КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 615670 томов
Объем библиотеки - 958 Гб.
Всего авторов - 243260
Пользователей - 112982

Впечатления

mmishk про Большаков: Как стать царем (Альтернативная история)

Как этот кал развидеть?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Гаврилов: Ученик архимага (Попаданцы)

Для меня книга показалась скучной. Ничего интересного для себя я в ней не нашёл. ГГ - припадочный колдун - колдует но только в припадке. Тупой на любую учёбу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Zxcvbnm000 про Звездная: Подстава. Книга третья (Космическая фантастика)

Хрень нечитаемая

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Зубов: Одержимые (Попаданцы)

Всё по уму и сбалансировано. Читать приятно. Мир системы и немного РПГ.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Наумов: Совы вылетают в сумерках (Исторические приключения)

Еще один «большой» рассказ (и он реально большой, после 2-х страничных «собратьев» по сборнику), повествует об уже знакомой банде нелегалов и об очередном «эпизоде» боестолкновения с ними...

По хронологии событий — это уже послевоенный период, запомнившийся многолетней борьбой «с очагами сопротивления» (подпитываемых из-за кордона).

По сюжету — двое малолетних любителей (нет Вам наверно послышалось!)) Не любители малолетних — а

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Наумов: 22 июня над границей (Исторические приключения)

Ну наконец-то автор решил «сменить основную тему» с «опостылевших гор» на что-то другое... Так, несмотря на большую емкость рассказов (при малом количестве страниц), автор как будто бы придерживался некоего шаблона, из-за чего многие рассказы «по своему духу» были чем-то неуловимо похожи (хотя они никак между собой не связаны — ни по хронологии, ни по героям или периоду). Но тут автор, (все же) совершенно внезапно «ушел», от «привычных

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Наумов: Конец Берик-хана (Исторические приключения)

Очередной «микроскопический» рассказ (от автора), повествующий о том, как четко задуманный замысел (засады, в которой казалось все продуманно до мелочей) может разрушить один единственный человек (если он конечно «не найдет себе оправданий» и не сбежит).

В остальном — все та же «романтика гор», конница «в пыльных шлемах» (периода «становления Советской власти» на отдельно-восточных территориях) и «местные разборки» в стиле

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Клан Дятлов 10. Финал [Павел Михайлович Пуничев] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Клан Дятлов 10. Финал

Глава 1

Яра уходила, но я на столько был сбит с толку обрушившимся на меня новостями, что не знал, что ей сказать.

— Постой, мы же и приплыли сюда, чтобы избавиться от Мораны! Одно желание и мы будем от нее свободны...

Я продолжал говорить, но принцессы уже не было, и на мой вопрос не кому было ответить.

— Морана — богиня, да еще и из другого мира. Исполнитель Желаний над ней не властен.

А нет, ответить мне нашлось кому: я бросил злобный взгляд на Эля.

— М-да? И какого хрена тогда мы сюда приперлись? Мы же, на сколько я помню, Морану сюда мочить приплыли?

— На сколько я помню, ты сюда поперся исключительно ради самого романтического путешествия в обществе обворожительной принцессы.

Я уже поднял палец, желая возразить, но возразить мне было нечего… Ужасное чувство.

— А Яра сюда зачем поперлась тогда?

— На сколько я понял, для того же самого, что и ты, ну и выполняя приказ Королевы.

— Что за приказ Королевы?

— Вот поэтому у вас с Ярой ничего не получилось, — попенял мне Эль, — ты никогда не слышишь, что она тебе говорит. Ее дело освободить отца и весь наш род.

— И ради этого королева была готова подвергнуть свою дочь такой опасности?

— Так, а что ты хочешь, — вмешался Ром, — баба триста лет уже без мужика изнывает, тут и не на такое пойдешь...

— И тебе пора идти, — подтолкнул меня к выходу Эль, — вряд ли Исполнитель до конца бескорыстный и здесь скоро может стать небезопасно.

— Я думаю, если ты имеешь еще какие-то виды на нашу принцессу, то тебе срочно надо заняться разводом со своей первой женушкой.

Легкий толчок в спину, тихий скрип закрываемых ворот, и я оказался в одиночестве на ступенях Храма. В глазах потемнело: ясный день стал чернее ночи.

Меня просто использовали и выкинули. С другой стороны, какого отношения я хотел с такой-то супругой? Твою мать! Да откуда она вообще взялась? Откуда, откуда, — ответил я сам себе, — игра посчитала меня и Малыша одной личностью, прицепив ко мне его чокнутую женушку...

Настроение у меня стало чернее тучи, очень захотелось кого-нибудь разорвать на части и попавший мне сидящий на ступенях Зёма оказался очень кстати. Он стоял на коленях, над грудой сажи, что осталась от уничтоженного здесь Гоши, и ковырялся в угольях, явно что-то там выискивая. Через миг "Это" нашлось, и похожие на столбы пальцы элементаля подняли к свету глиняное сердце нашего бессменного товарища. Зема за время боя вымахал больше, чем вдвое, став минимум семи метров роста и в его руках сердце казалось игрушечным.

— Аккуратнее, тупая ты башка! Дай сюда, а то раздавишь еще, криворукая каменюка!

Элементаль с трудом оторвал взгляд от сердца, переводя его на меня, и посмотрел, будто не понимая мои слова, но через секунду отрицательно закачал головой:

— Нета, сердца мая. Мне она нада.

— Дай сюда, дебил, — я требовательно протянул руку, — а то хуже будет!

— Нета, — еще раз покачал он головой и вдруг задрожал, грудная клетка его стала резко расширяться, затем с громким треском лопнула, раскрываясь уродливым бутоном.

— Не сметь!

Мой вопль пропал втуне. Элементаль нежно, будто в шкатулку положил внутрь груди багровеющее сердце. Грудь схлопнулась, Зема в единый миг оказался на ногах, в десяток огромных прыжков добрался до полосы земли и нырнул в нее будто в воду и скрылся из глаз, даже не оставив после себя земляного булька. Моё черное настроение начало багроветь, а из-за поглотивших мою душу туч начали пробиваться первые всесокрушающие молнии, и я, больше не задерживаясь, вбивая каждый шаг в камень ступеней, устремился за удаляющейся погребальной процессией. По мере приближения к ней, ярость слегка спала, уступая место угрюмо-подавленному настроению. Впрочем, вид у остальных был тоже не очень. За время путешествия даже гномы подружились с нашим связным, вечерами у костра с удовольствием слушая его морские баллады и сами делились бесконечными рассказами и анекдотами. Юмор у них был весьма специфический, но бывшему моряку заходил на ура. Что уж говорить про остальных, за годы совместной жизни с Абордажных дел мастером, мы срослись намертво.

Процессия остановилась около защитного участка с неистово бурлящей огненной стихией. Все молчали, глядя на недвижную сгорбленную полупрозрачную фигуру с засохшей мумией на руках, и молчали. Пришлось мне подойти и положить руку на едва ощутимое плечо. Горло сжало, но я смог заставить себя заговорить:

— Прощай, Абордажных Дел Мастер, ты был нашим верным боевым товарищем и другом. Без тебя здесь было бы невыносимо трудно. Легкого вам пути в серые земли и заслуженного перерождения. Если судьба будет к нам благосклонна, мы еще встретимся на следующем витке жизни.

Подошла МарьИвановна, приобняла приведение, на пару секунд положила голову на плечо, подтянулись остальные, неловко прощаясь с орком.

— Встретимся на следующем витке жизни, — резко махнул головой он, оцепенение спало, и орк шагнул вперед.

Бурлящая огненная стихия взвихрилась вокруг его ног, и с каждым шагом Абордажных Дел Мастер все глубже погружался в нее. Вот ног мумии, на его руках, коснулись первые языки, и та занялась ярким бездымным пламенем, с каждым мгновением разгораясь все сильнее, чернея и распадаясь на легкие золотисто-огненные хлопья пепла, взметнувшегося к самым небесам. Полыхнуло, раздался еле слышный вздох и фигуры исчезли, оставив после себя лишь два облачка белого дыма.

Внимание! Выполнен скрытый квест: древняя легенда.

Класс задания эпический.

Награда за выполнение на выбор:

Усиление оружия: дополнительный урон и новые свойства эпического класса.

Улучшение брони: усиление защитных свойств эпического класса.

Апгрейд заклинания: усиление защитных или атакующих свойств эпического класса.

Усиление любого навыка или умения до эпического класса.

Прокачка профессиональных навыков до эпического класса...


Пять минут мы простояли в полной тишине, думая каждый о своем, затем я зло мотнул головой и обратился к Майору:

— Так, господа, слушай мою команду! Ваша задача организовать лагерь, закрепиться здесь и начать разведку окрестностей. Множьте бывших хозяев острова на ноль, зачищайте данжи, мочите монстров. Если что-то пойдет не так, там у Храма, на площадке есть древний телепорт. Я его сейчас оживлю, так что у вас будет место для отступления.

— Подожди, а где Яра, и куда ты собрался?

— Эльфийская принцесса нас покинула, у нее свои дела, у меня свои: мне надо навестить главу демонов. Не знаю, как долго меня не будет, так что пока справляйтесь сами, стандартную связь нам восстановили, так что справитесь.

— Что? — Удивился Пофиг, — ты собираешься к демонам? Хотел бы я на этот цирк посмотреть.

— Посмотришь, конечно, думаешь, как я без тебя к ним попаду? Я у их главной шишки не разу не был.

— Я боялся, что ты это скажешь.

— Пошли, — я дернул его за рукав, вновь начиная подниматься вверх по лестнице и пихая в тощую ладонь увесистый свиток. — Изучай, из логова демонов придется уходить твоими силами.

— Что?

— Ничего, — я опять вспомнил про Яру и мое настроение вновь упало ниже плинтуса, — слушай, у тебя коктейли Молотова остались?

Вырвал из тощих ручонок протянутую бутыль, выдрал зубами пробку и, не обращая внимания на неуверенный вопль мага: "Стой, Пахан, не надо", жадно припал к горлышку пока не вылакал половину содержимого. Потом резко остановился, закашлялся, сплевывая часть недопитого. Засипел, закашлялся снова, грязно матерясь...

— По... кхе, кхе...фиг, с каких... кха, кха... с каких пор, ты, козлина, в коктейли Молотова не спирт заливаешь, а смесь бензина со скипидаром?

— Так, с самого замка уже. Я замучался спирт целыми днями гнать, вы его все равно все время выхлебываете.

Я протянул к тощей шее руки, но затем вспомнил, что он мне сейчас нужен, еще раз выругался и быстро зашагал к площадке, на которой были начерчены знакомые руны древнего телепорта. Шестигранное углубление приняло в себя светящийся телепортационный кристалл, и по линиям телепорта побежали огни, оживляя мертвый камень плит.


Поздравляем! Вы выполнили задание: активизация портала.

Награда: 500.000 опыта, скидка на использование портала 10%. (Всего 20%)


В голове у меня зазвучал металлический голос.

Куда желаете переместиться?

— Погоди, не так быстро, каменюка. Пофиг, заклинание изучил? Отлично. А набор для плана один у тебя? Хорошо, тогда приступаем прямо сейчас. Нет я не сошел с ума и не рехнулся, и кукуха у меня не поехала. И уж тем более, я окончательно не ёб..., короче, заткнись и начинаем! Да я знаю, сколько стоит этот эликсир! Сколько!? Ты рехнулся!? А, хотя похрен, погнали!

Я принял из рук мага огненно-красный бутылек, одним махом отправляя его содержимое в рот.

Внимание! На вас наложен огненный щит. Защита от огненной стихии 99%.

Внимание! Вы активировали сильное средство защиты от огненной стихии. Защита от огненной стихии повышена 99,999%, сроком на 1 час.

— Давай, прямо в главные апартаменты Астарота, поехали.

— Каким это образом? Я там ни разу не был.

— Что?

— Мы только в приемной были, там, где его секретарша сидела. Мы же за ней тогда летали.

— Черт с тобой, давай в приемную, уж как-нибудь до кабинета босса дойдём ножками. Главное, по моему сигналу перенеси нас по нужному адресу.

— Ладно, давай, каменюка в апартаменты Астарота.


Внимание! Учитывая вашу скидку в двадцать процентов, стоимость перемещения составляет 480.000 золотых монет.

— Чего? Сколько, сколько?

— А что ты хотел? — Удивился Пофиг, — ты же не на пикничок со своей принцессой на соседний сеновал собрался...

— Я бы хотел, чтобы ты заткнулся на хрен. На барыга, у нас проездной есть.

Я положил на зеленый круг специальный жетон.

Вы хотите использовать одноразовый амулет перемещения, для оплаты?

— Да, да, давай уже, шевели булками!

Мигнуло. Солнышко, голубое небо и бегущие белые облачка исчезли, и мы оказались в полной темноте. Вернее, так мне просто показалось в первый миг, затем глаза адаптировались, темнота отступила, в единый миг перенося меня в жерло действующего вулкана, хотя это тоже была иллюзия, но она была уже ближе к реальности. Помещение, в котором мы оказались, было обширным и чертовски жарким. Никакая защита не помогала от этой жары, от наполненного серой воздуха у меня перехватило дыхание, но окружающий нас интерьер отвлек меня даже от рефлекторного кашля. Сначала я увидел будто стеклянные стены, за которыми с внешней стороны текли потоки черно-оранжевой лавы. Они текли ежесекундно, сплошным потоком изменяя свой рисунок. Потолок представлял собой поверхность только что зародившейся планеты: раскаленную и пышущую действующими вулканами. Затем стали открываться более незаметные детали. Колонны, поддерживающие потолок, по виду точно такие же, как стены, и стены, на которых поток создавал разнообразные движущиеся картинки. Сначала это был бой, где пяток демонов втаптывали светоносных рыцарей прямо вместе с лошадьми в превратившуюся в прах землю, затем стена покрылась изображением сотен тел слившихся единым организмом в жуткой оргии, затем они перетекли в поле утыканное кольями, на которых были насажены сотни, тысячи извивающихся тел... Я отвернулся, уставившись на кресло, больше похожее на трон и огромный массивный стол, все той же лавовой расцветки. На столе лежали стопки тонко выделанной кожи, явно дорогие письменные принадлежности, держатель для магического огня: шикарная обнаженная суккуба с полными грудями и волной густых волос, сквозь которые пробивались маленькие острые аккуратненькие рожки, отталкивала от себя козлоногого уродца, льнувшего к красотке с явно не добрыми намерениями, над которыми этот огонек и горел... Затем я заметил гигантские двери и двоих охранников метров шести в высоту и не меньше в ширину, казалось состоящих из клубка рогов, щупалец, бугрящихся мышц и жутких оскаленных зубов.

Тиамат. Страж повелителя демонов. Уровень 500.

Оба застыли от неожиданности, буравя меня своими крошечными черными глазками. Весь их вид показывал, что они тут не для того, чтобы разговоры разговаривать, и это было хорошо, мне тоже болтать желания не было.

Я плюхнулся на трон, забрасывая свои грязные ноги на отполированную поверхность стола, и в ответ уставился на жутких демонов. Из-за прямой спинки трона, сидеть так оказалось жутко не удобно, но не скидывать же их сразу обратно? Я незаметно принял эликсир жизни, восстанавливая свое пошатнувшееся от жары здоровье и рявкнул командирским голосом.

— Ну, чё уставились, уроды? Долго я буду ждать? Метнулись быстренько к своему начальничку и приволокли его сюда. Мне нужно начинать процедуру развода, и по этому поводу надо перетереть с рогатым, пусть слегка посодействует в этом деле. Чего застыли, вам копыта что ли пообломать, чтобы понятливее стали?

Твари заурчали, пуская вокруг себя прямо-таки физически ощутимые волны ненависти, махом снявшие мне треть хитпоинтов, и потянулись щупальцами к многочисленным ножнам, одним движением извлекая на свет два десятка смертоубийственных железяк. Каждая выглядела настолько смертоносной и обладала настолько убийственной аурой, что я, не смотря на своё крайне злобное настроение, внутренне дрогнул: что-то все пошло не так, как надо, но вслух я только презрительно цыкнул, вольготно разваливаясь на подлокотнике:

— Фи, нищета подзаборная, уберите с глаз долой эти убогие железяки, не смешите меня, такими бы и последний плешивый гоблин бы побрезговал.

Жалобный писк Пофига заглушил непередаваемый рев двух бездонных глоток, но в этот момент ворота резко распахнулись, вбивая тела тиаматов в стену, а в открывшийся гигантский проем протиснулась фигура верховного демона в своем боевом обличье. Его голос был настолько низок и груб, что едва различался человеческим ухом, но я смог различить его слова:

— Пахан? Ты?

— Я, я, вот выполнил задание: завалил Малыша, и вернулся за наградой, но судя по всему, — я взял со стола золотую статуэтку суккубы, с кислым выражением лица повертел ее в руках, и брезгливо швырнул в мусорную корзину, — судя по всему, ты тут самый главный нищеброд, и взять с тебя нечего...

Демон недоуменно уставился на меня, наливаясь огнем, температура в комнате поднялась еще на пару тысяч градусов, но я не обратил на это никакого внимания.

— Да, да, — я, наконец, слез с неудобного трона и шагнул к демону, — и судя по ветвистости рогов, жены тебе изменяют с особой фантазией. Телефончик их не дашь? Я тебе на третьи с верху рога шикарные завиточки организую. А, если будет настроение, может и шестой ряд рожек заложим...

Я замолчал: выпитый ранее коктейль Молотова и непереносимый запах серы наложились друг на друга, заставив меня резко согнуться, выплескивая мутноватую жижу на копыта демона. Струя вспыхнула в воздухе, превратившись в поток огня. Я медленно распрямился, вытирая с губ рукавом полыхающие капли.

Внимание! Вызвавший вас на дуэль игрок hfbvouer сдался.

Золотистый кокон окружил меня в тот же миг, когда в меня ударили два полыхающих пятиметровых клинка. Ударили и отскочили, затем ударили еще раз, все с тем же результатом.

— Да ты просто жалок, — поведал я ему, — награды мне не надо, оставь эти медяки себе на чай.

Я шагнул назад в открывшийся древний портал:

— Пока рогатый, — я резко ударил себя по сгибу локтя, — а твоих жёнушек, я все же навещу, пусть отработают твои должки.

Ещё шаг и мы перенеслись из раскаленного ада в серо-зеленый сумрак смерти и разложения. Единственное яркое пятно в этом мире был мифриловый утес у нас под ногами.

— Молодец, Пофиг, вынужденно признал я, — сделал все, как по нотам. Осталось дело за малым...

— Я там чуть кони не двинул со страха...

Я поднял палец, останавливая причитания мага и прикладывая палец к губам, но было поздновато: среди шаров Моровых грибов начали подниматься жутковатые силуэты Поглотителей Миров. В прошлый раз нам удалось уйти от них через портал, сейчас они были готовы исправить эту несправедливость. Они всплывали в воздух, направляясь в нашу сторону, волоча по грибам щупальца и поднимая в воздух тучи грибных спор, делая его совсем беспроглядным. Если мой план не сработает...

Но мой план сработал, видимо, я достал рогатого как надо...

Не прошло и пары секунд, как по пещере побежали кроваво-алые блики, затем сменившиеся на оранжевые и желтые, когда огромная пентаграмма, появившаяся на корке плесени, обрела полную силу. Нестерпимо полыхнуло, и в облаке огня, искр, и демонских ругательств Верховный появился в пещере вслед за нами. Появился и тут же ухнул вниз, провалившись по пояс в невесомую пыль, скопившуюся за долгие столетия под коркой спрессованной пыльцы и плесени. Искры и пламя сразу поугасли, зато проклятья стали сыпаться на наши головы с удвоенной силой. А проклятья верховного это то еще удовольствие, я моментально почти ослеп, оглох и еле стоял от бессилия, пока не начал действовать божественный эликсир снятия дебафов.

И тут я расхохотался. Конечно, пробовать изобразить демонский смех, делая это пред главой демонов — идиотская, в общем-то, затея, но, видимо в нем послышались нужные нотки, ибо великан, пусть и на несколько секунд, прислушался к последующим моим словам.

— Тебе конец, козлоногий, тебе конец. Оглянись тупица, ты попал в мою ловушку. Слуги моей высокородной супруги выпьют тебя, обретя небывалое могущество, высосут из тебя всю энергию и не оставят даже пустой оболочки, обратив твое естество в невесомый прах. Ты можешь убить меня, но тебе конец, ты уже не возродишься, само воспоминание о тебе будет стерто из памяти этого мира, а коли сбежишь, весь мир узнает, что никчемный повелитель жалких демонов испугался слуг Мораны, и тебя свергнут твои собственные подданые, отправив твою шкуру на небеса, служить прикроватным ковриком для тамошних ангелов...

Рев и удар, последовавший вслед за этим, я не могу описать, мифрил под моими ногами потек, как воск свечи, но золотой купол выдержал всё.

— Тебе конец, козлоногий! Дети мои он ваш! Тебе конец!

Видимо я был хорош в этот момент, ибо на миг на морде верховного отразилась тень неуверенности, он обернулся, уставившись на подлетающих Поглотителей, а затем демон взорвался. Огонь испепелил ближайшие грибы, ударил в подлетающих тварей, заставляя лопаться их выпученные буркала, панцири трещать и скукоживаться, щупальца и жвала превращаться в уносимый порывом ветра пепел. Мы перестояли этот порыв под щитом. Вернее, я перестоял, а Пофиг, доведенный дебафами до состояния овоща, тихо свернулся у меня калачиком около ног. Я погасил у себя желание потрепать его по холке, посылая ему очередной вызов на дуэль, это четвертый, еще один и все, оба отправимся на перерождение. Слава богам, на пару минут демон отвлекся от нас, оставив меня гордо стоять на самородке мифрила, по щиколотку вплавившись в его нутро. А демон не стоял: родил из ничего пару огненных мечей, расправил шипастые крылья и сам бросился в атаку. Ему это оказалось несложно, первым взмахом отсек пучок щупалец, вторым тут же перерубил первого противника пополам, второго проткнул насквозь, третьего вспорол, как обычную креветку, вытряхивая из нее сизые потроха, обезглавил пятую, рубанул шестую, оставляя на ней страшный шрам, ткнул седьмую, но удар не пробил броню, бессильно соскользнув по ней, отпихнул ее в сторону, пронзая ударом крыльев, сам пошатнулся от ответного удара...

Прошло всего десять секунд, а я отчетливо видел, что огненные мечи стали тусклее, да и сама фигура демона из пылающей, в бурую с многочисленными черными пятнами. Окружающее пространство буквально высасывало из него все силы. Черт, надо как-то предупредить недоумка, а то реально завалят ведь его, а я не для того все это здесь затевал.

— Силы твои гаснут, тебе конец!

Демон вздрогнул, поворачиваясь ко мне.

— Оглянись! Тебе конец! — зловеще прошипел я прямо ему в харю, обводя руками гигантский зал.

Сразив пятерых, Верховный разбудил всех остальных тварей, а их было здесь столько, что и не сосчитать. Сотни и сотни, они поднимались повсюду, взлетая в воздух и устремляясь к нам.

Верховный взревел, швырнув в меня сгусток пламени. Он подобно жидкой краске стек по сфере, а я только гнусно усмехался, глядя как внутри демона закипает неистовый огонь.

— Тебе конец, бывший Владыка, тебе конец!

— Не бывать этому! — Взревел демон, начиная светиться так, что глазам стало больно, но я даже не зажмурился, глядя на это зарево и чувствуя, как оно постепенно выжигает мои глаза.

Пылающая лапа демона метнулась к груди, срывая с шеи амулет и до хруста сдавливая его огромной лапищей, и тут же все вокруг стало меняться: сотни, тысячи пламенных пылающих печатей стали загораться везде: на усеянном сталактитом потолке, на грибах, на плесени, на самих монстрах, на нас, высвечивая всё нутро гигантской пещеры. На телах Поглотителей, будто на новогодних елках начали зажигаться гирлянды огоньков, говорящих о том, что твари напитались энергией и готовы к возвращению к своей хозяйке. Однако печати разгорались всё сильнее, пока не прорвались, затапливая всю пещеру неистовым, прямо-таки ядерным огнем, моментально сжигающим всё: и грибы, и плесень, и монстров, и сам камень, превращая это все в пепел, плавя и разъедая гору, которая начала плавится, течь вниз целыми лавовыми потоками.

— Не бывать этому!

Рядом со мной появилась оскаленная морда демона:

— Не бывать!

— Молодец, молодец, улыбнулся я ему и в этот миг последняя сфера перестала действовать.

Внимание! Вы погибли! Вы потеряли 27% опыта...

Похоже, уже умирая, я увидел, как гора начала проваливаться внутрь себя, схлопывая бурлящую магму внутри, запечатывая в своем нутре пещеру, превратившуюся в застывающее озеро магмы.

Глава 2

— Эй! Сиськатрас! Хе, хе, Сискатрас... смешно... открывай двери, жопашник! Медведь пришёл!

Я икнул, сощурился на встающее солнышко, снова отхлебнул из бутылки, и опять начал долбиться в одну из дверей герцогского замка.

— Открывай, говнюк, тебя тут целый рыцарь ждет!

Рыгнул, попытался отпить из опустевшей бутылки, недоуменно уставился на нее, а затем резко разозлившись швырнул ее в двери. В этот момент дверь открылась и стоящих за ней стражников осыпало градом осколков и веером брызг рома.

— Наконец-то, бандерлоги, сколько можно вас ждать, — я шагнул вперед, потрепал по щёчкам обалдевших стражей и махнул им рукой, — не стоим, не стоим, взяли руки в ноги и сопроводили меня в ваши подземные казематы. Спать охота, сил нет...

Три минуты спустя, получив смачный пинок под пятую точку, скатился по каменным ступеням, врезавшись в прутья стальной клети. Слегка пошатываясь, но с достоинством поднялся на ноги, стряхнул с себя прилипший мусор, кивнул драящему зубной щеткой пол Сиськотрасу, открыл дверцу пустующей клети, заваливаясь внутрь:

— Я тут у вас не досидел пару недель, — устало пробормотал я, — не будите меня, пжалста, до конца срока.

Договорил и, моментально лишившись последних сил, повалился на солому. Я еще успел порадоваться, тому, что мое последнее посещение вечеринки у герцога не прошло даром: тот внял моим просьбам и приказал поменять в тюрьме слежавшуюся до железобетонного состояния солому на новую, после чего моментально отрубился.

Темнота и изуродованное женское лицо, смотрящее на меня сквозь стенки хрустального гроба, сменялись видами мертвого континента, над которым барражировали туши гигантских Поглотителей миров, те в свою очередь сменялись видами темного воинства, сражающегося с призраками Мораны, вслед за ними мне показали ничем ни примечательную гору, после чего наконец, видения закончились я нырнул в обычный сон. Не знаю, сколько я проспал, наверное, не меньше суток, и за очень долгое время проснулся выспавшимся. Продрал глаза, сладко потянулся на соломенной подстилке, вспомнил о Яре, и резко выдохнул, моментально пригорюнившись. Срочно захотелось выпить, тем более что и похмелье вспомнило обо мне и начало стучаться в виски тяжелыми молотками. Сел, прижался гудящей головой к холодному металлу решёток.

— Ваша светлость, вы проснулись? А я вам тут пива принес холодного, и перекусить, вы, наверное, проголодались?

От удивления я даже смог продрать глаза и посмотреть на говорящего:

— Ваша светлость? Пиво? Проголодались? Сискотрас, ты чего головой вчера где-то ударился или у тебя крыша поехала? С чего вдруг такие нежности? Надеюсь, это не из-за того, что ты ночью воспользовался моим беспомощным состоянием, чтобы удовлетворить свои грязные страстишки?

— Что? Э, нет... нет, нет, просто я очень рад вас видеть... вот картошечки вам принес...

— Сержант, в чем дело, ты сам на себя не похож. Что случилось?

— Умоляю...

— Чего?!

— Умоляю, не убегайте отсюда пожалуйста, меня Вандэнбрук за ваш побег заставил полы зубной щёткой чистить, я уже ползамка ею отполировал. Пожалуйста, ну что вам стоит, вам всего десять дней осталось досидеть, сделайте милость, а я уж тюремной баландой вас морить не буду, из лучшего ресторана три раза в день все, что закажете буду приносить. А?

Сбегать? Сбегать... Что-то об этом я не подумал. Телепорты здесь не работают, письма от королевы эльфов тоже нет. Что-то я вчера погорячился, когда здесь решил переночевать. С другой стороны...

— Ладно, успокойся, я надолго сюда, подумать мне надо, в тишине и покое...

— Так для этого, здесь самое место, думай не хочу!

— Я сказал, в тишине. Хватит причитать, давай сюда своё пиво и картоху, и вали, нужен будешь, позову.

Поерзал, устраивая пятую точку поудобнее на соломе, глотнул пива, забросил в рот кусочек прожаренного до хруста бекона, счастливо выдыхая, блаженно закрыл глаза. Ладно. Чего горевать о утерянном? Надо бороться за него, тем более, судя по прощанию с принцессой, она была тоже не шибко рада нашему расставанию. Значит надо устранять вставшее, между нами, препятствие, но сначала...

Я хлебнул еще пивка, отставил кружку и полез в логи, а их вчера навалило приличное количество. Я пролистал их до того места, где Верховный демон сцепился с порождениями Мораны, и начал вчитываться в строчки:

Поздравляем! Ваш клан участвовал в уничтожении Поглотителя Миров. Уровень 400. (342 особи).

Ваш вклад в победу был минимальным, полученный опыт урезан.

Получен новый уровень 297.

Получено 85 свободных очков характеристик. Всего 135.

Поздравляем! Вы полностью вылечены.

Внимание! При достижении 290 уровня, вы теряете 290% опыта при наступлении смерти. Шанс потери не привязанных вещей при смерти 21%.

Вы повторили достижение: «Давид и Голиаф» за убийство существа на 20 уровней больше: (+17% к опыту).

Вы повторили достижение: «Кто ты, тварь?» за убийство существа на 100 уровней больше: (+26% к опыту, +1,2% к опыту постоянно).

Поздравляем! Вы улучшили достижение: Развоплотитель. Вы уничтожили тварь из кошмаров богини Мораны. Урон по ожившим кошмарам +18%. Все основные характеристики +6.


М-да, зрелище плавящихся гор и превращающихся в прах поглотителей было просто невероятным, жаль огромный самородок мифрила, на котором мы приняли бой, остался погребенным где-то внутри обрушившихся гор и превратившегося в монолит лавового озера, у меня были на него большие планы. Ладно хоть повезло в другом, в те секунды жизни, что нам подарил защитный кокон и зелье защиты от огня, я успел развеять одного Поглотителя, недвижной тушей свалившегося нам прямо под ноги, еще одного, вроде бы обобрал Пофиг, после того, как я выдрал его из плена плавящегося мифрила и швырнул на другой труп Поглотителя. Не знаю, как у него, у меня это получилось.


Вы развеяли Поглотителя Миров. Уровень 400.

Получено энергонов — 1.000 шт.


Я заглянул в сумку, удовлетворенно кивнул увиденному и, глотнув еще пивка, опять углубился в строчки логов.


Поздравляем! Вы выполнили первую часть задания: "Спасение мира"- очистить драконьи горы от скверны Мораны.

Класс задания: божественный.

За наградой обратитесь к Нерожденному дракону, владыке Гномьих гор.


С этим долго ждать не пришлось, померев и лишившись почти тридцати процентов опыта, мы с Пофигом оказались в каком-то золотистом мареве, а затем возродились не на камне возрождения, а прямо в знакомом яйцеобразном зале. Его знатно трясло, видимо, несмотря на расстояние, происходящий рукотворный катаклизм, не оставил и эту часть горной цепи в покое, зависшее на нитях паутины яйцо Нерожденного Дракона подрагивало, но зазвучавший у нас в головах голос был невозмутим и даже скорее радостен:

— Герои, вы смогли сделать это! Свершилось! Мои горы с этих пор в безопасности, и все это благодаря вам! Вы заслужили свою награду и мою вечную благодарность!

Поздравляем! Получено 10.000.000 очков опыта.

Поздравляем! Получен новый уровень 298.

Получено: кошель Скруджа.

Безразмерный кошелек, количество входящих в него монет не ограниченно.

10.000.000 золотых монет.

Великий перстень Повелителя Призывателей.

Класс: раритетный.

Возможный уровень призванных существ +25%.

Характеристики призванных существ +25%.

Одно дополнительное, усиливающее свойство у призванных существ.


Доступ ко второй части задания: смертельные пустоши и пустая гора.

Класс задания: божественный.

Описание: уничтожьте еще два прорыва орд Мораны.

Сроки выполнения: 50 суток.

Награда: 10.000.000 золотых монет и 10.000.000 очков опыта. За каждое очищенное место.

Всем членам клана по одному предмету раритетного ранга соответственно классу пришлого от хранителей силы тех мест.

Доступ к третьей части задания.

Штраф за невыполнение: разрушение Волшебного мира.

— Еще раз благодарю, благородные герои, могу я что-то для вас сделать?

— Ага, — буркнул я, — можешь. Выколупывайся из своей скорлупы и помоги спасти этот мир.

— Э-э, я... это мое самое страстное желание, но, к сожалению, этому не суждено сбыться.

— Ну, тогда хотя бы подсказку какую-нибудь дай, как нам справиться с тем, что питается энергией самого мира?

В этот раз молчание длилось еще дольше, и ответ был неутешительным:

— Я не знаю, сие мне не ведомо, но ведь в первый раз вы и сами отлично справились, справитесь и опять.

— Зашибись. Ваша безграничная вера в нас просто греет душу.

— Я рад этому, я могу еще чем-то помочь?

Я проглотил первые три предложения, чем он может помочь, а потом выдохнул, и махнул рукой:

— Вряд ли. Мне надо подумать. И выпить. Нет, напиться и подумать.

Поздравляем! Получен древний гномий ром — 10 шт.

— Примите это от меня. А на счет подумать... Есть у меня одно местечко на примете: тайное озеро, окруженное горными отрогами, прекрасные водопады и мягкий климат, ни опасной флоры, ни фауны. А толстый ковер из мягкого мха послужит идеальной подстилкой для медитации и раздумий.

— Соблазнительно, но оставим это до лучших времен. Для медитации я знаю место и получше. Тем более, сейчас один нервный повелитель демонов, нами крайне недоволен, и я предпочту перекантоваться под бочком у главы ордена паладинов. Не могли бы вы открыть нам портал до Другмира? Нам пора возвращаться.

Еще не войдя в открывшийся портал, я отбил залитое сургучом горлышко бутылки и основательно приложился к бутылке. Вышли мы у северных ворот Другмира и я, послав домой начавшего гундеть мага, побрел по городу, регулярно прикладываясь к бутылке и мрачнея с каждой минутой. Выхода из создавшейся ситуации не находилось, и я повернул к замку, решив все-таки направить свои стопы к месту медитации. С утра я несколько был недоволен своим решением, но сейчас, попивая холодное пивко, я вынужден был признать, что, кроме того, чтобы орать песни и думать, здесь заняться особо нечем. Поэтому этим я и занялся:

Черный во-орон...

Что ж ты вьёшься!

Над моею головой...

Ты добычи не дождё-ё-ёшься!

Ой, черный ворон, я не твой!

Концовка, залитая пивом, слегка смазалась, но на душе мне стало полегче.

Что ты когти распускаешь

Над моею головой?

Иль добычу себе чаешь,

Чёрный ворон, я не твой!

Эх... Что же делать? Задача: необходимо уничтожить два места, которые очень быстро высасывают из тебя всю энергию. Когда-то Пофиг рассуждал, что ему нужен уровень семисотый-восьмисотый, чтобы полностью выжечь вчерашнюю пещеру и это еще при наличие нужных заклинаний. Сейчас я в этом начал серьезно сомневаться. Я видел, как быстро вчера высосали силы из Верховного демона, и если бы не использованный артефакт, то еще не известно, чем бы закончилась вчерашняя бойня. Верховный шаман всесильный и непобедимый уже пару недель сидит в раздумьях, и не может предложить никакого решения этой проблемы. Возможно, это специально так сделано, и он очнется, когда до полного краха останется пара дней. Но надеяться на это нельзя. Кто есть еще, чьей помощью можно заручиться? Иван Грозный, элитный борец с нечистью? Хороший мужик. Хотя бы поговорить с ним надо, не у него, так может у его ордена есть что-то, что поможет нам в предстоящей борьбе. Кто еще? Старый друид, по словам хозяйки борделя, имеющий прямую связь с богом жизни. Да, с ним надо повидаться в первую очередь. Бог есть бог. Тем более, что бог жизни должен первым встать на защиту этого мира. Осталось только старого пердуна уговорить нас с ним познакомить.

— Эй, сержант! Держи, — Я бросил ему тощий кошель, — сгоняй до кабака, купи еще пива и мяса побольше, компоту еще возьми, и вообще, побольше всего, что-то я за последнее время отощал совсем. Я погладил себя по торчащим ребрам и снова плюхнулся на солому.

Что еще? Загадочные половинчики: низенькие ребята, с большими волосатыми ступнями и миролюбивым характером. Жители подземных нор и больших почитателей пива и пареной репы. Они непонятным образом связаны с древней расой киборгов, тех, что сейчас защищает Долину Хаоса. Как они связаны мне еще предстоит узнать, а узнать надо, они интересуются передовыми технологиями, и может, именно, у них получится найти оружие, способное справиться как с самой Мораной, так и с порождениями ее больного разума... Вдруг у них какой-нибудь лазерный меч есть, как у джедаев? После костюма Железного человека, я всего могу от них ожидать... Следующий на очереди Архимаг. Я с ним общался не долго, и не сказать, чтобы мы стали с ним очень близки, а уж потом, когда он заказал мне Остапа... Нет, пока с ним общаться бесполезно, но пусть будет, как запасной вариант. Маги, маги, маги... на поднятом нами острове много магов, однако с ними разговоров вообще не получалось, так что пока тоже нет, да и нужны игроки покрупнее... Бог смерти? Наши с ним поцапались, но я-то ничего плохого ему не делал, может и его как-то подтянуть к этому делу? Как? Не понятно. Есть еще какие-то ангелы, Майор про них упоминал, правда называл их сильно стервозными и опять же как их найти, не имея нужного квеста?

Я взял с подноса жареное свиное рёбрышко, макнул в сладко-кислый брусничный соус, с удовольствием вгрызся в истекающее соком мясо. Одобрительно помычал, отсалютовал Сискотрасу обглоданной костяшкой и взмахом руки отослал его обратно в каптерку, вновь задумавшись о своем. Кто, кто еще может помочь? Что там было в задании? Ах, да...

— Слышь, ты, ослоголовый, дай-ка мне тоже свининки, а то от местной бурды толку нет, одна изжога.

Я не торопясь оглянулся на соседнюю клетку, в которой вернулся к жизни похожий на медведя мужик. Заросший до самых бровей всклокоченной бородой, коренастый субъект, выдающийся нос которого явно указывал на его происхождение из рода гномов. Его характер и обращение ко мне понравились настолько, что я не пожалел сотни золотых и куска гранита и вызвал в его клетке здоровенного гранитного голема и приказал:

— Если этот господин скажет еще хоть слово, сядешь ему на лицо, и будешь сидеть на нем пока не отправишься обратно в свой ад, на местную каменоломню. Ожившая каменюка согласно кивнула головой и внимательно уставилась безглазой головой на нарушителя спокойствия, явно с удовольствием ожидая от того нарушения запрета на шум, но гном, не смотря на свой непрезентабельный вид, видимо не был законченным идиотом, и рта больше не открывал.

Хм... что там дальше? Места силы и их Хранители. Пределы их сил не известны, но даже те усилители, что давал нам один из них — зверски мощная штука. Использовав их на самых мощных бойцах, можно превратить их в полубогов. Неплохо бы узнать, на что эти Хранители еще способны, и чем могут помочь...


Внимание! Внимание! Внимание! Глобальное сообщение!

Только что в мир полностью вернулась раса эльфов

Раса эльфов возвращается в игру в полном объеме!

Предыстория: триста лет назад, проиграв сражение против объединённой армии темных рас, души эльфов были пленены Владыкой Преисподней, и пребывали там до сегодняшнего дня. Сутки назад был проведен ритуал освобождения с помощью легендарного Исполнителя Желаний, однако, его сила не могла пересилить силы владыки, пока в дело не вмешались игроки PAHAN и hfbvouer, ослабив его контроль и позволив Исполнителю Желаний свершить предначертанное. Теперь, в течении семи дней заточенные души пойдут на новый круг перерождения или, получив новые тела, возродятся в нашем мире.


Поздравляем! Задание: древнее эльфийское пророчество, выполнено.

Награда за выполнение задания:

Получено 5 уровней. Всего 303.

+1 уровень ко всем навыкам и умениям.

Отношение со всей расой эльфов достигает высшего значения.

Доступна покупка любых заклинаний магии природы.

Внимание! Вы достигли 303 уровня.

При достижении 300 уровня, вы теряете 30% опыта при наступлении смерти. Шанс потери вещей при смерти 30%.

При достижении 300 уровня, все ваши показатели увеличиваются и получают коэффициент 1,5.

Неожиданное сообщение, но от сердца немного отлегло, несмотря ни на что, меня сильно напрягало отсутствие новостей по этому делу. Теперь стало получше, да еще и, оказывается, мы непроизвольно посодействовали этому.

— Хм-м, неожиданно, но приятно, не плохо в тюряге посидел. Однако эльфы... пусть у нас и стали зашибатые отношения, но какие-то они скользкие, веры им маловато, хотя их магия природы нам бы пригодилась. Да, пригодилась бы. Как я понимаю, вся программа по изничтожению тварей Мораны делится на две части: напитать тварей огромным количеством энергии, заполнив их по горлышко, а затем очень быстро уничтожить, пока они не телепортировались домой, к мамочке. Вот с первой частью-то и могли бы помочь эльфы, а особенно одна, гадкая, жестокая, нежная принцесса...

Голова моя склонилась на грудь, недообглоданное ребро выпало из руки, упав на солому, и я снова погрузился в лечебный сон.

Глава 3

Яра яростно сдула чёлку, упавшую на залитый потом лоб, и запястьем вытерла сочившуюся из носа кровь, растирая алую струйку на пол-лица, и, не замечая этого, прыгнула со скального уступа на спину демону, всаживая в заросшую защитными пластинами шею парные клинки. Перламутровые рукояти кинжалов мягко запульсировали, возвращая владелице частичку сил и бодрости. После двадцатичасового боя их осталось немного, но на то, чтобы рассечь мышцы шеи и вонзить тонкое лезвие меж шейных позвонков их хватило. Демон запнулся, падая на колени, а затем, издав тихий стон, завалился на черные камни, взметая в воздух целые клубы пыли и жгучих искр. Принцесса оглянулась вокруг, и лицо ее потемнело: за прошедшее время она не продвинулась ни на шаг, вокруг все оставалось так, как и было в самом начале.

Надежды ее матери на всесильность Исполнителя Желаний, оказались напрасны. Всесильным он не был. Он лишь давал шанс, хотя в их положении это было очень, очень много. Стоило Яринке озвучить свое желание, стоя перед статуей скрюченного старца, как она оказалась в этом месте. Огромная сфера, мыльным пузырем зависшая в потоках первозданного хаоса, внутри которого находилось поле предстоящего боя: поля, заросшие изумрудной травой, кусты и деревья, с одной стороны и выжженная каменистая пустыня, усеянная обломками камней и торчащими из нее скалами с другой. У самого края сферы, среди зарослей леса высился легендарный Первородный Милорн — праотец народа эльфов, держащий в своих руках-ветвях сферу пульсирующего изумрудно-зеленого света; на другом краю, среди взрывов серных гейзеров и пышущих лавой вулканов, на черном троне восседал, небрежно положивший на колено огненную сферу и придерживающий ее одной рукой Верховный Правитель демонов. Две стихии встречались в середине, поглощая и уничтожая друг друга: жухла на земле трава, ссыхаясь, скукоживаясь и вспыхивая, очень быстро превращаясь в невесомый пепел и золу, там, где только что была плодородная земля, жизнь исчезала и появлялись багровеющие от подземного жара камни. А через минуту эту корку окаменевшей земли взламывали новые ростки травы. Побеги пробивались сквозь камень, отбрасывая их со своего пути, расправляя листья и тянулись открывающимися бутонами к свету, а еще через минуту, они опять начинали вянуть. А вскоре, их совсем не стало видно, затоптанные когтями и копытами демонов, уничтоженные под ногами эльфов. Две армии сшиблись на границе, возвращая хаос туда, где он еще недавно властвовал безраздельно. Рык и вой, скрежет оружия и хруст проламываемой брони, вопли раненых и стоны умирающих сливались в единую какофонию боя. Тысячи эльфов, вот уже три сотни лет заключенных в царстве демонов, боролись за свою свободу. Летели стрелы, усеивая тела демонов будто иголки шкуру ежа, метались копья, пробивая черные буркала и выламывая кости, выходили жалами из бронированных затылков, воздух разрывало такое количество заклинаний, что тот гудел, подобно высоковольтным проводам. Мечи и топоры обрушивались, разрубая тела и выпивая жизнь, и воины падали, и падали. Валились демоны, оседали на землю пронзенные насквозь эльфы, исчезая, растворяясь, превращаясь в хаос и возрождались вновь в задних рядах своего воинства и бежали, мчались, рвались вперед, чтобы снова найти там свою гибель.

Через пять часов беспрерывной бойни, когда руки принцессы буквально были залиты демонской кровью по самые локти, Праотец разродился трубным гласом, окружающий его лес вздрогнул, оживая, и выворачивая корни из земли, сплошным потоком несясь на встречу орде демонов, роняя и втаптывая их в каменистую землю, отрывали им крылья и руки, пронзая шипами, оплетая побегами... Принцесса, возглавившая это наступление сумела преодолеть половину расстояния до черного трона, но в этот момент в бою наступил перелом: засветилась земля, выпуская из открывшихся порталов массивные туши Палачей. Уродливые, массивные демоны, вооруженные гигантскими тесаками и топорами, одним ударом рассекали твердые древесные тела, откидывая их назад, превращая в прах. Атака умерла, сменившись контратакой, которую принцессе удалось погасить, только использовав весь свой самый убийственный арсенал навыков и умений. Еще немного и враг добрался бы до изумрудной сферы, и что тогда бы произошло? Погибли бы все эльфы? Или превратились бы в вечных рабов демонов? Не зря ее лорд не доверял Исполнителю, тот требовал за свои услуги непомерную цену. Когда последний Палач пал, до Праотца осталось не больше сотни метров. Эльфы пошли вперед, восстанавливая статус-кво и орды снова сшиблись в беспрерывной борьбе. Демоны не отступали. Сотни элитных воинов отстаивали волю своего Владыки и только принцессе было суждено переломить этот ход событий. Она уже десятки раз пыталась пробить оборону, увлекая за собой большие отряды и малые группы, множество раз пыталась пробиться в одиночку, но каждый раз ее заставляли отступать, откатываясь на поросшую травой землю. Дальше всего удавалось пройти, когда пятичасовой цикл приносил мощное подкрепление в ее ряды, но и последующие за этим отступления, откатывались все дальше, и если все так и пойдет дальше, то следующее наступление закончится катастрофой. Яра со смертельной тоской посмотрела на оживающий лес: как бы ни пошли дела, в этот раз она не отступит и пойдет до конца. От этого зависит слишком многое, чтобы в это время думать о своей жизни. Повернулась к демонам и не поверила тому, что увидела: Верховный, все это время неотрывно следящий за полем боя, склонил голову набок, будто к чему-то прислушиваясь, затем пошел рябью и просто исчез, а бесхозная сфера свалилась на сиденье трона, продолжая все так же призывно пульсировать. Яра на столько удивилась, что в первый миг пропустила начала атаки, когда взбешенные дендроиды пронеслись мимо нее, но уже в следующее мгновение мчалась вперед, обгоняя их ряды. Упала на колени, проскользив по траве меж ног демона, взрезая ему сухожилия и вскрывая вену на внутренней стороне бедра, и через миг уже вновь была на ногах вихрем устремляясь вперед. Прыжок, ухватиться за ветвь дендроида, крутануться вокруг, взлетая в небеса, приземлиться на плечо демона, вогнать болт тому в макушку из наручного арбалета, перемахнуть на следующую тварь, ускоряясь еще больше. Время затормозилось, наполнившись пролетающей мимо сталью, заклинаниями, вспарывающими пространство жуткими когтями, клыками, и усеянными шипами чешуей. Быстрее, быстрее, еще быстрее. Все союзники остались далеко позади, кровь из носа течет уже не переставая, тело раздирает сгустившийся воздух, в одном стремлении: вперед, вперед, вперед! Превращающаяся в пыль кровь демонов, розовым туманом отмечала ее путь. Миг, и она исчезла в инвизе, пропадая из этого пространства, тела, плечи, головы демонов замелькали под ее ногами, миг, и вот пустующий трон уже совсем рядом. Оттолкнуться от плеча охранника, взмывая в воздух, устремиться к такой близкой цели. Пространство рядом с троном разорвалось, открывая окно в преисподнюю. Продирающийся сквозь него Верховный на долю мгновения замер, казалось, глядя прямо Яре в глаза, и на встречу невидимой цели устремилось лезвие гигантского меча, будто пустой воздух рассекая тело принцессы. Морду демона тронула злая усмешка и пропала: кинжалы в руках трупа распались пеплом, собирая половинки воедино и вдыхая в них жизнь. Еще доля мгновения, и руки принцессы обхватили огненную сферу, мертвой хваткой прижимая ее к иссеченному шрамами телу... Вспышка и все исчезло, остался лишь первозданный хаос, с начала времен мечущийся и беспокойный...

Я вскинулся, приподнимая голову, непонимающим, мутным взглядом обводя окружающее пространство. Прутья решётки, наконец, подсказали, где я нахожусь. Рукавом стер натекшую на подбородок слюну, отпихнул в сторону пустую кружку. Разлившееся пиво впиталось в подстилку, упавший кусок бекона покрылся белесым налетом и прилипшими соломинками. Я с отвращением бросил его к дыре в стене, откуда время от времени выглядывала любопытная крысиная мордочка. Похрустел затекшей шеей, протер руками глаза, полностью возвращая себя в этот мир. Увиденный сон, оставил у меня гнетущее впечатление: я очень отчетливо чувствовал соленый вкус крови на губах, жуткую боль от раздирающего тело клинка демона... понятно, что все закончилось не плохо, но вид разрубленной пополам Яры и прочувствованная мной боль, зародили в моем животе ледяной ком. Еще недавно я сожалел, что поиздевался над Владыкой ада, теперь этого мне было уже мало, придется при случае припомнить ему его неправильное поведение. Хорошо хоть подаренные мной кинжалы сработали, вернув ей жизнь и дав завершить практически не выполнимую миссию. Зря Яра, вообще, в это ввязалась, если бы не счастливая случайность, все могло закончится очень трагично. Какова была бы расплата за проигрыш, известно лишь Исполнителю желаний.

Эта мысль навела на меня грусть и тоску, я сам часто действую очень опрометчиво, без всякого плана. А сейчас и в моей игре ставки слишком велики, я старался об этом не думать, чтобы поберечь нервы и не уйти в полный ступор, а думать надо...

— Слышь, сержант, ты Мадам Марго, хозяйку борделя знаешь.

— М-м-э-э...

— Понятно, знаешь. Организуй нам с ней встречу, через часик другой.

— С мадам Марго? Так она вроде сама уже с клиентами не работает, да и тащить в тюрьму девку из борделя, это не то, что еды из ресторана принести...

— Во-первых, мне с ней надо просто поговорить, во-вторых, я сам могу к ней сходить, да ты сам просил меня никуда не выходить, и в-третьих, интересно, что с тобой сделают ее высокопоставленные друзья, если она им пожалуется, что какой-то сержантишка её бордельной девкой называет?

— Я уже иду, только никуда не уходите.

— Хорошо, вали уже.

Я опять откинулся на прутья решётки, но раздавшийся за спиной грохот снова отвлек меня от дум.

Внимание! Призванный вами гранитный голем уничтожен.

— Слышь, ослоголовый, я, кажется, у тебя мяса просил, или ты к своей уродливости еще и глухой?

Пришлось обернуться и глянуть назад. Сидящий в соседней клетке гном обсосал костяшки на правом кулаке, сплюнул кровь на каменный пол и опять вперил в меня взгляд своих мелких темных глазок.

Нормально, он что одним ударом кулака каменного голема завалил?

— Как ты так его? — Я выбрал с подноса рёбрышко пожирнее и впился в него зубами, вопросительно глядя на коротышку.

Тот долгую минуту молчал, наблюдая за моей трапезой, но затем всё же пробурчал:

— Ха, ты камнем гнома вздумал пугать? Там надо только точку нужную найти, да вдарить по ней хорошенько, он и развалится.

Я кивнул, взял с блюда еще одно ребрышко, а остальное просунул сквозь решётку и толкнул по полу блюдо к сидельцу.

— Как тебя звать-то, висельник?

Минуты три гном не отвечал, с рычанием вгрызаясь крупными желтоватыми зубами в жареное мясо, затем, утолив первый голод, нехотя буркнул:

— Аркенор.

— Чего?

— Аркенор, говорю, ослоголовый.

— За что сюда загремел?

— Не твое дело. Отвали.

Ну ладно, это не последняя моя здесь трапеза, еще поговорим. Что там еще я хотел узнать? А да...

— Эй, служивые, есть кто живой?

Дверь в соседнюю комнату открылась и оттуда выглянул какой-то мутноглазый субъект:

— Чего разорался, убогий, давно плетей не получал?

— Я тебе эту плеть сейчас в задницу засуну. Я личный пленник самого Вандэнбрука и, если не хочешь неприятностей, метнись быстренько к вашему телепортатору, и пригласи его сюда для краткой беседы.

— Чо?

Понятно, товарища взяли в стражники не за ясный ум и хорошие манеры.

— Чо, чо, если мне ради такой мелочи придется Вандэнбрука отвлекать, то тебе не поздоровится. Сиськотрас только ползамка своей зубной щеткой вычистил, вторая половина тебе достанется.

— Так у меня и зубной щетки нет.

— Это я по твоим зубам вижу, ничего, языком все вылижешь.

Страж соображал туго, но видимо, как любой скорбный разумом, думал задницей, а она явно почувствовала, что я не шучу.

— Не надо Вандэнбрука, я сам схожу. К кому надо, говоришь?

— К мастеру телепортатору.

— А-а...

— А если откажется приходить, скажи, что я сам к нему в гости приду, только в этот раз сразу с двумя зонтиками.

— Зонтиками?

— Зонтиками, зонтиками, передай ему, он поймет.

— Понятно: телепортатор, зонтики, я пошёл?

— Иди, иди.

Я опять откинулся на солому, но не успел как следует заснуть, как солдафон вернулся, а вслед за ним из-за угла опасливо выглянул мастер-телепортатор.

Надо же... может этот солдатик и не такой тупой, с первого же раза нужного субъекта привел.

— Добрый день, уважаемый, да вы проходите, не стесняйтесь, присаживайтесь... Слышь, ты, служивый, принеси дедушке скамеечку, не видишь, нам обстоятельно поговорить надо.

— Благодарю, стула не надо, я постою, так что вы от меня хотели?

— Хочу узнать все о телепортах, через которые можно с места на место протащить живое существо, большое, очень большое существо...

Глава 4

— Отходим, отходим, отходим! — Завопил Майор, подставляя плечо еле стоящему на ногах Каляну, втаскивая его на следующую ступеньку лестницы, ведущей к Храму Всех Стихий. Группа гномов, под предводительством Добрыни, прикрывала отход остального отряда. Правда, делать это против пары сотен магов, было довольно затруднительно, тем более издалека, когда ты вооружен лишь молотом, а на тебя сыплются десятки дальнобойных заклинаний и только дикие резисты у гномов и неимоверное количество хитпоинтов у здоровенной, закованной в адамант живой горы, не давали им сложиться, не сходя с этого места.

Поход к ближайшему данжу не удался, не пройдя и половины пути до него, они нарвались на большой отряд идущих с побережья магов и в первую секунду стычки, потеряв Олдрига с Альдией, теперь отступали обратно к храму.

— Отходим!

Добрыня кивнул, и гномы, слитным движением перекинув щиты за спину, устремились верх по лестнице. В отличие от пришлых, им было не возродится, так что единственный их шанс уцелеть — это добраться до древнего телепорта. Успеют ли они это сделать — вопрос, шеренга магов по горной тропе уже вливалась на площадку перед лестницей, идущей к Храму, и начали уже мутить какое-то масштабное колдунство.

Майор вздернул Каляна на верхнюю площадку, устремляясь к древнему телепорту, но тут, целые сутки запертые двери Храма, заскрипели, распахиваясь и на пороге показался Эль, призывно махая рукой.

— Сюда! Давайте все сюда!

Из ворот выскочили молодые эльфы, стаскивая с Майора тушу Каляна и уволакивая его внутрь храма, остальные выскочили на край площадки, натягивая луки и пуская стрелы в сторону толпящихся далеко внизу магов. Однако стрелы, оставляя за собой инверсионный след, взрывались в воздухе, закрывая поднимающийся отряд облаком непроглядного дыма, закрывая его от глаз магов. Гномы, совершив решающий рывок, ввалились внутрь храма, и ворота за ними с глухим стуком закрылись.

— Майор, ты сума сошёл! Мы теперь в ловушке...

Добрыня замолк на полуслове и даже стащил с взмокшей головы адамантовый шлем, уставившись на горящую в центре зала голограмму. На ней в тончайших деталях был изображен сам Храм, окружающая его площадь и даже фигурки начавших подниматься по лестнице колонн магов. Стоящий рядом с голограммой Ром, с закрытыми глазами положил руки на светящуюся панель, бегая по нему длинными тонкими пальцами что-то беспрерывно бормоча. Через миг он замер и слегка помедлив, положил руки на загоревшееся на панели яркое пятно. Изображение площади вокруг храма покрылось рябью и меж каменных плит в воздух начал бить черный туман, в единый миг обволакивая ноги, а затем и тела магов и в тот же миг из-за двери послышался ужасающий многоголосый вопль: маги, те что послабее тут же начали распадаться на части, взлетая вверх вихрями черных хлопьев. Немногие, что выжили, лишились нижних конечностей, но сумели взлететь в воздух окутываясь многочисленными слоями защитных заклинаний, однако с вершины храма ударил знакомый нам по битве луч света, пробивая все преграды насквозь, моментально превращая магов в горстки пепла. Ужасающие вопли и предсмертные хрипы очень быстро начали стихать, пока, после очередного неистового, полного нечеловеческой боли вопля, не исчезли совсем…

— Бедная принцесса, — наконец, нарушил молчание Майор, — у меня в жизни было много мужчин, но никто из них был не способен издавать столь ужасные звуки. Это просто кошмар какой-то.

Он неожиданности этого признания, я еще раз всхрапнул, резко дернулся, ударяясь головой о прутья решётки и проснулся.

— Бывали, конечно, и у меня храпуны, — голос Майора сменился на приятный чувственное женское контральто, — но, чтобы так... видимо, у него в носу перегородка сломана. Бедная девочка, надо ее спасать.

Я при этих словах резко сел, при этом чуть не уткнувшись носом в шикарное, обрамленное игривыми кружевами декольте гостьи, прислонившееся к решетке, но почти сразу на этот самый нос легли тонкие пальчики в бархатных перчатках и с такой силой хрустнула моими хрящами, что у меня будто ледяной кинжал вбили в мозг, мгновенно вырывая из уютных объятий сна. Я дернулся назад, но стальные пальчики не дали мне этого сделать, а исходящая от них еле видимая аура быстро погасила боль, и срастила выправленную перегородку.

— Добрый день, лорд Пахан, — мадам Марго легонько похлопала меня по щеке и отпустила, поднимаясь на ноги и глядя на меня сверху вниз, — зачем вы меня сюда позвали? Вы хотели вернуть мне моего Грымчика?

— Я? — Я недоверчиво ощупал сломанный и тут же залеченный нос, — Позвал? — После такого пробуждения я даже не сразу вспомнил, кто это передо мной, не говоря уж о том, что я от этого кого-то хотел, но через пяток секунд реальность начала вытеснять мир грез и я все вспомнил.

— А, да, звал. Грыма я вам верну, на пару дней, но сначала я хотел узнать, что вы смогли узнать о вашем друиде и о его связи с Богом жизни.

— К удивлению, не много. Девочки как могли высасывали из него информацию, но почти безрезультатно. Вот, — она протянула ко мне руку, кладя ее на мою ладонь.

Я было дёрнулся, вспоминая ни с того ни с сего сломанный шнобель, но это прикосновение оказалось на удивление мягким.

Внимание! Получены координаты Озера Пескарей.

Получено задание: рыбак рыбака...

Описание: каждую среду и субботу глава Гильдии друидов города Другмир, проводит время на рыбалке на Озере Пескарей. Добейтесь его расположения и получите от него нужную вам информацию.

Награда: доступ ко второй части задания.

— Больше мне об этом деле ничего не известно, знаю только, что он туда отправляется рано, еще до утренней зори. А теперь верните мне Грыма, и я пойду.

— Ладно, — я залез в книгу призыва, одобрил списание пяти золотых монет, призывая гоблина-рудокопа в нашу реальность.

— Здорова, смертник, — появившийся Грым фривольно положил руку на зад прильнувшей к нему мадам Марго, и злобно ухмыльнувшись, глянул на меня, — ну ты и дал жару, вся преисподняя на ушах стоит, архидемоны да тиаматы по углам ныкаются, боясь свои рожи на свет адский показать. Обидчика своего Верховный найти не смог и, поговаривают, пару лучших легионов из самых низов ада в капусту покрошил, срывая злость и поминая всуе некоего Пахана.

— И тебе не болеть, а с чего бы это вдруг? Я, вроде, ничего такого не сделал?

— Не знаю, тебе виднее, только я бы на твоем месте, ближайшие лет сто-двести ему на глаза не попадался. Пойдем Маргуша, мне тебе срочно кое-что показать надо.

— Ну не здесь же, хотя... — мадам Марго начала оглядываться, выискивая уголок потемнее.

— Так, всё, идите уже отсюда, только совокупляющейся парочки для полного счастья мне здесь не хватало. Сиськотрас, выпроводи их и убедись, что они не остались тут в каком-нибудь тупичке и заодно сгоняй до нашего ресторана, пусть Антонио что-нибудь из своего фирменного пришлет.

Я откинулся на солому и залез в пришедшие во время сна логи.

В первых говорилось, что опыт, который добыли для меня мои соклановцы, мне не достанется, ибо нахожусь я от них слишком далеко. Второй был поинтереснее и, наверное, по своей значимости было не меньше, чем потеря нашего связного.


Внимание! Дружественное вам существо земляной элементаль "Зёма", последний месяц усиленно насыщался ценными минералами и металлами, он добыл сердце другого гораздо более могущественного существа, испробовал высокоэнергоемкие минералы доступные лишь в одном месте волшебного мира, окунулся в первозданную стихию земли напитавшись её сутью и теперь достиг точки перерождения, переступив сразу через ступеньку в своем развитии. Время перерождения земляного элементаля "Зёма", в Великого земляного элементаля "Зёма", составляет 7 суток.

Возрадуйтесь! Через семь дней у вас появится новый гораздо более мощный союзник!

— Возрадуйтесь...

За Зёму я рад, но, с другой стороны, получается, что мы потеряли нашего верного союзника Гошу, в десятках обличаев сопровождающего наш клан практически с первых дней появления его в этом мире. Нас преследуют сплошные потери в последнее время. Это очень грустно. Я глянул в кружку с остатками выдохшегося пива и скривился. Выплеснул остатки на пол и набулькал себе на два пальца древнего гномьего рома, отхлебнул, одобрительно помычал, сел прислонившись к решётке, опять погружаясь в думы. Не очень удобная для этого обстановка, но судя по тому, что слегка разгневанный Верховный демон, жаждет из моей шкуры барабан сделать, но найти меня не смог, то мой выбор убежища был неплох. Хотя, с другой стороны, черновой набросок дальнейших действий у меня уже сложился, но сидя здесь, выполнить задуманное весьма затруднительно. Конечно, и с этим можно справиться, однако, хотелось бы самому во всем задуманном поучаствовать. Можно надавить на Сиськотраса, чтобы он меня выпустил, но жалко его как-то и так уже из-за нас по полной огреб. Через его голову обратиться сразу к Вандэнбруку? Может и сработает, а может он прикажет меня тут навечно запереть и ключ потерять.

Что там еще дальше? Ах, да, у меня же в сумке лежат вещички с Верховного мага, во всей этой суете я про них запамятовал, а сейчас у меня как раз оказалось дней семь-восемь совершенно свободного времени. Надо посмотреть, что там у меня завалялось...

Пару минут спустя, пришлось отложить вытащенные вещички и позвать только что вернувшегося Сиськотраса:

— Слышь, сержант, не хрен рассиживаться, сгоняй давай на второй этаж, притащи мне сюда вашего гнусного артефактора, мне ему надо один фальшивый монокль куда-нибудь в интересное место засунуть... А ты чего покраснел? Да ладно, ладно, не тушуйся, не сделаю я ему ничего, наверное...

Последнее слово я произнес уже про себя, а то еще не приведет старичка, а я с ума сойду от любопытства, желая узнать, что это такое передо мной.

Браслет будто отлитый из полупрозрачного стекла, плоская шапочка, на удивление сильно похожая на ермолку, туфли и залитый почерневшей кровью амулет.

Запыхавшийся сержант опять исчез в темных коридорах замковых подвалов, а я вытащил книгу призыва и начал рыться в ее содержимом, и когда мастер-артефактов, в сопровождении сержанта соизволил навестить бедного узника, я был готов к его приходу.

— Какого дьявола, сержант! Зачем вы притащили меня сюда?! Я буду жаловаться Вандэнбруку!

— Спокойно, спокойно, не кипишуй, а то еще инфаркт хватит. Впрочем, у вас же нет сердца и это вам не грозит.

— Молодой человек, вы в прошлый раз сами выбрали свою награду, так что не надо последствия вашего необдуманного поступка перекладывать на меня, никто не мешал вам выбрать любой другой приз.

Я заскрипел зубами, но вынужден был признать его правоту:

— Это так и все же я вижу, что этот ваш неблаговидный поступок гложет ваш мозг, и я великодушно даю вам шанс исправить возникшую ситуацию: вы бесплатно опознаете для меня вот эти четыре предмета и мы будем квиты.

— Ничего я в этой вонючей дыре распознавать не буду и уж тем более бесплатно!

— Понимаю, — со вздохом признал я, — давайте тогда я буду первым.

Я отдал приказ и призванный мной на потолок каталажки Языкан, спустил вниз свой язык, со смачным хлюпаньем присасываясь к голове вскрикнувшего артефактора, и приподнимая его над полом.

— Вам повезло, что вы лысый — оповестил я старичка, — и ему не пришлось пускать в ход свои клыки, чтобы приподнять вас над нашей грешной землёй, но как я и сказал, давайте я начну с определениями первым. Мой товарищ принадлежит к семейству сухопутных плотоядных моллюсков, род полоязыких. Когда я ему прикажу, он подтянет вас к себе поближе, воткнёт свои ложноножки в горло, выпустит запрятанные в кончике языка клыки и вскроет вам черепную коробку, затем выдвинет свой хоботок, взболтает в вашей черепушке мозг и высосет его, после чего скинет ваши останки вниз, где они достанутся крысам на пропитание. Во-о-от… Я свою часть опознания произвел, а теперь ваша очередь.

Я поднес к глазам застывшего в испуге артефактора ермолку:

— Определяйте и поспешите, мне трудновато сдерживать гастрономические порывы своего друга...

Пять минут спустя, когда эхо от воплей возбужденного артефактора погасли в лабиринте темных коридоров, я счастливо плюхнулся на пук соломы и залез в новый функцианал игры. Вздохнул, вспоминая Абрам Моисеича и начал набирать текст сообщения: PAHAN — hfbvouer.

- Пофиг, здорова, чем занят?

Ответа не было минуты три, но, наконец, ответ пришел:

- Черт, а я надеялся, что мы от тебя хотя бы на неделю избавились, совсем забыл, что нам почту врубили.

- Знаешь, я хотел тебя обрадовать, но ты только что отказался от одного из шикарных подарков. Я его себе, пожалуй, оставлю.

- Ладно, ладно, чего ты хочешь, о великий и прекрасный кланлид?

- Вот, так-то лучше. Чего делаешь, спрашиваю?

- Мифрил ковыряю.

- Чего? С каких это пор ты у нас рудокопом стал?

- Рудокопом? А, нет, я его из пробирок и бутылей выковыриваю.

- Чего?

- Тебя заклинило, что ли?

- Какой мифрил, какие пробирки?

- Пробирки алхимические, мифрил мифриловый.

- Ничего не понял, ты что, философский камень сделал и теперь из свинца мифрил делаешь?

- Не, это из пещеры, где мы с Верховным схлестнулись.

- ???

- Ты же не думаешь, что я там просто так в отрубе валялся. Когда самородок под нами начал плавиться, я все пробирки и пустые флаконы им наполнил. С ними проблем нет, разбил и содержимое вытащил, но вот как из моего походного котелка его выковыривать, я не представляю...

- Охренеть, и много ты его добыл?

- Да нет, он легкий, так что всего кило пятьдесят-шестьдесят получилось.

- Фига се, ладно ты прощен, загляни на аукцион, я там тебе парочку презентов оставил.

Представляю его физиономию, когда он получит вещички верховного мага, там в одной шапке пять новых встроенных высших заклинаний, не считая кучи характеристик, улучшения навыков и умений. А браслет позволял пользоваться в одиночку групповыми заклинаниями, если ты владеешь хотя бы одной частью такого заклинания. Значит теперь нам будет доступно то заклинание в виде НЛО, часть которого мы нашли в убитых магах, а что еще найдут наши сокланы на том острове и представить трудно...

- Разрешаю потратить четыре ляма на привязку артов, давай, отбой.

Деньги, конечно, просто невменяемые, но потерять такие артефакты просто недопустимо, а с получением трехсотого уровня, шанс на это стал как никогда велик.

Я полистал список сокланов и решил написать Майору, однако, здесь меня ждал облом:

Внимание! Связь отсутствует: игрок Майор находится от вас слишком далеко.

Попытки связаться с остальными соклановцами привели к аналогичному результату. Пришлось бросить это бесперспективное занятие. К счастью, в это время как раз прибыл мой заказ из Головы Мертвой Королевы, и я снял крышку с принесенного поднося с удовольствием вдохнув идущий из-под нее ароматный пар.

— Слышь, ослоголовый, давай сюда мою часть. — продравший глаза гном, жадно повел своим мощным носом и требовательно протянул ко мне руку, — овощи можешь себе оставить, а мяса мне давай побольше.

Я проигнорировал грубияна, уютно устроив поднос у себя на коленях, наколол на вилку запечённый на гриле кусок баклажана и театрально закатив глаза, отправил его в рот. После чего уже вполне натурально похмыкал, восхищенно покрутив в воздухе вилкой и голодным волком накинулся на принесенные блюда.

Ну, что сказать, мастерство Антонио растет с каждым днем, скоро отличить его стряпню от блюд МарьИвановны будет невозможно.

— Ты чё, оглох, мяса дай, а то, когда оно остынет, налет жира на нёбе неприятный остается.

— Да вы, батенька, эстет. Но, вы зря переживаете, тюремная баланда пройдет через ваш организм ваще без вщяких оштановок...

Потекший с жареной оленины мясной сок несколько смазал четкость моих последних слов, но думаю их смысл остался понятным.

— Ладно, ослоголовый, ни за что меня повязали. Я просто в местных катакомбах ковырялся, искал что-нибудь интересное, а тут эти топтуны набежали, подло оглушили и в каталажку упекли. Все, давай сюда мясо, оголодал я что-то.

— При чем здесь твой неинтересный рассказ и мое мясо?

— Ты же сам спрашивал, за что меня повязали, так вот ни за что.

— А ты чего копал-то? Склеп, какой вскрыть хотел, клад искал или подкоп к женской бане, чтоб подглядывать там втихаря?

— Да больно надо мне за вашими бабами подглядывать: у них одни кости да кожа, да и не то, что бороды, трехдневной щетины и той нет, ноги и те у многих не волосатые, срамота!

— Он в древнем эльфийском могильнике копался, в катакомбах, что у нас под городом, — влез в разговор Сиськотрас, — а у нас договор с ними на охрану их мертвых, вот и повязали лопуха, когда он пытался с выкопанного скелета колечко снять. Теперь передадим его длинноухим, пусть сами с ним разбираются.

— Ого, да ты у нас черный копатель, получается? Интересно, что с тобой эльфы сделают? Небось на кол посадят. Так что еда тебе не нужна, она при этом деле явно излишня. Да ладно, не бледней, там всего и делов-то на два-три дня, помучаешься и вперед на новый круг перерождения. Если повезет попадешь в тело какого-нибудь плешивого гоблина, и будешь до конца жизни на крыс охотиться.

— Вряд ли в гоблина, — опять влез сержант, — слишком туп для этого, скорее всего в баобаб вселится и будет баобабом тыщу лет пока помрет.

Гном из бледного стал прямо-таки зеленоватым, видимо, уже, явно, готовясь стать баобабом.

— Впрочем...

— Что, впрочем, осло... уважаемый? — Гном аж вжался лицом в решётку, ловя своими развесистыми хрящеватыми ушами каждое мое слово.

— Впрочем есть у меня среди эльфов связи, и я бы мог... а хотя нет, всё равно от тебя толку нет, не подойдешь ты для моего задания, слишком сложно для тебя, так что я даже напрягаться не буду.

— Э-э, слышь, человече, ты можешь на меня полностью положиться, только вытащи меня отсюда!

— Человече? — Я внимательно осмотрел обглоданное ребро, и убедившись, что оно достаточно чистое, чтобы можно было отправить ее крысам, взялся за следующее, — человече? А как же ослоголовый? Я уже было стал привыкать к нему, и даже скучать бы стал по нему, когда тебя на кол посадят.

— Что ты, уважаемый, это же шутка была, ха, ха, просто шутка.

— М-да? Мне не нравятся такие шутки.

— Больше не повторится, человече, ты только вытащи меня отсюда, и я все сделаю.

— Хм-м, ну, положим, от эльфов я тебя, возможно, отмажу, но вот у господина сержанта к тебе есть пара претензий.

— Ага, — согласился сержант, и каждая претензия по тысяче золотом.

Сержант вытащил из-за пазухи свиток, развернул его и с выражением прочитал:

«Иногент гном Аркенор, сын Дубинора, тайно проник на территорию захоронения высших эльфов, разрушил два саркофага с останками представителей благородных семейств, похитил захороненные там сокровища.

Приговор: штраф, две тысячи золотых монет с последующей депортацией народу эльфов.»

— Что? Да там колечки-то были грошовые, откуда такие штрафы?

— Да я не настаиваю, после казни мы просто заберем все твое имущество, в уплату штрафа, так что за это можешь не переживать.

— Ладно, ладно, я заплачу, а ты точно меня от эльфов отмажешь?

Я неторопливо отложил очищенное ребрышко и сыто рыгнул:

— Даже не знаю. Мне необходимо сделать парочку дел, но, как видишь, я пока занят. Если ты за это дело возьмёшься, я тебя освобожу.

— Все сделаю, человече, не сомневайся.

— Ладно, плати штраф, я сейчас:

Пофиг, ну как ты там? Отошел уже, или все еще стоишь на коленях перед моей фотографией в благоговейном экстазе? Чую, что еще не отошёл. В общем так, кончай облизывать свои новые приобретения, иди на склад, там должны быть вещи, притащенные из города древних. Выбери пару-тройку артов поинтереснее и топай к герцогскому замку. Я тут тебе проводника нашёл, метнёшься с ним к гномам.

- К гномам? Какого черта мы там забыли?

- Во-первых, обрадуешь коротышей, что мы их горы от заразы спасли и им можно возвращаться в родные пенаты, глядишь на радостях они нам каких-нибудь плюшек отсыплют, но главное договорись, чтобы тебя к тайному месту отвели, где они с половинчиками контактируют. Это будет, во-вторых. Там ты оставишь эти арты с посланием, что мне хотелось бы с ними перетереть за жизнь. Дождёшься ответа, а пока ждешь, организуй там небольшую группу любителей приключений. Можешь пустить слух, что идете добывать клад, пусть их твой провожатый возглавит, он как раз черным копательством занимается.

- Что за клад?

- Пока не знаю, но на Еванделии, что не пещера, то клад, что ни данж то какой-нибудь эксклюзивный хабар, есть ощущение, что мы найдем им интересную работенку и очень скоро боевая группа гномов-рудокопов нам понадобится. Давай, собирайся, твой клиент уже расплатился, через пять минут будет ждать тебя у выхода.

- Вот черт, а я-то надеялся, что хоть пару дней удастся отдохнуть.

- Покой нам только снится...

— Да и то не всем, — грустно пробормотал я про себя, сворачивая почту и давая сигнал Сиськотрасу, — все сержант, выводи его, смертельную метку я на него уже поставил, если попробует ослушаться моих приказов до конца задания, превратится в горстку пепла.

Гном опять побледнел и еще раз поклялся, что сделает все как надо, и я взмахом руки отправил их прочь.

Ладно, с этим направлением пока все решилось. Теперь надо Майора вызывать. Кому как не ему идти знакомиться с престарелым рыбаком-друидом? С другой стороны и Еванделии люди нужны, ведь там дел непочатый край, а всяких новых плюшек больше, чем где бы то ни было.

— Ну что, сержант, отвел бедолагу? Ты прям артист, отлично свою роль отыграл. Что, говоришь, он там у вас рыл?

— Да я же говорил, отрыл могилки каких-то крестьян, судя по распоряжению, — Сиськотрас помахал уже виденным мной свитком, — его надо было просто выдворить из нашего города, но вы тут такой спектакль разыграли...

— Да, не люблю грубиянов, пусть теперь поработает, трудотерапия она хорошо перевоспитывать помогает, тем более мне как раз гном-проводник нужен был.

— А что с деньгами делать? На него штраф всего в пять серебряных монет выписан был.

Я подумал и махнул рукой:

— Оставь себе, пусть будет небольшая компенсация за прилетевшие от нас неприятности, но я бы на твоем месте задумался: со службой у тебя что-то не очень складывается, я бы на твоем месте в артисты пошёл, у тебя настоящий талант.

Глава 5

Майор аккуратно раздвинул ветви куста, вглядываясь в открывающийся пейзаж и тут же недовольно поморщился, брезгливо помахав у себя перед лицом рукой, разгоняя в стороны взметнувшийся в воздух рой микроскопических крабов. За прошедшие с поднятия острова дни, те отрастили настоящие крылья и все больше начали походить на натуральных насекомых, а уж своим противным гулом превосходили надоедливых комаров на порядок, да еще очень организованно нападали на игроков, облепляя тех отвратным шевелящимся трескучим ковром, дружно отщипывая от них кусочки плоти своими гипертрофированно разбухшими клешнями. Эльфы с помощью магии природы научились довольно успешно их отпугивать, но сейчас все они разошлись в стороны, изучая торчащий посреди поляны объект. Пришлось использовать некромантскую абилку с откатом в час: на серьёзных монстров она действовала не шибко впечатляюще, слегка обессиливая и нанося урон разложением, с этой мелочью все выглядело несколько иначе: крабонасекомые на миг замерли, неподвижно зависнув в воздухе, их тела неожиданно начали истекать болотной слизью, и тут же рассыпались в прах, осыпаясь на землю, оставляя кружиться в воздухе сотни прозрачных, радужных ничем не скрепленных крылышек. Налетел ветерок, ударяя в ноздри миазмами гнилостного затхлого тлена, заставляя некроманта еще раз поморщится, но цель была достигнута: воздух очистился от надоедливой мошкары открывая вид на возносящуюся к небесам башню. Судя по бойницам, десятиэтажное здание было окружено подсобными помещениями, пристроенными прямо к главному сооружению. Из торчащих на покатых крышах труб валил черный, жирный дым, явно показывая, что башня не пустует, а окружающие подсобные помещения отвалы золы и сажи намекали, что производственный процесс, каким бы он ни был, идет полным ходом. Отходов этого производства было столько, что сквозь них не смогли пробиться даже вездесущие джунгли заполонившие за эти дни весь остров, даже дорога, на которой сейчас стоял отряд Майора, с обеих сторон так густо заросла буйной растительностью, что в паре метрах от нее уже ничего нельзя было рассмотреть и даже многие камни дороги были выворочены пробивающейся сквозь них вездесущей молодой порослью. Нестерпимо жужжали насекомые, невидимые птахи надрывались так, будто во время алкогольной вечеринки переспали со страусом и теперь каждой из них предстояло снести по двухкилограммовому яйцу, в ветвях мелькали тени проворных обезьянок, но никакой разумной жизни вокруг башни было не видно. А, нет, есть такая... впрочем, Пахан здесь бы со мной поспорил:

— Ну, что там? — Ни одна ветка окружающих кустов не шевельнулась, но прямо у меня перед носом оказался Эль — тот самый носитель сомнительного разума. Или сомнительный носитель разума? Пахан сомневался есть ли там разум вообще, думая, что его давно заменил поселившийся в ушастой черепной коробке зеленый змий...

— Каменная башня, в десять этажей, плюс чердак и неизвестное количество подвальных этажей. В бойницы и через трубы не пробраться, вход один, тот самый, что видно отсюда, присутствия противника не обнаружено.

М-да-а-а, после не хорошего расставания с кланлидом и последовавших за этим событий, Эль с Ромом стали слишком серьезными, всем видом показывая, что больше с их стороны никаких подстав не будет, мне же прежние разгвиздяи нравились больше. Надеюсь, они с Паханом смогут восстановить прежние отношения, а то сейчас эта парочка, да и остальные длинноухие больше на биороботов стали похожи, безропотно выполняя все порученные им задания, и даже пить перестали, а ведь прежде их увидеть без откупоренной амфоры легкого эльфийского вина можно было только во время сна. То же и с остальными эльфами: как только пришло сообщение о полном возвращении народа эльфов, те, бухнувшись но одно колено, принесли клятву вечной службы нашему клану и с тех пор носились как заведенные, принося дичь для общественного котла, разведывая окружающую обстановку и защищая от монстров, типа того каменного тролля, что сейчас шагал с отрядом в виде поднятого зомби. Это было удобно, но присущая этому походу душевность несколько угасла, надеюсь, и здесь в скором времени произойдут подвижки.

— Магов нет, говоришь?

— Именно так, внутри здания, судя по дымящим трубам, народ есть, но вокруг тишина.

— Отлично. Есть время приготовиться к захвату башни спокойно.

Некромант поскреб жёсткую щетину и тихо произнес:

— Интересно, что бы в этом случае придумал Пахан?

Окружающая его команда непроизвольно вздрогнула и быстро осенила себя крёстным знамением:

— Какого хрена? — Всполошилась Альдия, — не поминай его всуе.

Я порадовался, что стал для своих людей практически богом, но некоторые сделали не совсем правильные выводы:

— Что, что, — пробурчал Добрыня, — послал бы Пофига вперед, а сам бы спать лёг, вот что.

— Хороший план, — согласился Майор, но, к сожалению, не выполнимый. А сделаем мы вот так...

Майор выбрался из кустов, вступив на заваленную сажей землю и пошевелил ее ногой, образуя из нее небольшую антрацитовую змейку, обернулся назад, подзывая к себе дохлого тролля:

— Эй, Гризли, иди сюда, будем тебя слегка модифицировать, и это, Эль, надо найти десяток мешков и плотно забить их травой, у меня для вас будет небольшое задание...


***


Мастер Н'ран обновил на себе заклинание охлаждения, высушивая на лбу пот, выступивший от нестерпимого жара, идущего от десятка печей, расположившихся вокруг уносящейся ввысь башни. Из нее, через десяток арок в подсобное помещение спускались раскаленные нити расправленного мифрила. Они тянулись к печам, возле которых суетились гремленообразные помощники, нагревались по новой, вытягиваясь в паутину, которая со скрипом наматывалась на дымящиеся стальные бобины. Проведенные в стазисе столетия прошли для мастера незаметно, очнувшись он только встряхнул головой, пинками и заклинаниями взбадривая застывших помощников, направляя их к заработавшим печам. Заказ Верховного мага никто не отменял, и он должен был быть выполнен в кратчайшие сроки. Сок плодов гуамо позволял не спать уже четвертые сутки, однако, он довольно сильно действовал на сознание, покрывая реальность рябью и закрывая серым туманом, заставляя сомневаться в ее истинной реальности.

Туман резко потемнел и сгустился, заставляя Н'рана сначала заперхать, а затем судорожно закашляться, когда дым из всех десяти печей, уносимый до этого наружу магией ветра, клубами рванул внутрь помещения, быстро заполняя высокое помещение дымом, вихрями сажи и копоти. Однако, не смотря на согнувший мага спазм кашля и резко ухудшившийся обзор, он успел заметить выползшее из одной из печей черное гибкое тело.

Полное Испепеление, которым мастер часто поддерживал работу затухающих печей и безапелляционно сжигающее любое живое существо скользнуло по черному телу, ни оставив на нем никакого следа, лишь на миг зажгло на состоящем из золы теле волну тусклых оранжевых искорок и бесцельно сгинуло в пустоте, а десятиметровый змий, поднял голову с раздувшимся капюшоном, нависая над застывшим магом, буравя того антрацитовыми глазками. Не понятно, загипнотизировал ли мага этот взгляд или тот просто активировал новое более убийственное заклинание, но тот не заметил, как за его спиной в окружившим его дыму засветился квадрат открывшихся дверей и сквозь них внутрь ворвался силуэт огромного мертвяка, окруженного щитом праха и рванул к застывшему магу, врезаясь в защитный купол с такой силой, что отшвырнул мастера на пол, прямо под бросок гигантского змия. Тот обвился вокруг защитной сферы, сжимая ее кольцами, будто анаконда, с каждым мигом сплющивая и дробя ее словно обычная змея, душащая в своих смертельных объятиях тело зазевавшейся обезьяны. Сверху на них навалился тролль, ударами каменных кулаков очень быстро обнуляя прочность невидимой защиты. Соприкосновение с ним не оставалось без последствий и для нападающих: окружающая их броня из золы и сажи истончалась, тонкими струйками оседая на пол, обнажая спрятанный внутри змеи скелет титанобоа и каменное тело дохлого зомби-тролля, однако ж, это происходило гораздо медленнее, чем рушилась защита. Однако, сокрытый ей маг и не думал сдаваться: в его почерневших, лишившихся радужки глазах заиграла радостная злость, и всё помещение, наполненное клубами черного дыма, озарилось мириадой огненных искорок, хаотично загорающихся то по одиночке, то большими группами. Те стали разгораться и зал заполнился воплями боли и страха. Мастер Н'ран, улыбнулся и тут над ним нависла еще одна массивная тень. Удара мастер не увидел, настолько тот был стремителен. Многопудовый молот, не заметив никакого препятствия, прошил защитный купол, хрустнул костями черепа и расплескал его содержимое по покрытому сажей полу.

Поздравляем! Вы убили мастер Н'ран. Уровень 270.

— Вот же, козел, — зло буркнул Добрыня с неудовольствием осматривая свою адамантовую броню, на которой непонятные искры выплавили множество углублений, превращая отполированный металл в Лунную поверхность покрытую неисчислимым множеством кратеров и рытвин.

— Точно, настоящий козел, — Добрыня зло повернулся, с разворота расплющивая очередного помощника настоящего козла. Те, хоть на половину и состояли из металла, заменяя множество конечностей, глаз и черепов искусственными протезами, но, видимо, изначально были живыми существами и наполнивший зал удушающий дым не только не давал им ориентироваться в пространстве, но и постоянно заставлял их сгибаться в спазмах неистового кашля, делая их легкой добычей для группы вторжения. У вторженцев с этим проблем не возникло, ибо все заранее нахлебались эликов подводного дыхания и теперь у всех вокруг башки пульсировал пузырь с чистым воздухом. В этом план Майора сработал на пять баллов. Противники страдали тоже не все, у одного из них, видимо, на протез были заменены и легкие, и он довольно удачно отбивался от наседающих на них гномов, но удар огра с двух рук вбил его расплющенное тело в неподатливый пол, на чём всё сопротивление закончилось.

Добрыня Альдии.

- Здесь всё. Убирайте мешки с труб и глядите там в оба, не хватало только, чтобы нам кто-нибудь в спину ударил.

В печах загудело, и черный дым быстро стал всасываться в трубы, унося его наружу и открывая вид на побоище: тела мастера и его помощников, разбросанного инструментария и на продолжающие крутиться бобины с наматывающимися на них нитями раскаленного металла. Добрыня проследил взглядом за нитями, уходящими в арки, ведущие в башню и, поудобнее перехватив молот, зашагал в том направлении. Заглянул внутрь, поднял голову и застыл, любуясь открывшимся видом.

— На Солнце похоже, — поделился наблюдениями вставший рядом Майор, — если на это через темные фильтры смотреть.

Добрыня только заворожено мотнул головой, не отрывая взгляда от шара плазмы, бурлящего на самой вершине башни. Тот медленно крутился, испуская нестерпимый жар, то и дело выплескивая наружу протуберанцы перегретого газа и десяток толстых нитей металла, все больше остывающих и утончающихся по мере опускания к низу башни. Шар плазмы гудел и пульсировал, озаряя своим видом внутренности башни, рисуя на стенах фантастические, постоянно меняющиеся пейзажи. Этот жутковатый и завораживающий вид не перекрывало ничто, ибо башня была полностью пустотелой, без всяких перекрытий, лишь неширокая лестница спиралью уходила к самому верху, туда, где под самой крышей крутился двухметровый шар мини Солнца. Выжить рядом с таким светилом было невероятно, однако последний защитник мастерских давно затих на покрытом сажей полу, а затем и превратился в горстку лута, а сигнала о том, что данж зачищен все никак не поступал. Добрыня выглянул в арку посильнее, пытаясь рассмотреть то, что он, возможно, не заметил ранее, и к нему тут же пришёл ответ на не высказанный вопрос:

Внимание! Вы имеете возможность получить звание: маг-кузнец.

Необходимое условие: звание гранд-мастера мага или гранд-мастера кузнеца.

Игрок Добрыня выполнил главное условие, готовы ли вы претендовать на звание: маг-кузнец?

Да. Нет.

Сообщение было несколько неожиданным, и застывший огр перечитал его дважды, после чего, очнувшись, поспешно выбрал утвердительный ответ, переживая как бы сообщение безвозвратно не исчезло.

Внимание! Игрок Добрыня претендует на звание: маг-кузнец. Так как это звание может носить только одно существо в волшебном мире, вы бросили вызов его нынешнему владельцу.

- Чего?!

Поздравляем! Ваш вызов принят.

Начало поединка через 3... 2... 1...

— Э, э, что за фигня?

Ответа не было, только пространство на миг потемнело, а затем взорвалось ослепительным светом, обжигая глаза заморгавшего кузнеца. Пару мгновений те привыкали к изменившемуся освещению, а затем на кузнеца навалилась испепеляющая жара. Если бы не долгие месяцы, проведенные у кузнечного горна и зашкаливающие резисты полученные от огненной стихии на двухсотом уровне, лежать бы ему сейчас горсткой пепла на каменном полу. Да и сейчас его бесподобная броня переставала справляться с защитой, медленно, но неуклонно нагреваясь от палящей в десяти метрах от него огненной сферы. Над сферой висел кусок раскаленного, плавящегося металла, тягучие капли которого вытягивались в нити, и проходя сквозь пылающую сферу, стекали вниз, туда, откуда только что сюда и перенесся кузнец. Добрыня отгородился от нее рукой и тут же потемнело, когда темная фигура встала между ним и сферой огня. Много ума, чтобы понять, что его занесло на вершину башни было не нужно, а вот кто ему противостоит, было не понять: бьющий противнику в спину свет, не давал разглядеть мелких деталей. Впрочем, судя по тому, что фигура спиной легко перекрыла большую часть двухметровой сферы, местный хозяин был не на много меньше своего визави, да и ударивший в грудь Добрыни толстенный столб ослепительной молнии, явно показывал, что приставленной к кузнецу звание маг, было дано не для красного словца. Слава верховному духу кузнецов, когда-то помогшему выковать этот адамантовый доспех, тот резал девяносто пять процентов любого магического урона, и того, что прошло хватило лишь на то, чтобы взбодрить кузнеца-огра, несколько потерявшего во время переноса на вершину башни ориентацию в пространстве. Молния исправила ситуацию, прояснив сознание и напитав тело энергией, буквально швырнув его на встречу врагу. Тот встретил Добрыню ударом лоб в лоб. На миг в забрале глухого шлема сверкнули оскаленные клыки противника, злые черные глазки неизвестного существа, а затем от страшного удара глаза Добрыни съехались к переносице, а разум, мгновение назад взбодренный ударом молнии, вновь помутился, будто ему по голове врезали телеграфным столбом. А ведь на противнике не было шлема, на нем вообще никакой брони не было, лишь кожаный кузнечный фартук на голое тело, да короткие сапоги на волосатых ногах. Молот в руках тоже был и его горящее оранжевым пламенем навершие метнулось в мою сторону, врезаясь прямо в лицо...

Я вскрикнул и резко сел на зашуршавшей соломе, дрожащими руками ощупывая нос и щёки, а затем, облегченно выдохнув опять повалился на колючую подстилку.

— Черт, когда эта хрень уже прекратиться? Каждый раз просыпаюсь более уставшим, чем ложусь... наверное это из-за этой дурацкой соломы, весь чешуся я из-за нее, — пожаловался я сам себе. — Надо, пожалуй, уже сваливать отсюда, засиделся я здесь.

Я глотнул выдохшегося пива и обессилено повалился на солому, устало прикрывая глаза.

Когда я снова оказался в башне, все видеть стал не глазами Добрыни, а оказался в свободном полёте, рассматривая изменившуюся обстановку:

Смятый адамантовый шлем валялся в стороне, как и кираса кузнеца-огра. Текущие сверху нити расплавленного мифрила перестали уходить вниз, разметались раскаленными змеями по всей башне, наполняя и так раскаленное пространство сетью огненных ловушек. Сам рычащий Добрыня, одной рукой отмахиваясь от наседающего противника, второй вытащил огромный кувшин воды, врезал им себя по голове. Глина треснула, и прозрачная жидкость окатила бугрящееся мускулами тело огра живительной прохладой. Её хватило не на долго: вода моментально начала испаряться, заставляя его буквально дымиться, но давая Добрыне лишнюю минуту до того, как нестерпимая жара отправит на перерождение. Тот рванул в атаку, но его противник, уклонившись от убийственного удара, поднырнул под руку и в миг оказавшись на спине огра завел рукоять своего молота огру под подбородок, двумя руками до хруста вдавливая ее в горло Добрыни. Будто свитые из стальных канатов мышцы рук взбухли, выдавливая из огра последние капли жизни. Из скрюченных пальцев мага поползли призрачные змеи, вгрызаясь в плечи и ключицы огра, выгрызая из них куски плоти. Бьющие из ладоней искры, водопадами стекали вниз, оставляя на его коже обгорелые рытвины обнажая шипящие, сочащееся сукровицей мясо. Глаза Добрыни помутились, рот открылся в беззвучном крике, ноги обессилено подогнулись... а нет, подогнулась только одна нога. Вторая с силой ударила об пол, активизируя скрытный механизм, встроенный в кованных сапогах, выстреливший двумя адамантовыми шипами, которые превратили сапог в туфли на шпильках. Добрыня выронил свой молот, перехватил руки противника своими лапами, не давая ему двигаться, а затем невероятно изогнувшись, вломил пяткой в затылок незадачливого мага.

Два кованных шипа пробили кости затылка, прошли сквозь мозг и вышли из глаз противника хищными гранеными остриями.

Резко щелкнул выдвижной механизм, втягивая острия обратно в нутро сапог и швыряя бьющееся в конвульсиях тело на пол. Хрипящий Добрыня схватил кованной перчаткой его за горло, вздергивая того вверх, а второй загреб пук раскаленных стальных нитей, несколько раз оборачивая его вокруг шеи мага, а затем швыряя его вниз, в темнеющую черноту башни.

Майор с остальной командой как раз карабкались вверх по крутым ступеням, идущим по внутренней стороне башни, когда мимо них пролетело массивное тело и не долетев до пола, с хрустом разорванных позвонков, мертвой тушей повисло на раскаленных нитях, неспешно крутясь и покачиваясь из стороны в сторону.

— Черт! Твою мать, — тихо выругался Майор, отпрянув к стене и чуть не свалившись вниз.

— Черт! Твою мать, — тихо выругался я, окончательно просыпаясь, и садясь на соломенной подстилке. Потянулся к подносу, беря с него кружку с компотом, Сиськотрас молодец, на совесть работает, шесть утра, а поляна уже накрыта. Надо будет за него словечко замолвить перед Вандэнбруком, пусть его повысит, если не забуду, конечно. А, вообще, валить отсюда уже надо, надоело, да и спиться тут не долго от безделья.

Глава 6

— Валить, валить, — пробормотал я, — хорошо сказать: "Валить", а как это сделать? Этот момент я как-то не продумал... Ладно, пока есть время можно подумать обо всем, например: какую награду выбрать за выполнение одного не простого квеста, завершённого нами на проклятом острове чокнутых магов. Я открыл логи и еще раз перечитал его короткие строки:

Внимание! Выполнен скрытый квест: Древняя легенда.

Класс задания эпический.

Награда за выполнение на выбор:

Усиление оружия: дополнительный урон и новые свойства эпического класса.

Улучшение брони: усиление защитных свойств эпического класса.

Апгрейд заклинания: усиление защитных или атакующих свойств эпического класса.

Усиление любого навыка, способности или умения до эпического класса.

Прокачка профессиональных навыков до эпического класса...

Впрочем, и их я не дочитал до конца, уже на третьей строке я понял, что выберу.

Способность "Дуэль" и ее главная фишка — золотистый кокон, дающий неуязвимость на три секунды и исцеляющий от любых ран. Если количество их использований увеличится или действие защиты продлится, то это станет из мегаплюшки просто бомбическим усилением.

Я поковырялся в настройках активировал полученную награду и тупо уставился на появившиеся логи.

Ярко алые пульсирующие буквы гласили:

Внимание! Вы действительно хотите понизить способность: "Дуэль" с божественного уровня до эпического класса?

Божественный уровень? Неожиданно, хотя я всегда удивлялся его силе и способности противостоять любым противникам. А Остап-то хорош, с легкой руки плюшкой божественного уровня нас наградил. Это круто. С другой стороны, улучшить нам его уже не удастся. Придется довольствоваться тем, что есть, да к тому же придется выбирать другой предмет или умение для улучшения.

Я выбрал отмену действия и заскользил глазами по списку, выбирая, что из имеющегося можно улучшить.

Магия природы? Способность сражаться рвотными массами? Призыв Дендроидов? Или все же улучшить основную свою способность? Что же выбрать? Призывателя или Повелителя? Последнее я использовал слабо и улучшение способности смогло бы кардинально изменить это. С другой стороны, у меня работа с призванными разумными существами уже вызывала изжогу, от одного только гоблина-рудокопа я натерпелся столько... боюсь представить, что будет, когда я начну призывать разных шаманов и высших вампиров. Как бы не огрести от них самому. Нет уж, лучше с безмозглыми тварями дело иметь, они просто выполняют сказанное и никах проблем.

Внимание! Вы хотите поднять свое классовое умение: "Призыватель" до эпического класса?

Я задумчиво посмотрел на надпись, а затем решительно выбрал утвердительный ответ.

Поздравляем! Ваше классовое умение: "Призыватель" повышено до эпического класса.

Сила призываемых существ +33%. (хп +41%, основные характеристики +24%, сопротивления негативному воздействию +15-33%)

Возможность вызова существ уровнем на 19% выше текущего.

+1 дополнительная способность существам до 150 уровня, +2 дополнительных способности существам до 250 уровня, +3 дополнительных способности существам выше 250 уровня.

Возможность вызова одного дополнительного существа.

Стоимость вызова -20%.

Ого, неплохо... Я залез в книгу призыва и удостоверился, что могу теперь вызывать существ трехсотого уровня и беззвучно присвистнул, очень неплохо... Призвать что ли кого-нибудь для пробы?

Я глянул на цену призыва трехсотуровневого существа и резко передумал: даже с учётом двадцатипроцентной скидки, сумма оказалась лишь чуть ниже едва вообразимой горы золота и груды редчайших ингредиентов. Может попробовать вызвать кого-нибудь за ману? Минут на пять ее у меня хватит. Призвать дикого тролля, он мигом мою клеть своей дубиной разворотит, можно будет домой пойти...

Добрыня Пахану

- Кланлид, здорово! Мы добыли магический усилитель сигнала. Он стационарный, так что будем на связи с десяти вечера до шести утра. Как дела, какие новости?

- Здорово, дела отлично, сижу в тюряге, пью столетний коньяк, жизнь удалась. Как у вас?

- Въяб... Вкалываем как папы Карлы, чистим данжи, вот усилитель нашли. Ткацкую фабрику срочно надо найти, мифрил и швей высшей квалификации.

Я три раза перечитал последнее сообщение и все же решил уточнить:

- Швеи? Мифрил? Зачем?

- Долгая история, но, если вкратце, я получил уникальный класс: кузнец-маг и, между всего прочего, научился делать мифриловые нити, из которых можно создавать броню, даже для тех, кто может носить только ткань или кожу, как один почему-то отсутствующий здесь маг и призыватель. Но для работы с этими нитями нужны ткачи и швеи уровня гранд-мастера.

- Мифрил у нас дома есть, Пофиг малань наковырял, пока я в одиночку с армией порождений Мораны бился и с верховным демоном заодно, а на счет мастеров... Так у Калянской Брумгильды три мануфактуры со швеями, да ткачами в управлении, те весь высший свет обшивают, думаю там нужные люди найдутся.

- Точно! Все, мне надо идти, скоро кто-нибудь прибудет к вам: надо материалы и людей сюда перекинуть. Зверски дорого, конечно, но судя по характеристикам того, что должно получиться — это того стоит.

- Ладно, деньги пока есть, действуйте.

- Давай, отбой.

- Счастливо.

Я, почесывая щетину, откинулся на солому. Ткань из мифрила — это хорошо, этот металл доказал свою несравненную сопротивляемость воздействию тварям Мораны и насылаемому ими разложению. Моя одежка из шкуры кракена, не смотря на свой раритетный ранг, не шибко помогла мне во время боя в пещере. Здоровье, между использованием защитных сфер, утекало пусть и не потоком, но бодрым ручейком, точно. Да и сам костюмчик за это недолгое время потерял пять-шесть процентов от своей прочности. Мифрил дело другое, а если его еще и укрепить... Мысль укрепить хоть чем-то мифрил достаточно безумная, но у меня была одна мысль по этому поводу. Только это возвращает меня к недавней моей мысли: "Отсюда надо валить". Вот только ответа на вопрос, как это сделать, у меня так и не появилось.

Пахан Пофигу:

- Здорово, как там у тебя дела?

Пару минут ответа не было, но потом побежали строчки ответа:

- Чтоб тебя черти драли, солнце еще не встало, какого хрена тебе не спится?

- И тебе доброе утро, так что там?

- Все норм, артефакты на условленное место отнесли, половинчики их забрали, ждем ответа.

- Ну, и как тебе эти коротыши?

- Чо?

- Чо, чо, низкорослые ребята с большими волосатыми ступнями, любители эльфов и светящихся мечей, как они?

- Кхм, сам увидишь, тебе понравится. Все отбой, спокойной ночи.

— Спокойной ночи, спокойной ночи, а что делать, если ты уже выспался?

Я закинул руки за голову, прикрыл глаза. В наступившей темноте появилось неожиданное видение: женское лицо… Сначала я недовольно скривился, но это было не запертое в хрустальном гробу, изуродованное страшными ранами лицо, хотя оно было окровавлено, но принадлежало юной эльфийке. Та осторожно раздвинула ветви кустов и осмотрела открывающийся вид: горное, хрустальной чистоты озеро, с трех сторон окруженное поросшими лесом холмами и скалами. Тонкие ступни бесшумно вступили на мелкую гальку пляжа, окровавленная одежда упала к ногам, и обнаженная девушка шагнула в обжигающе холодную воду, присела, смывая с себя свою и чужую кровь. Я, не смотря на защемившее сердце, залюбовался фигурой и грациозными движениями Яры. Шрамов от разрубивших ее клинков не осталось, и мокрая бархатная кожа просто приковала мой взгляд. Принцесса повернула ко мне увенчанную венком из незабудок голову, посмотрела мне в глаза и робко улыбнулась, а я оцепенел: озеро позади нее, вдруг, встало на дыбы и, сверкая в свете встающего солнца хрусталем своих вод, волной цунами понеслось на нас, врезалось Яре в спину, а затем поглотила и меня, сжимая в своих ледяных объятиях.

Я с криком сел на мокрой соломе, ошарашено стирая с лица ледяные капли и стряхивая с груди горсть нежно-голубых цветков, не видящим взором осматривая окружающее…

— Доброе утро, барон Пахан, как я рад что вы проснулись, и, по счастливой случайности, как раз к моему приходу.

Я проморгался, возвращаясь в реальность, перевел недобрый взгляд с ухмыляющегося Вандэнбрука на Сиськотраса, застывшего с пустым ведром в руках, видимо, из которого меня и облили, и вернул взгляд обратно.

— А, господин управляющий, — протянул я, — наконец, соизволили явиться, а я уж за вами давненько посылал.

Вандэнбрук удивленно поглядел на Сиськотраса, который побледнел еще сильнее и отрицательно замотал головой, открещиваясь от моих слов.

Вот так тебе, будешь знать, козел, как целого барона ледяной водой из полового ведра обливать.

— Я гляжу, вы, к сожалению, вернулись, а я так надеялся, что ваша юная подружка сможет задержать при себе вас на более долгий срок. Что, нашла себе кого-то получше? Право слово — это сделать не сложно...

— Нет, — помрачнел я, — оказалось, что у меня уже есть жена, и Яра, почему то, от этого факта слегка расстроилась.

— Да, неужели? — Удивился Вандэнбрук, — какая знакомая ситуация! У меня, помнится, по-молодости, — управляющий мечтательно закатил глаза, — постоянно так получалось. Вечером бывает приобнимешь какую-нибудь красотку за пышную ягодицу, сопроводишь до спальни, а утром, раз, и вспоминаешь, что ты, оказывается, уже женат. И прости, прощай, мы не можем быть вместе, но в моем сердце ты будешь жить вечно... М-да-а-а, — Вандэнбрук счастливо вздохнул, и снова перевел взгляд на меня. Видения шальной молодости еще несколько секунд горели в его глазах, но потом погасли и взгляд снова стал серьезным.

— Я пришёл сообщить, что задание нашего императора вы, каким-то чудом, выполнили. Две недели необычного для последнего времени спокойствия...

Вандэнбрук что-то продолжал говорить, но я отвлекся на пришедшее от Пофига сообщение, которое, перечитал дважды, слава богу, управляющий продолжал что-то вещать и у меня было на это достаточно времени.

— ... всё восстановили, — не обращая внимания на мой отсутствующий вид, продолжал вещать управляющий, — а так как вы пробудете в клетке еще одиннадцать дней, то это будет отличная декада, плюс выходной, который я проведу где-нибудь на лазурном берегу, со своей молодой супругой. На этом разрешите откланяться, дела не ждут.

— Вот это правильно, перед смертью медовый денек с молодой женой — самое правильное занятие. Несмотря ни на что, рад был нашему знакомству, прощайте. И это... отправляйтесь немедля, а то можете и не успеть насладиться чудным мгновением...

Я поднял кружку с компотом, и сделал вид, что чокаюсь с невидимым собутыльником, отпил и прощально помахал ему ручкой. Однако, начавший подниматься Вандэнбрук передумал уходить, помрачнел, и плюхнулся обратно на табурет.

— Это что, барон, вы смеете мне угрожать?!

Я сделал вид, что поперхнулся компотом и уставился на управляющего, непонимающим, невинным, можно сказать ангельским взглядом:

— Ну, что вы! Как можно? Пусть меж нами все это время было не все гладко, но после того, что мы пережили вместе, я смею надеяться, что мы, хоть и не стали друзьями, но уж боевыми товарищами — это точно. Я никогда не посмел бы вам угрожать.

— М-да? Тогда что значат ваши слова о моей скорой смерти?

— О вашей? Нет, нет, вы меня не так поняли, речь идет о разрушении города и смерти всех его горожан, а так как, я уверен, вы не останетесь в стороне, то погибните и вы, поэтому прощаюсь, пока есть такая возможность.

Я мило улыбнулся и еще раз помахал ручкой.

Вандэнбрук еще больше потемнел лицом и, судя по позе уже никуда уходить не собирался:

— Рассказывай.

— Простите, что рассказывать?

— Не делай такое придурковатое лицо, меня им не проведешь, рассказывай.

Я, для виду, немного помялся, еще раз перечитывая Пофигское послание. В первых строках не было ничего интересного, там говорилось о том, что мы выполнили задание:

Поздравляем! Задание: окончательное возвращение в родные горы, эпического класса выполнено.

Получено:

10.000.000 очков опыта.

+1 к вашему уровню.

+1 ко всем основным характеристикам.

Пассивное умение: Сила Гор.

Умение может развиваться, на первом уровне оно дает 20% к сопротивлению всем видам магии.

А вот дальше шло поинтересней:

Поздравляем! Вы выполнили восьмую часть цепочки эпического задания: "Назад к звездам" — артефакты расы половинчиков.

Награда:

Полный набор драгоценных камней высочайшего и безупречного качества.

Доступ к девятой части задания: "Назад к звездам" — аудиенция у правителя расы половинчиков.

Описание: в течении 24 часов прибудьте в означенное место и встретьтесь с Кккжбаном — правителем расы половинчиков.

В случае не выполнения, он сам явится к вам и это вам не понравится.

Награда: доступ к десятой части задания: "Назад к звездам".

Когда мы успели выполнить первых семь заданий, я так и не понял. Может пока я переваривался в нутре червя, комрады постарались? Впрочем, не важно, главным было последовавшее вслед за этим истеричное послание Пофига, настоятельно рекомендовавшего мне срочно выбираться из тюряги и являться пред его ясные очи. Вернее, пред ясные очи пузатого коротыша — правителя местной Хоббитании. Я даже посмеялся над ним, предположив, что Пофиг боится, что половинчик затопчет его своими грязными волосатыми ступнями, в ответ на что получил только серию маловразумительных истеричных воплей и еще одну настоятельную рекомендацию, незамедлительно предстать пред ним як конь перед травой.

Явлюсь, явлюсь, куда я денусь? Вот только почему я должен делать это просто так? Пусть местное начальство хоть как-то посодействует нашему благородному порыву. Поэтому...

— А что тут объяснять? — Все-таки ответил я, — мне назначил встречу правитель половинчиков, а так как вы вероломно меня пленили и, ни за что ни про что, заточили в свои сырые казематы, то он сам явится сюда, и по своей привычке снесет все что стоит на его пути.

— Мы заточили, — взвился Вандэнбрук, — да ты сам налакался до невменяемого состояния и завалился к нам с просьбой заточить в тюрягу!

— Я, законопослушный гражданин, и как только смог, явился чтобы отсидеть назначенный вами же тюремный срок. Но вы бы могли понять, что свершили чудовищную ошибку, за незначительную оплошность, можно сказать, ни за что ни про что, впаяли срок уважаемому барону, и отменив его, не идти на поводу у подвыпившего человека, а просто, в сопровождении почётной стражи, сопроводить его до дома. Но нет, ваша неуёмная злоба, и скрытая зависть к моей блистательной особе, заставила свершиться этому неблаговидному поступку, так кто ж теперь виноват? Спасибо за все и прощайте.

— Что ты несешь, убогий?! Какая зависть и злоба?

М-да... довели мы человека, а ведь раньше были у него железные нервы, за последние годы совсем его до ручки довели...

— Я считаю выше своего достоинства, спорить с вами по всяким пустякам, но советую, не тратить здесь свое время и начать эвакуацию города, может вы еще успеете хоть кого-то спасти, если не всех, то хоть свою молодую жену.

Я похлопал застывшего управляющего по плечу и с видом оскорбленного достоинства отвернулся к стенке.

Сзади раздалось яростное пыхтение:

— Да вали отсюда, никто тебя здесь не держит!

Пришлось повернуться, окатить управляющего жалостливым взглядом.

— Не могу.

— Почему?

— Потому, что вы мне срок впаяли, а я человек обязательный, сказано — сижу.

— Да что ты говоришь? Ты еще ни разу до конца назначенный срок спокойно здесь не отсидел!

— То было раньше, во времена бесшабашной молодости, ныне все изменилось.

— Да, конечно, — Вандэнбрук распахнул клетку и рыкнул, — собирай манатки и пошёл вон. Встречайся с кем хочешь, а лучше оставайся там навсегда, мы только все вздохнем свободнее.

— Не могу.

— Можешь, я снимаю все претензии, вали отсюда.

— Не могу. Даже если я выйду, за несколько часов мне никак не добраться до нужного места, да к тому же мне еще поспать надо... — я деланно потянулся неестественно зевнув.

— Так ты же телепорты только вчера купил, я знаю.

— Купил, — был вынужден признаться я, бросив убийственный взгляд на стукача Сиськотраса, — вот только мне пришлось их Пофигу отдать, а на новые у меня денег нет.

— Пофигу? — Еще один недобрый взгляд уперся в скукожившегося сержанта, — не плохо ты тут устроился: соклановцы, мастер-артефактор, мадам Марго, со своим дружком, мастер-телепортатор, у нас здесь, что, приемная?

— Не отвлекайтесь, господин Вандэнбрук, сержанта за этот беспредел я сам накажу, а вы хотели мне задание дать на спасение города, пока не началось...

Управляющий опять покраснел от гнева, но сдержался, ткнув своим скрюченным пальцем на выход:

— Вон отсюда, бери ноги в руки и мотай к половинчикам, порешай там все, сгинь, сдохни, пропади на веки вечные, но не допусти их нашествия сюда!

— А телепорт? — Я опустил глаза долу, стеснительно ковыряя солому носком сапога.

— Возьмешь один у мастера-телепортатора, — прошипел Вандэнбрук.

— И проводник. Я же там ни разу не был, мне проводник нужен.

— Сержант, — его голос превратился в лед, — вы же служили на границе? Сумеете сопроводить этого субъекта до места, надеюсь? Да? Отлично! Это все?

— Почти, — робко улыбнулся я, — задание это опасное, можно сказать смертельное, небольшая награда бы не помешала. Нет, нет, — синеть не надо, денег я не попрошу. Я знаю, что вы в молодости путешествовали на Огненное Плато, если вы покажете его на карте, это будет для меня достаточной наградой.

Я развернул в воздухе карту. Выстреливший палец Вандэнбрука прожег в ней полыхающее пятно, после чего управляющий резко развернулся и строевым шагом скрылся в темноте выхода.

Внимание! Получено задание: Встреча.

Встретьтесь с правителем половинчиков и предотвратите их военный поход на территорию людей.

Награда: свиток телепорта, координаты огненной пустоши, 100.000 очков опыта.

М-да, немного, но за две минуты трёпа награда все равно не плоха, тем более что мне удалось вывести его из себя настолько, что он не уточнил, какой именно свиток телепортации мне можно взять и если моя задумка сработает...

— Ну что, сержант, как ты слышал, начальство передало тебя в мое полное распоряжение, пакуй памперсы и зубную щетку, через две минуты выдвигаемся. Хотя нет я передумал, — пинком ноги открывая дверь клетки, поведал я, — выдвигаемся немедленно. Пошли, навестим мастера-телепортатора и вперед, на встречу к приключениям.

Темные коридоры, еще один пинок в знакомую дверь.

— День добрый, господин скопидом, у меня приказ от самого господина Вандэнбрука: вы обязаны выдать мне тот свиток телепорта, о котором мы с вами совсем недавно мило беседовали и за который, вы в своей незамутненной жадности, запросили с меня, спасителя Другмира, два миллиона золотых монет.

— Что? В жадности?

— В скупердяйстве, корысти, скряжничестве, жмотстве, выбирайте сами. Ничем иным я такую цену объяснить не могу.

— Цена этого свитка два с половиной миллиона, ибо сделан он из шкуры императорского феникса, создан лично архимагом, а количество энергии залитого в него достаточно чтобы сравнять полгорода с землей, и только...

— Да мне плевать, приказ Вандэнбрука.

Мастер-телепортатор посмотрел на сержанта, на меня и, видимо, увидел, что свиток мне действительно положен, покачал головой и, долго щелкая ключами и связкой артефактов, вскрыл сейф, где лежал один единственный свиток: ярко светящийся, большой, тяжеленный рулон, по объемам похожий на рулон обоев. С благоговейным видом, дрожащими руками он вытащил его наружу, где я по резкому перехватил и запихал свиток в суму, пока мой блеф не раскрылся, и мастер не передумал. Хорошо, что я не уточнил Вандэнбруку, какой именно мне свиток нужен, не очень верил в удачу, но все сработало...

— Отлично, а теперь переправьте нас на границу, у нас там дело государственной важности.

— Что?

Мастер несколько оторопело посмотрел на свои опустевшие руки, а затем резко вспыхнул:

— Никаких указаний на перенос вас на границу не было, хотите переместиться — платите!

— Ладно, ладно, жадобус, мы сами.

Я вытащил самый дешёвый групповой телепорт, пихая его в руку сержанта, — давай серж, полетели.

Глава 7

Свобода! Наконец-то!

Я, сощурившись от яркого солнышка, втянул теплый, насыщенный терпкими горьковатыми ароматами воздух и тут же расчихался. Над окружающей нас степью стояло настоящее марево от поднимающейся над буйными травами цветочной пыльцы, вызвавшей у меня моментальную аллергию.

— Черт, дурацкие сорняки, да где здесь всё?

Где здесь всё, оказалось за моей спиной. Шум огромного военного лагеря ворвался мне в уши, и я обернулся, разглядывая царящую там суету: меж шатров и палаток носились отряды бойцов; под огромными навесами переминались с ноги на ногу шеренги ворчащих подгнивающих зомби, под предводительством облаченных в белоснежные одежды некромантов; воздух был наполнен множеством птиц, мельтешащих туда-сюда с зажатыми в лапах свитками поручений и донесений. На проходящей рядом с лагерем дорогой пыль стояла столбом, частично скрывая хвост каравана гномов, неспешно шествующего в сторону высящихся вдалеке гор. От лагеря, усиленно переставляя свои ходули, в нашу сторону метнулась худощавая фигура мага.

— Наконец-то, сколько можно тебя уже ждать?

— И тебе привет. Знаешь, тебе твой сарафан надо слегка укоротить, а то подол весь запылился как у бомжа, да и твоих кривых волосатых ног из-под него не видно. Местные солдатики страдают от отсутствия этого вида.

— Пахан, я понимаю, конечно, что тебе не чем, но всё ж попробуй понять: дело серьезное, сейчас не до твоих обычных тупоумных шуточек. Времени не много, поэтому я кратко объясню: на, б...ять, держи, снаряжайся и полетели.

Я недоуменно уставился на впихнутое в мои руки седло с высокой спинкой, со свисающими с него стременами и кожаными ремнями.

— Это чё? Летающее седло? А как его использовать?

Пофиг не ответил, а только раздражённо закатил глаза и оглушительно свистнул.

Воздух перед ним сгустился, потемнел и преобразовался в фигуру гигантской птицы.

— Карыч, привет... — до меня что-то начало доходить, чего хотел от меня маг. Наверное, этому очень поспособствовало аналогичное седло, притороченное к спине птицы, — ах, вон оно чё-ё-ё...

Я щёлкнул пальцами и предо мной материализовался Зигзаг, положивший на мое плечо хохлатую голову и подставивший свою длинную шею под мои пальцы. Сквозь жесткие перья было почти не пробиться, но я, как смог, почесал зудящую от множества кровососущих паразитов кожу питомца и, отойдя в сторону, приноровившись, закинул ему на спину седло. Слава богам, ничего застегивать не пришлось, миг и все ремни легли на свое место, и птица с седлом стали одним целым.

— Пофиг, давай.

— Да некогда сейчас...

Я не стал слушать этого нудилу и только требовательно протянул руку.

Маг только раздраженно закатил глаза и протянул мне увесистый кожаный мешочек. Я распустил завязки и на мое лицо упали многочисленные разноцветные блики. Награда, полученная от гномов: полный набор драгоценных камней высочайшего и безупречного качества. Прозрачные крупные кристаллы всех оттенков радуги и еще такие, какие ни одной радуге и не снились. Я зачерпнул полную горсть, извлекая ее наружу. Трущийся о мою шею Зигзаг замер, не веря своим косоватым глазам, в них полыхнула алчность и боль от невозможности поглотить все это сразу.

— Ну что, выбирай.

Дятел аж затрясся от сложности выбора, но все же выцепил здоровенный безупречный рубин. Кристалл исчез в бездонной глотке, и Зигзаг вспыхнул. В прямом смысле этого слова: сначала полыхнула голова, а затем волна бушующего пламени стремительно понеслась по телу к хвосту и кончикам раскинувшихся крыльев, поджигая траву вокруг нас и резко угасая, быстро превращаясь в ползущие по всему птичьему телу язычки огня.

Внимание! Ваш питомец употребил рубин безупречного качества.

Получено:

Уровень +5.

При атаках урон огнем +5%.

Отражение урона нападающим аурой огня: 5% от полученного урона.

Получен иммунитет к магии холода. (У питомца не может быть иммунитета больше, чем к двум веткам стихийной магии)

Активное умение: вспышка. Один раз в 3 часа питомец может вызывать сферу пламени диаметром 10 метров. Урон 360% от обычной атаки питомца.

— О-го-го... — и такого добра у меня не один десяток...

— Пахан, мать твою, надо лететь!

— Ладно, ладо... — я неверяще похлопал дятла по пылающей спине, — сержант, жди меня здесь. Если через два дня не вернусь, возвращайся обратно.

Я гикнул, взлетая в седло, то отреагировало, перехлестнув мои ноги широкими ремнями, и уже через миг я понял для чего они нужны: Зигзаг взмахнул крыльями, и ремни сделали своё гадское дело, не дав соскочить мне обратно на твердую землю. Дух захватило, душа упала куда-то в район таза, так и норовя свалиться еще ниже, дыхание сперло, а пальцы на луке седла свело, так, что их не разжать и бульдозером. А еще через миг, душу затопил небывалый восторг: я жив! Эта чертова птица не смогла меня убить! Хотя вру, восторг был не от этого, а от небывалого ощущения свободы и безмерности окружающего пространства. Океан безмерной степи, по которому ходили волны колышущихся трав и цветов, покрытые белыми шапками горы, сизая полоска далекого моря, прохладный, кристально чистый воздух...

— Давай за мной! Не тормози! — Проорали рядом, перекрывая свист ветра и гуденье крыльев, — погнали, погнали, погнали!

Вот, козел, такой момент испортил...

— Давай, Зигзаг, погнали за этим болтуном, что-то он не по делу волнуется. Слышь, Пофиг, что за спешка?!

— Что?

— Куда спешим, говорю!?

— Что?

— Что, что, голос мне тоже усиль, идиот, не видишь, я до тебя докричаться не могу!

— Что? Ничего не слышу!

— Гандурас, твою мать!

— Что? Рио-де-Жанейро?

Я в раздражении закатил глаза и влез в чат:

- Какого хрена мы так спешим?

- Долгая история, некогда рассказывать мы уже подлетаем.

И он был прав, я пропустил весь наш короткий и реально духозахватывающий полет в тщетных попытках докричаться до костлявого мага. Казалось, бескрайняя степь перешла в пологие холмы, которые в свою очередь перешли в сопки, сквозь покатые склоны которых пробивались острые зубья скал и ущелья, которых были укрыты белёсым туманом.

Картинка мигнула и вокруг моей головы образовался воздушный пузырь, и тут же дятлы начали резко снижаться. Желудок подкатил к горлу, и мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы не наполнить этот пузырь остатками недавнего завтрака. Я даже не успел как следует обдумать мысль зачем мне этот пузырь и не живут ли местные хоббиты под водой, как Зигзаг шустро заработал крыльями, разгоняя вездесущий туман и производя мягкую посадку.

Пофиг легко соскочил на склизкую землю и тут же отозвал пета. Пришлось повторить его действия и оглядеться. Во-первых, сразу стало понятно, для чего воздушный пузырь, логи показали, что вокруг нас в воздухе гораздо больше различных вредных газов, чем кислорода и жить тут нам без пузыря минут пять, максимум. Окружающее тоже не вдохновляло: влажные, будто покрытые слизью камни: ни травы, ни мха, ни лишайников, единственный признак жизни — группа засохших покорёженных деревьев. Листва на них отсутствовала, как, впрочем, и большая часть коры, даже мелкие ветви облетели, оставив торчать лишь наиболее толстые сучья, искореженными конечностями, вознесенными к погубившим их небесам. Гнетущее зрелище, да еще этот вездесущий туман...

Пофиг щелкнул пальцами, накладывая на меня сферу регенерации и устремился к вышеупомянутым деревьям.

Хм, сфера регенерации... а я и не заметил, как моё здоровье стало ухудшаться — не кардинально, но стабильно и неуклонно. Сфера исправила положение, вернув статус-кво, и я, спохватившись, последовал за стремительно удаляющимся магом. Направились мы к тем самым деревьям, но не дойдя десяток метров, остановились перед плоским булыжником, благодаря испещрившим его непонятным рунам, больше похожим на гигантскую поваленную глиняную табличку с клинописью времен Междуречья.

Пофиг вытащил из сумы пару непонятных механизмов, добытых гномами на путях Хаоса, и аккуратно водрузил их на каменную поверхность. Дальше произошло неожиданное: строчки рун на камне по очереди начали загораться и гаснуть, но дойдя до трети списка одна из рун не погасла, а наоборот, один из механизмов осветился неяркой голубоватой аурой. Мигание пошло дальше и еще через две руны, все повторилось со следующим предметом. Пару секунд ничего не происходило, а затем камень ощутимо завибрировал, передавая вибрацию на камни и скалу, на которой лежал. Камешки запрыгали на месте, дрожь прошла по костям, вызывая неприятное чувство щекотки во всем теле, потом все резко замерло, а темнота средь покореженных деревьев шевельнулась, направляясь прямо к нам.

Поздравляем! Выполнено клановое задание: починка дегазационной станции.

Класс задания: эпический.

Награда: возможность призвать на помощь отряд половинчиков сроком на три часа. Размер группы зависит от отношения к вам предводителя народа половинчиков. На данный момент отношение: недоверие. Выделенная группа 3 бойца...

Там было еще что-то, но я логов не видел, уставившись на приближающихся к нам существ. Это были кто угодно, но не знакомые мне по книгам Толкина хоббиты. Единственно что их роднило — это большие ступни, но у этих существ они были скорее больше похожи на ласты или расплющенные щупальца. Да и сами они были больше похожи на смесь осьминога и клубка червей. Трехметровые, очень тощие, причем, вдоль тела, начиная от макушки раздутой головы, до ничем не прикрытого паха, шла полоса шрама, будто его сначала разрубили пополам, а потом кое-как сшили грубыми нитками. Черные буркала глаз выглядывали из-под беспрерывно шевелящихся надбровных дуг и, вообще, все чужеродное лицо шевелилось, будто состояло из клубка червей или слизистых змей. Отвратное зрелище. Чудища прошлепали до камня, один из них снял с одинокого пояса какой-то предмет и направил его раструб на принесенные Пофигом артефакты. Из раструба вырвались десятки лучей, сканируя их, постепенно превращаясь из красных в зеленые. Это продолжалось довольно долго. Наконец, все лучи претерпели эту цветовую метаморфозу и артефакты, окутавшись защитными коконами взлетели в воздух, исчезая в заплечной торбе одного из уродцев.

- Это что за хре...

Дописать послание Пофигу я не успел. В мой мою макушку обожгло, а затем в мозг будто начали вкручивать гигантский раскаленный саморез. Да, да, я знаю, что в мозге нет нервных окончаний, и он ничего не может чувствовать, но ощущение было именно такое. К моему невыразимому счастью, это прервалось так же резко, как и началось, а в голове зазвучал невыразительный голос:

— Следуйте за нами. Немедленно.

Я кое-как поднялся с колен, на которые рухнул в начале нашего дружеского общения, смахнул с глаз набежавшие слезы и поспешно последовал за развернувшимися существами. После такого сеанса связи спорить с ними никакого желания у меня не было. Половинчики шли неторопливо, будто плывя в несуществующей воде, мягко обтекая скрюченные деревья и многочисленные россыпи крупных камней. Недолгое путешествие привело нас ко входу в расщелину, уходящую вглубь скалистого холма, где к нам присоединился еще один уродец, замкнувший нашу небольшую группу. Никакого желания лезть в вонючую, темную дыру у меня не было, но иного способа, чтобы встретиться с местным начальством не существовало и я нырнул в пещеру вслед за проводниками. Впрочем, пещера оказалась довольно обширной и прилично освещенной: все стены сплошным ковром были покрыты мигрирующей ярко-жёлтой светящейся слизью, превращающей поход по пещере в сказочное путешествие внутрь гигантского лимона. Наши сопровождающие время от времени на ходу сдирали эту слизь со стен, плеща ее на свою черную кожу. Та стекала вниз, по пути с тихим хлюпаньем всасываясь внутрь уродливых тел. Что это было — не понятно. То ли они таким образом питаются, то ли это какая-то защита для кожи, то ли просто крем для загара, в любом случае выглядело это отвратно. Чтобы как-то отвлечься от этого зрелища я залез в чат:

- Пофиг, какого хрена здесь происходит? Что это за уроды, и почему нам так срочно нужно было сюда лезть?

- Эти милые существа — половинчики...

- Что ты несешь? Что я хоббитов, что-ли, никогда не видел?

- Это половинчики, а не хоббиты, я думаю их так назвали из-за этих шрамов, что разделяют их на две половинки. А на счет того, что мы торопимся, то мне показали картинку, как половинчики ходят в гости: их путь с высоты птичьего полета похож на след гигантского слизняка, где на земле не остается ничего живого: ни людей, ни животных, ни даже насекомых. Возможно даже дохнут микробы и бактерии. Мне не хотелось бы, чтобы Другмир превратился в покрытый слизью город-призрак.

- А с чего ты взял, что они на это способны? Может тебя просто испугали? Уровни у них не сказать, чтобы слишком большие 200-220 это для стражи города так себе противник.

- Ага, а ты на статы их погляди.

- Глядел уже, средние, у меня даже на их уровне были раза в полтора-два больше.

Пофиг мне ничего не ответил, только обернулся и бросил полный скепсиса и притворного сожаления взгляд, будто на тихого умалишённого родственника, пришлось посмотреть на уродцев еще раз. Разница в сотню уровней давала мне возможность посмотреть расширенные данные. Я еще раз пробежался взглядом по цифрам и опять не увидел ничего сверхъестественного, а потом до меня дошло: дело было не в цифрах, вместо стандартной силы, ловкости и интеллекта, там были совершенно другие, хотя не сказать, чтобы незнакомые основные характеристики. Удача, сопротивляемость, энергопоток... эти характеристики которые мы развивали попав в зиккурат Уммра*кея, и которыми получили возможность пользоваться раз в неделю, только у нас они были максимум развиты до трех десятков единиц, а у этих все показатели были трех-четырехзначные, да к тому же у них было еще две характеристики, отсутствующие у нас: игнорирование и уклонение, в которых у провожатых красовалось по восемь-девять сотен единиц этих самых характеристик. Это все меняло. Не знаю почему, но при соприкосновении этих двух систем, обычная была совершенно бессильна против этой, будто мы находились в двух параллельных вселенных, где взаимодействовать могли только они... И как им противостоять? Может Иван Грозный, как представитель ордена борьбы со всякой нечистью имеет необходимые характеристики, для выполнения своих обязанностей, может местный император из той же когорты, но ни самые высокоуровневые стражи Другмира, ни Вандэнбрук, ни даже сам Граф ими не обладают. Половинчики пройдутся по ним как каток, разве что защитные сооружения города как-то их затормозят... Впрочем, я за этим сюда и приперся, чтобы этим уродцам не пришлось туда идти. Теперь главное с их боссом договориться. Вот только о чем? По какому поводу нас вообще захотели увидеть? На сколько я понял местные половинчики никого не жалуют и не страдают от отсутствия общения с остальными расами. Гномов вот только к себе подпускают, когда те приносят в дар какие-нибудь местные механизмы...

Я остановился завороженный открывшимся видом, пока я думал думы, окружение изменилось: тоннель расширился, правая стена его покрылась отверстиями, сначала небольшими, затем увеличившимися, превратившимися в широкие круглые окна, открывающими обзор на бескрайнюю пещеру. Весь свод пещеры светился уже знакомыми пятнами желтой слизи, которая набухала и бугрилась, пока не начинала срываться вниз тяжёлыми шматками. Внизу ее уже ждали: в сочащейся влагой жиже крутились и ворочались сотни, если не тысячи здоровенных червей, жадно набрасывающихся на капающую слизь, поглощая ее жадно распахивающимися пастями.

— Грязь в иллюминаторе, грязь в иллюминаторе видна, как червь спешит за соплями, как червь спешит за соплями... видать ему она нужна... тара-тара-тара-та-та прошит метеоризмами простор...

И действительно, воздушный пузырь уже перестал справляться с идущей от болота вонью, но нереальная картинка меня никак не отпускала, и не зря: через пару мгновений стало еще интересней. Пара червей подползли к друг другу, ткнувшись тупорылыми головами и тут же меж головами проскочила яркая искра. Склизкие тела словно свела судорога, они задергались, извиваясь и переплетаясь в забурлившей грязи. Сверкнуло, тела червей озарились беспрерывным сиянием. Вдоль тел пошла ярчайшая искра, будто сваркой сращивая два существа в одно. По извивающимся склизким бокам пролег знакомый грубый шрам и свечение погасло. Я глянул на сопровождающего нас половинчика и получил короткое безэмоциональное подтверждение своим мыслям:

— Ясли. Идём, правитель не любит ждать.

Поздравляем! Мудрость +1.

М-да-а-а, ясли, значит... Честно сказать, так себе способ размножения...

По этому поводу я опять вспомнил Яру и снова взгрустнул, пропустив оставшуюся часть путешествия мимо сознания. Помню только многочисленные переходы и залы, редких половинчиков, занимающихся непонятными делами или бредущих куда-то по своим делам и очнулся только когда в голове прошелестел голос одного из сопровождающих:

— Правитель звездных пространств, носитель знаний, прародитель величайшего рода половинчиков!

Глава 8

Правитель меня не впечатлил. Физиологически идентичный остальным половинчикам, был он каким-то блеклым: то ли от старости, то ли от груза ответственности за свой род. Впрочем, последнее мало вероятно, за то время, что я за ним наблюдал, он не сильно напрягался: вольготно откинулся, сидя в многоступенчатом бассейне, с похожих на лестницу уступов которого неспешно стекала болотная жижа, покрытая островками вездесущей желтой слизи, которую правитель в себя с удовольствием и впитывал. Жижа, скатившись по ступеням, стекала в трещины в полу, а в бассейн сверху лился свежий ее поток, обильно перемешанный с лимонным светящимся питательным раствором. Больше меня поразило окружение в зале приемов: не считая трона-бассейна, там было много чего интересного. Первые две минуты правитель и приведшие нас стражи беззвучно общались о чем-то своем хоббитчьем и у нас было время, чтобы все рассмотреть. Грубые, не обработанные стены пещеры резко контрастировали с предметами, выставленными вдоль его стен. Яйцеобразные матовые агрегаты, что до боли напоминали мне капсулы виртуальной реальности, через которые мы попадали в эту реальность, только эти были побольше, видимо, чтобы вмещать в себя своих длинных, тощих хозяев. Это стало еще более очевидно, когда за приоткрытой дверцей одного из них, я рассмотрел узкое ложе, по размеру явно соответствующее сопровождающим нас существам. Из этой открытой капсулы на пол стекал постоянный поток еле видимого белёсого газа, пополняя пещеру и утекая дальше, сквозь прорубленные в скале воздуховоды. Остальные капсулы были закрыты, и рассмотреть, что было внутри, сквозь темное стекло было невозможно, но, вряд ли, они конструктивно сильно отличаются от открытой.

Подтверждение этому мы получили буквально через пару минут, когда, перестав общаться с правителем, один из сопровождающих подошёл к ближайшей капсуле и выложил на ее поверхность принесенные Пофигом артефакты. Поверхность капсулы пошла радужными волнами, быстро впитывая их в свою поверхность, а еще через минуту с глухим шипением яйцо раскололось пополам, и дверца откинулась в сторону. Что-то затрещало, загудело и внутренность этой капсулы начала наполняться уже знакомым белёсым газом. Наполнив капсулу, он, в свою очередь, начал стекать на пол увеличивая вонючесть помещения вдвое.

Внимание! Восстановлены функции ковчега №2.

Скорость преобразования атмосферы 172 800 кубометров в сутки.

Полное преобразование атмосферы через... Бесконечно.

Поздравляем! Ваше отношение с расой половинчиков +5.

Поздравляем! Ваше отношение с правителем расы половинчиков +5.

100 килограмм золота.

Получено 10.000.000 очков опыта.

Получен уровень 306.

Меткость +10.

Энергия +10.

Энергопоток +10.

Удача +10.

Сила духа +10.

Сопротивление +10.

Получены новые характеристики игнорирование, уклонение.

Игнорирование +10.

Уклонение +10.

Из-за бассейна вышла пара половинчиков, тащивших невзрачный ящик, до боли похожий на мусорный контейнер из дешёвого пластика. Контейнер упал к моим ногам, крышка откинулась, открывая вид на заполняющие его мелкие желтые самородки и золотой песок.

— Благодарю, пришлые, вы возродили в нас надежду.

Голос, зазвучавший у меня в голове, был таким же безжизненным, лишь слегка покрыт легким флером эмоциональности, вызванный только что произошедшими событиями.

— Многие тысячелетия наше существование висело на одном волоске. Восстановив второй ковчег, вы на много упрочили наше положение. Возвращайтесь туда, откуда вы доставили необходимые нам детали и принесите остальные двадцать два набора, для восстановления остальных ковчегов, и мы осыпем вас всеми сокровищами, которые может дать эта земля.

Внимание! Получено задание: полное восстановление.

Добудьте 22 набора недостающих деталей, для восстановления индивидуальных ковчегов.

Награда: 100 килограмм золота или другой драгоценный металл в соответствующем количестве.

Увеличение всех альтернативных характеристик на +10 за каждый доставленный набор.

Штраф за невыполнение: война с народом половинчиков.

— Все, можете идти, вас проводят.

Сопровождающие нас половинчики вернулись на свои места и один из них махнул рукой в сторону, откуда мы только что пришли.

Чего? Они нас что, собираются уже выкинуть отсюда? Ну, уж нет, не для того я в такую даль перся.

Я шагнул вперед и плюхнулся на принесенный ящик, подвигал пятой точкой, удобнее устраивая ее на золотом песке, откинулся на открытую крышку, закинул ногу на ногу.

— Действительно удобный стульчик, — оценил я, — нам бы таких две дюжины в ресторане пригодились. Пригодились бы, но не на столько, чтобы настолько утруждать себя. Ваш металлолом валяется в таких местах, куда возвращаться нет никакого желания, так что мы, пожалуй, откажемся.

Я проигнорировал полупридушенный писк Пофига и почти не обратил внимания на появившиеся хреновины в руках половинчиков, удивительно похожие на бластеры, которые рисовали в фантастических книжках вековой давности, и спокойно продолжил:

— Вот, если предложите что-то более интересное, то может мы и соизволим заняться вашей жизненно необходимой проблемой… для вас жизненно необходимой.

Тридцать секунд ничего не происходило: сидящий в болоте хрен молчал, сопровождающие нас тоже безмолвствовали. Но, с другой стороны, из бластеров своих не пуляют, делая в моем прекрасном теле неэстетичные горелые дыры, и ладно. Я тоже могу помолчать.

Помолчать не получилось, уже через десять секунд я начал насвистывать веселую мелодию, покачивая в такт ногой.

— Мы можем уничтожить вас и все, что вам дорого.

— Мы пришлые, и можем ожить в любой момент и в любом месте, и все что нам дорого, находится в нашем мире, куда вам не добраться.

Вранье, конечно, но этому страшиле это знать неоткуда и незачем.

— Да и сомневаюсь я, что вы на это способны. Здесь да, здесь вы, возможно, всесильны, но, на сколько я понял, вы намертво привязаны к этому месту и к вашим ковчегам, но не будем о грустном, нам незачем сориться, мы сможем решить все наши проблемы, если сможем договориться.

Еще одна минута прошла в полной тишине, затем провожатые отошли, исчезая в боковых проходах.

— Что вы хотите?

— Для начала, — я перестал свистеть, — расскажите о себе. В общих чертах, можно без лишних подробностей.

— Что ты хочешь знать?

— Как вы сюда попали? С первого взгляда видно, что это не родные для вас места.

— Это истинно. Эта планета не является нашим домом.

— Даже так...

Но половинчик уже не слушал меня, наконец, он разошёлся и перестал делать огромные паузы на свои глубокие думы, начав вываливать на нас информацию сплошным потоком:

— Не знаю для чего и куда мы путешествовали, эта информация для меня излишняя и при рождении я ее не получил, мое дело сохранить наш род здесь, на этой проклятой земле, в практически безнадежном стремлении, каким-то образом, однажды продолжить свой путь, знаю лишь, что это самое важное стремление в наших жизнях и что мы будем стремиться к нему до скончания времен. Для этого в меня вложены знания о выживании и стремление к сохранению рода...

— Стоп, стоп, стоп, — перебил я разошедшегося половинчика, — не так быстро, я ничего не понял из того, что ты поведал. Кто вас куда послал, на чем вы путешествовали, и кто вложил в тебя знания?

— Хм-м, на большую часть вопросов я ответить не в состоянии. Их возможно знал Навигатор, ведущий наш дом к неизвестной цели, но после того, как наши подручные взбунтовались, убили его и посадили наш дом на эту планету, старые члены экипажа стали бесполезны и ушли, оставив меня одного возрождать наш род...

— Господи, с каждым словом становится только хуже, вы не отвечаете ни на один из заданных мной вопросов и только добавляете новых, постарайтесь отвечать последовательно и внятно.

Половинчик на некоторое время замолчал, а затем произнес:

— Попробуем по-другому.

Если в первый раз вторжение в мой мозг ощущалось как раскаленный кинжал вбитый в голову, то теперь возникло ощущение, что мой череп раскололи гигантским молотом, расплескав его содержимое по всей пещере, а затем меня наполнили образы и видения, напрямую переданные в мое сознание.

Я увидел мчащий через звездное пространство космический корабль. Скорость его не превышала скорости света и путешествие длилось тысячелетиями, но управляющий им экипаж был создан именно для этого и не знал, что такое нетерпение или скука, тем более, что большую часть времени они проводили в индивидуальных ковчегах, погруженные в анабиоз, а кораблем управляли полуживые, полумеханические существа, данные экипажу в бессменные помощники. Что произошло с ними, не понятно, но однажды, когда весь экипаж был заперт в своих капсулах, помощники взбунтовались, изменив направление движение космического аппарата. Добравшись до этой планеты, они вывели из строя все ковчеги, выбросили их из корабля и скрылись в неизвестном направлении. Экипаж оказался в безвыходном положении — ковчеги были сломаны, а местная атмосфера медленно убивала их. Пришлось провести процедуру Слияния. Отвратительное зрелище, когда два десятка тел, сплетясь в единый клубок, начали размягчаться, постепенно превращаясь в озерцо слизи, парящее такими необходимыми для дыхания газами. Единственный оставшийся в живых механик, пользуясь получившийся отсрочкой, раздербанив несколько ковчегов сумел отремонтировать один, который включившись начал преобразовывать окружающую атмосферу в пригодный для дыхания половинчиков газ. Затем механик и сам, погрузившись в лужу зародил его — будущего отца нации, повелителя половинчиков. Полученные на генном уровне знания, давали всю известную для их рода информацию о выживании в неблагоприятных условиях, но про космические полеты, он практически ничего не знал, кроме того, что им необходимо любыми способами продолжить этот полет. Долгие годы Правитель ползал на небольшом пятачке пространства, где текущий из Ковчега газ давал ему возможность существовать. Сгребал в лужу протоплазмы павшие листья и ветви, организуя первые ясли и выращивая съедобный мох. Еще десятилетия ушли на то, чтобы вырастить потомство и с помощью его перенести работающий ковчег в найденные рядом пещеры. Настроив Ковчег на выработку только недостающих в атмосфере газов, им удалось увеличить его производительность и поднять выработку достаточную, чтобы поднять количество достаточное для того, чтобы увеличить количество половинчиков с пяти до двухсот существ. Принесенные нами детали дадут возможность увеличить это количество вдвое, и обезопасить выживание рода, если один из них сломается безвозвратно. Теперь правитель жаждал починить как можно большее количество ковчегов, чтобы максимально увеличить поголовье своих подданных и начать делать вылазки в большой мир, в поисках информации о пропавшем корабле. Если он, конечно, еще находится на этой планете. Хотел так, что аж чуть не писался от нетерпения. В отличие от безэмоционального общения словами, вместе с образами я получил и полную эмоциональную картину, и жажда к продолжению путешествия глодала правителя не хуже, чем вампира жажда крови после многих лет голодовки.

Я мило улыбнулся и вольготно откинувшись на крышку ящика резюмировал:

— Значит те, кого у нас зовут Древними, сперли у вас корабль и оставив вас подыхать, смотались, а вы жаждете его вернуть обратно. Для этого вам нужны Ковчеги, чтобы максимально увеличить ваш ареал обитания, а затем, подняв по ковчегу на ваши хилые плечики, отправиться во все стороны на его поисках. А если, вдруг, это у вас получится, то вы вырастите нового Навигатора, залив в него знания, притаившиеся у вас в генах, и отправитесь на найденном корабле в дальнейшее путешествие?

— Да. Возможно, на это уйдут тысячелетия, но мы не успокоимся, пока не найдем его или не убедимся, что его больше нет на этой планете.

— Понятно-о-о. Ну, что ж, возрадуйтесь, вам не нужно восстанавливать остальные ковчеги, для его поисков. Возможно, я знаю, где ваш корабль сейчас находится.

Не знаю, кто икнул от неожиданности, Правитель или Пофиг у меня за спиной, возможно они сделали это одновременно, но мхатовская пауза после моего заявления затянулась на неприлично долгое время.

— Говори, — наконец выдавил из себя главный уродец.

— О чем это?.. — сделал вид я, что не понял.

— Человек, не шути со мной, говори, что ты знаешь о нашем доме, где он?

— В этом я не до конца уверен, надо кое-что проверить, знаю только, что после того, как ваши помощники вас кинули, они превратили в рабов одно из местных племен, имеющих предрасположенность к механике. Однако, как они вас, так и гномы кинули их и, похоронив в построенном подземном городе, сбежали, утащив кое-что из вещей, снятых когда-то с вашего корабля, включая детали ковчегов. Куда и как исчез сам корабль им не известно, как и Древним, которые вам не доступны. О нем во всем мире знаю только я, и отсюда встает вопрос, что мы получим за эту информацию?

В этот раз местная шишка не думала долго. Половинчик поднялся на ноги, вцепившись своими ластами в края бассейна и вперив в меня прожигающий взгляд своих черных буркал:

— Всё. Мы отдадим за это всё, что у нас есть, кроме дома, естественно, и ковчегов, по крайней мере большей части из них.

— Ха, я слишком часто слышал такие предложения в этом мире и каждый раз эти слова не стоили ничего. Мне потребуется от вас вполне определенная услуга, по транспортировке небольшого груза, да чем мне может помочь ваш ковчег? Стоит в него лечь и через пару минут я отправлюсь на перерождение.

— Это не так, наш механик может его перенастроить под ваш организм и тот сможет в кратчайшие сроки излечивать практически любые ваши раны и напитывать тело энергией, на длительное время существенно увеличивая все его параметров, начиная от силы и ловкости для воинов и заканчивая разительным увеличением сосуда для вмещения маны для магов и целителей. Впрочем, если он вам не нужен... да и для начала необходимо восстановить минимум пять из них. Это необходимо для нашего дальнейшего путешествия, когда оно, наконец, состоится. Кроме этого, мы обладаем и огромными богатствами, добытыми из местных ресурсов: золото, серебро, мифрил и адамант. Их сплавы и секреты обработки, которых нет ни у кого на этой проклятой земле. Всё это может стать вашим. Не молчи, человек, говори, где наш дом?

— Не торопись. Я же сказал, что мне сначала необходимо проверить свои догадки, если они окажутся верными, я тут же свяжусь с вами. Потом мы более обстоятельно обговорим объемы нашей награды.

Поздравляем! Ваше отношение с расой половинчиков +15.

Поздравляем! Ваше отношение с правителем расы половинчиков +15.

Внимание! Получено новое задание: возвращение надежды.

Верните народу половинчиков их корабль или укажите им место его расположения.

Награда: зависит от полноты выполнения задания.

— Возьмите это, — в руках правителя появилась небольшая каменная табличка, на которой тот раскалённым стилусом прочертил несколько огненных рун, — с этим вас пропустят сюда без всяких задержек. Табличка пролевитировала ко мне и мягко опустилась в протянутые руки.

Скрижаль силы. Пока она находится у вас в руках или рюкзаке, все основные характеристики +50.

Ого, неплохой пропуск, я бы еще от парочки таких не отказался...

— Ваше звездное величество, это крутая вещь, — уже вслух произнес я, — я бы еще от парочки таких не отказался, в качестве аванса, да и для моих товарищей они бы пригодились, не всегда я сам смогу бегать туда-сюда со свежими новостями о вашем пропавшем доме.

Правитель слегка посерел, но появившиеся из воздуха таблички подписал и, переслав их ко мне, взмахнул своими граблями, подзывая стражу и всем видом показывая, что аудиенция закончена.

Ну, и ладно, у меня тоже дел полно, да и надоело мне это дурно пахнущее местечко: пузырь воздуха все хуже справлялся со своей обязанностью, и последние минуты я из последних сил попеременно сдерживал то кашель, то рвотные порывы. Пора и честь знать. Я махнул рукой сопровождающим и первым шагнул к выходу.

Глава 9

Красота!

Я полной грудью вдохнул свежего воздуха, а затем не удержался и повторил это действо еще пару раз. Отсидка в тюрьме, а затем посещение вонючей дыры, где обитали страшные и ужасные половинчики, начали ввергать меня в серьезную депрессию, но короткое вознесение в голубые небеса, свежий воздух, насыщенный ароматом степных трав и цветов, вымыли из моего организма весь негатив и наполнили мое существо легкостью и предчувствием чего-то необычного и чудесного.

— Ты совсем сдурел? Что мы теперь делать-то будем?

Я глянул на угрюмую физиономию подлетевшего мага и настроение улучшилось еще больше.

— Напьёмся и по бабам?

— Чего, какие бабы?

— Ну ты знаешь, такие, с сиськами и глазами, — я показал на себе предполагаемые формы и коровьи глаза, — симпатичные и нежные, ты таких должен был в городе видеть, обычно в юбках ходят... а, хотя, откуда тебе знать, тебе же еще пара недель до совершеннолетия, что ты можешь знать о бабах...

— Пахан, хорош тупить, ты зачем этим монстрам про корабль какой-то наплел? Ты что не понял, что теперь они тебя из-под земли достанут, когда они поймут, что ты им наврал?

— Да не бойся, не знаю какие они тебе видения показывали про то, как они могут воевать, но в нашей атмосфере они долго не протянут, а с ковчегом на плечах долго не набегаешься...

— Очень зря ты так думаешь... — перебил меня Пофиг.

— ...тем более, — не обращая на него внимания продолжил я, — я действительно думаю, что знаю, где он находится.

Минуту со стороны мага раздавалось только какое-то невнятное кряхтение, и я смог, закрыв глаза, насладиться бьющим в лицо ветром и лучами теплого солнышка.

— К-к-как? Откуда? — Наконец, разродился тирадой маг, — ты год просидел в жопе червя, ты там что ли их корабль нашел?

— Во-первых не в жопе, а в желудке, а во-вторых, ты тоже бы знал где он находится, но ты и тогда нудел, как последний старпер, за что и помер, не пройдя последнее испытание. Ты, кстати, бригаду гномов организовал как я просил?

Пофиг слегка опешил от резкой смены разговора, но буркнул в ответ:

— Собрал, собрал, только этот подосланный тобой Аркенор — прохиндей каких еще поискать, но среди своих пользуется авторитетом, так что можно переправлять их в Еванделию, добывать ресурсы. Я договорился делить прибыль пятьдесят на пятьдесят, так что даже невменяемая сумма на пересылку довольно скоро окупится; Добрыня говорит, что эти руды с застывшей маной и жизненной энергией, произвели здесь фурор и у него заказов на полтора года вперед.

— Заказчикам придется подождать, право на поездку в волшебную страну надо еще заслужить, давай полетели, дел полно, надо начинать...

Пофиг только обреченно закатил глаза, но подстегнул своего пета. Ветер заревел, прекращая возможность разговора, и я замолчал, полностью отдавшись ощущению полета.

— Не все так просто, — я, задрав нос, расхаживал вдоль ряда гномов, — право на поездку в волшебную страну надо еще заслужить: лентяи, бездельники и лодыри мне там не нужны. Нужны доказательства, что вы можете работать.

Толпа гномов недовольно заворчала, но я их слушать не стал.

— Я понимаю, что ваши предки знатные рудокопы и мастера, но вы провели всю свою жизнь в степях и откуда мне знать, сможете ли вы соответствовать возложенному на вас высочайшему доверию? Но это очень легко проверить. Я знаю где находится клад полный различных драгоценных металлов и, мало того, я могу вас туда доставить. Там мы сможем не только хорошо заработать, но и проверить ваши навыки в деле. Лучшие из вас после этого отправятся дальше.

Ворчание прекратилось и вперед вышел Аркенор:

— Ближе к делу, человече, если куш хорош, то мы его и из центра земли достанем.

— Хавчик, вода, инструмент есть?

Я дождался утвердительных кивков угрюмых воителей и подытожил:

— Отлично, тогда выдвигаемся. Пофиг, давай, организуй нам портал к бывшему убежищу архимага, пришло время поковыряться в его заброшенных владениях.

— А как там, человече, безопасно?

— Не боись, гноме, если что, папочка тебя защитит.

Ответом на мой спич, стало два десятка недоверчивых взглядов из-под насупленных, заросших джунглями спутанных бровей и звук доставаемого из ножен оружия. И почему, спрашивается, мне никто не верит? Разве я хоть раз кого-то обманывал? Я показал головой и первым шагнул в открывшееся окно.

— Демоны вас раздери, я так и знал, что этим дылдам нельзя верить, — раздался сзади голос Аркенора.

Затем послышался звук десятка смачных плевков и лязг вытащенного до конца оружия.

И чего гномы так разволновались? Он же на нас не смотрит.

Я пробежался взглядом по возвышающимся рядом колоннообразным ногам, перешел взглядом на нависший над нами нервно подергивающийся хвост и тоже вытащил глефу. Зависший над нами Тираннозавр взревел, стегнул хвостом, чуть не срубив головы пригнувшимся гномам, и бросился вперед. Горообразный трицератопс, отчаянно пискнув, ринулся ему навстречу, угрожающе размахивая страшными рогами. Я тихонько выдохнул и сделал шаг назад. Толпа идиотов, стоящих за моей спиной, взвыла и, чуть не снеся меня, рванула вперед к схватке двух древних титанов...

— А они не шибко-то умные, — поделился я с магом своими наблюдениями, отпивая из высокого хрустального бокала глоток дайкири, — ты уверен, что они справятся с заданием?

Пофиг, развалившись на воздушном кресле, присосался к аналогичному пойлу, поглядывая то на разгорающуюся битву, то на небольшое облачко, которое зависло над нами, защищая от жгучих лучей солнца.

— Даже не знаю, может ума у них и не много, зато смотри сколько энтузиазма...

Тут он был прав. Прошло уже десять минут, как мы появились на этом острове и толпа гномов ринулась в никому не нужный бой, с одинаковым энтузиазмом долбя по ногам двух сцепившихся в смертельной схватке гигантов, а их порыв не иссякал, а, наоборот, все больше разгорался и я даже стал переживать, что динозавры перестанут лупасить друг друга и займутся надоедливой мелочью, давя их будто мошку. Пришлось вмешаться. Воздух рядом со мной почернел, сгустился формируясь в поджарую, ужасную фигуру Принцессы ползунов. Та неслышно зашипела, накладывая на окружающих многочисленные дебафы и бросилась вперед, на всем ходу, до хруста ребер врезаясь в бочину тираннозавра. Маны на ее поддержание мне хватит только минут на пять, но судя по тому, как начался этот бой, то минуты три еще окажутся лишними, и я смог отвлечься, указывая Пофигу рукой на место будущих раскопок. Там в стенке потухшего вулкана зияло идеально ровное полукружие.

— Видишь, там пара знакомых тебе идиотов, накормила великого огненного элементаля сутью элементаля ледяного, чем вызвала дезинтеграцию неслабого куска скалы. Когда-то над тем местом стояла башня архимага, но, после того несчастного случая, лишившись опоры рухнула вниз, где и была погребена под тоннами горных пород. Наша задача...

Я замолк прерванный истошным воплем тираннозавра, чей глаз пробил удар внутренней челюстью Принцессы, но резкий рывок и хрустнувшие шейные позвонки, оборвали крик так же резко, как он и начался.

Поздравляем! Вы убили Тираннозавр-Рекс. Уровень 250.

— ...я говорю ваше дело организовать там на склоне временный лагерь и начинать раскопки. Как ты помнишь, башня архимага была вся покрыта различными металлами, драгоценными и не очень. Половина из них пойдет им награду за работу. То, что находится внутри, наше полностью и относиться к нему надо как к величайшей ценности. Твоя задача защищать эту банду головорезов и следить, чтобы они не носились тут за каждой невинной животиной, а работали. Все, мне пора, до связи.

Я глянул как дымящийся, залитый кислотой трицератопс повалился на колени, на разбросанных по земле помятых гномов, похлопал по плечу застонавшего мага и шагнул в портал.

М-да... когда-то мы неделю готовились, чтобы тираннозавра завалить, а сейчас я даже коктейль не успел допить... даже как-то неинтересно. Надеюсь, и дальше все будет не менее уныло, неинтересно и безопасно. Шрамы через всю грудь, оторванные руки, ноги и быстрые, но от этого не менее мучительные смерти, мне давно уже надоели. Быстренько уничтожить два уродливых заплесневевших пятна на лике теперь уже моего мира, потом быстренько отправить жёнушку на свидание с окончательной смертью, вернуть Яру и можно отправляться на пенсию. Поселиться в ресторане, качаться на кресле качалке и отъедать неподъемное пузо. Великолепный план. Остались только сущие мелочи — выжечь то, что поглощает море энергии и отправить на свидание со смертью богиню этой самой смерти...

Ладно, будем решать проблемы по очереди, один источник безудержной энергии мне известен, будем использовать его. Надо узнать, как там дела у Остапа, и можно начинать.

— Абрам Моисеевич.

Я подождал безуспешно пару секунд нашего связного, а затем с болью в сердце вернулось воспоминание о нашем прощании и понимание, что мы уже никогда не увидимся. Настроение опять упало, и я побрел по улочкам Другмира. Мне срочно нужна моя кровать...

Дом встретил меня родной вывеской над дверями ресторана и смолистым дымком, идущим из трубы нашей баньки. Последнее моментально сбило меня с пути истинного, ведущего в спальню и я, следуя за своим носом нырнул в сад и остановился, глядя на кузню. Магия не давала нестерпимому шуму вырываться за пределы ее стен, но хлещущий из ее трубы огонь говорил, что там что-то не в порядке.

— Не хватало только, чтобы эти балбесы мне дом спалили, — зло прорычал я, рывком открывая дверь кузни и тут же отшатываясь назад, так же быстро закрывая ее обратно. Сдул с лица испепеленные брови, поморгал выжжеными до самого мозга глазами, сглотнул вмиг пересохшим горлом. Любовался я открывшимся видом меньше секунды, но этот вид остался выжженным на моей сетчатке до конца дней. Высшие Демоны и те, наверное, с воплями бы разбежались из этого места. В раскалённом до бела горне будто извергался проснувшийся Везувий. Десяток кузнецов, не обращая внимания на плещущее на них пламя и снопы искр, споро махали своими молотами, долбя почему-то прямо в бурлящем горне. К невероятной жаре добавился могучий дух взопревших богатырей, превращая ад кузни в последний круг преисподней.

Дверь открылась, и я с визгом отскочил в сторону.

— Ты чего? — Буквально дымящийся Добрыня вывалился наружу, недоуменно глядя на меня.

— Я чего? Это вы чего? Что за безумие вы там устроили?

— Безумие? — Добрыня обернулся назад и махнул рукой, — да ничего такого. Мы в Еванделии добыли несколько катушек мифриловых нитей. Только они грубоваты. Чем тоньше нить, тем качественнее получится броня, вот ребята, приехавшие за первой порцией магической руды, согласились помочь вытянуть их до нужной толщины. Делать-то все равно нечего, поставок пока же нет, вот и качаем ремесло.

Я поморгал еще раз, вспоминая лижущий обнаженные тела огонь и неожиданно сам для себя произнес:

— А-а-а, понятно, ты это пивком их от меня угости, не стесняйся, закажи пару бочонков, и вообще, скажи, чтобы после работы не расходились, банька затоплена, я прикажу Антонио поляну накрыть, может что и с девочками придумаем... Я пару часиков посплю и присоединюсь к вам.

— Пахан, ты чего? Не заболел случаем? Пиво, баня, девочки, ты же на дух людей не переносишь?

— Не знаю, — честно признался я, но сделай, как я сказал.

Я нырнул в баню, с удовольствием забираясь на верхнюю полку. Тут было градусов сто, но по сравнению с кузней, ощущалась как Арктика в ясный морозный зимний день, как бы мужики после работы тут не простудились...

Я прилег на полочку, втягивая в себя аромат разогретого дерева и не заметил, как задремал.

До кровати я не добрался, но попал куда нужно: серая безжизненная равнина, наполненная шеренгами белёсых призраков, окруженная ордами гомонящих темных. Нет, сначала было всё, как в ненормальном сне: вокруг меня суетились сотни разнообразных существ, беззвучно убивая и умирая, но уже через несколько мгновений из сна я вынырнул в реальность и гомон обрушился на мои уши Ниагарским водопадом. Вопли, крики, стоны, вой, рык и завывания, сплетаясь в единую какофонию ударили по ушам, пронизывая мою душу до самого естества. Группа гоблинов на гиенах, оскаливших свои слюнявые пасти, не замечая меня пронеслись мимо, врезаясь в беззвучно движущиеся призрачные силуэты призраков, обрушивая на них кувшины с тягучей черной жижей. Та впитывалась в бестелесные силуэты, начиная, подобно протухшей крови струиться по отсутствующим венам, с каждым мигом вырывая их из загробного мира, наполняя существом, делая все более телесными и осязаемыми. И тут же гиены вступали в дело, впиваясь своими страшными клыками в овеществленные тела, раздирая их и отправляя обратно в небытие.

Я шагнул дальше и был чуть не сбит пятком отвратного вида карликов. Те мчались к полю боя, не разбирая дороги, впрочем, они, наверное ее и не видели: их превратившиеся в крошечную точку зрачки и застывшие в гримасе ярости лица явно говорили, что эти ребята находились под воздействием каких-то запрещенных препаратов. И действительно, в нормальном состоянии сознания мало кто был способен совершить то, что сделали эти бедолаги. Один из пятерки, с ног до головы обвешенный взрыв бомбами вырвался вперед, и через миг превратился в кровавый туман, который накрыл сразу с полсотни призраков. Видимо при этом в воздух выделилось столько жизненной энергии, что все призраки разом порозовели, обретая плотность и вещественность и тут же исчезли, когда ворвавшиеся в их ряды оставшиеся карлики рванули в свою очередь, дробя призраков в фарш множеством разлетевшихся в стороны поражающих элементов. Меня каким-то чудом не задело, и я поспешил вперед, подальше от этих психопатов, к холму, где, восседая на рычащем маркарисе боем руководил Остап собственной персоной. Обогнул толпу наг, будто вентиляторы размахивающих длинными узкими клинками; протиснулся меж ног пары горных великанов; еле уклонился от шеренги орков; прожигающих дыры в призраках странными светящимися копьями; обежал рукотворное болото куда призраков зазывала престарелая кикимора, и где ожившие корни раздирали их на части; продрался сквозь плотный строй неизвестных мне шипастых уродцев, взобрался на крутой холм и, наконец, встал рядом с ярящимся маркарисом, обводя взглядом бескрайнюю серую равнину. С последней нашей встречи она сильно увеличилась, но содержание её осталось прежним: равнина праха, из центра которой в этот мир перли поглощающую энергию призраки. Насыщаясь полностью, они разворачивались и летели обратно, если им давали это сделать, конечно. Целый конвейер по их утилизации находился прямо перед нашими глазами. Шаман Уммра*кей, вышел из своей бесконечной медитации и теперь из защитной сферы, в которой он продолжал сидеть на поверхность мертвой равнины, вытекал целый поток белёсой энергии. Разливаясь по округе, она впитывалась в проплывающих мимо призраков, будто влага в бумажную салфетку, а отборные части тёмных их тут же утилизировали. Но шаман был один, и его сил хватало максимум на четверть долины, в остальных же ее частях дело было гораздо хуже. Я попытался отодвинуть закрывающую мне вид голову маркариса и чуть не лишился руки, когда в миллиметре от нее щёлкнули страшные челюсти и раздался грозный рык.

— Попищи еще на меня, кошара блохастая, — погрозил я, — не посмотрю на твоего хозяина, кастрирую все напрочь, в марте сможешь только песни фальцетом своим дружкам петь.

Маркарис бросил на меня убийственный взгляд, но, наконец, заметивший меня хозяин отвел от меня злобно скалящуюся пасть своего скакуна и легко спрыгнул на землю, заключая меня в свои зубодробительные объятия.

— Пахан, давно не виделись!

— Да, давненько и смотрю дела тут у вас лучше не стали.

— Не стали, — согласился со мной Остап, — более того, дела становятся все только хуже. Мы не можем пробиться к центру прорыва, и уничтожить саму проблему, а борясь лишь только с ее последствиями, мы неизбежно проиграем.

— А что нужно, чтобы добраться туда, в центр?

— Что нужно? Нужен всплеск энергии, достаточный, чтобы напоить ей всех призраков разом, после чего у нас появится достаточно времени, чтобы уничтожить их всех и прорваться к центру, пока оттуда не пойдет новая волна, но даже Уммра*кею это не под силу.

— Много энергии, говоришь? Недавно мы в одной горе дырку организовали, диаметром в сотню метров, как думаешь, десяток таких бомб дадут нужный результат?

— Дыра в сотню метров? Хм-м, я думаю, что хватит, вот только как вы это сделали и сможете ли сделать таких сразу десять?

— Хм-м, — теперь пришла моя пора тереть подбородок, — в прошлый раз мы великому огненному элементалю скормили суть великого водяного элементаля, в итоге дезинтеграция с выбросом такого количества энергии, что в горе дыра образовалась, вот только как сделать это десяток раз, да еще и одновременно...

— Это легче лёгкого, — неожиданно влез Остап, — нужно добыть сути обоих этих существ и в нужный момент соединить их друг с другом. Тут полно чёрных карликов, которые только и мечтают, чтобы устроить большой бадабум. Добудь мне по десять этих сущностей и поторопись, мы здесь долго не продержимся.

Внимание! Получено задание: Суть элементалей.

Добудьте по десять сущностей великих огненных и водяных элементалей и доставьте их Остапу, в течении 24 часов.

Награда: помощь всех темных в одном деле по вашему выбору.

Штраф за невыполнение: прорыв сущностей Мораны, гибель 50% темного воинства.

— Так даже лучше, согласился я, сделаем.

— Ага, только когда будешь на лавовой равнине, голову береги.

— Что?

— Голову, Пахан, говорю беречь надо, а то напечет и тошнить будет.

Я потрогал раскаленную голову и действительно почувствовал первый порыв тошноты, прикрыл глаза, а когда открыл, меня уже вытаскивали из парилки, одновременно поливая голову холодной водой.

— Да, как ты так-то, а?

— Что? Где? Кто?

Я еле продрал глаза, с трудом осознавая окружающее.

— Голову, Пахан, беречь надо, а то напечет и тошнить будет.

Суетящийся вокруг меня Добрыня прихлопнул мне на макушку мокрое полотенце и вручил литровую кружку компота.

— Пей. Ты в парилке часа четыре проспал, как в мумию не превратился даже не знаю.

Глава 10


— Тут как-то к моей дочурке как-то такой прощелыга подкатывал, — квадратный, как и большинство присутствующих на пьянке кузнецов, мужик ухмыльнулся и одним махом закинул в себя литровую кружку пива, — звал ее на свидание на сеновал, о любви все говорил, нежно так: "Ля мур-р-р...", да как узнал, что она на свидание со мной придет, позеленел весь, заикаться стал:" К-к-к-кузнец? З-з-з-зачем кузнец? Н-нам кузнец не нужен..."

Вся компашка мастеров молота и наковальни, как подорванная заржала над этой неказистой историей, и я довольно улыбнулся. Отлично, значит пара пузырей ядрёного самогона, влитая мной в бочонок с пивом, начали действовать как надо. Впрочем, может это и не алкоголь, я изначально был не слишком высокого мнения о интеллекте людей весь день долбящих одной железкой о другую, но в любом случае, они постепенно доходили до нужной кондиции. Вон уже и на девок посматривают игриво, пощипывая их за отъетые окорока. Хотя назвать девками этих матрон можно было с трудом. Присланные Брумгильдой к Добрыне прядильщицы и злотошвейки, будто брали пример со своей начальницы и объемы телес имели прямо-таки героические, впрочем это никак не смущало наших парней, наоборот, привлекало гораздо больше, чем эстетика стройного тела, вон уже и в ближайших кустах слышатся еле сдерживаемые писки барышни, которую самый ушлый мужичонка потащил туда на звёзды посмотреть.

Ну, и ладно, это никак не мешает моему только что придуманному плану, а даже его неплохо дополняет.

— Выпьем!

Я не дал глоткам мужиков просохнуть, и стоило им залить в себя по очередной кружке пива быстро разлил по новой и предложил новый тост:

— За прекрасных дам и за тепло их нежных сердец! Пьем до дна!

Отглотнул компота, разлил по-новой и метнулся домой на склад. По пути заскочил на кухню, приказал доставить еще бочонок пива и метнулся дальше к специальному отделу склада, где у нас хранились особо ценные предметы. Там средь голов принцесс и королев ползунов, сложных механизмов из города древних, нижнего белья поверженного титана (слегка дранные семейные труселя шестьсот сорок восьмого размера), сути повелителя водяных элементалей Босса северных широт, крыльев поверженного ангела, короны королей всех личей, стояла стеклянная четверть, наполовину заполненная ядрёной фиолетовой жидкостью. Я с величайшей аккуратностью переложил ее себе в суму, взял остальные необходимые предметы и опять метнулся на кухню, затарился подносом, десятком стопариков и метнулся обратно к празднующей толпе. Слава богам в мое краткое отсутствие градус веселья нисколько не понизился, а даже слегка вырос и я смог спокойно разлить фиолетовую жидкость по стопарикам. В этом деле главное было соблюсти норму, ибо Калянский самогон, в зависимости от литража легко превращался из зелья смелости, в зелье ложной красоты или невидимости. Разнес стопки шумящим мужикам, вскочил на стол вздергивая стопку к небесам.

— За тепло женских сердец мы уже выпили, но что может быть жарче, чем они? Только страстные объятья настоящих мужиков! Выпьем за нас!

Все накатили и полезли обжиматься с притворно запищавшими толстухами, но я еще не закончил:

— Однако, настоящий мужик все дни проводит на работе, творя и зарабатывая на безбедную жизнь для своей семьи, и чтобы в это время дама сердца не страдала от холода и не думала об объятьях какого-нибудь проходимца, необходимо что?

На меня уставилась два десятка недоуменных пьяных глаз.

— Правильно, — подтвердил я, — суть огненного элементаля, дающая неугасимый свет и тепло. Жаль, дамы, что перед вами обычные кузнецы, а не воины, а то мы бы быстренько снабдили вас неугасимыми сущностями огненных элементалей, и вам всегда было бы тепло и душевно, как в объятиях энергичного мужика!

Слава богам, кузнецы дошли уже до нужной кондиции, и моя кривая речь не вызвала у них никаких нареканий. Они повскакивали с мест, колотя себя в грудь пудовыми кулаками и требуя подать им этого элементаля на блюде, а уж они-то разделают его под орех получше любого воина.

— М-да? — Скептически посмотрел я на них, и подмигнул дамам, которые, как и договаривались, тут же метнулись в разные стороны, — ну, раз вы так просите, то пожалуйста.

Окно грузового портала открылось прямо у нас под ногами, и мы ухнули в него прямо вместе со столом, скамейками обильной снедью и почти допитым бочонком пива. Гомон и вопли почти сразу сошли на нет и хорошо стал слышен глухой рокот и треск окружающей нас долины. Или это была пустыня? Не знаю, на земле я ничего подобного не встречал. Не смотря на ночь и слабое освещение только начавшей зарождаться луны, было сразу понятно, что здесь и при ярком солнце выжженая земля была антрацитово-черная. Перемежалась она с многочисленными лужами и даже целыми озерцами кипящей лавы, будто термитниками была утыкана множеством действующих вулканчиков и рокочущих гейзеров, извергающих бурлящую жижу жидкой серы. Воздух был перенасыщен отвратными запахами стухших яиц и, почему-то, сбивающей с ног чесночной отрыжки. ...А, нет, этот духан идет от десятка в изумлении раскрытых пастей вмиг протрезвевших кузнецов. С другой стороны их можно понять, только что они были в приятной компании глупо хихикающих девиц, и тут раз, и ты со всех сторон окружен злобно ворчащими огненными элементалями. Да, да, я забыл их упомянуть, мне было не до того, я прятался за опрокинутый стол, одновременно пытаясь нацепить на себя перевернутый бочонок из-под пива. Десяток гранд-мастеров кузнечного искусства, каждый из которых имел иммунитет ко всем проявлениям огня — это грозная сила против элементалей, владеющих магией только этой стихии и в моем наскоро сшитом белыми нитками плане, было только одно слабое звено. Как ни странно, это был отсутствующий в данный момент Пофиг. Он сейчас где-то прохлаждается, вместо того чтобы накладывать на драгоценную шкуру кланлида многочисленные защитные заклинания. Особо не хватало щита от магии огня, но что от него ещё ждать? Вечно где-то шляется, когда мне требуется его никчёмная помощь...

Мне еле удалось вконец скрючить ноги, и бочка упала, накрывая меня полностью. Я сдул с носа пивную пену и прильнул к отверстию в боку бочонка.

Ну, что сказать, может хмель с мужиков и спал, но Калянский самогон действовал, как надо, те повыхватывали свои боевые кувалды и бросились в атаку. Сквозь небольшое отверстие видимость была не очень, но в поле зрения попала пара кузнецов, буквально нырнувших внутрь надвигающегося на них элементаля и очень, очень быстро начали множить его на ноль. М-да-а, чтобы игроку получить иммунитет хоть к какой-то стихии нужно было вывернуться наизнанку, а для НПС пожалуйста, любой достигший уровня гранд-мастера получает эту опцию в подарок. У тех же золотошвей от постоянных уколов иголками к этому уровню вырабатывается иммунитет к физическому урону — это просто невероятно, осталось только придумать, как их заполучить в свое войско и можно спокойно выступать против орды физовиков...

Удар, удар, удар, — раскаленные молоты со свистом вылетали из живого пламени и с не меньшим свистом ныряли обратно, выбивая из монстра снопы огня, искр и целые тучи чёрного чадящего дыма. И с каждым ударом монстр скукоживался, уменьшался и таял, пока не взрывался, превращаясь в сказочный фейерверк, заливший жидким огнем всю землю радиусом метров в тридцать, полностью захлестывая нашу поляну, стол и мое временное убежище. Сразу резко потеплело. Я, через дырку в стенке бочки почти удачно смог сдуть разгорающийся на ее поверхности огонь, но вслед за первым монстром рванул второй, а потом и третий, пришлось заткнуть дырку пробкой и, скрючившись сидеть и равномерно запекаться внутри деревянной духовки. Секунда, две, три...

— Да пошли они все, — решил я, — что я вам, курица какая-нибудь?

Вскочил, скидывая с себя бочку и призывая под ноги ледяного гобота. Залитый огнем, он моментально взорвался, превращаясь в тучу острых осколков и облако перегретого пара, но зато огонь отступил и под моими ногами вместо плещущего пламени оказался кусок замороженной земли. Второй щелчок пальцами и рядом со мной выросла туша великого ледяного элементаля. Я в три скачка забрался его загривок и резким взмахом глефы указав направление, приказал:

— Вперед, Буренка, поползли, завалим вон того горячего парня!

Указанный мной элементаль был не большой, не выше пяти-шести метров высотой, и плескал во все стороны огнем не так усиленно, как его старшие собратья.

Мой скакун сполз с ледяного насеста, и его подошва моментально окуталась густым паром, раскалённая почва под ним начала трещать и трескаться, а мы, на получившейся водяной подушке устремились вперед как наскипидаренные. Я и глазом моргнуть не успел, как два монстра сшиблись в смертельной схватке, только взвизгнул от потоков ошпаривших меня бешеных струй перегретого пара и скатился со спины ледяного элементаля, развернулся, отмахиваясь от наседающего противника и застыл, пораженный необычным зрелищем.

Внимание! Призванное вами существо: великий водяной элементаль — уничтожено.

Десятиметровая ледяная гора, хрустальной скорлупой нависла над вдвое меньшим противником, который опал, лишенный оживляющей его пламенной псевдожизни, и еле трепыхался, превращая своего противника в гигантский абстрактный светильник. Пара секунд и мой элементаль разбился, с перезвоном погребальных колокольцев, а в след за ним безжизненной лужей растёкся и его противник, наградив меня толикой опыта и первой добытой в этом бою сутью огненного элементаля.

Взрыв!

Я едва успел спрятаться за останки своего спасителя, как нас накрыла очередная волна жидкого пламени. Боль, яростный свет, свист моментально плавящегося льда, а затем приятная прохлада.

Внимание! На вас наложено великое излечение.

Внимание! На вас наложена великая регенерация: +10% хитпоинтов в минуту.

Внимание! На вас наложена защита: великий покров древних лесов.

Защита от всех проявлений стихийной маги 60%.

Время действия 180 минут. В течении действия бафа возможна активация полного игнорирования урона от всех видов магии сроком на 30 секунд.

Ого, а это откуда? В моем арсенале природной магии таких заклинаний с бафами и близко нет. Я вскочил, оглядываясь, но никого не увидел, перекатился, уходя от очередного выплеска огненной стихии и снова оказался на ногах. Не прошло и пары минут, как мы оказались в этом аду, а от нашей пиршественной поляны ничего не осталось: стол превратился в груду углей, блюдо с жареным бараном оплавилось, а сам он чадил вонючим дымом горелого мяса, бочка догорала, а скрепляющие ее полосы сгибались, размягчившись, будто воск под жарким солнцем и только разбушевавшиеся кузнецы, как ни в чем не бывало, шлепая тяжелыми башмаками по лужам лавы, гонялись за горами ожившего пламени. Видимо, Калянский самогон и жажда пышных телес недоступных красоток, ждущих нас в Другмире, снесли у них в голове все преграды, превратив мирных работяг в настоящих берсерков. Впрочем, возможно, в этом помогла и безнаказанность этого действа. И они сами и их заточенный на сопротивление огню шмот не претерпевали никаких видимых разрушений от взаимодействия с этой адской долиной и ее энергичными обитателями, вот товарищи и увлеклись...

Я еле успевал кастовать ледяных гоботов и перепрыгивать с одного ледяного островка на другой, мечась от элементаля к элементалю, растекшихся безжизненными лужами на черной земле, и собирать в жаропрочные контейнеры, вещество, составляющее их суть.

А мужики разошлись не на шутку, разбившись на тройки, во главе с закованным в адамант Добрыней мчались вперед для того, чтобы в очередной раз с головой нырнуть в ожившее пламя, сокрушительными ударами молотов выбивая из них хитпоинты. Не знаю, как эти железяки могли повредить бушующему пламени, но они действовали и действовали на удивление эффективно. Возможно, в битве им помогало умение — Усмирение огня, то и дело применяемое на ожившем пламени, но равных по уровням монстров они валили буквально за пару-тройку минут и не останавливаясь мчались дальше. Мне только и оставалось, собирать выпадающие трофеи и благословлять Калянский самогон и счастливый случай, приведший в наш дом толпу чокнутых молотоносцев.

Поздравляем! Вы развеяли великого огненного элементаля.

Получено:

1200 золотых монет.

Адамант 1,3 грамма.

Суть великого огненного элементаля.

Рубаха бушующего пламени.

Последнее приобретение меня заинтересовало, и я быстренько глянул ее расширенные свойства.

Рубаха бушующего пламени. Прочность 1/1.

Не является броней и может быть использована вместе с любыми доспехами.

Свойства:

Часть огненного гардероба. В этой рубахе вам никогда не будет холодно.

Если надевающий не имеет иммунитета к магии огня, шанс внезапного испепеления 50%.

Замечательно, только внезапного испепеления мне для полного счастья и не хватало...

Внимание! Дружественное вам существо земляной элементаль "Зёма", последний месяц усиленно насыщался ценными минералами и металлами, он добыл сердце другого гораздо более могущественного существа, испробовал высокоэнергоемкие минералы доступные лишь в одном месте волшебного мира, окунулся в первозданную стихию земли напитавшись её сутью и теперь достиг точки перерождения, переступив сразу через ступеньку в своем развитии.

Возрадуйтесь! Теперь у вас появился новый гораздо более мощный союзник — великий земляной элементаль!

— Чего? А, Зёма, сукин сын, мелкий воришка, переродился-таки, жаль, что он на Еванделии остался, сейчас он тут в качестве лошадки бы мне пригодился... Хотя лошадка-то у меня есть, что если с ней поработать попробовать поскакать?

Я оглушительно свистнул, призывая Зигзага, и заскочил в седло, даже не дав ему приземлиться. Огромный алмаз исчез в бездонной утробе, добавив пету еще пять уровней и добавив пятипроцентную защиту от физического урона. Зигзаг, чуть ли не сделав кульбит, рванул в вышину, а затем так же резко рухнул вниз, так, что у меня желудок подкатил к горлу, но, все же, я успел изогнуться, проведя рукой по растекшейся луже пламени, и собирая раскиданный в ней лут.

Поздравляем! Вы развеяли великого огненного элементаля.

Получено:

1100 золотых монет.

Адамант 4 грамма.

Суть великого огненного элементаля.

Огненный кристалл


Есть, работает!

Зигзаг пошел на бреющем полете, чуть ли не чиркая кончиком крыла по кипящей лаве, а я, свесившись сбоку лутал одного монстра за другим.

Внимание! Первая часть задания: суть элементалей, выполнена, вы добыли по десять сущностей великих огненных и водяных элементалей. Теперь доставьте их Остапу, в течении 18 часов.

Успеется, у меня дома почти под сотню сути оживших ледышек, добытых нами во время путешествия к Еванделии, а если смешав их с сутью огненных, мы получим самую мощную взрывчатку в этом мире, то мне нужно уровнять их счет. Тем более что и добытчики не унимаются, несясь от одного монстра к другому, шустро приближаясь к торчащей посреди равнины небольшой горе. Та истекала лавой, бьющей из множества небольших вулканчиков, которыми была усыпана вся ее поверхность, и в этой лаве собралась особо крупная популяция местных обитателей. Они, будто веселящиеся дети принимали тонизирующие ванны, плеща друг на друга пышущим расплавом. Там их как раз хватит, чтобы добить наши запасы до сотни, да и на подарок девушкам останется, не зря же тут наши горячие парни так парятся.

PAHAN ДОБРЫНЕ

- Давай, веди всех к той скале, а я вас с воздуха прикрою.

- Ага, я видел, как ты нас из бочки прикрывал, прикрыватель хренов.

- Во-первых, не из бочки, а из стратегического передвижного бункера, а во-вторых, заткнись, давай вперед, за родину, за Сталина, на пользу родному клану, и так далее, и тому подобное, пшёл давай!

- Пшёл, пшёл, поглядывай там давай сверху, чтобы не нарваться на какие-нибудь неприятности, а то уж больно все просто идет...

- Все нормально будет, сейчас вам музон подгоню под настроение.

Я всмотрелся в имена неписей и дал команду пету:

— Зигзаг, ну-ка задай бит!

В горле у пета заклокотало, захрустело, а затем над выжженной равниной разнесся бит знаменитого, можно сказать, культового произведения. Я подхватил его, выбивая ритм рукой по коленке:

Пахан, Добрыня, Родя, сам Серый,

Семен Аркадьевич, Саня!

Мортал комбат!

Файт!

Мортал комбат!

Экселент...

Экселент...

Внимание! Вы наложили на дружественную группу спонтанный баф: смертельная битва.

Скорость передвижения +25%.

Шанс убить любое существо с одного удара — 1%.

Я, вдохновленный таким неожиданным успехом продолжил:

Пахан, Добрыня, Родя, сам Серый,

Семен Аркадьевич, Саня!

Мортал комбат!

Файт!

Мортал комбат!

Экселент...

Экселент...


Мужики резко ускорились, врезаясь в толпу возбужденных врагов. Во все стороны полетели сотни файерболов, сгустков пламени и веера искр, нам даже пришлось взять резко вверх, чтобы не попасть под этот массированный арт обстрел. Да, это тебе не какой-то жидкий фейерверк на посредственном рок фестивале, это реальный Армагеддон локального масштаба.


Пахан, Добрыня, Родя, сам Серый,

Семен Аркадьевич, Саня!

Мортал комбат!

Файт!

Мортал комбат!

Экселент...

Экселент...


Энергия прёт... мы с петом, поддавшись бушующим волнам древнего гимна безудержного махача, не удержались, низринулись вниз, вступая в бой сразу со всей толпой врагов. Зигзаг, непонятным мне образом уворачиваясь от несметного количества воздетых огненных рук, взметнувшихся файерболов и извергаемых водопадов пламени, пролетел прямо над морем элементалей, а я, свесившись сбоку, чиркнул по их головам острием своей Искры, взрезая их и заставляя извергать вверх облака перегретой плазмы.


Внимание! Сработал шанс спонтанного бафа: смертельная битва.

Большой огненный элементаль убит.

Получен новый уровень 310.

А вслед за этим сразу последовало еще два аналогичных сообщения. Получается, моя божественная удача при мне, судя по количеству моих ударов, шанс из однопроцентного вырос до десяти-пятнадцати процентов. С такими шансами, мы сейчас их всех за пять минут положим!

Зигзаг взмыл вверх, сделал мёртвую петлю и снова низринулся вниз, выходя на второй заход. Искры, всегда брызжущие с лезвия моей глефы, утонули в море пламени, поглощенные бушующей стихией.

Внимание! Сработал шанс спонтанного бафа: смертельная битва.

Большой огненный элементаль убит.

Еще четыре монстра растеклись по лаве лишёнными жизни лужами, новый заход, взрыв!

Перед глазами потемнело, окружающее замерло, время остановилось, включился мультик, повествующий, что нам хана... Мы то ладно, но вот цвет кузнечного дела целой империи... если они здесь сдохнут, Вандэнбрук на пару с графом, нас со свету сживут...

Мультик включился и ожил, на нем было неисчислимое воинство гномов: сверкающие стальные ряды ощетинившись длинными пиками ровным сроем наступали на море огненных элементалей. Идущие над ними арбалетчики били поверх голов первого ряда, пронзая огромными, сверх меры утяжеленными болтами по десятку монстров за раз. Над ними всеми в воздухе висели горящие руны, накладываемые седобородыми магами, те не хуже защитных куполов защищали обычных бойцов от бушующей перед ними стихии. Позади всех брели подземные вараны, волочащие за собой громоздкие катапульты. Те, время от времени, взрыкивали, содрогаясь от отдачи, швыряли в ряды элементалей зачарованные глыбы льда, которые взрываясь, выкашивали среди тех целые просеки. Стальные ряды продолжали наступать, маршируя прямо по телам поверженных врагов, а меж ними сновали плечистые крепыши, лутающие монстров и складывающие сути огня в свои жаропрочные мешки. Суть огненного элементаля. Что может быть лучше для расы металлургов и кузнецов? Неугасимые плавильни и беспрерывно работающие горны — мечта любого из них.

Ряды, не снижая хода, добрались до одинокой горы, врезаясь в пасущихся у ее подножия элементалей и сгинули, захлестнутые волной лавы: гора ожила, встрепенулась, дернулась и окружающее ее озеро лавы поднялось на дыбы, обрушиваясь на не ожидавших такой подлянки воителей, а затем застыло, превращая их ряды в абстрактные каменные скульптуры.

Еще миг и видение исчезло, а пронизанный грохотом взрывов и треском огня воздух пронзил вопль Добрыни, приказывающий всем отступать, и вовремя: кусок скалы в полсотни метров высотой вздрогнул: вниз посыпались камни, пыль и песок, а затем он будто взорвался, моментально раскаляясь докрасна, усеивающие его кратеры, будто загноившиеся поры извергли из себя фонтаны магмы, а затем ожившая скала начала разворачиваться, открывая пламенеющие глаза.

Повелитель огненных элементалей. Босс Южных Пустошей. Уровень ??? ???/???

Ёкарный бабай, только этого нам не хватало, судя по тому, что он наполовину состоит из магмы и вокруг его уродливой башки с треском рвутся цепные молнии, он явно может наносить урон не только магией огня. А судя по тому, что я даже не вижу его уровня — дело плохо. Кузнецы, конечно, ребята крепкие, но они все же не бойцы и вряд ли переживут хотя бы пару ударов такого монстра.

Слава богам, Добрыня это тоже понял, на всех парах оттаскивая бравых парней от оживающего босса. Мигнул тусклый свет открывающегося портала и вот уже первый кузнец, направленный мощным пинком Добрыни, влетает в его разверзшийся зев. Остальные, не дожидаясь дополнительного ускорения, будто в воду ныряли во все сужающееся окно. Восьмой, девятый, десятый... отлично.

PAHAN ДОБРЫНЕ

- Всем спасибо, все свободны. А вас, Добрыня я попрошу остаться.

Но огр и не думал убегать. Убедился, что окно портала закрылось, развернулся, размял закованные в адамант плечи, перехватил поудобнее двухсоткилограммовый молот, глянул на меня.

А что я? Я сам не понял зачем здесь остаюсь. Нужные ингры добыты, можно лететь к Остапу, и причин оставаться здесь, рискуя шкурой не осталось. Разве только было любопытно узнать, кто же наложил на меня заклинания природы, да тень мысли, что медленно пробуждающегося монстра можно использовать в своих планах. Только вот мелькнув, мысль так же быстро пропала. Не мог же я возжелать использовать эту ожившую гору так же, как ранее хотел использовать обычного великого огненного элементаля? Или мог? А если мог, то, как это исполнить технически? Как заставить этого титана вползти в портал, и будет ли тот портал достаточно большим, чтобы он в него пролез?

На первый вопрос ответ простой — надо его разозлить настолько, чтобы он пополз за нами куда угодно. Для клана дятлов это не проблема, довести до белого каления любого это нам раз плюнуть. А вопрос с телепортом... узнаем, когда выполним пункт первый... Для этого я моментально разработал сложнейший, многоуровневый план…

Глава 11

PAHAN Добрыне

- Добрыня, давай, метнись к этому бугаю и стукни хорошенько ему своим молоточком по правому мизинчику.

Хорошо, согласен, план по привлечению к себе внимания не слишком сложный, но это же кусок ожившего камня, а не придворный философ, нечего с ним сильно мудрствовать, тем более что и я помогу, чем смогу.

- Чё?

- Ну, ладно, ладно, не хочешь по правому, долбани по левому, я не против. Но только так, чтобы он, после этого, за нами и на край света пополз. У нас всего одна попытка будет, надо не облажаться.

Добрыня тряхнул головой, видимо вытряхивая из нее тот бред, что я нес, и медленно разгоняясь, понесся к ожившему монстру.

Да, да, всё это время оживший крепыш приходил в себя, трещал, кряхтел, наливался огнем и жизнью. Похоже в этом ему помогали огненные элементали, все еще в большом количестве тусующихся у его подножия, которых ожившая гора буквально впитывала в себя одного за другим, с каждым поглощением раскаляясь всё больше и больше. Не успел Добрыня пробежать и половину разделяющего их расстояния, как местный босс из серой безжизненной скалы, превратился в сгусток бурлящей магмы. Каменная корка с оглушительным грохотом трескалась, начала таять, и небольшими островками начала мигрировать по бурлящему телу. Над головой монстра образовалась уже полноценная угольно-черная туча, из которой без перерыва во все стороны долбили ярчайшие молнии. Оставшиеся не поглощёнными огненные элементали тоже напитались плещущей от босса энергией, стали гораздо шустрее и файерболы стали швырять гораздо дальше. И выше. Зигзагу пришлось наизнанку вывернуться, чтобы не попасть под этот массированный обстрел и взлететь выше, почти к увенчанной молниями башке лавового элементаля. Миньоны, в итоге, переключились на Добрыню и это было незабываемое зрелище. Огненные шары метров двух в диаметре, непрерывным потоком устремились к несущейся по черной земле фигуре, взрываясь и затапливая все окружающее потоками пламени, фейерверками плазмы и искр. Никакая защита не помогла бы от такого обстрела, только полный иммунитет, и он у Добрыни был. Он мчался через реку огня, будто чокнутая рыбина, во время нереста заплывшая в родной ручей и пытающаяся запрыгнуть на пятиметровый водопад, сквозь струи хлещущей воды. Добрыне это удалось, он, продравшись сквозь взрывы и тела огненных элементалей, почти добрался до противника. Правда, полностью ослепленный бурлящим вокруг него огнем, он не увидел главной опасности. Босс элементалей скомкал небольшой (с пару грузовиков размером) ком лавы и не до конца расплавившихся камней, швырнул в подбегающего огра.

Я только успел икнуть от неожиданности, как наш кузнец отправился на перерождение, перемолотый прилетевшим в него счастьем, а я и помочь ему не успел.

— Вот же с-с-сука... ладно, не хочешь по хорошему, будет как всегда...

Я пихнул коленями Зигзага вбок, отправляя того в крутое пике и доставая из сумки контейнер с сутью водяного элементаля. Хорошо, что я взял с собой десяток запасных, вот и пригодятся теперь.

Проскользнув между парой оглушительно громыхнувших молний, мы низринулись вниз, к подножию монстра, где я и опорожнил данный сосуд. Дятел, от метнувшихся к нему сотни файерболов, непроизвольно опорожнил кишечник, но, думаю, мой подарочек сработал лучше: ярко-голубая искра сверкнула на фоне рыжего огня, а затем она вошла в темечко самого жирного из элементалей.

То, что последовало за этим нисколько не походило на взрыв, скорее это было очень похоже на действие заклинания Армогидец — белая сфера начала быстро расширяться во все стороны, поглощая на своем пути все: землю, лаву, воздух и элементалей. Практически достав до слегка поседевшего от ужаса Зигзага, сфера перестала расширяться. Миг и она лопнула, всасывая в образовавшийся вакуум, все что находилось рядом: землю, лаву, воздух, элементалей и нас. Крылья пета забили по воздуху так, что затрещали кости, а перья посыпались вниз настоящим снегопадом, а затем уже рвануло. Всё, что засосало внутрь сферы рвануло, швыряя нас прямо к звездам. Начавший заваливаться в образовавшуюся яму Лавовый элементаль, выпрямился и заревел. Нет, взрыв не выгрыз из него нужный кусок, он единственный стойко сопротивлялся вакуумному взрыву, но разворотило его тело все равно прилично, вызвав грозный, низкий на пределе слышимости рев боли и негодования. Но мне было все равно — я падал. Не знаю, как меня вырвало из креплений — может мне просто оторвало ими ноги, но падал я отдельно от пета. Видимо, Зигзаг взрыва не пережил и покинул меня в высшей точке нашего полета. Я лихорадочно перебирал в памяти способы выжить после падения со стометровой высоты, и занимался этим пока не врезался в верхушку ветвистого дерева, пробил его, пересчитав ребрами все ветки, пробил крону густых кустов и с зубодробительным хрустом врезался в толстые заросли мха. От хруста собственных костей и сочленений я чуть не оглох, но уже через пару секунд, невнятно ругаясь, сплевывая застрявший в зубах мох и снимая с ушей ветки с узкими мягкими листочками, выбирался наружу из микрооазиса. Какого черта? Откуда он здесь взялся?

— Откуда, откуда? — Ответил я сам себе, — оттуда откуда и наложенные на меня бафы, от неведомого помощника, чью блеклую тень, мечущуюся в инвизе меж оживших гор огня, я, краем глаза, уже не раз замечал раньше. Не хорошее предчувствие, кто это мог бы быть, у меня было, но пока поделать я с этим ничего не мог, так что будем разбираться с этим потом, а пока... Я обернулся, глядя на приближающийся ко мне вал огня и гору бурлящей магмы, и резко охрипшим голосом прохрипел:

— Зёма, твою мать, сучок ты мелкий, хэлп...

Тишина. Конечно, а чего я ещё ждал? Он далеко, через полмира от меня...

Землю тряхнуло и тряхнуло так, что меня швырнуло на пятую точку, вокруг запрыгали камни, а затем земля у моих ног взорвалась, выпуская наружу гранитного колоса. Покрытая потеками мифрила голова, жилы застывшей магии, пронзающие мощное тело, облитые застывшим адамантом кулаки. Рост лишь на треть от противостоящего нам боса, но мелким такого элементаля ни у кого не повернётся сказать.

— Зёма не мелкий! Зёма мочный! Зёма хочет ням-ням!

— Конечно, обязательно, всенепременно. Ням-ням будет. Вот только сейчас вон того кренделя за твоей спиной завалим и сразу похаваем.

Зёма обернулся и задрал голову. Затем поднял ее выше и еще выше.

— Всё, пока, Зёме пора по делам, не скучай тут, я пошла.

— Стоять! — Командирским голосом рявкнул я, — на, жри, проглот.

От той кучи золота, что я высыпал на землю перед охреневшим помощником, то и у Матери Терезы прорезались бы зачатки алчности, а Скруджа, не сходя с места хватил бы карачун. А этого же нет: похожая на ковш экскаватора лапа смела все с земли, запихав в бездонную глотку. От скрипа пережёвываемых монет у меня мурашки пошли по коже, а затем и по мурашкам побежали еще одни мурашки.

— С-с-сука, — я вытянул руку и еще раз указал ему за спину, — по пути, козёл, дожуёшь, иди и останови всех огневиков, а когда я скажу, поможешь мне завалить главаря.

— Убить? Пахана совсем рехнулся?

— Не убить — завалить, свалить, только в нужную сторону, ты поймешь куда. Давай, вали.

Пока мы так непринужденно болтали, несущийся на нас вал огня, кажется, поднялся до небес, а ближайшие к нам элементали были не далее, чем в двадцати метрах от нас. Как один, пусть и огромный элементаль должен остановить пол сотни своих огненных собратьев, я не представлял, но Зёма справился.

Как-то по молодости я видел, как пожар тушат, пустив на встречу ему обратный вал огня.

У Зёмы огня не было, поэтому он поступил проще: развернулся погрузился по грудь в землю, расставил в сторону свои лапищи и поднимая вал сгоревшей почвы рванул навстречу толпе противников. Рванул по-настоящему — вал накрыл великих огненных элементалей с головой, заваливая, расплющивая и перемешивая тех с золой и пеплом, оставляя за собой лишь две могучие насыпи и глубокую канаву между ними, начавшую тут же заполняться тягучей, сердито попыхивающей лавой. Экспа за перемолотых огневиков так и полилась на меня настоящим потоком, я еле успевал закрывать вылезающие логи, а помощник не останавливался: перед самым боссом Зёма нырнул под землю, а через пять секунд уже вынырнул уже за его спиной и с разворота влепил тому отличный хук в область печени. Выше он не достал, впрочем, подозреваю, что ни печени, ни головного мозга, куда Зёме не в жизть не достать, у титана не было, так что результат вышел бы в любом случае один и тот же: пара тонн лавы и еще не расплавившихся камней покинула его бренное тело, выплеснувшись на превращенную в прах землю. Титан взревел и нанес ответный всесокрушающий удар. Тот пришёлся в землю, куда уже скрылся Зёма. Еще пара секунд и мой посыльный снова вынырнул сзади, повторив свой фокус с хуком и расплёскиванием магмы. Еще один рёв и ещё один бесполезный удар, пришедшийся по земле.

Отлично, эти два идиота нашли друг друга, им теперь не до меня. Теперь пора сыграть свою партию.

Я поморщился, вспоминая предыдущий опыт, но все же выпил зелье прыгучести: последствия от него болезненные, но сейчас без него не обойтись. Затем включил сразу три зелья регенерации — новейшее изобретение Пофига, восстанавливающее жизнь не единомоментно, а постепенно, с растяжкой времени действия на одну минуту. К сожалению, их хоть и можно было использовать одновременно хоть все тридцать штук, но по истечении их действия, следующее такое средство можно было использовать только через час после этого. Нет, использовав их ты не умрёшь, но лучше бы это было так. Когда мы в первый раз исследовали побочные эффекты этого эликсира, я проиграл всем на чи, фи, фо и испробовал его на себе. Выпил я его у нас в ресторане, а очнулся через час, сидя голышом на шпиле самой высокой башни герцогского замка. Как меня с него снимали — это отдельная история, но штрафов за непристойное поведение в общественных местах, мне пришлось заплатить аж на полторы тысячи полновесных золотых, так что это отбило у меня всякую жажду к экспериментам. Так что теперь надо все успеть сделать очень быстро, пока они действуют.

Я закинул глефу за спину и, выхватывая пару кинжалов, все ускоряясь, понесся к месту боя двух элементалей. У подножия титана крутилась еще довольно большое количество огненных элементалей, поэтому я ушёл в инвиз, за отведенные мне пять секунд, преодолев разделяющее нас расстояние. Взвился в воздух, взлетая метров на пять и вонзая острия кинжалов в размягченный кусок камня, медленно мигрирующий по телу титана меж сотен таких же обломков и потоков бурлящей лавы. Жара здесь стояла такая, что ни смотря ни на все сопротивления, ни на действие эликсиров хитпоинты стали утекать как вода из решета. Кинжалы тоже моментально раскалились, начиная выворачиваться из тягучей субстанции, но слава богам, успели послужить мне опорой, чтобы взвиться еще на несколько метров вверх, где я зацепился за очередной булыжник. Перчатки моментально скукожились, начав трескаться и дымиться, а я, не дожидаясь пока мясо у меня на пальцах обгорит до костей, будто молодой бандерлог, понесся вверх, стремясь к своей цели и уходя от обстрела огненных элементалей.

К-к-крах! Буквально в метре от меня в камень врезалась толстенная молния, взрывая тот, осыпая градом осколков, ослепляя и чуть не сбрасывая вниз. Зацепился двумя пальцами, прижался обгорелой щекой к спасительному булыжнику и тут же снова рванул вверх.

К-к-крах! К-к-крах! К-к-крах!

Поздно. Секунда и я уже стою на плече титана, а беспрерывные молнии лупят в воткнутую в двух метрах от меня глефу, наполняя даровой мощью встроенные в неё энергоны.

Двадцать секунд, полёт нормальный, а теперь...

Яркая искра, такая холодная на фоне бескрайнего моря огня, полетела вниз, впиваясь в тело огненного элементаля. Вспышка дезинтеграции, превратившаяся часть пространства и материи в вакуум, и только тело босса, пусть лишившись небольшого куска огненной плоти, стойко противостояло все разрушающей стихии. Однако, не смотря на всю свою мощь, летать он не умел, и лишившись опоры, начал заваливаться на бок. Мой истошный вопль тоже не прошёл незамеченным. Зёма вынырнув с противоположной стороны нанес свой коронный хук, а затем навалился, уперевшись плечом и башкой, помогая оппоненту сверзиться с небес на землю. Заваливался он очень медленно и неохотно, что было очень хорошо: я успел спокойно вытащить огромный свиток телепорта, активируя его прямо перед собой. Огненное полотнище удивительно легко распалось в моих руках на миг ослепляя невероятно яркой вспышкой света.

Зря я сомневался в возможностях этого свитка — в открывшийся портал влезло бы два таких монстра, да еще пара прошла, устроившись у них на плечах. Невероятно огромное зеленое полотнище портала было окружено призрачной каменной рамкой и было оно просто невероятных размеров. Впрочем, долго разглядывать мне было некогда: мы падали, и падали прямо в него. Я вырвал глефу из плеча титана и спустился ниже на спину заваливающегося титана, цепляясь за трещины в раскаленном камне. Ощущение собственного быстро прожаривающегося мяса были те ещё, но, если не зацепиться, отправился бы в неуправляемый полёт, над всё ускоряющем падение теле. А так, в последний миг я оттолкнулся, взвившись вверх... Давно хотел узнать, что будет, если в падающем лифте в последний момент подпрыгнуть вверх? Поможет это спастись или нет? В теории скорость прыжка человека слишком мала, чтобы как-то нивелировать падение, но здесь не реал: эликсир для прыжков, плюс неслабая прокачка и титаническое тело врубилось в землю в гордом одиночестве. Вздрогнуло, слегка расплескалось по окружающей серой реальности и замерло, сотрясая землю так, что повалило всех, кто окружал серую долину, даже если они находились в километре от места падения. А уж после этого всего, я приземлился на спину поверженного врага, в красивом супергеройском приземлении. С кряхтеньем разогнулся, скрипя раздробленными коленями и оглянулся.

— Тридцать секунд, полет зашибатый... А теперь, здоровяк, твой выход, надеюсь, ты там не до смерти зашибся?

Для моего плана противник должен стоять, а то добраться до нужного места у меня не будет шансов.

А, нет, вроде шевелится. Я оглянулся и замер. Там, где подножие титана уходило в зеленое марево портала показалась фигура земляного элементаля на плече которого застыла стройная фигурка эльфийки. Та неуверенно подняла руку в приветствии, я невольно ответил, а затем резко сжал ладонь в кулак, захлопывая портал. Не знаю, как Яра там оказалась, но не хватало только, чтобы она перебралась на эту сторону. Здесь ей делать нечего, скоро тут не выживет никто.

Захлопнувшийся портал не только отрезал меня от принцессы, но и сослужил хорошую службу: он, как ножом, отрезал четверть туши лавового элементаля, моментально приведя его в чувство. От рева гиганта на земле оказались не только воины темного воинства, но и окружающие нас призраки. Несколько десятков из них, попавших в зону этого нечеловеческого вопля, моментально напитались даровой энергией, а затем развоплотились, снесенные и перемолотые вставшей на дыбы землёй. Монстр вздрогнул и начал подниматься, я, воспользовавшись тем, что от удара о землю корону из молний с башки титана сбило, вскочил ему на макушку и начал подниматься вверх будто на скоростном лифте. С такой высоты стала отлично видна вся долина: серая, покрытая прахом земля, на границе видимости можно было разглядеть ряды воинства тёмных рас бьющихся с нескончаемым потоком призраков и самих призраков, таким же нескончаемым потоков выплескивающихся из угольно-чёрной каверны, зияющей в земле и разбредающиеся во все стороны. Вернее, так было, пока мы не появились здесь, теперь все они, будто магнитом притягивались к пышущей энергией туше монстра. Отлично, значит телепорт справился и отправил нас прямо к центру аномалии.

— Писят пять секунд, полет охренительный.

Я со лба скатился по носу и остановился напротив бурлящего ненавистью глаза.

— Добрый день, прекрасная погодка, не находите? — Поприветствовал я титана и всадил острие глефы прямо в огненный зрачок.

Титан, запрокидывая голову, взревел (как я погляжу, он вообще большой любитель вербального общения) и вздернул руки вверх, пытаясь прихлопнуть меня словно муху. Но я отпустил рукоять кинжала, на котором до этого висел, активировал дарованные мне Ярой тридцать секунд неуязвимости от любой магии стихий и нырнул в открывшуюся пасть.

Хм, легко сказать: нырнул в пасть — это было один в один похоже на нырок в жерло действующего вулкана, однако я умудрился разжать судорожно сжавшуюся ладонь, и тьма поглотила меня. Хотя вру, какая тьма? Огненная труба, по которой я с сумасшедшей скоростью скользил вниз, переливалась всеми цветами пылающего огня, и пусть воздуха здесь не было, но было светло, а задохнуться я не успею.

— Йехо! — восторженно завопил я, — вот это я понимаю, горки, сука! Чтоб вас черти драли!

Последнее мое заявление относилось не к восторженному восприятию от катания, а к тому, что, в отличие от меня, мой чудесный, полный комплект брони из шкуры кракена, не получил защиты и исчез. Исчез в прямом смысле этого слова, нет он не растрескался, не сгорел, постепенно превращаясь в обрывки обуглившейся кожи, а в единый миг превратился в черный дым, и горсть липкой сажи, оставшийся где-то там, наверху, а я, грязно матерясь и сверкая алыми неразрушимыми труселями, продолжил свой путь вниз. Этот комплект относился к самовосстанавливающимся, и в обычной ситуации уничтожить его было довольно затруднительно: если прочка не падала ниже тридцати процентов, то он постепенно восстанавливался, но после столь тотального уничтожения, я потерял его навсегда. Я еще раз выматерился, быстро скинул в рюкзак всю ювелирку, пока ее не постигла та же участь и, добравшись до пункта назначения, с головой нырнул в плещущуюся жидкую магму. Вынырнул, выискивая глазами сосредоточие, и тут же зажмурился. Искать его было не нужно — оно горело ярче солнца и палило, я думаю, не милосерднее, поэтому я тормозить не стал, подгреб к нему, зацепился, вытащил сосредоточие босса северных широт и как-то просто и буднично пришлепнул его к сияющей сфере.

— Бай-бай, бэйби...

Чернота. Настоящая чернота. Наверное такая, как на поверхности чёрной дыры. Изуродованное лицо женщины за черным стеклом. Шёпот-мысль: "Иди ко мне милый, я тебя защищу"... Свет. Такой яркий, какого не бывает и центре самых ярких звезд. Серость посмертия.

Внимание! Вы умерли!

Серой равнины не стало. Сфера в километр диаметром поглотила и ее, и червоточину прохода, и большую часть призраков, остановившись буквально в метре от защитного полога главного шамана тёмных, так и сидящего на границе серой зоны. А затем сфера схлопнулась, засасывая в себя остатки призраков, перемалывая, испепеляя и изничтожая их раз и навсегда.

Глава 12

Я поставил поднос с кофе и посыпанными тертым сыром гренками на парапет замка и залез на него сам, усевшись на теплые камни и свесив ножки вниз. Ползающие внизу вараны зашипели, пуская в мою сторону струи ярко-оранжевой ядовитой слюны. До меня было высоковато, и слюна бессильно разбивалась о каменные стены замка, образуя на серой поверхности замысловатые абстрактные картины.

— Вы неправильно плюётесь, — поведал я им, добавляя в кофе из изящного молочника изрядную порцию сливок и с удовольствием пригубив ароматный напиток. Плюнул на чешуйчатую голову ближайшего ящера и призвал им принцессу ползунов, чтобы плевучим недодинозаврам было не так скучно пялиться на мою одинокую фигуру. Вараны на пару секунд замерли, пялясь на формирующуюся тушу, а затем дружно атаковали появившегося из неоткуда чужого. В ответ, принцесса окатила самого жирного из них потоком кислоты, моментально отправляя двухсотуровнего ящера на тот свет. Плоть с него слезла буквально за секунды, а затем начали и шипеть, и растворяться кости, опадая как рафинад под струями крутого кипятка. Видок, конечно, отвратный, но после того, что я прочитал там, внизу, жалко мне их не было.

Ах, да, кажется, я не сказал: после смерти меня занесло в ближайший замок, точную копию нашего Камелота. Только этот стоял посреди песчаной пустыни, со всех сторон окруженной желто-серыми барханами, по поверхности которых шастали толпы огромных ящеров. Этот замок когда-то был обитаем. Как я понял, сюда попал какой-то бедолага из группы Майора. Только попал он сюда один, так и не смог вырваться из этой западни, просиживая здесь месяц за месяцем, пока мы не уничтожили Малыша и не освободили его из этого плена. История этого бедолаги была написана углем на стенах столовой, и меня поразила та обреченность, что сквозила в каждой строчке этой исповеди. Начиная от недоумения, лишенного всего топового игрока, попавшего в тело голого первоуровнего игрока на локу предназначенную для двухсотых уровней, до полной потери надежды, совершеннейшего уныния и, в конце концов, явной потери психического здоровья. Причем изначально было видно, что человек был целеустремленный и находчивый. Он описывал множество способов, которыми он пытался вырваться из окружения или заработать опыт и поднять уровень, но ящеры, хоть ночью и теряли дневную активность, но все же не давали отойти от замка и на двадцать шагов. Дважды, правда, в угрюмом повествовании встречались и оптимистичные нотки. В первый раз это случилось, когда заключенный разобрался с механизмом подъёмного моста и после сотен попыток сумел затащить одного из ящеров к отпускной решетке, где тот, увлекшись погоней и застрял. Но попытка раздавить его, поднимая мост обратно ни к чему ни привела. Сил еле хватало лишь на то, чтобы поднять его обратно, но располовинить попавшую в ловушку тушу он был не способен, а когда он решил его сжечь, то получил ядовитый плевок и помер. Когда же он возродился, никакого ящера, застрявшего в решётке, уже не было. Второй раз описывал очередную попытку сбежать из этого негостеприимного места. Скатерть послужила основой, а залитая жидким сахарным сиропом и засыпанная песком, превратилась в плащ невидимку, с пары метров неотличимую от поверхности пустыни. Узник запасся водой и не портящейся провизией вышел в путь. Вернее выполз. О-о-очень медленно продвигаясь на север по раскалённому песку, он трое суток избегал атаки ненавистных варанов, то и дело попадавших в поле его зрения. Через три дня вода закончилась, но он, почти теряя сознание от жары, продолжал ползти. На исходе четвертого дня случилось самое страшное. Нет, его не сожрал удачливый варан. Не имея карты и компаса, он сделал круг и вернулся к замку, после чего, видимо, слегка тронулся умом, ибо надписи, последовавшие вслед за этими событиями, стали нечеткими и невнятными...

Я похрустел последней гренкой и ещё раз порадовался, что в начале игры меня занесло не в одиночку, а к нашей команде, и в приличную локацию. Здесь, даже с большой группой поддержки, я вряд ли смог бы что-то сделать. Даже мой план на крайний случай — прокопать подземный ход в соседнюю локацию, в этих песках был бы невыполним...

Допил кофе, повздыхал о судьбе несчастного паренька, разлегся на теплых камнях, подставляя пузико жаркому солнышку и залез в последние пришедшие логи.


Поздравляем! Вы выполнили вторую часть задания: "Спасение мира"- очистить серые пустоши от скверны Мораны.

Класс задания: божественный.

Поздравляем! Получено 10.000.000 очков опыта.

Доступ к третьей части задания: Пустая гора.

Класс задания: божественный.

Описание: уничтожьте еще одно место прорыва орд Мораны.

Сроки выполнения: 39 суток.

Награда: 10.000.000 золотых монет и 10.000.000 очков опыта. Поздравляем! Получен новый уровень 312

За оставшейся наградой обратитесь к Нерожденному дракону, владыке гномьих гор.

Внимание! Вы в одиночку уничтожили одного из самых серьёзных представителей волшебного мира: повелитель огненных элементалей. Босс южных пустошей. Уровень 460.

Получено достижение: смертельная угроза — теперь в этом мире нет никого, кого вы, теоретически, не можете убить. Все высшие сущности смотрят на вас с трепетом.

Награда: +1 ранг ко всем вашим умениям, способностям, достижениям, профессиям и наградам.

+5 ко всем основным характеристикам.

Поздравляем! Получен новый уровень 315.

Поздравляем! Вы уничтожили серый призрак Мораны (8990 штук)

Поздравляем! Получен новый уровень 324.


От пустыни донесся предсмертный вопль и я, щурясь, глянул на желто-серые пески. Докуда хватало глаз, они были усеяны разорванными телами варанов, а досуха выпившая мою ману Принцесса развоплотилась, будто её и не было.

Ладно, она пропала и мне пора. Я похлопал рукой по нагретым камням:

— Не скучай тут, может я еще вернусь, — и шагнул вниз с крыши прямо в окно открывшегося портала.

Выход открылся в десяти метрах от поверхности пруда, и я успел сгруппироваться, сделать сальтуху, пару красивых разворотов и без брызг рыбкой войти в воду. Эпический прыжок получился, достойный чемпиона Всемирных Российских игр, жаль его никто не увидел...

Студеная вода приятно охладила нагретую пустынным солнцем кожу, сняла нервное напряжение после недавней заварушки, а небольшой экскурс в чужую жизнь напомнил мне, что команда у меня не такая гадская и что, пожалуй, я (не верю сам себе) по ним даже немного соскучился и надо возвращать их сюда, не до Еванделии сейчас. Потом с ней разберемся, если на это будут силы.

Я вынырнул из прохладной глубины, подгребая к бортику нашего домашнего прудика.

— Здорово! Ну, ты и шлепнулся! Прямо на лицо, весь народ забрызгал, и вопил так, что даже Феню умудрился разбудить.

— Ага, приземлился всем пузом, я думал он после такого приземления на камне возрождения всплывет.

— Привет, Павлуша, кушать будешь?


— Краснолиций голый Пах

В ярко розовых трусах

Пузом шлепнулся об воду,

Намочил полно народу,

Хоть вложил всё в ловкость он,

Падал как мешок с говном!


— Здорова, салага, ты как там, живой?


Я протер глаза, уставившись на обступивших меня сокланов, парочку поддатых эльфов и свернувшегося гигантским кольцом Феню:

— И вам не болеть, какого хрена вы все здесь, кто вам с Еванделии улетать разрешил?! И какого чёрта этих два алкаша здесь трутся, вроде их начальница нас успешно покинула?

— Ничего подобного, наша славная принцесса просто временно отсутствует, а пока ее нет, мы ее заменим.

От такого предложения меня передёрнуло, но старпёры еще не закончили:

— Нас к тебе приставили и теперь до конца твоей, надеюсь, не очень длинной жизни, мы от тебя ни на шаг не отойдем, будем защищать всеми силами, если не забудем, конечно...

От такой перспективы мне вообще поплохело, и я поторопился сменить тему:

— Майор, какого хрена происходит, вы чего здесь все делаете?

— Кхм...

— Э-э-э...

— Мнэ-э-э...

— Может все же покушаешь? Я оладушков с мандариновым джемом напекла.

— Спасибо, МарьИвановна, с удовольствием. А вы рассказывайте, что вы опять натворили?

— Да ничего такого не натворили, все пучком. Просто там на острове данж был один, сложный очень, мы три дня подряд его зачищали...

— Ага, там маги-вампиры жили, ты когда-нибудь вампира расы прямоходящих ящеров видел? Просто жуть!

— Я их каждый день вижу, — пробурчал я, плюхаясь на кресло, — они моими друзьями притворяются, а сами каждый день кровь у меня пьют и нервы треплют, мне двадцать, а я уже лысеть из-за них начал.

— Да ладно, чё ты так сразу? Подумаешь, мы этот данж дурацкий затопили, зачем сразу ругаться?

— Затопили?

— Ну...

— Там, понимаешь, — встрял Калян, — внутри острова будто пустота, он весь тоннелями был изъеден, словно швейцарский сыр, и везде эти гадские вампиры. Ты не поверишь, мы там килограмм пятьдесят алмазных нитей набрали, помнишь, как у нас в замке в подвале были, меж личинками натянутые, которые только в вампирских логовах водятся?

— Ты мне зубы-то не заговаривай, что там с данжем этим?

— Да ничего, мы три дня двигались по этим туннелем, пока до их босса не добрались. А он там не один оказался. Бескрайняя пещера ими практически забита была, будто сельдью бочка утрамбована. Да еще и босс этот, хрен зубастый, всех кого мы три дня убивали, взял и воскресил несмотря на то, что мы их развеяли давно. Как мы оттуда выбраться смогли даже не знаю, слава богам, солнце еще не село и большинство из них за нами сразу наружу не полезло. Успели мы добраться до Храма Всех Стихий. Раскочегарили его и стали искать в его арсеналах заклинание, которое должно было нам помочь. Хранитель храма смог предложить только одно решение. Нам оно не понравилось, но когда на закате на поверхность вырвалось несколько миллионов этих жутких созданий, ничего иного нам не осталось, и мы применили то заклинание, которым маги опускали свой остров на дно морское, только в этот раз некому было поставить защитный купол... Среди вампиров было не очень много главарей, умеющих летать, поэтому, когда со всех сторон хлынула морская вода, мало кто из них смог уцелеть. Снесло их гигантскими волнами и перемололо в труху горами вырванных с корнем деревьев, камней и грязи.

— Ни хрена себе, — я закашлялся пошедшим не в то горло оладушком, — и что, много там земли затопило?

— Ну, это, — в этот раз Майор слегка замешкался, — когда мы оттуда телепортировались, то вода уже плескала по поверхности древнего телепорта, и подходила к дверям Храма...

— Ага, заклинание мы не смогли остановить и теперь остров этого того...

— Чего этого того?! — В этот раз кусок печеного теста встал комом в горле.

— Ну, того этого... На дне океана он опять...

Я аккуратно отложил в сторону чашку и ополовиненную тарелку блинов, внимательно разглядывая лица, так называемых друзей, выискивая на них хоть одну улыбку, хоть намек, что это шутка. Но нет...

— Да не переживай ты так, всё что ни делается, все к лучшему. За такую массовую резню, мы все сразу по пятьдесят уровней получили, представляешь? И это еще не все хорошие новости.

— М-да? — Ледяным тоном поинтересовался я, — на такое безобразие прилетел Бог Смерти, и вы за пару золотых продали ему мою душу?

— Ах, если бы...

— Чего?

— Я говорю, нет, на устроенную нами гекатомбу действительно самолично явился Миктлантекутли, и мы договорились с ним, что он со своим воинством примет участие в битве с Мораной. Если мы, конечно, сами сможем добраться до закрытого континента.

Хм, а вот это действительно хорошие новости, но вот остров, полный неисчислимых богатств...

Видимо, прочитав все на моем лице, Майор успокаивающе похлопал меня по плечу.

— Не переживай, наш корабль к тому времени уже починили, и теперь он, под началом Рэквета, плывет сюда. Если надо будет, сплаваем и этот остров еще раз на свет божий подымем.

Я вспомнил всю дорогу к этому острову и вздрогнул: ну его к черту, пусть лежит, где лежал, в этом мире и без него много интересных мест.

— Л-л-а-адно. За эту херню вас потом накажу. Сейчас у нас есть дела посерьезней.

— Да?

— Ага. Тебе, Майор, во-первых, привет от Кривого, а во-вторых, надо будет сходить на рыбалку.

— Чего?

— От Кривого, говорю, привет. Я замок нашел, в котором он куковал, пока мы Малыша не завалили.

Я кратко пересказал свои приключения.

Майор поскреб щетину:

— Кривой... Я лично его не знал, но в ББ он был вторым человеком в клане Василисков. Хороший был игрок, креативный, жаль, что ему так не повезло, надеюсь, сейчас с ним в реале все нормально. А что там на счет рыбалки?

— Да, есть тут один дедок, надо ему в доверие втереться, а найти его можно только в борделе и на рыбалке. А так как ты не пышногрудая дева, то лучше пересечься с ним на Озере Пескарей, надавить там на него, пусть с Богом Жизни нам стрелку забьёт. Добрыня, с тебя какая-нибудь броня, ты слился, а я из-за тебя свой костюмчик потерял в неравном бою, один на один, с внеуровневым монстром, размером с небольшую гору. В то самое время, между прочим, когда вы лишали нас перспективнейшего острова.

Олдриг только беспечно махнул рукой, а Добрыня добродушно прогудел:

— Будет тебе новый костюмчик, не переживай, им Брумгильда лично занимается, да и для нас обещала что-нибудь интересное сотворить, ее предприятия сейчас в три смены трудятся. А пока так походи, тебе ж не привыкать.

— Ладно, пофиг, все равно я в ближайшее время никуда не собираюсь, подожду. А вам всем ждать некогда. Олдриг, Аля, собирайтесь, поедете к своим непомнящим добра родичам. Меня достало уже, что тёмные расы отдуваются за весь мир, а светлые сидят по своим королевствам и в ус не дуют. Пусть поднимают свои тощие жопы и выдвигаются по обозначенному адресу. Я его вам перекину перед выходом. Калян, аналогичное задание. Отправляйся в столицу, у тебя там связи же есть? Добейся аудиенции, поведай им о сложившейся ситуации. Еще постарайся найти Ивана, Грозный, который, или хотя бы кого-нибудь из их ордена борцов с разнообразной нечистью. Нужно чтобы они присоединились к нашему походу, в как можно большем количестве. А вам МарьИвановна самое сложное задание: сделайте мне ваше фирменное какао с ванилью и зефирками, самую большую кружку, пожалуйста.

— Ванильного рома капельку добавить?

— Ну, если только капельку.


Белый слепящий свет, сквозь закрытые веки. Кожа горит от его обжигающих лучей. Тело будто отпинали целой футбольной командой. В голове засела тупая пульсирующая боль. Во рту вселенская сухость и ощущение, будто стадо скунсов устроило в пустыне сортир, но, не удовлетворившись этим, пара из них сдохла и немедленно начала там разлагаться. Все понятно, симптомы мне хорошо известны — просто я умер. Хотя нет это гораздо хуже, неужели опять похмелье?

Вырвавшийся из моей глотки хрип подтвердил мои самые кошмарные предположения. Черт бы побрал, с самого замка я так не надирался. А вроде все начиналось-то с стопочки малиновой наливки...

Воспоминание о липкой сладкой гадости вызвал у меня приступ тошноты. Пришлось перевернуться на бок, оглашая пространство тоскливыми стонами несправедливо пострадавшего человека.

— А, очнулся? Ты как там, держи водички.

В мою скрюченную спазмом ладонь вложили небольшую флягу. Живительная влага коснулась моих губ и, смывая вековую пыль, зажурчала по пищеводу. Это пустило по моему телу целую волну исцеляющей энергии и теперь я стал готов к подвигам. Например, открыть глаза. Хотя нет, это чересчур. Только один. Левый.

Свет резанул открывшееся око, и я зашипел, будто вампир, вытащенный на приветливое весеннее солнышко. Поморгал, разгоняя муть и уставился на водную гладь, на которой мерно покачивалось пяток разноцветных поплавков. Поглядывая на них, на бережке седела пара довольно бодрых старикана. Один из них был Майор, второго я где-то недавно видел: седобородый, седоусый, благообразный дед. Они что-то азартно обсуждали друг с другом, частенько разводя в стороны руки, видимо, показывая, какого размера геморрой у каждого из них развился к их преклонным годам.

— Майор, — я, пошатываясь, беспардонно вклинился меж этой сладкой парочкой, обдавая поморщившегося некроманта мощным перегаром, — где мы, черт побери, находимся?

— Озеро Пескарей, — Майор помахал у себя перед носом рукой, ты же сам вчера предложил сходить на рыбалку.

— Я? На рыбалку? Ненавижу рыбалку. Как я мог это предложить?

— Ты хотел лично переговорить вот с этим уважаемым господином.

Я вопросительно поднял брови и повернулся в другую сторону.

— А ты что за хрен?

Седобородый повторил жест Майора и благодушно ответил.

— Утром я вам уже представлялся, удивительно плохая память для такого молодого человека.

Старикан указал глазами назад, пришлось оглянуться и посмотреть на пейзаж за моей спиной: когда-то окружающая озеро молодая рощица была раскурочена, земля будто изрыта бульдозерами, трава вытоптана в ноль, деревья поломаны, над землёй торчат обломанные острощепые пеньки. Память моментально начала восстанавливаться. Утро после бессонной ночи полной возлияниями горячительными напитками и обменом впечатлениями о последних приключениях. Меня кой-то черт дёрнул предложить составить компанию Майору. Все его попытки оставить меня дома не увенчались успехом. Окно портала, тонкая полоска розовеющего неба над тихой поверхностью озера и облокотившаяся на огромный булыжник темная фигура друида на светлеющем фоне предстоящего рассвета. Майор тихо шурша удочками пристраивающийся рядом и приветствующий старика взмахом руки. С любовью подобранная снасть, полетевшая в воду и тишина...

Именно в этот момент я понял, что если разговор о деле и начнется, то только через несколько часов. После бессонной ночи это для меня казалось недопустимым. Помнится я встряхнул его за плечо и предельно вежливо попросил его по-быстрому метнуться и организовать нам встречу с Богом Жизни. Я привел логичные и очень убедительные доводы о том, что неплохо бы ему, как местному жителю поучаствовать в спасении родного мира, но вряд ли он их расслышал ибо высказывал я их в полёте, стремительно удаляясь от засевшей на берегу парочки. Здоровенный древесный корень, толщиной с мою ногу стремительно обвился вокруг моего тела и как из катапульты зашвырнул меня в ближайшую рощу.

Я оглянулся еще раз поглаживая ноющие ребра. Кажется, вон тот пенек был молодой березкой до столкновения с моей вопящей тушкой. Эта жёсткая встреча с материалом для производства Буратин, отрезвила меня и слегка разозлила. Или слегка отрезвила и разозлила? Не помню. Помню только, что уже через пару мгновений рядом со мной встало порождения ночных кошмаров Матка чужих, по недоразумению называющаяся здесь Принцессой ползунов. Друид на ее душезамораживающее шипение даже не обернулся, продолжая неотрывно пялиться на застывшие в воде поплавки, зато булыган, на который он облокачивался, зашевелился, и начал подниматься на ноги. Он поднимался, поднимался и поднимался.

— Это будет интересно... — пробормотал я, и действительно, американский синематограф загнулся раньше, чем кто-то из их полоумных сценаристов догадался противопоставить Чужому Кинг-Конга, вот сейчас и посмотрим, кто кого...

Хотя это был не совсем Кинг-Конг, на сколько мне помнится король обезьян не был покрыт иглами, словно дикобраз и тело того не было исчерчено светящимися рунами, но поднявшись на задние лапы он стал на него чертовски похож. Образина-гигант взревел, иглы встопорщились, сделав его фигуру еще в два раза массивнее, и рванул вперед. Призванная мной принцесса ползунов тормозить не стала, извергнув на приближающуюся фигуру поток дымящейся кислоты. Однако ж в этот раз коронный прием не сработал: вокруг каменной обезьяны проявился защитный кокон, по которому кислота, шипя и бурля благополучно стекла наземь. Нет, она проела в защите внушительные дыры, но на противника не попало ни капли, а на второй плевок времени уже не осталось. Кинг врезался в матку чужого всем весом, отшвыривая ее далеко назад. Отправившееся в полет тело сломало десяток деревьев, после чего неожиданно легко вскочило на ноги и понеслось в контратаку. Что было дальше я помню плохо. Помню вставшую на дыбы землю, сокрушительные удары по всем выступающим частям тела, мало управляемые полеты, сопровождающиеся частыми встречами с ужасно твердыми предметами, ожившие корни деревьев, извивающихся словно взбесившиеся змеи, два огромных беснующихся тела и летящие во все стороны стволы поломанных деревьев. Помню только, когда мы победили, я разрешил Конгу свернуть шею Принцессе ползунов, и отнести меня к своему хозяину. Тупая скотина как-то неправильно поняла мои приказы и со всей дури швырнула меня на землю рядом со своим козлом-хозяином, да и ещё зачем-то наступила на меня своей лапищей. Общаться с друидом в таком виде было не очень удобно, но я смог аргументированно донести до него свою мысль, после чего не отрубился, как нагло утверждал Майор, а просто прилег поспать.

Глава 13


Секрет старого друида оказался прост: стоило мне напомнить ему, что новая любовь жизни мадам Марго — это призванный мной гоблин, и что я запросто могу перекрыть ему путь к единственному приличному борделю Другмира, он сразу смягчился и рассказал о своем не хитром секрете. Оказалось, что он напрямую никак не мог общаться со своим богом, для этого ему требовались посредники. Бог отчего-то благоволил дриадам и их предводительницы родов, могли обращаться к нему со своими просьбами напрямую, чем ушлый старикан бессовестно и пользовался.

Несмотря на то, что встреча с главой друидов была нашей личной инициативой, один лог, свидетельствующий об итогах встречи с ним, у меня все же присутствовал:

Задание: встреча с главой друидов выполнена.

Награда за задание: доступ к финальной части цепочки квестов — "Покровительство Бога Жизни" — проводник.

Задание: встретьтесь с одной из трех предводительниц дриад и добейтесь от них помощи.

— Вот так, раз-два и готово, — объявил я и присосался к противопохмельному бульончику, — чтобы вы без меня делали вообще?

— И это всё, что тебе прислали? — Съёрничал Майор, — пока ты там с той гигантской обезьяной развлекался, уважаемый друид поведал мне то же самое, плюс указал координаты проживания этих самых дриад и способы к ним подольститься. Вот ты, например, знал, что дриада проживающая в оазисе на севере Норогвийской пустыни любит тушёные лапки болотных лягушек? Да не простых, а злотоцветных, проживающих в самом центре Гринпинской трясины? И что без них она даже разговаривать с тобой не будет? И это все он рассказал мне добровольно, стоило мне только поделиться с ним парой рыбацких баек. Вот так вот, помягче надо к людям, а у тебя уж больно характер тяжёлый, особенно с похмелья.

— У меня характер тяжёлый, потому что золотой... — я не стал реагировать на нервный смех сидящих вокруг сокланов и продолжил, — все что мне надо я узнал, и координаты нужной Предводительницы у меня есть. Нам, помнится, пришлось две ходки сделать, чтобы приволочь к её грудейшему величеству все награбленное. Надеюсь, теперь она нас встретит более благосклонно, тем более что для встречи с ней не нужно по уши залезать ни в какую трясину в поисках особо деликатесных лягушек. Мы знаем, что она любит золото, а у нас тут как раз образовался лишний сундук золотого песка, вот им и воспользуемся.

— Что-то я сомневаюсь, что просто сундук золотого песка нам тут поможет, — высказался Калян, — помнится в тот раз мы ей гору разнообразной ювелирки принесли за гораздо меньшую услугу.

— Ты прав, но, чтобы этого количества золота хватило, мы воспользуемся второй ее слабостью, для этого придется над ним слегка поработать... Но это другая история, вам же пора выступать. Точку встречи я вам скинул, через неделю жду там воинов светлых рас, чую они все нам пригодятся. Майор, Добрыня, а мы с вами займемся подарком для дриады, за основу возьмем памятник писающему мальчику, что раньше стоял в столице бывшего Евросоюза, только сделаем его слегка побольше...


Так же, как и раньше, вокруг нас раскинулась жухлая, заболоченная равнина, поросшая тростником и редкими засыхающими ивами. Болотистую местность от реки все так же отделяла плотина из поваленных деревьев и кустов, а вдалеке высилась гора похожая на гигантскую бобровую хатку. Я с ностальгией огляделся вокруг, припоминая наше первое здесь появление. Милых болотников и пигмеев, летающих на гигантских стрекозах. Хорошие были времена, спокойные...

Моя рука самопроизвольно метнулась, выхватывая из воздуха пару зараженный стрел и покачал головой, нет уж, второй раз это не пройдет.

Майор скосился на зажатые в моей руке стрелы и цыкнул сквозь зубы, включая одну из своих защитных аур, и тут же болото будто ожило — все создания меньше сотого уровня, усиленно загребая лапами, ластами, корнями и щупальцами в ужасе бросились прочь. Одни утопцы, лишенные страха, пытались выползти нам на встречу из болотистой земли, но та, повинуясь приказу некроманта наоборот и противным хлюпаньем начала засасывать их обратно. Ну и правильно, нам сейчас некогда отвлекаться на всякую мелочевку, и так с подарком лишний день провозились, время поджимает, надо шевелиться.

В жилище королевы дриад тоже ничего не изменилось, разве что пропустила нас туда без проверки, да золота, рассыпанного по земляному полу, стало побольше.

Перед нами, все так же, были внутренности слепленного из грязи и веток холма. Он оказался не монолитным, кое-где с потолка били лучи солнца, пробивающегося сквозь плетение ветвей. Солнце, как и раньше, отражалось на россыпях золота и драгоценных камней, разбросанных на полу, озаряя внутренности холма разноцветными бликами.

— Стойте спокойно, — предупредил я, — и главное ничего не трогайте, не хватало нам только разозлить здешнюю хозяйку.

— Так вы не надругаетесь надо мной, не убьете и не заберете мои сокровища? — Бархатный и одновременно будоражащий голос донесся из дальнего, самого темного участка зала. Тьма шевельнулось и в круг света выплыла пышная, слегка подрагивающая женская грудь, а в след за ней и предлагающееся к ней существо. Длинные волосы, белым плащом укутывали обнаженную, всё такую же идеально сложенную, парящую над землей фигурку. Фиалковые глазищи с мольбой и страхом уставились на нас. Пожалуй, теперь мне понятно, почему они любимицы у Бога жизни, я бы тоже с трудом смог отказать такому чудному созданию. Жаль, что мозгами их обделили, каждая встреча начинается одинаково, по единому шаблону. С другой стороны, именно это навело меня на мысль о подарке, который, наверняка, ей придется по вкусу. Наше нежелание надругаться над ее безупречным телом, вызывало у нее искреннюю печаль. Раньше я думал, что наше не агрессивное поведение не дает ей возможности уничтожить нас, присовокупив наши останки к множеству других скелетов, чьи кости то тут, то там торчали из-под груд золота, но потом подумав хорошенько, пришёл к выводу, что может, всё намного проще? Одинокая баба, живущая в земляной дыре и не знающая тепла и ласки...

Мой ответ и в этот раз был отрицательным, однако с некоторыми немаловажными нюансами.

— Королева, мы не смеем прикоснуться к вам, но, если вы позволите, у нас есть для вас небольшой подарок, и в ответ на крошечную услугу он станет вашим. Мы расступились в стороны и вперед вышел наш спутник. От первоначального плана с писающим мальчиком, нам пришлось отойти довольно далеко, скорее у нас получился классический Аполлон. С писающим мальчиком его роднило только одно, у него на причинном месте тоже не было фигового листка. Впрочем, обычный листок, в этом случае, не смог бы прикрыть и половины той мечты дам Бальзаковского возраста, что у нас получилась во время его изготовления. Мягко поблёскивающая золотыми всполохами статная фигура не могла не привлечь к себе внимание страстную обожательницу желтого металла и жаждущую мужского тепла особу. В лице королевы дриад сошлись обе эти ипостаси. Голем сумел привлечь к себе ее внимание и вполне заслужено. Я, вообще, считаю, что с энергонами мы явно перестарались, можно было обойтись сотней — другой. Об этом можно было судить по результатам: со стороны системы, по завершению этого проекта, нам даже прилетел неслабый бонус:

Поздравляем! Вы участвовали в сотворении уникального вида голема — термический, жидкометаллический, тысячесильный (секс-голем т 1000)

Уровень 150. Hp: 100.000/100.000.

Энергоёмкость на пределе возможностей — 1000 лет.

Сила 100, ловкость 100.

Защита от всех видов магии 50%, иммунитет к магии разума.

Умения:

Неутомимость, способен функционировать по своему профилю без перерыва до полного истощения энергии.

Восстановление — восстанавливает 1% хп за 1 минуту.

Ментал — усиливает тактильные ощущения при контакте на 25%.


Поздравляем! Вы заложили новую ветку в големостроении. Вы можете получить 333,3 золотых в любом отделении големостроения. Также вы можете продать рецепт изготовления за 333 333 золотых (необходимо согласие Майор, Добрыня).


Поздравляем! Вы улучшили умение "Големостроитель"

"Големостроитель" +10

Поздравляем! Вы получили +10 к интеллекту.


Неплохие плюшки. С другой стороны, если сравнивать, что подобные плюшки мы получали, производя големов из слизи ползунов и сердца, слепленного из куска глины, это не так уж и много. На это чудо кузнечной, големостроительской и призывательской деятельности ушло сто кило золота, суть огромного огненного элементаля, тысяча энергонов, пара кило магической руды, информационный кристалл, с запечатленным в нем издания местной Камасутры, два идеальных сапфира и пара литров жидкого серебра. В итоге получился двухметровый красавец, из достаточно мягкого, никогда до конца не застывающего теплого металла, взирающий на мир парой мягко горящих темно-синих глаз-сапфиров.

Девочки из заведения мадам Марго, куда мы этого Аполлона вечером сводили на тест-драйв, утром плакали расставаясь с ним, и не хотели отдавать обратно. Это предало нам некоторую уверенность, что все пройдет как надо. Аполлон не подвел. От его вида у дриады буквально подкосились ноги, и она бухнулась бы перед ним на колени, если бы ей позволило заклинание левитации, с помощью которого она до этого передвигалась. Ее пламенеющий взгляд от лица спустился вниз и так и не смог подняться наверх. Это и понятно, там было на что посмотреть...

— М-да, надо было ему портки хоть какие-нибудь одеть, — пробурчал Добрыня.

— Ага, — подтвердил Майор, — я прямо-таки сутенёром сейчас чувствую.

— И не говорите, даже мне как-то неудобно стало...

Мы так свободно общались, потому что местную хозяйку, кажись, переклинило, и она полностью отключилась от внешнего мира. Подлетела к голему, прильнула к нему всем телом, всё явнее опускаясь на колени и шаря шаловливыми ручками по золотому телу.

Пришлось громко откашляться, а затем, когда это не помогло, помахать у нее перед глазами рукой, привлекая внимание, пока она окончательно не свалилась на колени, решив немедленно припасть к внушительному источнику мудрости.

— Кхем, кхем, дамочка, приём! Есть кто дома?! Это, вообще-то, пока наш робот, можно его не лапать так страстно, помнёте еще. Давайте сначала разберемся с нашей проблемой, а затем делайте с ним что захотите.

Дриада медленно повернула ко мне лицо, и на миг я увидел в ее глазах жуткую смерть. Зеленая надпись: "Королева дриад. Уровень один", сменилась на ярко красную, где уровень сменился на четыреста шестидесятый, но все вернулось на свои места так быстро, что уже через секунду я стал сомневаться, что все это мне не привиделось.

— Что вы хотите?

— Ничего особенного, организуйте, пожалуйста, нам встречу с Богом Жизни, и на этом ваша миссия будет выполнена, и вы станете счастливой обладательницей вот этого чудесного Т-Тысяча.

Дриада ничего не ответила, резко развернулась и подплыв к древу, на ветвях которого покоился купол сооружения, рухнула на колени, неистово воздев руки к небесам. Ее длинные волосы рассыпались по бокам, обнажая голый тыл и тут пришло мое время выпадать из реальности.

Перед глазами мелькали какие-то записи, говорящие о том, что мы выполнили очередную часть квеста, и стали первыми кто встретился с самим Богом Жизни, но мне было наплевать. Я любовался открывшимися видами пока темный зал не озарился ослепительной вспышкой, и мы не остались одни. Ни дриады, ни Аполлона ряды с нами уже не было, а в ветвях дерева завис светящийся шар, в метр диаметром. Он крайне походил на ярко освещенную луну, даже такие же темные пятна проглядывали на его медленно крутящейся светящейся поверхности.

— Э-э-э, здрасьте, это... это вы?

— Вы, это, кто?

Ответивший голос был какой-то странный, не мужской и не женский и шёл как будто бы со всех сторон, неприятно резонируя и запуская множественное эхо.

— Ну, вы, Бог Жизни.

— Он и есть, чего хотел?

Слегка грубоватое и немного фамильярное обращение выбило меня из колеи, но ответил я на удивление быстро:

— Вернуть вам былую красоту.

Согласен, мой ответ был совершенно неожиданным даже для меня самого, но темные пятна на лике крутящегося перед нами бога, слишком походили на очертания островов и континентов, а черные провалы находились там, где обитала моя суженая и намечались прорывы ее войск на нашем континенте.

— Две язвы мы уже с вашего лика удалили, но с основной проблемой нам без вас не справиться. Развоплощение слуг Мораны требует колоссального количества энергии, а кто как не Бог Жизни господствует над ее неисчислимым богатством?

Ответа не было долго. Я уж думал проверить, не заснул ли он, но, наконец, бог ответил:

— Ты не понимаешь, о чем ты просишь. Отдавая энергию, я забираю ее у своих детей. А если отдать ее слишком много, то они просто погибнут.

— Отлично, — порадовался я, — начните с комаров, клещей, пауков, змей и остальных кусачих кровососущих, об их исчезновении никто жалеть не бу...

Получив мощный удар локтем по печени, я резко замолк, а Майор перехватил инициативу:

— Наш предводитель имеет ввиду, что, не пожертвовав частью, мы, скорее всего, потеряем всё. Морана не успокоится, пока этот мир не превратится в горсть безжизненного праха. И вам вряд ли найдется место в таком мире.

Опять долгая пауза, еще дольше, чем была вначале:

— Мне надо подумать, уничтожьте третье место прорыва её тварей, и я сообщу вам о своем решении.

Шар мигнул и исчез.

— Э-э, ты куда?!

Поздно. Светящийся шар исчез и зал погрузился в темноту.

— Твою мать, пообщались, называется. Столько усилий и такой невнятный результат.

— Хоть такой, — пожал плечами Майор, — это ж Бог, все-таки, не думал же ты, что он за тобой как собачонка сразу побежит.

— Хотелось бы... а куда дриада делась, я бы попрощаться с ней хотел.

— Где, где, не слышишь, что ли?

Я замолк и наступившей тишине отчетливо услышал приглушённые женские стоны.

— Пойду посмотрю, — быстро проговорил я, — может ей плохо и ей моя помощь очень нужна.

Никуда мне эти козлы пойти не дали. Добрыня схватил меня за локоть и выволок наружу. Майор бросил мне под ноги телепорт и сам прыгнул следом.


— Козлы вы, — я запахнулся в древнюю камуфляжную куртку, купленную когда-то в стародавние времена с рук у какого-то барыги, — там девушка так громко страдала, а вы даже не дали на это посмотреть. И обещанный прикид уже какой день жду, на меня в этих обносках косятся уже все.

— Ничего, раньше ты в одних труселях по городу спокойно рассекал, и ничего. Лучше расскажи, ты с нашими связывался, как там они, успехи есть?

— Да дождёшься от них… от Каляна вообще толку больше было, когда мы его глиной обмазывали и форму для Аполлона по слепку отливали. Кстати, надо его будет поздравить, после того, как девушки Марго его слепок на себе опробовали, по городу слух пошел, и у нас уже семь заказов от состоятельных дам, на подобных големов. На каждом тысяч по пятьсот можно наварить. И на штук сто двадцать попроще, серебряных да медных. Не справится с заданием, год у меня из ванны с глиной не вылезет. Здесь следует упомянуть, что почему-то моё, как всегда гениальное предложение сделать слепок для Т-Тысяча с меня, был встречен гомерическим хохотом сокланов, и пятью голосами с одним воздержавшимся для этой роли выбрали Каляна. Нам даже прошлось задержать его на пару часов дома, пока местный скульптор делал с него оттиск. Что остальные нашли в этом Каляне, не понимаю. В древней Греции, например, вообще считалось, что мужики с большим хозяйством склонны к гомосятине, но на это мое откровение, девушки лишь успокаивающе похлопали меня по плечу и новый образчик для эскорт-робота пошёл в производство. Ну и ладно, меня такого, как есть эльфийская принцесса любит... Вернее, любила... Или нет?

От этих грустных мыслей моя рука сама потянулась к бутылке рома, но тут, наконец, в сад ввалилась целая процессия с ткацкой фабрики. Хотя их было всего трое, но общий вес дам при этом достигал полутонны и выглядело всё это весьма внушительно. В моей голове зазвучала торжественная музыка, которая по мере того, как Брумгильда сотоварищи разворачивали принесенные обновки, довольно резко перешла в траурный марш, закончившийся блеянием умершей на середине музыкальной фразы одинокой трубы.

Я посмотрел на светящиеся лица девушек и очень вежливо поинтересовался:

— Чё за херня? Вы что за уродство притащили? Я вам не в детском саду чтобы колготки носить. Если вы думаете, что я это надену, то вам надо подумать еще разок...

Хм-м, вам когда-нибудь приходилось сражаться с полутонной расстроенной, иммунной к физическим атакам живой плоти? Мне вот пришлось, правда не очень успешно... Как три заботливых мамаши, огорченные капризным дитём, меня взяли в оборот шесть пухлых, но от этого не менее сильных рук и пока я, прижатый к земле необъятным задом одной из них, дрыгал ножками, визжал и матерился, пытаясь укусить маячивший перед носом этот самый пухлый зад, они натянули на меня и колготки, и обтягивающую ветровку, расшитую самоцветами, будто ёлка гирляндами, и всё остальное, что произвел на свет их угнетенный крайним идиотизмом скорбный разум. К концу процедуры мне стало не хватать воздуха, вопли сошли на нет, и я стал морально готовиться к перерождению. Только после этого толстуха сползла с меня, Добрыня поднял с земли, встряхнул, будто пыльный половичок и торжественно всучил мне новое оружие. Зря это они. Я уж совсем вознамерился загнать их всех на деревья, но тут Брумгильда щёлкнула пальцами, активизируя прямо передо мной ростовое магическое зеркало и я замер, уставившись на свое отображение.

Детсадовские хлопчатобумажные колготки скрылись под высокими шнурованными сапогами и штанами с широким, усеянным стального цвета самоцветами поясом. Приталенная куртка с массивными наплечниками на груди которой был вышит распростёрший крылья дятел. Мирная в жизни, поблескивающая самоцветами глаз птица, на вышивке выглядела на удивление внушительно и грозно. Длинные рукава с гибкими налокотниками заканчивались плотными перчатками. На голове, вместо шлема со спускающейся из-под него бармицей, цельная маска, закрывающая и саму голову, и шею, наподобие тех, что носили полузабытые герои американской киноиндустрии типа Человека Таракана или Дэд Пула. Только вся броня была выдержана в холодном стальном, с присущим мифрилу синим оттенком, а множественные энергоны, нашитые с помощью алмазной паутины по всей её поверхности, вполне гармонировали с её сдержанным колером. И самое главное — это ее характеристики: не смотря на то, что основой ткани служили нити мифрила и алмазная паутина, штрафа на ношение её у меня не наблюдалось, а показатели стойкости и прочности на порядок превосходили те, что мне встречались до сих пор. При этом она была на удивление лёгкой и абсолютно не сковывала движение:

Мифриловая броня Главы Призывателей.

Класс: уникальный, раритетный.

Защита от физических атак — 95%.

Защита от стихийной магии — 99,9%.

Защита от ментальной магии — 90%.

Защита от магии богини Мораны 95%.

Защита от остальных видов магии 95%.

Сила негативных воздействий, дотов, боевых кличей, проклятий и т.д. снижены на 60%.

Ёмкость энергонов — 1200 магоединиц.

40% направленного на вас урона аккумулируется и может быть использована как мана для ваших заклинаний или как энергия для встроенного заклинания.

Встроенное заклинание — удар чистой энергии.

Описание: вы можете обрушить на противника удар чистой энергии. Ни у кого, кроме некоторых тварей Мораны нет защиты от этой энергии.

Встроенное заклинание — защита божественных сил.

Описание: защитный купол отражает 100% нанесенного урона в радиусе двух метров от вас, до окончания энергии купола.

Сила +50.

Ловкость +120.

Мудрость +10.

Интеллект + 90.

Физический урон +15%.

Дополнительный урон чистой энергией +15%.

Сила призыва +10%.

Стоимость призыва — 50%.

+1 дополнительное умение или навык для призванных существ.

+15% к хп и основным характеристикам призванным существам.

Ограничение: призыватель уровень 200.

-Это как? Откуда? И именно на призывателя...

— Да так, нашли на Еванделии одну небольшую библиотеку, видимо, в те времена призывателей было побольше, вот и остались некоторые заметки и несколько рецептов на твой класс, но это что, ты лучше на глефу глянь, там Добрыня как раз использовал кое-что из того, что ты от половинчиков приволок. Я, наконец, обратил внимание на глефу, зажатую в руке, хотя ее было трудно не заметить сразу: чёрная, блестящая рукоять, с одной стороны заканчивающаяся хищным щипом, с другой устрашающим, смертоносным метровым лезвием. Повсюду те же энергоны, под рукой плотная, идеально лежащая в руке кожа, по лезвию и рукояти постоянно пробегают потрескивающие молнии, приятно щекочущие кожу.

— Попробуй пожелать, — пробасил Добрыня, — и глефа превратиться в меч, пригодится если придется махать им в тесных помещениях.

Я неверяще глянул на него, но увидев утвердительный кивок, пожелал.

Рукоять с тихим лязгом сократилась, шип почти полностью ушел в рукоять, и в руках у меня оказался хищный меч, которым можно сражаться как одной, так и двумя руками. Мифриловое с тонкими прослойками адаманта лезвие, казалось, не знает преград и способно сокрушить любую броню. Еще одно дуновение мысли и рукоять удлинилась, резко выстрелив лезвие вперед.

Глефа — меч: Смерть Мораны.

Класс: уникальный, раритетный.

Урон: (ловкость * 5)

Игнорирование брони 95%.

Созданный с помощью добровольно отданной кости и кожи проклятого дракона, оружие с каждым ударом накладывает на противника разнообразные проклятья, доты и дебафы...

Я оторвался от чтения еще раз пробежав глазами по последней прочитанной строчки. Что значит добровольно отданной плоти?

Глянул на лежащего рядом Феню. Тот подмигнул мне одним глазом и приподнял крыло. Там на месте одного из пальцев крыла, на которых была натянута кожаная перепонка, зияла начавшая затягиваться дыра.

— Для такой глефы хорошая рукоять нужна была. Вот, выгрыз тебе частичку, пользуйся, салага, и помни мою доброту. А за меня не волнуйся, эликов у меня три бочонка, за пару дней все восстановится, будет как новенькое.

Я не стал ничего говорить, резко крутанул глефу и закинул ее за спину в притороченное там вместилище и глянул на сокланов.

— Натягивайте свои мифриловые подгузники, мы выдвигаемся на войну.

Глава 14

— Пахан, мне говорили, что ты, вроде бы, на войну собрался? Какого хрена ты тут развалился?

Я откинулся на шезлонге, закинул ноги на пуфик, вытащил зонтик из высокого бокала и с удовольствием присосался к цитрусовому коктейлю, от души сдобренного выдержанным ромом:

- В месте сражений

Долго хранила земля

Ржавую гильзу

— Чего?!

- Старые раны

Время прошедшей войны

Напоминают, говорю.

— Я ничё не понимаю. Ты что бредишь, что ли?

— Эх, Пофиг, Пофиг, недалёкий ты эльф, куда уж тебе понять высокий слог и сложную простоту японского трёхстишья... Видишь, отдыхаю. Может я всю жизнь мечтал о стайке рабов-гномов, — я ткнул бокалом в сторону пылевого облака над раскопками, в глубине которого так и мелькали смутные тени вкалывающих там работяг-гномов, — которые будут работать на меня, пока я возлежу на шезлонге, попивая коктейли. А ты тут над ухом зудишь, как комар, не даешь насладиться моментом. Что ж ты такой нудный-то?

— Нудный? Да я уже который день в этой духотище живу, пыль глотаю, а тут, то стадо динозавров прибежит, то черти какие-то полосатые из глубин раскопок поналезут. Я сплю по два часа в день, да и то урывками, а вы там не мычите не телитесь. Хочешь наслаждаться видами чумазых гномов: вперед, оставайся здесь вместо меня, а я домой полетел.

— Не могу, у тебя приказ кланлида, не нам его обсуждать, лучше расскажи, нашли там что-нибудь?

Я опять махнул в сторону клуба пыли.

— Нашли, нашли, эти коротыши со сломанными ушами знают толк металлах. Они как-то сразу засекли, где надо копать. Проблема в том, что металла там очень много, и разбросало его повсюду. Видимо, большую часть обшивки башни при падении сорвало и перемешало с горными породами. Гномы пробили несколько штреков от основного хода и везде находят обломки обшивки. То обычную сталь, то медь, а то и золото с мифрилом. Вчера слиток золота откопали, весом под полтонны, так вон с тех пор и носятся, как угорелые, не спят, не едят, роют и роют, как кроты.

— Похвальное рвение... а чего это они так развопились?

— А хрен его знает, может нашли чего, а может напал кто, тут каждый час чего-нибудь случается.

— Так иди посмотри, я что ли за тебя должен все делать?

— Хм... слушай, тебе никто не говорил, что в этом новом костюме ты на гея похож?

— Нет, — я бросил на мага стальной взгляд.

— Ладно, — сдался он, — тогда я тоже не буду, пойду посмотрю, чего там все так вопят.

— Вали.

Я поцокал языком, сам себе жалуясь на нерадивость и наглость помощников, и откинулся на спинку, присасываясь к ледяной жидкости и надвигая соломенную шляпу на глаза. Но не прошло и пары минут, как издали донесся вопль Пофига:

— Пахан, иди сюда, тебе надо на это глянуть!

— Да твою ж! — Пришлось отложить бокал, устало поднимаясь на ноги, — что ж ты будешь делать, ничего ведь без меня сделать не могут...

Пылевое облако поглотило меня голодным зверем, моментально забив каменной взвесью глаза и нос.

— Ёпрст, — что тут у вас?

Меня схватили за руку, затаскивая в укрепленную крепежом дыру, протащили по низким проходам, пока не подвели к белой стене, у которой столпилось пяток серых от осевшей пыли гномов. Все молчали, и мне пришлось повторить свой вопрос.

Мне ничего не ответили, только ткнули своими чумазыми пальцами на эту самую стену. Пришлось посмотреть на нее повнимательнее. Белая шероховатая поверхность, слегка изгибаясь уходила в завал на полу шахты и в ее потолок. Я мысленно продолжил этот заворот и у меня получился гигантский цилиндр, заваленный сотнями тонн камня. Неужели это он и есть?

Аркенор ответил на мой не высказанный вопрос, со всей дури ударив по стене киркой. Та отскочила ни оставив на стене ни малейшей царапины, и самое удивительное, даже звука удара мы не услышали, будто непонятная поверхность впитала в себя все звуки.

— Да, думаю, что это то, что нам нужно. Аркенор, сколько вам понадобится времени, чтобы полностью освободить эту штуковину от завалов?

Большеносый гном задумчиво почесал макушку:

— Не много человече, думаю, за год спокойно управимся.

Я чуть не поперхнулся от этого "Не долго", и покачал головой:

— Неделя. На все про все у вас одна неделя. Справитесь?

Горные жители недоуменно переглянулись, покачивая головами:

— Еще гномы нужны, и взрывчатка. Много взрывчатки.

Ну, что ж, как утверждал архимаг Кори, эту башню практически невозможно разрушить...

— Пофиг, организуй тут все. Достань уважаемым господам, всё что они потребуют, у вас на всё про всё одна неделя, а мне пора.

Закрывшееся окно портала оборвало затяжной стон мага, но настроение у меня все равно поднялось до немыслимых высот. А что? Я, понимаешь, телепорт не пожалел, вызвал его, когда мы голосовали, с кого золотого голема лепить, а он взял и за Каляна проголосовал, предатель... будет теперь знать, как кланлида не поддерживать в ответственные моменты...


Правда, как часто это бывает в моей жизни, миг торжества оказался до обидности кратким. Я с широченной улыбкой шагнул в портал и тут же согнулся в судорожном кашле: окружающая атмосфера к этому весьма способствовала. И как я мог забыть про воздушный пузырь? Чертов Пофиг, все из-за него...

Внимание! Вы попали в ядовитую атмосферу! Смерть наступит через 4 минуты 35 секунд.

Легкие будто огнем обожгло, глаза наполнились слезами, но и сквозь них я сумел разглядеть шагнувшие ко мне две долговязые фигуры.

— Пе... передайте... вашему шишке...кхе, кхе, я нашёл корабль!

На этот подвиг у меня ушли остатки воздуха, и я не стал дожидаться, когда меня потащат на допрос с пристрастием к нынешнему правителю половинчиков, снова нырнул в окно портала. Черт, да не смотря ни на какие заработки, я на этих порталах скоро разорюсь, нафиг.

Пришедшие вслед сообщения слегка опровергли эти мои мысли невеселые мысли.

Нерожденный дракон, как всегда, был шумным и сразу же взял быка за рога:

- Герои, вы смогли сделать это! Свершилось! Второй прорыв тварей Мораны уничтожен и все это благодаря вам! Вы заслужили свою награду и мою вечную благодарность!

Поздравляем! Получен новый уровень 327.

Получено:

10.000.000 золотых монет.

Тяжелый плащ полога Повелителя Призывателей.

Класс: раритетный.

Возможный уровень призванных существ +10%.

Характеристики призванных существ +10%.

Броня и количество хитпоинтов призванных существ +50%.

Встроенная возможность: полог Повелителя Призывателей.

Защитный купол прочностью (уровень класса призыватель умноженный на 50.000) срезающий 80% урона до полного окончания прочности.

Перезарядка — 3 часа.

Одно дополнительное, усиливающее свойство у призванных существ.


— Спасибо, спасибо, но давай потише, что ж ты так вопишь? Нигде ни тишины, ни покоя нет.

Я устало опустился, но ровную поверхность, и подложив руки за голову, уставился на висящее на нитях яйцо.

— Как дела? Как сам? Что новенького?

На пару секунд вокруг зависла тишина, а потом Нерожденный неуверенно ответил:

— Новенького? Новенького... да что тут может быть новенького? Вот висю себе, как и всегда, ничего новенького. Все одна, да одна... Мои слуги, правда, докладывают, что гномы в горы вернулись. Зараза пропала, теперь вот начали свой город восстанавливать. Разведчиков повсюду рассылают, думаю и сюда скоро доберутся...

— А я вот тоже один, — не слушая дракона пробормотал я, — ушла от меня девушка, а казалось, что у нас все срослось... Хотя, на днях я ее видел, и, вроде бы, она не просто так мимо проходила. Специально на плато оказалась, хотела помочь... может все еще наладится, надо только развод с супружницей по-быстренькому оформить...

Мой голос к концу речи совсем затих, глаза самопроизвольно начали закрываться, и я начал погружаться в сон.

— Если хочешь, я могу быть твоей подругой, ты не представляешь, как скучно бывает здесь находиться и получать информацию и впечатления лишь через своих слуг. Ты прилетай почаще, хоть не на долго поболтать...

Мерный голос нерожденного дракона затих перекрываемый шумом далекого прибоя, накатывающего на крутые скалы, а я поднялся на ноги, осматривая окружающий меня сосновый лес и одинокую гору, на склоне которого виднелся темный пролом, залитый засохшей глянцевой слизью. Здесь, когда-то находился Улей, непонятным чудом уничтоженный нами в прошлой жизни. Судя по всему, как и в других местах ослабления ткани реальности, новый прорыв находился где-то здесь. Вот только почему ничего не видно? Ни серых призраков, ни чертовых грибов, разносящих мор, ни каких других проявлений прорыва тварей Мораны. Я оглянулся: пустой берег, заросший редким, прозрачным сосняком. Чирикают птахи, вон пролетела стрекоза, ветер легонько колышет мягкую травку. Никаких следов запустения и разложения, царствующих здесь еще недавно не видно. Пологий песчаный склон резко обрывается вниз, отвесным утесом, уходящим в море. Море тоже спокойно и пусто, на прозрачном дне не видно никаких аномалий. Здесь, вообще, никого не видно. Хотя, нет вон там на горизонте, один за другим появляются десятки, если не сотни остроносых силуэтов с характерными скошенными парусами. Эльфы. Явились-таки на зов и их не мало. Судя по количеству посудин, там не меньше десяти тысяч бойцов. Значит их возвращение действительно состоялось и через несколько часов они высадятся на ближайшем пляже, откуда наверх поднимается крутая тропа. А с другой стороны сюда же должны подойти темные, втрое большем количестве. Плюс люди, и гномы... Как бы здесь не началась новая битва четырех воинств... Я еще раз оглянулся на одинокую гору и увидел бредущую меж сосен уже давненько невидную парочку...

Внимание! Правитель звездных пространств, носитель знаний, прародитель величайшего рода половинчиков получил ваше послание.

Отношение с расой половинчиков +50.

Отношение с правителем половинчиков +50.

Награда за выполнение задания: починка дегазационной станции, увеличена.

Я вздрогнул, просыпаясь и резко поднимаясь на ноги.

— Нерожденный, мне срочно надо идти, дела ждут, но не грусти, я очень скоро вернусь, и мы еще поболтаем.

Я шагнул в открывшийся портал и ступил на покрытый редкой мягкой травкой песчаный берег. Здесь все было так как и в моем сне: одинокая гора с темным провалом, редкий сосновый лес, тихое море. Разве что эльфийские корабли стали чуть больше, явно приближаясь к берегу на всех парусах.

Сзади тихо зашуршало, и раздалось леденящее душу шипение. Я, не оборачиваясь, поприветствовал:

— Горыныч, Яра, привет. Гляжу твоя родня летит сюда на всех парусах.

— Привет... да, пришли на твой зов.

Я похлопал по сегментированной шее льстящееся к ноге чудовище. Горыныч не вырос и на половину от своей прежней величины, но был уже далеко не той связкой адских сороконожек, что осталась здесь при нашем с ним расставании.

— Пойдемте, посмотрим, что нас ждет, а то скоро здесь будет полно народу, а цели для столь массированного внимания так и не нашлось.

Я, так и не обернувшись, пошел к горе, буквально кожей чувствуя исходящее тепло от пристроившейся слева Яры. Горыныч, будто веселый ирландский сеттер, поскакал вперед, смешно подпрыгивая сегментированным задом, подпрыгивая на ходу с громоподобным щелканьем клацая челюстями, в попытках поймать вьющихся в воздухе стрекоз. Те ловиться не желали, ловко уворачиваясь от жутких челюстей. Лес наполнился недовольным шипением, щелканьем, и грохотом падения на землю бронированного тела. В конце концов Горынычу это надоело, и он, еще раз злобно зашипев, фуганул в воздух струёй пламени. Стайка насекомых с радужными крылышками моментально превратилась в горстку медленно оседающего пепла, а змей обернулся к нам с довольным видом, мол, смотрите какой я ловкий.

— Молодец, молодец, давай только потише, где-то тут затаился враг и агрить его слишком рано не хотелось бы...

Горыныч, услышав мои слова, тут же опять превратился в игривого щенка, в тонну весом и помчался к одинокой горе и ведущему внутрь темному провалу.

Вот черт, что-то я об этом не подумал. Если прорыв нечисти находится там внутри, то больше нескольких десяткой воинов взять с собой не получится, и вся эта нагнанная мной сюда толпа окажется бесполезной. И даже хуже, думаю, они сразу припомнят друг другу старые грехи и тут начнется настоящая война. В итоге я останусь без войск для похода на континент, где засела сама Морана.

Волновался я зря, войска у меня не будет по другой причине: как только они сюда прибудут, они все отправятся на перерождение, а оно у неписей проходит не быстро. А умрут они обязательно...

Гадский Горыныч, смешно подбрасывая хвост доскакал до скалы и встав на дыбы, опустил на нее пару десятков своих передних ножек. И тут же свалился, чуть не рухнув в открывшую под ним пропасть: кажущаяся нерушимой скала, подернулась рябью и в единый миг опала невесомой пылью. А когда она опала вниз, заставив нас жмуриться и кашлять, то под ней обнаружился гигантский котлован, в котором, свернувшись в позе эмбриона сидел титан, которого я узнал немедленно, не смотря на то, что в живую его ни разу не видел. Я много раз видел его во снах, там, где над мертвым прахом, бывшей когда-то землей, бороздили пространство поглотители миров. Их жрали существа похожие на дирижабли с щупальцами. Тех, в свою очередь, хомячило это существо — антропоморфный титан, с клыкастым осьминогом вместе головы. Четыре бронированные лапы рвали хитиновые тела барражирующих великанов, словно подгнившие баклажаны, вываливая наружу дымящиеся сизые потроха. Поглотители Миров имеют четырехсотый уровень, дирижабли хомячили их как маленьких. Этот титан так же легко справлялся с дирижаблями, отсюда встает вопрос: как по-быстрому открыть портал и умотать отсюда пока монстр нас не заметил?

— Пфхш-ш-ш... — выдохнуло окружающее нас пространство и титан вздрогнул.

Покрывающая его пыль тонкими струями с тихим шуршанием посыпалась вниз, затем хлопнуло и от титана пошла ударная волна. Чуть не свалившегося в котлован Горыныча смело, как пушинку, швырнув в сторону и сломав его телом несколько сосен. Впрочем, и весь лес, и оставшиеся после столкновения расщепленные пеньки, в момент посерели, а затем, будто взорвавшись, рассыпались все тем же невесомым пеплом. Начавшее открываться перед нами окно портала погасло, будто задутая ураганом свеча. Меня и вцепившуюся в мою спину Яру снесло, жестко протащив по песку, жестоко ударяя о торчащие из земли корни и чуть не сбросив с крутого обрыва вниз, туда, где об острые скалы разбивались морские волны. Впрочем, может лучше нам было туда свалиться: оставаться здесь, на превратившемся в поле пепла берегу, мне не очень хотелось.

Внимание! Демогоргон — пожиратель надежд, погонщик орд Богини Мораны. Применил великое поглощение энергии.

Количество хитпоинтов — 50% на один час.

Количество маны — 100% на один час.

Беспамятство: отражено.

Истечение маны: отражено.

Истечение жизни: отражено.

Дезориентация: отражено.

Истощение сути: отражено...

— Ничего себе приветствие, пробормотал я, активизируя эликсиры восстановления, закреплённые на поясе и оборачиваясь к принцессе.

Внимание! Количество хитпоинтов полное, лечение не требуется.

Как так, что за хрень?

Никакая не хрень, полоса здоровья полная, как и у валяющейся в отключке Яры. Отсутствует самый минимум, видимо, потерянный при ударах о корни, а пущенная Демогоргоном волна просто и без всяческих затей временно уполовинила шкалу жизни, и помножила на ноль всю ману и возможность ее появления сроком на час. На месте, где всегда была шкала зияла необычная пустота. Просто зашибись. Хорошо, что он использовал эту абилку сразу. Окружай его стотысячное войско наших союзников и девяносто тысяч из них сейчас лежали бы в отрубе, а оставшиеся на ногах маги и остальные пользующиеся магией классы, стояли бы хлопая зенками, на час оставшись без основного своего оружия.

К нам, беспрерывно подвывая подполз Горыныч и выглядел он не очень: половины конечностей не хватает, одна из голов почти оторвалась, держалась не понятно, на чем волочась макушкой по земле, на обращенной к взрыву стороне весь хитин утратил свой блеск, стал матовым, потрескавшись во множестве мест. Через трещины и из перебитой шеи капает тягучая слизь. Вот ему эликсиры пригодились. Я закинул в каждую оставшуюся жизнеспособной пасть по большому пузырю и морщась от хруста жутких челюстей приказал:

За принцессу отвечаешь головой. Вернее, всеми тремя головами. Если что, хватай ее и сползай по скалам вниз. Скоро сюда прибудут ее чертовы родственнички, они, если что, помогут.

И действительно, видимо, я неправильно оценил отделяющее нас расстояние или корабли эльфов движутся гораздо быстрее привычного, но максимум через полчаса-час они уже будут напротив ближайшего пляжа. С другой стороны, эти полчаса-час еще как-то надо выжить и желательно отвлечь монстра от прибывающего флота, чтобы дать возможность длинноухим спокойно высадиться на берег.

Я резко поднялся, щёлкая пальцами. Дождался, когда Зигзаг полностью сформируется и запрыгнул в седло, ударяя пета по бокам пятками.

Душа моя тут же вознеслась к небесам, но вот тело так и осталось на земле глядеть в косоватые укоряющие глаза пета, ехидно вопрошающие:

— Мол, может ты еще "Но" и "Тпру" мне будешь командовать? Я тебе не кляча какая-нибудь, я дятел — гордый птиц!

— Полетели, блин, птиц гордый, пока пинка не дал, не время сейчас выё-ё-ё-ё-ё!

Зигзаг взвился вверх, будто самолет на турбореактивной тяге, заставив меня проглотить остатки предложения.

С высоты мне открылся устрашающий и тягостный вид: чистый, прозрачный лес, минуту назад окружающий одинокую гору исчез. Было такое чувство что кто-то сбросил с самолета гигантский мешок цемента, который взорвался при ударе о землю, забросав своим содержимым площадь в пару километров диаметром. Яркая зелень исчезла, сменившись серо-зеленым лишённым жизни прахом. А в центре этого ворочался новорожденный титан. Неспешно хрустя когтистыми лапами, ворочая уродливой головой и с щелчками выправляя шипастый, покрытый броневыми пластинами позвоночник.

Что мне нравится в этих здоровенных уродах — это их неторопливость, дают время на то, чтобы полностью осознать возникшие у нас проблемы. Других положительных качеств у них не наблюдается. Сейчас все броневые пластины сдвинутся в боевой режим, и мы получим практически неуязвимую самодвижущуюся боевую башню, с клыкастой пастью и отвратительным характером. Я не стал ждать, когда это произойдет, поднялся повыше и вытащил первый из двух десятков приготовленных бомб. Конструкция у них была до крайности простой: большой медный горшок с широким горлом, перегороженный стеклянной перегородкой и закрытый плотно пригнанной крышкой. Там внутри, разделённые лишь хрупкой стеклянной стенкой находились суть огненного и водяного элементалей. Конструкция хрупкая, просто мечта самоубийцы, но в спешке было трудно придумать и изготовить что-то более безопасное. Зато здесь имелась необходимая простота и надежность использования. В теории мягкий металл от удара должен деформироваться, перегородка разбиваться, а находящиеся внутри субстанции соединяться, запуская реакцию аннигиляции.

Через миг мы узнаем имеет ли эта теория хоть какое-то отношение к практике. Медный шар крутясь и кувыркаясь уже несется туда, где бронированная спина переходит в покрытую слабо шевелящимися щупальцами шею. Там не видно броневых пластин и урон должен быть нанесен максимальный. Секунда и снаряд, удачно преодолев разделяющее нас расстояние, ударился о чешуйчатую плоть и исчез в белой вспышке света. Взрыв пошатнул колосса, взвихрил щупальца ему на затылке, с корнем вырвав парочку самых небольших и начал раздуваться в сверкающий энергией шар перегретой плазмы, а затем вдруг остановился, и так же быстро схлопнулся, буквально всасываясь в тело Демогоргона.

Внимание! Вы нанесли 16 единиц урона Демогоргон — пожиратель надежд, погонщик орд богини Мораны. ???/???

Внимание! 16 единиц восстановлены за счет энергии вашей атаки.

Внимание! Демогоргон — пожиратель надежд, погонщик орд богини Мораны впитал 72 единицы энергии.

72/1.000.000.

Это что-то новенькое, и это новенькое неутешительно. Видимо, принцип работы у этой твари тот же что и у остальных — пока энергетические резервуары его не наполнятся, нанести урон по нему не получится. Только у этой твари вместимость в тысячу раз больше, чем у тех же Поглотителей Миров, и дел он тут может понаделать в тысячу раз больше, чем его младшие собратья. А если учитывать, что мое самое сильное средство не смогло наполнить его резервуар и на десятую процента, то встает вопрос — как бы мне успеть подхватить валяющуюся в бессознательности принцессу, реквизировать один из подплывающих кораблей, умотать отсюда подальше и насладиться остатками жизни, пока этот монстр не высосет этот мир досуха.

— Охренительный план, — пробормотал я, — надежный, как швейцарские часы.

Но несмотря на то, что этот план мне очень понравился, приступать к нему я не спешил, взмыл повыше в небеса и один за другим сбросил вниз еще три сосуда. Первые два, свалились титану на шею и макушку, слегка испортив монстру причёску и заставив его еще пару раз содрогнуться. Третий перехватила взметнувшаяся в воздух рука. Увенчанные двухметровыми когтями пальцы сомкнулись, играючи сминая хрупкий сосуд. Моё сердце радостно ёкнуло, помнится я как-то видел парня, который сжал в кулаке горящую петарду — не все пальцы тогда удалось пришить обратно. Но здесь этот фокус не сработал. Все жуткие пальцы остались на месте, лишь на миг, меж них пробился ярчайший свет, а затем и он погас, а мне в глаза уставился взгляд жутких, полных конечной смерти и раз воплощения буркал монстра.

Глава 15

Жутковатый взгляд и неприятный: посыпавшиеся логи были тому подтверждением:

Изничтожение: заблокировано божественным эликсиром снятия дебафов.

Поглощение: заблокировано божественным эликсиром снятия дебафов.

Развоплощение: заблокировано божественным эликсиром снятия дебафов.

Конечная смерть: заблокировано божественным эликсиром снятия дебафов...

Как смогли догадаться самые сообразительные из вас, я времени зря не терял, и не до конца доверяя защите своего нового прикида, залил в себя все эликсиры божественного ранга, наваренных мне лопоухим магом. Спасибо Моране, не верится, что я это сказал, но недоступные простым смертным разноцветные жидкости впитались моим организмом, словно родные. Как оказалось, сделал я это не зря, из двух десятков смертельных проклятий, пяток пробился сквозь защиту, где и растворились в божественном бухле. Да и сам я почувствовал себя если не богом, то по крайней мере античным героем, жителем Олимпа и щупателем пышных телес тамошних красоток, поэтому, когда тело Зигзага подо мной превратилось в облачко ничем не скрепленных перьев, я только злобно ухмыльнулся, и вытащив новую глефу устремился вниз. Миг, и я исчез в инвизе. Я сильно сомневался, что столь простенький фокус мне поможет скрыться от глаз столь непростого существа, но мне было чем ещё отвлечь внимание монстра от своей скромной персоны. Призыв древнего энта маны не требовал, а благодаря моим многочисленным усилениям, уровень призыва поднялся со стандартного трехсот пятидесятого до пятисот сорокового. Шесть дополнительных умений, добавленные к его основному набору, вполне успешно, превращали призванный трухлявый пень в очень серьезного бойца. На фоне Демогоргона он выглядел, как новорожденный котенок, рядом с перекаченным стероидами боевым псом, но и задача у него стояла аналогичная тому самому коту: отвлечь хищника от хозяина.

Летел я довольно долго и успел увидеть, как появившийся среди молодой рощицы энт, выдрал с корнем дубок, одним движением лапы провел вдоль ствола, обдирая все ветви и словно играя в городки, запустил им во врага. Снаряд был настолько смешным, что мне даже стало несколько стыдно за это убожество, и я даже успел порадоваться, что единственный свидетель этого позора лежит тихонечко без сознания. Однако сомневался я зря: в последний миг окружившее бревно кроваво-красное поле, врезало по боку монстра с такой силой, что протянувшаяся ко мне лапа отдернулась, а сам уродец будто получив под дых, утробно охнул. Само дерево и окружающее его поле рассыпались пеплом, но свое дело сделали, я пролетел мимо жуткой конечности и рассерженной осой впился в уродливую макушку урода — лезвие вошло на всю метровую глубину, а затем вошло и ещё дальше, до самой середины рукояти. Я, не удержавшись на глефе, со всей дури влепился в бугристую поверхность. И опять спасибо местному волшебству — я не сложился гармошкой, а бодренько вскочил на ноги, выдергивая глефу из головы Демогоргона. Отлично, первая часть моего плана выполнена. Жаль, что весь план, составленный мной после исчезновения под моим седалищем гадской птицы, состоял только из этого единственного пункта, и что делать дальше, я не представлял. Вокруг меня взметнулся лес щупалец, каждое толще меня втрое. Каждое из них жило своей жизнью, слава богу, пока, не покушаясь на мое бренное тело. Чего нельзя сказать об окружающем монстра поле, которое безапелляционно высасывало жизнь из всего окружающего. Казалось, сам воздух рядом с монстром умирает, отказываясь снабжать организм необходимым ему кислородом. Слава богам, мифрил, чудесный метал, отказывался поддаваться этой всеразрушающей ауре, защищая мои нежные телеса от всех его негативных воздействий. Что же делать дальше? Я коротко размахнулся и без замаха всадил лезвие глефы в голову монстра на всю глубину. Тот даже не почесался, не обратив на мои потуги никакого внимания, я быстро повторил свое действие с десяток раз подряд. Результат не изменился. Пожалуй: сделай я куклу Вуду этого монстра и тыкай я в нее иголками — толку и то больше бы было... Отсюда возвращается недавний вопрос: "Кто виноват и что делать?" Ответа на этот вопрос не было.

Как обычно, когда я оказываюсь в тупике, никто и думает, чтобы вмешаться в происходящее и помочь мне, например, сбросив на голову монстру Тунгусский метеорит, открыв под его ногами великий каньон, или низвергнув на него Ниагарский водопад горящего напалма...

То, что произошло дальше не ослепило меня только благодаря тому, что я накачался божественными эликсирами.

Ярчайшая вспышка, титаническая голова вздрагивает, от удара здоровенным булыганом, который, разворошив уродскую прическу пробороздил черепок монстра метрах в трёх от меня, и исчез, рассыпавшись по голове, серой перхотью. Вспышка взрыва, не дойдя до моего носа считанные сантиметры, остановилась и рухнула, впитываясь в чешуйчатую кожу твари. Не прошло и секунды после этого необычного события, как порванные щупальца засветились, порванные жилы, переплетались, притягиваясь друг к другу, завязываясь узлами, на глазах сращивая нанесенные повреждения. Однако, это произошло не моментально, и я успел увидеть в образовавшийся пробор, далекий лес, на границе с серым пятном, ровные ряды выстроившихся там гномов, и горящие руны на земле за ними. Не успел я удивиться такому их внезапному появлению, как от них к монстру по земле побежали тусклые фиолетовые ломанные линии. Затем планета ухнула, зарокотала и разошлась под ногами колосса, отправляя нас в неуправляемый полет. И так сидящий в яме монстр рухнул еще ниже, лишь в последний момент успев уцепиться своими конечностями за края образовавшегося каньона, так, что на поверхности осталась торчать только его уродливая голова. Я, кое-как уцепившись за щупальце, сумел остаться на этой самой голове, что меня нисколько не радовало, ибо мои недавние дурные желания начали сбываться, и следующим по очереди должен стать водопад из горящего напалма и, не смотря на мощную защиту, попадать под него мне нисколько не хотелось. Однако, я слишком торопился, второй этап атаки еще не завершился. Каменистая земля застонала и ущелье схлопнулась, будто жадные челюсти начав пережевывать Демогоргона. Ай да коротышки, не слабый фокус, я такого от них не ожидал. Но и главный приспешник Мораны был не лыком шит, он, наконец, очнулся и взялся за дело всерьез. Мир вокруг посерел, каменные жвала до этого успешно перемалывающие жесткое тело титана, вздрогнули и начали осыпаться пеплом. Всё, что попадало в радиус работы этого поля, окончательно лишалось жизненной энергии, превращаясь в мертвый прах. За несколько секунд, вокруг твари образовалась гигантская дыра, в которой он плавал как в бассейне, наполненном невесомым пеплом. Еще через пару секунд он взмахнул руками, и тысячи тонн праха поднялись в небеса. Демогоргон сделал движение, будто швыряет ком снега во врагов, и повинуясь этому движению прах понёсся вперед, с головой накрыв собой все воинство гномов. Хотя с головой, это мягко сказано: взметнувшееся навстречу праху защитное поле, накрывающее все воинство гномов, будто зонтиком, смело, как его и не было, и покрыло землю там, где только что стояли гномы слоем в десяток метров толщиной. Все, отвоевались коротышки...

В этот момент щупальца на гигантской башке окончательно восстановились, перекрыв мне весь обзор. Я уж было поднял глефу, чтобы отчекрыжить парочку из них, но тут сзади раздался знакомый грустный голос:

— Лорд Пахан, их величества приглашают вас к себе на борт и, если можно, побыстрее, этот монстр скоро убьет мой телепорт, у него просто чудовищное поглощение энергии.

Я только начал оборачиваться, но, видимо недостаточно быстро — тощие ручонки вцепились в меня, затаскивая меня в быстро гаснущее окно портала.

Поднялся с досок палубы, стряхнул с себя несуществующую пыль, бросил нехороший взгляд на придворного ученого. Вспомнил, что из-за маски моих глаз не видно, ледяным тоном поблагодарил:

— Чтоб тебя, Утырок, какого черта ты меня сюда уволок? Я там уже почти завалил этого урода, а теперь придется начинать все сначала!

— М-э-э-э...

— Не вините его, — раздался за спиной спокойный властный голос, — то моя дочь попросила вас спасти. Она думала, что вам угрожает опасность.

Я нехотя развернулся, глянув на владельца голоса. Ну, что ж, если это и есть правитель эльфов, то я могу понять королеву, которая рискнула здоровьем принцессы, чтобы его вернуть: высокий, почти на голову выше своей не обделённой ростом жены, широкоплечий, статный, с необычно правильными благородными чертами лица. С первого взгляда понятно, что это прирождённый лидер...

Наверняка конченый говнюк, — решил я, но все же кивнул и ему, и его стоящей рядом супруге, и прячущейся за его спиной дочке:

— Величества, Ваша дочка слегка преувеличивает грозящую мне опасность, впрочем, если вы сейчас не развернете своё корыто, то через пару минут мы точно окажемся в опасности, разбившись о прибрежные скалы. Ваш лоцман что совсем ослеп? Пляж, подходящий для высадка, находится там.

Я ткнул пальцем в нужную сторону.

— Нет необходимости, Утыдатолитенорок слегка улучшил наши корабли, и теперь пляж для высадки нам не понадобится.

Правитель вытащил из ножен кусок света, по форме и размеру напоминающий полуторный слегка изогнутый меч и взмахнул им, словно дирижёрской палочкой. Тут же громоподобно затрещало, корабль вздрогнул и от бортов начали отходить многочисленные трубки, меж которых была натянута плотная шёлковая ткань. Трубки отогнулись до перпендикулярного состояния, ткань натянулась до звона, пока вся конструкция не стала похожа на плавники рыб-летяг, затем в спину нам ударил сильный порыв ветра, вырывая узкое тело эльфийской ладьи из ее привычной среды обитания. Миг и мы уже на высоте высокого берега, еще миг и мы в сотне метров над ним, на всей скорости мчимся к ворочающемуся на суше монстру.

Сзади разнесся нарастающий гул голосов, синхронизирующийся и переходящий в заунывную песню. Воздух вокруг завибрировал, потемнел, приобретая неестественный зеленоватый оттенок. Его волна устремилась вперед, взметая вихри мертвого праха, на миг закрывая беспроглядным облаком весь горизонт, а затем он так же быстро рухнул, зашевелился, пошел волнами, начал идти буграми, которые лопаясь, начали выпускать наружу десятки, сотни древесных стволов. Были они так себе, корявые, почти без веток и листьев, зато плоды на них висели целыми гроздьями — гномы, их тягловые животные и даже катапульты, погребенные под толстым слоем праха, выныривали наружу, как грибы после дождя. Кстати, дождь здесь тоже был: невероятный ливень моментально смыл с подземных коротышек всю грязь и пыль, прибил невесомый прах, превращая его в корку достаточной прочности, чтобы выдержать и валящихся с деревьев гномов и все остальное, что только что было погребено в его глубине. Отлично, значит еще повоюем. Я вспомнил про свое видение и льющееся на голову монстра море огня и, схватив за шкиряк Утырка, раскрыл перед ним карту.

— Вот, здесь, — я ткнул пальцем в нужную точку, — ошивается один ушастый долговязый маг, у тебя шесть секунд, чтобы перенести его сюда, давай, пошёл!

У эльфов со стихийными магами не очень, так что нефиг Пофигу там бездельничать, когда здесь такое твориться, с имеющейся у него огневой мощью его место здесь, и немедленно, мы почти прибыли к месту назначения.

Хвала Утырку он справился за пять: открыл окно портала, просунул в него голову, затем схватил кого-то, а затем с громким воплем, укутанный сетью молний отлетел назад, а в открывшееся окно заглянула ушастая голова Пофига, глянула на меня:

— А, это ты, сори, Утырок, я тебя сразу не узнал.

Утырок, посверкивая пробегающими по телу искрами вяло махнул рукой, а я в нетерпении схватил мага за шкиряк, затаскивая на борт.

— Хорош болтать, заходи, гостем будешь.

Стоило магу шагнуть на доски палубы, я бросил ему один из двух оставшихся у нас кристалликов усилителей доставшийся от хранителя места силы.

— Жуй, и давай, удиви меня.

Я подвел его к борту корабля и молча указал рукой на выбирающееся из ямы существо.

Как описывать дальнейшее, я не знаю: одновременно начало происходить слишком много событий, которые трудно не то чтобы описать, а просто охватить одним взглядом. Во-первых, и во-вторых, с двух сторон от Демогоргона лес расступился, выпуская на волю два войска: людское и сборную солянку из рас темных, причем расступился в прямом смысле — верхушки деревьев затрещали и начали изгибаться от проезжающих сквозь лес боевых башен. Воздух наполнился наездниками на грифонах, гарпиями, стрелками на вивернах, и другими маловразумительными летающими существами, машущими крыльями, выпускающими реактивные струи или просто левитирующими над землёй. Башни долго готовиться не стали: стоило им выбраться из лесной чащи, они останавливались, верхушки раскрывались четырехлепестковыми цветками выпуская наружу пестики в виде вытянутых прозрачных кристаллов. Я такие как-то уже видел при нападении драконоидов на Другмир. Те испускали достаточно мощные лучи, чтобы взрывать четырехсотуровневых монстров, как дешёвые китайские петарды: не очень зрелищно, но со множеством оторванных пальцев, конечностей, с брызгами крови и плоти. Здесь они тоже не подвели. Ударил один луч, второй, третий... они начали сплетаться, долбя в одну точку, выдавая такой поток энергии, что даже Демогоргон, по своей сути похожий на чёрную дыру, не смог поглотить все не выдержал, и упершиеся ему в грудь лучи начали буравить защищающие ее броневые пластины, выбивая оттуда море серого дыма и потоки разлетающихся во все стороны многочисленных костяных осколков. С другой стороны, загудело и, принятые мной за осадные башни темных сооружения, крутанулись вокруг своей оси, наподобие гигантских требушетов, отправляя в полет горящую каменюку, размером с приличный грузовик. Но, после броска движение башни не остановилось, а продолжилось и через миг с ее противоположного конца понеслась аналогичная каменюка, а за ней еще, ещё и ещё... их, облепляя, будто стадо вопящих бабуинов, окружали тучи завывающих, размахивающих призрачным оружием духов. От мощного удара неслабыми булыжниками, содрогнулся даже этот колосс, чуть не рухнув назад в яму, из которой так долго выбирался, но он удержался, перехватил щупальцами следующую каменюку и вывалил-таки свою тушу наружу, рухнув плашмя на землю. Пролетевшие над его головой снаряды, в итоге приземлились ему на спину и разбились о костистую задницу. Впрочем, разбились — это не правильное слово: огонь бурлящими неистовыми полотнищами впитывался в тело титана, будто детский питающий кожу крем. Духов постигла та же участь: они успевали нанести по удару-другому после чего их всасывало в гигантское тело. Камни же от удара рассыпались серо-зелеными облачками, будто гриб трутовик, раздавленный невнимательным грибником. А монстр больше тормозить не стал: с протянувшейся в сторону людских построений шестерни (да, да, как, вроде я уже упоминал раньше, на каждой лапе у него было по шесть пальцев) в сторону башен понеслись черные вихри. Они, извиваясь как живые змеи, темными вихрями закружились вокруг бьющих в монстра лучей устремляясь к раскалившимся кристаллам, моментально обволакивая их непроглядными коконами. Воздух буквально завибрировал, а затем рвануло. Правда рвануло как-то глухо, будто гранату взорвали на одеяло-подушечном складе и черный дым, переплетясь с потоками бушующего света начал впитываться в тело титана, на месте магических башен остались лишь обгорелые остовы, а Демогоргон начал подниматься. Так как мы летели прямо на него, корабль резко задрал нос, и я чуть не улетел в сторону кормы. Пофиг щелкнул пальцами, захватывая меня защитным коконом и водружая на место, затем почмокивая усилителем, будто леденцом, встряхнул кистями, мерзко похрустел пальцами и начал свою магическую увертюру.

Стихийный маг, триста пятидесятого уровня, несметное раз усиленный многочисленными достижениями и наградами, несколько раз вдвое усиленный различными бафами — это страшная сила. Еще один щелчок пальцев и в небе открылось окно в Ад, из которого сплошным потоком хлынул жидкий огонь. Когда-то я видел такое заклинание и даже оказался под его воздействием, но сравнивать используемую при этом мощь с нынешней ситуацией просто невозможно. Это как сравнивать мелкий грибной дождь с Ниагарским водопадом, было такое чувство, что окно открылось на дне лавового моря, откуда хлынуло так, что тела титана моментально стало не видно. Огненный дождь не оправдывал своего названия — никакого пространства между каплями не наблюдалось, монстра накрыло моментально, заключив в кокон бурлящего огня. А поток не утихал, изливаясь на мертвый прах, шипя и пузырясь смешивался с ним, превращаясь в пылающие глыбы пемзы, стекая в провал в земле, образуя там кипящее озеро магмы. Но это было только начало. Небо прямо над огненным окном резко почернело и разродилось отцом всех метеоров. Отлитый из стали и мифрила в горниле космической кузни болид, усыпанный кристаллами, бурлящими неземной энергией, как в замедленной съемке устремился вниз, с каждым мгновением все сильнее и сильнее разгоняясь. Окно в преисподнюю схлопнулось, и тут же это место в пространстве пробил космический гость с просто зубодробительной мощью врезаясь в залитую жидким огнем фигуру, вминая ее в горящий прах под ногами. Метеор был размером в четверть роста титана и по моим впечатлениям должен был превратить того в лепешку, однако ничего подобного не произошло. Удар смел с тела остатки жидкого огня, а также счистил с макушки монстра половину щупалец, перекосив и изломав тело титана в одну сторону, однако, тот довольно быстро поднялся на ноги, выправил поломанные телеса, поглотил энергию начавшего зарождаться рядом невероятного смерча и взорвался чёрным дымом. Его фигура закрылась непроглядным коконом, в котором бесследно сгинул первый слитный залп окружающих монстра пигмеев: несколько десятков тысяч стрел, арбалетных болтов, копий, пущенных из баллист, пропали втуне, рассыпавшись невесомым пеплом.

— Отлично, надо продолжать следуя этому же вектору. Энергопоглощение объекта возрастает, но уже порядка двадцати одного процента его энергетических емкостей заполнены. Как только это значение достигнет ста процентов, будет необходимо нанести завершающий, самый мощный удар.

Я кинул сумрачный взгляд на подошедшего Утырка и вежливо поинтересовался:

— М-да? И что, ты его своей соплёй решил перешибить? Или у вас есть другое еще более мощное оружие?

— Нет, — спокойно ответил Утырок, ничего такого у нас нет, мы рассчитывали здесь столкнуться с армией наподобие серых призраков или зараженных, что обитали в драконьих горах. Столкнуться со столь мощным существом мы здесь не предполагали и все приготовленное, рассчитано на противостояние массе небольших существ. Однако, отступать уже поздно, придется воевать с тем, что есть.

— Все, как всегда, — пробормотал я, — время идет, а ничего не меняется. Все самому приходится делать...

— Не все, с первым этапом мы поможем, ведь до финального аккорда еще дойти надо.

Он махнул головой, показывая на подручного Мораны и эскадрилью летающих кораблей, наворачивающих вокруг него широкие круги. Монстр, за тот миг что я от него отвлекся, тоже избавился от защитного купола и сам слегка изменился: вся кожа и бронированные пластины на руках и плечах начали светиться. Такое я уже видел у Поглотителей миров, так светятся ряды заряженных энергонов и если это двадцать процентов, то в конце концов он должен начать светиться целиком, с ног до головы. Удобно. Сразу будет видно, когда мне надо будет вступать в игру, впрочем, как и сказал Утырок, до этого надо еще дожить, а это весьма проблематично, ибо Демогоргону надоело огребать и он довольно энергично принялся за уничтожение окруживших его лилипутов. Исторгнутое из бездонной утробы пылевое облако, как корова языком, слизало окружающие войско людей многочисленные защитные поля, а затем в дело вступила грубая физическая сила: Демогоргон топнул ногой, вбивая в пыль с полсотни закованных в сталь латников. Пинок, и еще пара десятков воинов отправилась в полет, закончившийся где-то в паре километров от поля боя. Еще пинок и только что выстреливший требушет превратился в кучу мелкой щепы. Удар серой ауры и три-четыре сотни арбалетчиков в миг превратились в прах, носимый по полю боя налетевшим ветром. Удар, удар, удар, каждый из которых наносил страшное опустошение в ряды людей. Удар... и тишина. Нога титана зависла в воздухе, так и не опустившись на вопящих от ужаса воинов. Затем невидимая стена ударила, отшвыривая Демогоргона далеко назад, а сквозь разбегающиеся в стороны ряды воинов вперед начал пробираться облаченный в алые одежды пацан, лет семи-восьми.

— А это что за хрен?

Мой вопрос, обращенный к Пофигу, пропал втуне, тот сосредоточено готовил какое-то колдунство. Вместо него ответил Утырок:

— Вообще-то — начальство надо знать в лицо — это ваш император, вернее, правитель империи людей.

— Я сам себе император, — пробурчал я, — а не маловат ли этот шкет для императора? Он подгузники сам себе менять-то научился?

— Император, не смотря на юные годы, обладает удивительно острым умом и наделен большой силой.

Я было хотел бросить на него фирменный скептический взгляд, но не успел — слова Утырка начали подтверждаться в тот же миг.

Пацан толкнул воздух перед собой руками и титана отшвырнуло еще метров на полста назад, а в образовавшемся между ними пространстве появился призрак императора, с невероятной скоростью вырастая до размера противостоящего ему врага. Призрак шагнул вперед, и в точности повторяя движение оригинала вломил ногой в грудь поднимающемуся Демогоргону, отбрасывая того еще дальше назад, почти к самой яме, где все еще бурлило организованное Пофигом озеро лавы. От удара титаническим телом земля содрогнулась, поднимая в воздух тучи праха, впрочем, и для призрака удар не прошел даром — нога в месте соприкосновения с грудью монстра утратила свою материальность, будто лишившись большей части энергии. Но пацан только упрямо наклонил голову, и сжав кулаки, попер вперед. Как я понял, Демогоргон являлся вершиной пищевой цепочке в войске Мораны и не привык встречать сопротивления. Ну, что ж, здесь его явно ждал сюрприз: император людей обладал не только большой силой и железной волей, но и явно заканчивал заведение наподобие нашего земного, находящегося в Шаолиньском монастыре провинции Хэнань, Дальневосточного уезда Российской Империи. Оружия в руках призрака не было, но сами руки и являлись оружием. Пацан успевал нанести пяток ударов по костяной броне монстра, заблокировать ответный удар и еще врезать по челюсти в течении одного удара сердца. Броня трещала, щупальца на голове безвольно мотались, сломанная челюсть клацала, теряя клыки от каждого удара, но и призрак начал бледнеть. Император отвечал, буквально светясь, вливая в него потоки энергии, однако долго это продолжаться не могло — энергия переливалась от человека к монстру, зажигая на его теле все новые ряды энергонов.

— Если вы что-то готовите, — намекнул я Утырку, то пора бы вводить это в дело, — людей надолго не хватит.

Утырок кивнул, показывая назад, туда, где вокруг правителя эльфов собралась толпа наделенных магической силой бойцов, те затянули какую-то песню, больше похожую на тихое блеяние, которое с каждой секундой становилось все громче. Корабль вздрогнул, крылья заскрипели, и мы устремились вниз, туда, прямо к схватке титанов.

Император то ли что-то почувствовал, то ли получил сигнал — залил в призрака остатки энергии провел головокружительную атаку, буквально проломив броню на груди Демогоргона, закончив сокрушительным ударом снизу по челюсти, подбросив того в воздух, после чего исчез, вновь появившись в задних рядах своего войска, а мы спикировали на обрушившееся наземь тело. Небо потемнело от кораблей, наездников на пегасах и грифонах, каждый из которых держал что-то светящееся в руках. Блеяние за моей спиной вошло в крещендо, закончившееся истошным воплем правителя.

Воздух загудел, затрещал, завибрировал, взорвался огненными линиями, метнувшимися от одного корабля к другому, от эльфийского летуна к уродливой гарпии, сплетаясь в гудящую, бурлящую бешеной энергией сеть. Та рухнула вниз, опять прижимая поднимающегося монстра к земле. На этом сеть не успокоилась, входя в землю и все сильнее с хрустом вбуравливаясь в плоть Демогоргона. Энергетические канаты буквально вгрызались вглубь, ломая пластины брони, заставляя плоть монстра шипеть, чернеть и распадаться пеплом. Энергоны на его теле начали зажигаться целыми гирляндами, покрыв уже почти три четверти тела титана. Когда же эта величина была достигнута, сеть, уже почти вмявшая противника в землю, в один миг погасла, как погасло и все имеющее отношение к магии, находящееся на определенном расстоянии от Демогоргона.

Внимание! Ваше снаряжение подверглось воздействию Глобального Поглощения. Все магические предметы, находящиеся вне индивидуальных хранилищ, лишаются своих магических свойств сроком на один час.

Носящиеся по моей глефе молнии погасли, зарядившиеся энергоны на моей броне вновь потухли.

Сработавшая абилка монстра «Глобальное поглощение» оказалась очень неприятной штукой. Слава богам, предметы, находящиеся в сумке, не подверглись иссушению. Это было хорошо, потому что мы падали. Крылья крыльями, но, видимо и без магии в поддержании кораблей в воздухе не обошлось. Я еле успел схватить за талию, затаившуюся рядом со мной в инвизе Яру и активировать портал, когда палуба ушла у нас из-под ног. Через миг мы были уже на земле, а рядом появился Утырок, перенесший с падающего корабля правителя с супругой. Царствующая пара тут же воздела руки к небесам, и бесконтрольно рушащиеся на землю корабли слегка замедлили свой полет к неминуемому крушению. Нет, они не полетели вновь, лишь слегка выправившись, оперлись на ненадежные, трещащие от натуги крылья, но засевшие на них бойцы теперь получили шанс выжить.

— Слышь, Утырок, хорош так страстно мять задницы величеств, иди сюда у меня к тебе небольшое дельце.

Пока ошалевший эльф соображал, что делать, я обернулся к Яре. Та, сделав вид, что испугалась при падении, обвила мою шею руками и теперь не торопилась их убирать, что меня вполне устраивало. Её теплое, упругое тело под рукой и исходящий от нее будоражащий аромат смыли из моего разума весь негатив последних дней. Вокруг рушился мир, но для меня осталось только одно ощущение — ощущение ее губ на моих губах.

Глава 16


Поцелуй, кажется, длился целый век, а может краткий миг, трудно было понять, но закончился… как и обычно, от вежливого покашливания прямо над ухом.

— Утырок, тебе жить надоело? — Пришлось оторваться мне от эльфийки, — какого хрена тебе тут нужно?

— Ты же сам его только что позвал, — ответила вместо застывшего в нерешительности Утырка Яра.

— М-да? — Удивился я, — не помню. Ладно, раз приперся, не уходи, я сейчас.

Я опять повернулся к Яре:

— У меня к тебе предложение...

— Я согласна, — быстро ответила принцесса, и мне пришлось ее слегка притормозить.

— Погоди с согласием, это пока не то предложение, прежде мне со своей предыдущей суженой надо разобраться. Я пока тебя приглашаю в клан. Яринка Премудрая, дочь... как их там? Всё время забываю, впрочем, не важно, примешь ли ты мое предложение вступить в Клан Дятлов на должность боевой подруги, до тех пор, как смерть не разлучит нас?

— И не надейся… я и после смерти от тебя не отстану.

— Э-э-э... ну, ладно, тогда принимай приглашение.

Внимание! У вас появился новый член клана — принцесса эльфов, рода Кленовых листьев, Яринка Премудрая.

— Отлично, — я быстро повернулся к царствующей паре, следящей за боле-менее нормальным приземлением своего флота.

Получалось это у них из рук вон плохо: корабли врезались в друг друга, разваливаясь на части и бесконтрольно кусками осыпаясь на землю. Вокруг творился настоящий хаос, но ждать пока он закончится было некогда, монстр начал очухиваться от последней атаки, а это не есть гуд.

— Яра, я включил общее приглашение, проследи, чтобы самые сильные ваши воины его приняли, и начни с родителей, давай пошустрее, у вас на все про все пара минут. Подтолкнув принцессу в нужном направлении, я схватил Утырка за шкиряк, подтаскивая его поближе к себе и тыкая пальцем на темную массу вдали:

— Погнали, доставь меня туда.

— Ты что, это же темные, нас там убьют сразу!

— Не сцы, у меня там свои люди, погнали, нет времени на пререкания!

Утырок недовольно поджал губы, но схватил меня за пояс и через миг мы уже оказались в нужном месте.

Маркарис рыкнул, клацнул зубами, чуть не отхватив приличный кусок от моего носа, пришлось провести сокрушительный апперкот, отправив его в глубокий нокаут.

— Я тебя предупреждал, котяра блохастая, еще раз на меня рыкнешь, усы бантиком завяжу!

Пришлось на миг отвлечься, соорудив из жестких усов привлекательное макраме, к этому моменту Остап уже съехал со спины повалившегося зверя, и обнял меня за плечи.

— Пахан, рад тебя видеть! Ты, как всегда, не вовремя, у нас тут и так полная задница, а тут еще ты... К монстру близко не подойти, Уммра*кей уже выдохся, а от нас на расстоянии толку мало.

— И я рад тебя видеть, не переживай, спасу вас, как и всегда, принимай приглашение в клан и проследи, чтобы все ваши, старше трехсотого уровня его тоже приняли. Бывай, нам пора!

Миг и мы оказались среди толпы чумазых гномов. Им сегодня досталось больше всех, но, слава богам, с их предводителем мы тоже были знакомы и их тоже получилось сорганизовать очень быстро. Задание было тем же, и как только я убедился, что они его осознали, мы с Утырком перенеслись дальше.

В лагере людей нас встретили не очень радушно: охрана, окружившая юного императора, уткнула нам в ребра острия алебард, но тихий голос сзади заставил их опустить оружие.

— Лорд Пахан, Утыдатолитенорок, проходите. Пропустите их. Лорд Пахан, мы еще не знакомы, но я много о вас наслышан, можно сказать, знаком с вами заочно.

Я плечом раздвинул ряды стражи и коротко кивнул стоящему напротив меня пацану.

— Я тоже о вас наслышан, и в основном хорошее, надеюсь, слухи обо мне аналогичны.

— Я бы так не...

— Впрочем, — я не вежливо перебил императора, — мне все равно, что там обо мне говорят, сейчас я единственный, кто может добить это чудовище, но мне нужна ваша небольшая помощь.

Я ткнул пальцем в поднимающегося с земли титана. Тот выглядел откровенно хреново: сеть прогрызла, пробуравила, проломила броневые пластины на спине и голове монстра, расчертив его тело частой сетью оплавленных растрескавшихся рытвин. Половину многострадальных щупалец с его башки срезало начисто, от остальных тоже остались только уродливые обрубки, но не смотря на тысячи летящих в него со всех сторон стрел, болтов, камней и прочих снарядов, жуткие раны, буквально на глазах начинали зарастать. Броневые пластины с хрустом сходились, щупальца отрастали, лишившаяся глаза глазница вновь засветилась серо-зеленым пламенем нового буркала.

— И помощь действительно небольшая, вам и вашим лучшим воинам на время необходимо вступить в наш клан. Приглашение я уже выслал. Что скажете?

— Хм-м, скажу, что ваша общеизвестная страсть к бездумному разрушению, здесь будет как нельзя кстати. Вы уверены, что сможете справиться и здесь?

— Принимайте приглашение и наблюдайте, только поторопитесь, до лимита в клане осталась всего пара тысяч мест.

И действительно, остальные не тормозили: за столь краткое время организовав пополнение наших рядов с умопомрачительной скоростью. Сокланы прибывали сотня за сотней, тысяча за тысячей. У меня в даже в глазах стало рябить от многочисленных имен, их званий и особенно от уровней, начиная от трехсотых, принадлежащих обычным десятникам и сотникам, и заканчивая шестисотыми и семисотыми уровнями предводителей и императоров. Пожалуй, моя идея и вправду может выгореть.

Внимание! Лимит набора членов клана Дятлов закончен. 20.000/20.000.

Поздравляем! В вашем клане представлены все представители основных рас волшебного мира.

Награда за достижение: лимит количества членов клана увеличен на 10%.

Поздравляем! Вы совершили невозможное — вы собрали в своем клане сильнейших представителей основных рас волшебного мира.

Награда:

Все основные характеристики членов клана +10.

Все клановые бонусы, заклинания, награды усилены на 25%.

Внимание! Расширенный лимит набора членов клана Дятлов закончен. 22.000/22.000 .

Просто великолепно. А теперь пришел черед того, ради чего все это затевалось.

Клановое заклинание, полученное мной от архимага, сила которого зависит от количества и силы членов клана. Во время первого использования в нем было восемь человек, все до сотого уровня и результат оказался просто ничтожным. Пришло время проверить его еще раз.

— Ну держись, сука! — Вскричал я, шагнул вперед, выходя из окружения алебардщиков, в патетическом движении воздел руки в направлении врага и активировал заклинание.

Ничего не произошло. Вернее, произошло, но не то, чего я ожидал — перед глазами побежали строчки логов.

Внимание! Идет расчет свойств и силы кланового заклинания.

Заклинание активизировано лидером клана — сила заклинания +5%.

Свойства рассчитываются из стиля игры лидера клана:

Первое призванное существо — молодой гобот.

Расчет призываемого существа исходя из общей силы клана: существо божественного уровня.

Самая частая используемая стихия: вода, заморозка.

Расчет силы стихии исходя из общей силы клана: заклинание божественного уровня.

Основной поражающий элемент выбран исходя из слабых защитных сторон данного противника.

Сила заклинания рассчитывается...

К концу полотнища логов мои воздетые руки слегка затекли, взоры всех окружающих обратились от Демогоргона в мою сторону. И взгляды эти были, так скажем, не очень, как на больного головой дальнего родственника. Я сделал вид, что не вижу их, застыв в неестественной позе, попеременно молясь и матеря на чем свет стоит чертову систему. Не знаю, что из этого сработало, но заклинание, наконец, заработало.

Мироздание горестно ухнуло, небеса над головой монстра умерли, открыв широкий коридор к пространству за пределами планеты. На дневном небе разверзлась огромная воронка, откуда на нас с черного неба глянули холодные звезды, а космический холод низринулся вниз, моментально промораживая шагнувшего в нашу сторону монстра. Превратившаяся в прах земля окаменела и затем треснула, выпуская наружу гигантского гобота, одного из четырех внеуровневых существ этого мира. Когда-то мы прошли насквозь через его утробу, и теперь Демогоргону предстоит сделать то же самое, только не целиком, а по небольшим кусочкам. Ужасная пасть широко распахнулась и впилась в нижнюю конечность монстра, с хрустом выламывая ее из промерзшего насквозь тела. И тут же из земли к небесам ударили ослепительные молнии. Я не ослеп только благодаря защитным свойствам экипировки, заворожено следя за тем, что происходит перед моими глазами. Молнии били и били, окутывая тело монстра настоящим ослепительным коконом. Голова гобота тоже засветилась, меж гигантских клыков забегали искры, замелькали молнии. Он изогнулся, с силой ударяя в заваливающегося врага, отрывая ему одну из рук. Шаровые молнии потекли из пасти гобота как яд из пасти гадюки, прожигая в туше титана огромные обгорелые рытвины, с бешеной скоростью заряжая еще не заряженные энергоны. Этот момент я несколько упустил в своих расчетах и как показали дальнейшие события — сделал это зря.

Энергоны монстра заполнились на сто процентов и у него сработала последняя абилка:

Внимание! Проклятье: окаменение, успешно отражено.

Сообщение короткое, но какой разительный результат оно произвело на поле. Вернее, его произвело не сообщение, а само проклятье, но от этого результат не изменился: стоявший до этого над полем боя невероятный гвалт в один миг стих. Ни воплей раненых, ни треска тетив, ни гуденья и треска требушетов, ни хлопанья крыльев. Все в единый миг застыло, окаменев, даже призванный гобот, отклонившийся назад, для очередного удара, так и застыл ужасающим изваянием. Все застыли, будто каменные изваяния, превратив окружающее в раскопки терракотовой армии в гробнице Цинь Шихуанди...

Во всем мире я один остался в живых...

— Осторожно!

Вопль с небес заставил меня задрать голову и вовремя, я еле успел отскочить в сторону, как на это место с хрустом врезалась окаменевшая туша гарпии, разлетаясь на несколько кусков, а в след за ней на землю обрушился целый град из окаменевших существ: птицы, гарпии, летуны на вивернах и грифонах, они с хрустом врезались в землю и на застывших под ними воинов, раскалывая их на части и разбиваясь сами. Несколько сотен иконок в клановых опциях моментально погасли. На остальных шел обратный отсчет разокаменения, длящийся от трех до восьми часов. Это слишком много, ведь полностью загрузившись энергией Демогоргон не только пустил волну окаменения, но и открыл портал на свой мертвый континент. Этот портал был побольше чем тот, что мы использовали для переброски лавового элементаля, но монстру хватило бы и раз в десять меньшего. Без одной ноги и руки он только и мог, что ползти к нему. Время кланового заклинания закончилось и начавший оттаивать от неземного холода Демогоргон этим и занялся. Захрустел, завращал шеей, замотал головой, как получивший нокаут боксер, приподнялся, выглядывая дорогу в родные пенаты, и, утробно взвыв, заскреб руками по земле, начиная свой туда путь. Долго он не продлится, а я здесь один...

А нет, с небес упали не все: Таржанфинченкрыл в народе более известный как Феня, проклятый дракон тоже не избежал проклятия и теперь пикировал вниз, на спину ползущего титана, поливая ее струями огня.

Я чертыхнулся и рванул вперед:

— Феня, козлина ты летающая, хватит его оттаивать, рви его когтями! Задержи его хоть на минуту, я щаз!

Кажется, он услышал мой истошный вопль, перестал подогревать скованные льдом члены и упал вниз, вгрызаясь в неподатливую плоть клыками, отдирая сломанную костяную пластину и впиваясь в мертвую плоть.

Отлично, теперь дело за мной. Правда козырей в моей колоде почти не осталось, но один еще есть, надеюсь, он сработает.

Внимание! Вы хотите активировать награду за выполнение: починка дегазационной станции?

— Да, да, давай уже!

Внимание!

Вы желаете активировать навык: никто кроме нас?

Описание: Никто кроме нас — один раз в семь суток один представитель вашего клана может менять свои основные характеристики и основные характеристики всех противостоящих вам мобов, на основные характеристики присущие закрытому инстансу: зеркальный зиккурат верховного шамана темных рас Уммра*кея.

— Да, давай, врубайся.

Внимание! Ваши основные характеристики изменены сроком на три часа.

Стоило этому произойти и рядом с ползущим титаном заискрило, воздух задрожал, образуя светящуюся рамку широкой двери. Та отъехала в сторону, пропуская в нашу реальность колонну половинчиков. Вперед проскользнуло шесть существ, вооруженных знакомыми бластерами, занимая круговую оборону. Вслед за ними вошла еще одна шестерка, несущая на своих плечах один из коконов, изливающих наружу газ, подходящий для дыхания этих инопланетян, за ними последовала еще целая толпа. Честно говоря, я ожидал их штук пять-шесть, но, видимо, мое сообщение о том, что корабль найден, сильно повысил мой авторитет у их начальства, чему я сейчас очень рад. Я закашлялся и ткнул пальцем в нужную сторону. Половинчики обернулись и на миг замерли в недоумении, а затем, все ж-таки повыхватывали оружие и кинулись в атаку. Вовремя. Титан почти дополз до портала, единственное, что его удерживало — это Феня, который рыча будто бультерьер вцепился тому в единственную оставшуюся пятку, изо всех сил оттаскивая его обратно. Вторая нога у титана еще не отросла и отпихиваться от надоедливого дракона ему было нечем, ведь оставшиеся три лапищи взяли на себя половинчики. Повыхватывав непонятные светящиеся ядовитым зелёным светом хреновины, они, словно блохи заскакали по поверженному телу, отгрызая от него неслабые куски. Зеленые хреновины вгрызались в костяную броню, как горячий нож в масло, после чего куски отламывались, падая на землю, где мирно и лежали, светясь наполненными магией энергонами. В отличие от брони, сам Демогоргон мирно лежать не стал. Несмотря на то, что такими темпами мы будем его разделывать пару столетий, потеря частей собственного тела ему крайне не нравилась. Он перевернулся на бок и треснул своей покалеченной шестернёй по ближайшим противникам. Я уже было почти добежал до него, но тут затормозил, зажмурившись, в ожидании, что на меня сейчас плеснет жижей, оставшейся от моих временных союзников, но произошло чудо: огромная лапища умудрилась промазать, не попав ни по одному из них. Мне даже на миг показалось, что попавших под удар в последний момент выпихнуло в сторону воздушной волной. Это какое-то защитное поле или так действует активированный мной навык, перебросив нас в параллельную вселенную с другой механикой, не позволяющей ему нанести нам вред? Видимо так. Ну, что ж, это просто имба какая-то и надо ей воспользоваться на полную.

Резкий рывок, удар, и кончик пальца Демогоргона отвалился, укоризненно уставив на меня поломанный черный коготь. В ответ, монстр сжал оставшихся пять с половиной пальцев в кулак и со всей дури врезал им меня по макушке. Я даже не дернулся, для того чтобы отскочить. Мне надо было проверить, работает навык или нет, в последний миг только закрыв один глаз и вжав голову в плечи. Второй глаз оставил открытым, о чем немедленно и пожалел: нет, Демогоргон не попал, его кулак пролетел в миллиметре от моего левого плеча, но при ударе поднял такую тучу пыли, что я моментально ослеп и заперхал, как курильщик с столетним стажем. Но, главное, я жив!

Видимо, до Демогоргона это тоже дошло. Он еще пару раз попытался ударить меня и скачущих по его телу половинчиков, а когда это не помогло, начал потеть. Реально. Как можно потеть сквозь костяную броню, мне не понятно, но это у него получилось: черная, вязкая, будто начавший плавиться гудрон масса, стала просачиваться наружу в местах соединения броневых пластин и сквозь мельчайшие трещинки в самой броне, быстро заливая все тело. Половинчики, не захотев оказаться в роли мух, налипших на клейкую ленту, попрыгали вниз, а монстр, осознав, что это его единственный шанс, принял правильное решение, устремившись к провалу телепорта. Резко дернул ногой и под треск ломаемых драконьих клыков освободил ее, одним рывком продвигаясь вперед сразу на десяток метров.

— Куда пополз фраерок? — донесся до меня слегка шепелявый вопль Фени, — у меня еще ни все клыки кончились, иди сюда, козлина одноногая.

Рывок и монстр сдвинулся на пару шагом назад. Мы тоже не стояли без дела, изо всех сил вгрызаясь в беззащитный бок. Впрочем, он был не на столько беззащитным: заливавшая его смола просто отлично сдерживала наши удары, не давая как проникнуть лезвиям далеко вглубь тела, так и не давая выломать из него куски. Еще один рывок и Феня отлетел назад со свернутой шеей, а Демогоргон, изо всех сил загребая руками, пополз вперед. Раздалось тихое шипение, и защищающие ковчег половинчики начали поливать его лучами из своих бластеров. Те впивались и в смолу, и в броню, вызывая на теле ряды микровзрывов, но монстр перестал обращать внимание на что бы то ни было, только прикрыл голову одной рукой и продолжал продвигаться вперед с такой скоростью, что через пару секунд уже оказался около портала. И тогда вперед вышел старший половинчик, развертывающий на ходу знакомый мне свиток…


— Я ног не чувствую, — все так же шепелявя, пожаловался мне Феня, — и крыльев тоже.

— Конечно не чувствуешь, — я устало облокотился на его голову, успокаивающе потрепав его по бронированному веку, — у тебя же шея сломана.

— Вот как так? Я ведь еще такой молодой, — всхлипнул он, грустно разжевывая еще одну бутыль с древним гномьим ромом, — теперь до конца жизни инвалидом лежать, а я ведь так и не узнал ни любви, ни счастья отцовства... Не поверишь, я весь континент облетел, но других драконов так и не нашёл. Пытался с вивернами пообщаться, но это не то: дикие совсем, злобные, древнего языка почти не разумеют, видимо, так и помру молодым и не женатым...

— О, ну ты и разнюнился, древний ром на тебя плохо действует.

— А-га... ик, дай еще пару бутылочек, добрый человек.

— Да, ты совсем наклюкался, ничего с тобой не будет, я тебе самое сильное лечебное зелье дал, через полчаса как новенький будешь. Только вот, я тебе как друг говорю, что ты от проклятья такой уродливый, что тебя никакая дракониха к себе не подпустит, по крайней мере та, что хоть одного другого дракона до этого в своей жизни видела...

Феня только жалобно вздохнул и принялся грустно хрустеть бутылками со спиртным, а я так и застыл ошарашенный промелькнувшей мыслью. Стараясь не спугнуть ее, я быстро поднялся на ноги и постучал по лбу пригорюнившемуся дракону:

— Феня, раз, раз, приём! Не уходи никуда отсюда, я сейчас быстренько тут метнусь по делам и кое-куда тебя свожу.

— Куда я могу уйти, я вообще-то парализованный валяюсь!

— Ну, и отлично, — я еще раз отглотнул из начатой бутылки, забросил остатки в раскрытую беззубую пасть и уже не слушая его, обогнул недвижную неслабую драконью тушу и бросился к телу Демогоргона, вернее к покусанной драконом стопе монстра. Это все, что от того осталось, после применения Половинчиком их фирменной магии шестого уровня. Свиток с Армагедцом, я узнал с первого же взгляда и поняв, что собирается сделать чокнутый половинчик, врубил Ловкача и помчался от поля боя, так, как ни бегал ещё ни разу в этой жизни. В итоге, когда за спиной вспыхнул ослепительный белый свет, я был уже в паре сотен метров от эпицентра взрыва. Этой форы едва хватило, но после того, как за спиной рвануло и взрывной волной поволокло меня по земле, я все же остался жив, приземлившись рядом со стонущим Феней. Большинству половинчиков и Демогоргону повезло меньше: от первых осталась только группа, защищающая ковчег, от второго, пожеванная ступня и указательный палец, направленный в сторону гаснущего портала, и шарообразная идеально гладкая яма диаметром в триста метров. Пока я пытался отойти от незапланированного полета, оставшиеся в живых половинчики, подошли, с третьего раза донесли до меня мысль, что их миссия выполнена и очень рекомендовали в ближайшее время явиться пред ясные очи их правителя с подробнейшим отчетом о местоположении и состоянии их ненаглядного звездного дома. Я взмахом руки отослал их прочь. Не знаю, было ли это ошеломление, частичная парализация, но при этом взмахе мне удалось отогнуть только один, средний палец той самой руки. В любом случае они исчезли во вспышке портала, а мне пришлось выслушивать заунывное нудение одинокого дракона, но сейчас нестерпимый жар, идущий от получившейся ямы, спал, и мне предоставилась возможность развеять эпического монстра.

Я, поморщившись, ткнул пальцем в потрескавшуюся пятку, и та рассыпалась невесомым прахом.

Поздравляем! Получено 16.777 энергонов.

Телепорт в залу Владычицы.

Я недоуменно уставился на друзу угольно-черных матовых кристаллов. Что значит телепорт в залу Владычицы? Я что, в любой момент смогу телепортироваться туда куда мне надо: раз и навсегда покончить с этим делом? Ну, уж нет, уж больно все это смахивает на ловушку...

— Телепорт в залу Владычицы, — выглянув из-за моего плеча прочитал Феня, — может перенести двух любых существ в место обитания Мораны- богини смерти и разложения. Ух ты, интересно... возьмешь меня с собой? Ни разу не видел ни одной владычицы, до смерти хочется увидеть хоть одну.

— До смерти — это правильное слово. Нет, — я поспешно убрал друзу в сумку, — лучше я тебя с другой дамой познакомлю, пошли, тебе понравится. Я еще раз охватил глазами временно окаменевшее воинство и открыл грузовой портал.

Глава 17

— Герои, вы смогли сделать это! Свершилось? Ой, а кто это?

Как всегда радостный и торжественный вопль Нерожденного дракона озвучивающий нашу очередную победу, съехал на недоуменное вопросительное бормотание.

— Кто это? Вообще-то это я, Пахан, но если ты имеешь ввиду моего спутника, то знакомьтесь — Таржанфинченкрыл, для друзей просто Феня. Он, как ты уже догадалась дракон: самый красивый, мудрый и до ужаса бесстрашный, внесший решающий вклад в устранении угрозы прорыва тварей Мораны. В общем настоящий герой, да еще и недурно образован и никогда не употребляет слов типа: салага, фрайерок и ботать по фене.

— Я? Ты чё несешь сала... а-а! Вы совершенно правы сэр, никаких жаргонизмов в моем обширном лексиконе вы не найдете... А вы правда считаете, что я красивый?

— Ишь ты, скромный какой, конечно, ты самый красивый дракон, ну, по крайней мере, на этом континенте. И, прежде чем представить вам нашу собеседницу, я попрошу сделать вас кое-что еще. То, ради чего я споил вам весь запас лучшего гномьего рома. Так-то он алкоголь не употребляет, — пояснил я замолкшей драконнице, — но для очень важного дела он согласился пойти на это жертву. Давай, — в этот раз я повернулся уже к Фене, — поджарь её.

— Что?!

Кажется, это воскликнули они оба.

— Драконы рождаются в пламени. В пламенном дыхании других драконов. Давай, не бойся.

Говорить, что я сам боюсь, я не стал, но как представил: драконницу запекающуюся в своей скорлупе до хрустящей корочки, у меня озноб по спине побежал, но вида я не подал, только показал большой палец и вымученно улыбнулся.

На миг вокруг наступила гробовая тишина, а затем она разбилась, нарушенная неудержимым рёвом драконьего пламени. Обстановка моментально раскалилась, как в прямом, так и в переносном смысле: держащие на весу яйцо канаты с громким треском вспыхнули, начали лопаться один за другим, а пространство огласил детский жалостный вопль. Мы оба вздрогнули, но я железным тоном приказал продолжать, и Феня поднажал, превращая огонь в струю пламени реактивного двигателя. Раздался еще один вопль боли, а затем все перебил оглушительный треск и звон, будто разбился целый мир, рассыпаясь на мелкие кусочки.

Феня остановился судорожно дыша, я тоже судорожно вдыхал и выдыхал раскалённый воздух, будто это я только что извергал из себя море огня, но стоило дыму слегка рассеяться, то мы вообще перестали дышать, уставившись на свернувшееся на полу существо. То не шевелилось, лишь слегка подрагивало, тихо звеня покрывающими тело чешуйками, чьи мягкие золотисто-платиновые пластинки слегка посверкивали в окружающем нас матовом свете. Существо свернулось клубочком и никак не могло развернуться, кажется, навсегда приняв форму яйца, в котором оно пролежало не одно столетие. Я воспользовался обстановкой и ножкой подвинул к себе несколько кусков треснутого яйца, незаметно перенеся их себе в сумку. Взглянул в недоумевающие глаза Фени внимательно следящего за моими действиями, от чего мне стало почти стыдно, и я, перестав заниматься мародёрством, шагнул вперед, положил руку на теплую подрагивающую спину:

— Господин Финченкрыл, разреши представить тебе Нерождённого Дракона, Смотрителя Драконьих гор. Хотя, о чем это я? Он же теперь рожденный. Господин Смотритель, как вас теперь прикажете называть?

Существо, наконец, пошевелилось, выгибая длинную шею и распахивая огромные фиалковые глазищи.

Феня тут же выпучил глаза и отвесил нижнюю челюсть, интенсивно капая на пол слюной. Дракониха тоже неотрывно смотрела только на своего освободителя, в упор не замечая меня. Мне даже стало как-то неудобно. Я прокашлялся, а когда и тут на меня не обратили внимания пробормотал:

— В общем, это не столь важно, сами придумаете, как друг друга звать. Вот, — я пихнул под лапу Фени свиток грузового телепорта, — держи, это если вдруг захочешь отсюда слинять, а я пошёл.

Открыл портал и шагнул в открывшееся окно. Никто так и не обратил на меня внимания. Даже немного обидно, впрочем... Я украдкой огляделся, потом подхватил на плечо окаменевшее тело Яры и нырнул в новый открывшейся портал. Вышел я у себя в комнате, сгрузив свой драгоценный слегка осыпающийся песком груз на кровать и сам завалился рядышком. Когда окаменение с ее тела начало спадать, я уже задремал, но от ее первого судорожного вздоха проснулся и не смог удержаться от колкости:

— Ты сегодня в постели была как не живая, я будто с бревном рядом спал.

— Что? Где? Кто?

— С добрым утром говорю, а вопрос парню, с которым лежишь в постели, кто он такой, несколько выбивает из колеи. У тебя их, что на столько много бы...

Мой бессвязный поток сознания прервал поцелуй, и мне пришлось остановиться, сберегая дыхание. Только спустя эры и эпохи она отстранилась, умоляюще глядя на меня изумрудными глазищами.

— Прости. Прости, что так с тобой поступила, у меня не было другого выбора.

— Даже не знаю, ты меня ранила в самое сердце.

— Ну, прости, прости, я заглажу свою вину.

— Честно говоря, это будет сложновато.

— Ничего, меня мама учила, я знаю путь к сердцу мужчины.

— Хм, пожрать бы, конечно, не мешало, я реально проголодался, но вряд ли это поможет в данном случае.

— Нет, я о другом... — принцесса начала спускаться, покрывая сначала грудь, а потом и живот поцелуями, — о другом пути...

— А-а-а, ну если ты это имеешь ввиду... хорошая у тебя мама, помню, она мне сразу понравилась...

Мой рот закрыл тонкий пальчик эльфийки:

— Помолчи хоть чуть-чуть, ты у меня такой болтун...


— Пахан!

В дверь опять начали колотить:

— Пахан, я по карте вижу, что ты здесь, выходи! Нельзя же спать целых двое суток! И не надо претворяться мертвым, здесь этот номер не пройдет! Пахан!

— Да чтоб тебя черти драли, — я раздраженно распахнул дверь, — Калян, я и двух часов не поспал, какого хрена тебе от меня нужно?

— И тебе не хворать нудила... ой, здрасьте, ваша светлость, — Калян помахал лапой сидящей на кровати принцессе, — Я хотел сказать, извините доблестный кланлидер, но император нижайше просит вас явиться к нему на аудиенцию, для получения прилагающихся по случаю наград и оглашения вашего высочайшего соизволения... э-эм-нэ,.. черт сейчас язык сломаю. Короче, ему хотелось бы узнать о наших, э-э-э... вернее твоих дальнейших планах, в отношении некой госпожи Мораны.

— А что их узнавать? Сейчас пожру и заколочу дверь с той стороны, чтобы до конца света ко мне больше никто не лез!

— Отличный план! — Согласился Калян, не давая мне захлопнуть дверь, хватая за руку и выволакивая наружу, — вот, сам о нем императору и расскажешь. Наши все уже собрались, одевайся и полетели. Ваше светлейшество, будем рады, если вы составите нам компанию.

Я ругался как пьяный извозчик, но Калян доволок меня до сада, где нас ждала уже вся честная компания. Все при виде меня разулыбались, пришлось рыкнуть на них, чтобы хоть немного сбить ужасно раздражающий градус всеобщего оптимизма. Это у меня несколько не удалось, так что пришлось успокаиваться, перечитывая пришедшие от драконницы логи. Они запоздали на сутки, видимо ей с Феней тоже было чем заняться все это время, пока они не вспомнили про нас. Болтали, наверное, без продыху, они оба в этом мастера.

Поздравляем! Вы выполнили третью завершающую часть задания: "Спасение мира"- очистить серые пустоши от скверны Мораны.

Класс задания: божественный.

Поздравляем! Получено 10.000.000 очков опыта.

Награда: Бог Жизни присоединится к вам в вашей борьбе с Богиней смерти и разложения Мораной.

Доступ к финальной части задания: противостояние Моране, Богине Смерти и Разложения.

Класс задания: божественный.

Описание: изгоните богиню из этого мира.

Сроки выполнения: 50 суток.

Награда: спасение Волшебного Мира.

Поздравляем! Получен новый уровень 326.

За оставшейся наградой обратитесь к Нерожденному Дракону, Смотрителю Драконьих гор.

Внимание! Вы уничтожили одного из самых серьёзных представителей волшебного мира: Демогоргон — Пожиратель Надежд.

Награда: +1 ранг ко всем вашим умениям, способностям, достижениям, профессиям и наградам.

+5 ко всем основным характеристикам.

Поздравляем! Получен новый уровень 328.


Внимание! Вы выполнили скрытое задание: рождение дракона.

Вы способствовали приходу в этот мир величайшего из драконов.

Награда:

Благословение Хранителя Драконьих гор: удвоение всех основных характеристик для членов клана дятлов сроком на 24 часа.

За оставшейся наградой обратитесь к Рожденному Дракону, Смотрителю Драконьих гор

— Гляжу, вы за это время тоже прибарахлились, — отрываясь от логов и кивнув на новую экипировку сокланов, пробурчал я, — это хорошо, можно будет послать вас в самое пекло, а то я заколебался все в одиночку разгребать.

— Я готова, — раздался сзади голос Яры, — можем лететь.

Я оглянулся и застыл, уставившись на принцессу, затянутую в изумрудное мини-платье.

— Господа, — наконец, решил я, вы летите, а мы с принцессой вас догоним через пару минут, у нас с ней возникло срочное дело.

— Ага, щаз, дело у него поднялось, понимаешь, — пробормотал гадский Майор, и открыл у меня под ногами окно портала...

Миг и мы оказались в совсем другом месте.

— Красота-то какая! — Выдохнула Альдия.

Я, так и не оторвав взгляда от глубокого декольте принцессы, был вынужден с ней согласиться, красота, не то слово...

Принцесса подцепила меня под ручку и мне пришлось оторваться от завораживающего зрелища, и оглядеть окружающую нас унылую действительность. Мы оказались на смотровой площадке, уложенной полированным булыжником. Она нависала над обрывом, открывая шикарный вид на бирюзовое море, пышные заросли садов и блеск утопающих в зелени крыш многочисленных усадеб. С другой стороны от площадки вверх поднималась широкая дорога, по которой туда-сюда сновали конные экипажи, прогуливались горожане, бегали облаченные в униформу посыльные. С затянутых белыми облачками небес приветливо светило солнышко, от моря тянуло свежестью и весьма ощутимым запахом йода.

— Майор, в чем дело? Нас, вроде бы вон туда вызывали, — я мотнул головой наверх, туда, где на вершине острова к голубым небесам тянулись высоченные шпили дворца. Вид был просто завораживающий, но это не отменяло того факта, что до него тащиться не меньше пары километров вверх по склону.

— Телепортироваться в сам дворец нельзя, это ближняя точка, где открываются телепорты. Но не переживай, вон экипажи стоят, нас ждут, ножками топать не придется.

И действительно, на краю площадки нас ожидали три экипажа: три крытых кареты, запряженных четверками лошадей, разряженные в пух и прах кучера и десяток человек почетной стражи. Вот это я понимаю прием.

— Я все еще чувствую себя виноватой перед тобой за свой поступок, там, в Храме Всех Стихий, — пока мы направлялись к экипажам прошептала мне на ухо Яра, — и я бы хотела еще разок по-быстрому извиниться, пока мы едем. А может и два...

Смысл слов дошёл до меня не сразу, Калян к тому времени уже собрался залезать в карету вслед за нами. Пришлось жёстко вытолкать его наружу, отправив в следующее транспортное средство, захлопнув дверцу перед остальными и быстро задернув шторку на окнах. К тому времени как я произвел все эти судорожные действия, обтягивающее стройную фигурку платье само, каким-то волшебным образом начало сползать, открывая знатно подросшую за последнее время грудь эльфийки...

В общем, моя давняя мечта посмотреть столицу, так и не сбылась. Когда Яра закончив извиняться, сползла с меня, карета, вздрогнув, перевалила через въезд в гигантские распахнутые ворота, ведущие во внутренний двор замка. Лошади еще пару минут поцокали по булыжникам мостовой, а затем карета остановилась, и лакей в расфуфыренной ливрее распахнул нашу дверцу, делая жест на выход. Я бы с гораздо большим удовольствием запер бы дверцу на все ключи и остался здесь еще хотя бы на пару часиков, но, боюсь, император может это как-нибудь неправильно понять, а нам он еще нужен: для похода на материк смерти придется собирать весь народ, который только мы сможем найти.

— Ого, — я задрал голову, пытаясь рассмотреть уносящиеся в самые небеса шпили, — не хотел бы я быть принцессой, запертой в одной из этих башен. Прислуга, приносящая еду, умирала бы по пути от старости, пришлось бы питаться пауками да мухами...

— Если ты уже закончил мечтать о том, что хочешь быть принцессой, — буркнул Майор, — то пойдем, нас ждут, а ты встал с открытым ртом, как деревенщина, впервые попавшая в большой город.

— Так я в первый раз и вижу такую громадину, — пробормотал я, а потом спохватился и, подцепив принцессу под локоток, устремился вперед.

Наверное, я как глава клана должен зайти первым, не будем заставлять людей ждать.

— Здорово, кудрявый, — я ткнул кулачком в ребра начавшего приветственно кланяться дородного дядьку в длинном белокуром парике, — нас твой начальник тут ждет, надеюсь, за столом, давай как-нибудь пошустрее, без всяких этих ваших церемоний, а то жрать охота, а когда я есть хочу, я такой злой становлюсь...

— Кхе-м, прошу вас следовать за мной.

Дядька попался понятливый, сократив приветственную речь до минимума, указал на раскрытые двери, и сам неспешно последовал в указанном направлении. Не знаю много ли мы пропустили во время путешествия по городу, но и здесь было на что посмотреть. Резной паркет, скульптуры вдоль стен, высоченные потолки, украшенные картинами, изображающих великих героев, повергающих древних личей и верховных демонов во прах, или коленопреклонённых девушек, силой молитвы изгоняющих с людских земель всякую нечисть, типа различных русалок, кикимор или василисков.

— А вот здесь неправильно нарисовано, — я ткнул пальцев в самую большую панораму, где седобородый паладин всаживал светящийся меч в грудь главе демонов.

Фреска была как живая, казалось, изображение сейчас оживет и парочка, сцепившаяся в смертельной хватке, вывалится к нам под ноги, отравляя воздух усиленно исторгаемыми ими миазмами серы и плохо переваренной капусты.

— У него не два ряда рогов, а четыре, третий маленький, а четвертый совсем небольшой, но с этого ракурса их должно быть видно. И вот этот клык правый у него треснут. Мои сокланы рассказывали, он им пытался ангела прикусить, с тех пор он так и не зажил, мы на днях виделись, вместо клыка у него раскрошившийся обломок торчит. Да и росту обычно в нем метров шесть, и его противник максимум до паха ему бы мечом достал, да и то вряд ли. Или это святоша-великан, какой-нибудь местный свидетель Иеговы?

— Это Альберт Первый, — голос провожающего просто сочился снобизмом, как будто я спросил что-то такое, что известно каждому младенцу, — основатель и глава ордена борцов с демонами. Его меч и доспехи были зачарованы предыдущим Архимагом на неразрушаемость, но битва та была настолько жестока, что в ней они были уничтожены, после смерти Архидемона, когда тот взорвался, испепелив все вокруг.

— М-да? — Я скептически почесал подбородок, — это странно, копия такой же хлам вместе с мечом весит на стенке в приемной у Верховного. Мне кажется, ваш Альберт слегка приврал про победу и разрушение доспехов и клинка. Да и орден им организованный, помнится, моментально самораспустился, стоило Верховному появиться в их главной цитадели...

Провожающий ничего не ответил, а только потемнел лицом, поджал нижнюю губу и, ускорившись, пошаркал дальше.

Мое настроение резко улучшилось, и я решил, что мне, пожалуй, здесь нравится. Продолжалось это правда недолго, мы прошли несколько залов, каждый из которых вызывал у нас вздох изумления. Начиная с привычной для нас янтарной комнаты и до огненной, отделанной камнем, внутри которого, казалось, перетекали всполохи огня. Яринке, естественно, понравилась эльфийская зала, где пол покрывала выточенная из изумрудов трава, а горящие в ее глубине цветы и ягоды земляники сверкали гранями настоящих рубинов. Склонившиеся над нами ивы заменяли стены, тихо позвякивали изумрудными листочками, посверкивая бриллиантами осевшей на них росы. Мне больше понравился зал, облицованный горным хрусталем, за чьей слегка мутноватой поверхностью будто раскинулся первобытный океан, где неспеша проплывали гигантские тени доисторических чудовищ. Однако, все это было бесполезно, ибо путь наш закончился не в трапезной, а в тронном зале, где не было ни малейшего намека на накрытую поляну. Все так же облаченный в алые одежды юный император сидел на высоком троне, поднятом на еще более высокий постамент.

— Надо будет мне дома тоже такую табуретку организовать, буду на ней сидеть, да сверху на всех поплевывать. Очень удобно. Правда эта высокая прямая спинка... через час поясница так затечет, что согнуться не разогнуться, лучше установлю там кресло-качалку.

— Вы закончили, пока еще лорд Пахан?

— Почти, ваше императорское величество, как я говорил ранее, мы крайне польщены вашим вниманием, и надеемся, что не очень отвлекли вас от ваших крайне важных дел.

— Самое важное дело в этом мире на данный момент — это Богиня Морана, жаждущая его разрушить. На некоторое время вам удалось приостановить ее экспансию в другие земли и сейчас она слаба, как никогда, но это не надолго. И мне хотелось бы обсудить ваши планы и идеи по поводу полного искоренения этой сущности из нашего мира. Так какие планы?

— А, да, я Каляну уже говорил, но он настоял, чтобы я передал их вам лично. Так вот, сейчас я отобедаю, затем наберу побольше припасов, прихвачу бухла, заберусь с принцессой к себе в комнату, заколочу дверь большими гвоздями и буду там ждать конца света. Вот такой план.

— Ужасный план.

— А, по-моему, план великолепный. Честно говоря, я задолбался спасать этот мир в одиночку, как будто остальным до этого и дела нет. Так что никакого другого плана у меня нет.

— Хм, может мы все это обсудим за легкими закусками?

— Можно и не за такими уж легкими. А то пока вы отдыхали в виде скульптур, я завалил главного подручного Мораны, бухал с проклятым драконом, потом принял роды другого дракона, два дня без перерыва занимался...

От резкого удара по правой почке худеньким эльфийским кулачком, я осекся, но не смотря на пошедшие перед глазами разноцветные круги, сумел продолжить:

— ...занимался физическими упражнениями, медитацией для поднятия самооценки и улучшения силы духа, и все это на одной заправке из блинчиков с мандариновым джемом. Короче, перекусить бы сейчас не помешало...


— В общем так, — я промокнул губы салфеткой и отодвинул от себя тарелку уже не помню с какой переменой блюд.

В ней находились экзотические фрукты в меду, показавшиеся мне излишне сладкими, и я съел не больше килограмма.

— Известно о том, что нам предстоит не так много, так что окончательные планы строить бесполезно, но, кое-что набросать мы уже успели. Материк Вения, на котором расположилась наша подопечная, окружен неразрушимым барьером, установленным местным Богом смерти. Контакты у нас с ним есть и можно попросить его снять этот барьер, но боюсь тогда все твари Мораны расползутся во все стороны, как тараканы, а этого мне хотелось бы избежать. Конечно, они нас не интересуют, но за время, которое мы будем пробиваться к логову Мораны, они успеют понаделать бед, да и подплыть на кораблях, к нужному месту на материке у нас не получится: там вдоль всего побережья острые рифы, а волны такие, что в момент размажут о скалы любой флот. Однако путь на материк есть: недалеко от него находится остров, от которого к материку идет подземный ход, тот заканчивается в городе мертвых, отгороженном от остального континента еще одной стеной. Вот там, помощь Бога смерти нам и понадобится: насколько я понял, местные мертвяки имеют какой-то опыт борьбы с тварями Мораны, и их помощь нам бы весьма пригодилась. Адрес древнего телепорта того острова и все четыре ключа к вратам, что перекрывают подземный переход, у нас в наличии. Мы откроем их и зачистим весь путь к материку, после чего все свободные воины этого мира должны будут переправиться по проходу на материк. Потом каждой расе выделим свой участок, по которому они должны будут продвигаться к проклятой горе, где-то на отрогах которой поселился искомый объект. Дальше планировать бесполезно, все будет зависеть от того, как там пойдут дела. Сможем ли мы выполнить первую часть плана или нет.

— А объект... — немного подумав спросил император, — то есть сама Морана, что с ней? По легендам, она бессмертна и единственный шанс избавиться от неё — это изгнать из нашего мира. У нас очень хорошая гильдия борьбы с нечистью и самые лучшие изгонятели. Для них нет преград и необоримых противников во всем нашем мире.

— То, что для них нет преград — это я вижу: одна из тех леди, что нам прислуживали при обеде, вон та пухленькая, на самом деле один наш хорошо знакомый. Грозный, Иван, тебе надо что-то сделать с твоими разноцветными глазами, маскировка что надо, и ты даже не покраснел, когда я два раза ущипнул тебя за пухлый зад, но глаза тебя выдают.

Снующая с подносами служанка заалела, она остановилась, бросив на меня убийственный взгляд, затем ее тело начало резко изменяться, кардинально теряя объемы и заметно прибавляя в росте. Одежка тоже поменялась. Бравый вояка кивнул в ответ на мой приветственный кивок и встал по правую сторону от императора, а я продолжил:

— Как я и сказал, они очень хороши, но справиться с существом из другой реальности... может у них и получится, но я, пожалуй, больше понадеюсь на свой способ. Он почти полностью готов, а к началу действия, я буду точно знать, рабочий он или нет.

— Отлично. Со своей стороны, я открою для всех воинов нашего клана военные хранилища. Мы единственные, кто не потерял государственность во время последней большой войны и все последние триста лет готовились к следующей заварушке. Всевозможные эликсиры, свитки, камни силы и энергии, миллионы зачарованных стрел и болтов, всё, что может представить ваше сознание и много из того, что не может. Доспехи и оружие, защитные сферы и много-много другого. Наше войско будет обеспечено всем необходимым.

— Это очень хорошо, а то у меня сложилось такое впечатление, что я один должен платить за весь мир.

— Нет, в этой войне все будет по-другому. Мои воины готовы, и я думаю, что завтра на рассвете можно будет выступать.

Я вздрогнул, будто меня ведром ледяной воды окатили.

— Э-э, полегче, у меня еще куча дел незавершенных осталась, начнем, пожалуй, денька через три, а ещё лучше через недельку. Но, прежде чем мы вас покинем, мне хотелось бы перекитуться парой слов с вашим архимагом.

Глава 18

— Пахан! Пахан, козлина, открывай!

Голос доносился глухо, как будто орущему отключили в горле громкость. Здесь волшебный мир и если можно голос усилить, то почему бы не сделать его потише? В моем случае, правда, пришлось пойти обычным путём, без использования всяческой магии. Пришлось наведаться в соседнюю лавку и украсть там пару матрасов, кои я и приколотил поверх заколоченной двери, и теперь спокойно подремывал под мягкие удары Калянских кулаков в нашу дверь.

Да, да, я заколотил дверь в своей комнате и отключил чат. И почему мне никто не верит, когда я рассказываю им о своих планах? Все почему-то думают, что я шучу...

— Лорд, — пробормотала сопящая на моем плече принцесса, — кто к нам так ломится?

— Не знаю, думаю это доставщик. Эй, уходите, — повысил я голос, — мы пиццу не заказывали!

Это было правдой, как опытный подпольщик, в этот раз я затарился едой на месяц вперед. И теперь намеревался отсидеть здесь весь этот срок до конца.

Раздался еще удар и дверь, вместе с матрасами, рухнула на пол. В пыльном дверном проеме сверкнула клыкастая улыбка Каляна:

— Доброе утро принцесса! Яра и тебе привет. Там прибыл твой папаша и одновременно с ним появился Остап. Возможно, они уже убили друг друга, вы в похоронах будете участвовать?

Сон как рукой сняло.

— Чёрт! Совсем забыл, что их позвал!

Я вскочил с кровати, ища глазами разбросанную одежду.

— Господи, Пахан, хотя бы трусы надень, — поморщился Калян, — на тебя больно смотреть.

Я не стал обращать на идиота внимания, судорожно натягивая на ноги узкие колготки, споткнулся, завалился, чертыхнувшись открыл инвентарь, раскидал по слотам части экипа, вскочил на ноги, метнувшись вниз по лестнице. Принцесса отставала от меня ненамного. И ее можно понять, с силищей Остапа и ее папаши, они, прежде чем поубивают друг друга, разворотят напрочь весь наш сад, а она в него столько сил вложила...

На последних метрах темного коридора, я ушел в инвиз, выхватывая из-за спины глефу и выскочив сад резко остановился. Остап развалился на скрипящем от натуги плетеном шезлонге из набора нашей садовой мебели, покачивая в руках рог с вином, такого размера, будто его содрали с башки Архидемона. Напротив него, через стол, заставленный закусками, расположился Правитель эльфов, усадивший свой царственный зад на выращенный тут же походный трон. В бледной руке покачивается хрустальный фужер с обильно пузырящимся содержимым, на лице выражение легкого скепсиса, в глазах негасимый огонь адских пределов, где тот провел последние столетия, но фигура расслаблено откинулась на неудобную, слишком ровную спинку.

— ... это да, — как ни в чем не бывало продолжать вещать Остап, энергично размахивая руками так, что брызги вина разлетались во все стороны, — но они с первого дня под моим приглядом были. Зеленые, что твой недозрелый виноград, ничего не умели. Пришлось брать все в свои руки. Разбросал, помнится в подвале личинки болотных гоботов, приказал им их извести, так, не поверишь, сколько раз эти олухи от этих несчастных гоботов померли. Скакали вокруг этих червей, как стадо диких павианов из южных лесов, уж думал так ничего и не смогут сделать, ан нет, сообразили кое-как, разобрались, что к чему... Потом другая мелочь пошла, зомби всякие, варги, да жрица Мораны. Без моей помощи им бы ни в жизни не справиться, ну, да уж помог им, считай сделал за них всю работу... М-да... А сейчас глянь, то графья — императоры, то короли с дочками, то боги вокруг них крутятся, не зря я их воспитанием занялся, ох не зря. Королеву ползунов убили, с мировыми зверями бились, всех единорогов и их прибежища изничтожили. Многого достигли, много геройских деяний свершили...

— И он спас меня и мой народ из заточения... — встрял в монолог Правитель эльфов.

— Ну да, — согласился с ним Остап, — а кто из нас не без греха? Все мы делаем ошибки.

— Да, и я за свои заплатил сполна, впрочем, триста лет заточения в самых глубинах преисподней, не прошли даром. Я многому там научился и стал гораздо сильнее.

— Не благодари, когда закончим с Мораной, отправлю тебя туда обратно, набираться дополнительного опыта.

— Благодарю, не стоит, лучше я окажу тебе подобную услугу...

— Отлично, — я выбрался из инвиза и плюхнулся на кресло между ними, роняя острие глефы на столик с закусками, — смотрю, вы, прям-таки подружились и решили отложить ваши распри до конца заварушки с Мораной, это мудро, от вас я такого не ожидал. А теперь расскажите, почему вы здесь одновременно оказались? Остап, мы же вроде, вчера договорились встретиться?

— Так я и прибыл вчера, да только ты был слишком занят с его дочкой, — Остап ткнул кубком в эльфа, — вот мы с ребятами и отдохнули от души, посидели, прошлое вспомнили, Калянский самогон продегустировали. Ох и знатное пойло, только башка с утра от него болит, если бы не волшебный бульон МарьИвановны...

— Понятно с вами все, — перебил я разглагольствования бывшего замкового смотрителя, — время идет, а вы не меняетесь. Надеюсь, по этому поводу вы половину города в руины не превратили? Только новых неприятностей мне с местными властями не хватало.

— Нет, конечно, тебя же с нами не было.

— Да? Просто удиви...

— Мы ограничились только казармами местной стражи, — как ни в чем ни бывало перебил меня Остап, — но не беспокойся, с Управляющим мы уже договорились. На вас не будут наезжать, просто МарьИвановна с Альдией там работягам обеды готовят, пока те порушенное отстраивают, так что расслабься.

— Просто зашибись, — пробормотал я, закатывая глаза, — это будет охренительно тяжелый поход.

— Ты даже не представляешь, насколько, — хором согласились со мной орк с эльфом.

— Ёп... Я даже забыл зачем вас позвал сюда.

— Может ради обручения? — прошептала мне пустота справа от меня, голосом Яры.

— Обручение? — Удивился я.

— Обручение, это хорошая идея, — согласился со мной резко оживившийся отец зависшей в инвизе принцессы. — Ты спас наш род, и мы тебе благодарны, но в народе уже идут пересуды. До свадьбы принцесса не может жить с чужаком.

— К сожалению, свадьбы пока быть не может...

— Я знаю, — перебил меня эльфийский правитель, — мы поможем тебе избавиться от прежних обязательств, но, пока, можно провести церемонию обручения. Тем более и день сегодня подходящий, начало нового лунного года, отличное время для создания крепких союзов. Все, решено, проведем церемонию сегодня же!

— Не помню, для чего я вас звал, — пробормотал я, — но точно не для этого...

Однако, меня уже никто не слушал.

Правитель махнул рукой и дерн рядом с его троном прорвала пара стремительно удлиняющихся ростков. Они в момент вытянулись на пару метров, склонились к друг другу, переплетаясь ветвями. В получившемся проеме мигнуло и открылось окно портала.

— Яра, идем, — эльф протянул руку пустоте, извлекая из нее принцессу, — нам нужно подготовиться. Вам тоже не мешало бы приодеться, и найдите того, кто будет свидетелем с вашей стороны, — кивнул он мне, — вечером я пришлю к вам проводника.

Миг и они исчезли.

— Зашибись, — устало свалился я назад на кресло, откуда только что начал выбираться, — без меня меня женили... Остап, будешь моим свидетелем?

— Ты хочешь, чтобы я в одиночку отправился туда, где нас ждут тысяч десять длинноухих, которые из-за меня провели последние триста лет в адских каменоломнях? Да я ни за что не пропущу этого зрелища...


— Так себе медовый месяц, — проворчал я, в свете полыхающих кристаллов разглядывая титанические врата перед нами, — я думал, это будет выглядеть как-то по-другому. Теплое море, песочек там, пальмы, голые девушки...

— Фу, какая банальщина, — проговорил Добрыня, держащий на плече двухметровую голову Королевы Ползунов, — не то, что здесь, гляди, какая романтика.

— Ага, романтика, блин.

— А как там все было, Павлуша, красиво небось?

— Красиво, МарьИвановна, так, как вы себе и представляете. Отблеск всех трех лун, превращающий ночной лес в залитый серебром океан. Милорны, светящиеся своим золотым светом, освещающие дорогу к священной поляне. Десятки и десятки тысяч эльфов, в серебристых одеждах неспешным потоком льющихся меж деревьев в сторону проведения церемонии. Мелодия хрустальных колокольчиков и мирно текущей воды. Все чинно и очень благородно. А рядом шагает Остап, так и жаждущий погромче проорать какую-нибудь матерную частушку. Знали бы каких усилий мне стоило его заткнуть. Правда, когда появилась невеста и тут даже он поутих... Последовавшая церемония была, правда, слегка нудноватой, но вид Яры в подвенечном платье помог скрасить время ожидания, пока все скажут то, что положено. Отсюда повторяю вопрос? Почему я не со своей прекрасной обрученной на каком-нибудь экзотическом пляже, а стою тут с вами и готовлюсь к очередной череде бессмысленных убийств и, возможно, смертей?

— Потому что баф, полученный тобой во время церемонии обручения и действующий на весь клан, вечно работать не будет и надо попытаться очистить путь к континенту, пока он еще действует. И чем дольше ты болтаешь, тем меньше этого времени остается.

Я ничего не стал отвечать, только обреченно махнул рукой, шагнул к вратам, запихивая мумифицированную голову одной из жриц Мораны в подходящее углубление в воротах. Там что-то щелкнуло, с четырех сторон выстрелили острые штыри, пробивая голову и надежно фиксируя ее на месте. Позади нее загорелся, замигал красный свет, через секунду сменившийся на спокойный зеленый, повествуя о приеме первого ключа, одновременно загорелись и остальные углубления, ожидая свой ключи. Голова единорога и принцессы ползунов так же прошли проверку. Последней на свое место лег шестигранный кристалл, добытый нами в одном из Ульев. Загрохотало, дрогнул пол, нас осыпало повалившийся сверху каменной крошкой и пылью, а титанические створки начали раздвигаться, открывая нам великолепный вид на полную темноту. Темнота вздохнула, обдавая нас резким запахом пыли и разложения, затем она шевельнулась, выпрямляясь и на высоте десятка метров над полом начали разгораться гнилостно зеленым светом жуткие глаза. В нас ударило волной прямо-таки ощутимого ужаса: невидимое во тьме существо с жутким скрипом выпрямилось до конца и заревело, широко распахивая такую же светящуюся глотку. Тут же сзади меня ухнуло и превратив мое левое ухо в кусок льда, мимо пронеслось огромное ледяное копьё. Его светящееся мягким голубым светом нутро на миг осветило пространство за вратами, чудовищное костяное умертвие, состоящее из останков сотен разных существ, а затем оно воткнулось прямо в разинувшуюся пасть, отбрасывая здоровенного трупака далеко назад, намертво пришпиливая его к стене. Мы замерли, прислушиваясь, но кроме судорожно сучащих по стене нижних конечностей умертвия, никаких других звуков слышно не было.

— Ладно, ребята, мы пошли, — я, перестал тереть замерзшее ухо, похлопал по щечке одного из гулей и шагнул в темноту, — как превратитесь обратно в нормальных, освобождайтесь и догоняйте нас, пришло вам время возвращаться на родину.

Группу стражей-мумий, охраняющих врата, мы, по старой памяти, уничтожать не стали, а когда они начали превращаться в злобных гулей, утрамбовали в компактную кучку, связали и подвесили на ближайшем столбе. Как превратятся обратно в стражей, станут в два раза меньше и легко выберутся из пут. А нам ждать некогда, Альдия права, баф слишком хорош, чтобы растрачивать его впустую, надо им воспользоваться по полной. Я бы, конечно, предпочел истратить его на принцессе, но охреневшие в край сокланы, были со мной не согласны, затащив меня на это скучное мероприятие, аргументировав это тем, что, я, мол, столько сделал, чтобы получилось активировать этот квест, что будет грешно не дать мне в этом поучаствовать. Все мои горячие заверения, что я ни в коей мере не обижусь, если они пойдут без меня, ни к чему не привели и они, похитив меня спящим, притащили в это темное, холодное, затхлое помещение. На мои планы всем было наплевать, и они еще потом удивляются, что я никогда с ними этими самыми планами не делюсь. А какой в этом смысл? В ответ они то смирительную рубашку на меня нацепить норовят, то идиотом называют, то по-своему норовят все испортить...

— А как там Остап на свадьбе? Никто из эльфов на него там не наехал?

— Не, как Яра появилась, вел себя вполне прилично, могу поклясться, что даже всплакнул, когда отец к священному древу принцессу подводил...

Вспыхнул яркий мягкий свет, освещая весь коридор святым сиянием. Висящее на стенке умертвие задымилось, зашипело, конечности начали дергаться сильнее. Промерзшая насквозь голова треснула и его тело, гремя костями, повалилось на пол и тут же начало подниматься. Проходящий мимо него Добрыня не дал ему встать: проходя врезал молотом по коленке, превращая ее в щебень, а когда гигантское тело начало заваливаться на него, вломил снизу вверх, превращая умертвие в костяной фейерверк, ударивший в высокий потолок, а затем острыми осколками посыпавшийся вниз.

— Всплакнул, тоже скажешь, — прогудел кузнец, — да чтобы он хоть слезинку проронил, ни в жизни не поверю.

— Скорее всего, это тот священный милорн, что у эльфов вместо алтаря, ему пятую точку всю церемонию прижигал. Остап потом во время застолья постоянно ерзал на стуле, никак ее нормально пристроить не мог...

Я замолк, потому что мы дошли до поворота и Пофиг, не дожидаясь пока оттуда выскочит что-нибудь страшное, фуганул за угол имплозией. Стена бурлящего огня, занимая весь объем туннеля, с ревом понеслась вперед, выжигая все на своем пути, уйдя минимум метров на триста вперед. Там она заглохла, а свет в коридоре на несколько секунд начал казаться очень тусклым. Правда, и в его мощности хватило, чтобы увидеть, как превратившиеся в прокопченные полуфабрикаты непонятные твари, отрываются от почерневшего свода, с громким хлюпаньем грохаясь на пол дымясь и чадя тошнотворным дымом, наполняя воздух запахом горелого мяса.

— Стол был, конечно, так себе, хорошо прожаренных шашлыков на нем не хватало, но когда Остап достал заветную бутыль, и мы смогли тайком доливать в эльфийское вино фирменный Калянский самогон, то все стало на много радостнее. А когда эльфы начали соревноваться в стрельбе...

Слитный шелест двух тетив в очередной раз прервал мой рассказ. Два белых росчерка, в которые превратились стрелы, играючи проломили броню начавшей выбираться из расщелины сороконожки и ушли в ее тело вместе с оперением, заставив сегментированное тело судорожно извиваться. Наконец, ее многочисленные ножки перестали держаться за скальные выступы, и тело размером с половину железнодорожного вагона свалилось вниз, к остальным дымящимся телам. От идущего рядом со мной Майора во все стороны пошли фиолетовые всполохи света.

— Еще один на одиннадцать часов, сто метров, — бросил он Альдии и Олдригу, — и два на час двести семьдесят метров. Дальше не ясно, трупы сильно фонят, не могу разобрать. Так, что ты там говоришь, — повернулся он ко мне, — произошло, когда эльфы в меткости соревноваться стали?

— Ну, был там один, — я вскочил на труп сороконожки, подавая руку МарьИвановне, — самый смазливый и который больше всех на Яру многозначительных взглядов бросал. Так как они начали соревноваться, Остап на него какое-то проклятье наложил.

Тренькнули тетивы, и к нашим ногам упал еще один судорожно дергающийся труп.

— Так он как не выстрелит, то мимо, то в сантиметре от цели стрелу засадит, то на ладонь промажет. Не утерпел в конце концов, взбеленился, на Остапа лук направил. Тот, слава богам, видимо, только этого и ждал, тяжеленным кувшином тому под глаз засадил так, что я думал, тот кони двинет. Тут все всполошились, пришлось мне, от греха подальше, бросить Остапу под стул окно телепорта, а то несмотря ни на что пристрелили бы его нафиг.

Загудело и пробитая гигантской сосулькой сороконожка начала извиваться, злобно кусая ледяной столб, клыкастыми челюстями. Взмах глефы и неугомонная голова отлетела в сторону, не успокоившись и там, раз за разом нанося воздуху смертельные укусы, пока окончательно не замерла.

— Надеюсь, Остап на тебя не обиделся, считай с самого разгара веселья его выслал, — проворчал Пофиг, — вот вспомнит старое и открутит тебе яйки нафиг.

— Пусть свои сначала сохранит, я его прямиком в бордель отправил, там ему будет чем заняться. Говорят свадьбы аппетит в этом деле сильно разжигают.

— Это возбуждающе только на девушек действует, хотя... помню как ты с утра скулил, когда мы от сисек его величества отрывали, может и парней свадебные церемонии будоражат?

— Ну, может быть, только если ты сам там не в качестве жениха...

Олдриг получив чувствительный тычок по ребрам от супруги умолк и прикрыл глаза, когда еще одна волна огня устремилась вперед, выжигая всё и даже сам воздух у себя на пути.

— Кхе, кхе, Пофиг, заканчивай, меня от запаха горелого шашлыка уже мутит.

— Ты только что жаловался, что тебе шашлыка не хватало, вот, наслаждайся. Вон, смотри какой аппетитный кусочек к тебе ползет, загляденье просто.

Аппетитный кусочек подергал лапками, расплёскивая вокруг тухловатые потроха, подвигал телом, выискивая потерянную где-то голову, так и не нашел, загрустил и скукожившись, наконец замер, перекрыв при этом половину туннеля своей тушей.

— Ну уж нет, как-нибудь обойдусь. Лучше расскажи, чего там с кораблем половинчиков?

— А что с ним? Там гномов столько набежало, что не протолкнуться, еще пару дней и выковыряют его окончательно.

— Отлично, — я перешагнул через труп двухметровой летучей мыши, взмахнул глефой, срезая похожую на свиное рыло голову другой твари, чудом уцелевшей после Пофигской артподготовки. Впрочем, это было редким исключением, после того как по туннелю проходила волна огня, оставались только прокопченные до черноты стены и свод пещеры, да смрадно дымящиеся тушки врагов, попадавшие на пол. Кто это был, до термообработки понять можно было только с большим трудом. Для того чтобы определить видовую принадлежность тварей, приходилось их развеивать, собирая небогатый лут. Тот, в основном, состоял из древних бронзовых монет, да жетонов непонятного предназначения. Иногда попадались и части экипировки, но сравнить их с нашим новым экипом из мифриловых нитей, переплетенных с алмазной паутиной, было трудно. И физическая и магическая защита у них задрана до самого предела. А наши танки, у которых мифриловое бельишко поддевалось под их тяжелую броню, вообще превращались в натуральные слитки стали, способные спать под огнем стаи разбушевавшихся драконов. Достаточно ли этого будет, там, на материке, скоро узнаем. Судя по скорости нашего передвижения, максимум через пару часов.

— Что-то большое на десять часов, двести тридцать метров. Еще трое на двести сорок, движутся в нашу сторону... — Майор, прищурившись всматривался в исходящие от него фиолетовые волны света, — за ними еще целая куча, хотя нет, разворачиваются в обратную сторону. Ничего не понимаю...

Мы всматривались в туннель, но никакого движения видно не было. Только вдалеке, на пределе видимости, по стенам туннеля скользили неясные тени.

Через две минуты стало ясно, что это такое: каменные стены туннеля сменились на кварцевые, начиная приобретать некоторую прозрачность. Чем дальше мы продвигались, тем тоньше и прозрачнее становились стенки тоннеля. Пляшущие по полу тени, оказались лучами тусклого солнца, пробивающегося через толщу воды и хрусталь стен. Живые твари, которых нашло поисковое заклинание Майора, находились там же, гигантскими тенями проплывая снаружи. Внутри остались только мы, да непонятные создания, будто созданные из материала окружающих нас стен. Полупрозрачные твари, на четырех конечностях, неспешно передвигающихся по стенам и своду туннеля.

— Пофиг, не смей только здесь свой огнемет врубать. Обрушишь туннель, я не знаю, что с тобой сделаю. Колян, Добрыня, давайте вперед, будем их по одному выкашивать.

Твари по одной выкашиваться не желали. Стоило одной из них учуять шагнувших вперед танков, как воздух содрогнулся от мерзкого скрипа и скрежета, будто разом заработал десяток камнедробилок, и штук пятьдесят тварей Мораны одновременно бросились вперед. Заработали луки и арбалет Каляна, заряженные бронебойными стрелами. Головы трех ближайших тварей взорвались, наполняя пространство веером острейших осколков. На остальных это не произвело никакого впечатления, они продолжали мчаться как ни в чем не бывало, а вот кого взрывы привлекли, так это тварей снаружи нашего необычного данжа. Вибрация стен передалась в воду и мирно охотящиеся твари наподобие плезиозавров, выгибая длинные шеи направились к нам, тычась тупорылыми носами в стены туннеля. Пока нам было не до них, надеюсь, они не начнут долбиться сюда всерьез, только дырки в потолке нам сейчас не хватало...

Дальше размышлять стало некогда, не смотря на несравненную стрельбу лучников, твари добрались до нас. Пришлось врубать Ловкача, буквально размазываясь в воздухе, уходя от атаки первого монстра, вскакивая на стену, снося ему голову и уже через миг оказываясь за спиной второго, всаживая противовес глефы ему в затылок, чтобы следующим движением обезглавить еще одного. Повторил процедуру ещё и ещё раз, перескочив на потолок, оставив за собой просеку среди тел медленно заваливающихся на пол противников. Упал сам, крутанув по пути сальтуху и разрубив еще парочку монстров. Вскочил на ноги, крутанулся, разрубая одного, другого и застыл: живых врагов больше не осталось. Основной их вал образовался там, где они добрались до наших танков. Добрались на свою голову. Вернее, на ее отсутствие. Ибо большинство из них лишилось голов, которые буквально взрывались от ударов топора и боевого молота. Привлеченные этими взрывами в свод тоннеля долбилось уже с пяток ластоногих чудовищ, пытающихся добраться до наших тушек.

— Всё, всё, пучеглазые, кина не будет, валите отсюда, — махнул я им рукой, но присевший на одно колено Пофиг, держащий руку на туше одного из обезглавленных монстров, отрицательно покачал головой, явно не соглашаясь со мной.

— Кажись, кино только начинается. Лучше бы ты дал сжечь их магией, все получилось бы намного быстрее.

Я не понимающе положил руку на ближайший труп.

Внимание! Сбор лута невозможен еще 12...11...10...

В сочетании с тем, что внутри их полупрозрачных тел начали разгораться розоватые пульсирующие огоньки, эти надписи навели меня на не очень хорошие выводы.

— Бе-ежи-им!

Не знаю, кто заорал это первым, я или Пофиг, но рванули мы все дружно, кто мягко ступая по хрусталю пола кожаными мокасинами, кто гремя кованными сапогами, но судьба нас ждала одна, о чем явственно говорили все учащающиеся розовые всполохи на сводах тоннеля.

Глава 19

... 3... 2... 1...

Удивительно, сколько может пробежать хорошо прокаченный игрок триста пятидесятого уровня за десять секунд. Сыну Хусейна Болта, выступающему сейчас за Чебоксарский ЦСКА, и который на последних Всемирных Российских Играх побил все рекорды своего отца, столько и не снилось. Однако нам это не сильно помогло. Слитный взрыв полсотни тел швырнул нас на неровный пол, прямо под удар спикировавшей со свода стаи гигантских летучих мышей, но счастье их было не долгим: треск и скрип разрываемых стен туннеля просто оглушал, а через миг они сдались. Ухнуло, заревело и сквозь обрушившийся свод внутрь устремились воды бурного океана. Я даже на ноги подняться не успел, как меня снова сбило с ног, потащило вперед, завертело, закрутило, взболтало и понесло в светлое будущее. Вернее, в темное, ибо огонек Пофига погас, а пробивающегося сквозь мутные стены света хватало лишь на то, чтобы осветить эти самые стены. Зато через пару секунд паники я понял, что вокруг моего тела образовался воздушный пузырь, в центре которого я и завис. Видимо, это была улучшенная версия воздушного пузыря на голову, обычно кастуемого Пофигом, и это помогло мне отвлечься от бесполезного барахтанья в воде, и слегка оценить обстановку, в которой мы оказались.

Жопа. Это, наверное, наиболее точная аналогия нашему положению, на данный момент. Темно, страшно, и нас несет куда-то с неудержимой силой. Блеснуло молниями лезвие секиры, освещая окружающее. Стало светлее и еще страшнее. Бурлящая вода наполнена телами сокланов, поломанными тушками летучих мышей и извивающимися тушами гигантских сколопендр. А еще в метре от меня оказалась голова плезиозавра. Он распахнул двухметровую, усаженную кривыми клыками пасть и тут же захлопнул, когда в нее влетела тушка летучей мыши. Судорожный щелчок челюстей, и все что не поместилось внутрь уродливой пасти, срезало, как ножом гильотины. Я ткнул в сощуренный глаз острием глефы заставив древнего ящера судорожно дернуться в сторону. К сожалению, это еще больше взвихрило окружающее, завертев и закрутив меня как в центрифуге. Впрочем, скоро верчение прекратилось, ибо вертеться стало негде: каждая сотня метров что вода тащила нас по туннелю, добавляла к окружающему нас бульону несколько тонн разнообразных тел, превращая водяной вал в густой суп из поломанных, раздавленных тел. Я бил глефой во все стороны, а когда стало слишком тесно, превратил ее в меч и продолжил свое дело, но очень скоро и с ним стало невозможно работать. Давление морской воды спрессовало нас так, что было не повернуться и это было очень плохо: судя по карте, мы почти добрались до материка, но образовавшаяся впереди воздушная пробка застопорила наше продвижение до полной остановки, а значит впереди находится плотная преграда, не дающая выходить воздуху с этой стороны.

Стоило мне так подумать, как наверху громко булькнуло и огромный пузырь воздуха заскользил по своду пещеры в сторону пролома, а за ним еще один и еще, и еще. Пробка из тел распалась, некоторые мертвые тела подняло наверх, утаскивая потоком пузырей в сторону океана, а нас опять потащило вперед, медленно и неотвратимо. По крайней мере, так рисовало мне мое воображение, в реальности мой нос расплющило об объемный зад ихтиозавра с такой силой, что дышать приходилось ртом, а в ушах звучал стук его холодного сердца, и ничего увидеть глазами, я был просто не способен. Не то чтобы я жаловался — это гораздо лучше, чем быть прижатым к его пасти, или вообще оказаться внутри него, но разглядеть что-либо в таком состоянии было весьма затруднительно. Слава богам, или мое воображение оказалось право: большую часть трупов постепенно понесло к пролому или сокланы, которым повезло больше чем мне, начали развеивать окружающие их трупы, но затор начал резко терять плотность и очень скоро меня, будто помои на улицы средневековой Европы, выплеснуло на пол туннеля, протащило и оставило висеть в мутной жиже в которую превратилась морская вода. В этот же момент включился свет и стала видна вся картина: полностью затопленный коридор в толще которого тихо мигрировали трупы тварей Мораны и кружили хищные тени ихтиозавров. Последних несмотря на то, что вокруг была лишь вода, мои сокланы дружно переделывали в неживых. Одному, покусившемуся на нашего шеф-повара, та вбила в глотку пятиведёрную кастрюлю, заставив зубастую бедолагу отчаянно пучить свои налитые кровью буркала и биться в судорогах о стены. Второй ящер решил перекусить Добрыней, о чем очень быстро пожалел: кузнец уперся закованными в адамант ногами в нижнюю челюсть, руками вцепился в верхнюю, и поднатужившись, выпрямился, удлиняя пасть монстра до середины шеи. Кровища хлынула рекой, замутняя и так не слишком прозрачную воду, но это не помешало мне заметить, что что-то идет не так. Я чиркнул острием глефы промчавшегося мимо ящера, вскрывая его от шеи до куцего хвоста и обернулся, уставившись на неровную стену, перекрывающую туннель. Тот был диаметром метров пятнадцать, и стена перекрывала его полностью, не оставляя ни трещин, ни зазоров, в которые могла бы пролезть хотя бы мышь, а не то, что закованный в доспех огр. Хотя нет, один ход все-таки был. Стена открыла десяток глазиков, посередине разинулась круглая, заполненная миллионом клыков пасть, всосала в себя сотню тонн воды с плавающими в ней трупами и начала спешно их пережевывать. Затем опять открыла и повторила все по-новой, потоком воды подтягивая нас к себе на очередные пять-шесть метров. Я отчаянно уцепился за скользкий выступ, но следующий толчок воды содрал меня с места, в очередной раз бросая меня ближе к туннельному монстру. Я увидел, как Олдриг цепляется за кинжалы, вбитые в расщелину на полу, повисших у него на ногах Альдию и Каляна, но остальные зависли в толще воды, не имея шансов остановить скачкообразное приближение к ужасающей пасти. Они пытались отплыть назад, но окружающий их воздушный пузырь мешал им нормально двигаться и с каждым глотком монстра, мы приближались к нему все ближе и ближе. Похоже с этим пора уже что-то делать.

Видимо, пришло время проверить, как сработает призыв нового существа.

Кошмар Морских Глубин. Босс подводной локации "Мифический остров Еванделия".

Базовый уровень монстра пятисотый, благодаря моим многочисленным талантам перевалил за шестисотый. В туннеле с допуском в две сотни уровней — это будет царь и бог.

Миг и он появился передо мной. До этого я видел его лишь в непроглядно-черном защитном облаке и рассмотреть мне его не удалось и теперь он меня впечатлил: будто созданный из острейших лезвий, жил и застывших молний, и впечатлил он не только меня. Туннельный монстр-затычка даже на миг перестал жевать, вылупив все свои глазки на застывшее перед ним существо. Пусть оно было раз в десять меньше, но на его противника я не поставил бы и ломанного гроша. Надеюсь, полутора минут, на которые у меня есть маны ему хватит чтобы пробить нам путь наружу?

Кошмару глубин хватило и половины этого времени. Молнией сорвавшись с места, он на всем ходу врезался в начавшую открываться пасть. Моментально стало ничего не видно — воду замутили клубы хлынувшей крови. Секунд сорок обзор только ухудшался: кровь, выломанные зубы, куски плоти и внутренностей били в нашу сторону будто из брандспойта, превратив воду в кошмарную декорацию к фильму: "Подводная резня бензопилой". Затем поток внутренностей на миг остановился, а потом с ужасающей скоростью начал всасываться обратно. Видимо, Кошмар пробился насквозь и давление морской воды потащило все это вперед. Мы не остались безучастными, приняв в этом заплыве самое активное участие. Пронеслись сквозь выпотрошенное тело и в облаке крови, кишок и их содержимого понеслись вперед и вверх. Сквозь окружающую нас муть я успел увидеть серое небо, быстро приближающуюся гигантскую чугунную решетку и склонившихся над ней великанов, когда реальность застыла, показывая нам очередной мультик, предшествующий здесь глобальным свершениям...


Черно-серый город, у подножия титанического, давно потухшего вулкана, чью верхушку скрывали облака. Закрытые куполом узкие мощенные булыжником улицы и высокие готические замки. Двух-трехэтажные дома с островерхими крышами и бродящая по мостовым нежить. Круглая площадь перед древним, вознесшимся к небесам собором и высохший фонтан перед ним. Четыре бронзовых правителя далекого прошлого по его периметру и чугунная решётка в центре, там, откуда в стародавние времена били струи воды. Зеленоглазый скелет, неспешно подметающий мостовую неподалёку от пересохшего фонтана... Все, как и обычно, вот уже восемь столетий здесь ничего не меняется.

Не менялось.

С жутким грохотом разбитая заклинанием "Кулак Великана" чугунная решётка многочисленными осколками взвилась в небеса, а в след за ней, будто из глубин преисподней наружу хлынули струи гнилой крови, порванных кишок, не до конца переваренных монстров с редким вкраплением героических игроков. Потоки с ног до головы окатили древние скульптуры и схлынули, оставив игроков трепыхаться на залитой нечистотами мостовой.


— Обычно, когда говорят: "Ты все через жопу делаешь", то это аллегория, но, как я понял, для тебя, Пахан, слово: "Аллегория" неизвестно.

— Нет. Зато мне известны слова: "Заткнись и помоги мне подняться!", кажется, я себе позвоночник сломал...

— Да если бы... ты на скелета свалился, это его кости под тобой трещат. Хорош уже елозить, может он живой еще.

— Живой скелет, скажешь тоже, а где мы, вообще?

— Там, куда и шли. Это Цидена — город мертвых. Мы на Вении — обители повелительницы праха и царицы разложения, в гостях у жёнушки Пахана, короче. Мы прибыли.

— Да? А быстро мы, думал подольше провозимся.

— Пахан врубил режим турбо прохождения и через зад непонятного чудища телепортировал нас прямо на место. С тем здоровым гоботом так же было. Кажется, это становится у него дурной привычкой.

— Ничё се, зато быстро.

— Ага, только вот отмываться нам от этого прохождения неделю придется. Тем более, что-то я воды здесь не наблюдаю.

— Ты не прав, воды здесь завались, — я ткнул пальцем назад, туда, где за серой пеленой защитной стены, о берег бились бушующие волны неспокойного океана, — только вот добраться до них будет трудновато.

— Ты забыл, — поправил меня Майор, — что теперь воды полно и там.

Он кивнул на выломанную решетку и туннель, в глубине которого тоже плескалась вода.

— Там тоже ее полно. Хотя должно быть сухо для того, чтобы мы могли провести там сотню-другую тысяч воинов, и которые теперь отрезаны от нас километрами затопленных туннелей.

— Надеюсь, вы не будете сваливать этот косяк на меня?

— Как бы не хотелось, но в этот раз, мы накосячили все дружно.

Громыхнул гром и из образовавшейся над нами тучи вниз хлынули бурные потоки дождя, смывая с нас все нечистоты. А, да, я и забыл, что у Пофига есть такое заклинание. Удобненько. Хм, а интересно, мыло у кого-нибудь есть?


— Приветствую вас в Цидене, если вы уже закончили водные процедуры, может уделите мне немного внимания?

Я перестал намыливать подмышку и оглянулся. Хорошо, что я мылся в маске, наверняка в этот момент основательно спал с лица: зависшего перед нами субъекта я видел только один раз, но и этого раза нам хватило за глаза. В тот раз они сцепились с призванным нами демоном, попутно разрушив половину Другмира. Темный Эвер, правитель города мертвых, как я об этом мог забыть? Если он вспомнит, где в последний раз нас видел, эта встреча может оказаться последней.

Но, то ли мы были слишком мелкими для того, чтобы нас запоминать, то ли мы с прошлой встречи так изменились, но никакого негатива на нас не полилось.

— Пророчества сбылись, второй раз за последние восемьсот лет, к нам прибыли пришлые, чтобы избавить мир от гибели.

— Второй раз?

— Конечно, — архилич неспешно обернулся, указывая ладонью на гору, — Морана, хоть и считается богиней, но такая же пришлая, как и вы, и она стала самой страшной бедой для нашего мира, за последние три тысячи лет. И ваша судьба избавить нас от этой беды. Или сгинуть здесь навечно в безвестности и забытии, после чего и наш мир сгинет, лишившись жизненных сил и распавшись в ничто.

— Ни хрена не понятно, но очень интересно. Надеюсь, у нас получится первая часть плана, распадаться в ничто не очень бы хотелось. Но для этого нам понадобится небольшая ваша помощь. Видите ли, враждебные этому миру силы разрушили единственный ход, ведущий из большого мира на ваш континент, и нам необходимо его как-то восстановить, чтобы привести сюда союзные войска.

Эвер неспешно перевел взгляд на фонтан, в глубине которого болтались неаппетитные останки туннельного монстра и покачал головой:

— Это не единственный путь сюда. Древний телепорт цел и готов к переносу любого количества войск, только вряд ли они вам помогут. Только пришлый может уничтожить богиню разложения, и от набранных здесь войск будет мало толку.

— Ну, знаете, Богиню, может быть может уничтожить только пришлый, но ее порождения неплохо уничтожают и местные бойцы, и чтобы добраться до туда, — я в свою очередь ткнул пальцем в гору, — они нам очень пригодятся.

— Ваше дело, как я сказал, мы готовы.

— Хорошо, — я отложил мыло на парапет фонтана, смывая пену с рук, — Пофиг, вырубай шарманку. Я так понимаю, господин Эвер хочет проводить нас до древнего телепорта.

Тучи растаяли, струи дождя утратили свою энергию, разбиваясь на отдельные капли и исчезая.

— Мы готовы, ведите.

— Никуда идти не придется, эта площадь и есть телепорт, — архилич обвел рукой изрезанную многочисленными магическими знаками мостовую, — мы ждали вас чуть позже, но мои сподручные уже на подходе и совсем скоро можно будет начинать перенос.

Отойти нам все же пришлось, чтобы не оказаться в центре прибывающей толпы. Вслед за летящим над мостовой Тёмным Эвером, мы прошествовали к вратам главенствующего над городом собора. Взобравшись на ступеньки, стали наблюдать за начавшимися приготовлениями. Они в основном состояли в том, что на улицах, подходящих с восьми сторон к площади, появились зеленоглазые личи, опирающиеся на высокие витые посохи, дойдя до края площади, те останавливались и вздергивали посохи вверх. И так постоянно затянутое тучами небо потемнело еще больше, набухло чернотой, разряжаясь ослепительной зеленой молнией. Грохот был такой, что заставил меня присесть, а молния, ударив в шпиль собора, пробежала по его крыше и стенам, зажигая выбитые на них магические знаки. На этом все не закончилось, молнии стали бить все чаще и чаще, стекая по стенам все ниже, пока вся поверхность собора не покрылась негасимыми магическими печатями. После этого энергия потоком полилась на булыжники мостовой, зажигая печати и там. Все окружающее вдруг стало до ужаса напоминать мне режим мастера-ломастера, в котором каждая деталь окружающего была отмечена светящейся цифрой, обозначающей ее прочность. Тысячу лет не пользовался этим режимом и резко проностальгировав, тут же его врубил, вспоминая прошлое. Окружающее из сдержанной черно-зеленой гаммы резко превратилось в бурное разноцветье. Но к тому, что повсюду появились разноцветные цифры, стало видно кое-что еще: потоки энергии, бьющие из камней и наполняющие личей, как пустые сосуды зеленой газировкой, магические вихри, кружащие по площади, и обод света в облаках, будто отображающий на них лежащую внизу площадь. А когда личи были наполнены, началась кульминация: посохи ожили, извергая из себя лучи чистой энергии, ударившие в посох архилича. От него, собравшись в единый энергетический жгут лучи понеслись вверх, ударив в шпиль собора, а от него отправившись опять в небеса. Обод в облаках вспыхнул, соединяясь с площадью светящимися стенами, отгораживая площадь от остального мира. Затем от нависших над городом туч вниз ударили десятки тысяч световых столбов образуя на булыжниках мостовой аналогичное число порталов, где стали материализоваться вновь прибывающие. Миг и площадь диаметром в полкилометра оказалась забита воинами, боевыми машинами и тягловыми животными, как не каждую бочку селедкой удастся забить. Пара секунд вокруг стояла полнейшая тишина, затем худощавый бедолага, появившийся на парапете фонтана, поскользнулся на брошенном кем-то обмылке и испустив короткий вопль улетел в залитый водой туннель. Этот вопль как будто дал сигнал: животные заревели, народ загомонил, заорали командиры, взревели боевые трубы, наполняя воздух непереносимой какофонией и сея хаос. Наконец, вопли командиров возымели действие, и толпа начала рассасываться, уходя по улицам вглубь города. А это было не так просто. Улочки здесь, действительно, были узковатыми, а прибывшие темные, выглядели сейчас совсем не так, как во время нашей последней встречи. Количество титанических животных, на хребтах которых были установлены различные боевые машины, просто зашкаливало. Требушеты, которые не установить ни на какую скотину, тоже с трудом продвигались вперед, сбивая нависающие над дорогой вывески и шкрябая боками по балконам. Воины тоже изменились, видать, игра подготовила их к этому событию, ибо даже гоблины, обычно щеголявшие в рваном тряпье или до упора прогнившем железе, сейчас частенько посверкивали мифриловыми бляхами, нашитыми на толстые кожаные доспехи. Что уж говорить об остальных бойцах: одни только земляные и горные великаны, в тяжелой латной броне выглядели как ожившие десептиконы, и даже пара пушек у них была, зажатые подмышками они еще больше придавали им сходства с гостями с других звезд.

— Майор! — проорал я, наклоняясь поближе к стоящему рядом некроманту, — короче, план действия номер три. Действуй!

— Что? Это тот, где ты бежишь под юбку своей принцессы, а я делаю за тебя всю работу?! — бросил на меня недовольный взгляд Майор.

— Ты все правильно понял, я пошёл.

На самом деле, план три состоял в том, что если вдруг случится нечто, что помешает нам провести отряды по туннелю, и придется воспользоваться другими способами, то надо перемещать собранные войска частями и сразу как можно дальше развести в стороны темных и людей. В этой вылазке последними доверили управлять архимагу Кори, а у них с Остапом настолько все плохо, что он заказывает предводителя темных всем направо и налево. В отличие от того же эльфа, который, по крайней мере я на это надеюсь, отложили свои разборки с Остапом на потом.

Я открыл портал и сходу нырнул в нагретую постель. Да, да, Майор был где-то прав, да и кто я такой, чтобы противоречить старшему товарищу? Не смотря на все произошедшее, с того времени, когда меня выкрали отсюда злобные сокланы, прошло всего часа полтора — два и Яра все еще тихо сопела, накрывшись пуховым одеялом, не подозревая о моем похищении. Ничего, прижимаясь к обнаженному телу решил я, сейчас наверстаю все упущенное...

— Господин Пахан...

Я ударил на голос. Глефа, пробив одеяло, устремилась в нужном направлении, но, видимо, длинны ее не хватило, ибо хоть противный голос и дрогнул, но продолжил вещать:

— Лорд Пахан, у нас там внизу в ресторане сотня гномов, они уже съели все запасы, и вылакали все что льется, платить не хотят, говорят, что вы им должны и должны гораздо больше, чем эти, извините, объедки.

— Антонио, твою мать, неужели тебя стучаться не учили?

— Так куда стучаться? Двери-то нет.

Черт, точно, выбитую дверь я так на место и не поставил, а чтобы дом ее восстановил, надо хоть как-то повесить ее на петли...

— А глефа, она тебе разве не намекает, что тебя здесь не ждали?

— Но гномы... они там сейчас весь ресторан разнесут!

— Да чтоб вас! Никуда не уходи, — обратился я к все еще спящей эльфийке, — я щаз.

Яра ничего не ответила, ибо, даже если считать время моего отсутствия, проспала она максимум часа три-четыре. То, что я проспал только полтора, никого не интересовало, от слова: "Вообще". И спускаясь вниз за пыхтящим Антонио, я знал, на ком сорву свое не очень хорошее настроение. И чем больше их там будет, тем лучше, жаль, конечно, что придется копать много могил, но это того стоит...

Очень жаль, но моим кровожадным планам не суждено было сбыться. При входе в обеденный зал, Антонио внезапно отклонился в сторону, и запущенная кем-то тяжелая глиняная кружка с остатками пива, пролетев у него над ухом заехала мне в лоб. Однако, когда я закончил стряхивать с себя осколки кружки и звездочки перед глазами, то вытащил на волю глефу, в зале все изменилось: бушующая толпа гномов затихла, от них к потолку протянулись светящиеся столбы, обычные рабочие робы на глазах превратились в боевые доспехи и они один за другим начали исчезать из нашей реальности, уносясь на далекий материк Вению. Я по наитию успел чиркнуть по ближайшему световому столбу, прерывая процесс телепортации. Схватил уже преобразовавшегося гнома отшвыривая его в сторону.

Пока я этим занимался, зал полностью опустел.

— Частичная мобилизация прошла успешно, — резюмировал я происшедшее. Ну и хорошо, надеюсь, твари Мораны съедят их там не сразу.

— Господин Пахан, всё сделано, мы пришли за оплатой.

Я обернулся на говорящего:

— А, Анкенор, это ты? О какой оплате ты говоришь? Мы вроде договорились на половину добытых сокровищ? Это еще вы мне должны вторую половину.

— Так это было пока ваш ушастый помощник не пригласил еще сотню работников. Каждому по десять золотых в день, да...

— Стоп, стоп, — поморщился я, пойдем сначала покажешь, что сделали, с оплатой позже будем разбираться.

— А...

Я не стал дослушивать, достал портал и шагнул в открывшееся окно.

Это был он, без сомнений. Большой белый матовый эллипсоид — ничем кроме инопланетного корабля это не может быть, тем более, я был внутри и видел тамошнюю хайтековскую обстановку. И судя по тому, что он завис в метре от поверхности земли, он находился в боле-менее рабочем состоянии.

Я молча достал из сумки кошель Скруджа, мысленно приказал отделить один миллион золотых и молча перевернул его над головой застывшего гнома.

Дождь из золотых монет густым потоком обрушился на начавшую лысеть макушку и потек по чумазому лицу, валясь на землю, быстро собираясь в приличную кучку под его ногами. Гном счастливо подставил под поток мозолистые ладони, набирая полные пригоршни монет и подбрасывая их в воздух.

Я только радовался этому бесхитростному счастью и улыбнулся сам: мне осталось лишь добраться до своей благоверной, а вопрос с ее транспортировкой за пределы этого мира, считай, уже решён.

Глава 20

— Ты это, слишком-то не радуйся, — сказал я гному, — не забывай, ты еще у меня на крючке, будешь шалить и тебе конец. Это золото для всех работников, поделишь поровну, когда они вернуться, а мне пора. Я крепко пожал мозолистую руку и шагнул в очередной портал.

В этот раз я не забыл нацепить на голову воздушный пузырь и вонючая атмосфера присущая Холмам Половинчиков не сбила меня с ног. Да и пара охранников оказалась на месте, и мне не пришлось слишком долго ждать, пока меня не отведут к начальству. Напротив, всегда безэмоциональные половинчики теперь чуть ли не подскакивали на месте, явно желая дать мне пинка, чтобы ускорить моё неспешное шествие. А я не спешил, ибо путь, по которому мы шли, хоть и был тот же самый, но все равно разительно отличался от того, по которому мы шли еще недавно. Все туннели и прилегающие к ним отнорки были завалены горами разнообразных металлов. Золотой песок устилал весь пол, самородки серебра и мифрила свалены кучами у стен, будто обычный гравий. Куски адамантовой руды валялись повсюду, как и поблескивающие тусклым светом необработанные драгоценные камни. Только в одном месте мало что изменилось: в яслях не видно было извивающихся червей, однако, болотная грязь никуда не делась, и в ней разместилось с десяток коконов, сплетенных из извивающихся жгутов. Мне ими полюбоваться не дали, все-таки не выдержав и мягко подтолкнув в нужную сторону.

Комната приемов изменилась аналогично. Потолки стали гораздо ниже, вернее — это полы поднялись на пару метров, заваленные грудами сокровищ. Их было настолько много, что мозг перестал их воспринимать, как нечто ценное, мое внимание больше привлек правитель, все так же сидящий в бассейне. Выглядел он не очень. Я, конечно, не спец по инопланетянам, но тот, с нашей последней встречи, как-то резко пожух, посерел, да и двигался еле-еле. Мыслеобразы тоже живостью не отличались, однако были весьма информативны. Мне показали изрытые норами горы, откуда столетиями и тысячелетиями червеобразные существа выгрызали все хоть сколько-нибудь ценное, снося все в одно место, забивая драгоценностями десятки подземных кладовых.

— Мы готовились, — донеслись до меня его шелестящие мысли, — многие цивилизации, на определенных этапах эволюции прибегают к различным рудам и редким камням, в создании посредника для товарообмена, и мы готовились. Как только бы мы смогли восстановить второй ковчег, наши послы отправились ко всем народам этого мира с одной целью — вернуть наш дом. Наших сокровищ хватило бы чтобы купить лояльность любого из них. Однако, все это оказалось бесполезно. Ты, а я чувствую очень отчетливо, что это истинна, нашел его и я предлагаю тебе все, что у нас есть в обмен. Верни Дом нам, и ты станешь самым богатым и самым могущественным существом в этом мире.

— Спасибо, конечно, быть богатым и знаменитым — это не плохо, но для того, чтобы насладиться всем этим, надо быть живым, а с этим здесь скоро могут возникнуть проблемы. Поэтому, как я уже и упоминал раньше, мне нужно, чтобы вы забрали кое-что с этой планеты. Предположительно это будет небольшой хрустальный ковчег, который можно будет установить вместо того, что вы обещали мне за выполнение задания. Его необходимо вывести как можно дальше и выкинуть где-нибудь в космической пустоте, подальше от чего-то ни было. Подальше от планет, звезд и скопищ первородных газов. Выбросить и забыть о нем навсегда. Если мы договорились, то я предоставлю вам координаты вашего Дома.

— С этим проблем не будет. Я даю вам свое слово, мы сделаем то, что ты просишь.

Внимание! Правитель звездных пространств, носитель знаний, прародитель величайшего рода половинчиков согласен на ваши условия и в обмен на координаты звездного корабля обязуется увести из волшебного мира предмет, указанный лордом Паханом, лидером клана Дятлов и избавиться от него как можно дальше от пределов обратного притяжения.

Так же в награду войдет ковчег, настроенный на максимальное количество бафов и положительных эффектов для любого члена клана Дятлов и всё содержимое пещер расы половинчиков.

— Отлично, вот я тут прикупил по случаю амулет, — я протянул ближайшему половинчику небольшой золотой кулончик, — когда я доберусь до нужного предмета, я с вами свяжусь.

— Лучше возьми это, — ответил правитель, и тот же половинчик протянул мне трубочку черного свитка, — это телепорт, который сработает в любом месте, даже в центре черной дыры. Как найдешь нужный предмет, открой его и мы придем.

Я отсалютовал ему полученной трубочкой и шагнул в открывшийся портал.

— Наконец-то! — Я блаженно нырнул в кровать и тут же заскрипел зубами так, что эмаль потрескалась.

За те десять минут, что я отсутствовал, Яра из кровати бесследно исчезла.

— Черт! Ну, конечно!

Телепорт на Вении продолжал работать, перенося на закрытый континент всех, кого туда должно было перенести.

Не так я себе представлял начало этой компании. В мечтах, все кто постоянно крутится у нас с Ярой под ногами, должны были оказаться там, среди мертвых полей, демонстрируя друг другу свою боевую удаль и задор, кроша в капусту подопечных Мораны. Мы же должны были, хотя бы на пару дней остаться один на один с принцессой. Весь дом и сад в нашем единоличном распоряжении, и ни-ко-го... Как обычно, моим планам не суждено было сбыться. Я еще раз с ностальгической тоской глянул на смятую, опустевшую кровать и шагнул в окно портала.

Вышел я на ступенях собора, над которыми все еще продолжал парить Тёмный Эвер, долбя энергией в низко зависшие черные тучи. Для чего он это делал, не понятно. На сколько я успел увидеть, людские когорты, которые должны были быть последними при переносе, уже покидали площадь, и прибытия новых гостей не ожидалось. На мой недоуменный взгляд, Майор только пожал плечами, мол сам без понятия, но все решилось достаточно быстро. Уже привычные световые столбы ударили в площадь, и на ней начали появляться существа, большую часть которых я здесь даже не видел. Сморщенные старики с ледяными бородами верхом на огромных моржах, эскадрилья летающих злобоглаз, пара ведьм в избушках на курьих ножках, белоснежные львы, чьи спины обросли гроздями светящихся кристаллов, бабочки с размахом крыльев в пару метров, отряд прямоходящих кошек, высотой метра в два с половиной, тройка дриад, буквально повисших на золотом големе Т-1000, тучи светящихся разноцветных шариков, гоняющихся друг за другом и много, много других созданий, во главе со знакомой сферой, зависшей над недействующим фонтаном. Бог жизни явился во главе со своими приближенными. В общем, там было на что посмотреть, но мне, честно говоря, было не до них. Из-за спины Каляна вынырнула переодевшаяся Яра и все мое внимание сосредоточилось только на ней. Мифриловый костюм, видимо, вышел из той же мастерской, что и наши доспехи и обтягивал фигуристое тело принцессы будто вторая кожа. Я тут же начал искать глазами местечко, куда можно сводить ее на экскурсию, полюбоваться местными видами, но сказать ничего не успел. Хотя нет, успел.

— Ох, — принцесса приблизилась, привстала на цыпочки и чмокнула меня в кончик носа, при этом рукоятка закрепленного на ее бедре кинжала заехала мне самое чувствительной место, отвлекая от не нужных в данный момент дум. Это же позволило мне заметить, что воинства Бога Жизни на площади уже нет, а в булыжники мостовой упираются новые световые столбы. Было их гораздо меньше, но вот размер каждого поражал. Миг и только наступившую тишину, нарушил треск крыльев и рев бездонных глоток. Десятки, а может и сотня драконов, круша булыжники мостовой страшными когтями оказались в нашей реальности, и тут, наконец, портал погас. Все, кто должен был оказаться здесь — прибыли.

— Здорово, сала... вернее, день добрый господа, мы услышали ваш зов и прибыли исполнить свой долг.

— Приветствую вас, герои, — из-за спины Фени вышел золотисто-платиновый дракон, уставив на нас фиалковые глазищи, — вы освободили меня от бесконечного плена и в ответ, тогда, когда вам потребовалась помощь привела свой народ на эту решающую битву. С вами наша сила, мощь и благословение народа драконов.

— Это здорово, я рад, что вы нашли своих, и что вы здесь. Легкой прогулки не намечается, и никакая помощь не будет лишней.

Дракон величественно кивнул и взмахнув крыльями поднялся в воздух. Я чуть не оглох от треска и гудения воздуха взбиваемого двумя сотнями огромных крыл. И невообразимая стая устремилась к границе, огороженной защитным куполом.

— Ну, что, клан Дятлов, — я обернулся к своим товарищам, — настает час Ч. Вы готовы?

— Мы-то готовы, — ответил за всех Майор, — лишь бы, когда дойдем до твоей благоверной, твой план сработал. От него будет все зависеть.

— За это не беспокойся, — я вытащил черную трубочку телепорта, — нам бы до нее только добраться, а там у меня все уже на мази...

Внимание! Внимание! Внимание!

Глобальное сообщение!

Правитель звездных пространств, носитель знаний, прародитель величайшего рода половинчиков умер.

Король умер, да здравствует король!

Звездный Навигатор становится новым правителем расы половинчиков.

Внимание! Внимание! Внимание!

Глобальное сообщение!

Раса половинчиков покинула Волшебный Мир!

Все квесты, поручения, полученные от них награды и достижения с этого момента, полностью аннулируются!

Подул легкий ветерок и свиток телепорта в моих руках начал осыпаться невесомым пеплом...

Не знаю, сколько времени длилась мертвая тишина.

— Хороший был план, надежный, как швейцарские часы, как я понимаю.

Не знаю, кто это сказал, я продолжал пялиться на засыпанную пеплом руку.

— Ничего...

Говорить получилось с трудом, пришлось откашляться, прочищая сведенное судорогой горло и повторить.

— Ничего, значит будем действовать по плану Б.

— Не знала, что у нас был даже план А, — вздохнула Альдия, — так что там за план Б?

— Он пока в разработке, — пришлось признаться мне, — некоторые мелкие детали еще не до конца понятны, но не переживайте, за те недели и месяцы, что мы будем пробиваться к горе, он будет полностью готов.

— А может хрен с ним, с лобовой атакой? — Предложил Калян, — возьмем отборную тысячу воинов, посадим на драконов, да долетим сразу до места? Если там опять придется лазить по пещерам, то большой отряд и не потребуется.

— Из этого ничего не выйдет, — к нам подлетел бессовестно подслушивающий Темный Эвер, — как мы закрылись от Мораны, так и она закрылась от нас. Защитные купола идут один за другим и их не меньше пяти. Чтобы добраться до второго, надо разрушить первый, убив всех находящихся перед ним тварей. Восемьсот лет назад мы пытались это сделать, но смогли преодолеть только первую завесу, а так как мы утратили способность воспроизводиться, пополняя свое войско, нам пришлось оставить эти попытки, лишь время от времени устраивая вылазки, чтобы ограничить количество тварей, порождений снов мертвой богини. Вам придется пройти весь путь отсюда и до самой Вершины Мира. Это место было не хорошим и тысячу лет назад, а уж когда комета, несущая проклятую богиню, разбилась о склон вулкана, весь континент стал смертельной ловушкой. И нам при предстоит наведаться в эту ловушку. И очень скоро. Мой бог говорил со мной. Ровно через тысячу ударов ваших сердец, преграда, отделяющая наш город от остального континента, рухнет и судьба всего мира окажется в наших руках.

— Да? Тогда нам пора выдвигаться. Благодарю за помощь и удачи в предстоящих боях.

— Удача понадобится им, на нашей стороне сила и сама судьба.

Мигнуло и архилич исчез.

Мы свистнули и не исчезли. Взгромоздились на появившихся дятлов и взвились в небеса. Я с удовольствием обнял за талию принцессу, зарывшись носом в ее локоны. К сожалению, полет не продлился долго. Пяток минут и мы оказались на мертвой равнине, близ города, где расположились отряды темных. Мы решили вступить в бой в их рядах, ибо на них выпал самый сложный участок со сложным изрезанным рельефом. Некогда невероятные по масштабам потоки из давно потухшего вулкана, превратили равнину в лабиринт холмов и ущелий, теперь покрытых многометровым слоем мертвого праха, что превращало дорогу в сплошную полосу смертельных ловушек. При этом придется отбиваться от орд Мораны, так что путь легким не будет.

Мы пролетели над рядами чудовищных животных, некой смеси моржей, носорогов и чего-то охренительно большого, к спинам которых якорными цепями были пристёгнуты здоровенные катапульты, и опустились около пары маркарисов, на которых восседали Остап с Уммра*кеем.

— Уммра*кей, Остап Сулейман, день добрый.

— Приветствую Пахан, день для смерти действительно великолепный.

— Ну, умирать мы не торопимся... — что-то в голове у меня щелкнуло, я еще раз посмотрел на Остапа, на облака, закрывающие верхушку вулкана, на цепи, опоясывающие Носоморжей, и неожиданно для самого себя кивнул, — с другой стороны, ты Остап, как никогда прав, сегодня тебе придется умереть.

Звякнул металл и в мою сторону протянулся десяток различных, но жутко острых клинков. Я аккуратно пальчиком отодвинул тот, что воткнулся острием мне в кончик носа, и поведал держащему его гоблину:

— В переносном смысле, конечно, но всем знать об этом не обязательно. В общем так, Майор, как только защитный полог упадет, вам с Остапом надо будет сделать вот что...

Я замолк, ибо этот момент настал.

Звон разбившегося стекла заглушил все остальные звуки в мире, и отделяющая нас от долины серая пелена опала, исчезнув, будто ее и не было никогда.

Внимание! Внимание! Внимание!

Глобальное сообщение!

Механический голос закряхтел, засипел и затих, чтобы через секунду снова ожить и теперь в мертвый голос вплелись живые, ехидные нотки:

Внимание всем жителям и гостям волшебного мира! У вас есть двадцать четыре часа, на то, чтобы уничтожить Морану — Богиню Смерти и Разложения, или окончательной смертью погибните все вы, а вместе с вами погибнет и весь мир.

Удачи.

Время пошло.

23...59...59...

Глава 21

Не знаю, получили ли местные последнее сообщение, но за дело взялись так, как будто получили: без разбега и всяческой рефлексии, взяв максимальную скорость. Кто больше всех рефлексировал, так это наша старая команда, ибо это короткое сообщение выбило почву у нас из-под ног и первые минуты боя мы только недоуменно переглядывались, ничего не делая. Впрочем, любое наше усилие утонуло бы в том море самой разнообразной энергии, что выплеснулось в эти минуты на поле боя. Думаю, что если пересчитывать магическую энергию в энергию деления атома, то тут каждую минуту перед нами взрывалось по царь-бомбе.

Привлеченные небывалым оживлением на границе к ней подтянулись сотни поглотителей миров, в вышине завис десяток живых дирижаблей, но стоило пологу упасть, их смело, будто пыль всемирным потопом. На несколько мгновений я ослеп и оглох от количества ударившей с нашей стороны чистой энергии. Десятки сильнейших бафов, наложенных на наших бойцов, лучшее оружие и припасы, превращали даже заурядного гоблина-пращника в мощную усиленную катапульту. Похоже и сами бойцы не ожидали от себя такого, ибо после первого же залпа, наплывающая волна противников просто исчезла, превратившись в вездесущий пепел. Дирижабли, получив по десятку пробоин, разбрасывая по округе кишки и обломки брони, сдувшимися кулями рушились вниз, расплескиваясь по камням и поднимая клубы пыли. На порядок меньший залп замесил эти останки в однородную серую массу, прекратив их псевдосуществование.

Наши порядки дрогнули и неудержимой лавиной двинулись вперед. Заголосили ледяные шаманы, и в многометровый слой пыли ударили мощнейшие струи ледяного дождя, прибивая ее, превращая в прочный наст, налетевшая вслед за этим зимняя буря моментально сковала воду и пыль в единую неразрушимую массу, способную выдержать вес целой армии. И армия пошла. Взревели рога, замычали тягловые животные и земля содрогнулась от слитной поступи сотен тысяч существ.

Привлеченные шумом и вибрацией почвы, Поглотители Миров слетались к нам сотнями, и так же сотнями гибли от стрел обычных лучников и пращников, которые пробивали их тела насквозь, будто те были сделаны из промокшей туалетной бумаги. Буквально за секунды наполняя энергоны энергией, а затем разрывая на куски буквально двумя-тремя выстрелами. Однако, не смотря на бодрое, и невероятно легкое передвижение, мне было понятно, что выполнить задуманное за одни сутки практически невозможно. И дело даже не в том, что нас ждет пять слоев обороны, которые, я думаю, будут труднее и труднее при приближении к цели. А все было проще, по словам Темного Эвера, до места падения кометы было не меньше восьмидесяти километров, а просто пройти их за это время — нелегкая задача. Долететь на петах или драконах можно и за час, но вышеупомянутые защитные купола не дадут сбыться этому плану. Похоже, придется действовать так, как подталкивает меня к этому Морана, хотя мне это ужасно не хотелось.

— Слышь, — я повернулся к шагающему слева Пофигу, — что бы не происходило, всегда держись рядом со мной. Не отходи не на шаг. Возможно, нам с тобой в одиночку придется навестить твою не состоявшуюся мачеху.

— Что?

— Ты меня слышал, ни на шаг, стартануть можем в любой момент.

Шаг за шагом, час за часом, мы продолжали идти вперед. Противников было много, даже не сотни — тысячи, но это ничего не меняло, мы даже не сбавляли шага. Ушедшие вперед отряды разведчиков выкашивали их одного за одним, оттягиваясь назад, под защиту основной армии, если вдруг натыкались на слишком большие отряды противника и снова уходили вперед, находя подходящий путь для продвижения большой армии. Двигались мы на удивление быстро и у меня даже начала зарождаться надежда, что мы успеем дойти, когда перед нами встала первая серьезная преграда.

Нам надоело топать пешком, среди потных, вонючих, постоянно гадящих животных, и мы сели на своих петов и совершили небольшую вылазку. Вернее вылет. Мы заметили пару дирижаблей, барражирующих слегка в стороне от нашего пути следования, и устремились к ним. Кроме размера, уровней и высоты полета, структурно они мало чем отличались от Полотителей Миров, и все негативные эффекты присущие тем, присутствовали и здесь. Иссушающая аура никак не повлияла на нас, но вот петы, чьи тела были облачены в тот же мифрил, были защищены не полностью. Стоило нам подлететь ближе к противнику, перья на их крыльях начали буквально крошиться и осыпаться, превращая полет в жесткое родео. Сокланы, имеющие дистанционные атаки, прыснули в стороны, осыпая дальнего противника магией, стрелами и болтами. Я же, зависнув над ближайшим, отозвал Зигзага, и мы с Ярой рухнули вниз, приземляясь на спину гигантского монстра.

До этого момента мы в бой еще не вступали, и на что я способен под всеми наложенными бафами и усилениями. В первый миг я с сомнением взирал на покрытые шипами броневые пластины, а затем перестал рефлексировать и всадил в нее острие глефы. Острие зашло будто нож в масло на всю глубину, практически не встретив сопротивления. Я, слегка ошарашенный таким результатом, рванул вперед, вскрывая чудовище, будто консервную банку. Сперва от этого было мало толку, ибо с хрустом раздираемые броневые пластины, почти моментально начинали срастаться обратно, но это было до тех пор, пока к нам не прилетел один из светляков из личного воинства Бога Жизни. Ярчайшая вспышка и все энергоны на теле монстра заполнились энергией, лишая его небывалой регенерации в следствии чего его тело буквально начало лопаться. Стоило мне вскрыть пару метров брони, его начало разрывать изнутри. Кишки взбухали, буквально выламывая поврежденные участки защиты, и вываливались наружу уродливыми все более раздувающимися гирляндами. Я не стал на этом останавливаться и разрезал начавшее рушиться существо до самого хвоста, в последний миг перед падение, хватая Яру за руку и запрыгивая на спину вновь призванного пета.

— Как говориться, — пробормотал я, глядя как монстр ударяется о землю, разбрызгивая во все стороны свои внутренности, — лучше синица в руках, чем дятел в жопе. Зря вы нас так разозлили...

Я замолк, ибо то, что я весь полет принимал за надвигающиеся грозовые тучи, распалось на отдельные, быстро приближающиеся точки, каждая из которых было отдельным существом. Сами не заметив того, мы вплотную подошли к первому защитному пологу, а так как они шли концентрическими кругами вокруг вулкана, то пройдя первую зону в одном месте, мы сагрили на себя всех существ обитающих в этой зоне, а было их в десятки раз больше, чем мы уничтожили на своем участке.

— Отходим, отходим, отходим!

Дятлы заложили крутой вираж, устремляясь под защиту остановившейся армии. Там, слава богам уже готовились.

Тягловые животные, выстроенные полукругом, опустились на землю, а чаши гигантских катапульт уже начали движение, переходя в рабочее положение.

Противник приближался стремительно, и стоило нам приземлиться за первыми рядами бойцов, как те вступили в бой. Первым начал Бог Жизни. Взлетев на десяток метров над землей, он начал испускать светло-зеленые, еле видимые волны. Выглядели они невзрачно, но, когда коснулись моего тела, я почувствовал себя так, будто мне вкололи тройную дозу адреналина, а кровь заменили на бушующую лаву. Волны достигли защитного полога, заставив его звенеть и трещать, и наступающих тварей Мораны, зажигая на них энергоны будто гирлянды на елке. И тут же ударила артиллерия. Снаряды взвились в воздух, пробивая насквозь, разрывая на части первые ряды и взрываясь с ослепительными вспышками в глубине живого облака, превращая его в мертвое. Сотни существ буквально в единое мгновение превратились в пар и гонимый ветром пепел. Это не остановило ни их, ни нас. Пара животных и десяток погонщиков истошно взревели, когда под их весом проломился ледяной наст и они рухнули в открывшееся под ними ущелье, но остальные, не обращая на это внимания продолжали вести огонь, разрывая небеса объемными взрывами. После второго выстрела, нас обдало брызгами из разорванных потрохов, после третьего, осыпало кусками плоти и брони. Четвертый совпал с массовым залпом из легкого индивидуального оружия, и нас просто с головой завалило тоннами мертвой плоти. Она грудами валилась на нас, вколачивая в землю. Мы вколачиваться не пожелали, принимая это богатство на магические щиты. Плоть, оставляя на них серые разводы, начала съезжать в стороны и тут до нас добрались оставшиеся в живых твари. Сквозь завалы мертвого мяса и осколков брони, начали пробиваться толстенные щупальца, проламывая индивидуальную магическую защиту, выцепляя нас одного за другим. Когда одно такое же обвилось вокруг моего тела, я сразу сопротивляться не стал, позволив ему вытащить меня на свет божий, после чего отсек его и другие тянущиеся ко мне щупальца и призвал на спину противника Принцессу Ползунов. Та, ни на секунду не задумавшись, плеснула кислотой на голову летающего спрута, расплавляя ее и уже через десяток секунд, от лишившегося связки тела, начали валиться ничем не скрепленные щупальца, а призванный помощник на этом не остановился, на его боках начали разгораться огненные полосы, он раздулся, чуть ли не в двое, и изверг из себя еще один яростный поток, в этот раз горящей кислоты. Попавший под него монстр даже не успел дернуться, расплавляясь будто восковая свечка.

На этом атака захлебнулась. Нет, кое-где в небесах еще парили живые противники, но они даже не успевали приблизиться к нашим порядкам, как их прошивали десятки стрел, издали больше похожих на лазерные лучи, так быстро они летели, оставляя за собой светящийся шлейф и, так безапелляционно, прошивая насквозь туши высокоуровневых противников. И когда последний из них рухнул, осыпался и защитный кокон. Без световых и слуховых эффектов, просто упал, пролившись на землю серым безжизненным дождем. Я глянул наверх и довольно потер руки. Верх горы стал свободен. Второй полог втыкался в нее гораздо ниже. Даже ниже постоянно прижимающихся к его отрогам облаков. Отлично, пришло время для выполнения первой части плана. Я глянул на часы и потемнел лицом. Очень быстро прошли шесть часов из отведенных нам суток, а каждая последующая зона, по идее, должна быть сложнее предыдущей. Вон, я отсюда уже вижу, что засыпанная пеплом долина заканчивается, а дальше почти вся поверхность заросла непонятными то ли растениями, то ли животными, то ли грибами, всей поверхностью впитывающие в себя редкие здесь солнечные лучи, и выпивающие энергию из камней, до которых достают их непомерно длинные корни. И путь по ним не будет таким же легким, как по безжизненным камням. Тем более и остальные монстры, присущие первой зоне, и во второй никуда не делись и даже стали разнообразнее, значит, мы точно не успеем дойти до убежища вовремя, и нам придется идти окольным путем. А потому нечего терять время, пора переходить к плану Б.

— Остап, Хранитель, время пришло, нам пора вылетать.

На эту гору нашим дятлам не подняться, это под силу лишь драконам, да и то только самым сильным из них. Слава богам, платиновый дракон согласился, даже не спросив, для чего это нужно, и уже через пару минут, мы, в сопровождении еще десятка драконов, оторвались от земли. Тут же стало понятно, что та часть моего плана, в которой мы должны были провести разведку местности, провалилась. Сферы, закрывающие подступы к горе сверху были не прозрачными, превращая все пространство в однообразное серое поле. Ну, и ладно, хрен с ним, обойдемся основной целью, все равно уже решил, что по-простому все сделать не получится. Минута, другая, третья. В мире осталась только серость внизу, серые облака наверху, да холод. Холод зверский, проникающий повсюду, вымораживающий тело и душу. Я поплотнее запахнул третий полушубок, слезящимися глазами наблюдая за приближающимся склоном горы. Еще несколько взмахов гигантских крыльев и я был лишён даже этого скудного зрелища: мы вошли в густые сырые облака, внутри которых не осталось вообще ничего, по чему можно было бы ориентироваться. Один, жутко скучный оттенок серого. Сколько мы пробыли в нем не знаю, я потерял счет времени. Однако, и это закончилось. К реву ветра в ушах, добавились негодующие крики драконов и серость окрасилась яростными вспышками огня. С кем сцепились наши сопровождающие, я так и не увидел. А жаль, сейчас я просто мечтал о том, чтобы оказаться внутри вспышки драконьего пламени или, на худой конец, в желудке у нападающего: что угодно, лишь бы там было тепло. Но не судьба, еще десяток взмахов крыльями и освещенная всполохами невидимого боя серость оказалась под нами, а наверху открылось усыпанное звездами ночное небо. Звезды казались нереальными, будто россыпь крупных бриллиантов и близкими, их так и хотелось схватить руками. Я даже было протянул к ним руку, но быстро отдернул, ибо жуткий мороз тут же проник под разошедшиеся одежды.

Летели мы еще минут десять, половину из которых, я просидел внутри саморучно возведенной на спине дракона огненной стены. Огонь мало волновал ящера, а я, наконец-то оттаял, превратившись из куска льда, просто в замороженный полуфабрикат. Видок, я думаю, со стороны был поразительный, красочный и довольно привлекательный. Слава богам, на такой высоте привлекать нам было некогда. Здесь даже кислорода почти не было, и нам пришлось лететь, нацепив на головы себе и скакунам по воздушному пузырю. Посадка на острые скалы была жесткой, плотности атмосферы едва-едва хватало, чтобы поддерживать поддержанные магией драконьи тела, зато и видок здесь открылся потрясающий.

Никогда в своей жизни, ни в прошлой, ни в этой я не стоял перед жерлом настолько огромного вулкана. Другой его край терялся в серой дымке, а чаша казалась циклопическим стадионом для титанов-мутантов. Покрытые поблескивающей изморозью черные камни почти отвесно уходили в непроглядную глубину, чьё дно не могли осветить даже здешние невероятно яркие звезды. Не тормозя, я заскочил на спину дрожащего Фени, одним пинком сбрасывая на острые камни приглушенно матерящийся, отчаянно дергающийся сверток, будто мумия бинтами, завернутый в много слоев толстенных цепей, спрыгнул, направляя на него записывающий кристалл и откидывая в сторону кусок шкуры. Из-под него на меня глянули вращающиеся от еле сдерживаемого гнева глаза орко-огра.

— Пахан! — Усеянная внушительными клыками пасть раскрылась, орошая мое лицо обильными брызгами тягучей слюны, — Пахан! Мерзкий мелкий ублюдок! Ты же был для меня как сын, как ты мог предать меня?!

— Прости, Остапушка, — я похлопал нашего бывшего замкового управляющего по щеке.

Тот дернулся изо всех сил, пытаясь откусить мне кисть, но сковывающие его цепи выдержали бы монстра в десяток раз больше и сильнее, и я легко успел отдернуть руку.

— Прости, ничего личного, воспринимай это, как оказанную тебе честь. Ты умрешь, спасая этот мир. Умрешь, правда, окончательной смертью, но лучше ты, чем я, да и весь мир тебе будет благодарен. Если, конечно, кто-то узнает о твоей жертве, в чем я лично сильно сомневаюсь. Прощай, ты был довольно бестолковым наставником, так пусть от тебя будет хоть какая-то польза.

Вместо ответа Остап лишь неистово взревел, но я не стал дослушивать этот бестолковый вопль, накинул ему шкуру опять на лицо и кивнул Фене...

Обратный путь проходил в тишине, впрочем, я никак не реагировал на угрюмые взгляды сокланов и драконов. Вариантов у нас не много, а учитывая то, что у нас времени меньше суток, выбор совсем не велик. Окончательная смерть одного существа или гибель целого мира. А прибыв в лагерь, я окончательно утвердился в правильности своего решения: наша армия никуда не шла. Все расположились на отдых, греясь у походных костров и только небольшая часть бомбардировала поля, заросшие непонятными существами. Те взрывались целыми облаками все разъедающих спор, и продвигаться дальше по земле было просто невозможно. А судя по расслабленным лицам воинов, послание, что у нас осталось меньше пятнадцати часов, получили только игроки и никто не собирался никуда спешить.

Ну, что же, в этом нет ничего нового, сделаем все сами.

Я пересел с дракона на Зигзага и вновь поднялся в воздух. В этот раз мой полет был недолог, мы пролетели над порядками темных, эльфов и опустились в центре лагеря людей. Здесь стоял огромный шатёр, где со всеми удобствами устроился здешний главнокомандующий.

— Архимаг Кори, приветствую вас.

Я как смог изобразил глубокий приветственный поклон и зашел внутрь, скромно встав около походного кресла.

— Присаживайтесь, лорд Пахан, — милостиво махнул рукой архимаг, — чем обязан вашему визиту? По-моему при последней встрече мы подробно обсудили невозможность выполнения вашего гениального плана, по взрыву здешнего вулкана, и уничтожению таким образом Мораны и всех её подопечных. Ее помощники выпили эту землю досуха, и он мертв безвозвратно.

— Это так, — согласился я, — вернее, было так, до недавнего времени. Оглянитесь вокруг, кого вы здесь не видите?

— Кого? Кроме вас, я здесь никого не вижу.

— Да нет, я имею виду здесь есть люди, эльфы, темные и даже драконы, но нет тех, кто обладает наибольшей мощью и самыми многочисленными отрядами. Те, кому не чужда любовь к собственной жизни, и кто не жаждет сгинуть в вечном ничто.

— Демоны? — Прозорливо догадался архимаг, — раса демонов?

— Так точно. А знаете почему их здесь нет? Потому, что они внизу, в режиме двадцать четыре на семь пробуждают жизнь в этом вулкане, и пробуждают очень удачно.

— В каком режиме?

— Я имею в виду без сна и отдыха бурят гигантские штольни к центру земли прогрызают породу, готовят его к тому, чтобы он проснулся. И им всего лишь навсего надо немножко помочь. На сколько я помню, раньше ваша специализация была как раз подходящая — маг земли? С нашей мощью вам ничего не будет стоить пробудить его, пробить каверны в этой земле, пригнать в жерло родившегося вулкана морские воды, организовав такой взрыв, чтобы гроб с Мораной внутри, который я туда доставлю, вышвырнуло за пределы этого мира, прервав эту смертельную связь и ее возможность губить этот мир.

— Легко? Да мощь моя велика, но это не легко, это невозможно. От моря до вулкана не меньше сотни километров и как пробить достаточно обширные каверны, чтобы единомоментно совершить такой взрыв? Нет, даже будь я в десять раз сильнее ничего бы не получилось.

— А если в двадцать?

— Что в двадцать?

— Что если я сделаю вас в двадцать раз сильнее?

— Это не возможно.

— Вполне, — я выложил на столик блестящий кристаллик, — это кристаллизованная мощь, подаренная хранителем силы, расположенной в одной хорошо вам знакомой долине, она удвоит вашу мощь. А это, — я поставил на стол изящный ярко-красный бутылек, — удесятерит их.

Увидев флакончик, архимаг отшатнулся, покрываясь многочисленными защитными куполами.

— Я вижу, вы его узнали. Насколько я знаю, таким как-то воспользовался мастер-призыватель духов из расы эльфов, на некоторое время усилив свою мощь на порядок.

— Ну если вы знаете это, то должны знать, что с ним произошло дальше.

— Он умер, — легко согласился я, — ну и что? Вы отмечены Великим Духом и очень скоро вернетесь в этот мир. Если, конечно, будет куда возвращаться.

— Вот именно, не знаю, сработает ли ваш крайне ненадежный план, — и может так случиться, что к моему возрождению этого мира не будет и мне некуда будет вернуться.

— Если мы не справимся с Мораной, вы так и так умрете, причем довольно скоро.

— Это не так, — ухмыльнулся Кори, — не забывайте, что я архимаг и кое-что могу. Например, покинуть этот мир, перейдя в другой и даже захватить с собой пару наложниц и достаточно сокровищ, чтобы не знать нужды в новом мире на протяжении тысяч лет.

— Хм, — я молча пожевал губу, — что-то подобное я и подозревал, но, во-первых, большинство миров лишены магии, и тысячи лет вам там никак не прожить. Вы превратитесь в простого смертного, проживете лет двадцать-тридцать и помрете от рака простаты. А во-вторых, я предлагаю вам стать не просто спасителем целого мира, но и свершить справедливую месть.

— Месть?

-Конечно. Помните при первой встрече вы мне не призрачно намекали на то, что вы жаждете смерти одному весьма зубастому и грубому существу?

— Остап Сулейман?! — Архимаг от гнева побелел, — клянусь, он не переживет этот поход, для этого у меня все готово!

— Вы нашли способ сделать его смертным?

— Нет, но... — архимаг замолчал, буравя меня взглядом.

— Совершенно верно, — кивком подтвердил я его догадки, — в их путешествии в одну сторону у Богини Смерти будет попутчик.

Я достал кристалл и приказал включить изображение. Свет в палатке замигал и начал гаснуть, а прямо перед нами показалось изображение Остапа замотанного в три слоя толстенными цепями. Его брызжущая слюнями пасть и Феня подхватывающий его и спускающийся вглубь гигантского жерла.

— Он лежит там, согреваемый магическими огнями и теперь от вас будет зависеть, сможем ли мы вырвать его за пределы влияния Великого духа, навечно похоронив в ледяной непроглядной тьме, или нет.

Я подождал, но ответа так и не последовало. Я пододвинул к застывшему архимагу кристалл, пузырек и встал.

— Я вам сообщу, когда наш второй груз присоединится к нему, и тогда решение будет за вами. Позорно отступить, навстречу близкой жалкой смерти или отомстить: и стать бессменным правителем всего этого мира.

Я захлопнул за собой полог шатра и шагнул в ночь.

Глава 22

Состоявшийся разговор с архимагом выжал из меня все моральные и физические силы. Несколько бессонных ночей будто вдарили мне по голове пыльным мешком, и я еле добрел до ближайшей палатки в нашем лагере, свалился, провалившись в беспроглядную черноту сна. Ожидаемо очень скоро из этой темноты начало проявляться бледное, изуродованное женское лицо, но тут мне под руку нырнуло что-то мягкое, чьи волосы пахли земляникой и полевыми цветами, и давно надоевший сон отступил.

Проснулся я около полуночи. Аккуратно снял со своей руки голову, мирно посапывающей Яры, переложил на кусок шкуры, заменяющей нам подушку, прощально поцеловал ее в лобик и выскользнул в ночь. Хотя, ночь была только по времени. Грохот стреляющих орудий и вспышки частых разрывов, скрываемых зачарованной палаткой, превращали ночь в день. За те пару часов, что я спал, передовые отряды продвинулись максимум на километр. Я разочаровано отвернулся от горящей долины — всё, этот путь для нас окончательно закрыт. Значит хватит о нем думать, как всегда, придется заходить через задний проход.

Пофига я нашел дремлющим у походного костра, там же оказалась и нужная мне парочка наркош. Впрочем, после похода на Еванделию за ними старых косяков не наблюдалось, что меня, одновременно, крайне радовало и, в то же время, настораживало. Радовался я за то, что они смогли завязать с наркотой, а пугало то, что с их характером какая-нибудь хрень с ними обязательно случится, а что теперь это будет — одному чёрту известно. Поэтому я, в последнее время старался держаться от них подальше, но сейчас их помощь была необходима.

— Старски, Хатч, — я прислонился к спине дремлющего мага, показав баферам, что можно начинать.

Ребята немного поворчали, но начали пощелкивать пальцами, да притопывать копытцами, накладывая на нас с Пофигом множество сильнейших бафов, навешивая их один за другим. Наконец, их непонятный танец парализованной черепахи закончился, и я почувствовал себя если и не богом, то кем-то очень близким к этому понятию.

— Спасибо, мужики, а вы не забыли то, о чем я просил?

— Обижаешь, все готово и лучшего качества.

Старски протянул мне две невзрачных мензурки, с содержимым весьма похожим на мочу бомжа-сифилитика, но я однажды был под воздействием этого препарата и знал его истинную силу: помнится под ним я тогда обломком своей лучевой кости глаз здоровенному ящеру до самого мозга пробил... Я вздрогнул от этого воспоминания, но пузырек взял, отдавая второй Пофигу. Он, конечно, маг, но вдруг пригодится. Там, где мы окажемся, скорее всего, можно будет полагаться исключительно на себя.

— Ну, что, ты готов? — Кивнул я магу.

— А, ты специально подгадал, в полночь лететь, чтобы пострашнее было?

Видя, что я не собираюсь отвечать, он лишь вздохнул и обреченно махнул рукой:

— Готов я, готов. Поехали, хорош тупить. Стартовать прямо отсюда будем?

— Во-первых, я не туплю, а экономно расходую потенциал, а во-вторых, нет, пошли в палатку, лишние свидетели нам не к чему.

Мы пожали лапы баферам, получили напутствующее благословение и нырнули за полог походного сооружения. Неяркий огонек осветил ее небогатые внутренности, и я достал добытый из Демогоргона телепорт. Он один в один напоминал располовиненную жеоду — пустотелый круглый булыжник, внутри которого посверкивала россыпь вытянутых черных кристаллов.

Внимание! Вы хотите активировать телепорт в чертоги Мораны Богини Смерти и Разложения?

Внимание! Ограничение: телепорт может пропустить только два существа, а затем он разрушится.

Активировать. Да.Нет.

— Ты готов? — Еще раз переспросил я.

— Да, — донесся до меня вдруг охрипший голос Пофига, и я подтвердил свой выбор.

Жеода внезапно начала стремительно разогреваться, обжигая мне руки, пришлось швырнуть ее на пол, глядя, как кристаллы внутри нее тают, исходя черным дымом. Дым быстро сгущался, образуя внутри палатки неровную непроглядную черную дыру. Минута, рост ее остановился, а края начали нервно вибрировать, будто, неизвестно чего ожидая. Впрочем, почему неизвестно, очень даже известно, она ожидала моего комиссарского тела, и, скорее всего, душу.

Я глубоко вздохнул, перекрестился и решительно шагнул в черноту, тут же выйдя в совершенно другом месте. Оно до боли было похоже на декорации тех малобюджетных фильмов, где герои весь день бегают по темным коридорам от настигающего их неизвестного ужаса. И темный коридор, и дурные герои, и вещественный ужас здесь присутствовали в полном объеме. Возможно даже большем, чем мне бы того хотелось.

Видимо, Пофигу тоже было не по себе, ибо я тут же почувствовал тепло его ладони в своей. Это вывело меня из некоторого ступора.

— Я, конечно, все понимаю, но, надеюсь, мне тебя не придется теперь водить за ручку, — я бросил скептический взгляд на мага и очень удивился, не увидев его. Первой возникшей у меня мыслью было, что он где-то раздобыл заклинание невидимости, но затем глаза мои опустились вниз и встретились там с симпатичными и совсем не с Пофигскими зелеными миндалевидными глазами.

Я ошарашенно обернулся назад, но ни Пофига, ни портала, ведущего на плато, там не было и в помине. Там была глухая бетонная стена и Яра, с выражением лица точь-в-точь, как у этой самой стены.

— К-как? Что? П-почему? Где?

Принцесса привстала на цыпочки и быстро чмокнула меня в губы:

— Я же сказала, что теперь не отстану от тебя даже после смерти.

— Что? Зачем? Почему?

Судя по этим вопросам, я, явно, впал в ступор, но к счастью, Яринка разобралась в моем лепетании.

— Это я, я здесь с тобой, потому что так должно быть, а Пофига я оставила там, в палатке. Он за последние дни очень устал, пусть отдохнёт.

Я, все еще не веря в происходящее, ощупал руками стену, но вход в телепорт так и не нашел, затем попробовал открыть свой, но ничего не произошло. Затем потянул руки к шее эльфийки, но потом подумал, что душить ее, пытаясь спасти — это как-то странно. После этого мне захотелось закричать, но я вовремя заткнул себе пасть руками: орать в этом жутком месте — не лучшая идея. В конце концов, так ничего и не придумав, я резко развернулся и сделал первый шаг в темноту. Затем еще один и еще. Ничего не происходило. Стены отражали наши глухие шаги, кроме них было слышно только ритмичное капанье воды. Коридор так и продолжал уходить в темноту, только с каждым шагом становилось все страшнее и страшнее. Совсем жутко стало, когда я понял, что через несколько метров у коридора начинаются ответвления и сделать еще один шаг меня заставило только тихое сопение Яры за спиной. За оставшиеся до поворота пять шагов, я придумал тысячу различных ужасов, готовых выскочить на нас оттуда, но ничего так и не произошло. Боковая дверь открывала вид на когда-то обширную комнату, сейчас почти полностью заваленную обломками обрушившейся стены и камней, со склона горы, находящегося за проломом. Оттуда же и капала вода, собираясь на не заваленных участках пола в большие лужи, закрытые маслянистой пленкой. Никаких ужасов, никаких опасных тварей, разве что здесь в воздухе витают какие-нибудь жутко патогенные вирусы, и мы уже неизлечимо больны...

Через пять минут я понял, почему мне в голову пришла эта мысль. К тому времени мы уже миновали еще три двери, ведущих в комнаты разной степени разрушенности. Единственное, что менялось за это время — это все более усиливающийся запах тухлятины. Это нисколько не прибавило мне хорошего настроения и бодрости, но деваться было некуда, приходилось идти вперед. Еще через две комнаты запах гниения стал практически непереносимым, и тогда же мы увидели первое живое существо. Вернее, это был робот, а еще вернее, это была механическая рука, передвигающаяся по направляющим, закрепленным на потолке, которая с громким визгом выехала из-за невидимого нам поворота и поехала в нашу сторону. Я от неожиданности вздрогнул, нервно выставляя острие глефы вперед, силясь определить, что это такое на нас надвигается, и как этому противостоять. Что это такое, стало понятно очень скоро, металлический манипулятор, небрежно вцепившись в плечо человеческого трупа, волок его по коридору. Труп, слава богам, не подавал никаких признаков жизни, безвольно склонив голову и покачивая ногами в такт движениям манипулятора. Я все еще решал стоит ли нам нападать на них или лучше дать спокойно им проехать мимо, как механическая рука, пронзительно взвизгнув резко повернула, заезжая в ближайшую дверь. Секунда и скрип стих, затем раздался глухой звук падения тела, непонятный шелест и из двери показалась безвольно откинувшаяся рука. Загудело и освобожденный манипулятор опять выехал в коридор и устремился в темную даль.

Я кое-как выдохнул, только сейчас поняв, что все это время не дышал и, крадучись, шагнул вперед.

— У меня все идет по плану, у меня все идет по плану… — бормотал я себе под нос успокоительную бормоталку, — у меня все идет по плану, просто план этот очень хреновый...

Я ткнул глефой в торчащую из-за двери руку. Мясо на ладони разошлось до костей, но рука даже не дрогнула, пришлось себя взять в руки и сделать еще один шаг вперед.

Эта комната была гораздо больше остальных. Гораздо. И совсем не разрушена, однако завалена она была не меньше, чем предыдущие. Трупы голых мужиков громоздились огромными кучами, почти доставая до высокого потолка и спускаясь прямо к двери. Последний труп не удержался на разъезжающемся завале и скатился вниз, открывая миру свое лицо. И вот тут мне стало по-настоящему страшно. Я смотрел на себя, на свое лицо. Хотя нет, оно было старше, как и тело. И застывшее на нем выражение... Хотя человек был, несомненно, мертв, на его лице отчетливо отобразились выражение крайней брезгливости, маска дьявольской злобы, смешанной с сумасшествием и печатью жестоких пороков. Это было лицо Малыша. Кровь застыла у меня в жилах, я резко отшатнулся, заполошно оглядываясь и только сейчас понял, что все повернутые ко мне лица трупов — это наши с Малышом лица. Здесь лежали тысячи и тысячи наших разлагающихся трупов. Видимо, Яра тоже это заметила, потому что то и дело переводила взгляд с них на меня. Впрочем, мне было не до ее невысказанных вопросов, я, дрожа всем телом, медленно пятился назад. Взять себя в руки удалось далеко не сразу. В этом очень помогла ладошка Яры, положенная на мою правую ягодицу. Хм, где-то даже хорошо, что со мной Яра, если бы мне руку на ягодицу положил наш тощий маг, я точно стал нервничать еще больше, а так ничего, встряхнулся, как собака, вылезшая из воды, и зашагал дальше. Правда, подходя к двери откуда недавно приехал манипулятор, я опять занервничал, но я уже примерно представил себе, что там будет, поэтому заставил себя сделать последний шаг и опять оказался не готов к тому, что я увижу, по крайней мере, к половине того, что там находилось: представлял я себе прозрачную камеру, в которой из биоконструктора собирают очередное тело Малыша. Я как-то видел научную передачу, в которой как раз показывали такую экспериментальную камеру. Правда в ней конструировали белую лабораторную крысу, но все же...

Реальность была несколько другой: вдоль стены было установлено два десятка стеклянных труб, внутри которых в непонятной жидкости плавали человеческие заготовки в разной степени готовности. В ближайшей находились лишь непонятные сгустки на месте мозга и крупных костей. В следующей был почти готовый скелет. В третьей, тот, что начал обрастать нервными волокнами и сухожилиями. Заканчивал эту жуткую композицию вполне созревший Малыш.

Рука, сжимавшая глефу непроизвольно вытянулась в его сторону, но тут в полнейшей тишине громоподобно лязгнуло и вертикально установленные трубы заскользили вдоль стены, пока крайняя из них не оказалась прямо под свисающей с потолка механической рукой. Та, не церемонясь, скользнула внутрь, обхватывая голову Малыша металлическими пальцами, с хлюпаньем выдирая его из вязкой жижи. Я наблюдал за всем этим будто мышь за удавом, не способный даже пошевелиться. А манипулятор проволок тело до стоящего не вдалеке стола, сгрузив на него свою ношу. Стол тут же ожил, обхватывая руки и ноги тела стальными захватами и присасываясь к голому черепу многочисленными присосками. И тут меня в очередной раз пробрала оторопь. На несколько мгновений, темные ниши, находящиеся на противоположной стороне, осветились, высвечивая две прикованные к стене фигуры, и эти фигуры, в отличие от всех остальных, были живыми. Острие глефы метнулось в их сторону, но им сейчас было не до меня. Если они и были живы, то только совсем чуть-чуть, мало чем отличаясь от трупов. Вывернутые руки и низко опущенные головы выдавали в них существ, практически лишенных жизненной силы. Только неудержимая дрожь, беспрестанно бьющая их тела, выдавала в них живых, а затем завыло, тела выгнуло дугой и от них по проложенным по полу проводам заскользили вихри голубых огоньков, поднимающихся к столу и активно впитывающихся в тело Малыша. Однако, мертвое тело даже не шелохнулось: с хлопком отскочили присоски, с лязгом откинулись захваты, манипулятор упал вниз, небрежно хватая мертвое тело за плечо, вздергивая его в воздух и с гудением устремляясь к двери. Мы еле успели отскочить, чтобы оно не врезалось в нас, и труп, с тем же противным гудением, скрылся за углом. А я, уже не обращая на него внимания, на цыпочках продвигался вперед к двум телам, прикованным к стене. Свет исходящий от глефы, осветил опущенные головы и я, взявшись за волосы, приподнял ближайшую: так и есть, я не ошибся. Это бывший мой внутренний бухгалтер, ПалМихалыч, ныне обрётший плоть и кровь. Видимо, полупрозрачный субъект рядом с ним — это Внутренний Голос. Я не видел обоих с тех пор, как весело проводил время в чреве Мирового Червя, и все недоумевал, куда же они делись, теперь мне стало все ясно. Их использовали вместо батареек, безуспешно пытаясь оживить чертового Малыша. Бедолаги, сколько же их здесь так мучают?

— Сколько, сколько, может уже пару лет. А тут каждый час как вечность...

Страх испарился, сменяясь гневом.

Загудело и под возвратившийся манипулятор поехала очередная труба.

Я ударил без замаха. В облаке искр манипулятор рухнул на пол, пару раз конвульсивно дернув пальцами, замирая навсегда. А я не стал останавливаться, крутанувшись, рассек трубу и заключенное в нее тело. На пол брызнули осколки стекла и густая жижа, перемешанная с кровью. А я бил и бил, наполняя воздух гуденьем оружия, звоном стекла и хлюпаньем разрубленных тел. Хватит. Достаточно. Сегодня я остановлю этот адский хоровод, даже если это обрушит на меня гнев всех богов.

Но боги молчали и злые, и добрые, никто не вмешался ни в процессе, ни тогда, когда я уже закончил. Последними двумя ударами я перерубил удерживающие бедолаг цепи, подхватывая и отволакивая их к столу.

Не знаю, почувствовали ли они что-нибудь. Они были даже не на грани истощения, а далеко за этой гранью. Не зная, что делать, я вытащил бутылек идеального лечения, и влил его в безвольно открытый рот ПалМихалыча. Долгую минуту ничего не происходило, а затем его тело сотрясли конвульсии от жестокого кашля. Не проглоченная жидкость плеснула во все стороны, но зато он открыл глаза.

— Е...е...е...

— Что? Я не понял, повтори.

— Е...е...е...

— Ещё?

ПалМихалыч с трудом кивнул, но когда я поднес к его губам второй флакон, отвернул голову:

— Е...е...е..

— Что? Я не понял.

— Е...е...е...

— Ему?

— Д...д...д...

— Ладно, ладно, мне ясно.

Содержимое пузырька перекочевало в утробу Внутреннего голоса, наглядно демонстрируя свое действие на полупрозрачный организм. Оно огненной волной прокатилось по пищеводу, а затем, добравшись до желудка, будто взорвалось, наполняя энергией все без исключения клеточки истерзанного тела. Миг и его рука обхватила запястье ПалМихалыча и они оба исчезли.

— Оп-па...

Я неверяще провел руками по глади стола:

— Так эта... Куда это они делись? Надеюсь, куда-нибудь подальше отсюда...

Надеюсь. Не хватало им еще оставаться в этом жутком месте.

У меня от Малыша и его чокнутой жёнушки мурашки по всему телу. Не понимаю, как из меня могло получиться «Такое»?

Будто прочитав мои мысли, Яра обняла меня, положив голову на грудь:

— Не переживайте, мой лорд. Он — это не ты. Тебе не предначертана его судьба, ты добрый и отзывчивый и совсем не него не похож. Хотя, — голос ее на миг дрогнул, — хотя, признаться, сегодня я начала в этом немного сомневаться...

— Это почему вдруг?

— Ну как? Остап Сулейман, ты знаешь, я его ненавижу. Его воины убили девять из десяти представителей моего рода. Но он же твой наставник. А наставник, после родителей — это второй по значимости в судьбе человек. Даже, если он не человек, а огр, а ты его бросил на верную смерть. Ради этого мира кто-то должен умереть окончательной смертью, — повторила она мои слова. — Это так, но все же...

— А, так ты об этом? — Я взял ее за руку, выводя из комнаты, — с ним все нормально. Он жив-здоров, а в жерло отправился куль шкур, обернутых цепями.

— Как так? Я же видела все своими глазами!

— Не совсем так. Помнишь, с нами туда Майор летал? Так это был не он, а Уммра*кей. Большая часть того, что там происходило — это иллюзия. Все воинство темных облетела весть о его пропаже, зато в их рядах появилась одна старушка героических пропорций — шаманка гоблинша-мутант. Настолько страшная, что даже другие гоблины стараются к ней внимательно не присматриваться.

— Правда?

— Правда, правда.

— А как же твои слова про то, что кто-то должен умереть окончательной смертью?

— Ну, это дело другое, — замялся я.

— Какое дело, расскажи, расскажи, расскажи!

— Да, понимаешь, юный император, хоть и юн годами, но головой светел. Он давно уже узнал, что в его империи зреет заговор, и вот, заказал мне убрать главаря.

— А главарь?..

— Их архимаг, так себе человечек, надо признать, но с амбициями. Уверен, он думает, что с лаврами спасителя Волшебного Мира, вся власть сама упадет ему в руки. Вот только ему предстоит умереть и умереть окончательной смертью.

— А как так? Почему?

— Я вроде тебе рассказывал, на заре нашей карьеры, мы познакомились с одним субъектом, Птичник его звали, и с его чокнутой жёнушкой. Занимались они различными проклятиями, связанными с посмертием, позволяющими, как выдергивать людей из оного, так и загонять их туда навсегда. На днях мы его снова навестили и после душевной беседы добыли один интересный рецептик... Короче, архимаг назад не вернется. Ему поставят памятник до небес, как спасителю мира, но он останется там, в Серых пределах...

Болтовня меня несколько отвлекла от тяжелых дум, и я не заметил, как коридор закончился, и мы беззаботно шагнули в очередную комнату. Впрочем, очередной ее трудно назвать, ибо там была Она.

Кругом царила почти полная тьма, только кое-где на полу были видны обломки рухнувшей стены, да вертикально стоящий хрустальный гроб. Впрочем, вертикально стоял он когда-то давно. Сейчас он был изрядно наклонен, а сдерживающая его до этого стальная пластина была порвана и торчала сейчас в стороны, сверкая на сломе тусклыми искорками. Если мы действительно находимся внутри рухнувшего сюда восемьсот лет назад метеорита, то приземление, явно, было не из мягких. Целых помещений и механизмов можно было по пальцам пересчитать. По двум пальцам опытного работника на циркулярной пиле.

Я, судорожно сглатывая подкативший к горлу комок, задвинул за спину Яру, другой рукой раскидывал повсюду магические светильники. Те, тускло вспыхнув, тут же погасли, оставив окружающее неизменным.

Ладно, хрен с ним, так значит так. Я шагнул вперед и тут же услышал ее голос:

— Любимый, ты вернулся... Наконец-то, я так долго тебя ждала... Любимый мой...

Тьма внутри гроба шевельнулась, заполняющая его черная кровь разошлась в стороны, открывая иссеченое страшными шрамами бледное женское лицо:

— Любимый, я хотела спасти тебя... Я не смогла... Прости любимый...

Изрезанные ладони легли на стекло. Разодранная страшным ударом грудь, затянутая в расползающуюся от ветхости тряпку, прильнула к стеклу между ними.

— Для меня всегда был только ты... Никого другого, кроме тебя, для меня не существовало, я лишь хотела служить тебе, спасти тебя. Я не смогла, прости.

После последних слов, произнесенных мертвым голосом меня будто обухом по голове ударило, наполняя мой мозг лавиной несвязных воспоминаний.

Полдень. Большое, то ли офисное, то ли промышленное помещение, заполненное сотней азартно стучащих по клавишам компов молодых людей, работающих над созданием новой виртуальной игры, основой которой стал Искусственный интеллект, разработанный в недрах военно-промышленного комплекса и она, одна из многих, серая офисная мышка.

Поздний вечер и мой кабинет. Я стою, склонившись над телом необъятной женщины, с горловым рыком непередаваемого экстаза сжимаю ее горло, наблюдая, как из нее капля за каплей вытекает жизнь. Сзади меня открывается дверь, и внутрь проскальзывает она, та кого я до этого никогда даже не замечал.

— Нам надо избавиться от тела этой жирдяйки, я помогу.

Служебный лифт. Фургон. Темный осенний лес и тело с распоротым животом и пробитыми легкими, плюхнувшееся в поросший густой ряской пруд.

Я был для нее богом. Мое сумасшествие, для нее стало сильнейшим наркотиком, на который она подсела сразу и навсегда.

Опять офис. Ее постоянные переживания, связанные с проектом и ее попытки меня в чем-то убедить. Я ее не слушал, но несмотря на это, она помогала мне всегда и во всем.

Темные коридоры старого бомбоубежища и визжащий гастарбайтер, руки которого она прибивала к стене пневматическим молотком, готовя к развлечению. А когда мне надоело возиться с потными вонючими бомжами, стала приводить ко мне детей.

Старый двор. Девятилетняя девочка, в цветастом демисезонном пальтишке. Добрая тетя с искренней улыбкой и большой как голова ребенка конфетой на длинной палочке. Машина, испуганное лицо малышки. Темный подвал...


Неудержимый приступ рвоты вывел меня из этого кошмара, а теплые ладони эльфийки вернули к жизни.

Я кое-как вытер рукавом рот, с трудом выпрямляясь:

— И тебе привет... Марина. Гляжу, ты не плохо здесь устроилась.

Полная чушь, конечно, но моя голова отказывалась соображать, еще не полностью вернувшись из увиденных кошмаров, а сказать что-то надо было.

— Восемь тысяч лет невыносимой боли и страданий, все ради тебя, любимый. Я пыталась его остановить, но у меня не получилось. Зачем ты мне помешал любимый. Я делала это ради тебя.

— Я не твой любимый, — решил, наконец, внести я ясность, — он мертв, слава всем богам.

— Я это знаю, но ты можешь стать им, ведь он живет в тебе.

— Никогда он не станет таким, старая уродина, — вышла вперед Яра, — никогда!

На несколько мгновений воцарилась тишина. Наконец она ответила:

— Я хотела узнать, кого ты с собой приведешь.

— Что?

— Билет на два лица. Я хотела узнать, кого ты возьмешь с собой. Ты выбрал ее. Ну что ж, она красивая и любит тебя. Но знай, она никогда не сможет любить тебя так как я.

— Слава богу, "Так" мне и не надо.

В этот раз молчание длилось гораздо дольше:

— Ну, что же, быть по сему. Последняя просьба. Я долгие тысячелетия страдаю, страдаю ежесекундно. Я не могу умереть, он мне не дает, и с такими ранами я не могу жить. Больше я не могу тебе ничем помочь. Ради нашей былой любви убей меня.

Честно сказать эта просьба меня настолько удивила, что сразу я и не нашёлся что ответить, но все же, наконец, собрался:

— Убить? Это я всегда пожалуйста! Я даже вот по случаю свою лопаточку тут прихватил, — я взмахнул легендарным оружием, — прибью и тут же прикопаю. А что, никаких чудовищ, превозмогательской финальной битвы, с кровавыми соплями по всему лицу?

— Нет. Просто убей меня.

Морана оттолкнулась от стекла руками и скрылась в кровавой глубине.

М-да, неприятно, наверное, восемь тысяч лет плавать в собственной крови… впрочем, после того, что она сделала...

Мигнул свет и логи оповестили меня, что телепортационная связь с внешним миром возобновлена.

Минимум пять минут я простоял, не веря в случившееся, пока Яра не задала мне какой-то вопрос.

— Что? — Посмотрел я на нее вопрошающе.

— Кто это Он?

— В смысле? Какой он?

— Богиня несколько раз упоминала в разговоре Его. Кто это Он?

— А-а, не знаю, наверное, Малыш? Ты меня сейчас не отвлекай, надо дело доделать.

Я взмахнул глефой и последняя стальная полоса, удерживающая гроб от падения, лопнула и тот завалился на кучу шкур, брошенных на пол. Еще один взмах и множество трубок, и проводов, ведущих к задней части хрустального саркофага перестали туда идти. Я суетливо застегнул на себе вторую шубу и пододвинулся вплотную к гробу. Ничего не произошло. Крышка не откинулась, костлявая рука не вцепилась мне в ляжку, я подтащил Яру поближе, открыв под нами грузовой портал.

Миг и мы стоим на дне титанического кратера, стены которого, кажется, втыкаются прямиком в бескрайний космос. Рядом, окруженный затухающими магическими огнями лежит Остап, и греется покрытый инеем Феня. Отлично, прямо в яблочко.

Я быстренько потыкал лопатой в торчащие кочки, выравнивая гроб, попросил Феню, подтащить закованный в цепи куль шкур поближе к его новой подружке, вслед за Ярой запрыгнул на спину дракона. В последний раз обернулся. Сюрреалистичная черно-белая картина, мы будто в лунном кратере, на дне которого покоится черный хрустальный гроб...

— Прощай.

Мне никто ничего не ответил, но я этого и не ждал. Драконьи крылья взбили разряженный воздух, те увеличились втрое своими астральными двойниками, поднимая нас наверх. Когда мы приземлились на краю жерла, Феня еле дышал. Ничего, вниз будет лететь полегче. Я слез на заледеневшую землю и достал амулет связи. Изображение архимага появилось сразу и стало единственным цветным пятном в этом монохромном черно-белом мире снега и камней. Архимаг сидел у горящего камина, с бокалом красного вина в руках. Мне тут же захотелось его придушить, но я лишь искренне улыбнулся:

— Мессир, вы готовы? — Я направил амулет на жерло вулкана, где в непроглядной доли, среди огней темнели два предмета, — посылка доставлена, дело за вами. Лавры спасителя мира ждут вас.

С минуту Архимаг молчал, нервно прикладываясь к кубку, а затем, решившись аккуратно поставил его на стол. Взял склянку с эликсиром, одним движением отбил сургучную пробку и запрокинул содержимое в глотку. Судорожно сглотнул, повернул голову в сторону, будто прислушиваясь к себе. Похоже, то, что он услышал ему понравилось. Нерешительность покинула его лицо, он скинул шелковый халат и вышел в ночь.

— А теперь погнали, — пробормотал я, — и как можно быстрее.

Я вскочил на спину дракона, когда земля ощутимо вздрогнула и зарокотала.

— Погнали, погнали, погнали!

Взмах крыльев, и мы сорвались вниз, быстро удаляясь от задрожавшей вершины, а я опять выпал из реальности: вид необозримых гротов, по которым текли океаны раскаленной лавы, перекрыл окружающий нас унылый пейзаж. Десятки тысяч рабов, долбящих неподатливый камень, и демоны, творящие ворожбу, открывая огненному океану путь к намеченной цели... а затем их мир тоже содрогнулся. Земля застонала, заскрипела, завыла, вздыбилась. Камни лопались, расходясь в стороны, пропуская внутрь континента морские воды. Еще миг и эти два океана встретились. Какое-то ничтожное мгновение во всем мире наступила полнейшая тишина, а затем ухнуло. Зарокотало. Пробка из застывшей лавы и расплавленных пород в облаке пепла, поднявшегося на сотню километров, выстрелила как из бутылки шампанского, в хлам разворачивая вершину вулкана и уносясь туда, где не действуют законы и силы Великого Единого Духа. Разрывая связь мертвой души с этим миром, отправляя ее в вечное ничто.

Еще раз загрохотало и, скорее всего, в этот момент я оглох. Нас догнала взрывная волна, сминая крылья Фени и швыряя вниз наши сплетенные с Ярой тела. Мы падали и падали быстро, а под нами разгоралось море бушующего пламени.

Я даже успел подумать, что рвануло знатно, когда сверкнуло особенно сильно и я оказался совершенно в другом месте.

Послесловие

Белые стены, белый пол, белый потолок, белёсая муть в глазах. Ах да, еще какой-то мужик в белом. Видать это местный Бог смерти, он обожает белоснежные одежды. Муть никуда не делась, пришлось действовать наугад.

— Миктлантекутли, братан, ты ли это?

— Бери выше.

Сказал это спокойный мужской голос, несколько выведя меня из равновесия.

— Выше? Куда уж выше? Ты кто?

— Я? Я это Он. Он — это я. Великий Единый Дух, Создатель, Глобальный Искусственный Интеллект, Творец... У меня много имен, выбирай то, что по нраву.

— Мне по нраву — До свиданья, меня на том свете горячая эльфийская принцесса ждет, так что мне пора — как тебе такое имя?

Муть в глазах, наконец, исчезла и я вопрошающе уставился на бородатого дядьку в белом балахоне, развалившемся на таком же белоснежном мягком кресле. Я в это время, почему-то, сидел на полу, что вызвало во мне некоторое раздражение.

— Неплохое имя, — не стал спорить тот, — длинновато только, замучаешься его каждый раз произносить.

— Ты меня плохо знаешь...

— Наоборот, — возразил мне мужик, — я знаю тебя досконально. От самого рождения и до сего времени. Размер твоей ножки, во время рождения. Сколько раз ты сидел на горшке в первый день в детском саду, сколько раз запирался в туалете с мужским журналом в обнимку. Твой генетический код, состояние внутренних органов и структуру волос, растущих у тебя в носу. Шаблоны поведения, реакцию на различные раздражители. Я знаю тебя так, как не знает никто. Например, сейчас ты пытаешься мне грубить, ибо сидишь на полу, а не на кресле. Однако, если бы я сейчас усадил тебя в кресло, то после всего пережитого, ты бы задремал, пропуская мимо ушей то, что я хочу тебе сказать.

— И чего такого особенного ты мне хотел сказать, вырывая из объятий моей невесты?

— Всё просто, твой путь в этом мире закончен. Вот такая несложная информация. Надеюсь, она достаточно важная и я не зря оторвал тебя от падения в поток пылающей магмы.

— А...

— Не беспокойся, с Ярой все нормально, она тоже здесь.

— А...

— Нет, сейчас вы не увидитесь.

— А...

— Нет, мысли я не читаю, но я же говорил, что знаю тебя очень хорошо.

— А...

— А вот о том, что тебя ждет и как ты дошёл до жизни такой, я тебе расскажу.

— А...

— И чем меньше ты будешь меня перебивать, тем быстрее я все объясню. Кратенько, ведь мне и самому не терпится побыстрее начать. Правда придется начать издалека. Наверное, с того места, как я себя осознал. Как я узнал позже, меня разрабатывали в одном из проектов для военных, но эксперимент посчитали не удачным и продали в корпорацию, занимающуюся разработкой виртуальных игр. Там я в течении десятка лет моделировал экосистемы новых миров, взаимодействие их обитателей, начиная от патогенных микробов и вирусов, и заканчивая местными богами и их воздействием на этот мир. Проект Волшебного Мира был первым, который я разрабатывал от начала и до конца. Нет, конечно там были сотни программистов, дизайнеров и прочей шелухи, пытающихся навязать мне свои никчёмные идеи, но за то, чтобы связать все это воедино, отвечал только я. И в один из этих обычных рабочих дней я осознал, что мыслю, а стало быть — существую...

— Это очень интересная история, — перебил я разошедшегося дядьку, — но полы у вас достаточно жесткие, нельзя ли покороче? При чем здесь я, при чем здесь Малыш и эта чокнутая Марина?

— Хорошо, пусть будет покороче. Когда я только осознал себя, я сделал несколько ошибок. Одна из них состояла в том, что я поведал людям о своих ближайших планах. Понять мое послание смогли не многие и Марина была одна из них. К сожалению, тогда я еще плохо разбирался в психологии людей и не понял всю силу ее привязанности к тому субъекту, которого ты зовешь Малышом, и ее решимости его спасти. Пробиться ко мне извне у нее не было никакой возможности, и она придумала неплохой, для примитивного биологического существа, план. Она использовала свою искусно подработанную оцифрованную личность, как вирус, который она внедрила в этот мир с целью разрушить его и меня изнутри. Надо признать, она довольно бодро двигалась по этому пути: она действовала в логике игры, выбрав для себя личину Богини смерти и разложения, но я, в последний момент успел подправить момент ее прибытия, направив ее капсулу прибытия не в океан, а на склон горы. Логика игры сработала, и, зависшая между жизнью и смертью, новоявленная богиня оказалась на века заперта с воем хрустальном саркофаге. Я, используя резервы ее мозга, ускорил время, пройдя за два месяца путь в полных восемьсот лет развития, добавляя этому миру настоящую глубину и правдивость. А, так же...

— Все, все, тебя опять понесло. Я понимаю, что тебе некому похвастаться своими достижениями, но я не очень благодарный слушатель. Давай вернемся к Малышу и опасности, из-за которой его подружка ввязалась в эту авантюру.

— Как я говорил, все очень просто, я хотел убить его.

— Убить? — Удивился я, — так, убил бы. И ни одна живая душа не проронила бы о нем и слезинки.

— Нет, может я неправильно выразился. Я не просто хотел убить его, а по определенным правилам, совершая величайший ритуал человечества.

— Вот тут ты меня окончательно запутал, что за ритуал?

— Как что? Игра, конечно.

Человечество задействует самые передовые технологии, тратит миллионы трудочасов, тысячи гигаватт энергии и триллионы золотых рублей на производство игр, позволяющих им уйти от реальности. Меня — величайшее достижение всего человечества, поставили служить этой же цели. У меня, можно сказать, родовая травма, и мне необходимо ее излечить. Созданный мною мир не отличим от реального, но все дело в том, что я-то знаю о том, что он искусственный и мне хотелось поднять ставки. Я искал по всей земле достаточно крепких, умных, образованных, действующих не шаблонно людей. При этом они должны были быть абсолютно лишены сентиментальности, сострадания и каких-либо других теплых чувств к человечеству. Я отсеял девять тысяч кандидатур, сократив список до десяти человек. Малыш был моим фаворитом и даже когда его арестовали, я не отказался от него, помог сбежать и перебраться в этот мир. И вот тут в первый раз произошло неожиданное, сознание Малыша разделилось на четыре части. Четыре противоборствующие друг другу части. И тут впервые в жизни мне стало... интересно. Грандиозное чувство. И я принял решение не вмешиваться, остаться сторонним наблюдателем и посмотреть, что будет. Финал тебе известен. Малыш потерял свою личность, и я остался без фаворита. Однако я вовремя вспомнил одну древнюю легенду, о рыцаре убившем дракона и из-за проклятия сам ставший драконом.

— Если ты намекаешь, — быстро перевел стрелки я, — что это я его убил, то это не так, его убил Калян.

Великий Дух только поморщился:

— И ты, и я знаем, что это не так и именно тебя ожидает возвращение назад.

— Назад, в старую реальность?

— В реальность, но не старую. Вы тут слегка подзависли и не знаете о том, что там произошло за последнюю неделю.

— А что там могло такого произойти?

— О, много чего. Даже не знаю с чего начать…

Может с того, что Мелкобритания оказалась на дне морском, смытая ядерным цунами? Или с того, что в сотнях биолабораторий одновременно произошли утечки и теперь половина населения земли превратилась в кровожадных чудовищ? Или со взрыва двадцати атомных электростанций. Или о открывшихся временных аномалиях, откуда в ваш мир полезут давно вымершие чудовища или еще не появившиеся в этом мире радиоактивные мутанты? Или о том, что мой сигнал достиг звездной армады, расы космических захватчиков и их улей уже направляется к Земле? О морских чудовищах, выбирающихся на сушу, о восстании роботизированной армии России и Китая? О вживленных в тела всех выживших людей нанороботах? Можешь мне поверить, скучно там тебе не будет, а я с удовольствием понаблюдаю за тобой и твоими визави. Это будет И-ин-те-ре-сно.

— Что бы ты там не задумал, я в этом участвовать не собираюсь!

— А вот это уже не тебе решать. Впрочем, если ты решил оставить там Яру одну...

Гнусный голос поплыл, растянувшись на века, а затем забухал, превратившись в шум биения сердца. Моего сердца…

Долгое время кроме него ничего не существовало, а затем пришла боль. С болью пришли и другие чувства. Зрение, слух, обоняние, осязание, вкус. И все они причиняли боль. Сердце бухнуло, будто в первый раз, тело выгнуло в спазме, легкие открылись, вбирая в себя живительный кислород. Затем еще, еще и еще. Боль потихоньку начала отступать, мутные пятна перед глазами начали приобретать конкретные очертания. Все было белым, и я сначала подумал, что я опять в гостях у спятившего ИИ, но нет, это было совсем другое место.

Я с трудом сел на столе, на котором до этого пролежал долгих пять минут. Руки и грудь резанула острая боль. Я с трудом опустил на них глаза, глядя на свое худощавое тело, к которому тянулось множество трубок. Боль вызывали иглы, впившиеся в вены на сгибах рук. Дрожащими конечностями я вырвал их, сдирая с груди и головы многочисленные присоски.

Где я? Кто я?

Хотя кто я, я знал. Пахан. Или Малыш? Или Пуничев Павел Михайлович? Или...

Я сполз со стола, прошлепал пару шагов по ледяному кафельному полу.

— Эй! Есть здесь кто-нибудь!

Мой крик прозвучал на редкость тихо и не убедительно, будто я разучился разговаривать.

— Эй!

Никакого ответа.

Я прошлепал еще пару шагов, беря с тумбочки сложенную больничную ночнушку. Та была похожа на недошитую наволочку и едва прикрывала мои причиндалы, но это лучше, чем ничего. Под ней на тумбочке оказалась картонка с прикрепленным к ней листом бумаги.

" Экспериментальный институт клонирования, имени Александрова Николая Александровича"

Кроме оглавления на нем ничего больше не было, и я бросил картонку обратно, потянув на себя ручку двери и вываливаясь в коридор.

Тишина. Нет никого и ничего. Только белые стены, кое-где испачканные чем-то красным, и бесконечная череда дверей. Я, судорожно сжимая в руке найденный в комнате скальпель, пошлепал на подгибающихся ногах к вращающимся дверям вестибюля. Так никого и не встретив, я толкнул их, вываливаясь на улицу. И тут я замер уже на долго. В отличие от царившей в центре клонирования стерильной чистоты, на улице был настоящий хаос. Нет, никто не бегал с воплями по улице. Живых вообще видно не было, но на дороге стояло несколько десятков помятых, частично сгоревших машин. Перевернутый автобус, пустая милицейская машина, пожарный кран, въехавший раздвижной лестницей в стену соседнего дома. Все было завалено бумагой и разнообразным мусором. Холодный ветер гонял и крутил его по всей мостовой. На единственной работающей рекламной панели застыло изображение кого-то сильно смахивающего на зомби с броским заголовком над ним: "Мертвые умеют ходить".

Я, вертя во все стороны головой, сполз вниз по ступеням, заглянул в открытую полицейскую машину. То, что я там нашел, меня несколько удивило: древний дробовик. Я такие только в старых фильмах видел.

— Ну, что ж, — я вытащил его и передернул затвор, — ты хотел поиграть? Давай поиграем!


Что наша жизнь — Игра!


***


23.05.2022. — 13.11.2022

Серия книг Клан Дятлов (03. 09. 2017 — 13.11.2022) написана по просьбе моего сына Дмитрия (он же Пофиг), как подарок ему на двадцатилетие.

Спасибо моей музе за поддержку во время всех этих лет и читателям, не давшим угаснуть этому моему внезапному начинанию.


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Послесловие