отказываться от предложенной руки. Ухватившись за его локоть, она отправилась на свой первый бал.

Разум мужчины, провожающего ее к месту торжества, лихорадочно пытался пристроить в устоявшуюся картину мира, такую понятную и привычную, неожиданно посетившую его догадку: «Единственная? Серьезно?! Да, нет, не может быть, - тряхнул он головой, прогоняя крутящиеся в нескончаемом хороводе смехотворные мысли, чтобы тут же, противореча самому себе, добавить, - хотя это многое бы объяснило».

Мила, кожей чувствуя задумчивые взгляды советника (которые он, по его же собственному мнению, бросал украдкой), сама начала нервничать. «Перестаралась? Вон советник сейчас косоглазие заработает. А от благоверного, инстинктами осчастливленного, чего ждать?»

И когда она уже близка к тому, чтобы развернуться и закрыться в своих покоях, голос малыша остановил ее:

«А о сестре советника ты не забыла?»

Упоминание соперницы как по волшебству преобразило Милу: приосанившись, она подобралась, гордо вскинув подбородок.

«Ты прав, - ответила она Диме. – Это мой муж! И нечего ей даже пытаться встать между нами!»

Слишком увлеченная приведением собственных чувств в порядок, Мила не заметила, как впереди, из-за очередного поворота, им навстречу вышли виновники сегодняшнего торжества – эльфийские дипломаты, окружившие плотным кольцом своего Владыку. К счастью, лорд Бьярнел, несмотря на шокирующие открытия, был начеку и успел вовремя среагировать, воспользовавшись другим ответвлением коридора, чтобы не столкнуться с гостями лицом к лицу, которым удалось лицезреть лишь краешек фиолетового подола.

А сам Владыка навряд ли обратил внимание на мелькнувшую в дали ткань платья. Он шел уверенной поступью победителя, по-хозяйски оглядывая убранство дворца и не скрывая довольной торжествующей улыбки. «Сегодня все решиться, - его холодные глаза предвкушающее блеснули, - я слишком долго ждал. И девчонка не подвела. Осталось только насладиться незабываемым зрелищем». На миг его улыбка сменилась кривой злорадной усмешкой, преобразившей его лицо, словно темное уродливое нутро выбралось наружу, демонстрируя свой истинный облик.


Глава 25

- Лорд Бьярнел, благодарю за помощь. Дальше я сама, - очаровательно улыбнулась Мила, пытаясь спровадить советника, свидетели ей сейчас были не нужны.

- Ну, что Вы. Как я могу? Я должен убедиться, что Повелитель внутри, что никакая опасность не подстерегает Вас там, -  с приторно сладкой улыбкой ответил дракон, про себя добавив: «А заодно свою догадку проверю».

«Угу-угу, так и скажи, что развлечься за наш счет решил», - мрачно посмотрела на мужчину, распахнувшего двери и для пущей убедительности заглянувшего вовнутрь, Мила, входя вслед за ним, ни на мгновение не поверив в искренность его мотивов.

Повелитель, услышав звук открывающейся дверь, поднялся из кресла, чтобы встретить свою леди. Кивнув в знак благодарности вошедшему другу, он с улыбкой перевел взгляд на свою супругу. Вот только эта улыбка не задержалась на его губах. Какая улыбка, если он не мог дышать, словно пропустил удар под дых, легкие категорически отказывались принимать кислород. Да, он уже видел супругу в платье наподобие этого, но тогда он не осознавал, что перед ним его пара, его дар небес, а потому так остро не реагировал на нее. Сейчас эта маленькая эльфийка стала его наваждением, только рядом с ней жизнь приобретала звуки, краски, запахи, а без нее все вокруг словно подергивалось серой дымкой.

Не дыша и не обращая внимания на разгорающуюся боль в груди, он стоял и видел только ее – свою единственную, такую трогательно беззащитную, чья невинная красота, такая чистая и свежая, будила порочные желания.

- Ард, я все понимаю, но держи себя в руках, - с насмешкой посоветовал лорд Бьярнел.

«Самоубийца», - пронеслось в голове у Милы, когда, с хрипом вдохнув воздуха (по факту втолкав его в себя рваными вдохами), Повелитель перевел тяжелый взгляд своих звериных глаз на советника. Нахмурившись, он смотрел то на друга, то на супругу, явно что-то прикидывая для себя. Молчание, повисшее между ними, затягивалось, но никто не стремился его прервать. Даже лорд Бьярнел проникся гнетущей атмосферой, осознав неуместность дружеской шутки и искренне жалея о содеянном.

- Все сдаюсь, - не выдержал первым  советник, поднимая руки верх. - Был неправ, каюсь.

Кивнув, Повелитель процедил сквозь зубы:

- Оставь нас.

Лорд Бьярнел замешкался, неуверенно посмотрев на Милу, что не укрылось от внимания ее мужа. Раздраженный рык способствовал принятию решения, и через мгновение супруги остались наедине, советник справедливо рассудил, что своей паре дракон не причинит вреда, а вот сопернику - вполне.

- Прекрасно выглядишь, дор-р-рагая, - ровным голосом начал Повелитель, вот только рычащие нотки выдавали его истинное настроение. – Чудесное платье.

- Благодарю, - скромно потупив глаза, ответила Мила, не желая провоцировать дракона.

- Я не закончил, - прошептал ее супруг, внезапно оказавшись перед ней. – Попалась, - довольно произнес он, заключая несносную эльфийку в объятья.

- Ард… - сглотнув, она все же осмелилась посмотреть на супруга, уже искренне сожалея, что лорд Бьярнел так быстро покинул их. «А я его еще отослать пыталась», - мрачно усмехнулась Мила.

- Ш-ш-ш, - коснувшись ее губ своей рукой, дракон лишил ее возможности говорить. – Ты мое искушение.

Хищный взгляд янтарных глаз пленил ее, подчиняя своей воле, он все сильнее затягивал в свой огненный омут Милу, уже неспособную  разорвать зрительный контакт. Она лишь сильнее прижалась к мужской ладони, которая, оставив ее губы, нежно провела по щеке, чтобы затем в мучительно медленной ласке, словно запоминая каждый миллиметр ее белой кожи, соскользнуть вниз, очертив плавный изгиб тоненькой шеи, спускаясь к хрупким ключицам.

- Такая манящая, - хриплый шепот Повелителя окутывал Милу подобно дурману.

Закусив губу, она вздрагивала, каждый раз, когда его пальцы пусть на миг, но оставляли ее ставшую такой чувствительной кожу, остро ощущая холод. Казалось, что температура вокруг них резко упала, а все тепло, весь жар сконцентрировался в его прикосновениях, делая их нестерпимо горячими, неумолимыми, от которых не спасала даже ткань накидки.

- Такая отзывчивая, - склонившись, выдохнул он ей практически в губы.

- Ард, – облизав пересохшие губы, простонала с мольбой Мила, сама не понимая, чего хочет: чтобы он прекратил эту сладкую пытку или, наоборот, продолжил дальше. Единственное, на что она была сейчас способна – это трепетать от невесомой ласки, что дарили его руки, слыша лишь отчаянный стук своего сердца.

- Да? – насмешливо отозвался Повелитель, покрывая поцелуями ее лицо.

- А мы не опоздаем? – женщина ухватилась за единственную мысль, проскочившую в ее сознании, как утопающий за соломинку, дабы не затеряться в поглощающей ее пучине чувств.

- А ты в этом собралась идти? – вкрадчиво поинтересовался Повелитель, чуть отстраняясь.

Окинув супругу жадным взглядом, он заметно помрачнел.

- Чем больше смотрю, тем сильнее злюсь, - признался дракон. – Наказать бы тебя.

- Да за что?! Я же для тебя старалась, - возмутилась Мила, - порадовать хотела.

- Порадовала, - согласился с ней супруг, - а заодно и несколько сотен гостей бала, - с кривой усмешкой закончил он. – Мы и так опоздали, может, сменишь наряд? – с надеждой спросил он.

- А никакого другого наряда, подобающего случаю, у меня нет, - ответила эльфийка, хваля себя за предусмотрительность. - Это сущее расточительство в моем положении шить несколько платьев, которые я, возможно, даже не надену!

- Замечательно, что ты так печешься о сохранности казны. Но вот своих подданных ты не бережешь, совсем не бережешь, - укоризненно покачал головой Повелитель.

- И почему же? – спросила Мила, упираясь ладонями в его грудь, чтобы отвоевать себе немного свободного пространства.

- Все просто: любое проявление мужского интереса к тебе, малейший намек, и все, соперник - нежилец. Боюсь, сегодня многие семейства не досчитаются своих членов, - сокрушенно вздохнув, ответил дракон.

- Но советник… - попыталась возразить его супруга.

- А вот об этом лучше молчи, - вновь коснувшись ее губ, Повелитель не дал договорить. - Как только представлю тебя наедине с ним… - Мила отчетливо ощутила, как под ее ладонями напряглись и без того каменные мышцы.

- Посреди коридора, полного слуг и придворных, -  не удержавшись, съязвила Мила.

- Наедине, - с нажимом повторил дракон.

- Что-то мы отклонились от темы, - эльфийка мудро решила не затевать спор. - Сегодня ты обещал исполнить мой каприз. Считай это платье таковым.

- Так нечестно, - с детской обидой в голосе произнес ее муж.

- Тебя за язык никто не тянул, - напомнила Мила.

- Ты смерти моей хочешь? – простонал Повелитель.

- Нет, конечно, - спешно заверила она его, поняв, что этот бой она выиграла. - И я действительно хотела порадовать тебя, я желаю лишь твоего внимания, - Мила, заливаясь краской смущения, осознала, что ее слова очень похожи на признание.

- Правда? – пристально вглядываясь в ее лицо, мужчина, затаив дыхание, ждал ответа.

- Правда, - с улыбкой тихо подтвердила Мила.

- Согласен, - через силу выдавил из себя Повелитель, - но с одним условием.

- И почему я не удивлена? – со смехом спросила эльфийка.

- На балу ты будешь присутствовать только на приветственной части, а потом покинешь его, никаких танцев с посторонними, только со мной, - ревниво добавил дракон.

- Хм, - Мила сделала вид, что задумалась, - такой вариант приемлем.

- Отлично, раз с этим разобрались, осталось еще кое-что, - его глаза предвкушающе заблестели.

- Что? – настороженно спросила она.

- Вот это, - хрипло ответил Повелитель, вновь склоняясь к ее губам.


Глава 26

В бальный зал Мила входила с горящим лицом. Стороннему наблюдателю могло показаться, что это робкое смущение, как правило, присущее столь юным девам, раскрасило алым ее щеки, но сие умозаключение было в корне неверным: эльфийка злилась, и причиной ее недовольства был ее собственный муж, совсем недавно целовавший ее так страстно и самозабвенно, что теперь ее губы нещадно пекло, и она чувствовала, как они припухли. «Словно метку поставил», - женщина успела послать несколько сердитых взглядов наслаждающемуся жизнью дракону до того, как они предстали перед гостями бала. Ведь когда распорядитель объявил о прибытии правящей четы, Миле пришлось, отодвинув все эмоции в сторону, нацепить на свое лицо  (пусть и пылающее) маску хладнокровного спокойствия.

Ступив на паркет бального зала, она, увидев сотни незнакомых лиц, все же сменила гнев на милость: чуть саднящие губы, растянутые в благожелательной улыбке, не давали волнению накрыть ее с головой. Мила позволила себе лишь сильнее сжать руку супруга, ведущего ее через толпу к небольшому возвышению, рядом с которым стояли эльфийские дипломаты.

«Мам, а ты о леди Бьярнел не забыла?» – напомнила Мия.

«Да-да, пропустишь самое интересное, - насмешливо добавил малыш. - А так как именно она все дни пребывания эльфов во дворце выполняла обязанности гостеприимной хозяйки, то и теперь должна быть где-то поблизости».

Мила уже с большим интересом посмотрела на посланников лесного народа. И действительно ее фрейлина оказалась здесь – она стояла рядом с Владыкой, и если ее лицо не выражало никаких эмоций, то стиснутые кулаки явно свидетельствовали об ее пошатнувшемся душевном состоянии.

«Как бы ядом не подавилась, - усмехнулась Мила. – Вон замерла, расплескать боится».

«Мама», - укоризненно произнес Дима.

«Не я на чужих мужей зарюсь, - довольно жестко ответила его мать, вслед за Повелителем поднимаясь на специальное возвышение. – И заметь, я ей палки в колеса не ставлю и пакости за ее спиной не делаю. Я всего лишь напомнила ей о том, что место подле Вашего отца уже занято».

Общаясь с детьми, она в пол-уха  слушала супруга, который меж тем приветствовал собравшихся в зале эльфов и своих подданных. Пожелав всем приятно провести вечер, он протянул руку Миле, приглашая на танец.

Руководствуясь знаком хозяина бала, распорядитель, объявил первый танец, и гости послушно освободили место в центре для танцующих: честь открывать бал выпала на долю правящей четы и Владыки, пару которому составила леди Бьярнел.

Танцевать Мила не боялась, во-первых, умения прежней владелицы тела остались в ее распоряжении, а во-вторых, ради нее был немного изменен принятый порядок и первым танцем стал самый спокойный и медленный, где и надо было, скромно держась за руки, выполнять несложные фигуры танца, чередуя их с поклонами.

В какой-то момент в поле зрения эльфийки попала другая пара танцующих. Заметив остекленевший взгляд старшей фрейлины, с застывшей натянутой улыбкой внимающей словам Владыки, Мила невольно прониклась к ней сочувствием: «Бедняжка, столь тесное соседство с моим «папочкой» и врагу не пожелаешь».

Но очередная смена фигур танца - и эльфийка забыла о сопернице, оказавшись напротив Повелителя, лицом к лицу. Взгляд дракона, наполненный согревающей ее беспокойное сердце нежностью, настолько теплой, что ее щекам вновь стало жарко. К удивлению Милы, этот торжественно чопорный танец доставлял ей истинное удовольствие, и когда музыка  стихла, она испытала легкую досаду, что он был единственным, другой возможности оказаться в объятиях супруга на паркете у нее, к сожалению, сегодня не будет.

Повелитель в последний раз галантно поклонился Миле, благодаря за танец, чтобы затем, выпрямившись, отвести к гостям, разбившимся на группы, ведь согласно сложившейся традиции правящей чете предстояло уделить не менее получаса на общение с приглашенными. Но женщина быстро пресытилась льстивыми восторгами и комплементами, заскучав (пустые светские разговоры ни о чем ей и вовсе претили), от нечего делать принялась разглядывать сверкающую драгоценными камнями богато разодетую публику. Пока не наткнулась взглядом на сжавшую виски леди Бьярнел.

«Мама, - позвал ее Дима, - что-то мне не нравится поведение этой леди».

«Тебе тоже это кажется странным?» - спросила она.

«Более чем», - серьезно ответил малыш.

С возрастающей тревогой Мила оглянулась в поиске брата своей фрейлины и, не найдя его в толпе, уже хотела привлечь внимание супруга, как появление неожиданно оказавшегося рядом Владыки, источающего радостные улыбки, в корне изменило ее планы.

- Дорогой зять, - обращаясь к дракону, произнес он, - разреши похитить твою драгоценную супругу и пригласить ее на танец.

- Увы, дорогой тесть, - печально вздохнул Повелитель, прижимая Милу к себе. - Боюсь, что Миланиэль переоценила сегодня свои силы. Она как раз собиралась покинуть бал.

- Да? Какая жалость, - огорчился Владыка, переведя взгляд на дочь. – Обидно, я так хотел еще немного побыть с тобой рядом. Но твое здоровье и здоровье внука, безусловно, важнее капризов одинокого старика.

Как всегда в присутствии высокородного эльфа Мила старалась не вмешиваться в диалог мужчин, храня кроткое молчание. Совершенно не доверяя Владыке, она, испытывая колоссальное внутреннее напряжение (так как от «папочки» можно было ждать любой подлости), упустила из виду встревожившую ее леди Бьярнел.

Старшая фрейлина, вспомнив, где находиться, и превозмогая себя, отняла дрожащие пальцы от лица и медленно опустила руки, вымученно улыбнувшись подругам, не на шутку обеспокоенным ее бледным видом. Извинившись перед ними, она, сославшись на духоту, отошла к диванчикам, стоящим чуть в отдалении от шумных гуляний. Заняв тот, что частично был скрыт от посторонних глаз колонной, она, раскрыв изящный веер тонкой эльфийской работы, пыталась прийти в себя после внезапной вспышки головной боли, которая, к счастью, была быстротечной и истаяла без следа. Яростно обмахиваясь, она всматривалась в толпу, чтобы найти ту, что посмела бросить ей вызов, чьей красотой сражен ЕЕ мужчина, в тайне надеясь, что эта изворотливая прилипала уже покинула бал. «Ага, как же, - раздраженно сощурив глаза, мрачно усмехнулась леди Элиана, заметив фиолетовое платье эльфийки. – Вот же мелкая выскочка, еще и повисла на нем! Совсем стыд потеряла!» Снедаемой ревностью женщине было плевать, что это сам Повелитель обнял свою законную, между прочим, супругу.  

Нервно кусая губы, она не могла заставить себя отвести взгляд: ласковая улыбка, которую Повелитель дарил сопернице, делала мир вокруг тускло-серым, словно отнимая у самой леди Элианы все яркие краски, чтобы тут же кинуть их к ногам ненавистной эльфийки. Да, старшая фрейлина помнила, что Роквард хаш Таналор не ее пара, но за столько лет так привыкла считать себя лучшей для него партией, что сейчас, глядя на правящую чету, она чувствовала себя даже не обманутой, преданной.  «Это мое место. МОЕ!» - набатом стучало в ее голове.

«Да, твое, - соглашаясь, прошелестел чей-то голос. – Твое по праву».

«Вот именно, я столько для него сделала», - фрейлина со злостью стиснула хрупкий веер.

«А он не ценит», - подзуживал такой понимающий, такой доброжелательный голос.

«Он не виноват. Это ее вина. Только она виновата! - распалялась она все больше. – Ей тут не место!»

«Да, мешает, устранить», - нашептывал такой приятный голос.

«Да, мешает, - покорно повторила она, - устранить».

 Словно очнувшись,  леди Бьярнел воскликнула уже вслух:

- Что?!

Оглянувшись по сторонам, дабы убедиться, что поблизости никого не было, и ее крик остался незамеченным, она облегченно выдохнула, покачав головой. «Устранить, - ощущая привкус горечи во рту, повторила леди Элиана, спрятав лицо в ладонях, - Боги, о чем я только думаю!»

Сгорбившись, она искала в себе силы, чтобы вернуться к гостям, прекрасно понимая, что, как только соперница покинет бал, обязанности хозяйки вновь лягут на плечи ее старшей фрейлины. И когда девушка уже собиралась встать, невыносимая боль железным обручем стиснула ее голову. Спазм сдавил горло: беззвучно открывая рот, она пыталась вдохнуть хоть немного кислорода, столь необходимого ее легким.

И снова вернулся голос. Такой ласковый, он утешающе просил, буквально умолял ее не сопротивляться и исполнить предначертанное Богами: «Помеха! Угроза! - набирал силу голос. – Устранить! Уничтожить!» Он звучал все громче, настойчивее, уже требуя и приказывая подчиниться, и боль, вторя ему, нарастала, обещая растворить в себе девушку без остатка.

У каждого живого существа есть предел (запас прочности, если хотите), достичь которого значит лишиться собственного «я». И как бы ни боролась леди Элиана, отстаивая саму себя, свою суть, сил ее физической оболочки не хватило надолго. Как только незримая черта была пройдена - воля девушки была сломлена. Подняв абсолютно пустой, безжизненный взгляд, она смотрела в толпу, покорно внимая мягкому голосу, принесшему такое желанное избавление от мук.

Стоило старшей фрейлине заметить, как правящая чета, раскланявшись с Владыкой, покидает зал, она резко поднялась и, покрепче стиснув веер, устремилась им наперерез.

Понимая, что не успеет перехватить их в бальном зале, она поспешила к выходу, чтобы незаметной тенью выскользнув из зала, притаиться в вечернем сумраке.

«Да, так будет лучше, - довольно прошелестел голос, одобряя ее решение. - Свидетели ни к чему, они мешают».

Распахнувшиеся двери озарили коридор ярким светом, щедро выплескивая наружу веселый многоголосый шум и яркие краски пышного убранства и роскошных одежд блистающего общества. Среди выходящих леди Элиана узнала родного брата, удивление молнией сверкнуло в ее сознании, на миг вернув ясность мыслям. Тряхнув головой, она неверяще посмотрела на свою руку, крепко стиснувшую оружие. Но вновь вспыхнувшая боль мгновенно растворила в себе ее недоумение, кровавой пеленой застилая все вокруг, и девушка, сдавшись, отступила в сторону, спрятавшись в глубинах собственного разума, дабы сохранить целостность своего «я» от чужеродного голоса, отстраненно наблюдая, как он руководит ее безвольным телом. Сил противостоять ему у старшей фрейлины не осталось.

Мила слишком поздно вспомнила о странном поведении леди Бьярнел. Вспомнила только тогда, когда та, выходя из тени, неожиданно оказалась прямо перед ней, возникая словно из неоткуда и пугая своей безумной улыбкой и мертвым взглядом ледяных глаз. Вздрогнув, эльфийка из-за всех сил сжала руку мужа, дабы незаметно для соперницы (от которой так и веяло какой-то мрачной решимостью) привлечь его внимание. Отвернувшись от советника, которого до этого инструктировал, Повелитель, поморщившись от стальной хватки нежных женских рук, вопросительно посмотрел на свою единственную, гадая о причинах тревоги, так явно читавшейся на ее лице.

Незамеченная пока своим другом детства леди Бьярнел перехватила веер на манер ножен, чем вызвала недоумение на лице собственного брата, который, нахмурившись, как раз таки сразу увидел появившуюся сестру, чье состояние его не на шутку обеспокоило.  

Изящный веер, неотъемлемый предмет женского туалета, без которого ни одна леди не позволит себе появиться  высшем обществе, таил в себе страшную тайну – узкий стилет, больше похожий на спицу. Острое лезвие, покинув временное пристанище, зловеще блеснуло в свете огней бального зала. Тихий стук захлопнувшихся дверей послужил сигналом к действию. Резким движением вскинув руку, леди Элиана угрожающе  нацелилась в соперницу.

 Советник бросился наперерез своей сестре. Он чувствовал, что не успевает перехватить руку, занесенную для удара, и, не раздумывая ни секунды, заслонил собой маленькую эльфийку, так и притягивающую неприятности, чтобы через мгновение рухнуть у ее ног.

Леди Элиана, увидев брата, без признаков жизни лежавшего на полу, отступила на шаг назад, отчаянно мотая головой. От ужасающей картины перед глазами  туман в ее сознании развеялся, и голос, что не давал ей покоя, исчез, возвращая контроль над телом. Ее бескровные губы словно заклинание беспрестанно повторяли: «Нет, нет, нет!». Девичья ладонь разжалась, и оружие, сразившее советника, выскользнуло, звонко ударившись о мрамор при падении. Вздрогнув от показавшегося слишком громким звука, леди Элиана  закричала, сбрасывая с себя оковы чар. От осознания непоправимости содеянного ее колени подогнулись, и она кулем сползла на пол, беспомощно рыдая от горя.

Ее душераздирающий крик, перешедший в безудержные рыдания, как будто заново запустил счет времени, замедлившего свой бег при покушении. Повелитель, до боли, до черных отметин от его пальцев стиснувший плечи супруги, отмер. Быстрым взглядом оценив обстановку и убедившись, что та, кому доверял как самому себе, слепо и безоговорочно, не представляет более угрозы, он разжал непослушные пальцы и склонился над телом друга, чтобы, нащупав едва бьющуюся жилку на шее, облегченно выдохнуть: «Жив!» Все, что он мог сейчас сделать для него – так это до прихода лекаря погрузить его тело в стазис.

Единственное слово, слетевшее с губ Повелителя, достигло сердца каждого, разогнав мрак безысходности и подарив робкий лучик надежды. Мила, не сводящая потрясенных глаз с советника с того самого момента, как он, защитив ее от гибели, упал к ее ногам, отступила к стене в поисках опоры, беззвучно глотая бегущие слезы. «Все будет хорошо, все будет хорошо, - повторяла она, запрещая себе думать о плохом. – Плакать нельзя. Лорд Бьярнел жив. Все хорошо».

Только после того, как сильные руки мужа заключили Милу в свои объятия, щедро делясь теплом и изгоняя ужас, поселившийся в ее душе, мир вновь наполнился звуками: топот ног бегущих к месту происшествия стражников, бряцающих оружием и доспехами, негромкий голос Повелителя, отдающего приказания. Успокоившись в таких надежных руках, она смогла найти в себе силы посмотреть на свою фрейлину. Обняв колени и закрыв глаза, девушка горячо шептала, раскачиваясь из стороны в сторону: «Спасибо, спасибо, спасибо!» Обращаясь к своим Богам, она снова и снова повторяла слова благодарности. Вот такая, беспомощная, надломленная, леди Бьярнел вызывала лишь жалость. «Какой бы гадиной не была, а брата любит», - Мила не хотела сочувствовать своей несостоявшейся убийце, но неподдельное горе той и ее искреннее раскаяние вопреки всем доводам здравого смысла заставляли эльфийку поневоле сопереживать сидящей на полу девушке, к которой, повинуясь приказу Повелителя, подошли два стражника и, подхватив ее с двух сторон под руки, куда-то повели.

Равнодушная к собственной участи леди Элиана не сопротивлялась, все, что ее интересовало – это состояние Йена, поэтому, послушно переставляя ослабшие ноги, буквально повиснув на воинах, она постоянно оглядывалась, боясь хоть на минуту выпустить его из виду. И лишь появление тяжело бегущего им навстречу пожилого лекаря, чье дыхание было натужным и шумным, помогло ей разорвать зрительный контакт. Глядя перед собой, она молилась о спасении брата, надеясь, что у лорда Лионода хватило сил и умений для этого.

Сам же лекарь, опустившись перед раненным на колени, сделал несколько глубоких вдохов, чтобы выровнять сбившееся дыхание, а после поднял руку, охваченную сиянием. Зеленый огонек перекинулся на советника, и через мгновение все его тело светилось, сканируемое целительской магией.

- Как он? - спросил Повелитель, когда лекарь поднялся.

- Плох, - хмуро ответил старик. – На груди незначительная царапина, полнейшая ерунда, но что-то высасывает его жизненные силы. Боюсь, если так продолжиться, то долго он не продержится, - он сокрушенно покачал головой.

Слова лекаря звучали как приговор. Закусив губу, Мила не смогла сдержать слез. Уткнувшись лицом в грудь мужа, она плакала, сотрясаясь всем телом.

- Миледи, - негромко обратился к ней лорд Лионод, - позвольте и Вам оказать помощь.

- Я в порядке, - ответила Мила, ее голос звучал глухо, ведь она так и не покинула своего убежища. Да, разговаривать, стоя к собеседнику спиной, было крайне невежливо по отношению к уважаемому пожилому дракону, но сил следовать правилам приличий у нее просто не было.

- Ваше эмоциональное состояние оставляет желать лучшего, - мягко увещал ее лекарь. – В конце концов, это вредно для детей, - привел он самый действенный аргумент.

- Делайте то, что сочтете нужным, - устало согласилась эльфийка, как бы ни хотелось ей, чтобы ее оставили в покое, но страх за малышей не позволял отмахнуться от настойчивого лорда Лионода.

Все так же стоя к лекарю спиной, Мила не видела, как с ладони лекаря сорвалось маленькое облачко, и нечего не почувствовала, когда в ее тело впитались чары, призванные вернуть гармонию ее душе. Нет, она не стала равнодушной, безучастно взирающей со стороны, ее чувства никуда не делись, просто стали не такими острыми, словно кто-то повернул рычаг с отметки «максимум» до «минимума», притупив тем самым тревоги, сделав воспоминания о сегодняшнем вечере не такими яркими, словно все  произошло не только что, а давно.

Повелитель, заметив, что его супруга, расслабившись, как-то обмякла в его объятиях, а мелкая дрожь, что была ее тело, прекратилась, благодарно кивнул лекарю. Отыскав глазами среди стражников придворного мага,  которого также вызвали вместе с пожилым драконом, он вел ему:

- Лорд Трогерд, оружие, которым нанесли удар, займитесь им, - и, повернувшись к начальнику дворцовой стражи, распорядился, - леди Бьярнел допросить, - он старательно гнал от себя мысли о личности преступницы, слишком велика была боль от предательства той, кого он искренне считал своим другом. - Может, она прольет свет на то, что происходит с советником. Этот вход закрыть, пусть гости воспользуются другими. Нам преждевременные слухи ни к чему.

Повелитель говорил сухо, стараясь не смотреть туда, где два молодых помощника лекаря укладывали на носилки его друга. Сейчас ему было важно остаться максимально хладнокровным, чтобы, сохранив холодную голову, позаботиться о безопасности своей единственной, а после заняться расследованием покушения. Он буквально физически ощущал груз вины, который давил на его плечи, ведь это он был непростительно небрежен в вопросах безопасности своей пары, а за его ошибку расплачиваться пришлось его лучшему другу. Подхватив эльфийку на руки, Повелитель понес ее прочь от места трагедии.

Милу не интересовало, куда ее несут. Она чувствовала себя опустошенной, выжатой досуха. Прижавшись к мужу, она ощущала, как тепло его тела медленно, но верно заполняет холодную пустоту внутри нее. А когда же ее поставили на ноги на каменный пол большой террасы на первом этаже, она испытала огромное разочарование, вся ее сущность противилась: лишиться его тепла даже на миг было невыносимо.

- Ард, зачем мы здесь? - спросила она, зябко поведя плечами.

Вечерняя прохлада медленно проникала под тонкую ткань ее бального платья.

– Я сейчас обернусь, а ты залезай мне на спину, - произнес Повелитель, отход на несколько шагов в сторону.

- Но…- эльфика хотела напомнить про правило единственной.

- Мила, - впервые сократил ее имя дракон, удивления, вызванное таким обращением, пробилось даже сквозь чары лекаря. – Не спорь. Пожалуйста. Я сейчас с трудом сдерживаю оборот.

И действительно, присмотревшись к мужу, женщина заметила, что черты его лица стали какими-то смазанными, а его фигура – еще внушительнее, увеличившись в размерах.

- Да, я и не собиралась… - кивнула она в знак согласия.

Едва дождавшись ее положительного ответа, Повелитель исчез за пеленой тумана, который, истаяв, явил взору эльфийки огромного сияющего дракона.


Глава 27

Мила не знала, сколько они летели, она абсолютно утратила чувство времени. Пригревшись в коконе драконьей магии, что незримо окружала ее, оберегая от холода ночи, она задремала. И в этом полусне-полуяви перед ее глазами вновь ожили, хаотично мелькая, обрывки воспоминаний о минувшем дне, среди которых притаилось и самое страшное видение – неподвижно лежащее тело мужчины. То ли это был странный выверт ее разума, то ли последствия лекарских чар, но почему-то на месте советника оказался ее муж. Задыхаясь от рвущегося на волю крика, Мила проснулась. Глотая слезы, она прижалась к своему дракону столь тесно, словно хотела раствориться в нем.  

Ночная тьма за плотной завесой скрыла все вокруг, оставив лишь россыпь далеких звезд на небосклоне, только вот любоваться ими у Милы совершенно не было настроения. Чары лекаря слабели с каждой минутой, все то, что было надежно спрятано за стеной неестественного спокойствия, все душевные терзания и переживания сейчас, дождавшись своего часа, подобно лавине, неудержимой и яростной, грозили вновь поглотить ее целиком, подпитывая страх, навеянный сном. Но шумное дыхание огромного дракона доказывало обратное, удерживая ее от погружения в пучину отчаяния.  Едкие слезы жгли глаза, застилая их. «Жив. Он жив, жив, - крепко зажмурившись, словно заклинание повторяла она. – И я жива, и советник жив. Все будет хорошо!»

Под мерное хлопанье мощных крыльев Мила понемногу успокаивалась, ужас постепенно оставлял ее. Только сейчас она, наконец, поняла, насколько этот мужчина успел приникнуть в ее душу. За тот недолгий срок, что Мила провела в этом мире, он успел стать самым близким, самым родным, пробрался в самое сердце, и теперь его оттуда никак не вытащишь, не ранив сердце. «Да, стоило оказаться на краю гибели, чтобы осознать свои чувства, осознать, что влюбилась», - криво усмехнулась эльфийка.

Запоздалое признание обнажило перед ней уже зрелое, окрепшее чувство. Слишком долго она игнорировала очевидное, и появившаяся в ее сердце любовь из нежного, но тщедушно слабого ростка, для которого обычные сомнения и разочарования, свойственные каждому человеку, губительно опасны, превратилась в нечто столь прекрасное, что, прочно укоренившись внутри нее, было способно не только выстоять под натиском испытаний, уготованных судьбой, но и щедро делиться своим светом, исцеляя израненную душу.

 Мила устало зевнула. Бесконечный день никак не желал заканчиваться. Дико хотелось спать, но она до дрожи боялась возвращения ночных кошмаров. И до конца полета она бездумно смотрела в ночную мглу, осоловело моргая.

 Когда же дракон грузно приземлился, она, измученная и обессилевшая, кулем съехала с его спины.

Перевоплотившись, Повелитель подхватил едва стоящую на ногах супругу на руки.

- Устала? – участливо спросил он, шагая к небольшому дому, очертания которого с трудом угадывались в окружавшей темноте.

- Угу, - согласилась Мила, на большее просто не осталось сил.

Прижавшись щекой к мужской груди, она умиротворенно зевнула.

- Сейчас отдохнешь, - с улыбкой пообещал дракон. – Это один из моих охотничьих домиков. Здесь нас никто не побеспокоит. Прошу, - произнес он, переступив порог.

Раздался щелчок, и гостиную затопил неяркий свет магических светильников. Внутри оказалось довольно уютно. Но Милу мало волновало убранство дома, ее глаза закрывались сами собой. Противиться этому желанию она не стала: в руках мужа она чувствовала себя на удивление безмятежно, а размеренный стук его сердца, что билось под ее щекой, изгонял все страхи  прочь. Когда Повелитель, поднявшись на второй этаж, осторожно положил свою драгоценную ношу на постель, то она уже практически спала.

- Сладких снов, - целуя ее волосы, пожелал он.

Мила, улыбнувшись во сне, заворочалась, устраиваясь поудобнее. Забывшись таким необходимым для ее несчастного организма сном, она не слышала, как дракон бесшумно покинул комнату.

***

«Дима, да я с ума сойду, - чуть не плача, шептала девочка. – Я не могу так, надо хоть что-то сделать!»

«Да успокойся ты! - шепотом умудрился прикрикнуть на сестру Дима, и, смягчившись, продолжил, - Мия, пока мы здесь, мы ничем помочь не сможем. Дай маме еще немного отдохнуть».

«Да знаю я. Знаю! Но…», - бесцветным голосом прошелестела малышка.

Мальчик, утешая, что-то ласково зашептал своей маленькой сестренке. Вот только его голос, пусть и едва различимый в ночной тиши, все же разбудил  Милу. Открыв глаза, она увидела лишь темноту вокруг себя.

«Давненько Вы меня так не будили, - выдала свое пробуждение эльфийка, улыбнувшись своим воспоминаниям о первых днях в этом мире. -Что за шум, а драки нет? И который час, не подскажите?»

«Ну вот, разбудили, – с сожалением вздохнул Дима. – Ночь еще, мама. Ты поспала от силы пару часов».

«Странно, я чувствую себя полной сил», - недоуменно произнесла эльфийка, сев на постели и сладко потянувшись.

«Конечно, - фыркнул насмешливо Дима. – Мы тебя немного своей магией подзарядили. Можешь не благодарить».

«Ага, - переваривая информацию, пробормотала Мила. – Спасибо, конечно. А зачем?»

«Нам надо серьезно поговорить», - вмиг утратив наигранную веселость, ответил малыш.

«А до утра это подождать не могло?», - улыбнулась такой срочности Мила.

«Нет, нам надо успеть до возвращения отца», - непривычно серьезно ответила Мия.

«Даже так, - удивилась необычному поведению дочки Мила, и тут же осознав слова малышки, потрясенно выдохнуть, - возвращения?!»

«Да, отец сейчас во дворце», - подтвердил слова Мии ее брат.

«Что? И бросил нас неизвестно где?» - возмутилась эльфийка.

«Мама, не волнуйся, - успокаивающе произнесла девочка. – Я уверена, что папа планировал вернуться до твоего пробуждения. У него там расследование. Лорд Бьярнел».

Голос малышки при упоминании советника дрогнул, заставив Милу устыдиться: она жива и в безопасности (не зря же Повелитель отнес ее сюда), а там во дворце идет борьба за жизнь мужчины, спасшего ее саму и еще нерожденных детей.

 «Хм, я об этом как-то не подумала, - признала свою поспешность в выводах эльфийка. – Тогда не будем терять времени, раз скоро наш папочка будет здесь. Вот только свет включу, и поговорим».

«Готово», - произнес Дима, и рядом с кроватью зажегся небольшой светильник.

«Умница ты моя, - похвалила Мила. – Что бы я без Вас делала?!»

«В темноте бы сидела», - со смехом ответил ее сын.

 «Ага, учитывая, что магия мне недоступна», - фыркнула она.

«Может, уже поговорим?» - раздраженно спросила Мия.

«Конечно, милая, - ласково ответила Мила, поднимаясь и направляясь на поиски ванной комнаты. – Я тебя внимательно слушаю».

«Мама, тут такое дело, что…», - неуверенно начала Мия.

«Да?» - заинтересовано произнесла эльфийка, открывая ближайшую к ней дверь, за которой оказалась вожделенная комната.

«Как думаешь, с лордом Бьярнелом все будет в порядке?» - неожиданно спросила малышка.

 «Ох, не знаю, милая», - честно призналась Мила, с содроганием вспоминая бледное, застывшее словно маска лицо мужчины. Закрывшись в ванной, она огляделась в поисках полотенца.

«Мама, он мой единственный», - выпалила девочка.

Мила шокировано замерла на месте.

«Ты уверена?» - переспросила она.

 «Мама, дракону сложно ошибиться», - горько усмехнувшись, ответил за сестру Дима.

«А если советник…», - но задать свой вопрос о том, что будет с ее малюткой, если пара той погибнет, она не смогла.

«Нет, он будет жив!», - закричала Мия, догадавшись, о чем умолчала ее мать.

«Конечно. Ведь его ждет такая замечательная малышка», - присев на край ванны, согласилась Мила, утешая дочь.

 «Ты не понимаешь. Я могу его спасти, - убежденно произнесла девочка, и торопливо добавила, - я не знаю, как объяснить, но наша связь сделает все сама. Мне просто надо быть рядом».

«Дима, это правда? Шанс есть?» - спросила эльфийка у сына.

«Да, я тоже должен быть там», - твердо ответил мальчик.

«Только не говори, что леди Бьярнел – твоя единственная?!» - нервно рассмеявшись, пошутила Мила.

«Хорошо, не буду. Подожду, когда ты будешь готова», - покладисто согласился с матерью малыш.

«Ох, и за что мне это все? – вскинув голову, обратилась она к Богам. – Я с вами поседею раньше времени. Подожди, но ты же сам предлагал ей сыпь наслать».

«Как наслал бы, так и забрал. А вот нечего на других засматриваться», - обиженно буркнул Дима.

«Да, ревнивец почище отца растет, - вздохнула Мила, уже где-то в глубине души заранее сочувствуя своей фрейлине. – И как нам во дворец попасть?»

Дети, перебивая друг друга, закидывали Милу идеями, но она с грустной улыбкой отвергала их, прекрасно понимая, что убедить ее дракона будет крайне непросто, если, вообще, ни невозможно. Для Повелителя безопасность матери его детей была в приоритете. И это подтверждал тот факт, что невзирая на непроглядную тьму он, бросив все, помчался прочь из дворца, чтобы, спрятав ее, уберечь от нависшей угрозы, оградить от неизбежных переживаний, останься она в своих покоях.

Дабы не терять даром времени, Мила решила искупаться, чтобы смыть с себя тяжелые воспоминания, да и оставаться в платье было невыносимо. Она была согласна надеть что угодно (да хоть в простыню завернуться), но снять его. Отыскав в одном из шкафчиков полотенце, она, скинув ненавистное платье, наскоро помылась. Облачившись в огромный темно-синий халат, к ее радости лежавший рядом с чистыми полотенцами (Мила подозревала, что другой одежды тут просто может не оказаться), она отправилась изучать вверенное ей жилище.

Помимо дверей в ее спальню в коридоре оказалась еще одна, расположенная напротив. Открыв ее, женщина увидела комнату идентичную той, что занимала сама. Захлопнув дверь, она спустилась по лестнице, ведущей на первый этаж, где оказались уютная гостиная и вожделенная кухня. Нет, аппетита у Милы не было, но выпить чего-нибудь горячего она не отказалась бы. К ее удивлению, она обнаруживала чайник с дымящимся отваром и ароматные булочки.

«Откуда такое богатство?» - спросила эльфийка, потянувшись к чайнику.

«Магия, мама, магия, - ответил ей Дима. – Дом был погружен в стазис, а когда вы с отцом переступили порог, то чары развеялись».

«Удобно, - одобрительно покачала она головой, наливая отвар в чашку, - нашим дачникам о таком можно только мечтать».

«Тут еще и камин есть», - как бы невзначай упомянул мальчик.

«Да-а?!» - заинтересовано протянула Мила и вернулась в гостиную, взяв с собой чашку, согревающую ладони своим теплом.

Устроившись с ногами в кресле, она, отпивая маленькими глоточками отвар, заворожено смотрела на пляшущий в камине огонь, пытаясь решить непростую задачу, что подкинули ей малыши. Задумавшись, она пропустила возвращение супруга, беззвучно вошедшего в дом.

Сам же Повелитель менее всего ожидал увидеть свою единственную, встречающей его. Он был свято убежден, что она мирно спит наверху, в его постели (где ей, по его мнению, самое место, особенно если учесть столь ранний час). Такая расслабленно домашняя, в его халате и с распущенными волосами, она заставляла его сердце то замирать от нахлынувшей нежности, то пускаться вскачь в бешеном ритме. И все же, вместе с тем в его душе, наконец-то, за последние часы воцарился долгожданный покой, отодвигая на задний план все гнусности, с которыми ему невольно пришлось столкнуться за эту ночью.

Не желая пугать супругу, дракон еще раз открыл входную дверь и с негромким стуком захлопнул ее. Мила, оторвав взгляд от огня, встрепенулась, увидев мужа, и, заправив мешающую прядь за острое ушко, обеспокоенно спросила:

- Как лорд Бьярнел?

- Жив, - ответил дракон, проходя в глубь гостиной и устало опуская в соседнее с Милиным кресло.

- Уф, значит, Вам удалось найти причину, что лишала его жизни?! – посветлев лицом,  обрадовано воскликнула эльфийка. – Это здор… - заметив, что ее муж нахмурился, осеклась, озадаченно посмотрев на него. – Что не так?

- Да, удалось, - невесело усмехнулся дракон. - Оружие, которым нанесли удар, оказалось непростым. Это древний артефакт, обладающий своей собственной волей и разумом, стоит ему отведать хоть каплю крови, он высосет всю жизнь без остатка. Эта связь и убивала Йена, - ответил Повелитель, чем вызвал еще большее недоумение у супруги.

- Ты сказал «убивала». Значит, вы ее разорвали? – спросила Мила.

- Да. И, к сожалению, это единственная хороша новость, - сделав ударение на слове «единственная», подтвердил он.

Повелитель замолчал, и Мила видела, как внутри него идет борьба, как сложно ему заставить себя произнести дурные вести, как велико его желание оградить ее от всех тревог. Чуть подавшись вперед, она несмело коснулась его руки, безмолвно предлагая свою поддержку. Она не знала, как еще выразить свое участие, чтобы не задеть его гордость (а то, что сидящий перед ней мужчина не потерпит ни сочувствия, ни жалости, она отчетливо понимала). Миле оставалось лишь ждать, когда он решится ей довериться, поделиться тем, что гложет его.

- Лорд Трогерд, наш придворный маг, - все же прервал затянувшееся молчание Повелитель, поймав ее ладонь и крепко сжав, - нашел ритуал, разрывающий подобные связи. Вот только мы не ожидали, что он рикошетом бьет по хозяину клинка.

- Леди Бьярнел? – ахнула Мила.

- Нет, как оказалось, она не была хозяином, - отрицательно покачал головой мужчина. – Это означало лишь одно - Лин опоили.  И знаешь, кто?

- Кто? – словно эхо повторила она.

- Та, кто преданно служила ей много лет, кому она доверяла – ее личная горничная. Продала за горсть монет, - горечь презрения, звучавшая в его голосе, отразилась и в его глазах. - Именно она подмешала в питье подчиняющее зелье. Кому-то оставалось лишь отдать приказ, - ярость клокотала в нем, душила, требовала отдать ей на растерзание мерзавца, покусившегося на жизни его близких.

- И кто это был? – имея собственные мысли на этот счет, спросила эльфийка. - Ард, больно! – зашипела Мила, когда Повелитель, забывшись, слишком сильно сжал ее ладонь.

Дракон, словно очнувшись, немного ослабил хватку, вот только ее руки он так и не выпустил, напротив, он склонился над ней, целуя каждый пальчик.

- Прости, - прошептал он.

- Не бери в голову, - отмахнулась эльфийка. – И все же, кто это был?

- Пока у меня не доказательств. Горничную Лин сейчас допрашивают, - уклонился от ответа Повелитель.

- Это кто-то из эльфов, да? Владыка? – она все же произнесла свои догадки вслух.

- Я не исключаю такой вариант, - не стал опровергать ее слова дракон. – Повторюсь, доказательств у меня нет, пока нет. Но! – выждав паузу, он довольно прищурился, мстительная усмешка зловещей тенью исказила его лицо. - Боги уже покарали его. Помнишь, я говорил, что ритуал бьет рикошетом по хозяину? Теперь жизнь по капле будет покидать его тело, уже покидает. Долго он не протянет, каким бы исключительным здоровьем он не обладал, участь его незавидна – возмездие неотвратимо настигнет его.

- Каждый сам выбирает, по какому пути ему идти, - Миле не было жаль хозяина клинка. Вот ни капли! Даже если им окажется сам Владыка светлых эльфов. – Вот, а ты говоришь, что у тебя только одна хорошая новость. Как по мне, тот факт, что преступник понесет заслуженное наказание - тоже отличная весть.

- Угу, вот только его смерть никак не поможет Йену, - признание невольно вырвалось у него, женщина прекрасно видела сожаление и досаду, что промелькнули в его взгляде.

- Ард, о чем ты говоришь? – растерялась эльфийка.

- Мила, он не возвращается. Не возвращается! – в отчаянии воскликнул Повелитель, кулаком свободной руки ударив по подлокотнику. -  Застрял у грани: ни туда, ни сюда. Я так боюсь, что он выберет не нас, - едва слышно прошептал дракон, словно боялся громким голосом склонить чашу весов не в свою пользу.

- Он вернется. Слышишь? – поднявшись, она обхватила голову сгорбившегося мужчины, который тут же уткнулся лбом в ее живот. - Вернется! Не может не вернуться. Здесь его ждут, - пропуская между пальцев пряди его густых, на удивление мягких волос, она говорила и говорила, пока вцепившиеся в нее руки не ослабили свою стальную хватку.

- Нам остается лишь молиться, - отодвинувшись, произнес Повелитель. – Мне пора.

- Уже? – воскликнула Мила. - Ты же только что прилетел.

- Я и вернулся только для того, чтобы застать твое пробуждение. Не успел, - невесело улыбнулся супруге дракон. - После завтрака дворец покидает эльфийское посольство, мне необходимо присутствовать. Больше просто некому, - на его щеках заиграли желваки. – Я не хочу ни слухов, ни скандала.

- Мог бы и записку оставить, а не мотаться туда-сюда, - смущенно пробормотала эльфийка.

- Мог, - согласился с ней дракон. «Вот зачем он так? У меня сердце не из камня», - пожаловалась самой себе Мила.

От заботы, звучавшей в его словах, в ее душе разливалось приятное тепло.

- Тогда забери меня с собой, - предложила она.

- Нет, - отрезал Повелитель, поджав губы.

- Но почему? – Миле, во что бы то ни стало, было необходимо переубедить супруга.

- Там небезопасно, - сквозь зубы ответил дракон.

- Во дворце всегда будет небезопасно, - вот зря она это сказала. По тому как задумчиво заблестели его глаза, мысль о том, чтобы оставить ее здесь как можно дольше, показалась ему очень заманчивой. – Ард, мне рожать скоро. А я здесь в полном одиночестве и без лекаря. А вдруг что-нибудь случиться? Кто знает, когда ты вернешься. У тебя там расследование, лорд Бьярнел. Что я буду делать, случись что? К тому же кроме лекаря Лионода я никому не доверяю. Сами же говорили, что двойня – это исключительный случай. У кого кроме него есть необходимые знания? А он нужен тебе во дворце.

- И что ты предлагаешь? – явно колеблясь, спросил дракон.

-Я уже говорила. Мы возвращаемся во дворец вместе. Могу пообещать, что не покину покоев, хочешь? Только я хотела бы навестить лорда Бьярнела, если это возможно. Все же он спас меня, - торопливо выпалила Мила, боясь, что ее муж передумает.

- Ладно, уговорила, - согласился с ней Повелитель. – Но помни, ты обещала, оставаться в своих покоях.

- А лорд Бьярнел? Можно его навестить? – напомнила о своей просьбе эльфийка.

- Я подумаю, - ответил дракон, поднимаясь.

«Ну не отказал, уже неплохо, - не стала настаивать на своем Мила. – Проблемы надо решать по мере их поступления. Сейчас главное вернуться во дворец».


Глава 28

Повелитель, словно коршун, следил за приближающимися к его трону эльфами. И естественно первым его пристального взгляда удостоился их Владыка, Луэриилл Хел’Вернан. Выглядел он, откровенно говоря, неважно: воспаленные глаза, с сеточкой лопнувших капилляров, набрякшие веки, да и сам он заметно потускнел и осунулся за прошедшую ночь. Большинство присутствующих в зале вельмож списали бы его неподобающий статусу внешний вид на болезнь, поражающую всех кутил после бурной ночи безудержного веселья. Но Повелитель знал истинную причину. Знал и молча свирепел. Молчал, потому что предъявить негодяю ему, увы, было нечего. Словно паук, тот хитро раскинул свою сеть интриг, едва не приведших к непоправимому. Ловко дергая за ниточки, он чужими руками организовал покушение, даже с горничной леди Элианы встречался кто-то из его доверенных лиц. Допрос служанки не дал никаких результатов, на том, кто заплатил ей, был морок.

Не имея возможности излить свое негодование, Повелитель лишь покрепче стиснул зубы, поднимаясь. «А ведь он даже не догадывается о том, насколько плачевно состояние его дел, - разум дракона, словно молния, прошила неожиданная догадка. – Наверное, уверяет себя, что просто устал, немного отдохнуть и все будет в порядке. А вот и нет! – мужчина с трудом удержался, чтобы не скривить губы в злорадной усмешке, так и рвущейся наружу. – Сюрприз, Вас ждет, Владыка. Большой такой и крайне неприятный. Жаль только, что не увижу Ваше лицо, когда Вы все-таки поймете, в чем дело. И молите Богов, чтобы Йен остался жив».

От тревоги за друга между его бровей залегла глубокая складка. «Сейчас выпровожу ушастых вон, и вернусь в лекарскую, - спускаясь к дипломатам, решил он. – Как хорошо, что я поддался на уговоры моей маленькой эльфийки и разрешил навестить ее спасителя. Нет нужды разрываться между этими двумя, такими дорогими моему сердцу».

Сама же Мила, чудом убедившая супруга позволить ей навестить советника (пришлось прибегнуть к крайнему средству – сказать, что пережитые волнения могли негативно повлиять на развитие малышей, и что для ее душевного спокойствия ей необходима консультация лекаря, а отвлекать того от пациента лишь из-за страхов ей не позволяет совесть), после внеочередного осмотра, на котором теперь настоял не на шутку встревоженный будущий отец, устроилась в мягком кресле, стоявшем недалеко от постели больного.

«Так, и что я должна сделать?» - спросила она малышей.

«Все просто - сиди рядом. И постарайся расслабиться. Все остальное я сделаю сама», - оживленно отозвалась Мия.

«Это опасно?» - впервые задумалась о нежелательных последствиях для дочери Мила.

«Не опаснее, чем было призвать твою душу. Там мы пересекли грань миров. А здесь сущая ерунда, так легкая прогулка», - как можно беззаботнее ответила девочка матери.

«Вот чувствую, что это рискованно. Мия, ты все тщательно обдумала?» - спросил она малышку.

«Мам, а Мия уже ушла», - ответил за сестру Дима.

«Что?» - воскликнула эльфийка, если бы не присутствие в палате сиделки, то она бы уже давно металась, не находя себе от беспокойства места.

«Мама, успокойся. И постарайся расслабиться. Иначе Мия может просто не найти пути назад», - вот только этими словами он добился противоположного результата.

«Что? - еще раз воскликнула Мила, запаниковав. – Как это?»

«Да вернется она, - в сердцах крикнул Дима и уже спокойнее объяснил, - но ей нужен ориентир. Помнишь, мы говорили, что теперь наши души связаны? Так вот, эта связь и станет той путеводной ниточкой, что приведет ее обратно».

Сделав несколько глубоких вдохов, женщина спросила, чтобы не думать о плохом: «С помощь такой же ниточки она ищет советника? Они ведь связаны».

«Все верно, - подтвердил малыш. - Сейчас единственное, чем мы можем ей помочь, так это думать о ней, чтобы она слышала наш зов».

«Поняла», - собравшись, ответила Мила.

Отрешившись от окружающей ее действительности, она вспоминала, как они вместе придумывали малышке имя, как строили планы по завоеванию холодного и неприступного Повелителя драконьей империи, как выбирали цвета для детской. И словно заклинание раз за разом она повторяла: «Вернись. Вернись ко мне. Я здесь. Я жду».

В себя она пришла, когда со стороны кровати раздался стон – лорд Бьярнел очнулся. Вокруг поднялась радостная суета. Набежали все, кто сейчас был в лекарской. Лорд Лионод и его помощники окружили недоуменно моргающего советника.

А Мила напряженно застыла на месте, забыв как дышать. И лишь тихое «мама» позволило судорожно вдохнуть столь желанный кислород, вместе с которым по ее крови разлилось невероятное облегчение. И уже осмысленно оглядевшись вокруг, она, прищурившись, посмотрела на лорда Бьярнела: «Теперь Вы просто обязаны стать лучшим мужем во всех мирах!»


***

После плотного обеда (отличному аппетиту венценосных супругов немало поспособствовало улучшение состояния лорда Бьярнела) они вышли  сад, благо погода располагала к прогулке. Не сговариваясь, они прямиком направились туда, где ощущали себя абсолютно счастливыми, где насущные проблемы забываются, пасуя перед безмолвным величием зеленных зарослей.

И вновь высокие качели взмывают вверх, даруя ощущение головокружительной свободы и легкой эйфории. Звонкий нежный смех, сливаясь с низким, чуть вибрирующим мужским, поднимается к небесами и уже там, рассыпаясь в вышине, превращается в крупинки искрящейся радости, что, падая вниз, осыпаются кожу, толкая на спонтанные необдуманные поступки.

- Я люблю тебя, - уютное молчание, повисшее между молодыми супругами, словно залп салюта прострелило тихое признание, слетевшее с губ, взорвавшись в сердцах каждого ослепительно-красочным фейерверком.

Мила, страшно боясь, что услышанное окажется лишь несбыточной грезой, насмешкой ее разума, сдавленно переспросила, до боли в пальцах сжав веревки качели:

- Что? Повтори.

Мягким рывком остановив качели, Повелитель, обняв свою супругу со спины, с удовольствием выполнил ее просьбу, обжигая дыханием тонкую шею:

- Я люблю тебя. Ты мой свет во тьме, ты смысл моей жизни, ты мой дар небес.

- Дар небес? – эхом повторила Мила.

-Да, ты моя единственная, - она кожей ощущала довольную улыбку дракона.

- Как давно ты знаешь? А главное, как ты это понял? – прошептала эльфийка, не смея пошевелиться, чтобы не спугнуть капризную фортуну, показавшую свой лик.

Страх не быть «той самой», укоренившийся в глубине ее сознания, никак не желал покидать насиженное место, отравляя тревожными сомнениями.

- После посещения пещеры радости, - неохотно ответил он. – Я, конечно, далеко не сразу понял, да и дошел до этого не своим умом. Мне подсказали, - усмехнулся он своей собственной недогадливости. – Но наши браслеты больше не снимаются. Можешь попробовать, - предложил Повелитель.

Мила послушно потянулась к запястью, на котором дракон когда-то защелкнул браслет, но, покрутив его, никакой застежки не нашла.

 - Получается, ты уже несколько дней об этом знаешь?! - ровным голосом, лишенным каких-либо эмоций, подытожила она, хотя возмущение внутри нее кипело, грозя вырваться наружу.

- Да, - не стал отрицать очевидного Повелитель. - Все ждал подходящего момента. Думал, уедут эльфы, и я постепенно завоюю твою если не любовь, то хотя бы симпатию. Но события прошедшей ночи наглядно показали, что надо ценить то, что есть сейчас, ведь завтра может уже не быть. Я чуть не потерял тебя, - срывающимся шепотом закончил он, задохнувшись от нахлынувших воспоминаний.

- Отпусти меня, - попросила Мила.

Один судорожный вдох, и мужчина покорно разжал ставшие деревянными руки. Поняв, что ее больше не удерживают, она аккуратно спустилась на землю и развернулась к мужу лицом. Вот только выражение невыносимой муки, застывшее в янтаре его глаз, острой болью укололо ее собственное сердце.

- Эй, ты чего? – потянулась эльфийка к его руке, но качели стали непреодолимой преградой на ее пути.

Торопливо обойдя препятствие, она остановилась в считанных сантиметрах от него. Теперь уже ничто не мешало коснуться сильной руки. Нежно сжав ладонь дракона, она, запрокинув голову, улыбнулась.

- Я люблю тебя, - призналась Мила.

Схватив ее за плечи, Повелитель охрипшим голосом потребовал:

- Повтори.

- Люблю, - не задумываясь, произнесла эльфийка, успев до того, как ее прижали к мужской груди, разглядеть восторг, захлестнувший ее супруга. - Я люблю тебя, - вновь призналась она, готовая  произнести это хоть тысячу раз, только бы глухая тоска, мгновение назад плескавшаяся в его глазах, не возвращалась больше никогда.

- Зачем тогда попросила отпустить? – недоуменно, с обидой в голосе спросил Повелитель.

- Хотела видеть твои глаза, - пожав плечами, ответила Мила. – Мне кажется, так правильнее.

- Значит, я сплоховал? – верно уловив ее посыл, спросил дракон.

- Именно так, - подтвердила женщина.

- Будем исправлять, - лукаво блеснув глазами, ответил Повелитель. Отстранившись, он, обхватив ее лицо своими горячими ладонями, торжественно произнес, - Я люблю Вас, леди Миланиэль хаш Таналор.

- И я люблю Вас, Повелитель драконьей империи, лорд Роквард хаш Таналор, - прыснув от смеха, включилась в его игру эльфийка.

Задыхаясь в тщетной попытке сдержать рвущийся на волю смех, она хотела изобразить шутливый реверанс, но стремительный поцелуй, опаливший ее губы, кардинально поменял ее планы. И вот она уже сама с не меньшим пылом отвечает дракону, сминая ворот его рубашки.

С ее огромному разочарованию, воздух в легких закончился непозволительно быстро. Открыв глаза, Мила, ойкнув, уставилась на супруга:

- Ард, ты светишься, - прошептала она, завороженная мягким мерцанием.

- Да? – немного отрешенно отозвался дракон.

- Да, - подтвердила Мила, коснувшись его виска. – Вот здесь.

- Скажи, а при первом своем обращении при тебе мой дракон светился? – задумавшись над чем-то, серьезно спросил Повелитель.

- Да, ты буквально сверкал, как драгоценный камень, - кивнула она головой. - А это сейчас так важно?

- Как посмотреть, - криво усмехнулся Повелитель, а заметив недоуменный взгляд супруги, пояснил, - это еще одно доказательство, что ты моя единственная. Рядом с даром небес в своем зверином обличии дракон всегда сияет.

- Всегда? – переспросила Мила.

- Нет, я не совсем точно выразился, - поморщился мужчина. - Когда связь окончательно сформируется, сияние исчезнет.

- И когда это случится?- глядя на искрящиеся на солнце чешуйки, спросила эльфийка.

- Когда они появятся на свет, - нежно коснувшись ее живота, прошептал ей на ухо ответ мужчина.

Стоило их взглядам вновь пересечься, как звуки окружающего мира стали глуше, реальность смазалась, словно накрылась тонкой вуалью, остались лишь глаза напротив, наполненные любовью.


***

Парковая дорожка, извиваясь, вела двух путников во дворец, неумолимо приближая момент расставания. Медленно шагая, молодые супруги, казалось, пытались отстрочить неизбежное, то и дело подолгу останавливаясь, чтобы насладиться рукотворной красотой воссозданной природы.

- Я так рада, что лорд Бьярнел скоро поправиться, - наблюдая за игрой пестрых рыбок, произнесла Мила во время очередной остановки.

- Да, это просто чудо, - откликнулся Повелитель.

«Ага, маленькое такое, жутко самостоятельное, - насмешливо подумала эльфийка. – Правда, Мия?»

«Мама, ну сколько можно? Так надо было», - ответила малышка, легкомысленно добавив, - к тому же все обошлось».

«Обошлось? Я чуть не поседела! В следующий раз – предупреждай, -строго отчитала она девочку, но не выдержала и ласково произнесла, - я же волнуюсь».

«Вот поэтому, я ничего и не сказала, - пробурчала Мия. – Я тоже за тебя волнуюсь».

«Мам, Ваши с сестрой нежности – это, конечно, хорошо. Но раз единственного для Мии мы спасли, может пора о судьбе моей пары что-нибудь узнать?» - раздраженно предложил Дима.

«На что я подписалась?!» - обращаясь скорее к себе самой, устало вздохнула она.

«Назвался груздем, полезай в кузов», - съязвил малыш, выудив из памяти матери еще одно подходящее случаю земное изречение.

И женщине не оставалось ничего другого (хотя участь бывшей старшей фрейлины ее и саму волновала не меньше) как спросить:

- Ард, я хотела спросить, что будет с леди Бьярнел?

- Замужество и переезд к северным границам, - жестко отчеканил Повелитель.

«Что?» - громкий мальчишеский вопль, раздавшийся в голове Милы, заставил ее вздрогнуть от неожиданности. Покачав головой, чтобы унять звон в ушах, она тихо возразила:

- Но ее вины тут нет, она была одурманена. Она не заслужила такой участи. Своим приговором ты лишаешь ее права на счастье, возможности встретить свою пару.

- И что ты предлагаешь? Просто простить? – криво усмехнулся дракон, повернувшись к супруге лицом.

- Ард, мало кто знает о покушении, - принялась убеждать мужа эльфийка. - Не стоит демонстрировать, что член, приближенного к трону рода, попал в немилость. Пусть она вместе с советником на некоторое время отправиться в родовое поместье. Уверена, лорд Бьярнел придумает достойный предлог навестить семью.

- И что потом? Ты примешь ее обратно? Вновь доверишься ей? – скрестив руки на груди, сыпал вопросами хмурый Повелитель.

- Прости, Ард, но моей фрейлиной ей больше не быть. Доверять я ей не смогу. И в этом есть доля  твоей вины – ты столько лет попустительствовал ее чаяниям на трон, - Мила обвиняющее направила на него указательный палец, - что она уже считала себя полноправной хозяйкой во дворце. Мне эта грызня ни к чему. Я не собираюсь тратить свое время, выясняя, кто из нас главный.

- Вот видишь, - печально улыбнулся дракон, словно слова его жены доказывали его правоту. – И все же, мне кажется, что замужество – оптимальный вариант решения проблемы.

- Ага, и главное, очень удобный для тебя. С глаз долой, из сердца вон?! А как же годы дружбы? Они совсем ничего не значат для тебя? – с укором посмотрела на мужчину эльфийка. – Ард, я понимаю, что ты хочешь оградить меня, и благодарна тебе за это. Но я не стану счастливее, если леди Бьярнел будет страдать. У меня есть одна идея. Конечно, она сырая, ее надо тщательно проработать, но…

- Но? – заинтересованность во взгляде супруга придала ей решимости продолжить.

- Я считаю, что ей надо поручить заняться созданием сети школ, - торопливо выпалила Мила. - А самую престижную, столичную, в конечном итоге она и возглавит. У нее будет определенная власть (в рамках вверенных полномочий, конечно), и совершенно не останется времени ни на что другое: избалованные отпрыски знатных семейств будут занимать все ее мысли.

- Ты уверена насчет школ? – сомневаясь, спросил Повелитель.

- Абсолютно, - убежденно произнесла эльфийка. - Нашему наследнику нужны верные соратники. Где он сможет найти самых толковых? На балах? Это тебе повезло, что твои друзья детства стали твоей опорой.

- Да, но другие лорды? – все еще колебался дракон.

- А что другие, - отмахнулась Мила. - Если одним из учеников школы станет наследник империи, то они с радостью (еще и заплатить предложат) отправят туда своих чад налаживать нужные связи и заводить полезные для рода знакомства.

- Неплохая идея, - задумчиво потерев подбородок, признал, наконец, Повелитель.

-Отличная идея, - насмешливо поправила супруга женщина. - Ты главное не торопись с решением относительно леди Бьярнел. Отбрось эмоции и тщательно все взвесь.

- Спасибо, - обнимая свою маленькую эльфийку, прошептал Повелитель, щекой прижимаясь к ее волосам. - Спасибо, что ты есть.

- Ард, ты меня смущаешь, - Мила спрятала свое пылающее лицо у него на груди, - я ничего не сделала. Герой у нас - лорд Бьярнел, - а про себя добавила: «И одна маленькая храбрая девочка».

- Это да, - согласился с ней дракон. - Я боюсь представить, что было бы с Лин, если бы кто-нибудь погиб. Она ни за что не простила бы себя. В этом я уверен, как в самом себе.

«Вот ведь гад, этот Владыка, второй раз действует женскими руками в своей грязной игре: сначала жертвой стала его дочь, теперь леди Бьярнел», - в душе женщины поднялась волна негодования.

- Ард, как думаешь, за что он так со мной? – Миле было обидно и за несчастную, запутавшуюся, совсем юную девушку, чья душа ушла на перерождение, и за себя, ведь она тоже лишилась возможности обрести в этом мире опору в лице любящего родителя.

- Наверное, он догадался, что ты моя пара и через тебя решил устранить меня, - догадавшись, о ком идет речь, ответил Повелитель. - Драконы без своей пары долго не живут, вслед за ней уходя за грань. Но знаешь, что меня бесит больше всего?

- Что? – переспросила эльфийка, ощущая, как под ее щекой неистово бьется его разгневанное сердце.

- Больше всего меня бесит тот факт, что я ничего не могу доказать! Он открыто, у меня на глазах провернул все это: и преподнес Лин в подарок веер с секретом, и отдал приказ (более чем уверен, что он сделал это во время первого танца на балу), а я не могу ничего доказать, - Повелитель говорил холодно и отчужденно, невидяще глядя на стайку резвящихся рыбок, но неукротимое сердце, отбивающее отчаянную дробь, выдавало его истинные чувства.

- Не казни себя. Это его вина, не твоя. Боги уже покарали его, - крепче обняв супруга, Мила напомнила ему о свершившемся возмездии.

- Это единственное, что хоть немного утешает, - с горечью усмехнулся дракон. - Кстати, твоя горничная на время расследования отстранена.

- А я-то все гадала, куда она подевалась. И почему, позволь спросить? – запрокинув голову, она требовательно посмотрела на мужа.

- Она сестра той служанки, что опоила Лин, - ответил он.

- Она причастна? – практически шепотом спросила Мила, боясь услышать ответ. Еще одно предательство ей было бы трудно перенести.

- Нет, - отрицательный ответ Повелителя позволил ей выдохнуть с облегчением.

- Уф, умеешь ты напугать, - женщина шутливо хлопнула ладошкой по широкой груди.

- А ты сможешь ей доверять? Разве сомнения не будут одолевать тебя? – испытующе посмотрел на супругу дракон.

- Ард, судить о Бельтисе по поступкам, которые совершила ее сестра, глупо, - возразила Мила. - Это все равно, что ты начнешь судить о лорде Бьярнеле по его сестре.

- Хм, в этом есть здравый смысл, - признал мужчина. - Но вопрос доверия это все равно не решает.

- Согласна, но клятву верности еще никто не отменял, - посветлев лицом, ответила эльфийка, услышав совет малышей. – Если принесет личную клятву, то останется. Я к ней привязалась.


Глава 29

Неделю спустя лорд Бьярнел, сбежавший из-под опеки лекаря Лионода и вернувшийся к своим прямым обязанностям при дворе, спешил в сад в надежде встретить там ту, кого совсем недавно, не задумываясь, заслонил перед ликом смерти, приняв удар на себя. Среди молодой весенней поросли советник напряженно высматривал хрупкую фигурку невозможной эльфийки, умудряющейся при каждой встрече привести его в замешательство. Если бы его спросили, почему он выбрал ту самую дорожку, по которой уже когда-то шел рядом с супругой своего друга, то он, наверняка, затруднился бы с ответом. Ноги сами несли его в том направлении, словно что-то манило его туда. Чутье редко подводило дракона, и, доверившись ему и в этот раз, он не прогадал: совсем скоро вдалеке он увидел ту, кого, собственно говоря, и искал. 

- Миледи, подождите, – испугавшись, что опять упустит возможность поговорить с ней наедине, крикнул советник, поправ все правила приличия.

- Лорд Бьярнел, какая приятная встреча! - приветливо улыбнулась ему Мила, когда он поравнялся с ней. - Рада видеть Вас в добром здравии.

- Позвольте составить Вам компанию? – почтительно склонив голову, спросил дракон.

- Ничего не имею против. Только я уже возвращаюсь во дворец, - с сожалением ответила эльфийка.

- Тогда я провожу Вас, - не растерялся мужчина, галантно предлагая ей свой локоть.

- Как Вам будет угодно, - произнесла Мила, в этот раз не став отказываться от руки своего спасителя.

- Я хочу поблагодарить Вас за участие в судьбе моей сестры.  Ваше великодушие и милосердие достойно восхищения, - искренне произнес советник.

- Лорд Бьярнел, Вы меня смущаете, - ей было неловко слышать такие комплементы. - Единственная пострадавшая сторона – это Вы. Это я должна благодарить Вас за спасение жизни, и не только моей. То, что сердца моих малышей бьются – исключительно Ваша заслуга, - свободная рука эльфийки  в защитном жесте накрыла ее большой живот.

- Не скромничайте, миледи. Повелитель рассказал мне о Вашей просьбе. И повторюсь еще раз: я восхищен. У Вас большое доброе сердце, в котором Вы смогли найти сострадание и милосердие к той, что…, - но договорить ему не дала Мила.

- Лорд Бьярнел, право не стоит, я не заслуживаю таких слов, - раскрасневшись от похвалы, возразила она и уже мысленно добавила: «Вовсе я не так бескорыстна, как Вам кажется», - и чтобы сменить неловкую тему, спросила, -  лорд Бьярнел, а Вы уже придумали причину для отъезда домой?

- Да, - кивнул он в ответ. - Сами Боги, видимо, благоволят нам. У нашей матушки на днях именины, и, само собой разумеется, мы должны присутствовать на торжестве.

- Передайте мои искренние поздравления Вашей матушке, - от всей души пожелала эльфийка.

- Обязательно, - заверил ее советник.

-  А как Вы объясните, почему Ваша сестра решила остаться в поместье родителей? – Миле действительно было интересно узнать, что же придумал придворный интриган.

- А вот с этим возникают некоторые сложности, - поморщился лорд Бьярнел, - Лин объявит о своем согласии участвовать в смотринах. Матушка мечтает о внуках и своего шанса не упустит. На несколько месяцев Лин будет плотно занята, уж поверьте.

«Что?» - вторгся в ее мысли возмущенный крик мальчика.

- Лорд Бьярнел, как же так? Я была уверена, что Ард передумал выдавать леди Элиану замуж. Она нужна мне здесь, - и мысленно обращаясь уже к малышу, женщина добавила: «И не только мне. Правда, Дима?».

- Не передумал, - подтвердил советник. - Но проблема в том, что посвятить матушку в наши планы я не могу, придется придумывать что-то по ходу. Не переживайте, моя сестра справиться.

- И все равно мне тревожно. Присмотрите за сестрой, лорд Бьярнел, -попросила его Мила.

«Не ревнуй, не отдадим мы никому твою пару», - пообещала она продолжающему негодовать сыну.

«Мама, - ответила за надувшегося брата Мия, – это не ревность, а влияние драконьей сущности: чем ближе наше появление на свет, тем сильнее она проявляется. Ревность, страсть, влюбленность – это все плотские чувства и желания. Наши физические тела еще слишком малы, чтобы мы могли испытывать подобные эмоции. Сейчас мы слышим зов родственной души, и его сложно игнорировать».

«А если избегать встреч с ними?» - предложила свой вариант решения проблемы Мила.

«Это, конечно, частично приглушит зов, но не полностью, - вздохнув, ответила малышка. - Он исчезнет только с нашим появлением на свет».

«Тогда отъезд семейства Бьярнел нам только на руку. А как Вы потом узнаете, что они ваши половинки?» - недоуменно спросила ее мать.

«Когда достаточно повзрослеем, связь, что образовалась между нами, притянет нас друг к другу», - объяснила девочка.

Советник, украдкой глядя на идущую под руку с ним молодую женщину, даже не догадывался о причинах глубокой задумчивости, отразившейся на ее лице. С каждым шагом дворец неумолимо приближался, и молчание, повисшее между ними, становилось все нестерпимее и тягостнее, сдавливая грудь мужчины в своих удушающих объятиях. Когда же до дворца осталось не больше пары сотен шагов, лорд Бьярнел неожиданно остановился и, собравшись с духом, решился произнести то, что мучило его последние дни.

- Миледи, - начал он, когда удивленная внезапной остановкой женщина посмотрела на него, - есть кое-что, что я хотел обсудить именно с Вами. Почему-то мне кажется, что Вы поймете и не поднимете меня на смех. Могу я просить Вас выслушать меня?

- Это меньше, что я могу для Вас сделать, - тихо ответила Мила, озадаченная словами советника.

- Знаете, пока я был без сознания, мне привиделся очень странный, но необычайно реалистичный сон. Я брел куда-то сквозь туман, абсолютно равнодушный ко всему, что меня окружало, не чувствовал ни холода, ни голода, не помнил кто я и откуда, просто шел, бездумно переставляя ноги. Но вот передо мной появилась девушка и протянула мне свою руку. Словно зачарованный я ухватился за ее ладонь. И все вокруг мгновенно изменилось. Едва я ощутил тепло ее гладкой кожи, как воспоминания, ослепляя, обрушились на меня, выдергивая из серой хмари. Открыв глаза, я обнаружил себя в лекарской, а в моих ушах звучало ее нежное: «Жди». Наверное, со стороны я покажусь глупым и жалким, но я влюбился в свое отчаянно прекрасное видение, и плевать я хотел, что призрачное, - смущенно признался советник.

- А как она выглядела? – жадно спросила Мила, но заметив, какое неумение вызвал ее нездоровый интерес, быстро исправилась, - то есть я хотела спросить, Вы успели разглядеть ее, запомнили, при встрече сможете узнать?

- Нет – отрицательно покачал головой лорд Бьярнел и, с тоской посмотрев куда-то вдаль, признался, – Сколько бы ни силился, не могу вспомнить ее лица. Перед глазами стоит лишь ее светлая улыбка (на Вашу, кстати, чем-то похожа). Но в одном я убежден точно, никого прекраснее нет.

- Значит, Ваше время для встречи с этой девушкой еще не пришло, - философски заметила Мила в попытке утешить стоящего рядом с ней мужчину, уж очень не понравился ей его взгляд, полный безысходной грусти.

- Вы мне верите? Верите, что она существует? – вскинувшись, вцепился в нее взглядом советник.

 - Я верю, что раз Вы вернулись, Вы обязательно встретите свою незнакомку, - убежденно ответила эльфийка.

- Я рад, что не ошибся в выборе собеседника, - с благодарностью улыбнулся лорд Бьярнел.

- Всегда готова выслушать, - заверила его Мила, улыбаясь в ответ. – Я Вам даже немного завидую, у Вас еще столько всего впереди.

- Странно это слышать от столь юной особы. И чему тут завидовать? Я одинок, и был момент, когда я отчаянно завидовал Повелителю, ведь рядом с ним такая замечательная женщина, - но заметив растерянность на лице эльфийки, советник поспешил сменить неловкую тему, - Миледи, у меня будет просьба, даже не у меня, я лишь посредник.

- Я слушаю, - с готовностью отозвалась она.

- Моя сестра хотела бы перед отъездом попрощаться с Вами. Поверьте, она искренне сожалеет о случившемся и глубоко раскаивается, - торопливо добавил лорд Бьярнел, боясь категоричного отказа.

«Мама, даже не думай отказаться», - с угрозой в голосе прошипел малыш.

- Хорошо, - решилась Мила. - Жду ее через час у себя.

- Спасибо огромное, - не скрывая своего облегчения, поблагодарил советник.


***

Ровно через час в гостиную Милы вошла леди Бьярнел в сопровождении брата. Непривычно тихая, с незатейливой прической, она выглядела чрезвычайно свежо и молодо, отказавшись от макияжа. Единственное, что осталось неизменным, - это ее неукоснительная приверженность принятой в империи моде. Мила, с удивлением отмечая перемены в облике своей бывшей фрейлины, не спешила начинать разговор первой.

- Доброе утро, миледи, - сделав безупречный реверанс, негромко произнесла вошедшая.

- Доброе утро, леди Бьярнел, - поприветствовала свою гостью эльфийка. – Прошу, садитесь.

- Благодарю, что согласились выслушать меня, - начала леди Элиана, когда все трое с комфортом расположились.

- Не стоит, - ответила Мила.

- Миледи, я пришла, чтобы извиниться, - произнесла бывшая фрейлина, сидевшая с идеально прямой спиной. От внимания эльфийки не укрылись ни судорожно стиснутые между собой кисти ее рук, ни побелевшие от напряжения костяшки пальцев. - Мое поведение было недостойным. Гордыня взыграла во мне, ослепляя. Я считала себя лучше, достойнее только от того, что являюсь другом детства. Боролась за того, кого не люблю и кто не любит меня, - криво усмехнулась она. - Даже тот факт, что я не знала, что Вы единственная Повелителя, не может служить моим оправданием. Лишь едва не потеряв брата, я осознала, насколько сильно заблуждалась,  - посмотрела она на советника, но спохватившись, торопливо извинилась, - просите, если невольно заставила Вас вспомнить события того ужасного вечера. Они до сих пор мне в кошмарах снятся.

- Ваши извинения приняты, - ответила Мила, решив отпустить прежние обиды. - А с кошмарами надо что-то делать. Обратитесь к лекарю Лионоду.

- Нет, это мое наказание, - тихо возразила леди Бьярнел.

- Глупости какие, - отмахнулась эльфийка. - Вы были одурманены, и Вашей вины в случившемся нет.

- Спасибо, - с облегчением прошептала сестра советника. – И за участие в моей судьбе спасибо. Йен мне все рассказал. И я согласна.

- Вот и славно, поэтому не упрямьтесь, леди Бьярнел, и обязательно обратитесь к лекарю. У Вас впереди предстоит много тяжелой работы, и силы Вам еще понадобятся. Мы, - Мила выразительно посмотрела на живот, - рассчитываем на Вас.

«Ты даже не представляешь на сколько», - мысленно про себя добавила она, прощаясь со своими гостями.

«Мам, ты ведь приглядишь за леди Бьярнел?» - робко спросил малыш.

 «Как будто у меня есть выбор, - закатив глаза, ответила Мила. – Пригляжу, куда я денусь».


***

Вечером того же дня, когда Мила готовилась ко сну, дверь, что отделяет ее половину супружеских покоев от мужской, после негромкого стука тихонько приоткрылась.

Обернувшись, она увидела стоящего на пороге супруга. Несмотря на широкую улыбку, Повелитель выглядел уставшим, глубокие тени залегли у него под глазами. Глядя на него, сердце женщины сжалось от переполнявшей ее нежности, а она сама поняла, насколько сильно успела соскучиться по мужу за день.

- Как замечательно, что ты еще не спишь, - произнес вошедший мужчина. - Я соскучился, - заключая жену в свои объятия, тихо признался он, с наслаждением вдыхая аромат ее волос. - Отъезд Йена вызвал сущий кавардак. Боюсь, что до его возвращения мы так и будем видеться урывками.

- И когда же он вернется? – потершись щекой о его рубашку, пробурчала расстроенная Мила, недовольная таким раскладом.

- А чья это была идея? – чуть отстранившись, насмешливо посмотрел в ее глаза Повелитель.

- Моя, - вздохнув, нехотя призналась эльфийка. – Но ты не ответил на вопрос?

- Его не будет около недели, - поморщившись от досады, все же ответил дракон.

- Так долго?! – неверяще воскликнула Мила.

- Зная матушку Йена, это еще быстро, - усмехнулся Повелитель.

– Раз ты будешь так занят, ты должен регулярно питаться, чтобы у тебя были силы, поэтому совместные трапезы для тебя теперь обязательны, - женщина решительно отказывалась, столько времени не видеться с мужем.

- Какая заботливая женушка мне досталась, - не удержавшись, он шутливо чмокнул ее в кончик носа.

- Вот-вот, цени свое счастье в моем лице, - улыбнулась Мила.

- Ценю. Больше жизни, - серьезно ответил мужчина, а после, хитро прищурившись, добавил, - но я придумал кое-что лучше.

- Что? – спросила заинтригованная эльфийка.

- С сегодняшнего дня, а точнее ночи, ты спишь в моей постели, - подхватывая на руки свою супругу, произнес дракон, направляясь на свою половину.

- Ничего не имею против, - рассмеялась Мила.


Эпилог

Ночь. Опочивальня Повелителя драконов.

«Мам, ну, мам, просыпайся уже», - настойчиво звали ее дети.

«А, что? – подскочила на постели Мила. – Что-то случилось? Это точно не ждет до утра?» – отчаянно зевая, спросила она.

«Мам, ты только не волнуйся…», - начал Дима.

«Что такое? Ты же знаешь, такие слова, наоборот, заставляют меня еще сильнее волноваться», - какое-то нехорошее предчувствие поселилось в ее груди.

«Мам, нам как бы пора», - дрожащим голосом произнесла Мия.

«Куда пора?»  – растерялась женщина.

«Мам, проснись уже, пора нам», - многозначительно протянул Дима.

«Ничего не понимаю», - сонно растерла она лицо.

«Мама, нам пора появиться на свет, поэтому мы решили…», - мягко начала Мия.

«Что уже? – всполошилась Мила. – Но я не готова».

«Все так говорят, - насмешливо фыркнул мальчик. - Сдается мне, к такому нельзя быть готовой. А вот мы наоборот готовы».

«Мама, я что хотела сказать, - пока шокированная женщина молчала, переваривая информацию, продолжила Мия, - мы вроде как попрощаться пришли».

«Что значит попрощаться?» - испугалась Мила.

«Мама, мама, стоит нам только появиться на свет, как мы станем обычными младенцами, все знания, которые доступны нам сейчас, будут запечатаны. И мы, конечно же, не сможем мысленно общаться»,- грустно признался мальчик.

«Что никогда-никогда?» - беспомощно спросила эльфийка.

«Да, - дрогнувшим голосом подтвердил малыш, но собравшись, нарочито бодрым тоном продолжил, - но связь, что между нами образовалась, никуда не исчезнет, мы сможет чувствовать друг друга на расстоянии, улавливать сильные эмоции».

«Но не общаться», - подытожила его мать, осознавая, насколько она привыкла к их постоянному присутствию в своих мыслях.

«Да», - вздохнув, подтвердил Дима.

«Мне так будет этого не хватать», - призналась Мила.

«Не переживай: теперь ты никогда от нас не отделаешься, - насмешливо пообещал мальчик. - Наши души связаны навечно. И стоит нам отправиться на очередной круг перерождения, как они притянутся друг к другу».

«Спасибо. Спасибо вам за все, мои хорошие: за то, что были рядом в трудную минуту, что спасли одиночества, разделив со мной вечность, что подарили мне любовь. За все спасибо», - горячо благодарила она детей, чувствуя, как по лицу бегут соленые слезы.

«Мама», - расчувствовалась Мия.

«Так хватит, развели тут сырость, у нас роды на носу, а вы силы на что, я спрашиваю, тратите?» – грозно вопрошал Дима, хотя в голосе у него тоже звенели непролитые слезы.

Его слова произвели нужный эффект. Взяв себя в руки, Мила улыбнувшись, произнесла:

«До скорой встречи».

«До встречи, мама», - хором ответили дети.

Наступившая после этого тишина в ее голове была какой-то оглушительной. Не выдержав, женщина расплакалась, но тянущая боль внизу живота не позволила ей долго упиваться чувством утраты, безжалостно вернув в реальность. Охнув, женщина принялась за дыхательные упражнения, показанные лекарем.

- Милая, что случилось? – сонно спросил ее супруг, разбуженный ее возней.

- Началось, - только и смогла ответить она сквозь зубы, ибо началась еще одна схватка.

- Что началось? – не понял мужчина.

«Ну, не я одна торможу спросонья», - злорадно подумала Мила, выразительно при этом посмотрев на свой живот.

- Что? А-а-а, - догадался он, проследив за ее взглядом. – Что? – взвился он с постели. - Лекаря! Кто-нибудь позовите лекаря. Гийман! Бельтиса! Лекаря быстро!

Тогда еще Повелитель драконов не знал, что следующие двенадцать часов он признает самыми страшными в его жизни, но которые принесут ему небывалое счастье.

С невообразимым доселе трепетом держа в своих руках два свертка голубого и розового цвета (такова была причуда его супруги, а спорить с ней из-за такой малости он не видел никакого смысла), он чувствовал себя бесконечно счастливым, с обожанием глядя на свою единственную, подарившую ему этот двойной подарок.

- Любимый, я хочу тебе кое в чем признаться…


Бонус. Глава 1

В огромной библиотеке дворца за столом, на поверхности которого практически не осталось места, не занятого книгами, сидела молодая женщина. Казалось, она притягивает к себе весь солнечный свет, льющийся из огромных окон. Собираясь вместе, его лучи бережно укутывали ее хрупкую фигурку искрящимся ореолом, от чего складывалось впечатление, что сама женщина светится изнутри. Завороженный игрой света, Повелитель драконьей империи, пришедший сюда в поисках своей супруги, застыл на мгновение, просто любуясь своей единственной.

- Так и знал, что найду тебя здесь, - склонившись к острому ушку, с улыбкой прошептал он.

- Ард? – встрепенулась Мила, оборачиваясь. - Дети приехали? - целуя поставленную щеку, спросила она.

- Нет еще, - отрицательно покачал головой дракон, обнимая супругу. - Не переживай.

- Уф, - облечено выдохнула она, захлопнув книгу, что читала. – А то я испугалась, что опять зачиталась.

 – Да, есть у тебя такая вредная привычка, - окинув насмешливым взглядом стол, заваленный бесценными древними фолиантами, произнес Повелитель. - И куда смотрит дед? – удрученно вздохнул он. – Совсем тебя избаловал.

- Вот и не правда, просто он разделяет мое увлечение, - вступилась за пожилого хранителя эльфийка.

- Ага-ага, увлекся так, что даже внука своего не заметил, - фыркнул мужчина, - кроме книги, что сейчас в его руках, его, кажется, больше ничего не интересует.

- В последнее время у него начались проблемы со слухом, - прошептала Мила, боясь быть услышанной хранителем.

- Да? Не знал. Сдает дед, годы берут свое, - огорченно произнес Повелитель, еще раз посмотрев на старика.

-И все равно, он еще ого-го, - упрямо заметила его супруга, не желая признавать, что заменивший ей родного деда хранитель может однажды покинуть их.

- Да кто ж спорит! – примирительно произнес мужчина, с нежностью глядя на ту, что нашла в своем сердце место для одинокого старика.

- Вот-вот, - улыбнулась она, поднимаясь. – Ладно, идем встречать детей. Мне не вериться, что сегодня наши малыши празднуют свое совершеннолетие.

- Мне тоже, - признался Повелитель, предлагая ей свой локоть. - А кажется, что только вчера я впервые взял на руки два маленьких свертка. Как же быстро пролетело время.

- Это точно, - усмехнулась Мила, прекрасно осознавая, что прожитых ею лет хватило бы не на одну земную жизнь.

- Вот только, - мужчина неожиданно остановился, с укором посмотрев на супругу, - я до сих пор не могу понять, что меня поразило в тот день сильнее: рождение детей или твое признание.

- Да уж, видел бы ты себя, - насмешливо фыркнула эльфийка.

Вот только тогда ей было абсолютно не до смеха. После изматывающих родов, Мила неожиданно для самой себя (потом она не раз называла это помутнением рассудка) произнесла:

- Любимый, я хочу тебе кое в чем признаться, - и, дождавшись, когда ошалевший от счастья взгляд мужчины сфокусируется на ней, она, набрав в грудь побольше воздуха, четко, едва не по слогам продолжила, - я не Миланиэль.

Повелитель, державший на руках младенцев, с абсолютно бесстрастным, каким-то окаменевшим, словно маска, лицом положил малышей в колыбельки и, подойдя к жене, положил свою тяжелую ладонь на ее покрытый испариной лоб.

- Неужели послеродовая горячка начинается? - обращаясь скорее к самому себе, произнес он. – Вроде нет. Дорогая, ты как себя чувствуешь? – с тревогой заглядывая ей в глаза, спросил дракон.

- Да, нормально. Как любая, родившая двух детей подряд, - съязвила Мила.

- Тогда откуда у тебя такие мысли? - душевное состояние супруги с каждой секундой беспокоило его все сильнее.

- Ард, я понимаю, что в такое практически невозможно поверить, но это так – я душа из другого мира, - устало вздохнув, повторила эльфийка, уже жалея  о своем опрометчивом признании.

- И где же, позволь спросить, по-твоему, моя супруга? – скрестив руки на груди, с плохо скрываемым скепсисом во взгляде спросил Повелитель.

- Заклятие настигло ее, - тихо ответила Мила, отвернувшись, - она ушла за грань.

Произнесенные на границе слышимости слова прозвучали подобно раскатам грома. Вздрогнув, Повелитель пристально уставился на лежащую перед ним бледную эльфийку, вспоминая все странности, связанные с ней, которым у него не было объяснения.

-И как ты оказалась в этом теле? – его хриплый, какой-то надломленный голос заставил Милу стремительно обернуться. - И главное, как давно ты в этом теле? – тяжелый буравящий взгляд его каких-то потускневших глаз буквально придавил ее к кровати, вынуждая поспешить с ответом, ибо холодная пустота, разрастающаяся в глубине обычно согревающего своим теплом янтаря, пугала ее до дрожи.

- С того момента, как ты нашел меня в лесной сторожке, - осторожно ответила она. – Ард, меня призвали. Я не могу объяснить подобности: в моем мире с такими вещами никто не сталкивался, есть, конечно, различные гипотезы, но никаких доказательств нет, поэтому не спрашивай у меня, как это получилось. Я не знаю. Просто в какой-то момент я услышала зов и откликнулась. Очнулась я уже в этом теле, - несколько путано попыталась объяснить она то, что и сама не до конца понимала.

- Но откуда у тебя ее воспоминания? Ты даже вела себя как она, - обвиняющие нотки помимо воли самого мужчины прозвучали в его голосе.

- А ты, можно подумать, так хорошо знаешь свою супругу, - задетая его тоном, с сарказмом отозвалась Мила. – Скажем так, воспоминания достались мне в наследство, теперь они часть меня.

- Тогда как ты можешь утверждать, что не являешься наследной принцессой Миланиэль? – запутавшись, совершенно растерялся дракон.

-  А воспоминания о той жизни в другом мире мне куда деть? – насмешливо посмотрела она на супруга, не желающего расставаться с привычным укладом жизни.

- Может, это воспоминания о твоей прошлой жизни? Пробудились под воздействием заклинания? – предположил Повелитель, пытаясь найти более правдоподобные для собственного разума объяснения. - Ты же сама говорила, что была за гранью, кто знает, как она на тебя подействовала.

- Нет, погоди, не путай меня, - женщина подняла руку, призывая супруга к молчанию. - Я точно разделяю, что было до и после перехода. И до и после я ощущаю себя Милой, обычной женщиной с планеты Земля, не знающей магии, где миром правят технологии.

- Почему ты призналась именно сейчас? Почему столько времени молчала? – уязвленный ее недоверием спросил дракон.

- Прости, - с мольбой во взгляде она протянула к нему руку, которую он не смог проигнорировать, крепко сжав, - прости, что так долго скрывала это от тебя. Я такая трусиха. Но я боялась. Между нами все было так зыбко, неопределенно. Я боялась разрушить то хрупкое доверие, что возникло между нами. Я боялась потерять детей. Да я много чего боялась. Вот как, скажи на милость, как мне было признаться? Вспомни, сколько ты скрывал от меня, что я твоя единственная, - напомнила она супругу, что не только она одна испытывала неуверенность в самом начале их отношений. - Я не хочу от тебя ничего скрывать. Сегодня в нашей жизни случилось такое чудо, и я хочу начать все с чистого листа. Только ты, я и наши дети.

- Любимая, не нужно так переживать, - отчаяние, звучавшее в ее словах, больно жалили совесть дракона. - Я полюбил именно тебя, и не имеет значения, к какому миру принадлежит твоя душа.                              

- Этому, - быстро заверила Мила. – Мой дом теперь там, где есть ты и дети. Мое сердце навеки с тобой. Так ты мне веришь? – с надеждой спросила она.

- Как ни странно, но верю. Хотя то, о чем ты говоришь, звучит как бред. Но это отлично объясняет тот факт, что в первую брачную ночь моя жена не являлась моей единственной, зато потом вдруг, совершенно неожиданно оказалась даром небес. Просто дай мне немного времени, чтобы принять этот факт, - целуя ее руки, попросил Повелитель.

Мила, счастливо улыбаясь, согласно кивнула, но ответить ничего не успела, забеспокоившиеся в колыбельках малыши, словно услышав  слова отца, любезно предоставили тому это самое время, переключив все внимание своих новоиспеченных родителей на себя.

«Спасибо мои хорошие, и тут не оставили мамочку в беде. Выручили», - с благодарностью посмотрела она на своих малюток.


- Да, знатно ты меня тогда ошарашила, – выдернул ее из воспоминаний голос мужа. - Я надеюсь, никаких таких тайн у тебя больше не осталось.

- Как знать, - загадочно улыбаясь, ответила Мила.

- Мила? – недобро сощурившись, позвал Повелитель, не позволяя супруге ступить и шагу к выходу.

- Что, Мила? – невинно переспорила она.

- Если есть, что рассказать, скажи сейчас, - потребовал дракон.

- Да не напрягайся ты так, - со смехом посоветовала эльфика. - Просто после перехода мне стала известна кое-какая информация.

- И? – еще сильнее нахмурился ее муж.

- Так вот, - выдержав небольшую паузу, она продолжила, - я знаю, кто предназначен Богами для наших детей.

- Так это же чудесная новость, - посветлел лицом мужчина, выдохнув с облегчением.

- Я бы не сказала, - не разделала его восторгов Мила.

- Что так? – удивился Повелитель.

- Леди Бьярнел была единственной для Димы. И я не знаю, что теперь будет, - понуро призналась женщина.

- Так ты поэтому столько лет перерываешь библиотеку?! – догадался дракон, сопоставив все факты. - А я думал, что ты ищешь сведения о таких же переселенцах, как и ты.

- Нет, я искала упоминания о драконах, оставшись без пары, но не ушедших вслед за ней за грань, - тихо призналась Мила, ощущая, как подавляемое все эти годы чувство вины накрывает ее подобно лавине. - Я дала обещание приглядеть за леди Бьянел и не сдержала его, - в отчаянии прошептала Мила.

- Ох, родная, - вздохнул Повелитель,  крепко прижимая супругу к своей груди. - Ты должна была раньше мне обо всем рассказать. Столько лет несешь этот груз в одиночку, - участливо покачал головой ее супруг.

- Что теперь толку! – воскликнула Мила. – Леди Бьярнел уже нет, и ее никто не вернет. Ты бы не смог предотвратить тот несчастный случай.

- Ты верно сказала, несчастный случай, - немного отстранившись, чтобы иметь возможность видеть реакцию супруги, Повелитель попытался до нее достучаться. - То, что произойдет обвал, когда Лин будет возвращаться во дворец, не мог знать никто. Не поторопись она сбежать от матушки, не пренебрегай бы она предостережениями о дождях, да просто возвратись она во дворец не в карете, а обернувшись драконом, осталась бы жива. Но все произошло так, как произошло. Ничьей вины тут нет. Просто неудачное стечение обстоятельств, оборвавшее ее жизнь. 

- Но Дима тогда так тяжело болел… - возразила эльфийка. – Я так боялась его потерять.

- Совпадение, Мила, всего лишь совпадение, - убежденно ответил дракон.

- Но что теперь будет с Димой? – задала она вопрос, который мучил ее на протяжении многих лет.

- А что с ним? – не понял Повелитель.

- Как он без своей единственной будет? – женщина озвучила главную причину своего беспокойства.

- Любимая, он был еще слишком мал, чтобы слышать зов, - ответил дракон так, словно это что-либо объясняло.

- Но он же был связан с леди Бьярнел, - эльфийка совершенно не разделяла спокойствия мужа.

- Мила, душа Лин ушла на новый виток перерождения. Не удивлюсь, если где-нибудь в этом мире уже подрастает пара Димы. А если нет, то в скором времени она обязательно появится на свет, - с улыбкой заверил ее мужчина.

- Правда? – с сомнением посмотрела она на дракона.

- Правда, - подтвердил Повелитель. - Идем, дети скоро будут. Хотя подожди, ты так и не сказала, кто пара Мии.

- Йен, - улыбнулась Мила.

-То-то, я смотрю, он все время рядом с ней увивается, даже на должность ректора согласился, не взирая на ту нагрузку, что несет, будучи советником, - насмешливо фыркнул дракон.

- Наверное, он что-то чувствует, - пожала плечами эльфийка. – В прочем у него есть подсказка.

- Какая еще подсказка? – недоуменно посмотрел на нее Повелитель.

- Он тебе не рассказывал? – вместо ответа спросила Мила.

- Нет, - нахмурившись, буркнул ее супруг.

- Странно, Вы же лучшие друзья, - теперь пришел ее черед удивляться.

- Вот и мне интересно, почему мой лучший друг решил поделиться с моей женой, а не со мной, – ревниво заметил дракон.

- Может, не  успел, трагедия с его сестрой, - предположила Мила.

- И все же, что там с подсказкой? – напомнил Повелитель.

- Помнишь, когда он чуть не ушел за грань? – спросила эльфийка и, получив утвердительный кивок в ответ, она продолжила, - Так вот, он рассказывал, что ему привиделась девушка, которая и привела его назад. Но он ее не помнит, лишь…

Но договорить ей не дали ворвавшиеся в библиотеку дети.

- Мам, пап, почему не встречаете? – вместо приветствия начал Дима.

- Вот-вот. Совсем про нас забыли, да? – вот только в противоположность ее словам глаза Мии, так похожие на глаза ее матери, смеялись.

- А вот и нет, - улыбнулась Мила, по очереди обнимая детей. – Идемте, стол давно накрыт, только Вас и ждем.

- Конечно, какой же праздник без главных виновников торжества, - сверкнув хитрой улыбкой, согласился с матерью Дима.

- Димальд, давай хоть сегодня обойдемся без твоих шуточек, - строго посмотрел на своего наследника отец семейства.

- Да идемте уже, - закатив глаза, Мия подтолкнула всех к выходу. – Я умираю с голоду.

Так, беззаботно смеясь и подшучивая друг над другом, шумное семейство покинуло стены дворцовой библиотеки, где с их уходом вновь воцарилась положенная тишина, нарушаемая лишь шелестом переворачиваемых страниц.

Конец



Оглавление

  • Белых Анна-Двойной подарок и дракон в комплекте