КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 591456 томов
Объем библиотеки - 897 Гб.
Всего авторов - 235386
Пользователей - 108135

Последние комментарии

Впечатления

vovih1 про Кори: Падение Левиафана (Боевая фантастика)

Galina_cool, зачем заливать эти огрызки, на литрес есть полная версия. залейте ее

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Шарапов: На той стороне (Приключения)

Сюжет в принципе мог быть интересным, но не раскрывается. ГГ движется по течению, ведёт себя очень глупо, особенно в бою. Автор во время остроты ситуации и когда мгновение решает всё, начинает описывать как ГГ требует оплаты, а потом автор только и пишет, там не успеваю, тут не успеваю. В общем глупость ГГ и хаос ситуаций. Например ГГ выгнали силой из города и долго преследовали, чуть не убив и после этого он на полном серьёзе собирается

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Берг: Танкистка (Попаданцы)

похоже на Поселягина произведение, почитаем продолжение про 14 год, когда автор напишет. А так, фантази оно и есть фантази...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Михайлов: Трещина (Альтернативная история)

Я такие доклады не читаю.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Гиндикин: Рассказы о физиках и математиках (Физика)

Не ставьте галочку "Добавить в список OCR" если есть слой. Галочка означает "Требуется OCR".

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
lopotun про Гиндикин: Рассказы о физиках и математиках (Физика)

Благодаря советам и помощи Stribog73 заменил кривой OCR-слой в книге на правильный. За это ему огромное спасибо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
kiyanyn про Ананишнов: Ходоки во времени. Освоение времени. Книга 1 (Научная Фантастика)

Научная фантастика, как написано в аннотации?

Скорее фэнтези с битвами на мечах во времени :) Научностью здесь и не пахнет...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Интересно почитать: Как использовать VPN для TikTok?

На острие [Александр Кронос] (fb2) читать онлайн

- На острие (а.с. Лэрн -4) 858 Кб, 243с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Александр Кронос

Настройки текста:



Александр Кронос Лэрн-IV. На острие


* * *

Глава I


Больно. Настолько, что хочется выть. Я даже пытаюсь, но сложно издавать звуки, когда у тебя нет рта. Хотя, у меня и рук нет. Да и тела вроде бы тоже.

Никогда не думал, что каждый, кого я убиваю айваном, испытывает настолько жесточайшую боль. Только почему я ещё жив? Что происходит?

Глаз у меня тоже нет. Или есть? Вокруг какое-то странное марево, блестящее разными цветами. Раз я его вижу, значит зрение в каком-то виде работает. А если думаю об этом, то и разум пока ещё функционирует. Не знаю, сколько точно прошло времени, но я ещё жив. И хотел бы осмотреться.

Сосредотачиваюсь на том, чтобы получить возможность видеть. Пусть я сгусток жизненной энергии, который где-то завис, но ведь из таких получаются неплохие призраки. И если я верно помню наши занятия с Фаргором, то они способны видеть и даже говорить, общаясь с теми, кто их видит. То есть я тоже могу сформировать у себя подобие зрительной системы. Конечно, если это не предсмертные галлюцинации.

Спустя какой-то неопределённый период времени, появляется фокус. Марево, которое было возле меня, рассеивается — теперь свет идёт только из одного направления. Ещё немного и я начинаю различать смутные фигуры. А потом проясняются и детали.

Ощущения непривычные. Мягко говоря. Если начистоту, то я впадаю в натуральную панику, поняв, что завис под потолком. Которая ещё больше усиливается, когда взгляд падает на моё собственное тело, выглядящее абсолютно мёртвым. Ублюдский старикан прикончил меня. Да так, что я этого даже не заметил. А вот и он сам. Внизу, на диване. И…ожесточённо трахает Сталру, которая прижимает ноги к своей груди. Рядом, на коленях стоит Л'залла, с высунутым наружу языком. Эйз и правда решил наверстать всё упущенное.

Отчасти я его понимаю. Пятьсот лет без секса и даже намёков на него, это слишком много. Но это с одной стороны. А с другой, я хочу разорвать этого морсарова выродка на куски. Только, как это сделать, если я бесплотным призраком летаю в воздухе?

Опустив «глаза» вниз, окидываю себя взглядом. Н-да. Мерцающий алым, бесформенный ком энергии. Так себе форма для схватки.

Последняя надежда на Сэмсона. Но котяра так и остался на спинке кресла, где лежит без движения, уткнувшись остекленевшим взглядом в стену. Сначала испуганно думаю, что он мёртв. Потом проступают цвета его ауры и чуть успокаиваюсь. А через секунду до меня доходит простой факт — я различаю его жизненную силу. Значит айван ещё работает. Может не совсем так, как раньше, но функционирует.

Поворачиваюсь к Авру, который всё ещё занят «делом». Присматриваюсь, пытаясь разобрать, как он управляет девушками. Так они себя ведут точно не по своей воле. Возникает желание приблизиться, чтобы было проще, но это может быть слишком опасно. Не знаю, почему он не поглотил меня сразу. Возможно, таким функционалом его магический талант не располагает. Но если Эйз меня заметит или почувствует, думаю быстро найдёт способ окончательно закрыть вопрос.

Поэтому просто разглядываю его и обеих девушек, стараясь разобрать детали их аур. Вот оно! Есть! Тонкие и почти незаметные серые нити, которые тянутся от Авра к Сталре и Л'залле, опутывая их со всех сторон.

Способ контроля понятен. Теперь остаётся основной вопрос — что с этим делать? Могу ли я атаковать в таком положении? Получится разорвать эти нити, раз я их увидел? Или лучше не стоит пытаться?

Взгляд снова смещается к моему телу. Есть соблазн попробовать вернуться в него, но я не уверен, что это хорошая идея. Сколько прошло времени? Если кровь загустела, а мозг мёртв, то что выйдет, когда я попытаюсь занять своё законное место?

Пробую выпустить в воздух одну нить. Получается — я всё ещё могу это делать. Секунд двадцать занимаюсь формированием «оружия». В итоге получается пять длинных лезвий, каждое из которых контролируется отдельным энергетическим каналом. Идея банальная, но как мне кажется, может сработать.

Подлетев ближе к противнику, обрушиваю лезвия на переплетение серых нитей, которые тянутся от Эйза к девушкам. Будь у меня тело, я бы сказал, что меня колотит мелкая дрожь. Ощущения, как минимум, похожие.

Тонкие энергетические каналы лопаются под ударами. Мне даже кажется, что я слышу лёгкий звон, наполняющий воздух. Старик прекрасно чувствует атаку и начинает разворачиваться в мою сторону. Но и на девушек это тоже действует. Баронесса выпрямляет ноги, ранее прижатые к груди, впечатав стопы в корпус старика. Тот отступает на два шага назад и в дело вступает Л'залла. Атакует весьма замысловатым способом — рванувшись лицом вперёд, вонзает зубы в гениталии Эйза, заставив того заорать от боли.

В следующий момент происходит нечто странное. Тело старика заполняется серой энергией и внезапно само блекнет. Кулак Сталры, который та пыталась впечатать ему в челюсть, поражает только воздух. Да и вторая атаки схорки пропадает втуне.

Глянув на ошарашенных девушек и ублюдка, которые сейчас слегка приподнялся в воздух, понимаю, что произошло. Авр получил те самые способности, которые пытались заложить в диверсанта. Пусть и в несколько изменённом виде. Сейчас он в призрачной форме, где его никак не достать обычным оружием.

Как раз в тот момент, когда он начинает разворачиваться ко мне, вспомнив о первоисточнике своих проблем, бросаюсь вперёд. Как скоро выясняется, столкновение двух энергетических сущностей, это больно. Греет только надежда на то, что противнику сейчас намного хуже. Всё-таки у меня уже были пять сформированных клинков, которые я всадил в него. А вот Эйзу приходится импровизировать.

Спустя мгновение понимаю, что с этим он справляется весьма неплохо. Получив мощный и болезненный удар, я отлетаю назад к потолку, а старик опускается на пол, снова приобретая форму.

Гостиную наполняет грохот штуцера. Баронесса решила использовать ружьё, лежащее на столе около дивана и разрядила его в противника. Отдача бросает девушку на диван, но и Эйз получил повреждения. Его левое плечо разворочено пулей и буквально превратилось в кровавое месиво. Схорка, дотянувшаяся до своего пояса, выпускает пулю из револьвера, целясь в корпус. Но старик снова уходит в призрачную форму и рунический свинец превращает в крошево солидный кусок стены.

— Грязный выродок! Выйди и покажись! Я убью тебя!

Вот тебе и жёсткие методы контроля. Как только он пропадает, ранее послушные люди хватаются за оружие.

Мысль о неверном подходе Авра быстро проносится в голове, а сам он выстреливает в мою сторону чем-то похожим на крюк. Увернуться не выходит, я слишком медлителен. Так что через секунду я пронизываю стену и с ужасом наблюдаю, как в воздухе тает приличный кусок моей жизненной силы, оторвавшийся от основного «тела».

Повезло, что его оружие меня только зацепило. В противном случае, я рисковал разлететься на несколько частей, сразу же сдохнув. В соседней комнате снова слышится выстрел и я пролетаю сквозь стену, возвращаясь обратно. Не самое приятное чувство. Особенно, когда «глаза» погружаются в камень и разум раздирает чувство опасности.

Оказавшись в гостиной, вижу Авра, который снова вернулся в своё физическое состояние. Стоит посреди комнаты, спиной ко мне. С полностью восстановленным левым плечом и десятками нитей, которые тянутся к девушками.

— Решили, что сможете меня убить? Вы?! Один идиот, один призванный и пара тупых шлюх? Знаете, я хотел взять вас с собой. Пока буду собираться с мыслями и думать, мне нужно как-то расслабляться. А вы недурны. Тем более, одна и вовсе схорка, в чьём жизненном слепке неплохо покопались, кое-что подкрутив.

На мгновение замолкает.

— Но вы меня разочаровали. Поэтому, жить останется только одна. Прямо сейчас вы начнёте ублажать друг друга своими ловкими языками. Выживет та, что первой доведёт партнёршу до оргазма. А вторую я прикончу прямо здесь. Наверху есть ещё одна девушка — не так хороша, но на время сойдёт.

Пока он говорит, пытаюсь что-то придумать. От идеи снова атаковать его в открытую приходится сразу отказаться. Один удачный удар и мне конец. Высвобождать девушек, тоже не самая лучшая затея. Как и Сэмсона. С учётом его призрачной формы, Эйз практически неуязвим. Раз за считанные секунды смог восстановить плечо, то и от остальных ранений излечится точно так же. Может, если прострелить голову, то на самом деле сдохнет. Но это тоже совсем не факт. Он всё-таки остался частично призраком. А значит всё упирается в его ауру.

Смотря на него, вижу, что оттенки энергии так и присутствуют в виде отдельных кусков, которые не слились в единое целое. Они свободно перемещаются внутри, плавая в той самой серой субстанции, которая составляет треть от него. Сейчас они ещё меньше похожи на единый слепок жизненной силы. Такое впечатление, что эти ошмётки просто засунули внутрь аквариума, где они и плавают, периодически сталкиваясь между собой.

Но если есть аквариум, значит должно быть и «стекло»? И можно его разбить. Или разрезать, если это другой материал. Не думаю, что Авр стал бы прикрывать свою ауру чем-то хрупким.

Начинаю формировать оружие, что сейчас намного сложнее, чем в первый раз. Сказывается факт потери части своей собственной ауры, оторванной крюком. На финальной стадии, я даже испытываю болевые ощущения. Как будто рву себя на части, чтобы использовать процент своего тела для атаки.

В итоге передо мной оказывается нечто вроде копья. Скорее одного наконечника, на котором множество зазубрин. А в качестве древка выступает мощная энергетическая нить.

Сконцентрировавшись, запускаю «снаряд» в полёт. Наконечник вонзается в спину, уйдя глубоко в тело противника. Эйз орёт от боли, непроизвольно заводя руку за спину. А я тащу оружие на себя. Угадал — зазубрины упираются в оболочку, которая окружает его ауру. И наконец разрывают её. Да так, что она полностью лопается со стороны спины. Комнату наполняет вопль Аврона. Я же наблюдаю за блестящими ошмётками энергии, которые разлетаются по помещению и рывком бросаюсь к ближайшему от них.

Через секунду становится понятно, что я ещё сохранил возможность поглощать чужую силу. Эффект ощущается сразу — я чувствую себя на порядок лучше. Рассекая комнату, пожираю ещё несколько кусков энергии. Сбоку от меня, в воздух взмывает облако серого тумана, из которого быстро начинает формироваться фигура, похожая на человеческую.

Не давая ему закончить, всаживаю в него три «гарпуна» и принимаюсь выкачивать энергию. Уже в процессе, появляется мысль, что атака может не выгореть. Но всё получается — чувствую, как в меня вливается сила, а вот остатки Авра тают прямо на глазах. В конце, когда остаётся совсем немного серого дыма, он умудряется как-то сформировать на нём лицо и пытается что-то прохрипеть. Но я не обращаю на это внимания. Хватит. Уже наслушался. Да так, что чуть не сдох.

Останавливаюсь в момент, когда передо мной больше совсем нет энергии серого оттенка. Оглядываю комнату и понимаю, что остальные куски ауры Эйза растаяли в воздухе. От ублюдка ничего не осталось.

— Где Арх? Это же он напал на него? Мне показалось, я видела какую-то вспышку.

Обнажённая Л'залла, в правой руке которой снова сжат револьвер, осматривает комнату. А со стороны дивана слышится уставший голос призванного.

— Он где-то там, около стены. И оденьтесь уже! Не хочу разглядывать ваши ужасные, лысые тела.

Сначала девушки синхронно поднимаю глаза на стену. Потом Сталра фыркает.

— Кто бы говорил. У тебя яйца вообще не прикрыты круглые сутки. И ничего, мы не жалуемся.

Сэмсон что-то ворчит в ответ, подняв морду к участку стены, около которого я нахожусь. Подняв лапу, тычет в этом направлении.

— Вон там. Не уверен, разумен ли он. Может действовал на инстинктах.

Баронесса делает несколько шагов, подходя к стене и поднимает голову.

— Ты его видишь? Можешь поговорить?

Котяра недовольно фыркает.

— Я не Архос, так не получится. Только чувствую концентрированную энергию.

Схорка, настороженно смотря на стену, почёсывает левое бедро.

— Это точно он? Может быть тот призрак?

Призванный отрицательно качает головой.

— Точно нет. Я чувствую Архоса.

Морсара за левый плавник. Расклад откровенно дерьмовый. Из всей тройки меня видит только Сэмсон. Да и тот, весьма странным способом. Вроде я и победил, прикончив бывшего преподавателя. Но и сам остался не в самом лучшем состоянии. Сейчас встаёт основной вопрос — что с этим делать? Не рассекать же воздухе целую вечность, оставаясь невидимым. Безусловно, есть и некоторые плюсы. Можно пролететь в большинство домов незамеченным. Правда воспользоваться плодами этих достижений точно не получится.

Оборвав цепочку размышлений, смотрю на своё тело. Мне снова нужна плоть. Может быть получится восстановить свою?

Опускаюсь внизу, нависнув над трупом. Сразу слышу голос Сэмсона.

— Теперь он прямо над телом. Похоже собирается вернуться.

Первой на его слова реагирует Сталра.

— Ему понадобится лечение. Л'залла — давай! Ты одна владеешь магией.

Схорка быстро приближается к распластанному на полу телу, огибая стол. Я же собираюсь с силами, чтобы сделать рывок в своё тело. Странное ощущение. Как будто собираешься выпрыгнуть под пули и гадаешь, попадут по тебе или нет.

Бросив взгляд налево, вижу обнажёную схорку, которая замерла в ожидании, вопросительно смотря на Сэмсона. И бросаюсь вниз, вторгаясь в своё собственное тело. В процессе проносится мысль о том, что будет забавно просто пролететь сквозь труп, ничего не почувствовав.

Но нет — я чувствую. Ещё как. Дикая, выжигающая сознание боль. И моментально навалившаяся усталость. Сейчас, я одновременно и сгусток энергии, и человек. Только мёртвый. Сердце не качает кровь, мозг уже должен был сдохнуть, а внутренние органы остановлены.

Ничего не вижу и не слышу. Зато есть отчётливое чувство угасания. Решив, что вот-вот окончательно сдохну, предпринимаю попытку вырваться назад из тела. Уж лучше оказаться призраком, чем безвозвратно погибнуть.

Попытка приводит к неожиданному результату — вместо того, чтобы снова покинуть свою собственную плоть, я теряю часть энергии, вкачивая её в тело. Время замедляется — мне кажется, что жизненная сила впитывается в клетки организма едва ли не целый час. Который я полностью провожу в состоянии, близком к тотальному алкогольному опьянению. Вроде и осознаю реальность вокруг, но в то же время не совсем понимаю происходящее. И не могу его критично воспринимать.

Правда, даже при таком раскладе, понимаю, что ключевой компонент организма, это мозг. И стараюсь направить туда максимальный объём силы.

Заканчивается всё гулким ударом сердца, который эхом прокатывается по моим «ушам». Спустя мгновение, ощущение размазанного сознания проходит и я внезапно чувствую своё тело. Хотя, «чувствую» — слишком громкое слова. Всё настолько закостенело, что я не могу и пошевелиться. Зато получается открыть глаза, которые лицезреют грудь склонившейся надо мной схорки. Не успеваю порадоваться хорошему виду и тому факту, что головной мозг всё-таки работает, как меня скручивает дичайшая боль. И сознание проваливается в спасительную темноту.


Глава II


Первая мысль после того, как открываю глаза — почему я ничего не вижу? Разум на момент поддаётся панике. Если вспомнить последнее, что со мной произошло, то я могу оказаться запертым в изувеченном теле, со слабой надеждой на восстановление.

Приступ тревоги проходит, когда я понимаю, что дело не в моём зрении. Загадка раскрывается очень просто — в комнате абсолютно темно. Мало того, что снаружи ночь, так ещё и шторы полностью закрыты, пропуская совсем крохи света.

Сдвинувшись в сторону, чувствую тепло женского тела. Попытка спуститься с постели другим путём сталкивает меня ещё с одной девушкой. Какого морсара? Зачем они обе улеглись рядом со мной?

В итоге приходится покидать кровать через её изножье. Стараюсь не шуметь, но всё равно несколько раз задеваю «партнёрш» по сну. Тело всё ещё плохо меня слушается. Чудо, что вообще могу нормально двигаться. Спустя тридцать секунд, на ощупь нахожу дверь комнаты и аккуратно её открыв, выхожу в коридор. Хорошо, что не нужно искать одежду — штаны по какой-то причине так и остались на мне.

Здесь тускло светит газовая лампа, что заставляет меня прищуриться. А когда подхожу к лестницу, вижу на её ступеньках сонного Сэмсона.

— Пришёл в себя? Значит всё-таки сработало. Зачем поднялся то? Лучше вернись, отдохни. Только девушек не трогай — им нужно восстановиться.

Невольно бросив взгляд назад, шикаю на котяру.

— Ты их сам сейчас разбудишь. А я хотел удостовериться, что жив и это всё не галлюцинации. Да и сон полностью ушёл.

Призванный широко открывает пасть, зевая. Потом встряхивается всем телом.

— Они как будто с ума сошли, когда решили, что тебе конец. Л'залла пустила в ход свою кровь. А когда ей стало плохо, Сталра предложила свою. Они даже меня уговорили. Если быть более точным — вынудили.

Заметив выражение моего лица, добавляет.

— Я бы и так не отказался. Если бы они спросили. Но девушки решили обойтись без лишних формальностей. Зачем у кого-то интересоваться, хочет он, чтобы его полоснули ножом или нет, правда?

Изобразив на морде что-то вроде усмешки, разворачивается.

— Ладно, пойдём вниз, раз ты всё равно проснулся. Как раз подумаешь, что делать дальше. Гениальный план с Эйзом провалился, время придумывать следующий.

Шагая вниз, хочу напомнить котяре, что вообще-то это он первым предложил заглянуть к Авру. Но сдерживаю себя — результата это всё равно не даст. Призванный немедленно ответит, что его предложение заключалось только в визите, а всё остальное уже на моей совести.

На первом этаже, сразу отправляюсь на кухню. Увидев лежащий на столе кусок копчёного мяса, который остался ещё с прошлого раза, чувствую голод. До боли в животе. Схватив его, жадно вцепляюсь зубами и не останавливаюсь, пока не съедаю всё целиком. Потом ставлю вариться сорк и лезу в шкафчики, роясь в поисках еды.

Приступ голода заканчивается минут через пятнадцать, когда я успеваю серьёзно проредить местные запасы. Сэмсон, который пытался дождаться моего насыщения, не справляется с задачей — до меня доносится похрапывание кота из гостиной.

До утра ещё около трёх часов, которые я провожу, вливая в себя несколько чашек сорка и совершив ещё один налёт на провиант. Плюс, изучая газеты, которых у мага оказывается более чем достаточно. К рассвету, когда в себя начинают приходить остальные, у меня действительно формируется план. Но с ним приходится подождать.

— Зачем ты поднялся? И когда? Я ничего не почувствовала.

Глядя на возмущённое лицо Сталры, на которую наброшена только рубашка, собираюсь сказать, что посреди ночи внезапно пропал сон. Но не успеваю — Л'залла тоже обращается ко мне.

— Мы вчера потратили много сил, чтобы привести тебя в порядок. Даже уснули, согревая тебя телами. И что в итоге? Ты просто выскользнул из постели под покровом ночи!

Переводя взгляд с одной на другую, с лёгкой растерянностью пожимаю плечами. Что на них нашло? Да ещё разом.

— Я просто пришёл в себя ночью. Желания спать не было. Будить никого из вас тоже не хотел. Но есть и хорошая новость — у меня есть идея, как попасть на приём к императору.

Девушки переглядываются, а за их спиной слышится ворчащий голос кота.

— Прикройте свои задницы. И приготовьте уже сорка. Для того, чтобы выслушать ещё один великолепный план Арха, он точно понадобится.

Окинув всю троицу взглядом, добавляю в голос немного металла.

— Мы ещё живы. И хочу напомнить, у нас тут не милые посиделки и не подобие странной семьи. Не знаю, как нас точно назвать, но мы скорее тянем на удачливую банду или боевую группу.

Л'залла с хмурым видом усаживается на стул. А вот Сталра оказывается не такой сдержанной.

— Мы тут вчера чуть ли не половину своей крови отдали, чтобы тебя на ноги поставить, если что.

Вздыхаю, разглядывая её.

— Я бы сделал то же самое. Но это не повод разыгрывать тут драматический спектакль.

Фыркнувшая баронесса отправляется разогревать сорк и спустя пару минут все приходят в относительную норму. Сэмсон устраивается на столешнице, демонстративно отвернувшись от девушек, которые так и не озаботились какой-то одеждой помимо рубашек. Я же принимаюсь излагать свой план.

— Ночью я нашёл здесь целую пачку газет. Владелец оказался подписан на целую пачку изданий. Выяснилось, что император сейчас в своей загородной резиденции.

Сталра сразу корчит непонимающее лицо.

— И что тут хорошего? Он же там никого не принимает. Если только сам кого-то вызовет.

Киваю ей.

— Верно. Но с другой стороны, она намного меньше. Весь двор и правительство остались в Схердасе, продолжая работать. С самим императором только лейб-гвардия, команда обер-лакеев и возможно наложницы.

Аристократка хмыкает.

— Не вижу критичной разницы. Пробиться силой мы всё равно не сможем, даже с учётом твоего айвана. Уверена, рядом с императором тоже есть люди, которые им обладают. Или защитные артефакты.

Положив руки на стол, тяжело вздыхаю. С Эмили и Цзерой было как-то проще.

— Дослушай. В империи раскинулся заговор. Который наверняка охватил массу людей. Но вспомните, что говорил М'цар. Он помог обойти магическую присягу только одному стэрсу. Ни слова о ком-то ещё. Никаких лейб-гвардейцев или кого-то ещё из ближайшего окружения императора. А ведь все они тоже связаны магической клятвой, которую просто так не нарушить.

Какое-то время все трое молча смотрят на меня. Потом призванный, всё ещё чуть сонным голосом заявляет.

— Понимаю к чему ты ведёшь. Но ведь тот иномирец мог передать свои секреты кому-то ещё. Например всё тому же Сарру, который мог разобраться с присягой всех остальных.

Пожимаю плечами.

— В теории, мог. Но если подумать — стал бы М'цар давать настолько мощный инструмент влияния в руки человека, которого потом сам планировал убить? Не знаю, как тебе, но мне этот схор показался не слишком доверчивым. И уж тем более не кажется, что он способен на широкие бескорыстные жесты.

Сэмсон косится в сторону девушек и едва заметно качает головой.

— Пожалуй ты прав. Но я все равно не понимаю, как мы сможем пробраться в охраняемую резиденцию императора. Каждый третий солдат лейб-гвардии, это маг. По доброй воле они нас никогда не пропустят. А использовать силу, чистой воды самоубийство.

Усмехнувшись постукиваю пальцами по столу и пристально разглядываю призванного

— У нас есть весомый козырь в руками.

Сам котяра молчит, задумчиво смотря на меня. А вот Сталра реагирует сразу же.

— Хочешь, чтобы он прыгнул внутрь резиденции императора? Ты вообще бывал на приёмах с его участием. Там через каждые два ярда охрана. А портал во внутренние помещения, это фактически нападение. С нами никто даже разговаривать не станет. Просто прикончат на месте.

Перевожу взгляд на баронессу.

— Со мной. Я пойду к императору один. Сэмсон же прыгнет не просто внутрь, а в личные покои.

Теперь аристократка смотрит на меня, как на психопата.

— В личные покои? Ты может потерял часть разума, когда летал тут в воздухе? Даже если он будет там один, то просто прикончит тебя.

— Постараюсь привлечь его внимание до того, как это произойдёт.

Предупреждая остальные вопросы, поднимаю руку.

— Вы останетесь ждать поблизости. В качестве страховки.

Сталра машет головой, а Л'залла задаёт вопрос.

— Мы сможем чем-то помочь, если тебя схватят? Я не видела охрану вашего императора, но по твоим же словам, её не одолеть, даже с учётом твоего магического таланта. Что у нас получится втроём?

— Придумать, как вытащить меня из дерьма. Или попытаться найти другой подход к императору, если мой план провалится.

Котяра лакает сорк из блюдца и лениво уточняет.

— А если тебя там убьют?

Вспомнив вчерашнее, выдавливаю из себя усмешку.

— У меня же призрачный айван. Буду преследовать вас призраком. А вы искать подходящее тело.

На самом деле, если вспомнить, как Канор прикончил призрака-наблюдателя в полицейском участке, то уцелеть скорее всего не выйдет. Если у меня вообще получится принять призрачную форму при своей гибели. Вчера вечером Эйз выдернул меня из тела сам. Сложно сказать, что произошло бы, используй маг огнестрельное оружие.

— Может нам просто свалить отсюда? В смысле из империи? Южные королевства охотно принимают эмигрантов. Особенно, если у них есть деньги. Никто не мешает нам разжиться финансами и отправиться на юг.

Слова баронессы звучат вполне искренне, но я отрицательно качаю головой.

— М'цар был лидером заговора, но по его собственным словам, с ним было не меньше полусотни схоров. Кто-то из них может продолжить его дело. У них же там почти всё готово. А если сюда явятся схоры, то нет никакой разницы — будем мы в южных королевствах или на территории Норкрума. Нам всё равно конец. У тебя же ещё и семья здесь.

Рыжеволосая девушка закатывает глаза.

— Да, конечно. Славный род Винассов. Как думаешь, почему я ни разу о них не вспомнила с момента возвращения? У меня было два близких человека и оба погибли на Ларэде. Теперь вот появились ещё два. Вернее один. Плюс кот и схорка. Которые тоже вовсю стремятся сдохнуть.

Такого я точно не ожидал. Переглянувшись с Л'заллой и Сэмсоном, которые тоже выглядят немного смущёнными, пытаюсь набросать в голове подходящий ответ.

— Мы не собираемся умирать. Наоборот — хотим выжить и получить плату за всё пережитое.

Около минуты молчим — внезапная вспышка эмоций аристократки слегка выбила всех из колеи. Говорить первым никто не спешит, поэтому решаю взять дело в свои руки.

— Предлагаю позавтракать, собраться и отправляться в столицу. Нужно найти жильё, из которого будет видна резиденция императора и подготовиться. В идеале всё стоит провернуть прямо сегодня.

Девушки поднимаются со стульев, шагая к лестнице. Взгляд сам опускается на их ягодицы и я понимаю, что после вчерашнего организм требует не только больших объёмов еды.

Догоняю их уже на ступеньках. Сначала обе недовольно косятся, но стоит моим пальцам коснуться кожи, как настрой меняется. Вваливаемся в спальню, где с меня моментально сдирают одежду. Вниз спускаемся только через полтора часа. Изрядно вымотанные, но довольные собой. Нас встречает ворчание кота.

— Сегодня говорите? Позавтракать и быстро собраться? Вы себя вообще контролируете? Или это, как период брачного гона, только растянутый на весь год?

Ответить ему ничего не могу, Сэмсон по всем пунктам прав. Остаётся только пожать плечами и рухнув в кресло гостиной, ждать порцию горячего сорка, который готовит Сталра. После сеанса секса наверху, баронесса перестала хмуриться и выглядит вполне бодро. А вот у меня роятся мысли по поводу плана. Изложил я его весьма уверенно. Вроде, даже убедил всех остальных. Но сам в стопроцентном успехе совсем не уверен. На мой взгляд, шанс того, что всё выгорит, один к пяти. При оптимистичном взгляде на вещи.

С другой стороны, если мы решим скрываться, то нас с высокой долей вероятности найдут. Вчера я здорово наследил своим айваном. Если схоры смогли обнаружить его следы, то возможно получится и у стэрсов или канцелярии. Не стоит забывать и заговорщиков, которые тоже могут использовать ресурсы государственного аппарата. Даже если предположить, что мы примем все меры для того, чтобы скрыться, я уверен, нас всё равно отыщут. Плюс, имеется фактор Эмили и Цзеры. Их нужно найти. Что означает путешествие по просторам империи со всеми вытекающими последствиями.

Как бы там ни было, беседа с императором может разом решить все наши проблемы. Более того, это ещё и обеспечит нас наградой. С какой стороны не посмотри, одни плюсы. Конечно, если не считать смертельного риска.

Собираться начинаем через полчаса, когда успеваем позавтракать и выпить по паре чашек сорка. Ничего лишнего не берём. Даже книги в итоге сортируем и оставляем только самые ценные с нашей общей точки зрения, уместив их в одну сумку. Плюс захватываем драгоценности. Компактно и легко реализовать. Оружие, деньги и немного одежды — больше в доме ничего не трогаем.

По плану, Сэмсон должен прыгнуть в Схердас, ориентируясь на старые координаты, но где-то в стороне от них. Надеюсь, что мы не попадём на оживлённую улицу или в чей-то дом. Прошлый наш визит в столицу и так не обошёлся без инцидентов, которых можно было запросто избежать, окажись мы в каком-то ином месте.

Перед тем, как отправляться, развязываем руки владельцу дома. Верёвки с ног он сможет снять и сам, когда отойдут затёкшие конечности. Мы к тому моменту, уже покинем его скромный особняк.

Собравшись в гостиной переглядываемся и я собираюсь дать котяре команду, но он уже сам начинает процесс. Серо-пепельная стена на мгновение закрывает окружающий мир. А спустя секунду, в нос бьёт резкий запах вони.

Поморщившись, оглядываюсь по сторонам. Первая мысль — Сэмсон промахнулся и мы попали совсем не в Схердас. Грязный и залитый нечистотами проулок, обветшалые дома, спящий ярдах в десяти от нас бездомный. Как то это не тянет на столицу. Но выбравшись на улицу, вижу вдалеке громаду императорского дворца. Мы всё-таки там, где нужно. Только не в самом лучшем районе города.

— Это ваша столица? У нас даже захудалые города выглядят лучше.

Я пропускаю удивлённые слова Л'заллы мимо ушей, а вот баронесса решает отреагировать.

— Мы в трущобах, далеко от центра и мало-мальски приличных кварталов. Такие места есть в каждом крупном городе. Районы для отребья и дерьма, что не способно оттуда выбраться.

Продолжая оглядываться по сторонам, тихо замечаю.

— У некоторых на это не так много шансов.

Выбрав направление, шагаю вперёд и остальные устремляются за мной. Надо выбраться отсюда и поймать кэб или найти паромобиль с шофёром. Хотя, второе здесь маловероятно. Вот извозчика может и получится отыскать. Кварталов через пять-шесть, когда мы отойдём в сторону от совсем откровенных трущоб.

Как скоро выясняется, кэбмены предпочитают работать на удалении где-то десяти кварталов от окраины. Только там получается найти помятого извозчика, который правит таким же, потёртым жизнью экипажем. Для путешествия до нашей основной цели, он не подходит, поэтому прошу отвезти нас ближе к центру. Там же, находим ещё один кэб, выглядящий куда лучше. И спустя полчаса выгружаемся в Къёрсе. Пригороде столицы, где расположена загородная резиденция императора.

Теперь осталось найти подходящее место для наблюдения и постараться не привлечь к себе внимание «мундиров», которые тут на каждом шагу. Судя по всему, перебросили подкрепление из Схердаса, чтобы перестраховаться и обеспечить покой императора.

Бодро устремляемся в ту часть городка, откуда должен открываться вид на особняк правителя. В какой-то момент, когда мы уже находимся в нужном районе, Сэмсон внезапно притормаживает и подняв морду, тихо интересуется.

— Арх, у тебя айван работает? Ничего странного не замечаешь?


Глава III


Активирую айван и быстро понимаю, что имеет в виду кот. Сейчас мы идём по обычной улице, застроенной небольшими домами, чаще всего на два этажа. Внешне всё выглядит, как и должно. Этакий пасторальный мирок с прохожими, людьми, что пьют сорк или завтракают в небольших заведениях. Недалеко от нас булочная, около которой выстроилась небольшая очередь.

Всё меняется, если взглянуть на происходящее с активным магическим талантом. Внутри каждого дома по два человека с похожими аурами. Везде синий цвет с вкраплением красного и жёлтого. Плюс, нет ни одного ребёнка. У них отличается размер слепка жизненной силы — мелких можно отличить от взрослых даже через стены. Вся очередь в булочную, состоит из таких же «горожан». А единственные, кого я могу тут отнести к настоящим местным жителям, это персонал кафе и некоторые прохожие. Последние движутся в том же направлении, что и мы — видимо тоже решили поглазеть на резиденцию императора, пока там находится сам правитель Норкрума.

С одной стороны препятствий для того, чтобы спокойно идти дальше, нет. Но с другой, организовать наблюдение у нас вряд ли получится. Изначально я рассчитывал отыскать какое-то место, откуда будет открываться более или менее нормальный обзор и задержавшись там, при помощи айвана отследить местоположение личных покоев императора. Не уверен, что эта схема сработает при таком обилии замаскированных «мундиров».

Резко поворачивать назад нельзя — привлечём к себе внимание. Поэтому шагаю дальше, пытаясь придумать новый план. Глупо было думать, что императора не станут охранять. Но такого поворота событий я всё равно не ожидал. Как по мне, если у тебя есть защищённый артефактами особняк, пара сотен лейб-гвардейцев, треть которых маги, это уже немало. К тому же в городе, как минимум пара тысяч полицейских. Но канцелярия решила подстраховаться, выселив из своих домов солидную часть местных жителей и заменив их своими людьми. Пожалуй, в этой части города, на одного обычного человека, приходится по три десятка их агентов.

Взгляд цепляется за высокую башню с часами, которая возвышается в ярдах в трёхсот от нас и в голове появляется свежая идея. Пройдя ещё чуть вперёд, заглядываем в одно из заведений, где заказываем сорк у хмурого парня за стойкой. В отличии от троих сидящих здесь агентов канцелярии, он не пытается изображать хорошее расположение духа. Зато быстро добреет после оставленных чаевых.

Учитывая, что мы целенаправленно шли в направлении резиденции, пытаюсь как-то объяснить наше тактическое отступление. И громко спрашиваю у служащего, не выходил ли императора на прогулку. Мол мы явились сюда, потому что всегда мечтали увидеть правителя Норкрума своими глазами. Поэтому и рванули в пригород, когда до нас дошли слухи, что он любит гулять пешком около своего загородного дома.

Покосившийся на «посетителей», паренёк качает головой. Мол, ни разу такого не было, чтобы Его Императорское Величество показалось за стенами резиденции. А над нами скорее всего жестоко подшутили, заставив потратить деньги и время.

Вполне искренне изобразив разочарование, допиваем сорк со свежими булочками и выйдя из кафе, отправляемся назад. По пути замечаю слежку — три квартала кряду за нами следуют двое «прохожих». Всем своим поведение изображаем обычных жителей Схердаса, у которых в голове не слишком много мозгов и шпики в конце концов отстают.

Я же веду остальных дальше, ближе к центру небольшого городка. Здесь в домах уже виднеются их настоящие владельцы, да и на улицах обычные люди. Если не считать массы полицейских. Но эти не обращают на нас внимания — выглядит наша компания вполне презентабельно. Особенно Сталра, которая машинально перешла на аристократические повадки, едва оказавшись на улице. Когда один из «мундиров», случайно оказывается у нас на пути, лицо баронессы источает столько надменности и презрения, что мужик резво отбегает на несколько ярдов в сторону, торопливо извиняясь.

Для обсуждения ситуации выбираю двухэтажный ресторан, где мы поднимаемся наверх, устроившись на террасе. Когда все рассаживаются, а официант приносит меню и приняв заказ на сорк, удаляется, тихо озвучиваю свои соображения.

— В том районе города мы не сможем ничего сделать, не привлекая внимания. Прыжок Сэмсона они может и не зафиксируют, но нас в любом случае не оставят без визуального наблюдения. Поэтому придётся пойти другим путём.

Сделав короткую паузу, продолжаю.

— Не поворачивайтесь все сразу, но я думаю вы видели ту башню с часами? Она достаточно высока, чтобы оттуда разглядеть резиденцию. Наверху двое агентов и придётся с ними повозиться, но плюс в том, что она видна даже отсюда. А значит Сэмсон сможет туда прыгнуть.

Покосившаяся в сторону постройки Сталра, уточняет.

— Хочешь сделать это прямо с террасы? Боюсь, официанты заметят нашу пропажу.

Отрицательно качаю головой.

— Сейчас закажем какой-то десерт. Выпьем немного сорка. Потом вы с Л'заллой отправитесь в зал и ты устроишь небольшой скандал по поводу того, как они ужасно готовят пирожные. Ты же это умеешь. В это время мы вдвоём прыгнем отсюда. Если кто-то из персонала спросит, скажете, что мы уже вышли и нас просто не заметили. Ключевой момент — отсыпь им в конце денег. С небрежным видом и побольше, чтобы эти парни расслабились из-за того, что скандалистка ушла, а они ещё и что-то заработали.

Баронесса хмурится.

— А дальше?

— Сэмсон вернётся к вам, как только сможет. Поэтому сразу после ресторана лучше сразу найти какую-то гостиницу и снять там номер.

Аристократка принимается отбивать пальцами ритм на столешнице.

— Он же может тоже перенести нас на башню, когда вернётся. Прыгнуть ещё раз. Чтобы мы могли наблюдать за процессом.

Вздохнув, бросаю взгляд в сторону выхода с террасы, убеждаясь, что рядом никого нет.

— Вы всё равно ничего толком не увидите. Слишком далеко. Я со своим айваном ещё смогу что-то разобрать. Но при помощи обычного зрения, рассматривать дом не имеет смысла. Только подвергнете себя лишней опасности. Да и мне, в случае чего помочь не сможете.

Рядом появляется официант, который выставляет на стол чашки с горячим напитком и мы действуем по плану, заказывая десерт. Когда он уходит, схорка интересуется ещё одним моментом.

— Как ты дашь нам знать, если у тебя всё получится?

На этом моменте чуть задумываюсь. Сейчас у нас есть два артефакта связи. У Л'заллы свой, а у меня трофейный. В теории я могу его использовать. Правда без «контактов» старого владельца. И там есть «отпечаток» артефакта схорки. Но к императору я собирался отправиться без него. Если всё пойдёт кувырком, то эта вещь даст противнику возможность отследить Л'заллу, поставив всех под удар. Договариваться о встрече в каком-то определённом месте, тоже опасно — ко мне в разум могут забраться и я выдам остальных, сам об этом не зная.

Приходится немного поломать голову и в процессе я понимаю, что даже просто оставаться в Къёрсе для них будет опасно.

— Знаете, план меняется. Вы не станете снимать номер, а сразу возьмёте кэб и отправитесь за город. Там, попросите вас подождать в любом подходящем месте и как только появится Сэмсон, рванёте в Схердас. Там проще затеряться, чем в маленьком городе, набитом полицией и агентурой. Если всё выгорит, я найду, как вам дать знать.

На лицах девушек появляется удивление смешанное с непониманием и я уточняю.

— Если мой разум вскроют, то смогут использовать любой способ выхода на связь, о котором мы сейчас договоримся. Даже самый экзотический. Лучше обойтись без этого. Я что-то придумаю после того, как всё закончится.

Л'залла молча рассматривает меня. А баронесса медленно тянет слова.

— Значит ты всё-таки рассматриваешь возможность провала?

Стараясь сохранить безмятежное выражение лица, пожимаю плечами.

— Её всегда стоит учитывать. Но в основном я надеюсь на успех.

Ответить они не успевают — нам приносят заказанный десерт. Девушки принимаются угрюмо ковырять в нём ложками и через минуту я не выдерживаю.

— Всё. Давайте в зал — время для небольшого скандала.

Поджавшая губы Сталра, поднимает на меня глаза.

— Ты уж постарайся там не сдохнуть.

Сразу не нахожусь с ответом, а подумать мне не дают — девушка быстро поднимается со своего места, исчезая в дверном проёме. Следом за ней встаёт и схорка.

— Удачи, Архос. Мы будем ждать вестей.

Кивнув ей, провожаю бывшего Клинка Блюстителя взглядом и поворачиваюсь к призванному. Тот прищурившись разглядывает башню, что на приличном расстоянии от нас и наконец поднимается на лапы.

— Если промахнусь, мы рухнем на мостовую. Я наверное смогу вернуться сюда, но не уверен, что тебя тоже получится зацепить.

Я как раз запускаю айван, так что ответить ему не успеваю — котяра уже начинает прыжок. К счастью, о камень мостовой я не разбиваюсь. Зато оказываюсь лицом к лицу с мужчиной в длиннополом сюртуке, который вгрызается зубами в сэндвич. Секунду тот оторопело смотрит на меня, не зная что делать и этого времени хватает, чтобы нанести удар первым. Учитывая расстояние, решаю не заморачиваться с айваном и просто вытаскиваю нож, всадив его сверху вниз в подбородок.

Поворачиваюсь ко второму, что стоял около узкого окна, но тот уже оседает на пол с разорванным горлом. Призванный решил подстраховать меня, справившись с задачей на ура.

Оттащив тело в сторону, чтобы не мешалось под ногами, морщусь из-за запаха и подойдя к окну, осторожно выглядываю наружу. Вид на резиденцию отсюда действительно открывается. Не самый лучший, но айван позволяет различить фигурки людей вдалеке.

— Уверен, что хочешь сделать это? Ещё не поздно всё отыграть назад.

Опустив взгляд на призванного, непонимающе пожимаю плечами.

— Мы же обсуждали всё ещё на Ларэде. Говорили о том, что отправимся к императору, как только представится такая возможность и всё ему выложим.

Котяра издаёт тяжелый вздох.

— Я всё помню, Арх. Но тогда речь шла о том, чтобы как-то подобраться к нему и добиться аудиенции. А не вламываться в личные покои правителя Норкрума. Как-то всё это сомнительно, знаешь ли.

Провожу взглядом по стенам башни, через которые просматриваются силуэты людей внизу. Вроде бы никто не поднимается наверх и не бежит сюда. Гибель пары наблюдателей не привлекла внимания. По крайней мере пока.

— А у нас есть какой-то другой выбор? Как ещё можно лично с ним поговорить? Это не приятель, к которому можно зайти на чашку сорка и поболтать.

Какое-то время он молчит.

— Да нет у нас выбора. Просто план мне не очень нравится. Думаю, ты сам прекрасно понимаешь, почему.

Изучая через оконный проём большой особняк на четыре этажа, стоящий в стороне от города и тихо отвечаю коту.

— Соваться во дворец, это ещё более худший план. Пытаться выйти на него через окружение — утечка информации и почти гарантированная гибель. Что ты предлагаешь? Пойти к газетчикам и рассказать всё им?

Тот оживляется, с интересом смотря на меня.

— Это кстати неплохая идея. Если репортёры опубликуют всё, что мы знаем, резонанс будет колоссальным.

Усмехнувшись, киваю.

— Думаешь кто-то из них решит пойти на плаху ради одной статьи? Чтобы его имя запомнили лет на пять, а взамен казнили его самого и всю семью. Без доказательств, материал будет пустышкой, а журналистов обвинят в государственной измене или чём-то похожем. Не говоря уже о том, что все редакторы первым делом рванут в императорскую канцелярию, чтобы всё им рассказать.

Призванный фыркает.

— Так пусть бегут. Нам же это и нужно. А в качестве доказательства предоставим Л'заллу. Что может быть лучше живого схора, которая сама всё слышала о заговоре?

Поворачиваю к нему голову, опуская взгляд.

— Где гарантия, что эта информация попадёт в нужные руки? Или ты думаешь, офицер из провинциального отделения канцелярии станет докладывать напрямую императору? Он отправит рапорт наверх, своему шефу. Тот перешлёт ещё выше. В конце всё сойдётся на каком-то конкретном человеке. И тут всё зависит от того, предан он императору или участвует в заговоре. Если второе — все, кто в курсе будут ликвидированы, вместе с репортёрами и скорее всего, нами. Это же канцелярия. Все данные немедленно будут засекречены и о них будут знать только те, кто имел с этим делом. А отправить на тот свет несколько десятков человек, задача не такая сложная. Вот гражданских придётся убить намного больше — газетчики не станут держать язык за зубами. Но это обставить, будет ещё проще.

Котяра всё равно не успокаивается.

— Но ведь может выйти и так, что нам поверят.

Снова отвлекаюсь от наблюдения за резиденцией.

— Скорее может получиться так, что данные попадут в руки офицера, который не участвует в заговоре. Но перед тем, как докладывать, он решит сам всё проверить, чтобы не облажаться. Это даст заговорщикам фору по времени. А ты помнишь мои слова о репортёрах? Они разболтают. Своим родственникам, знакомым, друзьям. Да и по центральному аппарату слух может распространиться быстро. Там немало людей с нужным уровнем допуска. Слишком опасно.

Котяра недовольно хмыкает.

— Ну да, идея прыгнуть в спальню к императору, это конечно куда как лучше.

Покосившись на него, решаю промолчать. Сам же продолжаю изучать резиденцию императора. Отсюда сложно разобрать детали, но силуэты аур я вижу хорошо. Синие, в которых иногда проскакивают оттенки жёлтого, это скорее всего лейб-гвардия. Фиолетовые с оранжевым и светло-красные, наверняка обер-лакеи.

На то, чтобы отыскать нужный мне цвет, уходит около десяти минут. Когда вижу ауру, которую заливает огненный оттенок, напоминающий тот, что почти постоянно бушует внутри схорки, губы сами разжимаются в усмешке. Если это наложница, значит где-то рядом должен быть император. Либо в какой-то момент появится. Осталось дождаться этого.

Попросив Сэмсона запрыгнуть на окно, показываю ему на часть дома, где заметил нужный мне силуэт.

— Там личные покои императора. Сможешь прыгнуть?

Призванный с некоторым сомнением смотрит вдаль. Потом уточняет.

— Они сразу за стеной? Или глубже?

Вопрос заставляет обратить более пристальное внимание на расположение ауры женщины. Спустя минуту, прихожу к заключению, что комната, где она находится, всё-таки расположена на удалении от стен. Скорее, ближе к центру этого громадного дома. Но зато на четвёртом этаже. Жалко, мы не можем сначала прыгнуть на крышу, чтобы котяра взял более точный «прицел». Там тоже охрана — два десятка солдат в белых мундирах, которых нам точно не одолеть. Да и даже в противоположном случае, нападать на личную гвардию императора, плохая идея.

Стараясь излагать максимально детально, озвучиваю всё Сэмсону и тот вроде понимает, куда именно нужно нас переместить. Надеюсь, так оно и есть.

Продолжая наблюдать за наложницей, в какой-то момент замечаю, что оттенок её ауры стал меняться. Огненного цвета становится больше — она практически полыхает. При этом рядом никого нет. Что там происходит? Первое предположение — скучающая девушка удовлетворяет сама себя. Но как-то терзают меня сомнения, что аура может так измениться без участия в процессе мужчины.

Тут же в голову приходит другая мысль. Император сам сильный маг и при этом правитель крупной державы. Его слепок жизненной силы точно должен отличаться от всех остальных. Но пока я не заметил ничего, что выделялось бы на фоне всех присутствующих в резиденции. Может быть защищён артефактами? В целом логичное решение. Он же наверняка в курсе существования призрачных айванов, так почему не закрыться от их обладателей?

Поворачиваюсь к призванному.

— Давай. Он в покоях.

Сэмсон прищуривается, вперившись взглядом в особняк.

— Ты уверен?

— Более чем. Сразу, как окажемся там, возвращайся назад. И потом прыгай к девушкам, они уже должны были выбраться из города.

Секунду тот молча смотрит на меня. А потом башня скрывается за пепельно-серой стеной. И через мгновения я уже пялюсь в каменную стену, на которой развешено оружие. Справа — дверь, одна из створок которой открыта. Слева — пустой коридор, заканчивающийся поворотом.

Сэмсон, тоже оглянувшийся по сторонам, исчезает, перед этим печально вздохнув. А я прислушиваюсь к звукам из помещения. Если моя догадка верна, то сейчас там должен происходить бурный секс. Но пока до ушей доносится только тяжелое женское дыхание. Она и правда мастурбировала? Если так, то я сейчас вляпался, как морсар, напрыгнувший на судно добытчиков.

— Почему ты остановился?

Голос девушки заставляет вздрогнуть. А следом за ним звучит мощный бас.

— Заткнись.

Слышу несколько шагов — босые ноги шлёпают по камню. Потом секундная пауза и снова тот же голос.

— Кто ты такой? И что здесь делаешь? Если пришёл убить меня — я не против. Пробуй.


Глава IV


Прижавшись к стене, прикидываю, как лучше поступить. И вдруг понимаю, что не помню, как зовут нынешнего императора. Имя напрочь вылетело из головы. Рицеров гребень! Как так?

Мучительно роюсь в памяти. Вроде бы Айнцер. Или это был прошлый? Может Рассон? Твоего морсара за хвост! Кто из них правит сейчас, а кто уже мёртв?

Решаю обратиться по титулу — это беспроигрышный вариант.

— Ваше Императорское Величество, я пришёл не для того, чтобы попытаться убить вас. Наоборот — хочу сообщить о заговоре. В котором участвует один из ваших стэрсов, действующий вместе с ларэдскими схорами.

Ожидаю, что он задумается над моими словами, но вместо этого сразу же слышу ответ.

— Так покажись и рассказывай. Если у тебя нет желания меня прикончить, значит и я убивать не стану.

Не слишком успокаивает, но противоречить императору в здании, набитом его солдатами, не стоит. К тому же, уверен — при желании он запросто прикончит меня и в коридоре, раздавив, как муху.

Оторвав спину от каменной стены, делаю несколько шагов вперёд, оказываясь в комнате. В поле зрения попадает рослый мужчина, чьи бёдра обвязаны полотенцем. В нескольких ярдах левее, кровать с затейливо связанной девушкой. На секунду даже задерживаю взгляд, пытаясь понять, как именно её зафиксировали. Но потом быстро вспоминаю о цели визита.

— Заговор. Вас хотят устранить и перебить всех членов династии, посадив на престол новую.

Император со скучающим видом перебивает.

— Не в первый раз. И наверняка не в последний. Пусть пробуют. У них всё равно ничего не выйдет.

Уверенность внушает уважение, но мне кажется, он не расслышал мои предыдущие слова.

— Стэрс и схоры с Ларэда. Они нашли способ общаться, а ушастые позволили вашему офицеру обойти магическую присягу. Он предал вас.

Мужчина хмурится.

— Как они попали на наш материк? На кораблях Парящего?

Отрицательно качаю головой.

— Пираты тоже участвуют. Но на вторых ролях. Схоры нашли способ перемещаться сюда при помощи порталов.

— Как?

Делает шаг в мою сторону, пристально глядя мне в глаза. Становится слегка неуютно.

— У них и раньше были такие артефакты. Но один из них, Пятый Столп Ф'цара Хока, нашёл способ создавать их более простым способом.

Тот задумчиво жуёт губы, что выглядит несколько странно. Как будто передо мной старик, а не молодой и полный сил мужчина.

— И ты конечно знаешь, как он это сделал?

Медленно киваю.

— Безусловно. Как и массу других деталей. Перед тем, как я их озвучу, хотелось бы…

Заминаюсь, не зная, как выразить свою мысль и на лице императора появляется усмешка.

— Хочешь попросить награду? Давай так — если я тебе поверю, то сделаю тебя бароном. Хотя нет, даже графом. Подойдёт? Кусок земли выберешь сам, из той, что свободна. И пару сотен тысяч ларов для начала.

Предложение щедрое. Слегка запутавшийся разум, машинально выдаёт ответ.

— Титул барона мне уже обещали. Один из ваших стэрсов. Правда он погиб, не успев выполнить уговор.

Правитель Норкрума невозмутимо пожимает плечами.

— Звучит интересно. Но решение я приму после того, как всё выслушаю.

Сглотнув слюну, начинаю рассказывать. Изначально мне казалось оптимальным сообщить не всё, утаив некоторые факты. Например информацию о двоих иномирцах. Но под пристальным взглядом императора, врать уже не хочется.

— Я был на «Балу Масок», когда сработал артефакт. Выполнял задачу стэрса Райла Канора, который считал, что там получится выведать информацию у заговорщиков, которые тоже были гостями бала. Как вы сами знаете, всё пошло не по плану. Люди, что пришли в дворец, оказались посреди Ларэда и нас немедленно атаковали местные. У меня получилось спастись и через какое-то время я столкнулся с тем самым Пятым Столпом Блистательного, который был организатором заговора со стороны Ларэда.

Сделав короткую паузу, выдыхаю.

— Он оказался не самым обычным схором. Иномирцем, который случайно попал сюда, заняв место схора. Поднялся до максимума, которого мог достичь и теперь хочет большего. Ради этого всё и задумано. Он планировал поддержать переворот в Норкруме, а потом заменить сознание всей верхушки империи на разумы своих людей. Начать здесь войну, заставив нас убивать друг друга. А когда Норкрум будет максимально ослаблен, начать полноценное вторжение.

Отмечаю, что на словах про иномирца, лицо императора меняется. Повернув голову, бросает быстрый взгляд в сторону своей наложницы.

— Как он создавал артефакты?

— М'цар нашёл реликт древних кайнарцев. И разобрался, как использовать его энергию в своих силах.

Делает ещё два шага вперёд, нависая надо мной. Только теперь понимаю, насколько он высок. Да и в плечах раза в полтора шире меня.

— Он взял его под контроль? Полностью? Как?

Либо я чего-то не понимаю, либо наш император в курсе существования артефактов древней расы. И возможно неплохо представляет себе угрозу, которую они несут. Если вспомнить число конструктов, которые остались в хранилищах, его вполне можно понять.

— Не полностью. Он лишь использовал его энергию для зарядки артефактов.

Про способности Сэмсона, решаю не упоминать. Как и о том, что реликт начал действовать в самостоятельном режиме. Учитывая реакцию мужчины на последние мои слова, про это лучше умолчать.

Сам он продолжает давить на меня тяжелым взглядом.

— Ты всё время говоришь про этого М'цара в прошедшем времени. Он мёртв?

Внутри большое желание отступить назад, которое я с большим трудом пересиливаю.

— Погиб, когда мы столкнулись с конструктами древних кайнарцев. Схор был в плену, не мог использовать магию для защиты.

Злорадно ухмыльнувшись, кивает.

— Хорошо. А что там по поводу стэрса? Кто меня предал?

— Если верить словам Пятого Столпа, это был Сарр.

Император покачивает головой.

— Тут у тебя прокол, парень. Сарр мёртв. Был убит одновременно с атакой на «Балу Масок».

Чуть помолчав, добавляет.

— И ещё одна ошибка — Райл Канор, которого ты упомянул, ничего о тебе не рассказывал. Думаю уж такой занятный факт, как внедрённого на «Бал Масок» агента, он бы в своём докладе упомянул.

Отступив назад, окидывает меня взглядом.

— Что касается заговора, недавно такой действительно был раскрыт. Две с половиной сотни офицеров канцелярии, полиции и армии. Плюс, несколько десятков гражданских чиновников. Ничего интересного. Обычные идиоты, которые сочли себя достойными большего. Почти все уже мертвы. Но ни один из них ничего не сказал о схорах. А ты поверь, допрашивали их максимально жёстко. Выворачивая сознания наизнанку.

Вспомнив о копии Райла, которую мы видели на Ларэде, спешу выложить это.

— В цитадели Ф'цара готовили копии Канора. Я считаю, как раз для того, чтобы подменить стэрса после его убийства. Не знаю, что произошло с Сарром, но вот внутри Райла наверняка уже не его собственный разум.

Схэсс усмехается, с интересом смотря на меня.

— Излагаешь складно. Даже сам веришь в это — видно по колебаниям энергии. Ни капли лжи, как говорится. Максимум, что-то недоговариваешь. И на Ларэде ты скорее всего и правда был. Или искренне веришь в своё путешествие. Но вот история про копию Канора, это перебор. Неужели ты считаешь, что я не могу проверить, кто передо мной? Даже сами Владыки Ларэда не обладают магией, которая позволит скрыть от меня подмену личности.

Пытаюсь ответить, но он поднимает вверх руку.

— Достаточно парень. Ты рассказал много всего. И будь на моём месте кто-то другой, он бы наверняка поверил. Но тебе не повезло — Норкрумом правлю именно я и никто другой.

Решившись, всё-таки рявкаю.

— Не знаю, за кого вы меня приняли, но я действительно был на Ларэде! Рисковал жизнью и едва не сдох, пытаясь докопаться до истины. И лично видел всё, о чём я говорю.

Тот с некоторым сожалением смотрит на меня.

— Конечно. Сам прошёлся по всему Ларэду, каким-то образом пленил Пятого Столпа, разобрался в заговоре и потом вернулся назад. Дай угадаю — использовал тот самый реликт? Или позаимствовал артефакт?

Открываю рот, но помещение снова наполняется голосом императора, который в буквально смысле давит на плечи.

— Скорее всего ты и правда как-то связан со вторым континентом. И с твоим разумом хорошо поработали, заставив тебя поверить в самые разные вещи. Даже забросили наживку специально для меня — иномирца, что строит козни из-за океана. Соблазнительный образ и грамотная подача. Только не стоило так быстро его «убивать».

Только теперь до меня доходит, что он явно знаком с иерархией внутри цитаделей схоров. А ещё очень странно отреагировал на упоминание иномирца. Пытаюсь придумать, что ответить, но тут император оглядывается куда-то назад.

— Райл, теперь это твоё дело. Разберись, что тут происходит и по итогу доложи.

Вижу, как за его спиной появляется знакомая фигура стэрса и не удерживаюсь от восклицания.

— Вы же помните меня? Архос Лэрн, вы наняли меня в Каледе. Для визита к маркизу Столькену.

Офицер окидывает меня невозмутимым взглядом и отрицательно качает головой.

— Впервые тебя вижу, парень. Ты уж извини.

Ладно. Если это не настоящий Канор, то его ответ и так был очевиден. Только как доказать императору, что стэрс ненастоящий? Я не вижу его ауры — айван показывает пустоту, точно так же, как и в случае с императором. Ради всех болотных гхалтов, что мне теперь делать?!

— С этой шлюхой тоже разберись.

После слов императора, девушка на кровати извивается, пытаясь что-то сказать. Один взмах его руки и она затыкается. Райл же вопросительно смотрит на своего шефа.

— Стереть память?

— Лучше прикончить. Она слышала про иномирца, а память, как мы с тобой знаем, весьма пластичная вещь. Обставь, как случайную смерть. Вдали от меня, чтобы семья не начала возмущаться.

Стэрс молча кивает, а я опять пытаюсь вклиниться в беседу.

— Вы так и не поняли. Заговор действительно существует. Человек рядом с вами, это не Канор! А его копия, внутри которой чужой разум.

Оба поворачиваются ко мне, холодно изучая взглядами. Так наверное смотрят на лягушку, перед тем, как её препарировать.

— Даже если ты думаешь, что на самом деле видел стэрса, то это не значит, что всё действительно так было. Понимаешь? Хотя, сомневаюсь, что хотя бы половина из мешанины в твоей голове, это правда.

Паника внутри меня стремительно разрастается. Его не убедить. Сбежать… Сомневаюсь, что у меня получится далеко уйти. Сражаться, это и вовсе безумие. Напротив меня два могущественных мага, против которых нет ни одного шанса.

Мужчины начинают тихо переговариваться, а моё тело действует на чистых рефлексах, рванув в сторону двери. Как ни странно, успешно добираюсь до проёма и выскальзываю в коридор. Стремительно мчусь дальше, ожидая удара в спину. Но вместо этого сталкиваюсь с лейб-гвардейцем, который изрядно удивляется этому факту.

Даже не подумав об айване, бью ногой в живот и тот кубарем летит вниз по ступенькам, теряя винтовку. Прыгнув следом, впаиваю стопу в череп солдата, одновременно вытаскивая револьвер. Если получится добраться до второго этажа, то можно попробовать выпрыгнуть в окно.

Ещё один рывок вниз и в каменную кладку бьёт пуля. Здесь уже двое военных, оба из которых подняли оружие. Успеваю разобрать изумлённое выражение их лиц, но это не мешает солдатам вести огонь. Запускаю «гарпуны», выдёргивая их ауры. К бешеному гхаргу жалость. Сейчас я готов вырезать всех в этом доме, лишь бы вырваться.

Чтобы избежать судорог, отбрасываю их слепки жизненной силы в сторону, что получается естественно — как будто делал это каждый раз при атаке айваном. Бегом проношусь через лестничную площадку. И на этот раз сталкиваюсь с магом — навстречу летит полупрозрачная искрящаяся сеть. Увернувшись, снова бью «гарпунами». Накрываю ещё двоих солдат, но вот мага достать не выходит — он запускает вторую сеть, пытаясь вырубить меня. Странно, что не бьёт на поражение, а пытается взять живым.

Его аура не просматривается. Так же, как у императора и стэрса. А несколько попыток достать противника вслепую, проваливаются. Наверху появляются новые бойцы и меня зажимают посредине лестницы. При помощи айвана отправляю на тот свет ещё пятерых солдат. Но сверху тоже есть маг — меня спасает только собственная магическая струна. Поняв, что талант не поможет, пускаю в дело обычную магию, обрушиваю на противника волны пламени. Это хотя бы заставляет их держаться подальше от проёмов и как я надеюсь, мешает прицельно использовать нотные связки.

Прячу револьвер в кобуру и берусь за нож. Стараясь унять дрожь в руках, полосую себя по коже. Поняв, что не перерезал крупных сосудов, успокоенно выдыхаю. А потом тянусь ко всем трупам на обоих этажах. Возможно кадавры дадут шанс выбраться отсюда.

Когда уже чувствую поднимающихся мертвяков, за спиной слышится спокойный голос Канора.

— А ты смешной. Серьёзно решил, что сможешь выбраться отсюда со своими ничтожными познаниями в магии?

Пытаюсь развернуться к нему, но тело меня не слушается. Не могу пошевелить ни одной мышцей. Как он это сделал? Я не почувствовал портала и не видел ни одной ноты.

Сам стэрс обходит меня, попадая в поле обзора.

— Мы ждали, что ты попытаешься покинуть нас тем же способом, которым попал сюда. Но либо ты слишком глуп для этого, либо напротив — слишком умны те, кто тебя отправил. Не захотели подставляться под наш удар.

Деланно вздохнув, продолжает.

— Но теперь пора заканчивать этот цирк. Ты и так открыл несколько вакансий в лейб-гвардии.

Отчаянно пробую сдвинуться с места или ударить магией. Но та тоже не отзывается. Сейчас я полностью беззащитен. Офицер видимо понимает моё состояние и довольно усмехается.

— Не самые приятные ощущения, правда? Ты запутался парень. Но мы отделим правду от лжи.

Пожимает плечами.

— Как знать, может ты даже останешься жив. Конечно, если это можно назвать жизнью.

Последняя фраза заставляет изрядно напрячься. Но ответить я ему всё равно не могу. А спустя мгновение сознание, как по щелчку пальцев, отключается.

* * *
— Пациент триста двенадцать, подъём! Вставай, тебе тут не курорт!

Открыв глаза, чувствую, как голова разламывается от боли. Где я? Что за противный голос?

— Подъём! Явка на завтрак обязательна.

Кто-то вцепляется в правую руку, силой поднимая меня с кровати. Хотя, судя по её твёрдости, скорее деревянной лежанки. Морщусь от головной боли, закрыв глаза. Когда снова открываю их, вижу перед собой дородную женщину, уперевшую руки в бока.

— Сам дойдёшь или позвать санитаров и проводить?

Машинально обращаюсь к магии, но попытка не проходит — я даже не чувствую струны. Какого безумного морсара творится? Снова антимагический ошейник? Рука сама поднимается, ощупывая шею и женщина в белой одежде заливается мерзким смехом.

— Что, не нравится? Какие же вы магики, все одинаковые. Без своей струны, как без члена. Ущербные ублюдки.

Пнув меня по ноге, вызывает новый приступ боли, на этот раз во всём теле. И злобно щурит глаза.

— Встал и пошёл, рицеров сын! Давай!

Сил на противостояние у меня нет — я на кровати то едва сохраняю устойчивое положение. Магия по какой-то причине недоступна. А другие варианты отсутствуют. Подняв глаза на стоящее передо мной чудовище, опираюсь руками на кровать и с усилием поднимаюсь.

— Вот и молодец. Направо по коридору и до упора. Свернёшь не туда, засуну в карцер. Пошёл!

Выкрикнув мне в лицо последнее слово, резво покидает комнату. Я же с трудом ковыляю к дверному проёму и высунув голову в коридор, осматриваюсь. Окрашенные в белый стены и люди в одинаковой униформе. Один мужчина в белом, остальные одеты в тёмно-серое. Опустив взгляд, понимаю, что и сам одет в такую.

Что это за безумная рицерова фантазия? Куда меня засунули?


Глава V


Секунд двадцать провожу около двери. Потом решаю, что всё-таки лучше пойти в указанном направлении. Не знаю, где я нахожусь, но с учётом беспомощного состояния, отбиться от местного персонала точно не выйдет. Пока не разберусь что к чему, оптимально не обострять ситуацию.

Выбравшись в коридор, сворачиваю направо и медленно бреду вперёд, придерживаясь руками за стену. Слабость во всём теле, головная боль и периодические помутнения зрения. Сейчас меня можно сбить с ног одним несильным толчком. Порой кажется, что упаду просто от чужого вздоха.

Пока двигаюсь, меня обгоняет два десятка человек в серой форме. Штаны и какое-то подобие глухой рубашки. На груди каждого вышит номер. Судя по тому, как меня назвала та гхаргова женщина, у меня такой же. Но это мало что объясняет. Где я нахожусь? Почему пациент? Можно было ожидать камеры или пыточной комнаты, но не такого. На больницу это вообще мало похоже. Возникает предположение, что я могу быть в тюремном лазарете. Это могло бы уложить некоторые факты вместе. Но если так, то почему тут такое количество здоровых людей, которые не выглядят больными или ранеными.

Доковыляв до конца коридора, понимаю, что стою на входе в большую комнату с несколькими длинными столами, за которыми сидят «серые», занятые поглощением пищи. А около стен стоит несколько крепких мужчин в белом. Так и подмывает подойти к одному из них, задав вопрос о происходящем. Но сознание немедленно демонстрирует мне картину возможных последствий и я принимаю иное решение. Шагнув вперёд, направляюсь к скамейке за ближайшим столом, стараясь сохранить равновесие.

Наконец добравшись, со второй попытки усаживаюсь на неё. Когда вытираю со лба выступивший пот, передо мной с грохотом ставят металлическую миску.

— В первый и последний раз, рицеров заморыш. Только потому что, я видела, как ты три раза чуть не навернулся, пока шёл. Если не заберёшь обед сам — значит не такой голодный.

Пока поворачиваю голову, говорившая женщина уже отходит. Успеваю разглядеть её со спины — ещё одно толстое и злобное чудовище. Их сюда специально набирают? Или они такими становятся в процессе?

Поморщившись, напоминаю себе, что пока ещё даже не понял, где именно оказался и переключаю внимание на содержимое миски. Плотная субстанция серого цвета, от которой идёт запах тухлятины.

— Ешь. Одобренный имперский рацион. Не сдохнешь.

Подняв глаза на мужчину напротив, невольно чуть дёргаюсь. Правая половина лица выглядит, как побывавшая внутри печи. Один глаз выделяется на общем фоне своим относительно здоровым видом.

— Ничего. В первый раз все так себя ведут. Иногда ещё хуже. Ты лучше давай жри, пока не отобрали. Обед тут куда гадостнее. А жить как-то надо.

Вздохнув, опускаю взгляд на миску. Сосед напротив открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, но тут за моей спиной рявкает один из охранников.

— Заткнулись! Языками чесать будете в свободное время. А сейчас жрать! Скоблите ложками миски, гхарговы выродки! Если через две минуты у кого-то она будет полной, полетит в мусор.

Остальные опускают головы к столу, принявшись усердно работать ложками. Чуть подумав, тоже берусь за свою. Как бы там ни было, моему телу нужно питание. На вкус серая масса не лучше, чем на вид. Приходится сделать серьёзное усилие, чтобы пропихнуть это дерьмо в желудок. Правда, съесть всё до конца не успеваю. Когда в миске остаётся около трети от первоначального содержимого, подошедший охранник хватает миску и со звоном швыряет её на пол.

— Дежурным уборщикам сегодня придётся поработать чуть больше. Скажите спасибо новенькому хлыщу!

Двигаясь вдоль столов, бросает на пол ещё несколько мисок, ожесточённо пиная их. Так, чтобы их содержимое точно оказалось на полу. Когда добирается до конца, разворачивается.

— Подъём! Время прогулки, уроды. В сад!

Остальные быстро поднимаются на ноги и я стараюсь успеть за ними. Отталкиваясь от стола, выпрямляюсь и выбравшись из-за скамейки, медленно шагаю за остальными.

К выходу в сад добираюсь последним, за что получаю тычок от мужика в белом, который дежурит около проёма. Совсем слабый, но я теряю равновесие и впечатываюсь в стену, спровоцировав веселье охранника. Восстановив равновесие, шагаю дальше.

Тут и правда есть сад. За которым не ухаживали целыми годами. Беспорядочные заросли кустарника, густая высокая трава, отчасти засохшие деревья. Ковыляю вглубь, удаляясь от здания и продолжаю осматриваться. А вот и стена. Высотой, минимум в пять ярдов. Без использования магии, перебраться через такую практически невозможно.

Заметив, что часть коллег по несчастью опускаются в густую траву, ковыляю к тому самому мужику с обожжённым лицом и усаживаюсь рядом. Косится на меня, но предпочитает сохранять молчание. Поэтому разговор я начинаю первым.

— Что это за место? Где мы?

Сосед невесело ухмыляется.

— Совсем мозги отказывают? Забыл, куда тебя засунули?

Повернувшись к нему, пытаюсь объяснить ситуацию, не вдаваясь в детали.

— Я… Если кратко и так, чтобы тебя потом не прикончили, последнее, что помню — офицер, который вырубил меня магией. А перед этим я положил десяток его людей, пытаясь выбраться из ловушки, в которую угодил. Думаю, понимаешь, насколько я был удивлён, когда очнулся в комнатушке, с орущим на меня жирным рицером.

На лице мужчины снова появляется печальная усмешка.

— Раззи Койнер, старшая сестра. Та ещё тварь.

Мгновение помолчав, добавляет.

— Если ты действительно не в курсе, мы в имперской психиатрической лечебнице имени Лейзевица. Одна из лучших в Норкруме.

Невольно оглянувшись по сторонам, тихо шепчу.

— Интересно, как тогда выглядят худшие?

Фыркнувший сосед бросает на меня взгляд, в котором сквозит лёгкий интерес.

— Ты серьёзно не помнишь, как и почему сюда попал? Знаешь, обычно сюда никого не отправляют просто так.

Кивает в сторону толстяка, что задумчиво гуляет вдалеке.

— Вот он например. Решил, что все вокруг, это замаскированные монстры. Хитроумные конструкты, которые притворяются людьми. Успел перебить почти тридцать человек, прежде чем его ранили в ногу и взяли живым. Повезло, что оказался бастардом какого-то маркиза. Вместо смертной казни засунули сюда. Раз в месяц приезжает слуга и привозит ему еду. А ещё передаёт деньги руководству лечебницы, чтобы толстяка не трогали и нормально кормили. Те помои, что выдают в столовой, он по-моему даже не пробовал.

Договорив, показывает ещё на одного пациента — сухого старичка с седой бородой.

— У него всё ещё интереснее. Исследовал подземные комплексы подгорных. Как-то раз ушёл вниз вместе с целой командой, а наверх поднялся уже один. Никто не знает, что случилось на глубине, но старик возненавидел всю человеческую расу. К счастью натворить успел не так много. Спалил пару деревень, большинство жителей которых сбежало. Подоспевшие полицейские маги вырубили парализующей нотной связкой раньше, чем успел добраться до ближайшего города. Сначала приговорили к смерти, но вступились дети и внуки, работающие в правительстве, поэтому угодил сюда. Хотя, если честно я не уверен, что лучше.

Несколько мгновений помолчав, спрашивает.

— А с тобой что? Ты ведь не просто так напал на солдат? Или кто там был? Полиция? К тому же, раз попал сюда, значит у тебя есть покровители. Лечебница всё-таки считается лучшей.

У меня сам собой вырывается короткий смешок.

— Если считать покровителем самого императора, то может так и есть.

Нахмурившийся сосед слегка отодвигается в сторону и я добавляю.

— Говорил ведь — у меня сложная ситуация. Но в одном я уверен точно, умственного расстройства у меня нет. Вот, зачем меня сюда засунули… Этот вопрос остаётся открытым. Сам ничего не понимаю. Очнуться в пыточной камере, было бы куда логичнее.

— Тебя зовут то как?

Какое-то время раздумываю, стоит ли представляться. Потом решаю, что с учётом ситуации, все кому надо знать моё имя, и так уже в курсе. Нет никакого смысла скрываться.

— Лэрн Архос. Родом из Каледа.

Чуть помедлив, кивает.

— Анз Феррон. Родился в армии, там же всю жизнь и провёл.

Покосившись на него, думаю, как уточнить из-за чего он сам сюда попал. Бывший военный поворачивается ко мне, полностью открыв вид на лицо. Раньше я видел только левую часть. Теперь же, когда он улыбается, это выглядит жутковато.

— Хочешь спросить, как сюда угодил я сам?

Не дожидаясь моего ответа, продолжает.

— Обер-лейтенант Феррон, десятый пехотный корпус. Три года назад подавляли восстание на севере. Уличные бои, кровь, мясо. Я тогда половину роты потерял. И попал под удар мага — поджарил мне правую сторону тела. А пока лежал в госпитале, узнал, что весь наш батальон отправили под удар по ошибке. Какой-то пьяный полковник в штабе, который явился туда вместе с любовницей, перепутал улицы. И мы радостно отправились выполнять приказ, забравшись прямо в глубину позиций мятежников, без всякой поддержки со стороны своих. Пока разобрались и отдали нужные команды, нас уже зажали в тиски. Живыми выбралась только треть бойцов.

Немного помолчав, излагает дальше.

— Я тогда из палаты сбежал, через окно. И явился к нему домой. Дальше думаю, ты сам догадался. За убийство вышестоящего по званию, приговор смертная казнь. Но тут вмешался уже наш генерал, что корпусом командовал. В общем, сослали сюда. Мариноваться и медленно подыхать. По какой-то причине, решили, что это лучше расстрела.

Какое-то время молча сидим в траве. Не знаю, о чём думает бывший лейтенант. А вот я размышляю над тем, для чего меня сюда поместили. Если в мой разум уже забрались и вытащили оттуда всё, что нужно, то какой смысл сохранять жизнь? Для чего? В противном случае, в этом ещё меньше логики. Раз они не докопались до сути, меня сейчас нужно интенсивно допрашивать, а не отправлять в лечебницу.

Покосившись на сидящего рядом мужчину с номером двести пятьдесят два на рубашке, тихо задаю вопрос.

— А сбежать отсюда у кого-то получалось?

Тот фыркает, быстро выходя из задумчивого состояния.

— Нет. Бывали попытки, но ничем хорошим они не закончились. Внутренняя охрана — обычные крепкие дуболомы. Но стена под защитой артефактов. Попытаешься перелезть и тебя швырнёт назад на землю, после чего поднимется тревога. Даже если получится каким-то чудом перелезть, то за ней есть вторая, которая не так бережлива. Спалит, как только приблизишься. А в промежутке вооружённая охрана, среди которой есть маги. Без шансов, парень. Отсюда не выбраться.

Звучит тоскливо, но я решаю уточнить.

— Как они блокируют магию? Ни на ком ведь нет ошейников.

Армеец печально хмыкает, глядя в траву перед собой.

— А зачем им ошейники? Они вживили блокираторы прямо в тебя.

Покосившись, видит изумление на моём лице и объясняет.

— Перед тем, как тебя сюда доставили, в тело встроили артефакты. Один в шейные позвонки, ещё один в поясницу. И третий, прямо в череп, если вдруг ты совсем отмороженный.

Машинально тянусь рукой к голове и военный тихо смеётся.

— Всегда одна и та же, стандартная реакция. Никто не верит, что навсегда лишился магии и ему больше не ощутить её мощь. Один тут был — уговорил соседа по комнате вырвать ему эти рицеровы артефакты. Надеялся выжить и потом восстановить тело при помощи магии. Сдох, когда тот перешёл к шее. А вот сосед не понял и долго пытался расколоть его череп, пока не скрутила охрана.

Остаётся только печально вздохнуть, подражая своему новому знакомому. Три встроенных в организм блокиратора, ни один из которых нельзя достать самостоятельно. Не стану же я сам вскрывать свой позвоночник? Если вдруг это и получится, то первый же изъятый артефакт приведёт к параличу или смерти.

Хотя, может он врёт? Или придумывает? Либо это специальная страшилка для пациентов, чтобы они не пытались ничего сделать? Мысли заставляют приободриться и ещё раз внимательно осмотреть сад. Я всё ещё жив, а значит имеется и шанс выбраться отсюда. Надо только включить мозг и хорошо подумать.

Следующие полчаса сидим в тишине. Мои попытки разговорить военного, натыкаются на глухое ворчание с его стороны. Возможно три года назад, попав сюда, офицер и правда был полностью адекватен. Но как мне кажется, за проведённое в лечебнице время, слегка растерял своё психическое здоровье.

В итоге он и вовсе поднимается на ноги, отправившись на прогулку. Я же остаюсь на траве. Судя по состоянию организма, гулять ему ещё рано. Мышцы вроде начинают отходить, но попытка встать и размяться, приводит к жёстким болевым ощущениям, так что приходится вернуться на место.

Зачем меня сюда поместили, пока не понимаю. И решаю пока не зацикливаться на этом. Независимо от причин, я уже здесь. Стоит сфокусировать на выживании и побеге. А не поиске первопричины, которая мне всё равно ничего не даст.

То же самое касается и девушек вместе с призванным. Надеюсь они успели сбежать. Но размышлять об их судьбе, в любом случае бессмысленно. Я всё равно никак не смогу помочь, пока нахожусь внутри стен учреждения. Правда на мысли о котяре, появляется смутная надежда на спасение — он может явиться и вытащить меня. Но это совсем не факт. Во-первых, рискованно и будь я на месте Сэмсона, десять раз бы подумал, прежде чем прыгать в неизвестность. А во-вторых, три вживлённых в тело блокиратора магии могут ему помешать почувствовать меня.

Переключившись на текущую ситуацию, по очереди разминаю руки и продолжаю изучать местный контингент. Две трети пациентов молча бродят по территории или сидят на земле, смотря перед собой. Отдельные проявляют активность. Например, какой-то парень танцует перед деревом, размахивая руками и что-то напевая себе под нос. Некоторые разговаривают, разбившись на двойки или тройки. В углу и вовсе собралось сразу пятеро.

Что интересно — разговорам охрана никак не мешает. Её присутствие, вообще ограничено только парой амбалов, что стоят около самого входа. Впрочем, если всё сказанное Анзом правда, то в них нет особой нужды. Разве что кто-то начнёт драться между собой.

Интересно, как они здесь лечат пациентов? Или суть не в излечении, а в изоляции от общества? Ищу глазами Феррона, но он ушёл в другую часть сада, отсюда военного не видно. Если местных обитателей пичкают непонятными лекарствами или проводят магические эксперименты, то в целом это объясняет поведение большинства. Сомневаюсь, что они были такими, когда только поступили сюда. И мне совсем не по душе мысль, что через какой-то промежуток времени я и сам превращусь в пускающее слюни растение.

Пытаюсь выбрать кого-то из ближайших пациентов в качестве цели для знакомства, но тут со стороны двери слышится голос охранника.

— Прогулка окончена. Пора в койки, тупые твари. Кто рискнёт спрятаться или будет нарезать круги по саду, отправится в карцер. Предупреждаю только один раз.

В отличии от того мужика в столовой, который откровенно упивался своей властью, этот кричит пусть и громко, но устало. Выполняемые задачи, его точно не слишком радуют.

Поднявшись с травы, встаю в очередь пациентов, которая постепенно втягивается внутрь. Как быстро выясняется, нас снова ведут в палаты. Большинство разбредаются сами, а я немного теряюсь. Сложно сказать, из какой именно двери я вышел пару часов назад. Они все одинаковые, а на номер я тогда посмотреть не догадался.

«Помогает» мне ближайший охранник. Болезненно впаяв кулаком в бок, толкает ко входу в одну из «комнат».

— Запомни свою конуру, магик. Забудешь ещё раз, будешь отдыхать в карцере.

Поднявшаяся волна ярости требует немедленно ответить ударом на удар, но я держу себя в руках, грамотно оценивая состояние и расстановку сил. В коридоре ещё трое охранников — даже чувствуй я себя прекрасно, со всеми не справиться. Да и подкрепление к ним придёт очень быстро.

Зайдя внутрь, захлопываю за собой дверь и опускаюсь на жёсткую кровать с тонким матрасом. Пока я не придумаю, как отсюда выбраться, придётся держать себя в руках. В голову сразу приходит мысль о том, что я могу задержаться здесь до конца своей жизни, но сразу гоню её в сторону. А потом дверь распахивается и на пороге появляется утренняя женщина, которую Анз назвал старшей сестрой.

— Встречай соседа, дохляк. И не вздумай брыкаться — пришибу!


Глава VI


Массивная женщина вталкивает в комнату субтильного паренька с бледной кожей и тычет пальцем в кровать, стоящую около правой стены.

— Это теперь твоя койка. Запомни её. И номер своей комнаты тоже вызубри.

Окинув меня взглядом, пинает кровать и развернувшись, уходит, хлопнув дверью. А парень с потерянным видом осматривается вокруг. Потоптавшись на месте, укладывается на своё место.

Минут десять лежим молча. Он изучает потолок, а я прогоняю в голове варианты происходящего. Потом решаю, что наверное стоит познакомиться с соседом по палате. Мне с ним ещё и ночевать — хотелось бы иметь какое-то представление о человеке, который может задушить тебя во сне.

— Тебя как зовут? За что сюда?

Несколько мгновений он не двигается, всё так же пялясь в потолок. Наконец поворачивает ко мне голову.

— Ризер Снэр. А сюда… Я просто люблю лёд. И снег.

Последние слова ставят меня в тупик. Не сразу соображаю, что сказать и тот успевает отвернуться. О чём вообще речь? «Люблю лёд» — весьма многогранная фраза,

— В каком смысле любишь лёд?

Паренёк снова поворачивает ко мне бледное лицо.

— Мне нравится зима, понимаешь. Когда всё белое, когда можно кататься на коньках, играют в снежки, а вокруг всё очень красиво.

Чуть помолчав, добавляет.

— Сначала это только помогало в освоении стихийной магии. Дальше начались срывы. Я мог провалиться в беспамятство и очнуться посреди замороженного поля. Не самое моё лучшее пробуждение, чтобы ты знал. Первое время с этим боролись, но потом всё стало выходить из под контроля. Когда я случайно заморозил ещё полтора десятка студентов, прикончив их спящими, меня отправили сюда.

Занятно. Похоже его в лечебницу засунули как раз по делу. Хотя, я мягко говоря, не уверен, что здесь способны помочь с таким случаем. Ни один из тех, кого я видел сегодня на прогулке, не выглядел излечившимся или близким к этому. А обер-лейтенант и вовсе был изначально здоров. Конечно, если не солгал о причине своего присутствия в заведении.

Эта мысль приводит к другой — возможно и этот Снэр лжёт? На месте Канора или того, кто сейчас занимает его черепную коробку, я бы подсунул мне соседа, с которым можно поговорить и излить душу.

Пытаюсь оценить эту идею и сразу же нахожу контраргументы. Во-первых, если вместо Райла сейчас действует один из участников заговора, то ему нет никакого смысла пытаться извлечь из меня информацию. Разве что для вида. Во-вторых, такой ход настолько очевиден и груб, что нужно быть полным профаном, чтобы всерьёз полагаться на его результативность.

Сосед снова пялится в потолок, а я прихожу к выводу, что для начала, полученной информации будет более чем достаточно. В лёд он сейчас меня превратить не может, а склонности убивать руками у парня вроде нет. Значит можно вычеркнуть его из списка основных угроз.

Следующие несколько часов лежим в кроватях, думая о своём. Заняться тут больше нечем. Если нет желания мерять крохотную комнатку шагами или пялиться в окно под потолком, рассматривая синее небо. Да и это нужно делать, не привлекая внимания охраны. Когда они слышат шум в палате, через одну от нас, немедленно врываются внутрь. Утащив одного из пациентов в карцер. После этого желание подниматься с кровати полностью пропадает.

В конце концов, местный персонал в свойственной ему манере поднимает нас на обед. Чувствую себя намного лучше, так что прихожу одним из первых. Вот еда не радует. Пустой и вонючий бульон, в котором плавают какие-то ошмётки. То ли остатки костей, то ли какие-то перетёртые сухожилия. Так сходу сложно сказать. Но нормальной едой это точно назвать нельзя.

Утренний любитель швырять миски на пол отсутствует. Возможно из-за того, что его смена закончилась. А может убрали специально — добрая половина пациентов, включая меня, физически не может влить в себя эту бурду.

Против ожидания, повторной прогулки ждать не приходится. Вместо этого в столовой появляется старшая сестра, которую сопровождают ещё две монструозные тётки. Втроём принимаются разбивать людей на группы, готовя их к «терапии». По мере формирования, охрана уводит пациентов и их постепенно становится всё меньше. В какой-то момент, одна из помощниц Койнер опускает руку на плечо и радостно скалясь, заявляет.

— А у тебя индивидуальная процедура, малыш. Иди вон за тем красавцем.

Тыкает пальцем в громадного бугая и я встаю со скамейки, шагая к довольно улыбающемуся охраннику. Одиночная терапия, значит. Чего-то подобного я и ожидал. Вопрос только в том, что там со мной будут делать?

Пока шагаем по коридору, в голову лезут самые разнообразные варианты и я едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на охранника, беззаботно подставившего мне спину. Успокаиваю себя тем, что если бы стэрс хотел устроить раунд пыток или использовать магию, для этого не понадобилась бы лечебница. Раз уж на то пошло, я пока вовсе не представляю, ради какой цели можно было меня в неё поместить.

К тому же, пусть мои мышцы отчасти пришли в норму, а голова больше не раскалывается, победа над одним отдельным охранником ничего не даст. Здесь их ещё множество. Я насчитал, как минимум шестнадцать человек, которых видел во время посещения столовой. А ведь туда идёт не только наш коридор. Плюс, наверняка есть дополнительные резервы. И внешняя охрана с огнестрельным оружием. Среди которой, по словам Феррона, имеются маги.

Пройдя несколько десятков ярдов и дважды свернув, мой «проводник» останавливается перед дверью. Нажав на ручку, открывает её и делает приглашающий жест, показывая, чтобы я зашёл внутрь.

Шагнув за порог, останавливаюсь, проходясь взглядом по комнате. Относительно небольшое помещение. Стол, пара стульев и странный аппарат, стоящий около стены. Что-то вроде лежанки под углом, на основании. С шарнирами, чтобы можно было менять угол наклона. Плюс два человека. Мужчина лет сорока с небольшим лишним весом. И стройная блондинка во фривольном платье.

Сзади захлопывается дверь и мужчина сразу же начинает говорить.

— Вы не беспокойтесь, юноша. Процедура абсолютно безболезненна и вам не повредит. Может быть даже наоборот, вылечит.

На последней фразе издаёт короткий смешок, а я уточняю.

— Могу я узнать, от чего именно вы меня лечите?

Тот с деланным удивлением заглядывает в бумаги, лежащие на столе.

— Ну как же. От навязчивых идей, расстройства рассудка и как итог, раздвоения личности. Тут написано, что вы придумали себе крайне яркую жизнь, в которой стали нищим из трущоб Каледа, владеющим магией. Надо сказать, впервые вижу такую красочную фантазию. Первичный осмотр проводили наши коллеги и они оставили детальное описании вашей истории болезни, которое я успел изучить. Признаюсь, поражён. Там и призванный, которые владеет каким-то уникальным навыком, и масса половых партнёров. Начиная с виконтессы и заканчивая отпрысками влиятельных семей.

Мрачно смотря на него, задаю новый вопрос.

— Вы сейчас наверняка ещё скажете, что и на Ларэде я не был. И императора никогда не встречал.

Тот заливисто смеётся.

— Схватываете на лету. Вы заместили свою настоящую личность придуманной, чтобы спрятаться от серой действительности. И справились с задачей настолько эффективно, что забили своё истинное «Я» очень глубоко. Да так, что оно полностью потеряло контроль над происходящим.

Усмехнувшись, качаю головой. Не знаю, чего он добивается, но звучит пока весьма занятно. Только вот нет у меня никакой другой личности. Никакого настоящего «меня». Я Архос Лэрн из Каледа. Выпускник дома призрения, бывший узник «Ночного Озера» и человек, который смог выбраться из трущоб. Почти смог. Потому как даже каледские трущобы были получше, чем это учреждение.

— И кто я по-вашему такой?

Мужчина снова заглядывает в записи.

— Зовут вас действительно Архос. Только совсем не Лэрн. Архос Маннир. Торговец пряностями из южных королевств. Есть своя лавка в Каледе, жена и маленький ребёнок. Супругу зовут Тарнией, а дочь Сэллой.

Подняв на меня глаза, интересуется.

— Не помните?

Стиснув зубы, отрицательно машу головой. Вот же ублюдки. Детально проработали свою версию. Настолько, что если бы я не был уверен, сам задумался — а существует ли вообще Архос Лэрн или мне всё это привиделось?

Мой собеседник ещё раз заглядывает в бумаги и взмахивает рукой.

— Извольте лечь на своё место.

Не двигаясь, прикидываю, что будет, если я просто вырублю его. Охранник скорее всего остался за дверью, его шагов в коридоре я не слышал. Но он не проблема. Вопрос только в том, как быть дальше. Хотя… Может попробовать сменить свою серую форму на его одежду и внаглую выйти через главный вход?

Рассматривающий меня брюнет с брюшком, внезапно начинает смеяться.

— От вас так и несёт агрессией. Хотите напасть на меня? Надеетесь ускользнуть? Может планируете взять меня в заложники?

В порыве смеха бьёт кулаком по столу.

— Советую вам оставить свои фантазии. Не сможете ко мне даже прикоснуться. Вы то не владеете магией, но она всё равно существует. Без специального артефакта у вас не выйдет пройти сквозь щит, что меня прикрывает. А теперь повторю команду — займите своё место.

Двигаться я не собираюсь. Но ноги сами несут вперёд, под довольную усмешку мужчины.

— Хорошая нотная комбинация, правда же? Очень помогает со строптивыми пациентами.

Укладываюсь на странную лежанку и он фиксирует руки и ноги ремнями.

— К слову, я же не представился. Крайне невежливо с моей стороны. Марн Саннок — маг и доктор в одном лице. Думаю, вы и сами оцените мой профессионализм.

Что-то крутит в районе моего черепа и отступив в сторону, с усмешкой смотрит на меня.

— Приступим. Надеюсь, это пробудит ваши реальные воспоминания.

Мрачно смотрю на него в ожидании худшего. А потом мир подёргивается туманом. Фигуры Марна и девушки постепенно расплываются, исчезая за дымкой. Пытаюсь напрячься, чтобы удержать их в фокусе, но ничего не выходит. Какое-то время просто лежу, окружённый со всех сторон плотным облаком.

Не замечаю, в какой момент происходят изменения. Но я перестаю чувствовать ложе под своей спиной и снова могу управлять конечностями и телом. Хотя нет, не могу. Просто всё чувствую, пока шагаю по улицам…Каледа?

Странно, но места кажутся знакомыми, хотя в эти кварталы я обычно не совался. Слишком далеко от Горницы. Благополучный район города, в котором живут относительно зажиточные семьи.

Сталкиваюсь со стройной светловолосой девушкой, которая тащит небольшую корзину с фруктами. Вот мы уже вместе собираем их с земли, обмениваясь шутками. А потом идём по городу, я провожаю её домой. Картинка меняется — теперь мы гуляем вдоль набережной, держась за руки.

Пытаюсь отстраниться от всего происходящего. Это просто картинки, которые при помощи неизвестного устройства демонстрирует мне маг. Не знаю, зачем он это делает, но это не может быть правдой! Я даже пробую сказать об этом, а потом и закричать. Потому что то щемящее чувство, которое появилось в груди — оно точно не может быть моим. И я не знал никого похожего на эту девушку. Разве что Кенса чуть похожа цветом волос.

Отвлечься на свои мысли не получается. Одна картинка сменяется другой. Вечерняя прогулка, знакомство с её семьёй, покупаемые цветы, поцелуи. Один набор ощущений сменяется другим, постепенно ломая моё сопротивление. С каждым разом всё сложнее обращаться к своей памяти, противостоя тому, что мне демонстрируют.

Сцена снова меняется. Теперь мы первый раз занимаемся сексом. Я чувствую восхищение самим собой из-за того, что такая красавица раздвинула ноги. А потом огорчение по поводу того, что процесс прошёл слишком быстро. Лёжа в постели, переговариваемся между собой и Тарния подбадривает меня, говоря, что это нормально, если у мужчины долго никого не было. Потом мы снова начинаем трахаться и на этот раз всё затягивается, а во мне просыпается чувство гордости.

И снова секс. Теперь уже не в снятом номере гостиницы, а в доме, который мы только что купили. Я уже близок к концу, когда Тарния внезапно соскальзывает с члена и извернувшись, тянется к нему губами. Отступаю назад — у меня в голове бьётся мысль, что так делают только шлюхи. Но девушка не успокаивается и скоро её губы оказываются на нужном месте, а через секунду я выстреливаю ей в рот, не выдержав новизны ощущений. Эмоции накатывают волной, заставляя кожу покрыться мурашками.

Ещё несколько мгновений и туман рассеивается. И я внезапно вижу блондинку, которая убирает лицо от моего паха, облизывая губы. Не сразу понимаю, что она ещё и голая. А в стороне слышится голос доктора.

— Не волнуйтесь, технически это не измена, а часть терапии. Нам нужно было совместить ощущения в настоящем с чувствами в ваших воспоминаниях. Когда вылечитесь и выйдете отсюда, можете даже не рассказывать вашей жене. Поверьте, мы тоже никому ничего не сообщим.

Скосив на него глаза, возвращаю взгляд на девушку, которая натягивает на себя платье. Невольно задерживаю внимание на её заднице. Очертания ягодиц почти такие же, как у Тарнии.

Встряхнувшись, пытаюсь выкинуть всё произошедшее из головы. Эти трахнутые морсаром ублюдки пытаются влезть мне в голову. Не знаю зачем, но меня пытаются убедить в том, что я реальный психопат. Стереть настоящие воспоминания и заменить их на новые.

Марн Саннок принимается расстёгивать ремни на ногах и с улыбкой замечает.

— У вас ещё хорошая ситуация. Многие из пациентов позавидовали бы такому способу терапии. Прекрасная девушка, никой боли. И весьма неплохие ощущения. Вам же понравилось?

Глядя на него, представляю, как буду забирать его жизнь, выдавливая по капле. Надо быть полноценным садистом, чтобы давить на такие чувства. Я убью этого доктора. Медленно и наслаждаясь каждым рицеровым моментом.

Заметив мой взгляд, он понимающе кивает.

— Сейчас вы наверняка хотите меня прикончить. Но это пройдёт. Когда вы вернётесь в норму, вы скажите спасибо. А уж как будут рады ваша жена и дочь.

Перейдя к ремням на руках, отстёгивает их и отходит в сторону.

— На сегодня всё. Можете идти в свою палату. И постарайтесь вспомнить что-то ещё о своей настоящей жизни. Чем больше воспоминаний будет пробиваться наверх, тем раньше ваша настоящая личность возьмёт верх над выдуманной. А значит вы быстрее покинете наше славное заведение и вернётесь к семье. Выйдите в коридор.

Тело снова действует самостоятельно и через несколько секунд я уже стою в коридоре, лицезрея ту же глыбу мышц, что привела меня сюда. Зевнувший охранник прикрывает рот и машет второй рукой, показывая в противоположном направлении, после чего сам двигается с места. Похоже амбал сам заскучал, ожидая, пока всё закончится.

Не успеваю зайти к себе в палату, как звучит громкий призыв на ужин. На этот раз нам выдают что-то похожее на жареную рыбу. Если это можно так назвать. От кожи остались одни клочья, а мясо изорвано в лохмотья. Условия хранения у неё точно были не самые лучшие.

Внезапно в голове появляется сцена знакомства с родителями Тарнии, у которых тогда тоже была жареная рыба на ужин. На момент погрузившись в воспоминания, сразу же машу головой. Надо игнорировать это морсарово дерьмо. Не дать забраться себе в разум. Я Архос Лэрн. У меня нет жены и нет дочери. Я никогда не торговал специями из южных королевств.

Машинально приканчиваю порцию, не замечая вкуса. И ловлю на себе внимательный взгляд Анза. Обер-лейтенанта заинтересовали изменения в моём поведении? Или он специально приставлен наблюдать за мной и втереться в доверие?

По команде поднявшись из-за стола, шагаю в свою комнату, где опускаюсь на кровать и набросив сверху тонкое одеяло, перевожу взгляд на окно под потолком. Там уже темно, вечер. Это сколько они меня там продержали? Несколько часов кряду? Мне казалось, что прошло намного меньше времени. На соседней лежанке ворочается сосед, а в коридоре звучит громкий вопль.

— Отбой! Время сна! Не разговаривать и не вставать с кроватей. Наказание вы знаете сами — карцер.


Глава VII


Сон упорно не приходит. В крови слишком много адреналина, а из головы не идут образы, которые мне только что показали. Или они и правда всегда были в моей голове? Может я действительно торговец пряностями, свихнувшийся на почве скуки? То, что я видел во время «сеанса», говорит о робком парне, который неопределённо долгое время добивался обычного секса. И считал, что его девушка не должна работать ртом. Что, если я на самом деле такой замкнутый ханжа, который выдумал параллельную личность, чтобы скрасить свою жизнь мечтами?

Сжав руки в кулак, всаживаю ногти в ладони. Морсаров бред! Я Архос Лэрн! И мне нужно отсюда выбраться, пока мозги хотя бы как-то работают. Не знаю зачем они сводят меня с ума, но этот гхаргов выродок Саннок, закладывает образы в мою голову, используя магию. Хочет заместить настоящие воспоминания созданными искусственно.

Думай Арх, думай. Что ты можешь использовать? Как можно выбраться из этой ситуации?

Магию и айван отбрасываю сразу. Сейчас они не работают. Грубую силу тоже приходится исключить. Налаживание контактов с персоналом… Как вариант, но требует слишком много времени. Пока я добьюсь каких-то результатов, у меня мозги совсем спекутся.

Что тогда? Оружия у меня тоже нет. Есть шанс украсть ложку и превратить её в соответствующий инструмент. Но какой от этого прок? Максимум, я смогу прирезать нескольких безоружных охранников. А если сразу нарвусь на мага, вроде того доктора, что был сегодня, то и этого сделать не получится.

Стоп. Фарна. Она говорила, что каждый иннорец развивает свою жизненную силу. Даже те, кто не используют магию. И это даёт их воинам серьёзные бонусы во время боя. Настолько, что схоры до сих пор не могут сломить сопротивление кланов архипелага.

На заднем фоне мелькает мысль, что всё это может быть неправдой и не факт, что Айвендо вообще существует в реальном мире. Приходится потратить несколько секунд, чтобы подавить её. Потом концентрируюсь на своих ощущениях. Пытаюсь представить свою ауру и каким-то образом задействовать её. Да, Фарна говорила, что островитяне обучаются этом с детства. Но у меня есть призрачный айван. Думаю, это должно сильно облегчить процесс. Надеюсь настолько, что я приду к какому-то результату раньше, чем и правда сойду с ума.

Как мне кажется, за этим занятием я провожу несколько часов. Правда результата так и не добиваюсь. Один раз кажется, что перед глазами мелькают очертания ауры соседа. Но во-первых, в этот момент мои глаза закрыты. А во-вторых, когда я их открываю, его слепок жизненной энергии моментально пропадает. Возможно мой уставший мозг просто попытался обмануть меня, подсунув «результат».

В процессе попыток появляется сонливость. А потом я и вовсе отключаюсь, крепко заснув.

— Подъём, рицеровы мешки с дерьмом! Время завтрака!

Голос старшей сестры действует, как ведро ледяной воды. Хочется вскочить и бежать. Желательно прямо на неё и с чем-то острым в руке, чтобы навсегда заткнуть рицерову жирную суку. К сожалению, этот акт мести приходится отложить. Пока же поднимаюсь с постели и сунув ноги в тапки, шагаю к двери. Около неё задерживаюсь, опустив глаза на свои ноги. Вчера тут тоже были тапки? Я ведь вроде был в ботинках. Или нет?

Выругавшись про себя, открываю дверь, направляясь на завтрак. Еда всё такая же отвратительная. Разница в том, что теперь я чувствую настоящий голод, из-за чего быстро опустошаю свою миску и сижу на месте, дожидаясь остальных. Вот Снэр оказывается не таким проворным и повторяется вчерашнее представление с бросанием мисок на пол. Любитель льда молча смотрит на охранника рыбьими глазами, чем приводит того в состояние бешенства.

— Не смотри на меня, вшивый гхаргов ублюдок! Ещё раз зыркнешь и тебя отделают так, что ещё нескоро себя вспомнишь. Ясно?

Мне кажется, парень так и будет разглядывать его, но в конце концов тот кивает. Чем охранник и удовлетворяется, сразу же принявшись орать о том, что наступило время прогулки.

Выйдя в сад, усаживаюсь на траву и скоро рядом опускается Анз. Глянув на меня, интересуется.

— Ну как? Тебе же вчера проводили терапию?

Вопрос вызывает ворох воспоминаний, от которых я хочу избавиться. Поток образов заставляет поморщиться и я поворачиваюсь к бывшему офицеру, собираясь рассказать ему всё, что я думаю о «методах лечения». Но сразу же осекаюсь. Что если он подсадная утка? Приставлен наблюдать за мной, чтобы отслеживать прогресс изменения психики.

— Проводили. Пока живой.

Военный понимающе усмехается.

— Что, уже пошли параноидальные мысли? Я весь первый год тоже подозревал остальных. Думал, что они следят за мной. Даже начистил пару морд.

С кислой миной оглядев сад, добавляет.

— А сейчас понял, что тут либо психи, либо случайные люди, которых таковыми делают. За три года отсюда вышло не больше полусотни человек. С самыми простыми случаями.

Пока слушаю его, в голову оформляется новый вопрос.

— Почему они тебя тут держат? Ты ведь нормальный. И был таким с самого начала.

Лейтенант срывает травинку, принявшись отрывать от неё кусочки.

— Тот полковник. Ты же понимаешь, что будь он из простой семьи, то пошёл бы под трибунал и с ним разобрались без моего участия. Меня прикрыл генерал, который по слухам сам его чуть не прикончил. Но ограничился сломанной рукой.

Чуть помолчав, рассказывает дальше.

— Проблема в том, что семья полковника никуда не пропала. Они ждут, пока я выйду из лечебницы, чтобы возобновить следствие.

Удивлённо смотрю на него.

— Если трибунал признал, что ты прикончил того урода в невменяемом состоянии, как они могут снова открыть дело?

Армеец грустно машет головой.

— Всё не так просто. Меня сочли временно помешавшимся после убийства полковника. Мол, нельзя судить кадрового военного в таком состоянии. Шаткое основание, но у генерала как-то получилось всё организовать. Выйду отсюда и снова пойду под суд. На этот раз меня уже никто не прикроет. Так что придётся торчать здесь до скончания времён. Или до момента, как семью этой рицеровой сволочи вырежут и про меня все забудут.

Мрачно хмыкнув, тоже срываю травинку. Интересная у него ситуация. Я бы сказал, без большого количества вариантов. Сам военный снова начинает говорить.

— Так, что с тобой делали? Мне вот пытаются снизить уровень агрессии. На бумаге. Но процедуры всё равно проводить нужно — персоналу требуется отчитываться. Знаешь, весь смех в том, что они только добавляют депрессии и желания наброситься в один прекрасный момент на охрану, чтобы всё закончилось.

Пожимаю плечами.

— Мне пытаются подменить воспоминания. Говорят, я придумал себе какую-то личность, которая заместила настоящее сознание. Бред.

Несколько секунд молчим, а потом я усмехаюсь.

— Вот процесс «лечения» тебе наверняка понравился бы. Стройная блондинка, которая сначала прыгает на тебе, а потом сама насаживается ртом, чтобы ты закончил ей в глотку. Наверное не самый худший из возможных вариантов.

Глаза Анза удивлённо расширяются. Печально качая головой, озвучивает свою мысль.

— Может мне тоже придумать себе какую-то личность? Я бы не отказался от стройной блондинки, готовой на всё.

— Не факт, что тебя устроили бы последствия. Полное стирание старой памяти, это так себе результат.

Тот фыркает.

— Серьёзно? Армейские друзья мертвы. А больше у меня никого нет. Рождён шлюхой в армейском борделе. Воспитывался в военном сиротском доме, а в шестнадцать угодил на курсы офицеров. Повезло с отметкам по учёбе — туда отправили всего пятерых. Остальные пошли служить рядовыми, став пушечным мясом. В принципе большой разницы нет, но у офицера шанс выжить немного выше.

Заметив моего соседа по палате, который с отсутствующим видом пялится на стену, кивает в его сторону.

— А с этим что? Рассказывал?

Пару секунд раздумываю. Но определяюсь быстро. Во-первых, он не просил держать свой диагноз в тайне. Во-вторых, скоро тут и так все будут в курсе.

— Впадает в беспамятство по ночам и крушит всё вокруг стихийной магией. Замораживает, если быть точным.

Экс-офицер задумчиво хмыкает.

— Убил кого-то?

— Студентов в заведении, где учился. Говорит, прикончил десятка полтора человек.

Феррон чуть более внимательно рассматривает парня.

— Интересно. А где именно, не говорил?

Прокручиваю воспоминания, но места учёбы Снэр вроде не называл, так что я отрицательно качаю головой.

На этом беседа заканчивается. Ещё какое-то время сидим в траве, постепенно обрывая её вокруг. Недолго бродим по саду, разминая ноги. И отправляемся внутрь после крика охранника.

Дальше всё по расписанию — несколько часов в постели, которые я провожу за попыткой достучаться до своего айвана. Отсутствие результата не раз наталкивает на мысль остановиться, но я каждый раз вспоминаю слова Айвендо. Если их воины научились использовать свою жизненную силу, без струны и магического таланта, значит это возможно. И оставляет надежду, что в результате я смогу как-то достучаться до своей силы. Не совсем представляю, что я буду делать потом. Но для начала надо получить возможность что-то предпринять, а потом уже выстраивать детальный план действий.

После обеда меня снова ведут на «терапию». Охранник другой, а вот комната и доктор те же. Только на этот раз, кроме него в кабинете никого нет. Во всём остальном схема «лечения» не отличается — маг использует нотную комбинацию контроля и ведёт меня на ложемент, пристёгивая ремнями. Дико бесит тот факт, что теперь я даже не вижу магических символов. Невозможно понять, когда кто-то поблизости использует магию.

Пока морсаров ублюдок настраивает аппарат, думаю о том, что стал критично зависеть от магии. Сложно представить, как я раньше обходился без айвана и нотных комбинаций. Хотя, в те времена и угрозы были совсем другими. Парни Дайла, да редкие «мундиры». Если подумать, то теперь среди моих противников сам император, плюс его стэрс, стоящий во главе заговора.

Последняя мысль заставляет истерически рассмеяться, на что доктор Марн взирает с некоторым удивлением. Но причину веселья не уточняет, молча запустив свою технику.

Снова молочный туман, за которым постепенно скрывается всё меня окружающее. И сцены, идущие одна за другой. Только теперь не с моей «женой». Первое, что показывают — новорождённого ребёнка, которого мне демонстрирует женщина в белой форменной одежде. Внутри разливается чувство счастья, которому я изо всех сил стараюсь противостоять. Это не мой ребёнок! У меня вообще нет детей!

Картинка переключается и я оказываюсь в доме. Всё та же блондинка, качающая колыбель. А вот я уже сам её раскачиваю, улыбаясь девочке. Встаю ночью, потому что она проснулась и орёт на весь дом. Сонный плетусь утром в свою лавку, раздумывая, что надо бы купить супруге подарок, потому что она слишком вымоталась за последнее время.

Противостоять «воспоминаниям», которые лезут в разум сложно. Чем дольше я здесь нахожусь, тем тяжелее пробиться к своей реальной памяти.

Следующая сцена — первый самостоятельный шаг Сэллы. Потом первое, сказанное слово. Внутри столько радости и восторга, что он сносит барьер, который я отчаянно пытаюсь выстроить. И меня поглощает водоворот событий. Картинки сменяются не так часто, становясь более детальными. Вот я пытаюсь научить дочь читать. А когда заканчиваем занятие, рассказываю о своей работе. Гуляю с ней по какому-то парку. Наблюдаю, как она играет на лужайке, пока я общаюсь с другими родителями.

Магазин детских игрушек, в котором она радостно тычет пальцами в каждую вторую, твердя, что ей это обязательно нужно. И я трачу около двадцати ларов, чтобы её не расстраивать. Визит к родителям жены, которые заваливают внучку подарками. И моё глухое раздражение по этому поводу — сам я такого приобрести не могу.

Погрузившись в каледойскоп событий, забываю обо всём остальном. Выныриваю из этого состояния, только когда туман исчезает и вокруг снова появляются очертания кабинета.

— Господин Маннир? Вы уже с нами? Или понадобится ещё пара сеансов?

Выдохнув, пытаюсь унять быстро бьющееся сердце. В голове настоящая каша. Настолько, что первые несколько секунд я искренне сомневаюсь, как ответить на его вопрос. Но всё-таки выдавливаю из себя слова.

— Я Архос Лэрн. Из Горницы.

Саннок разводит руками, показательно вздыхая.

— Значит потребуются ещё сеансы. Жаль, я надеялся, что всё можно решить быстро. Но ваша придуманная личность оказалась слишком сильной.

Скосив на него глаза, мрачно интересуюсь.

— Зачем вам это? Хотите свести с ума свидетеля и представить меня императору, как психа? Но в этом нет логики — он знает, что я проник на территорию резиденции при помощи магии. И никогда не поверит, что на это способен лавочник, не располагающий струной.

Марн ласково улыбается в ответ.

— Вы снова цепляетесь за свои придуманные образы? Зачем? Неужели не хочется вернуться домой, к жене и дочери? Снова жить нормальной жизнью?

Сжав зубы, молчу. Во-первых, его вопрос вызывает у меня разнонаправленные эмоции — лучше заткнуться, чтобы не ляпнуть чего-то лишнего. Во-вторых, как бы я не ответил, он всё равно развернёт это в свою пользу.

Доктора моё молчание не смущает. Подойдя вплотную, тихим голосом излагает.

— Давайте попробуем рассуждать логическим путём. Предположим, что вы и правда нищий, который вырос в трущобах. Наткнулись на аристократку, которая сбежала из дома и её пытаются ограбить. Вмешиваетесь, после чего получаете от неё весьма странное предложение о работе. После чего не раз трахаете её в подобии дешёвой гостиницы. Пусть. В это ещё можно поверить. Но потом вы сталкиваетесь с императорским стэрсом. Как считаете, часто они привлекают для выполнения своих задач нищих из трущоб? А дальше? Натыкаетесь на призванного с уникальным даром. Про всё остальное я и вовсе молчу. Череда любовных связей с девушками, половина из которых относятся к высокородным. Боевой механоид, что каждую секунду хочет секса. Ларэд. Цитадели схоров. Это совсем ни в какие ворота не лезет. Отдаю должное вашей фантазии, но реалистичностью тут и не пахнет.

Слова врезаются в моё сознание. Сопротивляться давлению сразу после сеанса, сложно. Практически невозможно.

— Что вы сделаете, когда закончите лечение?

Не узнаю свой собственный голос — он звучит не так, как обычно. Похож на тембр, которым я говорил, пока был внутри «воспоминаний».

Мужчина всплёскивает руками.

— Конечно отпустим вас домой. Но перед этим придётся полностью уничтожить созданную вами личность. Нельзя снова дать одержать ей верх, правильно? Иначе вы в один прекрасный день можете вспороть живот своей собственной жене, приняв её за угрозу.

— А это возможно?

Наклонившийся ко мне Марн, участливо интересуется.

— Что именно? Стереть вашу вторую личность — безусловно, да. Это не первый такой случай в моей практике. Если вы говорите про свою жену, то такой вариант тоже допустим.

На секунду замолчав, добавляет.

— Кстати. Может быть вы хотите её увидеть? У нас допускаются свидания, если они способствуют излечению. Я могу организовать.

С трудом сдерживаюсь от того, чтобы сказать «да». Для того, чтобы молча помахать головой, приходится приложить немало усилий. Саннока отказ не расстраивает. Всё тем же тоном продолжает.

— Значит в следующий раз. Может быть завтра. Или послезавтра.

Расстегнув ремни, кивает в сторону двери.

— На сегодня всё. Возвращайтесь в свою палату.

Ватные ноги доносят меня до двери и я медленно бреду по коридору, подгоняемый охранником. Кто я? Лэрн или Маннир? Почему то, что мне показывают, кажется таким реальным?


Глава VIII


Не успеваю добраться до своей комнаты, как слышится призыв к ужину. Уже опустошив миску, понимаю, что даже не разобрал, чем нас в этот раз кормили. Судя по отсутствию костей, точно не рыбой. Хотя, какая разница? Что бы тут не подали, в любом случае это лютое дерьмо, которое в большинстве случаев не стали бы есть даже каледские бездомные.

Рухнув на кровать, снова пялюсь в окно под потолком, пытаясь уложить всё в голове. Кто я? Как разобраться, где правда?

Когда понимаю, формат озвученного вопроса, не выдержав бью кулаком в стену. Ноют сбитые костяшки, а в коридоре замирает охранник шедший мимо. Через секунду открывает дверь в нашу комнату, заглядывая внутрь. Убедившись, что оба пациента на своих местах, снова захлопывает её, вернувшись к обходу.

Я же подавляю желание осыпать стену новой серией ударов. Морсаровы ублюдки! Жена, ребёнок. Да ещё и настолько реалистично. Мне даже кажется, что в голове начинают пробуждаться воспоминания о дочери. А потом и о моей супруге.

Нет! Не было у меня жены! И лавки. Тем более, дочери! Не знаю, зачем они потрошат мой мозг, но это всё ложь!

Пробую сконцентрироваться на ощущении своего жизненного слепка, но мысли снова срываются на сегодняшний сеанс. Ради всех болотных гхалтов, почему они выбрали именно такой способ? Неужели нельзя было просто сдирать с меня по кускам кожу, получая нужные сведения? Там я хотя бы знал, что происходит и мог точно обозначить роли всех присутствующих. А тут… Доктор, который якобы может устроить мне свидание с семьёй. Другие пациенты, по которым не понять, то ли они подставные, то ли настоящие. Может всё это заведение, одна большая выдумка?

Оживляю в голове образы Эмили, Цзеры, Сэмсона. Потом вспоминаю Сталру и Л'заллу. Получается плохо. Тускло, серо, почти без эмоций. Как будто я думаю о чём-то происходившем десятки лет назад. Или истории, рассказанной приятелем? Зато стоит представить себе «жену» и перед глазами появляется наполненная красками картина. Которая ещё и вызывает бурные эмоции.

Хочется выть и кричать, разнося всё вокруг в клочья. Может так и сделать? Если меня засунут в карцер, это избавит от необходимости посещать сеансы? А что, если я прикончу охранника? Должно ведь быть за это какое-то наказание?

Стараясь не сорваться на крик, приподнимаюсь в постели, спуская ноги на пол. И застываю в такой позе, уставившись на своего соседа. Причина очень проста — я вижу его ауру. Не как раньше — цвета отображаются блеклой дымкой. Но сам факт того, что я могу рассмотреть его жизненную энергию, поражает.

Губы сами разжимаются в усмешке. Теперь посмотрим, кто кого, рицеровы дети! У меня перед глазами подтверждение того, что я на самом деле Архос Лэрн. А вы со своими придуманными историями, можете отправляться в Бездну, как сказал бы Сэмсон.

Осторожно сдвигаюсь назад, прижавшись спиной к стене и приступаю к тренировкам. Основная задача — получить возможность использовать свою собственную ауру, как оружие. Второстепенная, более чётко различать оттенки чужой жизненной силы.

Если второй вопрос постепенно решается — слабая цветная дымка ауры Снэра по мере моих усилий становится слегка более насыщенной, то вот с первым возникает проблема. Сколько ни стараюсь, никак не получается сформировать даже простенькую «иглу», не говоря уже о полноценном «гарпуне». Впечатление, что я просто не могу ничего сделать со своей собственной энергией и она мне больше не подчиняется.

Ближе к середине ночи, делаю очередную по счёту попытку сварганить хотя бы какое-то подобие оружия. Двухсотую. А может и трёхсотую, я уже давно перестал считать.

В процессе, голову посещает внезапная мысль. Раз на меня наложены ограничения, может быть стоит изменить объём прилагаемых усилий? Решив попробовать, стараюсь направить едва ли не всю свою жизненную силу на формирование одной несчастной «иглы». Десять секунд, двадцать. Собираюсь снова прерваться, но тут происходит нечто неожиданное. Нет, «игла» не появляется. И я не получаю назад всю мощь своего айвана. Ситуация схожа с той, что произошла в доме преподавателя Скарно. Моё сознание отделилось от тела — я вижу себя со стороны.

Разница в том, что тогда я представлял собой бесформенный шар энергии, что мотался под потолком, лишённый зрения и других способов контакта с окружающим миром. Сейчас я напоминаю странный, вытянутый в длину сгусток, у которого сходу присутствуют глаза. А из центра тянется нить, что связывает меня с телом. Рук правда нет, что непривычно.

Стоит об этом подумать, как из условных «плечей» вырастают отростки, напоминающие конечности. Даже мини-пальцы появляются, формируясь прямо на глазах. Не успеваю удивиться, как обращаю внимание на факт, который изумляет меня куда сильнее.

Теперь я вижу энергию, как раньше. Пожалуй даже лучше, чем когда оценивал её при помощи айвана. Все оттенки, до мельчайших деталей, объём цветов, динамику изменений. В стенах проглядываются сгустки силы, которые скорее всего являются артефактами. А вдали серым цветом светится стена, окружающая лечебницу. Я могу рассмотреть даже отблески второго барьера, стоящего за ней.

Первым делом пробую выпустить «иглу» и у меня это получается. Чуть не всаживаю её в соседа по палате, но вовремя останавливаюсь. Парень ни в чём не виноват, да и его гибель точно привлечёт ко мне внимание. Перед тем, как начать действовать, нужно собрать больше данных.

Ещё несколько экспериментов с «оружием», дают понимание, что в этой форме я могу практически всё, что и раньше. Дальше экспериментирую с максимальной дальностью удаления от тела. Добравшись до стены, оглядываюсь на своё тело, неподвижно застывшее на кровати. Внутри проглядывают цвета ауры. Отталкиваясь от этого и нити, которая связывает меня с ним в любой момент можно вернуться. Конечно, было бы лучше, лежи я в кровати. Если кто-то из охраны увидит рассевшегося на постели пациента, то боюсь он решит это пресечь, что может привести к непредсказуемым последствиям.

Какое-то время обдумываю идею вернуться назад и лечь под одеяло, после чего снова вырваться из плоти в виде призрака. Останавливает предположение, что я не смогу повторить успех. А значит придётся отправляться ещё на один сеанс. После которого мой разум может оказаться в каком угодно состоянии. К тому же, Марн может что-то заметить, что тоже не сулит ничего хорошего.

Мой мыслительный процесс тут же подмечает ещё один момент — действовать надо сегодня же, по максимуму используя ситуацию. Придя к этому выводу, разворачиваюсь и решительно пролетаю через каменную стену.

Как скоро выясняется, если уменьшить масштабы моего «призрачного тела», то я могу удаляться на весьма большое расстояние. К этому варианту приходится прибегнуть, когда я долетаю до пустой сейчас столовой. Дальше начинает чувствоваться натяжении нити и приходится удлинять её за счет жизненной энергии, из которой сформирован сам «призрак».

Дважды натыкаюсь на охранников, но они вполне предсказуемо меня не замечают. Вот от артефактов, которые мерцают в стенах стараюсь держаться подальше. Возможно они никак не среагируют на контакт, но могут и поднять тревогу.

Покрутившись в столовой, принимаюсь за исследование прилегающей территории. Везде одно и тоже — палаты, в которых спят пациенты и длинные коридоры. Плюс десяток помещений, предназначенных для проведения процедур. Ничего, что могло бы помочь мне сбежать отсюда. Пролетаю через каменную стену и внезапно попадаю в ещё одну столовую. Значит здесь не одно крыло?

Быстрый осмотр показывает, что в этом секторе содержатся совсем другие пациенты. Судя по тому, что все они спят, прикованные цепями к кроватям, более опасные. Охраны куда больше и все ходят с дубинками на поясе. Уже собравшись лететь назад, обнаруживаю спуск вниз и притормаживаю около него, сам не понимая, что привлекло моё внимание.

Потом осознаю — оттуда веет чем-то странным. Лёгкая чёрно-фиолетовая дымка, что тает в воздухе. Какое-то время колеблюсь, но в конце концов начинаю спускаться вниз. Если это побочный эффект ауры человека, я обязан её увидеть.

По мере того, как пролетаю над ступеньками, дымка становится всё плотнее. Встречаются целые клочья тёмного тумана. Пробую поглотить один из них и радостно осознаю, что у меня выходит. Как итог, совмещаю спуск вниз с пожиранием чужой энергии. Наконец оказавшись внизу, вижу мощную металлическую дверь, из-за которой всё это и летит.

Что за монстр там сидит? Может лучше не стоит лезть?

— Очередной этап терапии, доктор Марн? Решили подразнить меня возможностью сбежать, а потом объявить это галлюцинациями?

Голос глухо доносится из-за металла и в нём отчётливо чувствуются нотки сарказма. Потом до меня доходит — он же видит меня. Или чувствует. Но как?

Решительно рванувшись вперёд, прохожу через сталь двери и останавливаюсь сразу после неё. Небольшой каменный закуток, где в качестве источника света выступает крохотный тусклый шарик в потолке. А в углу скорчился мужчина с длинными, спутанными волосами. Зыркнув в мою сторону, гремит цепями, в которые закован, меняя положение тела.

— Ну и зачем? Так себе соблазн — сейчас я не смогу поглотить даже такого слабого призрака. Или вы перешли к чистым издевательствам? Схэсс всё-таки решил поставить крест на получение сверхмощи?

Как ему ответить? Призраки же могут говорить? Значит и у меня должно получиться. Наверное. Пробую что-то сказать и с третьей попытки, слова действительно вырываются наружу. По-моему, у меня даже какое-то подобие рта формируется под глазами. Со стороны наверное смотрюсь, как какая-то безумная химера, созданная первокурсником. Только из призрачной энергии.

— Кто ты такой? При чём тут император?

Оживившийся мужчина придвигается чуть ближе, пристально вглядываясь в меня.

— Он ещё и разговаривает. Шикарный ход. Но от меня вы всё равно ничего не добьётесь.

Возникает желание длинно и грязно выругаться, но вместо этого озвучиваю совсем другое.

— Меня никто не присылал. Я такой же пациент, как ты, которого каждый день пытает Саннок. Всё, чего я хочу, выпотрошить эту морсарову тварь и сбежать отсюда.

Тот несколько секунд раздумывает, глядя на меня.

— Пациент? Да ещё такой же, как я? Тебя сюда тоже засунул местный император?

Вопрос вызывает невольный смех из-за чего собеседник удивлённо морщится.

— Ты не поверишь, но он самый. На пару с одним из своих стэрсов, который возможно уже давно мёртв.

Неизвестный молча сидит в своём углу, о чём-то задумавшись. Пытаюсь поторопить его.

— Слушай, я не могу торчать тут всю ночь. Ещё один сеанс у Марна мои мозги не выдержат. Если собираешься дальше мрачно молчать, ворочаясь в цепях, то я полетел дальше.

Вскинув голову, морщится. И наконец начинает говорить.

— Хорошо. Предположим, что всё тобой сказанное, правда. На что ты способен?

Вопрос на мгновение ставит в тупик.

— Пока не знаю. Но точно могу пожирать энергию, что отваливается от тебя.

За время, проведённое в его «камере», я успел поглотить несколько десятков разноформатных клочьев тумана, что дало возможность немного увеличиться в размерах.

— Ты призрак? Или сумел оторваться от своего тела?

Его познания в области использования айвана несколько напрягают. Тем не менее, этот мужик в цепях и явно не отличается от меня статусом. Скорее наоборот — его жизнь куда более сурова.

— Второй вариант. Раньше я подобного не проворачивал, но как выяснилось, могу и такое.

Мгновение тот раздумывает. Потом встаёт, демонстрируя тощее тело в лохмотьях.

— Раз так, ты можешь освободить меня. И себя. Да и всех остальных. Просто подключись к моей ауре. Я не вижу её, но ты можешь использовать. Как только наберёшь достаточно энергии, раствори мои блокираторы магии и выжги отраву в крови. Я помогу разнести это место по камешкам.

Приглядываюсь к его слепку жизненной силы и меня охватывает изумление. Перекрученные спирали спрессованной чёрно-фиолетовой энергии, вращающиеся внутри тела. В свою очередь окружённые жизненной силой в другом формате. Суть в том, что уровень концентрации у неё просто безумный. Складывается впечатление, что в нём собрали энергию нескольких сотен человек. Или тысяч. А то и десятков тысяч. Не удержавшись, озвучиваю это.

— Впервые вижу такую ауру. Кто ты такой?

Сначала смеётся, подняв голову к потолку.

— Они так долго пытались вытравить мою реальную память, что сейчас я удивлён вопросом. Я Стив Баггот. Тот, кто попал сюда вместе с человеком, что сейчас правит вашей империей. И уже несколько сотен лет сижу в этом подземелье.

Пытаюсь осмыслить его слова. «Попал сюда вместе с человеком, который правит империей»? Получается, что…

— Ты иномирец? Император тоже?

Снова хохочет и звук отражается от стен крохотной комнатушки.

— Как мало ты знаешь о собственном мире, малыш. Могу я тебя так называть? В конце концов, я тут уже больше пяти веков. Ты всяко моложе.

Где-то я уже слышал эту фразу. Про пять веков. Точно! Аврон.

— Что случилось? Почему ты угодил сюда пятьсот лет назад? И как с этим связан император?

На этот раз больше не смеётся, мрачно уставившись на меня.

— Ты на самом деле ещё не понял? Тот, кто правит вами — один и тот же человек. Убивающий своих детей и пожирающий их силу. Принимающий разные обличья, но остающийся неизменным. Мы угодили сюда вместе. И у нас была договорённость — я не лезу во власть, а он не мешает мне искать путь обратно. И я был близок к тому, чтобы найти его. Путь. Но меня заманили в ловушку и бросили сюда!

Укладываю в голове факты, постепенно осознавая всё, что мне изложил странный узник. Все правители династии Схэсс — один и тот же человек, который меняет свой внешний вид? И он очутился в империи вместе с этим иномирцем. Причём, судя по его словам, более пятисот лет назад. Потому что человек напротив меня, ещё какое-то время спокойно орудовал, пробуя найти обратную дорогу.

Кто там жаловался на засилье гостей из другого мира? Л'залла? Тогда нам были известно трое таких. Теперь их уже пятеро. И один из них, веками правит Норкрумом.

Помимо шока, слова Баггота приводят к ещё одной реакции — у меня появляется вполне логичный вопрос, который я немедленно озвучиваю.

— Зачем тебя заточили сюда? Почему не убили или не использовали в своих целях?

Стив Баггот заходится тихим смехом.

— Когда мы оказались в новых телах и получили второй шанс, у каждого проявились способности. У Рэна одни, у меня другие. Как мне кажется, схожие с твоими, только многократно сильнее. Он может прикончить меня, но тогда я останусь в виде призрака и завладею новым телом. Единственный вариант — если я сам сдамся. Добровольно. И прекращу сопротивляться.

Скривив губы, продолжает.

— Поэтому он нанял доктора Марна и пытается залезть в мой разум, чтобы я опустил руки. Перестал биться за свою жизнь. Позволил стереть мои настоящие воспоминания и заменить их другими. Знаешь, что тогда произойдёт? Я не смогу использовать свои ресурсы, потому что стану другим человеком. Но моя сила никуда не денется. Он сможет поглотить её и засунуть в свой долбанный артефакт, откуда черпает мощь. Рэн уже давно об это мечтает. И у него целая вечность, чтобы получить желаемое.

Размышляю над следующим вопросом, но иномирец снова начинает говорить.

— Так ты зачерпнёшь моей мощи? Может попробуем покинуть это место вместо того, чтобы просто болтать? Я не стану сопротивляться — сможешь использовать её по полной.

Смотря на него, вспоминаю Авра. Тот тоже просил моей помощи. А потом едва не убил. Правда, ситуация сейчас совсем иная — я сам в фактическом заточении. Как и этот мужчина. Определившись, на всякий случай уточняю.

— Что произойдёт со мной, когда я коснусь твоей ауры?

Пациент иронично вздыхает.

— Сожру тебя, конечно. Как же ещё? Ты видишь сколько в меня запихнули артефактов? А яд в крови? Если бы я мог, хотя бы немного управлять своей силой, давно выбрался отсюда.

Тщательным взглядом прохожусь по его ауре. Действительно обнаруживаю там артефакты. По сути, весь его позвоночник превращён в блокиратор магии. Череп тоже заполнен непонятным веществом. Плюс, сгустки чужеродной энергии в коленях и костях рук. Получается разглядеть и отраву, циркулирующую в крови. Подобие мелкой пыли, что плавает внутри слепка жизненной энергии, поблёскивая белым цветом.

Решившись, формирую «гарпун» и вгоняю её в ауру Баггота.


Глава IX


Начав выкачивать жизненную силу узника, понимаю, что ощущения отличаются от обычных. То ли из-за того, что я сейчас нахожусь в призрачной форме, то ли из-за специфики ауры «донора». Но и эффект проявляется практически сразу же. Я серьёзно увеличиваюсь в размерах и…появляется чувство, что при желании могу разнести всё это здание по частям.

Проходят какие-то десять секунд и я внезапно понимаю, что не могу контролировать поток поглощаемой силы. Она хлещет без всяких ограничений, щедро вливаясь в меня.

— Бери, парень! Забирай сколько нужно! Всё тебе в любом случае не освоить. Только не поддавайся инстинктам — помни, что меня надо освободить, а не просто уничтожить всё, что видишь.

Хочу ответить ему, дав знать, что потерял контроль над потоком энергии. И понимаю, что даже говорить под таким напором энергии сложно. Сила продолжает заливать меня, захлёстывая с головой и разливаясь по ауре. А желание обрушиться всей своей мощью на врагов, становится всё сильнее. Это влияние его странной чёрно-фиолетовый энергии? Мог бы заранее предупредить о побочных эффектах.

Есть и плюсы — в его ауре столько концентрированной силы, что кажется, я могу подпитываться практически бесконечно.

Это последняя осознанная мысль, которая мелькает в моей голове. Спустя секунду сознание захлёстывает волна ярости. Сейчас у меня хватит сил, чтобы дотянуться до каждого в этой морсаровой лечебнице и заставить их страдать. Убить рицеровых ублюдков. Забрать их жизни, наслаждаясь ужасом! Вот, чего я хочу.

Пролетев через металлическую дверь, поднимаюсь наверх, оказавшись в коридоре. Теперь ко мне тянутся две нити. Одна, оранжевого цвета, ведёт к моему телу. Вторая, больше похожая на трубу, через которую хлещет мощный поток воды, протянута к Багготу.

Выстреливаю «гарпуны», всадив их в ближайшие силуэты охранников. С искренним удовольствием пожираю их слепки жизненной силы, хорошо чувствуя ужас и страх, которые охватили этих парней перед смертью.

Лечу дальше, убивая всех служащих, которых вижу. Хватает нескольких секунд, чтобы отправить на тот свет всю охрану этого блока. Пройдя через стену, оказываюсь в своём. На этот раз мощи хватает, чтобы выпустить несколько десятков «гарпунов», разом забрав жизни всех охранников, которые дежурили здесь.

Кружа в воздухе, смутно вспоминаю просьбу Стива, чью силу сейчас использую. Он просил избавить его от артефактов и отравы в крови. Едва не поворачиваю назад, но потом вспоминаю о своём собственном теле. Сначала оно. Я хочу вернуть свою плоть.

Рывок вперёд и я оказываюсь в своей палате. Поднявшийся на ноги сосед, удивлённо смотрит на моё тело, которое так и сидит в прежней позе. Не обращая на него внимания, изучаю расположение артефактов. Разум накрывают волны ярости, призывающие убивать дальше. Якорь за который цепляюсь — мысль о том, что процесс истребления ублюдков станет куда эффективнее, когда я верну тело.

Блокираторов магии здесь и правда три. Всё, как говорил бывший обер-лейтенант. Череп, шея и поясница. Пару мгновений раздумываю, как их убрать, чтобы не прикончить себя. Могу попытаться выкачать энергию, но ведь эти железки останутся на месте. И как я подозреваю, без своей энергетической начинки способны убить меня. Артефакты не просто встроили, на них заменили части костной системы. Если просто опустошить их, то куски металла прекратят выполнять свои функции и я сдохну на месте.

Вкачиваемая сила продолжает переполнять меня. Как итог, я просто поддаюсь инстинктам — выпустив три «иглы», веду их к целям. В момент, когда всаживаю «оружие» в артефакты, происходит неожиданное. Чувствую, как распыляется металл, исчезая из моего тела. Не успев испугаться, на автомате представляю, что его место занимают восстановленные части организма и они на самом деле появляются. Не знаю, на что способен запертый в подвале узник, но его чёрно-фиолетовая энергия, даёт мощь о которой я раньше не мог и думать.

Закончив, ныряю в своё собственное тело. И спустя доли секунды чувствую, как горят мышцы. За время, проведённое на кровати они затекли. Сейчас, после возвращения, их ещё и накрыла судорога, что вызывает дополнительные болевые ощущения.

Но это не сравнится с тем, что мне уже довелось пережить. К тому же я могу влить в свою плоть часть прибывающей силы, быстро восстанавливая её и приводя в порядок.

Вскочив на ноги вижу ошеломлённое лицо Снэра и задаю один вопрос.

— Хочешь убить здесь всех?

Парень с отсутствующим видом отрицательно машет головой, а я выхожу в коридор. Хочет пропустить всё веселье — его личное дело. Заставлять не буду.

За время, что я разбирался с блокираторами и приходил в себя, здание заполнили новые люди. Вновь работающий айван, позволяет оценить ситуацию в радиусе нескольких сотен ярдов. Вернее, он добивает и дальше, но так далеко заглядывать пока нет никакой нужды.

Около полусотни человек, среди которых несколько магов. Одного из последних узнаю — Марн Саннок, сейчас бегущий к камере, где содержится Баггот.

Одним ударом накрываю их всех, дотягиваясь до аур. Ощущения снова иные. Я не просто отделяю их жизненную энергию от тел. Перед этим я увечу саму плоть. Разрываю внутренние органы, взрываю кровеносные сосуды, превращаю в месиво их конечности. Это происходит естественно. Как будто умел так всегда.

Единственный, кого оставляю в живых — доктор Марн. Его смерть я хочу видеть своими глазами, а не просто чувствовать. Если сдержусь, может и задать пару вопросов.

Сейчас он в коридоре, ведущему к лестнице вниз. К той самой подвальной камере, где заперт Баггот. Правда доктор уже не бежит. Замер на одном месте, испуганный и не знающий, как лучше поступить. Вижу, как его силуэт сдвигается на ярд в одну сторону, но потом возвращается на исходную позицию. Смеюсь от избытка чувств. Что, сложно принять решение, Марн? Страшно, когда рядом разом умирают десятки людей, среди которых были такие же маги, как ты?

Дойдя до столовой, обнаруживаю там ещё одного человека. Обер-лейтенант Анз Феррон, покинувший палату и сейчас яростно выламывающий ножку стола. Подняв на меня глаза, прекращает своё занятие. А я задаю простой вопрос.

— Хочешь свободы?

Бывший военный, не раздумывает ни секунды — сразу же согласно кивает. Странно. У него не должно быть блокираторов магии, но в правое бедро вживлён какой-то артефакт. Повторяю фокус, который проделал со своими, растворяя его и восстанавливая плоть. После чего шагаю дальше, к той стене, что отделяет блоки друг от друга.

На заднем фоне проплывает мысль, что здесь могут возникнуть проблемы. Но чёрно-фиолетовая энергия наполняет меня не только безумной мощью, но и самоуверенностью. Бью воздушной нотной связкой по участку каменной кладки перед собой и та разлетается в клочья. Спустя секунду приходит мощный откат. Я перестарался и вложил в заклинание столько силы, что моё тело рвёт изнутри. Внутренние органы, кровеносные сосуды, мышцы — всё превращается в кровавое месиво.

На короткий момент времени это пугает. Не каждый день чувствуешь свою смерть. Потом приходит осознание того, что я всё ещё жив, пусть и падаю на пол. Призрачное состояние позволяет мыслить и действовать, даже при остановленном сердце и уничтоженном головном мозге. Думаю, сказывается и накачка чужой силой, которой у меня в избытке. Одно усилие и тело приходит в прежний вид, а я встаю на ноги под удивлённый взгляд Анза. Теперь я понимаю, почему Баггот всё ещё жив. Становится ясна и мотивация императора. Сломить разум этого человека и вычерпать его энергию до дна, должно быть весьма соблазнительной идеей.

Пока обдумываю всё это, ноги сами несут вперёд. И вот я уже стою напротив перепуганного Марна, на лице которого появляется выражение ужаса.

— Архос? Ты…

Осёкшись, отступает назад, смотря на меня округлившимися глазами.

— Послушай, я просто выполнял приказ. Ничего личного. Я не хотел причинять тебе боль. Если ты помнишь, её и не было. Никаких болевых ощущений.

Недавняя «смерть» слегка отрезвила сознание и у меня получается заговорить. Хриплю, выдавая слова в пространство.

— Да? Ты всего лишь хотел стереть мою память и превратить в другого человека. Говоришь, выполнял приказ? Чей?

Саннок бросает взгляд на Феррона, появившегося за моей спиной и дрожащим голосом отвечает.

— Райла Канора. Он курирует мой проект в лечебнице.

Рыкнув от ярости, делаю шаг вперёд.

— Зачем? Для чего это ему было нужно?

Тот растерянно трясёт головой.

— Не знаю. Мне только поставили задачу.

Глядя на моё перекошенное от гнева лицо, добавляет.

— Кто я такой, чтобы стэрс императора рассказывал мне о своих планах? Мне дают человека, я с ним работаю. На этом всё. Что будет дальше, не моё дело.

Придвинушись ещё ближе, рычу.

— Императора? Та тварь, что нами правит, даже не из нашего мира! Знал об этом?

Судя по его глазам, теперь доктор совсем не понимает происходящего. И вполне вероятно решил, что у меня действительно поехала крыша. Оскалившись, запускаю в него два «гарпуна» и рву слепок жизненной силы, с удовольствием смотря на то, как Марн бьётся в конвульсиях. Он пытается сказать что-то ещё. Вымолить прощение. И несколько раз я ослабляю натиск, давая ему иллюзию того, что позволю заговорить. Как только открывает рот, снова обрушиваюсь на его ауру.

В таком темпе он выдерживает недолго. Секунд тридцать и передо мной лежит мёртвое, перекрученное тело. Наклонившись, вылавливаю в этом месиве пару запонок — они служили ему крейнерами. Не хочу каждый раз после применения обычной магии восстанавливать своё тело. К тому же вся эта мощь не моя. Она заёмная. И скоро пропадёт.

Но пока я чувствую себя одним из самых могущественных магов на материке. Тянусь к каждому из пациентов лечебницы. Разрываю цепи, растворяю блокираторы магии. Освобождаю. Кажется даже что-то исступлённо кричу, заставив отшатнуться лейтенанта, который уже обзавёлся револьвером и винтовкой.

В здание врывается новая волна охраны. Прежде чем я вырываю их ауры, пожирая новую порцию энергии, успевают столкнуться с кем-то из пациентов и даже сделать несколько выстрелов. Их маги, идут в арьергарде, под прикрытием вооружённой пехоты. Но от гибели это их не спасает.

Закончив, переключаюсь на Стива. Я обязан ему свободой и обещал вызволить. Здесь процесс идёт не так легко, как со всеми остальными. Артефакты встроенные в тело Баггота не только объёмнее. Они ещё и на порядок более продвинутые. Как и яд в крови, с которым приходится особенно сложно. Даже в моём нынешнем состоянии, приходится изрядно напрячься.

Наконец справляюсь с этим и массивная металлическая дверь с грохотом отлетает в сторону. Через несколько секунд радостно улыбающийся Баггот оказывается рядом со мной. Потянувшись, оглядывается вокруг и переводит взгляд на меня.

— Извини парень. Сам понимаешь, тут каждый сам за себя.

Не успеваю отреагировать, как связывающий нас канал разрывается, а слепок жизненной силы исчезает — я его больше не вижу. Точно так же, как у императора и его стэрса. Спустя какие-то доли секунды, бывший узник окутывается чёрно-фиолетовым вихрем и растворяется в воздухе.

Удивлённо смотрю на место, где только что стоял Стив. За что он извинялся? Внутри меня осталось немало поглощённой силы — думаю я в состоянии пробиться через барьер. Развернувшись к Анзу, собираюсь сказать, что мы идём на прорыв и краем глаза вижу вспышки на периметре.

А спустя мгновение мне приходится выставить щит. Два десятка оживших артефактов, расположенных около стены, одновременно обрушиваются на меня. Ярко-алая энергия в чистом её виде. Без каких-то заклинаний или чего-то похожего. Теперь понимаю смысл слов «подвального пациента». Вернее, появляется предположение. Но как по мне — близкое к реальности. Как только он освободился, сработала тревога, активирующая защитную систему. Нацеливание скорее всего происходит по его ауре. Сам он при этом исчез, а вот во мне осталась масса его чёрно-фиолетовой энергии. Поэтому теперь я стал мишенью. И видимо с его точки зрения, должен сдохнуть, обеспечив Багготу спокойное существование — с точки зрения тех, кто прибудет расследовать это дело, Стив будет мёртв.

Надо сказать, хитрожопая сволочь недалека от истины. У меня не так много сил, чтобы сдерживать атаку долго. Сейчас ярко-алая энергия бушует над головой, упираясь в выставленный щит. Но на него уходит слишком много сил. Максимум я смогу сдержать атаку ещё минуты полторы. Может чуть дольше.

Морсарова моя тупая голова! Надо было просто валить отсюда, не освобождая иномирца. Когда я уже запомню — если видишь перед собой кого-то необычного и могущественного, не вздумай помогать! Просто беги. А лучше убей, если получится. На всякий случай.

Параллельно с самобичеванием пытаюсь отыскать выход из ситуации. Мысли бешено скачут из стороны в сторону. Потом цепляются за очевидный факт, который я почему-то проигнорировал. Баггот ушёл отсюда порталом. Странным, но тем не менее. Значит и я тоже могу. Осталось только вспомнить нужную нотную комбинацию. Сам иномирец явно управляет своей силой нестандартным способом. Но я так не могу — нужно заклинание.

Проблема в том, что портальные нотные связки, не самые короткие. И детально мы их не изучали. Если быть до конца точным — в Скарно этой части магии совсем не касались. Всё, известное мне, я почерпнул из книг, которые читал в свободное время. Невыносимо долгие десять секунд копаюсь в памяти, восстанавливая последовательность магических символов. И всё для того, чтобы разочароваться в своей же идее. Не знаю, как именно смог открыть портал Стив, но у меня этого сделать не получается. Мешают артефакты, множество которых установлена в стенах лечебницы.

В коридор, где стоим мы с Анзом заглядывает кто-то из «буйных» и офицеру приходится уложить его выстрелом в упор. Мужчина почему-то решил броситься на нас. Пожалуй, освобождать всех подряд, тоже было не самой хорошей затеей.

Что интересно — защитная система пытается задавить только меня. Даже обер-лейтенант стоящий буквально в ярде, находится в безопасности. Хотя, если мой щит рухнет, то его тоже скорее всего зацепит. На мгновение в голове появляется мысль попросить Феррона отойти. Встряхнувшись, отбрасываю её в сторону и пытаюсь выпустить «гарпуны», чтобы дотянуться до мешающих открытию портала артефактов. Не выходит — алая энергия сразу же обрушивается на нити, разрывая те в клочья.

То же самое происходит со второй партией и я меняю подход. Вместо «гарпунов», которые связаны со мной, выпускаю множество небольших коротких «стрел». Задача не вытащить силу из артефактов, а уничтожить их. Либо нарушить структуру, поменяв логику работы. Такой вариант оказывается более результативным — добрая половина «снарядов» успешно отправляются к целям. Бью ещё несколькими волнами, наблюдая, как гаснут огоньки в стенах. И снова принимаюсь за портальную комбинацию.

На середине процесса, щит проседает вниз — я его сдерживаю напор артефактной системы. Если раньше её атака чувствовалась, как обычное сильное давление, то теперь мне кажется, что приходится держать несколько тонн тяжелого груза, к которому постоянно прибавляют ещё и ещё. Перед глазами темнеет — я с трудом различаю ноты, выпускаемые в воздух. Остаётся надеяться, что нигде не ошибусь. Достаточно изменить положение нескольких символов и выходная точка откроется где-то под землёй. Или наоборот, в воздухе.

Собственно, с местоположением выхода из портала у меня тоже имеется проблема. Я не знаю, как выбрать его координаты. По-хорошему, для этого нужна отдельная нотная комбинация поиска. Но даже если бы я такую помнил, на это сейчас нет времени. Поэтому отрабатываю вслепую. Плевать, где в итоге я окажусь. Ключевой момент, выбраться отсюда.

К моменту, когда заканчиваю и рядом со мной появляется «бублик» портала, едва стою на ногах. Сейчас в ход пошли уже мои собственные ресурсы. Тело буквально трясёт от нагрузки. Да так, что я не могу повернуться, чтобы сделать шаг. Даже просто упасть в сторону открывшегося прохода не получается.

Выручает лейтенант. Рванув ко мне, обхватывает руками и буквально зашвыривает нас обоих в подрагивающий портал. Оказавшись на другой стороне, заваливаемся на землю и я задействую пять закрывающих нот. Мозг устало фиксирует тот факт, что я их совсем не вижу. А потом начинаю проваливаться в беспамятство — как ни стараюсь, не могу удержать себя в сознании. Последнее, что слышу перед тем, как отключиться — смутно знакомый голос.

— Выстрелишь, я тебе эту винтовку в зад запихну. Ты откуда вообще взялся, такой отбитый? По безобидным животным стрелять вздумал? И что за бездново дерьмо с Архом? Почему его ауру так…


Глава X


Придя в себя, чувствую слабость во всём теле. Едва могу шевелиться. Повернув голову влево, натыкаюсь на внимательный взгляд Сталры. Прикусив губу, разглядывает меня.

— Скажи, почему ты никогда не идёшь простым путём?

Поморщившись, пытаюсь приподняться, но сил не хватает — снова опускаюсь на постель. Вздохнув, перевожу взгляд на девушку.

— А был простой путь?

Голос звучит так, как будто я выбрался из темницы, где меня пару месяцев морили голодом. Или перенёс тяжелую болезнь. А баронесса изгибает правую бровь, с иронией смотря на меня.

— Мне что-то подсказывает, их было даже несколько. Рвануть на юг или затеряться где-то на просторах империи. Здесь немало мест, где можно осесть.

Теперь наступает мой черёд добавить в голос немного иронии, смешанной с сарказмом.

— Угу. Купить дом, посадить сад и убедить себя, что за тобой никто не придёт, да? Ты ещё скажи, детей завести.

Та хмурится, кладя руку мне на лоб.

— У тебя помутнение рассудка? Или заболел? Какие, к рицерам дети, мне всего двадцать!

Слегка теряюсь от неожиданной реакции. Не ожидал, что она воспримет мои слова буквально, да ещё и спроцецирует их на себя. Сразу не нахожусь, что ответить, а в комнату уже влетает Сэмсон. Запрыгнув на край кровати, окидывает меня взглядом.

— Ты в курсе, что немного изменился?

Непонимающе смотрю на него и потом всё же приподнимаюсь на локтях, опуская взгляд на своё тело. Не заметив никаких изменений, думаю, что котяра пошутил. В следующий момент до меня доходит, что призванный имел в виду не физические параметры тела, а слепок жизненной силы.

Проблема в том, что оценить своё собственное состояние в данном плане, довольно сложно. Основная масса энергии сосредоточена в районе корпуса и головы. На которые я по вполне понятным причинам посмотреть не могу. Разве что снова вырваться наружу в призрачном облике. Но не думаю, что сейчас мне это по силам.

Тем не менее, активировав айван, кое-что различаю. Во-первых, изменились оттенки. Теперь почти в каждый вплетается причудливый черно-фиолетово-огненный цвет. Он пронизывает все остальные тона, проступая практически везде. Что это за морсарово дерьмо? Откуда? Последствия использования силы Баггота? Но почему? Обычно я просто переваривал чужую энергию, используя её. Никаких остаточных проявлений в моей собственной ауре не было.

Откинувшись на подушку, снова слышу голос кота.

— Я вижу не так детально, как ты. Но по-моему, твой слепок жизненной силы полностью переплавился. И получил новый компонент.

Устраивая голову, хриплю в ответ.

— Остаётся только вопрос, как это скажется на моих возможностях.

Призванный кивает.

— Ну да. А о том, как это может отразиться на твоём здоровье, ты конечно не подумал. Так ведь?

Глянув на его серьёзную морду, пытаюсь понять, сарказм это или нет? Выходит, я могу быть так слаб из-за чужой энергии в теле? На момент возникает опасения, что сила Стива может оказаться чем-то вроде отравы. Забавно бы вышло — загнуться от того же, при помощи чего выбрался из ловушки.

Решившись, предупреждаю остальных.

— Хочу посмотреть на себя снаружи. Не пугайтесь, когда я застыну на месте.

Оба что-то отвечают, но я уже концентрируюсь и не разбираю слова — чтобы повторить приём, нужно полностью сосредоточиться. На этот раз процесс занимает около десяти секунд. Слабое помутнение перед глазами и снова вижу себя со стороны. Моё «призрачное тело» теперь намного меньше в размерах, но функционал у него всё равно такой же.

Выглядит ситуация, действительно не очень. Аура осталась цельной, но вот её цвет… Как-будто на уже готовую картину выплеснули небольшое ведёрко с краской, стремясь добавить новых тонов.

Выпустив несколько «игл», прощупываю свой собственный организм. До этого ни разу не проводил подобной диагностики, но спустя энное количество безуспешных попыток у меня получается. Правда это не связано с «иглами». Как выясняется, для исследования состояния тела они ни к чему. Как по щелчку пальцев, все части тела подсвечиваются, а вот жизненная аура наоборот тускнеет. Я её всё равно вижу, но намного слабее, чем раньше.

Сначала не совсем понимаю, как оценить своё состояние. Потом бросаю взгляд на Сталру, которая ждёт в стороне. И просто сравниваю оттенки двух тел. Быстро выясняется, что у меня какие-то проблемы с костями скелета и внутренними органами. Рицеров гребень! Что мне с этим делать?

Пробую использовать свою силу для лечения, но в этот раз ничего не выходит. Единственное последствие — приступ болезненных ощущений, который накрывает меня и в призрачном облике.

Приходится возвращаться назад, что тоже оказывается весьма неприятно. Дёрнувшись, скриплю зубами и рука Сталры немедленно оказывается на моём плече.

— Всё так плохо?

Скосив на неё глаза, слабо усмехаюсь.

— Жить буду. Надо только немного подлечиться.

Через минуту в комнате появляется схорка, которая пускает в дело несколько целительских комбинаций. Состояние несколько улучшается. Настолько, что нахожу в себе силы подняться и добраться до кухни, где передо мной ставят чашку дымящегося сорка. С другого угла сидит мрачный Анз, тоже отхлёбывающий напиток. Надо бы обсудить с ним будущее. Думаю, бывший военный захочет отправиться в самостоятельное плавание. Но прямо сейчас меня больше интересует другой вопрос.

— Где мы? Это Схердас?

Усевшаяся рядом Сталра усмехается и отрицательно машет головой.

— Скэррс. Город на севере.

Вопросительно смотрю на неё, но отвечает мне котяра, запрыгнувший на столешницу.

— Пока тебя не было, я почувствовал где-то здесь Эмили и Цзеру. Ощущение пропало во время подготовки к прыжку. Но мы всё-таки решили переместиться поближе.

Поморщившись, уточняю.

— В каком смысле «пропало ощущение»? Они мертвы?

Призванный задумчиво косится в сторону окна, за которым сейчас темно.

— Если уж на то пошло, тебя мы тоже считали погибшим. А оказалось, твой «сигнал» просто глушили. Наш новый приятель всё рассказал. О лечебнице, артефактах и том, как ты оттуда выбрался.

Посмотрев на лейтенанта, издаю тяжелый вздох. Я же ещё не рассказал им самого главного. И судя по выражению морды кота, тот очень хочет услышать, как мне удалось освободиться и бежать из психиатрической лечебницы.

— Они пытались убедить меня, что всё случившееся — придуманный бред сумасшедшего. Якобы я нафантазировал себе всё это, чтобы спрятаться от своих серых будней с женой, ребёнком и торговой лавкой. Я уже было начал верить, но в какой-то момент вышло дотянуться до айвана и вырваться за пределы тела. А потом я обнаружил в лечебнице странного пленника.

Замолчав, пытаюсь кратко и понятно сформулировать всё остальное, а Л'залла задаёт вопрос.

— Зачем? Для чего убеждать тебя, что ты сошёл с ума?

Пожимаю плечами.

— До сих пор не знаю. Доктор, который этим занимался, тоже не смог объяснить. С тем пациентом, которого я встретил, пытались сделать то же самое. Но там всё было понятно — его сила требовалась императору.

Теперь уже в меня утыкаются четыре вопросительных взгляда. И я принимаюсь рассказывать.

— Ещё один иномирец, чья аура изменилась, когда он попал в этот мир. Обладает невероятной мощью. И дал мне зачерпнуть её, чтобы выбраться на свободу. Но самое интересное… По его словам, император тоже из другого мира. Более того, он живёт уже долго. Веками. Изменяет свой облик и убивает собственных детей ради силы и могущества. Понимаете? Это один и тот же человек, что правит империей столетиями.

В комнате устанавливается тишина. Судя по лицам, все пытаются переварить информацию и осмыслить её. Первой говорить начинает баронесса.

— Что случилось в его резиденции? Как ты оказался в лечебнице?

Н-да. В голове всё настолько перепуталось, что об этом я тоже забыл рассказать.

— Там оказался Райл Канор. Тот самый стэрс, которого я встретил в Каледе. Предполагалось, что он мёртв. Но я своими глазами видел, как он стоит рядом с императором. И отлично слышал его утверждение по поводу того, что мы увиделись впервые. А вот Сарр, что атаковал нас на «Балу Масок», оказался мёртв. Если верить императору. Я попробовал сбежать, но само собой ничего не вышло. Очнулся уже в лечебнице.

Котяра шевелит усами, погрузившись в размышления. А вот схорка непонимающе интересуется.

— Как это возможно? Получается первый стэрс тебя предал, а второй погиб за время вашего отсутствия?

Формулировка вынуждает усмехнуться.

— Чтобы кого-то предать, сначала надо быть лояльным ему. А для стэрса я просто пыль под ногами, так что тут уместнее какая-то другая фраза. Что касается ситуации… Если честно, я сам не понимаю, как всё могло так обернуться.

Сэмсон выпадает из состояния задумчивости и осторожно задаёт вопрос.

— Мы же видели копии стэрса на Ларэде, правильно? В империи тоже умеют изготавливать новые тела. Что, если Райл Канор, которого ты видел в Каледе, вовсе не стэрс императора? А настоящий — как раз тот, что был в резиденции.

Несколько секунд раздумываю, но никак не могу уложить в голове все факты.

— Тогда всё происходящее совсем теряет логику. К тому же он спокойно орудовал в полицейском управлении. «Мундиры» слушались и ходили по струнке.

Котяра встаёт на лапы, смещаясь ближе к окну.

— А много ли надо, чтобы обмануть каледских служителей правопорядка? Ты же не стал спрашивать у него документы, верно? Как думаешь, какой-нибудь майор городской полиции, стал бы требовать подтверждения полномочий стэрса? Его даже упоминание императорской канцелярии заставит трястись от страха, а тут совсем другая величина. Человек, который может растереть тебя в порошок одним движением пальца.

Если подумать, тут он полностью прав. Но ситуацию со всем остальным, это сильно не проясняет.

— Зачем тогда отправлять меня к Столькену? Там ведь действительно имел место заговор. Маркиз, Коссун, республиканцы — это же нам не привиделось? Если тот Райл не был настоящим, то ради чего копался в заговоре? И кто его послал, если это был не сам император?

Все кроме Сэмсона, не в курсе истории — только слышали её. Поэтому молчат, прислушиваясь к беседе. Сам призванный, ненадолго задумавшись, негодующе фыркает.

— Не знаю. Слишком много вариантов. От того, что его мог использовать настоящий стэрс до тонкой игры кого-то ещё. Но если отталкиваться от твоих слов, то «расследование» заговора шло очень странно. Кто станет передавать какие-то послания и следящие артефакты, когда можно просто взять Столькена, подвесить за яйца и выпотрошить его разум? Да с ним и обычных пыток бы хватило. А тут какая-то непонятная тягомотина. Сам подумай.

И снова котяра прав. Тогда я не придал происходящему сильного значения. Больше был озабочен собственным выживанием. Да и птицу такого полёта видел впервые. Это теперь я могу похвастаться тем, что беседовал с самим императором. Хотя… Какой он, к рицерам император? Узнай о его «происхождении» высшая знать, сразу начнётся открытый мятеж.

— Слушать ваши рассуждения интересно, но у меня вопрос — как быть дальше?

Бросив взгляд на Сталру, берусь за чашку сорка. А Сэмсон с мрачным видом излагает.

— Прятаться. Искать Эмили и Цзеру. А потом бежать подальше отсюда. Не знаю, в каких глубинах Бездны зародились все эти интриганы, но какая бы игра не шла сейчас в империи, нас с радостью прикончит любая сторона. Независимо от их целей и задач.

Ещё какое-то время проводим на кухне, обсуждая ситуацию. В процессе пробую прояснить намерения Феррона, но тот ограничивается фразами о том, что пока предпочёл бы остаться с нами. А спустя двадцать минут мне становится хуже и приходится вернуться в постель. Оказавшись в Скэррсе, девушки сняли квартиру на верхнем этаже старого здания, когда-то построенного под сдачу внаём. Места хватает — три спальни, кухня и гостиная. К тому же, после лечебницы, мне подошло бы любое жильё.

Остальные тоже укладываются спать. Я провалялся без сознания почти сутки — за окном сейчас поздний вечер следующего дня. Не знаю, как организм вообще выдержал такие нагрузки.

От размышления отвлекает баронесса, зашедшая в комнату и тихо прикрывшая за собой дверь. К счастью, моё состояние аристократка оценивает более чем адекватно. Не пытаясь забраться под одеяло, раздевается и забирается во вторую кровать, стоящую около противоположной стены. Вид обнажённого женского тела заставляет с сожалением вздохнуть. Я бы не отказался снять стресс старым добрым способом. Но сомневаюсь, что выйдет хотя бы подняться на ноги.

Сталра долго ворочается, пару раз издавая невнятные звуки. То ли пытается что-то сказать и сразу останавливается, то ли просто причмокивает губами. Через двадцать минут всё-таки засыпает — до меня доносится её сонное сопение. Я же стараюсь отвлечься от боли и принимаюсь перебирать варианты.

В процессе появляется неожиданная теория. Я считал, что во главе заговора стоит стэрс Сарр. В основном, потому что об этом говорил сам Пятый Столп. Будучи вполне уверенным в своих собственных словах. Но, что если это не так? Вдруг, над Сарром была какая-то ещё фигура? Достаточно мощная и влиятельная, чтобы всё организовать? А сам офицер выступал в качестве прикрытия. И погиб, играя ту же самую роль.

Это могло бы объяснить весь расклад. От появления лже-Канора до гибели Сарра. Только вот, кем может быть неизвестный? И для чего нужны были все эти действия в Каледе? Столькен ведь тоже был частью заговора, а его подставили.

С другой стороны, потом маркиз оказался на свободе. И спокойно разъезжал по стране, оказавшись у Эммера. То есть штурм его дома полицейскими не привёл к критичным последствиям. Но внимание он к себе точно привлёк.

Вспомнив «Бал Масок», отмечаю ещё один факт. Кто-то из присутствовавших там, должен был знать точный расклад. Иначе, не было никакого смысла их убирать. Потом в голове всплывает воспоминания о Сарре, которого я мимолётом видел. Тогда он сказал, что Канор уже мёртв. Хм. Мог один стэрс определить подложность другого? Как по мне, да. Но если так, то о каком гхарговом Каноре он говорил? Ведь настоящий стэрс жив. Я сам видел его в императорской резиденции. Выходит, убили подложного?

Пытаюсь распутать хитросплетённый узел, набросав хотя бы несколько вариантов, но так и не могу придумать какую-то теорию, в которую укладывались все факты. Если только предположить, что Сарр тоже был подставным. Но это уже попахивает откровенным бредом. Поддельный стэрс не сунулся бы в императорский дворец. Наверное.

Поняв, что мозг уже взрывается от количества вариаций, закрываю глаза и через пару минут проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от того, что кто-то хлещет меня по щекам.

— Арх! Очнись! Открой глаза, рицеров ты идиот! Не мог вчера сказать, что тебе стало настолько хуже?!

Поднимаю веки, но занесённая рука Сталры по инерции впечатывается в мою щёку. Увидев, что я пришёл в себя, девушка отступает в сторону. Правда, выражение ярости с её лица никуда не пропадает. Успеваю отметить покрасневшие глаза баронессы, а по телу уже проносится волна тепла, что заставляет переключить внимание. Л'залла. Снова использует целительские связки, приводя меня в порядок. В дверном проёме стоит хмурый Анз, а с кровати аристократки доносится голос запрыгнувшего туда кота.

— Надо что-то делать с твоим состоянием Арх. Если тебя придётся откачивать по два раза в день, далеко мы так не уйдём.

Вспомнив, как вчера выглядело моё тело, тихо шепчу.

— Значит придётся кого-то прикончить. Без чужой энергии, я себя не поправлю.

Призванный громко фыркает.

— Ну, за этим дело не станет. Несколько кварталов и мы окажемся на окраине, где местные сами нас найдут и любезно предоставят себя для твоего исцеления. Особенно если ты продемонстрируешь в какой-нибудь лавке пару банкнот по сто ларов. Мы проходили через эти трущобы, когда очутились в городе. Мне трижды пришлось пускать в ход когти, а твоя баронесса пристрелила пару человек, что покушались на её зад.

«Моя баронесса»? С каких пор, мы начали так называть Сталру?

Обдумать эти слова и задать вопрос, мешает раздавшийся стук в дверь. Феррон моментально отступает в коридор, вытащив из-за пояса револьвер. Котяра же поворачивает голову и присматривается.

— Один человек. Молодой парень. Со смешанными эмоциями, надо сказать. Волнение, предательство, страх, даже немного агрессии. Интересно.

Морда призванного поворачивается к Сталре.

— Откроешь? Только рубашку застегни до конца, чтобы он не забыл, для чего пришёл.

Только теперь обращаю внимание на состояние одежды аристократки. Штаны она натянуть на себя успела. А вот рубашку явно застёгивала в спешке — она держится на паре пуговиц и открывает практически полный обзор на её грудь.

Яростно глянувшая на Сэмсона Сталра, приводит себя в порядок и удаляется в коридор. Я же морщась от боли, спускаю ноги на пол. Тут же обнаруживаю ещё один свой промах — под рукой нет огнестрельного оружия. Трофейного я не захватил, а у девушек лишних револьверов не оказалось. Пожалуй, надо будет приобрести при первой возможности.

Л'залла тоже отправляется в коридор, чтобы подстраховать аристократку магией. А мы с Сэмсоном прислушиваемся. Звук открывшейся двери, тихий разговор и быстрые шаги. Через секунду на пороге появляется растерянная Сталра.

— Арх, это…к тебе. Говорит, вы знакомы. Ранзи Хольт.


Глава XI


Ранзи Хольт? Напрягаю память и вспоминаю этого парня. Второй студент Скарно, который выбрал некроконструирование вместо других вариантов на первом занятии. Он действительно с севера. Вроде бы даже упоминал Скэррс в качестве своей родины. Вот только, что он тут делает? И ключевой вопрос — как он нас нашёл?

Повернувшись к Сэмсону, тихо озвучиваю инструкцию.

— Готовься прыгать. Если начнётся какой-то замес, просто забирай нас отсюда. Я сейчас точно не в состоянии принять бой. Л'залла хороша, но пара-тройка магов её сомнут.

Котяра кивает и что-то урча, поднимается на лапы. Я же, при помощи Сталры принимаю вертикальное положение и выхожу наружу. Ранзи уже проводили на кухню — парень сидит за столом, нервно барабаня по нему пальцами. Увидев меня, сразу встаёт, заставив неврно дёрнуться Анза, который машинально тянется к револьверу.

— Архос! Ты и правда здесь.

Сразу же вернувшись на место, от души бьёт кулаком по столу.

— Гхаргово закаменевшее дерьмо! До конца не верил, что это правда.

Тяжело опустившись на стул, утыкаюсь в него взглядом.

— Как ты меня нашёл?

Тот на секунду задумывается и откидывается на спинку стула. Со свирепым выражением лица, качает головой.

— Так не пойдёт. Я расскажу все и с самого начала. Но у нас не так много времени. Скоро сюда может явиться кто-то ещё.

Последняя фраза заставляет скрипнуть зубами. Сталра права — надо сваливать отсюда. Подальше. На самый крайний юг. Но сначала найти Эмили с Цзерой.

— Тогда излагай. Только быстрее. Сразу хочу предупредить — если это какая-то очередная подстава, мы не станем долго раздумывать перед тем, устроить кровавую бойню в этом квартале.

Сокурсник издаёт нервный смешок и косится на Л'заллу.

— Я понимаю. Постараюсь быть кратким.

Несколько мгновений молчит, собираясь с мыслями. Наклонившись вперёд, кладёт руки на стол и начинает рассказывать.

— Наша семья считается уважаемой в Скэррсе. Отец служит казначеем, старшие братья в правительстве города, а дядя владеет компанией по добыче кэрсса.

Заметив недоумение на моём лице объясняет.

— Минерал, который добывают в шахтах. Нашли сотню лет назад и сейчас его использует каждый второй алхимик империи. Не успеваем удовлетворять спрос.

Выдохнув, продолжает.

— Есть несколько семейных кланов, которые выступают нашими союзниками. Например Довано. Раньше занимались чистым криминалом, но сейчас пытаются войти в респектабельное общество. Буквально вчера их глава явился к нам. Рассказал, что у него крайне выгодный заказ. На поиск цели под именем Архос Лэрн. С которым должен быть призванный, схорка, плюс ещё один или два человека. Задача — убить, предоставив доказательства гибели. Либо сообщить о его обнаружении, чтобы прислали команду для ликвидации.

По мере того, как он говорит, внутри разгорается тревога. Не знаю, кто сбросил задачу семьям Скэррса, но они явно хотят закрыть вопрос раз и навсегда. Парень, сделав паузу, окидывает всех присутствующих взглядом и торопливо рассказывает дальше.

— Это было странно. Но потом дела пошли ещё интереснее. Мы работаем с…подгорными. Не всех вырезали во время чисток. Часть осталась в живых и успешно мимикрирует под людей. Так и живут с тех пор. У нас в городе их целая община. Собственно они и помогли обнаружить кэррс, да и…

Взмахнув рукой, меняет тему.

— Сейчас это не важно. Суть в том, что подгорные не хотят твоей смерти. Их старейшины желают поговорить. Не знаю, что ты там натворил и где, но они уверены, что в твоей голове ценные данные. И им есть, что предложить взамен. В общем, выбор у тебя невелик — либо рвануть отсюда со всей возможной скоростью, либо отправиться на встречу с подгорными. Они гарантируют твою безопасность. Как и наша семья.

Опешив от вывалившегося объёма информации, встряхиваю головой.

— Как ты смог нас обнаружить?

Ранзи снова косится на Л'заллу.

— Подгорные долго воевали со схорами. С тех времён у них осталось немало приёмов. Например поисковые комплексы для ловли беглецов или отслеживания диверсионных групп.

Ладно. Предположим это так. В моей голове крутится ещё масса вопросов, из которых я стараюсь выбрать наиболее подходящие.

— Почему нам надо уходить? Ты сообщил кому-то ещё?

Тот отрицательно машет головой.

— Конечно, нет. Но у Довано свои связи. Твои спутники нашумели в трущобах и привлекли к себе внимание. Я ведь уже говорил, что их клан раньше занимался чистым криминалом? Окраины, это исконные владения Довано. Даже без магии, они скоро выяснят, где вы. Странно, что до сих пор этого не сделали.

Вздохнув, прикидываю варианты. Подгорные… Что я о них знаю? За исключением того, что в древности сцепились со схорами в ожесточённой и долгой войне, пожалуй ничего. Потом обе расы смёл союз человеческих племён Норкрума, от победы которого и начала своё летоисчисление империя. Стоит соваться к ним или нет?

Пока раздумываю, свой вопрос задаёт Сэмсон. По обыкновению запрыгнув на столешницу, пристально изучает парня и интересуется.

— От кого пришёл заказ? Кто платит за наши головы? И кстати, сколько?

Хольт неловко усмехается.

— На контакт с Довано вышли их партнёры из Рэнха. Кто стоит за ними, непонятно. Но сумма серьёзная — пятьдесят тысяч ларов за голову Архоса и по десять тысяч за каждого из его спутников.

Невольно присвистываю. Максимальная награда за чью-то жизнь, о которой я слышал, исчислялась всего пятью тысячами ларов. А было это во время большой войны между группировками Каледа. Я тогда ещё находится в доме призрения, так что то побоище прошло мимо. Полсотни? За такие деньги около нашего дома может собраться весь криминальный мир Скэррса. Да что там, даже полиция с гарнизоном подтянутся. Деньги нужны всем.

Вот котяра остаётся недовольным.

— Всего десять тысяч? Когда мы придём убивать этих слабоумных, я обязательно поинтересуюсь, почему самого умного оценили, как обычный кусок мяса, ведомый инстинктами.

Вздохнув, смотрю на него и тот прерывает свою обличительную речь, которую явно собирался продолжать.

— Что именно сказали Довано? Заявили, что цель точно в городе? Или это всё под знаком вопроса?

Наш гость поворачивает ко мне голову.

— Обозначили, что вы либо в Скэррсе, либо где-то неподалёку. И это верняк.

Занятно. Отследили мой портал? Перевожу взгляд на кота, собираясь задать вопрос, но тот уже понимает, чем я хотел поинтересоваться.

— Точка выхода твоего портала была далеко отсюда. Я прыгнул один, на пределе дальности. Чтобы вернуться с вами обоими, пришлось постараться. Мы прыгали дважды.

Выходит, отследили именно призванного. С чем мы раньше ни разу не сталкивались. Но Ранзи об этом точно не в курсе — нет смысла тратить время на бесполезные расспросы. Сейчас лучше прояснить другой момент.

— Насколько ты уверен в подгорных? Что им может быть нужно?

Парень начинает отвечать без малейшего раздумья.

— Уверен, как в самом себе. Если подгорные дали слово, то они его держат. По-другому у этих парней не бывает. Вот, что им может быть нужно, не скажу. Само собой мы интересовались. Получив ответ, что раскрытие этой тайны может навсегда уничтожить семью Хольтов.

Складываю факты вместе. Теперь прыжки призванного могут отслеживать, за нами объявили полноценную охоту, поставив задачу ликвидировать. При этом подгорные обещают защиту. Вряд ли просто так — им нужно что-то, о чём я знаю. Но если верить словам Ранзи, им можно доверять. Правда тут возникает уже совсем другой вопрос — насколько я могу верить самому Хольту? Не очередная ли это подстава?

Активирую айван, что отзывается колющей болью в боку и просматриваю ауру парня. Да, есть фиолетовые вкрапления. Но их не так много. Куда больше оранжевого и жёлтого. Плюс, совсем чуть-чуть красного. И сразу несколько оттенков синего.

— Зачем тебе это нужно? Почему просто не сдать нас? Вы же ничем не рискуете?

Тот разжимает губы в слабой улыбке.

— Подгорные были весьма убедительны. Если отбросить все громкие слова про «освобождение Норкрума» и «спасение для всех рас», их старейшины пригрозили разорвать наши деловые отношения, перейдя едва ли не к противостоянию.

Стоящая у меня за спиной Сталра всплёскивает руками.

— И что? Достаточно ткнуть в одного из них пальцем и всей общине конец. Полиция с канцелярией разберутся даже без вашего вмешательства.

Хольт мрачно кивает.

— Безусловно. Заодно выяснив, что наша семья долгие годы работала с «врагами человечества». Нас тоже вздёрнут вместе с ними. До такого мы доводить, само собой, не собираемся. Но вам стоит знать, что вся наша мощь сейчас зиждется на трёх столпах. Безупречном поиске новых жил кэррса, чем занимаются подгорные. Производстве алхимических составов, половину которых изготавливают они же. И том факте, что большая часть наших противников таинственно умирает в их собственных домах. Абсолютно естественной смертью. Думаю вы уже догадались, кто это обеспечивает.

Действительно, неплохой симбиоз. Община подгорных получает свои руки, глаза и уши в человеческом сообществе. А Хольты приобретают власть и зарабатывают деньги. Раз выжившие представители древней расы грозят разрывом длительного и продуктивного союза, значит у них на то есть серьёзные основания. Перевешивающие коммерческую ценность от работы с родственниками Ранзи. И скорее всего интересы подгорных не включают в себя мою гибель. Иначе, они бы не дёргались, пытаясь вытащить меня из под удара.

Ещё раз прокрутив в голове аргументы «за» и «против», озвучиваю решение.

— Я не против побеседовать с вашими подземными друзьями. Откроешь к ним портал?

Ранзи усмехается, снова отбив ритм на столешнице.

— Никакой магии. В целях нашей же безопасности. В трёх домах отсюда ждёт паромобиль, он довезёт нас до шахт. А дальше пешком.

Слышу, как что-то тихо шепчет Л'залла и поворачиваюсь к схорке, оценивая её ауру. Вроде всё в порядке, никаких изменений не вижу. Разве что всплеск ярко-алого цвета.

— У нас будут проблемы из-за подгорных?

Бывший Клинок Блюстителя кривит губы.

— Если подземные черви не полезут в бой первыми, то нет.

Не сказать, что выражение её лица меняется на довольное, поэтому решаю уточнить.

— Ты считаешь, что не нужно к ним идти? Опасаешься предательства?

Схорка знает об этих ребятах куда больше нас всех вместе взятых. Рискну предположить, даже больше Ранзи. Если кто и сможет объективно оценить расклад, то она. Конечно, если отринет расовые предрассудки.

Несколько мгновений помолчав, девушка выдавливает из себя слова.

— Если они дали слово, то сдержат его. Тут этим райзеровым созданиям надо отдать должное — они следуют данным обещаниям.

Переведя взгляд на Хольта, добавляет.

— Конечно, если такое имело место быть. Сами мы ничего от них не слышали.

Посланник местной семьи меняется в лице.

— Они попросили пойти на встречу одного из нас, потому что опасаются внимания со стороны магов. Если Довано вызовут поддержку и там окажутся грамотные специалисты, то члена их общины могут раскрыть. Что поставит под угрозу всех подгорных Скэррса.

Звучит, в целом логично. Да и в любом случае, решение я уже принял. Если прыжки Сэмсона могут отследить, то куда бы мы не направились после Скэррса, нас будут ждать. А постоянно перемещаться между городами, каждый раз отбиваясь от атак и снова прыгая в неизвестность, вариант так себе. Долго в таком ритме мы не протянем.

Опираясь руками о столешницу, поднимаюсь на ноги.

— Тогда веди нас к своему паромобилю. Послушаем, что хотят нам сказать ваши древние друзья.

Спустя десять секунд мы уже спускаемся вниз по лестнице. На уровне второго этажа Анз притормаживает, выглядывая в покрытое пылью небольшое окно и поднимает левую руку.

— Там странный человек. Нет, двое. Держат позицию на углу соседнего здания. Так, чтобы можно было накрыть огнём выход из дома.

Вздохнув, активирую айван, который успел погасить. В моём нынешнем состоянии, его поддержка требует концентрации, что сильно мешало бы разговору.

Пройдясь взглядом, действительно обнаруживаю внизу два силуэта, у которых преобладает красный цвет. Ещё два — с другой стороны от выхода. Плюс, сразу пятеро сбоку здания. Ждут, пока мы выйдем? Зачем?

— Тут есть второй выход?

Задавая вопрос, поворачиваюсь к Сталре и та отрицательно машет головой. А лейтенант выдвигает своё предложение.

— Может я первым выйду и просто уберу их? Одиночный прохожий не должен вызвать подозрений — могут подпустить на расстоянии удара ножом.

Поморщившись от накатившей головной боли, выдаю полный расклад.

— Их там четверо. Плюс ещё пять бойцов с торца постройки. Без стрельбы ты не обойдёшься.

Привалившись спиной к стене, раздумываю, смогу я зачистить их при помощи своего таланта или нет? Пожалуй, сейчас не получится выпустить больше пары «гарпунов». И большой вопрос, смогу ли я ударить на таком расстоянии. Плюс, есть ещё один важный момент — имеется ли среди них маг? Если да, то ответная атака может нас прикончить.

Вспомнив о следе, которые оставляет айван, на момент задумываюсь, стоит ли вообще его использовать. Потом усмехаюсь. Мозги похоже ещё не включились в рабочий режим — эти парни и так в курсе, что мы здесь. Скорее всего это банальная группа наблюдения, которая ожидает настоящих ликвидаторов. И когда последние окажутся здесь, мне совсем не хотелось бы с ними столкнуться. Особенно сейчас, когда я настолько слаб.

— Я попробую достать их айваном. Всех вместе не получится, поэтому придётся убивать по очереди. Л'залла — следи за ситуацией. Если среди них есть маг, то он точно попытается контратаковать. Заметишь применение магии, выставляй щит.

Схорка молча кивает, а я сосредотачиваюсь на задаче. Как быстро выясняется, моих сил хватает только на один «гарпун». Да и тот получается не таким, как хотелось бы. Кривой, тонкий, подрагивающий в пространстве. Пока веду его к цели, всё время жду, что сейчас либо само «оружие» растает, либо порвётся ведущая к «гарпуну» нить.

К счастью до такого не доходит — я всё-таки поражая одного из людей, что стоят на ближайшем к нам углу. Убить его одним рывком, как раньше, не могу. На это сейчас не хватит ресурсов — и так держусь на ногах, только за счёт поддержки каменной стены о которую опираюсь.

Начинаю выкачивать из него жизненную энергию. Намереваюсь немного поднять уровень бодрости, после чего «подцепиться» к его напарнику, тоже постепенно перекачивая в себя его ауру и пожирая её. После чего, по такой же схеме охватить и всех остальных. Закончив всё их одновременным убийством, когда сил для этого будет достаточно.

Корректировки в казалось бы стройный план, вносит неожиданное поведение моего айвана. Когда приступаю к выкачке чужой силы, меня крутит от боли. С изумлением смотрю на канал связи с целью, который увеличивается на глазах. На ярко-оранжевых стенках появляются чёрно-фиолетовые полосы, а в меня течёт мощный поток энергии. Всё, что было внутри цели, перекачивается за считанные секунды.

Боль в животе отпускает и по телу разливается бодрость. Я осушил его ауру досуха за несколько мгновений. Морсарова отбелённая кость. Последствия изменения моей ауры?

Времени на анализ сейчас нет. Напарник погибшего, судя по положению силуэта, наклонился над трупом. Видимо считает, что товарищу просто стало плохо. Зря их не предупредили о специфике цели на которую объявлена охота.

Выпустив ещё один «гарпун», который на этот раз выглядит полноценно, всаживаю его во второго бойца противника. Ситуация повторяется — почти мгновенная выкачка энергии, которая моментально усваивается моей аурой. Никаких судорог в мышцах или другого отката. Я просто набираюсь сил. Которых теперь достаточно для атаки сразу на двоих мужчин, что стоят на другом угла.

Группа, укрывающаяся сбоку здания начинает понимать, что происходит нечто странное. Но сделать ничего не успевают — умирают почти сразу. Я бью пятью «гарпунами» одновременно. Получаю такой поток энергии, что невольно усмехаюсь. Боль отступила, тело функционирует идеально, настроение на подъёме. Благодаря людям Довано, я снова вернулся в строй.

Закончив, думаю о том, чтобы немедленно пустить полученную жизненную силу на лечение. Пусть я сейчас напитан чужой энергией, но проблема с плотью, скорее всего никуда не делась. Но прикинув, сколько времени может уйти на анализ и сам процесс, решаю отложить эту задачу до момента, как мы окажемся в безопасности.

Глянув на Ранзи, скалю зубы в усмешке.

— Теперь спускаемся. Живых наблюдателей внизу не осталось. Лучше убраться до момента, как появится их подкрепление.


Глава XII


Выйдя на улицу, замечаю ещё пару человек, которые разглядывают валяющиеся трупы. Но судя по ауре, это обычные прохожие. К тому же сильно напуганные — увидев группу людей, сразу ретируются. Логичное решение. Район, в котором находится наше жильё, не назвать трущобным, но и к благополучным его отнести сложно.

Паромобиль, в котором нет никого кроме шофёра, прячется в проулке между парой старых зданий. Как только вся наша компания загружается в просторный салон, немедленно трогается с места. Скоро удаляемся на несколько кварталов от нашего дома и я позволяю себе немного расслабиться. Но для сеанса исцеления плоти пока всё равно рановато. К тому же неизвестно, сколько это потребует энергии. Не хотелось бы соваться к подгорным, выжатым как лимон и ни на что не способным.

Все полчаса, что занимает поездка, молча сидим, переглядываясь между собой. Я бы задал ещё несколько вопросов Ранзи, но не уверен в степени надёжности его шофёра. Да и обсуждать что-то уже не имеет глобального смысла. Мы всё равно едем на встречу со старейшинами подгорных и скоро узнаем всё из первых уст.

Наконец паромобиль проезжает через ворота в заборе, который окружает территорию шахт. Оценив его масштабы сбоку, меняю свою точку зрения. Это скорее полноценная стена. Выстроенная с расчётом на возможную атаку.

Несколько минут кружим по территории шахтёрской компании, а потом заезжаем в гараж, вырубленный прямо в нижней части горы. Выбираемся наружу и Ранзи машет рукой, указывая на дальнюю стену.

— Теперь туда. Придётся пройтись по тоннелям, чтобы попасть на встречу.

При помощи айвана, разглядываю большое помещение, в котором стоит ещё несколько паромобилей. Кроме нас и шофёра, вроде бы больше никого нет. Кивнув шагаю следом за Хольтом и на ходу уточняю.

— Ты сказал, что подгорные живут среди людей и маскируются под них же. Почему тогда встреча происходит в…таком месте?

Тот косится в мою сторону.

— Община действительно живёт среди нас. Здесь у них что-то вроде небольшого горного убежища, куда редко допускают людей. Я сам спускаюсь сюда второй раз в жизни, хотя с этими парнями провожу времени много больше, чем остальные члены семьи.

На секунду делает паузу и продолжает.

— Встречаться в городе было бы опасно. Думаю ты сам понимаешь. А здесь всё в их защитных рунах — даже опытным магам не пробиться.

Закончив последнюю фразу, нажимает на небольшой выступ в скале и кусок камня плавно отъезжает в сторону. Что интересно, даже не грохочет — если не видеть, то стоя в паре ярдов можно и не разобрать звука.

Несколько сотен ярдов по тоннелям, освещённым небольшими светильниками, две длинные лестницы ведущие вниз и вот Ранзи уже нажимает на другой выступ, открывая ещё один проход. Перед тем, как зайти, тихо шепчет.

— Это их комната для визитёров. Дальше никто из нас не заходил.

Шагнув через порог, вижу троих невысоких крепышей, что стоят с другой стороны длинного каменного стола, установленного в центре помещения. Одеты вроде обычно — штаны, рубашки, ботинки. Внешне тоже ничем не выделяются, увидь я такого в толпе, даже не задумался бы. Обычный мужик, которому не слишком повезло с наследственностью в плане высоты роста. Вот когда их трое и они рядом, это обращает на себя внимание.

Пока стою, разглядываю их, один из троицы начинает говорить.

— Мы рады приветствовать тебя, Архос. Я Стонт Орхо Сой. Старейшина нашей общины в Скэррсе. Приглашаю вкусить нашего гостеприимства и обещаю, что тебе и твоим спутникам ничего не угрожает здесь.

Поведя взглядом, добавляет.

— Даже схорке. Ей мы тоже гарантируем безопасность.

Не успеваю открыть рот, как Л'залла уже парирует.

— Ты лучше бы о своей жизни беспокоился, коротышка. Защитить себя я смогу и без вашей помощи.

Нахмурившись, бросаю на неё взгляд и излагаю ответ подгорному.

— Мы приняли ваше приглашение к беседе. О чём именно вы хотели поговорить?

Старейшина, сохраняя невозмутимый вид, наклоняет подбородок.

— Мы рады, что вы здесь. Но перед тем, как начнём обсуждать дела, хочу попросить нашего доброго друга Ранзи на время оставить нас. Мы доверяем Хольтам, но слова, что будут здесь сказаны, могут убить тех, кто их услышит.

Снизу доносится тихое ворчание кота.

— Ну да. Нас то не жалко. А Ранзи, конечно, пусть подождёт. Ему умирать незачем.

Как по мне, призванного хорошо слышат все присутствующие. Но не реагируют. А вот наш бывший однокурсник, отвесив неглубокий поклон, пытается вернуться к двери. Его останавливает голос Стонта.

— Тебе не обязательно возвращаться на поверхность. Можешь дождаться конца переговоров в уютной обстановке, с вином, яствами и девами.

Пока я пытаюсь понять, кого именно он имел в виду под «девами», подгорный нажимает что-то на столешнице и в боковой стене открывается новый проход, куда и сворачивает Хольт, напоследок бросив на нас ободряющий взгляд.

Как только за его спиной закрывается каменная «дверь», старейшина снова начинает говорить.

— А теперь к делу. Прошлой ночью ты видел «Синего зверя», так? И даже пил его силу?

На момент впадаю в растерянность. Потом понимаю, что он говорит про Баггота. Сделав несколько шагов вперёд, подхожу к каменной столешнице, встав напротив тройки подгорных.

— Если мы говорим об одном и том же человеке, то да, я его видел. И зачерпнул его мощи, чтобы освободить нас обоих.

Тот без всякого удивления кивает.

— Он призвал всех своих соратников вчерашним утром. Не для исследований, а на войну. Ты знал об этом?

Хочется сказать, что до этого момента я не подозревал, что у Стива вообще могут быть какие-то соратники. Тем более до сих пор живые и готовые выполнять его приказы. Первый факт ещё можно допустить — маги могут жить бесконечно долго, если сумеют избежать насильственной смерти. Но вот лояльность, за прошедшии пятьсот лет, должна была поистрепаться.

— Я бился за свою свободу и жизнь. Когда представился шанс использовать его силу, то не раздумывая, сделал это. Когда ты в заточении, а твой разум пытаются уничтожить, альтернатив не так много.

Мгновение помолчав, задаю вопрос.

— Почему ты назвал его «Синим зверем»? И откуда у него соратники? Да ещё живые и сохранившие преданность.

Несколько секунд он выжидает, разглядывая меня. Потом слегка поворачивает голову и говорить начинает подгорный по правую руку от него.

— Я Файрз Орхо Ной. Хранитель истории нашего народа. И летописец жизненного пути других рас.

Представившись, делает короткую паузу, после чего продолжает.

— У человека о которым мы говорим, было немало имён. Он известен, как «Синий зверь», «Кровавый алхимик», «Покровитель наук». Занялся исследованием пробоин между разными вселенными более тысячи лет назад. И тогда же стал собирать вокруг себя учеников, что тоже хотели преуспеть в этом. Надо сказать, они успели сделать многое. В том числе и для заклинаний, которые используются сейчас. После изменений, внесённых в нотно-рунные комплексы призыва, привести сюда воинов из другого мира стало в несколько раз проще.

Говоря последние слова, всего на мгновение опускает взгляд, указывая им на Сэмсона.

— Но не все их исследования были…обычными. Прозвище «Кровавый алхимик» наш общий знакомый получил после того, как пустил под нож больше ста тысяч человек, желая создать состав, что помог бы ему перемещаться между мирами. Тогда против него выступили практически все. Только император хранил нейтралитет, так и не отдав приказа вмешаться. В итоге, «Алхимику» всё сошло с рук. «Синим зверем» его прозвали за преобладающие оттенки жизненной силы. Да, некоторые из нас тоже видят её, Архос. У него она была благородно-синей. Цвет хладнокровия, честности и отваги. Но изменилась после бойни в Рафтосе.

Поморщившись, пытаюсь вспомнить, что это за город и подгорный сразу же подсказывает.

— О нём уже давно забыли. То немногое, что осталось от города, сровняли с землёй имперские войска. А название вытравили из всех документов. Тысячам людей изменили память. Город просто вырезали из человеческой истории. Но мы помним всё. И не забыли, как «Синий зверь» выбрал его в качестве точки прорыва в какой-то новый мир, что стало причиной недовольства горожан. Последнее быстро переросло в открытую ненависть после первых человеческих жертв при неудачном запуске портала. Закончилось же всё масштабной бойней, в которой сгинули все.

Слушаю, запоминаю и пока не могу понять, как это связано с нашим визитом. Да, тот факт, что Стив когда-то вырезал целый город, а потом его друг-иномирец подчистил следы, безусловно печален. Но это было очень давно и как-то сомневаюсь я, что подгорные пришли обсудить месть за убитых жителей Рафтоса.

— К чему ты всё это рассказываешь? Как связан наш разговор и история гибели города, которая произошла в седой древности?

Летописец по-моему слегка теряется от моего вопроса и ему на выручку приходит Стонт.

— Для тебя это было очень давно. Но многие из нас застали те времена и хорошо их помнят. Подгорные живут намного дольше людей. А если в общине есть мастера рун, то порой и тысячелетиями.

Да, что-то такое нам рассказывали на занятиях по истории в доме призрения. Правда там это шло, как дополнение к факту крайне низкой рождаемости среди представителей подгорной расы. Такая же проблемы была и у схоров. Что в итоге обескровило и первых, и вторых. Если в самом начала Древней войны, сражались полноценные армии на десятки тысяч бойцов, то в её финале бились небольшие отряды, состоящие максимум из пары сотен воинов. Это и стало основной причиной победы человеческого союза племён. Наши предки заваливали противника трупами, разменивая несколько сотен своих погибших на одного схора или подгорного. За счёт чего и взяли верх.

— Тем не менее. Пока я не совсем понимаю, чего именно вы от нас хотите.

Старейшина понимающе усмехается.

— Перед тем, как мы сделаем своё предложение, хочу подвести черту под рассказом о «Синем звере». За столетия исследований, он собрал около себя команду преданных людей. Тех, кто тоже мечтал открыть дорогу в другие вселенные. Некоторые из них всё ещё живы. В том числе один наш соплеменник. Вчера заработал его артефакт связи, которым стала фаланговая кость пальца. Тот, кого долго считали мёртвым, оказался жив. Более того — на свободе. И желает обрушить весь свой гнев на императора. Уверен, остальные старые соратники тоже получили его сообщение. Многие из них откликнутся.

Вспомнив всё происходившее в лечебнице, думаю, что и сам бы не отказался от мести. Не знаю, какой безумный резон был в голове у Схэсса, когда он отправил меня туда, но я бы с удовольствием задал ему этот вопрос, прокручивая нож в брюхе.

— Можем мы наконец перейти к делу? Или нужно выслушать ещё пару старинных историй?

Слова вырываются сами. Уже озвучив их, думаю, что стоило бы вести себя осторожнее. Уличная закалка не всегда срабатывает, если ты на переговорах другого уровня.

К счастью, выдержка у подгорных оказывается на уровне. Никто из них и глазом не ведёт. Только уголки губ Стонта дёргаются в лёгкой улыбке.

— Я постараюсь сформулировать всё максимально просто, мой друг. Ты знаешь многое из того, что неизвестно нам. Мы же в свою очередь владеем информацией, которой нет у тебя. Это первое.

Секунду молчит, пристально глядя на меня.

— Вторая часть может прозвучать для тебя странно. Но сейчас есть возможность очистить наш мир от заразы. И отомстить за тысячи погибших соплеменников. Мы хотим использовать этот шанс по полной.

Звучит всё это весьма размыто. Если по поводу обмена данными, вопросов у меня не возникает, то вот под «возможностью» они видимо подразумевают освобождение Баггота и наметившееся противостояние двух иномирцев. Хм. Подгорные собрались убрать императора? Или накрыть обоих? Как по мне, Стива они тоже не сильно жалуют.

Решив слегка открыть карты, выдаю ответ.

— Хотите понаблюдать за схваткой пришельцев из другого мира, а потом добить того, кто останется жив?

Теперь троица подгорных переглядывается между собой. Говорить начинает стоящий слева от Стонта, ранее хранивший молчание. Кивнув мне, представляется.

— Стратег Оннос Орхо Фой. Мы хотим лишь отомстить императору, который стал причиной гибели почти всех выживших представителей нашего народа. «Синий зверь» не так опасен — его никогда сильно не занимали распри и войны. Раньше он интересовался только наукой. Вернее, лишь одним её сегментом.

Ответ не самый полный, но даёт общее понимание расклада. Плюс я окончательно убедился, что подгорные в курсе иномирного происхождения, как правителя Норкрума, так и Баггота. Более того, о том, что император — один и тот же человек, меняющий лишь свой облик, они тоже знают.

Оглянувшись на остальных, обдумываю ситуацию. Если верить словам Ранзи, то подгорные способны прикрыть нас от охотников за головами, что идут по следу. Если судить по тому, что общину ещё не обнаружили, скрываться эти низкорослые парни умеют. Что нам на руку. Плюс, наверняка весьма неплохо управляются с магией. Один схор это хорошо, но целая община древнего племени, ещё лучше.

Ауры троих переговорщиков тоже никак не намекают на возможный обман с их стороны. Единственное, что стоит прояснить — какие именно обязательства несёт второй пункт. Как знать, вдруг они тут распланировали атаку на императорский дворец и предполагают, что мы примем в ней участие?

— Что именно подразумевается под местью? Если речь об открытом нападении на правителя Норкрума или кого-то из его стэрсов, то я буду вынужден отклонить предложение. По причине непреодолимой тяги к жизни.

Ожидаю, что ответит Оннос, но вместо него слово берёт Стонт.

— Мы тоже не слишком спешим умирать, Архос. Никаких открытых действий не требуется. Лишь немного подтолкнуть в одном месте и чуть замотивировать в другом. Ты уже немного поднаторел в таких делах. И знаешь, что нужно делать. Да и выбор невелик, либо бегать до конца своей жизни, либо попытаться как-то решить проблему.

Глянув на меня, добавляет.

— В случае, если у нас ничего не получится, община готова предоставить тебе убежище. Такое, где вас никто не сможет обнаружить.

Перспектива провести всю свою жизнь под землёй не слишком прельщает. С другой стороны, это всяко лучше, чем погибнуть на поверхности. Да и подгорные должны знать толк в комфорте — не думаю, что они спят на полу, завернувшись в шкуры. Если добавить к этому тот факт, что мы потеряли одно из ключевых преимуществ в виде неотслеживаемых прыжков Сэмсона, особого выбора у меня и не остаётся.

— Считайте, что вы меня убедили. Но на мой взгляд, надо скрепить договорённость. Магической клятвой.

К моему удивлению, эти парни даже не пробуют уклониться. Единственное условие, которое ставят — обязательства должен дать не только я, но и все маги из нашей небольшой группы. С их стороны, в процедуре тоже будут участвовать все явившиеся на встречу.

Если котяра соглашается почти сразу, то вот Л'залла какое-то время колеблется. Мысль о подобном оформлении союза с подгорными схорке явно не по душе. Но в конце концов, соглашается и она.

Согласование точного текста занимает двадцать минут, по истечению которых начинаем процедуру. Немного крови, полсотни рун и масса нотных символов. Плюс зачитанный вслух текст соглашения, от которого теперь не сможет отступить никто из нас. Попробовать, конечно можно. Но не думаю, что кто-то решит добровольно принести себя в жертву. Распад сознания — штука, от которой не защитит даже висящий на тебе кристалл разума. Он предназначен для спасения жизни мага, убитого обычным способом. А если твои мозги уже спеклись, помочь ничем не сможет.

Закончив, переглядываемся и Стонт взмахивает рукой.

— Теперь лучше пройти в другое помещение. Беседа может немного затянуться, а держать на ногах своих союзников, это признак дурного тона.

Ещё один открытый проход в стене, короткий коридор и мы оказываемся в неожиданно уютной комнате. Горящий в стене камин, мягкие кресла, ковёр под ногам. На стенах висит несколько картин. Окинув взглядом убранство, жалею, что не скорректировал условия сделки. Можно было рассказать подгорным всё, что я знаю в обмен на предоставление убежища. А для работы на поверхности, пусть нашли бы кого-то ещё.

Опустившись в одно из кресел, продолжаю осматривать комнату и старейшина усмехается.

— Непривычно? Многие думают, что раз мы живём под землёй, то и условия здесь соответствующие. Мало кто в курсе, как всё обстоит на самом деле.

Как только замолкает, в беседу включается их стратег, Оннос, сразу переходящий к делу.

— Мы знаем о существовании заговора, к которому причастны схоры Ларэда. Не так давно была разгромлена его часть. Императорская канцелярия вместе с политической полицией прошлись волной арестов по бюрократам и военным. Но накрыли только небольшую часть от их истинного числа. Наш план прост — выйти на контакт с теми, кто остался и свести их с Багготом. Вместе они смогут свалить Схэсса и без помощи ларэдских схоров. Но для начала нужно выяснить, кто на самом деле стоит за всей этой организацией. Ты можешь рассказать, что тебе известно?

Сжато излагаю свою историю «знакомства с заговорщиками», упомянув обоих стэрсов и странности со «смертью» Канора. Как и внезапно погибшего Сарра, что наоборот, должен был остаться в живых. Когда заканчиваю, подземные жители обмениваются взглядами и ко мне обращается Стонт.

— Жаль, что ты не знаешь человека, который стоит выше Сарра. Мы тоже подозревали, что он и есть лидер заговора, но когда стэрс внезапно погиб, пришлось пересмотреть наш анализ.

Со стороны соседнего кресла слышится голос Сталры, в котором звучат лёгкие нотки подозрения.

— Откуда вы знаете, что Сарр мёртв? И как выяснили информацию о заговоре? О таком не станут трепаться на каждому углу.

Старейшина переводит взгляд на девушку и поглаживает окладистую бороду.

— Пусть подгорных осталось мало и они распылены по всей империи, но мы всё равно на что-то годимся. А наша слабость оборачивается силой. Когда в каждом крупном городе есть твои соплеменники с союзниками среди людей, можно выяснить самые разные вещи. Даже те, что пытаются отчаянно скрыть.

Переключив своё внимание на меня, добавляет.

— Например, уже сегодня вечером мы будем знать, кто именно стоит за заказом из Рэнха. Это позволит немного прояснить ситуацию.

Хмыкнув, сразу же реагирую.

— Тут всего пара вариантов. Либо сам император, либо заговорщики. Хотя я больше склоняюсь ко второму. Зачем правителю Норкрума использовать наёмников из криминала, когда он может послать сюда своего стэрса?

Откинувшись в кресле, Стонт улыбается, снова запустив пальцы в бороду.

— Ты удивишься, когда узнаешь, кого и как Схэсс использовал раньше. Я не удивлюсь, если этот заказ, тоже его рук дело.

Звучит интересно. Но сейчас меня больше волнует ответная порция информации.

— Пока вы не рассказали, что вам известно о всём происходящем? Предполагаю, есть интересные моменты, о которых мы пока не знаем.

Секунду помолчав, Стонт согласно наклоняет подбородок. И начинает веско излагать.

— Заговор распространился куда шире, чем все считают. Сначала мы предполагали, что его основой является небольшая группа недовольных аристократов, что сумели каким-то образом склонить на свою сторону некоторых военных и полицейских. Потом решили, что инициатором был стэрс императора, сумевший обойти магическую присягу. Но потом выяснилось, что против престола играет куда больше людей. Больше половины великих домов Норкрума в деле. Те же самые Сарры — одни из хёрдисов империи. Их сын мёртв, но семья продолжает поддерживать контакты с заговорщиками. То же самое я могу сказать про Тонфоев, Свезальдов и Релье. Сразу четыре хёрдиса. Немало графов и баронов.

Сделав паузу, чтобы выдохнуть, продолжает.

— Всё это даёт им обширные связи среди военных. Большинство высших армейских чинов — аристократического происхождения. Если начнётся открытое противостояние, то они могут повернуть оружие в сторону престола. Мало кто согласится отправлять войска во владения собственной семьи. Непонятно, почему недавние аресты не коснулись практически никого из аристократов. Единственное наше предположение — Схэсс не желает доводить дело до полноценного столкновения и сделал «предупредительный выстрел». Если так, то стратегия не сработала. Высшая знать всё ещё горит желанием убрать его с престола. Отчасти из-за собственных амбиций, но по большей части из-за недовольства последними изменениями. Повышение налогов, запрет на покупку земли, обязательные смотрины дочерей при императорском дворце. Не всем нравится, когда его ребёнка оценивают, как скотину, а если приглянётся, то забирают в наложницы.

Когда он замолкает, к беседе присоединяется Файрз. Меланхолично глядя на пламя камина, Хранитель истории отмечает.

— При этом все помнят, что случилось во время прошлого мятежа аристократов. Потому никто и не спешит. Ждут, когда первый ход сделает кто-то ещё, чтобы оценить его успешность и прикинуть собственные шансы.

С интересом посмотрев на него, уточняю.

— А что было в прошлый раз? Не слышал, чтобы преподаватели рассказывали о попытке восстания.

Подгорный усмехается в густые усы.

— Ещё бы. Ваши записи об истории правятся, переписываются и уничтожаются по мере необходимости. Сейчас людям рассказывают, что правление «династии Схэсс», это эпоха процветания и расцвета. Никто не говорит, каким путём он пришёл к власти и сколько крови при этом было пролито. Молчат о голоде, что охватил тогда половину империи. Новый император выкосил столько магов, что стала ощущаться острая нехватка специалистов в области сельского хозяйства. Тогда даже студент первого курса, знающий два десятка нужных нотных комбинаций мог озолотиться, отправившись работать в поля.

Замолкнув, снова смотрит в пламя камина и Стонт мягко напоминает.

— Архос спрашивал о прошлом мятеже.

Встрепенувшийся летописец недоумённо смотрит на старейшину и взмахивает рукой.

— Да, действительно. Но там особенно и нечего рассказать. Тогдашние хёрдисы попытались свергнуть правителя и сменить династию на престоле. На их стороне была половина генералитета и собственные армии. К ним присоединилось руководство нескольких школ магии. Были финансовые ресурсы. Казалось, что даже если они не победят, то как минимум смогут расколоть страну надвое, оставив Схэсса править малой её частью. Но никто из них не подозревал, какой мощью располагает император. Мятеж захлебнулся в крови. Пять великих домов были полностью истреблены и вычеркнуты из всех записей. Сотни тысяч простых людей погибли. Твой Калед, к слову оказался наполовину разрушен — горожане отказались сложить оружие и Схэсс лично ударил магией. Один нотный комплекс и половина кварталов перестала существовать.

Выдохнув, пожимает плечами.

— Тогда и появились пять новых хёрдисов империи. Из старых уцелели только дом Рояр на юге и Тонфои, что не полезли в эту мясорубку.

Машинально вспоминаю Кайлу, которая погибла на Ларэде. Она ведь тоже была из дома Тонфоев. Жалко, не вышло поболтать с девушкой. Думаю, можно было услышать немало интересного.

Пока я размышляю, к разговору присоединяется Сэмсон.

— В общих чертах замысел мы поняли. Вот с конкретикой пока проблемы. Как именно вы хотите выйти на контакт с заговорщиками?

На этот раз, ему снова отвечает старейшина.

— Соваться к кому-то из хёрдисов точно не имеет никакого смысла. Но у нас есть несколько аристократов рангом пониже, которые располагают достаточными связями в среде заговорщиков. Имеются и намётки по промышленникам. Остаётся выбрать такого, к которому вам будет проще всего подобраться.

Судя по всему, подгорный собирается продолжить, но я задаю новый вопрос, только что появившийся в голове.

— Схэсс раздавил прошлое восстание, несмотря на превосходство мятежников. Насколько он силён? Баггот рассказывал мне про убийство детей ради власти и могущества. Но не вдавался в детали.

На лице Стонта появляется удивление.

— Баггот?

Пожимаю плечами.

— Да. Стив Баггот. Так зовут вашего «Синего зверя».

Вот теперь вся тройка подбирается в креслах, вперившись в меня взглядами. Хранитель истории, извлекает из поясной сумки лист бумаги и странное перо, принявшись что-то записывать. А старейшина подземного народа потрясённо качает головой.

— Мы собирали всю доступную информацию столетиями. Но до этого момента не знали истинного имени второго иномирца.

Вздохнув, напоминаю ему о своём вопросе.

— Так вы знаете, на что способен Схэсс? Чего от него ждать?

Тот кивает и бросив взгляд на летописца, что уже прячет бумагу обратно в сумку, принимается рассказывать.

— Его сила отличается от магии в классическом её понимании. Так же, как и у…Баггота. Магическая наука относит такие случаи к исключениям, которые порождены уникальным стечением обстоятельств. Если доверять рассуждениям тех соплеменников, что занимаются анализом угрозы, изначально Рэн не был так силён. Да, он многое мог. Но идя к власти, больше опирался на подкуп, шантаж и убийства. Использовал разложение бюрократии себе на пользу, чувствуя себя среди этого гнилья, как крот в мягкой земле. С течением времени его мощь начала расти и продолжает увеличиваться до сих пор.

Сделав паузу, как-то странно рассматривает меня и говорит дальше.

— Данные по поводу его отпрысков разнятся. По одной версии, он убивает абсолютно всех детей от наложниц и жён, поглощая их силу. По другой — какую-то часть оставляет в живых, позволяя им спариваться с кем-то и убивая только после этого. Расширяет «кормовую базу» за счёт внуков. Где больше правды и что на самом деле происходит во дворце, точно неизвестно. Об этом знает только сам Схэсс. Зато подтверждён другой факт — солидную часть полученной мощи он сливает в артефакт, установленный в его дворце. То ли из-за того, что не может по какой-то причине поглотить всё сам, то ли считает такой подход более эффективным.

Вторая версия выглядит не слишком убедительно. А вот первая смотрится реалистично. Учитывая, какое количество «императоров» у нас сменилось, Схэсс должен был перебить массу своих отпрысков. Человеческое тело же, как ни крути, имеет какие-то ограничения. Нельзя наращивать мощь бесконечно.

В воздухе звучит голос Сталры.

— А что с Архосом? После…контакта с этим Багготом, он чувствовал себя очень плохо.

Теперь на лицах всей троицы подгорных отражается…сомнение? Интересно. Дела обстоят настолько плохо? Или они просто затрудняются с ответом?

Прежде чем успеваю озвучить это, Стонт начинает медленно излагать.

— Его аура изменилась. Приобрела новые свойства из-за взаимодействия с силой иномирца. Боюсь, я не знаю, что можно сделать в данном случае. Единственный выход — убивать, чтобы подпитывать себя и отодвигать смерть. Сутки без чужой энергии и на этом всё может закончиться.

Баронесса стискивает зубы так, что в комнате хорошо слышится их скрип.

— А целители? Они разве не могут помочь?

Подгорный отрицательно машет головой.

— Только временно. Это не тот случай, где сработают классические способы лечения. У нашего народа нет айванов, как у людей. Но на моих костях вырезаны двенадцать рун. Комбинация, позволяющая видеть жизненную силу других и проворачивать некоторые вещи. За столько лет я успел обучиться многому. И сейчас могу точно сказать — целители с этим не справятся. Я могу предложить вскрыть плоть и вырезать на костях скелета руны, что будут подпитывать его. Но пока они войдут в полную силу, пройдёт, как минимум год. Да и в успехе, я если честно, совсем не уверен.

Чувствую себя, как морсар выброшенный на сушу. Я то думал, что будет достаточно самому восстановить свою плоть и на этом всё закончится. Но теперь… Убивать каждый день, чтобы жить? Согласен, в мире полно дерьмовых людей, заслуживающих смерти. Но ежедневно заниматься их поиском и ликвидировать, это та ещё задача. Оторвав хмурый взгляд от пола, поднимаю глаза на старейшину.

— В чём суть проблемы? Я пытался оценить своё состояние, но всё, что вышло понять — мой организм истощён и хрупок. Хотя сейчас я не ощущаю никакой слабости.

Вздохнувший Стонт, с лёгкой печалью смотрит на меня.

— Дело не в твоём организме. Чужая мощь внутри тебя. Чёрно-фиолетовые вихри. Это чужеродная сила, которая тебя пожирает. От неё нельзя избавиться — новая энергия переплелась с твоей собственной. Как только ты прекратишь подпитывать её извне, она начнёт пожирать тебя самого. Теперь понимаешь? Наверняка ты получил какие-то новые возможности. Но и цену за них придётся платить немалую.

Откинувшись на спинку кресла, пробую представить, каким будет моё будущее. Которое сейчас видится в весьма мрачных тонах, щедро сдобренных кровью.

— Всё это крайне печально. Но если вы не против, давайте вернёмся к делу. Нам всё ещё нужно выбрать одного человека для контакта.

Следующие полчаса превращаются в дискуссию по поводу списка из двадцати персон, который сформировали подгорные. В итоге останавливаем свой выбор на графе Кенноте, чьи владения находятся под Рэнхом. Аристократ владеет недвижимостью и в самом городе, где любит проводить время. Отыскать его, по словам Стонта не составит проблем. Но конкретный план встречи нам придётся придумать самим.

В Рэнх нас обещают переместить при помощи портала подгорных. Там есть небольшая община их соплеменников, которые тоже располагают подземными укрытиями. Назад сможем вернуться тем же путём. Если в этом вообще возникнет необходимость. Вероятнее лидеры подземных жителей Скэррса сами явятся в Рэнх, чтобы обсудить результаты и дальнейшие планы.

Когда заканчиваем, прокручиваю в голове разговор, пытаясь понять, не упустили ли мы чего-то важного. В этот момент кусок стены отъезжает в сторону и там появляется взволнованный крепыш.

— Приношу свои извинения. Но у меня срочные новости — Довано только что атаковали семью Хольт. Те требуют нашей поддержки — в городе фактически кипят уличные бои.


Глава XIII


Первым на озвученные слова реагирует Оннос. Поднявшись с кресла, рявкает.

— Докладывай! Что именно происходит?

Молодой подгорный на секунду теряется, но почти сразу принимается быстро излагать.

— Довано бросили в бой все свои силы. Плюс у них поддержка — не меньше двухсот наёмников, которые прибыли в город. Гарнизон бездействует, императорская канцелярия пока тоже молчит. Некоторые полицейские вступили в бой на стороне Хольтов, но их слишком мало. И среди них ни одного мага.

Стратег нетерпеливо взмахивает рукой.

— Дальше! Что с главой семьи?

Посланник шумно сглатывает слюну.

— Казначей убит. Застрелен в ресторане, где обедал. Сразу после этого началась атака.

— С этого и надо было начинать! Когда я уже вас чему-то научу, идиотов!

Закончив фразу поворачивается к старейшине, который остался в кресле и сейчас задумчиво поглаживает бороду. Тяжело вздохнув, поднимает глаза на Онноса.

— У нас есть договор с семьёй Хольт. Но боюсь, сейчас мы ничем не сможем им помочь. Если выдадим себя, погибнет вся община. С другой стороны, мы многим им обязаны. Бросить их будет откровенным предательством.

Говорит, как настоящий политик. Уже начинаю ждать слова сожаления и «искреннего раскаяния» по поводу безвременно почивших союзников, но подгорный всё же принимает иное решение.

— Сообщите всем живым членам семьи, чтобы пробивались к шахтам. Тех, кто уже находится на территории компании, немедленно отправьте в убежище. Постарайтесь сделать это незаметно. Я запрещаю вступать в открытый бой или помогать Хольтам на улицах Скэррса. Если никто из людей облечённых в городе властью не вмешался, приказ на уничтожение клана спустили сверху. Помогайте тем, кто доберётся до шахт, но как только противник начнёт штурм, немедленно отступайте. Не вздумайте сражаться! Это мой приказ. Каждый, нарушивший его, будет казнён.

Жёсткие у него формулировки. Впрочем, если они долгое время работают с Хольтами, у кого-то из подземных жителей могли завязаться личные отношения. Даст слабину один — погибнут всё. Предполагаю, что дело в этом. Либо подобные слова, простая дань традициям.

Посланник уносится прочь, а стратег поворачивается к Стонту.

— Даже если мы просто укроем их, это вызовет вопросы. Не могут люди взять и раствориться в воздухе. Их станут искать. И первым делом обратят внимания на шахты.

Старейшина вздыхает, поднимаясь из кресла.

— Ты сам всегда твердишь о гордости и честности нашего народа. А теперь предлагаешь бросить союзников на верную смерть? К тому же, хотят искать — пусть. Кто только не пробовал просканировать эти горы. Сюда даже спецов из центрального аппарата канцелярии отправляли. Плюс заезжал стэрс Рамно. Нас так и не обнаружили. Сомневаюсь, что в этот раз что-то изменится.

Пока они говорят, пытаюсь сформировать картину происходящего. Довано обнаружили нас и потерял группу наблюдателей в полном составе. Подкрепление при это запросить явно успели. И когда оно подоспело, почему-то набросились на Хольтов. Как они поняли, что те нам помогли? Почему решили среагировать именно так?

Прокручиваю в голове нашу встречу с Ранзи и быстрый бросок до паромобиля. Мой айван наверняка оставил след, но этим преследователей точно не удивишь. Вот сам Хольт магию не использовал. Даже если бы он и применял её, обычная нотная комбинация не оставляет какого-то уникального следа, позволяющего идентифицировать мага.

Хм. Что, если Довано изначально заметили его паромобиль. И видели, как парень вошёл в дом, который они «пасли». Всё, что им оставалось сделать — выставить напоказ своих наблюдателей, чтобы пачка трупов послужили оправданием перед заказчиками. Плюс, разместить кого-то подальше. Предоставив таким образом живого свидетеля произошедшего. Если всё было так, то сработали они неплохо. Одним ловким ударом свалили своих покровителей и теперь займут их место. Конечно, если самих Довано не отправят следом за Хольтами. Думаю момент с нашим исчезновением в горном убежище, они при своих расчётах не учли.

— Вы немедленно отправляетесь в Рэнх. Файрз пойдёт с вами. В качестве представителя нашей общины и советника. Его иногда заносит, но экскурсы в историю подгорных, вам придётся потерпеть. Зато в его присутствии, у вас точно не возникнет проблем с соплеменниками. Мы с Онносом должны остаться здесь. Думаю ты понимаешь, что никто из нас не может сейчас покинуть город.

Я согласно киваю и скоро мы уже мчимся по подземным тоннелям, уходя всё глубже вниз. В какой-то момент Файрз притормаживает и вдавив руку в стену, открывает ещё один проход. Ловко у них всё устроено. Даже если противник прорвётся, придётся помучаться, чтобы найти все замаскированные проёмы. Особенно учитывая, что даже мой айван не показывает за ними живых существ. А они там есть — в зале, куда мы только что зашли, сразу двое подгорных.

Летописец бросает короткую фразу и оба подземных жителя бросаются к цепочке камней, что выложена на возвышении. Крутят их в руках, выставляя определённым способом. Действуют сноровисто, явно не в первый раз. Но что они делают? Так открываются их порталы?

Как быстро выясняется, я не ошибся. Крепыши заканчивают с расстановкой камней и в углу зала возникает небольшая арка серого цвета. Файрз приглашающе машет рукой.

— На другой стороне — убежище нашей общины в Рэнхе. Они не ждут нас так рано, поэтому я пойду первым. На всякий случай.

Закончив говорить, сразу же отправляется в портал, не дожидаясь нашей реакции. Следующим туда ныряет Сэмсон. А я ловлю на себе взгляды девушек, явно ждущих, пока я тоже зайду в арку. Вместо этого поворачиваюсь к Феррону.

— Анз, если ты…

Бывший офицер машет головой.

— Я с вами Архос. Эти новости… Они перевернули всё с ног на голову. А я ведь когда-то давал присягу. Служить империи и защищать её. К тому же ты мне жизнь спас.

Хмыкнув, разворачиваюсь и быстро шагаю к порталу. Через секунду уже стою рядом с Сэмсоном, который разглядывает небольшое помещение в котором мы оказались. Скоро рядом оказываются все остальные и в комнате становится совсем тесно. Портал закрывают, а Файрз, до этого беседовавший с местным подгорным, ведёт нас дальше.

На этот раз идти совсем недалеко. Полсотни ярдов и мы оказываемся в просторном зале. Почти такой же камин, кресла обтянутые шкурами и два проёма в боковых стенах. Хранитель истории останавливается недалеко от горящего пламени и обводит комнату рукой.

— Справа и слева спальни. Не самые удобные, но какие есть. Это что-то вроде комнаты для гостей — здесь ночуют визитёры из других общин. А теперь остановитесь вы. Скоро прибудет стратег Рэнха, который выдаст полный расклад по графу. А пока можно отобедать или выпить вина.

Только сейчас понимаю, что желудок и правда настойчиво требует пищи. У остальных, судя по их реакции тоже просыпается голод. Ожидаю, что Файрз отправится искать кого-то из местных, чтобы обеспечить едой, но он пользуется артефактом связи. Заметив мой удивлённый взгляд, пожимает плечами.

— Наши переговоры не так просто отследить. Под землёй это совсем невозможно. А на поверхности использование артефактов строго запрещено.

Усмехнувшись, усаживаюсь в одно из кресел и слышу голос Анза.

— Этот камин. Куда уходит дым? Это же демаскировка.

Вопрос вызывает у меланхоличного историка короткий приступ веселья.

— Всё отправляется туда же, куда и дым из наших кузниц или кухни. Объёмные подземные пещеры, где циркулирует воздух. Дым рассеивается по сотням отнорков, практически полностью исчезая. Рано или поздно он чаще всего попадает наверх. Но в крохотной концентрации и обычно весьма далеко от места нашего обитания.

Когда заканчивает экскурс в историю, наша «дверь» снова отъезжает в сторону и показываются девушки с подносами, уставленными едой. Такие же низкорослые, но не сказать, что уродины. У двоих из этой троицы весьма симпатичные черты лица. А формы такие, что Сталре с Л'заллой впору завидовать. Одна из них почему-то засматривается на меня и перед глазами внезапно появляются ягодицы баронессы, которая делает вид, что её крайне интересует содержимое подноса, заслонив меня. Намёк подгорная понимает, но реагирует интересно — вместо того, чтобы ретироваться, молча меняет позицию. И удаляется, только подмигнув мне, за что получает испепеляющий взгляд аристократки, упёршийся в спину.

Оставшись одни, набрасываемся на еду. Когда заканчиваем и берёмся за чашки сорка, Файрз внезапно открывает новую тему.

— Мы не успели побеседовать о Парящем. Вы же побывали там?

Переглянувшись с котярой, киваю, а летописец продолжает.

— Недавно, мы заметили один из их кораблей на севере. Почти над самым городом. Они никогда не совались так далеко на север. Может вы что-то слышали об этом? О каких-то делах пиратов на северной окраине империи?

В голове возникает смутное подозрение и я быстро формулирую ответ.

— На острове мы пробыли всего сутки и покинули его с боем. Без длинных разговоров с кем-то из местных. Тот корабль… Что с ним потом стало?

Подгорный делает глоток напитка, поглядывая на камин.

— Его обнаружили маги. Не только наши, но и гарнизонные. Пока поднимали в воздух дирижабли и связались с ближайшим крылом драконов, корабль уже исчез. Возможно использовал маскирующие заклинания. Как бы там ни было, драконы его не нашли, хотя и прочесали всё пространство над Скэррсом.

Нахмурившись, уточняю.

— Когда это было?

Историк ненадолго задумывается.

— За сутки до того, как ты бежал из лечебницы.

Поворачиваюсь к призванному.

— А Цзеру и Эмили ты когда здесь обнаружил?

Морда котяры отражает крайнюю степень удивления.

— Ты же не думаешь, что пираты решили преследовать их на севере?

Стиснув зубы, повторяю вопрос.

— В какой момент времени ты их «видел» здесь?

— Тоже за сутки. В вечер, перед твоим побегом.

Косой взгляд на Файрза и тот подтверждает.

— Такое же время.

На несколько секунд наступает тишина, которую нарушает вопрос обер-лейтенанта.

— Эмили и Цзера, это…?

Постукивая пальцами по подлокотнику кресла, пытаюсь объяснить.

— Наши друзья и соратницы. Пришлось разделиться перед «Балом Масок». Они остались в Схердасе, а мы с Сэмсоном отправились во дворец.

Сам призванный спрыгивает на пол, подходя к камину. Повернув ко мне морду, интересуется.

— Считаешь, они были на том корабле? Если он не спускался на землю, то их никак не могли взять в плен.

— Порталы. Вспомни атаку на поезд. Пираты могли «засветиться» на время, которое требовалось для захвата.

Котяра с сомнением фыркает.

— Эмили просто так не взять. Там потребовалось бы куда больше времени.

Глянув на него, считаю нужным напомнить.

— Действительно? Вспомни магию какой мощи мы наблюдали в последнее время. А теперь скажи, что этому может противопоставить механоид без магической струны?

Сбоку слышится удивлённый вздох Анза.

— Механоид? Но…

До конца он вопрос не задаёт, но смысл понятен и так.

— Это не самый обычный конструкт. Если вам доведётся встретиться, сам всё поймёшь.

В голове вьётся целый ворох мыслей. Одновременное появление корабля Парящего и девушек, это точно не совпадение. Вопрос лишь в том, что здесь является причиной, а что следствием. Они явились в Скэррс, потому что здесь оказался корабль или наоборот? С одной стороны их могли преследовать. С другой — у Цзеры наверняка остались какие-то связи на Парящем. Не сказать, что её там обожали, но в теории скайна могла выйти на контакт с кем-то из старых знакомых. Возможно север был выбран в качестве места встречи. Не совсем логично, но как знать, какими резонами могли руководствоваться стороны.

Обе версии не кажутся логичными, но других мой мозг выдать не может. А спустя несколько минут, размышления прерывает явившийся стратег общины подгорных Рэнха. Пропускаю его представление — включаюсь, когда тот уже сухо озвучивает факты, касающиеся нашей цели.

Если коротко — граф очень любит Рэнх. В основном из-за обилия ресторанов и бурной ночной жизни. Часто бывает в борделях, включая специализированные. Сегодня вечером запланирован визит в один из таких. Что-то вроде публичного дома, совмещённого с обычным отдыхом. Здание с двумя надземными и трёмя подземными этажами. Наверху располагается ресторан и несколько отдельных комнат, где можно провести время за беседой или просто отдохнуть с бокалом вина. А вот внизу самое интересное — все три этажа заполнены «комнатами для развлечений».

Когда тот начинает перечислять варианты, удивляюсь, до чего может дойти человеческая фантазия. Я могу понять разнообразные ролевые игры. Но, чтобы мужик добровольно давал причинять себе боль, да ещё и наслаждался этим? У Сталры похожая ситуация, но я никогда не пробовал посмотреть на неё под противоположным ракурсом. Грязные же рицеровы отпрыски.

Потом подгорный заводит речь о совсем непонятных мне вещах и я поднимаю руку, останавливая его.

— Это всё интересно и познавательно. Но можно только о той части, что нужна нам?

Ненадолго прервавшийся стратег бросает на меня взгляд и ничуть не смутившись, заглядывает в бумаги, которые принёс с собой.

— Обычно граф Кеннот заказывает один из готовых сценариев, либо просит разработать что-то именно для него. Этим вечером, у него игры с дочерью хёрдиса, которая вместе со свой горничной заблудилась в лесу и наткнулась там на местного жителя.

Подняв на меня глаза, продолжает.

— Плохая новость в том, что просто так взять и явиться в это заведение практически невозможно. Рэнх город свободных нравов, поэтому доступ открыт не только аристократам. Но нужна предварительная запись. Впрочем, решение этой проблемы мы уже нашли. По соседству с «апартаментами», которые обычно использует Кеннот, находится помещение, арендованное на сегодня виконтом Майрнером. Обычно он является со своей супругой и она развлекаются вместе. В нынешней программе развратная дочь друга семьи, что заночевала у них и совратила конюха. Плюс пара служанок, которые всё видели, но не доложили.

Сделав паузу, реагирует на удивлённое выражение моего лица.

— Обычное дело для такого заведения. Вы сами слышали какие услуги там могут предоставлять. Это ещё весьма мягкий вариант. Что до виконта, мы его нейтрализуем. Не убьём, но вынудим остаться дома. А кто-то из вас явится туда под видом пары и попросит об аналогичной услуге, обещая щедро заплатить. Девушки всё равно подготовлены, клиент не явился, думаю вам пойдут навстречу.

Майрнер, значит? Та самая семейка, что хотела сбагрить Ставу на юг из-за её поведения. В то время, как сами пользуются услугами элитных шлюх Рэнха.

Собеседник воспринимает моё молчание по-своему.

— С этим будут какие-то проблемы?

Встряхнувшись, отрицательно качаю головой.

— Никаких. Во сколько нужно там быть? И какая сумма денег понадобится?

Тот усмехается.

— Прибыть лучше около десяти, когда они точно поймут, что Майрнера не будет. Услуга стоит около двухсот ларов, но скорее всего придётся отдать несколько больше. Впрочем, деньгами мы вас обеспечим. Как и нужной одеждой — в той, что на вас сейчас, боюсь дальше порога не пройти.

Молча киваю, а Сталра озвучивает вопрос.

— То есть нам надо подыграть, а потом вломиться к графу?

Слышу, как фыркает Сэмсон и сам невольно усмехаюсь. Взять баронессу, это вполне очевидный выбор. Л'залла маг и способна поддержать меня в бою, но внешность у неё всё-таки приметная. А персонал борделя обычно хорошо запоминает лица. Плюс уверен, южанок они видели немало — наша легенда о её происхождении может показаться недостоверной. Что тоже является дополнительным фактором риска.

Тем не менее, аристократка решила перестраховаться и сходу заявить, что со мной отправится именно она.

— В каждом отсеке коридора обычно дежурит охранник, следящий за соблюдением границ арендованного пространства. С ним нужно будет как-то разобраться. В остальном всё верно. Вам потребуется привлечь внимание графа и обсудить с ним ситуацию. Исключив лишних свидетелей. Около заведения будет находиться паромобиль с нашим шофёром, но лучше бы обойтись без шума и большого количества трупов.

Заглянув в документы, добавляет.

— Только не перепутайте. Рядом с вами будет местный промышленник, у которого весьма специфический сеанс общения с парой южанок. Дверь в его «апартаменты» расположена прямо напротив вашей. А вход к графу находится правее.

Ещё несколько минут обсуждаем детали и стратег уходит. Мы же пытаемся скоротать время до вечера. Как быстро выясняется, заняться в подземном убежище почти нечем. Всё, что остаётся — слушать рассказы Хранителя истории, да дремать в двухъярусных кроватях, которые стоят в спальнях.

Через пару часов приходят новости из Скэррса. Семья Хольт полностью проиграла бой. Несмотря на занимаемые официальные должности, большинство из них погибли на улицах городах. Выжило всего трое мужчин и несколько женщин с детьми, которые сейчас отсиживаются у подгорных.

Во второй половине дня прошу ещё раз зайти стратега и немного корректируем план операции. Внутрь отправимся мы со Сталрой. Но все остальные тоже поднимутся на поверхность и останутся ждать в паромобиле. На случай, если ситуация выйдет из под контроля и я не смогу справиться.

В итоге, ближе к вечеру все получают новую одежду. Если нам вдруг придётся выбраться из салона по дороге, нельзя, чтобы «мундиры», либо кто-то ещё сразу увидел разницу в её стоимости. Мы с Анзом облачаемся в костюмы-тройки, а девушки натягивают на себя вечерние платья и встают на каблуки. Баронесса добавляет к образу пару чулков и сразу несколько колец. У меня же виднеются часы на золотой цепочке, которые навскидку стоят не меньше тысячи ларов. Плюс, ещё три тысячи наличностью.

Аристократы обычно не носят с собой ножей, поэтому приходится обойтись револьвером. Рукоять богато инструктирована всё тем же золотом и крохотными драгоценными камнями. А небольшой патронташ вмещает в себя всего двенадцать патронов. Объяснение простое — для знати оружие, это скорее элемент декора, чем реальная необходимость. Они либо находятся в районах, где им ничего не угрожает, либо перемещаются с охраной, которая примет удар на себя. Чем и объясняется такой крохотный боекомплект. Зато все восемнадцать патронов — рунические. С весьма интересным эффектом — бронебойные, но как только касаются живой плоти, почти сразу взрываются. Через доли секунды, чтобы сработать внутри цели, а не снаружи.

Спустя десять минут уже стоим перед лестницей, ведущей наверх и переглядываемся. Раздумываю, не сказать ли что-то воодушевляющее, но тут снизу доносится голос кота.

— Давайте в этот раз обойдёмся без глобальных разрушений и массовых убийств? Со своей стороны обещаю, что не буду призывать к смене власти в Рэнхе.

Анз непонимающе смотрит на кота, а вот все остальные, включая меня, заливаются хохотом. Отсмеявшись, взмахиваю рукой.

— Идём. Постараемся не разочаровать Сэмсона.


Глава XIV


Оказавшись в паромобиле, понимаю, что действие поглощённой утром жизненной силы начинает постепенно проходить. Чувствую я себя всё ещё нормально, но вот прежнего подъёма сил и зашкаливающей бодрости уже нет. Морсаров гнилой хвост. Там же было девять человек. А хватило этого всего на день.

Когда уже подъезжаем к нужному месту, призванный снова подаёт голос.

— Вы там только не увлекайтесь. Помните, что основная задача поговорить с графом. А не устроить очередную оргию, как вы любите.

Ничего не ответив, с усмешкой качаю головой и выбираюсь наружу. Подавая руку баронессе, вижу её поблёскивающие глаза и в голове мелькает мысль, что возможно Сэмсон не так уж ошибся со своим предостережением.

Перед массивными и высокими створками двери стоит швейцар, который окидывает нас внимательным взглядом и берётся за ручку. Проходим в изящный холл с полом, выложенным мрамором и картинами на стенах. Весь персонал состоит из девушки в коротком облегающем платье за стойкой и рослого парня в костюме, скучающе оглядевшего нас.

Как только подходим, девушка сразу начинает говорить.

— Если вы хотите развлечений на сегодня, то к моему сожалению всё занято. Могу предложить только столик в ресторане или одну из комнат на первом этаже, если вам требуется более интимная обстановка.

Подойдя ближе к стойке, достаю бумажник и вытаскиваю банкноту в сто ларов.

— Мы много слышали о вашем чудесном заведении и его услугах. Его рекомендовал наш близкий друг и мы очень рассчитывали получить всё требуемое этим вечером.

Та косится на купюру и с улыбкой качает головой.

— Обслуживание пар входит в перечень наших услуг, но как я и сказала, всё уже занято. У нас постоянный поток клиентов.

Добавляю к первому «предложению» ещё сто ларов.

— Может быть что-то получится найти?

Та на момент задумывается, разглядывая деньги.

— Вам нужен какой-то специальный сценарий? Есть какие-то предпочтения?

Сделав вид, что размышляю, поворачиваюсь к Сталре, которая изображает на лице улыбку, играя свою роль. Я же снова переключаюсь на служащую.

— Подойдёт любой вариант, в котором есть только женский пол.

Та хмыкает, раздвинув губы в улыбке.

— Тогда я могу кое-что вам предложить. Один из наших клиентов не явился вовремя и его до сих пор нет. Хотя мы предупреждали, что не стоит опаздывать — это сказывается на состоянии работниц.

Сделав театральную паузу, продолжает.

— Сценарий не самый обычный — дочь друга семьи, которую застукали с конюхом. И теперь хотят наказать за подобное поведение. Вместе с двумя служанками, которые всё это видели, но ничего не сказали хозяевам.

Стараюсь продемонстрировать удивление, подняв брови.

— Звучит интересно. Конюх ведь не прилагается? Если да, его придётся убрать.

Стоящая за стойкой девушка, со смехом машет головой.

— Только девушки. Они обойдутся в триста ларов. Время ограничено ночью — если хотите вы можете подняться наверх, чтобы поесть или выпить вина, после чего снова отправиться вниз. Но с рассветом мы закрываемся.

Стоящая рядом Сталра подключается к беседе.

— Думаю к утру мы уже закончим. А если нет — продолжим у нас дома. Вдвоём.

Придвинувшись вплотную, прижимается бедром и служащая снова расплывается в улыбке.

— Как вас записать? Или вы хотите остаться инкогнито?

Достав ещё три купюры, кладу их рядом с первыми.

— Мы предпочли бы инкогнито. Покажете куда идти?

Та кивает рослому парню и тот ведёт нас к лестнице, которая тянется вниз. Наши «апартаменты» на втором подземном этаже. Пока спускаемся, оцениваю планировку и количество охраны. Момент первый — коридор действительно разбит на отсеки, огороженные друг от друга переборками. Они не закрываются на замок, а просто задвигаются, но звукоизоляция хорошая. Момент второй — двери в комнаты выглядят солидно. И вот они как раз запираются на ключ. Изнутри не доносится ни единого звука и тут дело явно не только в отделке — мой айван показывает присутствие артефактов в стенах. Всё происходящее внутри прикрывает магический барьер.

Когда оказываемся в самом последнем отсеке коридора, дежурящий здесь охранник переглядывается с парнем, который нас привёл и отпирает одну из трёх дверей ключом. Повернувшись ко мне, предупреждает.

— Если перегнёте палку, девушки смогут подать сигнал. Тогда я буду вынужден вмешаться.

Сталра с милым видом уточняет.

— А что именно под запретом?

Парень упирает в неё тяжелый вздох и судя по его лицу, явно подавляет вздох.

— Нельзя наносить серьёзные увечья. Переломы, ранения средней тяжести, отрезание частей тела и всё в этом духе. Если иное не оговорено в сценарии. Но это не ваш случай.

Берусь за ручку двери, но баронесса на этом не успокаивается.

— Всё остальное допустимо?

Охранник слегка прищуривает глаза, внимательно смотря на девушку.

— Вы можете использовать всё, что находится внутри. Плюс, своё собственное тело. Основной момент — не пытайтесь убить или покалечить работниц. Всё остальное разрешено.

Переведя взгляд на меня, добавляет.

— Я запру дверь на ключ. Если вам понадобится выйти, поверните небольшой рычаг справа от неё и будет подан сигнал. Стучать в неё бесполезно, тут всё равно ничего не слышно.

Кивнув ему, начинаю открывать дверь и вижу, как рядом со входом, ведущим в «апартаменты» графа загорается небольшой зелёный огонёк и слышится громкий писк. Служащий тоже это замечает и было дёргается туда, но сразу замирает на месте. Видимо по инструкции ему положено сначала разобраться с нами, а потом уже выпускать Кеннота.

Распахнув дверь, захожу внутрь и пропускаю Сталру. Хочу оставить дверь приоткрытой, чтобы услышать, зачем аристократу понадобилось выйти, но охранник не оставляет шансов — сразу закрывает дверь, поворачивая ключ. Активировав айван, оцениваю ситуацию за стеной и вижу ауру, затянутую слабым оттенком огненного цвета. На несколько секунд задержавшись, шагает дальше по коридору и я едва не бью «гарпуном», но вовремя сдерживаюсь. С новыми возможностями, я наверняка его сразу прикончу. Быстро выйти тоже не получится — пока нашу дверь откроют, аристократ уже скроется за переборкой.

Выругавшись про себя, поворачиваю голову налево. Вижу ауры работниц заведения, которые пока не покидают своего места. Если бы Кеннот решил закончить, то думаю они бы ушли. Значит граф вернётся. Осталось только дождаться.

Разворачиваясь, вижу Сталру, который с интересом рассматривает детали «апартаментов». Взглянуть тут и правда есть на что. Огромная кровать, на которой лежит голая девушка, старательно изображающая испуг. К груди прижата простынь, лицо искажено паникой. Справа от кровати ещё две — стоят на коленях, уткнувшись взглядами в пол, покрытый ковром. Боковую правую стену занимает большое зеркало, а слева от кровати кресло. Не слишком логично, но для разнообразия поз подойдёт. А вот стена справа от входа, занята «инструментами». Пара кнутов, плети, нечто похожее на плоские дубинки, пара ошейников, какие-то цепочки.

Свет обеспечивают два неярких светильника к которым плюсуется десяток свечей, стоящих на полках.

Придвинувшись ближе к Сталре, тихо шепчу.

— Сосед пока ушёл.

Баронесса поворачивает ко мне лицо, на котором играет улыбка и я слышу ответный шёпот.

— Значит надо играть роль.

Шагнув вперёд, останавливается перед кроватью.

— Не ожидала, что ты окажешься такой распутной шлюхой. Может отдать тебя прислуге? Пусть затрахают так, чтобы хватило до конца жизни.

Та вполне натурально изображает страх. Вжавшись спиной в подушку, машет головой.

— Прошу вас, не надо. И не рассказывайте семье. У меня через две недели назначена свадьба, если жених узнает…

Сталра вкрадчивым голосом интересуется.

— И что же с тобой делать? Такое нельзя оставлять без наказания.

«Гостья» тихо выдаёт ответ.

— Что хотите. Только сохраните тайну.

Баронесса заходится смехом.

— Тут уже всё зависит от тебя. Если нам понравится, может и промолчим. Будешь ленивой сукой — отправишься на конюшню, подставлять задницу прислуге.

Оглянувшись по сторонам, задерживает взгляд на свечах, а потом останавливает его на «служанках».

— А вы почему замерли? Встали!

Приблизившись вплотную к постели, вцепляется в простынь, одним рывком убрав её и приказывает.

— Разведите ей ноги и держите.

Дойдя до полки и взяв свечу, поворачивается.

— Не так, тупые рицеровы шлюхи! Прижать колени к груди и не давать двигаться!

На этот раз до пары, что играет прислугу, доходит. Развернув «аристократку» к баронессе, задирают её ноги, прижав их к упругой груди и замирают в такой позе. А подошедшая Сталра заглядывает в лицо девушки.

— Страшно? Не вижу в твоих глазах настоящего ужаса. Сейчас посмотрим, насколько ты вынослива.

Прицелившись, капает воском ей между ног и лежащая на постели девушка выгибается дугой, дёргаясь под весом «служанок» и крича. Ещё одна капля и всё повторяется. Третья и та отталкивает одну из девушек, пытаясь сомкнуть ноги.

Комнату заполняет голос моей спутницы.

— Непослушная сука! Хочешь получить по полной? Могу взять тот кнут и вытянуть тебя между ног?

«Гостья», чья грудь тяжело вздымается, бросает взгляд в сторону самого крупного из кнутов на который указывает Сталра и сразу начинает махать головой.

— Не надо. Пожалуйста. Я сделаю всё, что скажете.

На лице баронессы появляется хищный оскал.

— Тогда раздвинь свои ноги и прижми к груди. На этот раз будешь держать их сама.

Поворачивает голову ко мне и организм, уже начавший реагировать на всё происходящее, окончательно делает боевую стойку.

«Аристократка» сама разводит ноги, а подошедшая Сталра одним движением отрывает уже охладившийся воск с капюшона клитора, заставив девушку кричать. Возвращается к прежнему занятию и уже на второй капле та сжимает ноги вместе, а партнёрша обращается ко мне.

— Накажешь её, милый? Выбирай на своё усмотрение. А я разберусь с этими шлюхами из прислуги.

Повернув голову к стене, на которой вывешен инструментарий, оцениваю все варианты. В итоге беру тяжёлую кожаную плеть. Не бутафория — если такой вытянуть, то мало точно никому не покажется. Повернувшись обратно, вижу, что обе «служанки» уже сбросили одежду. Сейчас же с себя стягивает платье сама Сталра. Которая в этот раз решила обойтись без белья.

Смотря, как она засовывает лицо одной из служанок себе между ног, на мгновение останавливаюсь. Какого морсара? Графа пока нет и раз уж мы пришли сюда развлекаться, то надо делать это по полной, а не отираться около стены, играя вторую роль.

Шагнув к девушке, хватаю её за волосы и тащу к постели. На момент лицо баронессы выглядит недоумённым, но на нём быстро появляется довольное выражение.

Ставлю её раком на кровати, лицом к себе и поворачиваюсь к «служанкам».

— По языку в каждую её дырку! Покажется, что не справляетесь — отстегаю так, что не сможете ходить.

Обе голые красотки меняют свои позиции. Одна забирается снизу, а вторая принимается вылизывать её зад. Я же перевожу взгляд на аристократку.

— А на тебе мои яйца, грязная шлюха. Работай!

«Гостья» тоже сдвигается с места. Я же расстёгиваю штаны. Спустя секунду член уже оказывается во рту Сталры. Остальные тоже вовсю работают языками. Причём вполне профессионально — «аристократка» обхватывает яйца губами и вылизывает их так, как будто от этого зависит её жизнь. Баронессе тоже достаётся своя порция удовольствия. Помня о её предпочтениях, опускаю правую руку, выкручивая сосок и девушка мычит от удовольствия, не прекращая насаживаться своим ртом.

Ещё несколько раз захватываю её сосок в тиски пальцев, а потом не выдерживаю. Обстановка слишком накалённая, а организм давно хотел разрядки. Схватив баронессу за волосы, вжимаю её лицо в пах и выстреливаю в глотку. Секунд пять держу её в таком положении, после чего отпускаю и отступаю назад. Но судя по глазам Сталры, она таким исходом точно не удовлетворена. Несколько минут играет с девушками, пока я развалился в кресле, наблюдая за процессом, а потом принимается раздавать команды.

— Ты — легла на пол, лицом к креслу. Быстро, шлюха! Вы двое — сняли с моего мужа туфли и отчистили его ноги своими сучьими языками! И штаны снимите!

Распределив роли, подходит ко мне и опускается на пол, подставив обе свои дырки под язык «аристократки». Сама же снова принимается обрабатывать мой член. Ощущения от трёх языков, как и картина в целом, заставляют меня быстро вернуться в боевое состояние. Есть и минус — объём моей энергии не бесконечен, а секс выматывает. Но останавливать процесс мне совсем не хочется.

В какой-то момент Сталра просто усаживается на лицо «гостьи», сжав её голову бёдрами. Убедившись, что больше член падать не собирается, тащит меня к кровати. Через секунду становится раком и поворачивает ко мне голову.

— Задница чистая. Можно туда. Пожалуйста… И плеть…

Активировав айван, кошусь в сторону апартаментов графа, но аристократ пока не вернулся. Вырубив магический талант, беру с кресла плётку и обрушиваю её на задницы баронессы. Та выгибается, умоляя добавить и я хлещу снова. Схватив за волосы одну из «служанок», подтаскиваю к промежности и та понимает приказ без слов. Выгнувшись на полу, принимается работать языком, иногда дёргаюсь от мелькающей в воздухе плети.

«Аристократка» сама проявляет инициативу, насаживаясь на мой член ртом. А вторая «служанка» становится на колени, уткнувшись лицом в мою стопу и вылизывая пальцы.

Через минуту, отбрасываю плеть в сторону и вгоняю залитый слюной член в задницу баронессы. «Гостья» переключается на мои яйца, встав сзади. А «прислуга» остаётся при своём. На этот раз процесс затягивается. Крохотный временной разрыв даёт о себе знать. Минут через двадцать всё-таки заканчиваю, вцепившись в ягодицы Сталры и максимально разведя их в стороны. Постояв, отхожу назад и «гостья» немедленно кидается очищать член языком. Когда отстраняется, уже развернувшаяся баронесса хватает её за волосы и оттянув в сторону, отвешивает пощёчину. Глядя в лицо, шипит.

— Не сметь трогать, без моего приказа! Гхархова раздолбанная шлюха!

Оттолкнув ту в сторону, с сожалением смотрит на мой пах, облизывая губы. Я же, снова активирую айван и вижу фигуру, которая заходит в «апартаменты» графа. Кеннот всё-таки вернулся. Значит и нам пора выдвигаться.

Взяв с кресла штаны, снова ловлю на себе взгляд Сталры и озвучиваю предложение.

— Сейчас не помешает выпить по бокалу вина и немного отдохнуть.

Та разжимает губы в улыбке и соскакивает с кровати. Окинув взглядом работниц, выдаёт приказ.

— Ждать.

Команда чисто формальная, они отсюда и так никуда не денутся. Но баронесса, похоже вжилась в роль. Хотя её оговорка про мужа, слегка напрягает. У меня уже была одна «жена» и этого на ближайшие годы с лихвой хватит.

Надев штаны, застёгиваю ремень и жду, пока Сталра натянет платье. Шлёпаю её по скрывающейся заднице и меня чуть пошатывает. Рицеров гребень! Сейчас надо будет разобраться с охранником и надеюсь, его слепка жизненной силы хватит, чтобы слегка вернуться в норму. На момент мелькает мысль, что лучше было бы обойтись без секса. Но её я сразу откидываю в сторону. Ко всем морсарам эту осторожность. Мы в любой момент можем сдохнуть. Надо наслаждаться жизнью, если подворачивается такая возможность.

Оглянувшись на баронессу, дёргаю за рычажок и спустя пару секунд дверь распахивается, открывая вид на охранника. Глянув внутрь, скользит взглядом по голым девушкам и его лицо заметно меняется. Похоже персоналу пользоваться их услугами не разрешают. Что в целом объяснимо — нечего кому попало портить элитный товар, за который платят бешеные деньги.

Как только парень снова запирает дверь на ключ, всаживаю в него «гарпун». Энергия сразу же хлещет в мою ауру, заставляя с облегчением выдохнуть. А его лицо искажается болью. Даже пытается что-то сказать. Но не успевает — сползает по стене на пол.

Теперь чувствую себя лучше. Не сказать, что намного, но на какой-то промежуток времени хватит. Пожалуй надо будет заглянуть в трущобы Рэнха. Прямо в этой одежде, чтобы у местных не было сомнений, стоит ли добыча риска.

Глянув на переборку, убеждаюсь, что она осталась на своём месте и наклоняюсь к трупу, снимая с пояса связку ключей. Поняв, что все три разные, не удерживаюсь от ругательства. Придётся подбирать нужный. Надеюсь, граф не успеет поднять тревогу.


Глава XV


Когда подношу первый ключ к замку, чувствую горячий шёпот Сталры, обжигающий левое ухо.

— Охранник сказал, что шлюхи могут поднять тревогу. Может их сначала убрать?

Скосив глаза, чувствую, как мой организм снова реагирует на близость женского тела, от которой буквально веет запахом возбуждения. Если это побочный эффект от поглощения чужой силы, то весьма занятный.

— Они заняты процессом. Думаю, никто не обратит внимания.

Впрочем, проблемы это не отменяет. Работницы могут подать сигнал и потом. Если они делают это при помощи артефактов, то остановить их будет практически невозможно.

Приглядываюсь к их силуэтам и замечаю небольшие пульсирующие комки энергии. У каждой есть один такой в правом бедре. Чуть подумав, выпускаю две тонкие иглы и запустив их, вгоняю прямо в артефакты. Чёрно-фиолетовая энергия снова даёт о себе знать — моментально вытягивает их содержимое. Но к жизненной силе самих девушек не подключается — обе остаются живы. Уже неплохо. Убивать шлюх не за что. Тем более мы собираемся просто поговорить с графом. А если он сейчас трахает одну из них, то скорее всего сильно удивится, если девушка сдохнет в процессе. Как я предполагаю, это даст не совсем верный настрой для начала беседы. Не говоря уже о том, что ему могут просто отгрызть хозяйство в припадке судорог.

Начинаю подбирать ключи и относительно везёт — на втором замок щёлкает. Приоткрыв дверь, понимаю, что на нас и правда не обратили внимания. Граф занят «общением», в котором задействованы обе девушки. Оборачивается на нас, только когда дверь открывается полностью и я ступаю внутрь. Вижу его округлившиеся глаза и недвусмысленно постукиваю по рукояти револьвера. Кеннот бросает взгляд в сторону своего ремня с кобурой, но добраться до него аристократ в любом случае не успевает.

Обе девушки замирают в своих позах, скосив глаза на оружие. Когда Сталра закрывает дверь, обращаюсь к ним.

— Артефакты не сработают, можете не пытаться. А если у вас всё-таки выйдет поднять тревогу, мы будем вынуждены перебить всех в этом здании. Чего с одной стороны мне не хотелось бы, но с другой, я с радостью это проверну.

Вот теперь у них в глазах мелькает настоящий страх. Одна остаётся на кровати, вжавшись спиной в подушку. А вторая поднимается на ноги и переводит взгляд с меня на баронессу.

— Если вы хотите…

Рыкнув, обрываю её.

— Вы нам не нужны.

Теперь напряжение проявляется уже на лице графа. И я спешу его успокоить.

— От тебя тоже требуется лишь беседа. Хочу заметить, взаимовыгодная.

Прокручиваю в голове подходящие нотные комбинации, собираясь запустить одну из них. Но потом настороженно оглядываю стены. Артефакты… Они ведь могут не только обеспечить звукоизоляцию. На месте владельцев заведения, я бы постарался обеспечить себя защитой от применения магии. Использовать для их нейтрализации айван, тоже не самый лучший вариант. За поддержанием защиты в актуальном состоянии могут следить.

Вздохнув, рассматриваю голых девушек. Что с ними теперь делать? Всё-таки прикончить? Баронесса понимает мои затруднения и шагает в сторону, вытаскивая из кобуры револьвер Кеннота.

— Вы двое, связали друг друга.

Пока те вяжут запястья верёвками, роется на полках с местным инструментарием. Обнаружив там затычки для ушей, вздыхает, с сожалением глянув на меня. Попробовав на себе, вставляет по одной паре в уши девушкам, после чего завязывает им глаза.

Интересный у них подход. Для чего нужны затычки в уши, я прекрасно понимаю. Но как они вписываются в «лесной сценарий»?

— Что вам нужно?

Повернувшись к графу, который натянул на себя штаны и сейчас выжидательно разглядывает нас, усмехаюсь.

— Постараюсь изложить всё кратко. Вы участвуете в заговоре, который раньше возглавлял Сарр. Сейчас он мёртв. Нам необходимо связаться с тем, кто сейчас играет роль лидера.

Опешивший аристократ делает шаг назад, упираясь спиной в стену. Не знаю, что он ожидал услышать, но точно не такое. По-моему даже побледнел немного.

— Кого вы представляете? Откуда… Кто вы?

— Мы от человека, который может помочь вам свалить Схэсса. Сами вы точно не справитесь. Помнишь ведь, что было триста лет назад?

Кеннот переводит взгляд с меня на Сталру. Вернув его обратно, берёт себя в руки.

— Красивые слова. Но откуда мне знать, что ты не врёшь, парень.

Пожимаю плечами.

— Потому что мы могли сдать тебя канцелярии. Или стэрсам. Но вместо этого стоим здесь и беседуем.

Секунду молчит, рассматривая меня.

— А почему именно здесь? Странное место для встречи. Да и обстоятельства не самые обычные.

— Потому что мы сами под прицелом. Остальное тебе пока знать не обязательно. Всё, что требуется — вывести на человека, который руководит заговором.

Мужчина ненадолго задумывается и с сомнением качает головой.

— Сам подумай. Ты вломился, пока я был в борделе. Наверняка убил охранника. Угрожаешь оружием. С чего мне выдавать тебе такие данные? Откуда возьмётся доверие?

Усмехнувшись, делаю шаг в его сторону.

— Хорошо. Пара фактов, которые могут переломить твоё мнение. Император — иномирец. Он не рождён здесь. Более того, всё это время империей правит один и тот же человек, который меняет свой облик и каждый раз занимает престол под новым именем. Он убивает своих собственных детей и внуков, чтобы получить больше силы. Не знаю, почему он всё ещё не выпотрошил вас всех. Возможно слегка потерял хватку. Но вам не одолеть его в открытой схватке.

Сделав секундную паузу, смотрю на его напряжённое и вместе с тем ошеломлённое лицо.

— Факт второй. Не далее, как пару дней назад произошёл бунт в императорской лечебнице. Откуда сбежал тот, кто может противостоять императору. Не думаю, что на равных, но он хотя бы не сдохнет в первые же секунды, как все остальные маги. И знает, как его ослабить. Если натравить его на Схэсса и обеспечить поддержкой, у вас будет шанс. Именно это мы и предлагаем. Единственную возможность одержать верх.

Застыв на месте, какое-то время молча разглядывает меня. Шумно выдыхает воздух.

— Я слышал про лечебницу. По официальным данным, в ночь бунта её никто не покинул. Один вопрос — зачем это вам самим? Ты ведь прибыл не в качестве посланника того мага, что может прикончить императора?

С усмешкой, киваю.

— Ну да. Наверное ещё и никто не погиб. Полторы сотни охранников и магов просто разом споткнулись на улице и размозжили черепа. Что касается второго вопроса — Схэссу нужны наши жизни. Рицеров ублюдок не успокоится, пока не прикончит нас. Поэтому вариантов немного.

Тот неверяще машет головой.

— Серьёзно? Ты решил отправить на тот свет императора, потому что тот объявил на него охоту? Один и неизвестный никому паренёк?

Сбоку слышится голос Сталры.

— Не сказала бы, что он никому не известен. Его знает император, стэрсы и схоры Ларэда. Да и с одним монархом оттуда он тоже лично знаком.

Аристократ поворачивается к баронессе, невольно поморщившись.

— Ларэд?

Переглядываемся с девушкой и я решаю, что раз уж начали, то стоит выложить на стол все карты.

— Ты же слышал о воздушных пиратах, которые грабят суда на побережье?

Дожидаюсь, пока граф медленно кивнёт и излагаю дальше.

— Они базируются на Парящем. Воздушном острове, что висит над тем самым океанским разломом, который не даёт кораблям пройти дальше на запад. Этими парнями управляет клан магов, что специализируются на воздушной стихии. Знаешь, в свете всех последних фактов, не удивлюсь, если ими тоже руководит иномирец. Они тут повсюду. Куда ни кинь морсарову кость, попадёшь в какого-то пришельца из другого мира. Так вот. Пираты грабят суда у берегов империи. А добычу и рабов продают на Ларэде. Втором континенте, где так и правят схоры. Они тоже были связаны с Сарром. По словам их правителей, помогли ему обойти механизм магической присяги. И судя по твоему лицу, раньше ты об этом не слышал.

Тот открывает рот и сразу захлопывает его. Несколько секунд стоит на месте, осмысливая всё услышанное. Хорошо его понимаю — я бы тоже задумался, получив такую порцию информации за один раз. Наконец отходит и разжимает губы, выдавливая из себя слова.

— Не знаю, кто ты такой. Но уверенно говоришь о вещах, про которые до меня только долетали обрывки слухов.

Замолчав, вглядывается в моё лицо и определяется с решением.

— Я передам вашу просьбу нашему лидеру. И постараюсь убедить его встретиться с вами. Большего, при всём моём желании, я сделать не могу.

Косится в сторону Сталры, которая с интересом рассматривает «инструменты» в комнате и спешно добавляет.

— Кто именно сейчас стоит во главе, неизвестно. Все считали, что это Сарр, но как выяснилось, он был не один. Возможно кто-то из хёрдисов в курсе, но у меня такой информации нет.

Осёкшись, с досадой морщится и я успокаиваю аристократа.

— Мы в курсе состава заговорщиков. Так что ничего нового ты не сказал. Зато немало услышал. Остался ещё один вопрос — как с тобой связаться? И когда?

На этот раз Кеннот раздумывает дольше.

— Я передам послание этим же утром. Было бы удобнее, оставь вы канал связи.

Отрицательно качаю головой.

— Так не получится. Даже если бы я этого захотел.

Граф усмехается.

— Ладно. Тогда давайте встретимся завтра вечером. У меня есть ресторан, который я постоянно посещаю и…

Взмахнув рукой, прерываю его.

— Места, где тебя часто видят, не подойдут. Точно узнают и запомнят, что ты встречался с новыми людьми. Тем более, ты прав — за дверью лежит труп охранника. Если сюда явятся ищейки канцелярии, то скорее всего, они поймут с кем ты мог говорить.

Покосившись на связанных девушек, вздыхает.

— С этим вопросом я разберусь. Пачка банкнот и репутация постоянного клиента, порой могут творить чудеса. А встретиться можем на гладиаторских боях химер. Я сниму вип-ложу и предупрежу охрану, что жду гостей. Просто скажите, что идёте ко мне и вас пропустят. Завтра, около десяти часов вечера.

Кивнув ему, отступаю к двери, а баронесса бросает револьвер графа на кровать. Держа Кеннота в поле зрения, открываю дверь и пропустив девушку, шагаю за ней следом.

Спустя минуту поднимаемся в холл, где нас встречает всё та же служащая.

— Вас всё устроило? Уже покидаете нас? Или просто поднялись передохнуть?

Повернувшаяся к ней Сталра, выдаёт ответ первой.

— Всё прошло великолепно. Но боюсь, мы с мужем немного устали. И уже полностью наигрались. Обязательно заглянем к вам ещё.

Снова «муж». Теперь уже не в рамках игры. Надо бы задать ей вопрос по этому поводу, когда окажемся в убежище подгорных.

Добравшись до паромобиля, забираемся в салон и сразу же слышится ворчание кота.

— Всё-таки не смогли удержаться, да? С графом хотя бы поговорили?

Опустив на него глаза, чувствую, как снова накатывает волна усталости. Что за рицерово дерьмо? Я же только что прикончил охранника. Сколько прошло с того момента? Минут десять? Пятнадцать?

Сталра вопрос Сэмсона игнорирует, так что откинув голову на спинку сидения, отвечаю сам.

— Поговорили. Он сделает всё, что сможет. Новая встреча завтра вечером, на гладиаторских боях химер.

Теперь морда призванного, лежащего напротив меня, излучает не так много неодобрения. Но и довольным его назвать нельзя.

— Уже что-то. Но знаешь Арх, ваши инстинкты вас рано или поздно подведут. Нельзя отправляться на важное дело и вместо этого заниматься там…

Прервавшись на середине фразы, оглядывает меня.

— В какую безднову яму утекла вся твоя энергия?

Прежде чем он сделал предположение, что это влияние секса, озвучиваю ответ.

— Сам бы хотел знать. Внутри пришлось убить охранника, но этого надолго не хватило.

Повернув голову к шофёру, обозначаю ему новую цель поездки.

— Нам нужно в трущобы. Ненадолго, максимум на полчаса.

Пара секунд тишины и слышится недоумевающий голос подгорного.

— Зачем? Мы и так рискуем, разъезжая с вами по городу. А там наш паромобиль точно заметят.

Покосившаяся на меня Сталра, разворачивается к водителю и тихо цедит слова.

— Значит оставишь его подальше, а мы дойдём пешком. Либо так, либо Арху придётся начать убивать в вашем убежище, чтобы выжить.

Вот теперь подземный житель явно заволновался. Глянув на нас в зеркало заднего вида, смещает правую руку в сторону, скорее всего опустив её на оружие. Я же пытаюсь прояснить ситуацию.

— Неужели Файрз вам не рассказал? Я столкнулся с «Синим зверем» и теперь нуждаюсь в постоянной подпитке чужой жизненной силой. Если хочешь, можем остановиться около любого дома и я прикончу всех живущих внутри. Но это будет твоим решением и их смерти окажутся на твоей совести. Предпочёл перебить десяток-другой бандитов с окраины, которые привыкли резать глотки. Или грохнуть взвод «мундиров». Но боюсь, второй вариант привлечёт к нас слишком много внимания.

Парень снова пытается разглядеть нас в зеркало и я хорошо вижу его округлившиеся глаза.

— С «Синим зверем»? Вы сражались с ним и выжили?

Да ради всех болотных гхалтов! Даже у подгорных, которых осталось всего ничего, командование предпочитает скрывать информацию. Вроде бы и логично — не хотят допустить утечки. Но я ожидал, что с нами отправят относительно информированного бойца, который в курсе ситуации.

— Мы не сражались. Он помог освободиться мне, а потом уже я вытащил его из заключения. Правда, кончилось всё очередной подставой. Но учитывая, что я выжил, это не так важно. Что действительно меня сейчас волнует — когда мы доберёмся до трущоб? Можешь оставить паромобиль подальше. Просто высади нас около самых нищих кварталов и возвращайся на то же место через полчаса.

К счастью, у меня выходит его убедить. Свернув в боковой проулок, слегка поворачивает голову.

— Через двадцать минут будем на месте. Только подождать вас у меня и правда не выйдет. Слишком опасно. Вернусь через полчаса, как вы и сказали.

Л'залла насмешливо фыркает, выражая своё мнение по поводу храбрости подземного народа. А я слабо улыбаюсь. Занятная ситуация. Убивать, чтобы жить. Каждый день. Боюсь, если я пробуду в Рэнхе ещё несколько дней, местные банды начнут разбегаться от франтов, которые забрели не в тот район города.

Через десять минут петляния по Рэнху, шофёр внезапно притормаживает. Сначала думаю, что мы доехали быстрее, чем планировалось. Но потом вижу четвёрку конных «мундиров», которые перегородили дорогу. Один из них, не спешиваясь, подъезжает ближе и немного свешивается с седла.

— Дальше начинаются опасные кварталы. Разворачивайтесь.

Подгорный, бросив взгляд на нас, пытается как-то решить ситуацию.

— Мы хотим просто прокатиться там. Не думаю, что кто-то кинется на паромобиль.

Полицейский со знаками различия старшего сержанта, приглядывается к салону.

— Очередная пара аристократов, решивших, что они неуязвимы? Мы сейчас вас пропустим, а завтра нам же придётся копаться в трущобном дерьме, чтобы понять, кто именно перерезал ваши глотки. Знаете, что самое интересное? Выяснить это будет в буквальном смысле невозможно. Поэтому мы возьмём первых попавшихся идиотов, лишь бы ваши богатенькие родители прекратили скулить.

На мгновение замолчав, повышает тон голоса.

— Если вы не поняли, то это означает, что дальше вы не проедете.

Голос внезапно подаёт Сталра.

— Вы собираетесь указывать нам куда можно ездить, а куда нельзя? Не слишком много на себя берёте сержант?

«Мундир» скалится в злобной усмешке.

— Знаете, а давайте ка мы посмотрим, что у вас там с собой есть и заодно выясним, кто вы такие. Может вы и не аристократы вовсе. Ограбили кого-то, угнали паромобиль и теперь мчитесь назад. Или у вас есть что-то запрещённое.

На последней фразе удивлённо вскидываю брови. Что может быть запрещённого в Рэнхе? Это не Ларэд. Оружие здесь может носить любой придурок. Потом в голове всплывают воспоминания о газетных статьях, которые я мельком проглядывал в доме преподавателя Скарно. Какие-то ягоды, из которых выжимают сок и потом добавляют его в вино. Даёт очень мощный эффект опьянения, но при этом вызывает быстрое привыкание.

Переглядываемся и медленно киваю. Ничего подобного у нас с собой нет. Да, полицейские увидят лица, но это не так критично. Кто из «мундиров» Рэнха может узнать меня?

Первой из салона выбирается Сталра и внезапно выясняется, что у полицейских на эту ночь совсем другие планы. Либо, так получается спонтанно. Сложно сказать. Но когда девушка оказывается на мостовой, уже спешившийся сержант шумно втягивает ноздрями воздух и выдаёт одно слово.

— Шлюха!

После чего вцепляется в платье, разрывая его и пытаясь развернуть баронессу лицом к машине. К нему бросается ещё один «мундир», но вместо того, чтобы оттащить старшего по званию, принимается ему помогать. А двое объезжают паромобиль стороной, доставая оружие.

Морщась от боли, формирую четыре «гарпуна» и всаживаю их в цели, сразу же чувствуя, как в меня вливается поток их жизненной силы. Когда тот прерывается, окидываю взглядом улицу. Никого. Только четыре осиротевших коня, с двух из которых свисают трупы полицейских. А рядом звучит голос Сэмсона.

— Отличное продолжение вечера. Мы как южные ассасины в ночи — абсолютно не привлекаем внимания.

Пропустив замечание кота мимо ушей, тоже вылезаю наружу, держа руку на рукояти револьвера. Но больше тут никого нет. В проулок выходят только задние стены домов, обошлось без свидетелей. Любителей пеших прогулок в щекочущей нервы обстановке рядом тоже не наблюдается.

— Ты в порядке?

Пытающаяся поправить надорванное платье Сталра, с яростью пинает труп сержанта.

— Да. Только испугалась от неожиданности. Похотливый старый боров!

Выбравшийся наружу шофёр окидывает взглядом трупы и поворачивается ко мне.

— Возвращаемся назад?

Чуть подумав, отрицательно качаю головой.

— Убираем трупы и лошадей с улицы. А потом едем дальше.


Глава XVI


Трущобы встречают нас настороженной тишиной. Айван показывает силуэты десятков наблюдателей, но никто из них пока не спешит показываться на свет. Приглядываются. Ждут. Оценивают. Нищие кварталы Рэнха готовы принять нас в свои жадные объятия и проглотить. Но пока опасаются. Не каждый день сюда приезжает паромобиль из которого беспечно выгружается хорошо одетая парочка. Всё непонятное, с точки зрения местных обитателей является угрозой. А сейчас они точно не понимают, что происходит и за каким морсаром мы сюда явились.

Высадивший нас подгорный, сразу разворачивает машину, отправляясь восвояси. Анз и Л'залла с ним. Прикончив «мундиров», я получил достаточную порцию энергии, чтобы действовать самостоятельно. А вот шофёру может понадобиться поддержка. К тому же пустой паромобиль, крутящийся в относительной близости от окраины города может вызвать вопросы. Наличие в салоне влюблённой парочки снимет большинство из них. Куда едете? В гостиницу. Почему именно здесь? Так у меня пассажиры, которым нужна приватность.

А дальше пусть гадают, почему она понадобилась. Либо один из тех, кто внутри в браке, либо просто не хочет, чтобы его видели с партнёром на людях. Но резон интуитивно понятен.

Единственное «но» — если нарвутся на таких же «мундиров», что встретились нам, проблемы всё равно могут возникнуть. Но я уверен, схорка с магическим даром и кадровый армейский офицер с ними как-то разберутся. Да и та четвёрка, изначально не хотела атаковать. Не знаю, почему сержанту так внезапно сорвало крышу. Когда мы заталкивали его труп в промежуток между домами, от служаки несло алкоголем. Как я предполагаю, разум выпившего ублюдка свернул не туда, когда он почувствовал запах Сталры. И тот решил, что может позволить себе немного насилия. Возможно смог за одну секунду убедить себя, что мы не представляем опасности. Или вовсе об этом не думал. В любом случае, для конного патруля эта встреча завершилась фатально. В отличии от их лошадей, которые сейчас привязаны к двум водосточным трубам.

Размышляю об этом рассматривая трущобы. В отличии от Каледа, в Рэнхе даже имеется подобие границы. Широкая дорога, которая по всем критериям должна быть в несколько раз уже и выглядит построенной для наглядной демонстрации — за эту черту лучше не заходить.

Разница и правда бросается в глаза. С одной стороны, пусть и потрёпанные, но целые дома, в части которых горит свет. Я даже слышу детский смех — жители окраин всегда плодятся так, как будто они хёрдисы и могут содержать сотню отпрысков, но редко кто разрешает детям шуметь. Во избежание целого вороха потенциальных проблем. А здесь ребёнок явно не опасается быть заткнутым.

С другой стороны дороги — коробки зданий, в которых нет ни единого огонька. И мёртвая тишина. Обманчивая — айван демонстрирует мне десятки притаившихся людей, что однозначно следят за нами.

Первым «границу» пересекает Сэмсон. Призванный настоял на том, что нас надо подстраховать — мол, с моей тактической гениальностью, мы обязательно во что-то вляпаемся даже при прогулке по трущобам, где не должно быть магов.

Следом медленно шагаем мы с баронессой. Девушка поступила с платьем очень просто — срезала кусок ткани, где был разрыв. Наполовину обнажив левую грудь и часть рёбер. Весьма ловко — издалека может показаться, что так и было изначально задумано.

При нашем приближении фигуры местных жителей оттягиваются назад. Пока они ещё не понимают, кто мы такие и зачем сюда прибыли. Прилично одетая пара, уверенно шагающая прямо в городской отстойник, это необычная ситуация. Она их пугает. Настораживает. Заставляет инстинктивно поджимать хвост.

Но уверен, как только мы углубимся, кто-то нападёт. Самый рисковый или самый голодный. Он же и поведёт за собой остальных. К тому же мы сейчас на самой границе. Сюда ещё могут заскочить «мундиры», поэтому относительно крупные банды предпочитают прятаться в глубине кварталов. Здесь же только отчаянные и слабые. Жизнь которых полностью пропитана страхом.

— Может дашь мне револьвер. У тебя же есть магия. А у меня сейчас даже ножа не осталось. Не руками же их бить, если что?

Покосившись на шепчущую Сталру, разжимаю губы в усмешке.

— Тебе и не нужно. Я всё сделаю сам. А если возникнет внезапная угроза, в дело вступит Сэмсон.

Баронесса недовольно вздыхает. И я всё-таки отдаю ей оружие, которое немедленно скрывается в дамской сумочке. Нет, это не потакание желаниям девушки. Ход на публику. Местные убедились сейчас сразу в двух вещах. Первая — у меня есть огнестрел. А вторая — я идиот, потому что отдал его женщине, что сразу засунула револьвер подальше. Ещё они должны были хорошо рассмотреть его богато украшенную рукоять. Да и золотая цепочка часов в лунном свете блеснула.

Успеваем углубиться на полсотни ярдов, прежде чем находятся первые смельчаки. Трое. С аурами, которые по мере приближения к нам окрашиваются красным. Вбиваю в них «гарпуны», когда они ещё только подбираются через подворотни, стараясь не шуметь. Это к слову, местным жителям удаётся неплохо — звук трёх упавших тел хорошо слышен в почти полной тишине. Как и шорох тех, кто рванул к ним, сразу как осознал произошедшее. Внезапная смерть этой троицы не останавливает падальщиков — за скромную добычу с трупов бьётся не меньше двадцати человек.

Такого, пожалуй не было даже в Каледе. Наши трущобы опасны, но жившие там люди не напоминают дикарей, готовых на всё ради пары монет или куска еды.

Продолжаем нашу «прогулку» и скоро на нас вываливается новая группа. На этот раз пятеро. Умирают так же быстро, как и первые. После этого, обитатели «приграничья», рассасываются в разные стороны. Самые отчаянные кидаются обдирать и эти трупы, а остальные предпочитают удалиться подальше от странной парочки, рядом с которыми люди мрут, как мухи.

Шагая дальше, не могу понять, почему тут всё настолько плохо. Такие районы есть в каждом городе, от Каледа до Схердаса. Но везде выстраивается какая-то инфраструктура и присутствует, пусть специфический, но порядок. Там тоже живут люди — социальная система глобально не отличается от обычной. С той лишь разницей, что роль «мундиров» играют банды и они же являются властью. Не позволяющей превращаться контролируемой территории вот в такое место. По той простой причине, что с голодранцев, которые рвут друг другу глотки за кусок хлеба, во-первых абсолютно нечего взять. А во-вторых, они станут представлять угрозу для самих бандитов. В их же интересах обеспечить относительную безопасность своего места обитания.

А здесь творится что-то непонятное. За двадцать минут я не увидел ни одного нормального здания. Вернее, сами то они есть. Если вставить окна, восстановить двери и навести внутри порядок, установив хотя бы несколько свечей, потянет на нормальное жильё. Но местные предпочитают жить в грязи, темноте и полном отсутствии благ цивилизации. Что меня смущает. Даже самое гнилое отребье не против обустроить свою берлогу. Хотя бы как-то. Не может такого быть, чтобы всё население трущоб разом переквалифицировались в любителей ночевать на помойке. Какой-то процент подобных личностей есть всегда, но обычно он составляет не больше трети от общего числа.

Отправив на тот свет очередную партию оборванцев, что пытались выйти на позиции для атаки, прислушиваюсь к своим ощущениям. Общее число поглощённых слепков жизненной силы перевалило за два десятка. Поэтому сейчас бодрость зашкаливает. Как и готовность продолжать. Кажется, что заключенная внутри меня чужая сила требует ещё. Хотя, скорее это так реагирует мой мозг, который последнее время бросает из крайности в крайность. От истощённости и депрессии до эйфории и готовности крушить всё вокруг.

В прошлый раз девяти человек хватило на день. Сейчас я прикончил больше двадцати и думаю такое количество должно продержать меня на ногах хотя бы сутки. Хотя тут сложно о чём-то судить — пока слишком мало информации, чтобы выстроить алгоритм переваривания поглощённой энергии.

Подталкиваю Сталру в сторону, чтобы выбраться к «границе» и дойти до места, где нас должен ждать паромобиль. По идее, подгорный вернётся минут через десять. Этого времени как раз должно хватить, чтобы быстрым шагом дойти до нужной точки. Углубившись в трущобные кварталы, мы свернули направо и всё это время не спеша двигались вдоль их периметра. Далеко отойти не успели.

Через минуту, в очередной раз оглянувшись по сторонам, замечаю странного человека, который целенаправленно мчится на нас. Аура полностью залита тёмно-синим, а в районе черепа клубится белая дымка. Замедлившись, ловлю на себе удивлённый взгляд Сталры и киваю в направлении, откуда приближается неизвестный. Шёпотом объясняю.

— Странная аура. Такой я ещё ни разу не видел.

Нахмурившаяся баронесса моментально извлекает из сумочки револьвер. А я поднимаю голову, находя глазами призванного. Сэмсон, как и раньше, застыл на крыше одного из зданий. Котяра перемещается исключительно по верхнему ярусу, готовый при необходимости прийти на помощь.

Убедившись, что он на месте, опускаю глаза и фиксирую ещё один странный факт — все остальные местные жители расползаются подальше от человека со странной аурой. Они и так предпочитали не соваться слишком близко, поняв, что странная парочка убийственно опасна. Но старались держаться где-то рядом. То ли рассчитывая на добычу с трупов новой партии идиотов, которые попробуют к нам подобраться, то ли отталкиваясь от чистых инстинктов.

А сейчас они бегут врассыпную, стремительно удаляясь прочь. Почему? Видеть ауру этого парня они никак не могут. Узнали его по шагам? Это звучит совсем, как бред.

На правой руке стискиваются пальцы Сталры.

— Давай уйдём отсюда. Он…странный. Я прямо чувствую. Надо бежать!

Покосившись на девушку, оцениваю свои собственные ощущения. Страха вроде бы нет. Желания немедленно свалить отсюда, тоже. По крайней мере более сильного, чем раньше. Трущобная вонь и окружающая обстановка изначально не вызывали мыслей о том, чтобы задержаться в районе.

Удерживая аристократку, которая уже начинает пятиться, осматриваю её ауру. Так и есть — лёгкий фиолетовый оттенок стремительно распространяется, захватывая всё больший объём. Ещё немного и девушка придёт в состоянии полного ужаса. Будь всё как раньше, я бы снизили долю этого цвета, но при нынешнем раскладе, так поступить не получится. Пару раз я пытался экспериментировать, оставляя в живых по одному человеку из нападавших на нас и пробуя скорректировать его «тональность». Но как только «гарпун» соприкасался с его слепком жизненной силы, та немедленно начинала выкачиваться. Возможно выйдет взять свои способности под контроль после полного насыщения. Но пока это только моя теория, которая ничем не подтверждена.

Несколько секунд размышляю, пытаясь понять, как поступить. В итоге формирую «гарпун», собираясь прикончить приближающегося человека. Но не успеваю — тот застывает, как вкопанный, после чего слышится громкий голос.

— Не обращай внимания на этого носителя. Я хочу пригласить тебя для разговора.

Рядом хрипит баронесса, которая пытается вырваться из моих тисков. А в десяти ярдах застыл неизвестный. Ещё мгновение терзаюсь выбором и потом поднимаю голову наверх.

— Проводи её. Если кто-то попробует подобраться — убей. Тут максимум триста ярдов, первую половину пути я точно смогу вас прикрыть, если это понадобится.

Призванный не отвечает, но я вижу, как его силуэт перелетает с одной крыши на другую. Значит расслышал. Отпустив руку Сталры, наблюдаю за быстро удаляющейся девушкой, а сам поворачиваюсь к странному собеседнику. Тот снова обращается ко мне.

— Приношу извинения за реакцию твоей спутницы. Я не контролирую это. Думаю ты должен понимать.

Интересное заявление. Получается, он в курсе на что я способен? И располагает схожими возможностями. Плюс, оговорка про носитель… Если этот обитатель трущоб под контролем, то это объясняет его полностью залитую тёмно-синим цветом ауру и белый туман в районе черепа.

— Кто ты такой и почему решил, что мне будет интересен разговор?

Ответ приходит почти сразу же.

— Знаешь, мне сложно ответить на первую часть твоего вопроса. А вторая… Я бы не стал присылать за тобой, но меня вынуждают. Он сказал, что вы знакомы. И тебе требуется передать послание. А если ты не пойдёшь, то следует напомнить о человеке, которого боялись на много парсеков вокруг. Теперь же он может лишь нести слово в массы и видеть время.

Ненадолго замолчав, спрашивает.

— Эти слова тебе что-то говорят?

Ещё раз оглядываюсь вокруг, чтобы убедиться в отсутствии возможного противника. Заодно проверяю безопасность Сталры и Сэмсона.

Оракул с Ларэда? Он точно кричал что-то по поводу парсеков. И про временные линии говорил немало. Но здесь не Ларэд. Как он смог дотянуться до другого континента, да ещё и заставить кого-то из местных выполнять приказы? Старик сам утверждал, что может только видеть варианты будущего.

В следующее мгновение вспоминаю его действия в Вавэлоне и встаёт новый вопрос. Если принять за аксиому, что встреча со мной и правда нужна Оракулу, то к чему она приведёт? Зачем ему это? Подтолкнуть временную линию в нужном направлении?

Какое-то время размышляю над тем, насколько мне нужна эта беседа. Спрогнозировать мотивацию очередного иномирца сложно. Возможно он хочет помочь мне, а может быть, наоборот, попытается столкнуть в яму. С другой стороны, на Ларэде он присутствовал физически и так же влиял на ситуацию. Здесь, судя по всему, лишь хочет передать послание. Слова, это не пули — их можно проигнорировать. Особенно, если они произнесены на большом от тебя растоянии.

Эта мысль наталкивает на другую идею и я кричу.

— Если он оставил для меня послание, ты можешь просто озвучить его. Зачем нам встречаться?

— С тобой хотят поговорить лично. Использовав меня в качестве аппарата для связи. Если ты думаешь, что меня это радует — зря.

Хмыкнув, оборачиваюсь назад. Силуэт Сталры виднеется на самой «границе» трущоб. Котяры с такого расстояния не вижу, но он точно где-то рядом с баронессой. Вернув внимание на посланника, излагаю ответ.

— Где ты? Куда идти?

— Просто следуй за этим носителем. Он приведёт тебя к нужному месту. Только прошу — не пугайся и не пытайся сразу убить меня. Я не виноват, что стал таким. И всё, чего сейчас хочу — чтобы этот Оракул поговорил с тобой, а жизнь вернулась в прошлое русло.

Молча шагаю вперёд и стоящий в проулке парень, разворачивается, тоже двинувшись с места. Путь лежит в самую глубину трущобных кварталов, но помешать нам никто не пытается. Айван показывает, что ближайшие местные жители находятся, как минимум в ста ярдах, не приближаясь на меньшее расстояние. Даже дома пусты — там нет ни одного спящего человека.

Пока идём, обдумываю вероятность того, что направляюсь прямо в ловушку. Сначала это кажется весьма возможным раскладом, но в итоге прихожу к выводу, что вероятность на самом деле не так велика. Не вижу ни одного резона, из-за которого Оракул мог пожелать моего уничтожения. Если только он успел связаться с императором. Но тогда бы не понадобились такие сложные фокусы. В конце концов, он же видит варианты будущего. Достаточно шепнуть Схэссу несколько слов и вопрос можно считать закрытым.

Обмана со стороны местного тоже по идее ждать не стоит. Он никак не мог узнать о фразах иномирца, которые те произносил на Ларэде. Не знаю, кто меня ждёт в своем логове посреди трущоб, но сомневаюсь, что это могущественный маг, который может без проблем дотянуться до Ларэда. Собственно, вопрос о том, к кому я сейчас иду, тоже интересен. Если он располагает возможностями контроля и влияния на ауры людей, то почему до сих пор здесь? Такой талант с руками оторвали бы в канцелярии. Да и любой из хёрдисов мог бы его нанять. Не говоря уже о менее интересных вариантах. Плюс, как с ним связался Оракул? Не думаю, что он может взять и постучаться в разум любого жителя империи. Скорее всего у того должны быть какие-то особенности.

Увидеть всё своими глазами получается где-то через двадцать минут, когда мой проводник останавливается около дома и показывает рукой на дверь, ведущую в подвал. Намёк ясен, но перед тем отправиться внутрь, я просматриваю здание при помощи айвана. Несколько человеческих силуэтов, с точно такими же цветами, как у парня, что привёл меня сюда. И ещё одна огромная аура в подвале. Всего два основных цвета — белый и светло-сиреневый. Такого я раньше тоже не видел.

Сам дом отличается от остальных. Двери и окна на месте, а в окнах, которые ведут вниз, виднеются отблески света. Единственное здание в трущобах, которое похоже на жилое. Немного помедлив, формирую пять «гарпунов» и спускаюсь вниз по ступенькам. Посмотрим, кому принадлежит такой громадный слепок.

Открыв дверь, шагаю внутрь и замираю на месте. Возникает большое искушение немедленно ударить «гарпунами», а потом свалить отсюда. Желательно туда, где наливают много крепкого хирса и можно вытравить часть своей памяти алкоголем.

— Я не виноват, что стал таким. Ты же понимаешь?

Булькающий голос заполняет подвальное помещение, а я продолжаю рассматривать «хозяина дома». Даже не знаю, как это можно описать. Единственное, что в нём есть нормального — лысая голова. Всё остальное…сложно назвать человеческим телом. Громадная туша, расплывающаяся во всей стороны. Правая половина — это непонятное месиво из зеленоватой слизи. Возможно где-то под ней есть плоть, но если и так, до неё ещё надо добраться. Отвратно выглядящая субстанция ещё и побулькивает. Странным образом удерживаясь на месте, вместо того, чтобы расползтись во все стороны. Руки с правой стороны тоже нет. На месте, где должно быть плечо, не заметно даже выступа. Просто гора зелёной мерзости.

Слева всё несколько лучше. Хотя и тут через кожу проступает такая же, светло-зелёная слизь. Но её немного. Зато сам кожный покров живота полупрозрачный — можно разглядеть странного вида внутренние органы и ту же самую слизь, что заполняет часть пространства между ними. Видны и кровеносные сосуды со струящейся по ним жёлтой жидкостью. Только одна часть выглядит более менее похожей на обычную. Плечо и левая рука, которая покоится на подобии подставки.

Район паха прикрыт большой тряпкой, тоже перепачканной зелёным. А ниже… Вместо ног громадный пузырь в оболочке, через которую видно, как внутри что-то бурлит и циркулирует. На полу несколько матрасов, поверх которых и расположился этот «человек». Когда заканчиваю его рассматривать и возвращаю взгляд на лицо, тот кривится в усмешке.

— Вот такое могут сделать с тобой алхимики, когда пытаются создать совершенное оружие. Я не собираюсь причинять тебе вред. И прошу не атаковать меня. Единственная причина по которой мы встретились — желание Оракула.

Медленно осмысливая его слова, не удерживаюсь от вопроса.

— Кто ты такой?

Колоссальных размеров брюхо колышется от смеха, из-за чего капли вязкой зелёной массы разлетаются по полу.

— Оззир. Когда-то меня звали так. Потом я получил новое имя — проект номер двести пятьдесят девять. А сейчас меня называют по-разному. Ночным ужасом, Кошмаром Рэнха, Королём трущоб. Чего только люди не придумают.

Непонимающе морщусь и напрямую уточняю ещё один момент.

— Почему ты ещё жив? Здесь же полно магов.

Теперь он отвечает вполне серьёзно, пристально разглядывая меня.

— Большинство не обладают нужным айваном и потому не суются в трущобы, как и обычные люди. Им не приходит в голову, что для визита в эту часть города, нужно выставить ментальную защиту. А те, что похожи на тебя… Они тоже предпочитают не бродить тут. Скажи мне, кому придёт в голову искать непонятный магический конструкт на территории, где живёт отребье? Ты бы сам об этом подумал?

Тут он прав. На месте местной полиции, я бы не рассматривал эти кварталы, как место обитания кого-то из сильных магов. Впрочем, разум цепляется совсем за другую фразу.

— Конструкт? Ты же сказал, что был человеком?

— Раньше. Давно. Обычный парень, который никому не мешал. Но у меня был нужный айван и это предрекло судьбу. Алхимики предложили обучение, а я с радостью согласился. Когда выпадает такой шанс, его надо хватать, не раздумывая. Кто же знал, что им просто нужен очередной подопытный.

Наконец обуздав свои эмоции, делаю шаг в сторону, уходя из прохода. Учитывая, что у меня за спиной так и остался «проводник», лучше сменить позицию.

— Что они пытались с тобой сделать?

Пару мгновений молчит, мрачно оглядывая подвал в котором мы беседуем.

— Им был нужен вариант для воздействия на разумы людей. Говорили, что это желание императора. Заказ, над которым работали десятки команд магов, сражаясь за колоссальные деньги, что был готов заплатить престол. Предполагалось, я смогу воздействовать на человеческое сознание, внушая ему нужное настроение. Причём делать это массово, охватывая сразу десятки и сотни тысяч людей. А при необходимости, брать их под прямой контроль.

Издав булькающий вздох, продолжает.

— Правда у них получилось далеко не всё. И совсем не так, как планировалось. Я действительно могу превращать некоторых людей в своих марионеток. Но в небольшом количестве. Остальные лишь чувствуют страх. А если находятся рядом со мной достаточно долго, то их сознание искажается.

На последних словах, вспоминаю карту Рэнха. Трущобы, в которые мы зашли, находятся с его южной стороны. По сути, это большой квадрат, примыкающий к стене города. Подгорный повёз нас именно сюда, сказав, что вся остальная окраина, хоть и живёт бедно, но там ситуация находится под относительным контролем «мундиров», которые задавили местные банды, сами заняв их место. Если отталкиваться от последних слов Оззира, выходит, что положение местных жителей, в основном его вина. Возможно этим же обусловлено и поведение конных полицейских. Постоянно патрулируя территорию возле «границы», те тоже могли попасть под удар. С обитателями трущоб не сравнить, но рискну предположить, что «мундиры» изначально были не прочь поживиться за счёт заплутавших горожан. Либо деньгами, либо женской плотью. Просто в этот раз им глобально не повезло.

— Поэтому от твоего «носителя» все разбегались, как от чумного? А вокруг всё настолько плохо?

Тот кивает и по всему телу проходит волна, сотрясающая огромную тушу.

— Всё так. Но это происходит само по себе. Я могу управлять лишь своими марионетками, да и это требует усилий.

Собираюсь перейти к вопросу об Оракуле, но тут взгляд падает на неподвижные силуэты в соседней комнате. Шагнув, открываю дверь и несмотря на предупреждающий возглас толстяка, заглядываю внутрь. Девушки. В количестве трёх штук и разной степени раздетости. Лежат на матрасах, уставившись в потолок.

Отступив назад, поворачиваюсь к «продукту алхимиков» и тот извиняющимся тоном объясняет.

— Местные оставляют мне продовольствие. Что-то вроде дани. Для этого тела нужно немало провизии. Просто складывают всё в определённом месте, а кто-то из моих марионеток забирает. Но приблизиться к кому-то из них сложно. Я могу только взять под полный контроль. А женского внимания, порой очень хочется.

Гхаргово безумие во плоти. Даже не хочу думать, как у этого мужика всё работает и в каком виде. Хотя, надо признать, решение относительно логичное. Махнув головой, перехожу к цели своего визита.

— Как с тобой связался Оракул?

Любвеобильный получеловек покачивается на месте, оставляя на стене след из зелёной слизи.

— Я уже рассказал тебе о своих способностях. В основном они подразумевают контроль над человеческим разумом. Как выяснилось, имеются и другие факторы. О которых я сам не подозревал. Например вероятность того, что кто-то влезет мне в голову и начнёт рассказывать безумные истории, параллельно требуя встречи с человеком, что обладает призрачный айваном и этим вечером появится на моей территории. Сначала я решил, что сошёл с ума. Но у него вышло убедить меня в своей реальности.

Невольно усмехаюсь. Описание действительно напоминает Оракула.

— Как он должен с тобой связаться?

— На этот раз я сам подам ему сигнал. Он объяснил как. Подожди.

Прикрыв глаза, какое-то время молча сидит на месте. Потом распахивает их и помещение наполняется голосом, в котором звучат уже другие интонации.

— Не представляешь, как я удивился, когда понял, что могу связаться с тобой. Чего только не придумает человечество в погоне за деньгами, верно? И это вы ещё даже примитивное VR-порно не изобрели. В сочетании с магией, наверное будет просто потрясающе.

Поморщившись, пытаюсь понять о чём он, но Оракул уже меняет тему.

— Ты влез в узел, часть нитей которого тянутся к Ларэду. И самая толстая из них не связана с Пятым Столпом. Понимаешь? Или нет? Я бы рассказал всё в деталях, но это двинет историю совсем не в том направлении. Ты не должен узнать всего сейчас. Тогда временные линии изменятся полностью.

Вздохнув, пытаюсь разобраться в его словах. В целом, всё очевидно. Если М'цар это не основное связующее звено между материками, значит в схеме участвует кто-то ещё. Понять бы ещё, кто именно. Но судя по всему, прямым текстом мне Оракул ничего не скажет.

Кивнув толстяку, который внимательно смотрит на меня, подтверждаю его слова.

— Я догадываюсь о чём ты. Но если это не Пятый Столп, то кто?

— Догадываешься, но пока ещё не осознал, о ком именно речь. Просто запомни — самая толстая нить не связана с ушастиком или его соратниками. И ещё… Это прозвучит странно, но надеюсь тебе хватит воображения понять, когда настанет момент.

На секунду замолчав, говорит дальше, добавив в булькающий голос нотки мрачности.

— Если окажешься рядом с коллекционером, не думай — беги. Сразу же. Не пытайся сражаться или что-то выведать. Спасай свою жизнь. А когда тебе предложат узнать что-то новое, не отказывайся. Даже если тебе это покажется странным и неуместным.

Ненадолго погружаюсь в размышления. Но в этой части его обращения, точно ничего не понять. Какой коллекционер? Что новое? Кто предложит что-то узнать?

— А побольше конкретики ты можешь дать?

Толстяк бесстрастно изучает меня взглядом.

— Нельзя. Тогда ты поймёшь слишком много. Как я уже говорил, весь узор полностью изменится. Сейчас у тебя есть шанс выжить и даже победить, если станешь включать мозги. Не уверен, что новые временные линии будут так же хороши.

Как-то не вяжутся у меня в голове фразы «шанс выжить» и «так же хороши». Что тут хорошего то?

— И насколько высок мой шанс на выживание?

— Сложно сказать. От тридцати до тридцати пяти процентов. Если начнёшь соображать. Мне пора, Архос. На носу первая крупная битва, в которой мы наконец утопим этих ушастых уродов в крови. Пожелай мне удачи в бою. И почаще включай голову.

Вспомнив о последних событиях на Ларэде, уточняю.

— Что у вас происходит? Чем заняты конструкты кайнарцев?

Проморгавшийся Оззир мгновение смотрит на меня и вяло интересуется.

— Поболтали? Чтобы ты знал, голова от такого просто раскалывается.

Молча кивнув, какое-то время разглядываю его, а потом шагаю к выходу. Раз он не убил меня сразу и даже на попытался этого сделать, скорее всего уже не ударит. Безусловно есть соблазн сделать это самому и сожрать его мощную ауру. Но во-первых, толстяк пусть и влияет на город не лучшим образом, но его вины в этом нет. Марионетки, дань, дикие трущобы — всё это вызывает не самые лучшие эмоции. Но если предположить, что на его месте оказался я, то вёл бы себя куда хуже. А во-вторых, неизвестно, как его поглощение скажется на моей жизненной силе. От одного «уникального объекта» я уже пробовал подпитаться. Этот на такой же уровень не тянет, но предпочту не рисковать.

Уже подняв ногу на первую ступеньку, оборачиваюсь.

— Как ты сбежал?

Успевший закрыть глаза Оззир, поднимает веки.

— Человеческая ошибка. Один из помощников выпил на рабочем месте и неплотно застегнул антимагический ошейник, который на меня всегда надевали после тестов. Мерзко видимо было возиться с таким уродом. Я смог начать действовать. Большую часть ублюдков перебил, а остальных использовал для транспортировки. Это долгая история, но в итоге меня занесло в Рэнх.

Он замолкает, а я вспоминаю о всех остальных. Меня наверняка не только ждут, но и ищут. А местные парни не слишком дружелюбны к незнакомцам. Послушать историю Оззира, конечно интересно. Но не настолько, чтобы подставлять всех под удар. Махнув ему рукой на прощание, поднимаюсь наверх и бросив взгляд на неподвижно стоящего перед домом парня, шагаю к «границе» трущоб.


Глава XVII


К счастью у остальных хватило ума не соваться в трущобы. Как выясняется, Сталра пыталась повести их вперёд, но общими усилиями баронессу удалось убедить, что этого лучше не делать. На меня немедленно обрушивается шквал вопросов и я прерываю их, первым делом дав команду усаживаться в паромобиль.

Как только трогаемся с места, в меня упираются четыре заинтересованных взгляда и я пытаюсь кратко всё объяснить.

— Помните Оракула на Ларэде? Того, что подбил Сэмсона толкнуть речь о восстании против схорской системы? Он связался со мной. При помощи одного…почти человека, что живёт в трущобах. Правда сказал не так много конкретного. Упомянул, что Пятый Столп, это не основная нить связывающая материки. Ключевую роль играет кто-то другой. А мне посоветовал бежать от коллекционера и не отказываться от знаний, даже если обстановка будет странной и я сочту, что они мне не нужны.

Л'залла фыркает.

— Если это всё, то я тоже могу стать отличным оракулом. Бойся чёрного пса, что придёт с запада и опасайся тех, кто начинает день не с сорка.

Глянув на схорку, не понимаю причину веселья и почти машинально активирую айван. Взглянув на их с Анзом ауры, с трудом удерживаюсь от усмешки. Времени зря не теряли — у обоих полно огненного оттенка. Остаётся только один вопрос — куда они дели подгорного, пока сами занимались друг другом? Или проделали всё прямо при нём?

— Звучит странно. Но может пригодиться в будущем. А что за «почти человек» посреди трущоб?

Котяра в отличии от схорки выглядит и говорит весьма серьёзно. Я бы даже сказал, задумчиво.

— На нём ставили опыты. Теперь он больше напоминает конструкт, но сохранил разум и память.

Призванный шевелит усами, с интересом глянув на меня.

— То есть у нас теперь есть канал связи с Оракулом?

Хм. Такая мысль мне в голову не приходила. Хотя обстановка в том доме была не слишком располагающей к глубокому анализу ситуации. Да и большого желания постоянно держать контакт с иномирцем у меня нет. Пока ничего вредоносного он не предпринял. Но общая статистика говорит не в пользу гостей из других миров.

— Не думаю, что ему понравится, если станем дёргать его по каждому поводу. Да и не факт, что выйдет задержаться в Рэнхе и ещё раз встретить Оззира.

Сэмсон замолкает, о чём-то задумавшись. Почти сразу слышится голос баронессы, сидящей справа от меня.

— Почему я так испугалась? Никогда не испытывала подобного ужаса. Как ни старалась, не могла его сдержать.

— Побочное действие его магического таланта, если это так можно назвать. Любой, кого он использует в качестве марионетки, транслирует страх окружающим. Как и он сам, если я верно понял.

Девушка хмурит брови.

— И ты не убил его?

Удивлённо поворачиваюсь к ней и глянув в глаза, уточняю.

— За что именно? Его таким сделали, он не напрашивался стать жертвой экспериментов. Теперь просто выживает, как может.

До конца посыл она похоже не понимает, но всё-таки успокаивается. А я узнаю у Л'заллы и Анза как прошло их «турне» по прилегающим кварталам.

Как выясняется, ничего необычного или опасного в этот раз не было. Покатались, постояли в проулке, дожидаясь, пока пройдёт время. Потом вернулись на условленное место. На фразе про проулок, оба загадочно переглядываются. Похоже там эта пара и сблизилась. Остаётся надеяться, что шофёра перед этим попросили выйти, а не дождались, пока он сбежит сам.

Через полчаса возвращаемся к дому, из которого начинали свой путь и седой старичок открывает в подвале проход, ведущий вниз. Одна из точек выхода на поверхность общины Рэнха. Шахты у них отсутствуют, поэтому все потенциальные выходы расположены в жилых домах, принадлежащих замаскированным подгорным.

В самом убежище приходится потратить ещё четверть часа, чтобы изложить детали «операции» Файрзу и местному стратегу. Наконец выходит расслышать его имя. Сэрн Орхо Мэй. К концу нашей беседы, невзначай интересуюсь, что означает «Орхо»? Подземные жители переглядываются и глядя на меня, как на идиота, сообщают, что частица «Орхо» используется для обозначения старших родов. Грубо говоря, аналог человеческой аристократии. Помимо этого у них есть средние и младшие роды. У первых промежуточная частица звучит, как «Онхо», а вторые вовсе обходятся без неё.

После рассказа о путешествии по городу и его обсуждения, подгорные наконец удаляются, а мы отправляемся спать. Двинувшись было к правой спальне, где планировал занять одну из коек, замечаю, что Анз и Л'залла остаются на месте, переглядываясь между собой. Решившийся военный открывает рот, чтобы обратиться, но я перебиваю его, со смехом взмахнув рукой.

— Спальня, что слева — ваша. Только постарайтесь сильно не шуметь.

Сам шагаю во второе помещение и скоро рядом опускается Сталра, что заставляет кота ретироваться в гостиную. Но в этот раз психику призванного мы всё же не травмируем. Я хорошо помню, что произошло в борделе во время небольшой оргии. Сейчас ситуация иная, но не хотелось бы утром или в середине дня обнаружить, что мне снова нужна «подзарядка». Поэтому приходится разочаровать насупившуюся баронессу, которая занимает место надо мной, показательно раздевшись рядом и долго забираясь наверх, чтобы я успел рассмотреть её тело вплотную.

Спустя несколько минут к нам возвращается Сэмсон. Из второй спальни доносится такой набор звуков, что шансов заснуть в гостиной у него просто нет. Да и здесь их немногим больше — схорка с офицером разошлись по полной. Вроде Анзу и повезло, но учитывая особенности ауры Л'заллы, боюсь через час он уже будет считать немного иначе. А спустя два выкинет белый флаг.

Собираюсь ещё раз обдумать слова Оракула, но незаметно для самого себя отключаюсь, провалившись в сон.

Просыпаюсь от ощущения тяжести на груди и чьего-то голоса. Разлепив глаза, вижу перед собой морду кота и едва успеваю остановить руку, которая уже летела ему в бок.

— Эмили и Цзера снова проявились! Далеко, но я могу допрыгнуть. Одевайся!

Осознав, что именно он говорит, начинаю подниматься и котяра спрыгивает с пола, откуда продолжает подгонять меня.

— Быстрее! Пока они снова не пропали!

Спрыгнувшая с верхней койки Сталра тоже хватает за одежду, но Сэмсон сразу вмешивается.

— Ты остаёшься здесь. Троих я с такого расстояния ещё смогу забрать. Четверых скорее всего нет. И чем больше у меня будет якорей под землёй, тем лучше. Тут не так просто ориентироваться.

Судя по лицу, баронессе эта идея совсем не нравится. В голове на момент мелькает мысль о том, что произойдёт, когда они лицом к лицу встретятся с Эмили, но быстро растворяется. Для начала нужно их вытащить. А остальные проблемы будем решать по мере их поступления.

Накинув на себя рубашку с запонками-крейнерами, проверяю наличие в кобуре револьвера и поворачиваюсь к коту.

— Я готов. Давай!

Призванный не отвечает. Зато сразу начинается действовать — мир окутывается серо-пепельной пылью, а спустя секунду меня уже швыряет в стену. Врезавшись спиной в дерево, хватаюсь левой рукой, пытаясь сохранить равновесие и обнаруживаю нацеленный в меня ствол револьвера. Немедленно активирую айван, создавая «гарпун». И тут же выдыхаю, поняв, что оружие в своей руке держит Эмили.

— Сейчас прыгаем назад! Готовьтесь!

Повернув голову на кричащего кота, замечаю Цзеру, что сейчас сжимает штурвал. Мы что, в рубке корабля? В следующее мгновение, палубу под ногами снова трясёт, а в Сэмсона врезается обломок дерева, который уносит призванного в сторону. Морсаровов же дерьмо!

Сам я серьёзных ранений избегаю, всё ограничивается одной щепкой, застрявшем в левом бедре. Рванув к распластавшемуся коту, оцениваю состояние его ауры и поняв, что тот жив, хлещу по морде. Привести в чувство сразу не выходит. А в стороне слышится мужской бас.

— Больше половины матросов мертвы! Я принимаю управление санбой, мы сдаёмся! Отойди от…

Грянувший выстрел прерывает слова массивного бородача, содержимое головы которого теперь украшает переборку. В коридоре показываются ещё двое. Эти правда молчат и ведут себя не так агрессивно, хоть и сжимают в руках револьверы.

— По местам, вшивые крысы! Мы оторвёмся от них! А если нет — станем биться до конца!

Ауры матросов излучают страх и злость, но приказу они подчиняются. А механоид поворачивается ко мне.

— Вы живы?! Как вы нас нашли?!

На момент впадаю в ступор, но потом понимаю, что с их точки зрения мы просто исчезли во дворце вместе с остальными. Если они вообще в курсе про атаку на «Балу Масок». Держа кота на руках, встаю на ноги.

— Долго рассказывать. Надо привести Сэмсона в себя и сваливать отсюда.

Ко мне поворачивается перекошенное лицо Цзеры.

— Рада тебя видеть, но санбу я не брошу! Как минимум, заберу этих ублюдков с собой!

Услышать такое я никак не предполагал. Пройдясь взглядом по стенам рубки, вижу десятка два силуэтов на борту корабля. Значит они всё-таки воспользовались связями скайны. Или как-то ещё заполучили этот корабль. В любом случае, сейчас не до расспросов.

Перевожу взгляд дальше и вижу ещё три скопления аур. Ладно. Раз призванный вырубился, а Цзера хочется остаться на борту, придётся разруливать ситуацию другим путём. Надеюсь в воздухе след от моего айвана надолго не останется.

— Я на корму. Попробую разобраться с кораблями. Присмотрите за Сэмсоном.

Скайна только бросает быстрый взгляд, а вот Эмили моя идея напрягает.

— Под самый огонь? Там даже из команды никого не осталось!

Взмахнув рукой, шагаю к выходу из каюты и подаёт голос Цзера.

— Как ты с ними разберёшься?

Уже в проёме выдаю ответ.

— Лишу экипажей.

Оказавшись в коридоре, поворачиваю направо, быстро шагая к кормовой части санбы. Корабль изрядно потрепало. Настолько, что в одном месте можно выглянуть наружу — взрыв разворотил обшивку и снёс половину внутренних переборок. Дважды натыкаюсь на мёртвые тела, а один раз на меня вываливается живой матрос, который сразу выхватывает клинок. Приходиться ударить айваном, лишив его жизни. Пока пытался бы объяснить, он успел бы пять раз меня прикончить. Да и корабль за это время могут разнести в клочья.

Впрочем, добравшись до кормы, в которой тоже зияет пробоина, понимаю, что преследователи и там могли бы это сделать. Но по какой-то причине не используют свою огневую мощь по полной. Сразу три имперские санбы. Судя по виду и размерам, как минимум одна из последнего поколения. И её главный калибр пока ещё не сказал своего веского слова. Иначе этот корабль не удержался бы в воздухе. Возможно хотят вынудить к посадке и взять пленных. Такой шанс имперскому флоту выпадает настолько редко, что даже десяток рядовых пиратов, которых можно показать людям и казнить, это уже повод для наград, а то и новых званий.

Первым делом концентрируюсь на самом мощном корабле. Вижу слепки жизненной силы массы людей. На борту не меньше трёх сотен членов экипажа. Замечаю и выставленные щиты. Сразу несколько магических преград, которые должны прикрывать, как от снарядов, так и от нотных комбинаций.

На секунду внутри появляется сомнение. Цель на большом расстоянии, плюс прикрыта магией. Получится ли у меня пробиться? На такой дистанции я айван пока не использовал.

Поморщившись, формирую десять «гарпунов». Сейчас станет понятно, влияет ли энергия Баггота на какие-то факторы, помимо быстрого пожирания чужой энергии и необходимости постоянной «подпитки». Запустив «снаряды», веду их к противнику. Хотя, этого по большей части и не требуется — корабли движутся с такой скоростью, что мне приходится только корректировать направление и удлинять связывающие нити.

К моменту, когда «гарпуны» приближаются к вражеской санбе, каналы окончательно истончаются. Кажется, что связь вот-вот разорвётся. С тремя так и происходит. Но оставшиеся семь находят цели и скоро я чувствую вливающийся поток чужой энергии.

Иссушив первых попавшихся членов экипажа, обнаруживаю неожиданный факт. Я могу просто сместить «гарпуны» в сторону и атаковать новых людей. В бою на близкой дистанции, это не имело большого смысла. Вернее, мне просто не приходила эта мысль. Обычно речь шла об атаке одиночной цели или небольшой группы людей, которую можно было уничтожить за один раз. Здесь же ситуация несколько иная — требуется перебить около трёхсот офицеров и матросов экипажа.

Поглотив ауры следующей семёрки, выпускаю пять дополнительных гарпунов. И охватываю уже дюжину человек. Постепенно наращивая количество единиц «оружия», смещая область атаки от носа к корме, последовательно убивая всех, кого вижу. На моменте, когда впереди болтается двадцать пять «гарпунов», ориентироваться становится сложнее и я решаю, что стоит наверное выбить командный состав. Сейчас во мне достаточно поглощённой жизненной силы, чтобы выбирать любые цели.

Как я предполагаю, капитан и остальные старшие офицеры находятся в самом центре санбы. Внутри нескольких помещений, которые прикрыты дополнительной магической защитой. Впрочем, от моего айвана она их не спасает. Подцепляюсь ко всем, кто находится внутри и через несколько секунд имперский корабль лишается своего командования. Проблемы возникают только с одним из офицеров. Не знаю, что у него за артефакт, но он сопротивляется попыткам вытащить жизненную силу своего владельца. Приходится ударить сразу десятком «гарпунов». Действую интуитивно, но подход срабатывает.

Дальше хаотично уничтожаю оставшихся членов экипажа, стараясь не оставлять живых. Если корабль смогут приземлить, то наверняка тщательно обследуют. И найдут «отпечатки» моего айвана. Конечно, их могут обнаружить и при исследовании обломков. Но как по мне, вероятность этого будет несколько ниже.

Когда на борту остаётся меньше трети от первоначальной численности команды, санба начинает отклоняться от курса, забирая сильно в сторону. Едва успеваю достать всех уцелевших.

Что интересно — остальные два временно прекратили огонь. Сначала это кажется странным, но потом до меня доходит. Самый мощный и быстрый корабль наверняка нёс командира. Возможно кого-то в ранге контр-адмирала. И теперь капитаны не уверены, стоит им действовать на собственное усмотрение или следовать ранее полученном приказу. Вполне вероятно, им не доложили о полной ситуации и они ещё не в курсе, что претензии предъявлять будет всё равно некому.

Пока флотские офицеры не пришли к этому выводу самостоятельно и не отдали приказ ударить из всех орудий, переключаюсь на ближайший корабль. Готовлюсь запустить «гарпуны», когда в голову приходит новая идея. Зачем вырезать команду, если я могу ударить по артефактам, что держат санбу в воздухе? Они отчётливо выделяются на фоне всех остальных. Восемь ярких шаров энергии в основании корпуса.

Выпускаю шестнадцать «снарядов», по два на каждый артефакт. И через несколько мгновений на меня обрушивается такой поток энергии, что кажется тело сейчас разорвёт на мелкие клочья. Вспомнив приём, который использовал в лечебнице, запускаю несколько десятков «стрел» по второй санбе. Цели всё те же — артефакты, позволяющие кораблю держаться в воздухе. Только на этот раз, я отправляю в полёт не короткие усечённые версии, а скорее полноценные и длинные «копья». Это помогает ненадолго сбросить напряжение, но поток входящей силы слишком велик и я бью снова и снова, выпуская «копья» целыми волнами по несколько десятков штук.

Часть поражает артефакты, нарушая их работу. Другие попадают в членов экипажа, оказавшихся на пути и ауры последних гаснут, разорванные при столкновении. В конце концов бурлящая река силы исчерпывается и я расслабленно вздыхаю. А потом оба преследователя начинают быстро падать. У одного не осталось ни одного рабочего артефакта, а у второго функционирует только один. Этого слишком мало, чтобы держать тяжелый корпус в воздухе.

Тот, что летел правее, делает последнюю попытку нас достать, выдав залп сразу из трёх артиллерийских башен. Снаряды правда проходят мимо. Сложно попасть, когда твой корабль находится в свободном падении и даёт глубокий крен, зарываясь носом вниз.

На момент возникает мысль по поводу шлюпок. По-хорошему, их артефакты тоже надо было уничтожить. Но сейчас уже поздно. Остаётся надеяться на то, что при такой скорости падения, члены команды не успеют добраться до них и запустить.

Провожая взглядом стремительно падающие корабли, пытаюсь успокоить свою ауру. Слишком много энергии в неё сейчас влито. Ощущение того, что я сейчас могу разделаться с ещё одной эскадрой, атаковав её одновременно, радует. Но вот бурление внутри бешеной силы, что норовит вырваться наружу, уже не такая хорошая новость.

— Ты кто такой? Что тут делаешь?

Обернувшись, вижу удивлённое лицо матроса, револьвер которого нацелен мне в лицо и усмехаюсь.

— Даже не думай стрелять. Я тут же встану и разорву тебя на куски. К тому же человека, который только что спас тебе жизнь, надо благодарить, а не пытаться прикончить.

Тот стоит на месте растерянно смотря на меня и приходится отодвинуть его плечом. Немного опасаюсь выстрела в спину, но парень всё же сдерживается. Хотя, я не уверен, что сейчас меня можно убить пулей. Если вспомнить, сколько энергии я использовал для восстановления своего тела после атаки Авра, сейчас моих резервов хватит, чтобы привести себя в норму, даже после взрыва гранаты. Скорее всего. Большого желания проверять эту гипотезу, у меня нет.

Перед рубкой сталкиваюсь с ещё одним членом экипажа, который судорожно докладывает о падении всех кораблей эскадры преследования. Артефакты, обеспечивающие обзор с кормовой части санбы уничтожены — Цзера не видит, что там происходит.

Увидев меня, было хватается за оружие, но меняет точку зрения, когда понимает, что я спокойно шагаю дальше. Спустя несколько секунд уже отправляется на своё место, а повернувшая ко мне лицо скайна, прищуривает глаза.

— Пока не буду спрашивать, как ты это сделал. Сейчас у меня совсем другой вопрос — можешь зарядить наши артефакты маскировки? Они сбоили ещё над Скэррсом, а сейчас совсем пусты.

Эмили недовольно цокает языком, но в разговор не вмешивается, выжидательно наблюдая за нами. Призванный же так и мимикрирует под предмет мебели.

— Объясни, где они находятся и я попробую.

Цзера взмахивает рукой.

— По пять штук вдоль каждого борта. Не факт, что все уцелели, но нам хватит и пяти-семи штук.

Осматриваюсь и через десять секунд поисков, понимаю о чём она. Айван отображает артефакты, как небольшие ёмкости, в которые блестят искры оставшейся энергии. В строю их целых девять штук, снаряды уничтожили только один из десятка.

С такими задачами я раньше не сталкивался, поэтому сначала пробую на одном. Подведя чёрно-фиолетовый «гарпун», вгоняю его в артефакт и пробую направить туда бурлящую внутри энергию. Получается. Вижу, как поток белой силы хлещет внутрь. Правда имеется и своё «но» — там он меняет структуру и цвет. А ещё сокращается в объёме. Приблизительно втрое.

Тем не менее, имеющиеся ресурсы позволяют наполнить все девять артефактов, не задействовав и трети поглощённой силы. Закончив, поворачиваю голову к Цзере.

— Всё. Маскировка снова должна работать,

Скайн удивлённо косится на меня и в голос орёт.

— Сарнам, тащи свой подстреленный зад сюда!

В коридоре слышатся шаркающие шаги и скоро в проёме появляется мужчина, подволакивающий ногу. Правая ягодица и бедро у него действительно забинтованы, по поводу простреленной задницы Цзера не шутила.

— Госпожа капитан?

— Брутан! Райзера тебе в пасть! Активируй маскировку.

— Но госпожа, артефакты…

В глазах Цзеры сверкает ярость, которой я до этого никогда не видел.

— Выполнять!

Тот немедленно запускает нотную комбинацию. Когда заканчивает, корабль немного трясёт и маг удивлённо отмечает.

— Работает. Но как?

Тигродевушка снова яростно зыркает на него.

— Уж не по твоей вине точно. Вали к себе в каюту и лечись! Утром ты мне нужен в строю.

Тот уходит, что-то бормоча под нос, а я пытаюсь понять, что происходит. «Госпожа капитан», воздушный корабль, экипаж, рейд над территорией империи. Во что они ввязались, пока нас не было?

Думаю, какой вопрос задать первым, но тут мне на плечи опускаются руки Эмили. Развернув лицом к себе, механоид немедленно обхватывает меня, тесно прижавшись всем телом. Отпускает только через несколько секунд, сразу задавая вопрос.

— Что с вами случилось? Откуда вы здесь?

В голове проносится серия картинок с Ларэда и я развожу руками.

— Если совсем коротко, то во дворце использовали артефакт, который отправил нас на Ларэд. Вернулись не так давно, пытаемся выжить. Попутно выяснили, что император иномирец. И да, за нами объявили охоту. Возможно он же.

После секундной паузы, добавляю.

— Ещё успели освободить другого иномирца, который скорее всего схлестнётся со Схэссом. А Сэмсон развязал небольшую войну на Ларэде. Или большую. Это уже смотря, как у них пойдёт процесс.

В голове крутится ещё масса фраз, но пока решаю не вываливать на них всё. Окинув взглядом обеих девушек, сам интересуюсь.

— Ваша очередь. Мы оставили вас в доме под охраной людей стэрса. Как вы выбрались? И откуда взялся этот корабль?

Те переглядываются и механоид начинает говорить первой.

— Нас атаковали почти сразу после инцидента во дворце. Удалось вырваться, но Цзера получила ранение. Хорошо, что были деньги — нашли временное пристанище, где оставались до её восстановления. Потом окольными путями добрались до Каледа, где обратились к Чахиру. Он обеспечил документами. Правда там на наш след вышли «варрисы». Первая атака у них не задалась, но нужно было где-то укрыться. Твой знакомый предложил подобрать убежище, но у Цзеры оказался вариант получше.

Переводит взгляд на тигродевушку и я поступаю так же. А скайна, зафиксировав штурвал, поворачивается к нам.

— Над морем постоянно летают пираты, в поисках лёгкой добычи. Мы арендовали морское судно, наняли при помощи Чахира команду, которая была не прочь рискнуть и устроили засаду. Несколько дней ожидания и в воздухе появилась санба. Они открыли портал на нашей палубе, но вряд ли ожидали, что это их станут брать на абордаж. Пока опомнились, наш маг успел открыть свой портал с борта их корабля. А через несколько минут всё было закончено.

Покосившись в сторону входа, добавляет.

— Правда это оказалось единственным его достижением на посту.

Дёрнувшийся Сэсмон приоткрывает один глаз и оценивает обстановку. Потом приподнимает морду.

— Мы живы? Как так?

В котяру упираются три взгляда, а первой ответить успевает Эмили.

— Арх сбил три корабля преследователей. И восстановил маскировку.

Возможно мне кажется, но вроде в голосе конструкта звучат нотки гордости. А вот котяра внимательно рассматривает меня.

— Ты что с ними сделал? И с собой? Арх, ты вообще понимаешь, что нельзя вот так запросто обращаться со своей аурой после Баггота? Мы даже не знаем, что именно с тобой случилось.

Теперь обе девушки пялятся на меня. Я же спокойно пожимаю плечами.

— Чувствую себя отлично. К тому же я поглотил мощь артефактов только одного корабля. У второго просто вывел их из строя.

Поднявшийся на ноги Сэмсон принимается яростно шевелить усами, не спуская с меня глаз.

— Ну да. Всего-то, втянул в себя мощь, которая может держать санбу в воздухе на протяжении десятков дней. Совсем немного энергии, да Арх? Крупица.

Сделав над собой усилие, замолкает и спустя несколько секунд продолжает, уже более спокойным голосом.

— Я вижу всё не как ты. Но в твоей ауре происходят изменения. Ты закачал в себя слишком много энергии. Думаю обычного человека, даже с призрачным айваном, такая мощь просто разорвала бы на части. Но в тебе часть энергии Баггота, которая обладает удивительным эффектом переваривать всё, что угодно. В любом случае, в тебе сейчас что-то меняется. Лучше сам посмотри.

Морсаров плавник в задницу этому Багготу! Вроде и уцелели мы сейчас только благодаря моему с ним «контакту». Но слово «изменения» меня напрягает. Ладно чёрно-фиолетовые вихри внутри и такие же нити, полностью окутавшие ауру. К этому я уже отчасти привык. Но что будет дальше?

— Баггот?

Повернувшись к скайне, вздыхаю.

— Стив Баггот. Тот самый освобождённый иномирец, о котором я говорил. Пришлось использовать его силу, чтобы освободиться из лечебницы. Но это имело свои последствия. О которых сейчас и рассказал Сэмсон.

В разговор сразу же вклинивается Эмили.

— Ты был в лечебнице? В какой? Зачем? И где? В империи или на Ларэде?

Подняв руку, прерываю поток вопросов, которые она готова задавать и дальше.

— Психиатрическая лечебница. Здесь в Норкруме. После беседы с императором, меня упекли туда и пытались убедить, что всё происходящее иллюзия. Не спрашивайте, зачем. Сам пока не знаю. Чудом удалось пробиться к айвану и потом подключиться к Багготу, зачерпнув его силы.

Секунда тишины и девушки одновременно восклицают.

— С императором?!

Наклонив подбородок, озвучиваю подтверждение.

— Да, с ним самым. С правителем, который оказался тем ещё грязным ублюдком. Я всё расскажу, но сейчас бы предпочёл узнать, куда мы летим и почему вы не хотите покинуть санбу? У нас есть относительно надёжное убежище, предоставленное союзниками. Которые на этот раз связаны магической клятвой и не должны предать. Зачем оставаться на корабле?

Механоид молча переводит взгляд на скайну и та слегка хмурится.

— Я побеседовала с пленными из состава экипажа. На Парящем назревает раскол. Инцидент с «Голодным морсаром» был вынесен на Совет Восьми. Дело едва не дошло до открытого противостояния. И наши противники в меньшинстве.

Она делает шаг вперёд, смотря на меня горящими глазами.

— Трое капитанов против пяти. Семья основателей устранилась от решения вопроса, но они прижали тех, кто поддерживал заговорщиков. Теперь члены Совета сами по себе. Если я вернусь на остров, это станет спусковым крючком для выстрела, который прикончит этих ублюдков.

Слушающий её Сэмсон, деликатно замечает.

— А вы с Архом в чём-то похожи.

Правда получив в ответ её яростный взгляд, сразу затыкается, отступая назад. Я же пытаюсь прояснить ситуацию.

— То есть ты хочешь полететь на Парящий?

Скайна кивает. Потом с кислым выражением лица добавляет.

— Хочу. Но от команды осталась только треть. Да и те не слишком горят желанием сражаться. Большинство уже пересмотрело приоритеты и хотят вернуться домой.

Котяра было открывает пасть, чтобы что-то сказать, но потом меняет решение. Ограничивается длинным протяжным вздохом. А я поворачиваюсь к Эмили.

— Ты тоже собираешься на Парящий?

Механоид переводит взгляд с меня на скайну и обратно. Потом растерянно пожимает плечами.

— Собиралась. Но теперь… Я не могу бросить Цзеру одну с этими отбросами — они прирежут её во сне. Но и лететь на остров, оставив вас здесь, тоже не хочу.

Оглядев рубку, одна из стен которой повреждена взрывом, какое-то время раздумываю. И кажется в голову приходит не самая плохая идея. Глянув на капитана санбы, озвучиваю вопрос.

— Как хорошо работает маскировка? Если посадить корабль на землю, вас всё равно не смогут найти?

Чуть помедлив, та кивает.

— Не должны. Если кто-то не станет целенаправленно исследовать именно тот участок земли, где стоит санба. Но не думаю, что кому-то из магов придёт в голову искать нас внизу. По всей логике, отсюда надо уносить ноги, а не приземляться.

— Если не знать всей ситуации, то так и есть. У меня появился план.

На этих словах призванный горестно вздыхает, укладываюсь на палубе. А я начинаю рассказывать.

— Ты найдёшь место, где можно приземлить корабль. Сэмсон не может чувствовать вас, пока работает маскировка. Поэтому нужны точные координаты обратного прыжка. Фиксированные. Мы переместимся в Рэнх. Там при помощи…наших новых союзников подберём достаточное число людей, чтобы укомплектовать экипаж. Постараемся обеспечить тебя надёжными бойцами, которые не станут бить в спину. И потом можно лететь на Парящий. А Эмили останется с нами.

Скайна хмурится, думает и тихо порыкивает, но в итоге соглашается. Правда сразу же делает встречное предложение.

— Может все вместе отправимся на остров? Если наша сторона победит, то там можно неплохо устроиться.

На момент предложение кажется неплохим. Может и правда свалить на Парящий, забыв о всех проблемах? Раз император до сих пор не спалил его, значит туда руки иномирца не дотягиваются. Потом вспоминаю о необходимости постоянной «подпитки» и отрицательно качаю головой. В Норкруме полно ублюдков, которые заслуживают гибели. А вот на летающем острове убивать мне будет некого. Присутствует только один вариант — каждый день отправляться в новый рейд. Но тогда придётся истреблять членов экипажей судов. К тому же, пираты находятся в полёте не каждый день. А менять экипажи, это весьма проблематичная задача.

— К сожалению не выйдет. Те изменения, о которых говорил Сэмсон… Они требуют ежедневного уничтожения какого-то количества людей. В противном случае я сдохну сам. На Парящем такого не провернуть.

Грустно кивнувшая скайна, бросает взгляд на изображение, что передают артефакты в нижней части корабля.

— Тогда я буду искать место для посадки. А вы пока можете отдохнуть.

Оставив Цзеру в рубке, перемещаемся в кают-компанию. Сейчас здесь никого — выжившие члены экипажа заняты латанием дыр. До ушей то и дело доносится стук молотков. Пробоины в корпусе не так критичны, но снижают аэродинамику. А при подъёме на большую высоту ещё и становятся источником холода. Обычно с такими ситуациями справляются маги, выставляющие воздушный щит. Но судя по тому, что я видел, профильный офицер Цзеры для такой задачи точно не годится.

Эмили остаётся со скайной. Обе опасаются попытки мятежа. А я повторяю уже знакомый приём и покидаю своё тело, оказавшись в призрачном облике. Стоит развернуться, чтобы взглянуть на себя и становится ясно, что имел в виду Сэмсон.

Чёрно-фиолетовые спирали и нити никуда не пропали. Но теперь к ним добавилась плотная белая энергия, которая заполняет солидную часть ауры. И она не стоит на месте. Да что там — все оттенки находятся в постоянном движении. Такое впечатление, что они то ли пытаются впитать друга друга, то ли выпихнуть за пределы моего слепка жизненной силы.

Сразу же возникает соблазн избавиться от белого цвета. Никто не мешает мне выплеснуть его в пустоту. Для того, чтобы наносить удар теми же «копьями», совсем не обязательно иметь перед глазами настоящую цель. Спустя мгновение в голову приходит другая мысль. Что, если этот процесс избавит меня от необходимости постоянно убивать? Откуда мне знать, что всё закончится ухудшением ситуации, а не её улучшением?

Как результат, ещё какое-то время понаблюдав со стороны за своей собственной аурой, возвращаюсь в тело. А спустя ещё десять минут нас зовёт Цзера — она нашла подходящее место для стоянки.

Четверть часа манёвров и палуба под ногами сотрясается от соприкосновения с землёй — мы опустились на большой луг, посреди леса. Сбросив трап, выбираемся наружу и проговариваем детали. Мы с Сэмсоном вернёмся завтра во второй половине дня, приведя с собой людей. Основная задача Эмили и Цзеры — остаться в живых и встретить нас. После того, как мы обеспечим скайну экипажем, обсудим всё остальное.

Убедившись, что тигрица всё поняла и точно не собирается отступать от плана, даю отмашку призванному. Мир снова отсекает серо-пепельная стена и скоро я утыкаюсь взглядом в камень. Повернувшись, понимаю, что помимо Сталры, Л'заллы и Анзра в спальне ещё стоят Файрз и Стонт. И судя по их лицам, подгорные совсем не рады сложившейся ситуации. Попытка понять, в чём дело, сразу же приводит к мысли о нашем обнаружении в Скэррсе. По прыжку Сэмсона. А мы только что сделали это снова. Из убежища подземного народа. Болотные гхалты! Почему я не вспомнил об этом вовремя?


Глава XVIII


Проходя мимо напряжённых подгорных в гостиную, вспоминаю, что Довано получили общую ориентировку на весь Скэррс. Не точные координаты и даже не наводку на какой-то определённый район города. А задачу по поиску. То есть прыжки Сэмсона могут отслеживать, но с весьма низким уровнем точности. Для нас это серьёзной угрозы не представляет. Скорее всего. Единственный фактор, который может создать проблему — глубина. Если следящие за нами маги поймут, что прыжок был совершён не на поверхность, а под землю, то ракурс поисков изменится. Став угрожающим для общины подгорных. А значит и для нас самих.

Но это только предположение и не самое вероятное. Кто находится в реальной опасности, так это Эмили с Цзерой. Даже если противник сможет зафиксировать определённый участок земли, куда был совершён прыжок, то там негде затеряться — вокруг лес. А если совместить это с фактом воздушного боя, то легко прийти к выводу, что где-то на земле укрыт корабль. Как там сказала Цзера? «Если не будут целенаправленно исследовать именно этот участок»? А они ведь именно этим и займутся, как только поймут в чём дело.

— Где вы были? Почему использовали способности призванного? Это может поставить под удар нашу общину в Рэнхе.

Стонт начинает говорить, как только я опускаюсь в кресло. Голос вроде звучит нейтрально, но я хорошо вижу его ауру. Старейшина зол и насторожен.

Решаю, что стоит попробовать развернуть ситуацию. Пусть подгорные посмотрят на неё под другим углом.

— Вы же помните о Парящем? Сейчас у нас есть шанс переломить ситуацию и вывести его из игры. Более того — получить союзников.

Представители подземного племени обмениваются взглядами. Остальные занимают места рядом, прислушиваясь к разговору.

— Объясни. Как ты собрался это обставить и что от этого получат наши общины?

Кивнув, сразу указываю на фактор времени.

— Я расскажу. Но у нас очень мало времени. Если прыжок отследили точно так же, как в прошлый раз, то придётся действовать быстро. Пока наших союзников не обнаружили.

Подгорные молчат, пристально смотря на меня. Усмехнувшись, продолжаю.

— Вы в курсе, что мы посещали Парящий. И уходили оттуда не в самой дружелюбной обстановке. Но зато всколыхнули местное болото. На острове разгорелось противостояние — те члены Совета Восьми, что поддерживают заговорщиков, оказались в меньшинстве. Цзера была старпомом на корабле, который мы захватили при побеге. И рассчитывает, что её возвращение может переломить ситуацию. Если верить информации от пленных, то это вполне реально. Даже если у неё не получится занять освободившееся место в Совете Восьми, мы в любом случае разделаемся с противниками и получим лояльного себе капитана.

— Какой от этого прок нашему народу?

Посмотрев на Стонта, озвучиваю очевидное.

— Контакты с Ларэдом. Я не встречался с тамошними подгорными, но на материке имеется несколько городов. Только не говори, что вам это не интересно.

Сцепив пальцы, Стонт о чём-то раздумывает. Наконец определяется.

— Наладить отношения с нашими братьями на другом материке, это действительно неплохая идея. Конечно, если они сами этого захотят.

Стараюсь не демонстрировать на своём лице удовлетворения. Не думаю, что их интересует торговля или эмиграция на Ларэд. Там они просто растворятся — численность общин слишком мала, что претендовать на серьёзные позиции. А власть, это штука к которой быстро привыкаешь и уже не хочешь расставаться. Так что массового исхода местные старейшины не допустят. Зато могут отправить небольшую дипломатическую миссию. Которая сделает всё, чтобы выведать самое ценное — рунные комбинации древней расы. Уверен, выжившие в империи подгорные утеряли солидную часть своих знаний. Какой-то процент во время мясорубки со схорами и последующего поражения от людей. Многое из оставшегося, когда их начали вырезать по всему Норкруму и пришлось уходить в подполье. Ради того, чтобы вернуть хотя бы часть былого могущества, они готовы рискнуть.

— Если вы согласны, то действовать надо быстро. Нам требуется несколько человек, которые смогут укомплектовать экипаж санбы. Желательно, чтобы хотя бы некоторые располагали опытом воздушных полётов. Остальных можно использовать, как обычных бойцов. Текущий состав команды смотрит в будущее без оптимизма. Их чуть не разнесла на части имперская эскадра.

Старейшина быстро мрачнеет.

— Сейчас ночь. Не скажу, что найти достаточное число людей будет просто.

Всё это время молчавший Файрз тоже включается в беседу.

— Мы можем отправить нескольких членов общины. На их верность капитан точно сможет положиться. Плюс, у нас есть Хольты. Не думаю, что они захотят оставить своих родных, поэтому на борт придётся взять и женщин с детьми. Но среди них есть трое мужчин, которым тоже можно верить. Да и женщины у них с характером — могут взять в руки оружие.

Ловкий ход. Думаю они и сами ломали голову, как им поступить с Хольтами. Предполагаю, собирались отправить их в какой-то удалённый город, сделав новые документы и обеспечив финансами на первое время. Оптимальный вариант. Но всё равно опасный. Если беглецов кто-то обнаружит, то для подземного народа это окажется не самым лучшим раскладом. Сплавить их на Парящий — идеальное решение. Формально все приличия окажутся соблюдены. А бывших союзников, которые стали бесполезным грузом, можно будет выкинуть из головы.

Повернувшийся к Хранителю истории Стонт, медленно кивает.

— Пожалуй, так мы и поступим. Кого-то возможно получится завербовать в Рэнхе. Ночью здесь действовать проще. Останется только проработать легенду и обратиться к надёжным контактам.

Переведя взгляд на меня, добавляет.

— Но я не думаю, что у нас выйдет собрать больше пары десятков человек.

Быстро прикидываю ситуацию. На санбе оставалось как раз около двадцати матросов. При этом корабль продолжал лететь. Если подумать, то именно для управления нужно не так много. Как я понимаю, хватит мага в паре с рулевым, чтобы поднять корабль в воздух. Но вести полноценный бой без экипажа не выйдет. Я не так много знаю о воздушных кораблях, но это очевидно.

— Ключевой момент, провернуть всё максимально быстро. Не думаю, что у нас больше пары часов.

Спустя минуту подгорные уже покидают гостиную. Теперь лидерам общины Скэррса предстоит договориться со своими соплеменниками из Рэнха и начать действовать. А нам пока можно отдохнуть.

Правда полноценно расслабиться не дают — Сталра с Л'заллой заваливают нас вопросами, на которые приходится отвечать. Да и Анз тоже подключается к процессу. Потом сюда же доставляют первых «новобранцев» — остатки Хольтов и троих подгорных, согласных отправиться на Парящий. Теперь приходится объяснять всё ещё раз, но уже Ранзи. У парня тоже оказывается масса вопросов.

Ещё одна проблема, которая всплывает — «транспортные» возможности Сэмсона. У него точно не получится перенести всех разом, поэтому котяра предлагает отработать по схеме быстрого курсирования туда и обратно. Как в тот раз, когда он нашёл меня и перенёс в дом к республиканцам. Призванный не уверен, что идея точно сработает, но других вариантов у него нет.

Когда приступает, за процессом напряжённо наблюдают все собравшиеся. Котяра перемещается, затрачиваю буквально по паре секунд на каждый прыжок. Всего в санбу отправляется восемнадцать мужчин, плюс пара девушек и трое женщин с детьми.

При последнем возвращении, Сэмсон захватывает с собой Эмили и обессилено опускается на каменный пол. Попрощаться с Цзерой не вышло, но это не так критично. Куда важнее, что скайна сейчас должна поднимать корабль в воздух и скоро будет уже на пути к Парящему. А один из подгорных захватил с собой артефакт связи. Часто его использовать не получится, да и не факт, что он достанет на таком расстоянии. Но имеется хотя бы надежда на связь.

Хочется рухнуть и отдохнуть, но ещё какое-то время уходит на то, чтобы представить Эмили всем остальным. Завязывается беседа, которая плавно перетекает во второй ужин. Судя по времени на часах, спать укладываемся уже под утро.

Несмотря на мои опасения, конфликтной ситуации со Сталрой не возникает. По крайней мере серьёзной. Всё остаётся в рамках обмена взглядами и тонких намёков.

Проснувшись, первым делом подтягиваю к себе часы на цепочке. Полдень. Поднявшись, выхожу в гостиную и вижу Сталру с Эмили, которые сидят за столом с чашками сорка. Увидев меня, девушки одновременно поворачиваются и чему-то улыбнувшись, возвращаются к беседе. Хм. Успели наладить отношения? Как-то странно это выглядит — в моей голове картина их знакомства выглядела немного иначе.

Через несколько минут из спальни выползает сонный Сэмсон. А потом появляются и Л'залла с Анзом. Встреча с Кеннотом этим вечером, а пока я произвожу ревизию книг, которые мы забрали из дома преподавателя Скарно. И погружаюсь в изучение нотных комбинаций. Айван, это безусловно хорошо. Но неплохо бы располагать и каким-то арсеналом заклинаний. За время, проведённое в школе магии, я успел изучить более сотни рунно-нотных комплексов. Но сейчас в памяти осталось не так много. Кроме нескольких стихийных связок и базовой комбинации подъёма кадавров, я по памяти практически ничего не воспроизведу.

Прерываюсь только на завтрак, который в нашем случае скорее является обедом. А заканчиваю ближе к вечеру — нужно обсудить нашу вылазку в город. Учитывая, что неизвестный заказчик, кем бы он ни был, теперь в курсе нашего местоположения, к вопросу нужно подойти с осторожностью.

В ходе получасового обсуждения определяемся с тактикой. Мы со Сталрой отправимся в саму вип-ложу под видом гостей. Я бы предпочёл взять с собой Эмили — если ситуация обернётся подставой, то конструкт окажется куда более полезной в бою. Но это слишком приметно. Поэтому механоид вместе со схоркой и Анзом выдвинутся отдельно и будут ждать около здания. Далеко не самая лучшая схема, но сколько мы не прокручивали все варианты, другого выхода не обнаружили. Внутрь соваться им тоже не стоит — Эмили в любом случае привлечёт внимание. Да и неизвестно, какие там стоят артефакты — есть вероятность, что схорку тоже обнаружат. Маскировочные руны подгорных на них не сработают, а сама она ничего похожего не знает. На Ларэде схорам не было никакой нужды скрываться.

Поэтому они будут резервной группой, которая вступит в дело, если нам придётся пробиваться из здания с боем. Сэмсона я планировал оставить с ними же, но котяра настоял на автономных действиях. Заберётся на крышу или станет изображать обычного уличного кота. Для такой роли, он правда выглядит слишком холёным. Но кто станет присматриваться в темноте?

Обсудив всё, что можно и выдавив из мозгов все возможные версии, бодримся сорком. А потом я решаю посмотреть на свою ауру. На этот раз тело покинуть удаётся намного быстрее — я начинают привыкать к этой процедуре. Развернувшись, оцениваю состояние своего слепка жизненной силы.

Белый цвет никуда не ушёл. Более того, сейчас он переплёлся с чёрно-фиолетовым. Эти три оттенка превалируют над остальными. И стабильны. Несколько раз детально осматриваю свою ауру. Остро не хватает теоретических знаний для оценки ситуации. Чувствую себя, как дикарь, которому в руки попал револьвер и он пробует разобраться, как с ним обращаться.

Заметив, что в помещении появился Стонт, возвращаюсь назад в своё тело. Подгорный же с интересом рассматривает меня. Взгляд такой, как будто он увидел диковинную зверушку. Комментировать моё состояние не спешит, но вот взгляд… Выражение его глаз мне совсем не нравится.

— Пора отправляться. Я отправил нескольких наших, проверить территорию вокруг — по их словам ничего необычного не происходит.

Сомневаюсь, что подземное племя могло бы обнаружить кого-то из стэрсов, пожелай он от них укрыться. Но во-первых, лучше такая проверка, чем никакой. А во-вторых, если прыжок кота и зафиксировали, то ищут нас во всему городу. Нет никакой причины сосредотачиваться на увеселительном мероприятии. Конечно, если Кеннот нас не сдал.

Наверх поднимаемся через разные дома. Два паромобиля около одного особняка точно привлекут внимание. А оно сейчас совсем ни к чему.

Гладиаторские бои химер. Классическое развлечение со ставками, своими фаворитами и мастерами, которые в этом дело уже годами. Некоторые и десятилетиями. Плюс, массой новичков, которые мечтают получить такой статус. Каждая победа химеры, это от трёх до семи процентов всех ставок против твоего конструкта. Чем выше статус поединков, тем больше зрителей. А значит и денег. Те бои, что проводятся этим вечером — высшей категории. Только профессионалы. Чаще всего с уникальными химерологическими конструктами, которые прошли не через одну сотню схваток.

Ограничения на уровень разумности, не позволяют наделить химеру полноценным сознанием. Но это же упрощает их восстановление после проигрыша. Я не слишком хорошо разбираюсь в химерологии, но конструкты, которые участвуют в боях, сохраняют, как минимум часть памяти. Каждый новый бой, даже проигранный — источник опыта. Проблема в том, что за каждый выход химеры на арену нужно платить. Суммы разнятся, но они точно не самые скромные. Череда поражений может разорить даже специалиста средней руки. А новые химерологи и вовсе обычно наскребают денег на два-три боя.

Информацию я почерпнул у стратега общины Рэнха. Не сказать, что Сэрн был доволен раскладом — он всерьёз опасался, что прыжок кота засветил их подземное убежище. Но Стонт как-то смог урегулировать вопрос. Не до конца, но достаточно, чтобы подгорный не отказался от сотрудничества.

Подъехав к массивному зданию крытой арены, которое нависает над всем кварталом, выбираемся наружу. Ищу глазами второй наш паромобиль, но они уже спрятались в каком-то проулке. Призванного тоже нигде не видно. Хотя было бы странно, держись котяра на виду около входа.

Дальше всё происходит буднично. Пара фраз охраннику внутри и он отправляет с нами служащего. Вип-ложи на самом верху. Большие изолированные друг от друга кабины. Стекло обработано магией — снаружи никто не видит происходящего внутри. Можно заниматься чем угодно, поглядывая в сторону площадки в центре, где кипит ожесточённый бой.

Каждая из вип-лож прикрыта артефактами, а гости часто перемещаются при помощи порталов. Сразу, на самый верхний ярус, который тоже разделён переборками. Причина — высокая популярность боёв химер. Сюда могут заявиться лидеры враждующих группировок, ненавидящие друг друга аристократы, конкурирующие промышленники или люди, готовые вцепиться друг другу в глотку по иной причине. Вип-ложи позволяют разделить гостей из числа элиты. Если ты не знаешь, кто находится в соседней кабине, то сможешь полностью насладиться представлением. Вместо того, чтобы яростно переглядываться с оппонентом и прикидывать, получится ли его здесь прикончить.

Служащий с первого этажа «передаёт» нас другому и тот ведёт по длинному коридору, проходящему под ложами. Остановившись у одной из узких лестниц, поднимается наверх. Там нас пристально разглядывает пара охранников и один из них открывает дверь, используя артефакт. Не знаю, как нас описал граф, но дополнительных проверок эти парни не проводят.

Сделав шаг внутрь кабины, окидываю её взглядом. Сам Кеннот здесь. Рядом — парень, ещё моложе него, который сейчас задумчиво нас разглядывает. Поднявшись, стягивает с правой руки перчатку и протягивает мне ладонь.

— Эрзон Тонфой. Мне сказали, что вы хотите поговорить с нашим лидером.


Глава XIX


Пожимая руку, вопросительно кошусь на графа и тот с хмурым видом бросает несколько слов.

— У него есть доступ на самый верх. Если сочтёт, что твоё предложение чего-то стоит, то организует встречу.

Сам Эрзон довольно ухмыляется.

— Да. Тогда вы сможете увидеться. Но сначала…

Вытащив из кармана массивный перстень, надевает его себе на палец.

— Проверка на ложь. Дорогая вещица, но позволяет быстро понять мотивы собеседника.

Сталра заметно напрягается. А я сохраняю спокойствие. Основная масса информации, которую я выложил Кенноту — чистая правда. Ключевой момент, обойти острые моменты.

Пожав плечами, усаживаюсь на боковой диванчик, приглашающе махнув баронессе и озвучиваю своё согласие.

— Начинай задавать вопросы.

Тот тоже приземляется на диван, поворачивая ко мне заинтересованное лицо.

— Что ты хочешь предложить нашему лидеру?

Разжимаю губы в лёгкой улыбке.

— Информацию. Об императоре. И другом иномирце, который способен противостоять ему. Дать возможность победить. Потому что на мой взгляд, сейчас у вас нет ни единого шанса.

Представитель дома хёрдисов скалится в ухмылке, разглядывая перстень на своей руке. Пока артефакт не проявляет никаких признаков активности.

— Пока нас ещё не взяли, как ты видишь. Откуда ты знаешь иномирца?

Вздыхаю. Ничего изображать не требуется — воспоминания о «терапии» и так вызывают массу неприятных ассоциаций.

— В имперской лечебнице имени Лейзевица. Он тоже был там пациентом. Скажем так, навели мосты во время побега.

Ещё раз бросает взгляд на перстень и недовольно хмурится.

— Ты уверен, что он действительно прибыл из другого мира?

Бросив взгляд на песок арены, где уже начался первый бой, взмахиваю правой рукой.

— Он сам рассказал об этом. И его возможности сильно отличаются от мощи наших магов. Как ты понимаешь, нотные комбинации, при помощи которых можно проверить верность его слов, мне неизвестны. Не факт, что такие вообще есть в Норкруме.

Оторвав взгляд от браслета, нервно кусает губы. Не понимаю, что его так сильно взволновало. Всё то же самое я уже озвучивал Кенноту. Могу поспорить, граф пересказал этому парню каждое слово.

— Получается, этот же человек рассказал тебе, что наш император тоже из другого мира? И правит нами с момента основания династии, истребляя своих потомков?

Медленно наклоняю подбородок.

— Да, это его слова. Но у него не было причины лгать мне. Когда ты пятьсот лет сидишь под замком и получаешь первого собеседника, не связанного с противником, последнее о чём станешь думать — интриги и ложь.

Про свои собственные мысли и невидимые ауры императора и стэрса я решаю промолчать. Это только косвенные доказательства. Вполне вероятно, что от призрачного айвана можно защититься артефактами. Я не так силён в этой сфере.

На этом моменте вспоминаю про книги, которые оставались у Эмили. Она же взяла с собой сумку. А я даже не спросил о её содержимом. Морсарова плесень! Когда я успел стать настолько тупым?

— У тебя есть канал связи с освобождённым иномирцем? Он обещал помощь?

Вот тут надо ответить тонко. Единственный контакт — это старый подгорный, что был среди его соратников. Он верен своему господину. Но при этом в его жилах течёт кровь подземного племени. По словам Стонта, тот передаст послание. Вот решать, что с ним делать дальше, будет сам Баггот.

— Я смогу отправить сообщение. Всего одно. Что значит, нужно сделать его максимально интересным. Он не обещал никакой помощи, но уже объявил о походе против Схэсса. И как мне кажется, ему нужны союзники.

Эрзон снова опускает взгляд на перстень и какое-то время раздумывает.

— На что он способен? Уверен, что сможет помочь нам?

Тут у меня никаких сомнений нет, о чём я и спешу сообщить.

— Он на голову превосходит норкрумских магов. И располагает уникальными способностями. Не думаю, что сможет вытянуть бой со Схэссом один на один, но если обеспечить ему поддержку, то справится.

Кивнув, ещё какое-то время размышляет, сверля меня взглядом. Принимает решение?

— Ты хочешь раскрыть нас императору? Собираешься выдать?

Отрицательно качаю головой.

— Нет. Я хочу помочь вам избавиться от этого правителя.

— Зачем? В чём твоя личная заинтересованность?

Тут тоже надо как-то сгладить углы. Стараюсь отвечать, говоря только то, к чему артефакт не сможет придраться.

— За мной открыта охота. На мой взгляд, самим императором. Не знаю, почему он не бросил в бой стэрсов, но резонов может быть много. В любом случае — пока на престоле Схэсс, нормально устроить свою жизнь не получится. У меня есть веские причины желать гибели династии.

Тонфой без тени улыбки интересуется.

— А если сыграть от обратного? Сдать ему заговор и заслужить прощение?

Едва не отвечаю, что это я уже пробовал. И вместо награды получил только место в лечебнице. Кстати, до сих пор так и не поняв, почему Схэсс выбрал именно такое решение.

— Подумай, кто запихнул меня в ту самую лечебницу? Второй раз я к императору и его людям не сунусь.

Парень хмурит брови и медленно качает головой.

— Так не пойдёт. Нужен прямой ответ. Ты собираешься рассказать императору о заговоре? Либо кому-то из людей, которые могут ему донести?

— Нет. Я не собираюсь вас сдавать. Мои желания ограничиваются ликвидацией Схэсса. Никакого вреда вам я наносить не собираюсь.

Снова впадает в недолгое раздумье. Наконец решительно встряхивает головой.

— Ладно. Ты и правда не лжёшь. Не скажу, что сильно умён — я бы на твоём месте бежал подальше отсюда. Например на Ларэд. Но раз решил влезть в самое пекло — добро пожаловать.

На фразе про Ларэд пытливо смотрит на меня, ожидая реакции. Думаю Тонфою хочется уточнить пару моментов по поводу второго материка, используя артефакт. Но эти вопросы никак не вписываются в формат проверки моих намерений. Поэтому ограничивается одним заброшенным крючком.

Сняв с пальца перстень, прячет его в карман и достаёт другую небольшую конструкцию. Что-то вроде браслета с с несколькими крохотными иглами на внутренней стороне. Они прикрыты небольшим кожаным ремешком, не дающим металлу добраться до кожи. Уже надев на себя украшение, поднимает руку, смотря на Сталру.

— Такого, я думаю вы ещё не видели. Портальный артефакт без привязки, на десять зарядов. Немного крови, мысленное усилие и дело сделано. А теперь попрошу вас встать.

Они прислали для нашей проверки самого тупого? Или это какой-то сигнал, смысла которого я пока уловить не могу? Человек, играющий на таком уровне, не должен озвучивать подобное, чтобы покрасоваться перед девушкой. Я бы понял, будь это дружеской вечеринкой. Да и там аристократы таких козырей не озвучивают. Портальный артефакт без привязки к конкретным точкам, это возможность выйти из любого боя, одним движением руки. Не нужно прогонять в голове длинную нотную комбинацию, не нужны точные координаты. Ничего не требуется. Скорее всего даже работающей струны.

Ещё раз оцениваю ауру Эрзона, но ничего подозрительного там нет. Преобладающие оттенки синего легко объяснить его участием в заговоре. Или лояльностью своему роду. Всё остальное тоже вопросов не вызывает. Оттенки оранжевого, жёлтого, немного красного, совсем чуть сиреневого. Ничего, что могло бы объяснить его недавнее легкомысленное поведение.

Сам парень в это время вытаскивает кусочек дублёной кожи, который защищал его собственный кожный покров от игл. Одно лёгкое нажатие и пространство вокруг перекрывается льдистой синевой. А спустя мгновение мы оказываемся в помещении, напоминающем странную библиотеку. Трое. Граф Кеннот остался в вип-ложе.

— Вот мы и на месте. Сейчас всё обсудите.

Голос парня снова звучит странно. Вернее, с самим тембром всё в порядке. Говорит весело и легко. Но глаза не соответствуют образу. Мрачный, тяжелый взгляд. Резко контрастирующий с его поведением. Как будто мы сейчас пойдём в безнадежную атаку, где нет ни единого шанса выжить.

Оглядываю помещение, сканируя всё вокруг айваном. Тут же понимаю, что он не пробивает стены. Точно такой же расклад, как в подземном убежище подгорных. Сама комната выглядит более или менее обычно. Стены, вдоль которых стоят книжные шкафы, вытянутый прямоугольный стол и десяток роскошно выглядящих стульев.

Скрипит дверь и я разворачиваюсь. Седой мужик с мощной фигурой в сером домашнем халате. Окинув нас взглядом, показывает рукой на стол.

— Приземляйтесь. Давайте поговорим.

Странная аура. Несколько ярких, чётко выделяющихся цветов. Синий, оранжевый, жёлтый, зелёный. Раньше я такого не встречал.

Занимаю один из стульев и рядом усаживается Сталра. Тонфой остаётся стоять около торца стола слева, а мужчина занимает место напротив него.

— Вы пришли, чтобы предложить мне объединить усилия с неким иномирцем, который способен одолеть императора?

Покосившись на Эрзона, киваю.

— Не уверен, что он может прикончить Схэсса сам. Но точно увеличит ваши шансы на победу.

Сразу же добавляю вопрос.

— Перед тем, как продолжить, хотелось бы узнать, с кем именно я говорю?

Неизвестный скалит зубы в усмешке и поднимается на ноги.

— Хочешь узнать, кто я такой?

Принимается шагать около стола, заложив руки за спину.

— Сначала ответь мне на вопрос, Архос. Что самое опасное в жизни человека, который смотрит на этот мир не первую сотню лет?

Несколько секунд помедлив, пожимаю плечами. Он решил устроить тут философский диспут? Что, ради болотных гхалтов, происходит?

Предполагаемый лидер мятежа останавливается около торца стола, положив руки на спинку стула.

— Скука. Рядом одно и то же. Тебя ничего не радует. Прежние увлечения не так интересны. Да и с женщинами ты уже сделал всё, что хотел. А может и чуть больше.

Сделав секундную паузу, продолжает.

— Как избавиться от этого состояния?

Снова бросаю взгляд на члена дома хёрдисов. Какого морсара? Он не предупреждал, что их возглавляет старый и слегка поехавший крышей маг. Нам что, придётся вытерпеть светскую беседу о бренности бытия, прежде чем перейти к делу?

— Попробовать что-то новое. Добиться следующей ступени в мастерстве. Ставить эксперименты.

Смотрящий на меня мужчина, усмехается.

— Хорошие версии. Но бывает так, что ты испробовал уже все доступные удовольствия. Тысяча лет, это долгий промежуток времени. Можно успеть опробовать на себе все пороки человечества. А эксперименты… Рано или поздно, они тоже становятся скучными. Особенно, если ты не можешь показать их результат всем.

Пока он говорит, скольжу взглядом по книжным шкафам и взгляд цепляется за нижние полки. Там выставлены фигурки животных. Разных, от гхаргов до южных гигантских скорпионов. Заметив моё внимание, владелец кабинета снова принимается рассказывать.

— Работа одного мастера из южных королевств. Никакой магии, только ловкость рук. Около сотни лет собирал все экземпляры вместе.

По позвоночнику пробегают мурашки. Оракул говорил о коллекционере. И рекомендовал немедленно бежать, как только я с ним столкнусь.

— Что такое? Не нравится моё скромное хобби?

Последнее слово звучит незнакомо. Причём не только для меня — Сталра тоже кривит губы, разглядывая нашего собеседника. Я же поворачиваюсь к Тонфою. Натянутая улыбка, которая не сходит с лица. И откровенный ужас, плещущийся в глазах.

Рицеров я идиот! Почему не оставил артефакт связи? Не озаботился надёжным путём отхода? Весь план строился на том, что разговор пройдёт на территории арены. И если возникнет какая-то угроза, то именно там. Теперь же мы оказались неизвестно где и как по мне — вряд ли выберемся отсюда сами.

— Ты так и не ответил, Архос. Ни на один из вопросов. А ведь сообразительный юноша. И не без таланта. Смог выбраться из лечебницы и освободить старика Стивви.

Я не называл имени второго иномирца. Кто этот седой мужик? Зачем вообще встреча, если он и так в курсе? Почему гхаргов Тонфой настолько испуган?

Поворачиваю голову к тому, кто назвался лидером заговорщиков, но сказать ему ничего не успеваю. Помещение наполняется мощным голосом.

— Когда ты живёшь настолько долго, что перебрал всё, остаётся только один вариант. Опасность. Адреналин. Хотя бы какая-то степень угрозы. Ещё манипуляции. Так приятно, когда на чьём-то лице проступает понимание и он осознает, что был простой никчёмной пешкой, без единого шанса на успех. А всё его предназначение — развлечь меня. Хотя знаешь, я всегда оставляю какие-то лазейки. Не контролирую процесс полностью. Иногда получается очень забавно — как сейчас, с тобой и компанией, что собралась вокруг. Призванный с особым даром, аристократка, схорка и механоид. Плюс военный в отставке. Вполне тянете на спасителей мира. Возможно даже считаете себя таковыми.

Делает секундную паузу, насмешливо смотря на меня.

— Но неужели ты думаешь, что вас нельзя было раздавить? Я и сейчас могу это сделать, отправив людей прямо в убежище подгорных. Но не стану. Потому что вы интересны. Наблюдать за вашими приключениями, чистой воды удовольствие. Кто бы мог подумать, что простенькая провокация в Каледе выльется в такое.

Оторвав руки от спинки стула, взмахивает ими, обводя комнату. А я бью айваном. Десять накачанных силой «гарпунов», что должны вонзиться в его слепок жизненной силы. И выпотрошить говорливого ублюдка до конца.

На мгновение возникает уверенность, что сейчас всё закончится. Которая исчезает, как только моё «оружие» растворяется в воздухе. Одновременно с этим аура мага пропадает. Остаётся только пустое место, как в случае с…императором.

Седовласый человек в голос хохочет.

— Ты бы видел сейчас своё лицо, парень. Ради таких моментов и стоит дёргать за ниточки.

Вскочив на ноги, хватаюсь за рукоять револьвера, но тело почти сразу отказывается выполнять команды.

— Не так быстро, стрелок. Сначала немного веселья.

Сталра, которая тоже встала, оттолкнув в сторону стул, корчится от боли. В следующую секунду баронессу поднимает в воздух и слышу хруст ломающихся костей. Фаланги пальцев выкручиваются в разные стороны, рёбра пробивают кожу, из грудной клетки брызжет кровь. Судя по искажённому лицу и открытому рту, девушка в голос орёт. Но мы не слышим ни единого звука. Я же, так и не могу двинуться с места.

Какое-то время он держит её в воздухе. Потом отпускает и Сталра тяжело падает на пол. Теперь до меня доносятся все звуки, но кричать девушка уже не может. Только хрипит. Каким-то чудом слегка поворачивает голову и я вижу её глаза. Умоляющие о помощи и спасении. Морсарово дерьмо!

— А с тобой всё будет немного забавнее, Архос. Ты наверное считаешь, что тебе повезло. Призрачный айван, кусочек силы Баггота, непомерная мощь. Но то, что даёт тебе силу, может вместе с тем принести и зашкаливающую боль.

В следующее мгновение он подтверждает свои слова на практике — меня перекашивает от болевых ощущений. Одновременно с этим, неожиданно получаю возможность двигаться. Правда воспользоваться этим не получается — мышцы настолько сведены от боли, что осознанно куда-то двинуться не выходит. Когда меня перестаёт выкручивать, пытаюсь дотянуться рукой до револьвера, но конечность всё ещё не отошла — получается только слегка сдвинуть её в сторону.

— Может попробуешь воспользоваться своим айваном, парень?

Только на этих словах понимаю, что теперь не вижу ауру Тонфоя. Магический талант отключился сам по себе? Активирую его заново и снова бьюсь в конвульсиях, лёжа на паркетном полу.

— Жалко, ты теперь не можешь посмотреть на свою ауру. Это красиво и ужасно, одновременно. Знаешь, я ведь даже не решил, что теперь с тобой сделать. Превратить в такого же болванчика, как этот племянник хёрдиса или просто убить. Оба варианта какие-то…скучные. Может подскажешь мне более интересный? Ты же хочешь жить?

Как он это сделал? Лишил меня моего магического таланта за считанные секунды. Как выбраться? Что сделать, чтобы не сдохнуть?

В голове что-то щёлкает и мне внезапно становится понятно, кто именно стоит с другой стороны стола. Все его слова тоже сразу становятся ясными. Мерзкая рицерова тварь. Противопоставить ему я точно ничего не смогу. Сражаться бесполезно. На руке Тонфоя браслет, который может меня вытащить, но парень слишком далеко. Тело с трудом функционирует — быстро мне до него не добраться.

Цепляюсь за стул, чтобы подняться и тот летит на пол. А я врезаюсь лицом в паркет, разбивая нос. Переключаюсь на соседний стул и постепенно всё-таки принимаю вертикальное положение. Но что-то сказать мне этот ублюдок не даёт. Как только открываю рот, новый приступ безумной боли валит с ног.

На этот раз я провожу на паркете куда больше времени. Или мне так кажется. Когда боль отступает, ещё секунд двадцать прихожу в норму. Не знаю, что именно он делает с моей аурой, но ощущения жесточайшие.

Теперь начинаю говорить, ещё в процессе своего подъёма.

— Ты заигрался, Схэсс. Если у тебя и правда такая фамилия. Решил ведь, что тебе никто не угроза и опасности нет, верно?

Вижу лицо иномирца, на котором проявляется лёгкий интерес. Оперевшись о столешницу, полностью выпрямляюсь. Взгляд цепляется за тело баронессы с остекленевшими глазами и меня подхлёстывает ярость, придающая сил.

— Не подумал, что к тебе может подбираться кто-то ещё?

Фигура седовласого мужчины мерцает и на его месте возникает ухмыляющийся император.

— И кто же крадётся ко мне в ночи? Расскажи. Мне даже стало интересно.

Делая вид, что меня шатает, сдвигаюсь назад, оказываясь ближе к Тонфою. Сам же судорожно вспоминаю слова Оракула.

— Тот, кто раньше наводил ужас на все обитаемые миры. Чьё имя внушало ужас на десятки тысяч парсеков вокруг. Он идёт за тобой.

Брови Схэсса медленно ползут вверх, но он быстро берёт себя в руки.

— Не знаю, где ты это слышал, но не думаю, что здесь действительно появился тот, кто сможет меня одолеть. А вот тебе придётся несладко, парень. Даже твой кот теперь не сможет почувствовать тебя и прийти на помощь. Айвана больше нет, струна выжжена. Ты не сможешь использовать магию. Даже не знаю, может продать тебя на юг? Говорят, там нужны рабы. Или добить? Какой вариант предпочитаешь? Жить в грязи или сдохнуть с гордо поднятой головой? Подумай. Ты ведь можешь выжить на юге. Говорят, таких злобных выродков, как ты, любят тамошние аристократки. И я не смогу больше за тобой наблюдать. Все метки сгорели вместе с твоей струной и энергетическим каркасом тела. Ничего не осталось.

Снова пячусь назад. Осталось чуть-чуть. Ещё пара шагов и я окажусь рядом. Останется только сорвать браслет с запястья его правой руки и воспользоваться им. Если смогу. Неизвестно, настроен артефакт на человека со струной или подойдёт любой.

— Пожалуй, я всё-таки дам тебе шанс. Одолеешь в честной схватке Эрзона и я открою портал на юг. Ты даже не станешь рабом. Просто получишь второй шанс. А я буду щекотать себе нервы угрозой с той стороны. Вдруг ты станешь королём и поведёшь сюда свои армии.

На мгновение замолчав, рявкает.

— Эрзон. Только холодное оружие. Убей его!

Развернувшись, вижу, как парень вытаскивает из ножен кинжал и отступаю назад. Пальцы сами ложатся на рукоять револьвера, но фраза про холодное оружие касалась не только Тонфоя. Достать огнестрел не получается — рука отказывается меня слушаться.

Уходя от удара, делаю рывок назад. Мышцы до конца не слушаются — падаю на пол, приложившись всей спиной. Племянник хёрдиса бросается на меня, собираясь всадить оружие в живот. Получив удар ногой, теряет равновесие, врезаясь в стол. Целился я в пах, но угодил в бедро, что дало совсем другой эффект. Зато выгадываю время, чтобы схватиться за рукоятку ножа.

Новая атака аристократа. Глаза пустые, как у кадавра. Движения тоже немного корявые. Что и даёт мне шанс. Успеваю привстать и рвануться влево, вжимаясь спиной в книжный шкаф. Эрзон меняет направление удара и острие рассекает одежду на правом боку. Чувствую тёплую кровь. В качестве ответа всаживаю нож ему в брюхо, проворачивая лезвие. Но Тонфоя это не останавливает. Новый удар и сталь входит мне в грудь. Хватаю его за запястье левой рукой, но сил удержать напор не хватает. Клинок медленно входит в тело, заставляя корчиться от боли.

Он тоже пытается схватить мою руку со сжатым в ней ножом. Едва выходит развернуть лезвие так, чтобы полоснуть его по запястью. Срабатывает — может он и под контролем, но боль чувствует. Следующий удар и сталь входит ему в горло. Провернув рукоять, оставляю нож в ране и правой рукой расстёгиваю браслет. Мне везёт — император снова смеётся, отвлекаясь на эмоции. А я вонзаю крохотные иголки в свою руку. Думая только об одном — я хочу оказаться максимально далеко отсюда и в безопасности. Там, где этот ублюдок не сможет меня достать.

Льдисто-синий барьер и в нос бьёт запах вони. Грязные стены домов, какие-то ящики, мусор. Чьё-то шевеление справа. И тусклый свет одинокого газового фонаря вдалеке.


Глава XX


Спина опирается на стену. Хорошо чувствую холод каменной кладки. Шевелиться тяжело. Всё, что могу — слегка двигать пальцами. По мере того, как течёт время, гибкость возвращается. Но это происходит медленно. Слишком медленно, если учесть, что по моей груди стекает тёплая кровь. Ощущения смазаны, определить объём не получается. Может быть это гхаргов аристократ не смог зацепить ничего важного. А возможно пробит крупный сосуд и я вот-вот сдохну.

Скосив глаза вниз, вижу часть браслета. Весь он в поле зрения не попадает — как выпал, так и лежит сейчас на земле, недалеко от правой руки. Стараюсь дотянуться до него пальцами, но пока не могу.

Снова шевеление справа. Повернуть бы голову, чтобы посмотреть. А лучше достать револьвер и пару раз выстрелить на звук. Как же раздражает ощущение беспомощности.

Звук шаркающих шагов и в лицо бьёт смрад. Передо мной на корточки опускается бездомный в насквозь провонявшей одежде. Штаны с рубахой покрыты слоем грязи, а балахон наброшенный сверху, похоже когда-то был тонким ковром. Сейчас переделанным в подобие накидки.

Достав нож, разглядывает меня.

— Аристократик. И как ты сюда забрался? Зачем? Да ещё проскользнул мимо. Нехорошо это. Ой как нехорошо.

Приговаривая, вытаскивается из кобуры мой револьвер и сразу пытается заткнуть за пояс. Когда затея проваливается несколько раз кряду, просто кладёт на бедро.

— Огнестрел, это хорошо. Но у тебя ведь есть ещё и монетки, да парень? Вы аристократики, никуда не ходите без бренчащего золота. Или может в бумаге?

У меня едва работают кисти рук — дать отпор не смогу. К тому же эта тварь забрала мой револьвер. Что остаётся? Напугать?

Пробую выдавить слова и это получается. Пусть с большим трудом, но хриплю.

— Именем императора. Остановись.

Тот несколько раз мелко кивает, заходясь тихим мерзким смехом.

— Конечно. Я прямо подскочил и отдал тебе приветствие, аристократик.

Протянув руку поднимает браслет и поднимает, рассматривая в тусклом свете.

— Вот это я понимаю вещь. Сколько стоит? Пару сотен ларов? Значит наши за тридцатку точно заберут.

Уверен, артефакт обошёлся Тонфоям не меньше чем в десять тысяч, но бездомному этого знать не обязательно. В следующую секунду он совершает ошибку — надевает браслет на руку, защёлкивая его и сдвигая наверх от запястью. Успеваю заметить удивление и обиду в его глазах, когда чувствует боль от впившихся иголок. Исчезает почти сразу, оставив после себя ощущение лёгкого мороза. Грязный ублюдок. Браслет был надеждой на возвращение. Я мог активировать его и оказаться в убежище подгорных. Рассказать всем правду. Заговор — дело рук самого императора, чей разум похоже зияет брешами, в которые потоком выливается адекватность.

А может это хорошо? Что артефакта больше нет. Схэсс признался, что подземелья под его полным контролем. А ещё он повёрнутый на на всю голову. Расскажу о его игре остальным — обреку их на гибель. Морсарово дерьмо! Почему всё так сложно?

Через несколько мгновений меня разбирает смех. Хриплю, кашляя кровью и кривясь от боли. Раненый, почти безоружный, лишённый магии. В неизвестном городе. Но я всё ещё считаю, что могу противостоять императору. Он даже не кот, который играется с мышками. А громадный северный тигр, что наблюдает за мельтешащими внизу идиотами.

Приступ истерики прекращается так же быстро, как начался. Перед глазами встаёт окровавленная Сталра с её умоляющими глазами и я стараюсь взять себя в руки. Сосредоточимся на основной задаче. Выжить. Если сдохну, никаких дальнейших планов точно не будет.

Тело постепенно возвращает себе подвижность и я получаю возможность заняться делом. Достав второй нож, всё это время спрятанный за спиной, снимаю с себя пиджак. Быстро становится понятно, что идея не самая верная — вспороть ткань у меня не получается, а вот кровь продолжает уходить. Приходится неуклюже стаскивать с себя пропитанную красным рубаху и резать её. Из-за боли от ранения, иногда темнеет перед глазами, но с задачей я справляюсь. В «Ночном Озере» ранения бывали и похуже. Правда там нас ждал тюремный целитель. А здесь придётся как-то выбираться самому. Но ничего. У меня есть деньги. Ключевой момент, найти мага, который согласится и сможет помочь.

Кое-как перетянув грудь, прощупываю рукой свой бок. Ранение вроде лёгкое, крови немного. Привалившись к стене, жду, пока тело восстановит функциональность и заодно обдумываю ситуацию. Из плюсов — я жив и рана не похожа на смертельную. Если найду помощь в ближайшие несколько часов, скорее всего выживу. Вот в противном случае, шансов немного. Кинжал зацепил лёгкое. К счастью не так сильно, чтобы сдохнуть на месте. Плюс, есть деньги, которые я взял с собой на всякий случай. Около трёхсот ларов, чего хватит на услуги целителя. И скорее всего ещё останется.

Минусов намного больше. Схэсс спалил мою струну. Я пытаюсь обратиться к магии, но ничего не выходит — нотные символы просто не воспроизводятся. Помня болевые ощущения от айвана, его проверять банально опасаюсь. Не хочется снова корчиться на земле, заплёвывая всё рядом кровью.

Из оружия только короткий второй нож. От револьвера остался патронташ с двенадцатью руническими боеприпасами. Само оружие забрал вонючий бездомный. Как и артефакт. Морсаров ублюдок. Неизвестно, где я нахожусь и непонятно, где тут искать целителя. Судя по окружающим меня домам, либо трущобы, либо маленький загнивающий городок. Хорошо, если первое. При втором варианте, вероятность обнаружить целителя, минимальна.

Поднявшись на ноги, бреду вдоль стенки, нацелившись на ту сторону проулка, которая ближе всего. Перед этим перевешиваю нож на правую сторону, рядом с пустой кобурой. Добравшись до угла, выглядываю. Тёмная улица, освещённая несколькими тусклыми фонарями. Видны и два десятка человеческих фигур. Не сильно радует. С другой стороны, без контакта с людьми мне никак не найти целителя.

Секунд десять постояв, плетусь дальше, всё так же держась около стенки. В нише между домами шевелится фигура спящего бездомного. Приподнявшись, молча провожает меня взглядом — боковым зрением вижу, как блестят глаза. Троица переговаривающихся девиц, которые было делают на меня «стойку», ретируется, как только оценивают состояние. Не будь ножа, который сжат в правой руке, возможно и попытались атаковать. Уверен, у них тоже есть холодняк. Как минимум у одной. Что может быть проще? Подпустить, всадить лезвие в спину, пока ковыляю мимо. Потом навалиться втроём и рвать добычу, пока не сдохнет. Но эти отступают. Может и правда смутила сталь. Либо недостаточно ожесточены, что на ходу спланировать атаку.

На момент задержавшись, поворачиваю лицо в их сторону, но местные шлюхи уже слишком далеко. А кричать у меня сейчас точно не выйдет. Жаль. Эти наверняка знают, где ближайший целитель. Хорошего специалиста в таком районе не встретишь, но мне сейчас сойдёт любой. Лишь бы знал пару-тройку нотных комбинаций. Кто-то здесь точно должен быть. Это не залитые безумием трущобы Рэнха, с их человеком-пузырём. Обычные окраинные районы. Знать бы какого ещё города. Но это потом. В любом случае, тут точно должен обретаться кто-то с магическим даром. Собственно, будь у меня под рукой нотные связки для исцеления, я бы мог занять такую же позицию в Каледе. Но тогда я был ещё бесконечно далёк от…всего этого. Выучить даже одно заклинание, казалось чудом. А теперь уже поздно — рицеров Схэсс спалил мою струну.

Остановившись, ломано смеюсь, забрызгивая кровью стену. Не знаю, что меня рассмешило больше — факт того, что несчастного нищего одолел сам император или то, с каким спокойствием я об этом думаю. Стэрс в камере полицейского управления вызвал настоящий шок. А теперь я по уши погряз в интригах высшей аристократии.

Снова вспоминаю изломанное тело Сталры. Успокаиваюсь. Концентрируюсь. Я обязан выжить. И ответить ударом на удар. Теперь это уже не вопрос безопасности. Нет. Это личное. Схэсс играл со мной с самого начала. Чужими руками, не подозревая об этом и скорее всего, даже не зная о моём существовании. Но делал это. А потом всё вышло на новый уровень. Думаю, императора сильно повеселил вырвавшийся из трущоб нищий, который всюду оставляет за собой хаос. Не знаю, как именно я это проверну, но рицерова тварь заплатит за всё. Но сначала — выжить. Целитель.

Уняв нервы, двигаюсь дальше и замечаю четыре фигуры, что неспешно шагают ко мне от ближайшего угла. Теперь понятно, почему отступили шлюхи, а бездомный не предпринял попытку ударить в спину. На этой улице есть хищники покрупнее. Если твою добычу всё равно заберут, нет никакого смысла рисковать и делать за кого-то грязную работу.

Остановившись, жду. Сейчас бы хоть крохи прежнего могущества. Остатки айвана. Или слабую нестабильную струну. Я бы уложил всё приближающуюся четвёрку одним ударом. Но всё, что у меня есть, это нож. И слова. Слова тоже могут быть оружием. Надо только подобрать верные.

Оперевшись спиной на стену, жду, пока они окажутся рядом. Так никто не зайдёт сзади. Да и телу нужна передышка. Вижу, как один из них откидывает в сторону полу длинного сюртука и кладёт руку на кобуру. Мои ничтожные шансы на победу в прямом противостоянии, только что совсем испарились.

Когда оказываются совсем рядом, на расстоянии буквально двух ярдов, на лице их вожака появляется издевательская ухмылка. Но выдать свою «заготовку» он не успевает — я начинаю говорить первым. Хриплю, выдавливая слова.

— Императорская канцелярия. Задание. Измена. Здесь.

Такого они скорее всего не ждали. Рослый блондин, который явно собирался выдать мне шаблонную фразу, едва не оглядывается на остальных. Начинает движение но сразу же останавливается. Верно. Нельзя, чтобы стая почувствовала слабость и сомнение. Достаточного одного раза, чтобы твоё место занял один из троих псов, что пока слушаются команд.

— Перебрал с хирсом? Какая, к гнилому морсару, канцелярия?

Голос звучит уверенно. А глаз я не вижу, слишком темно. Жаль. Так было бы намного проще. Оговорка про морсара. Я на побережье? Или этот парень родом оттуда? Нос почти не разбирает запахов, всё забивает вонь.

— Я трезв. Особое задание. Нужен целитель.

Блондин молчит, рассматривая меня. Двое из стоящих за его спиной, крутят головами, осматривая улицу. Только тот, что держит руку на револьвере, не двигается, наблюдая за мной. Странно. Почему огнестрел не у главаря? Или он тоже вооружён, но предпочитает этого сразу не показывать?

— Слушай, парень. Отдай нам деньги и можешь валить куда угодно. И заканчивай нести этот бред.

Махнув головой, снова выдавливаю из себя слова.

— Прямой приказ. Измена. Целитель.

Даже в темноте видно, как кривится лицо главаря. Сейчас наверняка жалеет, что они решили вальяжно и показатель обнести забредшего в квартал чужака. Напади эта четвёрка сразу и мне пришлось бы принять неравный бой без шанса на успех. Теперь же он вынужден ломать голову и взвешивать последствия. Представляю, какой хаос сейчас творится в его разуме. Парни Дайла тоже впали бы в прострацию, услышь от потенциальной цели, что он служит в канцелярии. Не нужно много ума, чтобы понять последствия нападения на такого «прохожего».

Основной вопрос, который сейчас тревожит лидера небольшой банды — говорю я правду или лгу. С одной стороны, на офицера канцелярии я непохож. С другой — ранен, залит кровью, с пустой кобурой и почему-то в трущобах, несмотря на хорошую одежду. Явно не просто загулявший пьяный аристократ. Да и пугать грабителей, выдавая себя за офицера самого грозного ведомства в стране… На такое не каждый решится — можно попасть под удар, который окажется куда серьёзнее уличного разбоя.

Определившись, вожак взмахивает рукой.

— Кайнс, пристрели его.

Значит своего огнестрела у него всё-таки нет. Приказ отдан заросшему щетиной здоровяку, чья рука лежит на рукояти револьвера. Но выполнять он его не спешит. Вижу, как хмурит кустистые брови, не двигаясь с места.

— Чего ждёшь? Ты меня слышал? Стреляй!

Голос главного звучит уверенно — он практически рычит. Со стороны смотрится весьма неплохо. Но я не чувствую ноток реальной агрессии. Когда кто-то из уличных псов медлит с выполнением приказа от старшего, он должен понимать — ещё момент и его размажут по мостовой. Безжалостно и без сомнений. Выпотрошат и бросят кровавые останки в назидание остальным. Готовности проделать это, у блондина я не замечаю. Он всем видом демонстрирует своё лидерство, но судя по голосу, не уверен, как ему быть, если здоровяк откажется. Добавляем к этому тот факт, что только у одного есть револьвер и получаем…

— Пять тысяч ларов и новые документы.

Стараясь не сбиться, хриплю эту фразу, не отрывая взгляда от верзилы. Блондин реагирует моментально.

— Стреляй! Ты что, крысой решил заделаться, Кайнс?

На последних словах поворачивает голову к стрелку, а тот пожимает плечами и негромко басит.

— Нет. Я честно убью вас. Вызов.

Трое остальных застывают в лёгкой растерянности. Этого короткого момента хватает, чтобы здоровяк ловко выхватил оружие. Близкий выстрел оглушает, бьёт по ушам, заставляя болезненно морщиться. Блондин падает с простреленной головой, сочно рухнув на брусчатку. Следующим умирает один из подельников, попытавшийся всадить нож в бок верзилы. Третий бросается бежать, но пуля предсказуемо оказывается быстрее.

Кайнс вытряхивает пустые гильзы и заменяет их новыми патронами, оглядывая опустевшую улицу. Потом делает шаг вперёд, подойдя почти вплотную.

— Ещё семья. Документы для всех. Пятьдесят четыре человека. Их нужно как-то устроить.

Чуть подождав, добавляет.

— Вместо пяти тысяч. Деньги можешь оставить себе.

Что у него за семья такая? Пятьдесят четыре человека? Серьёзно? Но вариантов реакции у меня всё равно немного.

— Договорились. Нужен целитель.

Массивный парень медлит, оценивающе смотря на меня.

— Обманешь — станешь нашим кровником. Не выживешь.

На самой глубине сознания шевелится смутное опасение. Где и что я слышал о кровниках? Не могу вспомнить.

Пытаюсь кивнуть, морщась от боли и тот хватает меня под руку.

— Ладно. Пойдём к Марсе. Она тут недалеко — должен дотянуть.

Опираясь на парня, переставляю ноги. Как выясняется, в его понимании «недалеко», это около сотни ярдов. По пути несколько раз замечаю интерес местных обитателей. Но выяснять отношения никто не спешит. Как я предполагаю, из-за револьвера, что так и сжат в правой руке моего спутника. Недвусмысленно намекая на опасность необдуманных действий.

В конце концов останавливаемся перед очередным домом. Этот выглядит не так, как остальные. Вместо каменной коробки, «нарезанной» на десяток квартир, обычный домик на два этажа. Забравшись на крыльцо, Кайнс было хватается за ручку и начинает открывать дверь. Потом останавливается и захлопнув её, принимается молотить кулаком.

— Марса! Я тебе клиента привёл. Нормального.

Прислушиваюсь, но никакой реакции на его вопли не замечаю. Тогда парень предпринимает ещё одну попытку. С таким же результатом. Складываюсь в приступе кровавого кашля и поднимаю на него глаза.

— Дверь открыта. Можем просто войти.

Тот протяжно вздыхает, отступая на шаг от входа. Остановившись около самых ступенек, машет головой.

— Артефакты. Спалят мозги, если сунемся.

Ну да. В этих трущобах оказался кто-то, способный поставить смертоносную артефактную защиту. Смешно. В сигнальный я ещё могу поверить, да и то с большим трудом. Развернувшись влево, опираюсь на стену, приближаясь к двери.

— Погибнешь. Пытались уже вломиться — все сдохли.

Хочется отпустить язвительное замечание, но это лишний расход сил. Добравшись до двери, тяну за её ручку и вваливаюсь внутрь. Потеряв равновесие, едва не лечу на пол. Врезавшись во внутреннюю стену, используя её в качестве опоры и продолжаю двигаться дальше. Где эта гхаргова Марса? Может вообще не дома?

Стена внезапно заканчивается и я всё-таки валюсь вниз, рухнув на ковёр. Падение приводит к дикой боли в области груди и кашлю. Пытаюсь собраться с силами, чтобы подняться, но понимаю, что ресурсы организма на исходе — я даже руку нормально поставить для упора не могу. Перед глазами что-то мелькает и сверху слышится удивлённый женский голос.

— Как ты сюда вошёл? И что тебе нужно?

Сдвинув голову чуть в сторону, пытаюсь объяснить, что я ищу целителя. И сюда меня привёл здоровяк по имени Кайнс. Вместо этого получается только слабый хрип. Зато со стороны входа доносится очередная порция воплей верзилы. В голове мелькает мысль, что он всё-таки ошибся по поводу защитных артефактов. А потом сознание проваливается в темноту.


Глава XXI


Запах трав. Как-то раз, я выбирался в поля, что рядом с Каледом. Там было что-то похожее. Аромат, которые резко контрастировал с атмосферой в Каледе.

Открыв глаза, вижу связки трав, висящие под потолком. А сам я оказывается лежу в постели, укрытый тонким одеялом. Напротив окно, через которое льётся свет. Получается, я провалялся так всю ночь? Пытаюсь подняться и тело простреливает болью.

Опустившись обратно на подушку, поднимаю одеяло. Твоего же рицера за левую заднюю ногу! Тот парень вроде сказал, что здесь живёт целитель. А не какая-то дикая знахарка. Корпус пересекает повязка, под которой виднеется зелёная жижа.

Скрипит дверь и я вижу женскую фигуру в лёгком цветастом платье. Лет тридцать пять. Может быть сорок. Загорелое лицо с рублёными чертами, длинные чёрные волосы, собранные в косу.

— Пришёл в себя? Вот и молодец. Три дня тут провалялся.

Сколько?! Три дня? Вопрос видимо проступает на моём лице, потому что женщина тихо смеётся.

— Тебе ещё повезло. Попал бы к кому другому — погиб. Но старая Марса кое-что умеет и без магии.

Теперь я совсем не понимаю происходящего.

— Кайнс сказал, что ведёт меня к целителю. Который сможет помочь.

Та откидывает одеяло, скользя взглядом по моему телу.

— Я и помогла. Всем, что было возможно. Ты лучше скажи, почему на тебе не срабатывают нотные связки?

Молча смотрю на неё и женщина пожимает плечами. На какое-то время концентрируется смотря перед собой. Потом переводит взгляд на меня.

— Видишь? Эта комбинация должна была поставить тебя на ноги. Но эффект нулевой.

Она меня за идиота держит? Если я не вижу нотных символов, это не значит, что мне можно забивать голову такой ерундой.

Думаю, как лучше сформулировать своё возмущение, но Марса уже демонстрирует мне свою правую руку на которой хорошо виден массивный перстень.

— Одна из пятёрки лучших выпускников Хёница. Кафедра целительства. Пробовала на тебе всё, что знаю, но магия не работает. Пришлось использовать старые методы.

Несколько мгновений рассматриваю её, абсолютно ничего не понимая. А женщина продолжает.

— И артефакты. Ты прошёл через систему защиты, даже не заметив её. Хотя должен был умереть. Не расскажешь, что с тобой?

То есть здоровяк всё же не ошибался. Просто на меня артефакты почему-то не среагировали. Как и целительские нотные комбинации. Глянув на ждущую ответа Марсу, интересуюсь.

— Вы же целитель. Должны видеть состояние моей жизненной энергии. Что там?

Женщина усмехается.

— Тесно общался с магами? Не так часто видишь человека, который может спокойно рассуждать о жизненной силе.

Подтащив из угла комнаты стул, усаживается на него.

— Для полноценной оценки нужен кто-то с призрачным айваном. Я вижу не всю картину и далеко не так, как хотелось бы. Но могу точно сказать — с тобой что-то не так. Такое впечатление, что внутри не стандартная энергетическая структура, а совсем другая система. Понимаешь? Искажённая схема, на которую не реагирует магия.

Морсарово дерьмо. Надежда на восстановление моих способностей быстро затухает. Хотя, если меня не распознали артефакты на её доме, то возможно не отреагируют и остальные. Но это весьма сомнительный размен — редко встречающийся айван и магическая струна против необнаружения артефактами. Так себе бартер.

— Значит всё это время, вы лечили меня…вот этим?

На последних словах скашиваю глаза, показывая на густую зелёную мазь, которой мне щедро обмазали грудь. Марса снова тихо посмеивается.

— Лучшее из моего арсенала. Как видишь, помогает. Ещё пара дней и можно будет встать на ноги. А через неделю от раны не останется и следа.

Интересно, где она этому научилась? Мазь явно никак не связана с магией. То есть эти знания она точно получила не в Хёнице.

Спустя мгновение в голове проносится другая мысль, которую я сразу озвучиваю.

— Император? Он жив? Были какие-то новости из столицы? Или из Рэнха? Аресты, убийства, перестрелки?

Цокнув языком, Марса придвигает стул ближе к кровати. Наклонив голову, внимательно изучает меня.

— На престоле всё тот же правитель. Никаких мятежей, убийств и арестов. Хотя за светской хроникой я уже давно не слежу. Но будь что-то глобальное, я бы знала.

Сразу же переходит к другой теме.

— Так ты действительно из канцелярии? Из нашего отделения или прислали в Сванеш со стороны?

Когда называет город, с большим усилием удерживаюсь от смеха. Это иронично. Мы собирались в Сванеш, чтобы укрыться. И я всё-таки добрался до города. Правда совсем при других обстоятельствах.

— Я не могу ничего рассказать. И Кайнсу не следовало.

Прищурившись, разглядывает меня.

— Раз так, то стоило его предупредить об этом. Горцы, люди простые. Разрешено всё, что не запрещено.

Секунду смотрю на неё, пытаясь переварить услышанное. Потом разум захлёстывают мысли и воспоминания. Племена, живущие на Скарнэдском хребте. В древности пролившие немало крови в схватка с подгорными, а теперь сохраняющие определённую самостоятельность. Хотя, пожалуй более верно будет сказать, что они просто никому не нужны. Единственные, для кого горцы представляют реальный интерес — армейские вербовщики. Как ни крути, это идеальные кандидаты в горнопехотные части. На этом всё. Племена, ютящиеся по обоим сторонам хребта и иногда развязывающие кровопролитные войны между собой, не сильно интересуют власти. Взять с них нечего. А если нет варианты наживы, то и соваться не стоит. Последнюю попытку предпринял новый губернатор провинции, который решил, что трёхсот вооружённых полицейских и нескольких магов хватит для принуждения к повиновению.

Горцы устроили кровавую баню, как только те пересекли границу их владений. Со склонов спустился всего десяток уцелевших «мундиров», а губернатор настаивал на немедленной отправке в горы войск. Его просьбу отклонили — военным не хотелось на ровном месте отчитываться о потерях в мирное время. А канцелярии — объяснять, как они проворонили мятеж. Когда для наведения порядка используется целый армейский корпус и он несёт потери, в столице такой поворот точно квалифицируют, как мятеж.

Поэтому, под удар попал сам губернатор. Его обвинили в преднамеренной провокации мятежа и арестовали, лишив всех регалий. Но полиция Сванеша случившегося не забыла. Горцам стало невозможно оформить документы на территории провинции. Как только кто-то из них спускался вниз, сразу оказывался за решёткой. А дальше ему вменяли любое зависшее дело.

Всё это мне рассказал один из тех, кто жил на Скарнэдском хребте. В «Ночном Озере» — его отправили кораблём с партией других заключенных после пожара в одной из тюрем Сванеша.

Значит Кайнс просил о документах для своего клана. Братья, сёстры, дяди. Определение семьи у горцев трактуется очень широко. Теперь остаётся вопрос, как соскочить с крючка. Не думаю, что при моём текущем статусе у меня выйдет помочь ему с бюрократическими процедурами.

— У меня были деньги. Что с ними?

На этот раз Марса смеётся заливисто и громко, запрокинув голову наверх.

— Две сотни я забрала за свои услуги. Ещё сто десять ждут своего часа.

Не совсем понимаю, что развеселило женщину. Но она уже объясняет сама.

— Ты чуть не погиб. Судя по характеру раны и отсутствию револьвера, дрался врукопашную. Вопросы задаёшь разные — про императора и убийства. Но даже так, тебе интересуют деньги. Канцелярия мало платит? Или придётся отчитываться?

Поморщившись, всё-таки приподнимаюсь на кровати.

— Потому и спрашиваю. Мне нужен новый револьвер. Одежда. И какая-то сумма на расходы.

С прищуром глянув на меня, немного наклоняется вперёд.

— То есть в канцелярию ты не побежишь? Почему, раз ты оттуда? И где твой жетон?

Опасный момент. Не слишком удобный

— Всё не так просто. Не всем в канцелярии можно верить. Потому я оказался здесь. Как ты понимаешь, большего сказать не могу.

Та с сомнением качает головой.

— А может ты сам плетёшь какие-то интриги? Или вовсе не из канцелярии?

На момент глаза теряют добродушное выражение. Теперь это лицо хищницы. Которая убьёт тебя, не задумываясь. Правда целительница быстро надевает прежнюю маску.

— Ты дал слово Кайнсу. Пообещал документы для всех его родных. Если не сделаешь, тебе конец. Ты же понимаешь? Сванеш большой город, но горцев здесь достаточно. Кинешь одного, за тобой станут охотиться все. А он сам может последовать куда угодно. Не скроешься ни в одном уголке империи.

Невольно усмехаюсь. Ну да. «Варрисы», император, его стэрсы, политическая полиция. Кто только не охотится за мной. Или охотились. Сложно сказать, как дела будут обстоять сейчас. Разница с горцами лишь в том, что помощь Кайнса мне нужна прямо здесь и сейчас. Значит, придётся как-то выкручиваться.

Женщина поднимается на ноги, оттолкнув стул.

— Ладно. Тебе надо поесть. Позже зайдёт Кайнс, поговорите.

Через пару минут мне в руки всучивают миску с лёгким супом. Только теперь понимаю, что действительно жутко голоден и набрасываюсь на еду. Когда заканчиваю, Марса дополняет обед большой чашкой пахучего травяного настоя, от которого клонит в сон. Ещё какое-то время пытаюсь обдумать ситуацию и прикинуть, как действовать дальше. Но быстро проваливаюсь в дрёму.

В следующий раз глаза открываю после скрипа двери. Ввалившийся Кайнс сразу заполняет своими габаритами комнату и придвинув тот же стул, усаживается на него. Под ним деревянная конструкция смотрится хлипко. Кажется ещё чуть и просто развалится на части.

Секунду пристально смотрит на меня.

— Я привёл тебя к целителю. Ты обещал помочь с документами.

Морсаров плавник. Что ему ответить?

— Верно. Но пока я ранен и даже не могу подняться.

Продолжает мрачно рассматривать меня и я добавляю новой информации.

— Я уже говорил Марсе, всё не так просто. Нельзя просто заявиться в канцелярию и представиться. Ты же не думаешь, что я просто так оказался на той улице? Раненый, без огнестрельного оружия и поддержки.

Кайнс медленно наклоняет подбородок.

— Ты сказал, что сможешь помочь. Когда?

Общими фразами тут точно не отделаться. Нужна конкретика.

— Через два дня после того, как встану на ноги. Мне нужно двое суток, чтобы разобраться.

Горец морщится.

— Ты же слышал — если обманешь меня, умрёшь. Я поверил твоим словам, незнакомец. Никто не заставлял тебя открывать рот.

Ну да. Действительно, никто. Разве что близость гибели и невозможность иначе решить вопрос.

— Я всё помню. Марса уже напоминала про это.

Ещё недолго посидев на месте, с мрачным видом кивает.

— Хорошо. Когда ты сможешь подняться?

Вздохнув, невольно бросаю взгляд на своё тело прикрытое одеялом.

— Попробую завтра. Если не выйдет, то послезавтра. Но перед этим мне понадобится новая одежда. И оружие. Сможешь найти?

Секунд десять раздумывает. Потом кривится в ухмылке.

— Револьвер — да. А одежду… Попрошу Марсу тебе что-то подобрать. Она лучше справится.

Когда встаёт, задаю ещё один вопрос.

— Что она здесь делает? Зачем выпускник Хёница забрался в трущобы?

Опускает взгляд на меня и в глаза на момент мелькает ярость.

— Сам у неё спросишь.

Помолчав, добавляет.

— Хороший револьвер, это двадцать ларов. Я возьму из твоих?

Изображаю кивок и парень уходит. В комнату сразу становится свободнее. А я гадаю над тем, как горца могло занести в уличную банду. Да, они с местными «мундирами» люто ненавидят друг друга. Поэтому выбор трущоб в качестве места жительства не удивляет. Но вот уличные грабежи… Это в голове укладывается с трудом. Как и желание Кайнса перевезти в империю всю свою семью. Что у них там происходит, если горцы начали массово переселяться на равнины?

Кайнс возвращается вечером. Вместе с огнестрелом, к которому взял ещё тридцать шесть патронов. Плюс та дюжина, что была в моём патронташе. Желания поговорить, у него нет. Да и я тоже не спешу что-то обсуждать. После отваров Марсы голова, как в тумане. Ресурсов сознания хватает только на то, чтобы лежать и пялиться в потолок. Или дремать в той же самой позе. За целый день получается сделать только слабые наброски плана.

Засыпая, внезапно чувствую, как мышцы сводит судорогой. Выгнувшись дугой, хриплю из-за боли. А комната вокруг пропадает. Я парю в густой и вязкой темноте, которая окружает меня со всех сторон. Спустя несколько мгновений, всё внезапно проясняется.

Крики. Выстрелы. Пламя. И безудержный, странно знакомый хохот.

Отойдя от шока, кручусь на месте. Какое-то помещение, в котором нет ни единого окна. Умирающие люди. Маг, пытающийся открыть портал призыва. И довольный собой Баггот, который на моих глазах отправляет противника на тот свет. Вместе с ним ещё двое. Оба люди и оперируют силой так же, как иномирец. На этом моменте понимаю, что снова вижу энергию. Переливающиеся ауры, оттенки жизненной силы, напитанные мощью артефакты. Никогда не думал, что буду так радоваться магии.

Хотя… Опускаю глаза вниз и понимаю, что не вижу своего тела. Ни в физическом обличье, ни в призрачном. Почему я вообще вижу это? Или это всё последствия отваров Марсы?

— Посмотрите, кого сюда притянуло! Как ты это сделал, парень? И зачем? Шпионишь для Схэсса?

Взгляд Баггота устремлён прямо на меня. Не знаю, как именно, но он меня видит. Это при том, что я сам себя рассмотреть не могу. Да и не чувствую абсолютно ничего. Пробую заговорить — слов не слышно, скорее что-то похожее на громкие мысли.

— Я не знаю, что происходит. Как вернуться назад?

Иномирец делает шаг в моём направлении, приглядываясь более внимательно. До меня доносится его тихое бормотание.

— Тонкая энергия, нейтральная. Изменённая полярность частиц. Стабильно. Почему стабильно? Должно ведь давно рвануть. Как это всё сдерживается?

Замолкнув, пялится на меня и наконец озвучивает что-то ещё.

— В какую энергетическую мясорубку ты угодил, парень?

Похоже Баггот разбирается в происходящем куда лучше меня. После лечебницы, всё чего мне хочется — прикончить его. Но ещё больше я хочу размазать Схэсса. Не говоря уже о желании выжить.

— Император. Он атаковал меня. Лишил айвана и сжёг струну.

Стив кривится в ухмылке.

— Это не так просто. Как там тебя? Архос? Никто не может лишить человека дара без пересадки его разума в другое тело. Это невозможно. Рэн изменил полярность. Ловкий ход. Признаться, даже я так не умею.

— Я могу как-то всё исправить?

Тот отрицательно качает головой.

— Нет. У меня тоже ничего не выйдет. Не представляю, как это можно провернуть.

Бессильно оглядываюсь по сторонам и останавливаю взгляд на лице одному из трупов. Райл Канор. Какого морсара?

— Вы убили настоящего Канора?

Пару секунд иномирец стоит на месте, удивлённо пялясь на тело. А потом разражается диким хохотом.

— Ты ещё не понял? До сих пор не дошло, кто такие стэрсы императора на самом деле? Не те, что для показухи, а которые правда ему служат.

На этом моменте звуки его голоса начинают затихать, а комната вокруг быстро темнеет. Пытаюсь задать ещё вопрос. О том, как с ним связаться, если это понадобится. Да и выяснить секрет стэрсов тоже хочется. Но «мысли-слова» просто тонут в окружающем мире.

Через несколько секунд я снова чувствую своё тело. Мышцы отпустило, они больше не болят. Но я буквально залит потом. С трудом откинув одеяло, наслаждаюсь прохладой и пытаюсь понять, как такое могло произойти. Что это было? Почему я оказался рядом с иномерцем? Из-за того, что я тогда зачерпнул его силы и она как-то интегрировалась в мою ауру. Но раньше такого не было. И что там с Канором? Я точно видел его труп. Но вопрос про убийство стэрса вызвал у Баггота приступ веселья. Значит был неверным по сути.

Ворочаюсь ещё минут сорок, прежде чем наконец отключаюсь.

Утром меня будят прикосновения. Дёрнувшись, едва не впаиваю кулак в лицо Марсы, едва успев остановить руку. Та с неодобрением осматривает мою повязку, из под которой просочилось немного крови. На фоне зелёной мази отчётливо видны алые пятна.

— Ты чем тут занимался ночью? Такого не должно быть.

Зевнув, прикрываю рот ладонью.

— Плохой сон. Через сколько будет Кайнс?

Женщина хмурится, разматывая повязку.

— Часа через полтора. Но тебе пока ещё рано вставать.

Скривившись в усмешке, вздыхаю.

— Я и так валяюсь в постели уже четвёртую ночь.

Марса неодобрительно качает головой, но на этот раз ничего не говорит. Молча смывает старую мазь, накладывает новую и перевязав чистыми бинтами, уходит. А я остаюсь, пялясь в потолок. Сванеш. Что я знаю об этом городе?


Глава XXII


Как быстро выясняется, о городе на западном побережье империи я знаю не так много. Один из ключевых портов этой части Норкрума. Торговые потоки, добыча морсаров, ловля рыбы — всё это приносит немало денег. Если у Каледа появились конкуренты на этом поле и он начал стагнировать, погружаясь в кризис, то Сванеш пока держит свои позиции. Настолько, насколько это возможно.

Информации о местных раскладах, в голове почти нет. Всплыли только рассказы того горца, но в них слишком мало о самом Сванеше. Придётся действовать по обстоятельствам.

Судя по словам Баггота, искать кого-то с призрачным айваном не имеет смысла. Раз иномирец не может ничего сделать, с его возможностями, то остальные точно не справятся. Конечно, если он не лжёт. Какое-то время обдумываю подобную возможность и решаю, что если будет шанс проверить своё состояние у одного из специалистов, то лучше так и сделать.

Но основной вопрос всё равно в другом. Что я могу в нынешнем состоянии? Самое простое решение — отправиться в Рэнх. Найти один из домов, через которые мы поднимались наверх и выйти на контакт с подгорными. Но этот вариант сразу отпадает. Император отлично знает, где мы находились. И про подгорных в курсе. Невольно сжимаю кулаки, вгоняя себе ногти в ладони. Это насколько двинутой морсаровой тварью надо быть, чтобы устроить такой замес просто для своего собственного развлечения?

С другой стороны, это даёт надежду на выживание всех остальных. Если Схэсс всё знает, но позволяет событиям развиваться самостоятельно, Эмили, Л'залла и Сэмсон могут уцелеть. Учитывая, что меня они наверняка считают погибшим, думаю троица так и останется под землёй. Что хорошо. Там до них куда сложнее добраться.

Вот, как быть мне, пока не понимаю. Что я могу без своей магической мощи? Пойти на императора с револьвером? Смешно. Подбить на мятеж горные кланы? Безумие. Что тогда?

Постепенно приходит осознание того, что сейчас я до Схэсса никак не доберусь. При всём своём желании. Максимум — смогу бесславно сдохнуть, пытаясь. Эта мысль вводит в состоянии лютого бешенства и минут двадцать я не могу сосредоточиться. Потом ярость отпускает и пытаюсь включить логику.

Чтобы нанести какой-то ущерб императору, мне понадобятся ресурсы. Союзники. И финансы. Всё то, чего сейчас нет.

В голову приходит сразу пара новых идей и я медленно поднимаюсь с кровати. Оказывается, Марса уже принесла новый комплект одежды. Штаны, рубаха, сюртук. И ремень, в котором я был на гладиаторских боях. Верно — зачем покупать что-то новое, если можно отмыть и использовать старое. На обувь целительница тоже тратиться не стала. Так что теперь я выгляжу, как рабочий доков, который где-то спёр кожаные туфли и ремень.

Одевшись, чувствую себя готовым к действиям. Да и вес револьвера в кобуре придаёт толику уверенности. Правда полноценно передвигаться это не помогает — с трудом добираюсь до выхода из комнаты. Оказавшись в небольшой гостиной с двумя выходами, пытаюсь понять, где может оказаться Марса. Надолго это не затягивается — женщина сама показывается, удивлённо смотря на меня.

— Кайнса ещё нет. Ты зачем поднялся?

Опираясь об стену, озвучиваю свою просьбу.

— Можешь опробовать на мне боевые связки?

Та упирает руки в бока.

— Вылечить и убить? Это не так работает, Архос.

Вздохнув, выкладываю больше деталей.

— Сначала что-то слабое. Хочу проверить, сработают они или нет.

Нахмурившаяся Марса прикусывает губу. А в глазах появляется интерес.

— Думаешь, пламя от заклинания не сможет причинить тебе вреда? Одно дело лечение и другое — боевые комбинации. Каждая стихия, это настоящий лёд, огонь или земля.

На момент задумавшись, формулирую ответ.

— Любое заклинание упирается во взаимодействие с частицами, верно? Если предположить, что моя аура искажает их, не давая полноценно себя проявить, то…возможно всякое.

Та смотрит на меня, как на диковинного монстра.

— Ты точно где-то учился. Но искажение магических частиц… Не представляю себе человека, который сможет такое провернуть. Экспериментов ставили много, но даже маги-теоретики, посвятившие всю жизнь изучению нового, к подобному не приблизились.

Эти слова заставляет усмехнуться. Я вот одного такого знаю. Правда, в его случае, всё обусловлено не его исследованиями, а возможностями иномирца.

— Но факт остаётся фактом — целительские комбинации на мне не срабатывают. Защитные артефакты тоже пропустили. Осталось проверить воздействие всего остального.

Какое-то время она раздумывает, но потом согласно кивает.

— Хорошо. Раз хочешь, давай попробуем.

К делу приступает сразу же. В воздухе появляется небольшой шарик пламени, который летит в кисть моей правой руки. Увидев, как огонь расплёскивается по коже, машинально отдёргиваю руку, но к своему удивлению боли не чувствую. Нет и каких-то последствий — ни единого пятна ожога.

Для дальнейших испытаний приходится по пояс раздеться. Не знаю, как насчёт кожи, а вот ткань скорее всего испортится. Не на сто процентов, но лучше не рисковать.

Взбудораженная первым результатом Марса помогает мне снять рубашку и отойдя в сторону, сразу же бьёт огнём. Теперь пламени куда больше и оно нацелено в живот. Результативность такая же. Никаких повреждений и болевых ощущений. Женщина продолжает, постепенно наращивая мощность заклинания и увлекаясь процессом. Огонь, лёд, воздух. Ни одна из стихий не действует. Войдя в раж, она просто окутывает мой корпус пламенем. Результата нет. Зато получается выяснить, что огонь всё-таки не соприкасается с кожей. Стихия приближается почти вплотную к телу, но дальше не проходит.

Судя по взгляд Марсы, она бы с радостью долбанула по мне чем-то вроде огненного смерча. Правда тут у меня есть серьёзные сомнения — если в воздухе не окажется кислорода, я банально задохнусь, даже если само заклинание меня не спалит.

Исчерпав арсенал локальных стихийных связок, женщина переключается на другие сферы магии. Магических символов не вижу, но судя по всему, пробует самые разные варианты, которые уже никак не связаны со стихиями. Без малейших последствия для моего здоровья.

Собственно за этим нас и застаёт Кайнс. Появившись в дверном проёме, удивлённо рассматривает нас. В одном углу небольшой гостиной, по пояс обнажённый я. В другом — сосредоточенная Марса, с прикушенной губой выдающая очередную нотную комбинацию. Не придумав ничего лучше, пытается покашлять и мы оба поворачиваемся на рокочущий звук. Целительница по-моему едва не перенацеливает свою связку, а я хватаюсь за револьвер. Горец же громогласно интересуется.

— Вы чем тут занимаетесь?

Откинувшая волосы со лба Марса, бросает на меня косой взгляд.

— Проверяем одну теорию твоего приятели. Надо признать, весьма занятную.

Взгляд парня смещается на меня.

— Мы не приятели. У нас соглашение.

Та только морщится, взмахивая рукой.

— Как скажешь, Кайнс. Думаю, мы уже закончили. Можете обсудить то, ради чего явился.

Визиту горца я отчасти даже рад. Ноги устали столько времени держать тело в вертикальном положении и сейчас не помешает отдых. А Марса впав в состояние исследовательского транса, не хотела даже слышать о том, чтобы прерваться.

Вернувшись в комнату, опускаюсь на кровать, а собеседник занимает многострадальный стул. Судя по взгляду, рассчитывает, что я расскажу, чем мы тут занимались. Но вместо этого, начинаю разговор с вопроса.

— Кто главный в этих трущобах?

На момент задумывается, сведя густые брови вместе.

— Райос. Остальные никогда не скажут это в открытую, но его боятся. Он получает процент от всего — бордели, незаконные игры, разбой, торговля. Формально за прикрытие перед полицией, но на самом деле — потому что ему никто не отказывает.

Надевая рубашку, уточняю.

— Почему? Из-за чего его лидерство не оспаривают?

Массивный горец пожимает плечами.

— У него есть два мага. И связи. Говорят, за Райосом стоит какой-то аристократ. Или промышленник. Кто бы там ни был, все противники заканчивают в застенках. Те, с кем он не может разобраться сам.

Засунув обе руки в рукава, перехожу на пуговицы.

— Его маги всегда рядом? Кто ещё есть из охраны?

Парень громко сопит и с подозрением смотрит на меня.

— Зачем тебе это? Ты же из канцелярии. С каких пор вам стали интересны трущобы? И почему ты сам этого не знаешь? Райос широко известен.

Медленно качаю головой.

— Мне не интересны трущобы сами по себе. А вот как инструмент, который позволит встряхнуть этот городок и выпотрошить какое-то количество людей, они весьма пригодятся.

Помимо непонимания, в его глазах появляется настороженность. Вот это плохо. Без горца мне не обойтись. Даже если отбросить в сторону тот факт, что с револьвером он управляется куда более ловко — могу поспорить, успеет выстрелить первым. Да и Марсу со счетов тоже сбрасывать не стоит. Он спас мне жизнь. Я ему обязан. Да, относительно недавно, я бы не стал даже задумываться об этом. Но сейчас, после всего, что произошло, бесхитростный открытый парень кажется почти идеальным кандидатом на роль помощника. Только для этого нужно выполнить свои обязательства. Желательно с избытком. Чтобы теперь он оказался у меня в долгу.

Разжимаю губы в усмешке и начинаю говорить, на ходу сплетая слова в фразы.

— Ты ведь уже понял, что я не отсюда. Сейчас настали смутные времена — верить нельзя почти никому. Меня почти убили, но задачу при этом никто не отменял. Я должен встряхнуть этот город. Забраться в его изнанку и вытащить все секреты. Выяснить, кого и как можно использовать. Решить, кто будет жить, а кто умрёт. Не самым стандартным методом. И я помню свои слова — через двое суток твой клан может спуститься с гор.

Несколько мгновений хмуро смотрит на меня. Потом тихо басит.

— Семья. Кланы это у вас, равнинных. У нас просто семья.

Согласно киваю ему.

— Хорошо. Это исключительно вопрос формулировки. А теперь расскажи мне про охрану Райоса.

Ещё какое-то время изучает меня. То ли обдумывает слова, то ли прикидывает не раздавить ли череп голыми руками. Наконец начинает говорить.

— Магов он всегд держит при себе. Оба живут в том же доме. Ещё артефакты — кольца на пальцах. Несколько защитных и один атакующий. Давит на мозги и отключает всех в радиусе десяти ярдов. Никогда с ним не расстаётся. На улице таскает с собой несколько человек, но это больше для вида. В основном полагается на магию.

— Когда последний раз был серьёзный конфликт?

Секунду что-то высчитывает в своей голове.

— Больше года назад. Мятеж сразу трёх банд. Один из зачинщиков погиб при попытке убить Райоса, ещё двоих взяли «мундиры». Оба не прожили и суток. Нападение на охрану, попытка побега и применение оружия.

Усмехнувшись, пробую подняться с кровати. Хорошие новости. Местный лидер заплыл жирком и привык, что его все слушаются. Значит реагировать будет соответственно.

— Сегодня мы к нему наведаемся?

В глазах парня плещется недоумение.

— Зачем? Ты хочешь просто так вломиться к нему в дом? Там тоже везде артефакты.

Подяв с кровати сюртук, отмечаю очевидное.

— Как и здесь. Но на меня они не среагировали. А ты подождёшь снаружи, пока всё не закончится.

— И что там должно закончиться? Ты собрался убить их всех в одиночку?

Отрицательно качаю головой.

— Не всех. Только Райоса и пару его магов. Да и то, сам главарь мне ещё понадобится. На какое-то время. Ему ещё нужно будет вызвать своего покровителя.

Горец тяжело поднимается с жалобно скрипнувшего стула.

— Какая от этого польза мне?

Тяжело вздохнув, упираю в него взгляд.

— Ты сказал, вас пятьдесят четыре человека. Всем нужны документы. А значит, они собираются сюда спуститься. Скажи мне — на какие деньги ты собрался их кормить? Где они будут жить? Во что одеваться? Или собираешься разбить полевой лагерь прямо посреди этих трущобных кварталов?

Тот яростно фыркает.

— У нас есть накопления. Небольшие. Но на первое время хватит. И Фэйрц никогда не чурались работы. Возьмёмся за любую.

Удовлетворённо наклоняю подбородок.

— Я и предлагаю тебе работу. С шикарными бонусами.

Несколько секунд колеблется. Потом всё же принимает решение.

— Хорошо. С Райосом, чем смогу — помогу. Но я не уверен, что это безопасно.

Последние слова произносит, как будто под давлением. Оно и понятно. Горцы не привыкли проявлять страх. Убивать, рисковать, сражаться — да. Но не показывать, что они чего-то опасаются. В данном случае речь скорее о моей жизни. Если я вдруг погибну, то исполнять данное обещание станет некому. Но Кайнсу всё равно приходится выдавливать из себя эти фразы.

— В нашей жизни вообще мало безопасных вещей. Никогда не знаешь, с какой стороны прилетит очередной сюрприз. А Райос… Поверь, это не самая страшная угроза, с которой я сталкивался.

Слова его вроде убеждают. В отличии от меня. Провернуть такой ход и сместить короля городских трущоб — дело рискованное. Пусть меня не берёт магия, но вот обычный свинец сработает на ура. Или сталь ножа. Да и удержать позиции будет непросто. Хотя по этому поводу у меня уже есть пара идей.

Но иного варианта быстро достичь желаемого я не вижу. Схэсс, если верить его словам, больше не сможет обнаружить меня. Но даже если так — у него остаётся возможность отследить координаты прыжка. И вот тут возникает другой вопрос — отправит он кого-то в Сванеш, чтобы отыскать меня или сосредоточится на месте, куда прыгнул тот бездомный? Если рассуждать логически, то с его точки зрения, я повторно активировал артефакт, чтобы добраться до нужного места. А там, как знать. Возможно бездомный помчался куда-то дальше, не понимаю что происходит и визжа от ужаса. Неизвестно сколько зарядов оставалось в артефакте. Если он был полностью заряжен, то целых восемь. И тогда встретившийся мне мужик, имел шанс пронестись по всей империи, пока не остановился в каком-то конкретном месте.

Это хорошо. Возможно меня всё ещё не ищут. А может и не будут вовсе. Сомневаюсь, что Схэсс считает меня фигурой, которая заслуживает внимания. В его глазах, я рухнул с доски, потеряв разом всё. От своих способностей до союзников. Попробую вернуться — меня всё равно обнаружат. Не попытаюсь — значит сгинул где-то на просторах Норкрума. Или забился в нору и стараюсь не дышать, чтобы не привлечь лишнего внимания.

В любом случае, он не должен ожидать от меня действий в ином направлении. Или возвращаться в Рэнх, чтобы найти остальных, или прятаться — выбор, который для него очевиден. Интересно, а император вообще в курсе побочных эффектов своей «работы» над моей аурой? Или такое происходит впервые?

Какое-то время раздумываю над этим вопросом. Баггот много времени провёл под замком. На нём могли ставить любые эксперименты. Но иномирец куда сильнее. В конце концов, его не могли сломить пятьсот лет. Остаются ещё его ученики. Те двое, которых я видел в подземелье — они весьма ловко управлялись со своей жизненной энергией. Основное отличие от самого Стива — процесс управлялся нотными комбинациями, а не их айваном. И энергии иномирца я в их слепках не заметил. Вывод — есть неплохая вероятность того, что на подобном уникальном сочетании энергии, этот фокус проворачивался впервые.

Правда, совсем не факт, что конечный результат чем-то отличается. Возможно на маге с обычной аурой, всё пройдёт точно так же. И он получит стопроцентную защиту от магических атак.

Уже выходя из дома, понимаю, что последнее утверждение не совсем верное. Если атаковать связкой именно меня, то это не сработает. Но ведь можно сделать не так. Закрутить смерч из обычного воздуха, после чего прекратить подпитку магией. Использовать для атаки реальные камни, валяющиеся на земле. Запустить их в полёт и они прекрасно сделают своё дело. Никакой магии, чистая физика. Радует только то, что такие варианты никем не используются на практике. В бою всё решает время и убойность атаки. Воздушная комбинация, которых подхватит предмет, поднимет его и потом запустит в нужном направлении, будет как минимум на треть длиннее той, что просто ударит по цели. Думаю, при желании и наличествующем опыте, можно сформировать что-то похожее и классических нотных символов. Но это никому не нужно.

Райос живёт ближе к центру трущоб. Настоящий особняк. Всего на два этажа, чтобы не выделяться сверх меры. Но площадь поражает — сто на пятьдесят ярдов, не меньше. Что у него там? Стрельбище на половину этажа? Бассейн?

Думаю, он бы поставил и забор. Но для этого района такое будет перебором. Поэтому трущобный повелитель ограничился показательной внешней охраной — пара дуболомов, выставляющих напоказ огнестрел. Пройдя мимо, оцениваю обстановку и тихо интересуюсь у Кайнса.

— Как думаешь, он сейчас на месте?

Парень косится в мою сторону.

— В такое время он всегда дома. Отходит после ночного отдыха.

Хмыкнув, делаю ещё несколько шагов вперёд.

— Тогда прямо сейчас и наведаюсь к нему. А ты подождёшь снаружи. Учитывая артефакты, так будет лучше.

Хмурится, оглядываясь назад.

— Кайнс Фэйрц ничего не боится.

Вот и заговорила горская кровь.

— Я и не спорю. Но сделать ты всё равно ничего не сможешь. Артефакты. А если сдохнешь, то отдавать долг будет некому.

Тихо рычит.

— Оплату. Не долг. Если погибнешь ты, то и взимать плату будет не с кого.

Остановившись, парирую.

— Это мы уже обсуждали. Я иду в гости. Ты ждёшь снаружи. Если всё пройдёт успешно, я либо кого-то пришлю, либо выйдут сам. Встань вон в том проулке и жди.

Горцу это точно не нравится. Но дальше он не спорит — когда доходим до нужного места, сворачивает в сторону и приваливается к стене, сложив руки на груди. А я шагаю к ступенькам крыльца.


Глава XXIII


Охранники ведут себя вполне предсказуемо — шагнув навстречу, давят взглядами, заставляя остановиться на верхних ступеньках.

— Кто такой? Куда прёшь?

Вопрос задаёт тот, что выглядит крупнее. То ли по праву сильного, то ли потому что более тупой. Его напарник смотрит на меня с лёгким прищуром, держа руку около кобуры. Почувствовал что-то? Почему так напрягся?

— А ты сам не видишь, куда? К Райосу иду.

Уверенный тон на момент сбивает эту груду мышц с толка. Отходит он удивительно быстро.

— Он тебя приглашал?

Отрицательно качнув головой, делаю ещё пару шагов наверх, поднимаясь на само крыльцо. Оказавшись вплотную к «говоруну», упираю взгляд в его глаза.

— Ты на слово мне поверь, парень — он будет крайне рад меня видеть. Не каждый день к нему заявляются такие гости.

Тот пренебрежительно морщится и фыркает.

— Лучше уж ты мне поверь — трахнутых морсаром идиотов хватает. По десятку на день отгоняем. Всем что-то нужно от шефа.

Иронически усмехаюсь.

— Мимо. Ему кое-что нужно от меня. Не наоборот. Отойди в сторону. Иначе хозяин сам тебя пристрелит, когда поймёт, кого именно ты не пропустил.

Теперь ненадолго задумывается. Даже поворачивается ко второму. Скорее всего намеревается что-то спросить. Но не успевает — пока эти два имбицила переглядываются, я начинаю действовать. Без магии непривычно — в крови бурлит адреналин, заставляющий тело двигаться быстрее. И сейчас это только на руку.

Выхватив револьвер, вскидываю руку, взводя курок. Первая пуля уходит в лицо тому охраннику, что поумнее. Его «коллега» дёрнувшись из-за грохнувшего выстрела, вместо того, чтобы броситься на меня, сбив с ног, тянется к оружию. Вдавив ствол ему в подбородок, стреляю ещё раз и громадная туша падает на доски крыльца.

Рванувшись к двери, распахиваю её и оказываюсь в коротком коридоре с одним выходом в конце. Дальше шагаю медленнее. Во-первых, болит грудь, в которой заныла рана. А во-вторых, опасаюсь внезапного выстрела.

Но в прихожей меня никто не ждёт. Странно. На месте их шефа я бы разместил тут второй пост охраны. Уж слишком удобное место для обороны. Один единственный проход, который легко перекрыть огнём. Райос либо совсем расслабился, либо и правда полагается в основном на магов. А остальные охранные меры — игра на публику.

Отсюда ведут сразу три выхода и я на момент останавливаюсь, не зная куда пойти. Потом слышу голоса в глубине здания и определяюсь с направлением. Ещё десятка два шагов и выхожу к широкому проёму, который прикрыт плотной красной тканью. Как раз за ним и звучат мужские голоса.

— Я не понимаю. Система защиты среагировала на секунду, показав, что кто-то погиб рядом со зданием. И молчит.

— Ну так иди и проверь. Зачем ты трахаешь мне мозги, когда я отдыхаю? Ну грохнули кого-то рядом с домом и что? Эти отбросы каждый день друг друга режут.

В ответ слышится ворчание. Уже собираюсь войти, как до ушей доносится звук третьего голоса.

— Что-то не так с артефактами? Или нашу охрану кто-то прикончил?

— Мою охрану! Не забывайся, Рэзв.

Это, судя по интонациям снова был Райос. Не в самом лучшем расположении духа. Сразу слышу ироничный ответ второго мага.

— Как скажете, господин. Конечно, это ваша охрана. А мы лишь смиренные слуги, которые готовы отдать за вас свою жизнь.

Он явно издевается. Но в любом случае, оба мага здесь. Пока поймут, что меня не взять заклинаниями, я должен успеть их достать.

Держа взведённый револьвер наготове, раздвигаю телом висящие куски ткани и оказываюсь в зале. Бассейна здесь нет. Зато имеется площадка для танцовщиц, который сейчас пустует и пара столов. За одним из них сейчас сидит мужчина. Хотя… Скорее лежит. Откинувшись в большом мягком кресле и забросив босые ноги на столешницу. Это явно и есть их шеф. Вот ещё двое — маги. Один ближе ко мне, второй с противоположной стороны помещения. Оба таращат глаза, однозначно не понимаю, как чужак смог пройти в дом.

Судя по сосредоточенному лицу того, что ближе, одетого в красный халат, прямо сейчас он использует нотную комбинацию. Когда его глаза расширяются от удивления, с участием интересуюсь.

— Не работает, да?

Ответить не успевает — отправляю пулю прямо в его изумлённое лицо. Второй бьёт ледяными сферами. Запускает сразу с десяток, чтобы точно прикончить. Машинально отступаю назад — разум понимает, что вреда заклининае не нанесёт, но инстинкты кричат, что надо уйти из под удара.

Как и в случае с Марсой, лёд просто растворяется в воздухе, не нанеся мне ущерба. Жму на спусковой крючок, но пуля высекает искру, срикошетив в сторону. Артефакт. Причём мощный. Торопливо стреляю ещё раз. Последний патрон в барабане — рунический. Должен пробить защиту.

Маг успевает ударить ещё раз. На этот раз использует парализующую сетку. Успеваю рассмотреть выражение его лица, когда искрящиеся нити гаснут в воздухе, оставив меня на ногах. Сразу после этого жму на спусковой крючок и его брюхо разносит в кровавые клочья.

Переломив револьвер, выбрасываю из него пустые гильзы, заменяя исключительно руническими боеприпасами. С трудом сдерживаю себя, чтобы не начать действовать на предельной скорости. Вероятность того, что сюда кто-то вломится, безусловно есть. Но пока топота ног я не слышу. А медлительность — отличный вариант продемонстрировать Райосу уверенность в себе.

Закончив, возвращаю барабан на место и с улыбкой смотрю на хозяина дома. Вот он совсем не выглядит обрадованным. Удивлённо пялится на свои пальцы, переводя взгляд с них на меня и обратно.

— Кто ты такой? Почему артефакт не сработал?

Взведя курок, делаю шаг в его сторону и мужик пытается подняться из кресла, путаясь в длинном халате.

— Не знаю, кто тебя прислал, но мы можем договориться. Слышишь? Сколько бы денег не заплатили, я перебью цену. Втрое больше. Хочешь? Или нужно что-то ещё? Просто назови цену.

Продолжая медленно приближаться, стараюсь изобразить на лице максимально презрительное выражение.

— Деньги? Зачем они, если генерал прикончит меня за невыполнение приказа?

На момент его лицо выглядит облегчённым.

— Так ты из полиции? Тогда мы точно всё решим. Кто бы не отдал тебе приказ, скоро получишь отбой. Просто скажи, кто это был.

Отрицательно покачав головой, подбираюсь ещё на ярд.

— Императорская канцелярия. Приказ отдали в столице. Не думаю, что у тебя и там есть связи.

Наблюдая за ошеломлённым Райосом, пытаюсь понять, почему до сих пор не явилась охрана. Не мог же он ограничиться только парой тех идиотов около входа? Или мог?

— Сколько ещё людей в доме?

Сглотнув слюну, он что-то крутит на своём пальце. Возможно пытается заново активировать артефакт, надеясь, что со второго раза меня проймёт. Подняв глаза, испуганно отвечает.

— Никого. Через пару часов должны прийти девушки. А прямо сейчас только мы с тобой.

Брови сами по себе ползут вверх и тот спешит объяснить.

— Чем меньше людей с доступом, тем ниже вероятность выстрела в спину.

Усмехнувшись, согласно киваю.

— И тем выше возможность выстрела в лицо.

Тут ему крыть нечем — злобно глянув на труп мага, которого я пристрелил первым, спрашивает.

— Что от меня нужно канцелярии? Раз ты сразу не убил, значит в задачу не входит ликвидация.

Старается держаться уверенно, но на последних словах голос немного срывается.

— Для начала у меня к тебе два вопроса. Первый — кто и как настраивал артефактную защиту дома? Второй — какой гхаргов ублюдок покрывает твои дела? Ты ведь не сам по себе.

Мгновение молчит, смотря на меня. Потом внезапно выдаёт.

— Я хочу гарантий безопасности. В письменном виде. Только тогда дам показания.

Для того, чтобы иронично усмехнуться, мне даже не приходится стараться. Как он вообще смог забраться на вершину? Или отупел за последний год, расслабившись от отсутствия конкуренции?

— Показания не нужны. Только информация. От того, насколько интересной она окажется, напрямую зависит продолжительность твоей жизни. Начни с защитной системы. Как она управляется?

Молчит, испуганно смотря на меня. Да, не каждый день видишь человека, на которого не действует мощный атакующий артефакт. Могу поспорить, он считает, что я и сам защищён чем-то похожим. И сейчас прикидывает в голове, как лучше поступить.

Собираюсь повторить свой вопрос, когда Райос начинает говорить.

— Защита настраивается изнутри. В первый раз активируется кровью владельца. Потом он может добавлять людей по своему усмотрению. Всё, что нужно — немного их крови.

Поморщившись, уточняю.

— Каждого? И потом убирать? Как это работает?

Помедлив, машет головой в сторону внутренних помещений.

— Там есть управляющий артефакт. Если нужно дать кому-то постоянный доступ — нужно влить кровь. Для разового достаточно дать человеку кольцо.

Вместе с ним шагаем в небольшую комнатку, где расположен тот самый управляющий артефакт. Выглядит интересно — толстый металлический диск с несколькими надстройками. Задаю ещё несколько наводящих вопросов, после чего веду свергнутого «короля» к выходу. Вместе с артефактом.

Снаружи показываемся вместе. Первым выходит Райос, а следом шагаю я, с револьвером нацеленным в спину мужчины. Отмечаю, что количество прохожих вокруг резко убавилось. Более того, я бы сказал, что улица полностью безлюдна. Только несколько человек, которые осторожно выглядывают из своих укрытий, явно пытаясь понять, что происходит.

Горец поднимается на крыльцо с очень недовольным видом. Похоже не до конца понимает ситуацию. И кровью своей делится тоже с большой неохотой. Вот когда мы отправляемся назад и приглашающе киваю в сторону коридора, начинает что-то понимать.

Шагая за спиной Райоса, ещё раз оцениваю расклад. И убеждаюсь, что поступил верно. Мою кровь артефакт скорее всего не принял бы. Собственно, у меня нет ни малейшего представления, как могла бы развернуться ситуация, попытайся я выступить в качестве нового «владельца» защитной системы. Будет куда проще, если эту роль сыграет Кайнс. К тому же это вполне вписывается в дальнейший план, наброски которого появились в моей голове.

Останавливаемся всё в том же зале, где лежат трупы магов. Здесь горец наконец решается задать вопрос.

— Что дальше? Тут ещё кто-то есть?

Отрицательно качнув головой, перевожу взгляд на Райоса, палец которого теперь украшен кольцом, дающим право одноразового прохода. Потом его нужно будет вернуть на металлический диск и не трогать на протяжении суток. И лишь затем использовать повторно.

Вид у бывшего «короля» трущоб ошеломлённый. Наверное так и должно быть, когда теряешь всё разом.

— Сейчас мы увидимся с тем, кто всё это время получал деньги, что собирались в этих кварталах. Могу поспорить, львиная доля уходила наверх, не так ли Райос? Кто это? И как вы держите связь?

Мужчина тяжело вздыхает, покосившись в сторону трупа, у которого почти отсутствует живот.

— У него был артефакт. Не связи, а что-то вроде сигнального. Давал понять, что мне нужна встреча. На подземном ярусе портальная сцепка.

Морсарово дерьмо. Будь у меня струна, шанс подать сигнал оставался. А теперь…

— Я могу попробовать. Если мне объяснят, как.

В горца упираются два удивлённых взгляда и тот слегка смущается.

— Есть струна. Но я не знаю ни одной комбинации.

Подавив довольную усмешку, возвращаю внимание на Райоса.

— Кто он? Твой покровитель?

Теперь он молчит куда дольше. Пытается прикинуть варианты? Рассчитывает выжить?

— Виконт Савальо. Глава городского секретариата.

Чего-то такого я ожидал. Чтобы держать в узде трущобы и гонять «мундиров», как послушных собачек, денег мало. Как и титула. Нужна реальная власть. Но предполагал, что это будет кто-то рангом пониже. Шеф секретариата города, это серьёзно. Зачем ему связываться с таким дерьмом? Даже если предположить, что вся местная полиция под ним, остаются имперские структуры. А наказание за такие схемы, точно не будет мягким. Ради чего рисковать своим положением? Деньги? Вряд ли. Он и так должен быть богат. С такой должностью можно оставаться бедным, только если ты чист на руку. Тут точно не тот случай.

— Какое у вас соглашение?

Райос медлит и делаю шаг в его сторону. Этого хватает.

— Он обеспечивает поддержку, а я держу в узде банды.

Качаю головой.

— Неверно. Не пытайся лгать Райос. Это может заставить меня спустить курок.

Останавливает взгляд на револьвере, который нацелен ему в грудь и сглатывает слюну.

— Склады. Моя задача — не дать никому сунуться туда. Контроль внешней охраны тоже на мне.

Это уже больше похоже на правду.

— И что там? На этих складах?

Тот сразу машет головой, а на лице проступает испуг.

— Не знаю. Привозят и увозят его люди.

Что-то тут не складывается. Судя по его словам, речь идёт про относительно большое помещение. Возможно даже не одно. Как он осуществляет транспортировку? Грузовые паромобили? Бред. Такая колонна привлекла бы внимание всего города. Портал? В теории возможно. Но во-первых, его слишком легко обнаружить — рано или поздно кто-то заинтересовался бы стабильными возмущениями магического фона, которые возникают на одном и том же месте. А во-вторых, это дорого. Не зря же у нас существуют железные дороги. Отправить загруженный товаром эшелон дешевле, чем обеспечить его переброску через портал.

— Как именно они всё доставляют? Какой объём?

Вопрос заставляет Райоса напрячься. На момент мне даже кажется, что придётся применять пытки. Но мужчина всё-таки начинает говорить.

— Гарнизон. Армейские паромобили. Они привозят и они же увозят. Рядом с городом тренировочный полигон — военные часто ездят через этот район.

Занятно. Ладно, полиция. Но выходит виконт ещё и связан с гарнизоном. Что такого они там возят? Куда? И ключевой момент — как это можно использовать?

Махнув Райосу на кресло, жду пока он усядется и задаю следующий вопрос.

— Как часто приходит груз? Откуда? Ты хотя бы что-то об этом знаешь?

Положив руки на стол, морщится, как будто я сказал что-то неприятное.

— Раз в неделю. Вывозят два или три раза в месяц, чёткого графика нет. Что там — не знаю. Честно. Меня даже внутрь ни разу не пускали.

На последних словах опять кривится. Похоже недоверие главы городского секретариата, оскорбляет его даже сейчас. Когда он сдаёт «благодателя» с потрохами. Сразу же продолжает.

— Если вам нужен виконт, я могу указать расположение складов. Возьмёте штурмом, всё выясните. Его самого можете схватить в ратуше.

Вздохнув, переглядываюсь с Кайнсом, который заинтересованно меня рассматривает.

— Склады нам пока ни к чему. А вот с Савальо я бы побеседовал. Знаешь нотную связку, которой активируется артефакт?

Тот отрицательно машет головой и я задумчиво разглядываю трупы. Райос сказал, что это модификация сигнального артефакта. Значит его скорее всего можно запустить относительно простой нотной связкой.

За следующие пять минут связываем бывшего владельца дома, попутно избавляя от артефактов, которые переходят во владение Кайнса. Находим несколько листов бумаги с письменными принадлежностями и я принимаюсь за дело. Тщательно черчу последовательности нотных символов, демонстрируя их горцу. В какой-то момент тот тихо басит.

— Ты маг? Почему не используешь сам?

Усмехнувшись, скашиваю глаза в его сторону.

— Долго рассказывать. Но кое-что в магии смыслю. Попробуешь все эти варианты, по очереди. Пока какой-то не сработает.

Взяв в руки бумагу, хмурит брови, пытаясь собраться с мыслями. Сигнальный артефакт лежит рядом на столе. Массивный перстень с чёрным камнем. Пока горец не начал прямо сейчас пытаться его активировать, озвучиваю следующую мысль.

— Сначала осмотрим дом. Райос сказал, что никого нет, но стоит проверить. Потом выберем позиции на подземном этаже. И только потом активируем сигналку.


Глава XXIV


Надежда, что мы отыщем антимагический ошейник или какой-то его аналог, быстро угасает. В дому обнаруживается масса разнообразных побрякушек и вещей, но среди них нет ни одного артефакта. Весь улов — то, что мы сняли с трупов и пленника.

Не со всеми получается разобраться — если схема активации «сигналки» Райосу известна, то вот с активацией и перенастройкой других артефактов возникают проблемы. Единственный, который выходит пустить в дело, это небольшой перстень, который при включении парализует всех поблизости. В данном случае перепривязка тоже производится кровью.

Его тоже отдаю горцу, который явно не понимает причин подобной щедрости. Сначала я завязал на Кайнса защиту дома. Теперь передал ему мощный артефакт, который можно либо выгодно продать, либо оставить себе. Когда мы спускаемся на подземный этаж, чтобы выбрать себе позиции, здоровяк не выдерживает.

— Почему ты сам не забрал? И зачем нам вообще всё это…

Замявшись, обводит помещение рукой и продолжает.

— Всё вот это? Дом, артефакты, виконт?

Изучая небольшой зал, в котором установлен один из двух артефактов портальной «сцепки», медленно озвучиваю ответ.

— Тебе нужно перевезти сюда всех родственников, верно? Пятьдесят четыре человека, если я не ошибаюсь. Которым нужны новые документы, крыша над головой и энная сумма денег.

Тот продолжает непонимающе смотреть на меня и приходится объяснять.

— Дом большой. Если потесниться, то они все здесь поместятся. А глава городского секретариата — идеальный вариант для оформления документов.

Теперь во взгляд Кайнса появляется что-то новое. Я вижу там…жалость? Серьёзно? На момент впадаю в ступор, а потом до меня доходит — парень решил, что у меня проблемы с головой.

— Это же аристократ. И чиновник высокого ранга. Он нас просто в порошок разотрёт.

Слова вызывают смех, отдающий нотками лёгкой истерики и горец прищуривается, рассматривая меня. Могу поспорить, прикидывает, не свалить ли ему отсюда, забыв про взятое обещание. С трудом подавив приступ «веселья», выдаю свою точку зрения.

— Он всего лишь виконт. И шеф секретариата Сванеша. Не хёрдис и не его сын. Не глава императорской канцелярии или один из стэрсов. Мы разберёмся, Кайнс. А если не захочет сотрудничать — убьём его и поищем другой вариант. Наличие денег открывает немало дорог в нашем мире.

При обыске дома мы нашли сейф. Открывающийся уже знакомым способом — каплей крови Райоса. Кто бы не снабжал «экс-короля» трущоб артефактами, у него явно был пунктик по поводу привязки через кровь. В любом случае, сейф оказался набит под завязку. Около десяти тысяч ларов наличностью, драгоценности и даже ценные бумаги. Последние представляли особенный интерес. Акции одной из судоходных компаний Сванеша, несколько векселей, должниками по которым выступали частные лица и облигации городской казны на сумму в тридцать тысяч ларов.

Если оценить всё содержимое сейфа, то пожалуй оно точно тянет на сотню тысяч. Солидная сумма, которая и правда может открыть много дверей. Но для начала я хотел попытаться решить вопрос другим, куда менее трудоёмким путём. К тому же мне был нужен этот виконт. Не только для Кайнса и его клана. Аристократ пригодится и мне самому в будущем. Осталось понять, как вынудить его начать сотрудничество.

— А нельзя просто отдать приказ? Ты же из канцелярии.

Судя по внешнему виду и тону горца, до конца убедить его не вышло. И он в очередной раз вернулся к старой теме — почему я не могу использовать ресурсы императорской канцелярии?

— Я ведь уже объяснял, Кайнс. Измена и особое задание. Почти никто не знает, что я здесь. Если попробую дёрнуть за нужные ниточки — раскроюсь. И поверь, лучше от этого никому не станет. Всех твоих родственников перебьют. На всякий случай, во избежание утечки информации.

Глянув на насупившегося верзилу, озвучиваю новый план действий.

— Давай притащим сюда Райоса. А тебе лучше убраться на самый верхний этаж и подать сигнал оттуда. Если вдруг ни одна из связок не сработает, спускайся — попробую набросать ещё.

Новый вариант плана ему однозначно не нравится — в процессе подготовки парень пыхтит, хмурит брови и что-то ворчит себе под нос. Но на том, чтобы остаться со мной, не настаивает. Либо понимает, что шансы на выживание при столкновении с магом будут критично малы, либо не верит в успех всего предприятия.

Усадив Райоса в одно из кресел подземного зала, освещённого десятком светильников, отправляю горца наверх и принимаюсь ждать. Позицию выбираю за спинкой кресла, в котором сейчас сидит пленник. Так будет удобнее всего. И сразу достаю нож. Пусть будет в руке.

Мужчина как будто что-то чувствует — нервно ёрзает и пытается что-то промычать через кляп, забитый в рот. Но сейчас уже поздно вести переговоры или пытаться что-то переиграть. Время вести партию дальше.

Искра, проскочившия по плоскому металлическому блину, на которой светится несколько полудрагоценных камней, напитанных силой, заставляет вздрогнуть. Времени прошло столько, что я думал подняться наверх и проверить, как там горец. Может уже свалил, прихватив с собой всё ценное, что нашлось. Но похоже парню просто с трудом давались нотные связки и он только сейчас добрался до нужной.

Ещё мгновение и на полу рядом с артефактом, появляется человеческая фигура, окутанная серебристым маревом. А вот это уже интересно. Не стационарный портал, открывающий арку, а мгновенное перемещение конкретного человека по указанным координатам. Стоит куда дороже, так как требует больших ресурсов. И тонкой работы артефактора. Это я запомнил ещё со времён Скарно.

Как только марево спадает и прибывший поворачивается в нашу сторону, опускаю ладонь левой руки на лоб Райоса, вжимая его затылок в кресло. А правой перерезаю горло.

Что занятно — никаких серьёзных эмоций по поводу умирающего «союзника» аристократ не проявляет. Зато с интересом смотрит на меня. Секунды три. После чего брови удивлённо ползут вверх.

— Почему ты… Кто ты такой?

Использовал нотную комбинацию? Явно не из стихийных. И не из числа самых простых, визуальные эффекты полностью отсутствовали. Но собственно на это я и рассчитывал — к человеку, который не погиб после первой атаки, маг точно отнесётся внимательно. Думаю, прямо сейчас пытается отыскать артефакт, который меня прикрыл. Отсутствие такового даст ещё больше пищи для размышлений. Будь я на месте виконта — решил, что речь о новом классе защитных артефактов. Или о разработке крайне высокого уровня. Что в свою очередь наталкивает на вопрос о том, откуда у меня такой взялся. Уверен — теперь глава секретариата точно выслушает то, что я хочу ему сказать.

— Твой новый лучший друг в этом городе. Который займёт место Райоса.

Аристократ задумчиво хмурится, разглядывая меня.

— Как ты смог к нему подобраться? Пройти защиту невозможно без её подавления. А все артефакты целы и функционируют.

С беззаботным видом пожимаю плечами.

— Они мне ещё пригодятся. Заново выстраивать такую систему, дорого и долго. Проще взять уже готовую.

Оглядывающий по сторонам Савальо, останавливает взгляд на мне.

— Ладно. Ты прикончил этого идиота и заставил меня явиться сюда. Зачем? Всерьёз считаешь, что я стану с тобой работать? С неизвестным парнем, который убил одного из моих работников?

Опустив правую руку вниз, чувствую под пальцами рукоять револьвера. Интересно, как быстро он может отправиться обратно? И достанет ли его пуля, если выстрелить в процессе портации?

— У тебя нет большого выбора. Складам нужна тишина. Безопасность твои люди могут обеспечить, тут никаких сомнений нет. Но если в трущобах начнут стабильно гибнуть люди, то это привлечёт ненужное внимание. А среди местных найдётся масса морсаровых имбицилов, которые обязательно попробуют сунуть туда свой нос. Сейчас их сдерживает страх перед Райосом. Каждый лидер банды понимает, что если допустит подобное на своей территории, то лишится головы. Как только они узнают, что «престол» пуст, всем станет плевать на ограничения.

Тот с сомнением качает головой.

— Я всегда могу поставить на его место нового человека. И всё вернётся на свои места.

Вполне искренне усмехаюсь.

— И сколько это займёт времени? Как быстро ты сможешь найти подходящего человека и поднять его наверх? Какой объём ресурсов для этого потребуется?

Несколько мгновений он молчит, пристально меня разглядывая.

— Что ты знаешь о складах? Кого представляешь?

Кивнув в сторону трупа на кресле, добавляет.

— Будь это официально, меня бы уже арестовали. Раз мы беседуем, значит кто-то хочет долю.

В голове быстро крутятся мысли. Если он решил, что кому-то нужен процент от основного дела, то может не стоит разубеждать? Хотя, я всё равно спалюсь, как только пойдёт конкретика. Да и сам виконт такому повороту рад точно не будет. К тому же, он точно организовал всё не в одиночку. Как минимум, у него есть партнёр среди армейских. Кто-то из старших офицеров гарнизона. Потребовать у них процент прибыли, значить дать серьёзную мотивацию немедленно убрать новую фигуру.

— Мне не интересна твоя схема. Вози свой груз, зарабатывай деньги. Действуй, как обычно. Всё, что мне требуется — полная поддержка по вопросам, которые могут возникнуть в Сванеше. Взамен я обеспечу безопасность на территории трущоб.

Виконт молчит. Делает вид, что раздумывает над моими словами, но я вижу, как его зрачки непроизвольно дёргаются, рассматривая что-то в воздухе. Усмехнувшись, отмечаю очевидный факт.

— Не сработает. Можешь выбрать любой вариант нотной связки, но это тебе не поможет.

У этого парня наверняка найдутся и другие способы меня прикончить. Например, он может прислать сюда отряд «мундиров» с усилением из магов. Или взвод армейских механоидов с их артефактной защитой. Стальные конструкты наверняка пробьются внутрь дома. Но это только в том случае, если Савальо поймёт в чём мой секрет. Пока же, у него должно быть два основных варианта. Первый — я высококлассный маг, самостоятельно разработавший подобный артефакт. В таком случае, отправлять против меня обычных людей глупо. Да и механоидов тоже. К тому же бой с хорошо подготовленным магом не обойдётся без сопутствующих эффектов. Что точно привлечёт внимание к этим кварталам.

Второй вариант — за мой спиной кто-то серьёзный. Настолько, чтобы снабдить меня мощными защитными артефактами и позволить провернуть подобную операцию. Тоже не лучший вариант для открытого конфликта. По крайней мере до того момента, как он выяснит все детали. Если я верно просчитал расклад, то рисковать и действовать вслепую он не станет. Слишком непредсказуемым может оказаться результат. С другой стороны и договариваться, с его точки зрения, тоже рискованно. Непонятно, как всё может развернуться.

— Чего ты хочешь? Зачем всё это?

Делаю шаг в сторону, отходя от кресла, в котором остывает труп Райоса.

— Я ведь уже сказал. Мне нужны эти трущобы. И поддержка на территории Сванеша.

Тот встряхивает головой, смотря на меня, как на идиота.

— Трущобы? Поддержка? О чём ты, гхарг тебя дери? С чего ты взял, что я стану тебе доверять? Если не совсем кретин, то понимаешь, что при первом случае получишь пулю в затылок.

А вот и переломный момент. Не подберу нужные слова — виконт растворится в воздухе, а мне придётся полностью пересматривать стратегию. Сменив приоритет на выживание. Да и горцев придётся из уравнения вычеркнуть.

— Райосу ты значит доверял? Полагаю, искреннее и полностью?

Выдержав короткую паузу, продолжаю.

— Глобально ничего не изменится. Твои склады будут в безопасности, а в ответ потребуется лишь оказать пару услуг.

Не выдержавший аристократ делает шаг вперёд, переходя на более высокий тон.

— Да кто ты, к рицерам, такой? Какие услуги? Ты можешь изложить всё прямо, а не увиливать?!

Оставаясь на месте, тихо отвечаю.

— Я человек, который попал в непростую ситуацию. Открытый к сотрудничеству. Порядок в трущобах — это первая часть предложения. Вторая — неуязвимость для магии. Этим секретом я тоже готов поделиться, в обмен на твою поддержку.

Снова кривит лицо, недовольно смотря на меня.

— Какую именно поддержку?

Здесь приходится немного подумать. Я сам до конца не уверен, по какому пути двинусь дальше. Но кое-что могу обрисовать прямо сейчас.

— Информация. Документы. Помощь в наведении контактов. Не так уж и много, если учесть, что именно я предлагаю тебе в качестве оплаты.

Какое-то время он думает. Логично — если раньше на кону стояли только трущобы, то теперь я предложил ему нечто куда более весомое. Рецепт, который позволит не опасаться магических атак, сделает его одним из самых могущественных людей в Сванеше. А если посмотреть на ситуацию шире, то и всей империи. На мой взгляд, у виконта точно были резервные варианты контроля над этими кварталами. Но теперь расклад критично изменился.

Наконец мужчина решается.

— Клятва, скреплённая магией. Я гарантирую тебе поддержку, а ты озвучишь условия после выполнения которых передашь мне обещанное.

Отрицательно качаю головой.

— Не выйдет. На меня всё равно не подействует. А вот ты можешь погибнуть.

Прищурившись, изучает меня.

— Тогда как я могу быть уверен, что ты выполнишь условия сделки?

Пожав плечами, парирую.

— А как я могу быть уверен, что ты не ударишь в спину при первом случае, как сам и обещал? Нам обоим что-то нужно. Придётся сдерживать себя и верить на слово.

Аристократ внезапно заливается хохотом.

— Верить на слово… Морсарову сырую печень тебе на завтрак! Я давно не слышал такого бреда.

Отсмеявшись, окидывает зал взглядом.

— Ты сказал про непростую ситуацию. За тобой может кто-то охотиться? Идти по следу?

Повторяю отрицательный жест головой.

— Нет. За мной никто не придёт. Насчёт этого, можешь не беспокоиться.

Несколько секунд молчит.

— Предположим, я соглашусь на эту безумную сделку. Как ты планируешь удержать трущобы в узде?

Хороший вопрос. И несложный.

— Очень просто. Точно таким же образом, как это делал Райос. Угрозы, немного крови, страх. Думаешь они рискнут полезть на того, кто так легко разделался с их предыдущим главарём и захватил его дом?

Бросает косой взгляд на труп в кресле и пожимает плечами.

— Может и не рискнут. Всё зависит от обстоятельств.

— От тебя тоже кое-что потребуется.

Хмыкнув, кривит губы в усмешке.

— Что именно? Пара полицейских рейдов?

Медленно покачиваю головой.

— Нет. «Мундиры» мне тут ни к чему. Новые документы для меня и ещё пятидесяти пяти человек. Нужен канал связи, по которому я смогу передать тебе полный список.

А вот сейчас он точно удивлён.

— Полсотни бойцов? Так ты явился сюда с целым отрядом?

Пытаюсь сформулировать ответ так, чтобы не дать ему полной картины. Потом Савальо всё равно поймёт, что речь идёт о горцах. Пусть тогда ломает голову, за каким морсаром я решил приволочь в трущобы целый клан. А сейчас это ни к чему. Кто знает, какие мысли могут прийти в голову аристократа, когда тот услышит, что бумаги требуются для обитателей горного хребта. Особенно, когда в крови бурлит адреналин от стрессовой ситуации.

— Я бы не назвал это отрядом, но какое-то число людей, действительно будет участвовать в процессе управления кварталами. И выполнять иные поручения. Как с тобой поддерживать связь? Не каждый же раз вызывать при помощи портала?

На этот раз молчание виконта затягивается. Если сейчас перейдём к конкретике, значит его принципиальное согласие получено и дальше будет куда проще.

— Мы установим другой портал. Для отправки предметов по указанным координатам. Доступ только у меня и ближайших помощников — можешь излагать всё, что потребуется в письменном виде.

О таких я слышал. Используются для срочной корреспонденции или для данных, которые не хочется передавать телеграфом или доверять почте. Но и стоят немало. Хотя, если отталкиваться от общего портрета виконта, денег у него должно быть немало.

Обмениваемся ещё несколькими фразами и аристократ возвращается к себе. Появляется спустя несколько минут, держа в руках каменную конструкцию, напоминающую по форме небольшой ящик. Ещё минут десять уходит на установку и обкатку новой «сцепки» — для пробы отправляем один бумажный лист и ждём, пока с той стороны нам вернут его же.

Когда Савальо, наконец исчезает, окутавшись серебристым маревом, позволяю себе выдохнуть. Первая часть плана прошла удачно. Сомневаюсь, что сотрудничество с виконтом продлится долго, но два-три дня у меня есть. Может даже четыре. Хотелось бы более длительного промежутка времени, но на мой взгляд, к тому моменту у аристократа появятся варианты моего «безопасного» захвата в план, одним из которых он обязательно воспользуется. Остаётся надеяться, что я успею перейти к следующей ступени плана.

* * *
Первая задача, которая встаёт на повестке дня — полный список родни Кайнса. Как выясняется, парень помнит всех наизусть. Но вот вот пишет крайне медленно, что не может не раздражать. В какой-то момент возникает желание отобрать у него письменные принадлежности, чтобы заняться всем самому, ускорив процесс. Правда быстро оставляю эту идею — пусть тренируется. А я пока подумаю над тем, что предпринять дальше.

С самым первым шагом, никаких вопросов не возникает — необходимо собрать лидеров местных банд и дать им понять, что власть сменилась. Но вот потом… Мне нужно больше информации о Сванеше. Иерархия, ключевые фигуры, расклад сил. Отношение к фигуре императора. Плюс все последние новости города. После этого можно будет превратить смутные наброски в конкретный план.

Отправив Савальо полный список родни горца, почти сразу получаем письменный ответ. Документы будут готовы завтра утром. Нам он их отправит при помощи этого же артефакта. Что в очередной раз наталкивает на мысль о ресурсах, которыми тот располагает. Если честно, я считал, что виконт пришлёт кого-то с бумагами. А не станет расходовать мощь накопителей.

— Значит, завтра все наши смогут прибыть в город?

Покосившись на Кайнса, киваю.

— Да. Как я и говорил — документы на на твой клан выправлены. Жильём они тоже обеспечены. Как и деньгами.

Сводит вместе густые брови, смотря на меня.

— Здесь жить? А если банды навалятся? Наш народ не всем по душе.

Вздохнув, обрисовываю ему расклад.

— Ты в доме, чью защиту не может пробить никто из местных. Она пропустит только тебя и тех, кому ты дашь такую возможность. На пальце артефакт, который способен вырубить всех, кто окажется рядом. Добавь к этому полтора десятка вооружённых бойцов. Ни одна из банд не рискнёт связываться.

Несогласно машет головой.

— У Райоса тоже всё это было. Но ты прошёл в дом, убил обоих магов и прикончил его самого.

Намёк более чем прозрачен, так что спешу развеять его опасения.

— По этому поводу можешь не переживать. Мой случай уникален. Не думаю, что найдётся ещё один человек, который спокойно пройдёт мимо защитных артефактов.

Теперь задумывается на более длительный промежуток времени.

— А Савальо? Что ты с ним станешь делать? Думаешь, раз я провёл почти всю жизнь в горах, то идиот? Виконтишка тебе не нужен. Надолго, точно. Значит рано или поздно, ты свалишь. А он отыграется на нас.

Не так уж он глуп. По крайней мере базовые вещи видит вполне отчётливо.

— Какой бы вариант я не выбрал, вопрос с Савальо придётся закрыть. Раз и навсегда. Насчёт этого, я бы на твоём месте не переживал.

Секунд пятнадцать молчит, буравя меня взглядом.

— Чего ты хочешь взамен?

— Лояльности. Гарантий того, что твои люди станут сражаться за меня и этот дом, если того потребует ситуация. И мне понадобится несколько человек для действий в городе.

Шумно выдохнув воздух, скребёт пальцами щёку.

— Каких именно действий? Что ты собираешься делать?

Мгновение помолчав, выдаю ответ.

— Пока не уверен. Но это точно будет рискованно.

Лицо горца снова становится задумчивым и я решаю, что настало время дополнительных бонусов.

— Этот дом переоформят на тебя. Или другого члена клана, на которого ты укажешь. Вы все сможете жить здесь на законных основаниях. Солидная часть ценностей тоже останется. Если продать драгоценности из сейфа, можно выручить тысяч двадцать. Как минимум. Этого хватит на два-три года, если тратить умеренно.

Кайнс придвигается ближе, тихо рыча.

— Семья! У нас нет кланов.

Потом снижает тон голоса.

— Звучит красиво. Но никто не делает таких подарков просто так. Чего-то ты недоговариваешь.

Показательно развожу руками.

— Просто так? Я же сказал — мне потребуются люди. Несколько человек, которые смогут пустить в ход оружие, если этого потребуют обстоятельства. Все они станут рисковать своими жизнями. На мой взгляд, вполне неплохая плата.

С недовольным видом машет головой.

— Ты сам сказал, в сейфе полно денег. Ты можешь нанять хоть сотню бойцов, если будет необходимо.

Похоже до парня так и не дошло. Усмехнувшись, раскладываю всё по полочкам.

— Наёмники не станут рисковать головой. Даже за большие деньги. В сложной ситуации они скорее сбегут, чем останутся до конца. А у твоих родственников не будет выбора. Если меня прикончат до того, как я закончу все дела, то дом вам точно не достанется. Несмотря на все оформленные бумаги.

О том, что при таком развитии событий, горцев скорее всего банально перебьют, я решаю пока умолчать. Этот козырь можно будет пустить в ход позже, если они в какой-то момент заартачатся.

Парень протягивает мне руку — дискуссию можно считать завершённой. Теперь остаётся подготовиться к приёму «гостей» и уведомить их о собрании. Первую задачу решаем самостоятельно — перетаскиваем трупы магов в подвал и очищаем пол от крови. Полностью справиться с этим не выходит, но теперь кровь хотя бы не так сильно бросается в глаза. А с остальным разберутся горские девушки, когда завтра доберутся сюда.

Вот для рассылки «приглашений» нам требуется кто-то со стороны. Кайнса я с таким поручением точно никуда не отправлю. К тому же неизвестно, как поведёт себя артефактная защита дома в его отсутствие. Или, скажем, при смерти владельца.

Выбравшись на улицу, подзываю двоих ближайших зевак. Оба явно тут не просто так — вооружены и судя по виду являются членами банд, но так даже лучше. Обрисовываю им задачу и приказываю доставить сообщение каждому из местных главарей. Если они хотят остаться в живых — обязаны явиться сюда этим вечером. Иначе умрут. А их территорию разделят «соседи».

Стараюсь выглядеть максимально убедительно, но где-то глубоко внутри всё равно бьётся мысль, что эта парочка может банально не поверить в мои возможности. Или выкинут ещё какой-то фокус. Но против ожидания, оба не выказывают каких-то сомнений. Более того — в глазах отражается явный страх. Парни явно не понимают, как мне удалось убрать Райоса. Да и стоящий за плечом хмурый здоровяк с парой револьверов на поясе, внушает уважение. Кайнс собрал всё оружие, которое было в доме. И мне с большим трудом удалось убедить его, что брать с собой наружу винтовку, это плохая идея.

«Посетители» начинают собираться к вечеру, когда у нас уже всё готово к приёму. На вытянутом столе стоит пара бутылок хирса и бокалы. Кайнс укрылся в соседней комнате с винтовкой и добрым десятком ручных гранат. На входе — один из «гонцов». Решил вернуться, чтобы отчитаться о выполнении задачи и был немедленно задействован для выдачи «пропусков» в виде колец.

Я же морально готов к выступлению перед местным криминальным сообществом. Как и к выполнению дополнительной задачи. Помимо того, что их потребуется убедить, нужно ещё выбрать одного, наиболее подходящего на роль источника информации. Мне позарез нужны данные. А главари явно должны представлять себе хотя бы общие контуры расстановки сил.

Первыми являются самые смелые. Или глупые. Парочка похожих друг на друга мужиков, которые неуклюже усаживаются за стол и сразу же принимаются пилить меня взглядами. Но разговор первыми не заводят. Сам я тоже молчу, ограничившись словами приветствия. Если отталкиваться от рассказов горца, это братья, чьи бойцы в основном промышляют грабежами. Самые отмороженные из всех.

Следом, один за другим начинают появляться остальные. По идее, сегодня должно собраться около тридцати человек. Все лидеры относительно крупных банд этой части Сванеша. Когда места за длинным столом наполовину заполняются, решаю, что пора начинать. В зале и так стоит гвалт — поначалу настороженно разглядывающие меня местные, принялись обмениваться мнениями. Что на мой взгляд, может привести к самым неожиданным результатам.

Уже собираюсь шагнуть вперёд, когда в проходе появляется ещё один человек. Девушка. Слегка раскосые глаза, оттенок кожи, похожий на тот, что был у Фарны. И знакомый клинок за плечами. Какого морсара? Что в Сванеше делает иннорка? Да ещё и в качестве лидера одной из банд?





Конец четвёртой книги.



Оглавление

  • Глава I
  • Глава II
  • Глава III
  • Глава IV
  • Глава V
  • Глава VI
  • Глава VII
  • Глава VIII
  • Глава IX
  • Глава X
  • Глава XI
  • Глава XII
  • Глава XIII
  • Глава XIV
  • Глава XV
  • Глава XVI
  • Глава XVII
  • Глава XVIII
  • Глава XIX
  • Глава XX
  • Глава XXI
  • Глава XXII
  • Глава XXIII
  • Глава XXIV