КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 479589 томов
Объем библиотеки - 712 Гб.
Всего авторов - 222909
Пользователей - 103574

Впечатления

Сварщик Сварщиков про Юллем: Правь. Книга 1. Наследники рода Воронцовых (Боевая фантастика)

залита и сразу заблокирована. ага , верю.
данунах.
никто не читает эту хрень, вот автор самопиаром и занимается

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Сварщик Сварщиков про Беличенко: Помещик 2 (СИ) (Альтернативная история)

накуа пихать дубль второго тома?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Сварщик Сварщиков про Dgipei: Провал. Том 1. Право жить (ЛитРПГ)

феноменальнейшая графомань

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Zlato про Образцов: Единая теория всего (Детективная фантастика)

здесь все 4 части

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Shcola про Щепетнов: Бандит-2 (Попаданцы)

Слышь, релизёр. Ты хоть обложку смени.

Рейтинг: -1 ( 1 за, 2 против).
OMu4 про Михалков: Весёлые зайцы (Сказки для детей)

Такую в FB2 не засунешь - тут каждая страница - шедевр!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Интересно почитать: Новый дом для старых людей

Войны Свободных Городов [Глеб Корлов ] (fb2) читать постранично

- Войны Свободных Городов [СИ] (а.с. Молчание Мёртвых -2) 1.03 Мб, 293с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Глеб Корлов

Настройки текста:




Молчание Мёртвых: Войны Свободных Городов

Отступление первое. Поселение «Новый свет». Где-то на территориях Польши.

Небольшой для современного мира посёлок, всего на три с чем-то тысячами населения. Большая, каменная церковь. В ней несмотря на прошедшие несколько дней с начала зомбиапокалипсиса было многолюдно. Несколько десятков человек сидели на лавочках и внимали словам своего духовного и не только лидера. Эти люди смогли сначала разбежаться по окрестностям, а потом собраться в единый кулак и очистить родной посёлок от зомби. Потом прошли некоторые события и уже одно общество с одним человеком в качестве лидера стало налаживать жизнь в уже новом мире.

— Внемлите мне люди! Господь обрушил на Землю свою истребляющую длань! Он покарал род людской за их грехи! Десятки лет мы жили не по замыслу Его! И мы с вами это допустили! Мы не остановили явление греха и его расползания по нашим благочестивым душам! Педерастия! Мужеложцы! Еретики и святотатцы, покусившиеся на истинную веру! Сатана захватил их души и вырвал их из земных тел! И только пустые, бездушные тела бродят по этой Земле за их грехи да нам в назидание! Так опомнимся же и вернёмся к житию по замыслу Его и с Духом его! Отринем всё от лукавого и воздадим хвалу истинному, единственному Богу нашему! — проповедник ещё пару минут говорил, или скорее орал активную часть своей проповеди, а потом перешёл на более длинную, но более спокойную её часть. И ещё целый час распылялся на сцене. После которого проповедь плавно перешла в планёрку. На ней сформировали отряды, распределили обязанности и ещё раз вспомнили основы их нового общества. А основы были простыми и понятными. Во главе всего стояла религия и глава религиозного культа стоял и во главе поселения. И соответственно вниз по иерархии. Общество делилось и возглавлялось несколько по-иному чем это было привычно. Существовало три класса живущих в нём, духовники (правящий), вои (войны) и труды (крестьяне и рабочие). При этом существовали ещё и должности. Дьяк — начальник десятерых и менее людей. Святой отец — полусотня людей или пятеро дьяков. Епископы — сотня людей или трое святых отцов. Верховный кардинал — как бы главный духовник и лидер поселения. Ему подчиняются все. Сам лично назначает Епископов, фактически это его заместители или люди для особых дел. Епископы сами себе берут в подчиненные святых отцов и обладают почти полной властью над нижними людьми (то есть над теми, кто ниже их социально) и могут делать с ними почти всё что заблагорассудится, но что не запрещено Верховным кардиналом. Святые отцы же в свою очередь берут себе дьяков из самых активных прихожан. Это что касается иерархии поселения.

Основные же его постулаты просты: вера превыше всего. Мужчина везде главный, и чем старше, тем главнее и мудрее он. Полный запрет на все половые отношения кроме муж-жена и то — тихонько. Полный запрет на другие верования и тому подобное. Постоянное раскаяние за свои грехи и постоянный труд на их искупление. Чем тяжелее труд, тем лучше ты искупаешь грехи. Немного заповедей ещё было, наказание за нарушение которых назначали только Епископы и Верховный Кардинал: это вроде не засматривайся на чужую жену и не трахай её. Не воруй у ближнего своего и не возводи клевету на него. Постоянно трудись, ибо леность — грех, который искупается трудом. Не убивай одного веры с тобой. Не будь жаден, а будь скромен. Женщина или девица должна чтить отца и мужчину своего всегда и без иных дополнений.

В принципе это были основные, сформированные правила.

По социальной части, население делилось на три категории: духовенство (неприкосновенные и высшая категория которой подчиняются остальные две), праведники (обычные люди, подчиняющиеся и слушающиеся, основная масса), неверные (рабы, и те кто возникает против такого уклада жизни). Собственно, чем ниже категория, тем меньше прав, в третьей категории их вообще нету. О равенстве тут никто и не слышал, некоторые люди были поставлены в ряд с домашними животными. То есть надо всячески ухаживать пока приносит пользу, чуть перестал — под нож. Когда это общество только создавалось возникло много тех, кто был против таких раскладов, они то первые и пополнили ряды неверных, фактически рабов, которые впахивали по шестнадцать часов в сутки, жили в наихудших условиях и питались по остаточному принципу. Неверные не могли принадлежать никому кроме общества в целом, а распоряжались ими исключительно духовники. Более завидное было положение у женщин, они не являлись имуществом общины, и не принадлежали никому. Но на этом в принципе различия и заканчивались, муж или отец если такой имелся, ну или любой ответственный за неё мог делать с ней всё что пожелает, и она должна была исполнить всё что он скажет. Скажет прыгать с обрыва — так надо, прыгай. Разбудит в четыре часа утра с приказом отсосать — она и это сделает. Любое ослушание жестоко каралось, от плетей до сильных побоев тем, кого