КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 592043 томов
Объем библиотеки - 898 Гб.
Всего авторов - 235611
Пользователей - 108223

Впечатления

Влад и мир про Шабловский: Никто кроме нас (Альтернативная история)

Что бы писать о ВОВ нужно хоть знать о чем писать! Песня "Землянка" была сочинена зимой при обороне Москвы. Никаких смертных жетонов на шее наших бойцов не было, только у немцев. Пограничник - сержант НКВД имеет звания на 2 звания выше армейских, то есть лейтенант. И уж точно руководство НКВД не позволило бы ими командовать военными. Оборона переправы - это вообще шедевр глупости. От куда возьмется ожидаемая колонна раненых, если немцы

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
kiyanyn про Анин: Привратник (Попаданцы)

Рояль в кустах? Что вы... Симфонический оркестр в густом лесу совершенно невозможных ситуаций (даже разбирать не тянет все глупости), а в качестве партитуры следовало бы вручить учебник грамматики, чтобы автор знал, что существуют времена, падежи, роды... Запятые, наконец!

Стиль, диалоги и т.д. заслуживают отдельного "пфе". Ощущение, что писал какой-то не очень грамотный подросток, и очень спешил, чтоб "поскорее добраться до

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Побережных: «Попаданец в настоящем». Чрезвычайные обстоятельства (СИ) (Альтернативная история)

Как ни странно, но после некоторого «падения интереса» в части третьей — продолжение цикла получилось намного лучшим (как и в плане динамики, так и в плане развития сюжета).

Так — мои «финальные опасения» (предыдущей части) «оказались верны» и в данной части все «окончательно идет кувырком», несмотря на (кажущуюся) стабилизацию обстановки и окончательное установление официальных дипломатических контактов.

Что можно отнести к

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Политов: Небо в огне. Штурмовик из будущего (Боевая фантастика)

Автор с мозгами совсем не дружит. Сплошная лапша и противоречия. Для автора, что космос, что атмосфера всё едино. Оказывает пилотировать самолет проще пареной репы, тупо взлетай против ветра. Ещё бы ветер дул всегда на встречу посадочной полосе. И с чего вдруг инопланетянин говорит по русски, штурмует колонну фашистов, да ещё был сбит примитивным оружием, если с его слов ему без разница кто есть кто. Типа в космосе можно летать среди

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Минин: Камень. Книга Девятая (Городское фэнтези)

понравилось, ГГ растет... Автору респект...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Бушков: Нежный взгляд волчицы. Мир без теней. (Героическая фантастика)

непонятно, одна и та же книга, а идет под разными номерами?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Велтистов: Рэсси - неуловимый друг (Социальная фантастика)

Ох и нравилась мне серия про Электроника, когда детенышем мелким был. Несколько раз перечитывал.

Рейтинг: +5 ( 5 за, 0 против).

Интересно почитать: Как использовать VPN для TikTok?

Пять недель на воздушном шаре [Жюль Верн] (fb2) читать постранично

- Пять недель на воздушном шаре (пер. К. Бекетова) (и.с. Библиотека приключений и научной фантастики) 12.81 Мб, 239с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Жюль Верн

Настройки текста:









Жюль Верн ПЯТЬ НЕДЕЛЬ НА ВОЗДУШНОМ ШАРЕ

Глава I

Речь, заслужившая шумные аплодисменты. — Представление доктора Самуэля Фергюссона собранию членов Лондонского географического общества. — «Excelsior». — Портрет доктора Фергюссона. — Убежденный фаталист. — Пиршество в «Клубе путешественников». — Многочисленные тосты, произнесенные во время этого пиршества.

Заседание Лондонского географического общества 14 января 1862 года было очень многолюдно. Председатель этого общества сэр Френсис М. делал своим почтенным сочленам важный доклад, часто прерываемый аплодисментами. Свой доклад — редкий образец красноречия — председатель закончил следующими, полными самого высокого патриотизма, словами:

— Англия, благодаря отваге своих путешественников, всегда шла в области географических открытий во главе других стран. (Многочисленные проявления одобрения.) Доктор Самуэль Фергюссон, один из ее славных сынов, не посрамит своей родины. («Нет! Нет!») Если его попытка удастся («Конечно, удастся!»), то она свяжет в одно целое, дополнив их, наши разрозненные сведения об Африке. (Горячие одобрительные возгласы.) Если же она потерпит неудачу («Никогда! Никогда!»), то во всяком случае явится одним из самых отважных замыслов человеческого гения… (Неистовый топот ног.)

— Ура! Ура! — кричали члены собрания, наэлектризованные последними прочувствованными словами своего председателя.

— Ура неустрашимому Фергюссону! — вырвалось у одного из самых экспансивных членов собрания.

Крики, полные воодушевления, неслись со всех сторон. Имя Фергюссона было у всех на устах. Зал дрожал от возбужденных голосов и аплодисментов…

Все это многочисленное общество состояло из отважных путешественников, исколесивших пять частей света, теперь состарившихся, утомленных, но когда-то полных энергии. Все они, в той или иной форме, в свое время пережили кораблекрушения, пожары; всем им грозили и томагаук индейца, и дубина дикаря, и столб пыток, и опасность очутиться в желудке полинезийца. И тем не менее во время доклада сэра Френсиса М. сердца этих старых путешественников бились восторженно, и никто не запомнит, чтобы когда-либо какой-нибудь оратор в Лондонском географическом обществе пользовался бо́льшим успехом, чем его председатель в этот день.

Но в Англии энтузиазм выражается не одними только словами. Тут же на заседании было постановлено для осуществления плана доктора Фергюссона выдать ему две тысячи пятьсот фунтов стерлингов. Значительность суммы соответствовала важности предприятия.

Один из членов общества обратился к председателю с вопросом, не будет ли доктор Фергюссон официально представлен собранию.

— Доктор ждет распоряжений собрания, — ответил сэр Френсис М.

— Пусть войдет! Пусть войдет! — раздались крики. — Любопытно ведь увидеть собственными глазами такого необыкновенно отважного человека!

— Но, быть может, этот невероятный проект лишь мистификация, — заметил один, апоплексического вида, командир судна.

— А что, если доктора Фергюссона совсем не существует? — выкрикнул какой-то насмешливый голос.

— Тогда нужно было бы его изобрести, — шутливо отозвался другой член этого степенного собрания.

— Попросите пожаловать сюда доктора Фергюссона, — распорядился сэр Френсис М.

И Самуэль Фергюссон, нисколько не смущаясь, вошел в зал при громе рукоплесканий.

Это был мужчина лет сорока, среднего роста, с румяным лицом сангвиника. Черты его были правильны. Крупный нос напоминал нос корабля — именно таким и должен он был быть у человека, рожденного делать открытия. Добрые глаза, в которых светились ум и отвага, придавали особую привлекательность этому лицу. Руки были несколько длинные, а походка изобличала хорошего ходока.

Вся фигура доктора дышала таким спокойствием и такой серьезностью, что не могло быть и речи о какой-нибудь, даже самой невинной, мистификации.

Поэтому крики «ура» и аплодисменты замолкли лишь тогда, когда доктор Фергюссон любезным жестом попросил дать ему возможность говорить. Тут он направился к приготовленному для него креслу и, став подле него неподвижно, с устремленным на собрание энергичным взглядом, поднял к небу указательный палец правой руки и произнес всего одно слово:

— Excelsior![1]

Ни одна речь в парламенте никогда не имела такого бурного успеха, как это брошенное доктором Фергюссоном слово. Оно совершенно затмило и самый доклад сэра Френсиса М. Доктор показал себя человеком одновременно великим, скромным и осторожным. Все положение дела он умудрился охарактеризовать единым словом: «Excelsior».

Старый командир судна, сразу перешедший на