КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 400487 томов
Объем библиотеки - 524 Гб.
Всего авторов - 170305
Пользователей - 91020
Загрузка...

Впечатления

Гекк про Бердник: Пути титанов (полная версия) (Космическая фантастика)

Дедуля убивал авторов, внучок коверкает тексты. Мельчают негодяйцы...

Рейтинг: +2 ( 3 за, 1 против).
ZYRA про Бердник: Пути титанов (полная версия) (Космическая фантастика)

Судя по твоим комментариям, могу дать только одно критическое замечание-не надо портить оригинал. Писатель то, украинский, к тому же писатель один из основателей Украинской Хельсинкской Группы, сидел в тюрьме по политическим мотивам. А мы, благодаря твоим признаниям, знаем, что твой, горячо тобой любимый дедуля, таких убивал.

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
Stribog73 про Бердник: Пути титанов (полная версия) (Космическая фантастика)

Ребята, представляю вам на вычитку 65 % перевода Путей титанов Бердника.
Работа продолжается.
Критические замечания принимаются.

2 ZYRA
Ты себя к украинцам не относи - у подонков нет национальности.
Мой горячо любимый дедуля прошел две войны добровольцем, и таких как ты подонков всю жизнь изводил. И я продолжу его дело, и мои дети , и мои внуки. И мои друзья украинцы ненавидят таких ублюдков, как ты.

2 Гекк
Господа подонки украинские фашисты. Не приравнивайте к себе великого украинского писателя Олеся Бердника. Он до последних дней СССР оставался СОВЕТСКИМ писателем. Вы бы знали это, если бы вы его хотя бы читали.
А мой дедуля убивал фашистов, в том числе и украинских, а не писателей. Не приравнивайте себя и себе подобных к великим людям.

Рейтинг: +1 ( 4 за, 3 против).
ZYRA про Юрий: Средневековый врач (Альтернативная история)

Начал читать, действительно рояль на рояле. НО! Дочитав до момента, когда освобожденный инженер-китаец дает пояснения по поводу того, что предлагаемый арбалет будет стрелять болтами на расстояние до 150 МЕТРОВ, задумался, может не читать дальше? Это в описываемое время 1326 года, притом что метр, как единица измерения, был принят только в семнадцатом веке. До 1660года его вообще не существовало. Логичней было бы определить расстояние какими нибудь локтями.

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
Stribog73 про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

2 ZYRA & Гекк
Мой дед таких как вы ОУНовцев пачками убивал. Он в НКВД служил тоже, между войнами.
Я обязательно тоже буду вас убивать, когда придет время, как и мои украинские друзья.
И дети мои, и внуки, будут вас убивать, пока вы не исчезнете с лица Земли.

Рейтинг: +2 ( 5 за, 3 против).
Гекк про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

Успокойтесь, горячие библиотечные парни (или девушки...).
Я вот тоже не могу понять, чего вы сами книжки не пишите? Ну хочется высказаться о голоде в США - выучил английский, написал книжку, раскрыл им глаза, стал губернатором Калифорнии, как Шварц...
Почему украинцы не записывались в СС? Они свободные люди, любят свою родину и убивают оккупантов на своей земле. ОУН-УПА одержала абсолютную победу над НКВД-МГБ-КГБ и СССР в целом в 1991, когда все эти аббревиатуры утратили смысл, а последние члены ОУН вышли из подполья. Справились сами, без СС.
Слава героям!

Досадно, что Stribog73 инвалид с жалкой российской пенсией. Ну, наверное его дедушка чекист много наворовал, вон, у полковника ФСБ кучу денег нашли....

Рейтинг: -2 ( 3 за, 5 против).
ZYRA про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

stribog73: В НКВД говоришь дедуля служил? Я бы таким эпичным позорищем не хвастался бы. Он тебе лично рассказывал что украинцев убивал? Добрый дедушка! Садил внучка на коленки и погладив ему непослушные вихры говорил:" а расскажу я тебе, внучек, как я украинцев убивал пачками". Да? Так было? У твоего, если ты его не выдумал, дедули, руки в крови по плечи. Потому что он убивал людей, а не ОУНовцев. Почему-то никто не хвастается дедом который убивал власовцев, или так называемых казаков, которых на стороне Гитлера воевало около 80 000 человек, а про 400 000 русских воевавших на стороне немцев, почему не вспоминаешь? Да, украинцев воевало против союза около 250 000 человек, но при этом Украина была полностью под окупацией. Сложно представить себе сколько бы русских коллаборационистов появилось, если бы у россии была оккупирована равная с Украиной территория. Вот тебе ссылочки для развития той субстанции что у тебя в голове вместо мозгов. Почитаешь на досуге:http://likbez.org.ua/v-velikuyu-otechestvennuyu-russkie-razgromili-byi-germaniyu-i-bez-uchastiya-ukraintsev.html И еще: http://likbez.org.ua/bandera-never-fought-with-the-germans.html И по поводу того, что ты будешь убивать кого-там. Замучаешься **овно жрать!

Рейтинг: -3 ( 3 за, 6 против).

Дивный ангел (fb2)

- Дивный ангел (пер. Юлия Александровна Илиади) (и.с. Откровение) 957 Кб, 280с. (скачать fb2) - Кэт Мартин

Настройки текста:



Кэт Мартин Дивный ангел

Глава 1

Сан-Франциско, 1872 год

Джейк Вестон убрал ноги с письменного стола и встал. Порывшись в карманах, он вынул монетку и вручил мальчику-посыльному с телеграфа.

– Спасибо, мистер Вестон, – просиял парнишка, обрадованный его щедростью, и попятился к выходу.

За ним захлопнулась дверь, на матовом стекле которой было каллиграфическим почерком выведено имя Джейка Вестона. Всего два дня назад адвокат принес Джейку весть о том, что покойный Генри Таггарт завещал ему значительный пай в своем бизнесе – сорок девять процентов, почти половину.

Внизу, на первом этаже, кто-то бренчал на расстроенном пианино, доносились пронзительный женский смех и веселые голоса. Контора находилась прямо над салуном. В течение последних четырех лет Джейк работал управляющим у Таггарта. Впрочем, сказать «управлял делами» – значит выразиться не совсем точно, лучше было бы сказать «ворочал». Подумав об этом, Джейк усмехнулся.

Он не спешил читать телеграмму. Джейк прекрасно знал, от кого она. Аккуратно вскрыв конверт ножом, достал листок, повертел в руках, потом вернулся на свое место, водрузил ноги на стол и только тогда принялся читать:


«Дорогой Джейк!

Я потрясена вестью о смерти отца. Хотя мы с вами никогда не встречались, я все же уверена, что вы сможете временно взять на себя руководство делами. Пожалуйста, не хороните отца до моего приезда в Сан-Франциско.

С наилучшими пожеланиями, Джесси Таггарт».


Озадаченно почесав затылок, Джейк достал сигару и нервно откусил конец. «Чертова дурища!» – подумал он и чиркнул спичкой о подошву ботинка. Меньше всего он ожидал, что эта Джессика Таггарт притащится сюда из Бостона. Конечно, после смерти отца она стала наследницей доли в пятьдесят один процент, она его, Джейка, партнер, это факт, который невозможно игнорировать. Но не собирается же эта девчонка заниматься бизнесом!

Дверь приоткрылась, и в контору заглянул Руперт Скроггинс, бармен.

– Эй, босс! – Он покачал головой. – Похоже, тебя пригласили на вечеринку к самому дьяволу?

– Хуже, Руперт, – ответил Джейк мрачно. – Приезжает дочка Генри. Не хватало, чтобы школьница учила нас, как вести дела в салуне и борделе.

«Да и соваться в дела компании по грузовым перевозкам ей тоже не следует», – добавил он про себя.

– Не волнуйся, босс! Уж со школьницей ты, думаю, справишься, – заверил его Скроггинс.

– Я иду в телеграфное агентство, Руперт, присмотри тут за всем до моего возвращения.

Спустившись вслед за толстяком барменом в «Дивный ангел», Джейк протиснулся между карточными столами к двери.

Путь его лежал через улочки и переулки, где проживали выходцы из разных частей света, представлявших национальные меньшинства. Вот Китайский квартал, за ним улица, где обосновались эмигранты из Италии, дальше домишки перуанцев-шахтеров. Все они ехали сюда, в Калифорнию, в надежде на удачу.

В конторе телеграфного агентства «Вэллс и Фарго» Джейк написал следующую телеграмму Джессике Таггарт:


«Дорогая Джесси!

Сохранить тело отца до вашего приезда не представляется возможным. Сделаю все, что необходимо, сам, приезжать не требуется. Поездка тяжелая, слишком тяжелая для женщины. Ценные бумаги перешлю, деньги переведу. Жду ответа.

Джейк Вестон».


Ответ пришел еще до полуночи. Джейк прочел телеграмму, сидя в баре, и помрачнел еще больше.


«Дорогой мистер Вестон!

Я приеду через двенадцать дней. Для ведения дел наняла Хораса Мак-Кафферти, эсквайра, адвоката из вашего города. Ничего не предпринимайте, повторяю, ничего не предпринимайте до моего приезда. Тело отца засыпьте солью и пеплом, храните в леднике. Я буду, повторяю, обязательно буду присутствовать на похоронах. Надеюсь, вы оправдаете доверие моего отца.

Ваш работодатель

мисс Джессика Таггарт».


Руперт Скроггинс, заглянув через плечо Джейка, рассмеялся:

– Вам придется занять оборону, босс. Похоже, с ней шутки плохи!

Джейк встал.

– Ты бы лучше занялся делом! – бросил он и отправился наверх в контору.

Выкурив сигару, он улыбнулся. Двенадцать дней пути через леса, пустыни, горы и реки! Да к тому времени, как эта заносчивая финтифлюшка доедет до Сан-Франциско, от ее спеси и следа не останется. С радостью продаст свою долю первому, у кого найдутся деньги. А уж Джейк постарается быть именно этим первым и откупит у нее и «Дивный ангел», и другие акции Генри Таггарта.


Джессика Таггарт подобрала подол своего черного платья и, поднявшись по ступенькам, бросила с подножки вагона последний взгляд на платформу бостонского вокзала, запруженную крикливыми торговцами, носильщиками с нагруженными тележками, суетящимися пассажирами.

Несмотря на скорбную цель поездки, она все же испытывала приятное волнение, какое всегда охватывало ее в предчувствии путешествия.

– Вашу сумку, мисс?

Проводник в черной униформе взял дорожный кофр и проводил ее на место. Чемоданы Джесси отправила багажом.

– Вы до самой Калифорнии? – поинтересовался проводник, компостируя ее билет. – Далековато для такой молодой леди!

Джесси постаралась подавить раздражение. В конце концов, этот человек всего лишь пытается поддержать разговор, а не читает нравоучения…

– Уверяю вас, я прекрасно знаю, что меня ожидает.

Проводник ухмыльнулся, словно хотел сказать: «Это мы еще посмотрим!»

– Если что-нибудь понадобится, мисс, обращайтесь.

И, поклонившись, обратился к джентльмену, сидевшему слева от Джессики.

Как и другие пассажиры салон-вагона, этот мужчина был модно одет. Поймав на себе взгляд молодой спутницы, он улыбнулся ей, но та сразу же отвернулась и стала смотреть в окно. Правда, при этом заправила выбившуюся прядку под шляпку из черного бархата.

Дав несколько свистков, окутанный клубами дыма «Пасифик экспресс» медленно двинулся вдоль платформы. Джесси приходилось уже путешествовать с отцом, когда он торговал на восточном побережье, иногда ее брала с собой в поездки мать (два года назад бедняжка умерла). Но они никогда не позволяли себе роскоши, и первым классом Джесси ехала впервые. А почему бы и нет? Она может себе это позволить – отец был состоятельным человеком.

При воспоминании об отце у Джесси ком подступил к горлу. Они не виделись три года, но чувство утраты было так же остро, как если бы они расстались вчера.

У отца неплохо шли дела и в Бостоне, но в Сан-Франциско ему удалось достичь больших успехов.

– Я полюбил Запад, – признался он однажды Джесси. – Эти края по мне. А твоей матери по душе Бостон, она больше нигде не будет счастлива.

По правде говоря, именно из-за страсти Таггарта к приключениям (если не сказать, авантюрам) они и расстались с Бернис, матерью Джессики.

Детство Джесси было омрачено частыми ссорами родителей. Мама без конца злилась на отца и незаслуженно его оскорбляла. Он же, лишенный семейного счастья, тем не менее всегда старался, чтобы жена и дочь не знали ни в чем нужды. Джесси имела возможность посещать лучшие школы, модно и дорого одеваться. Обосновавшись па Западе, отец стал присылать ей письма, в которых с гордостью рассказывал о своих успехах. Дела его пошли в гору. Отец обещал, что позволит Джесси приехать к нему, как только она окончит школу.

Но писал он, по ее мнению, редко, и Джесси ужасно скучала по отцу. Читаные-перечитаные листочки истерлись и порвались на сгибах. Они были дороги Джесси как залог осуществления мечты, как символ будущего: вот куда она убежит из опостылевшей бостонской школы – Академии миссис Симпсон. Ей не хватало свободы, не хватало радостей жизни, которые она вкусила во время встреч с отцом. Мать держала ее в строгости, отец же развивал в дочери чувство независимости. Он не только брал ее с собой в поездки по стране, от Мэна на севере до Южной Каролины, но и посвящал в свои дела. В десять лет Джесси уже умела делать сложные вычисления не хуже любого бухгалтера и частенько давала отцу советы, как получить прибыль.

Через месяц после своего восемнадцатилетия и за три недели до выпуска из школы Джесси получила известие о смерти отца. Их мечте быть вместе не суждено было осуществиться… Но он позаботился о том, чтобы обеспечить дочку, – оставил пятьдесят один процент акций «Таггарт энтерпрайзис». Джесси не имела никакого представления о том, чем именно занимается компания и каков оборот предприятий, а потому собиралась как можно скорее все выяснить.

Почему-то Джесси была уверена, что при хорошей постановке дела фирма «Таггарт энтерпрайзис» будет процветать, и не важно, что там происходит сейчас. Она решила принять вызов судьбы и попробовать свои силы. Жаль только, что рядом не будет отца…

Поезд постепенно набирал скорость, и Джесси, преодолев печаль и скорбь, решила в который раз перечитать телеграмму от Джейка Вестона. И ее снова разобрала злость.

Да как он смеет? Неужели этот Вестон решил, что она круглая дура? Она не позволит, чтобы к ней относились как к пустому месту. Отец, может, и доверял этому типу, но она не станет вот так запросто вверять ему судьбу компании. А вдруг он обкрадывал отца?!

Джесси распрямила плечи. Еще посмотрим, кто кого. И если Вестон думает, что легко возьмет верх, его ждет большой сюрприз.

Одно она знала точно: что бы там ни уготовил ей неведомый Запад, Джессика Таггарт способна сама позаботиться о себе и своем будущем. И никто – а тем более Джейк Вестон – не сможет ей помешать.

Глава 2

У Джейка Вестона была прекрасная лошадь и дюжина грузовых фургонов. Но для поездки на причал Эмбаркадеро он решил взять напрокат экипаж. Для леди фургон не подходит – неудобно залезать. Джейк не терял надежды, что Джессика Таггарт – настоящая леди.

Паром из Ричмонда, где находится конечная станция железной дороги, должен причалить через двадцать минут, и Джейк спешил – опаздывать не в его правилах. Он выбрал просторный кабриолет, учитывая, что придется разместить еще и багаж – один-два чемодана, в зависимости от того, надолго ли пожаловала девица. От этой мысли у него стало тоскливо на душе.

О Джессике он знал мало, так как Генри не очень-то распространялся о своей семье. Тем не менее, судя по счетам за обучение и наряды, было ясно, что отец не жалел на нее денег. Генри высоко ценил свое чадо, считая дочку лучшей представительницей женского пола.

– Дорогой мой, милочка Джесси заслуживает всего самого лучшего, что есть на свете, – сказал он как-то.

Генри был строг с подчиненными и спрашивал с них за малейшую провинность, но Джейк подозревал, что дочери тот прощал абсолютно все. Что можно ждать от избалованной девчонки? Одни неприятности.

Подхлестнув лошадь, Он, чертыхаясь про себя, погнал во весь опор к причалу. Джейк мог, конечно, поехать в Ричмонд, чтобы встретить девушку на вокзале, но, получив вызывающую телеграмму, выбросил эту мысль из головы. Джессика Таггарт – всего-навсего возомнившая о себе невесть что школьница, и относиться к ней следует соответственно. Главное – с самого начала взять правильный тон.

Поставив кабриолет неподалеку от причала, Джейк раскурил сигару, с удовольствием затянулся и улыбнулся. После столь утомительной поездки девчонка чертовски устанет, а значит, будет не в состоянии навредить ему.

Развалившись на сиденье, он наблюдал, как грузчики-китайцы тащат огромные тюки на корабль. Еще несколько кораблей ожидало разгрузки, небольшой бриг готовился к отплытию, а вдали на рейде стоял на якоре трехмачтовый клипер – этот скорее всего вот-вот отправится обратно в Новую Англию.

Лет двадцать назад гавань была запружена заброшенными кораблями – паруса спущены, на палубах пусто. Крепкие морские суда, способные выдержать самые трудные походы, ветшающие за ненадобностью. То было время, когда все бросились искать золото. Даже старик Таггарт – тогда капитан и владелец одного из бригов – решил поставить судно на якорь и отправиться в горы. Да у него и выбора не было – собрать команду в Сан-Франциско было невозможно.

Наконец вдалеке показался паром. Вспенивая воду ярко-красными лопастями колес, он медленно приближался.

Последние две недели Джейк был ужасно занят – собирал долги. В свой замечательный зеленый с золотом сейф, стоявший в углу конторы, он припрятал ни много ни мало двадцать тысяч долларов наличными – в два раза больше, чем понадобится, чтобы выкупить долю Джесси Таггарт в «Дивном ангеле». Но Джейк надеялся прибрать к рукам еще и компанию по грузовым перевозкам.

Что его вовсе не интересовало, так это принадлежащие компании малотоннажные баржи, хотя они приносили немалую прибыль старику Таггарту. На этих суденышках Джейка страшно укачивало, он же ни за какие коврижки не согласился бы заниматься тем, что не способен контролировать. Возможно, удастся решить дело так: Джесси отдаст ему свою половину компании частично за деньги, частично за баржи, или он эти баржи продаст. В таком случае он получит и деньги, и салун, и грузовую компанию и благополучно избавится от юной партнерши по бизнесу.

Бело-красный паром пронзительно засвистел, круто поворачивая и приближаясь к причалу. К месту швартовки заспешили китайцы-грузчики.

Джейк заметил, что возле его кабриолета остановились два приличных экипажа, но не стал выяснять, кто подъехал, а ловко спрыгнул на землю и направился навстречу прибывшим пассажирам. Докурив на ходу сигару, он небрежно бросил окурок в воду.

Джейк стоял в сторонке и внимательно всматривался в толпу. Как-то раз он видел у Генри старенький дагерротип с изображением Джессики, но там она была совсем девочкой, лет па десять моложе, чем сейчас. Девчушка на портрете была пухленькой, и Джейк представлял себе свою партнершу толстухой. Увидев в толпе похожее, на его взгляд, лицо усталой молодой женщины, он даже подался вперед, но тут заметил ее белокурые волосы. Джесси брюнетка, это он знал точно, кроме того, она вряд ли отправится в такое путешествие одна, скорее всего возьмет с собой престарелую тетушку или наймет компаньонку, что для приличной дамы из Бостона вполне естественно.

Палуба парома почти опустела, и только тут Джейк заметил молодую женщину, стоявшую у выхода. Вот она нагнулась, подхватила коричневый кофр и медленно двинулась по трапу. Из-под аккуратной шляпки выбились темно-каштановые пряди, только лица из-под полей не разглядеть.

Черное платье запылилось и изрядно помялось, что немудрено после долгого пути, но тем не менее сразу видно, что у девушки хорошая фигура – тонкая талия, крутые бедра, плотно облегающий лиф подчеркивает красивую грудь. Глядя, как она идет, Джейк не удержался и улыбнулся – хороша, черт возьми… Да, вот теперь видно и лицо – нежная белая кожа, тонкие правильные черты… Забыв обо всем, Джейк с восхищением наблюдал за девушкой, и только когда она отдала кофр носильщику, очнулся и поспешил ей навстречу.

Джейк был потрясен: если это Джессика Таггарт – а скорее всего так и есть, больше никаких молодых леди вокруг не видно, – то где же следы усталости на ее лице? Он ведь надеялся, что девушка будет с ног валиться!.. Правда, если бы это произошло, он с удовольствием подхватил бы ее.

Джессика это или нет? Судя по запыленной одежде, девушка приехала издалека и все вроде бы сходится…

Но тут девушку остановил кто-то из пассажиров – спутник се, что ли? – высокий, статный блондин… Да это же Рене Ла Порт! Он вежливо снял шляпу и что-то говорит ей, что – Джейк никак не мог расслышать. Девушка весело рассмеялась. Нет, не может эта девица быть Джесси Таггарт! Не могла дочь старика Генри отправиться одна в длительное путешествие и в поезде водить компанию с незнакомыми мужчинами вроде Рене Ла Порта!

Этот Ла Порт – завсегдатай «Дивного ангела», конкурент Джейка по грузовым перевозкам – считался дамским угодником. Джейк слышал, что тот отправился по делам в Рено. Значит, ехал он с этой девушкой всего несколько часов, не дней.

Все еще не совсем уверенный в том, что именно ее он встречает, Джейк подошел ближе. Теперь он увидел, насколько она хороша – изумрудно-зеленые огромные глаза, розовые щеки, полные красивые губы. При других обстоятельствах Джейк бы просто стоял и любовался ею, но сейчас важнее все выяснить. Не успел он что-либо предпринять, как вдруг перед девушкой возник Хорас Мак-Кафферти. Держа в руках шляпу, он низко поклонился.

– Мисс Таггарт, – сказал адвокат, улыбаясь во все тридцать два зуба, – я Хорас Мак-Кафферти.

Не успела она и слова сказать, как Джейк выступил вперед и, сняв свою белую шляпу, протянул ей руку:

– А я – Джейк Вестон. Рад, что вы благополучно доехали. У меня тут рядом кабриолет…

– Я заказал экипаж, как вы просили, мисс Таггарт, – вмешался Мак-Кафферти, бросив на Вестона недружелюбный взгляд, и вновь лучезарно улыбнулся Джессике.

Джейк про себя чертыхнулся: этот адвокат известен своими темными делами, каким образом Джесси Таггарт его разыскала, находясь за три тысячи миль отсюда?

– Рада встрече с вами обоими, – сдержанно ответила Джесси и руки Джейку не подала. – Я не ожидала, что вы придете меня встречать, мистер Вестон. Сообщила вам дату приезда, соблюдая формальности, а вовсе не желая обременять вас.

– В этом районе города – Тендерлоне – молодой женщине появляться небезопасно, Джесси, – пояснил Джейк, надевая шляпу. – Кроме того, я посчитал, что мы с вами сразу обсудим наши дела.

Он заметил, что она вся напряглась, когда он назвал ее по имени. Ну и хорошо. Пусть с самого начала знает, кто здесь главный, несмотря на все ее проценты!

– Мистер Мак-Кафферти занимается моими делами, мистер Вестон, – заявила она, холодно улыбаясь. – Всеми, кроме подготовки похорон, это я поручила вам.

– Похороны состоятся через три часа. Я все рассчитал, даже с учетом опоздания поезда. Но вы приехали как раз вовремя.

– Через три часа? Как же я смогу… Мне надо привести себя в порядок! Нет, надо отложить!

– Мы и так затянули с этим. В городе существуют определенные порядки на сей счет. Ваш отец будет похоронен через три часа, независимо от того, придете вы на церемонию или нет.

Джесси поджала губы.

– Тогда мне надо идти, – сказала она и взяла под руку угодливого Мак-Кафферти. – Вас не затруднит сопровождать меня на похороны? – спросила она его тоном, не допускающим возможности отказа.

– Конечно, – ответил тот. – Служба будет проходить в соборе Святого Иосифа, если верить газетам.

– Все так, – подтвердил Джейк. – Но я думаю, что вам лучше позволить мне сопровождать вас, Джесси. Вы зря выбрали мистера Мак-Кафферти своим адвокатом, лучше бы вам консультироваться с адвокатом вашего отца мистером Йенсеном.

– Насколько мне известно, мистер Йенсен представляет ваши интересы, мистер Вестон.

– Да, но…

– Тогда, как я уже говорила, мистер Мак-Кафферти будет представлять мои. Он был настолько любезен, что прислал мне в Академию телеграмму и предложил свои услуги, и я согласилась.

Джейк задумался над тем, каким образом Хорас отыскал Джесси, но потом сообразил, что именно Академия является самой дорогой школой в Бостоне.

– Я подготовил все, что нужно, – добавил Мак-Кафферти, снова злобно глянув на Джейка, и собрался уже идти.

– Минуточку, – заявил тот, преграждая ему дорогу. – Запомните: вы мне не нравитесь, и я никогда не питал к вам доверия. А что касается вас, мисс Таггарт, то вам нужно многое обсудить со мной.

– Я ухожу со своим адвокатом, – отрезала она и двинулась вперед, потянув за собой Мак-Кафферти.

– Вам заказан номер в «Палас-отеле», – сообщил тот, и Джесси одобрительно кивнула.

Джейк провожал их взглядом и чувствовал, как в нем закипает ярость. Ему ужасно хотелось схватить этого адвокатишку за шкирку и швырнуть в море, но, похоже, придется подождать и расквитаться с ним позже.

Тут Джесси вдруг оглянулась:

– Вот еще что. Насчет обсуждения наших дел. Я буду рада встретиться с вами завтра. Может быть, за ужином?

– Прекрасно, – буркнул Джейк.

– Мы могли бы поужинать вместе в ресторане.

– В каком ресторане? – поинтересовался он, едва сдерживаясь, чтобы не взорваться.

– Как в каком? В нашем, конечно, – с улыбкой сообщила Джесси, – в «Дивном ангеле». Надеюсь, у вас там все в порядке, мистер Вестон? Вот я и посмотрю.

Тут уж Джейк чуть не расхохотался. Ресторан? Нет, надо же, старик Генри сказал дочери, что владеет рестораном! Можно лопнуть со смеху. Но засмеяться он себе не позволил, лишь ухмыльнулся.

– Будьте любезны, мистер Вестон, позаботьтесь о моих чемоданах, – горделиво приосанясь, распорядилась Джесси, да еще таким тоном, каким разговаривают со слугами.

Тут Джейку стало не до смеха. Ответил бы ей как следует, но тут его осенила идея, как устроить ей этот ужин в «Дивном ангеле», и он только кивнул.

– Я отправлю ваши вещи в отель, мисс Таггарт, – сказал он, недобро улыбнувшись. – И я буду счастлив устроить для вас ужин завтра в «Дивном ангеле». Дамы будут в восторге, как же, познакомятся с новой владелицей. – И, не сдержавшись, хохотнул.

Прелестное личико Джесси стало серьезным и даже строгим.

– Не понимаю, что вы нашли в этом смешного, мистер Вестон… Вы ведете себя просто невежливо, даже грубо.

Джейк хотел было сгладить неловкость, но в этот самый момент над его головой пролетела чайка и совершенно бессовестным образом нагадила прямо на белую шляпу. Сняв шляпу, он хмуро глянул на Джесси и произнес ядовито:

– Напротив, мисс Таггарт, это ваше ко мне отношение оставляет желать лучшего.

– Похоже, все Божьи создания относятся к вам одинаково, – иронически заметила она и, подойдя к экипажу, бросила небрежно: – Держите связь с мистером Мак-Кафферти.

Адвокат помог ей сесть в экипаж, неуклюже залез туда сам, и кучер хлестнул лошадь.

Джейк выругался и швырнул шляпу в воду. «Господь создал женщин, мулов и адвокатов с единственной целью – изводить нормальных мужчин!» – подумал Джейк. Он приказал носильщикам погрузить чемоданы Джесси в кабриолет, нанял матроса с парома, чтобы тот отвез груз в отель и вернул повозку в платную конюшню, а сам отправился в «Дивный ангел».

Свежий ветерок с моря помог немного остыть и прийти в себя. Джейк твердо решил не сдаваться, пусть Джессика Таггарт и выиграла первый кон, но победителем выйдет он, в этом и сомнения быть не может. Завтра вечером – новая партия, и все козыри будут у него.

А пока что ему предстоит отправиться на похороны Генри Таггарта, который был и отличным боссом, и хорошим другом. Так получилось, что приходится прощаться с ним дважды за эти две недели… Что ж, жизнь продолжается.


Джесси в изнеможении откинулась на спинку сиденья и подумала: «Вот испытание Господне! Этот человек оказался просто хамом!» Она несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Джейк Вестон вывел ее из равновесия, особенно тем, что был так красив! Высокий, крепкий, мужественный, но при этом высокомерный, надменный, властный и ужасно грубый!

– Мисс Таггарт? – услышала она вкрадчивый голос Хораса Мак-Кафферти. – Нам стоило бы обсудить кое-что еще до того, как вы встретитесь с мистером Вестоном.

– Хорошо, мистер Мак-Кафферти. Давайте завтра. Часа в четыре дня.

– Я-то надеялся, что мы сможем поговорить сегодня, – настаивал тот, заметно нервничая.

– Боюсь, что это абсолютно невозможно. Вы же понимаете – похороны. Завтра поговорим, – решительно заявила Джесси.

Встречный ветер играл перьями ее шляпки, одно упрямое перышко болталось перед глазами, и Джесси не задумываясь оторвала его и выбросила. Мак-Кафферти только покачал головой, очевидно, не одобряя подобных девичьих выходок.

– Далеко еще до отеля? – спросила Джесси, зевнув.

– Нет, вон там, на холме. Я настоятельно просил для вас номер с видом на бухту.

– Очень предусмотрительно с вашей стороны, такой красивый город.

Она оглянулась – порт остался далеко внизу, и паром, отходивший от причала, казался игрушечным.

– Может быть, завтра мы совершим небольшую прогулку, – предложил Мак-Кафферти, – и я покажу вам город? После нашей встречи, конечно. Вот, – он порылся в карманах и достал визитную карточку, – тут мой адрес. Дадите кучеру, и он доставит вас прямо ко мне.

Экипаж подъехал к отелю – импозантному трехэтажному зданию из серого камня. Мак-Кафферти быстро выбрался из экипажа и поспешил подать Джесси руку.

– Я провожу вас в номер, – сказал он.

– Спасибо, не нужно, – отказалась она, взяла кофр и протянула адвокату руку, прощаясь. – Увидимся днем, мистер Мак-Кафферти.

– Я заеду за вами в два часа. Джесси кивнула, и он откланялся.

– До скорой встречи.

Стараясь держаться прямо, чтобы не показать, насколько она устала, Джесси толкнула массивную дверь и вошла в холл отеля, устланный толстым мягким восточным ковром. Отметив богатую и стильную обстановку – диванчики, обитые зеленым бархатом, полированные красного дерева столы, пальмы в кадках, зеркала и дорогие хрустальные люстры, – Джесси направилась к портье. Ее номер был готов, и бой в униформе повел Джесси по широкой мраморной лестнице на второй этаж. Он держался учтиво, но неодобрительно косился на ее грязную, помятую одежду. Когда же Джесси сообщила, что вот-вот должны доставить ее багаж, и заказала ванну, бой оживился – гостья при деньгах.

Закрыв за ним дверь, Джесси устало прислонилась спиной к косяку, не в силах сдвинуться с места. Слава Богу, наконец она в Сан-Франциско! Еще один день в поезде, и она бы просто не смогла шевелиться – все тело ломило, голова раскалывалась. За время поездки пришли в негодность несколько платьев, специально приготовленных для путешествия, теперь они мятые и грязные, хоть выбрасывай. Джесси ехала в пульмановском спальном вагоне, но не было ночи, когда ей удалось бы как следует выспаться, а днем от недостатка движения затекали ноги и руки. В общем, такой разбитой и измученной она не чувствовала себя никогда, и можно было только догадываться, чего ей стоило легкой поступью сойти с парома и выдержать встречу с Хорасом Мак-Кафферти, не говоря уже о Джейке Вестоне.

Какое невезение, однако! Она надеялась, что до встречи с партнером у нее будет пара дней. За это время она бы отдохнула, привела себя в порядок, отдала почистить и погладить платья… Так нет, этот Вестон явился встречать ее прямо на причал! Да еще и похороны сегодня! Все этот гадкий тип подстроил нарочно. Знал же прекрасно, как она устанет после путешествия, – и что же? Злорадствует, заставляя бедную девушку мучиться. Внезапно Джесси улыбнулась – а ведь это у нее пятьдесят один процент против его сорока девяти! А он ведет себя как главный. Нет, она покажет ему, кто здесь босс, понравится ему это или нет.

И в телеграмме, и сегодня при встрече Вестон пытался взять над ней верх. Ему это не удалось, кажется, не удалось. Но тем не менее он расстроил ее планы, не дал отдохнуть… Но что это с ней? Этому Вестону удалось так рассердить ее, что она забыла о предстоящих похоронах отца! Конечно же, это самое главное, об отдыхе можно и забыть на время.

Тяжело вздохнув, Джесси хотела переодеться в голубой шелковый халат, но тут как раз двое слуг внесли большую медную ванну и наполнили ее горячей водой. Горничная помогла раздеться и приготовить все принадлежности для мытья. Наконец Джесси блаженно вытянулась в ванне, чувствуя, как постепенно расслабляется тело. Веки отяжелели, и глаза закрылись сами собой. В полудреме она снова вспомнила Джейка Вестона. Совсем не ожидала, что он такой – да, приходится признать – молодой и красивый. Слишком красивый. Судя по тону телеграммы, она представляла себе пожилого зануду с лысиной и злыми глазками. И что же она видит по приезде? Высокого, подтянутого, привлекательного молодого человека с отличной фигурой – широкие плечи, узкие бедра. Лицо с мужественными чертами, загорелая кожа, волнистые черные волосы и голубые глаза. Таких она в Бостоне не встречала…

Джесси нахмурилась: красив, но характер скверный – какая надменность, упрямство, командный тон в разговоре с женщиной. Нет, он совсем не такой, каким был отец. Тот всегда относился к ней как к равной, даже когда Джесси была маленькой девочкой. Папа считал, что женщины ничем не хуже мужчин, не ниже их по положению, уму, способностям, и в дочку вселил уверенность в собственных силах, доверял ей и объяснял основы бизнеса. Благодаря ему она научилась выписывать счета, подсчитывать доходы и убытки, а кроме того, разбираться в ценных бумагах и векселях. Но главное, она унаследовала от отца деловую жилку, чутье и сметливость.

Школа, где училась Джесси, отличалась строгим уставом, но уровень преподавания был очень высокий, и на уроках она почерпнула много полезного. После смерти матери она была предоставлена самой себе. Отец был далеко. Да она и не привыкла жаловаться, так что справлялась с трудностями сама.

Потом пришло страшное известие о смерти отца, и невозможно передать, как Джесси переживала это горе. Она подумать не могла без слез о том, что сразу после смерти матери не переехала к нему, тогда они были бы все это время вместе. Джесси хотела, но отец настоял, чтобы она сначала окончила школу. Пришлось смириться.

Генри Таггарт был единственным человеком на свете, который ее понимал и принимал такой, какая она есть. Никогда не критиковал ее взгляды, никогда не старался переделать ее на свой лад. Мать хотела, чтобы дочка стала настоящей леди, вела себя прилично, скромно, не перечила, потом вышла бы удачно замуж и забыла про равноправие полов, перестала мечтать о любви, удовольствиях и приключениях. Генри, наоборот, поощрял ее интересы и увлечения, позволяя проявлять самостоятельность.

И вот она здесь, в Калифорнии, потому что отец доверил ей заменить его в делах, оставил ей свой бизнес. Так что придется ее компаньону усвоить то, в чем никогда не сомневался ее отец, – Джессику Таггарт нелегко запугать, и никто не смеет распоряжаться Джессикой Таггарт, кроме нее самой.

Придя к этому заключению, Джесси успокоилась и задремала в ванне.

* * *

Джейк пнул створки дверей салуна и направился прямо к стойке бара.

Руперт Скроггинс глянул на босса поверх очков.

– Можно подумать, что ты лишился любимой собаки, – заметил он.

– Не собаки, мечты! – мрачно поправил его Джейк. – Помнишь, как Генри описывал свою жену? Свирепая, ощерившаяся волчица! Так вот дочка его – это копия матери. – И он плюхнулся на табурет. – Дай-ка мне стаканчик чего-нибудь покрепче.

– А какова она внешне? – поинтересовался Руперт, не спеша наливая порцию виски.

Джейк залпом выпил и только потом пробормотал:

– Недурна.

– Что? Дурнушка? – не разобрал бармен.

– Красотка! Понял? Лучшая французская шлюха ей в подметки не годится, если хочешь сравнений! Но, черт подери, такая гнусная бабенка, помереть можно!

Руперт расхохотался и налил хозяину еще порцию.

– Да разве для тебя это проблема? Сроду не видал такой красотки, с которой бы ты не справился.

– Но хуже всего, – продолжал Джейк, не обращая внимания на похвалу, – ее адвокат. Знаешь, кого она наняла? Старого паскудника Мак-Кафферти!

– Вляпается она с ним в историю! Он ее облапошит как пить дать. Того и гляди, и тебе подпортит дело, – заметил Руперт.

– Уж он возле нее вертится, бес поганый. Нашла советчика, ничего не скажешь. Не удивлюсь, если он окажется в одной компашке со сторонниками закрытия борделей, – усмехнулся Джейк. – Кстати о борделях. Представляешь, старик Таггарт постеснялся поведать своей крошке правду о «Дивном ангеле». Наша мисс Бостон Таггарт думает, что является совладелицей ресторана!

– Ресторана? – прыснул Руперт. – Что ж, у нас подают пикули и соленые орешки.

– Тогда, шеф, готовься подать все это к столу, потому что мисс Джессика Таггарт прибудет завтра сюда ужинать.

– Нет! – У бармена отвисла от удивления челюсть. – Не может быть!

– Точно тебе говорю! Ужинать в лучшем борделе на побережье, понял? – воскликнул Джейк и загоготал. – И этот ужин заставит нашу принцессу Джесси забыть сюда дорогу, или я не Джейк Вестон!

– Ох ты, змей, – проворчал Руперт.

– Занимайся своим делом, дружище. И к твоему сведению, ты мне поможешь, понял?

Джейк щелкнул пальцами, подзывая бармена, и понизил голос:

– Найдешь Косоглазого Вонга. Он будет готовить яства. Скажешь, я хочу, чтобы он приготовил что-то вроде зеленого осьминога с красными водорослями. Он знает, он подавал это, когда мы с Генри присутствовали на собрании тонга… Там еще была какая-то птица на блюде с головой в перьях и с вытаращенными глазами… Я заказываю все, что он способен состряпать в этом роде.

Руперт выпрямился, поморщившись.

– Босс, ты что, хочешь напугать… нет, отравить девчонку? Эту дрянь и собака есть не станет, подавится. По мне, так лучше сожрать вонючий хвост скунса, чем эту пакость.

Джейк не слушал его.

– Соберешь всех девочек, и пусть они поприветствуют новенькую в «Дивном ангеле».

– Слушай, Джейк, – решительно заявил Руперт, – я не могу так поступить с настоящей леди, а дочка Таггарта – леди. Да она просто упадет в обморок… нет, ее хватит удар! Я не могу…

– Если ты не хочешь мне помогать, то эта мисс Принцесса потом будет каждый день проверять чистоту твоих стаканчиков. Если эта киска Бостон наложит свою лапку на наше заведение, ты будешь подавать чай и пирожные дамам из Общества защиты прав женщин. Усек? Никаких девочек тут не будет, их перевоспитают. Да и тебя, пожалуй, выгонят.

Испуганный Руперт, которому вовсе не хотелось лишиться работы и удовольствий (а он частенько развлекался с девочками), закивал головой.

– Ладно, я тебя понял. Где мне найти Вонга?

– Поспрашивай на Гранд-стрит. У тебя еще есть время до начала похорон. Мы закрываемся на весь день до позднего вечера и вывешиваем на двери траурный бант.

Глава 3

Джесси сразу увидела Джейка Вестона – он возвышался над толпой, загорелое лицо и голубые глаза моментально привлекали внимание.

Как только он вошел в церковь, гул голосов утих. В его облике было то, что отец называл «стержнем» – у такого человека есть в жизни цель, и он упорно идет к этой цели. Тут ей, конечно, судить трудно, но она не могла не заметить, что все относятся к Джейку с уважением и почтением. Вспомнив, как грубо он обошелся с ней, как надменно держался, как пытался подчинить своей воле, Джесси подумала, что люди могут его и побаиваться.

Но Джейк недолго занимал ее мысли, через минуту она и думать о нем забыла. Комкая в руках кружевной платочек и опустив на лицо густую черную вуаль, она смотрела на гроб с телом отца, изо всех сил сдерживая слезы. За две последние недели она уже привыкла думать о нем как об ушедшем в мир иной, однако сейчас при виде гроба особенно остро ощутила боль утраты.

Но тут в поле ее зрения вновь попал Джейк. Пройдя вперед, он стоял, склонив голову, перед гробом хозяина. Джесси вдруг захотелось, чтобы Вестон сел рядом с ней, но он повернул вправо и опустился на переднюю скамью, подальше от прохода.

Оглядев присутствовавших на похоронах, Джейк отметил, что тут собрались все друзья и знакомые Генри, а за эти годы их появилось немало.

На несколько мгновений взгляд его задержался на Джессике, словно он пытался угадать, о чем та думает.

К тому времени как появился священник, народу в церковь набилось много – у входа толпой стояли рабочие и матросы, а китайцы, мексиканцы и прочий цветной люд сгрудились перед кафедрой. Казалось, тут собрались представители всех национальностей многоликого города. Генри Таггарта любили все.

Джейк оглянулся на задние скамьи, туда, где в последнем ряду по правую сторону сидели все шестнадцать проституток из «Дивного ангела». Все одеты в черное, в шляпках с вуалью. Когда девочки вошли, в первых рядах послышался возмущенный ропот, впрочем, он скоро утих.

Потом взгляд Джейка выхватил Ток Лойхонга, высохшего старика в белом костюме (цвет траура у китайцев – белый) и в маленькой шапочке, из-под которой свисала длинная косичка. Тонкая жидкая борода старика доставала до середины груди. В следующем ряду за ним сидели два круглолицых крепких молодых китайца, которые то и дело подозрительно зыркали на двоих таких же крепких молодцев на противоположном конце скамьи. Все четверо были телохранителями и представляли два противоборствующих клана – китайские тонги, тайные организации, – один из которых возглавлял Ток Лойхонг, а другой – Чан Лисинг. Чан Лисинг (он же Чарли) был одет в дорогой черный костюм, волосы у него подстрижены по последней моде, в руках черный котелок.

Джейк был в курсе разделения власти в Китайском квартале и прекрасно знал обоих лидеров китайских тонгов. Ток Лойхонг, известный под кличкой Красный Шелк (со своими врагами он расправлялся при помощи красного шнурка), возглавлял тонг Гум Сан. Чарли Синг руководил организацией Союз портовых рабочих, сокращенно СПР, в которую входили китайцы, работавшие в порту Эмбаркадеро. Эта организация, заявленная как общественная, по сути тоже являлась тонгом, так как любая попытка организовать Союз китайских рабочих встречала сопротивление со стороны торговцев, банкиров и политиков Сан-Франциско.

Джейк пристально вгляделся в телохранителей, сидевших позади Ток Лоя и Чарли, зная, что в складках обычных накидок каждый из них прячет острый топорик. На время похорон объявлено перемирие, но оба предводителя тонгов поклялись на крови убить соперника, обвиняя друг друга в убийстве Генри Таггарта.

Извещая Джесси о кончине отца, Джейк не сообщил о причине трагедии. Генри страдал приступами мигрени и сердечными болями, и его внезапная смерть не вызвала у нее подозрений. Бедный старик умер не своей смертью – его удушили. Джейк не ожидал, что девушка приедет на похороны, и думал, она никогда ничего об этом не узнает. Он собирался рассказать ей правду при встрече в порту, но Джесси была так заносчива, так торопилась умчаться в гостиницу…

Однако рано или поздно придется поставить ее в известность, ведь шериф Айзек Хэндли может в любое время вызвать Джесси для дачи показаний – убийство не раскрыто. Тело Таггарта нашли на заднем дворе «Дивного ангела». На его шее был красный шнурок, а из груди торчал топорик – знаки обоих тонгов. Дерзкое убийство взбудоражило весь город, раздавались призывы выдворить китайцев из Сан-Франциско.

Джейк подумал, что все китайцы, пришедшие на похороны, и те, что в церкви, и те, что на улице, могут быть вооружены, поэтому похороны Генри того и гляди превратятся в схватку между тонгами.

Пока священник читал свою проповедь, Джейку вспомнилось, как он познакомился с лидерами тонгов. Генри, человек, начисто лишенный предубеждения против национальных меньшинств, отправляясь с партией старателей в свою первую экспедицию за золотом, нанял на работу нескольких китайцев. Рабочие ненавидели китайцев за трудолюбие и готовность пробираться в такие районы, куда белые идти отказывались, за их кажущуюся удачливость, за простой уклад жизни.

В те дни так называемые китайские погромы случались на золотых приисках довольно часто. Белые рабочие спьяну решали, что во всех их житейских неурядицах виноваты китайцы и в остервенении выдворяли китайские семьи за пределы лагеря. У китайцев не было юридических прав, и власти обычно закрывали глаза на подобные расправы. Даже если во время погрома случалось убийство, к судебной ответственности никого не привлекали.

Но Генри Таггарт относился к своим китайским рабочим с уважением и симпатией. Однажды он практически в одиночку встал на защиту китайцев от пьяных погромщиков. Те были настолько разъярены, что попытались отпихнуть хозяина в сторону. Тогда Генри выхватил «кольт» и пригрозил уволить всех к чертовой матери, если не прекратят бузу.

Вернувшись в Сан-Франциско, Генри еще не раз вступался за китайцев. С Чарли Сингом он познакомился, когда тот, раненный в ногу, спасаясь от преследования полицейских, пробрался с черного хода в «Дивный ангел» и спрятался у Шу Линг, одной из самых дорогих проституток борделя. Обнаруженный Таггартом, Чарли решил, что его песенка спета и хозяин заведения выдаст его полиции, но Генри, не видевший в попытке объединения китайских грузчиков ничего криминального, приютил их опального предводителя и разрешил ему переждать опасность на чердаке.

Чарли был обязан Таггарту жизнью, по китайской традиции он должен был выполнить любую просьбу своего спасителя, но Генри так ничего и не попросил, и теперь это обязательство распространялось на Джесси. Впрочем, она об этом не знала.

Всю службу Джесси просидела, словно окаменев и не издав ни звука. «Что за женщина? – подумал Джейк. – Действительно у нее тяжелый характер, или она просто хочет казаться властной и решительной?» Внутреннее чутье подсказывало ему – что-то здесь не так, но все в этой женщине удивляло его, и пока что он не мог ее раскусить. По крайней мере она не возражала против того, чтобы на церемонии присутствовали китайцы. Многих из белых обилие цветных в христианском храме – и тем более присутствие скорбящих проституток – возмущало, но никто не посмел и слова сказать. Казалось, даже мертвый, Генри Таггарт не утратил над ними власти.

Священник закончил читать молитву. Восемь мужчин – Руперт, Чарли, Ток Лой и пять местных политических деятелей – подняли и понесли гроб. Джейк шел впереди. Когда процессия поравнялась с Джесси, она встала и пошла за гробом. Чуть позади следовал Хорас Мак-Кафферти, а за ним плотной стеной – четверо телохранителей. Китайцам было не до адвоката, они следили друг за другом, пряча руки под накидками, но Мак-Кафферти занервничал и то и дело оглядывался через плечо, так что даже наступил на подол платья Джесси и, извинившись, предложил опереться на его руку.

Через открытые высокие двери процессия вышла из церкви, и Джесси на какое-то мгновение замерла на верхней площадке лестницы, настолько ее поразило то, что она увидела. У нее даже ком встал в горле и на глаза навернулись слезы. Она поискала глазами Вестона. Джейк стоял почти рядом с ней, на ступеньку ниже, сжимая в руках шляпу и озираясь вокруг. Его тоже поразило зрелище многолюдной толпы, заполнившей площадь перед собором. Джесси всегда верила, что ее отец – великий человек, а теперь оказалось, не она одна так считала.

В скорбном молчании застыли люди разных сословий и национальностей, мужчины и женщины. Особенно впечатляющей была целая армия одетых в белое китайцев, принадлежащих к обоим тонгам.

В руках они держали белые знамена, женщины принесли какие-то дымящиеся кушанья – традиционное подношение предкам во время похорон. Все они были готовы присоединиться к процессии.

Ударили в гонги, и гроб с телом Генри Таггарта поставили в черный катафалк. Духовой оркестр пожарной команды Сан-Франциско заиграл траурный марш. Китайцы выстроились, группа за группой, ровными рядами и тоже заиграли похоронную музыку на медных и деревянных инструментах. Толпа загудела, начала образовываться длинная процессия.

Джейк оглянулся на Джесси:

– Вы поедете в карете.

Лицо его было печально.

Она только кивнула и украдкой, чтобы он не заметил, слегка приподняв вуаль, вытерла платочком слезы. Но Джейк все, конечно, видел, лицо его разгладилось, взгляд смягчился, от чего он стал еще красивее. Он осторожно поддержал Джесси под локоть, и ее душа благодарно откликнулась на его заботу. Они прошли к черной карете, в которую были запряжены две лошади с черными траурными плюмажами. Джейк помог Джесси сесть, Хорас Мак-Кафферти устроился рядом с ней.

Процессия медленно двинулась вперед. Обессиленная Джесси откинулась на спинку сиденья и дала волю слезам.

* * *

– Спасибо, Хорас, – поблагодарила адвоката Джесси, стоя на пороге своего номера, куда он доставил ее после похорон. – Крайне признательна вам за все, что вы для меня сделали.

Хотя ничего особенного он не сделал и не сказал, она не представляла, как бы выдержала такое горе совсем одна среди чужих. Похороны были для нее самым тяжким испытанием. Большую часть церемонии она видела как в тумане, но многие трогательные моменты не забудутся никогда. Огромное число людей, пришедших проводить Генри Таггарта в последний путь, потрясло ее. «Как жаль, – с грустью думала Джесси, – что я раньше не приехала к нему на Запад!»

Удивил ее и Джейк Вестон. Он был учтив и предупредителен, как она и ожидала. Но Джесси и представить не могла, что прочитает в его глазах настоящую скорбь. Джейк всячески старался скрыть свои чувства, но Джесси видела – он действительно горюет.

– Отдохните, мисс Таггарт, – сказал сочувственно Хорас, видя, что девушка едва стоит на ногах.

– Спасибо. Конечно. Увидимся завтра в четыре, – пообещала Джесси и закрыла за ним дверь.

Слава Богу, горничная помогла ей раздеться и ушла. Джесси наконец улеглась в постель. Поплакав немного, вспомнила, что отец всегда хотел видеть дочь сильной, стойкой и счастливой. Она мысленно пообещала ему держаться и оправдать все его надежды.

Через минуту ее уже сморил сон.


Джесси проспала до шести часов вечера следующего дня. Ее разбудил настойчивый стук в дверь, и она, завернувшись в халат, пошла открывать. На пороге стоял бой.

– У меня для вас записка, мисс Таггарт. Должно быть, важная.

– А который сейчас час? – поинтересовалась Джесси.

– Шесть часов, мисс.

– Утра?

– Вечера, мисс. Уже пятница, а вы приехали вчера, в четверг.

– Что?! Не может быть!

– Так и есть.

– О Господи! Значит, я пропустила назначенную встречу. А сейчас уже пора готовиться к ужину… Пожалуйста, подготовьте ванну. Мне надо прийти в себя.

– Да, мэм.

Он так и расплылся в улыбке, вспомнив, что это уже вторая заказанная ею ванна. Мисс Джессика Таггарт будет самой благоухающей леди в Сан-Франциско.

Прочитав записку, Джесси заметалась по комнате. Вызвала горничную и велела погладить платье. Быстренько ополоснувшись в ванне, надела свежее белье. А тут и платье подоспело. Жаль, что у нее не оставалось времени, чтобы сделать экстравагантную прическу, пришлось довольствоваться обычной – пучок сзади и локоны.

Она надела дорогое шелковое платье лилового, подходящего для траура цвета, которое очень ей шло и сидело идеально – лиф плотно облегал грудь, юбка струилась складками и приятно шуршала при каждом движении… Вот только декольте… Джесси критически оглядела себя в зеркале и осталась довольна. Пока все преимущества были па стороне Джейка – он знает город, текущее состояние дел, финансовую ситуацию. Джесси должна выбить у него козыри, она на время забудет, что это ее партнер, и использует все средства из арсенала женских чар, чтобы приручить Вестона.

Она перечитала записку, в которой Джейк подтверждал, что ожидает ее в восемь часов в «Дивном ангеле», адрес которого прилагался.

Глава 4

Из окна своей конторы Джейк наблюдал за Косоглазым Вонгом.

Толстый, прямо-таки круглый, бородатый и усатый Вонг больше походил на китайского военачальника, чем на короля поваров восточной кухни в Сан-Франциско. Поколдовав над тушкой маленького осьминога, он принялся ловко резать фиолетовые морские огурцы – Джейк никак не мог взять в толк, чем эти головоногие твари обязаны такому названию. Рядом, привалившись к куче зеленых, красных и желтых овощей, дожидался своей очереди ощипанный фазан. Сцена будто из сказки.

Джейк улыбнулся и потер руки, довольный, что все идет по плану. Взгляд его скользнул по противоположной стороне улицы. Несмотря на ранний для таких заведений час, в игорные дома уже заходили люди, два пьяных матроса, стоя у дверей, орали песню. Шумно было и в «Золотой колючке» – этот салун оставался главным конкурентом «Дивного ангела». Узкая улочка, разделявшая Китайский и Итальянский кварталы, славилась своими увеселительными заведениями, первенство среди которых держал «Дивный ангел».

Это был самый старый и самый известный в округе салун. На первом этаже большого двухэтажного здания размещались бар и игорный зал, на втором и в цоколе – номера девочек. Спальня Джейка и его контора (вторая, маленькая, была в помещении компании по грузовым перевозкам) также находились на втором этаже.

Джейк подошел к большому зеркалу в углу комнаты, поправил галстук, причесался и, ухмыльнувшись, подмигнул сам себе. «Не унывай, парень, – подумал он, – маленькая мисс Таггарт скоро сама будет умолять тебя купить ее долю в "Дивном ангеле"». Как же он будет рад, когда эта девчонка отправится восвояси и все здесь пойдет по-прежнему!

Он еще раз провел расческой по волнистым черным волосам, брызнул на себя одеколоном и направился к двери. Пора спуститься вниз, пропустить стаканчик виски, тогда он будет вполне готов к встрече с этой большеглазой бостонской леди. Нет, решил Джейк, лучше выпить бренди «Наполеон», все-таки случай особый…


Джессика Таггарт стояла у входа в «Палас-отель» и нетерпеливо наблюдала, как швейцар ищет для нее экипаж. Наконец кеб подъехал, но, даже устроившись на кожаном сиденье, она все равно не могла успокоиться: она не встретилась с адвокатом, и у нее нет необходимой информации, которой можно было бы воспользоваться в разговоре с компаньоном. Придется действовать исходя из ситуации. Ничего, она уже давно все свои проблемы решает сама, как-нибудь справится и на этот раз.

Почувствовав себя немного увереннее, Джесси расслабилась и принялась смотреть по сторонам, чтобы познакомиться с городом, где будет ее дом. Уже темнело, спускался туман, и бухты почти не было видно. Движение на улицах, по которым ехал кеб, было оживленное – прогуливались пешеходы, проносились экипажи, повозки и дорогие кареты местных нуворишей. «Интересно, кто они и где живут? – подумала Джессика. – Примут ли меня в свой круг?» Хотя так ли уж она стремится попасть в высшее общество?

Судя по тому, сколько народу пришло на похороны, отец считался в городе человеком уважаемым и влиятельным. Но Джесси была уверена, что он ничего для этого специально не делал, так как слишком ценил свою независимость. Она же унаследовала от него эту любовь к свободе.

Джесси хотела стать деловой женщиной – продолжить дело отца, трудиться ради того, чтобы его компания процветала. Только так можно достичь признания равенства женщин. Она будет зарабатывать деньги, приобретет опыт, в общем, перспективы вырисовывались самые радужные. Главное, чтобы в осуществлении всех этих планов не помешал Джейк Вестон. Но это не проблема. Если потребуется, она потащит его за собой к успеху.

Джесси улыбнулась. Скорее бы увидеть ресторан, о котором отец столько ей писал! Она вспомнила подробное описание интерьера – от хрустальных люстр до дорогих персидских ковров… Нет сомнения, что ресторан был основным источником доходов отца.

Замечтавшись, Джесси не заметила, как кеб въехал в Китайский квартал, и, только почуяв странный запах, она очнулась и с любопытством огляделась по сторонам. Узкие улицы, по которым бродили люди в национальных одеждах и разъезжали рикши, развешанные по деревьям фонарики, звуки незнакомых музыкальных инструментов – все поразило ее воображение. Она смотрела во все глаза, стараясь ничего не пропустить, но тут кеб свернул на какую-то улицу, полутемную и весьма глухую. Джесси заволновалась.

– Послушайте, – обратилась она к кучеру, – вы уверены, что мы едем, куда нужно? Вы же сказали, что знаете, где находится «Дивный ангел».

– Уже недалеко, мэм, – ответил тот. – А вы сами уверены, что вам нужно именно туда?

– Естественно, уверена. Что тут удивительного?

– Я просто спросил, – бросил тот небрежно. Из окон доносился громкий женский смех и бряканье фортепиано. По тротуару спотыкаясь брели двое пьяных. Один из них, увидев Джесси, дернул своего приятеля за рукав и показал на нее пальцем. Тот что-то крикнул ей, и оба захохотали и засвистели.

Джесси не на шутку испугалась.

– Остановитесь! – приказала она кучеру. Тот остановил экипаж, и она протянула ему записку Джейка Вестона.

– Мне кажется, вы что-то напутали, – сказала она. – «Дивный ангел», который нужен мне, находится вот по этому адресу. Видите? Это один из лучших ресторанов в городе.

– Да, – кивнул кучер. – Правильно, Монтгомери-стрит, номер девять восемнадцать. Мы туда и направляемся, мэм. Только это никакой не ресторан. «Ангел» – это лучший в городе салун и бордель.

– Что?!

– Извините, мэм, но я говорю то, что знаю.

– Вы ошибаетесь!

– Нет, мэм, не ошибаюсь. Я там несколько раз бывал, то есть только в салуне, конечно, вы же понимаете… Моя женушка вряд ли одобрит, если я… ну вы понимаете…

Джесси откинулась на спинку сиденья. От отчаяния она чуть не расплакалась. Бордель! Значит, отец лгал ей? Как же он мог?! Должно быть, стыдился правды и выдумал для дочери сказку о прекрасном ресторане… Так вот почему смеялся Вестон! Вот почему Хорас Мак-Кафферти настаивал на встрече до того, как она поедет в «Ангел». Черт бы их всех побрал!

– Хотите, чтобы я отвез вас обратно в отель, мэм? – спросил кучер, догадываясь, что ее провели.

Джесси сжала кулаки. Что делать? Если она не приедет, то даст Джейку повод считать ее трусихой. Значит, разговора не избежать. Да, конечно, стать хозяйкой борделя она никогда не собиралась, но раз уж так вышло…

Итак, еще одна мечта разбилась, едва родившись… «Ну и что? – успокаивала она себя. – Разве не было в твоей жизни унижений и разочарований? Как-нибудь переживешь и это!» Джесси выпрямилась. Она должна справиться с этим, раз так решил отец. Судя по всему, Вестон считает, что она не способна заниматься подобным бизнесом, об этом, видимо, и пойдет разговор. Единственный способ переломить ситуацию – проявить стойкость. Джесси облегченно вздохнула: ей стало ясно, как она должна себя вести, она выдержит этот вечер, что бы там ни уготовил ей Вестон. Она покажет ему, кто такие Таггарты!

– Нет уж, едем в «Дивный ангел». У меня там назначена деловая встреча.

– Как скажете, мэм.

Кучер тронул поводья, и экипаж покатил дальше.


Джейк в нетерпении расхаживал по салуну, засунув руки в карманы. Уже стемнело, Джесси опаздывает на пятнадцать минут. Надо было бы заехать за ней в отель, но, раз она решила строить из себя деловую женщину, пришлось уступить и предоставить свободу действий. Да, он сам виноват, повел себя не по-джентльменски.

Тендерлон вечером – не место для молоденькой беззащитной девушки… Но так ли беззащитна эта Джессика Таггарт? Отправилась в одиночку через всю страну на поезде, никого не спросив, наняла в адвокаты Мак-Кафферти. Избалованная и упрямая девчонка! Но она сейчас одна в этом полном опасностей городе.

Джейк то и дело оборачивался на скрип двери – не Джесси ли это? Наконец он заставил себя подсесть к стойке бара. «А может, она приехала, увидела, что это за заведение, и отправилась обратно? И решила подготовить бумаги к продаже своей доли?» Мысль, конечно, обнадеживающая, но тем не менее, если Джесси не появится через пятнадцать минут, придется ехать ее искать.

Заказав порцию виски, Джейк снова глянул на дверь и увидел сквозь стекло подъезжающий экипаж с молодой, элегантно одетой женщиной. Слава Богу, она! Теперь можно взять реванш за вчерашнее утро и доказать этой заносчивой девчонке, что управлять папочкиным «рестораном» ей не следует. Предвкушая победу, Джейк улыбнулся, застегнул сюртук и пошел встречать Джессику Таггарт.

– О, мистер Вестон, – сказала она. – Рада вас видеть.

– Я весь к вашим услугам, мисс Таггарт. – Он помог ей выйти из кеба.

В ноздри ударил запах приготовленной Вонгом еды, и Джесси удивленно уставилась на его импровизированную кухню. Джейк наблюдал за девушкой, ожидая, какой будет ее реакция, но Джесси лишь обронила:

– Приятный вечер.

– Прекрасный вечер для ужина в «Дивном ангеле», – ответил он, усмехнувшись.

Будучи исполнен решимости проучить эту маленькую зазнайку, Джек все же не мог не признать, что она еще более привлекательна, Чем вчера. Что и говорить, Джесси просто красавица! Роскошное вечернее платье лилового цвета для траура, пожалуй, слишком открытое, но зато глубокое декольте позволяет полюбоваться нежной кожей, а облегающий лиф выгодно подчеркивает округлые формы. Джейк чуть не застонал. Ну почему она так хороша?! Нет бы оказаться скучной простушкой, какой и представлялась ему издалека…

Как бы там ни было, но ее необходимо поставить на место, и немедленно.

Джейк предложил Джесси опереться на его руку, что она и сделала с лучезарной улыбкой, показавшейся ему совершенно неискренней. Что-то тут не так. Не может быть, чтобы мисс Таггарт чувствовала себя уютно в таком районе, как Тендерлон.

– Ну так что, войдем? – предложил Джейк.

– Почему бы нет?

Он широко распахнул дверь, пропуская ее вперед. В зале наступила гробовая тишина – женщины не посещают «Дивный ангел», тем более леди. Неслыханно!

Лови Макдугал, уже давно работавшая в «Ангеле» и считавшаяся неофициальной мадам, поспешила навстречу гостье. Подбоченившись и выставив мощную, выпиравшую из декольте грудь, она приветливо улыбнулась и смерила Джессику оценивающим взглядом.

– Вот это да, Джейк Вестон! – воскликнула Лови зычным грудным голосом. – Ты сказал, новая девушка симпатичная, а она настоящая красотка!

– Здравствуйте, – сказала Джесси, которую, казалось, не смутила такая встреча. – Меня зовут Джессика Таггарт, после смерти отца я стала совладелицей «Дивного ангела».

Лови перекрестилась.

– Господь упокой его душу.

– Аминь, – добавила Джесси.

– А я было подумала, ты привел новенькую, – обратилась Лови к Джейку, надув ярко накрашенные губы.

– Ты, должно быть, ослышалась. Я сказал – новую хозяйку.

– Рада познакомиться с вами, мэм, – на сей раз очень вежливо проговорила Лови. – Извините, и правда ошибочка вышла.

Она метнула на хозяина сердитый взгляд и поспешила к трем матросам, ожидавшим ее у стойки бара. Джейк увидел, что еще две девушки собрались поприветствовать новенькую, но предостерегающе махнул им рукой. Продолжать ту же тему не стоило, тем более его план явно не сработал – Джессика не бросилась вон из салуна, зардевшись как роза после первой же фразы Лови.

– Ну как вам здесь нравится? – спросил он, обведя широким жестом зал с карточными столами и большой рулеткой.

Там как раз возобновилась игра, и шум снова стал нарастать – гул голосов, звон стаканов, постукивание шарика по ребрам рулетки. Джесси внимательно огляделась и сдержанно улыбнулась:

– Мое мнение будет зависеть от того, какой доход приносит заведение, мистер Вестон.

Ей хотелось закричать: «Я считаю это место вульгарным, это настоящий притон, и, кроме греха и безобразий, тут ничего нет!» Хотелось наброситься на этого ухмыляющегося наглеца, обвинять отца в том, что он вовлек ее в свои темные дела. Но она только кокетливо повела плечиком и ждала, что скажет Вестон.

– Не хотите ли совершить экскурсию и осмотреть все? Или предпочитаете сделать это после ужина? – спросил он.

Ну просто сама вежливость и учтивость! Джесси хотелось дать ему пощечину, но она, естественно, сдержалась. Джейк жестом пригласил ее к празднично накрытому столу – цветы, хрусталь, фарфор. Получается, что они будут ужинать почти посередине игорного зала! Джесси оторопела – сидеть и есть под любопытными взглядами подвыпивших мужчин! Да это все равно что сидеть на сцене.

«Ну ладно, – решила она. – Раз так, устроим грандиозный спектакль!» И, подавив гнев, Джесси ответила Джейку с очаровательной улыбкой:

– Я думаю, мы сначала поужинаем. У меня во рту маковой росинки не было со вчерашнего дня. Такой нарядный стол!

– Прекрасно, – одобрил он и галантно повел гостью к столу.

Джесси чувствовала на себе насмешливые взгляды посетителей, отпускавших ей вслед двусмысленные шуточки, но держалась как королева. «Ну, Вестон, благодари Бога, что у меня нет пистолета!»

За столом она взглянула на Джейка и с удивлением обнаружила, что ей вовсе не хочется убивать этого человека. Он был хорош собой – черные, волнистые, аккуратно причесанные волосы, сияющие голубые глаза, жестко очерченные скулы, квадратный подбородок, прямой нос, чувственные губы… Мужественная красота. Джесси ощутила, что ее неудержимо тянет к нему, и от этого еще больше разозлилась.

Она постаралась сосредоточиться на разговоре. К счастью, вскоре подошли два официанта-китайца и принесли вино и первое блюдо – бульон с кореньями.

Бульон оказался очень вкусным, и Джесси ела даже с аппетитом, почувствовав, что на самом деле голодна. Джейк тоже принялся за еду. Самодовольная улыбка исчезла с его лица, как только он раскусил тактику своей соперницы. Она старается ни словом, ни взглядом не показать, насколько ей здесь не нравится, ни на минуту не теряя над собой контроль. Нет, эту девицу ничем не проймешь!

– Надеюсь, вам пришлась по вкусу еда. – Джейк отпил глоток вина. – Мы пригласили одного из знаменитых поваров Сан-Франциско – Косоглазого Вонга, чтобы угостить хозяйку лучшего увеселительного заведения в городе.

– Как это мило с вашей стороны. Официанты заменили вино и водрузили на стол большое блюдо с нарезанными кружочками морскими огурцами, на которых красовался нежно-розовый осьминог. Завершали композицию выложенные по краям блюда водоросли.

Джесси почувствовала, как ее замутило при одной только мысли о том, что придется есть осьминога. Она никогда ничего подобного не пробовала… Но если все так красиво, может, это и съедобно? Джессика вспомнила слова матери: «Настоящая леди никогда не покажет, что еда ей не нравится, и никогда не побоится отведать что-то новое», – и решительно взяла в руки вилку.

Джейк пристально наблюдал за ней. Он-то думал, девчонка завизжит и бросится вон из-за стола, а она просто в восторге.

– Какое великолепие! – воскликнула Джесси и повернулась к официантам: – Передайте, пожалуйста, мистеру Вонгу мои поздравления. Это чудо!

И, отважно подцепив на вилку кусок огурца, принялась его с аппетитом жевать. Джейк поглядел на свою тарелку, куда услужливый официант уже положил кушанье, и слегка побледнел.

Джесси вытерла губы салфеткой, отметив про себя, что экзотическое блюдо оказалось вкусным и нежным.

– Как вкусно, Джейк… – начала она и осеклась. – А можно мне называть вас Джейк?

– Мы же компаньоны, правда?

– Ну да, конечно! – Джесси кивнула на его тарелку с нетронутой едой. – Вы… Ты даже не попробовал этот… как ты сказал это называется?

– Это один из видов глубоководного червя, – проворчал он.

Но девица и глазом не моргнула – доела и принялась за осьминога!

– Удивительно! А ты сказал, что это еще не главное блюдо, – заметила Джесси, тщательно прожевав один кусочек и отправляя в рот второй. – Как бы не переесть.

Поразительно, но Джесси получала удовольствие от этой еды!

– Да, не стоит излишне увлекаться. – Джейк все так же гонял по тарелке кусок морского огурца. – А как тебе нравится картина там, над стойкой бара?

Она обернулась, чтобы глянуть на этот шедевр – огромное полотно с изображением голой женщины в весьма откровенной позе. Джейк воспользовался моментом и сбросил пару кусков с тарелки в салфетку на коленях, так что, когда Джесси повернулась, тарелка выглядела полупустой, а сам он усердно изображал работу челюстей.

– Художник неплохой, – заметила она деловито. – Правда, он мог не столь откровенно прописывать определенные детали. Но, учитывая окружающую обстановку, все нормально.

Официант потихоньку заменил Джейку салфетку, и тот с облегчением почувствовал, что выкрутился из нелегкой ситуации.

Он даже смотреть не мог спокойно, как Джесси поглощает осьминога. «Либо она великолепная актриса, либо у нее желудок луженый, – подумал он. – А вдруг ей действительно нравится такая еда? Ладно, поглядим, как она слопает птицу, которая будет за ней, что называется, наблюдать!»

Официант поставил на середину стола серебряное блюдо, накрытое салфеткой. Джейк кивнул, и салфетку убрали. Взору открылось удивительное зрелище: на блюде сидел – именно сидел – фазан. Тушка его была сложена из аккуратных кусков, поджаренных до золотистой корочки, а вот голова на вытянутой шее казалась живой – покрыта перьями, глаза птицы сверкали в пламени свечей, клюв приоткрыт, будто фазан сейчас начнет токовать. По бокам разложены настоящие крылья. И хвост с длинными роскошными перьями торчал в положенном месте.

Рядом поставили блюдо с фигурками животных, птиц, рыб. Весь этот экзотический зверинец был сделан из овощей, искусно подобранных по цвету.

От изумления Джесси не в состоянии была вымолвить ни слова.

«Ну слава Богу! – подумал Джейк. – Теперь-то уж она точно бросится со всех ног к этому старому паскуднику Мак-Кафферти и велит ему оформить все бумаги на передачу своей доли!»

Но Джессика Таггарт, сияя от восторга, обратилась к официантам:

– Пожалуйста, передайте мистеру Вонгу, что подобных кулинарных чудес я никогда в жизни не видала. Это самое величественное зрелище, которое мне посчастливилось лицезреть.

Потом повернулась к Джейку.

– Мистер Вестон, – она снова обратилась к нему официально, – я понятия не имела, что кухня в Сан-Франциско настолько изысканна и что вы такой потрясающий знаток и ценитель деликатесов.

Едва сдерживаясь, чтобы не взорваться, тот кивнул.

– Что ж, мисс Таггарт, иногда я и сам себе удивляюсь, – сказал он сухо.

Официанты с готовностью принялись угощать гостью фазаном. Потом пришел Вонг, чтобы самолично выслушать похвалу. «Ишь, рад, косоглазый, что угодил! – подумал Джейк. – Кланяется так, что, того и гляди, косичка отвалится!» Но, отведав кусочек, он понял, что и сам ничего вкуснее не ел, и с аппетитом навалился на еду. Главное было не смотреть на голову проклятой птицы.

– А нельзя ли нанять мистера Вонга, чтобы он тут у нас готовил всегда? – спросила Джесси, и Джейк чуть не подавился от такого предложения. – Устроить кухню вон там вместо рулетки. Кстати, клиентура сменилась бы к лучшему.

Джейк все-таки закашлялся, да так, что официанту пришлось несколько раз стукнуть его по спине.

– Эй, хватит! – огрызнулся он на китайца.

– Он не виноват, – рассмеялась Джесси. – Просто нужно есть чуть-чуть помедленнее.

Глава 5

Джесси закончила ужин с тем же завидным аппетитом.

Испытав поначалу настоящий шок от необычного вида блюд, она быстро вошла во вкус и наслаждалась экзотическими кушаньями. Конечно же, ее предложение нанять Вонга было не более чем шуткой – никто, будучи в здравом уме, не подумает открывать приличный ресторан в районе, сплошь застроенном увеселительными заведениями. Но Вестон прямо-таки в лице переменился, и это не могло не радовать.

К ним подошла Лови и попросила Джейка помочь уладить какие-то дела. Он извинился и ушел наверх, а Джесси решила осмотреть салун. Разве она здесь не такая же хозяйка, как Вестон? Почему бы не пройтись и не взглянуть, что и как? Она направилась было к стойке бара, но не успела сделать и трех шагов, как вдруг кто-то рванул ее за руку, так что она уткнулась носом в широкую мужскую грудь.

– Эй, малышка, гляжу, ты тут самая хорошенькая! Давай-ка мы с тобой быстренько поднимемся наверх!

– Это еще что за глупости? – возмутилась Джесси. – Отпустите меня сию минуту!

– Не бойся, крошка, деньги у меня есть, целых десять долларов. Ты, лапочка, именно то, что мне сегодня надо!

Хотя она сопротивлялась изо всех сил, но вырваться из мощных лап не могла.

Вот тут она не на шутку испугалась. Где же Джейк? Неужели никто ей не поможет? А вдруг это еще один сюрприз, который Вестон уготовил ей на сегодня? Может, он нарочно исчез и позволит, чтобы… чтобы ее… О Господи, даже подумать страшно! Джесси схватилась за перила лестницы, пытаясь остановиться.

– Да помогите же кто-нибудь! – Ее крик потонул в общем шуме. – Я здесь хозяйка! Отпусти меня!

Мужчина зычно загоготал.

– Ага, а я хозяин всего Нью-Йорка! – заявил он и, взвалив Джесси на плечо как мешок, поволок ее наверх.


Джейк выталкивал посетителя Меган О'Брайен.

– Тебе надо купить еще один жетон, друг мой, – сказал он.

– Да я просто хотел еще разок поразвлечься, – бормотал пьяный парень.

– Пожалуйста, развлекайся, только сначала купи жетон.

Джейк привык к таким сценам. Обычно Лови сама справлялась, но на этот раз мужчина был слишком пьян, привычная тактика Лови не сработала, а вышибал на месте не оказалось. И, чтобы избежать скандала, она призвала на помощь хозяина.

Джейк выругался про себя. Пэдди Фитцпатрик заболел и лежал с температурой. (Джейк нашел Пэдди пять лет назад на матче борцов-тяжеловесов. Его изрядно отмолотили за сорок восемь раундов, но выносливость и сила этого парня так впечатлили Вестона, что он взял его к себе на работу.) А этот новый здоровяк-вышибала, видно, отправился к кому-то из девочек. Ну ничего, он ему быстро объяснит, что к чему, и если тот не поймет, когда надо работать, а когда веселиться, тут же окажется на улице.

Джейк прошел через холл к лестнице и увидел Була Хаскинса. Бул несся наверх, перепрыгивая через ступеньки, а его живой груз дрыгал ногами и верещал что есть мочи. Джейк чуть было не рассмеялся, но тут вдруг сообразил – платье-то уж больно знакомого цвета!

Вестон спустился на несколько ступенек и преградил Булу дорогу. С этим громилой тягаться трудно, свою кличку[1] он получил заслуженно. Джейк знал его прекрасно, так как Хаскинс, первый помощник капитана на китайской шхуне «Фэйр Винд», был завсегдатаем заведения.

– Бул, ты что, запамятовал, как надо обращаться с нашими девочками? – попытался Вестон решить дело миром. Меньше всего ему хотелось, чтобы Джессика каким-то образом пострадала.

Как-то Джейк оказался свидетелем того, как Бул в одиночку дрался против троих парней сразу. Он избил их до крови и вышвырнул всех на улицу через окно, а сам после этого вытер руки о штаны и пошел в бар пропустить еще стаканчик.

– У меня есть жетоны, отойди.

– Бул, поставь женщину на пол. Она может идти сама.

– Черта с два, Джейк Вестон! – закричала Джесси и стала колотить кулаками по спине Хаскинса.

– Видишь, как она дерется? – спросил Бул, мерзко улыбаясь. – Отойди, Вестон, мне охота отправиться с ней наверх.

– Я сказал, она пойдет своими ногами. У нас так не принято, понял? Отпусти ее и предъяви мне жетоны.

– Ты что, с ума сошел? – воскликнула Джесси. – Никуда я не пойду с этим маньяком!

– Заткнись, Джесси! – рявкнул Джейк, и она наконец-таки поняла, что происходит, и перестала брыкаться.

Бул медленно опустил ее на пол. Как Джейк и рассчитывал, он сунул руку в карман, не сводя глаз с Джесси. Та вся подобралась, готовая в любую секунду броситься бежать.

– А ты, крошка, ни с места! – приказал Бул. У Джейка не оставалось сомнений в том, что этот упрямец ни за что не отступится от своего, поэтому он среагировал мгновенно – нанес сокрушительный удар Хаскинсу в лоб. Тот полетел с лестницы кувырком, после чего кто другой больше бы уже не поднялся, но Бул – тип особый, крепче, пожалуй, не бывает.

Скатившись с лестницы, он моментально вскочил на ноги, но Джейк, не давая опомниться, толкнул его снова, и Бул грузно опрокинулся на спину. Но опять поднялся как ни в чем не бывало и, ухмыльнувшись, заявил:

– Ты прав, Вестон, мне и впрямь нужно поразмяться перед тем, как лечь с твоей новой девчонкой.

Джейк ничего не сказал и нацелился, решив двинуть как следует Була под дых, но тот неожиданно ловко блокировал удар. Тяжелый кулак сбил Вестона с ног, не растерявшись, он подкатился под стол, чтобы не получить ногой по голове, и вскочил на ноги. В ту же секунду стол уже летел на него – Бул действовал решительно, явно рассчитывая поразить зрителей, не замедливших собраться вокруг. Один из посетителей даже достал из кармана часы:

– Два к одному, что Бул через полминуты разделается с Вестоном.

– Идет! – крикнул кто-то из толпы. Джесси тоже спустилась вниз и стояла ни жива ни мертва, судорожно цепляясь за перила. Она еще ни разу не видела настоящей драки. Несмотря на свой рост и телосложение, Вестон казался тщедушным рядом с этим громилой. И Джессика с ужасом подумала: а что же будет, если Бул победит?

Джейк выжидал, переводя дыхание, он явно собирал силы для решающей схватки, и Джесси даже пожалела его. Приятно, когда за тебя вступается такой… Но она не успела придумать какой, потому что в эту секунду Бул, нагнув голову – и правда словно бык, – пошел на Джейка. Тот схватил стул и с размаху изо всех сил ударил противника по спине. Стул разлетелся на куски, Хаскинс, крякнув, свалился на пол. Джесси взвизгнула, толпа ахнула. Но Булу хоть бы что – опять встает.

– Босс!

Оглянувшись на крик, Джесси увидела, что бармен бросил хозяину небольшую дубинку. Поймав ее на лету, Джейк сразу же пустил дубинку в дело – стукнул Була по голове. На этот раз громила рухнул на пол и застыл без движения.

– Вот сукин сын! Порвал мою лучшую рубашку, – проворчал Джейк, когда Руперт с каким-то еще парнем подхватили Хаскинса под руки и поволокли к выходу.

– Стойте! – окликнул их Вестон. – Не надо выбрасывать его на улицу! Оттащите наверх, а когда он придет в себя, дайте ему три жетона.

Джесси тут же подлетела к нему.

– Что? Ч-что ты сказал? – От возмущения она даже начала заикаться. – Ты не даешь вышвырнуть его вон? Он же пытался… хотел меня… И он бы меня…

– Да, правильно, хоть ты и боишься назвать это своими словами. Кстати, не только ему может прийти в голову развлечься с тобой – любому из присутствующих! И еще. Запомни: Бул – хороший клиент, но очень опасный враг. Если мы будем выбрасывать на улицу каждого, кто не слишком хорошо себя ведет – с точки зрения твоей морали, конечно, – то скоро к нам некому будет приходить. И что тогда? Самим играть в карты, что ли? Надеюсь, он забудет этот маленький инцидент, когда очнется. Вот почему надо дать ему несколько жетонов.

Джесси даже покраснела от гнева.

– Ты мог бы решить эту проблему достаточно просто – объяснив, кто я есть на самом деле! – воскликнула она.

– Вы бы хотели, мисс Таггарт, чтобы я, как на светском рауте, представил бы вас друг другу? Смею уверить, на Була это не произвело бы никакого впечатления. Когда мужчина в таком состоянии, он не слышит голос разума. Но вам это пока неизвестно, мэм. Что ж, пойдемте к мистеру Хаскинсу, я вас ему представлю, когда он очухается!

Это была уже неприкрытая издевка, и Джесси просто закипела от злости, но постаралась сдержаться.

– Я не стану говорить с мистером… Булом! – объявила она ледяным тоном. – И вообще ни с кем. А вы так расхрабрились, мистер Вестон, потому что у вас в руках дубинка?

– У нас тут в отличие от Бостона свои методы, мисс Таггарт!

Они свирепо смотрели друг на друга. Толпа тем временем разошлась – кто-то вернулся к игре, кто-то подошел к стойке бара. Джейк осторожно взял Джесси под руку и повел к выходу.

– Думаю, на сегодня достаточно развлечений, – сказал он. – Я отвезу тебя в отель – туда, где и приличествует находиться даме твоего круга.

– Не будем обсуждать правила приличия, мистер Вестон, – заявила Джесси официальным тоном. – Кстати, я хочу вам сделать замечание – не следует ломать наши стулья о головы дебоширов, раз у вас имеется на этот случай специальная дубинка.

Но Джейк пропустил это мимо ушей. Он был искренне рад, что эта глупая девчонка цела и невредима, вся его злость улетучилась в тот момент, когда он увидел, как Хаскинс тащит ее наверх. Джессика – его компаньон и дочь Таггарта, и он не даст ее в обиду. Если кому-то вздумается хоть пальцем ее тронуть, придется сперва иметь дело с Джейком Вестоном! «А признайся, – подумал он, – ты бы и сам не прочь ее потискать!» И вот эта шальная мысль разозлила Джейка ужасно.

По пути в отель Джесси, у которой окончательно испортилось настроение, набросилась на компаньона с обвинениями:

– Отправляясь на встречу с вами, мистер Вестон, я решила не поддаваться на ваши уловки и ни в коем случае не терять самообладания. Но чаша моего терпения переполнена! Вы поступили безобразно! Почему было не сказать, что мой отец – хозяин… этого… ну…

– Публичного дома, – подсказал Джейк.

– Да. Я-то думала, что это ресторан! А вы позволили мне заблуждаться. Мы называемся компаньонами, не так ли? У нас общее дело. Вы же считаете все это какой-то игрой.

– Если кому-то и хочется поиграть, так это вам, уважаемая мисс Таггарт, – заявил он. – Бизнесом подобного рода может заниматься только мужчина. Определенно, вы не можете стать хозяйкой салуна и тем более борделя.

– Я заметила, мистер Вестон, что вы всячески стараетесь меня запугать. Сдается, вы заплатили этому типу, чтобы он напал на меня! Вам не терпится выкупить мою долю. Спорим, что вы первый в очереди?

Джейк решил раскрыть карты.

– Я надеялся, Джесси, – проговорил он уже мягче, – что ты уступишь свою долю мне, так было бы лучше для тебя, поверь. И цену я даю приличную – десять тысяч долларов золотом за «Дивного ангела» и шесть тысяч за твою долю в компании по грузовым перевозкам. Речные баржи нам лучше продать, прибыль от них небольшая.

– Ты хочешь сказать, что отец занимался еще и настоящим, законным бизнесом? – удивилась Джесси.

– Я же сказал, ему принадлежали компании «Грузовые перевозки Таггарта» и «Речные баржи Юба-Сити».

– О, так это прекрасно! Теперь я хоть знаю, чем он владел.

– Да, это все принадлежало Генри, а после него – нам.

Кучер остановил лошадь перед «Палас-отелем», и швейцар помог им выйти из экипажа.

– Подумай над моим предложением, Джесси, – вернулся к прерванному разговору Джейк. – Тебе лучше жить в Бостоне, правда. Ты привлекательная женщина, и многие молодые люди будут счастливы взять тебя в жены. Растить детишек куда приятнее, чем хозяйничать в борделе.

Джессика едва сдерживала раздражение. Если раньше она и подумывала продать свою долю Джейку, то теперь напрочь выбросила эту мысль из головы.

– Решение принято, Джейк Вестон: я остаюсь. Контрольный пакет принадлежит мне, и с этого момента руководство я беру на себя. Вот так. Встретимся завтра в «Ангеле» в восемь утра, и ты представишь мне полный отчет о том, как обстоят дела.

– Ты что, шутишь? Мы закрываемся не раньше четырех! Кто же встает в такую рань?!

– Ты встанешь, Джейк. И начиная с завтрашнего дня я буду присутствовать при закрытии заведения. В четыре, говоришь?

– Джесси, но тебе нельзя появляться на улице в такой час! Бул Хаскинс покажется невинным шутником по сравнению с ночными хулиганами!

– Уверяю тебя, я справлюсь. А теперь извините меня, мистер Вестон, мне пора. Как вы справедливо заметили, с меня достаточно развлечений на сегодняшний вечер. Увидимся завтра в восемь.

Проклятие! Похоже, она решила его доконать. Джейк кипел от злости. Но… но до чего хороша, чертовка, глаз не оторвешь: какая талия, какая плавная походка…

* * *

Джесси вошла в свой номер и обессиленно привалилась спиной к двери. Господи, ну и вечер! В дурном сне не приснится! Ужас, просто ужас! А этот отвратительный Бул… как его там? Она вспыхнула, вспомнив, как он хватал ее своими ручищами, как перебросил через плечо… Какая мерзость!.. А все Джейк Вестон! Это он во всем виноват…

Едва передвигая от усталости ноги, она пошла к кровати. Лечь бы и сразу заснуть, но вряд ли ей это удастся.

С трудом совладав с застежками на платье, Джесси переоделась в вышитую ночную рубашку. Хорошо бы принять ванну, но нет сил. Джесси скользнула под одеяло, вытянулась и попыталась успокоиться.

Битый час проворочалась она в постели, придумывая, как отомстить Джейку Вестону, пока не решила, что лучше всего было бы дать ему пощечину. Размахнуться и ударить по самодовольной физиономии этого красавчика. И как только отец мог взять его себе в компаньоны?..

Но каким взволнованным было выражение его лица, когда он увидел ее в руках Була Хаскинса! Джейк спас ее, это факт. Иначе бы ей несдобровать! Нет, лучше не думать об этом… Но тут ее фантазия разыгралась, и Джесси представила, как уже Джейк Вестон несет ее на руках вверх по ступенькам… От этой мысли сильнее забилось сердце и даже дыхание перехватило. Что же так привлекает ее в этом человеке? В поисках сравнения Джесси вспомнила Бенджамена Кифера, своего бостонского знакомого, очень приличного, благовоспитанного молодого человека. Высокий, стройный блондин приятной наружности. Он ухаживал за ней, приглашал на прогулки, а однажды решился поцеловать. Нельзя сказать, чтобы ей не понравилось, и ему было позволено иногда повторять эти поцелуи.

Во время путешествия на запад молодые люди пытались за ней приударить, но ни о ком она не думала так, как о Джейке. Тот высокий француз – Рене Ла Порт – ясно дал понять, что увлечен ею, но так до сих пор и не объявился. Джесси было приятно беседовать с мсье Ла Портом, но не больше… А вот с Джейком она бы стала целоваться.

Интересно, каким будет такой поцелуй? Представив это, насколько хватило фантазии, Джесси как-то вся разомлела, потом спохватилась и недовольно тряхнула головой: «Черт бы тебя побрал, Джейк Вестон! Не хочу о тебе думать». А еще она мысленно ругала отца – за то, что он так подставил ее.

Но, поразмыслив, внезапно поняла, что отец не случайно свел их с Джейком вместе. Генри Таггарт не дурак, что-то у него было на уме, когда он таким образом решил вопрос с наследством… Ладно, завтра она разберется. Завтра как-никак она начинает работать в «Дивном ангеле».


Ток Лойхонг сидел в своем кабинете на четвертом этаже здания, принадлежавшего тонгу Гум Сан. Из окна открывался вид на Грант-стрит и бухту. Небо на востоке осветилось ярким оранжевым светом – вставало солнце. Он всегда любил встречать рассвет – начало новых дел, новых радостей. Только на этот раз он не ждал ничего радостного.

На его тонг обрушилась немыслимая беда. Ток Лой тяжело вздохнул: его друг, Генри Таггарт, был зверски убит. Но в отличие от многих людей Ток Лой не считал, что убийство Генри – на совести одного из тонгов. Если бы Таггарта убил Чарли Синг, он наверняка постарался бы устроить все так, чтобы подозрение пало только на Гум Сан, и никогда бы не оставил топорик – символ его собственной организации – в груди жертвы. Ни один тонг – будь то в Сан-Франциско или на той стороне бухты, в Валлехо, не был заинтересован в смерти Генри Таггарта. Нет, убийца – кто-то совсем другой. Это какой-то белый выродок, которому выгоден раздор между тонгами. Слишком уж простая предложена разгадка – знаковые орудия убийства. Грубая работа. Восточный человек так никогда бы не поступил… В этом Ток Лой был почти уверен.

Глава 6

– Я стучу уже пятнадцать минут! – воскликнула возмущенная Джесси.

– Извините, мисс Таггарт, – зевнув, ответил Руперт Скроггинс и пропустил ее внутрь. – Мы обычно открываемся не раньше десяти.

– Где Джейк Вестон?

– Думаю, он наверху, но он…

Не дослушав бармена, Джесси решительно двинулась к лестнице и стала подниматься, подхватив подол, чтобы не мести мусор. Руперт застыл возле двери, изумленно провожая взглядом бесцеремонную особу, но спохватившись поспешил за ней. Джессика направилась прямиком в кабинет Джейка, но там было пусто.

– Его здесь нет, – бросила она через плечо.

– Его комната рядом, но…

Смерив Руперта презрительным взглядом, Джесси подошла к двери и громко постучала. Никто не ответил. Джейк Вестон не желал пробуждаться.

Постучав еще, Джесси повернула ручку и распахнула дверь. На большой железной кровати с провисшей сеткой растянулся безмятежно спящий Джейк. Одеяло сбилось, обнажив его загорелые руки и мощную волосатую грудь.

Джесси уже сама была не рада, что вломилась в его спальню, но старалась скрыть смущение за показной деловитостью.

– Ты проспал, Джейк Вестон.

От звука ее голоса Джейк подхватился на постели. Несколько секунд он, казалось, не мог поверить своим глазам – неужели в его комнате Джесси Таггарт? Посидел, уставившись на нее, и пригладил растрепанные волосы.

– Какого черта…

– Не ори на меня! – оборвала его Джесси. – Я же предупреждала, что буду в конторе в восемь часов, а уже четверть девятого!

Она выпалила все это, глядя ему в глаза, потому что стеснялась опустить взгляд. Никогда в жизни она не видела раздетого мужчину и смотреть на грудь Джейка просто боялась. Он же потянулся к тумбочке и взял часы.

– Да, точно, девятый час.

– Жду тебя в кабинете.

– Весьма признателен, – буркнул он сердито. Поджав губы, Джесси направилась к двери, но на пороге обернулась. Джейк, отбросив одеяло, потянулся и смачно зевнул. Она вспыхнула, краска залила щеки.

– Извинись за меня перед своей подружкой за вторжение.

Джейк удивленно уставился на хлопнувшую дверь, потом посмотрел на кровать. Две из его четырех подушек лежали возле стенки, прикрытые одеялом, напоминая плавный изгиб женского тела. Он весело хмыкнул и спустил ноги на пол.

«Так ей и надо!» – подумал он, умываясь и тщательно причесывая волосы. Оделся и глянул на себя в зеркало – ничего, нормально, хотя вид невыспавшийся. В дверях задержался и сказал нарочито громко:

– Ты поспи еще, дорогая. Я вернусь, как только мисс Таггарт уйдет.

И, напустив на себя серьезный вид, он вошел в кабинет. Но Джесси не проведешь, она заметила, как весело блестят его глаза, и поняла это по-своему. Чего еще можно ожидать от этого типа?.. Но она тоже хороша – расстроилась, обнаружив у него в постели женщину. И Джесси еще больше разозлилась – и на Джейка, и на себя.

– Попрошу вас впредь не опаздывать на деловые встречи, мистер Вестон, – сказала она сухим, официальным тоном. – Если таковые будут иметь место.

Она сидела, гордо вскинув голову, в небольшом кресле рядом с письменным столом и смотрела куда-то в сторону.

– Ты согласилась называть меня Джейк.

– А я решила воздержаться от этого до тех пор, пока мы не обсудим дела, мистер Вестон.

– Как хочешь, Джесси, – подчеркнуто небрежно заметил он и прошел к своему столу.

Она решилась – пока он не видит – взглянуть на него и почувствовала, как снова краснеет. Джесси одернула себя – какое ей дело до того, с кем спит Джейк Вестон? Он – ее компаньон, и только. Но… интересно, у него на плече шрам – откуда? А каков он в постели? Скорее всего такой же бесстыдный, как в жизни… Что за наваждение?! Джесси отогнала навязчивый образ. Она ревнует? «Господи, да что это со мной такое?!» – в ужасе подумала она.

Джейк тем временем достал из ящика стола сигару.

– Курить обязательно? – спросила Джесси недовольным тоном.

Джейк от неожиданности замер со спичкой в руке. «Черт бы побрал эту пигалицу! Врывается ни свет ни заря, вытаскивает из постели, да еще и курить запрещает!»

И он стал прикуривать – нарочито медленно, попыхивая сигарой, потом с наслаждением глубоко затянулся и выпустил клуб дыма, скрывшись за ним от возмущенной компаньонши.

– Итак, Джесс, что же привело тебя сюда в столь ранний час? – спросил он, лениво растягивая слова, и снова затянулся.

– Я… я… – начала было Джесси, но не договорила – закашлялась, полезла в сумочку за платочком, приложила к носу.

Джейк удовлетворенно улыбнулся: месть – сладкая штука… Не глядя на него, Джесси встала и подошла к окну. Решительно дернув за ручку, поняла, что окно заперто, попробовала повернуть ручку влево… вправо… Запор не поддавался. Неловкое движение – и сумочка выскользнула из рук. Держа сигару в зубах, Джейк поднял эту маленькую изящную сумочку, но окно открывать не стал.

Смерив его презрительным взглядом, Джесси уселась на стул в дальнем углу комнаты, но настаивать на своем не решилась – все-таки это его кабинет.

– Если вам угодно курить, нам придется общаться на расстоянии, – ледяным тоном заявила она.

Джейк с довольным видом развалился в своем кресле, еще раз глубоко затянулся и пояснил:

– Это вместо завтрака. Джесси удивленно подняла брови.

– Я так и думала, что вы из тех, кто завтракает пивом или виски, – парировала она с кислой улыбкой.

– Неплохая идея, – заметил Джейк и, взяв со стола графин с бренди, плеснул немного в стакан. – Жаль, что нет сырого яйца, получился бы прекрасный коктейль, – посетовал он и отхлебнул глоток.

– Предупреждаю, мистер Вестон, разговаривать со мной лучше на трезвую голову.

– Не бойся, я не переборщу, – пообещал он. – Ну, давай начнем.

Тут Джесси встала и нервно прошлась по комнате, собираясь с мыслями.

– Я прекрасно понимаю, что женщина… как бы это сказать?.. в общем, женщине вроде бы не с руки заниматься бизнесом.

Джейк понимающе кивнул, ожидая, что Джесси образумилась и сейчас предложит ему выкупить свою долю. Но она продолжала:

– Мистер Вестон, хочу, чтобы вы знали, – я получила прекрасное образование, которому может позавидовать любой мужчина.

Улыбка медленно сползла с его лица.

– Кроме того, мой отец часто брал меня с собой в поездки, посвящая во многие детали своих дел. Конечно, я была тогда еще совсем юной и неопытной, но усваивала все с лету. Я уверена, что через некоторое время не хуже мужчины смогу справиться с управлением компанией.

Пока она произносила свою речь, Джейк успел осушить стакан.

– Джесси, управление компанией – это не детская игра, – прервал он ее. – Уроков, которые преподал тебе Генри, недостаточно для того, чтобы всерьез заниматься бизнесом, тем более таким, как наш!

– Может, ты меня дослушаешь? – вспыхнула Джесси. – Наберись терпения!

– Извини, – согласился Джейк. – С этой секунды я весь внимание.

Интересно, что она еще надумала? Потрясающая женщина – красива, умна, уверена в себе. Джейк не мог не восхищаться ее огромными, сверкающими от волнения зелеными глазами, роскошными волосами, упрямо вздернутым подбородком и горделивой осанкой. У него мелькнула шальная мысль – лучше бы она не уступала свои акции и осталась здесь. Но через минуту здравый смысл все же возобладал.

– Отец не завещал бы мне акции компании, если бы не был уверен в моих способностях, – сказала Джесси. – Иначе он бы поручил адвокату продать мою долю в «Таггарт энтерпрайзис» и отдать мне деньги. Сердцем чувствую: он хотел, чтобы я продолжила его дело, и верил, что я справлюсь.

Джейк слушал с каменным лицом, но в душе не мог не признать справедливость доводов дочери Генри.

– Что касается наших с вами отношений, мистер Вестон, вы вольны либо помочь мне справиться с нелегкой задачей, либо продолжать упорствовать и не соглашаться допустить меня к делу. Но имейте в виду, мистер Мак-Кафферти проинструктировал меня о моих правах, и если вы не согласитесь поддержать мои начинания, я вас уволю.

Джейка даже в жар бросило от этих слов, руки сами сжались в кулаки, но он не проронил ни звука.

– Итак, или вы содействуете мне, или оставляете за мной единоличное руководство компанией. Конечно, мне еще многому надо научиться, ведь я ничего не понимаю в грузовых перевозках, не говоря уже об управлении салуном и… и…

– Борделем, – подсказал Джейк не без ехидства.

Джесси метнула в него недовольный взгляд.

– Я предпочитаю выражение «дом терпимости», оно лучше отражает суть дела, – уточнила она и, помолчав, продолжила: – Короче говоря, мистер Вестон, мне понадобится ваша помощь.

Джейк усмехнулся: «Дожил! Какая-то девчонка диктует мне условия!»

– Но я настаиваю, – решительно подвела черту она, – вы должны помогать мне, а не мешать.

– Джесси, ты просто не представляешь, что это такое!

– Я сделала свой выбор, Джейк: я буду заниматься этим, не важно – с тобой или без тебя.

– А как насчет того, чтобы продать мне свою долю и освободиться от тяжкой ноши?

– Исключено, – заявила Джесси и, помолчав, добавила: – Кстати, сегодня за завтраком мистер Мак-Кафферти предложил мне значительно большую сумму.

Джейк выкатил глаза.

– Мак-Кафферти хочет перекупить акции компании?

– На самом деле он представляет интересы своего клиента, который пожелал остаться неизвестным. Не беспокойся, я отклонила его предложение.

Джейк был вне себя. Такого поворота событий он не ожидал. У него не может быть никаких общих дел с Хорасом Мак-Кафферти. Уж лучше Джессика Таггарт, чем двуличный адвокат!

– Если это твое последнее слово, Джесси, то, как я понимаю, выбора у меня нет.

– Да, ты все правильно понял.

Джейк притушил сигару и отошел к окну. Улица уже ожила, по ней сновали люди, один за другим катили фургоны с грузом… Джейк повернулся и, улыбаясь, протянул девушке руку:

– Партнеры?

Она просияла, и Джейк в который раз поразился тому, как она хороша.

– Партнеры! – ответила она, пожав его руку. Глядя ей в глаза, он почувствовал, как внутри все словно обожгло огнем. Как ни убеждай себя, что эта девчонка для него только лишняя обуза, тянет к ней неудержимо…

Но тут Джесси направилась к его столу.

– Давай работать, – сказала она. – Делу время, а потехе час. Или ты не согласен?

Джейк вспомнил про утренний визит суровой компаньонши в его спальню и улыбнулся. Окинув взглядом изящную фигурку Джесси, он решил, что рано или поздно сработается с упрямой мисс Таггарт.


Они работали все утро. Время от времени Джейк зевал и даже вздремнул, пока она разбиралась в бумагах. Она же с интересом вникала во все тонкости дела, без конца задавала вопросы и внимательно слушала подробные объяснения Джейка. Заинтересовавшись доходами «Ангела», она принялась дотошно расспрашивать, из чего складывается прибыль, куда расходуются полученные деньги и почему. Чувствовалось, что она разбирается в бухгалтерии, и это произвело на него впечатление. С этой минуты Джейк повел с ней разговор на равных. А после того как Джесси обнаружила ошибку в банковских счетах, причем ошибку в их пользу, он вынужден был признать:

– Твой папаша всегда говорил, что, кроме хорошенького личика, у тебя есть не менее важное достоинство – мозги. Думаю, все эти деньги, которые Генри потратил на твое образование, уже начинают окупаться.

– Спасибо, – ответила она. – Стараюсь. И они весело рассмеялись.

К полудню им удалось просмотреть только половину бухгалтерских книг, и все же оба считали, что хорошо потрудились.

Джейк решил показать Джесси все заведение, и их экскурсия проходила вполне нормально до тех пор, пока они не столкнулись в коридоре с одной из девиц, щеголявшей в одном нижнем белье. Пышные груди ее чуть не вываливались из корсета. Вихляющей походкой она подошла к Джейку и нахально провела ладонью по его бедру.

– Доброе утро, Джейк, голубчик! – проворковала она, демонстративно облизнув кончиком языка губы. – Чем я могу быть тебе полезна?

Криво усмехнувшись, он покачал головой.

– Я занят, Рози. Поговорим в другой раз.

– Остерегайтесь его, мисс Джесси, – сказала Рози. – Это просто хищник какой-то. Только поглядите на него, каков, однако, негодяй!

Она захихикала и подмигнула Джесси. Та густо покраснела.

– Я буду иметь это в виду, Рози, – ответила она и вопросительно взглянула на Джейка.

Тот стоял, облокотившись о дверной косяк, и, улыбаясь, смотрел на свою зардевшуюся компаньоншу. Только сейчас она обратила внимание на то, что ворот его белой рубашки распахнут, открывая загорелую шею. Джесси опустила глаза. Оказывается, у него красивые длинные ноги, обнаружила она. «Прекрати его рассматривать!» – приказала она себе.

– Я так понимаю, что Рози могла быть твоей утренней подружкой, – съязвила Джесси.

– К вашему сведению, мисс Таггарт, – ответил Джейк, – я не имею обыкновения использовать собственность компании в личных целях.

– То есть?

– Это означает, что моя обязанность – руководить «Дивным ангелом», и работа есть работа. А по поводу того, что и как говорит Рози, мой тебе совет: если ты и впрямь решила стать хозяйкой публичного дома, привыкай. Грубовато, но что поделаешь. Такая у них жизнь. Они любят поддеть, порой без всякой задней мысли.

– Значит, ты не хищник? Джейк рассмеялся.

– Какой же мужчина не обращает внимания на женские чары?

Джесси промолчала. «Почему меня так раздражает, что Джейк пользуется успехом у женщин? Как избавиться от этого глупого чувства?» – с тревогой думала она. Назвать это чувство ревностью она так и не решилась.

Они продолжили осмотр помещения, и Джесси познакомилась с маленьким перуанцем Пако, смуглым мальчиком лет девяти. Как объяснил Джейк, он жил в подвале и помогал убирать салун. Пако застенчиво улыбнулся новой хозяйке.

– Мистер Джейк дал мне работу, – сказал он, опустив глаза, но тут же глянул на Джесси снова, и в его взгляде читалось беспокойство. – Я хорошо работаю, сеньорита, – заверил он. – Очень хорошо. Мистер Джейк, скажите!

– Я уверена, что ты прекрасный работник, Пако, и рада, что ты работаешь у нас.

Он облегченно вздохнул.

– Спасибо, сеньорита! Если вам что-нибудь будет нужно, позовите Пако! – И мальчик побежал к лестнице.

Джейк с одобрением поглядел на Джесси.

– Думаю, ты только что приобрела друга, – заметил он.

– Мне показалось, Пако испугался, что я выброшу его на улицу.

– Ему приходилось сталкиваться с жестокостью, поэтому он не доверяет людям.

– Он, кажется, очень доверяет тебе, – сказала Джесси, глядя в голубые, очень добрые сейчас глаза Джейка.

– Надеюсь, ты тоже будешь доверять мне, – проговорил он тихо.

Джесси отвела взгляд. Удивительно, каким ласковым вдруг стал его голос.

Позже, осмотрев все, она снова на несколько часов засела за счета и бухгалтерские книги, а уезжая в отель, предупредила, что вернется вечером. Джейк пытался отговорить ее от этого опрометчивого решения:

– Твое присутствие может быть неверно истолковано.

– О чем тут толковать? Все ясно, я такая же хозяйка этого заведения, как и ты.

Джейк вышел из себя:

– Черт возьми, ты ведь женщина! Девушка! Неужели твоя мать не объяснила тебе, что подобает делать девушке из хорошего общества, а что нет?

– Мама пыталась. А вот отец никогда ничего не навязывал, никогда ни к чему не принуждал и ни от чего не отговаривал.

– Ты просто-напросто избалованная, капризная девчонка, которая не умеет себя держать в обществе.

– Вы ничего не добьетесь, если будете говорить со мной таким тоном. Увидимся вечером, мистер Вестон.

Когда за ней закрылась дверь, Джейк, не сдержавшись, выругался.


С галереи второго этажа Джейк оглядел зал – за всеми столиками идет игра, у рулетки заметное оживление, в баре толпятся разгоряченные мужчины, возле них уже крутятся красотки в шелках и кружевах. Субботний вечер для «Ангела» – самый главный.

Большинство мужчин, работающих в Тендерлоне и в порту, получив зарплату, спешат доставить себе радость в любимом салуне. Некоторые уже успели набраться, и Пэдди Фитцпатрик занят по горло – разнимает дерущихся, выпихивает за дверь записных пьянчужек.

Поправив галстук, Джейк спустился вниз проверить, как идут дела. За столом возле лестницы сидели пятеро китайцев, вокруг сгрудились еще несколько – здесь играли в фан-тан, китайскую карточную игру. В других игорных домах ее запрещали, опасаясь наплыва китайцев, но старик Таггарт, наоборот, даже выделил специальный стол для любителей фан-тана и сам не раз присаживался поиграть.

За столиками для игры в фараон народу всегда полно. В свое время Генри запретил игрокам жульничать, тем более – использовать крапленые колоды, как это нередко случалось в других игорных домах. В «Ангеле» правила игры нарушать было не положено.

А вот и Пако – снует по залу с метлой и совком. Работы у парня хоть отбавляй, пол усыпан ореховыми скорлупками, бумажками, окурками, но проворному и ловкому мальчишке на некоторое время удается навести чистоту. В дальнем конце зала музыкант Пит наигрывает на рояле популярные мелодии.

Переходя от столов к рулетке, Джейк прикидывал, какой будет выручка в этот вечер. Убедившись, что все в порядке, он направился к бару.

– Руперт!

– Да, босс? – бросился к нему бармен.

– Где Пэдди?

– Он только что поволок одного господина на улицу. Сейчас вернется, – сообщил Руперт, протирая залитую пивом стойку. – На том конце сидит шериф, босс. Он спрашивал вас.

– Налей ему виски за счет заведения и скажи, пусть поднимется в контору. И пришли ко мне Пэдди, как только он появится.

– Хорошо, сэр.

Джейк критически оглядел накрашенных и разряженных девиц и отправился наверх. Уже с галереи он увидел, как шериф Айзек Хэндли, высокий худощавый мужчина, пробирается сквозь толпу, зыркая по сторонам скорее всего по привычке. Один из его помощников идет впереди, расчищая путь, другой – сзади, словно прикрывая босса. Все трое при оружии: у шерифа – «кольт», у помощников – ружья. «Ни за что бы не согласился на такую работу», – подумал Вестон.

Оставив своих парней внизу, Айзек поднялся к Джейку, и они пожали друг другу руки.

– У меня в кабинете есть отличный бренди, – сказал Джейк.

Айзек понимающе кивнул – хорошую выпивку он уважал.

– Что привело вас в «Ангел»? – поинтересовался Вестон.

– Надеялся повидаться с вашей компаньоншей, – ответил шериф, хитро подмигнув. – Ходят слухи, что она пытается прибрать к рукам это заведение.

Пропустив мимо ушей эту подколку, Джейк распахнул дверь в кабинет. Убийством Генри Таггарта занимается именно шериф. Обычно подобные случаи рассматривает судебный исполнитель, но Хэндли считается специалистом по расследованию конфликтов между противоборствующими тонгами, поэтому ему и поручено заняться этим темным делом.

Айзек Хэндли уселся за стол, и Джейк разлил бренди по рюмкам.

– Джесси Таггарт девушка весьма самостоятельная, Айзек, – сказал он, – но вполне порядочная. Не думаю, что она будет часто бывать в «Дивном ангеле».

– Да мне надо с ней поговорить, – объяснил шериф. – Когда придет, скажи, чтобы заглянула ко мне в участок.

Джейк кивнул, но не признался Айзеку, что скрыл от Джесси, как умер ее отец. Он ужасно беспокоился, как бы кто-нибудь не проговорился во время похорон, но люди, слава Богу, впервые поступили благоразумно. Удивительно, но и Хорас ей ничего не сказал.

– Что-нибудь выяснилось? – спросил Джейк.

– Ничего нового. Может быть, дочка что-то подскажет.

Теперь уж никуда не денешься – раз Джесси решила остаться в Сан-Франциско, придется рассказать ей все. Разговор, надо сказать, не из приятных, но лучше Джейку самому сообщить ей эту ошеломляющую новость.

– Ну ладно, мне пора идти заниматься своими делами, – поднялся шериф.

Джейк посмотрел на часы. Куда запропастилась Джесси? Она уже давно должна быть здесь. Хотя, с другой стороны, хорошо, что она не встретилась с Айзеком.

Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Пэдди Фитцпатрик.

– Ты хотел меня видеть, босс?

– Проходи, – велел ему Джейк. – Я сейчас приду.

Проводив Айзека до лестницы, он хлопнул его по плечу:

– Ну давай, Айзек, будь здоров.

Тот в ответ подмигнул и двинулся вниз. Джейк вернулся в кабинет, где его дожидался Пэдди, широкоплечий, внушительного вида парень. Он стоял, склонив голову набок, ожидая указаний босса.

– Я что-то беспокоюсь из-за дочки Таггарта, – признался Джейк. – Она уже давно должна быть здесь. Отправляйся в «Палас-отель», найди ее и проводи сюда. Нечего ей одной ехать через Тендерлон.

Пэдди кивнул.

– А она и правда так хороша, как говорят, босс? – с усмешкой спросил он, приподняв бровь, рассеченную глубоким шрамом. Из-за этой брови казалось, что Пэдди всегда и всему удивляется.

– Да уж, хороша, будь уверен. И по этой причине нужно, чтобы ты ее охранял. В общем, я считаю, что ты должен на некоторое время взять мисс Джессику Таггарт под свою защиту. Понял?

Пэдди опять кивнул.

– Я бы хотел, чтобы ты постоянно охранял ее, присматривал за ней как старший брат, – пояснил Джейк.

Здоровяк внимательно слушал босса, у него был вид преданного пса.

– Все время? – поинтересовался он.

– Пока она бодрствует.

– Я не должен быть при ней, когда она спит?

– Нет, это ей вряд ли понравится, да она и не пустит никого в спальню.

– Хорошо, босс. Как скажешь, босс. Пэдди бросился было к двери, но вдруг обернулся и спросил:

– А мне надо спать у нее под дверью, босс?

– Не думаю, что это понадобится. Доставив мисс Таггарт в отель, можешь возвращаться сюда, но утром ты снова должен быть у двери ее номера в отеле.

Фитцпатрику потребовалось некоторое время, чтобы усвоить информацию, у него даже губы шевелились, словно он повторял все про себя. Наконец он ухмыльнулся и вышел за дверь. Джейк покачал головой. Пэдди верный как пес, здоровый как бык и сильный как медведь, но бит бывал не раз и соображает туго. Но защитить он может, это точно. Джейк как-то стал свидетелем страшной драки – Пэдди боролся с дюжиной крепких парней. В ход пошли стулья, пивные кружки и бутылки, но бывший борец все так же тупо и методично продолжал молотить противников. И победил.

Если Пэдди будет охранять Джесси, ей и армия нападающих не страшна.

Джейк прошел на галерею и, перегнувшись через перила, оглядел зал… Черт возьми! Да это же Джессика стоит у дверей и разговаривает с шерифом! Неожиданно она пошатнулась и чуть не упала, но помощник шерифа вовремя поддержал ее под руку. Шериф продолжал что-то говорить. Джесси слушала его и отвечала односложно, все время отрицательно качая головой.

Джейк никак не мог решить, подойти к ней сейчас или подождать, пока она поднимется наверх. «Вот проклятие! – думал он. – Надо было сразу ей все рассказать! Теперь жди скандала. И поделом…»

Ждать пришлось недолго, через несколько минут Айзек вышел на улицу. Джесси двинулась к лестнице. Даже издали было видно, как она разгневана. Но даже такая, пышущая злостью, она привлекала внимание всех мужчин в зале.

За Джесси неотступно следовал Пэдди, выполняя приказ босса. Вот она подняла глаза и увидела Джейка на галерее. Казалось, она хочет убить его взглядом!

Джейк достал из кармана жилета сигару – приготовился к нелегкому разговору.

Глава 7

Джесси шла через зал, слезы застилали глаза, и она изо всех сил старалась не разреветься. Как мог Джейк скрыть от нее правду? Почему он так жесток? Она хотела подняться в контору, но передумала и подошла к стойке бара.

– Руперт, будь добр, налей мне что-нибудь выпить, – сказала она, поражаясь тому, как спокойно звучит голос.

Бросив на новую хозяйку недоверчивый взгляд, тот налил ей в маленький стаканчик виски. Джесси зажмурилась и сделала глоток. Жидкость обожгла все нутро.

– Спасибо, – прошептала она осипшим голосом и, осмелев, отпила еще немного.

Вскоре по телу разлилось блаженное тепло, к ней вернулось самообладание, и она направилась к лестнице. Ни за что на свете он не должен догадаться, как болит ее душа, какие страдания приносит мысль об отце…

– Почему ты не сказал, что отца убили? Джейк сделал глубокую затяжку, выпустил клуб дыма и только потом ответил:

– Конечно, надо было сказать, но на тебя столько всего навалилось. Я хотел дать тебе время немного привыкнуть к мысли, что его нет.

– Ты знаешь, кто его убил?

Выражение его лица стало жестким, и прежде чем ответить, он несколько раз затянулся.

– Если бы я знал, кто это сделал, Джесс, я повесил бы его перед входом в «Дивный ангел».

– Среди наших клиентов много китайцев, а шериф сказал, что в этом деле замешаны китайские тонги. Очень удобная для тебя версия. Окажись я на месте шерифа, сразу бы подумала, что больше всего от смерти Генри Таггарта выиграл ты, Джейк Вестон.

У Джейка от ярости заходили желваки.

– А я бы на твоем месте понял наконец, что неприлично вертеть задницей перед полупьяными мужиками и шлюхами в салуне, – отчеканил он. И добавил: – Будь ты мужчиной, я бы спустил тебя с лестницы и вышвырнул на улицу за такую наглость!

Джесси инстинктивно отступила на шаг назад, но глаза ее сверкали гневом.

– Не смей мне угрожать! – воскликнула она. – Ты не имеешь права выгнать меня из моего заведения, Джейк Вестон!

Он не собирался с ней спорить, тем более ругаться. Тяжело вздохнув, Джейк тихо проговорил:

– Генри был моим лучшим другом, Джесси, почти отцом. Я не знаю, кто убил его, но всему городу известно, что я обещал заплатить тысячу долларов тому, кто передаст мне информацию об убийце. А тебе не сказал о том, как он умер, только потому, что щадил твои чувства.

Он подождал, какова будет реакция на это признание, но Джесси упрямо молчала. Тогда Джейк продолжил:

– Это очень жестокий город, Джесс. Познакомься с Пэдди. – И указал на здоровяка-ирландца, стоявшего у нее за спиной. – Он будет при тебе чем-то вроде телохранителя.

Джесси повернулась и оглядела Фитцпатрика с ног до головы. Было заметно, что вид этого громилы произвел на нее впечатление.

– Мне не нужна охрана, – упрямо вздернув подбородок, заявила она.

– Пойди скажи это Булу Хаскинсу, – парировал Джейк.

Она зарделась, глаза забегали – что тут возразишь? Джейк с усмешкой наблюдал, как она пытается найти хоть какой-то аргумент против его волевого решения. Пэдди стоял, скрестив руки на груди, и смотрел то на босса, то на хозяйку. Джесси снова смерила его оценивающим взглядом и ехидно улыбнулась Джейку:

– Он что, будет охранять меня или шпионить за мной?

– Ну знаешь, да ты…

– Так что? Как это называется?

– Он работает на тебя, мисс Таггарт!

– Тогда плати ему из моей половины.

– Решено.

– Ты теперь работаешь на меня, мистер…

– Пэдди, – подсказал ей сам Фитцпатрик, причем медленно, чуть ли не по складам, чтобы запомнила.

– Да, Пэдди. Ты понял, Пэдди?

– Да, мэм.

– Ты служишь только мне.

– Да, мэм.

Джесси повернулась к Джейку и объявила:

– Мне нужно идти работать с бухгалтерскими книгами.

Она едва сдерживалась, слезы буквально душили ее, сердце разрывалось от горя, но при Джейке дать волю чувствам немыслимо. Джесси развернулась и зашагала прямо к кабинету Джейка.

Пэдди топтался на месте.

– Вам не следовало говорить леди про ее задницу, – заметил он. – Как мне к вам теперь обращаться – босс или просто мистер Джейк?

– Да называй, как хочешь, черт бы тебя побрал! – бросил тот.

Пэдди кивнул и бросился догонять Джесси, а когда она вошла в кабинет, встал у дверей, скрестив на груди руки.

– Черт бы побрал вас обоих, – пробормотал Джейк.

«Я просто спятил! Упрямство Джесси, помноженное на силищу Пэдди, – это уже что-то чудовищное!»

Он вошел в кабинет и увидел, что Джесси копается в ящиках его письменного стола.

– Тебе не кажется, что это бесцеремонно? Разве я не имею права на личную собственность?

– Это же кабинет моего отца, разве нет?

Джейк ничего не ответил, просто открыл нижний ящик и достал толстую книгу с отчетностью по «Ангелу».

– Можешь изучать до морковкиных загвин, если охота, все равно не обнаружишь никаких недочетов.

– Надеюсь, что вам повезет, мистер Вестон, и все именно так и будет.

Джейк хотел было съязвить, но передумал и только буркнул:

– Если возникнут вопросы, я внизу.

– Как вы могли уже убедиться, я в состоянии справиться с подсчетами сама, без чьей-либо помощи, – обронила Джесси.

Не желая продолжать перепалку, Джейк вышел из кабинета и чуть не споткнулся о новоявленного телохранителя, про которого успел забыть.

Как только дверь за Джейком захлопнулась, силы покинули Джесси. Слезы, так долго сдерживаемые, хлынули из глаз. «Боже мой, какой ужас! – думала она. – Отец, мой любимый отец зверски убит!» Она кое-как смирилась с мыслью, что он умер от сердечного приступа, и вдруг оказалось, что его задушили или зарезали!

Вспомнив, что второй том записей о взносах компании местным политикам припрятан в тайнике стола, Джейк вынужден был вернуться в кабинет. Снова выслушивать замечания Джесси у него не было ни малейшего желания, но делать нечего – надо отдать ей тетрадь. Открыв дверь, он застыл как вкопанный: непробиваемая Джессика Таггарт сидела за столом, уронив голову на руки, и горько плакала.

И Джейк впервые осознал, как велико горе этой несчастной девушки и каких усилий стоило ей скрывать свои переживания. Он осторожно прикрыл за собой дверь и тихонько двинулся к столу, но под ногами скрипнула половица, и Джесси, вздрогнув, подняла голову. Увидев Джейка, она вскочила и как ребенок, застигнутый врасплох, виновато смахнула слезы.

– Что тебе нужно? – Тон резкий, но голос срывается, и в глазах отчаяние.

– Я забыл отдать тебе еще одну бухгалтерскую книгу, – ответил он мягко. – С тобой все в порядке?

– Да, все хорошо. Просто что-то в глаз попало.

Джейк подошел ближе.

– Послушай, Джесс, не надо стесняться своих чувств. Твой отец был очень хорошим человеком, и нам всем его не хватает.

У нее задрожали губы.

– Просто я… просто… – бормотала она, но уже не могла сдержаться: – Господи, какой же страшной смертью он умер!

Голос сорвался на крик, и она разрыдалась.

Не думая о том, что он делает, Джейк заключил ее в объятия, но Джесси и не сопротивлялась. Прильнув к нему, она вцепилась пальцами в лацканы сюртука. Джейк гладил ее по волосам, пытаясь успокоить.

– Все хорошо, милая, – приговаривал он, нежно прижимая Джесси к себе. – Ему теперь покойно.

Впервые за долгое время Джесси почувствовала себя защищенной. Оказалось, так приятно, когда тебя обнимают крепкие мужские руки, приятно почувствовать себя маленькой и слабой, слушать, как тебя утешают. Ей так хотелось забыть обо всем на свете – и об убийстве отца, и об этом салуне, забыть, что она теперь совсем одна на всем белом свете и некому о ней позаботиться, не на кого переложить хоть малую толику забот и проблем.

Понемногу приходя в себя, Джесси ощутила, что Джейк ласково поглаживает ее по спине. И трепетная волна пробежала по ее телу.

Джесси испуганно отстранилась – она нашла утешение в объятиях человека, которого любил и которому доверял ее отец, но вдруг Вестон – преступник, вдруг он все время обманывал несчастного Генри Таггарта, а потом убил его в погоне за наследством? Инстинктивно Джесси чувствовала, что может вполне доверять Джейку, но ведь она так мало его знала.

Тяжело вздохнув, Джесси высвободилась из его объятий.

– Сейчас все будет нормально. Спасибо, Джейк.

– Не стоит благодарности. – Он улыбнулся такой замечательной улыбкой, что у нее радостно екнуло сердце и в голову полезли разные мысли, вовсе не имеющие отношения к делу.

А вдруг он этого и добивается? Хочет обезоружить ее своей добротой и обаянием? Джесси вспомнила, как застала его в постели с женщиной… Правда, саму женщину Джесси не видела, но она же точно лежала там, под одеялом! Это воспоминание отрезвило ее, она распрямила плечи и отошла подальше от Джейка.

– Извини, что я вела себя как ребенок. Больше это не повторится.

– Неудивительно, что ты так горюешь, Джесс. – Голос Джейка звучал так мягко, что она чуть снова не растаяла.

– Занимайся своими делами, Джейк, – решительно заявила она, пытаясь скрыть свою растерянность. – У меня еще много работы, я хочу удостовериться, что ошибок в счетах нет.

– Ну вот и прекрасно, – с ледяной вежливостью ответил он и вышел из комнаты.

Джесси проводила его взглядом. Обиделся. Ну и ладно. Меньше всего ей требуется сочувствие Джейка Вестона.


Воскресный вечер в салуне почти ничем не отличался от субботнего – так же полно народа, так же накурено, намусорено, время от времени кого-то выставляют за дверь, все те же игры, рулетка, девочки. Джейк слонялся по залу, беседовал с игроками, выпивал в баре, но мысли его были далеко. Он думал о Джесси.

Как же приятно было держать ее в своих объятиях! Какие у нее шелковистые волосы, какая тонкая талия… «Черт возьми, не хватало только связаться со школьницей, мало того, с дочкой лучшего друга!» – одернул себя Джейк, но искушение поцеловать Джесси, погладить ее грудь не исчезало…

«Мне нужна женщина! Живая женщина, а не подушка под одеялом!» – решил он наконец. Когда Джесси уйдет, он отправится в «Золотую колючку» к Моник. Вот кто избавит его от глупых мыслей – Моник Дюбуа! Джейк сразу приободрился.

Он прошелся вдоль стола с рулеткой, прислушиваясь, как постукивает шарик, и направился к игрокам в покер. За одним из столиков устроились Хорас Мак-Кафферти, Рене Ла Порт, директор грузовой компании «Вэллс и Фарго» Казек Бошек и дон Игнасио Гутиерес, разорившийся землевладелец. Компания еще та! Джейк терпеть не мог Мак-Кафферти. К Бошеку и Ла Порту он относился немного лучше, но всегда помнил, что эти двое – его главные конкуренты. Но портить отношения ни с кем из них Джейк не собирался.

Наблюдая за игрой, он не сразу услышал, что Казек Бошек, тучный мужчина с неприятным лицом, обращается к нему:

– Как насчет того, чтобы присоединиться к нам, Вестон? Может, удастся отыграть то, что мы потратили на твое разбавленное виски?

Этот тип всегда скажет какую-нибудь гадость.

– Я не разбавляю виски, Бошек, но получить с тебя деньги как за выпивку, так и за карты всегда приятно.

Джейк подсел к столу, хотя в последнее время играл редко.

– Ставка десять долларов, джокеры кроют тузов, стриты и флеши, – объявил условия Мак-Кафферти.

– Как поживает твоя прелестная компаньонша? – приторно улыбнулся Ла Порт, не отрывая взгляда от карт. – Или она твоя хозяйка?

– Компаньонша, – ответил Джейк. «Какого черта он лезет с вопросами? И тон отвратительный, как всегда!» Обсуждать с французом Джессику Таггарт он не собирался. Молча положив деньги на кон, взял карты.

После нескольких конов Джейк начал подозревать, что Мак-Кафферти и Бошек каким-то образом сообщают друг другу свои карты. В игре на пятерых это давало не так уж много преимуществ, но подобные дешевые штучки Вестон терпеть не мог.

Бошек вдруг резко повысил ставку. Джейк принял вызов. Тот медленно раскрыл свои карты: три короля – и потянулся за выигрышем.

– Не торопись, Казек, – улыбнулся Джейк и открыл свои – тузы и тройки.

Бошек скис. В ответ на его убийственный взгляд Мак-Кафферти лишь растерянно улыбнулся. Следующие несколько конов Джейк и Ла Порт выиграли, несмотря на попытки двух пройдох обойти их. Дон Игнасио продолжал проигрывать, что совершенно не удивило хозяина салуна, – старику по определению не везло.

Не прошло и часа, как Джейк успел сорвать приличный куш. У него даже настроение поднялось. Снова раздали карты, и тут Ла Порт подкинул еще одну малоприятную тему:

– А как идут дела в других подразделениях компании Таггарта, мсье Вестон?

– Что ж, были нелегкие времена, – посетовал Джейк, – но они миновали, наши речные баржи увеличили грузоперевозки. Это в направлении Марисвилля. А благодаря Алеку Абернату мы отбили у Бошека часть перевозок из Джексона и Стоктона.

Он сообщил все это не без гордости – действительно, управляющий компании по грузоперевозкам трудолюбивый Алек Абернат уже стал обгонять «Вэллс и Фарго».

– Жалкие крохи, то, что остается после нас, – бросил Бошек.

– Я подумал, – продолжал Ла Порт, – а вдруг вы захотите продать мне свои баржи или фургоны.

– А может, и то и другое, – добавил Бошек. За столом воцарилась тишина, все ждали, что ответит Вестон.

– Моя совладелица не выражает никакого желания продавать что бы то ни было, – заявил он. – Хорас может подтвердить. А если бы и собралась, то первый покупатель – я сам. Так что ничем не могу вас порадовать, джентльмены.

– Мистер Вестон совершенно прав, – неожиданно раздался голос самой Джессики. – Как это вас ни удивит, господа, но мне понравилась идея стать деловой женщиной.

Джейк вскочил со стула, так же поступили и остальные, кроме Бошека.

– Джентльмены, познакомьтесь с моим компаньоном мисс Джессикой Таггарт, – представил ее Вестон, хотя вряд ли в этом была необходимость.

– Мы с мисс Таггарт уже знакомы, – объявил Рене, расплывшись в чарующей улыбке. – Как же коротка оказалась, к сожалению, дорога из Рено в Ричмонд!

Джесси рассмеялась.

– А я, как вы знаете, – поспешил напомнить Хорас, – представляю интересы мисс Таггарт.

– Пожалуйста, джентльмены, продолжайте! – сказала Джесси. – Я не хочу мешать вам.

Мужчины заняли свои места, и Бошек принялся тасовать карты, но Джессика не уходила.

– Мистер Вестон, пока я не забыла, – обратилась она к Джейку. – Завтра начинается загрузка барж «Юба-Сити». Я хочу посмотреть все это в действии.

Делая вид, что внимательно изучает свои карты, Джейк ответил:

– Боюсь, завтра я буду занят. У меня другие планы на ближайшие несколько дней. Но на следующей неделе вы вполне сможете все увидеть. В понедельник, если вас это устроит.

– Хорошо. Думаю, за это время я многое еще успею узнать и изучить, – сказала Джесси. – Но мне бы хотелось проехать по речному маршруту грузовой баржи.

Джейк чуть не застонал: что ни день, новая бредовая идея. У него вовсе не было желания отправляться в плавание на одном из этих хлипких суденышек. От одной мысли об этом Джейка замутило.

– Пэдди может сопровождать вас, – бросил он.

– Я бы предпочла плыть с вами, – настаивала Джесси. – У меня могут возникнуть вопросы и…

– А у меня другие планы! – оборвал ее Джейк.

Она выглядела ужасно огорченной, но будь он проклят, если согласится – тогда ей станет известно, что он страдает морской болезнью.

Кон завершился. Выиграл Рене Ла Порт. Радостно улыбнувшись Джесси, он поймал ее руку и поднес к губам:

– Вы принесли мне удачу, cherie.

Джейк наблюдал за его пируэтами, сжав зубы. Джесси отдернула руку и покраснела. Ла Порт собрал деньги, среди которых были и сто долларов Джейка, и последние гроши дона Игнасио.

Казек Бошек вынул из кармана вексель старика и презрительно швырнул его на стол.

– Как вы собираетесь рассчитываться, дон Игнасио?

– Приходите ко мне, сеньор Бошек, и мы с вами все обсудим, – устало ответил тот и вышел из-за стола.

– Уже четвертый вексель, который этот старый придурок всучил мне за последний месяц, – сообщил Бошек. – В прошлый раз он отдал мне долг натурой – овцами, но это было последнее, что у него на ферме оставалось. Похоже, теперь придется взять с него закладную на дом.

– Он старается отыграться, – заметил Джейк.

– Жаль его, – включился в разговор Рене. – Еще не так давно угодья Гутиереса составляли несколько тысяч акров.

– Черт побери, если человек не умеет распорядиться тем, что имеет, он заслуживает такой участи! – высказался Бошек.

Закуривая сигару, Джейк процедил сквозь зубы:

– Что-то ты разговорился, Бошек! Не пора ли сдавать карты?

– В чем дело, Вестон? – огрызнулся тот. – Не терпится проиграть?

Он принялся остервенело тасовать колоду.

– А я, пожалуй, пропущу кон-другой, – заявил вдруг Рене Ла Порт, вставая.

Джесси с улыбкой оперлась на его руку, и они прошли к столику в самом укромном уголке салуна. Джейк то и дело поглядывал туда, потеряв покой, и проиграл три кона подряд.

– Мне больше не везет сегодня, господа, – объявил он, вставая из-за стола.

– Если соберетесь продать что-нибудь, дайте знать, – предложил Бошек. – Я подскажу, кого это может заинтересовать.

– Как же, сейчас! И не мечтай! – бросил Джейк через плечо, направляясь к бару.

– Лучше продать, пока ты еще на коне, – обронил Бошек, потягивая виски.

Джейк резко обернулся.

– Что это значит, черт подери? Тот пожал плечами.

– Да ничего особенного. Просто старик Таггарт умер, так и не успев продать дело и пожить в свое удовольствие. Умный человек не будет ждать, пока… В общем, вовремя выйдет из игры.

– Не продается! – вскипел Джейк. И, бросив взгляд на Мак-Кафферти, решительно подтвердил: – Не продается!

Те, ухмыльнувшись, продолжили игру, а Вестон отправился к стойке и заказал себе двойное виски. Не удержавшись, он снова глянул туда, где сидели Рене и Джесси, – пьют шампанское, смеются…

– Еще! – потребовал Джейк и снова выпил содержимое залпом. – Повторить!

Уставившись в стакан, он тупо разглядывал янтарно-желтую жидкость, когда к нему подплыла Лови Макдугал.

– Что-то не так, Джейк? – полюбопытствовала она.

– Не что-то, а все!

– Похоже, мисс Джесси и этот красавчик француз спелись там, в уголке? Слушай, а ведь если она выйдет замуж, муженек вряд ли потерпит, чтобы его жена ошивалась в таких местах, как салун. Понимаешь, к чему это я? У тебя тогда и проблем не будет.

– Слушай, тебя там клиенты не заждались? – съязвил Джейк и хлопнул еще одну порцию.

– Нет, не ждут, – огрызнулась Лови, – но лучше я пойду вон к тем китайцам, чем останусь с тобой, Вестон!

Гордо задрав голову, Лови двинулась было прочь, но Джейк схватил ее за руку.

– Извини, Лови. Ты права, я просто идиот, но я не знаю, что на меня нашло.

– Зато я знаю, но если скажу, ты не поверишь. – Она ласково потрепала его по щеке. – Ты все еще мой любимчик.

– Спасибо, Лови.

Он увидел, что Бошек и Мак-Кафферти оставили карты и подошли к Рене и Джесси. Ла Порт разлил по бокалам шампанское, все выпили, и Казек с Хорасом откланялись. Француз что-то шепнул Джесси на ухо, и она расхохоталась на весь салун. У Джейка внутри все оборвалось.

– У тебя вид побитой собаки! – Лови ткнула его локтем под ребра.

– Точно! – признался Джейк, враз отрезвев, и направился к Рене и Джесси.

Глава 8

– Итак, cherie, ты поужинаешь со мной завтра вечером? – улыбаясь, спрашивал Рене, сжимая ей руку и играя ее пальцами.

Джесси улыбнулась:

– Думаю, это будет…

Но она не успела закончить фразу – к ним подошел Джейк. Вид у него был угрожающий.

– Нам надо поговорить, – процедил он сквозь зубы. – Сейчас же!

И, бесцеремонно схватив ее за руку, потянул за собой. Рене, никогда не терявший присутствия духа, попытался возразить:

– Дама беседует со мной, мсье Вестон. Вынужден заметить, что вы нам помешали.

– Лучше не суйся в наши дела, Ла Порт, – огрызнулся Джейк. – Мы с моей компаньоншей сами разберемся.

– Думаю, здесь должна решать мадемуазель Таггарт, – настаивал тот.

Он вышел из-за стола с таким видом, будто вот-вот полезет драться. Джесси поспешила вмешаться.

– Все в порядке, Рене, – сказала она, с благодарностью глядя на француза, готового отстаивать ее честь. – Я уже почти привыкла к манерам мистера Вестона.

Джейк только зыркнул исподлобья и потащил ее за собой к черному ходу. Миновав кухню, они оказались в кладовой, заполненной ящиками, коробками, бочонками, и тут Джесси взорвалась:

– Какого черта, Джейк? Что это ты вытворяешь? Отпусти меня сейчас же!

– Сама-то ты что вытворяешь, а? – закричал он, не помня себя от ярости. – Ведешь себя, как… Кокетничаешь с этим французиком! Что ты о нем знаешь, мадемуазель Таггарт?

– Не смей так со мной разговаривать! Мы нормально беседовали, и я собиралась принять его предложение поужинать с ним, а ты схватил меня и уволок в какую-то кладовку! А что до того, хорошо ли я знаю мсье Ла Порта… – она нарочно произнесла имя на французский манер, чтобы позлить Джейка, – то это вообще не твое дело.

– Мое дело, голубушка, очень даже мое. Ла Порт – не кто иной, как пижон и развратник. Этот дамский угодник успел прославиться своими многочисленными похождениями на все побережье. Женщины его интересуют в единственном смысле.

Ни одна уважающая себя дама не станет с ним общаться.

Джесси даже побледнела.

– Ты хочешь сказать, что я…

– Нет, – перебил ее Джейк и продолжал уже мягче: – Но стоит тебе появиться в городе с Ла Портом, и соответствующая репутация обеспечена. Если ты хочешь, чтобы тебя принимали в приличном обществе, то лучше его сторониться. По этой же причине и в «Дивном ангеле» не нужно бы появляться.

– Плевать я хотела на приличное общество, – заносчиво заявила Джесси. – Мистер Ла Порт – джентльмен. Мы беседовали с ним в поезде несколько часов, и он вел себя вполне достойно, а сейчас пригласил меня поужинать. И я собираюсь принять приглашение, понятно?

– Черта с два ты примешь это приглашение! Ты пойдешь и вежливо откажешься ужинать с ним.

– А если я не стану этого делать?

– Тогда ты окажешься наверху в моем кабинете связанной и с кляпом во рту.

– Ты… ты не посмеешь так поступить! Попробуй только, Рене тебе покажет…

– Ничего он мне не покажет, потому что я его в бараний рог скручу, ясно? Ну как, ты еще хочешь пойти с ним?

Вид у него был свирепый, было ясно, что шутить он не собирается. Джесси гордо вскинула голову.

– Ты не имеешь права мне угрожать, Джейк Вестон! Я буду поступать так, как мне хочется. Даже если сегодня я откажусь поужинать с Рене, то все равно потом найду возможность пойти с ним. Вот так.

– Нет, не так. Пока ты не дашь мне честное слово, что не станешь с ним встречаться, я тебя отсюда не выпущу, нет, лучше вот что – переброшу через плечо, как Бул Хаскинс, отволоку наверх и свяжу. Рано или поздно тебе придется понять, что к чему.

– Да ты просто невыносим! Это невероятно! Какое ты имеешь право решать за меня?

Джесси кипела от негодования, но она понимала, что нельзя упорствовать, иначе беды не миновать. Беседуя с Рене, она заметила рукоятку стилета, видневшуюся из жилетного кармана француза. А какое оружие носит при себе такой тип, как Вестон, одному Богу известно. Поэтому она должна вести себя осторожно.

Тем не менее она не могла смириться с мыслью, что Джейк считает себя вправе распоряжаться ею. Ни одному мужчине не позволено так обращаться с Джессикой Таггарт! Она глянула на дверь и опрометью бросилась к выходу, рассчитывая удрать. Джейк, разумеется, догнал ее в два прыжка, цепко схватил и прижал к стене.

– Э, нет, не убежишь, лисичка! – усмехнулся он. – Ты не выйдешь отсюда, пока не дашь мне слово.

– А почему ты так уверен, что я сдержу слово? – проговорила Джесси, переводя дыхание.

– Ты же Таггарт, не так ли?

Она прикусила язык – а что тут скажешь, если он прав? Таггарты верны данному слову, это у них в крови.

– Я не верю, что Рене так уж порочен. – Она тянула время.

– Когда дело касается женщин, он настолько порочен, что ты и представить себе не можешь. Он возьмет все, что ему нужно, а потом вышвырнет тебя вон за ненадобностью.

– А как поступаешь ты? – напирала Джесси. – Разве ты ведешь себя с женщинами по-другому?

Джейк усмехнулся:

– Но ведь я не приглашаю тебя поужинать со мной.

Джесси вдруг насупилась.

– А почему? Потому, что мы партнеры по бизнесу, или потому, что ты не считаешь меня достаточно привлекательной женщиной?

Джейк немного ослабил хватку, чтобы окинуть взглядом ее изящную фигурку и высокую грудь.

– Ты очень привлекательна, очень, – признался он. – В этом салуне не найдется ни одного мужчины, кто бы отказался подтвердить это. Но ты не просто красивая, ты очень испорченная девчонка, от тебя одни неприятности. Что тебе нужно, так это выйти замуж. Где ты найдешь такого сумасшедшего, способного держать тебя в ежовых рукавицах, мне плевать, но учти: ни Ла Порт, ни любой другой из тех, кто сюда приходит, и не подумает серьезно к тебе относиться, раз ты тут крутишься.

На мгновение Джесси лишилась дара речи и обалдело уставилась на Джейка.

– Ах ты… бабник проклятый! Мужлан неотесанный… подонок! – выпалила наконец она. – Как, однако, жестоко со стороны отца свести меня с тобой!

– Может, я и подонок, – ледяным тоном ответил Джейк, – а может, и еще кто, называй, как знаешь, чихать я хотел на все эти прозвища. Я требую, чтобы ты дала мне слово перестать якшаться с Ла Портом.

– Пропади ты пропадом! – воскликнула Джесси в сердцах, она уже не могла сдерживаться.

– Того же потребовал бы от тебя отец, будь он жив.

– Отец никогда не давил на меня, никогда не был груб со мной!

Джейк снова прижал ее к стене.

– Дай мне честное слово!

Джесси вырвала руку и замахнулась, чтобы влепить ему пощечину, но Вестон успел ее перехватить за запястье.

– Чертова девка! – прошипел он.

С минуту они так и стояли, испепеляя друг друга взглядом. Джейк прижимался к Джесс всем телом, чувствуя, как оно упруго и в то же время податливо… Не соображая, что делает, Джейк внезапно наклонился и припал к ее губам нежным поцелуем.

Она же остолбенела от неожиданности, не смея сопротивляться, да толком и не зная как. Она чувствовала тепло его дыхания, настойчивость требовательных губ… Внезапно Джесси ощутила какой-то внутренний трепет… Это насторожило ее, но только она открыла рот, пытаясь протестовать, как Джейк осторожно приподнял ее подбородок, и поцелуй стал более глубоким, более чувственным.

«Что это со мной?» Волна наслаждения буквально захлестнула ее. Джесси уже сама прильнула к Джейку, рука скользнула по его спине – выше, выше, пока не коснулась шеи, волос на затылке… Она не думала, что делает и зачем, так было лучше, приятнее, от каждого прикосновения дрожь пробегала по телу, а поцелуй казался бесконечным.

Голос разума подсказывал ей, что нужно вырваться из объятий этого мужчины, но Джесси отказывалась подчиниться, одержимая желанием познать радость новых, неведомых ранее ощущений.

Поцелуи Джейка становились все более дразнящими, ласки – более смелыми. Его ладони скользили по ее спине, обхватывали тонкую талию, словно тугой пояс, сжимали ее бедра, и даже сквозь складки юбки она чувствовала, как горячи и трепетны мужские руки. Дрожа всем телом, Джесси прижалась к Джейку… Вдруг что-то твердое уперлось ей в живот. Джесси вздрогнула, оттолкнула Джейка и, покраснев, отскочила в сторону. Сердце бешено билось в груди.

Джейк, казалось, смутился не меньше, чем Джесси. Тяжело дыша, он пытался взять себя в руки…

В этот момент дверь распахнулась и на пороге возник Руперт. Увидев хозяев, он застыл, разинув рот от удивления.

– Босс… э-э… Простите, что помешал. Но я искал вас, очень нужно… Там один из посетителей обвиняет Стабби в нечестной игре, они того и гляди схватятся. Пэдди вышел, а этот новенький опять куда-то подевался. Лучше бы вам пойти и уладить дело, пока еще не поздно.

– Сейчас иду, – бросил Джейк. Руперт исчез за дверью.

Джейк перевел дыхание и повернулся к Джесси. Она смотрела на него во все глаза, и вид у нее был ошарашенный.

– Извини, Джесс, – сказал Джейк. – Я не думал, что так получится. Но тем не менее все это только подтверждает мою мысль.

Она вскинула брови.

– Да? – Голос срывался, она прижала руки к груди, чтобы унять дрожь. – И что же это за мысль?

– Что ты всего лишь маленькая наивная девочка, совершенно не готовая противостоять чарам такого искушенного сердцееда, как Ла Порт.

– Я вовсе не наивна!

Джейк решительно шагнул вперед.

– Да? Требуются новые доказательства? С удовольствием помогу тебе.

– Ты – сущий дьявол, Джейк Вестон, – проговорила Джесси, прижав ладони к пылающим щекам.

– А Ла Порт – негодяй. Дай мне слово, Джесс, что не будешь встречаться с ним.

Уверяя себя, что сердце так колотится от гнева, она сказала:

– Хорошо. Я не буду встречаться с Ла Портом… некоторое время не буду.

– Этого мне недостаточно.

– Я не буду видеться с ним, пока не узнаю о нем больше.

– Поточнее, пожалуйста.

– Я не буду видеться с ним в течение двух недель.

Джейк удовлетворенно улыбнулся.

– Пусть это будет месяц, Джесс. Если потом тебе захочется встречаться с ним, твое личное дело.

Джесси никак не могла понять, чем же вызвана такая настойчивость Джейка. Действительно ли заботой о ее добром имени?

– Ладно, пусть месяц, – согласилась она.

– Он негодяй, – повторил Джейк, заметно повеселев, – но глаз у него наметан, всегда нацеливается на самых красивых женщин на побережье.

И снова окинул Джесси оценивающим взглядом… нет, не оценивающим, а восхищенным… жадным… Но тут он вспомнил о чем-то, спохватился и вышел из кладовой.

Джесси обессиленно опустилась на куль с сахаром. «Господи, что же это такое происходит?» И не мудрено было задуматься – она вся до сих пор дрожит, щеки горят, а на губах – вкус страстных поцелуев Джейка. Да разве можно сравнить его с Бенджаменом Кифером? Бен целовал ее нежно, едва касаясь губами. Тогда ей было просто приятно, она чувствовала себя желанной. А Джейк разбудил в ней такую страсть, о которой она даже не подозревала.

Хуже всего то, что ей понравилось целоваться с Джейком, мало того, ей хотелось целоваться еще и еще. Боже правый! Этот Джейк Вестон – проходимец из проходимцев! Обманывал отца, а теперь пытается и ее провести. Возможно, он даже имеет какое-то отношение к убийству отца. Она должна бы его ненавидеть, но думает только о том, как приятно было его обнимать и как горячи были эти поцелуи…

Она решительно тряхнула головой и вскочила на ноги. Черт бы его побрал! В сердцах Джесси пнула ногой по мешку, но только ушиблась. Джейк вырвал у нее обещание, что она не будет видеться с негодяем Рене, а разве Рене позволил бы себе такие выходки? Это правда, что она слишком мало его знает. И все же в ее глазах француз был настоящим джентльменом, вежливым и обходительным в отличие от грубого Вестона.

Вспомнив, как Джейк ласкал… нет, просто тискал ее, Джесси вся вспыхнула от негодования. Да как он посмел? Неужели отец не видел, с кем связался?

Джесси наконец решилась выйти и тут же за дверью увидела Пэдди, своего верного телохранителя. «Интересно, – подумала она, – а если бы я позвала на помощь, что бы стал делать этот детина?»

– Я еду домой, – сообщила она Пэдди.

Не поднимая глаз, чтобы не видеть ни Джейка, ни Ла Порта, Джесси прошла вслед за ирландцем к выходу, прочь из этого вертепа. Она решила дня два не показываться в салуне, обдумать все хорошенько, а главное, подготовиться к новой встрече с Джейком Вестоном.


На следующий день Джейк проснулся с головной болью. Что только ему не снилось – за ним гнались, пытались удавить красным шелковым шнурком, он тонул в океане и занимался любовью со своей хорошенькой компаньоншей.

Вечером Джесси ушла сразу же после того инцидента в кладовой, он видел, как она продефилировала через игорный зал, даже не взглянув в его сторону. Джейку было стыдно за то, что он так распустил руки, старик Генри убил бы его на месте, если б узнал, как он обошелся с его дочерью. Черт, но ведь он не собирался целоваться с ней! Все вышло как-то само собой. Она просто-напросто довела его, разозлила своими колкостями, и чем же еще было заткнуть рот этой противной девчонке, если не поцелуем? Впрочем, способ, как оказалось, весьма приятный.

Джейк сидел на краю кровати, сжав руками виски. Он вспомнил, что выпил вчера целую бутылку бренди, стараясь избавиться от наваждения и не думать о Джесс и о том, как сладко было ее целовать. Он тщетно пытался забыть податливость ее тела, упругость груди, округлость трепетных бедер… Но и теперь эти мысли вызвали сладкую дрожь, и Джейк застонал.

Он заставил себя встать, побриться и одеться и отправился вниз. Он зашел в бар, разбил яйцо в стакан с пивом, подсолил и залпом выпил. Стало немного легче, он даже помог Руперту таскать бочонки с виски.

Работу бармена Джейк знал неплохо. Пять лет назад, как раз накануне встречи с Генри, он устроился в бар – помогал разливать напитки. Нужно же было как-то зарабатывать на жизнь. Сам родом из Техаса, Вестон оказался в Калифорнии, пройдя войну и прослужив в армии конфедератов. Ни дома, ни родных у него не было – мать умерла от холеры еще до войны, а отца Джейк вообще никогда не знал. Ему было известно, что отец всегда погуливал от матери, а потом завел себе другую семью. Поэтому к браку Джейк относился скептически, считая сплошным занудством и враньем. И он решил, что не создан для семьи и не женится никогда.

– Спасибо, босс, – поблагодарил его Руперт, когда Джейк принес очередной бочонок. – Что-то с каждым годом эти бочки все тяжелеют. Вам не кажется, что виски уплотняется, а? – спросил он, усмехаясь и подмигивая хозяину.

– Не знаю, Руперт. Но должен тебе заметить, что с годами все тяжелее и пить, и работать. Все хуже и хуже год от года.

– Ну уж не хуже, чем в Эльмире-то?

Джейк ухмыльнулся.

– Да почти так же, – ответил он, прекрасно понимая, на что намекает бармен.

Джейк был капитаном кавалерии, и однажды в бою под ним, тяжело раненным, подстрелили лошадь. С одной пулей в плече и с другой в бедре Джейк был доставлен в Нью-Йорк, где провел шесть месяцев в тюрьме Эльмира – худшие полгода в его жизни. Невозможно забыть голод, болезни, крыс, умирающих солдат-конфедератов…

– Это партнерство с мисс Джесси вас так утомило? – пошутил Руперт.

– Она не сахар, уж будь уверен, – пожаловался Джейк. – Хотя оказалась намного умнее и сообразительнее, чем я ожидал. Но и намного упрямее, черт ее побери. Если бы кто мне раньше сказал, что девушке, получившей такое воспитание, как Джессика Таггарт, взбрело в голову заняться бизнесом, я бы решил, он обкурился китайской «травки», не иначе.

– То же самое сказал вчера Ла Порт, – сообщил Руперт. – Говорит, она и умна, и красива, но он ни за что бы не стал ее партнером по бизнесу.

Джейк выругался.

– Схожу-ка я в «Золотую колючку», посмотрю, как там дела у наших конкурентов, – буркнул он и направился к двери.

Моник Дюбуа избавит его от тоски и сомнений, все эти глупости разом вылетят из головы.


В отличие от «Дивного ангела», где посетителям предлагали азартные игры и девочек, в «Золотой колючке» устраивали настоящие развлекательные программы. Салун размещался в большом двухэтажном здании. Внизу два зала – игорный и зрительный – с баром и столиками перед небольшой сценой с блестящим занавесом. На втором этаже – зашторенные ложи, двери из которых вели в номера девиц.

Салун принадлежал некой Ноб Хилл Кэйт, но хозяйничали в нем две дамы – сама Кэйт и Моник Дюбуа, ее приемная дочь. Джейк изредка наведывался к Моник, красотке француженке с тонкой талией, длинными черными волосами и сияющими голубыми глазами.

Моник сама выбирала себе мужчин и никогда не ходила в ложи, ни за какие деньги! Она считалась принцессой «Колючки», и королева Кэйт позволяла ей носить этот титул. Кэйт прекрасно понимала, что посетителя – богатого посетителя – надо зажечь мечтой, заставить его добиваться воплощения этой мечты в реальность, и Моник очень подходила на роль такой приманки.

Народу в «Колючке» было полно, и Джейку пришлось пробираться к сцене. «Черт, а старуха Кэйт не прогадала, взяв эту турчанку!» – посетовал он, сообразив, что публика собралась поглазеть на танцовщицу, исполнявшую танец живота. Номер считался гвоздем программы, многие приходили в «Золотую колючку» только для того, чтобы увидеть знаменитую Фатиму. Несколько лет назад, когда Кэйт впервые выпустила на сцену исполнительницу экзотического танца, в зале наступила мертвая тишина – посетители молча наблюдали за волнующими плавными движениями. Кэйт уже было решила, что зрителям номер не понравился, но стоило танцу закончиться, зал взорвался такими восторженными аплодисментами, что хозяйка всерьез перепугалась, как бы не обрушился потолок.

Джейк огляделся, разыскивая Моник. Он старался не слишком часто появляться здесь, чтобы, во-первых, не считаться постоянным клиентом конкурирующего заведения, а во-вторых, чтобы удерживать женщину на должном расстоянии. Превыше всего он ценит свою свободу, а посему Моник должна знать свое место. Правда, еще не так давно он позволял ей изредка приходить к нему в «Ангел» после закрытия, но уходила она до рассвета.

Моник сидела за столиком в компании двух известных в городе политических деятелей. Она помахала ему рукой, и он подошел.

– Bonjour, cheri, – поздоровалась она и поцеловала приятеля в щеку, прижавшись грудью к его плечу. – Ты знаком с членом городского совета Петерсоном и судьей Фендерманом?

– Джентльмены, – поклонился Джейк и пожал обоим руки, приветствуя важных персон, частенько навещавших «Ангел». – Ты занята, Моник? Я бы хотел… обсудить с тобой одно дельце.

– Нет, cheri, просто мне хотелось усадить наших дорогих гостей на лучшие места, чтобы им было все хорошо видно. Пойди пропусти стаканчик в баре, а я подойду к тебе, как только начнется представление.

– Джентльмены, – откланялся Джейк и, извинившись, отправился в бар.

Он не удивился и не обиделся, что Моник предпочла ему своих клиентов, слишком уж важные птицы, чтобы их игнорировать. Общественные организации требуют закрытия салунов и публичных домов. Вот почему так важно заручиться поддержкой городского совета и суда.

Раздались первые музыкальные аккорды, и зал затих, все взоры обратились к сцене. Из-за занавеса появилась рука, вся в блестящих браслетах. Взмах, плавное движение и снова взмах, звон браслетов – все в такт музыке. Завораживающее зрелище, хотя самой танцовщицы пока не видно, но вот и она – занавес раздвинулся, и Фатима предстала перед зрителями. Вращая бедрами, она извивалась, как змейка, поворачиваясь то спиной, то боком, позволяя публике лицезреть движения обнаженного живота. Джейк не мог оторвать глаз от сцены и даже не заметил, как подошла Моник.

– Cheri, – прошептала она прямо ему в ухо. – Я вижу, на тебя тоже подействовали чары нашей Фатимы.

– Да она же толстая, – усмехнулся Джейк. – С тобой никто и сравниться не может.

– Правда? – просияла Моник, но по глазам было видно, что она не очень-то верит в искренность комплимента.

Разглядывая ее ухоженное фарфоровое личико, вглядываясь в блестящие голубые глаза, Джейк подумал, что сравнение со смуглой Фатимой она, конечно, выдержит, но вот кое с кем другим… И перед его глазами возник образ Джесси Таггарт: живое прекрасное лицо, тонкие черты, глубокие зеленые глаза, а в них обида, упрек… Ну надо же! Лезет всякая глупость в голову, мешает расслабиться! Почему же он ее вспоминает?

– У меня в спальне бутылка прекрасного шампанского, специально для тебя, cheri. Надеялась, что ты придешь сегодня.

«Так я и поверил, – подумал Джейк. – Ты приготовила ее для любого, кого бы заманила сегодня к себе в постель».

– Что ж, давай проверим, так ли хорошо это шампанское, – сказал он.

Поднимаясь с Моник по лестнице, Джейк глянул в зал – обычно их провожают завистливые взгляды, но сейчас все увлечены представлением.

– Она так играет телом, только когда танцует, – сказала Моник, заметив, что он смотрит в сторону. – Но если ты предпочитаешь глазеть на нее…

И она хотела было уйти, но Джейк придержал ее за руку.

– Не выдумывай, детка, – успокоил он капризницу, притягивая ее к себе и целуя.

К немалому своему удивлению, он тут же почувствовал разницу – губы Моник холодные, твердые, а у Джесси они такие чувственные, полные и горячие. Целуется француженка, конечно, классно – ее язык тут же проник в его рот и проделывал там всякие приятные фокусы. Она обвила его шею руками, гладила его по волосам, пальцы скользнули под ворот, ноготки легонько царапали кожу.

Джейку всегда нравились искусные ласки этой опытной женщины, но сейчас удержаться от сравнения с невинной, непосредственной реакцией Джесси на его смелый поцелуй невозможно. На сей раз объятия Моник радости не принесли, он даже засомневался, а хочется ли ему заняться с ней любовью? Но ничего не подозревавшая француженка взяла Джейка за руку и увлекла за собой в спальню.


Позже, удовлетворенный и усталый, Джейк лежал на постели. Все бы хорошо, но почему-то в конце он вдруг представил, что ласкает и любит Джесси. Это ее тело распростерто под ним, она вскрикивает от наслаждения, ее он целует так нежно и страстно. Вот уж незадача – он пришел к Моник, чтобы забыть зеленоглазую девчонку, но все усилия оказались напрасны.

Моник положила ладонь ему на грудь, явно привлекая тем самым к себе внимание. Она заговорила, и голос ее звучал как-то странно:

– Cheri, когда мы с тобой занимались любовью, ты кое-что сказал.

У Джейка все так и сжалось внутри – неужели он мог произнести имя Джесси?

– Я не помню.

Моник приподнялась на локте и заглянула ему в глаза.

– Как ты меня называл? – спросила она сухо.

– Лапочка. Я называл тебя лапочкой. Она встала на колени и, склонившись к нему, спросила, тяжело дыша:

– Кто такая Джесси?

Джейк почувствовал, что краснеет.

Может, я назвал тебя пупсиком? Ты же знаешь, мне нравится дразнить тебя…

Моник поднялась с постели и накинула розовый пеньюар.

– Кто такая Джесси? – настаивала она.

– Я уверен, что не называл тебя Джесси, Моник, – стоял на своем Джейк.

Но унять ее было невозможно. Идеальная любовница, француженка обладала скверным характером.

– Ты сказал – Джесси! – выкрикнула она и схватила стакан с остатками шампанского.

Джейк решил, что она собирается осушить его, чтобы прийти в себя, но нет – Моник запустила стаканом в него, и если бы он вовремя не увернулся, беды не избежать. Стакан со звоном разбился о стену за его спиной.

– Жаль, хорошее шампанское, – усмехнулся Джейк.

– Негодяй!

Он понял, что пора сматываться. Но не успел и брюки натянуть, как рассвирепевшая женщина швырнула в него флакон с духами. На этот раз не повезло – флакон задел щеку.

– Прекрати, Моник! – прикрикнул Джейк, начиная злиться.

– Ты сукин сын! – воскликнула та и потянулась за бутылкой с шампанским.

Тут уж было не до шуток, мешкать нельзя. И Джейк перехватил ее руку.

– Уймись ты, глупая! – Он толкнул разъяренную женщину на кровать и сам навалился на нее. – Какое тебе дело до того, с кем еще я удовлетворяю свои сексуальные потребности?

– Чтоб у тебя их не было до скончания века, Джейк Вестон! – злобно выкрикнула Моник и попыталась вывернуться.

Он отобрал у нее бутылку и поставил на пол.

– Ты, маленькая фурия, остынь! Можно подумать, ты ни с кем другим не развлекаешься! Если тебе не нравится, что я говорю в постели, могу не приходить. Желающих переспать с тобой хоть отбавляй, я так понимаю.

Моник дрожала от ярости, но больше не пыталась вырваться. Джейк встал и оделся, а она осталась лежать, всем своим видом изображая оскорбленную невинность. Он подошел к двери и бросил через плечо:

– Загляну к тебе через пару дней.

Джейк вовсе не собирался этого делать, Моник с него хватит, и надолго.

– Иди к своей Джесси! – крикнула она.

– Послушай… – начал было он, но решил, что с него довольно объяснений, и вышел, громко хлопнув дверью.

С той стороны о дверь с грохотом разбилась бутылка. Джейк горько усмехнулся – вот они, женщины! Ну что за вздорное племя? То одна ему досаждает, то другая!

Пробираясь через зал к выходу, Джейк столкнулся с Кэйт. Та распахнула объятия.

– О, неужели это мой любимый конкурент? – воскликнула она. – Как поживаешь, Джейк?

– Прекрасно, Кэйт, – ответил он, улыбаясь, и сразу почувствовал, как болит щека. – Знаешь, я наконец понял секрет названия твоего салуна. Ты – это золото, а Моник – колючка.

– Даже у роз есть шипы, – рассмеялась хозяйка.

Кто бы спорил! Распрощавшись с Кэйт, Джейк вышел на улицу и тяжело вздохнул. Если у роз колючки, то он найдет себе орхидею.

Глава 9

Джесси вернулась в отель усталая. Полдня провела она у лучшей в городе модистки, мадам Делейн, которую ей порекомендовали обязательно посетить.

Два дня она не появлялась в «Дивном ангеле», но, собираясь там бывать регулярно, решила обновить свой гардероб. Понимая, что в салуне неуместны ее глухие траурные платья, Джесси решила заказать нечто более модное и элегантное. В «Ангеле» она все время на виду, оставаться незамеченной невозможно, да и не нужно, раз уж она сделала свой выбор – наперекор общественному мнению стать хозяйкой салуна. Пусть все видят, что она хороша собой и умеет себя подать. В таком деле красивая внешность – большое преимущество. А кроме того, в глубине души ей хотелось подразнить Джейка Вестона.

Проходя через холл отеля к лестнице, Джесси услышала, как ее кто-то окликает.

– Мисс Таггарт! – кинулся к ней портье. – Мисс Таггарт, здесь был мистер Ла Порт, он спрашивал вас. Он сказал, что зайдет примерно через час, но час уже прошел, и он вот-вот появится.

– О Господи! Нет… – пробормотала Джесси.

– Какие-нибудь проблемы? – поинтересовался портье.

– Нет-нет. Не стоит беспокоиться… Только вот что…

– Мадемуазель Таггарт? – раздался голос Рене.

Поздно! Ла Порт, одетый в шикарный светло-бежевый костюм, направлялся к ней.

– Я так надеялся повидаться с вами! – сказал он.

– Привет, Рене.

Джесси протянула руку, и элегантный француз, изящно склонившись, прижал к губам ее пальчики.

– Можно задержать вас на минутку?

– Да, конечно…

Он взял ее под локоток и подвел к большому камину, возле которого стояли банкетки. Джесси присела. Рене устроился рядом, пожалуй, все же слишком близко.

– Вы так неожиданно ушли в тот вечер, – сказал он. – Мы не закончили наш разговор.

– Да… я… Извините, но я вдруг себя плохо почувствовала.

Он внимательно посмотрел ей в глаза, словно хотел прочесть ее мысли.

– Понятно. А как вы себя чувствуете сегодня? Можем ли мы поужинать вместе сегодня вечером?

Джесси опустила глаза, задумавшись, как ей лучше поступить. Если бы не данное Джейку обещание, что не будет встречаться с красавцем Рене, Джесси тотчас бы согласилась. Ей не верилось, что Ла Порт такой уж порочный человек. Кроме того, она хотела сама составить о нем мнение – плохое ли, хорошее, но свое собственное. Она взрослая, вполне самостоятельная женщина, за все свои поступки она отвечает только перед собой.

Но все же в Рене есть нечто такое… Джесси почувствовала это еще в поезде, но мимолетно и, списав все на первое впечатление, решила, что слишком осторожничает… Но теперь она поняла: да, в Рене есть нечто хищное, опасное. Правда, Джейка она тоже боится, но это совсем другое…

– Видите ли, Рене, так мало прошло времени со дня смерти отца… И я решила, что мне еще рано вести светскую жизнь, – ответила Джесси, отыскав вполне достойную отговорку. – Очень признательна вам за внимание, но вынуждена ответить отказом на это предложение.

Ла Порт буквально сверлил ее взглядом.

– А вы уверены, что ваш… компаньон никаким образом не повлиял на это решение? Мы с ним, надо заметить, давние соперники.

– Вы имеете в виду женщин? – спросила Джесси, и Рене улыбнулся.

– Не только. И бизнес тоже. Скорее всего потому, что мы с ним похожи.

– Разве что ростом одинаковые, – попробовала пошутить она.

Но лицо его стало вдруг серьезным, а взгляд и вовсе не понравился Джесси – так на нее еще никто не смотрел.

– Я терпеливый человек, Джессика, – сказал Рене вкрадчивым голосом. – У меня больше терпения, чем у Джейка Вестона. Я буду ждать вас, ждать, когда вы будете готовы продолжать со мной встречаться. А уж когда придет время… – Он помолчал, буквально пожирая ее глазами. – Я многому могу вас научить, и позже вы поймете, что я имею в виду.

Джесси стало не по себе, покраснев, она отодвинулась от Рене. Кажется, Джейк был прав насчет этого молодого человека…

– Знаете, Рене, я ценю нашу с вами дружбу, – сказала она, подчеркнув последнее слово. – И это все, что я могу сейчас предложить кому бы то ни было.

Так достойно закончив трудный разговор, Джесси встала.

– Как пожелаете, cherie. – По глазам было видно, что он не оставит ее в покое.

И, надо сказать, Джесси нашла его намерения весьма интригующими и волнующими. «Время покажет», – подумала она.

– Благодарю, что навестили меня, Рене, – сказала она.

– Мне чрезвычайно приятно общаться с такой красивой женщиной. Если я понадоблюсь вам, не стесняйтесь – дайте знать.

Он улыбнулся ей и направился к выходу. Джессика вздохнула с облегчением – ей удалось выстоять против столь недвусмысленного напора. Интересно, что, хотя Джейк Вестон и целовал ее, он всячески подчеркивал, что ему от нее ничего не нужно. Этот же вел себя как истый джентльмен, но недвусмысленно дал понять, что намерения его вполне определенны. Кто же из двоих более опасен? Этого она пока сказать не могла, но главное она для себя уяснила: надо держаться от них подальше. Пусть катятся ко всем чертям, у нее и без них полно забот.


Казимир Бошек в раздумье мерил шагами свой кабинет, окна которого смотрели во двор компании по грузовым перевозкам «Вэллс и Фарго». Там шла обычная работа: погрузка, сортировка и разгрузка караванов, пришедших с гор Сьерра-Невада и с восточного побережья.

Бошек глянул во двор, и лицо его перекосилось от гнева – один из грузчиков спокойно пристроился в сторонке, собираясь перекурить. Бошек чертыхнулся. Но тут, словно почувствовав, что за ним наблюдают, парень покосился на окно, сунул кисет с табаком в карман и отправился работать.

Да, этим «лентяям», как их называл Бошек, хорошо известен крутой нрав их босса. Что ж, Казек сам прошел по всем ступенькам служебной лестницы в компании, пока не достиг своего нынешнего положения. Он считал, что «Вэллс и Фарго» своим процветанием обязана прежде всего ему, Бошеку. Именно он организовал перевозку золота во время «золотой лихорадки», их компания стала тогда ведущей в этой области. Благодаря стараниям Бошека компания получила несколько выгодных фрахтов, а сам Казимир получил повышение – его назначили начальником терминала в Сан-Франциско, самого перспективного в компании.

Это был потолок карьеры для поляка. Молодые сотрудники компании, быстро продвигавшиеся по служебной лестнице, были родственниками владельцев компании и инвесторов. Сэм Юнгерман, новый хозяин Казека, получил пост вице-президента потому, что его отец – исполнительный директор «Америкэн экспресс». Хотя «Вэллс» и «Америкэн экспресс» прямо не связаны друг с другом, у них общие инвесторы и даже несколько общих членов совета директоров. Естественно, те протаскивают своих.

Бошека это обстоятельство вовсе не удивляло, он усвоил – его личная карьера не связана с компанией, и если он хочет стать богатым, то должен посуетиться сам.

Казек знал, как добиться задуманного. По долгу службы он был прекрасно осведомлен обо всем, что происходит в городе. Компания перевозит товары, людей и почту, и Бошек всегда интересовался, что, кто и куда отправляется. Он даже не брезговал вскрывать чужие письма, чтобы быть в курсе всех событий, и, следовательно, лучше, чем любой банкир, был информирован о состоянии финансов городских воротил. А главное – он знал, как они делают деньги.

Надо отдать ему должное, полученную информацию Казек использовал разумно: эти солидные господа не хотели, чтобы об их деятельности стало известно в широких кругах. Стоило намекнуть – и они были готовы выложить кругленькую сумму за молчание. К менее сообразительным приходилось применять тактику угроз, попросту говоря, шантаж. Но Бошек не любил это грубое слово.

Глубоко затянувшись, он притушил сигару. В последнее время Казек пребывал в мрачном настроении. Деньги деньгами, отрадно сознавать, что у тебя на счету не одна тысяча долларов, но самолюбие его было уязвлено. Назначение Юнгермана доконало Казимира Бошека.

«Ладно, – подумал он, – скоро я с ними распрощаюсь! К черту эту компанию!» Самый влиятельный адвокат Сан-Франциско у него в руках, и очередной хитроумный план уже начал работать.

Он им еще покажет, на что способен Казек Бошек. Хорошо, что он не поменял свое имя на какого-то там Карла Боуэна, как советовали друзья. Польша – страна королей, и Бошек продолжит эту традицию.

* * *

В среду вечером Джесси решила наконец отправиться в «Дивный ангел», конечно же, в сопровождении Пэдди. Ей уже не терпелось заняться делом. Что же до Джейка Вестона – никуда не денешься, как-никак компаньон. Просто нужно будет вести себя крайне сдержанно, словно между ними ничего не произошло.

И действительно, ни она, ни Джейк и словом не обмолвились об инциденте в кладовой.

Джейк был вежлив, обращался с ней уважительно, но больше занимался своими делами. Джесси наблюдала за тем, как он работает, и дивилась его умению разрешить самую сложную ситуацию. Но еще больше ее занимал огромный синяк у него на щеке.

– Что случилось? – не выдержав, спросила она при первом удобном случае. – Бул Хаскинс приходил поквитаться, пока меня тут не было?

– Нет, ошибочка вышла, – коротко ответил Джейк, отводя глаза.

Он явно избегал разговора, и Джесси подумала, уж не чувствует ли он себя виноватым за то, как вел себя в кладовой? Но, поразмыслив, решила, что Вестону скорее всего неведомо чувство вины.

Джейк проводил взглядом грациозно поднимавшуюся по лестнице Джесси и тяжело вздохнул. Она держалась так холодно весь вечер! И поделом – не надо было лезть целоваться, ведь это дочь Генри, а не какая-то уличная девчонка! Но еще мучительнее было противное чувство вины за дурацкий визит к Моник. Он бесился и оправдывался перед собой. Черт возьми, Джесси – его компаньон, он ничем с ней не связан, кроме общих дел. И тем не менее было как-то не по себе.

Почти весь вечер он сторонился Джесси, а потом подумал: ведь она – дочь Генри, хозяйка половины всего бизнеса, а посему с ней нужно наладить отношения.

Когда он вошел в контору, Джесси сидела за столом и проверяла счета. Она мельком глянула на него и снова уткнулась в книги. Джейк положил на стол мешочек с деньгами.

– Тут вот имеется ежемесячная графа, которую я не могу понять, – заговорила она, не отрываясь от записей. – Просто: «Редемптон» – и пятьдесят долларов. На них нет накладных. Что это, и почему мы платим туда деньги?

Джесси подняла глаза и с удивлением заметила, что Джейк покраснел.

– Это организация «Сестры сиротского приюта Редемптон», – пробормотал он.

– Что?

– Это сиротский приют, – повторил Джейк мягко, и Джесси все еще сомневалась, правильно ли она его поняла.

– Объясни толком, пожалуйста.

– Да я же, черт возьми, сказал уже – деньги идут в сиротский приют. Если тебе это не нравится, можешь вычитать всю сумму из моей доли.

Некоторое время Джесси молча смотрела на Джейка, потом наконец улыбнулась и сказала:

– И не подумаю. Пожертвования на приют – замечательное дело. И тебе не стоит так смущаться из-за этого.

– С чего ты взяла, что я смущен? – с вызовом спросил Джейк, тщетно пытаясь принять беззаботный вид.

Джесси поразило неожиданное открытие: оказывается, этот на первый взгляд черствый человек способен сочувствовать чужой беде! Растроганная до глубины души, она осторожно поинтересовалась:

– Откуда ты знаешь об этом сиротском приюте?

Джейк пригладил растрепавшиеся волосы и присел на край стола.

– Дня три назад, – начал он свой рассказ, – на кухне обнаружилось, что кое-что из продуктов исчезло, на следующий день – опять пропажа. Сперва мы думали, что крадет кто-то из наших девочек или повар, а потом обнаружили вора, вернее, воришку – маленького перуанца, который устроил себе убежище в ящиках.

– Пако? – догадалась Джесси.

– Пако. Он был еще слишком маленьким, чтобы работать у нас, и я отвел его в приют. Ты даже не представляешь, какой он был тогда худой, ребра можно пересчитать, но вырывался со страшной силой, не хотел никуда идти. – Джейк, помрачнев, уставился в темное окно. – Я впервые в жизни попал в такое заведение. Старое кирпичное здание, внутри чисто, сестры-монахини трудятся не покладая рук, но сразу видно – дети полуголодные, средств не хватает. Вот я и решил… За год до этого твой отец дал мне солидную прибавку к жалованью, получалось пятьсот долларов в месяц, даже больше. И решил, что спокойно могу отдавать пять процентов на благотворительные нужды. Предложил Генри скинуться по двадцать пять долларов в месяц для приюта, и он согласился. И теперь там нормальные кровати для каждого ребенка и достаточно продуктов. – И Джейк с улыбкой добавил: – У старика Генри было доброе сердце.

– А у тебя разве нет? – спросила Джесси, вглядываясь в его лицо.

Он не ответил. Но Джесси захотелось еще порасспрашивать Джейка.

– А как вы с папой впервые познакомились? – задала она давно интересовавший ее вопрос.

– Мы встретились с Генри чуть больше пяти лет назад. После войны я много побродил по свету. Пробыв полгода в тюрьме, я просто наслаждался свободой.

– Ты был в армии Конфедерации? Джейк криво усмехнулся.

– Да, активный участник всех этих неприятностей последних лет. Только подумай, Бостон, тебя целовал капитан армии мятежников!

Она покраснела, а он, улыбаясь, разглядывал ее лицо, потом опустил глаза и уставился на грудь. Джесси бросило в дрожь, и сердце бешено забилось.

– Ты начал рассказывать о том, как встретился с отцом, – напомнила она, пытаясь перевести дыхание. – И о себе. Что был в тюрьме…

– А… Ну так вот. В тюрьме заняться было нечем, ждал, когда заживет плечо, и играл в карты…

– Ты был ранен?

– Да, получил одну пулю в бедро, другую в плечо. Ну вот, значит, я играл в карты и все пытался сообразить, как сбежать…

– Ты совершил побег?

Джейк кивнул и уже как-то не слишком уверенно продолжил:

– Я спрятался в фургоне под трупами, дождался, пока их вывезут за ворота, и по дороге на кладбище потихоньку улизнул… Веселенькая история, мне до сих пор этот кошмар снится. – Он тряхнул головой, словно отгоняя воспоминания. – Меня приютили одни южане, дали оружие и помогли пробраться к своим. Когда разбили армию генерала Ли, я был в Мэриленде. Работал то грузчиком, то извозчиком, перебирался из штата в штат – Канзас, Колорадо, Невада, пока не добрался сюда. Сначала нанялся крупье в один салун, а после стал барменом в «Золотой колючке». Тут как раз Генри купил «Дивный ангел» и собрался ехать в Бостон, ему понадобился управляющий. Вот я и пошел к нему работать. И как тебе известно, занимаюсь не только салуном, но компанией по грузовым перевозкам и речными перевозками «Юба-Сити».

– Видимо, ты сумел произвести впечатление на отца, – заметила Джесси.

– Дело не в этом. Если ты помнишь, характер у твоего папаши был весьма вспыльчивый, и это порой мешало ему вести дела. Тогда он обращался ко мне, чтобы я все уладил по-хорошему.

– Неужели? Уж у тебя-то характер точно не сахар!

– Да это ты на меня так действуешь, – усмехнулся Джейк.

Джесси рассмеялась.

– В общем, мы с твоим отцом прекрасно сработались. Такая получилась пара, только держись.

– Могу себе представить!

– Честно, Джесс, мне очень его не хватает, – признался Джейк, и голос у него дрогнул.

Кажется, она начинала понимать, почему отец так ценил этого человека.

– Мне тоже его не хватает, – тихо сказала она. Некоторое время они глядели друг на друга, потом Джейк отвел взгляд.

– Будешь считать кассу? – спросил он.

Она покачала головой.

– Я немного устала… Давай ты сам, ладно? Джейк улыбнулся, значит, уже заслужил доверие…

– Пэдди там ждет тебя, проводит домой.

– Да, с ним спокойнее. Честно говоря, я повела себя глупо и самонадеянно, решив, что сама смогу приезжать сюда.

– Я бы сказал, наивно.

– Мне следовало бы поблагодарить тебя за заботу, Джейк.

– Не нужно благодарить меня, Бостон. Ты – мой компаньон, а компаньоны должны заботиться друг о друге.

Джесси понимающе кивнула.

– Спокойной ночи, Джейк.

– Спокойной ночи, Бостон.


Теперь Джесси приезжала каждую ночь перед закрытием. То, как она держала себя с персоналом заведения, не могло не вызвать восхищения – настоящая леди, истинная хозяйка. Откровенный разговор примирил их, и Джейк с нетерпением ожидал новой встречи с Бостон (Джесси не возражала против этого симпатичного прозвища) и чувствовал, что девушка тоже испытывает к нему самые добрые чувства.

Однажды утром они сидели внизу за стойкой бара, наблюдая, как Руперт выпроваживает последних изрядно подвыпивших посетителей. В окна салуна было видно серое предрассветное небо, с улицы через дверь потянуло прохладой, но летний день обещал быть жарким.

– Ну что, волнуешься перед поездкой на барже? – спросил он, зная, что Джесси собралась посетить «Юба-Сити», а потом поплыть на грузовой барже «Калли Сью».

– Не то чтобы волнуюсь… Поехать в порт – уже удовольствие, а посмотреть на наши суда интересно вдвойне. Только… Как я разберусь во всем, если ты не поедешь, совершенно не представляю.

Джейк закурил.

– У меня важная встреча в конторе, – сообщил он подчеркнуто деловито и, глубоко затянувшись, стал выпускать дым кольцами, словно развлекаясь.

Он бы сделал для нее все, что угодно, но плыть на этих чертовых баржах… Увольте.

– Да, ты говорил. – Она бросила на него недоверчивый взгляд. – Что ж, уже поздно… то есть рано. Мне пора идти.

Она встала и направилась к выходу. Пэдди забежал вперед и услужливо распахнул перед ней двери. Джейк провожал ее взглядом, не в силах оторваться, – какая тонкая талия, какие бедра, а походка…

– Ты действительно хочешь, чтобы я поехал? – крикнул он ей вдогонку.

Джесси обернулась.

– Пойми меня правильно, Джейк. Это на пользу дела, ведь ты же управляешь компанией.

Он не мог не согласиться – естественно, что женщине, которая хочет заниматься таким нелегким бизнесом, необходимо все объяснить и показать.

– Думаю, ты права, – задумчиво протянул он.

– Еще бы! Кто же мне поможет разобраться, что к чему? – настаивала Джесси, не сводя с него своих огромных зеленых глаз.

Джейка вдруг охватило желание поцеловать ее…

– Знаешь что? Я перенесу встречу, но при одном условии.

Она вдруг вся подобралась, напряглась, словно ожидая какого-то подвоха.

– Я поеду с тобой, если ты… – нарочито медленно произнес Джейк, растягивая слова, – если ты попросишь повара испечь пироги для приюта.

Джесси так просияла, что желание Джейка сжать ее в объятиях и расцеловать усилилось во сто крат.

– Договорились! – воскликнула она. Он постарался улыбнуться ей в ответ.

– Тогда спеши в отель, Бостон. У тебя не так много времени, чтобы выспаться перед поездкой. Я заеду за тобой в одиннадцать. «Калли Сью» отходит без четверти двенадцать.

– Спасибо, Джейк! Я так признательна тебе за помощь.

Она протянула ему руку, и он, пожав ее легонько, задержал в своих ладонях. Такая нежная, теплая рука, такие тонкие пальцы… Он почувствовал, как они подрагивают, и волна желания накатила на него.

Наверное, Джесси тоже ощутила нечто подобное, потому что смутилась, зарделась и опустила глаза. Невнятно пробормотав слова прощания, она пошла к двери, которую Пэдди так и держал открытой для нее.

Дверь закрылась, и Джейк тихонько застонал. Потребовав у Руперта воды, он залпом осушил стакан и словно очнулся. Что он наделал? Зачем согласился ехать? Проклятая баржа уморит его до смерти. А все из-за этой чертовки… Выругавшись, он поплелся к себе наверх. Хорошо, что он почти не пил спиртного сегодня, – бедному желудку и так предстоит испытание.


Они приехали на пристань ровно в половине двенадцатого. Взволнованная Джесси оглядывалась по сторонам, любуясь видом на бухту. Джейк молчал, и она не могла понять причины его замкнутости. И только когда он помогал ей выйти из экипажа, придерживая за талию, выражение его лица изменилось.

– Спасибо, – шепнула Джесси, едва дыша – он все еще обнимал ее горячими сильными руками.

– Пожалуйста, – глупо ответил он, не убирая рук и глядя ей в глаза.

– Мы опоздаем, – напомнила она, стараясь сдержать дрожь.

Джейк кивнул, отпустил ее, и они пошли по причалу. Джесси, чтобы отвлечься, следила за полетом крикливых чаек, потом стала наблюдать, как идет погрузка на один из кораблей.

Наконец они подошли к барже «Калли Сью», и Джейк помог Джесси подняться по трапу на борт. Долго искали, куда бы сесть. Палуба была заставлена грузом: катушки канатов, мешки с мукой и сахаром, рулоны холста, ящики с гвоздями – все это на носу, а на корме – бочки, бутылки, коробки со снедью. Были и пассажиры – два китайца и три перуанца.

– Они едут искать работу на приисках, – пояснил Джейк. – Хорошие работники, но не все берут цветных. Видите ли, у них не белая кожа.

– Ты считаешь, что это неправильно? – спросила Джесси.

– А ты?

– Конечно, неправильно! – уверенно заявила она и увидела по глазам Джейка, что заслужила его одобрение.

Они отыскали более-менее свободное место, и Джейк принялся объяснять, как закреплен на палубе груз, предупредив, что передвигаться нужно осторожно, чтобы не зацепиться за канат крепления, рассказал Джесси об устройстве гребных колес, показал трубу паровой машины. Она слушала внимательно, стараясь не пропустить ни слова. Палуба стала покачиваться, и Джейк понял, что они уже отплывают. Конечно же, его сразу замутило, но он не подал вида, только ругнулся про себя.

– Какой чудесный день для прогулки по воде, правда? – заметила Джесси, счастливо улыбаясь.

– Только не на такой посудине, – буркнул он сердито.

В этот момент из трубы повалил дым, как будто для того, чтобы окончательно доконать бедного Джейка. Он закашлялся и схватился за живот.

– С тобой все в порядке? – забеспокоилась Джесси.

– Все просто замечательно. Но лучше бы добраться скорее до суши, – добавил он, пользуясь тем, что раздался гудок и его спутница не могла ничего услышать.

Джейк приобнял ее за плечи. Тепло девичьего тела, легкий запах духов заставили на время забыть о плохом самочувствии, но лишь на время. Нутро давало себя знать, дым из труб въедался во все поры…

Финн Энгстрем, шкипер «Калли Сью», встал у руля, из рубки неслись приказы команде, состоявшей из китайцев:

– Прибавить ходу! Смотреть в оба, чтобы не поцеловаться с другими пароходами!

Ничто не выдавало его норвежского происхождения – проработав лет двадцать на Западе, он прекрасно освоил язык, а уж дело знал как никто другой, считался одним из лучших шкиперов на побережье. Финн еще что-то скомандовал матросам, и лопасти колес закрутились, вспенивая воду.

Пэдди, стоявший рядом с Джейком, вдруг распростер руки, вдохнул пропитанный дымом воздух и, задрав голову, радостно заорал:

– Вот класс! Оживляет, как глоток хорошего ирландского виски!

– Для мухи коровья лепешка тоже кажется раем, – проворчал Джейк.

Пэдди смутился и укоризненно глянул на хозяина, а тому было не до него – в этот момент баржа выполняла сложный маневр, чтобы выбраться из гавани в залив. Джесси села на мешки, Пэдди пристроился рядом с ней, а Джейк, чтобы отвлечься, пошел помогать матросу, который при помощи длинного багра отталкивал проходящие мимо лодки. Вскоре баржа закачалась на волнах залива, и Джейку стало совсем худо.

Меньше всего ему хотелось, чтобы Джесси увидела, как он мучается. Ругая себя последними словами за то, что дал себя уговорить, Джейк поплелся на нос корабля.

Глава 10

Джесси стояла на капитанском мостике и беседовала с Финном Энгстремом, с интересом разглядывая встречные корабли.

«Калли Сью» качалась на волнах, но Джесси этого не замечала, любуясь чудесным видом величественного моря и зеленых, холмистых берегов. Вот только Джейк, который должен был рассказывать ей о маршруте и о назначении грузов, вопреки ее ожиданиям засел где-то на носу. Наконец ей удалось разглядеть между ящиками и бочками его голубую клетчатую рубашку.

– Простите, капитан. – Джесси начинала злиться. – Мне нужно посмотреть, что там делает Джейк.

Энгстрем помог ей спуститься с мостика, объяснил, как безопаснее пройти по загруженной палубе, она кивнула и пошла туда, где скрылся Джейк. «Это ж надо! – подумала она. – Попросила его помочь мне разобраться с речными перевозками, а он так себя ведет! Спит, что ли? Тогда надо было оставаться дома!»

Она осторожно пробиралась на нос баржи. Из-за ящиков виднелась голова какого-то китайца в шляпе и спина сидевшего напротив него Джейка. Неожиданно Джесси услыхала, как Джейк застонал и ругнулся. Она замерла за большой бочкой и прислушалась.

– Вы плохо выглядите, мистер Джейк, – сказал ему китаец.

– Заткнись, китаеза! – буркнул тот. – А то выкину за борт!

Китаец покачал головой и нырнул за ящики, пробормотав:

– У Линг Линга много работы… Линг Линг пошел…

Еще не до конца понимая, что происходит, Джесси вышла из укрытия и увидела своего бледного, как смерть, компаньона, полулежавшего на палубе.

– О, Джейк! – воскликнула она, опустившись рядом с ним на колени. – У тебя морская болезнь, да?

– Какого черта ты тут делаешь? – рассердился он и резко сел. – Я же приказал тебе не ходить сюда! И вообще не бегать по палубе в туфлях на каблуках!

Он отвернулся, зачерпнул горсть морской воды и плеснул себе в лицо.

– Как это, что я тут делаю? – возмутилась Джесси. – Ищу своего компаньона. Ты должен был рассказывать мне о речных грузовых перевозках и забыл про меня абсолютно.

Джейк пригладил волосы и сказал, не глядя на нее:

– Я не забыл, но решил, что лучше пусть капитан тебе все объяснит.

Он пытался не показать вида, что ему нехорошо, но по тому, как побелели губы, как дрожат руки, все и так видно. Джесси забеспокоилась еще больше.

– Почему ты не сказал мне, что страдаешь морской болезнью? – спросила она озабоченно. – Я бы это поняла.

– Кто сказал, что я страдаю морской болезнью?

– Я это вижу.

– Да? Так вот, к вашему сведению, мисс Таггарт, я вчера перебрал виски, поэтому мне неважно. И вообще, это не твое дело!

Джесси обиделась на его грубость, хотела было съязвить, но тут подошел капитан.

– Финн, – обратился к нему Джейк, – у меня с похмелья разыгралась головная боль. Боюсь, не смогу ехать с вами, так что высади меня в Ричмонде.

Джесси посмотрела на него внимательно – лицо бледное, глаза, такие живые и сияющие, потускнели. Джейк может говорить что угодно, но у него самый настоящий приступ морской болезни, а он еще хорохорится из последних сил. Вся ее злость мигом улетучилась, и она, посочувствовав ему в душе, в то же время подивилась его выдержке.

Да, этот парень слишком горд, чтобы сознаться в малейшей слабости.

– Извини, Джесс, – сказал ей Джейк уже мягче. – Вам с Пэдди придется обойтись без меня.

– Я могу тебе чем-нибудь помочь?

– Нет, со мной все будет в порядке.

– Джейк, тебе нечего стыдиться.

– Я же сказал, нет у меня морской болезни.

– Хорошо, пусть так. Хочешь, мы тоже сойдем на берег, проводим тебя и вернемся?

– Нет, груз должен идти по расписанию. Финн везет самый обычный груз, ты должна все посмотреть, чтобы иметь представление о перевозках. Кстати, капитан знает обо всем даже больше, чем я.

Слушавший все это капитан хотел что-то возразить, но Джесси метнула на него строгий взгляд, и он промолчал, только хмыкнул. Тут Джейк встал, извинился и отошел за ряд больших бочек. Можно было только пожалеть его, так как до остановки в Ричмонде ходу еще минимум полчаса.

К тому времени как баржа причалила к пристани, Джейк выглядел немного лучше, но Джесси все равно беспокоилась за него.

– Я поеду с тобой, – решительно заявила она и направилась к трапу.

– Так я тебе и позволил! – отрубил он в сердцах. – Ты ведь ждала этой поездки, не хватало, чтобы из-за моего легкого недомогания все пошло прахом.

– Легкого недомогания? Но, Джейк, посмотрел бы ты на себя! Ты даже не побледнел – позеленел! Это я настояла на том, чтобы ты ехал со мной, поэтому обязана проводить тебя домой.

– Черт бы тебя побрал! – не сдержался Джейк. – Ты когда-нибудь будешь слушаться? Пэдди, – позвал он, – придержи-ка мисс Таггарт.

– Да, босс, – ответил тот и преградил дорогу Джесси.

– Хочу напомнить, Пэдди, что ты работаешь на меня, а не на Джейка, понял?

– Да, мэм… – буркнул верзила, опустил глаза и отступил в сторону.

Джейк сжал челюсти, было ясно – он судорожно пытается сообразить, что делать. Джесси не выдержала и сдалась:

– Ладно, Джейк Вестон, ты выиграл. В конце концов ты сам виноват во всех своих неприятностях.

Он что-то пробормотал, но она не расслышала, и спустился по трапу. Джесси проводила его взглядом и отошла в сторону, чтобы не мешать матросам. Тут она вспомнила, как он только что сказал: «Ты когда-нибудь будешь слушаться?», и рассердилась – вот нахал! Когда он научится обращаться с ней как со взрослой, а не как с ребенком? Нет, Джейк Вестон – самый тупой, самый несносный мужчина из всех, кого она знает. Но все же надо было проводить его в город, теперь будешь беспокоиться всю дорогу, как он добрался.

Усевшись за рулонами холста, Джесси понемногу успокоилась. Джейк прав: «Калли Сью» должна идти по расписанию, клиенты ждут. Фига сам сказал ей, что пунктуальность – главное в таком деле, как доставка грузов. А Джейк вовсе не заслуживает, чтобы она о нем так пеклась, подумаешь – морская болезнь! Ей надо хорошенько знать, как проходит рейс грузового судна, принадлежащего компании.

Пока они шли из Ричмонда до Бениции, Джесси расспрашивала Финна обо всем, что связано с управлением кораблем, о правилах навигации, о трудностях, которые могут возникнуть у команды. Остальное время она провела с Пэдди, любуясь красотами живописного берега.

Как только баржа вошла в устье реки Сакраменто, капитан приказал сбавить ход. Впереди появились строения Бениции, старого речного порта. Финн вынул из кармана часы и заметил гордо:

– Четыре двадцать пять. Прибываем точно по расписанию.

«Калли Сью», маленькая быстроходная баржа, делала короткие рейсы между городами, расположенными по берегу залива. В Беницию пришли вовремя, и Джесси предложила Пэдди пойти с ней пообедать, пока баржу будут перезагружать. Ирландец просиял, помог хозяйке спуститься по трапу на пристань, и они отправились побродить по городским улицам. Финн успел рассказать Джесси, что город был назван так в давние времена по имени жены губернатора, одного из самых влиятельных и богатых людей на испанской части побережья Калифорнии. Его потомки – семья Валлехо – до сих пор владели землями вдоль реки и являлись главными клиентами компании «Юба-Сити».

Прогуливаясь по набережной, Джесси заметила приличный ресторанчик с завлекательной вывеской «Первоклассные отбивные и устрицы», и они направились туда. Пэдди вел себя очень галантно – открыл дверь, подал руку, чтобы помочь спуститься по ступенькам в зал, умело усадил даму за стол – этому научил его Руперт, так он сказал хозяйке. Но, устроившись напротив, шляпу не снял. Глянув на него с улыбкой, Джесси решила, что это, в общем, не важно, но подошедший официант, аккуратненький молодой человек в белой рубашке и клетчатом переднике, думал иначе.

– Можно мне взять вашу шляпу? – вежливо предложил он и протянул руку.

– Зачем? – удивился Пэдди, с опаской покосившись на официанта.

Джесси постаралась не рассмеяться.

– Для того, чтобы повесить ее на вешалку, сэр, – терпеливо объяснил молодой человек.

Пэдди нехотя снял шляпу и внимательно проследил, как ее водрузили на крючок деревянной вешалки. Взяв меню, Джесси посмотрела на своего спутника, внимательно изучавшего, что там в тарелках посетителей за соседними столиками.

– Что ты будешь есть, Пэдди? – спросила она.

– Выбирайте вы, мэм.

Джесси сообразила, что парень просто не умеет читать.

– Хочешь свиную отбивную? Они большие, как раз для тебя.

– Как скажете, мэм. А картошка есть?

– Сколько угодно. А на сладкое – яблочный пирог.

– Вот это здорово, мэм.

Джесси сделала заказ, весьма удивив официанта, а потом незаметно протянула Пэдди деньги.

– Платить будешь ты.

– Хорошо, мэм, – понимающе кивнул он и положил монету на стол.

– Послушай, Пэдди, мой отец научился читать и считать лет в двадцать. Он часто мне рассказывал об этом, – начала Джесси как можно деликатнее, ей очень хотелось как-то помочь неграмотному парню. – Я заметила, что ты даже не взглянул в меню…

– Я… Понимаете, мэм, я уехал из дому еще мальчишкой. Матушка, царство ей небесное, научила меня всему, что знала. Но вот читать не выучила.

– А ты хочешь научиться читать?

– Человеку всегда надо стремиться стать лучше. Так говорила моя покойная матушка.

– Я с радостью примусь за твое обучение. Мы будем заниматься по часу в день.

– Если вам так хочется, мэм.

– Очень хочется, Пэдди, – улыбнувшись, заверила его Джесси.

Официант принес суп. Пэдди засунул салфетку за воротник и принялся есть.

Немного погодя Джесси спросила:

– А ты давно знаешь мистера Вестона?

Пэдди отодвинул пустую тарелку, облизал ложку, положил ее рядом с тарелкой и только потом сказал:

– Босса? То есть мистера Джейка? Да. Он пришел посмотреть бой пять лет назад. Я, знаете ли, был профессиональным борцом, – горделиво объявил парень, но потом немного сник: – Это был поединок в сорок семь раундов, и меня порядком измочалили. Мой хозяин по имени Стоукс нашел меня на шахте в Пенсильвании и предложил выступать. Уж мы с ним и поездили по стране, скажу я вам. Но я проиграл третий бой подряд, и Стоукс оставил меня лежать прямо на ринге и ушел. А я даже встать не мог… Мистер Джейк забрал меня к себе, ну, в «Дивный ангел», позволил отлежаться, пока не выздоровею, а потом взял на работу. Ваш отец и мистер Джейк были очень добры ко мне, мэм.

– Так ты высоко ценишь мистера Вестона?

– Он прекрасный человек, мэм. Всегда все делает так, как обещает, держит слово и того же требует от других. А ко мне он всегда хорошо относился.

– А мой отец?

– Знаете, если человек честно трудился, у него не было проблем с Генри Таггартом. Все любили Генри Таггарта. – И Пэдди сокрушенно покачал головой. – Ужасно, что с ним сделали, мэм.

– А ты… ты был там, когда это случилось?

– Нет, мэм. Мы с мистером Вестоном поехали в Стоктон проверить, что там за проблемы с грузом.

Официант принес второе: баранью котлетку для Джесси, а Пэдди – свиную отбивную и гору картофельного пюре.

– Как ты думаешь, «Калли Сью» уже загрузили? – спросила Джесси, когда ирландец доедал пирог.

– Если вы уже наелись, мэм, можно пойти на пристань и посмотреть. – И Пэдди направился за шляпой.

На улице Джесси взяла его под руку.

– Я рада, что ты хочешь читать. И мне приятно, что ты так отзывался об отце. И о мистере Вестоне.

– За мистера Джейка я жизнь отдам, мэм… и за дочку мистера Таггарта тоже, – заявил Пэдди с таким серьезным видом, что усомниться в его словах было невозможно.

* * *

В тени аллеи, как раз напротив ресторанчика, притаился человек. Внимательно проследив за тем, как Джессика Таггарт и сопровождающий ее верзила вышли из дверей и пошли к пристани, человек потер руки, его серые глазки сузились. Он опустил поля своей черной шляпы, скрывая лицо, вышел на тротуар и притворился, что разглядывает витрину. Плащ, перекинутый через руку, скрывал пистолет.

Проще простого пойти за этой парочкой и выстрелить им в спину, но тот, кто его нанял, сказал, что их смерть должна выглядеть как несчастный случай, поэтому придется подождать. План уже разработан. Не в первый раз Сантосу Сильве заказали убийство, но это задание – самое хитроумное и интересное.

Сильва – португалец по происхождению, невысокий, смуглый, с маленькими глазками под насупленными бровями. Неброская наружность – кругом полно испанцев, мексиканцев, перуанцев – позволит наблюдать за его подопечными, оставаясь незамеченным.

Вот они поднялись на «Калли Сью», забитую новым грузом баржу. Скоро она отправится в обратный путь. Сантос Сильва двинулся к другому причалу, где стоял пароход «Мемфис Клауд», недавно прибывший из Сакраменто.

Сильва справился о расписании обоих кораблей. «Калли Сью» отправится в пять тридцать, сделает по дороге остановки в Ричмонде и Окленде и должна прибыть в Сан-Франциско на час позже парохода. «Клауд» отправится в шесть, обгонит баржу в довольно узком месте реки и через два часа уже причалит в Сан-Франциско. Сначала «Мемфис Клауд» даст семнадцать узлов, а после выхода в залив пойдет намного быстрее.

Сильва купил пассажирский билет и поднялся на корабль. Когда-то он служил матросом на этом пароходе, но работа ему не нравилась и с командой он не ужился. Избил какого-то китайца чуть ли не до полусмерти и был уволен. Нет, он не собирается мстить команде «Клауд» и на владельца корабля, Рене Ла Порта, зуб не точит. Тут дело в другом.

Смешавшись с толпой пассажиров, Сильва прошел на палубу в поисках места. На «Мемфис Клауд» имеются комфортабельные каюты, и салоны, и ресторан – все необходимое для путешествия богатых пассажиров. Но это грузовой пароход, и палубы его завалены тюками, рулонами, контейнерами и ящиками, между которыми ютится публика попроще, с дешевыми билетами. На этот раз везли бревна, сложенные штабелями и надежно закрепленные тросами. Бросить спичку – и полыхнет как факел.

Он оглянулся на лестницу, ведущую вниз, в салон и в столовую – скоро там накроют столы для пассажиров первого класса и подадут ужин. Уж ему-то известно, что готовят на корабле: пять блюд из говядины, птицу, овощи и тосты, а на десерт – экзотические фрукты. В животе заурчало, Сильва ужасно проголодался, но позволить себе поужинать не мог – нельзя показываться на глаза команде и пассажирам. Он боялся, что его узнают. Да о чем речь, он даже билет первого класса не мог себе позволить.

Сантос проглотил слюну и подумал, что, когда он выполнит задание, деньжата появятся.


Джесси стояла рядом с Финном и смотрела на большой пароход, появившийся вдали. Он догонял их, горделиво возвышаясь над поверхностью реки, огромное колесо вспенивало красными лопастями воду.

– Не правда ли, красивый корабль? – спросила Джесси капитана.

– Лично я так не считаю, – ответил тот и направил баржу к правому берегу, чтобы дать пароходу место для обгона. – «Мемфис Клауд» принадлежит нашему конкуренту, Рене Ла Порту.

– Мистер Ла Порт – хозяин этого красавца?

– Да, и этого, и еще полдюжины кораблей. У него есть даже модная яхта с паровой машиной, «Ла гранд дам», самое быстроходное судно.

– О, так, значит, мистер Ла Порт преуспевает в бизнесе, – заметила Джесси.

– Можно и так сказать. Они с вашим отцом не очень-то дружили, да и мистер Вестон его не жалует. Но этот Ла Порт не такой уж плохой человек. Разве только бывает слишком напорист…

– Да, – согласилась с ним Джесси, вспомнив, как недавно Рене беседовал с ней в отеле. – Я понимаю, что вы имеете в виду.

– А ведь несмотря на все могущество Ла Порта, Джейк и ваш отец создали свой бизнес речных и морских перевозок и грузовой компании «Таггарт». Это огромная работа.

– Я это поняла по бухгалтерским книгам, – заметила она. – А Джейк, кажется, хороший бизнесмен.

– Не просто хороший, мэм, у него настоящий дар. Когда Генри… ой, простите, мэм – мистер Таггарт его нанял, он ничего не умел, но быстро все схватывал, и они уж вместе развернулись на полную катушку. Хорошо сработались. Чего не хватало одному, то было в избытке у другого, если вы меня понимаете.

Джесси только сейчас начинала во многом разбираться, но Финну это было знать необязательно.

– Я думаю, ваш отец не боялся трудностей, они с Джейком, казалось, застрахованы от невзгод. Дела шли отлично. А потом вдруг Генри перестало везти – появились проблемы, одна неприятность за другой.

– Какие неприятности?

– То грузы перепутаны, то заказы отменены. Каждый такой случай приводил к потере прибыли, тяжбам, поискам виновных. Но мне кажется, вы принесли нам удачу.

– Как это? – удивилась Джесси.

– С тех пор как вы приехали, все пошло как по маслу, – улыбнулся Финн и поглядел через плечо Джесси на приближавшийся «Мемфис Клауд».

Джесси проследила его взгляд, в который раз подивившись, как красив этот замечательный пароход.

– Будем надеяться, что все пойдет гладко, – ответила она.


Сантос Сильва принялся за осуществление своего коварного плана. Он внимательно огляделся вокруг, чтобы увериться, что никто за ним не следит, посмотрел, на месте ли нож и заряжен ли пистолет, затем осторожно достал пакет. В свежий номер газеты «Альта Калифорния» были завернуты два куска динамита.

«Клауд», набирая ход, двигался вниз по течению. Сильва все рассчитал – он спрятал динамит под кучей тряпья, поближе к колесу: взрыв не так будет слышен и особого вреда пароходу не причинит, но зато привлечет внимание.

Размотав тонкий шнур, привязанный к пакету, и запалив конец, Сильва поднялся по трапу наверх, на штормовой мостик, и пошел по направлению к палубной надстройке.

Из окон штурманской рубки, расположенной под капитанским мостиком и рулевой рубкой, хорошо видно все, что происходит на реке, – рубка выдается вперед, в задней ее части находится отсек, в который опускается нижняя часть большого, двенадцать футов в диаметре, деревянного штурвала. Войдя в этот отсек, можно так же поворачивать колесо штурвала, как и в рулевой рубке. Главное, правильно рассчитать время.

В рубке никого не было, управление велось с мостика. Сильва спокойно проник в отсек. Сорвал с вешалки китель и бросил его на пол, словно только что снял. Потом высунулся из окна, пытаясь получше разглядеть, что там делается впереди. Ага, вон и «Калли Сью», взяла правее, пропуская пароход. Сильва радостно улыбнулся.

– Какого черта? – раздался чей-то голос за его спиной.

В дверях рубки стоял старик стюард, удивленно уставившись на китель.

– Извините, мистер, но зачем вы бросили китель на пол? Капитан поднимет скандал, если увидит пятна на форме.

– Я проверяю штурвал, а ты ступай занимайся своим делом. Уберешь попозже.

– Да, сэр, – ответил стюард, но продолжал стоять и смотреть на незнакомца. – Что-то не припомню, чтобы я вас тут раньше видел… Вы новенький на корабле?

– Сказано тебе, иди занимайся своим делом! – прикрикнул на него Сильва.

– Надо бы доложить капитану.

Стюард повернулся, чтобы уйти, но Сильва бросился к нему и ударил ножом в сердце. Захлопнув дверь, он обыскал карманы несчастного. Выудив оттуда полдоллара, чертыхнулся и поспешил обратно к окну. Между судами оставалось менее четверти мили. «Клауд» шел с хорошей скоростью. Сильва вынул карманные часы – через десять секунд динамит взорвется.

Все шло по плану. Он немного повернул штурвал вправо и блокировал его при помощи стула. В этот момент раздался взрыв. На палубе закричали пассажиры, послышался топот и гвалт.

А в это время на капитанском мостике помощник рулевого безуспешно пытался повернуть штурвал.

– Господи, да что же ты вытворяешь? – закричал капитан, видя, что выровнять курс не удается.

– Я ничего такого не сделал, сэр, – побледнев, пробормотал помощник рулевого, изо всех сил навалившись на штурвал. – Корабль сам развернулся!

– Крути, парень! Мы же несемся на эту баржу!

– Что-то заклинило!

– Сбавить скорость! – заорал рулевой в машинное отделение, понимая, что уже поздно. – Держись, парень! – бросил он. – И молись за этих несчастных там, на барже.

Глава 11

– Держитесь, мисс Джесси! – закричал Финн, стараясь справиться со штурвалом. – Эта махина несется прямо на нас!

Огромный пароход уже навис над маленькой баржей, не умолкая ревела сирена, лопасти били по воде…

– Сделайте же что-нибудь! – крикнула Джесси, но ее голос заглушил гул мотора.

Джесси обхватила руками мачту. Последнее, что она увидела, был Пэдди, отчаянно пытавшийся пробраться к ней через ящики и рулоны. Потом раздался грохот, руку пронзила страшная боль и все потонуло в темноте.


Сантос Сильва захлопал в ладоши, радуясь своей удаче – баржу разнесло на куски. «Клауд», кажется, не пострадал, он продолжал двигаться дальше, только от сотрясения что-то попадало на палубе. Сильва убрал стул из-под штурвала и поставил его на место. Повесил китель на вешалку. Вынул из кармана красный шелковый шнурок и привязал к штурвалу. Пусть потом команда догадается, кто виновник происшествия.

Тело стюарда Сантос завернул в одеяло, чтобы скрыть кровь, и спокойно поволок по коридору, прямо через центральную рубку, где толпились стюарды, обсуждавшие несчастный случай.

– Что с ним случилось? – спросил один из них Сильву.

– Упал, должно быть. Вот оттащу его к лекарю, пусть поглядит.

– Помочь?

– Нет, сам справлюсь.

Выругавшись про себя, что все-таки его заметили, Сильва выбрался на палубу. Пассажиры столпились на носу, разглядывая обломки баржи. Убийце удалось потихоньку сбросить тело в воду. Всплеск – и будто и не было на свете старика стюарда.

Теперь Сантос Сильва – обыкновенный пассажир. Сейчас «Мемфис Клауд» пристанет к берегу, он быстренько покинет корабль, и никто не узнает, кто же виновник трагедии с баржей. Хозяин останется доволен его работой.


Джесси с трудом открыла глаза и сразу почувствовала невыносимую головную боль. Зубы стучали, и вся она дрожала от холода, одежда насквозь промокла… Господи, оказывается, она лежит на каких-то досках, вокруг вода… Она плывет по реке? Сначала Джесси не могла понять, что это, сон или явь, потом понемногу осознала реальность происходящего, но вспомнить, что же произошло, была не в состоянии. Она приподняла голову и увидала, что небо темнеет и спускаются густые сумерки.

Оглядевшись вокруг, Джесси заметила на поверхности реки обломки, ящики, какие-то тряпки… Течение тянуло все это вниз, к морю. Тут память вернулась к ней, и она ужаснулась, припомнив катастрофу. Вдалеке, у берега, виднелся «Мемфис Клауд». По реке плывет большой обломок кормы парохода. А где же «Калли Сью»? Неужели все погибли? Джесси молилась, чтобы Пэдди и капитану повезло больше, чем ей, и они остались целы и невредимы.

«Слава Богу, я жива!» – подумала Джесси. Пока светло, есть надежда, что ее заметят. Джесси проверила, на чем это она лежит. Оказалось, небольшой кусок деревянной палубы, она почти вся на нем поместилась, только ноги в воде. Она попробовала подтянуться, но рука болела так сильно, что Джесси отказалась от этой идеи. Тогда она стала потихоньку грести, тоже больно, но другого выхода нет, а потом, в холодной воде рука не так болит.

Заставляя себя сохранять спокойствие, Джесс снова огляделась вокруг – не плывет ли кто на помощь? Конечно же, как только увидят, что «Мемфис Клауд» стоит у берега, к нему направятся лодки из порта, потом начнут искать тех, кто был на «Калли Сью», а значит, и ее. Она вспомнила о Джейке – интересно, что он сейчас делает? Хорошо, что он сошел на берег, он услышит о катастрофе и поедет за ней… Эта мысль немного успокоила Джесси, вселив надежду на спасение.

И тут она заметила, что неподалеку кто-то бултыхается в воде. Сперва она испугалась – мало ли что это может быть? Но потом разглядела, что это человек, мужчина и он отчаянно старается держаться на поверхности.

Джесси стала понемногу подгребать к несчастному. Подплыв поближе, она увидела, что это был не кто иной, как Пэдди. Он цеплялся за обломок доски, но тот все время поворачивался, и парень то и дело погружался в воду.

– Пэдди! – позвала Джесси. – Пэдди, это ты?

Ответ прозвучал не сразу, и голос был такой слабый, что она едва расслышала.

– Да, мэм, это я… – Он закашлялся и стал отплевываться.

Джесси принялась грести изо всех сил.

– Держись, Пэдди! – прокричала она. – Я сейчас!

Ее относило течение, намокшая одежда тянула вниз, но Джесси думала лишь о том, как помочь парню. Одно из двух: либо Пэдди ранен, либо он не умеет плавать. Если подтвердится последнее, то ее плотик не выдержит и они скорее всего утонут оба, но все-таки нужно попробовать. И Джесси упорно подгребала к Пэдди, успокаивая себя тем, что им должно повезти, и вскоре нагнала своего телохранителя.

Пэдди снова ушел под воду, но Джесси удалось вытащить его на поверхность за воротник.

– Залезай сюда ко мне! – приказала она ему.

Пэдди долго фыркал и отплевывался, а потом прохрипел:

– Я не умею плавать, мэм.

В его голосе была обреченность человека, который уже приготовился умереть.

– Тебе и не надо плыть, просто залезай сюда, – решительно произнесла Джесси, из последних сил удерживая его на плаву.

Плотик стал крениться.

– Нет, мэм, – отозвался глухо Пэдди. – У меня уже нет сил. И потом, я переверну вас, и тогда мы оба утонем. Спасайтесь, мэм.

– Пэдди Фитцпатрик! Я плачу тебе за то, чтобы ты меня слушался! Залезай на плот сейчас же! – прикрикнула Джесси. – Мы оба спасемся, – заверила она Пэдди, хотя сама далеко не была уверена в том, что говорит. – И не беспокойся – я умею плавать.

Пэдди улыбнулся, в темноте сверкнули его белые зубы.

– Ну, тогда держитесь, мэм.

И он вцепился в край плота и стал подтягиваться. Джесси подумала, что сейчас они перевернутся, но ему удалось потихоньку вползти на доски. Некоторое время он лежал, стараясь отдышаться. Джесс тоже нужно было вылезти из воды, она уже начала замерзать, и, словно прочитав ее мысли, Пэдди потянул ее за руку. Плот накренился.

– Стой, Пэдди! Мы не поместимся вдвоем! – Она испугалась, что парень снова свалится в реку.

– Но нельзя же вам оставаться в воде! Нас могут до утра не найти!

– Ничего, продержусь.

Упрямый Пэдди снова и снова пробовал втащить ее на плот, но стоило ему пошевелиться, и доска кренилась, грозя перевернуться.

Рука вся в крови, но боли не чувствуется. Улучив момент, Джесси немного подтянулась, лежать стало удобнее, хотя ноги по-прежнему в воде.

Но теперь сделался ощутимее холод, Джесси бил озноб. Она огляделась – ну должны же их искать!.. Вблизи никого нет, а вдали уже ничего не видно. Неужели придется провести всю ночь в воде? Тут уж она задрожала больше от страха, чем от холода, но нашла в себе силы улыбнуться Пэдди.

Джесси молилась Богу, чтобы Он послал им помощь. Обессиленная, она прижалась лицом к мокрым доскам и почувствовала, что вода стала соленой… Значит, их уже вынесло в залив.

* * *

Джейк посмотрел на часы – девять вечера! Пора бы уже Джесси приехать в «Ангел». Но ведь у нее был трудный день – утомительное Морское путешествие и новые впечатления, она вполне могла остаться в отеле и прилечь отдохнуть. Уж кто-кто, а он понимает, каково это, когда тебя укачивает.

Хотя, насколько он помнит, Джесси не обращала внимания на качку, морской болезнью она явно не страдает. Устать могла, конечно… Но Джейк не терял надежды, что она заедет хотя бы ненадолго, чтобы справиться о его самочувствии.

Решив заняться делами, Джейк направился было наверх, как вдруг кто-то тронул его за рукав. Обернувшись, он увидел перед собой мрачного Руперта.

– Босс, у нас беда.

Рядом с Рупертом стоял шериф Хэндли.

– Плохие новости, Джейк, – подтвердил он. – «Калли Сью» столкнулась на реке с «Мемфис Клауд», баржа разбита, и Финн Энгстрем погиб.

Джейк остолбенел, не в силах осознать то, что говорит шериф. Потом встрепенулся и спросил:

– А Пэдди и Джесси?

Он боялся услышать ответ, но так как шериф молчал, Джейк громко повторил:

– Что с ними?

– Они были на борту? – спросил Хэндли и помрачнел. – О них ничего не известно. Один матрос добрался до «Мемфис Клауд», но там такая неразбериха, невозможно понять, что произошло. Мы думали, на «Калли Сью» оставались только матросы и Энгстрем, а пассажиры все сошли в Бениции.

– Все, кроме Пэдди и Джесси, – процедил Джейк и распорядился, обращаясь к Руперту: – Ты тут давай сам занимайся да пошли кого-нибудь за Бертоном Джеймсом, пусть его доставят к «Иллинойс квин», это самая быстроходная баржа.

Отдав указания, Джейк помчался наверх, в контору. Через несколько минут он вернулся с кипой навигационных карт.

– Пошли, – бросил он шерифу, направляясь к двери.

Он был полон решимости начать поиски, запрещая себе думать о худшем. Подозвав кеб, Джейк протянул вознице доллар серебром и приказал:

– На причал пятьдесят семь, быстро!

– Да, сэр! – ответил тот и стегнул лошадь. По дороге шериф поведал Джейку все, что ему было известно о катастрофе. На пристани они обнаружили, что новость уже разнеслась по городу, и не один Вестон собрался на поиски – Рене Ла Порт уже отплывал на своей яхте.

Джейк молил Бога о том, чтобы Пэдди и Джесси остались в живых. Он не был религиозным человеком, но просто не знал, к кому еще обратиться за помощью в такой момент. Только в Божьей власти сделать так, чтобы его друзья спаслись… Друзья.

Хотя в глубине души он чувствовал, что Джесси Таггарт для него значит больше, чем просто друг.

– Не надо было мне отпускать ее одну, – сокрушался он, ожидая, пока готовят «Иллинойс квин».

– Почему одну? – удивился шериф. – С ней же Пэдди. А кроме того, ты же не мог предвидеть, что такое случится, так что перестань себя винить. – Хэндли положил руку ему на плечо. – Их найдут, Джейк. Верь в это.

Шериф попрощался и пошел к кебу.

Джейк поднялся на палубу. Пора отплывать… Если еще не поздно… Он вдруг представил, что Джесс утонула, – медленно опускается на дно, роскошные волосы колышутся вокруг… Ему стало жутко. Нет, она не может погибнуть! «Она жива. Она жива», – повторял он про себя. Одного компаньона Джейк уже лишился, такое не может повториться.

Корабль сильно качнуло. Сцепив зубы, Джейк занялся делом – зажег фонарь и, расстелив на ящике карты, стал внимательно их изучать, главное – схемы морских течений и таблицы приливов. Хотя никогда прежде он не ходил в плавание, все, что касается навигации в заливе, знал досконально, это помогло ему перекроить расписание своих барж с учетом местных условий и наладить бесперебойную доставку грузов. Теперь же он молился, чтобы его знания помогли спасти Джесс.

В эти часы начинается прилив, он идет через Сан-Пабло-Пойнт и Пинол-Пойнт со скоростью шесть узлов. Если все произошло в шесть тридцать, как сказал шериф, остатки баржи должны сейчас огибать Пинол-Пойнт. К тому времени, как «Квин» достигнет северной части залива, остатки баржи будут огибать Сан-Пабло-Пойнт. Если таблицы Джейка верны, конечно.

Все это очень важно знать, но только в том случае, если Джесси осталась жива, и если ей удалось зацепиться за какую-нибудь доску, бревно или ящик, и если ее не прибило к берегу где-нибудь между Порт-Коста, где случилась катастрофа, и Каринесом, где река впадает в залив… Господи, сколько же этих «если»!

«Квин» выжимала полную скорость. В Сан-Пабло-Пойнт они пришли через час с небольшим. За это время Джейк успел изучить еще и карты реки и увидел, что в Порт-Коста, где произошло столкновение, от берега до берега – больше мили и судоходная полоса – ярдов сто. Да там же разойтись запросто! Вот тут он призадумался.

Шериф сказал, что «Клауд» пострадал незначительно. В общем, это и понятно: двести пятьдесят тонн против двадцати – битва неравная…

За последние несколько месяцев в «Таггарт энтерпрайзис» случались неожиданные происшествия, и до сих пор Джейк и относился к ним как к случайности… Теперь же он усомнился в этом. Кто приказал уничтожить «Калли Сью»? Ла Порт? Французу ужасно хочется перекупить «Таггарт энтерпрайзис», он не раз давал это понять. Стал бы он причинять вред имуществу компании, которую решил приобрести?

Ла Порт знал, что Джесси планирует поездку на «Калли Сью». Джесси с Джейком обсуждали ее за игрой в покер. Смерть Джесси дала бы Ла Порту лишний шанс, ведь ему известно, что она не собирается продавать свою долю.

Усилием воли Джейк отогнал мысли о Джесси. Самый важный вопрос сейчас – не почему, а где, самое главное – найти Джесси, и он заставил себя следить за курсом. «Я найду их!» – твердил он про себя как клятву.

На носу корабля зажгли четыре отражателя света, и Джейк с двумя матросами, перегнувшись через борт медленно двигавшейся баржи, всматривались в воду. В темную, безлунную ночь заметить пострадавших было трудно.

Когда прямо по курсу появился маяк на Сан-Пабло-Пойнт, Джейк заметил огни корабля, идущего им навстречу. Суда сблизились, и он узнал очертания «Ла гранд дам», яхты Рене Ла Порта.

На нем тоже горели поисковые огни, и было видно, что несколько матросов в белой с золотом форме свесились вниз, разглядывая поверхность моря.

– Подойдем поближе, Бертон, – сказал Джейк шкиперу «Квин». – Я хочу поговорить с ними.

Бертон скомандовал идти на сближение, и «Ла гранд дам» сбавила ход, увидев сигнал матроса «Квин» – покачивание фонарем. Корабли поравнялись и шли с одинаковой скоростью. Между ними было теперь футов двадцать. Рене Ла Порт с бокалом вина в руке прошел к борту. Он изумился, когда Вестон вдруг перебросил длинный багор через борт «Ла гранд дам», зубья накрепко впились в деревянные поручни. Рене швырнул бокал в море и уставился на это нехитрое абордажное приспособление, не веря собственным глазам. Пока один из матросов Джейка подтягивал баржу поближе к яхте, Вестон прошел на корму и забросил еще один багор, борта кораблей соприкоснулись, и он ловко перепрыгнул на палубу «Ла гранд дам». Рене Ла Порт, сжимая кулаки, набросился на него:

– Подлец! Ты испортил мне яхту своей мерзкой баржей! Убирайтесь отсюда сейчас же!

– Сначала мы поговорим, Ла Порт. Лучше скажи, как это случилось, что твой пароход напоролся на «Калли Сью»?

– Убирай свою чертову баржу! – орал Ла Порт, придвигаясь к Джейку вплотную. – Не то я прикажу своей команде взорвать и потопить ее. Будет лежать на дне вместе с твоей «Калли Сью».

На борту яхты имелась пушка, возле которой стояли два матроса.

– Отвечай на вопрос, Ла Порт! – требовал Джейк, не обращая внимания на угрозы.

Рене посмотрел на него, потом на своих матросов, столпившихся вокруг, скинул сюртук и бросил его стюарду.

– Я передумал взрывать баржу, я просто врежу тебе как следует.

– Почему «Мемфис Клауд» не стал искать Джесси и Пэдди?

– «Клауд» пристал к берегу. На нем произошел взрыв, и никто не может понять, как это случилось. Вот причина столкновения. В результате пострадал груз на тысячи долларов и пропал один из членов команды. На корабле были свои проблемы, нужно было проверить, способен ли он держаться на плаву. – Выпалив все это, Рене встал в классическую боевую стойку. – А теперь, мсье, к вашим услугам!

– Хотелось бы мне задать тебе хорошую трепку, французик, превратить твой белый костюмчик в грязные лохмотья, да только у меня есть дела поважнее – мне надо найти своего компаньона и слугу. Так что ступай себе, пей вино.

Джейк лихо перемахнул через поручни и приказал убрать сцепку. Когда корабли отодвинулись друг от друга, он крикнул Ла Порту:

– Мы еще с тобой сквитаемся, мсье! Вот только сперва найду Джесси!

Рене повернулся к помощнику капитана:

– Видал идиота? Хозяин какой-то мерзкой посудины, а строит из себя бог знает кого… Продолжаем поиски!

И быстроходная яхта «Ла гранд дам» вскоре оставила «Квин» далеко позади.


– Мэм! Мэм!

Джесси заставила себя открыть глаза – Пэдди тряс ее за плечо.

– Мисс Джесси! Впереди огни. Думаю, это корабль.

Она резко повернулась и, почувствовав боль в руке, застонала.

– Что с вами, мэм? Вы ранены?

– Все нормально, Пэдди. Нужно как-то привлечь внимание корабля. Кричи, Фитцпатрик. Ори изо всех сил.

Они оба начали кричать, увидев, что огни приближаются. Но что это? Корабль стал удаляться, не дойдя до них примерно на полмили. Джесси обессиленно уронила голову на мокрые доски, глаза слипались – то ли от усталости, то ли она впадала в забытье.

– Не волнуйтесь, мэм, – пытался успокоить ее Пэдди. – Мистер Джейк найдет нас, вот увидите. Мистер Джейк о вас ужасно беспокоится. Наверняка, как только он узнал о случившемся, сразу бросился вас искать. Он приедет, я знаю.

– Надеюсь, Пэдди, – слабым голосом проговорила Джесси.

Она снова закрыла глаза, и ей привиделся Джейк, такой красивый, такой близкий… Он улыбался ей, взгляд его был нежным и ласковым… Где ты, Джейк Вестон? Где ты? Джесси даже звала его, беззвучно шевеля губами.

Примерно через час Пэдди заметил еще два корабля и стал орать что есть мочи, но безрезультатно. Джесси показалось, что один из них они уже видели раньше. Пэдди все беспокоился о ее здоровье, так как видел, что девушке становится все хуже и хуже. Она старалась ободрить его, уверяя, что все нормально, что просто устала, но звучало это неубедительно.

– Держитесь, мэм, – приговаривал Пэдди. Тут он заметил, что к ним медленно приближаются огни – два ярких прожектора какого-то судна.

– Вижу свет, мэм! – закричал он. – К нам идут!

Джесси открыла глаза и попробовала всмотреться вдаль, в темноту, но так и не могла ничего разглядеть, все было словно в тумане. Хотя корабль был еще далеко, Пэдди принялся кричать изо всех сил. Обессиленная Джесс не могла издать ни звука.

Пэдди даже пытался размахивать рукой, не слишком сильно, чтобы их шаткий плотик не перевернулся. Наконец из тьмы донеслись голоса, отвечавшие на зов.

– Мы здесь! – охрипшим голосом крикнул Пэдди. – Мы здесь! Сюда!

Он ласково дотронулся до плеча Джесси:

– Мисс Джесси, мистер Джейк нашел нас. Он приехал за нами. Я же говорил!

– Джейк? – прошептала она, не понимая, сон ли это или явь.

Но когда корабль подошел, оказалось, что вовсе не Джейк Вестон стоит на палубе, всматриваясь в воду, а Рене Ла Порт. Впрочем, Джесси уже было все равно, пусть спасает кто угодно, хоть сам дьявол…


– Где я? – спросила Джесси, очнувшись и пытаясь разглядеть что-нибудь.

– Отдыхай, cherie, – раздался в ответ голос со знакомым французским акцентом. – Ты на моем корабле «Ла гранд дам», и мы идем в Сан-Франциско. Ты в безопасности, и твой друг тоже.

– Я так устала… – проговорила Джесси, стараясь не закрывать глаза, хотя веки были словно свинцовые.

Она увидела, что находится в роскошно убранной каюте, освещенной теплым желтым светом нескольких настенных ламп, лежит на широкой кровати в мягких подушках, под голубым атласным одеялом. Рядом с кроватью – маленький столик, чуть дальше – бюро орехового дерева.

– Ты потеряла много крови, cherie, – вкрадчивым голосом говорил Рене, и только сейчас Джесс услышала, что он обращается к ней на ты. – Мы сделали повязку на рану, чтобы остановить кровотечение, но, боюсь, придется наложить несколько швов, поэтому, как только сойдем на берег, надо обратиться к доктору.

Джесси попробовала улыбнуться.

– А как Пэдди? – поинтересовалась она.

– Твой защитник в полном порядке. Конечно, волнуется о тебе, но цел и невредим. Он внизу, допивает второй галлон кофе, сдобренного хорошим бренди.

– Спасибо, Рене. Ты спас нам жизнь. Даже не знаю, чем смогу отблагодарить тебя.

Он пристально смотрел на нее, и в его глазах появился тот особый блеск, который так напугал ее однажды.

– Думаю, мы оба знаем это, cherie. Отведя взгляд, Джесси стала рассматривать свою забинтованную руку и только тут заметила, что одета в мужскую ночную рубашку.

– Кто меня переодел? – испуганно спросила она и по выражению лица Рене поняла, что это сделал именно он. Джесси густо покраснела.

– Не смущайся, cherie. Уверяю тебя, ты не первая женщина, которую я раздевал, но зато самая красивая. Это точно.

При этом он бесстыдно уставился на ее грудь, так, словно на Джесси ничего не было.

– Нельзя было довезти меня в моей одежде до порта?

– Для меня было важнее спасти тебя, чем придерживаться правил приличия. Разве нет?

Понимая, что он прав, Джесси потупила глаза.

– Думаю, да… – нехотя призналась она.

– У меня не было выбора. Но, послушай, тебе нечего стыдиться – такое прекрасное тело.

– Пожалуйста, Рене… – попросила Джесси, снова краснея как маков цвет.

Он рассмеялся.

– Отдыхай, cherie. Мы скоро будем дома.

С этими словами он легонько поцеловал ее в губы. Джесси зажмурилась, а когда открыла глаза, в каюте уже никого не было. Голос Рене раздавался где-то за дверью.

Глава 12

– Да возьми ты в толк, Вестон. У тебя условия совсем неподходящие для больной женщины, а в отеле ее нельзя оставить.

Они стояли друг против друга, два конкурента, два соперника, один в белом костюме, на другом мокрая рубашка и заляпанные машинным маслом штаны.

– Я отвезу ее к себе домой, – продолжал Ла Порт. – Там есть слуги, которые будут ухаживать за ней, а моя экономка будет при ней вроде дуэньи.

– Экономка, говоришь? Ну не смеши меня, Ла Порт, в твоем доме Джесси не будет в безопасности, даже если ее станет охранять целая армия. А теперь дай мне пройти.

После нескольких часов безуспешных поисков Джейк вернулся в порт, чтобы взять топлива. Он прибыл за несколько минут до Ла Порта. Пэдди, увидев Джейка с палубы «Ла гранд дам», перебрался к нему и рассказал, как француз их спас.

– Он заботится о мисс Джесси, – сообщил он. – Мисс Джесси выглядит очень плохо, но он говорит, что она поправится.

Джейк был так счастлив, описать невозможно. Ему не терпелось увидеть Джесс. Рене попытался воспрепятствовать, но разве Вестона остановишь? Он аккуратно отодвинул Ла Порта в сторону и открыл дверь в каюту. Джесси лежала на кровати. Увидав Джейка, она уставилась на него своими огромными глазищами. Что было в ее взгляде? Радость… и что-то еще… и вдруг – слезы. Господи, какая бледная! У Джейка неожиданно ком подступил к горлу.

– Ты поправишься, Бостон. – Опустившись на колени перед кроватью, он взял ее за руку, холодную как лед. – Ты потеряла много крови, вот и все. Отдохнешь как следует и выздоровеешь.

Он осторожно убрал с ее лба прядь растрепавшихся волос, а потом наклонился и прикоснулся губами к ее рту. Его поразило, как холодны ее губы. Сердце сжалось от страха.

– Пэдди рассказал мне, какая ты отважная. Ты спасла ему жизнь.

По ее щеке покатилась слезинка.

– Я устала быть храброй, Джейк. Хочу домой.

– Мне нельзя было отпускать тебя в эту поездку, – повинился он.

Джесси покачала головой. Она не могла от него глаз отвести. Джейк был таким ласковым, заботливым, глаза его излучали нежность. Ей так хотелось, чтобы он ее обнял, в его руках она бы сразу забыла о тяжком испытании, которое выпало на ее долю! А еще ей хотелось, чтобы он смотрел на нее так каждый день, много лет…

– Ты ни в чем не виноват, – проговорила она наконец.

– Никогда в жизни я так не волновался, – признался вдруг Джейк, и Джесси улыбнулась ему в ответ.

Она попыталась сесть, но он придержал ее. Одеяло сползло, и Джейк увидел, что на ней мужская ночная рубашка. Нетрудно было догадаться, чья рубашка и кто переодевал Джесси. Он помрачнел.

– У меня рана… – объяснила она, словно прочитав его мысли. – Моя одежда промокла насквозь, и Рене… мистер Ла Порт… вынужден был переодеть меня.

Сказала и отвернулась, но Джейк взял ее за подбородок, повернул лицом к себе и увидел, как она смущена.

– С Ла Портом я еще разберусь, – пообещал он. – Сначала мы должны найти тебе врача. Я забираю тебя в «Ангел».

Его перебил Ла Порт, стоявший в дверях:

– Тебя отвезут ко мне, cherie, там ты получишь нужный уход. Салун – неподходящее место для молоденькой девушки.

Это было адресовано Джейку, и тот обернулся, метнув злобный взгляд на француза. Джесси тронула Джейка за руку:

– А можно мне поехать в отель?

– В таком состоянии тебя нельзя оставлять одну, – ответил он. – Лови и девочки будут присматривать за тобой.

– Не говори глупостей, – настаивал Ла Порт. – У тебя нет для нее даже удобной комнаты.

Кляня в душе француза, Джейк не мог не признать, что он прав. Он и себя ругал за то, что до сих пор не приобрел нормальный дом, все откладывал это на потом. Но нельзя же оставить Джесси с Ла Портом!

– Я найму для тебя сиделку, и ты поедешь в отель, – сказал он наконец.

– Джейк… – В ее прекрасных зеленых глазах была мольба. – Я хочу поехать с тобой.

Окрыленный ее желанием, Джейк повернулся к Ла Порту:

– Слышал? Она едет со мной.

Джейк завернул Джесси в одеяло и подхватил ее на руки. Она обвила руками его шею и опустила голову ему на плечо. Ее влажные волосы пахли морем, теплое дыхание приятно щекотало шею… Это было похоже на любовное объятие… Но Джейк одернул себя – как он мог подумать такое? Он же держит на руках раненую женщину, черт возьми! Она доверяет ему, и потом, это же дочка Генри.

Нужно ей оказать помощь как можно скорее. «Господи, помоги ей!» – подумал Джейк и направился к двери.

– Ты ведешь себя как последний дурак, Вестон!

– Уйди с дороги, Ла Порт! – Он наградил француза колючим взглядом. – Ты начинаешь действовать мне на нервы. Прими мою благодарность за все, что ты сделал для Джесси и Пэдди, хотя, сдается мне, сделал ты это не совсем бескорыстно. Мой долг – позаботиться о мисс Таггарт, и я постараюсь, чтобы ей немедленно была оказана помощь, и обеспечу необходимый уход.

Пройдя мимо Ла Порта, Джейк проследовал по небольшому коридорчику и вышел на палубу. Возле трапа их уже поджидал экипаж, который по указанию хозяина нанял Пэдди.

– Повезем ее прямо в «Ангел», – сказал Джейк. – За доктором сходит Руперт.

Одетый, вернее, втиснутый в белую форму стюарда с чужого плеча, Пэдди придержал дверцу, пока Джейк с Джесси на руках усаживался на сиденье, и залез на козлы к кучеру.

Сидя на коленях у Джейка, Джесси крепко обнимала его за шею, и, чувствуя, как она дрожит, он прижал ее к себе, заботливо подоткнув со всех сторон одеяло, чтобы ей не дуло. Джесс подняла голову и слабо улыбнулась, и от этой улыбки и от нежного взгляда ее зеленых глаз у него перехватило дыхание. «Интересно, когда же эта девчонка, которую я считал обузой, успела так мне приглянуться?» – подумал он, прислушиваясь к цокоту копыт шустрой лошадки. И еще подумал: «Как бы Джесси не растрясло от такого галопа!» – и приказал кучеру ехать потише.

– Джейк! – позвала она слабым голосом.

– Что, Бостон?

– Ты искал нас?

– Я вышел в море, как только узнал, что случилось.

Джейк даже зажмурился, вспомнив, какое его охватило отчаяние, когда он услыхал о столкновении кораблей. Удивительно, нужно было случиться несчастью, чтобы он понял, насколько дорога ему эта девушка.

– Пэдди так и говорил, что ты бросишься на поиски.

– Я обязательно должен был вас разыскать. Мне некогда подбирать себе нового партнера, – пошутил он.

Джесси улыбнулась и, положив голову ему на плечо, принялась устраиваться поудобнее у него на коленях. Ее движения волновали Джейка, изо всех сил старавшегося не обращать внимания на то, что его руки касаются нежной женской груди.

– Сиди смирно, – проворчал он, но она словно нарочно заерзала снова.

Господи, она сейчас почувствует, как он возбужден… Джейк даже вздрогнул от этой мысли.

«В ее глазах я буду не лучше Ла Порта, у которого одно только это в голове», – испуганно подумал он.

– Приехали, сэр! – крикнул кучер.

Они подъехали к «Дивному ангелу» с заднего крыльца. Пэдди открыл дверцу, и Джейк, бережно прижимая к себе драгоценную ношу, выбрался из кеба и стал осторожно подниматься по черной лестнице. Наверху их встречали взволнованные обитатели заведения.

– Приведи доктора Бедфорда, – приказал Джейк бармену. – Предупреди, что надо будет накладывать швы.

– Бедная девочка, – причитала Лови, помогая укладывать Джесси в постель. – Такая бледная, и рука поранена…

На бинтах проступило большое красное пятно – рана начала кровоточить после тряски в экипаже. Джейк не на шутку перепугался и подумал, что, может, зря потревожил Джесси. Может, стоило оставить ее у Ла Порта?

– Не волнуйтесь, мисс Джесси, – приговаривала Лови. – Доктор живет рядом, вы и глазом не успеете моргнуть, как Руперт его приведет. А уж доктор заштопает вашу руку, будет как новенькая.

Лови говорила все это уверенно и спокойно, но сама исподволь бросила взгляд на Джейка – а он-то что думает?

– Она потеряла много крови, – сказал он, придвинув стул к кровати. – Сейчас бы тоже надо было остановить кровотечение.

Он сжал ладонью руку Джесси прямо над раной. Девушка застонала.

– Извини, Бостон, так надо. Я понимаю, тебе больно, но потерпи, скоро все пройдет.

Джесси слабо кивнула, закрыла глаза и откинула голову на подушки. Раз Джейк заботится о ней, все будет хорошо. Она рада, что он не оставил ее у Рене. Хоть она и обязана Ла Порту жизнью, а все же побаивается его. Ей очень хотелось, чтобы Джейк забрал ее в «Ангел», и хорошо, что она настояла на этом, хотя, может, не совсем прилично так себя вести… А как приятно было оказаться у него на руках! Он так о ней печется… Давно уже никто так не заботился о ней… Впервые за долгое время она чувствует себя защищенной.

Джейк еще сильнее сдавил ее руку. Джесси слышала, как он отдает какие-то распоряжения. Он очень волнуется из-за нее, и ей приятно осознавать это, несмотря на боль в руке. Улыбнувшись, Джесси задремала.

Джейк нервничал, казалось, они ждут уже вечность, хотя на самом деле доктор Бедфорд прибыл через двадцать минут. Он достал из кармана черного костюма очки, нацепил их на нос и подошел к постели больной. Джесси проснулась и улыбнулась доктору. Велев Джейку освободить место, он присел на стул и принялся осматривать рану. Потом открыл свой чемоданчик и выудил оттуда иглу и нитки.

– Аннабел вскипятила вам воды, – сказала Лови, пропуская в комнату полную девицу с котелком кипятка в руках.

– Да тут всего-то и нужно сделать несколько стежков, – заметил доктор отмахнувшись. – Не стоило беспокоиться.

Джейк тронул его за плечо.

– Ты уж лучше обдай все кипятком, Хайрам.

Тот пожал плечами и тщательно промыл инструменты в горячей воде, в которую Джейк добавил полбутылки бренди.

– Дай ей выпить немного, – велел Бедфорд, кивнув на бутылку.

– А может, дать успокоительное?

– Она ужасно слаба, Джейк. Я бы не хотел рисковать.

Понимая, что доктор прав, он не стал настаивать. Обойдя вокруг кровати, Джейк сел рядом с Джесси с другой стороны и взял ее за руку, вновь поразившись, какая она холодная.

– Послушай меня, Джесс. Придется потерпеть еще немного. Доктор наложит несколько швов на рану, а потом можно будет отдохнуть.

Лови протянула ему стакан с бренди.

– Выпей это, – приказал Джейк.

Впервые Джесси не стала с ним спорить и послушно сделала большой глоток, но тут же закашлялась.

– Допивай! – прикрикнул он, поддерживая ей голову.

Зажмурившись, Джесси выпила все до дна и откинулась на подушки. Игла вошла в руку. Джесси рванулась, но Джейк крепко держал ее за плечи.

– Держись, Бостон. Лови, дай ей что-нибудь в зубы, чтобы кусать.

Лови тут же подала ремень для заточки бритвы, и Джесси впилась в него зубами. По мере того как доктор зашивал рану, она только сильнее сжимала челюсти, на лбу выступили капельки пота, но ни разу Джесси не закричала.

– Черт возьми, док! Скоро?

– Сейчас, сейчас, Джейк.

Доктор аккуратно завязал и обрезал концы нитки и отложил инструменты в сторону. Все облегченно вздохнули. Джейк взял ремень – на грубой коже остались следы превосходных острых зубок. Он наклонился и нежно поцеловал Джесси в лоб, а выпрямившись, поймал на себе удивленный взгляд Лови Макдугал.

До него наконец дошла вся абсурдность ситуации – он ведет себя так, словно они с Джесс по меньшей мере родственники. С ума сойти! Он – игрок, делец, содержатель борделя, грубый, неотесанный мужик. Джесси Таггарт – женщина другого круга, она его партнер по бизнесу, и только. Не хватало еще привязаться к юной невинной девице, выпускнице бостонской привилегированной школы, в общем, к девушке, которой он и в подметки не годится.

– Ну что уставились? – огрызнулся он. – Дайте больной отдохнуть!

Поняв по тону, что хозяин сердится, Лови, Аннабел и Руперт исчезли за дверью. Джейк вручил доктору пять долларов золотом.

– Спасибо, Хайрам.

– Вы очень щедры. В моем возрасте и за месяц столько не заработать.

– А что мы должны делать? Какие указания? – поинтересовался Джейк.

– Ей нужно согреться и выспаться. Пару дней лучше полежать. Последите за ней, но думаю, что осложнений быть не должно. – Доктор собрал инструменты в чемоданчик. – А ты, видимо, прав насчет обработки инструментов, – заметил он. – Один немец по имени Фердинанд Кох утверждает, что такие крохотные жучки, их и глазом-то не увидишь, вызывают инфекцию.

– Что-то новенькое. Вот видишь. – Джейк дружески похлопал доктора по спине. – Если хочется промочить горло, выпивка за мой счет.

Доктор расплылся в улыбке.

– Ты читаешь мои мысли, друг мой. Вообще-то у меня сегодня есть повод выпить. Представляешь, я снова стал законным гражданином.

– Как это?

– Сегодня в конгрессе приняли акт об амнистии. Нас, южан, официально приняли обратно в Соединенные Штаты.

– Это действительно стоит обмыть.

– Джейк! – позвала Джесси.

– Я скоро спущусь, – пообещал он доктору, проводив его до двери, и поспешил к постели Джесси. – Что, Бостон?

– Я хотела поблагодарить тебя.

– Да ведь не за что, Джесс. Мы с тобой партнеры и должны выручать друг друга, правда? Кроме того, к сожалению, это не я нашел тебя, а Ла Порт.

– Я знаю, но все же…

– Поспи, Джесс.

– Джейк?

– Да?

– Может, ты поцелуешь меня перед сном?

– Что?

– Я сказала: может, поцелуешь меня?

– Неужели ты думаешь, я не слышу, что ты сказала. – Джейк нервно пригладил волосы.

– Ну? – прошептала Джесси.

– Что – ну?

– Ну, так ты поцелуешь меня?..

– Черт возьми, – не выдержал Джейк. – С тобой не оберешься хлопот…

И понимая, что нужно встать и уйти, он все-таки наклонился к Джесси и, взяв ее лицо в ладони, поцеловал. Он хотел поцеловать Джесси легонько, по-братски, но губы ее приоткрылись, и он забыл и о своих опасениях, и о своих клятвах, забыл обо всем на свете.

Он перебрался к ней на кровать и теперь целовал ее по-настоящему, так, как он жаждал целовать эту женщину – глубоко, страстно, лаская языком ее язык… Джесси застонала от удовольствия. Джейк касался дразнящими поцелуями то ее верхней губы, то нижней, то уголка рта, провел губами вниз к шее, затем к ушку. Рука скользнула к окрепшим от возбуждения грудям, прикрытым полотном рубашки. Джесси порывисто прижалась к нему.

Потеряв голову от желания, Джейк гладил ее грудь, лаская упругие соски, но рубашка мешала, и, расстегнув непослушными пальцами пуговки, он положил ладонь на обнаженную грудь Джесси.

Вздрогнув, Джесси отпрянула от него.

– Джейк!

Это привело его в чувство. Собрав всю свою волю, Джейк отодвинулся от нее. В глазах у Джесси застыл испуг.

– Я… Мне… Нам не следовало этого делать, – проговорила она запинаясь.

Стараясь скрыть волнение, Джейк заставил себя посмотреть ей в глаза.

– Ты права, черт возьми, – бросил он, криво усмехнувшись. – Когда-нибудь, мисс Бостон Таггарт, ты попадешь в такую переделку, что уже ничего не сможешь поделать.

Джесси дотронулась пальцами до распухших от поцелуя губ и пробормотала:

– Спокойной ночи, Джейк.

– Спокойной ночи, Бостон.

Он вышел и плотно прикрыл за собой дверь. Возможно, она и будет спать спокойно, но вот ему придется туговато. Никто не сможет помочь ему на этот раз, даже Моник, потому что Моник он не хочет. Единственная женщина, которая ему нужна, это мисс Джессика Таггарт. Так что еще неизвестно, где ей безопаснее – с ним или с Ла Портом.

– Что за чертовщина! – выругался он вслух. Как же быть? Может, после происшествия на реке она захочет вернуться в Бостон? Нет, насколько он может судить, этого не произойдет. Гордость не позволит. Джесси молода, упряма и, быть может, наивна, но она достойная женщина, надо отдать ей должное. Настоящая Таггарт. И ей нужен достойный ее мужчина.


Джесси не спала, она все думала о том, что произошло между ней и Джейком. Вспоминая его поцелуй, его смелые ласки, она почувствовала, как горячая волна восторга снова поднимается в ней и внизу живота разливается сладкая нега. Как ему удалось пробудить в ней такую чувственность? Она вся дрожала, трепетала, млела в его объятиях.

Зачем она попросила Джейка Вестона поцеловать ее? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы ответить на этот вопрос. Тот поцелуй на яхте только раздразнил ее. Увидев Джейка в дверях каюты, она не то что обрадовалась, испытала настоящее счастье. Такого с ней давно не случалось. Как он смотрел на нее, как ухаживал за ней, беспокоился, каким был внимательным, нежным… Она небезразлична ему, это точно.

О себе самой Джесси тоже узнала кое-что новое. Пытаясь спастись после этой ужасной катастрофы, она все время думала о нем и только о нем. Она мечтала увидеться с ним, радовалась, что он не поехал с ними – мог ведь погибнуть, даже мысль об этом приводила ее в ужас.

Что она в нем нашла? Никогда ничего подобного не чувствовала. С ним она – женщина, желанная и чарующая, рядом с ним ей ничего не страшно. Нет, на самом деле, когда он рядом, все мысли тут же куда-то улетучиваются, остаются только чувства.

Джесси застонала. Что же делать? Она все больше и больше привязывается к Джейку.

Да, он тоже тянется к ней, это ясно. Но ведь у него были – а может, и есть – другие женщины. Он не из тех, с кем можно связать судьбу. Джейк позволяет себе такие вольности, на которые никогда ни один из ее знакомых мужчин не решался, целует ее так, что… Да она вообще не представляла, что можно так целоваться!.. Но ведь ей это приятно, более того, она мечтает снова оказаться в его объятиях.

«Господи, что же мне делать?» – спрашивала она себя уже в который раз. Надо было ей остаться в Бостоне. Встретила бы приличного молодого человека, вышла бы замуж, нарожала бы ему детей… Боже, какая тоска!

В таких тепличных условиях она не стала бы счастливой. Можно уже с уверенностью это сказать, сравнивая ее жизнь до приезда сюда с тем, что произошло с ней после того, как она решилась ехать в Сан-Франциско. Поездка через всю страну, жизнь в этом необычном многоликом городе, участие в бизнесе… В ее планах на будущее замужество – на последнем месте. Приобрести свободу и тут же потерять ее? Нет, ни за что! Муж не позволит ей заниматься тем, чем она хочет.

Итак, она остается здесь, а Джейк Вестон пусть катится ко всем чертям! Она должна положить конец этому дурацкому флирту раз и навсегда. Джессика Таггарт – волевая женщина.

Тем не менее, вспоминая поцелуй Джейка, тепло его рук, его смелые ласки, а особенно свои собственные ощущения, она вовсе не была уверена в том, что откажет себе в удовольствии испытать все это снова.

Глава 13

Джесси проспала больше суток. С трудом разлепив ресницы, она увидела маленькую китаянку Шу Линг. Та сидела в ногах кровати и штопала одежду.

– Доброе утро, Шу Линг, – сонным голосом поприветствовала ее Джесси. – Сейчас ведь утро, правда?

Девушка вскочила и подошла к хозяйке.

– Утро. Вы спали очень долго. Хотите попить, мисс Джесси?

– Да, пожалуйста.

Шу Линг подала Джесси воды.

– Мистер Джейк сказал, что, когда вы проснетесь, я должна накормить вас завтраком: фрукты, пюре и яйца, а еще…

– Погоди, Шу Линг. Мне хочется сока, и больше ничего. Но сначала не поможешь ли ты мне…

– Конечно, мисс Джесси.

Шу Линг помогла ей переодеться в прелестную шелковую ночную рубашку, которую заботливая Аннабел принесла из отеля. Китаянка направилась было к двери.

– Ты давно здесь? – поинтересовалась Джесси, откинувшись на подушки.

– Всю ночь, мисс Джесси. Мистер Джейк велел присматривать за вами и не спать.

– Это несправедливо! Ты же должна зарабатывать на жизнь…

– Я – ваша собственность. Моя жизнь принадлежит вам и мистеру Джейку, – объяснила Шу Линг, поклонившись низко, и, так же не разгибаясь, попятилась к выходу.

«Что это она такое говорит?» – удивилась Джесси, но решила, что все это просто красивые слова. Вскоре Шу Линг вернулась со стаканом апельсинового сока и свежим номером газеты.

– Спасибо, Шу Линг, – сказала Джесси, принимая из ее рук стакан, та поклонилась и вернулась к своему шитью. – Разве ты не хочешь пойти поспать?

– Мистер Джейк приказал мне быть при вас, пока кто-нибудь не сменит. Я буду сидеть с вами каждую ночь, пока вы не поправитесь.

– Ну что за глупости!

Девушка только улыбнулась в ответ, уходить она не собиралась.

– Послушай, ты кое-что сказала недавно… – начала Джесси, – я не поняла. Ты сказала, что твоя жизнь принадлежит мистеру Джейку и мне. Что ты имеешь в виду?

– Ну как же, мисс Джесси, я же ваша собственность, рабыня. Шу Линг принадлежит вам, понимаете?

– Нет, не понимаю.

Маленькая китаянка посмотрела на нее как на дитя неразумное.

– Моя жизнь принадлежит мистеру Джейку и вам. Вы унаследовали меня от мистера Генри. Я перешла вам в наследство вместе с «Дивным ангелом».

– Да быть такого не может! – возмутилась Джесси. – Согласно «Декларации об освобождении рабов» Линкольна, никто не может владеть кем бы то ни было в этой стране.

– Может быть, это так и есть в остальных штатах, но здесь китаянки являются собственностью. Мистер Таггарт, ваш отец, купил Шу Линг на рынке.

– На рынке?

– Ну да.

– Боюсь, этого мне не понять… Но продолжай.

– Ужасное место, мисс Джесси! Китайских девушек привозят на кораблях и собирают на рынке. Потом торговец продает девушек тем, кто предложит больше денег. Благородный мистер Таггарт купил Шу Линг, и Шу Линг очень рада. Это хорошее место для Шу Линг. Некоторым девушкам не повезло.

– В жизни не слыхала ничего подобного! Шу Линг, ты свободный человек, ты принадлежишь только самой себе.

– Я принадлежу мистеру Джейку и мисс Джесси.

На секунду задумавшись, Джесси попросила:

– Позови ко мне Джейка… то есть мистера Джейка. А потом иди отдыхай.

Через несколько минут, на ходу заправляя рубашку, появился заспанный Джейк. Пригладив волосы, он присел на стул у кровати Джесси. Невозможно было не признать, что, даже небритый, он очень красив. Почему этот человек так влечет ее к себе? Вспомнив, как он целовал ее и что было потом, она засмущалась ужасно, но старалась не подать вида.

– Доброе утро, – сказал Джейк. На глаза ему попался стакан с соком. – А где твой завтрак? – И, обернувшись к Шу Линг, он рявкнул: – Я же велел тебе покормить ее!

– Все в порядке, Джейк. Шу Линг хотела принести мне еду, но я отказалась.

– Ты должна что-нибудь съесть. Может, будешь кофе с бисквитами? Шу Линг…

– Пожалуйста, попозже, ладно? – попросила Джесси.

Он держался так, будто между ними ничего не произошло, и она не знала, как к этому относиться – благодарить или расстраиваться… Шу Линг стояла в ногах кровати, опустив голову. Когда Джейк снова глянул на нее, она спросила:

– Можно, Шу Линг пойдет теперь, мистер Джейк?

– Да, Шу Линг, – ответила за него Джесси. – Иди спать.

– Хорошо, госпожа, – кивнула китаянка, но продолжала стоять, ожидая приказания господина.

Тот кивнул, и она поспешила из комнаты.

– Насколько я понимаю, Шу Линг является нашей с тобой рабыней, – с вызовом заявила Джесси.

Джейк удивленно глянул на нее.

– Да, твой отец купил ее контракт около года назад. Она невольница. Либо ее родители, либо муж, либо предыдущий владелец в Китае продали ее как крепостную, это обычная практика в Китае и здесь.

– Но это же варварство, Джейк! Ты хочешь сказать, что она работает бесплатно? – Возмущенная Джесси даже попробовала сесть.

Он заботливо подложил ей под спину подушки.

– О, я вижу, тебе полегчало, Бостон! – усмехнулся он. – Может, пойдешь проверять бухгалтерские книги?

– Нет, не пойду. – Она улыбнулась шутке. – Но ты ответь мне, пожалуйста.

– Шу Линг работает так же, как и другие девушки, и получает такую же плату, часть этих денег выплачивает за свой контракт. Генри она стоила шестьсот семьдесят долларов. Через несколько лет она будет свободна.

– Шестьсот долларов? – нахмурившись, переспросила Джесси. – На сколько лет у нее контракт?

– На десять. Обычное дело, между прочим. Не она одна в таком положении, китаянок здесь полно. А вообще, когда они заболевают или у них… – Джейк запнулся, почесал затылок и, глядя в сторону, продолжал: – Женские неприятности, что ли, или когда они беременеют, контракт продлевается. Многие китаянки не могут выкупить контракт до конца жизни. Тяжелая доля, что и говорить, а ведь некоторым из них всего одиннадцать-двенадцать лет.

– Какой ужас! – воскликнула Джесси, всплеснув руками.

– Генри знал, что Шу Линг была наложницей в Китае, иначе не стал бы приобретать ее для «Ангела». Твой отец также купил четырех девочек…

– Нет! Как ты смеешь говорить такое, Джейк Вестон?!

– Да подожди, дослушай. Он заплатил за них четыре тысячи долларов, а потом отправил их в Совет женщин Запада при методистской церкви, у них есть приличный приют.

Джесси вздохнула с облегчением, на глаза навернулись слезы. Как она могла усомниться в порядочности отца?..

– А что будет делать Шу Линг, когда выкупит контракт?

– Да что захочет, то и будет делать. Так они договорились с Генри.

– А этот рынок, о котором мне говорила Шу Линг, он что, до сих пор существует?

– Да, дело процветает.

– Господи, Джейк! В штате Вайоминг женщины уже три года как получили право голосовать, а здесь, в Калифорнии, их продают в рабство. И никто не пытается прекратить это?

– Накануне твоего приезда в «Ангел» заявились две представительницы Совета женщин Запада – Маргарет Калберстон и Дональдина Камерон. Они были полны решимости вызволить рабынь. Беднягу Руперта чуть удар не хватил, а Пэдди совершенно растерялся. С десятком подвыпивших старателей он бы справился запросто, но связываться с двумя напористыми дамочками с плакатами в руках – себе дороже.

Джесси улыбнулась, представив, как Пэдди выпихивает на улицу солидных матрон.

– Их приход меня удивил, – продолжал Джейк. – Думаю, узнали о смерти Генри и всполошились, решив, что я буду иначе относиться к проблеме китаянок. А может, услыхали, что у нас есть китаянка, и возомнили, что ее нужно вызволять. Я привел к ним Шу Линг и сказал, что она свободна и может уйти с этими дамами. Они уже собирались ее заграбастать, но она закричала и убежала наверх. Дамам пришлось ретироваться.

– А по мне, так эти дамы, как ты их называешь, хотели сделать доброе дело, а вот продажа женщин – настоящее варварство.

– Это продолжается много лет, Джесси. Пойми, закон не позволяет белой женщине… ну, в общем, спать с китайцем, тем более выходить за него замуж. На Западе семьдесят пять тысяч китайцев и всего пять тысяч китаянок, большинство из них – проститутки.

– Я встречала китайцев с негритянками.

– Им можно брать в жены представительниц других рас, но только не белой.

– Я хочу отдать Шу Линг ее контракт, Джейк.

– Да хоть сожги его. Он внизу в сейфе, написан по-китайски, с отпечатком пальца Шу Линг. А теперь я пойду побреюсь, можно?

Джесси улыбнулась. Джейк иногда напоминал ей отца – за внешней жесткостью и грубоватостью скрывается доброе отношение к людям.

Джейк на минуту задержался на пороге.

– Надеюсь, тебе и правда лучше?

– Да, вполне, спасибо.

Тут он заметил, что Джесси переоделась в свою ночную рубашку, а рубашка Ла Порта валяется, скомканная, в ногах кровати. Джейк помрачнел.

– Насчет вчерашней ночи… – начал он. – Тебе нездоровилось, и ты была очень расстроена, а я ужасно переволновался за тебя. Хотел утешить… Нехорошо, конечно, но так уж получилось… Ну, в общем, мне пора идти работать.

Джесси закусила губу.

– Джейк… Я хочу поблагодарить тебя за Шу Линг.

– Не стоит. Генри отдал бы контракт по первому ее требованию. Но тут есть некоторые тонкости. У китайцев свои понятия о долге. Если ты отдашь ей контракт, она захочет отблагодарить тебя добром за добро.

– Ну и хорошо, пускай.

– Да, пускай. Она может очень пригодиться тебе, Джесс.

– Если сама захочет, Джейк.

– Определенно захочет, – усмехнулся Джейк и уже потянулся к дверной ручке, но что-то вспомнил и, повернувшись, сказал: – Между прочим, там Лови хочет повидаться с тобой. У нее для тебя подарок от Ла Порта – новая книга Марка Твена. Вообще, зная Ла Порта, я удивляюсь, что он не прислал тебе кружевное нижнее белье.

И, впустив Лови, он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. «Да он, кажется, ревнует!» – подумала Джесси, впрочем, не слишком уверенно. Просто он не любит Ла Порта… Но тут ей вспомнился торжествующий взгляд, которым одарил француза Джейк, унося ее с яхты… Должно быть, она все-таки права.

– Ну вот, дорогая, – Лови протянула Джесси книгу, перевязанную розовой шелковой ленточкой. – Рене заходил утром и ужасно расстроился, когда я сказала, что вы спите.

– Я его должница, Лови. Он же спас нас с Пэдди. А как там Пэдди, кстати?

– Великолепно. Доедает на кухне яичницу из дюжины яиц с ветчиной, – рассмеялась Лови. – Может, вам тоже принести поесть?

– Спасибо, не надо. Я, пожалуй, выпью кофе с парой бисквитов, а потом почитаю немного. Если мистер Ла Порт заедет, пришли его ко мне, Лови.


Ток Лойхонг сидел в резном кресле перед окном, наблюдая, как солнце заливает ярким светом окрестности, потом перевел взгляд на человека, стоявшего перед ним на коленях. Это портовый кули, грузчик с «Мемфис Клауд», он только что рассказал Ток Лою о столкновении с «Калли Сью» и красном шелковом шнуре, обнаруженном на штурвале.

Ток Лой обратился к кули:

– Если узнаешь еще что-нибудь про это, приходи ко мне. Я вознагражу тебя за усердие, и ты прославишь своих предков. Если я не узнаю новости первым, ты отправишься к праотцам.

– Да, господин, – пробормотал испуганный китаец.

– Отпустите его, – приказал Ток Лой своим стражам.

Грузчик поспешно ушел, шлепая сандалиями, и в комнате воцарилась тишина. Ее нарушало только постукивание пальцев по деревянному подлокотнику, верный знак того, что Ток Лой злится.

Снова кто-то хочет навлечь гнев белых дьяволов на голову китайского тонга Гум Сан. Одно к одному: мало того, что принят закон, упорядочивающий плотность населения в городе, который, естественно, ударит по густонаселенным китайским кварталам, мало того, что выпущен указ о короткой стрижке всех до одного мужчин в целях санитарии, а значит, китайцы со своими косичками пострадают первыми, так теперь еще подозрения в причастности к убийствам белых.

Убили Генри Таггарта, теперь покушение на его дочку. Неужели это дело рук тонга СПТ? В команде «Мемфис Клауд» полно членов союза, кто-то из них вполне мог убить старого стюарда, тело которого нашли среди обломков, прибившихся к берегу, а потом привязать шнурок к штурвалу.

Гум Сан и лично Ток Лой многим обязаны Генри Таггарту, их обязательства действительны в отношении дочки этого славного человека. Если члены Союза портовых рабочих нарушили обещание, они за это ответят. Их предводитель Чарли Синг, который предал традиции предков и принял образ жизни белых, должен быть наказан.

И все-таки Ток Лой не был уверен, что Синг и его окружение виновны в покушении на дочку Генри Таггарта. Кому выгодно убрать Джессику Таггарт? Кто выигрывает от того, что посеет раздор среди китайцев? Эти вопросы задавал себе Ток Лой и не находил ответов.

– Соберите сегодня тонг, – приказал он слугам, стоявшим за его спиной. – Может быть, у кого-то есть полезная информация.

Стражники отправились выполнять поручение – рассылать гонцов, чтобы собрать три тысячи членов тонга, а Ток Лой решил на следующий день нанести визит Джессике Таггарт.


Казек Бошек увидел из окна, как во двор вошел Сантос Сильва. Охрана у ворот показала ему, куда идти, и Сильва стал пробираться между ящиками и тюками к двери.

Бошек стукнул кулаком по столу в сердцах и закурил сигару, чтобы принять более внушительный вид.

Раздался стук в дверь.

– Входите!

В дверях появился заискивающе улыбающийся Сильва. Он подошел к столу, перебросив через руку плащ, под которым, как было хорошо известно Казеку, прятал пистолет.

– Я пришел за деньгами.

– Сто раз тебе говорил, не приходи сюда, – сердито напомнил Бошек. – Кстати, ты не выполнил задание.

– Что значит – не выполнил? – возмутился тот. И вид у него был весьма воинственный.

– А вот то и значит! – заявил Бошек, выпустив клуб дыма прямо ему в лицо. – Ты не сделал того, что должен был сделать. Девчонку нашли и привезли сюда. Она в «Дивном ангеле», лежит в постельке и выздоравливает.

У Сильвы вытянулось лицо.

– Я видел, как «Калли Сью» разлетелась в щепки под напором «Клауд»! Девчонка не могла спастись!

– Однако спаслась.

– Тем не менее я должен получить свои деньги, – упрямо выпалил Сильва, вплотную подойдя к столу и нависая над Бошеком.

– Ты оставил шелковый шнурок?

– На самом видном месте.

– И «Калли Сью» стерта в порошок, – задумчиво протянул Бошек. – Я заплачу тебе половину за половину дела.

– Сукин ты сын! – злобно рыкнул Сильва. Казек сделал вид, что смахивает пепел со стола в корзину, а сам тихонько выдвинул ящик, где лежал пистолет. Направив его в грудь пораженного таким оборотом дела Сильвы, Бошек объявил:

– Не дергайся и плащик свой держи под мышкой! Или половина золота, Сантос, или свинец, выбирай.

– Золото лучше, – буркнул Сильва.

Левой рукой Казек отсчитал пятьдесят золотых, сложил их в стопку и придвинул к краю стола. Сильва жадно схватил деньги.

– Мне нужна вторая половина, Бошек. Что еще требуется сделать?

– Есть у меня кое-что на уме, – ответил тот. – Если ты возьмешься за это дело, самое время начинать.

* * *

Из ресторана принесли еду, и Джейк собрался пообедать. Меган О'Брайен, пышная рыжеволосая девица с круглыми, как будто вечно удивленными глазами, вытерла стол и повернулась к Пако, стоявшему рядом с судками в руках.

Девушки обычно ели на кухне, но сам Джейк обедал за большим столом в зале. Еду приносили из ресторана «Тадиш». В это время каждый день они встречались с Алеком Абернатом, ведавшим погрузкой в «Таггарт энтерпрайзис», и за обедом обсуждали все свои дела. Обслуживал их верный Пако.

На столе появились отбивные, жареная картошка, овощи, бекон, соусы, и Джейк с аппетитом принялся за еду, в то время как Алек докладывал ему.

– Мы наконец переплюнули «Вэллс и Фарго» и заполучили заказ от «Консолидейшн Джексон», Джейк. Контракт на месяц, начнем транспортировку в понедельник. Если дело пойдет, они продлят заказ до конца года. Переправляем один фургон с грузом через день, на обратном пути забираем золотые слитки. Получается больше тысячи в месяц за доставку и еще четыре процента за слитки.

– А сколько будет слитков? – поинтересовался Джейк.

– Они уже две недели ничего не отгружают, поэтому первая партия потянет на несколько тысяч долларов, это штук двадцать пять. Потом будут партии сотен на пять-шесть, иногда на тысячу.

– А почему они засуетились с перевозкой грузов?

– Эти умники из «Вэллс и Фарго» не доставили им какое-то важное оборудование, и работа на приисках стоит. Тамошние парни просто озверели, но теперь оборудование должно прийти из Мексики по морю.

– Сколько нужно людей для охраны? – спросил Джейк. – Мне бы не хотелось иметь неприятности.

– Из Джексона до равнины поедут два вооруженных конных конвоира. В Бридж-Хаусе они повернут обратно в Джексон, а фургон поедет до Сакраменто, где к нему снова присоединится охрана и будет уже сопровождать вплоть до Сан-Франциско.

– Можно мне посидеть с вами?

Джейк поднял глаза и увидел Джесси с рукой на перевязи. Мужчины встали.

– Ты должна быть в постели, – сказал Джейк.

– Я и валялась в постели, пока не взбесилась от безделья. Попросила позвать тебя, но Лови сказала, что у вас тут встреча. Так как я до сих пор не знакома с мистером Абернатом, я решила спуститься.

Алек лишь удивленно моргал. Но потом его осенило:

– Так вы, должно быть, миссис Таггарт?

– Мисс Таггарт, – поправила его Джесси, протягивая руку. Они обменялись рукопожатием.

Джейку не понравилось, что она встревает в мужской разговор, но все же он усадил Джесси за стол. Меган принесла ей чашечку кофе.

– Мы старались проникнуть на прииски Джексона уже давно, Джесс, – пояснил Джейк, вкратце пересказав ей все, что услышал от Алека.

– А почему конвой едет только до Бридж-Хауса? – поинтересовалась она деловито. – Фургон дальше пойдет совсем без охраны?

– Нет, останется один конный охранник, – терпеливо пояснил Джейк. – Большая часть дороги проходит по равнине, а нападают чаще всего в горах. Но ты, наверное, права, нужно, чтобы в этом случае конвой ехал до Сакраменто.

– А что, разве нельзя соблюсти конспирацию в отношении этого груза? Всем известно, что «Консолидейшн» уже некоторое время ничего не переправляет, следовательно, в первый раз должен пойти солидный груз.

Джейк отодвинул тарелку и сказал, стараясь не заводиться:

– Так всегда делается, Джесс.

– Ну и что? Разве это означает, что можно поступать только так?

Алек смущенно молчал.

Салун постепенно оживился: в зал спустились девушки, появились крупье, Руперт занял место за стойкой. Скоро начнут приходить посетители. Джейк откашлялся и сказал:

– Почему бы тебе не пойти наверх и…

– Тихонько сидеть там? – перебила его Джесси. – Это очень важная сделка, мистер Вестон. У меня пакет в пятьдесят один процент, и я имею право участвовать в ее обсуждении.

– Джесси, ты еще не поправилась, тебе пора отдохнуть.

Она медленно поднялась и, гордо вскинув голову, заявила:

– Клянусь, ты самый невоспитанный человек из всех, кого я имею неудовольствие знать.

Алек тоже встал.

– Мне пора… – начал было он.

– Садитесь, мистер Абернат, – приказала ему Джесси.

Тот послушно плюхнулся на стул. Джейк не проронил ни звука. Джесси опять села за стол.

– А теперь давайте обсудим контракт «Консолидейшн Джексон» как здравомыслящие бизнесмены… деловые люди. – Она сделала ударение на последнем слове. – Почему бы нам не принять меры предосторожности, чтобы доставить первый груз в целости и сохранности? – спросила она. Мужчины молчали. – В общем, я думаю, было бы разумнее отправить с фургоном… женщину, а сам фургон нагрузить всякой утварью.

– Женщину? – переспросил Джейк.

– Да. Вместе с мужем, конечно. Переезжает куда-то семья, все очень мирно.

– И без охраны?

– Еще в Трое была предпринята успешная конспиративная акция. Маленькая хитрость всегда срабатывает лучше, чем военная мощь. Женщина – это что-то вроде троянского коня. Раз есть охрана, значит, везут слитки, а фургон с домашними пожитками ни у кого не вызовет подозрения. Воры не польстятся на старую мебель, кастрюли и тюки с постельным бельем.

– А эта женщина… Кого ты предлагаешь нанять в таком случае? – спросил Джейк, начиная кое-что подозревать.

– Не нужно никого нанимать. Мне очень хотелось поучаствовать хотя бы в одной экспедиции по перевозке груза, а тут такая возможность! Мы с Пэдди…

Джейк с шумом отодвинул стул и вскочил на ноги.

– Ты, должно быть, потеряла больше крови, чем я думал. Пора тебе пойти лечь.

– Ну ладно… – Алек опять встал, – вы тут между собой разберитесь…

– Сядьте, мистер Абернат! – приказала Джесси, и Алек сел.

– Иди работать, Алек! – сказал Джейк. – Мы все с тобой уладим позже.

Алек встал.

– Мистер Абернат! – грозно одернула его Джесси.

Алек сел.

Джесси и Джейк мерили друг друга взглядом и молчали. Наблюдая за ними со стороны, Лови сказала Руперту:

– Они из бедного Алека сделали марионетку.

– А как насчет бедного Джейка? – спросил ее бармен. – Он и сам не поймет, то ли ему отругать ее, то ли отшлепать, то ли… Когда он видит в ней женщину – она ведет себя как компаньонша, обращается с ней как с деловым партнером – она выкидывает всякие женские штучки.

– Вот в этом-то все и дело, Руперт, – усмехнулась Лови.

– Алек! – рявкнул на своего подчиненного Джейк, тот спохватившись вскочил, напялил шляпу и поспешил к выходу.

– Минуточку, Алек, – окликнула его Джесси.

– Успокойтесь, мисс Джессика Таггарт, – холодно обратился к ней Джейк. – Мы решим этот вопрос в другом месте, не на виду у всех и подальше от чужих ушей. Прошу вас. – И он указал ей на лестницу.

Сжав кулачки и задрав подбородок, Джесси прошествовала мимо него, но не успела она подняться и на пару ступенек, как силы ее оставили, голова закружилась, и все поплыло перед глазами. Она еще успела схватиться обеими руками за перила, прежде чем лишилась чувств.

Джейк подоспел вовремя.

– Вот глупая женщина, – проворчал он, подхватив ее на руки. – Лови! – позвал он и понес Джесси наверх.

Поглядев ему вслед, Руперт повернулся к Меган О'Брайен, которая протирала стойку бара. Та улыбнулась ему, подмигнула и, поправив волосы, подошла поближе.

– Руперт, любовь моя, ты мне сегодня пошлешь богатеньких, а?

Тот захихикал и сказал, копируя ее акцент:

– Да они на тебя сами слетаются как мухи на мед. Ты, ирландочка, в моей помощи не нуждаешься.

– Увидишь Казека Бошека, скажи, что у меня для него есть сюрприз. – И она снова подмигнула бармену.

И пошла прочь, призывно покачивая бедрами, обтянутыми зеленой юбкой. Провожая ее взглядом, Руперт облизнулся и расстегнул верхнюю пуговку рубашки – вдруг стало трудно дышать. «Чертовка!» – подумал он.

Глава 14

Джейк ногой открыл дверь в свою комнату. Джесси пришла в себя. Чувствуя себя круглой дурой, она не осмелилась даже глаз поднять на своего компаньона, который заботливо уложил ее на кровать.

– Со мной уже все в порядке, – пробормотала она смущенно.

– Надо было мне оттащить тебя сюда сразу, как только ты появилась внизу, – сказал он. – Доктор говорил, что тебе надо вылежать дня три-четыре, значит, прибавим еще один. Так или иначе, я заставлю тебя соблюдать режим.

– Хорошо, я буду лежать, но при одном условии.

– Ты будешь в постели, не то мне придется привязать тебя, – заявил Джейк таким решительным тоном, что не оставалось сомнений – он это сделает.

– Пожалуйста, Джейк.

– Хорошо. Какое условие?

– Подумай о моем предложении. Если этот груз золота так важен для нас, как ты говоришь, то мы должны сделать все, чтобы сохранить его и доставить на место.

– Это опасное предприятие, Джесс.

– Но я буду с Пэдди.

– Я сделаю вот что, – примирительным тоном сказал Джейк, чувствуя, что она сейчас снова начнет упрямиться. – Я поразмыслю над твоим предложением, но только в том случае, если этой женщиной будешь не ты. Неужели же не сыщется другой такой сумасшедшей?

– Я не сумасшедшая! – возмутилась Джесси и села на кровати.

Джейк легонько толкнул ее в плечо, чтобы снова уложить на подушки.

– Ладно, ты нормальная. Просто немного упрямая и ужасно самонадеянная.

Джесси уже была готова ответить на его издевку, но тут появилась Лови. Поглядев внимательно на Джейка, потом на Джесси, она объявила:

– Пришел мистер Ла Порт и хочет видеть вас, мисс. Он принес какие-то коробки и утверждает, что это ваши вещи.

– Мисс Таггарт плохо себя чувствует, – сказал Джейк.

– Мисс Таггарт чувствует себя хорошо, – перебила его Джесси.

Джейк встал и направился к двери.

– Что он может притащить, кроме кружевных панталон! – бросил он. – Но лучше бы ему этого не делать, не то получит в зубы!

– Мне действительно нужно новое белье! – Джесси изобразила улыбку. – Но откуда же мистеру Ла Порту это известно? Ах, ну да, конечно…

Джейк с такой силой рванул дверную ручку, что чуть не оторвал ее, и вышел, хлопнув дверью.

– Сдается мне, вы играете с огнем, мисс, – усмехнулась Лови.

– Почему, Лови? – удивилась Джесси. – Что ты хочешь этим сказать?

Та рассмеялась.

– Ладно, так им обоим и надо. Тоже мне, два петуха.

Теперь расхохоталась Джесси. Но тут раздался легкий стук, и Лови впустила в комнату Рене, сама же вышла, нарочно оставив дверь открытой.

Ла Порт поставил принесенные коробки на кровать и присел на стул рядом.

– Ты так же очаровательна, как тогда на яхте, – сказал он, целуя ей руку. Его взгляд выражал неподдельное восхищение.

Джесси вспомнила, какой он видел ее на яхте – без одежды! – и густо покраснела.

– Спасибо, Рене, – сказала она, не поднимая глаз. – Спасибо за все.

– У тебя еще будет случай отблагодарить меня, cherie, – со значением заметил он.

– Рене, не думаю, что нам стоит…

– Потом, cherie, – перебил он ее. – А сейчас, почему бы тебе не взглянуть на модели мадам Делейн?

– Откуда ты узнал, что я заказала у нее наряды? Рене хитро улыбнулся.

– Я у нее частенько покупаю вещички для моих… подружек. Они, конечно, не такие красотки, как ты, но у них есть другие ценные качества. Мадам Делейн с удовольствием выполняет мои заказы, я заходил к ней недавно, и она сказала, что ты была у нее.

От упоминания о подружках Джесси снова покраснела. Этот человек – опасный ловелас, как и предупреждал Джейк. Но есть в нем нечто интригующее, с ним даже интересно. Надеясь, что ей удалось не выдать своего смущения, Джесси развязала первую коробку и обнаружила в ней прелестное платье в черную и золотую полоску, которое выбрала на прошлой неделе. Рассматривая платье, она пришла в восторг – да оно гораздо лучше, чем ей запомнилось!

– Если все наряды так же хороши, как этот, – сказала она, улыбаясь, – я буду просто счастлива. Сегодня же отправлю чек в магазин.

– Я уже позаботился об этом. Считай платья моим подарком.

– О нет, Рене! Я не могу принять такой дорогой подарок. Мы же просто друзья.

– Друзья, Ла Порт! – повторил за ней Джейк, стоя в дверях. – Точнее, это всего лишь шапочное знакомство.

– Позволь с тобой не согласиться, – ответил Рене обернувшись. – Я бы сказал, что мы с мисс Таггарт знакомы друг с другом гораздо ближе, чем ты думаешь.

Джейк шагнул в комнату, взгляд его был грозен.

– Еще одно слово, Ла Порт… Джесси вскочила с постели.

– Джейк, пожалуйста! Рене – мой гость! Бросив на Джесси пристальный взгляд, Джейк отошел в сторону.

– Мы еще встретимся, друг мой, – обронил Ла Порт. – Это я обещаю.

– Тебе вернут чек за платья сегодня же, – сказал Джейк.

– Спасибо за книгу, Рене, – вмешалась Джесси. – Невероятно интересная.

Ла Порт поцеловал ей руку, откланялся и вышел.


На следующий вечер Джесси уже чувствовала себя хорошо. Она была рада, что находится здесь, в «Ангеле», в отеле было бы так скучно. Тут и Лови, и Руперт, и Пэдди, все заботятся о ней, поддерживают, в общем, у нее такое чувство, что «Ангел» – это как родной дом… Ведь своего дома у нее нет. Хорошо, что Джейк не говорит, что ей пора вернуться в «Палас-отель», хотя ему, конечно, неудобно спать на раскладной кровати в кабинете.

Джесси тяжело вздохнула, понимая, что рано или поздно придется перебраться в гостиничный номер. Потом решила одеться и пойти вниз. Там можно посидеть в баре, послушать, как играет на пианино Пит, в зале весело, ярко горят огни, полно народа… В конце концов надо бы и развлечься. Правда, Джейку это не понравится, уж точно, он хочет, чтобы она не участвовала в разгульной жизни ночного заведения и держалась подальше от посетителей.

Джесси глянула на себя в зеркало и улыбнулась – хороша! Но тут же повесила нос – платье в полоску Джейку тоже не понравится… Ну и ладно! Она потянула лиф вниз, чтобы сделать декольте поглубже. Зачем скрывать такую красивую грудь? Черт с ним, с Джейком Вестоном! Она же все-таки женщина, а не только деловой партнер, и пора бы ему свыкнуться с этой мыслью.

Джесси поправила прическу, покрутилась у зеркала и вышла из комнаты. У лестницы стоял Пэдди.

– Добрый вечер, мэм.

– Добрый вечер, Пэдди.

– Вы прекрасно выглядите, мэм.

– Спасибо, Пэдди.

Джесси спускалась вниз, оглядывая зал. Конечно, первый, кого она увидела, был Джейк. Он стоял у стойки бара со стаканом виски в руке, собираясь выпить, но так и замер. Взгляд его не предвещал ничего хорошего. Он поставил стакан на стойку и направился к Джесси. Да, похоже, скандала не избежать…

– Что это ты тут делаешь, черт возьми? – грозно спросил Джейк.

Он оглядел ее с ног до головы, задержав взгляд на кокетливой прическе с локонами, а потом на глубоком декольте, открывавшем грудь. Джесси слегка оробела, сердце заколотилось, но она изо всех сил постаралась скрыть волнение.

– Я собираюсь работать, – ответила она, как ей показалось, твердым голосом.

– Правда? Чем же ты конкретно собираешься заняться?

При этом он многозначительно поглядел на ее декольте, похоже, хотел сказать какую-то колкость, но вид ритмично вздымающейся груди заворожил его. Джесси от этого взгляда пробрала дрожь. Нет, она не испугалась, ее тело вспомнило ласку его трепетных сильных рук, обжигающую, волнующую, пробуждающую желания… Джейк так красив в этом черном фраке и белоснежной рубашке… Ей захотелось прильнуть к нему, обнять, погладить по гладко выбритой щеке, прикоснуться к черным вьющимся волосам…

– Я собираюсь помочь тебе заняться посетителями. Думаю, мне это удастся.

– О, конечно, удастся! Еще бы! Бул Хаскинс – лучшее тому доказательство.

– Я тогда ничего не понимала в делах заведения.

– А теперь понимаешь?

– Теперь есть Пэдди, который меня защитит от хаскинсов, а остальным пора знать, что я – хозяйка этого салуна.

Джейк покачал головой и закурил сигару.

– Скажи, почему благовоспитанная девушка из города Бостона так жаждет проводить время со всякой швалью в салуне на западном побережье?

– Это не просто салун, Джейк Вестон, это мой салун. Мой отец оставил мне его, и я должна позаботиться, чтобы дела в нем шли хорошо. Как только я пойму, что все в порядке, переключусь на грузовые перевозки.

Джейк застонал, закатив глаза, потом схватил Джесси за руку и затащил ее в угол.

– Черт подери, Джесс! – воскликнул он. – Разве ты не понимаешь, что даже короткие визиты сюда губительно скажутся на твоей репутации? Ни один приличный мужчина не захочет жениться на тебе. Ты не сможешь наплевать на общественное мнение.

– Ага, теперь понятно, – выпалила Джесси. – Значит, тебе можно заправлять «Ангелом», потому что ты мужчина. А я должна торчать на задворках и просматривать счета!

– Но разве это не естественно, Джесси? Твой отец ни за что не захотел бы, чтобы ты занималась делами игорного заведения и публичного дома. Если бы он ожил, убил бы меня уже за то, что я позволил тебе появляться здесь.

– Мой отец знал меня лучше, чем ты, Джейк. Составляя завещание, он прекрасно понимал, на что я способна в бизнесе, и я не могу его подвести. А что касается мужчин, которые, дескать, на меня не польстятся, то сейчас я тебе докажу, насколько ты ошибаешься.

С этими словами Джесси отодвинула Джейка и, выглянув из-за стойки, помахала рукой одному из посетителей. Тот так и засиял. Джейк схватил ее за руку.

– Никуда ты не пойдешь! Я вовсе не это имел в виду, сама прекрасно понимаешь. Эти-то мужики клюнут на тебя сразу, но они хотят переспать с тобой наверху, и все. Я имею в виду брак – мужа, семью. Разве тебе это не нужно, Джесс?

Джесси подняла голову, глядя ему в глаза, взгляд у нее стал какой-то задумчивый.

– Я… я… конечно, мне нужно все это, но… когда-нибудь. Я даже представить себе не могу, что буду сидеть дома, вязать и штопать, а в это время мой муж будет развлекаться в салуне. Возможно, когда я стану старше, то как-то свыкнусь с мыслью о семье.

– Будет поздно, Джесс. Станет известно, чем ты занималась на побережье, никто не захочет жениться на женщине, которая работала в салуне.

Надо подумать о будущем и сделать выбор, Джесс. И не когда-нибудь, а сегодня. Сегодня и сейчас.

У Джесси вдруг ком встал в горле. Взглянув на него сквозь слезы, она неожиданно заметила, с каким волнением смотрит на нее Джейк, и это ее тронуло.

– Думаю, я уже приняла решение, когда заказала это платье, – ответила она. – Если мне надо выбирать между тем, чтобы жить по-настоящему, и тем, чтобы наблюдать, как это делают другие, пока я стою в сторонке, тогда я выбираю жизнь. – По щеке катилась упрямая слезинка, но Джесси этого не замечала. – А если я не буду нужна ни одному мужчине, я сама позабочусь о себе, как делаю это и сейчас.

Джейк видел, как у нее дрожат губы, и осторожно прикоснулся к ним пальцем, потом смахнул слезинку с ее щеки. «Господи, как она хороша! И как, оказывается, ранима. Сколько же нужно сил, чтобы скрыть это!» Он не мог не восхищаться ею. Эта женщина знает, чего хочет от жизни, и готова идти на риск ради достижения своей цели.

– Запомни, Джесс: парень, который станет так относиться к тебе, просто дурак, – сказал он ласково, приподняв ее лицо за подбородок и глядя в ясные зеленые глаза.

Неожиданно нахлынули воспоминания о той ночи, когда он целовал Джесси, и внутри поднялась волна желания, но Джейк быстро справился с собой. Он принял решение.

– Почему бы нам с тобой не обойти столики? – предложил он. – Здешним посетителям пора познакомиться с моим новым деловым партнером.


Вечер прошел даже лучше, чем Джесси ожидала. Раз Джейк был рядом с ней, не требовалось никаких объяснений по поводу ее присутствия в зале. Мужчины почтительно приветствовали ее, правда, поначалу поглядывали недоверчиво, но вскоре примирились с тем, что молодая красавица здесь хозяйка, равноправная с Джейком Вестоном.

Джесси зевнула и глянула на часы – пора закрывать, усталость дает о себе знать. В салуне оставалось еще несколько посетителей, Руперт и Пэдди непреклонно подталкивали их к двери. Джесси подумала, что завтра надо будет обязательно поговорить с Джейком о доставке груза компании «Консолидейшн Джексон». Она не сомневалась: ей удастся выиграть и этот спор.

– Устала? – спросил Джейк, подходя.

– В общем, да. Но я столько узнала интересного за сегодняшний вечер, это очень важный опыт. Спасибо, Джейк, без тебя ничего не вышло бы, я понимаю.

– Но тебе тоже многое удалось, Джесс. Ты так великолепно держалась. В зале не было ни одного мужчины, который не относился бы к тебе, как к леди. – Он окинул ее одобрительным взглядом. – Я так понимаю, леди нужно родиться, тогда все получается само собой.

Джесси улыбнулась, довольная комплиментом, а Джейк все смотрел на нее, и в глазах его была нежность. Потом взгляд его стал волнующим, пронизывающим… Джейк улыбнулся ей, и она вся затрепетала.

Неожиданно рядом раздался женский смех, и чей-то звонкий голос спросил:

– Куда же ты подевался, шалун?

Они разом повернулись и увидели темноволосую красотку, одетую в дорогое нарядное платье.

– Я соскучилась, cheri. Неужели ты все еще сердишься на Моник за то маленькое недоразумение?

Моник протянула руку, чтобы потрепать Джейка по щеке, но он отпрянул от нее.

– Может быть, ты представишь меня своей подруге? – спросила Джесси, прекрасно понимая, кто эта красотка, конечно же, всем известная Моник Дюбуа.

Джесси внимательно оглядела ее. Ничего не скажешь, хороша – большие голубые глаза, нежная кожа, черные волосы, о фигуре и говорить не приходится – осиная талия, крутые бедра, высокая, полная грудь. Да, она очень красива, слишком красива, настоящая роковая женщина… А на Джейка смотрит так, что у Джесси заныло сердце.

– Моник, – голос Джейка прозвучал резко, – это моя компаньонша.

– Я – Джессика Таггарт, – подсказала Джесси, так как он не назвал ее. – Я полагаю, вы – Моник Дюбуа?

– Да, я – Моник.

Без всяких предисловий Джейк схватил ее за руку и потащил к двери.

– Я очень занят сегодня, Моник. Поговорим в следующий раз.

– Джессика… – задумчиво повторила она. – Так вот оно что! Да, cheri, теперь я понимаю. – Она погрозила ему пальчиком, взгляд стал злым и колючим. – Спокойной ночи, cheri, – процедила она и, смерив его презрительным взглядом, вышла за дверь.

– Ну вы даете, босс! Может, теперь и Пэдди поможете? – со смехом обратился к Джейку Руперт, кивнув на посетителя, которого ирландец тщетно пытался выпроводить из салуна.

Отмахнувшись от него, Джейк глянул на Джесси и ушел в задние комнаты.

Джесси пожелала всем спокойной ночи и отправилась наверх. Она старалась казаться спокойной, но внутри у нее все кипело.

Как это понимать? После всего, что между ними произошло, когда она почувствовала, что небезразлична ему, заявляется эта его француженка, эта кукла и ведет себя с ним так фривольно!

Джесси опустилась на банкетку перед зеркалом и принялась нервно вытаскивать из волос шпильки, потом схватила щетку и попыталась расчесать растрепавшуюся гриву, но не тут-то было. Вскрикнув от боли, она забросила проклятую щетку в угол и вскочила на ноги.

Вытащила из-под кровати баул и щелкнула замком. «Давно уже надо было вернуться в отель! – подумала она со злостью. И поддерживать с ним чисто деловые отношения, тогда не было бы так больно». Она не имеет права чувствовать себя оскорбленной, Джейк не давал ей никаких обещаний, да она и не ждала их от него. Но если бы не разбиравшая ее ярость, она бы уже расплакалась от обиды.

Джесси открыла шкаф и принялась выбрасывать оттуда свои вещи, потом затолкала все как попало в баул. В дверь постучали, еще раз, громче, но она не отзывалась. К ее удивлению, дверь распахнулась, и в комнату ворвался Джейк. Джесси старалась не смотреть на него, иначе он сразу догадается, что она ревнует.

– Что это ты делаешь, черт возьми? – спросил он возмущенно.

– Я думаю, мне пора перебраться в отель, – ответила Джесси неожиданно спокойно.

– В четыре часа утра?

Она аккуратно свернула платье и положила его в баул.

– Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности с твоей подругой, – сказала она.

– Моник сама сплошная неприятность, и ты не имеешь к этому никакого отношения.

Джесси решила использовать другой аргумент:

– Кроме того, я сплю в твоей кровати и доставляю тебе массу неудобств.

– Я ничего не имею против того, чтобы ты спала в моей кровати, – поспешил заверить ее Джейк. – То есть никакого неудобства в этом нет.

Джесси бросила на него недоверчивый взгляд, и тогда он, откашлявшись, сказал:

– Я хочу сказать, что я больше не встречаюсь с Моник.

Она перестала складывать вещи, выпрямилась и посмотрела прямо ему в глаза, а Джейк пытался понять по ее взгляду, что она думает. Джесси не хотелось, чтобы он догадался, какое облегчение она испытала от его признания, и, схватив какую-то кофточку, она стала заталкивать ее в баул.

– Ты действительно хочешь перебраться обратно в отель? – спросил он, так и не дождавшись ответа.

Джесси потянулась за следующей блузкой.

– Должна признать, что там мне довольно одиноко, – сказала она. – Но я привыкла к одиночеству. Мама уже два года как умерла, а отец уехал от нас три года назад… Так что я все время была одна. – Она грустно улыбнулась. – Лови и остальные девушки избаловали меня своим вниманием.

Джейк перевел дыхание и, схватив ее за руку, потянул к двери.

– Что ты делаешь? – удивилась она.

– Пойдем, я хочу что-то тебе показать. – И Джейк повел ее в дальний конец коридора.

Завернув за угол, они оказались перед небольшой дверью, за которой была лестница. Пока они поднимались, Джейк сказал:

– Я хотел сделать тебе сюрприз, сейчас самое время.

Пыльная и замусоренная мансарда превратилась в уютную комнату: на полу пушистый ковер, в углу стоит широкая кровать, покрытая розовым в белый цветочек покрывалом, на окнах очаровательные занавески из той же материи. Между окнами стоит зеркало с подзеркальником орехового дерева на гнутых ножках, перед ним – банкетка с розовой шелковой подушечкой. Справа от двери умывальник, за ним большой шкаф с инкрустированными дверцами, а слева небольшой камин, перед которым устроен угловой диванчик.

– Кто здесь живет? – поинтересовалась Джесси, еще не догадываясь, что происходит.

– Ты, – гордо объявил Джейк. – Руперт, Пэдди, Лови и все девочки тут работали, чтобы обустроить тебе эту спальню. Они все решили, что тебе здесь будет безопаснее… то есть веселее, чем в отеле. Конечно, это временно, пока у тебя все не наладится и ты не приобретешь подходящее жилье.

У Джесси на глаза навернулись слезы, она снова обвела взглядом комнату, подмечая, с какой любовью тут все обставлено. Какие же замечательные у нее друзья! Она повернулась к Джейку.

– А ты, Джейк? – спросила она тихо. – Ты хочешь, чтобы я тут осталась?

Он отпустил ее руку и отвел взгляд.

– Ты же сама сказала, что мне неудобно спать в кабинете.

Джесси пошла к двери.

– Это плохая идея! – сказала она.

– Ты злишься из-за Моник?

– Отчасти.

Он поймал ее за подол, притянул к себе и обнял за талию.

– Мне не нужна Моник, Джесс, – сказал он. – Эта женщина ничего для меня не значит… и никогда не значила.

Джейк повернул ее к себе, чтобы смотреть ей в глаза.

– Неужели не понимаешь, что нужна мне ты, Джесс? – проговорил он, целуя ее в губы.

Джесси прижалась к нему, а он продолжал целовать ее – в щеки, в глаза, в лоб, в висок, за ушком.

– Я все время старался избежать этого, но больше не могу, – прошептал он, задыхаясь.

– О, Джейк… – пробормотала Джесси. Он снова поцеловал ее в губы, но на этот раз страстно, глубоко проникая языком в ее открытый, жаждущий рот. Не в силах сдерживать свои чувства, она ответила на его поцелуй. Ей хотелось только одного – чтобы этот миг никогда не кончался, она знала только одно – она не будет удерживать себя от грядущих наслаждений.

Джейк подхватил ее на руки и, не переставая целовать, понес к кровати. Джесси откинула голову назад, чтобы он мог ласкать губами ее шею, грудь. Тело горело от нестерпимого желания, она вся ослабела, готовая позволить ему делать с ней все, что угодно.

У кровати Джейк медленно опустил ее на пол. Почувствовав, как он возбужден, Джесси испугалась.

– Не нужно ничего бояться, Джесс, – шепнул он нежно.

– Я не боюсь, Джейк, когда я с тобой, мне ничего не страшно.

Несколько мгновений Джейк смотрел на нее, словно не мог наглядеться, потом наклонился и прикоснулся губами к ее губам, будто шепча что-то. Его руки легли ей на плечи, затем скользнули к шее, ладони даже сквозь материю обжигали кожу, соски ощущали ласкающее прикосновение пальцев. Джесси застонала, а его губы уже прижимались к ее шее, медленно опускались вниз, к ложбинке между грудями. Джейк обхватил ее за бедра и прижал к себе так, чтобы она почувствовала всю силу его желания.

– Я хочу тебя, Джесс… – прошептал он и снова припал страстным поцелуем к ее губам.

Его рука пробралась в вырез платья, он дерзко и требовательно сжал ее отвердевшую от желания грудь.

– Джейк… – взмолилась Джесси. – Мне нужно… подожди… мне нужно…

– Я знаю, что тебе нужно, Джесс. Господи, да я чувствую, как ты вся изнемогаешь от этого, радость моя… Сейчас мы с тобой получим то, что нам обоим нужно.

Он уже расстегивал ее платье и, ловко сняв его, так же быстро разделался с нижними юбками. Развязывая корсет, он запутался в тесемках, но наконец справился и с ними. Джесси была не в силах ни слово вымолвить, ни пошевелиться и только смотрела, как он раздевает ее, вся трепеща от сладостного предвкушения. У Джейка голова кружилась от счастья – как она прелестна в ожидании неведомых ей радостей любви! Где-то в глубине души он чувствовал, что надо остановиться, но ничего не мог поделать с собой – он так желал ее, что у него заломило чресла. Он сел на кровать и медленно стянул вниз ее кружевные панталоны. От него не ускользнуло инстинктивное движение руки Джесси – она как будто хотела прикрыть лоно ладошкой, но так и замерла.

Заставляя себя не спешить, он прижался губами к ее животу, чувствуя, как она вся напряглась, слыша прерывистое дыхание, почти стон. Приподняв тоненькую нижнюю рубашку, он легонько целовал подрагивающее тело, поднимаясь губами все выше, к груди. Быстрым движением стащил с Джесси рубашку и задохнулся от восторга, увидев полные, круглые, окрепшие от возбуждения груди с розовыми припухшими сосками. Несколько мгновений он любовался стройным девичьим телом, поглаживая ладонями ее гладкие бедра, потом притянул ее к себе поближе, взял эти прекрасные груди в руки и стал целовать их поочередно, то лаская языком соски, то легонько покусывая. Джесси стонала и вскрикивала, придерживая его голову, чтобы продлить удовольствие.

Она и не заметила, как оказалась на кровати. Джейк стоял рядом и быстро раздевался. Обнаженный, он был так прекрасен, что она вся затрепетала.

– Все хорошо, Бостон, – прошептал он ласково, опустившись на кровать рядом с ней.

Джейк снова целовал ее – в губы, в шею, потом между грудями. Она приготовилась ощутить уже знакомое наслаждение от поцелуев в соски, но он скользнул губами ниже, к животу. Руки его ласкали ее бедра, ягодицы, и эти ласки становились все более настойчивыми. Джейк едва сдерживался, чтобы не навалиться на Джесс и не взять ее самым грубым способом, но хорошо понимал, что для нее это впервые и нужно проявить терпение и заласкать ее до изнеможения, а уж потом подарить миг счастья.

Джесси с восторгом откликалась на его ласки, гладила его по голове, ее пальцы запутались в его волосах. Эта игра увлекала ее. Но вот он поцеловал живот над лобком и одной рукой попытался раздвинуть бедра. Да, именно там уже горело и пылало ее первое в жизни вожделение, именно этих прикосновений жаждала плоть. Но тут вдруг Джесси вспомнила о девицах, которые проделывают то же самое каждую ночь в своих номерах с разными мужчинами, вспомнила о Моник… Что будет утром? Как он посмотрит на нее после всего этого? Станет ли она тоже падшей женщиной? И захочет ли Джейк ее потом?

– Я боюсь, Джейк, – прошептала она, остановив его. – Не хочу быть как Моник.

Он обнял ее.

– Ты не такая, как Моник, никогда не говори этого. Ты настоящая леди, Джесс, и всегда будешь леди.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Ничто не сможет изменить тебя.

– О, Джейк, – проговорила она. – Я хочу тебя. Я так хочу тебя, больше не могу…

Охваченный страстью, он все же боялся поторопиться.

– Останови меня, Джесс. Пока не поздно, останови.

– Пожалуйста, Джейк, возьми меня. Сейчас же. Я умираю от желания…

Он так впился губами в ее губы, что у нее дыхание перехватило. Но как ни сводил ее с ума этот поцелуй, ей хотелось других ощущений. Она сама подтолкнула его голову к груди и, обмирая от наслаждения, чувствовала, как он терзает губами ее соски. Джейк исступленно ласкал ее тело, а Джесси трепетала от этих ласк, вскрикивала и стонала. Она ощутила, как его пальцы коснулись горячей плоти, и замерла от неожиданности. Но то, что он делал, было так восхитительно, что Джесси, забыв обо всем на свете, просила: «Еще… еще…», – и он то ласкал, играя, то проникал внутрь… Ее рука наткнулась на его возбужденный пенис, и сначала она в замешательстве отдернула ладонь, но потом коснулась его. Джейк громко застонал, этого испытания он уже вынести не мог.

В одно мгновение он оказался на ней и, хотя чувствовал, что она готова принять его, замер, чтобы немного успокоиться и не причинить ей сильную боль. Джесси тоже на секунду заволновалась, но ее желание принадлежать ему было непреодолимо, она прижала ладони к ягодицам Джейка, подталкивая его к себе, и вскрикнула от боли.

– Все хорошо, любовь моя, – прошептал Джейк. – Первый раз всегда немного больно. Доверься мне и постарайся расслабиться.

Его глаза светились нежностью, и Джесси успокоилась. Он оказался прав: когда препятствие было преодолено, все стало гораздо приятнее, и она забыла о своих тревогах. Вожделение нарастало, она стала двигаться в такт предложенному неспешному ритму, но вскоре обоих охватила дикая страсть, они как одержимые неслись к вершинам блаженства…

«Так вот как это бывает…» – подумала она, приходя в себя. Тело окутала блаженная истома.

Обняв Джейка, она хотела что-то сказать, но захлебнулась от счастья и только пролепетала что-то, уткнувшись ему в плечо.

Некоторое время они так и лежали, не в силах разомкнуть объятия. Потом Джейк поднял голову, поцеловал ее в губы и откатился в сторону. Потрясенная Джесси смотрела на него во все глаза. Джейк улыбнулся.

– Джейк… – выговорила она наконец.

– Да, Бостон.

– То, что было… это… это самое удивительное, что я испытала в своей жизни.

Он погладил ее по щеке.

– Я рад, что доставил тебе удовольствие.

– Удовольствие? Да я… Мне… Я словно на седьмом небе побывала. Правда.

Джейк наклонился и поцеловал ее в плечо.

– Буду счастлив снова доставить тебя туда, – пошутил он, чувствуя, что опять возбуждается.

Джесси неожиданно посерьезнела.

– Знаешь, не надо было нам этого делать, – заявила она.

Джейк усмехнулся.

– Да, мисс Бостон Таггарт, не думаю, что надо было этим заниматься. Но что теперь поделаешь?

– Что поделаешь? – в замешательстве повторила Джесси. – Что мы можем сделать? Мы друг друга не любим, мы совсем не подходим друг другу.

Ты же большой любитель женщин, и тебе вряд ли придет в голову остепениться, как-то определить свое будущее. Я тебе скоро надоем, тебе станет скучно.

– Знаешь, что я хорошо усвоил за время нашего знакомства? – сказал Джейк неожиданно резко. – С тобой не соскучишься.

– Дело не во мне. Пойми… Мне понравилось заниматься с тобой любовью. Я приехала на Запад, чтобы приобрести жизненный опыт. Я очень признательна тебе за любезность… ну, имея в виду, что это все у меня впервые… Наверно, тебе это доставило бы больше удовольствия, если бы у меня был некоторый опыт.

– Ты признательна мне за любезность? – переспросил Джейк. – Ты хочешь сказать, теперь мы должны сделать вид, что между нами ничего не было? Деловые партнеры – и только?

– Ну, в общем… мы не должны… слишком часто… – Джесси подбирала слова. – Видишь ли, могут быть последствия…

– Мне хорошо известно о возможных последствиях, – перебил ее Джейк, которому все меньше нравилось, какой оборот принимает разговор.

Джесси села и потянулась за своими панталонами.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Пойду принесу свои вещи из твоей комнаты, чтобы тебе было где спать. То есть если ты, конечно, еще хочешь, чтобы я осталась здесь…

Но, может быть, после того, что произошло… Возможно, мне лучше вернуться в отель.

– Никуда ты не пойдешь! – Джейк потянул ее обратно в постель. – Раз ты так признательна мне, я окажу тебе еще одну услугу, радость моя. Наберешься побольше опыта, а то поди знай, когда еще представится случай…

Он навалился на нее, Джесси взвизгнула, но Джейк закрыл ей рот поцелуем и взял ее властно, почти грубо, но это ей понравилось, и скоро она уже кричала от наслаждения, кусала его плечо, шептала его имя…

Через несколько минут Джесси уже купалась в блаженстве. Стараясь отдышаться, она подумала, что приобретение жизненного опыта – дело весьма приятное, а о последствиях можно побеспокоиться завтра. Только бы завтра наступило попозже.

Глава 15

Когда Джесси проснулась, солнце уже стояло высоко, ярко освещая улицы и переулки Сан-Франциско.

Некоторое время она лежала, уставившись в потолок, потом обвела взглядом комнату, вспомнила все, что произошло ночью, вернее, под утро, и подскочила на постели.

Как, однако, хорошо, что она одна! Джейк не увидит, как пылают ее щеки, насколько она озадачена, как не уверена в себе. Да она просто растерялась – как же теперь себя вести? Как он будет к ней относиться? Что скажет?

Джесси откинула одеяло. На простыне темнели пятна, свидетельствовавшие о потере девственности. Она принялась с любопытством разглядывать свое обнаженное тело, но ничего нового не заметила. Никаких следов любовных ласк. Но чувствует она себя другой – женщиной. Женщиной Джейка… Нет, надо быть честной, на самом деле это не так. От Джесси не ускользнуло выражение облегчения на его лице, когда она сказала, что не собирается делать их связь постоянной. Тогда она не придала этому значения, а вот сейчас ее уже гложут сомнения.

«Джейк ничего мне не должен!» – сказала она себе твердо. Он желал ее, и она желала его и захотела отдаться. Так почему же на душе так скверно? Такая пустота… нет, опустошенность…

Интересно, где сейчас Джейк? О чем думает? Жалеет ли о том, что случилось? Она-то нисколько не сожалеет. Джейк был таким страстным и в то же время нежным и внимательным, подарил ей незабываемые мгновения любви. Нет, ей не жаль, что это произошло, но она не допустит, чтобы все повторилось! Она не станет очередной любовницей Джейка Вестона. Пусть такие, как Моник, довольствуются этим.

Тихий стук в дверь прервал ее мысли. Услышав голос Шу Линг, Джесси велела ей войти и поспешила улечься в постель.

– Я принесла вам кофе, мисс Джесси, – сказала китаянка. – К вам посетитель.

– Что-то слишком рано для посетителей. Кто это? – удивилась она и подумала: «Господи, хоть бы не Рене!»

– Сейчас не рано, мисс, уже полдень. – Шу Линг вдруг перешла на шепот: – Благородный Ток Лойхонг, предводитель тонга Гум Сан, ожидает вас.

– А не знаешь ли ты, зачем он пришел?

– Ток Лойхонг – очень влиятельный китайский господин, мисс. Вам надо поторопиться.

– Мне нужна моя одежда, Шу Линг. Принеси из комнаты мистера Джейка мой баул с вещами и объясни мистеру Хонгу, что я буду готова принимать посетителей не раньше чем через час.

– О нет, мисс, пожалуйста. Ток Лойхонга нельзя заставлять ждать.

– Шу Линг! Я только что проснулась. Если мистер Лойхонг не захочет ждать, скажи, что я буду рада встретиться с ним позже сегодня или завтра.

– О нет, нет!

– Сейчас же принеси мои вещи и передай господину Хонгу то, что я сказала!

Качая головой, Шу Линг попятилась к двери. Джесси почему-то подумала: «А ведь многим китаянкам хозяева просто связывают ноги, чтобы не сбежали. Шу Линг еще повезло…»

Джесси встала с постели и подошла к окну, из которого открывался вид на город. На глаза ей сразу же попалось здание «Золотой колючки». Вспомнилась Моник, и сердце Джесси сжалось от боли и отчаяния. Джейк уверял, что не видится больше с этой красоткой. Ну и что? Он неисправимый ловелас. В чьей постели он окажется завтра? Значит ли она, Джесси, для него что-нибудь? Он называл ее леди, но она легла с ним в постель.

Джесси застонала, ей хотелось забиться в укромный уголок и никогда оттуда не вылезать, чтобы больше не видеть Джейка Вестона, его насмешливого взгляда и вечной игривой улыбочки… Но Таггарт не может быть трусихой. Расправив плечи и высоко подняв голову, Джесси отправилась к умывальнику. Вскоре появилась Шу Линг, она принесла вещи и сообщила, что Ток Лойхонг решил подождать.


Салун постепенно оживал – в баре появились первые посетители, и в зале стало шумно от разговоров, смеха, звона посуды. Руперт суетился у стойки, спустились вниз несколько девушек. Джейк, как обычно в это время, обедал с Алеком Абернатом.

– Надеюсь, ты усвоил, Алек: перевозка груза из Джексона – дело чрезвычайно опасное, и хочет того Джесси или нет, но никуда она не поедет. Понял?

– Понять-то понял, босс, но я тут как бы меж двух огней. Она же скажет, что является вашим равноправным партнером и…

– Все так, и тем не менее никуда она не поедет. А если попытается, дашь мне знать. С мисс Бостон Таггарт я справлюсь сам.

– Кстати, у нее неплохая идея.

– Честно говоря, просто великолепная, но я не могу подвергнуть женщину такому риску.

– Что тут скажешь, ты прав, конечно. Только вот мисс Таггарт не понравится, что ты отменил ее план.

– Ничего, не бойся. У нас с ней новый… стиль отношений, мы достигли взаимопонимания кое в чем.

– Это хорошо, Джейк. Значит, мне не придется метаться между двумя хозяевами.

Джейк увидел, как Шу Линг поспешила к Ток Лойхонгу, сидевшему за столиком в углу за чашкой чая. Он разительно отличался от остальных посетителей и одеждой – длинный черный шелковый балахон, маленькая шапочка, и обликом – традиционная косичка, длинная жидкая борода. Единственное украшение – шейная косынка, застегнутая булавкой с большой жемчужиной. Подле него стояли двое телохранителей, зорко наблюдавших за тем, что происходит вокруг. Шу Линг подошла к главе китайского тонга и, низко поклонившись, стала что-то ему говорить. Джейк пытался понять, что происходит, но тут его внимание отвлекли двое вновь пришедших – Казек Бошек и Хорас Мак-Кафферти. Оживленно беседуя, они направились к бару.

Каждый раз при виде Бошека Джейку почему-то становилось не по себе, как бывает в предчувствии беды. Он не мог понять причины, но интуитивно чуял недоброе, этот тип ему совсем не нравился. Он двинулся к бару.

Руперт поставил стакан виски перед Бошеком и подал Мак-Кафферти пиво.

– Меган просила передать, что у нее для тебя есть что-то особенное, Казек, – сказал Руперт Бошеку.

Глянув на своего спутника и хитро улыбнувшись, Мак-Кафферти поискал глазами хорошенькую рыжеволосую ирландку. И тут к ним подошел Джейк.

– А я было решил, что тебе не нравится наше виски, Бошек, – не преминул он съехидничать.

– Ты хочешь, чтобы я посещал другой салун, Вестон? – спросил тот, сверля его взглядом.

– Да уж ладно, деньги у тебя такие же, как у всех других.

– Мои лучше.

– А где Меган? – спросил Мак-Кафферти у Руперта.

Джейк не стал больше тратить на них время и отправился поприветствовать Ток Лойхонга – как-никак почетный гость. Телохранители Ток Лоя внимательно следили за приближающимся Джейком.

– Счастлив видеть вас в своем салуне, Ток Лой, – сказал Джейк. – Что привело вас сюда в столь ранний час?

– О, мистер Вестон, я пришел засвидетельствовать свое почтение дочери Генри Таггарта.

– Она славная женщина. Думаю, отец гордился бы ею.

Говоря это, Джейк отвел взгляд, представив обнаженную Джесси в своих объятиях и вспомнив, как обладал ею всего несколько часов назад. Сердце его наполнилось нежностью.

– Уверен, мисс Таггарт – достойная дочь своего отца, – заметил Ток Лой.

Не желая обсуждать достоинства мисс Таггарт, Джейк спросил:

– Ей известно, что вы здесь?

– Одна из ваших девушек доложила обо мне.

– Ну, тогда она скоро спустится. Не хотите ли еще чаю?

– Нет, спасибо.

– Не знаете ли вы какие-нибудь подробности о происшествии с «Мемфис Клауд» и «Калли Сью»? – как бы между прочим поинтересовался Джейк.

– Как вам известно, я представляю тонг Гум Сан, мистер Вестон. Этот вопрос уместнее задать кому-нибудь из Союза портовых рабочих.

– Возможно, Ток Лой, возможно. Что ж, приятного чаепития.

Джейк откланялся и поднялся в свой кабинет. Замешкавшись перед дверью, он увидел в конце коридора Пэдди, охранявшего вход на лестницу в мансарду. Только этот верный страж и заметил, как рано утром Джейк вышел из комнаты Джесси. Ирландец не сказал ни слова, но в его взгляде было такое осуждение, что Джейк даже смутился.

Сердце его тоскливо сжалось. Все-таки он дурак. Он лишил Джесси девственности, занимался с ней любовью, зная, что намерения его далеко не так честны, как положено в таких случаях, о будущем, о последствиях он вообще не думал. А кроме того, утром он трусливо сбежал, испугавшись увидеть выражение растерянности на ее лице, осуждение во взгляде. Нет, он просто негодяй! «Ты предал доверие Генри, – подумал он с горечью. – Ты обращался с его дочерью как с девкой, переспал с ней самым наглым образом!» Он попытался себя успокоить: «Она хотела тебя так же, как ты ее. Она получила наслаждение от того, чем мы занимались». Все так, более того, он был уверен, что испытывает к Джесси не только чисто физическое влечение, она ему ближе, дороже, нужнее, чем какая бы то ни было другая женщина. Ни к кому он еще не испытывал таких нежных и чистых чувств, как к этой бостонской маленькой леди…

Но тот же внутренний голос, голос разума, твердил, что Джесси никогда не выйдет за него замуж, даже если он решится сделать ей предложение, никогда не свяжет с ним свою жизнь. Джейк сжал зубы, чтобы не выругаться. Женщины! Господь послал их, чтобы извести его!

Прежде чем зайти в свой кабинет, Джейк по привычке подошел к балкончику и оглядел оттуда зал. Меган О'Брайен и Казек Бошек стояли у пианино, и как только Казек заметил, что Джейк на них смотрит, он плюхнулся на стул и, усадив Меган к себе на колени, принялся грубо ее тискать и целовать, а Меган ужасно смутилась.

Глядя на эту идиотскую сцену, Джейк подумал: «Если уж ты приготовила что-то особенное для мужчины, отведи его к себе и удиви его, а не торчи на виду у всех дура дурой!» Он вошел в кабинет и хлопнул дверью. Невозможно было представить себе Бошека в роли желанного клиента. Но потом Джейк вспомнил, что именно Бошек предложил им взять Меган на работу.

У них, наверное, особые отношения, решил он. Впрочем, пусть этот поляк развлекается как хочет, какая разница, ведь денег у него куры не клюют. Джейк сел за письменный стол и занялся счетами.


Джесси, одетая в будничное коричневое платье, спустилась вниз, за ней неотступно следовал Пэдди. В зале на секунду воцарилась тишина, все головы повернулись в ее сторону, так непривычно было видеть в салуне благообразную женщину. Затем посетители вернулись к своим занятиям, а Джесси подошла к Шу Линг, ожидавшей ее у лестницы, чтобы проводить к столику, за которым сидел Ток Лойхонг. Он почтительно поднялся при виде хозяйки заведения, а Джесси с улыбкой протянула ему руку.

– Я так понимаю, вы мистер Хонг? Пэдди придвинул ей стул.

– Да, мисс Таггарт. Я – Ток Лойхонг из тонга Гум Сан. Весьма польщен вашим вниманием.

Джесси удивилась, каким сильным и выразительным оказался голос у этого тщедушного на вид китайца.

– Это мне следует благодарить вас за честь, которую вы оказываете мне своим визитом, мистер Хонг. Чем могу быть полезна?

Ток Лой сделал знак Шу Линг, застывшей в низком поклоне, оставить их.

– Прежде всего хочу извиниться, что не зашел к вам раньше, – ответил китаец. – Ваш отец был старым и очень уважаемым другом Гум Сан.

– Мистер Вестон рассказал мне кое-что о тонгах, но, боюсь, я все равно очень плохо в этом разбираюсь.

– Прекрасный чай, мисс Таггарт. Не хотите ли составить мне компанию и выпить чашечку?

– Спасибо, с удовольствием.

Ток Лой кивнул Шу Линг, стоявшей поодаль словно в ожидании приказаний. Та кивнула и исчезла, чтобы принести еще чаю.

– Тонги, мисс Таггарт, – начал Ток Лой, – это просто общественные организации. Но мы имеем влияние среди некоторой части китайского населения.

– А также в деловых, политических и финансовых кругах Запада, насколько мне известно из рассказа мистера Вестона, если, конечно, это верно.

– Мистер Вестон слегка переоценил наше влияние, мисс Таггарт. Нас не так уж много, и мы всего лишь простые труженики, – поспешил объяснить он. – Но тем не менее всегда сумеем помочь вам решить любую проблему, вы вполне можете рассчитывать на нас. Гум Сан никогда не забывает своих друзей. Вы скоро поймете, что мы, выходцы из Китая, высоко ценим дружбу и верим в связь с нашими предками. Мы никогда не осмелимся предать их память, отказаться от их обязательств и долгов.

Шу Линг налила Джесси и Ток Лою чаю. Он подождал, пока она уйдет, и продолжил:

– Пожалуйста, имейте это в виду, мисс Таггарт. Мы перед вами в долгу, и если у вас когда-нибудь возникнут проблемы, без колебаний обращайтесь к нам.

– Очень любезно с вашей стороны, мистер Хонг. Не знаю, что бы вы могли сделать для меня, но все равно спасибо. Ток Лой встал.

– Благодарю, что уделили мне время, мисс Таггарт.

– Знаете, мистер Хонг, есть один вопрос, в котором, возможно, вы могли бы помочь мне разобраться.

– Да?

– Скажите, кто убил моего отца?

– Я могу только сказать, что не верю в россказни, будто к этому причастны китайцы.

– Вы считаете, что отца убил белый человек? – похолодев, спросила Джесси. – А как же топорик и красный шелковый шнурок, знаки тонгов?

– Уверен, что они были использованы, чтобы отвести подозрения от настоящего убийцы. Ни один китаец не осмелится ослушаться Гум Сан. Хотя нас не так уж и много, но в Калифорнии мы – самая крупная организация и самая уважаемая в среде китайцев.

Ток Лой перевел куда-то взгляд. Джесси проследила его: наверху, на балкончике, опершись на перила, стоял Джейк Вестон и наблюдал за ними. У Джесси перехватило дыхание, все вокруг померкло, все звуки стихли, все заслонила собой одинокая фигура человека, с которым она была этой ночью. От воспоминаний у нее по телу пробежала дрожь, щеки заалели, и она поспешила отвести взгляд.

Сделав адское усилие над собой, она вернулась к прерванному разговору:

– Так кто же из белых людей мог это сделать, мистер Хонг?

– И вновь вынужден признать, что я не знаю. Можно получить ответ, определив мотив преступления. Кому выгодна его смерть? Кто мог ее хотеть и почему? Ответив на эти вопросы, мы выйдем на убийцу Генри Таггарта. И если бы я узнал, кто это, то уж воздал бы ему по заслугам: оставил бы его труп на растерзание стервятникам. – И уже другим тоном добавил: – Запомните, мисс Таггарт, вы всегда можете положиться на Гум Сан как на своего верного друга.

– О, спасибо, мистер Лойхонг, спасибо!

Ток Лой поклонился и пошел к выходу, телохранители за ним. Но не пройдя и полквартала, они застыли как вкопанные. Телохранители схватились за топорики. Перед Ток Лоем стоял не кто иной, как Чарли Синг, в белой шляпе и с тростью в руках, а за ним – его телохранители.

Ток Лой обратился к Сингу на диалекте китайских мандаринов, чем немало удивил его:

– Я вижу, вы все же разгуливаете в одеждах белого дьявола.

– А вы, старый, почтенный человек, оказывается, посещаете их публичные дома, – тут же парировал тот.

– Вы опозорили всех китайцев, Чарли Синг. Происшествие с «Калли Сью» не было случайностью. Красный шелковый шнурок – ваша хитрость, вы подбросили его, чтобы отвести подозрение от себя. А ведь вы тоже обязаны Генри Таггарту.

– Наш союз не имеет никакого отношения ко всему этому, старик. Будь члены Гум Сан чуточку умнее, поняли бы это.

Телохранители Ток Лоя шагнули вперед, угрожающе пригнув головы, телохранители Синга сделали то же самое.

– Рассказывай сказки где-нибудь в другом месте, – проговорил Ток Лой. – Твой никчемный Союз портовых рабочих еще узнает, как могут кусаться воины Гум Сан.

Ток Лой повернулся и пошел по улице в обратном направлении.


– То, что достопочтенный Ток Лойхонг пришел к вам, – это великая честь, – сказала Шу Линг своей хозяйке, когда старый китаец ушел.

– Конечно, Шу Линг.

Но Джесси слушала и не слышала, занятая своими мыслями. «Он сказал "мотив преступления"… Кто выигрывает от смерти отца?» Она непроизвольно бросила взгляд на балкончик. Неужели Ток Лой подозревает Джейка? Он тогда тоже глянул на него… Джесси содрогнулась от этой мысли. Ее отвлекла на мгновение Шу Линг:

– Так я могу идти работать, госпожа? Джесси кивнула, и китаянка поспешила к бару помогать Руперту.

Выполняя обещание, Джейк предложил Шу Линг ее контракт, но та вежливо отказалась его взять. Никакие уговоры не помогали, она твердила одно – надо отработать долг. Тогда договорились, что она будет выполнять любую работу, кроме работы в спальне. Благодарная Шу Линг стала еще преданнее своим хозяевам.

– Ну что, продашь свой кусок?

Джесси вздрогнула. Казек Бошек, неслышно подойдя сзади, придвинул стул и бесцеремонно уселся напротив. Правда, сперва зыркнул в сторону Пэдди, не спускавшего с него глаз. Ее передернуло от неприязни, так гадко он шарил глазами по ее телу. Она встала, собираясь уйти.

– Доброе утро, мистер Бошек, – сдержанно сказала она тем не менее, но, глянув на часы, исправилась: – Вернее, добрый день.

– Это не ответ, мисс Таггарт.

Джесси бросила на ходу:

– Если я соберусь продать свою долю, то дам вам знать первому, мистер Бошек. Рада была встретиться с вами.

– Вы, кажется, пострадали в той аварии… – начал было Бошек, но она не стала больше слушать его и пошла заниматься своими делами.

Казек проводил ее взглядом, допил свое виски и ушел из салуна. Бодро шагая по тротуару, он радостно улыбался, припоминая все, что поведала ему Меган О'Брайен.

Эта девчонка Таггарт предложила замаскировать груз из золотых слитков под обычный деревенский фургон с домашней утварью. Неплохая идея и неплохая новость. Вестон пока не согласен, но пигалица упряма и умеет настоять на своем. Остается только шепнуть об этом Сантосу Сильве. Не важно, как уж там будет перевозиться золото, тот будет наготове. Бошек был доволен собой и своей тактикой – важно иметь друзей в нужных местах и платить им за информацию. Меган заработала за такую новость двойную ставку. Теперь, когда необходимо будет сообщить дату отъезда и маршрут, Меган сделает и это.

Весь в своих мыслях, Казек столкнулся с невысоким мужчиной в черном костюме и чуть не сбил его с ног. Он нагнулся поднять свалившуюся с головы мужчины шляпу, выпрямился… и увидел перед собой Чарли Синга и двоих его телохранителей. Взглянув на запыленную шляпу, он усмехнулся и швырнул ее под колеса проезжавшего фургона молочника.

– Ты, косоглазый, не видишь, что ли, Куда идешь? – брезгливо бросил Бошек.

– Это вам следует быть осмотрительнее, мистер Бошек, – парировал Чарли, поигрывая тростью с медным набалдашником в виде головы дракона.

– Что-то ты много себе позволяешь, кули желтопузый, – возмутился тот и, сжав кулаки, двинулся было на Чарли, но тут же застыл на месте: один кинжал коснулся его шеи, другой – живота, это телохранители Синга зажали его, не спуская глаз с задиристого господина.

– Вы мне должны шляпу, мистер Бошек, – спокойно проговорил Чарли.

– Скорее я оторву тебе голову и брошу на корм собакам, – злобно прошипел Казек.

Чарли Синг, не удостоив его ответом, двинулся дальше, громко постукивая тростью о тротуар. Лишь по этому стуку можно было догадаться, насколько он зол. Дав хозяину отойти на несколько шагов, телохранители спрятали кинжалы и двинулись за ним.

– Сукин сын! – прокричал Бошек, разом осмелев. – Я когда-нибудь повешу тебя вместе с твоими желтолицыми и косоглазыми слугами!

Дрожа от ярости, он поспешил к себе в контору. Но быстро успокоился и даже заулыбался. Ничто не могло испортить ему столь удачный день. А эти наглые китайцы подсказали хорошую идею.

* * *

Джесси прошлась по залу, поздоровалась с девушками, с Рупертом. Никто не смотрел на нее косо, все обращались к ней, как всегда, дружелюбно. Правильно сделал Джейк, что ушел из ее комнаты на рассвете, ни одна душа ни о чем не догадывается. Джесси огляделась вокруг: что-то он совсем ее избегает. Похоже, не хочет попадаться ей на глаза.

Она направилась было к себе в мансарду, как вдруг дверь в кабинет открылась, и на пороге появился Джейк. Глянул на нее и отвел взгляд. Джесси, считая неудобным пройти мимо, остановилась, не говоря ни слова. Она успела заметить, что он прекрасно выглядит, как-то даже особенно красив сегодня. И одет чуть ли не нарядно – белоснежная рубашка с воротником апаш, бежевый шейный платок, коричневые лосины, плотно облегающие стройные ноги. Мысли Джесси спутались, она никак не могла придумать, что бы такое сказать. И Джейк не говорил ни слова.

– Я… Я решила пойти отдохнуть перед тем, как заняться бумагами… – проговорила она и спохватилась – что же это она говорит такое? Зачем призналась, что устала, будто Джейк не понимает почему…

– Джесс… – начал было Джейк, но, увидев стоявшего неподалеку Пэдди, схватил Джесси за руку и втащил в кабинет. – Думаю, нам надо поговорить.

Она занервничала, не зная, что думать. Плотно закрыв дверь, он повернулся к ней. На его лице было выражение раскаяния, что ужасно не понравилось Джесси.

– Я думаю, нам не о чем говорить, Джейк, – сказала она. – То, что произошло ночью, это… просто… ну просто случайность, и больше ничего.

– Случайность? – поразился Джейк. – Я бы так не сказал.

– А как бы ты сказал? – заносчиво спросила Джесси.

Джейк пристально вгляделся в ее лицо.

– Слушай, Бостон, я знаю, что ты сердишься на меня, и ты имеешь полное право. Я воспользовался твоей слабостью, предал доверие твоего отца и…

– Ты занимался со мной любовью, Джейк, именно этого я и хотела. Мой отец, упокой Господи его душу, тут ни при чем. Мы с тобой оба стремились… удовлетворить наши плотские потребности. Ты, подозреваю, был бы не прочь продолжить, я же в следующий раз постараюсь проявить благоразумие.

– Я не считаю, что это было только лишь удовлетворением плотских потребностей.

– Ну ладно, ладно. Мне это доставило удовольствие, тебе, я так понимаю, тоже, – заявила Джесси, стараясь говорить равнодушно, но на самом деле она только и думала о сладких мгновениях, проведенных в его объятиях, вспоминала, как все было, и сердце ее замирало при этом. Но ни за что на свете она бы не созналась в этом. – Теперь, когда степень наслаждения определена, можно позволить себе поэкспериментировать с другими представителями мужского пола и… ну, в общем, поискать себе подходящего мужчину…

– Подходящего мужчину? Я-то тебя чем не устраиваю?

– Если вы забыли, мистер Вестон, то я напомню: мы с вами деловые, повторяю, деловые партнеры. Так получилось, что именно вы стали моим первым мужчиной. Заметили, что я об этом сказала в прошедшем времени? Деловое партнерство сохраняется.

– Мне об этом прекрасно известно, – тяжело вздохнул Джейк.

Он наблюдал за Джесси, слушал не только, что она говорила, но и как, ее интонации, подбор слов. Она не обвиняла его, как он ожидал, нет, вместо этого она всячески подчеркивала, как мало его ценит. А как она хороша сегодня! Посторонним, может, и незаметно, но он-то знает, чувствует, что она прямо расцвела – эти губы, эти розовые щеки, блестящие, нет, сияющие глаза, мягкие, ленивые движения. Уж у него глаз наметан – мисс Таггарт выглядит так, как и должна выглядеть женщина после ночи любви.

– Хорошо, Джесс, поиграем в эту игру, раз ты так хочешь. Но я тебя предупреждаю: не вздумай экспериментировать с кем бы то ни было. Брось эти детские замашки. Последствия таких опытов могут тебе не понравиться.

– Что ты имеешь в виду?

Джейк заговорил мягким, вкрадчивым голосом:

– Просто… это не всегда бывает так, как было у нас. Все может выйти совсем по-другому, и отнюдь не лучше.

Наконец Джесси улыбнулась, больше глазами, чем губами, но все же это была улыбка.

– Спасибо, Джейк, постараюсь помнить об этом.

Она уже потянулась к ручке двери, но приостановилась на мгновение и оглянулась.

– Но для того чтобы определить, что лучше, а что хуже, надо иметь что сравнивать, не так ли?

Джейк не дал ей открыть дверь, прижав ногой. Глаза сверкали от гнева:

– Послушай-ка, Джессика Таггарт!

– Я уже выслушала тебя вчера очень внимательно, Джейк Вестон.

– Так вот, советую тебе забыть про свои эксперименты и вести себя так, как подобает леди.

– Я буду вести себя так, как захочу, – заявила Джесси, открыв дверь.

Джейк захлопнул дверь.

– И не пытайся, Джесс. Предупреждаю. Джесси снова открыла дверь.

– Что не подходит одному, другому может понравиться.

Джейк захлопнул дверь.

– Убью всякого, кого ты притащишь наверх. Джесси улыбнулась, рванула дверь и выскользнула в коридор.


Чарли Синг обвел глазами переполненный зал, надеясь узнать дочку Генри Таггарта. Из полутора десятков женщин, а он посчитал всех, не было ни одной, кого можно было принять за Джессику. Чарли прошел к столику и послал одного из телохранителей к бармену.

Руперт помахал рукой Лови.

– Тут еще один китаец хочет видеть мисс Джесси. Что это она затеяла? Собирается открыть тут совет китайских тонгов? Или устроить съезд общественных организаций?

– Если бы она что и надумала, то уж у тебя совета бы не спросила, Руперт. – И с этими словами Лови отправилась наверх, в мансарду. – К вам еще один китайский господин, мисс Джесси! Этот вырядился что твой профессор.

И добавила, обращаясь уже к Пэдди, сидевшему на стуле перед дверью:

– Наша мисс Таггарт с утра занята приемом важных гостей, как я погляжу.

Джесси поняла, что отдохнуть ей уже не удастся, придется снова влезть в туфли на каблуках и застегнуться на все пуговицы. Спускаясь вниз, она пыталась угадать, кто же к ней пожаловал на сей раз. Пэдди неотступно следовал за хозяйкой, думая только об одном: надо быть готовым к любым сюрпризам и не расслабляться.

За тем же столиком, где совсем недавно сидел Ток Лой, устроился другой китаец, и за его спиной так же стояли два телохранителя. Китаец был одет в дорогой черный костюм и не выпускал из рук красивую трость. Как только Джесси подошла, он встал.

– Мисс Таггарт, я – Чарли Синг, президент организации Союз портовых рабочих.

Они поздоровались и сели за столик. Шу Линг принесла чай.

– Я пришел заверить вас, что моя организация не имеет никакого отношения ни к трагической смерти вашего отца, ни к таинственному происшествию с вашей баржей. Вы должны знать, что мы преданы вам. Ваш отец однажды спас мне жизнь, и я никогда не забуду об этом. Ваш отец был не только моим другом, но и другом всех китайцев.

– Тогда, мистер Синг, почему его убили шелковым шнурком и китайским топориком?

Чарли Синг ответил не сразу.

– Красный шелковый шнурок – знак тонга Гум Сан. Я не могу отвечать за них. Что касается меня и моей организации, мы не причастны к этому убийству. Но, обещаю вам, если это сделали члены Гум Сан, они поплатятся.

Слова этого симпатичного китайца вызывали признательность. Вот если бы только понять, что он на самом деле думает.

– Вы действительно считаете, что тонг Гум Сан виновен в убийстве отца?

По выражению его лица можно было понять, что это так и есть, но он лишь пожал плечами и ответил:

– Посмотрим…

– А не мог ли это быть белый человек? – спросила Джесси.

– Возможно, – заметил Чарли, вставая. – Дружеский совет, мисс Таггарт: будьте осторожны. Тот, кто желал смерти вашего отца, захочет убить и вас. Никому не доверяйте, но помните – на нас, Союз портовых рабочих, вы всегда можете положиться.

Чарли откланялся и в сопровождении телохранителей направился к выходу. Джесси осталась сидеть за столиком в полной растерянности, на грани отчаяния. Оба предводителя тонгов возродили в ее душе прежние сомнения, хотя ничего нового так и не сообщили. Допив чай, она пошла к себе в комнату. Мозг сверлила ужасная мысль, отогнать которую Джесси была не в состоянии: больше всех выигрывает от смерти отца не кто иной, как Джейк. У Джейка есть и повод для убийства, и средства, чтобы достигнуть цели. Он знал все привычки отца, и хотя в тот момент его и не было в городе, он вполне мог нанять кого-то и обставить все так, чтобы подозрение пало на китайцев.

В коридоре ее остановил Джейк.

– Иди поешь, Пэдди. Я сам присмотрю за Джесси. Ты что-то неважно выглядишь, Джесс.

– Все в порядке, Джейк. Просто устала, – сухо ответила она и попыталась пройти, но он схватил ее за руку.

– Всякий раз, когда я проверял, что там делается внизу, я видел, как ты беседуешь с китайцами.

– Они оба были со мной очень вежливы, вели себя как джентльмены и оказались очень умными людьми.

– О, в смышлености им не откажешь, это точно. Так же, как и в хитрости, между прочим. Кстати, знаешь, откуда у них деньги? Зарабатывают на рынке рабов, на проституции и на торговле опиумом.

Джесси слушала его и не слышала. Ей хотелось хорошенько обдумать все, что она узнала, взвесить все «за» и «против».

– Мне надо пойти отдохнуть, – сказала она. Джейк проводил ее до двери в мансарду.

– Ток Лой и Чарли Синг – опасные люди, Джесс, помни об этом. Лучше держаться от них в стороне, ты ведь не знаешь, как с ними нужно строить отношения. Твой отец был их другом, ходил на их церемонии и даже учил их язык, он умел общаться с ними. Но тем не менее мы не можем быть уверены до конца, что они абсолютно не причастны к убийству.

– Нет, не можем, – согласилась она. – Мы ни в ком не можем быть уверены до конца.

Она намеренно подчеркнула это «ни в ком», и Джейк уставился на нее изумленно.

– Что это ты имеешь в виду, черт возьми? Если я правильно тебя понял, не советую даже затевать разговор на эту тему.

– А я скажу, что имею в виду, Джейк. У тебя были и причины, и возможности… – выпалила Джесси, но тут ком подступил к горлу, слезы покатились из глаз. – Это значит… это значит… Я не знаю ничего больше!

– Мы уже обсуждали это однажды, – предостерег ее Джейк, и его глаза потемнели от гнева.

– Мне хочется верить, что ты не имеешь отношения к смерти отца, но… – Голос Джесси срывался.

– Но – что? – настаивал он. – Эти китайцы убедили тебя в том, что виноват я?

– Нет, не совсем так, – ответила Джесси, поднимаясь по ступенькам. Джейк двинулся за ней. – Я устала, Джейк. Пожалуйста, оставь меня в покое!

Джейк вспыхнул.

– Мне действительно лучше уйти, мисс Таггарт, не то еще, не приведи Господь, задушу вас ненароком, – процедил он сквозь зубы.

Громко хлопнула дверь внизу… Обессиленная Джесси медленно опустилась на кровать, пытаясь сдержать рыдания. Она просто не знала, чему и кому верить. Джейк был так добр к ней, он беспокоился о ней, заботился, защищал, он был с ней нежным и любящим. Как она могла сомневаться в нем? Его не было в Сан-Франциско, когда отца убили… Но именно он больше всех выиграл от смерти Генри Таггарта, и он мог нанять…

Нет, интуитивно она чувствовала, что это не так. Она вспомнила все, что говорил Джейк об отце, с каким уважением отзывался о нем, вспомнила его лицо на похоронах… И потом, было много косвенных свидетельств в его пользу – судьбы Пако и Шу Линг, история с сиротским приютом… Смахнув слезы, Джесси сбежала по лестнице и глянула с балкончика вниз. Джейк выходил из салуна, она успела увидеть только его спину в дверном проеме.

– Джейк сказал, куда идет? – спросила она Пэдди.

– Нет, мэм, не сказал.

Джесси готова уже была догнать его, но, вспомнив Моник и «Золотую колючку», передумала.

– Пэдди, пожалуйста, предупреди всех, что я отдыхаю и не хочу, чтобы меня беспокоили.

– Да, мэм.

Джесси поспешила к себе в комнату, чтобы нареветься вволю.

Глава 16

«Непостижимый народ эти женщины! – думал Джейк, шагая вверх по холму. – Ночью эта маленькая кокетка – сама нежность и страсть, а утром уже готова обвинить тебя в убийстве. Доживи хоть до ста лет, все равно не поймешь!»

Увидев открытые двери салуна «Двуглавый орел», Джейк вошел. Публика только начинала собираться, в основном рабочие доков и плотники, чей рабочий день к четырем уже завершается. Джейк выпил виски, надеясь, что алкоголь притупит боль и позволит хоть немного успокоиться.

Генри Таггарт был его другом, и Джесси, казалось, это поняла. После того как они были с ней близки, невозможно поверить, что она способна считать его убийцей. Джейк сокрушенно покачал головой, бросил монетку на стойку и поднялся из-за стола.

Пройдя еще несколько кварталов, он зашел в бар «Тардич», пробился сквозь толпу к стойке и снова заказал виски. Только поднес стакан к губам, как рядом возникли четыре хохочущие девчонки из тех, что вечно крутятся в барах. «Этого мне еще не хватало», – угрюмо подумал Джейк.

– Привет, Джейк, лапочка! – проворковала одна из красоток, заглянув ему в глаза и подхватив под руку. – Ты помнишь Долли, а?

– Как я могу забыть? – Он осторожно высвободил руку.

Нахмурившись, Долли отошла, а Джейк залпом выпил виски и выбрался на улицу.

Он все тащился вверх по холму, пока, запыхавшись, не остановился у очередного бара. Это оказался «Браниган», заведение грязное и неуютное, насквозь пропахшее жевательным табаком и потом. Чуть было не упав с трехногого стула, Джейк выругался и пересел на другой, поустойчивее.

– Чем же стул виноват? Это ты на ногах не держишься, – усмехнулась барменша, рыжая круглолицая девица. – Что закажешь?

– Налей-ка мне лучшего шотландского виски на три пальца!

– Да тише ты! Чего орешь? – попыталась предостеречь она, но трое стоявших рядом грузчиков уже обернулись и уставились на Джейка.

– У тебя что, нет шотландского виски? – настаивал он.

– Тише, говорю! Это же «Браниган». Я тебе налью ирландского, парень.

– Нет, спасибо.

Джейк встал и хотел уйти, но один из грузчиков преградил ему дорогу, широко расставив ноги и подбоченившись.

– Чем это тебе не нравятся слезы святого Патрика? – выпятив грудь, спросил он с вызовом.

– Послушай, мистер, я просто зашел выпить. Ирландец загоготал, но с места не сдвинулся.

– Пэдди изгнал Змея из нашей благословенной Ирландии, и мы с ребятами поклялись гнать всяких гадов отсюда, из этого маленького островка нашей родины! – заявил он.

Джейк нахмурился, закипая от злости. Этот мужик хочет подраться, ну что ж, получит по заслугам.

– Я вижу, тебе неймется… – угрожающе проговорил он, сжимая кулаки.

– Эй, парень, стой! – окликнула его барменша. – Держи, попробуй этого! – И она протянула Джейку полстакана ирландского виски.

Девица явно нервничала, чуя беду.

– Ну вот тебе виски! – испытующе глядя на Джейка, сказал грузчик.

Сдерживаясь изо всех сил, Джейк ухмыльнулся и взял стакан. Он не спеша отхлебнул и вытер рот рукой.

– На вкус похоже… сейчас соображу… похоже на… – Он поставил стакан на стойку.

Ирландец, улыбаясь, смотрел на него, ожидая комплимента.

– Думаешь, похоже на слезы святого Патрика? – спросил Джейк. – Нет, больше похоже на его мочу.

У ирландца отвалилась челюсть – такой наглости он не ожидал. Он пытался что-то сказать, но не мог подобрать слов и решил проблему кардинально – поднял руку, размахнулся, но Джейк опередил удар и двинул кулаком прямо ему в физиономию. Ирландец отлетел к стене.

Тогда вскочили оба его собутыльника и двинулись на Джейка. Ничуть не испугавшись, он готовился дать им отпор.

Самый могучий из парней саданул Джейка в живот так сильно, что у него дыхание перехватило, но он не растерялся, отскочил в сторону и левой рукой дал сопернику в челюсть. Замахнувшись правой, он уже приготовился нанести следующий удар, но тут второй ирландец двинул его сбоку под ребра. Джейк согнулся, попятился, но все же удержался на ногах. Ирландцы продолжали наступать. Тогда Джейк схватил стул и швырнул его им под ноги. Один из парней от неожиданности споткнулся и упал.

В Джейка запустили бутылкой, он сумел увернуться, но дальше ему не повезло: неожиданный удар по голове свалил его с ног – это в бой вступил бармен. Джейк попытался встать, но его настиг новый удар. Сквозь шум в голове он услышал, как кто-то похвалялся:

– Вот и еще один готов! Святой Патрик может нами гордиться!


Джейк очнулся и увидел перед собой улыбающееся лицо Пэдди.

– Босс пришел в себя! – радостно возвестил он.

Потом над ним склонилось лицо Джесси.

– Мамзель, должно быть, добилась своего! – сказала Джесси.

Джейк снова потерял сознание.

– Пэдди вызвала к нему ирландка, а не француженка, – объяснила Лови тихонько, обращаясь к Джесси.

– Ирландка, француженка, негритянка – какая разница! У мистера Вестона, судя по всему, богатый выбор.

Джейк стал приходить в себя, уже смог сфокусировать взгляд и даже попытался сесть, но, как ни старался, так и не сумел оторвать голову от подушек.

– Он поправится, – услыхал он бодрый голос Лови.

– Рано или поздно – конечно, – ответила Джесси. – До тех пор я сама буду вести дела. Если бы он думал о работе, а не шлялся где попало, ничего бы не случилось.

– Ему надо бы дать супу, – предложила Лови, не обращая внимания на язвительное замечание Джесси.

– Ну уж я не собираюсь кормить его с ложечки! – возмущенно сказала та. – Пригласите эту ирландку, пусть ухаживает за ним.

Хлопнула дверь. Джейк даже вздрогнул от неожиданности, от громкого звука у него сильнее заболела голова.

– Это она сейчас такая сердитая, – успокоила его Лови. – Знаешь, как она разволновалась, когда Пэдди принес тебя сюда? Всех подключила, отдавала приказания, пока общими усилиями не привели тебя в чувство.

Джейк только застонал.

– Может, поешь немного, Джейк? – спросила Лови.

– Позже, – прошептал он. – Как я попал сюда?

– Барменша из «Бранигана» пришла за Пэдди. Он подобрал тебя на улице.

– Да, босс, – подтвердил верный слуга. – Она сказала мне, кто это сделал. Хотите, я пойду и набью им морды?

Джейк вспомнил эту дурацкую драку в баре. Подняв руку, он осторожно пощупал голову и обнаружил здоровенную шишку. К голове невозможно было притронуться.

– У меня было паршивое настроение, когда я пришел в этот бар, – сказал он, с трудом отыскав взглядом Пэдди. – Помню, что сказал какую-то гадость про святого Патрика, ну и схлопотал за это. Сам напросился, и, судя по всему, мне дали хорошую взбучку.

– Удивительно, что эти ребята вообще не оторвали вам голову, босс, – заметил Пэдди, – раз вы осмелились посмеяться над их святым… – Он сокрушенно покачал головой. – Мне бы оставалось только поставить свечку за упокой вашей души.

– Док Бедфорд говорит, что у тебя скорее всего сотрясение мозга, – пояснила Лови. – Нужно отлежаться несколько дней.

– И позволить мисс Таггарт все здесь перевернуть вверх дном? – возмутился Джейк и снова попробовал сесть.

Лови решительно уложила его обратно.

– Джесси прекрасно со всем справится, Джейк Вестон. Твое дело – выздоравливать, понял? Мы с Пэдди поможем ей.

– Умолкни… – взмолился Джейк, у него так разболелась голова, что было не до споров.

Услышав, как Пэдди тяжело зашагал к двери, он закрыл глаза. Лови легонько потрепала босса по плечу.

– Я принесу тебе суп попозже, – сказала она. – Попробуй заснуть.

Не успела она выйти, как Джейк провалился в сон.

* * *

Джесси никак не могла решиться проведать Джейка. Она еще злилась на него, хотя, хорошенько поразмыслив над случившимся, поняла, что сама во всем виновата.

Не надо было набрасываться на него с этими глупыми, нет, жестокими обвинениями. Как она могла не доверять Джейку? Он всегда был искренним с ней, делал только добро, помогал и выручал. Она прекрасно понимает, что убить отца он не мог. И нужно перед ним извиниться, как бы трудно это ни было.

Джесси тихонько постучала в Дверь, надеясь, что он не услышит.

– Открыто, – ответил Джейк.

Он лежал, откинувшись на подушки, укрытый одеялом почти до самого подбородка. Слава Богу, иначе мысли ее были бы совсем не о том.

– Надеюсь, я не побеспокоила тебя?

– Ты не можешь меня побеспокоить.

– Я… я пришла, потому что…

Она сбилась и замолчала под пристальным взглядом его голубых глаз. Испугавшись чувства, которое вызвал этот взгляд, Джесси гордо вскинула голову и заявила:

– Хочу, чтобы ты знал, – я вовсе не одобряю твое пьянство и драки и… и… – Она опять сбилась с мысли и окончила почти растерянно: —…и бог его знает, что еще!

– Весьма признателен за заботу, – криво усмехнувшись, сказал Джейк.

Джесси отвела глаза и тяжело вздохнула. Зачем она сказала все это? Она ведь пришла вовсе не для того, чтобы отчитывать его. Какая муха ее укусила? Это ирландка совершенно сбила ее с толку…

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась она.

– Как будто меня переехал грузовой состав. Джесси снова глянула на Джейка.

– Ты, наверное, считаешь, что это я во всем виновата?

– С чего это я стал бы так думать? Разве можно обидеться на женщину, которая, проведя ночь в твоих объятиях, наутро называет тебя убийцей? – язвительно переспросил он.

– Ты прав, – проговорила Джесси, стараясь не замечать его сарказм. – Извини меня за то, что я сказала. На самом деле я так не думаю, просто я тогда была совершенно сбита с толку.

Джейк устроился повыше на подушках, простыня, естественно, сползла, обнажив мускулистую грудь.

– Мне не нужны твои извинения, Джесс, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты знала и помнила: я не убивал твоего отца! У тебя не должно быть и тени сомнений по этому поводу.

Джесси опустилась на стул у его постели.

– Я знаю, что ты не делал этого, я сама не верила тому, что говорила. Это все китайцы… В общем, они думают, что моего отца убил белый человек, они так мне и сказали. Я расстроилась, а тут ты подвернулся под руку…

Джейк дотронулся до этой нежной руки, но Джесси отдернула ее и встала.

– Я лучше пойду, – сказала она. – Тебе надо отдохнуть.

Джейк внимательно посмотрел на нее.

– Что-то тут еще… – проговорил он, подметив ее смущение. – Что же, Джесс?

– Ничего! – поспешила ответить она.

– Черт возьми, Джесс! Скажи мне наконец, что у тебя на уме?

– Ирландка, – не задумываясь выпалила она. – Это еще одна твоя любовница? Я понимаю, то, что было между нами, еще не дает мне права спрашивать, но мне нужно знать.

Джейк приподнялся и взял ее за руку, не сводя с нее глаз.

– Нет никакой ирландской любовницы, – ответил он. – Девушка, которая пришла за Пэдди, просто барменша, я ее никогда раньше не видел. И вообще, поглядела бы ты на нее: ее отмывать надо двое суток.

У Джесси будто камень с души свалился.

– Ну, я правда лучше пойду, – просияв, сказала она. – Доктор обещал, что ты скоро поправишься, но до тех пор я должна поддерживать тут порядок.

Джейк откинулся на подушки.

– Смотри у меня, – шутливо пригрозил он. С легким сердцем Джесси вышла из комнаты и почти побежала вниз, радуясь, что все ее сомнения развеяны.


На следующее утро Джесси проснулась, готовая к трудовым подвигам. Теперь, раз ее компаньон слег, ей следует вплотную заняться делами «Таггарт энтерпрайзис».

Перед тем как отправиться вместо Джейка на встречу с Алеком Абернатом, она поинтересовалась у Лови о здоровье Джейка. Он спал, а до этого, как поведала ей словоохотливая девушка, съел пюре и несколько бисквитов. Голова еще болит, шишка не уменьшилась, но стала сине-зеленой.

– Спасибо, Лови. Присматривай за ним, ладно? – попросила Джесси, выслушав этот исчерпывающий доклад.

– Конечно, мисс Джесси. Даже и не беспокойтесь.

Спустившись вниз, Джесси устроилась за столом, где обычно Джейк обедал с Алеком, так что когда начальник склада пришел, то, к своему удивлению, вместо Вестона увидел мисс Таггарт.

– Добрый день, мисс Джесси. Джейк придет попозже?

– Джейк не придет, Алек. У него сотрясение мозга.

– Что случилось?

– Спросите его об этом сами. Такое впечатление, будто у него на голове плясали джигу.

– Что плясали?

– Не важно, Алек. Некоторое время он проведет в постели, но доктор обещает, что все обойдется. Давайте поговорим о деле. Что там с грузом из «Консолидейшн Джексон»?

– Готов к отправке послезавтра, – ответил Алек. – Джейк в курсе.

Пока Шу Линг наливала им чай, они помолчали.

– Джейк временно отошел от дел, мистер Абернат, а вы, напомню, работаете и на меня тоже.

– Джейк сказал, вы с ним достигли взаимопонимания и откажетесь от своей затеи.

– Он так сказал? Ну а теперь я вам скажу, сэр. Даже если бы Джейк был сейчас здесь, в «Таггарт энтерпрайзис» мое слово последнее и окончательное. Моя фамилия Таггарт, если вы забыли.

– Я не забыл, мэм, но…

– Вы должны решить, Алек, – либо вы работаете со мной, либо с кем-нибудь еще.

Алек умолк, понимая, что даже в таком городе, как Сан-Франциско, где жизнь бьет ключом, хорошее место подыскать трудно. Может, Джесси и рассчитывает, что он бросит работу из гордости, но здравый смысл подсказывает ему выполнять то, что ему приказывают.

– Но вы же не можете требовать от меня, чтобы я не принимал во внимание пожелания Джейка, – заговорил он наконец. – Он является моим боссом уже много лет.

– Я этого и не говорила. Все решения здесь принимает Джейк, если только я не возражаю.

Алек тяжело вздохнул.

– Хорошо, мэм, как скажете.

– Так-то лучше. Насколько я понимаю, если мы отправимся через час, то доберемся до Сакраменто к ночи?

– До Сакраменто?

– Да. Так что, доберемся?

Алек лишь снова вздохнул и отвел взгляд.


Джейк проспал целый день. Разбудили его приглушенные звуки пианино – это означало, что пришел Пит и стал наигрывать свои мелодии. Догадавшись, что уже вечер, Джейк встал, натянул рубашку и брюки. Немного закружилась голова, но он, переведя дух, все же двинулся на балкончик. Там, опершись на перила, он обвел взглядом зал. Заметив его, Лови мгновенно поднялась наверх и, бесцеремонно схватив босса за плечи, буквально вытолкала обратно в комнату и силой усадила на кровать.

– Джейк Вестон, тебе же известно, что доктор велел лежать несколько дней.

– Если ты будешь так толкать меня, я проваляюсь несколько недель, Лови, – проворчал он, но на нее это не произвело никакого впечатления. – Да погоди же ты, черт возьми! – возмутился он, пытаясь сопротивляться.

Но с Лови ему не справиться. Она ловко стащила с ослабевшего Джейка штаны и заявила:

– Нечего тебе тут корчить из себя недотрогу, Джейк! Подумаешь, застеснялся. Эка невидаль – мужчина без штанов! Расслабься, а я тебе принесу чего-нибудь поужинать.

– Идет, – согласился изрядно проголодавшийся Джейк, забираясь под одеяло. – Кстати, а где Джесси?

Лови остановилась на пороге и ответила, не оборачиваясь:

– Ей понадобилось что-то купить.

– А Пэдди где?

– Пэдди с Джесси, конечно.

Джейк удовлетворенно кивнул.

– А как насчет кусочка пирога на ужин? – спросил он.

– Можно, сейчас пошлю Пако в ресторан, – согласилась Лови.

Стоило ей выйти, Джейк откинулся на подушки и закрыл глаза. Как бы он ни храбрился перед Лови, головокружение усилилось, шишка болела и его немного мутило. «Даже хорошо, что Джесси меня сейчас не видит, – подумал он. – Видок еще тот…» Но от одной мысли о ней у Джейка чаще забилось сердце. Да что в этой девчонке такого? Почему он без конца думает о ней? И не просто думает – мучается, страдает… Не успеет закрыть глаза, как вот она, Джесс, прекрасная, живая, близкая. Такая, как была в ночь их страстной любви, кажется, протяни руку – и коснешься ее трепетного тела… Но это только мечта. И во сне она тоже приходит к нему, и он целует и ласкает ее так, как не осмелился в их первую ночь, в ее первую ночь.

Джейк улыбнулся – если мисс Бостон Таггарт думает, что ей уже известно о любовных утехах все, она глубоко ошибается. Джейк Вестон только начал учить ее этому. В следующий раз он не будет сдерживаться, он покроет поцелуями все ее тело, заставит ее забыть про стыд, довериться ему, наслаждаться его жгучими ласками…

«Господи, да о чем это я!» – мысленно простонал Джейк. Зачем попусту мучить себя несбыточными мечтами? Ничего этого не будет никогда! Заниматься любовью с Джесси – значит навлечь на себя кучу неприятностей. Ему нужна такая женщина, как Моник, с ней и думать ни о чем не надо.

Разве ему не по душе свобода? Он привык жить один. Рассчитывать только на себя. Быть с Джесси – это значит вступить в брак, обзавестись домом, семьей… Жена и дети требуют постоянной заботы, такая ответственность не для Джейка, это уж точно.

Кроме того, взнуздать эту девчонку – дело непростое. Она избалованна, своенравна, остра на язык… но в то же время умна, заботлива, честна. Джесси трудолюбива и упорна, не боится трудностей и ответственности, у нее деловая хватка. Она не похожа ни на одну из женщин, которых он знал. И оказалась замечательным партнером в бизнесе.

Да при чем тут бизнес? Она чертовски хороша в постели! У Джейка даже дыхание перехватило при воспоминании о том, как прелестна она была после первых любовных наслаждений – припухшие от его поцелуев губы, полные, налитые груди, тело, обессилевшее от любви, но готовое к новым ласкам… Господи, как же он хочет эту женщину!

Джейк в сердцах даже стукнул кулаком по кровати. Дурак, дурак, дурак! Лучше бы ему перестать думать о Джесси и помириться с Моник… Она поможет избавиться от пустых мечтаний, излечит его от болезни под названием «Джесс Таггарт»… Только бы опять не перепутать имя.


Наутро Джейк проснулся с ясной головой. Попробовал рукой шишку и радостно отметил, что она явно уменьшилась. Чтобы никого не будить, он решил согреть себе воды для бритья. Быстро одевшись, Джейк направился к черной лестнице, ведущей прямо в кухню. Проходя по коридору, он на мгновение задержался у двери Джесси.

Не будь она дочкой Генри, он бы сейчас распахнул эту чертову дверь, поднялся в мансарду и преподал мисс Бостон такой урок любви, который бы она запомнила на всю жизнь. От одной этой мысли он возбудился невероятно. Тихонько выругавшись, он велел себе выбросить глупости из головы.

Согрев воды, Джейк вернулся в свою комнату. Совершив утренний туалет, он сразу почувствовал себя увереннее и бодрее и спустился в зал. К его удивлению, помещение было чисто прибрано, везде идеальный порядок.

Завтракать Джейк отправился в таверну. Уминая яичницу с ветчиной, он просмотрел свежий номер «Кроникл». Центральное место отводилось сообщению об отсуженных Соединенными Штатами у Британии пятнадцати с половиной миллионах долларов за то, что последняя помогала кораблями восставшим южанам. Упоминание об этой огромной сумме денег напомнило Джейку о предстоящей транспортировке золота. «Сегодня же следует обговорить с Алеком все детали», – подумал он.

Когда он вернулся в «Дивный ангел», двери уже были открыты. Руперт мел тротуар перед салуном.

– Доброе утро, босс, – сказал он, продолжая усердно махать метлой.

– Джесси уже встала? – поинтересовался Джейк.

– Не знаю, – буркнул Руперт, не поднимая глаз. – Ее тут не было ни этой ночью, ни прошлой.

Джейк так и застыл на месте. Первое, что пришло ему на ум: Джесси в постели с Ла Портом.

– И где же, черт побери, наша маленькая мисс Таггарт провела две ночи?

– Я не знаю, босс, – пробормотал Руперт, не прекращая мести.

Джейк шагнул ему наперерез, так что Руперт по инерции шаркнул пару раз метлой по начищенным башмакам хозяина.

– Ты знаешь, – процедил Джейк сквозь зубы, едва сдерживая гнев. – Говори, где она?

– Я… не вру, босс. Это Лови все шушукалась с мисс Джесси позавчера, пока они с Пэдди не уехали. Джесси велела никому ничего не говорить.

Джейк метнулся к двери. Он вбежал в салун, промчался по залу и, перепрыгивая через две ступеньки, взлетел по лестнице. Вот и комната Лови.

– Кто там? – ответила она на его громкий стук, будто не догадываясь, кто это может быть.

Джейк рванул дверь.

– Где Джесси, черт побери?

– Говорила я ей, что ты будешь зол как сто тысяч чертей, когда обнаружишь, что ее нет!

– Где она? – сжав кулаки, настаивал Джейк.

– Поехала в Джексон с Алеком и Пэдди.

– В Джексон? – На миг он даже почувствовал облегчение от того, что она не с Ла Портом, но истинный смысл сказанного тут же дошел до него: – Так она собралась сопровождать золото?

– Вроде бы так.

– Если она еще жива, я сам ее прибью! – Он был в бешенстве. – Какого беса ты молчала? Почему не сказала мне ничего?

– Но ты же знаешь Джесси! Она приказала мне молчать. Ты болел, и она…

– Так. Вы с Рупертом тут управитесь сами. Разберемся, когда вернусь.

– Джейк, тебе нельзя! Ты еще нездоров! – испуганно закричала Лови, но он и слушать ее не стал.

В считанные минуты Джейк переоделся, сунул пистолет под рубашку, кобуру с «кольтом» пристегнул к поясу. Оседлав на конюшне жеребца, он поскакал к пристани и, слава Богу, успел на дневной паром в Сакраменто.


Джесси, одетая в простое ситцевое платьице, явно не вписывалась в шикарную обстановку кабинета Говарда Кольера, главного управляющего компании «Консолидейшн Джексон». Она, Алек Абернат и Пэдди восемь часов добирались пароходом до Сакраменто, потом тринадцать часов тряслись в фургоне, вдобавок пришлось еще и заночевать в дороге. Конечно, вид у нее усталый, но это не важно. Главное – дело.

Алек подписал чек на двадцать две тысячи семьсот пятьдесят два доллара за золотые слитки весом около восьмидесяти восьми фунтов, и Кольер спрятал бумагу в ящик стола.

Худой и невзрачный на вид управляющий огромной компании вытащил из кармана пачку табака и, сворачивая сигаретку, предупредил:

– Хочу, чтобы вы знали: обратиться в «Таггарт энтерпрайзис» для транспортировки груза – не моя идея. Я всегда работал с «Вэллс и Фарго». Это известная, уважаемая компания. В газетах пишут, что прибыли у них растут год от года. Они открылись в пятьдесят втором и уже успели сколотить капитал в четыреста тысяч. – Потянувшись за спичками, он взглянул на Джесси: – Вы не против, мэм?

– Нет-нет, ничего, – поспешила заверить Джесси.

Она больше слушала, чем говорила, присматриваясь к тому, как действует Алек. Их караван из двух фургонов прибыл сюда днем – Алек с двумя вооруженными охранниками ехал в первом, на котором красовалась надпись «Таггарт энтерпрайзис», а они с Пэдди разместились в другом, малоприметном, обшарпанном фургоне с залатанной крышей, заваленном домашней утварью.

Алек возразил Кольеру уверенно и твердо:

– «Таггарт энтерпрайзис» тоже очень хорошая компания, мистер Кольер. И мы так же, как и «Вэллс и Фарго», гарантируем успешную транспортировку груза.

– Одно дело – пообещать, и совсем другое – обеспечить безопасную перевозку, мистер Абернат, – заметил Кольер.

Сигарета, скрученная наспех, потухла.

– Вот черт, – ругнулся Кольер. – Простите, мэм.

Джесси с улыбкой кивнула и отвернулась к окну. Ей вспомнилось, как шла погрузка золотых слитков. Их разместили на дне фургона, сверху положили настил, а уж на него навалили всякую рухлядь. И она вдруг засомневалась в благополучном исходе операции. А что, если грабители все-таки захватят золото? Тогда пиши пропало, ее компания, включая «Дивный ангел», прогорит.

– Ну, нам пора отправляться, – закруглил разговор Алек.

Они с Кольером пожали друг другу руки, и все попрощались. На улице Алек сказал Пэдди:

– Запомни: если наш фургон обстреляют, разворачивайтесь и возвращайтесь назад. Мы сами разберемся.

– Да, сэр, я понял.

Грузовой фургон отправился первым, за ним, вооруженный двумя «кольтами» и «винчестером», следовал конвоир на лошади. Потом тронулся деревенский фургончик Джесси и Пэдди, который тащили четыре мула. И позади них – конный конвой.

Джесси подумала, что, может, все еще и обойдется, раз груз сопровождают пять хорошо вооруженных мужчин.

Наблюдая, как Пэдди заряжает ружье и подхлестывает мулов, Джесси почти успокоилась, но каждый раз, когда на пустынной дороге показывался встречный, конный ли, пеший, у нее замирало сердце.

Глава 17

Поездка в Джексон заняла весь остаток дня.

Караван пробирался по Гористой дороге вдоль реки меж гранитных скал, сквозь густой сосновый лес, пока наконец не достиг города – как раз перед закатом. Ехать дальше было слишком рискованно. Решено было заночевать в Джексоне: мужчинам – в фургонах на складе «Грузовых перевозок Таггарт», а Джесси – в гостинице.

Джесси была довольна – до Джексона добрались без приключений. Завтра днем они уже выедут на равнину, где, как говорил Джейк, гораздо безопаснее.


Облокотившись на стойку бара, Сантос Сильва и четверо его спутников наблюдали, как в холл вошла Джесси Таггарт.

– Точно по расписанию, – прокомментировал Сильва и заказал всем еще по порции, щедро расплачиваясь деньгами, заработанными за «Калли Сью».

«Плевать, – думал он, хитро улыбаясь. – Могу себе позволить, скоро у меня будет куча золота».

От этой мысли Сильва еще больше развеселился. Этот идиот Бошек думает, что он с ним поделится. Так бы оно и было, заплати этот скряга сполна.

Нет, золота полячишке не видать, пусть пеняет на собственную жадность.

Сильва решил смыться. В это время года тропы через Сьерры открыты, Виргиния-Сити – прекрасный перевалочный пункт, дальше он двинется на восток, в Чикаго или Нью-Йорк, оттуда – в Лиссабон или на Азорские острова. Поплывет первым классом…

Сильва осушил свой стакан и кивнул парням:

– Пошли, ребята. Нам еще предстоит дорога, а встать придется ни свет ни заря – мы должны походить на китайцев больше, чем сами китайцы. – И он хитро подмигнул.


Спустилась ночь, темная, безлунная, когда Джейк наконец сошел с парома. Как бы ни был он зол и встревожен, но все же понимал, что отправляться ночью в путь нельзя. Да и коню надо дать передохнуть перед долгой дорогой. Переночует в Сакраменто, а завтра с рассветом отправится дальше.

Если он все правильно просчитал, то доберется до подножия гор быстрее, чем караван, и сможет встретить их до того, как они выедут в долину.

Это будет где-то между Драй-Тауном и Мичиган-Баром.

Не успеет мисс Джесси Таггарт отсидеть свой шикарный зад на козлах, как он уже нашлепает ее по этому самому месту с удовольствием.


Было еще темно, когда Джесси проснулась от стука в дверь – это портье пришел ее разбудить. Она нащупала спички и зажгла лампу на столике. Поеживаясь от холода, она пошла умываться. Быстренько одевшись и оглядев себя в зеркале, Джесси спустилась вниз.

– Где бы мне выпить чашечку кофе? – спросила она сонного портье, отдавая ему ключ.

Тот кивнул в сторону кухни.

– Повар работает с трех утра, у него всегда наготове кофейник.

На кухне пахло свежевыпеченными булочками, и у Джесси заурчало в животе от голода.

– Можно мне купить у вас чашку кофе и дюжину булочек?

– Почему же нет? Я пеку их для всего города. Повар достал пакет и положил туда булочки, потом налил гостье чашечку кофе.

– Оплатите у портье, – сказал он. – Приятного аппетита.

К тому времени, когда Джесси пришла во двор склада, мужчины уже успели запрячь мулов и лошадей.

– Вы позавтракали? – поинтересовалась она у Алека.

– Да, бобами, – ответил он, скривившись. – И проглотили какую-то чудовищную жидкость, которую здешний смотритель называет кофе.

Под радостные возгласы Джесси раздала всем булочки. Пэдди помог ей забраться в фургон и пристроился рядом. Над горами начала заниматься заря, но любоваться величественным зрелищем было некогда.

Часов в десять они уже подъезжали к Драй-Тауну, и Джесси порадовалась, что все ее опасения напрасны. Еще несколько миль, и они выедут на ровную дорогу, ведущую в Сакраменто. Там фургон погрузят на паром до Сан-Франциско.

Они спокойно миновали Драй-Таун и повернули на север к Плейсервиллю[2] городу, жители которого решили, что прежнее название Хэнг-Таун (город повешенных) звучит слишком мрачно, и придумали новое, по мнению Джесси, совершенно бесцветное. За ним дорога сворачивала на запад, к Мичиган-Бару и Бриджхаусу. Где-то там они сделают привал, чтобы перекусить.

Джесси зевнула и закрыла глаза – можно и подремать на солнышке. Жизнь прекрасна, вокруг такая благодать, золотые слитки уже, считай, доставлены по назначению. Джейку придется признать, что она все замечательно придумала, и, может быть, он станет наконец с ней считаться… Позлится, конечно, немного, но потом…

– О Господи, ну и дела!

Джесси открыла глаза. Дорогу перегородило повалившееся дерево. Повозка встала.

– Как же это Алеку удалось его объехать? – изумился Пэдди.

Над их головами зычно прокричал ворон, но Джесси и в голову не пришло, что это сигнал.

– Может быть, дерево только что упало? – спросила она Пэдди. Тот уже бросил вожжи и слез с повозки.

И тут Джесси заметила, что ствол подрублен топором, и испуганно потянулась за ружьем.

– Не трогай оружие, мисс, – раздался вдруг громкий голос откуда-то из-за скалы.

Похолодев от ужаса, она огляделась.

– Руки на колени! – последовал новый приказ. Пэдди бросился обратно к фургону, но трое мужчин, выскочив из-за кустов, преградили ему дорогу. Они были одеты в черные балахоны китайских кули, на головах шапочки, лица скрыты масками, но Джесси сразу догадалась, что они не китайцы.

– Стой, не то получишь пулю в спину! Пэдди глядел на хозяйку, и в глазах его было отчаяние. Бандиты окружили его, и тот, что отдавал приказы, ударил Пэдди пистолетом по голове. Ирландец рухнул на колени.

– Пэдди! – закричала Джесси.

Она все-таки попыталась достать ружье, но один из бандитов тут же перехватил ее руку. Ружье выстрелило в воздух. Бандит повалил ее на сиденье, вырвал ружье и бросил его сообщнику. Визжащую и упирающуюся Джесси стащили на землю.

– Что… что вам нужно? – спросила она, задыхаясь.

– Ты сама прекрасно знаешь, что нам нужно.

– Это моя мебель, моя посуда, мне мама дала все это, чтобы…

– На черта нам твоя рухлядь! – перебил ее бандит.

В этот момент где-то впереди на дороге раздался такой взрыв, что земля содрогнулась. Джесси зажала рот руками, чтобы не закричать. Что же там случилось с грузовым фургоном? Но она тут же взяла себя в руки.

Главарь распорядился:

– Спрячьтесь за скалой, сейчас появится последний конвоир.

Двое бандитов кинулись выполнять приказание. Впереди на дороге раздавались выстрелы, и Джесси беспокоилась, как там Алек. Вскоре послышался стук копыт – это скакал конвоир, замыкавший караван. «О Боже, нет!» – ужаснулась Джесси и бросилась ему навстречу.

– Осторожно! – закричала она. – Там, за скалой!..

Но поздно – раздался выстрел, и конвоир упал замертво. Джесси взглянула на главаря банды, на двух его сообщников, возвращавшихся к ним, на лошадь, которая продолжала скакать вперед. А вдруг удастся вскочить на лошадь и удрать? Но бандиты словно прочли ее мысли – главарь схватил ее в охапку. Джесси яростно отбивалась, но тот держал ее мертвой хваткой.

– Эй, свяжите ее и отнесите к тому дереву, – приказал он.

Джесси стала изворачиваться как змея, надеясь освободиться.

– Ну-ка полегче, мисс! Стой смирно, не то хуже будет, – пригрозил главарь.

В этот момент лежавший у фургона Пэдди пришел в себя и медленно встал.

– Отпустите ее! – хриплым голосом крикнул он.

Главарь выхватил «кольт» и выстрелил. Джесси завизжала и отчаянно забилась в руках бандитов, Пэдди схватился за грудь, попятился и повалился навзничь, на рубашке растекалось красное пятно.

Джесси вырвалась из рук зазевавшихся бандитов и бросилась к стрелявшему, пытаясь вырвать у него из рук еще дымившийся «кольт». Тот только смеялся, наблюдая, как она старается. Не помня себя от ярости, Джесси сорвала с него маску, размахнулась и залепила негодяю пощечину. Он усмехнулся, сунул «кольт» в кобуру и со всей силы ударил девушку в челюсть. Джесси потеряла сознание.


Джейк несся на своем быстроногом Фаро по пыльной дороге, стараясь подсчитать, сколько же миль остается до встречи с караваном. Он провел уже несколько часов в пути и теперь решил, что пора сделать остановку – перекусить самому и напоить коня. До Бриджхауса оставалась еще миля, и он направился к халупе дорожного смотрителя.

Соскочив на землю, он подвел Фаро к большой лохани у дверей сарая, конь жадно пил мутноватую воду. Откуда-то появился смуглый паренек и поинтересовался:

– Покормить коня, мистер?

– Нет времени, нам еще предстоит долгий путь.

Парень кивнул и исчез в сарае. Джейк отряхнул пыль с одежды и присел в тенечке передохнуть и съесть сандвич. Наевшись, попил воды прямо из колонки, дал коню остыть еще немного и снова сел в седло, готовый скакать навстречу своенравной девчонке.


Джесси лежала на земле, руки и ноги у нее были связаны. Возле фургона суетились знакомые ей трое мужчин, к ним присоединились еще двое – доставали золотые слитки и складывали их в мешки. Мебель и домашняя утварь валялись на дороге. Обернувшись, главарь заметил, что Джесси пришла в себя.

– Не надо было тебе бить меня, мисс, – сказал он, подходя к ней поближе. – Мне не хотелось портить твою хорошенькую мордашку.

– У тебя ничего не выйдет с этим, – сказала Джесси, кивнув на золотые слитки.

– У меня уже все получилось, мисс Таггарт.

– Ты меня знаешь?

Он усмехнулся и носком ботинка приподнял ее юбку.

– Немного, но собираюсь познакомиться поближе. – В его глазах заплясали злые огоньки.

Джесси хотела одернуть юбку, но руки были связаны, высвободиться она не могла и стала вертеться, чтобы как-то прикрыть ноги, но добилась только того, что юбки задрались еще выше. Покраснев, она отвернулась от своего мучителя, который, посмеиваясь, наблюдал за ней. Наконец он оставил ее в покое и вернулся к своим парням.

– Все готово, Сильва, – сказал один из них. – Каждый из нас взял столько, сколько ты обещал.

Главарь пошел к своей лошади, покопавшись в мешке, привязанном к седлу, достал оттуда китайский топорик и вонзил его в стенку фургона. Все рассмеялись.

– Перебрось мисс Таггарт через седло, Хэнк, и привяжи покрепче, – обратился он к одному из бандитов. – Я возьму ее с собой, а вы действуйте, как мы и договаривались. Да держитесь подальше от побережья.

Тот, кого он назвал Хэнком, подошел к Джесси, оглядел ее с ног до головы и бросил Сильве:

– Я, пожалуй, поеду с тобой, босс, если ты не возражаешь.

– Я возражаю, – ответил Сильва, положив ладонь на рукоять «кольта».

Хэнк пожал плечами и молча направился к лошадям. Отвязав одну из них, подхватил Джесси и перекинул через седло лицом вниз. Приторачивая накрепко к седлу, он бесцеремонно хватал ее за ноги и задирал юбки. Она чертыхалась сквозь зубы, но ничего поделать не могла.

– А ничего девочка! Смотри-ка, какая попка! – весело сказал он и хлопнул Джесси по ягодицам.

Она взвизгнула и хотела лягнуть наглеца обеими ногами, но только слегка задела.

– Эй ты, потише! Шлепнуть ее нельзя, видишь ли. А не хочешь, чтобы мы тебя по очереди поимели? Как раз удобно…

– Давай, иди отсюда, – приказал Сильва. Тот что-то проворчал в ответ и отошел. Потом вся четверка вскочила на коней.

– Развлекайся на здоровье, Сильва, – сказал один из них, – но помни: ей известно, что никаких китайцев тут и близко не было!

– Ваше дело – смыться отсюда побыстрее, ясно? А уж со всем остальным я справлюсь.

Джесси похолодела – он хочет убить ее! Он не может оставить ее в живых. Вспомнив о Пэдди, она поглядела туда, где лежало его бездыханное тело. «Боже мой! Что я наделала!» – в отчаянии подумала Джесси. Рыдания душили ее, но разве слезами кому-то поможешь? Нужно сохранять присутствие духа и не терять надежды на спасение. Рано или поздно этот тип отвяжет ее, и тогда надо будет исхитриться убежать.

Сильва поставил лошадь Джесси позади груженого мула, связав их веревкой, и сел на коня, готовый двинуться в путь. Раздался дружный цокот копыт – это четверка бандитов отправилась своей дорогой. Сильва подхватил поводья мула, гикнул, и они тронулись. Джесси, чувствуя всем телом каждый ухаб, только молилась, чтобы они поскорее остановились и ей удалось бы сбежать.


У Джейка екнуло сердце от нехорошего предчувствия: две лошади без седоков рысцой трусили ему навстречу. Он остановился, ожидая, когда они приблизятся. Так и есть, на седлах знак «ТГ» – «Таггарт – грузоперевозки». У него даже дыхание перехватило.

Не проехал он и полмили, как наткнулся на опрокинутый фургон. Осадив коня, Джейк соскочил на землю и бросился к нему, но никого не обнаружил. По следу на дороге он догадался, что лошади протащили фургон, прежде чем каким-то образом освободились от упряжки. Проскакав еще четверть мили, Джейк увидел тела Алека Аберната и сопровождавшего его конвоира. Они лежали на дороге вблизи от завала. Похоже, здесь прогремел взрыв.

Джейк подошел к ним и убедился, что оба мертвы, – конвоир застрелен в спину из ружья, Алек убит двумя выстрелами в грудь. Джейк чертыхнулся сквозь зубы, но сердце его наполнилось скорбью – Алек был не только прекрасным человеком, великолепным, знающим работником, но и его другом. У него остались жена и трое детей… Как им теперь жить? А сам он что будет делать без Алека?

Джейк прикинул, где мог быть подложен динамит, и под скалой обнаружил воронку, а чуть поодаль, за кустами, следы мужских сапог. Бандитов, похоже, было двое… Бандиты, нападение… А где же Джесси? Он чуть не завыл от отчаяния, но, взяв себя в руки, стал рассуждать. Возможно, те, кто напал на грузовой фургон, не обнаружили второй, замаскированный? Может быть, Пэдди, услышав взрыв и выстрелы, догадался повернуть и им удалось скрыться? Вдруг Джесси спаслась и он найдет ее в ближайшем городке?

Но что-то ему не полегчало от этих мыслей, напротив – тревога все растет…

Вскочив в седло, Джейк двинулся вверх по дороге и на самой вершине холма обнаружил обшарпанный фургончик с впряженными в него мулами. Животные мирно паслись у обочины, а вокруг валялись мебель, тряпки, котелки и кастрюли…

Охваченный ужасным предчувствием, он бросился вперед. В фургоне не было никого и ничего. Пусто. В стенке торчал китайский топорик, знак тонга. На дороге валялась женская шляпка… А это что за след? Это кровь. Кровавый след привел его к распростертому в пыли телу Пэдди Фитцпатрика. Видно, он пытался ползти вперед, но выбился из сил. Дрожащими руками Джейк осторожно перевернул его на спину, и тот, к великой радости, застонал – жив, слава Богу! Осмотрев рану и перевязав друга, он принялся искать Джесси. Но, как Джейк и предполагал, ее здесь не было. Пэдди пытались убить, ранили, значит, ее некому было защитить. Женщина, особенно такая красивая, как Джесс, считается у бандитов хорошей добычей, ее наверняка забрали с собой. Натешатся вволю, а потом убьют… Эта страшная догадка резанула по сердцу, он похолодел, но приказал себе не впадать раньше времени в панику и искать следы.

Так, три лошади отправились на север, четыре – на юг. Он разберется с этим позже, сначала нужно позаботиться о Пэдди. Джейк впряг своего коня в фургон, положил туда раненого ирландца, привязал сзади мулов и пустился галопом в город. Благо, до Драй-Тауна было недалеко. По дороге он еще раз остановился, увидев еще один труп – конвоира, очевидно, замыкавшего караван.

Он отвез Пэдди к доктору, заехал к местному шерифу, доложил о случившемся, договорился, чтобы послали повозку за телами погибших. И вернулся к месту происшествия на вороном коне, которого купил в платной конюшне вместе с гнедой поджарой кобылкой. Уставшего Фаро он оставил в конюшне. Джейк понятия не имел, сколько ему придется еще искать Джесси, но одно он знал точно: ничто его не остановит, лишь бы только не было поздно.

Он внимательно изучал следы и рассуждал: грабители – а сколько их было, он не знает – мужчины наверняка недюжинного сложения да плюс еще груз; Джесси – хрупкая женщина, и лошадь под ней оставит на песке менее глубокий след копыт. Такой след есть среди тех, что ведут на север. Туда же ведет и след копыт мула. Остальные следы ничем не отличаются друг от друга. Итак, север – две лошади, на которых предположительно находятся мужчина и женщина, и еще мул, груженный поклажей…

Помолившись, Джейк двинулся в путь. Следы вскоре свернули на восток – они отправились в горы. Путь предстоял нелегкий, хорошо, что он предусмотрительно взял запасную лошадку, не нужно будет отдыхать. Только бы с Джесси все было в порядке! Дай ей Бог не потерять присутствия духа, не испугаться, не сдаться, остаться в живых…


Прошло четыре часа, и Сантос Сильва свернул с пыльной дороги на узкую каменистую тропу между гранитными скалами. Кто бы ни пустился за ним в погоню, следов уже не найдет и не сможет дальше преследовать его. Он хотел поскорее добраться до хижины в горах, где заготовил себе еду, дрова, одеяла, так что можно будет выждать время, пересидеть. Да теперь у него еще и такая красотка есть, чтобы ночи коротать!

Сильва покосился на нее через плечо и плотоядно улыбнулся – и правда, отличный зад. Его охватило желание, так что и в седле усидеть стало трудно. «Потерпи, – сказал он себе, – еще будет время насладиться ею. Сейчас главное – уйти от погони!»


Джейк шел по следу как одержимый, не отрывая глаз от дороги и отгоняя прочь тревожные мысли. Неожиданно следы пропали. Он спешился и стал бродить по дороге, прикидывая, что бы он сам сделал, если бы хотел скрыться. Да просто свернул бы в сторону. Где-то среди этих скал следы должны снова возникнуть. Но где? Вот в чем проблема…

Но он не мог тратить время на поиски, поэтому начал взбираться на высокую гору, откуда можно было оглядеть окрестности на много миль вокруг. Тем более что в Драй-Тауне он догадался прихватить с собой подзорную трубу.

Солнце стояло высоко, на небе ни облачка. Джейк привязал лошадей к сосне и принялся разглядывать в трубу окрестности. Прошло немало времени, прежде чем он увидел всадника и еще две лошади… нет, мул, навьюченный тяжелыми мешками, и лошадь. Поперек седла лицом вниз лежит женщина в каком-то сером платье… Черные волосы свешиваются до земли… Джесси!

Джейк отвязал усталого вороного, хлопнул его по спине и отпустил – конь найдет дорогу в свою конюшню. Сам же вскочил в седло быстроногой лошадки, на которой ему предстояло догнать бандита. Он еще раз глянул вниз, в каньон, просчитывая, как они ехали и куда направляются, и стал спускаться к тому месту, где прервались следы. Джейк прикинул, что через час он уже настигнет их. Итак, у него всего час.

Женщине, которая находится в руках убийцы, этот час покажется вечностью.

Глава 18

Всю долгую дорогу Джесси, сжав зубы, терпела тряску, но тело ломило до такой степени, что она уже была готова забыть о гордости и молить Сильву остановиться и дать ей передохнуть. И тут он вдруг заехал в густую тень деревьев и осадил лошадей.

Молча развязал путы, которыми ее скрутил этот наглый Хэнк, и помог своей пленнице спуститься с лошади на землю. Бедная девушка едва держалась на ногах.

– Обещай, что будешь хорошо себя вести, и я позволю тебе уединиться ненадолго.

Джесси даже глаза закрыла, чтобы он не увидел, как они заблестели от радости.

– Спасибо, – пробормотала она.

Искоса поглядывая на Сильву, Джесси смогла его рассмотреть. Это был крепкий мужчина с курчавыми черными волосами и серыми, почти бесцветными глазами. Взгляд этих глаз был неприятен.

Джесси шагнула в сторону, но Сильва схватил ее за руку.

– Какая шустрая, – усмехнулся он и прикрепил к ее связанным рукам веревку. – Попробуй только пойти дальше, чем позволит длина веревки, и я надаю тебе по заднице, ясно?

Джесси кивнула. Мысль о побеге приходила ей в голову, но сейчас было важнее другое, нечто более прозаическое. Зайдя за уступ скалы, она справила малую нужду и вернулась.

– Если ты дашь мне слово не бузить, – снова предупредил ее Сильва, – я позволю тебе ехать верхом, а не болтаться на лошади как мешок с овсом.

Дать слово означало солгать, но Джесси не колебалась ни секунды. Что за вздор – бояться нарушить слово, данное вору?

– Честное слово, – сказала она кротко. Если ей удастся заслужить его доверие, то, может быть, потом у нее появится шанс убежать.

Они сели на лошадей, и Сильва привязал ее руки к седлу так, чтобы она могла за него держаться – и только. Джесси чувствовала себя разбитой – ребра болели, спина ныла, челюсть распухла. Но это можно перетерпеть, гораздо хуже висеть вниз головой, когда вся кровь приливает к лицу.

Она подумала: обнаружил ли кто-нибудь тела Пэдди и других мужчин, ищут ли ее, да знают ли вообще, что она пропала? А что станет делать Джейк, когда узнает? Он пришел бы ей на помощь, обязательно кинулся бы спасать свою компаньоншу, если бы мог оказаться поблизости. Но он далеко, в Сан-Франциско, время неумолимо бежит, ему не успеть… Может быть поздно.

Джесси вздрогнула от этой страшной мысли. Придется позаботиться о себе ей самой, раз уж заварила все это, так теперь надо расхлебывать. Никогда еще она не чувствовала себя такой одинокой.

Так она и ехала, то размышляя, как сбежать, то с нежностью вспоминая Джейка. Хорошо, что она отдалась ему, по крайней мере теперь, когда она познала радости любви, и умереть не страшно. Она вспомнила ту волшебную ночь, минуты наслаждения, объятия и поцелуи, и ее охватила сладкая истома. Испытал ли Джейк такое же удовольствие от близости с ней? Хотелось бы в это верить…

Но потом ее мысли вернулись к происшедшей трагедии, и настроение совсем испортилось. На дороге остался лежать истекающий кровью Пэдди. Алек и сопровождавшие их конвоиры погибли. «Это я во всем виновата! Все погибли из-за меня…» – в отчаянии повторяла она про себя, и глаза ее наполнились слезами. Нет, она же Таггарт, черт побери! Нельзя позволить себе плакать, надо собраться с силами и бороться до последнего вздоха.

Солнце клонилось к закату, они свернули куда-то с тропы, и Джесси увидела впереди хижину – покосившееся деревянное строение, крытое соломой, выглядело заброшенным. Сильва спешился, помог спуститься на землю Джесси и привязал ее к дереву. Отведя лошадей в сторонку, он пошел в хижину.

Вскоре из трубы пошел дым – значит, он растопил камин. Джесси, продрогшая и усталая, смотрела на трубу и с робкой надеждой думала: вдруг кто-нибудь заметит дымок и придет сюда? Но тут же сникла, сообразив, что хитрый Сильва все заранее предусмотрел, место безлюдное, так что рассчитывать на помощь не стоит. От отчаяния Джесси зажмурилась и даже топнула ногой – единственное движение, которое могла сделать.

– У меня там на плите греется ужин, – сообщил ей неожиданно появившийся Сильва. – Но есть кое-что, чего мне хочется гораздо больше.

Он окинул ее откровенно плотоядным взглядом. Сомневаться в его намерениях не приходилось. Джесси зажмурилась, у нее вся душа перевернулась. «Он собирается изнасиловать меня! – в ужасе думала она. – Ждать не будет!» Если у нее есть хоть какой-то шанс, надо его использовать сейчас. Как только Сильва разрезал веревки, она изо всех сил толкнула его и бросилась наутек, прямиком к лесу, надеясь затеряться в темноте.

Но Сильва в несколько прыжков догнал ее и повалил на землю.

– Отпусти меня! – закричала Джесси и стала отчаянно отбиваться.

Но Сильва все же прижал ее к земле так, что она и вздохнуть не могла. Неожиданно он расхохотался.

– Смотри-ка, у тебя еще не все силенки иссякли. Мне это нравится, – проговорил он сквозь смех, встал, рывком поднял Джесси на ноги и поволок ее к хижине, хотя она что есть мочи упиралась и визжала.

Ему пришлось пару раз стукнуть ее, но она была так напугана, что как-то даже не заметила.

В хижине Сильва бросил ее на кровать и навалился сверху, прижимая к жесткому, набитому соломой матрасу. Она вцепилась ему в волосы, кусалась и царапалась, тогда он так ударил ее, что у нее все поплыло перед глазами, и она на мгновение отключилась. Когда Джесси пришла в себя, оказалось, что она почти раздета – юбка задрана, лиф платья спущен вниз… Сильва уже расстегнул штаны и снова навалился на нее. Джесси, сжав зубы, сопротивлялась и в то же время шарила рукой под кроватью, пытаясь найти что-нибудь тяжелое. Наконец ей подвернулся под руку какой-то чугунок, и она стукнула им насильника по голове. Сильва крякнул и сразу обмяк. Джесси с трудом удалось выбраться из-под него. Она вскочила на ноги и, задыхаясь, подтянула лиф платья к обнаженной груди. Но не успела Джесси и шага сделать, как Сильва снова цепко схватил ее за руку и потащил к себе. Тогда она изо всех сил ударила его в нос, кровь потекла по его перекошенному лицу.

– Ну ты и штучка! – пробормотал он, прищурившись, и вскочил, преграждая ей путь к двери. – Но погоди, я такое с тобой проделаю, что ты себе и не представляешь! Никогда бы себе этого не позволил, если бы ты держалась достойно.

Он вытер кровь с лица и протянул к ней руки, пытаясь схватить. Джесси глянула на окно, но оно было закрыто.

– Уж теперь я с тобой побалуюсь всеми возможными способами, – распалялся Сильва.

У Джесси душа ушла в пятки.

– Сначала тебе придется меня убить, – прошептала она.

– Даже не мечтай!

– Что за игру ты тут затеял, мистер? – раздался вдруг до боли знакомый голос, и щелкнул взведенный курок.

Джесси оглянулась и увидела в дверном проеме Джейка Вестона… Джейк! Сердце ее готово было выпрыгнуть из груди от радости.

– Джейк… – всхлипнула она, все еще не веря своим глазам.

Сильва оцепенел от неожиданности, а Джейк приставил к его виску дуло пистолета и сказал:

– Привет, Бостон.

Голос звучал ласково, заглянуть бы ему в глаза, но мешают широкие поля шляпы.

– Джейк… Джейк… – только и могла выговорить она, повторяя его имя как заклинание.

– Вот решил, что тебе может понадобиться помощь, – сказал он уже совсем другим тоном. – Или, может, ты тоже справишься с этим сама?

– Джейк, я…

– Топай, – приказал он Сильве, не слушая Джесси. – Спокойненько и без лишних движений.

Сильва медленно двинулся к двери, но рука его дернулась было к поясу, на котором висел «кольт».

– Я понял, что ты хочешь сделать, но не советую, – предостерег его Джейк. – Уж слишком мне охота всадить пулю в твою башку.

Сильва поднял руки.

– Полегче, мистер. Давай побеседуем, может, и договоримся.

– Извини, парень. Вот эта женщина, с которой ты собирался побаловаться, является моим деловым партнером. Наши отношения я принимаю всерьез в отличие от нее. – При этом он бросил на Джесси гневный взгляд. – Не буду спорить, она заслужила хорошую порку, но я предпочитаю это проделать сам.

– Извини, Джейк! Я знаю, мне не следовало…

– Хоть раз в жизни, Джесси Таггарт, ты можешь помолчать?

Она сейчас же закрыла рот.

– Выходи! – прикрикнул Джейк на Сильву.

Они двинулись к двери, но там Сильва неожиданно вывернулся, оттолкнул руку с пистолетом и двинул противника локтем под ребра.

Охнув, тот все же ударил Сильву кулаком в живот, он согнулся, следующий удар сбил его с ног, и бандит повалился на землю. Джейк схватил его за грудки и нанес удар в челюсть, потом еще один, еще… Его охватила такая ярость, что он уже не мог себя контролировать. Перед его глазами стоял образ Джесси в разорванном платье, он видел кровь на ее лице, ужас в глазах… Убить этого сукина сына, прикончить – вот чего Джейк желал больше всего на свете.

Он избивал его отчаянно, жестоко, подлец уже потерял сознание, а Джейк все не мог остановиться. На его плечо легла ладонь Джесси, и он словно очнулся – так и застыл с занесенным кулаком. Потом в изнеможении опустил руки.

– Джейк… – испуганно пролепетала Джесси, пытаясь как-то натянуть разорванное платье.

Он глянул на нее и снова опустил глаза, всматриваясь в лицо противника, – тот лежал без движения, закрыв глаза, но дышал. Джесси не отрываясь смотрела на своего спасителя, в ее взоре была такая растерянность, что сердце его сжалось от боли. Он бросился к ней и прижал к себе.

– Господи, Джесс, я так волновался… – пробормотал он, зарывшись лицом в ее волосы.

– Как же ты нашел меня? – спросила она срывающимся голосом. – Как ты узнал, куда я подевалась?

– У меня чутье, и оно, как видишь, не подводит, – заверил он ее, усмехнувшись.

Взяв за подбородок, заглянул в глаза, рассмотрел несчастное избитое лицо…

– Постой тут. Мне нужно связать этого негодяя.

Сняв с седла длинное лассо, он вернулся к лежавшему на земле Сильве. Никогда она не видела его таким суровым и беспощадным. Чуть не убил этого подонка… Когда Джейк наклонился над телом, она увидела, как он весь напрягся, сдерживая очередной приступ ярости. Потом взгляд ее перескочил на Сильву, который, казалось, не шевелился. Казалось… А ведь у него нож в сапоге… И точно, едва заметное движение руки – Джесси поняла, что Джейку грозит опасность.

– Джейк! – крикнула она и схватила пистолет. Все произошло в считанные доли секунды – Джейк отпрянул в сторону, Джесси нажала на курок, Сильва дернулся и застыл с простреленной головой.

Джесси выронила пистолет, пошатнулась, и Джейк бросился к ней и подхватил ее на руки. Она обхватила его за шею и разрыдалась.

– Все кончено, детка, – утешал он ее. – Он больше никогда тебя не тронет.

Джейк прижал ее к себе и понес в хижину. Осторожно положив на кровать, нашел в углу ведро с водой, намочил свой платок и принялся вытирать кровь с ее лица.

– Ты прав, Джейк, ты во всем прав, – всхлипывая, бормотала Джесси. – Пэдди и все те… другие… они погибли из-за меня.

Она разрыдалась, закрыв лицо руками. Джейк обнял ее, погладил по волосам.

– Падди не умер, – сообщил он. – Тяжело ранен, но доктор говорит, что выживет. А другие погибли, да… Я уверен, кто-то знал о вашем плане. Они знали, по какой дороге вы поедете, рассчитали время, все точно… Кто-то нас предал.

Джесси удивленно уставилась на Джейка.

– Кто-то рассказал о маскировке? Но кто? Кто мог знать об этом?

– Не понимаю, но собираюсь разрешить эту загадку.

– Джейк, они были одеты как китайцы, но на самом деле все были белые.

– Они оставили в фургоне топорик СПР, а переоделись нарочно, чтобы не быть узнанными, если кто-то из вас выживет или какой-нибудь путник случайно увидит, что они творят.

– Это было ужасно. Столько крови… А этот собирался прикончить меня… Но сначала хотел… побаловаться… чего-то там со мной проделать… – Она вдруг изумленно уставилась на него и спросила:

– А что он имел в виду? Я думала, то, как мы… ну, то, что мы тогда с тобой делали, так и должно быть.

Джейк не сдержал улыбки.

– Джесси Таггарт, ты, конечно, очень умная женщина, но что касается любви, тебе явно не хватает образования.

– Но мы же с тобой занимались любовью!

– Существует множество способов, Бостон, и не все они такие… ну, скажем, приличные.

Джесси задумалась.

– Я не совсем тебя понимаю, – заявила она. – Не мог бы ты объяснить…

– Слушай, Джесс, тебе не кажется, что сейчас не время говорить об этом?

Он и так не мог отвести взгляд от ее груди, прикрытой порванным платьем.

– Да, возможно, – согласилась она. – Но если никто ничего не объясняет, то как же можно все узнать?

– Черт возьми, Джесс! Тебе и не нужно ничего этого знать до замужества. Твой муж научит тебя всем хитростям.

– А я, может, тогда уже состарюсь. Мне надо знать сейчас.

Джейк крепился из последних сил, сжав зубы. Если не заставить ее замолчать, она действительно скоро все узнает, и это может ей не очень понравиться…

– Слушай, Джесс, я стараюсь сохранять между нами дистанцию, как мы и договаривались. Ты сама объявила, что мы друг другу не подходим и не любим друг друга, так? Тогда зачем меня искушать? Предупреждаю: если ты не прекратишь задавать вопросы, сидя тут передо мной в полуголом виде, я действительно преподам тебе хороший урок любви.

Джесси опустила глаза и только украдкой поглядывала на него. Ей так хотелось, чтобы он обнял ее, поцеловал, приласкал, чтобы она забыла про весь кошмар этого дня. Она хотела чувствовать себя защищенной, прижавшись к его груди…

– Я думала о тебе весь день, – призналась она. – Знаешь что?

Джейк отвернулся.

– Вспоминала, как ты занимался со мной любовью. – Она протянула руку и повернула его голову, чтобы заглянуть в глаза. – Я еще хочу, Джейк. Хочу, чтобы ты меня учил…

– Джесс, – хриплым голосом проговорил он, – ты не представляешь, что ты делаешь со мной.

Джейк сжал ее лицо ладонями и покрыл поцелуями лоб, глаза, щеки, прикасаясь нежно, чтобы не причинить боль. Она обхватила его за шею, ласкала ладошками затылок, и он застонал.

– Боже, я так хочу тебя, что это просто невыносимо…

И она сама припала губами к его губам, целуя его так, как он всегда целовал ее, – то глубоко проникая языком в рот, то почти кусая его губы.

Джейк, изнемогая от желания, упивался этим поцелуем, но сам не мог ответить ей, боясь причинить боль. Но сдерживаться уже было невозможно. Он спустил вниз разорванный лиф платья, обнажив ее грудь, и ласкал пальцами соски, зная теперь, что ей это очень нравится. Джесси застонала от удовольствия и выгнула спину, она подтолкнула его голову вниз, чтобы он целовал ее грудь, и когда он припал жадным ртом к соску, закричала от наслаждения. Она расстегнула его сюртук и с радостью обнаружила, что рубашки на нем нет.

– Я все еще не верю, что ты здесь, со мной… – прошептала она.

Джейк быстро раздел ее, бросил юбки и панталончики на пол и окинул восхищенным взором ее трепещущее в ожидании любви тело. Не сводя с нее глаз, он скинул брюки и увидел, что Джесси тоже смотрит на него. Прежде она не осмеливалась рассматривать его обнаженное тело, теперь же разглядывала без стеснения. Заметила шрам на груди и еще один на бедре, потом вперила удивленный взгляд в его чресла, откровенно дивясь размеру возбужденного фаллоса. Джейк дал ей возможность полюбоваться собой, потом подошел ближе. Джесси протянула к нему руки, готовая принять его в свои объятия.

– Не торопись, Бостон, – сказал он. – У нас вся ночь впереди.

Он не лег, опустился на колени между ее ногами и провел ладонями по бедрам, по животу, вверх по разгоряченному телу. Джесси обмирала от его прикосновений, но ей все было мало, она жаждала страстных объятий, мечтала, чтобы он скорее овладел ею. А Джейк не торопился, легонько поглаживал ее груди, словно нарочно не касаясь сосков, чтобы продлить момент ожидания самых желанных ласк, потом наклонился и обвел языком вокруг розового затвердевшего соска. Джесси задержала его голову и собственной рукой вложила грудь в его полуоткрытый рот, застонав от удовольствия. Смежив веки, она отдалась сладостным ощущениям, вся трепеща то от дразнящих и нежных, то от страстных и жадных поцелуев.

Джейк провел губами по ложбинке между грудями вниз, покрыл поцелуями живот. Джесси замерла, когда почувствовала, как он целует ее еще ниже.

– Джейк! – Она хотела отодвинуться, но он крепко держал ее за бедра.

– Ты же хотела урок любви, детка. Вот я и собираюсь преподать его. Расслабься, радость моя.

Он снова склонился к ее лону и припал жадным ртом к влажной плоти, сводя Джесс с ума изощренной любовной лаской. Она чуть не закричала от наслаждения, почувствовав и его язык, и пальцы в том самом интимном месте, где уже все пылало от страсти.

– О, Джейк… – молила она. – Я не могу… Возьми меня… возьми… Ну пожалуйста…

Он словно не слышал, продолжая возбуждающие ласки до тех пор, пока она не закричала, испытав оргазм. В тот же момент Джейк уже был на ней, впился поцелуем в ее губы, властно вошел в нее. Джесси обхватила руками его чресла, прижимая к себе, в восторге от того, что принадлежит ему вся целиком. Она горела желанием сейчас же утолить страсть, но Джейк размеренно, несуетливо, решительно вел ее к вершинам блаженства. Джесси вскрикивала и стонала, искала губами его губы, он целовал ее, что-то шептал… и вот наступил момент вожделенного экстаза… А потом они, обессиленные, лежали, все еще обнимаясь и тяжело дыша. Прошло несколько минут, и Джейк спросил:

– Как ты?

– Мне очень хорошо. У меня все болело, все тело, но ты вылечил меня, Джейк Вестон.

Он не видел ее лица, но догадался, что она улыбается.

– Что же мне делать с тобой, Джессика Таггарт? – спросил он, вытянувшись рядом с ней.

Она молчала. Настроение испортилось – что в самом деле делать? Он не любит ее, сам сказал об этом… И она, кажется, его не любит. Кажется. Возможно. Ну, во всяком случае, есть еще шанс, что она не совсем потеряла голову.

– Пожалуй, правильно спросить: что мне делать с тобой, – сказала она.

Джейк засмеялся.

– В одном я уверен: если мы вовремя не закончим твое образование по курсу любви, то скоро оба попадем в хороший переплет. Ты окажешься с ребенком на руках, а я – с обручальным кольцом на пальце.

Это вдруг так развеселило Джесси, что ему пришлось подождать, пока она отсмеется.

– Знаешь, как-то трудно представить тебя мужем.

Джейк повернулся к ней.

– Это почему? – спросил он недовольно.

– А потому, что ты не из тех, кто женится. Джейк перевернулся на спину и подложил руки под голову.

– Мой отец был женат, но, к несчастью, не на моей матери, – сказал он. – Так что у меня не было перед глазами хорошего примера. Я так понимаю, что если мужчина берет женщину в жены, то должен с ней оставаться всю жизнь. Если он не может этого сделать, то… то лучше оставаться неженатым.

– И ты так для себя решил?

– Никогда еще не встречал женщину, с которой мог бы прожить всю жизнь.

– Представляю, какая она должна быть особенная.

Джейк не ответил, но его молчание отозвалось болью в сердце Джесси. Наконец он спросил:

– А ты, Джесс? Ты говорила, что не готова завести семью. Чего же ты тогда хочешь?

Джесси повернулась на бок и подперла голову рукой, она смотрела куда-то в сторону.

– Сначала мне хотелось приключений. Думала, моя поездка в Калифорнию будет самым удивительным событием в жизни.

– Ну, ты по-своему оказалась права.

– Боюсь, что вышло как раз не так, как я рассчитывала. Что-то слишком много событий…

– А бизнес?

– Я хотела проверить себя. Доказать, что могу справиться, оправдать доверие отца. Вначале мне даже понравилась такая проверка собственных сил и возможностей. Теперь же… Мне хочется еще кое-что сделать… но…

– Но – что?

– Но было бы хорошо иметь семью, то есть заботиться о ком-то… Иногда я чувствую себя одинокой. Думаю, что если бы мне попался подходящий человек…

Она почувствовала, как Джейк весь напрягся.

– Надеюсь, ты не считаешь таковым Ла Порта. В нем явно говорила ревность, и Джесси даже обрадовалась – может, она ему нравится больше, чем он сам думает?

– Рене был очень добр ко мне, – сказала она, решив подразнить его. – Хотя, конечно, у меня пока не было случая проверить свои чувства к нему.

Джейк рванулся к ней, повалил на спину и крепко прижал за плечи.

– Предупреждаю, Джесс, держись от него подальше.

– Ревнуешь?

– Вряд ли. Просто из чувства долга перед твоим отцом я приму все меры, чтобы ты не связалась с таким типом, как он.

– А с таким, как ты, мне, значит, можно? – ехидно спросила Джесси, которую его слова задели за живое.

Джейк сокрушенно покачал головой.

– К сожалению, я ничего не сделал для того, чтобы защитить тебя от себя самого.

– Рене – процветающий делец, которому удается оставаться настоящим джентльменом в отличие от тебя, – сказала Джесси.

Она начинала сердиться – как смеет Джейк критиковать Рене? И не позволять ей поддерживать с ним отношения? Сам не собирается жениться, хочет только спать с ней и при этом близко не подпускает к ней никого, кто мог бы полюбить ее по-настоящему!

– Он не подходит в мужья, – заявил Джейк.

– Ты тоже, – бросила она. Джейк не ответил.

– Пусти меня! Мне, между прочим, больно лежать на этом жестком матрасе.

– Никуда я тебя не отпущу, – заявил Джейк, обхватив ее и прижимаясь к ней еще крепче.

Джесси даже задохнулась, но тут почувствовала, что он опять возбужден.

– Слушай, с меня на сегодня уроков хватит, – заявила она, сжав ноги.

– Кажется, ты сама умоляла меня научить тебя кое-чему, – с усмешкой сказал Джейк, раздвигая ей бедра коленом.

– Да ты… – проговорила она, пытаясь его оттолкнуть, но Джейк схватил ее за запястья, развел руки в стороны и прижал к постели – не вырваться. – Ты… ты просто невозможный человек, Джейк Вестон!

– Если уж кто среди нас, деловых партнеров, и невозможный, так это ты, Джессика Таггарт.

– Слезай с меня, грубиян! Я больше ни минуты этого не потерплю!

Она ерзала под ним, пытаясь высвободиться, но в результате ее ноги оказались раздвинутыми, и Джейк уже готов был овладеть ею.

– Не смей! – предупредила Джесси, увидев на его лице самодовольную улыбку. – Я тебя не пущу. Клянусь, я буду бороться…

– Тише, Джесс, – сказал он ласково. – На сегодня с нас хватит драк, правда? Будь умницей, радость моя… Я так тебя хочу…

Он поцеловал ее в губы, и она сразу вся обмякла, ответила на поцелуй и, уже изнемогая от страстного желания, отдалась. «Я погибла! – подумала она. – Я погибла, и ничего тут не поделаешь». Смирившись со своей участью, Джесси забыла обо всем на свете и позволила Джейку увлечь себя в омут неземного наслаждения.


Проснувшись, Джесси почувствовала запах кофе. Потянулась и села на кровати, огляделась вокруг – Джейка не видно, в камине пылал огонь, в окно проскользнули лучи восходящего солнца. Она быстро встала, взяла в руки платье, вернее, то, что от него осталось, и попыталась прикинуть, что можно с ним сделать. В этот момент дверь распахнулась и на пороге появился Джейк. Увидев ее, обнаженную, он улыбнулся и так и остался стоять, любуясь.

– Будь любезен, подожди во дворе, пока я оденусь, – сказала Джесси сухо.

Ей вдруг стало стыдно за то, какой необузданной она была ночью. Она мысленно поклялась, что не станет очередной его любовницей, но для этого требовалось прежде всего побороть собственные желания.

– Итак, моя милая Джесси куда-то подевалась! – Джейк криво усмехнулся. – Передо мной стоит язвительная партнерша, готовая сопровождать меня по горным дорогам.

– Язвительная?

– Ну, пожалуй, сварливая, больше подойдет.

Он шагнул вперед, Джесси прижала к себе платье и попятилась.

– Я вовсе не сварливая, – возмутилась она. – Просто хочу, чтобы наши отношения снова стали деловыми.

– Обязательно, мисс Таггарт. Давайте будем поддерживать деловые отношения. Мы с вами партнеры, и все. Это не вы были со мной в постели ночью, не вас я сжимал в своих объятиях. Не ваши прелестные груди целовал, не вы умоляли меня о любви.

– Прекрати, Джейк! Я не хочу это слышать. Мы с тобой вместе работаем, мы партнеры. Больше ничего не будет, слышишь? Мы не можем допустить, чтобы все повторилось.

– Ах вот оно что? Значит, не можем допустить? Ну а если я хочу допустить, чтобы это снова случилось?

Говоря это, он медленно приближался к ней. Джесси охватило смятение. Сейчас он ее поцелует, и она уже сама бросится к нему на шею, опять возобладают инстинкты. «Он не из тех, кто женится! – твердила она себе. – Для него жена – обуза!»

– Пожалуйста, Джейк, – сказала она. – Ты же не хочешь связать себя семьей, и я не хочу привязаться к тебе. Когда мы вернемся, я перееду из «Ангела». С моей стороны было большой ошибкой оставаться там до сих пор. Если бы я с самого начала не поселилась в салуне, мы бы никогда… между нами никогда ничего бы не произошло.

Джейк как-то сразу успокоился. Она права, конечно. Меньше всего ему хотелось посадить себе на шею несмышленую девчонку…

– Все верно, Джесс. Извини.

Он развернулся на каблуках и вышел. Когда через некоторое время Джесси появилась на крыльце, он стоял, привалившись спиной к стене, и курил сигару.

– Пожалуйста, не сердись, – попросила она. Джейк рассмеялся.

– Я не сержусь. Хотя мне и стоит здорово разозлиться на тебя. И знаешь, за что? Как ты могла так глупо поступить, не сказав мне, куда едешь?!

– Я тебя понимаю, – кротко признала она. Джесси стояла перед ним, придерживая рукой разорванный лиф.

– У меня проблема, – сказала она, потупившись.

– Вижу.

Джейк выбросил окурок и пошел к лошадям. Джесси увидела, что он уже успел перегрузить золотые слитки, найденные в хижине, обратно на мула. Открыв сумку, пристегнутую к седлу, он достал чистую рубашку и бросил ее Джесси. Чтобы поймать ее, она отпустила лиф, предоставив Джейку возможность любоваться грудью. Он тихо застонал и отвел взгляд, чертыхнувшись про себя.

Эта женщина постоянно его возбуждает, никогда еще с ним такого не было…

Джесси надела рубашку поверх платья.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

– Я тут кое о чем подумала, Джейк.

– Когда ты задумываешься, это чревато неприятностями.

Она никак не отреагировала на его подколку.

– Я подумала, что этот человек, которого я убила, может иметь какое-то отношение к смерти моего отца. Ведь опять все сделано было так, чтобы подозрение пало на китайцев, – и одеты они были в балахоны, и топорик оставили.

– Я и сам об этом думал. Но что-то тут не вяжется. Зачем ему это нужно?

– Если б я знала… – Джесси глянула в ту сторону, где под деревом вчера валялся труп Сильвы. – Куда… куда ты его дел? – удивилась она. – Разве нам не надо забрать его в город и сдать шерифу?

– Я завернул его, вон он, привязан к седлу его лошади. Мы отвезем его в Драй-Таун. Может, шериф что-нибудь еще узнает. Так ты говоришь, его звали Сильва?

– Один из банды так обращался к нему. Другой называл его Сантос.

– Ну раз нам известно его имя, то можно рассчитывать, что кто-нибудь и опознает его. Ладно, что ты стоишь. Может, поищешь какую-нибудь еду? Путь до Сан-Франциско неблизкий. – Хорошо.

Джесси пошла в дом. Джейк заметил, как она с опаской покосилась на лошадь Сильвы, вернее, на труп, привязанный к седлу. «Трудно осознать, что ты убил человека, кто бы он ни был, – подумал Джейк. – Она, конечно, переживает и это, и все, что произошло». Да, маленькая Джессика Таггарт спасла вчера ему жизнь.


Они оставили труп Сантоса Сильвы в Драй-Тауне, проведали Пэдди, которому пока что не полегчало, отправили телеграмму Бенни Ходжесу, помощнику Алека, и еще одну – в «Ангел».

Пока Джесси сидела с Пэдди и ухаживала за ним, Джейк сходил за своим Фаро и прихватил еще одну лошадь. О золоте они не сказали никому, кроме шерифа. Закончив приготовления, Джейк и Джесси отправились в путь.

Глава 19

На следующий день все обитатели «Дивного ангела» встречали Джейка и Джесси на заднем крыльце салуна. Их буквально засыпали вопросами.

– С вами все в порядке? – спросила Лови.

– Как Пэдди? – интересовалась Аннабел.

– Удалось найти золото? – волновался Руперт.

– С нами все в порядке, – отвечала Джесси. – Пэдди поправится через несколько дней. Золото мы привезли, большую часть, во всяком случае. Его пытался украсть человек по имени Сантос Сильва. Джейк дрался с ним, и я… В общем, он был убит.

Джесси была тронута столь живым участием, объясняла, что случилось. Она чувствовала себя смертельно уставшей, так как они с Джейком проделали длинный путь по горам. Остановились уже в Сакраменто, чтобы купить ей платье. Утром сели на паром, взяв хорошую каюту, – Джейк не хотел торчать с золотом на палубе, а Джесси надеялась хоть немного отдохнуть.

Разговаривая во время ночного привала в горах, они с Джейком старательно избегали каких-то личных тем и спать легли по разные стороны от костра. Джесси почти не сомкнула глаз, ей хотелось заняться любовью с Джейком, но она не осмеливалась даже заикнуться об этом. Он же говорил, что могут быть нежелательные последствия… Нежелательные для него, что касается Джесси, она бы с удовольствием родила ребенка от Джейка. Раньше она об этом не задумывалась, а теперь вот позволила себе помечтать…


Поздоровавшись с хозяевами, девицы отправились готовиться к вечернему выходу. Джесси с Джейком пошли наверх, Лови и Руперт – за ними.

– Я так боялась, – сказала Лови хозяйке, когда они вошли в кабинет. – Эта история с ограблением уже у всех на устах. Бедный Алек! – вздохнула она. – И остальных ребят жалко.

Джесси отвела взгляд.

– Так, слушай, – сказал Джейк. – Я хочу, чтобы все знали, – это вовсе не из-за плана Джесси погибли несколько человек. Бандиты знали заранее обо всех их передвижениях.

Джесси с благодарностью посмотрела на него.

– Ты хочешь сказать, что кто-то их выдал? – поразился Руперт.

– Да, либо кто-то из конторы, либо кто-то из здешних.

– Никто из наших не мог ничего подобного сделать! – запротестовала Лови.

Джейк сел за стол, вид у него был суровый.

– Я очень надеюсь, что это так и есть, но должен проверить.

– Ты единственный в городе, кто так думает, – заявила Лови. – Алек Абернат был членом масонского ордена и уважаемый человек в своем кругу. Говорят, они уже провели несколько заседаний, одно из них посетил шериф, он старался успокоить народ. Похоже, ему не удалось это сделать, так что я не удивлюсь, если к утру подожгут весь Китайский квартал.

– Какая глупость, Лови! – возмутилась Джесси. – Нападавшие на нас не были китайцами.

– Разве? – удивилась та. – А, действительно, вы упоминали человека по имени Сильва.

– Наверное, кто-то увидел топорик и сообщил об этом сюда до того, как мы отправили телеграмму, – догадался Джейк. – Надо мне пойти к Хэндли, а потом зайти в редакцию «Кроникл». Мы должны как можно скорее успокоить людей.

– Я пойду с тобой, – решительно заявила Джесси.

– Никуда ты не пойдешь. Я обещал тебе самую горячую ванну в Сан-Франциско, и ты ее сейчас же получишь. Лови, проводи Джесс в ее комнату, – распорядился он и положил руку на плечо Руперта. – А ты нагрей воды. Джесси заслужила хорошую ванну.

– Я ждала, что нам всем от вас влетит, – сказала Лови.

Джейк метнул на нее сердитый взгляд.

– Все еще впереди. Сейчас самое главное – предотвратить расправу над китайцами, они не должны пострадать за чужие грехи.


Почти целый час Джесси отмокала в ванне, которую ей приготовил заботливый Пако, он даже раздобыл какие-то ароматические масла и налил в воду. Она была счастлива, что снова в «Ангеле», счастлива, что оказалась наконец дома. Странно, что она считает салун своим домом…

Джесси понимала, что отчасти это из-за того, что здесь живет Джейк. Она предупредила его, что переедет, но ей не хотелось съезжать отсюда. Ей нравилось быть рядом с ним, таким сильным, решительным, уверенным в себе, пусть иногда и упрямым. Если бы только Джейк испытывал к ней более глубокие чувства, ведь он теперь небезразличен ей, она чувствует, что с каждым днем привязывается к нему все сильнее.

Но он считает, что они не подходят друг другу. Джесси тоже так думала вначале. А сейчас она увидела, каким заботливым, предупредительным он может быть, всегда готов броситься на ее защиту.

Он предан друзьям и непоколебим в своих убеждениях, у него четкие представления о том, что хорошо и что плохо, и все это не могло не восхищать ее.

Чем больше она узнавала его, тем понятнее становилось, почему ее отец сделал их партнерами. Джейк трудолюбив, не боится трудностей, он великолепно ведет дела, и благодаря его усилиям доход компании возрастал, пока не наступила полоса неудач и несчастий. Но эти происшествия все больше становились похожи на провокацию.

Джесси надела очаровательное розовое платье, отделанное черными кружевами, и посмотрелась в зеркало – вид свежий, вполне отдохнувший. Можно спуститься вниз, она, несомненно, произведет впечатление на Джейка. Очень хотелось провести этот вечер с ним, никаких женщин она к нему больше не подпустит.

Все это прекрасно, да только вот ей совсем не хочется стать новой любовницей Джейка Вестона. Решение принято: либо он отказывается от других женщин и обещает быть верным ей, либо она найдет ему замену. В Сан-Франциско мужчин полно, и среди них наверняка есть тот, кем она увлечется, тот, кто полюбит ее и захочет взять в жены.

Но эта, казалось бы, спасительная мысль привела ее в уныние – Джейку Вестону трудно найти замену. Но тем не менее сдаваться – не в ее характере.

Прежде чем спуститься в зал, Джесси посмотрела, что делается внизу. Первый, кто попался ей на глаза, был Руперт, беседовавший с китайским кули; тот что-то говорил, размахивая руками и указывая пальцем наверх, на Джесси. Руперт махнул хозяйке рукой – мол, спускайся сюда скорее.

В баре народу было немного, но вот-вот повалит публика, которая останется вплоть до закрытия. У стойки несколько старателей, в уголке Хорас Мак-Кафферти беседует с Меган О'Брайен. Пианист Пит открыл крышку фортепиано, собирается исполнить свой ежевечерний репертуар.

– Что случилось, Руперт? – спросила Джесси, подходя к бармену.

– Да тут вот одна неприятность… Этот человек из компании Чарли Синга… – Он указал на китайца. – Он работает в порту. Говорит, туда прибыл «Фэйр винд», и его команда собирается навестить нас вечером. «Фэйр винд» – это клипер, на котором известный вам Бул Хаскинс служит помощником капитана. Они завершают погрузку и завтра отправляются в Китай.

– Ну и что? Что тут такого?

– Да, похоже, Бул приведет чуть ли не всю команду – устроить в «Ангеле» дебош, чтобы отомстить за то, как с ним обошлись в прошлый раз. Говорит, преподнесет нам сюрприз на прощание.

Тут Руперт замялся и потупился, словно не решаясь продолжать.

– Говори, что еще, – приказала Джесси.

– Ну, мэм, он хвастается, что у него остался жетон, который он должен положить на ваш туалетный столик.

Джесси побледнела и сжала губы.

– Как скоро они должны прийти сюда? Что говорит китаец?

– Они уже направляются сюда.

– О Господи! – воскликнула Джесси и огляделась вокруг. – Джейк вернулся?

– Нет, мэм. А раз и Пэдди отсутствует… – Руперт не закончил фразу, нырнул под стойку и вытащил ружье.

– Я не хочу, чтобы кто-нибудь был убит, Руперт, – заявила Джесси. – Я уже не та наивная девчонка, какой была, когда столкнулась с Булом Хаскинсом. Я встречу их у входа и попробую убедить всю компанию пойти в «Золотую колючку» и развлекаться там.

– Мисс Джесси, я бы на вашем месте не очень рассчитывал на переговоры…

– Как-нибудь справлюсь, Руперт. Позови-ка Пако, пусть они с Лови поищут Джейка.

– Вот это здравая мысль, – одобрил Руперт и отправился на кухню, а китаец поспешно выскользнул на улицу и побежал прочь.

Джесси зашла за стойку и налила себе порцию виски, опрокинула его в рот, как всегда делал Джейк. Откашлявшись, подошла к двери и принялась наблюдать за улицей. Лови и Пако выскочили на улицу и побежали в разные стороны. Руперт занял свое место у стойки, готовый ко всему.

Через несколько минут Джесси бросила через плечо Руперту:

– Их человек двадцать, и вид у них весьма боевой.

– Ох, где же Джейк? – пробормотал тот и взял в руки ружье.

Джесси посмотрела наверх и увидала, что на лестнице столпились все девушки в своих кружевных неглиже, готовые защищаться – кто держит в руке пистолет, кто палку, кто нож, а кто и шляпные шпильки. Их клиенты в спешке покидали заведение, застегивая на ходу сюртуки, засовывая галстуки в карманы. Да и многие игроки повыскакивали из-за столов и бросились к дверям. Все они пробирались мимо Джесси на улицу и тут же исчезали из виду. Правда, некоторые не двигались с места в ожидании бесплатного спектакля – публичный дом сражается с командой корабля.

Топот башмаков по тротуару приблизился, и Джесси вышла из дверей. Команда остановилась у входа в салун, впереди Бул Хаскинс. У Джесси даже поджилки задрожали, такой он огромный, широкоплечий, мощный…

Он оглядел ее с ног до головы и сказал:

– А ты даже симпатичней, чем я помню, куколка! – Он порылся в кармане и вытащил медный жетон. – Вот, пришел получить свое за этот жетончик.

– Извини, Бул, – ответила Джесси храбро, глядя ему в глаза. – Мы для вас закрыты, не хотим иметь проблем.

– Тогда лучше открывайте, куколка. Это команда лучшего корабля, «Фэйр винд», и мы пришли, чтобы пить и развлекаться со шлюхами до самого рассвета.

– Нет, Бул. Ступайте в «Золотую колючку» и развлекайтесь там. Они будут рады вашим деньгам.

– А это что?

Бул указал пальцем в сторону салуна. Джесси обернулась, и в то же мгновение он схватил ее за талию, забросил на плечо и шлепнул по заду. Загоготав, крикнул своим:

– Ну, ребята, пошли! Даешь виски, карты и девочек!

– Поставь меня на землю, болван! – крикнула Джесси.

В ответ – взрыв хохота и новый шлепок. Бул толкнул ногой дверь «Ангела» и вошел.

Джесси отчаянно колотила кулаками по его спине и уже собиралась выругать наглеца последними словами, как вдруг он застыл на месте. Глянув на матросов, которые двинулись было за своим предводителем в салун, она увидела, что все обалдело уставились куда-то вперед. Бул медленно опустил Джесси на пол, и она смогла понять, в чем дело. За стойкой стоял Руперт, прицелившись из ружья прямо в грудь Хаскинса, за ним полукругом выстроились девушки со своим нехитрым оружием в руках. Это зрелище ободрило Джесси.

– А теперь, мистер Хаскинс, – спокойно проговорил Руперт, – предлагаю вам и вашим ребятам отправиться в «Золотую колючку», как вам советует мисс Джесси.

– Ага, уже идем, – вдруг согласился Бул. И тут же рванул Джесси за руку и поставил перед собой, прикрывшись ею от возможной пули. Одной рукой он прижимал ее к себе, а другой схватил за горло.

– Я сверну ей шею, если ты, ублюдок, и твои девки не побросают оружие! – крикнул он Руперту.

– Не делай этого, Руперт! – проговорила Джесси, за что и получила пинок коленом.

Девушки неохотно подчинились, Руперт тоже, но в этот момент за дверью раздались торопливые шаги и…

– Оставь ее, Бул! – раздался зычный голос Джейка.

Он остановился в нескольких шагах от Була, положив ладонь на рукоятку «кольта». Хаскинс ослабил хватку, но рук с горла Джесси не убрал.

– Лучше тебе поступить так, как советует мистер Вестон! – раздалось с другой стороны.

Вся команда повернулась на голос. Из задней двери появился Чарли Синг, за ним с десяток его людей. В ту же секунду в двери ввалился целый отряд, вооруженный топориками. Улица перед салуном была запружена китайцами. Они стояли молча, готовые к атаке.

– Я сказал, послушайся мистера Вестона и отпусти мисс Таггарт, – повторил Чарли Синг на хорошем английском.

Бул опустил руки, и Джесси бросилась к Джейку. Он обнял ее за плечи.

– Ну так что, – проговорил Бул, вглядываясь в непроницаемые лица китайцев. – Мы пойдем? Кажется, не такая уж плохая идея, а? – обратился он к своим. – Пошли в «Колючку», ребята?

– И впредь не появляйся в «Ангеле», Бул, – предостерег его Джейк, когда матросы дружно направились к выходу. – Тебе здесь больше нечего делать.

Бул остановился и сунул руку в карман, Джейк было снова схватился за «кольт», но тот достал всего лишь медный жетон и швырнул его хозяину салуна.

– Мне это больше не понадобится.

Когда команда «Фэйр винд» удалилась, китайцы спрятали свои топорики под балахоны и начали расходиться.

– Мистер Синг, погодите! – крикнула Джесси. Тот остановился и поклонился ей.

– Пожалуйста, примите мою благодарность за то, что вы и ваши люди сделали для нас.

– Пустяки, мисс Таггарт. Ваш отец сделал для нас гораздо больше, мы перед ним в неоплатном долгу.

– Может быть, хотите выпить чаю? – предложила она. – Или чего-нибудь покрепче?

– Простите, мисс Таггарт. У меня есть неотложные дела.

– Я присоединяюсь к Джесси и благодарю вас за помощь, – сказал Джейк.

Чарли Синг поклонился и вышел.

– С тобой все в порядке? – спросил Джейк.

– Вполне.

Но ответ не показался ему убедительным.

– Думаю, ты права, тебе нужно отсюда переехать. Рано или поздно может случиться новая неприятность. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Джесси выпрямилась и гордо подняла голову.

– Я перееду, если ты так хочешь, но не потому, что боюсь. Прекрасно справилась бы и без твоей помощи. Мистер Синг так или иначе остановил бы Була Хаскинса. Так что ты тут ни при чем.

– Салун – неподходящее место для леди. Я говорил это раньше и теперь придерживаюсь того же мнения.

Джесси метнула в него сердитый взгляд.

– Ты хочешь от меня отделаться, чтобы Моник могла без опаски забраться к тебе в постель. Только это тебя и заботит, похотливый жеребец!

– Ты просто дурочка! Это не так, и ты сама знаешь!

Но Джесси и слушать не стала, отправилась к себе наверх упаковываться. Он хочет, чтобы она уехала, – ну и пожалуйста, к утру ее здесь не будет!

Джейк тяжело вздохнул и пошел к бару. Все он сделал правильно. Джесси должна жить в хорошем, респектабельном доме, надо найти для нее подходящие меблированные комнаты, а он сам будет управлять «Дивным ангелом», как и раньше. Джесси же пусть переключится на грузовые перевозки.

Они будут реже видеться, и он перестанет все время желать ее, думать о ней… Вернется к прежней жизни, возобновит отношения с Моник или заведет роман с той симпатичной вдовушкой, что живет неподалеку от конторы. Как там ее зовут? Фамилия Мак-Кензи…

– Налей мне виски, – обратился он к Руперту. – Двойную порцию.

– Опять поссорились, босс?

– С ней трудно, Руперт.

– Ну у нее и выдержка, скажу я вам. Несгибаемая женщина.

– Не могу поверить, что ее отец хотел, чтобы она управляла таким заведением, как наше.

– По мне, так очень даже может быть. Старик Генри никогда не оглядывался на общественное мнение и правила приличия. Вспомните, как он принял китайцев, когда все их избегали. Тоже считалось неприличным, но разве Генри это остановило?

– Да, вроде бы ты говоришь дело…

– Мне кажется, мисс Джесси идет по стопам отца, она похожа на него больше, чем можно подумать. Вы лучше будьте начеку, босс, не то не успеете оглянуться, как окажетесь с колечком на пальце.

– Вот этого я и стараюсь избежать.

Что правда, то правда. Быть с Джесси – значит жениться на ней, а брак не для него. Всю свою жизнь он кочевал с места на место, менял работу, ценил свободу. Встретившись с Генри и получив должность, Джейк понял, что эта работа ему по душе, и преуспел в управлении компанией.

Его вполне устраивает положение вещей, ему нравится жить так, как он жил до тех пор, пока Джесси Таггарт не ворвалась в его жизнь. Он думает о ней днем и ночью. Особенно ночью… Так хочет ли он избавиться от нее?

Кто взамен? Вдова Мак-Кензи? Перспектива так себе. С Джесси ее не сравнить, как плохое пиво с отличным бренди.

– Пусть Пако приготовит мне ванну, – распорядился он и отправился к себе.


Джесси упаковывала свои вещи целый час, усердно занимаясь нудным делом только для того, чтобы не заплакать. Ничто не изменит этого человека. Старается держать дистанцию, хочет, чтобы она исчезла из его жизни… Ну и пусть, у нее тоже есть гордость, и навязываться не в ее правилах.

В дверь постучали, послышался голос Лови:

– К вам просится Шу Линг! Говорит, это очень важно.

– Пусть войдет!

В мансарду поднялась Шу Линг. Джесси пригласила ее на диванчик возле камина и присела рядом.

– Что случилось, Шу Линг? – поинтересовалась она, увидев взволнованное лицо маленькой китаянки.

– Шу Линг не хочет неприятностей, она хочет помочь своим людям.

– Рассказывай.

– Мои уважаемые земляки… китайцы, которые были здесь… Помните?

– Да. Так что?

– Они сказали мне, что нашли еще один топорик тонга СПР. Он был оставлен людьми, которые забрали ваше золото. Это так?

– Мы знаем, что это были не китайцы, Шу Линг. Джейк уже посетил шерифа и редакцию газеты, он сообщил об этом.

– Вы уверены?

– Абсолютно. А что?

– Чарли Синг думает, что виноват Гум Сан, так им выгодно дискредитировать Союз портовых рабочих.

– Но преступление было совершено белыми людьми!

– Чарли Синг не знает этого.

– И что он собирается предпринять? – заволновалась Джесси.

– Мне сказали, что сегодня ночью готовится нападение на Гум Сан. Тогда начнется война между тонгами.

– Но это безумие! Ток Лой тут ни при чем! Это сделал Сантос Сильва.

– Кто-то должен рассказать им, мисс Джесси. Кто-то, кому они доверяют. Они доверяли вашему отцу и поверят вам. Мы скажем мистеру Джейку, и он отведет нас туда.

– Мистер Джейк занят, – заявила Джесси, хотя и не была уверена, что это так. – Отведи меня к ним сама.

– О нет, мисс! Это очень опасно. Нет-нет. Я найду мистера Джейка.

Она направилась к двери.

– Мистер Джейк не отведет нас туда, Шу Линг. Он боится, как бы со мной чего не вышло. Неизвестно, захочет ли он помочь нам, а я не собираюсь оставаться в стороне, когда речь идет о жизни твоих соотечественников. Кто-нибудь в Китайском квартале покажет мне дорогу к Чарли Сингу.

Шу Линг колебалась.

– Мистеру Джейку не понравится эта затея. Он такой вспыльчивый… Но я – ваша рабыня, мисс Джесси, и я должна помочь своим. Пошли.

Джесси быстро переоделась в неброское темно-синее платье, накинула плащ с капюшоном, и они с Шу Линг спустились по черной лестнице вниз.


В помещении зала для собраний организации «Сыны свободы» было душно и накурено. Собралось больше двух сотен мужчин, большинство сидели на скамьях, остальные толпились вдоль стен. Девушки разносили пиво и виски, обсуждение китайской проблемы в Сан-Франциско проходило горячо и бурно.

Некто Скиннер влез на стул, чтобы все его видели, и, размахивая пивной кружкой, кричал громче всех:

– У нас восьмичасовой рабочий день, а что это нам дает? Эти сукины дети, китайцы, вкалывают с утра до ночи за гроши. Питаются рисом и рыбой, отбирают у нас работу, а потом еще воруют и убивают!

И толпа, поддерживая его, одобрительно гудела:

– Они крадут у нас работу!

Сидевший неподалеку Казек Бошек внимательно слушал подвыпившего оратора.

– А потом отправляют заработанные деньги в Китай, – тихонько подсказал он рыжему Скиннеру.

– Да, им удается еще и деньги переправлять своим голодранцам-родственникам в Китай! – подхватил тот.

Хорас Мак-Кафферти с восхищением наблюдал, как Казек умело манипулирует своим работником. Надо сказать, Бошек ненавидел китайцев и хотел расправиться с ними не меньше, чем сколотить капитал. Хорас считал, что, наступая на горло эмигрантам-азиатам, он мстит за свое униженное положение эмигранта-поляка.

– Алек Абернат был честным христианином. После его гибели осталась вдова и трое детей, – сообщил Скиннер, потрясая кружкой. – Выпьем за прекрасного человека, честного белого человека! За масона тридцать второй степени! За сына свободы!

Он залпом выхлебал все, что оставалось в кружке, и снова обратился к толпе:

– Я знаю, что нужно сделать с желтолицыми и их косоглазыми шлюхами! – В руке Скиннера блеснул нож. – Кто со мной?

Мужчины повскакивали с мест, размахивая оружием. Скиннер издал боевой клич и бросился к дверям, орущая толпа ринулась за ним. В считанные минуты зал опустел. Только два человека – Хорас и Казек – остались на своих местах и молча наблюдали, как официантки подметают пол. Одна из них, обращаясь к Бошеку, сказала:

– Черт знает что сегодня затевается, мистер.

– Да, похоже на то, – согласился тот.

Он встал, потянулся и зевнул. Потом окинул одобрительным взглядом пышные формы девицы и сказал:

– Я бы даже врагу не посоветовал выходить на улицу сегодня. Где же ты проведешь ночь, красавица?

Она встрепенулась.

– Да я замужем, мистер.

Бошек разочарованно сплюнул на пол.

– Тогда топай домой, да поскорее.

Та испуганно глянула на него и поспешила прочь. Казек достал сигару и закурил.

– Так, значит, Вестон нашел золото? – спросил он, выпуская клуб дыма.

– Почти все, – ответил Хорас. – Если бы этот идиот Сильва не прихватил с собой девчонку, ему удалось бы скрыться.

– У него весь ум помещался в штанах, – сохальничал Бошек.

– Может, пойдем поужинаем? – спросил Хорас.

– Не надо, чтобы нас часто видели вместе. Отправляйся к себе в контору и подумай о том, как заставить девчонку Таггарт продать свою долю. Мне нужна эта компания. С моими связями я за месяц утрою доход.

– Я уж и так старался, использовал все аргументы, не знаю, что и делать.

– Девчонка – твой клиент, не так ли? Вот и занимайся своим делом. Разберись с ней, а я займусь Вестоном.

Мак-Кафферти встал и надел шляпу.

– Ну, спокойной ночи, Казек.

– Угу, – буркнул тот, провожая адвоката взглядом.

Интересно, рассосалась ли толпа? Хорошо бы взять кеб и отправиться поужинать в ресторан, допустим, к «Антону» – с высокого холма открывается замечательный вид на Китайский квартал. Бошек удовлетворенно захихикал – если все пойдет, как надо, зрелище будет увлекательное.

Глава 20

– Что случилось? – всполошилась Джесси, когда экипаж внезапно остановился посреди темной, безлюдной улицы. Ночь была безлунная, густые облака затянули все небо. Кучер перегнулся к ней и объявил:

– Дальше я не поеду, мэм.

– Но нам нужно найти Союз портовых рабочих.

– Простите, мэм, но, кроме китайцев, только круглые идиоты осмелятся ездить ночью по Китайскому кварталу, а я ни тот и ни другой, так что не обижайтесь.

Джесси протянула кучеру несколько монет. Экипаж развернулся и умчался прочь, две женщины остались стоять на пустынной улице. Квартал затих, ни звука шагов, ни голосов. Странно, днем здешние улицы запружены толпой китайцев, суетливой и шумной. Что ж, они все вымерли, что ли? Двери домов и лавок заперты, окна закрыты ставнями, ни один огонек не светится в ночи, только несколько тусклых фонарей, расставленных на значительном расстоянии друг от друга, помогают определить дорогу.

– Нам далеко идти, Шу Линг? – спросила Джесси, с опаской оглядываясь вокруг.

– Всего несколько кварталов, мисс Джесси. Надо было нам взять с собой мистера Джейка.

– Я же сказала тебе, что Джейк на это не согласится.

– Тогда идемте сюда. – И Шу Линг указала рукой на узкую улочку. – Только… Извините, мисс Джесси… – Она надвинула капюшон Джесси так, что он закрыл ее лицо. – Белые девушки очень высоко ценятся на рынке рабов, мисс.

Джесси была потрясена.

– Да неужели кто-нибудь осмелится… О Боже! Этого быть не может! – прошептала она.

– Их увозят в Макао или в Гонконг. Пожалуйста, закройте лицо, чтобы никто вас не приметил.

Джесси занервничала.

– Пойдем быстрее, – поторопила она Шу Линг.

Уверенности в ней поубавилось, и она шла рядом с китаянкой, испуганно озираясь вокруг. Скоро им навстречу попались несколько мужчин. Джесси опустила низко голову, чтобы прошмыгнуть мимо, и наткнулась на одного из них.

– Простите… – пробормотала она.

Тот недоуменно глянул на нее и что-то громко сказал по-китайски.

– Пожалуйста, мисс Джесси, не разговаривайте. Шу Линг будет говорить за вас в Китайском квартале.

Джесси уже жалела, что не послушалась служанку. Благоразумнее было бы предоставить Джейку разобраться с этой проблемой.

– Торопитесь, мисс Джесси, – попросила Шу Линг, заметив, что ее спутница замедлила шаг.

Джейк страшно разозлится, когда узнает, что она решилась предпринять. Но сейчас даже ярость Джейка пугала ее меньше, чем эта ужасная улица. Но остановиться, повернуть назад уже нельзя. Если можно предотвратить бессмысленное кровопролитие, нужно это сделать.


– Лови, ты не видела Джесси? – спросил Джейк. – Ее нет у себя в комнате, и внизу она не появлялась.

– Ты уверен?

– Я видела ее с Шу Линг, – сообщила Аннабел. – Они выходили через заднюю дверь и одеты были для улицы, на мисс Джесси плащ с капюшоном. Я еще удивилась – куда это они на ночь глядя?

– О Господи! – воскликнула Лови. – Надо было мне отвести Шу Линг сначала к тебе, Джейк. Но я подумала, ты спишь. Ты выглядел таким усталым, я просто не решилась тебя беспокоить.

– При чем здесь Шу Линг? Что происходит? – вспыхнул Джейк, предчувствуя недоброе.

– Она пришла ко мне и стала говорить о какой-то войне между тонгами, которая должна начаться сегодня ночью. Сказала, что Чарли Синг обвиняет Гум Сан в ограблении каравана с золотом. Шу Линг хотела поговорить или с тобой, или с Джесси.

– Война тонгов? – переспросил Джейк и застонал. – Только этого не хватало! Весь город уже готов обрушиться на Китайский квартал. Белые жаждут отомстить за смерть Алека и готовы выместить свою злобу на ком угодно. Джесси не могла отправиться в Китайский квартал! Что она, сумасшедшая, что ли?

Но ответ он знал и сам – она не сумасшедшая, но отчаянная и упрямая, в этом вся беда. Джейк метнулся в свою комнату и стал собираться, вернее, вооружаться – надел широкий пояс, пристегнул кобуру с двумя «кольтами», сверху длинный сюртук. Схватил шляпу и направился к черной лестнице.

Бессмысленно злиться на Джесси, он сам во всем виноват. Она не предупредила его, потому что знала: он не пустит ее туда и не возьмет с собой, слишком опасно. Получается, вместо того чтобы защитить Джесси, он вынуждает ее идти на риск. Научится ли он когда-нибудь понимать эту женщину?

Черт возьми, о чем он думает? Нужно идти ее спасать!


Ток Лойхонг сунул мелкую золотую монетку человеку, который только что принес новости – члены СПР собираются на причале, готовясь напасть на штаб Гум Сан. Они двинутся на него с трех сторон.

– Ты молодец, – похвалил информатора Ток ой и обратился к своим телохранителям: – Пошлите гонцов собрать тонг. Встречаемся возле склада Чин Ло. Выведите всех слуг и наложниц из дома через подземный ход.

«Вот и пришел день сведения счетов», – подумал Ток Лой, когда все ушли. Чарли Синг – человек молодой, импульсивный, он не думает о последствиях своих поступков. Теперь китайцам в Сан-Франциско придет конец, а все потому, что Синг не хочет прислушаться к голосу разума, рубит сплеча.

Ток Лой уверен: за всеми трагедиями, в которых обвиняют выходцев из Китая, стоит кто-то другой. Но кто? Какой-то белый человек, который ненавидит китайцев. Или тот, кто много выиграет от крушения тонгов или разорения «Таггарт энтерпрайзис». Ток Лой тяжело вздохнул. «Если мы, китайцы, не поубиваем друг друга, то белые дьяволы прикончат нас всех», – подумал он.

Он знает о собраниях христиан, слухи о них распространились сразу же после известия о гибели Алека Аберната. Они жаждут драки. Многие китайцы собрали свои пожитки и готовы бежать при первой же возможности.

Китайцев никогда не считали за людей, белым они не ровня. Даже закон их не защищает, как других эмигрантов в этой стране. В законе они называются «гостями». Ничего себе гости! Ток Лой горько усмехнулся. Разве с гостями так обращаются? Разве гостей избивают?

Ток Лой поднялся навстречу вошедшим телохранителям, кивнул им, и все трое вышли из кабинета.


– Мы уже почти пришли, мисс Джесси. Джесси ускорила шаг, но в этот момент трое незнакомцев преградили женщинам путь.

Шу Линг резко остановилась и придержала хозяйку за руку. Шу Линг заговорила, по голосу чувствовалось, как она взволнована. Мужчина, похоже, упорствовал, а китаянка настаивала на своем.

Когда мужчина развернул Шу Линг за плечи и указал ей пальцем – мол, иди, откуда пришла, Джесси не выдержала и заявила:

– У нас неотложное дело. Дайте нам пройти!

– Не надо! – закричала Шу Линг, но мужчина уже протянул руку и сбросил капюшон с головы Джесси.

Ее темные волосы рассыпались по плечам. Джесси удивленно уставилась на него и заявила строгим, как ей казалось, голосом:

– Я сказала, пропустите нас!

Тот, что повыше ростом, бросил на нее гневный взгляд, двое других двинулись к ней. «Я уже на пути в Макао!» – подумала Джесси, и ее охватил ужас.

Но высокий китаец, внимательно вглядевшись в ее лицо, спросил:

– Вы – дочка Генри Таггарта?

– Да, это мой отец.

– Вы не должны бродить ночью по улицам.

– Мы ищем Чарли Синга.

– Он сегодня занят. Сейчас же уходите отсюда. Мы тоже уходим.

– Я должна поговорить с мистером Сингом.

– Ничем не могу вам помочь. Может, вы хотели бы повидать кого-то еще?

Джесси на секунду задумалась.

– Ток Лойхонга.

– Штаб Гум Сан тут неподалеку. Шу Линг проводит. Но лучше вам послушаться моего совета и отправиться домой.

– Это невозможно. Мужчина отступил в сторону.

– Если вы не боитесь дыхания дракона, то обязательно попадете ему в пасть.

– Послушайте его, мисс Джесси. – Голос Шу Линг дрожал от страха. – Мы пришли слишком поздно. Нам нельзя идти дальше.

– Нам нельзя останавливаться на полпути! – возразила Джесси.

– Тогда поторопимся.


– Наступил день, которого мы все так ждали! – говорил Чарли Синг, стоя на бочке и обращаясь к толпе, собравшейся вокруг него. – Белые готовятся сжечь ваши дома, ваши лавки, и в этом виноват тонг Гум Сан. Ток Лойхонг и его последователи вызвали гнев на головы выходцев из великого Китая. Они опозорили память предков, и с ними нужно покончить.

Подняв над головой топорик, он закричал:

– Это правое дело! Мы, доблестные воины организации Союз портовых рабочих, должны выполнить свою миссию!

Толпа зашумела, размахивая топориками. Чарли продолжал:

– Убейте Гум Сан! Убейте Гум Сан! Все в их штабе должны умереть! Убейте слуг, убейте наложниц Ток Лоя! Убейте всех!

Он спрыгнул с бочки и пошел вперед, за ним двинулась толпа, орущая: «Убейте их! Убейте их!»


Джесси и Шу Линг остановились в нерешительности перед трехэтажным зданием с большими ярко-красными дверями и красными резными рамами на окнах. Медные ручки дверей таинственно поблескивали.

Затаив дыхание, Джесси взялась за молоточек и несколько раз громко стукнула в дверь. В окне соседнего дома мелькнула чья-то тень, и тут же все огни в округе словно по команде потухли и на улице стало темно. Джесси снова постучала. Никто не ответил. Тогда она толкнула дверь, и та со скрипом отворилась. Обернувшись к Шу Линг, Джесси спросила:

– Ты уверена, что это тот самый дом?

– Да, мисс Джесси, но мы не должны входить внутрь.

Проигнорировав это предостережение, Джесси вошла в здание. В холле было почти темно, горело лишь несколько свечей, освещая широкую лестницу, пахло какими-то благовониями, приятно было вдохнуть их аромат после отвратительных запахов грязной улицы.

Джесси огляделась. На одной стене шелковое панно с вышитыми диковинными птицами, на другой – картина, изображающая битву китайского воина с огнедышащим драконом.

– Эй! Есть кто-нибудь? – крикнула Джесси, потом еще раз, громче: – Есть тут кто-нибудь?

– Никого, – сообщила Шу Линг. – Давайте уйдем.

– Нет, идем наверх, нас могут не слышать. Китаянка ойкнула, но послушно отправилась за госпожой.

* * *

Ток Лой все продумал. Чарли Синг со своей бандой войдет в здание штаба Гум Сан и, не найдя там никого, скорее всего разнесет все в щепки. Но это не важно. Еще до наступления утра с Союзом портовых рабочих будет покончено. Гум Сан возьмет под контроль и торговлю женщинами, и торговлю опиумом в городе.

Ток Лой, разделив своих людей на три группы, послал их к штабу. Он планировал заманить Чарли Синга в ловушку и покончить с ним на территории Гум Сан. В этом доме люди Ток Лоя знают каждый закуток, им известен каждый закоулок вокруг него.

Пока Синг и его команда будут крушить штаб, часть защитников Гум Сан войдет в здание с заднего, потайного входа, другая – с парадного, и еще десять человек проникнут в дом через крышу. Вот Синг и попадется.

Ток Лой улыбнулся, радуясь собственной изобретательности, и подумал, что возраст и опыт в данном случае – большое преимущество.


Поднявшись на верхний этаж, Джесси и Шу Линг вошли в полуосвещенную комнату. В этот момент на улице раздался какой-то гул. Обе разом вздрогнули и прислушались.

– Пойдемте отсюда, мисс Джесси, – взмолилась китаянка, в ее глазах застыло выражение ужаса.

Джесси отстранила ее и, распахнув створчатую дверь, вышла на открытую веранду. Гул перерос в шум голосов и топот, у Джесси бешено забилось сердце. По улице двигалась толпа мужчин, вооруженных топориками и ножами.

– Пожалуйста, мисс Джесси, – молила ее Шу Линг, – бежим отсюда!

– Думаю, что бежать уже поздно.

Толпа запрудила улицу, размахивая оружием и выкрикивая угрозы. Через минуту они ворвутся в дом.

– Быстрее… спрячемся… – прошептала Шу Линг, пытаясь затащить госпожу обратно в комнату.

– Мы пришли говорить с ними, у нас нет выбора.

Джесси кинулась к лестнице, но услышала внизу звон стекла, грохот мебели, крики и визг. Выбежав на веранду, она увидела, что группа людей устремилась в здание. На соседней крыше появились китайцы в черных балахонах, подпоясанных красными шнурами, они перепрыгнули на крышу здания штаба, а оттуда на веранду. Джесси вскрикнула и повернулась было к двери, но там уже стояли несколько человек с факелами и ножами в руках, не обращая на нее никакого внимания, они не спускали глаз с незваных гостей.

– Подождите! – крикнула им Джесси и сорвала с головы капюшон.

Она молила Бога, чтобы кто-нибудь из этих китайцев узнал ее. Все взоры обратились к ней, надо было продолжать, но во рту пересохло. Сделав над собой усилие, Джесси сказала:

– Я должна поговорить с Ток Лойхонгом или с Чарли Сингом. Я – Джессика Таггарт, дочь Генри Таггарта. Я пришла сюда, чтобы встретиться с Ток Лойхонгом и Чарли Сингом.

Джесси старалась не выказать волнения, но голос ее дрожал и срывался. Китайцы, очевидно, пытались сообразить – нужно ли выполнить просьбу этой женщины, или следует продолжать битву. Сердце Джесси колотилось так сильно, что, казалось, все вокруг должны были слышать его стук. Напряженную тишину нарушил выстрел и звук гонга внизу.

– Кто двинется с места, пристрелю! Это был голос Джейка.

У Джесси даже голова закружилась от радости. На улице появился Ток Лой в окружении телохранителей.

– Лучше не вмешивайтесь, мистер Вестон, – обратился он к Джейку.

– С удовольствием последую вашему совету, но только после того, как вы вызволите ее оттуда. – Джейк показал рукой наверх.

Ток Лой поднял голову и увидел Джесси.

– Мисс Таггарт? – поразился он, потом перевел взгляд на дверь своего штаба. Оттуда вышли несколько человек Синга, а вслед за ними и он сам собственной персоной. – Мисс Таггарт, вы попали в пасть дракона, – удрученно сообщил Ток Лой.

– Мисс Таггарт здесь? – удивился Чарли Синг.

Два главаря тонгов стояли друг против друга, Джейк – между ними.

– Спускайся, Джесси! – крикнул Джейк. – Сейчас же!

Господи, как же он на нее зол, но это ничего, это пройдет, главное, он здесь! Джесси перегнулась через перила и заявила:

– Сначала я должна кое-что сообщить нашим друзьям! Джентльмены, мы можем поговорить все вместе на улице?

Ток Лой и Чарли Синг переглянулись и кивнули.

– Как пожелаете, мисс Таггарт, – ответил Ток Лой.

Джесси, подобрав юбки, поспешила по лестнице вниз, за ней верная Шу Линг. Они протиснулись сквозь ряды вооруженных китайцев, застывших в ожидании дальнейших приказаний.

На улице Ток Лой и Чарли Синг, оставив своих телохранителей в стороне, подошли к Джесси. Джейк соскочил с коня, привязал его к фонарю и присоединился к ним. Джесси отважилась ему улыбнуться, получила в ответ кривую усмешку и начала:

– Я пришла к вам как к друзьям, которых уважаю и ценю. – Она старалась подобрать точные слова. – Мне надо сообщить вам важную вещь, я спешила это сделать, и мой отец поступил бы так же. Дело в том, что я видела тех людей, которые ограбили караван и убили Алека Аберната. Эти люди – не китайцы. Мистер Вестон уже проинформировал об этом шерифа и сообщил в газеты, завтра в «Кроникл» появится статья. Поэтому вы должны прекратить драться друг с другом. Заваруха в Китайском квартале станет катастрофой для вас и вашего народа.

Где-то неподалеку послышался гул голосов и топот. Джесси оглянулась.

– Похоже, вы опоздали с вашим признанием, – сухо заметил Ток Лой.

Он поднял голову и дал знак своим людям спускаться, Чарли Синг сделал то же самое. Улица осветилась факелами, из-за угла появилась толпа воинственно настроенных мужчин.

– Черт возьми, Джесси! – воскликнул Джейк. – Чуяло мое сердце, что когда-нибудь нас убьют из-за твоего своеволия, и этот день, судя по всему, наступил.

– Но я должна была сделать это, Джейк. Ты же не позволил мне, вот я и пришла сюда сама.

– Останемся живы – поговорим всерьез. Джесси только вздохнула.

Китайцы – и те, кто был внутри, и еще несколько сотен появившихся неведомо откуда – заполнили улицу перед домом. Они строились и готовились отразить удар.

Джесси решительно двинулась навстречу толпе белых мужчин. Джейк не поверил собственным глазам.

– Нет, эта женщина ненормальная! – воскликнул он и бросился за ней. – Джесси! Тебе очень повезло с теми матросами, но не надо испытывать судьбу!

– Я очень везучая, Джейк, потому что правда на моей стороне. Надо их остановить.

– Ты что, возомнила себя Жанной д'Арк?

– Я – дочь Генри Таггарта и собираюсь доказать, что достойна быть ею.

Толпа белых рабочих приближалась, выкрикивая угрозы. Впереди с факелом в руках вышагивал Хэнк Скиннер.

– Ребята, смелее! – заорал он. – Вон они, желтомордые! Бей их!

– Стойте! – Звонкий голос Джесси перекрыл гул толпы.

Она бесстрашно встала перед ними, расставив руки, словно могла сдержать толпу. Скиннер уставился на хрупкую фигурку женщины.

– Что тебе надо? – крикнул он сердито.

– Китайцы ничего не сделали, ни в чем не виноваты, – сообщила Джесси. – Вы бы лучше разошлись по домам, пока не натворили бед.

– Иди отсюда, женщина! Займись хозяйством, – оборвал ее Скиннер.

Но никто не двинулся с места.

– Ребята, послушайте ее, она говорит дело, – вступил Джейк. – Алека Аберната, а мы его хозяева, убили белые, а не китайцы. Это завтра будет в газетах. Она была очевидцем событий.

– Мы пришли сжечь эти трущобы! – истерически выкрикнул Скиннер, размахивая факелом.

Джесси смело шагнула к нему.

– Все эти китайцы, так же, как и вы, хотят мирно жить и спокойно работать.

– Нет, мисс, они отбирают у нас работу! – выкрикнул кто-то из толпы.

Его поддержали:

– Давайте с ними покончим!

– Сжечь все дотла!

– Прекратите! Не смейте! – пыталась вразумить их Джесси.

– Мы прекратим, когда утопим всех желтых в море, – злобно бросил Скиннер.

Он хотел уже швырнуть факел в ближайший дом, но Джейк успел выстрелить, и Скиннер выронил факел и прижал раненую руку к груди. На его рубашке появилось кровавое пятно. Толпа загудела.

– Ты, подонок! – взвизгнул Скиннер.

– Повесить этих китайских прихвостней!

– Утопить их вместе с косоглазыми!

Вот тут уже Джесси не на шутку испугалась – разъяренная толпа готова была убить не только китайцев, но и ее с Джейком! Она прижалась к своему единственному защитнику.

В этот момент раздался цокот копыт, и из-за угла выехала открытая повозка. За ней другая, третья… Отряд полицейских в униформе, с ружьями и щитами. Соскочив на землю, они выстроились в два ряда: один – лицом к китайцам, другой – к рабочим. Подкатил экипаж с шерифом и его помощниками.

Айзек Хэндли подошел к Джесси и Джейку и обратился к рабочим:

– Давайте, ребята, расходитесь по домам, вас жены и детки заждались. – Он крутил в руке пистолет, правда, ни в кого не целясь. – Не то завтра, вместо того чтобы пойти на работу, окажетесь в кутузке по делу о хулиганстве. Как вам перспектива? По мне, так незавидная.

Мужчины начали перешептываться, но с места пока не двигались. Щелкнули затворы ружей… И все как по команде начали расходиться. Джесси, разом ослабев, прижалась к Джейку, он обнял ее за плечи.

– Какого черта вы тут делаете? – удивленно спросил Айзек. – Как вас угораздило угодить в эту заваруху?

Джейк тяжело вздохнул:

– Эта сумасшедшая девчонка опять проявила свое упрямство и полезла разнимать драку.

Но в душе он был рад, что все закончилось благополучно и она цела и невредима.

– За ней нужен глаз да глаз, – заметил он, – иначе бед не оберешься.

С этими словами он подвел Джесси к своему коню и собрался уже подсадить, как вдруг она встрепенулась.

– А как же Шу Линг?

– Айзек! – обернувшись, крикнул Джейк. – Не подбросишь ли нашу Шу Линг до «Ангела»?

– Несомненно, друг мой.

– Джейк, – не унималась Джесси, – а что будет с Ток Лоем и Чарли Сингом?

Она круто развернулась и зашагала туда, где помощники Хэндли подталкивали предводителей тонгов к экипажу шерифа.

– Давайте-давайте, залезайте! – скомандовал грубо один из помощников.

– Почему вы их забираете? – возмутилась Джесси и загородила собой китайцев.

– Потому что они арестованы, ясно? – последовал ответ.

– Почему же вы не стали арестовывать заводилу рабочих?

– А кто ты такая, чтобы спрашивать?

– Она говорит дело, – вмешался подошедший к ним Джейк.

– Добрый вечер, мистер Вестон, – приветствовал его помощник шерифа.

– Давайте-ка немного поостынем и рассудим здраво, – посоветовал Джейк, протягивая ему руку. – Рад тебя видеть, Кеннет.

Они обменялись рукопожатием, и помощник шерифа расплылся в улыбке. Джесси заметила, как он сунул в карман горсть медных жетонов, которые Джейк тихонько вложил в его руку.

– Ну если вы так считаете, мистер Вестон, – сказал Кеннет, – мы сейчас разберемся.

Он отошел к своим коллегам. Джейк снова взял Джесси за руку.

– Вот видишь, можно спокойно решить вопрос, когда за дело берутся мужчины. – Он повел ее к Фаро. – Мужская работа она и есть мужская.

– Джейк Вестон, ты выполнил свою мужскую работу за счет женщин.

Джейк улыбнулся.

– Так ты видела?

– Конечно.

– Ну и ладно. Поедем домой?

– Ты имеешь в виду «Дивный ангел»? Это уже не мой дом. Утром я перееду.

Джейк остановился и повернул ее к себе.

– А почему бы тебе у нас не задержаться? – спросил он. – Ты вечно умудряешься попадать в неприятную ситуацию, а в «Ангеле» я хоть буду рядом.

– Слишком рядом, – бросила Джесси. Он потрепал ее по щеке.

– В следующий раз, когда соберешься спасать кого-то, приди сначала ко мне. Обещаю, что выслушаю тебя.

– Раньше ты не хотел меня слушать.

– Может быть, я начинаю тебя понимать. И хотя мне ужасно не нравится, когда ты рискуешь собой, я не могу не восхищаться твоей храбростью. Ты веришь в людей, веришь, что можешь помочь им. Ты потрясающая женщина, Джессика Таггарт, твой отец гордился бы тобой.

Он обнял ее за талию и притянул к себе. Джесси затрепетала. Не успела она и слова сказать, а Джейк уже целовал ее как сумасшедший. Ни о чем больше не думая, она обвила его шею руками и ответила на поцелуй.

Неожиданно Джейк оторвался от ее губ. Голос его звучал хрипло:

– Мы выбрали неподходящее место. Так ты останешься в «Ангеле»?

– Ненадолго…

Глава 21

– Пожалуйста, хватит целовать меня, – сказала Джесси, упираясь руками в грудь Джейка.

Они стояли у лестницы, ведущей в мансарду. Джейк усмехнулся:

– Ну, тогда я отшлепаю тебя, как и собирался. Хочешь?

– Не хочу, но твое желание понимаю.

– Я так обрадовался, что с тобой ничего не случилось, что позабыл это сделать.

Джесси улыбнулась в ответ.

– Хорошо, что ты появился там вовремя.

– Боялся пропустить столь впечатляющее зрелище.

Джейк смотрел на нее с нежностью, он больше не сердился, и Джесси просто таяла от счастья. Она не могла оторвать от него взгляд, так он был красив – черные волосы немного взъерошены, в глазах сверкают веселые огоньки, чувственные губы подрагивают в усмешке… Интересно, о чем он сей час думает? Хочет ли снова обнять ее, зацеловать до умопомрачения, ласкать, заниматься любовью? Джесси страстно желала его, она едва удерживалась, чтобы не сказать ему об этом. Ее чувство словно передалось Джейку, в его взгляде вспыхнуло желание, и Джесси с трудом заставила себя не поддаться искушению и не броситься в его объятия. Она нервно облизала пересохшие губы и отвела взгляд.

– Ты думаешь, нам удастся найти убийцу отца? – спросила она.

– Не знаю, Джесс. Это вполне мог быть Сильва.

– Да, действительно…

Она снова глянула на Джейка, его взгляд был все так же полон желания.

– Я лучше пойду к себе, – пробормотала она, опустив глаза. – Очень поздно, и я… нам не нужно… – Пауза. – Спокойной ночи, Джейк.

Он ответил не сразу:

– Спокойной ночи, Бостон.

Джейк повернулся было к двери, но передумал, привлек Джесси к себе и впился в ее губы долгим и страстным поцелуем. Когда он заговорил, голос его срывался:

– Постарайся больше не попадать ни в какие переделки, ладно?

И, не дав ей возможности ответить, вышел. Джесси с трудом перевела дыхание и поплелась к себе наверх. Что же теперь делать? Сомнений нет – она влюблена в Джейка, безнадежно, безумно влюблена. Как же долго она скрывала это от самой себя…

Теперь пора осознать это, и либо завоевать его любовь, либо уйти – иного выбора нет. Он сказал, что восхищается ею. Хорошо. Он желает ее, это очевидно. Но насколько глубоки его чувства и откажется ли он ради нее от других женщин? Женится ли на ней?

Впервые Джесси осознала, что хочет, чтобы Джейк взял ее в жены. Но не потому, что обязан жениться при сложившихся обстоятельствах, не из чувства долга перед ее отцом. Ей хотелось, чтобы он женился на ней по любви, чтобы мечтал прожить с ней до самой смерти.

Вздохнув, Джесси подошла к окну. И зачем она приехала в Калифорнию? Зачем отец вовлек ее в такую неразбериху?..

Стук в дверь прервал ее мысли, и в комнату вошла Меган О'Брайен.

– Джейк сказал, что вам может понадобиться моя помощь, – сказала она. – Хотите, я помогу вам раздеться?

– Спасибо, Меган, – ответила Джесси и повернулась спиной к рыжеволосой ирландке, чтобы та расстегнула платье.

Неожиданно ей пришла в голову мысль – спал ли Джейк с Меган? Он сказал, что блюдет деловые отношения с персоналом, но мало ли что он говорит… Ни в чем нельзя быть уверенной, а подозрения слишком мучительны.

– Сколько ты уже работаешь в «Ангеле», Меган? – поинтересовалась она.

– Чуть больше года, мисс Джесси.

– Тебе нравится работать здесь?

Меган побледнела и отвела взгляд.

– Что, Меган? В чем дело?

– Да нет, ничего, мисс Джесси… правда… Просто я… Когда я пришла сюда, то никого не знала, никому не доверяла. Чувствовала себя такой одинокой. У меня никогда не было дома… А Джейк и Лови, и остальные девочки… они так добры ко мне, и я…

– Что, Меган?

– Ничего, мэм.

Она помогла хозяйке снять нижние юбки и кофточку.

– Это не из-за Джейка, а? – спросила Джесси. – Я имею в виду, не обидел ли он тебя… или же…

– Ну что вы, мисс Джесси! Разве Джейк может себе что-то такое позволить? Все девочки так любят его. Он к нам относится как к дамам. Никогда не даст понять, что мы шлюхи. О, Джейк – джентльмен.

Джесси подняла брови.

– У него, конечно, много достоинств, но вот то, что он джентльмен, я как-то не разглядела.

– Он очень приличный человек. Никогда не ходит к нам, никогда не обращается с нами грубо в отличие от других мужчин. И он всегда помогает, если нужно. Поэтому я…

– Что? Ты – что?

Меган вздохнула.

– Ничего. – Она оглядела Джесси и улыбнулась. – Я считаю, что он увлечен вами, мисс. Он ни на одну женщину еще так не смотрел, как на вас.

Тут улыбнулась и Джесси.

– Хочется верить, что ты права, Меган. Меган подала ей ночную рубашку и тихонько вышла, плотно прикрыв за собой дверь. Джесси не могла понять, почему она выглядела такой потерянной, но потом подумала, что девушке, наверное, не сладко приходится на такой работе…

В пять часов утра, проворочавшись несколько часов с боку на бок, Джесси поняла, что уже не заснет. Уже час, как в салуне все успокоилось – посетители разошлись, девушки отправились спать… И Джейк спит… А спит ли он? Или тоже мучается от бессонницы? Она до сих пор не может забыть его поцелуй, вся горит от желания.

В который раз она гонит от себя мысль: «Иди к нему. Люби его. Если ты одаришь его любовью, ты завоюешь его…»

Но тысячи сомнений мучат Джесси. Джейк – прирожденный холостяк, он не будет счастлив с одной-единственной женщиной. Он не любит ее, ему нужно только ее тело, он пользуется ею… Впрочем, она не была до конца уверена, что все это правда. «Надо попробовать. Я люблю его и не сдамся без борьбы».

Она решилась. Набросив шелковый халат и причесавшись, Джесси тихонько спустилась по ступенькам и вышла в коридор. Огляделась по сторонам – никого, все спят. Она на цыпочках подошла к комнате Джейка и открыла дверь. Лунный свет из окна падал прямо на кровать, освещая обнаженный мужской торс. «Все-таки спит», – разочарованно подумала Джесси – и тут она увидела, что рядом с ним в кровати женщина.

Темноволосая красавица привстала на локте, простыня сползла, обнажив ее грудь. Моник Дюбуа молча смотрела на ночную гостью и улыбалась. Все так же молча она положила руку на грудь Джейка – жест красноречивый.

Джесси закрыла дверь и некоторое время не могла двинуться с места. «Дура! Дура! Наивная, глупая девчонка!»

Слезы навернулись на глаза, она зажала рот ладонью и поплелась к себе в мансарду, не видя дороги. Господи, что же делать?.. Уйти из «Ангела» сейчас невозможно, на улице еще темно, придется дождаться утра. Джесси молилась, чтобы Моник не сказала Джейку, что она приходила ночью, – перенести такое унижение ей не по силам! Но та, без сомнения, промолчит, зачем ей соперница.

В отчаянии Джесси опустилась на кровать и уставилась в окно. Уже светало. День будет холодный и ветреный… Ее била дрожь. В голове промелькнули их встречи, слова, которые он ей говорил, и нежные и сердитые, минуты веселья, моменты радости, две ночи их любви… Она так доверяла ему – и что из этого вышло?

И снова перед ее мысленным взором возникло лицо Моник, ее торжествующий взгляд, улыбка… Как же это могло случиться? Всего несколько часов назад Джейк сам попросил Джесси остаться в «Ангеле», смотрел на нее с такой нежностью, она поверила ему… Как же он должен был смеяться над ней потом, зная, что позже к нему придет Моник! «Дура! Какая же я дура!» – твердила про себя Джесси.

Она зарылась лицом в подушку и разрыдалась. Наплакавшись, Джесси решила, что завтра же отправится к Рене и продаст ему свой пакет акций «Ангела». Джейку он не достанется ни за что на свете! А потом она уедет в Бостон, подальше от Джейка Вестона. Она забудет его, обязательно забудет и найдет себе достойного человека.


Джейк спросонья почувствовал мягкие нежные губы на своей груди, дразнящие поцелуи и ласковые трепетные пальцы подействовали на него возбуждающе.

– Джесс… – простонал он и, не открывая глаз, подмял под себя обнаженное женское тело.

Отыскав губами ее губы, он жадно впился в них поцелуем, но ответный поцелуй насторожил его – Джесси так не целуется!

– Моник! – воскликнул он и отшатнулся. – Какого черта ты тут делаешь?

– Я соскучилась по тебе, cheri. А ты не скучал по Моник? Ну хоть немножко?

Джейк вылез из постели и натянул брюки.

– Я думал, ты поняла – между нами все кончено, Моник. У тебя есть другие мужчины, вот и ходи, проведывай их.

Моник села. Надо сказать, вид у нее был весьма соблазнительный – рассыпавшиеся по плечам волосы, длинная шея, полная грудь. Но странно – на Джейка это не произвело никакого впечатления, он потерял к этой женщине всякий интерес.

– Мне не нужен другой мужчина, – надув губки, сказала Моник. – Мне нужен ты. Эта девчонка завлекла тебя, я ей выцарапаю глаза.

– На твоем месте я бы и близко к ней не подошел. Она может дать сдачи, – заметил Джейк и, подобрав с пола платье, бросил его Моник. – Ступай домой.

Она внимательно посмотрела на него.

– Ты влюблен в нее, Джейк. Я вижу это по твоим глазам.

Он ничего не ответил. Моник тяжело вздохнула.

– Мы, французы, понимаем, что такое любовь, cheri. Если это действительно так…

Джейк молча застегивал рубашку.

– Я тебе не завидую, – продолжала Моник. – У меня была любовь, я знаю, как оно бывает – и прекрасно, и ужасно. Но всегда очень больно. – Она встала и начала одеваться. – Желаю тебе удачи, cheri.

Джейк надел ботинки и вышел, оставив Моник одну.

Ему необходимо было немного подумать. Страх за Джесси накануне вечером и сегодняшняя реакция на Моник помогли ему осознать важную вещь – ему не нужна никакая другая женщина, кроме Джессики Таггарт.

Он думает только о ней, мечтает только о ней, желает только ее. И хотя иногда она будто нарочно испытывает его терпение и заставляет злиться, он не может прожить без нее ни минуты. А какая дикая ревность разбирает его уже от одной мысли, что она может быть с другим! Он любит ее, это ясно. Более того, что самое удивительное – он хочет жениться на ней, хочет, чтобы она родила ему детей, чтобы была рядом до самой смерти.

Но любит ли она его? Выйдет ли за него замуж, если он сделает ей предложение?

Джейк сидел на кухне и ждал, пока закипит чайник. Глядя на огонь, он решил: есть только один способ узнать, как она отнесется к его предложению, – пойти и спросить, согласна ли она. А вдруг Джесси откажет? У него прочное положение в компании, и зарабатывает он достаточно, чтобы прокормить семью… Но ведь он занимается игорным бизнесом, управляет публичным домом. Ничего себе партия для благовоспитанной девушки из Бостона!

Тяжко вздохнув, Джейк налил себе кофе. Рано или поздно ему придется признаться Джесси в своих чувствах. А так как пока он побаивается отказа, придется повременить. Вдруг да и представится удобный случай?


– Лови! – крикнула Джесси из мансарды. – Попроси Пако подняться ко мне!

– Хорошо.

Удивленная Лови поспешила вниз за Пако, и вскоре тот предстал перед хозяйкой.

– Надо отнести записку мистеру Ла Порту, – приказала Джесси, протягивая ему белый конверт. – Скажешь, что это важно, и подождешь ответ.

– Да, сеньорита Джесси, – кивнул парень и спросил: – Вы не сердитесь на Пако?

Джесси улыбнулась и потрепала его по щеке.

– Нет, Пако. У меня плохое настроение, но ты тут ни при чем.

– Я все сделаю, сеньорита Джесси, – обрадовался тот.

Она с нежностью посмотрела на мальчика и подумала: «Мне будет его не хватать… так же, как и других…»

– Пако, – добавила она, – это все не касается мистера Вестона, ясно?

– Да, конечно.

– Поторопись.

Пако исчез. Джесси в нетерпении слонялась из угла в угол. Через полчаса Пако вернулся с ответом от Рене. Поблагодарив парнишку, она дала ему пятьдесят центов. Тот засиял так, будто получил целое состояние.

– Благодарю вас, сеньорита Джесси!

– Да, ладно. Только помни… – И она приложила палец к губам.

Он повторил жест, улыбнулся и убежал. Джесси вскрыла конверт.

«Cherie, уверяю тебя, что мое приглашение поужинать вместе остается в силе. Я буду ждать тебя в «Палас-отеле», как ты и пожелала. С нетерпением ожидаю нашей встречи и деловой беседы. Твой преданный поклонник Рене».

Джесси вздохнула и спрятала записку обратно в конверт. Все утро ею владели боль, гнев, обида. Гнев возобладал над другими чувствами. Гнев поможет ей пережить боль.

Джейк просто безнравственный тип, подлец, негодяй, ловелас! Как хорошо, что она вовремя выяснила это, не то оказалась бы в дурацком положении.

Она подстегивала себя этими мыслями, пока собиралась, но, выйдя из салуна и кликнув кеб, приказала кебмену везти ее длинной дорогой вдоль берега. Нужно прогуляться и немного поостыть. Сегодня вечером ей следует проявить ясность мысли и выдержку. Вечером она встретится с Рене и предложит ему купить акции «Таггарт энтерпрайзис», а завтра уедет в Бостон.

Успокоившись, Джесси вернулась в «Ангел» и поднялась к себе по черной лестнице, стараясь избежать встречи с Джейком. Она приказала принести себе ванну и долго лежала, расслабляясь и обдумывая предстоящий разговор. Потом нарядилась и уехала в «Палас-отель».

На ней в этот вечер было любимое платье изумрудно-зеленого цвета, отделанное воланами из золотистых кружев. Зеленый цвет шел к ее глазам, глубокий вырез позволял любоваться нежной кожей, а покрой платья выгодно подчеркивал изящество форм. В этом наряде она просто неотразима. Вот только в глазах застыла такая печаль и лицо так бледно после бессонной ночи…

Джесси тяжело вздохнула. Интересно, заметит ли Джейк ее отсутствие вечером? Вряд ли. За целый день он так и не появился, впрочем, это и хорошо. Иначе пришлось бы притворяться, делать вид, что ничего не случилось, сдерживать себя, улыбаться, хотя в душе она желала его убить.

Как он мог так поступить с ней? Этот вопрос Джесси задавала себе тысячу раз. И теперь уже знала ответ. Кажется, знала.


– Добрый вечер, cherie, – встретил ее Рене в холле отеля.

– Добрый вечер, Рене.

Он поцеловал ей руку, губы были теплые и ласковые. Они пошли в салон, откуда неслись звуки прекрасной музыки – на маленькой сцене расположился струнный оркестр. Рене был как-то особенно красив в этот вечер – светлые волосы аккуратно причесаны, слегка загорелое лицо гладко выбрито. У него такие выразительные глаза, чувственный рот. Легко понять, почему женщины от него без ума. Но Рене – не Джейк…

– Рюмочку хереса? – спросил он у Джесси. – Или ты предпочитаешь шампанское?

– Херес, пожалуйста, – ответила она, и он подозвал официанта.

Они завели светскую беседу, и Джесси заметила, что Рене все время косится на вырез ее платья. «Надо было надеть что-нибудь более официальное», – подумала она, но потом решила, что теперь ей уже на все наплевать. Рене такой приятный и обходительный, а Джейк для нее никто.

За ужином они говорили о погоде, о событиях в городе – и, в частности, о случившемся прошлой ночью. Потом переключились на дела, и сразу возникла некоторая неловкость.

– Почему ты вдруг решила продать свою долю? – поинтересовался Рене. – Недавно ты наотрез отказывалась. Что, дела так плохи?

Кусок пудинга застрял у нее в горле. Джесси отпила глоток шампанского, и, откашлявшись, проговорила:

– Я просто поняла, что мне здесь не место. Возвращаюсь в Бостон. – И снова отхлебнула шампанского.

– А как же мсье Вестон? Разве он не выражал заинтересованность в твоей доле?

Джесси осушила бокал до дна, и Рене снова наполнил его. Она отвела взгляд.

– Мистер Вестон причинил мне много беспокойства. Я не желаю делать ему такое одолжение. Ты же спас мне жизнь, вот и давай считать, что я хочу отплатить добром за добро.

– Понятно.

Они молча доели десерт, вернее, Рене доел, а Джесси уже не могла притронуться к еде, только пила шампанское, бокал за бокалом. В очередной раз опуская бокал на стол, она промахнулась. Раздался звон разбитого стекла, на них с любопытством поглядывали посетители.

– Я нечаянно, – икнув, сказала Джесси.

– Думаю, нам пора, – заметил Рене, в его глазах заплясали веселые огоньки.

Джесси кивнула.

– Очень хорошая мысль, – проговорила она, снова икнула и захихикала.

Неожиданно ее разобрало желание переспать с ним.

– А куда мы пойдем? Рене улыбнулся.

– Тебе, cherie, пора домой.

Джесси отрицательно покачала головой.

– Я не готова идти домой. Да у меня и дома-то нет.

Рене помог ей встать, и она повисла на его руке чуть ли не всем телом, потому что пол вдруг стал уходить у нее из-под ног. На улице его ждал экипаж.

– Я не поеду домой, Рене, – предупредила Джесси и решила пококетничать: – Если ты от меня устал, пойду обратно и найду себе компанию.

– Устать от общества красивой женщины невозможно, – с улыбкой заметил Рене.

Они сели в экипаж и поехали по улице. Джесси откинулась на спинку сиденья, у нее кружилась голова, и ее немного мутило. Но это пустяки по сравнению с тем, как она чувствовала себя прошлой ночью…

– А как насчет бокала шампанского? – спросила она Рене.

– Тебе будет плохо, – предупредил он. – Почему ты не хочешь рассказать мне, в чем дело?

– Как? Ты же сам приглашал меня поужинать, не так ли? И разве ты не хотел перекупить мои акции?

– Я также мечтал заняться с тобой любовью, но при условии, чтобы и ты хотела этого.

– Хорошо, – заявила Джесси и обняла его за шею.

Рене осторожно убрал ее руки.

– Что такого сделал Вестон?

– Я не желаю говорить об этом. Хочу еще шампанского.

Они подъехали к шикарному особняку Ла Порта, расположенному на Пасифик-стрит. Экипаж резко затормозил, и, если бы не Рене, Джесси повалилась бы с сиденья на пол. Кучер открыл дверцу и помог ей выйти. Рене заботливо накинул ей на плечи плащ.

– Пойдем, cherie, как бы ты не простудилась. Они прошли в гостиную, и хозяин усадил свою гостью на мягкий диван.

– Сейчас выпьешь кофе, и все будет хорошо, – сказал Рене и позвал: – Миссис О'Кланан!

В дверях появилась полная женщина в белом переднике и чепце.

– Пожалуйста, кофе. Очень крепкий и побольше.

Та удивленно глянула на Джесси и исчезла.

– Я не хочу кофе, – надулась Джесси. – Где шампанское? Разве мы не будем веселиться?

Улыбнувшись, Рене взял ее за подбородок и запечатлел нежный, легкий поцелуй на ее губах.

– В другой раз. А сейчас, cherie, скажи мне, что случилось? Хочешь верь, хочешь нет, но я твой друг.

У Джесси задрожали губы. Она заморгала, и из глаз потекли слезы.

– Я так люблю его, – проговорила она, всхлипывая. – Думала, что он тоже… Думала, что я для него хоть что-нибудь значу. Я такая дура, Рене!

– Мы все иногда остаемся в дураках, тут нечего стыдиться.

– Я считала ловеласом тебя, а им оказался Джейк!

– Думаю, мы с ним оба плуты.

– Я должна уехать отсюда, вернуться в Бостон. Другого выхода нет.

И Джесси разрыдалась у него на груди. Рене гладил ее по волосам и утешал, пока она не успокоилась.

– Я так устала, Рене… Так устала… – пробормотала Джесси.

Глаза закрылись, и через секунду она уже спала.


Наступило утро. Джесси проснулась с головной болью, ее мутило. Она оглядела незнакомую спальню и с минуту не могла понять, где находится. Увидела открытый шкаф, в котором висела мужская одежда, туалетный столик, на нем крахмальные воротнички, карманные часы на цепочке…

Джесси уставилась на стул у кровати – вот ее платье, нижние юбки, панталоны… На ней мужская ночная рубашка. Она со стоном схватилась за голову, сердце забилось часто-часто.

О Господи! Это спальня Рене! Как же она сюда попала? Постепенно в памяти всплыли события вчерашнего вечера… Что она говорила? «Я не готова ехать домой… Хочу еще шампанского… Я думала, мы будем развлекаться…» Джесси вспомнила, что Рене обнимал ее, даже поцеловал, а ей даже понравилось…

Дрожа всем телом, она выбралась из постели, быстро оделась и подошла к зеркалу. Ну и вид! Волосы спутались, на голове не прическа, кошмар какой-то. Джесси поискала щетку, не нашла и, вытащив несколько шпилек, попробовала привести волосы в порядок. Но не это мучило ее. Что же произошло потом, ночью?

Неужели Рене повел себя как джентльмен, понял, что она пьяна, отнес ее наверх и просто уложил спать? Нет, такого не может быть. Этот человек давно пытался соблазнить ее и, конечно, воспользовался тем, что она не в силах сопротивляться, и овладел ею. Он уже раздевал ее однажды на яхте. Но тогда она была ранена. Теперь же пьяная женщина сама напросилась к нему домой и даже намекала… Он же мужчина, черт возьми! Разве можно доверять мужчинам?

«Дура! Еще раз дура, триста раз дура!» – ругала себя Джесси. Значит, Рене занимался с ней любовью, и вполне возможно, что она даже получила удовольствие. Ему не пришлось уламывать ее или принуждать – никаких синяков, следов борьбы. Как ей хотелось убедить себя в обратном, в том, что ничего не случилось! Но откуда же знать, если она ничего толком не помнит, так напилась.

Как же она теперь увидится с Рене? Ужас! Что сказать, как себя вести? Нет, нужно выбраться из этого дома, бежать в «Ангел».

Джесси схватила плащ и открыла дверь – нигде никого. Спустившись по лестнице, она открыла входную дверь и выбежала на улицу. И только завернув за угол, перевела дух.

Глава 22

– Отвезите меня в «Дивный ангел», – приказала она кучеру кеба. – Подъедете к заднему крыльцу.

Кучер понимающе усмехнулся. Джесси завернулась в плащ, чтобы не было видно ее вечернего платья. Если ее заметят в таком виде, сразу станет ясно, что ночь она провела не дома. «Пожалуйста, Господи, – молилась она, – сделай так, чтобы я попала к себе в комнату незамеченной! Я обещаю, что вернусь в Бостон и стану добропорядочной женщиной, как и хотела моя мать!»

Но ей не повезло. Не успела она ступить на лестницу, как сверху раздался голос Джейка:

– Ты где была?

Он стоял на верхней площадке, руки в боки, и пронизывал ее взглядом, в котором были и беспокойство, и гнев.

– Я же предупреждал: смотри, не попади в переделку. Похоже, ты не хочешь слушаться.

Джесси поднялась по лестнице, шурша шелковыми юбками, и хотела пройти мимо него, но он схватил ее за руку так крепко, что она вскрикнула.

– Я задал тебе вопрос. Где ты была, черт тебя подери?

– Убери руки! Ты не имеешь права задавать мне такие вопросы. Я съезжаю отсюда, продаю свою долю Рене Ла Порту и уезжаю в Бостон.

– Что? – поразился Джейк. – Что ты сказала?

Джесси вырвалась и пошла к себе, он за ней.

– То, что ты слышал. Больше повторять не хочу.

– Но, Джесс, что случилось? Как могло тебе прийти такое в голову? Позавчера ты даже ни намеком…

Тут она вспыхнула:

– Позавчера? Ах да… Как же, помню, мы с тобой так мило беседовали. Ты был очень доволен собой оттого, что спас меня. Я больше не нуждаюсь в твоей защите, Джейк Вестон.

Она вошла в свою комнату, сбросила плащ. Джейк оглядел ее восхищенным взглядом – так хороша, что глаз не отвести…

– Джесси, – проговорил он, не желая слышать обидных слов. – Джесси, неужели ты не понимаешь, что я люблю тебя?

Она изумленно уставилась на него, у нее перехватило дыхание, сердце бешено билось в груди.

– Я сам только недавно понял… – продолжал он, не давая ни ей, ни себе опомниться. – Не мог даже себе признаться, не верил, что способен на большое чувство. Я никогда не любил женщину по-настоящему, так, как тебя.

Джесси слушала затаив дыхание, его голос звучал так искренне, что не поверить было невозможно. Но… А как же француженка в его постели?

– А как же Моник? – спросила она, вглядываясь в его лицо, чтобы узнать правду.

– При чем здесь Моник? Это прошлое, меня она не интересует, я это понял недавно – она пришла ко мне ночью и в очередной раз пыталась возобновить отношения. Что она может мне предложить? Тело? Зачем мне оно, если я осознал, что такое настоящая любовь. Джесс, я не могу без тебя…

Она потупила взор. Джейк рассеял ее подозрения насчет Моник, сам, не скрывая, сказал о ее визите.

– Джесси, я так люблю тебя, что не мыслю без тебя своей жизни. Могла бы ты выйти за меня замуж? Я очень хочу этого…

У Джесси от волнения пересохло в горле, она и слова вымолвить не могла. Смотрела на Джейка и видела, какая мука исказила его черты, в глазах немая мольба, губы подрагивают. Ничего не скрывая от нее, раскрыл перед ней всю душу, и она чувствует – это правда.

– Почему же ты раньше молчал? – почти прошептала она, и из глаз ее покатились слезы. – Почему ждал до сих пор?

– Мужчина должен все обдумать, прежде чем сделать предложение любимой женщине. Мне надо было себя проверить, но теперь я вполне уверен в своих чувствах к тебе. Никогда еще я не был так уверен!

Джесси осмелилась посмотреть ему в глаза.

– Джейк, дело в том, что позавчера я спустилась ночью к тебе и застала там Моник… – сказала она, он попытался что-то объяснить, но она продолжала: – Я была просто вне себя, пойми. И вчера… В общем, я провела ночь у Ла Порта. Не помню, как все там случилось, я была пьяна… Мы встретились в отеле, он хотел отвезти меня домой, но я отказалась ехать сюда. Так что он не виноват. Это я сама завлекла его в постель…

Она говорила все это бесстрастным тоном, как о чем-то несущественном, но сердце ее ныло от боли и обиды на себя.

Джейк сжал челюсти так, что желваки заходили.

– Я убью его, – процедил он сквозь зубы и хотел было броситься к двери.

Джесси схватила его за руку.

– Нет, – сказала она. – Пожалуйста, не трогай Рене. Это не его вина, моя. Я одна виновата в том, что случилось. Но теперь я должна решить деловые вопросы. Конечно же, я продаю свою долю тебе. Поручу Хорасу оформить все бумаги, это займет пару дней… Вы с ним договоритесь о цене, меня устроит любая. – Она замолчала и уставилась в пол. – Как бы мне хотелось все исправить! Но поздно. До отъезда я буду жить в «Палас-отеле»…

– Джесс…

– Ничего не говори, Джейк, пожалуйста, не надо, ты меня только запутаешь.

– Мы переживем это, все наладится… Джесси упрямо покачала головой, и снова по ее щекам покатились слезы.

– Это всегда будет между нами невидимой преградой. Ты не сможешь простить мне, что я спала с Рене, а я буду помнить о Моник… Мы с тобой такие – или все, или ничего.

Она отвернулась, чтобы не смотреть в его глаза, не броситься ему на шею. Как ей хотелось, чтобы Джейк обнял ее, прижал к себе, сказал, что все будет хорошо…

– Хочу, чтобы ты знал: я очень благодарна тебе за все, что ты для меня сделал, – сказала она неожиданно твердым голосом, но сердце ее разрывалось на части. – Ты так заботился обо мне, спасал не раз… Я никогда тебя не забуду.

– Ты уверена, что поступаешь правильно? Действительно хочешь, чтобы мы расстались?

– Я сделала свой выбор вчера вечером.

– Да, к сожалению.

Джейк повернулся и медленно зашагал вниз.

– Джейк! – окликнула она. Он остановился.

– Я хочу, чтобы ты знал… Я… я…

В его глазах появилась надежда, но Джесси не в силах была выговорить эти три слова – слишком больно признаться сейчас, как она его любит.

– Я горжусь сотрудничеством с тобой, – выпалила она. – И уверена, что мой отец тоже гордился бы тобой.

Помрачнев, он тяжело вздохнул.

– А ты бы сказала мне «да»? – спросил он вдруг.

– Что?

– Если бы все это не случилось, ты бы вышла за меня замуж?

Джесси отвернулась, она не могла вынести его взгляд, не могла быть откровенной, причинить ему боль.

– Нет, – соврала она. – Мы с тобой не подходим друг другу.

В несколько прыжков Джейк преодолел лестницу и схватил ее в объятия.

– Я не верю тебе!

Джесси чуть не потеряла сознание от его страстного поцелуя, ноги подкосились, она застонала и прильнула к нему.

– Я люблю тебя, – прошептал он. – Я не мог в тебе ошибиться…

Джесси оттолкнула его, чувствуя, что погибает, что больше не может выносить эту муку.

– Ты ошибся… – сказала она.

Джейк опустил голову. Потом устало проговорил:

– Пришлю к тебе Шу Линг, чтобы помогла упаковаться. – Голос был глухой, хриплый, в глазах отчаяние. – Мне нелегко будет тебя забыть.

– Я тоже не забуду тебя.

– До свидания, Бостон.

Она смотрела на него, словно стараясь запомнить дорогое лицо, и прошептала:

– До свидания, Джейк…


Джейк что есть сил барабанил в огромную дверь:

– Ла Порт!

Дверь широко распахнулась.

– А, мсье Вестон! Я вас не ждал.

– Не может быть!

И Джейк двинул Рене кулаком в челюсть. Француз отлетел назад, попятился, сбив спиной маленький низкий столик. Стоявшая на нем китайская ваза упала и разбилась. Ла Порт едва удержался на ногах. Потирая челюсть, он глядел на непрошеного гостя.

Джейк стоял, сжав кулаки. Он хотел честной драки, поэтому-то и дал Рене возможность очнуться от первого удара.

– Похоже, время нашей встречи подошло, – сказал Ла Порт. – Я к вашим услугам, но предпочел бы драться на воздухе. Здесь ковры и ценные вещи, вы и так уже разбили дорогую китайскую вазу.

Сняв сюртук, он аккуратно повесил его на спинку стула и прошел через гостиную к дверям, ведущим на террасу. Джейк следовал за ним, по дороге тоже сбросив сюртук. Отстегнув запонки и закатав рукава, Рене вынул из кармана портсигар и положил его на столик.

– Ты готов? – саркастически спросил Джейк.

– К вашим услугам.

Джейк приблизился к французу, собираясь нанести хороший апперкот, но неожиданно сам получил два удара в лицо, а Рене, отскочив в сторону, разорвал дистанцию между ними. Джейк старался быть хладнокровнее, но, представив Джесси в объятиях этого развратника, разъярился. Набросившись на Ла Порта, он нанес ему ответный удар и хотел добавить еще, но тот ловко увернулся и изо всех сил саданул Джейка в челюсть. Вестон почувствовал во рту вкус крови и пришел в ярость.

– Ах ты, подонок… – проговорил он, не спуская глаз с француза.

Тот все время двигался и подпрыгивал, прикрыв лицо кулаками.

«Ла Порт умеет драться, значит, придется строить бой по-другому и рассчитывать движения», – подумал Джейк. И точно – следующий удар Джейка попал в цель, прямо в орлиный нос Рене.

Француз ответил ударом на удар, противники вошли в клинч и яростно тузили друг друга кулаками. Джейк снова угодил Ла Порту в нос, и тот отскочил в сторону.

– Свинья, – прохрипел он, вытирая кровь с лица.

Джейк бросился было на соперника, но Рене перемахнул через перила и приготовился сражаться на газоне. Вестон спрыгнул за ним, и Ла Порт тут же сбил его с ног. Они схватились на земле. Драка была жестокой. В какой-то момент Джейку удалось подняться на ноги. У него текла кровь из носа, распухла губа, он чувствовал, что рассечена бровь. Рене тоже встал и попытался продолжить бой, но Джейк увернулся. Некоторое время они стояли друг против друга, склонив головы как быки, тяжело переводя дыхание.

– А ты… оказывается… мастер… – проговорил Джейк.

Ла Порт усмехнулся, вытер лицо полой рубашки.

– Да, приходилось брать уроки в доках Нового Орлеана… – ответил он и воскликнул: – Как тебе понравится вот это?

Неожиданным, хорошо поставленным ударом он сбил Джейка с ног.

– Дрался и с черными, и с белыми, так что практика обширная!

– Да? Тогда, может, это покажется тебе чем-то новеньким?..

Памятуя, как учили его китайцы, Джейк подпрыгнул и выбросил вперед ногу, ударив Рене носком ботинка в плечо. От неожиданности тот потерял равновесие и свалился на траву. Они снова дрались, катаясь по земле, пока совсем не выдохлись. Обессиленные, они встали и поплелись на террасу.

– Ты подонок, – заявил Джейк. – Воспользовался беззащитностью…

– Твоей, что ли?

– Нет, я о Джесси.

Рене сел на стул, вытянув ноги, и удивленно посмотрел на Вестона.

– А ты разве нет?

Джейк опустился на пол.

– Это совсем другое дело.

– Почему? Потому что ты любишь ее?

– Ты напоил ее.

– Она сама напилась, я тут ни при чем.

– Она не понимала, что делает, в отличие от тебя, у которого опыт с женщинами гораздо больше, чем у нее с мужчинами.

– А, понятно… – Рене усмехнулся. – Значит, ты считаешь, что я развратил ее? Владелец борделя обвиняет Ла Порта, что он портит женщин… Смешно, мсье.

– Мне не смешно, французик.

– Давай продолжим спор за бутылочкой бургундского.

Рене встал и направился к дверям.

– По одному бокалу, и потом снова драться! – предупредил Джейк.

Рене снял на ходу рубашку, разорвал ее пополам, одной половиной вытер лицо, другую протянул Вестону.

– Промокни нос, – сказал он, – а то запачкаешь кровью ковер.

Бросив на него сердитый взгляд, Джейк послушно прижал к носу рубаху врага. Рене достал из буфета бутылку и два бокала, налил вина. Джейк осушил бокал до дна, то же сделал и Ла Порт.

– Она уезжает в Бостон, – сообщил Джейк.

– Я знаю. Да это, может, и к лучшему, – сказал Рене. – А ты, конечно, и рад избавиться от нее.

– Рад? Нет.

– Но твоя совесть чиста. Тебе теперь не надо просить ее остаться, тебе не нужна… падшая женщина.

– Да не в этом дело.

– Так важно, что она переспала со мной?

– Теперь, когда я думаю об этом, мне совершенно все равно, с кем она спала, да хоть бы со всем портом.

Рене вдруг рассмеялся, и Джейк бросил на него недовольный взгляд. А тот вдруг пожал ему руку.

– Я думаю так же, как и вы, мсье Вестон! Если бы я полюбил женщину, то забрал бы ее даже из алжирского борделя.

Джейк тяжело вздохнул и привалился спиной к стене.

– Не думаю, что она останется, даже если я стану умолять ее об этом.

– Ну, мне трудно представить великого мсье Вестона на коленях, хотя мадемуазель Таггарт и заслуживает такого обращения. – Рене налил еще вина и поднял свой бокал. – За любовь! Джейк выпил до дна.

– Думаю, нам нет больше нужды избивать друг друга до полусмерти, – заметил он.

– Да. То, что было между нами, мы уже разрешили, дальше это дело твое и твоей дамы.

– Спасибо за вино, – сказал Джейк, снимая со стула сюртук.

– Подожди, хочу прояснить кое-что, прежде чем ты уйдешь, – сказал Рене и, приоткрыв дверь, позвал: – Миссис О'Кланан! Зайдите сюда на минутку.

В гостиную вошла полная седая женщина в черном форменном платье и белом переднике, с метелкой в руках. Увидев растрепанных и изрядно помятых джентльменов в запачканной кровью одежде, она удивленно подняла брови.

– Да, мистер Ла Порт? – спросила она строго, явно не одобряя происходящее.

– Не будете ли так любезны рассказать моему другу, где мисс Таггарт провела эту ночь?

– Прекрати, Ла Порт. Все так все.

– Мисс Таггарт спала в спальне мистера Ла Порта, так как это самая лучшая комната в доме. Мистер Ла Порт отсутствовал весь вечер и… всю ночь.

– Но Джесси сказала…

– Уверен, что мадемуазель Таггарт не описывала тебе подробно, как мастерски я занимался с ней любовью.

– Нет. Она просто сказала, что была пьяна и… – Он глянул на улыбавшегося Рене и сам неожиданно усмехнулся. – Сказала, что не помнит.

– Уверяю вас, мсье, что если бы Джессика провела ночь со мной, она бы запомнила это на всю жизнь.

– Мистер Ла Порт – джентльмен, – заявила его экономка.

Джейк просиял.

– Черт побери, Ла Порт! Ты мне начинаешь нравиться! – Он протянул Рене руку. – Забудем обиды?

Рене ответил на пожатие.

– Передай ей мои наилучшие пожелания. Джейк хотел уже уйти, но вдруг остановился.

– По ее словам, она сама настаивала на том, чтобы ты переспал с ней.

– Да? На самом деле она рассказывала мне, как любит тебя. Подобное начало не располагает к любовным утехам, не так ли?

Минуту помедлив, Джейк вышел за дверь. Остановившись на крыльце, он вздохнул полной грудью и впервые ощутил, что воздух Сан-Франциско так свеж и ароматен.


Джесси вытерла слезы и приказала себе успокоиться. Кроме себя, винить некого и полагаться больше не на кого, только на себя. Теперь она должна начать новую жизнь. Когда-нибудь у нее еще появится мужчина, который будет ее уважать и позволит заниматься тем, что она считает нужным, мужчина, которого она будет любить спокойно, не теряя голову, едва увидев. Так она уговаривала себя, но сердце ныло от тоски. Джейка не будет с ней, а никто другой его не заменит.

Она постаралась сосредоточиться на предстоящем визите к Хорасу Мак-Кафферти. Полчаса назад она отправила ему с Пако записку, в которой уведомляла о своем решении оформить бумаги о продаже своей части акций и просила дать им ход. Ответ последовал незамедлительно: адвокат просил прийти к нему в контору к пяти часам вечера.

Джесси оделась, выбрав темно-синее, почти черное платье, как раз под стать настроению, и отправилась к адвокату. По дороге она не могла не думать о Джейке. Они и не виделись целый день. Хотя это даже к лучшему – встреча с ним не сулит ничего хорошего, легче не станет. Разве можно забыть его взгляд, взгляд человека, доверие которого предала любимая женщина! Как же он в ней обманулся! Да она и сама не ожидала от себя такого безрассудства…

Экипаж доставил ее на Бэтери-стрит, где в двухэтажном кирпичном здании с колоннами у входа находилась контора «Брейс и Мак-Кафферти, эсквайр». Джесси поглядела из окна экипажа – солидный и весьма респектабельный дом, известная фирма. Дверца открылась, и кучер помог ей выйти. Расплатившись, Джесси поднялась по ступенькам и открыла тяжелую дверь. Звякнул звоночек, возвестивший о ее приходе, к ней тут же подошел молодой человек, секретарь Хораса, и проводил посетительницу наверх, в кабинет патрона. Тот сидел за столом и что-то писал. Привстал при виде Джесси, поздоровался и снова уселся за стол.

– Пожалуйста, присаживайтесь, мисс Таггарт, – сказал он. – Очень сожалею, что вы нас покидаете. Хотя, возможно, это правильное решение.

Джесси только кивнула. Мак-Кафферти заложил Ладони за жилет и откинулся на спинку кресла.

– Я позволил себе пригласить другое заинтересованное в вашем деле лицо. Ведь я ваш законный консультант, не так ли? Посему мне желательно, чтобы вы получили наиболее выгодное предложение за вашу долю «Таггарт энтерпрайзис».

– Простите, Хорас, но давайте сразу определимся – меня не интересуют другие предложения.

В кабинет вошел Казек Бошек.

– Добрый день, мисс Таггарт.

Джесси нахмурилась.

– У меня здесь встреча только с моим адвокатом, вам не стоило беспокоиться. Мое решение продать свою долю касается только мистера Вестона, уверена, что этого пожелал бы и отец.

– Твой отец был просто упрямым дураком, – заявил вдруг Бошек, и Джесси вскочила.

– Не смейте так говорить о моем отце! Генри Таггарт был прекрасным, честным человеком.

– По моему разумению, слишком честным, во вред себе, – гадко ухмыляясь, сказал Бошек. – Честность по отношению к китайцам и привела его к смерти.

– Мистер Мак-Кафферти, – Джесси повернулась к адвокату, – я буду признательна, если вы сами велите мистеру Бошеку уйти.

Хорас встал, но поглядел на Казека как-то не слишком уверенно.

– Сядьте, Мак-Кафферти, – приказал ему тот, и он мгновенно опустился в кресло.

– Ну а с меня хватит ваших грубостей, – заявила Джесси, гордо подняв голову. – Хорас, вы сможете найти меня в «Палас-отеле», я бы хотела, чтобы вы немедленно занялись этим делом.

Бошек загородил собой дверь.

– Извините, мисс Таггарт, но вы никуда не уйдете. Я слишком долго проявлял к вам терпение. Мне нужна ваша доля акций, и я хочу получить все сейчас.

– Нет, мистер Бошек, это невозможно.

– А мне и не требуется разрешение. Так или иначе, но я получу вашу долю.

Джесси встрепенулась.

– И что же вы собираетесь предпринять?

– Организую еще один несчастный случай, уж в этот раз он окажется для вас последним.

Джесси уставилась на него, начиная прозревать.

– Боже мой! Так это вы убили моего отца?

Бошек передернул плечами.

– Все вышло случайно. Я нажимал на Генри, заставлял его продать мне компанию, он только злился. Ну, у него всегда был трудный характер. Он ударил меня, я – его, но слишком сильно, сильнее, чем хотел. Он упал и умер. Вот я и решил свалить все на китайцев.

– А почему вы рассказываете мне это сейчас? – Джесси еле сдерживала слезы.

– Потому что хочу, чтобы вы поняли, как все серьезно.

– А ограбление фургона? Тоже ваших рук дело?

– Если бы я занимался этим делом лично, вам бы золота не видать. К сожалению, пришлось кое-кого нанять.

Джесси вспыхнула, она настолько разъярилась, что чуть было не набросилась на него с кулаками.

– Так вы убили всех, кто сопровождал караван? Хотели прибрать к рукам компанию?

– Вы все правильно поняли.

– И что я должна, по-вашему, сделать сейчас?

– Сесть и замолчать.

Джесси не двинулась с места. Бошек повернулся к Хорасу.

– Пошли того парня снизу с запиской к Вестону. Напиши ему, что девчонка у меня, и, если он хочет ее заполучить, пусть придет сюда, но только придет один и без оружия. Пусть приготовится подписать бумаги о передаче своей доли компании.

Хорас испуганно глянул на него.

– Ну, я не знаю, Казек… Может быть…

– Делай, что тебе говорят, если не хочешь, чтобы весь город узнал о тебе и твоем мальчике.

Хорас покраснел, и Бошек самодовольно ухмыльнулся. Он уже два года шантажировал Мак-Кафферти. Из письма адвоката в одну марокканскую фирму, которая поставляла мальчиков богатым клиентам, он узнал о наклонностях Хораса. Казек снял копию письма и послал ее по адресу, а оригинал оставил у себя в сейфе. А когда мальчик прибыл, Казек показал письмо Мак-Кафферти и потребовал сотрудничества в обмен на молчание.

Хорас посмотрел на Джесси, но она явно ничего не поняла, кроме того, что адвокат – в руках у этого негодяя Бошека.

– Мы же с тобой договорились, – взмолился Хорас.

– Да, ты обещал мне «Таггарт энтерпрайзис». Теперь же, когда я сам взялся за дело, у нас будет новый договор.

Мак-Кафферти кивнул и направился к двери. Джесси, слушая их разговор, прикидывала, что можно сделать. Если она закричит, кто-нибудь придет ей на помощь… или Бошек пристрелит ее на месте.

Словно прочитав ее мысли, тот достал револьвер и, поигрывая им, сказал:

– Можете пока присесть и отдохнуть, мисс Джесси.

– Не смейте меня так называть!

Бошек засмеялся.

– В вас есть огонь, мне это нравится. Если бы у вас было хоть немного здравого смысла, то вы бы присоединились ко мне. С моими связями мы бы с вами пригвоздили всех политиков этого города. Они бы все почитали мистера и миссис Бошек как силу, которой нужно подчиниться.

– Вы свинья, Бошек. Как же мне хочется плюнуть в вашу физиономию!

– Да, вы горячая женщина, но не слишком разумная. А теперь помолчите, не то мне вздумается побаловаться с вами прямо тут, на столе у Хораса.

Джесси побледнела и глянула на дверь.

– Я хороший стрелок, мисс Джесси, и начинаю терять терпение.

Ей ничего не оставалось делать, как сесть на стул и замолчать.


Чувствуя себя совершенно разбитым, Джейк ввалился в двери «Ангела». Салун уже начал заполняться обычной вечерней публикой, на него с любопытством поглядывали люди. Но Джейк, не обращая ни на кого внимания, устремился вперед, где у стойки бара стоял Пэдди и беседовал с Рупертом.

– Что с вами, босс? – воскликнул бармен, когда Джейк подошел к ним и заказал порцию виски.

– Рене Ла Порт вправлял мне мозги, – ответил тот, залпом осушив стакан.

– Глядя на вас, можно предположить, что это был долгий раунд. А как Рене?

– В результате мы с ним достигли полного взаимопонимания. – Тут он похлопал Пэдди по плечу. – Рад тебя видеть, друг мой. Мы соскучились по тебе. Как здоровье?

Пэдди поморщился от этого дружеского жеста.

– Рана в груди зажила, только рука побаливает. Док сказал, надо полежать еще немного. Но он же шотландец, и я засомневался в его советах. Решил отправиться домой.

Руперт налил Джейку еще виски.

– Тут вас дожидается парень из конторы Мак-Кафферти. Я его послал наверх.

– А где Джесси?

– У нее встреча с Хорасом. Она еще не возвращалась.

– Когда придет, скажи, что я хочу ее видеть.

– Ладно, босс.

– Мне надо умыться. Пэдди, пойди скажи этому парню – я подойду через пятнадцать минут.

Он вошел в кабинет в свежей рубашке, причесанный и умытый. Но тело еще ныло и бровь побаливала.

Молодой человек при появлении Джейка вскочил и вручил ему конверт.

– Я – секретарь мистера Мак-Кафферти. Мне поручили отдать вам это лично в руки, но дожидаться ответа не требуется. На сегодня я закончил работу и иду домой.

Он откланялся и вышел. Джейк вскрыл конверт и достал оттуда письмо. Пробежав его до конца, он побелел.

«Вестон!

Если ты хочешь снова увидеть мисс Таггарт, приходи в контору «Брейс и Мак-Кафферти». Мистер Бошек освободит ее, как только ты подпишешь бумаги о передаче ему всех своих дел по компании «Таггарт энтерпрайзис». Ты должен прийти без оружия».

Бошек! Он нередко высказывал желание приобрести компанию, особенно грузовые перевозки. И Джейк понимал почему – с его связями и опытом он сделал бы их прибыльными в два счета. Бошек наседал с этим предложением и на Генри, они часто ругались с Таггартом по этому поводу.

– Что-нибудь не так, босс? – поинтересовался Пэдди.

Джейк глянул на друга – нет, он еще не здоров…

– Ничего особенного, Пэдди, ты сначала вылечись.

Пэдди хотел было с ним поспорить, но Джейк сказал ему деловито:

– Если я не вернусь к восьми часам, иди к шерифу Хэндли. Скажешь ему, что я в конторе Хораса Мак-Кафферти, и пусть он едет туда и прихватит своих помощников.

– Вы уверены, что я не должен идти с вами?

– Делай так, как я сказал.

Он положил письмо на стол и покосился на кобуру с «кольтом». Нет, в записке сказано – без оружия. Странное и угрожающее заявление. Но не будет же он так подставляться в самом деле. Джейк достал из ящика стола маленький пистолет, сунул его в ботинок и быстро вышел.


Пэдди схватил листок бумаги и попытался прочесть, что там написано. Они с мисс Джесси занимались всего несколько раз, и читать он еще не мог. Что за незадача! Как бы это пригодилось теперь! Джейк выглядел таким расстроенным… Пэдди впился глазами в листок, пытаясь сложить уже знакомые буквы в слова.

Джейк отправился к Мак-Кафферти. Руперт сказал, что мисс Джесси тоже там и еще не возвращалась. Значит, что-то там такое… Джейк велел привести шерифа, если до восьми не вернется… Мало ли что может произойти до восьми…

Пэдди поглядел на часы – до восьми еще ждать долго. А что, если показать листок Руперту? Нет, Джейк ужасно рассердится… Неужели придется сидеть здесь и смотреть на часы? Стрелки двигаются так медленно…

Глава 23

Джейк пообещал кучеру двойную плату за скорость, и тот в считанные минуты доставил его по нужному адресу. Теперь, стоя перед массивным кирпичным зданием и глядя на окна конторы Мак-Кафферти, Джейк размышлял, не зайти ли ему с черного хода. Но тут же отмел эту мысль и решил войти через парадное – неизвестно, как обстоит дело, и пока он не уверится, что с Джесси все в порядке, рисковать не стоит.

Дверь оказалась открытой. Джейк беспрепятственно вошел в полутемный холл и поднялся по лестнице на второй этаж. Перед дверью в контору он перевел дух – все-таки сказывалось волнение за Джесс.

Дверь в кабинет была распахнута. За письменным столом сидел Казек Бошек. В одной руке – сигара, другая на колене, на столе перед ним лежит револьвер.

– Входи, Вестон, – сказал Бошек, помахав ему рукой.

Джейк прошел в кабинет. Хорас стоял у стены, Джесси сидела в дальнем углу на стуле. Увидев его, она встала.

– Что, черт побери, происходит, Бошек? – спросил Джейк.

– Это он убил моего отца, – выпалила Джесси.

– Сядь и заткнись! – рявкнул на нее Бошек и вынул руку из-под стола. В ней оказался второй револьвер. Он нацелил его в грудь Джейка.

– Делай так, как он говорит, Джесс, – сказал Джейк и взглядом попытался подбодрить ее.

Он так был рад видеть ее даже при таких обстоятельствах, что чуть не улыбнулся ей. Но тут же с тревогой заметил, как она бледна и как испугана. На ней какое-то темное платье, видно, под настроение, когда он уходил от нее, она была так печальна. Джесси тоже во все глаза смотрела на него, вернее, на его разбитое лицо. Она опустилась на стул.

– Обыщи его, – приказал Бошек Хорасу. Тот побледнел.

– Не нравится мне все это, Казек, – пробормотал он.

– Выполняй!

Хорас подошел к Джейку:

– Повернитесь.

Он похлопал его по бокам, конечно, до ботинка не добрался.

– Покажи ему бумаги, – велел Бошек.

Мак-Кафферти подал Вестону три листа, испещренных мелкими буквами. Тот взял их, прихватил стул и пошел к Джесси. Сев рядом с ней, он взял ее за руку и ужаснулся, как холодна ее рука…

– С тобой все в порядке?

Она кивнула.

– А как ты? Что с лицом?

– Урок борьбы.

Потрепав ее по щеке, он стал читать.

– Читать не требуется, – заявил Казек и подвинул к краю стола чернильницу. – Ты продаешь свою долю в «Таггарт энтерпрайзис» и получаешь десять тысяч долларов.

Джейк поднял брови.

– Что-то слишком дешево, а, Казек?

– Не важно, Вестон. Ты и гроша не получишь, не то что десять тысяч. Подписывай.

Джейк глянул на Мак-Кафферти:

– А ты тоже в этом деле?

– Я… у меня нет выхода, Джейк. Я бы посоветовал… – Он откашлялся. – Мой совет – подпиши.

Джейк взял Джесси за руку и заглянул ей в глаза.

– Джесс, ты знаешь, – сказал он, – как мне понравилась прогулка по Китайскому кварталу и что я говорил тебе тогда. – Она озадаченно глядела на него. – Если ты будешь сидеть далеко от двери, то не исполнишь мое пожелание, ясно? Что бы ни случилось.

Казек нахмурился – что он болтает? Совсем с ума сошел.

– Подписывайте, оба! – крикнул он, теряя терпение.

Джейк встал и подошел к столу. Казек схватил второй револьвер и нацелил в Вестона. Тот поглядел на него, обмакнул перо в чернильницу и стал перелистывать бумаги. Джесси судорожно соображала: он был против того, чтобы она пошла к китайцам, и сказал, чтобы держалась подальше от всяких неприятностей… значит, не надо сидеть, надо бежать…

– Где подписывать? – спросил Джейк, оглянувшись на Хораса.

Тот подошел к нему и указал, где находится место подписи. Джейк схватил его за руку, развернув рывком, поставил перед собой и крикнул:

– Джесс, беги!

В ту же секунду раздался двойной выстрел из обоих револьверов сразу. Мак-Кафферти стал заваливаться на Джейка, но тот бросил его тело на Бошека.

Джесси кинулась к дверям, но услышала, как снова взвели курок… потом другой. Он держит Джейка на мушке!

– Стойте на месте, мисс Таггарт, или я убью этого идиота!

Она остановилась как вкопанная. Повернулась. Джейк пятился от Бошека, тело адвоката лежало на полу.

– Я сказал, пристрелю его! – злобно крикнул Бошек.

Джейк встал между ним и Джесси на линии огня и сказал:

– Он застрелит нас только после того, как мы подпишем бумаги, Джесс. Делай, как я сказал…

– Я убью его прямо сейчас, если вы не вернетесь. Вы подпишете бумаги, и я оставлю вас здесь связанными, но живыми.

Он прицелился в голову Джейка.

– Опустите револьвер, мистер Бошек, – сказала Джесси. – Я не собираюсь убегать от своего партнера.

– Черт возьми, Джесс!

Она подошла к нему и встала рядом.

– Извини, Джейк. Ты же понимаешь, что я не могу поступить иначе.

– Нет, можешь…

– А теперь, Вестон, бери перо и подписывай.

Стараясь подавить в душе ярость, Джейк обмакнул перо в чернила и поставил на листе свою подпись.

– Теперь вы, мисс Таггарт. Джесси подчинилась.

– Ну а теперь я выполню свое обещание. Я же человек слова, Вестон. Пойди и оторви шнур с этих занавесок, а потом привяжи ее к стулу.

Джейк подошел к окну, рванул шнур, взял стул и отодвинул его от стены. Глянул на Бошека – не удастся ли швырнуть в него этим стулом?

– Не советую, – догадался тот. – Одно лишнее движение, и она получит пулю в лоб.

Джейк опустил глаза и увидел перед собой перекошенное лицо мертвого Мак-Кафферти. Да, с Бошеком шутки плохи. И он, конечно, врет, что оставит их с Джесси живыми.

Как было велено, Джейк привязал Джесси к стулу, но постарался не слишком затягивать узлы. Тем не менее он все время был начеку, надеясь использовать первую же возможность, но действовать надо наверняка, ошибка будет стоить им жизни. Он все еще не терял надежды…

– Теперь тащи сюда другой стул. Так, поставь его и садись лицом к стене. Руки назад.

Джейк выполнил и это приказание. Его рука сама тянулась к ботинку, но для того чтобы достать пистолет, нужно приподнять ногу, а так ни за что не опередить выстрел.

– Я сказал, руки назад!

Джейк почувствовал, как под его локти протянули шнур. Связывает. Он должен это делать двумя руками… Сейчас или никогда! Упершись обеими ногами в стену, он рванулся назад, чтобы сбить стоящего сзади Бошека. Повалился сам, перевернувшись, попытался выхватить из ботинка пистолет, но тут на него обрушился страшный удар – это Бошек стукнул его рукояткой револьвера по голове. Боль словно прошила его насквозь, и Джейк потерял сознание.

– Не убивай его! – закричала Джесси. Бошек поднял Джейка и усадил его на стул, потом ловко привязал его и привалил к стене. Джесси замерла, с ужасом наблюдая, как туго тот затягивает узлы.

– Тебе это не сойдет с рук, Бошек! – гневно бросила она ему.

– Да? Все, что я планировал, сходило мне с рук, я удачливый. Единственная осечка – не получил повышения в компании «Вэллс и Фарго». Но теперь мне плевать на это. У меня собственная компания по грузовым перевозкам – баржи, фургоны. Ах да, и «Дивный ангел» в придачу.

Казек еще раз проверил, насколько надежно привязан Джейк, потом подошел к Джесси и затянул все узлы потуже. Снова вернулся к Джейку и ухмыльнулся, глядя на его безжизненное тело.

– Сиди отдыхай, бывший владелец компании Вестон! – издевательски сказал он. – Но ты был прав, парень, я не могу позволить вам выжить.

Джесси даже задохнулась от волнения.

– Ты же получил, что хотел, Бошек! Если ты оставишь нам жизнь, мы скажем, что сюда забрались воры, как раз когда мы подписывали контракт. Мы скажем, что это они убили Хораса.

Бошек захохотал.

– Извини. Надо было раньше беспокоиться о своей жизни. Продала бы мне свои акции вовремя, ничего бы не случилось. Я бы мог пристрелить вас прямо тут, на месте, да неохота. Не люблю стрелять в женщин. Надо, чтобы все выглядело естественно.

С этими словами он подошел к Джесси и заткнул ей рот своим носовым платком, потом взял со стола бумаги, проверил подписи и сунул документы в карман. Притушил лампу на письменном столе, оставив гореть только настенный канделябр. Керосином из лампы Бошек полил ковер вокруг тела Хораса, пол у дверей, плеснул на занавески.

– Я скажу, что оставил всех вас праздновать подписание контракта по продаже «Таггарт энтерпрайзис».

Он опрокинул Джейка вместе со стулом на пол лицом вперед, потом подвинул к нему Джесси, наклонил ее назад так, чтобы спинки стульев соединились, и связал их вместе.

– Да, не повезло вам. – Он гадко улыбался. Подойдя к двери, Бошек вдруг поклонился и проговорил очень кротко:

– Понятия не имею, как все случилось, шериф. Я оставил их праздновать! – И он издевательски расхохотался. – Прощай! – обратился он к Джесси. – Как и обещал, оставляю вас живыми.

Он вышел и закрыл за собой дверь. Джесси похолодела, она была на грани обморока.

Казек спустился вниз, в канцелярию, которая находилась прямо под конторой Мак-Кафферти. При свете уличных фонарей, струившемся из окон, он собрал в кучу бумаги между стеллажом и дубовым шкафом, добавил в нее еще несколько стульев. Потом принес пару керосиновых ламп и выплеснул содержимое на стеллажи.

Бошек достал из кармана сигару, прикурил, затянулся и бросил горящую спичку в бумаги.

Он еще не вышел из здания, а пламя уже лизало потолок, как раз под той комнатой, где находились связанные Джейк и Джесси. «Как жаль, черт возьми! Такое здание пропадет, да еще и погибнет красивая женщина!» – подумал он. Но так девчонке и надо, слишком гордая. Они с Вестоном два сапога пара, два простака, которые не умеют делать деньги.

Бошек поспешил прочь от разгоравшегося пожара.


Пэдди в наброшенном на плечи сюртуке повернул за угол и остановился, увидев, как к какому-то двухэтажному дому сбегается народ, – оттуда валил дым. Он знал, что это та самая улица, на которой находится контора Мак-Кафферти, но где же нужное здание? Пэдди стало не по себе – он терпеть не может пожары, не понимает, как нужно себя вести, общая паника сбивает его с толку.

Пробравшись сквозь толпу, он увидел, как в окнах первого этажа мечутся языки пламени. С треском лопнули стекла, и огонь вырвался наружу. «Красивое здание…» – подумал Пэдди. Взорвалось еще несколько стекол. Из расположенной рядом с горящим домом конюшни доносилось ржание лошадей, испуганный хозяин поспешно открывал двери, боясь, как бы пожар не охватил и его конюшню. Пэдди подошел поближе и попытался прочесть, что написано большими буквами над дверью. Господи, он узнал это слово! Оно было в письме для Джейка – в середине большая буква «К» и два «ф» – Мак-Кафферти! Честно говоря, он не выдержал и показал то письмо Меган, она ничего не сказала, только начала плакать и велела ему бежать со всех ног сюда, адрес сказала…

Тут до него дошло – здесь, в горящем здании, Джейк и Джесси! Вот она, беда, о которой предупреждала Меган!

Народ выстроился в ряд, чтобы передавать ведра с водой, которую черпали из огромных бочек у конюшни. Пэдди поглядел на ведра, на горящий дом и сообразил, что надо делать, – он скинул сюртук, подбежал к людям и попросил, чтобы его окатили водой. И стал пробираться к конторе. В этот момент прибыли две бригады пожарных и еще отряд добровольцев из порта. «Это, конечно, хорошо, – подумал Пэдди, – но, пока они потушат огонь, будет поздно».

Одним прыжком он преодолел крыльцо и подскочил к двери. Ему кричали, но он не обращал на крики внимания. Замотав голову сюртуком, Пэдди бросился внутрь. Жара там стояла невыносимая, треск горящего дерева, дым, гарь. Двери в двух нижних комнатах уже обгорели. В этих помещениях людей не было. Памятуя, что кабинеты боссов обычно находятся наверху, он понесся через две ступеньки по лестнице. В коридоре от дыма с трудом можно разобрать дорогу. Вот какая-то дверь, на стекле надпись – в середине «К» и две буквы «ф»… Мак-Кафферти. Он вошел в приемную, снял с головы сюртук и огляделся. Дым застилал глаза, он закашлялся. Здесь точно никого. Еще одна дверь. Попробовал – заперто. Для мощного ирландца это не преграда – налег плечом, дверь распахнулась. Сначала он ничего не увидел от дыма. Потом услышал какой-то шорох, опустил глаза на пол, а там лежит какой-то человек. Это не Джейк, не… А вот и Джесси! И тут он понял, что она привязана к стулу, а под этим стулом еще один, с Джейком. Пэдди увидел ее отчаянный взгляд, увидел кляп во рту, смачно выругался и бросился к несчастной.

Джесси, уже совсем потерявшая надежду на освобождение, не верила своим глазам. Пожар вот-вот прорвется в кабинет, пол раскалился, и только толстый ковер спасал от ожогов. А Джейк все еще был без сознания. Она беспомощно мычала и в отчаянии смотрела на неожиданного спасителя. У Пэдди не было с собой ножа, и он решился – вынул из перевязи руку, поморщившись от боли, схватился за шнур. Покраснев от натуги, он потянул, и его мощные кулаки разорвали шнур. Освободившись, Джесси выхватила кляп и бросилась к Джейку.

– Надо спешить, – сказала она дрожащим голосом.

Хлебнув дыма, она закашлялась, но все же пыталась развязать тугие узлы. Справиться с этим шнуром было под силу только Пэдди. Джейк застонал, ирландец попробовал поставить его на ноги, но из этого ничего не вышло. Тогда он взвалил хозяина на здоровое плечо, и они с Джесси выбежали из кабинета. На лестнице Джейк окончательно пришел в себя и велел Пэдди опустить его.

– Вот неожиданная удача, друг мой, – сказал он верному слуге и зашелся кашлем.

Пэдди слабо улыбнулся, напряженно всматриваясь вниз. Подхватив Джесси под руки, они медленно стали спускаться, но дальше среднего пролета между этажами пройти не смогли – нижняя часть лестницы уже была охвачена пламенем. В тот же момент и наверху все загорелось.

Пэдди закутал голову Джесси сюртуком и разбил окно на площадке. Постояв на подоконнике, он исчез и через несколько секунд крикнул Джейку. Тот поставил Джесси на подоконник: «Прыгай!» Она сначала ахнула, но, заметив под окном крышу конюшни, на которой стоял в клубах дыма Пэдди, решилась прыгнуть. Пэдди принял ее на руки. Затем к ним присоединился Джейк.

Они осторожно прошли по крыше и спрыгнули во двор в стог сена. Кашляя и пытаясь отдышаться, они услышали, как в объятом пламенем здании раздались взрывы и страшный грохот – рушились перекрытия, крыша, в небо вздымались снопы искр.

Крепко обняв Джесси, Джейк прижался щекой к ее щеке.

– Слава Богу, с тобой все в порядке! – проговорил он.

Даже чумазая от дыма, с растрепанными волосами, она прекрасна. Джесси прильнула к нему. Джейк чувствовал, как она вся дрожит, и обнял ее еще крепче. В ее глазах стояли слезы.

– Я всегда навлекаю на тебя беду.

– Ты тут ни при чем, Джесс. Это все козни Бошека.

Джейк повернулся к Пэдди и протянул ему руку.

– Спасибо, Пэдди, если бы не ты… Ты потрясающий друг, Фитцпатрик.

Джесси тоже подошла к нему, обняла и поцеловала в щеку, говорить она просто не могла. Пэдди смущенно улыбнулся и сказал:

– Хорошо, что я не послушал вас, босс. Пошел раньше.

Тут Джейк помрачнел.

– Бошек, – сказал он, словно плюнул. – Я найду его.

И пошел к воротам, Джесси за ним.

– Оставь его шерифу, – взмолилась она. – С тебя уже достаточно, Джейк.

– Суд и виселица – это слишком легкая смерть для него, Джесс. Кроме того, он может уйти, хитрая бестия. Возвращайся в «Ангел».

– Я отвезу ее, босс, – сказал Пэдди.

– Я пойду с тобой, – решительно заявила Джесси.

– Нет, – бросил Джейк, даже не замедлив шаг, они уже вышли на улицу. – Я не возьму тебя с собой, Джесс. Пэдди, отвези ее.

Она обогнала его и преградила дорогу.

– Ты сказал, что в следующий раз послушаешься меня! Бошек убил моего отца. Если ты идешь расправиться с ним, я иду тоже!

Он действительно сказал ей это, теперь, правда, не знал зачем. И понимая, что совершает ошибку, Джейк сдался. По крайней мере он сможет приглядеть за ней, иначе она отправится без него, и новых бед не оберешься.

– Только не мешай мне!

Она кивнула, но подняла удивленно брови и выпятила нижнюю губку. «Господи, как она хороша, сил нет сдерживаться, так бы и стиснул в объятиях!»

– Джесси Таггарт, ты сведешь меня с ума, – признался он, целуя ее в губы. – Постарайся сделать так, чтобы я все-таки думал о Бошеке, а не о том, как заняться с тобой любовью.

Джесси покраснела, она никак не могла взять в толк, почему он ведет себя так, будто их утреннего разговора не было. Джейк достал из ботинка пистолет, которым так и не смог воспользоваться раньше, заткнул его за пояс и собрался уже идти, как вдруг услышал крик Джесси:

– Пэдди!

Джейк обернулся и увидел, что парень, побледнев, упал на колени. На плече по рубашке расползлось кровавое пятно – открылась рана. Джесси опустилась на колени рядом с ним.

– Здорово ему досталось, не выдержал…

– Срочно нужен доктор, Джесс.

Не обращая внимания на слабые протесты Пэдди, Джейк поднял его и потащил к стоявшему у тротуара экипажу. Усадив парня, он велел Джесси сесть рядом. Кучер обернулся и протестующе замахал руками:

– Я смотрю на пожар, сэр.

Выхватив пистолет, Джейк приставил дуло ему ко лбу.

– Если ты такой любопытный, будешь смотреть на пожар тремя глазами. Этому парию нужен доктор, вот и вези его, понял?

Побледнев, кучер схватился за вожжи.

– А ты не поедешь с нами? – спросила Джесси.

– Мне надо еще кое-что сделать, сама знаешь, – ответил Джейк, обрадовавшись неожиданной возможности отправить ее домой. – Увидимся в «Ангеле», пошли Руперта за доктором. – И добавил: – Надеюсь застать тебя там, когда вернусь. Нам надо кое о чем поговорить.

Джесси опустила глаза, но он успел заметить виноватое выражение в ее взгляде. Ничего, пусть помучается немного, эта бедовая девчонка заслуживает наказания. Но уж потом, когда Бошек получит свое, когда они с ней все между собой решат, он будет счастлив надеть на ее пальчик обручальное кольцо…

Экипаж отъехал, и Джейк попытался собраться с мыслями. Надо идти к меблированным комнатам, где живет Бошек. Но не прошел он и десяти шагов, как увидел Казимира Бошека собственной персоной. Тот стоял на противоположной стороне улицы и смотрел на пожар. «Сукин сын!» – выругался Джейк и направился к нему.

Бошек заметил Джейка почти в тот же самый момент и вытаращил глаза от удивления. Деваться было некуда, оставалось полагаться только на револьвер, тем более что Джейк схватился за пистолет. Они выстрелили одновременно, и оба промахнулись. Бошек исчез в толпе.


Услышав звуки выстрелов, Джесси крикнула кучеру:

– Останови!

По улице бежал Джейк с пистолетом в руке. Экипаж остановился, и Джесси выскочила на мостовую.

– Отвези его в «Дивный ангел» на Монтгомери-стрит, – приказала она кучеру. – Скажешь, что тебя послала Джесси, и пусть тебе дадут еще доллар сверх обычной таксы.

Она оглянулась по сторонам и успела заметить спину Джейка в конце улицы. Джесси знала, кого он преследует.

– Будьте осторожны, мэм, – проговорил Пэдди.

Она кивнула и, помахав ему рукой, бросилась вслед за Джейком.

Глава 24

Джейк видел, как Бошек проталкивается сквозь толпу, люди кричат на него и грозят кулаками, но он, пригнув голову, протискивается вперед. Джейк следовал за ним, держа пистолет наготове, но стрелять в толпе было невозможно.

Выскочив на свободное место, Бошек обернулся и прицелился. Спрятавшись за столб, Джейк выстрелил туда, где стоял поляк. Выглянув, понял, что промахнулся, тот исчез в ближайшем переулке. Джейк двинулся было туда, но поскользнулся и чуть не упал. Прошел до угла вдоль стены и только выглянул, как мимо просвистела пуля.

– Джейк! – крикнула Джесси, догнав его. Он схватил ее за плечи и пригнул – как раз вовремя, потому что раздался второй выстрел, и у них над головами пролетела еще одна пуля.

– С тобой все в порядке? – спросила Джесси, погладив его по щеке. – Я видела, как ты споткнулся, и испугалась.

– Поскользнулся, – ответил он и добавил: – Джесс, я бы предпочел, чтобы ты отправилась в «Ангел».

– А я бы предпочла, чтобы ты доверил шерифу поимку этого негодяя, но раз ты не хочешь, я иду с тобой. Только мне нужен пистолет.

– Ну ладно, – усмехнулся Джейк. – Хорошо бы еще знать, куда он подевался.

В переулке раздались торопливо удалявшиеся шаги.

– Оставайся здесь, – приказал Джейк и выглянул из-за угла.

Он начал осторожно пробираться в конец темного переулка, потом махнул рукой Джесси, и она подбежала.

– Бошек направляется в Китайский квартал, – бросил Джейк через плечо, прислушиваясь, но шагов не было слышно.

– Если он попадет туда, мы не сможем его найти.

– План неплохой, но он не сработает. Джейк решительно вывернулся из-за угла, прикрывая собой Джесси.

– Берегись! – крикнула она, увидав вдалеке огонек выстрела.

Оба присели. Все стихло. Джейк и Джесси дошли до следующего поворота. Бошек исчез в переулке, который, насколько Джейк знал, выходил уже прямо в Китайский квартал.

Оказавшись на шумной, ярко освещенной улице квартала, они даже прищурились после кромешной темноты. Наверху красовались гирлянды бумажных фонариков, большие фонари из гофрированной цветной бумаги висели над каждой дверью. По улице прогуливались мужчины под руку с молоденькими китаянками и поодиночке. Приглядевшись, Джесси поняла, что это район проституток. Бошека не было видно.

– Он мог спрятаться в любом из этих притончиков, – сказал Джейк, и они пошли по улице.

Проститутки зазывали его, предлагая свои услуги, и Джесси, слыша все это, покраснела. Джейк поглядел на нее и рассмеялся.

– А я-то думал, ты уже успела привыкнуть к таким разговорам.

– Никогда не привыкну к этому.

– Ну, конечно, ты же настоящая леди, – пошутил он, нагнулся и поцеловал ее в губы. – Я говорил тебе это и раньше.

Джесси заморгала, чтобы сдержать подступившие к глазам слезы, и отвела взгляд.

– Если бы я была настоящей леди, то не стала бы заниматься этим с Рене… и даже с тобой.

Он хотел ей что-то сказать, как вдруг перед ними возник китаец в черном балахоне. Джейк схватился было за пистолет, но китаец поклонился и указал рукой на здание склада в середине улицы.

– Человек, которого вы ищете, там, – сказал он и исчез.

– Пошли. – И Джейк потянул Джесси к складу.

Оглядевшись с опаской вокруг, он открыл тяжелую дверь. Последовал выстрел, пуля пролетела, чуть не задев его лицо.

– Черт подери, – выругался Джейк, схватившись за щеку.

– Давай все же оставим его шерифу, – прошептала Джесси, испугавшись не на шутку.

– Возможно, но… – Он тут же отмел эту мысль, жажда мести переполняла его настолько, что он мечтал собственноручно расправиться с подонком.

Опустившись на колени, Джейк заглянул в дверь и выстрелил на какой-то звук внутри. Послышались торопливые шаги, грохот и крик.

– Он что-то сшиб, – прошептала Джесси.

– Хоть бы ему свалилось на голову Что-нибудь тяжелое и раздавило как таракана.

Через запасной выход Бошек выскочил на параллельную улицу. Они бросились за ним. Неожиданно Джейк увидел на полу револьвер, один из револьверов Бошека. Проверив затвор, засунул револьвер за пояс.

– Хорошо бы все-таки позвать шерифа, – сказала опять Джесси.

– Хорошо бы тебе отправиться в «Ангел», – отрезал Джейк, и они вышли из склада.

На этой улице тоже было людно и светло, в толпе китайцев не заметить белого человека невозможно, но Бошека что-то не видать.

– Черт, мы его упустили, – сокрушался Джейк.

Перед ним появились два китайца в черных балахонах, один из них что-то сказал по-китайски и указал куда-то рукой.

– Что происходит? – удивилась Джесси.

– Похоже, нам решили помочь. Китайцы терпеть не могут Бошека. Они не станут вмешиваться, но готовы оказать нам помощь.

Когда они дошли до перекрестка, другой китаец указал им направление, и они почти бегом направились в ту сторону. Еще один китаец встретил их на углу и указал в переулок.

– Он, как крыса, попал в ловушку, – сказал китаец. – Мерзавец прошел в здание рынка рабов.

Это здание, где проводились аукционы по продаже рабынь-китаянок, находилось в конце глухого переулка. Джейк всего однажды был там, но запомнил, что внутри, как раз напротив входа, находится стойка бара и несколько столиков, дальше дверь, через которую попадаешь уже в помещение, где проводятся аукционы. Там стоят ряды стульев, а в конце – подиум, на который выводят девушек. Дальше двери, ведущие в жилое помещение, наверху галерея.

Джейк задержался у входа и оглядел выкрашенное ярко-зеленой краской здание с резными дверями и блестящими медными ручками в виде змей, в этом мрачном переулке оно казалось слишком крикливым и вычурным. Но не о проблемах вкуса были его мысли – его волновало, что ждет внутри. Нужно быть готовым ко всему да приглядывать за Джесси.

Он толкнул дверь, она, заскрипев, открылась – разглядеть что-либо было трудно, луна освещала только небольшую площадку перед входом. Прикрывая собой Джесси и держа пистолет наготове, Джейк пробрался внутрь, напряженно всматриваясь в темноту.

Осторожно огибая столики, они продвинулись к двери, ведущей в зал для аукционов. Там раздался еле слышный шорох. Джейк распахнул двери и увидел освещенное мягким лунным светом помещение заполненное рядами стульев. Он и забыл, что в зале стеклянная крыша, это им на руку – можно хоть что-то увидеть, но, с другой стороны, и их будет заметно, если не соблюдать осторожность.

– Оставайся здесь, – приказал он шепотом Джесси.

Джесси послушно кивнула и прижалась к стене. Джейк толкнул пару стульев и отскочил, пригнувшись, в другую сторону. Моментально прогремел выстрел, пуля врезалась в косяк двери. Джейк покачал головой, он тоже может промахнуться, не зная, куда точно стрелять, с таким же успехом и Бошек обманет его.

Где-то у подиума раздался шорох, он всмотрелся, но ступенек не видно, все во тьме. Остается затаиться и ждать. Послышались осторожные шаги, скрип половиц, и на подиуме возникла тень. Джейк выстрелил, и Бошек, определив, откуда стреляют, тоже пальнул в его сторону – пуля прошла у плеча, порвав рукав, но Джейк выстрелил снова и услышал, как поляк грохнулся на пол. «Дай Бог, чтобы я в него попал!» – подумал Джейк.

Неожиданно на его плечо легла чья-то рука. Джейк так и подпрыгнул, но тут же сообразил, что это Джесси. «Черт!» – выругался он, в этот момент раздался еще один выстрел, и Джейк повалил ее на пол.

– Надо же было мне влюбиться в такую безрассудную женщину! – прошипел он ей в ухо и пальнул туда, откуда стреляли.

– Дал бы ты мне револьвер Бошека, – тихо сказала Джесси. – Я бы отвлекла огонь на себя, а ты бы смог определить, где он.

– Прекрасная мысль, Джесс. Только в револьвере Бошека нет ни одной пули.

– Жаль.

– Теперь лежи здесь и попробуй не послушаться!

Джейк откатился по полу в сторону и встал. У него осталась одна-единственная пуля. Теперь уже нельзя было промахнуться.

Неожиданно двери на галерее над подиумом распахнулись, и свет множества факелов озарил помещение. Посредине подиума стоял Бошек, щурясь от неожиданного света и озираясь вокруг. Пуля Джейка, пущенная прямо ему в грудь, попала точно в цель. Через секунду Бошек лежал на полу, его сюртук постепенно пропитывался кровью.

Джесси огляделась – на галерее стояли несколько десятков китайцев с факелами в руках. Задняя дверь отворилась, и оттуда на подиум вышли Ток Лойхонг и Чарли Синг, последний подошел к поверженному. Тот еще дышал и таращился на китайцев.

– Вот так, мистер Бошек, – сказал китаец, криво усмехаясь, подобрал револьвер и покрутил его в руках.

– Бошек убил моего отца, – сказала Джесси. Синг не удивился этому сообщению.

– После нашей последней встречи в Китайском квартале, мисс Таггарт, высокочтимый Ток Лой и я стали проводить наше собственное расследование. Мы собрали кое-какие сведения, но не были уверены – до тех пор, пока не узнали о пожаре. Испугались, что вы оба погибли, но потом один наш человек увидел, как вы преследуете Бошека.

Он протянул Джейку револьвер:

– Ваш трофей.

– Спасибо, – сказал тот, принимая его, свой пистолет он предложил Джесси. – Ты говорила, что хочешь иметь оружие. Как только все утрясется, я научу тебя им пользоваться.

Джесси бросила на него удивленный взгляд.

– У меня не будет для этого времени, – ответила она сухо и отвернулась. – Я уезжаю в Бостон.

Джейк взял ее за плечи и повернул к себе.

– Если бы я был дураком, то даже помог бы тебе собраться, но…

Его прервал голос Ток Лоя, стоявшего на подиуме возле Бошека.

– Он отправился к праотцам, – сообщил предводитель тонга. – Это грустный день для обитателей вашего рая.

– Скорее всего он отправился в обратном направлении, – заметил Джейк и направился к подиуму.

Он достал из карманов Бошека пачку документов, просмотрел их и нашел контракт.

– Сожги, – посоветовала Джесси.

– Наши бумаги я сожгу, но тут есть кое-что интересное для дона Гутиерреса. Он ужасно обрадуется, получив назад свою закладную. Только надо будет не пускать его за игорный стол.

Джесси вспомнила старика и улыбнулась.

– Думаю, что дон получил хороший урок. В последнее время он приходил только в бар, совсем не играл.

– Ну и прекрасно, – сказал Джейк и повернулся к двум китайским предводителям: – Я благодарю вас за помощь.

– Да, – добавила Джесси, – вы настоящие друзья.

– Как и вы для нас, – сказал Ток Лой. Джейк взял Джесси за руку.

– Пошли домой, Бостон. Только сперва заглянем к шерифу. Потом вымоемся хорошенько и поговорим.

Джесси пожала плечами.

– Уж и не знаю, о чем еще говорить. Ничего не изменилось, я не в силах изменить то, что уже сделано.

– Домой, Бостон. Поговорим обо всем дома.

Джесси хотела сказать, что «Ангел» уже перестал быть ее домом, но решила не спорить и послушно пошла за ним к выходу.


Приехав в «Ангел», они застали там невероятную суету. Пэдди, к которому носились то Шу Линг, то Аннабел, лежал в своей комнатенке, возле него был доктор Бедфорд, объявивший Джейку, что больному надо полежать дня два. Лови и Руперт сидели наверху в кабинете с рыдающей Меган.

– Она говорит, что Бошек шантажировал ее и требовал поставлять информацию, – сообщила Лови. – Говорит, что не хотела, чтобы кто-нибудь пострадал, но вынуждена была подчиниться. У нее маленькая дочка в школе при монастыре. Бошек знал о ребенке и грозился расправиться с ним, если Меган откажется сотрудничать.

– Похоже, он мог так поступить, – заметил Джейк.

– Он так же шантажировал Мак-Кафферти, – сказала Джесси. – Он сказал что-то о мальчике в его доме, а Хорас побледнел при этом ужасно и затрясся.

Лови захихикала.

– Я чувствовала, что с этим мужчиной что-то не то, – сказала она.

Джесси повернулась к Джейку, который ничему не удивился, но весело поглядел на нее.

– Видимо, я чего-то не понимаю, – возмутилась она. – Может, ты объяснишь мне?

– Все нормально, Джесс. Леди не должна знать о таких вещах.

– Но леди намеревается знать все! – настаивала Джесси, она даже покраснела, такой у Джейка был хулиганский вид. – Ну ладно, рано или поздно мне станет все известно.

Но она все равно никак не могла понять, почему Джейк так с ней ласков, так обходителен, словно ничего и не случилось.

– Меган, – сказал Джейк, положив руку девушке на плечо, – ты всего лишь жертва этого подонка, такая же, как и все мы.

Она перестала плакать и посмотрела на хозяина полными слез глазами.

– Значит, вы не отдадите меня шерифу? – спросила она.

– Нет.

Она бросилась целовать его руку.

– Благослови тебя, Господь! До конца дней буду благодарить тебя, Джейк. Мисс Джесси, вы не пожалеете, помните! Другого такого человека нет на свете.

Джесси улыбалась, довольная решением Джейка. Она вдруг почувствовала, что безумно устала, повернулась и пошла принимать ванну.

Джейк послал записку шерифу и, когда Айзек приехал, рассказал ему все подробности происшествия с самого начала. Так как Джесси не появилась, шериф согласился встретиться с ней утром. Джейк, удовлетворенный тем, что наконец все встало на свои места, отправился к себе, чтобы тоже принять ванну и побриться.


Джесси расслаблялась в ванне, которую Пако поставил напротив камина. На огонь она смотреть не хотела, слишком он напоминал ей о пожаре, и, подумав о том, что могло случиться, если бы Пэдди не пришел им на помощь, Джесси содрогнулась. А теперь душа ее отца может успокоиться… Но для нее покоя не будет, пока она не уедет из Сан-Франциско, где все наполнено воспоминаниями.

Она попыталась представить, как приезжает в Бостон, но не смогла – едва помнила, как выглядят улицы этого города. Там у нее нет дома, значит, придется квартировать где-нибудь в приличных пансионах для одиноких женщин. Там не будет Лови Макдугал, которая ухаживает за ней, не будет Руперта, который развлекает ее, не будет Пэдди, который защищает ее. Как все тоскливо, как ужасно… У Джесси на глаза навернулись слезы.

«Но у тебя и здесь нет дома, – сказала она себе. – Это дом Джейка. Ты сюда явилась непрошеной гостьей, доставляла ему одни неприятности, так что лучше уезжай…» Джейк собирается поговорить с ней сегодня, хотя уже поздно и они оба устали. О чем он будет говорить, неизвестно, но она боится, что он попросит ее остаться.

Он так смотрел на нее сегодня во время погони за Бошеком, целовал ее украдкой, все время пытался обнять… Что это, как не прощение, за которое она ему благодарна и за которое будет любить его еще больше.

Вода в ванне остыла, и Джесси вылезла, вытерлась и надела белую ночную рубашку, а на нее накинула розовый шелковый халатик. Только стала расчесывать волосы, как раздался стук в дверь.

– Войдите! – крикнула она, зная, что это Джейк.

Он буквально взлетел по ступенькам и предстал перед ней, стройный, красивый, сильный. Белоснежная рубашка с распахнутым воротом, облегающие черные лосины, чуть влажные черные волосы немного взъерошены. Он улыбается ей так нежно, что сердце ее разрывается на части.

Джесси вдруг поняла, что, если он сейчас будет умолять ее остаться, она согласится, и не важно, что потом ей будет горько от этого решения.

Джейк взял ее руки в свои, наклонился и коснулся ее губ ласковым, легким поцелуем.

– Привет, Бостон.

– Привет, Джейк.

Сердце готово выпрыгнуть из груди… Джейк усадил ее на диванчик, сел рядом.

– С тобой все в порядке?

– Да, – ответила она. – Только устала.

– Наш разговор нельзя откладывать. Это очень важно.

Она молча смотрела на него.

– Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Я так люблю тебя, что ни о чем думать не могу.

У нее задрожали губы… Именно это она больше всего боялась услышать. Она покачала головой.

– Ты действительно считаешь, что мы не подходим друг другу? – спросил Джейк.

– По-настоящему я так не думаю… Просто утром я чувствовала себя виноватой… И сейчас это чувствую… Ты заслуживаешь другой женщины, такой, которая не предаст тебя.

– А ты, значит, способна предать меня?

– Я уже это сделала.

– Я думал, что это я предал тебя.

– Мне нужно было доверять тебе, Джейк.

– Послушай, мы оба получили хороший урок. – Он сжал ее руки. – Выходи за меня замуж.

Джесси отвернулась.

– Поначалу я твердила себе, что не останусь здесь ни при каких обстоятельствах, считая, что мой ночной визит к Рене разрушит все наши отношения. Потом я молилась, чтобы ты попросил меня не уезжать, и знала, что соглашусь. Теперь вот ты говоришь все это, и я не понимаю, что мне делать.

– Джесс… – Он взял ее за подбородок и повернул к себе. – Сегодня днем я ходил к Рене.

Джесси побледнела.

– Так вот почему у тебя синяки на лице и бровь рассечена? Ты разбирался с Рене.

– Да, мы с ним… поговорили.

– Я же просила тебя не делать этого, Джейк. Как ты мог?

– Послушай, Джесс. Между вами ничего не было.

– Это он тебе сказал?

– Да.

– А что, по-твоему, он мог еще сказать? Джейк вздохнул и откинулся на спинку дивана.

– Он сказал, что не спал с тобой, и я поверил ему.

– А я не верю.

– Хорошо. Если ты сомневаешься, давай все выясним. Расскажи мне, как Рене занимался с тобой любовью.

Джесси возмущенно всплеснула руками.

– Ну это уже просто извращение, Джейк Вестон! Как ты можешь просить меня говорить о таких вещах!

– Давай отбросим ложный стыд, Джесс. Если ты будешь откровенной, мы оба узнаем правду.

– Значит, у тебя тоже есть сомнения.

– Давай так – нам обоим будет лучше, если мы узнаем правду.

Джесси некоторое время молчала, перебирая пальцами кисточки пояса халата.

– Возможно, ты прав, – проговорила она и задумалась, стараясь припомнить все, что было в тот вечер. – Мы с Рене встретились в «Палас-отеле». Поужинали. Я пила херес и шампанское… много шампанского. Помню, даже разбила бокал. Рене сказал, что мне надо ехать домой, а я заявила – у меня нет дома… – Она запнулась, заметив, что Джейку как-то не по себе. – В общем, он привез меня к себе, позвал экономку и попросил подать кофе… А я… настаивала, чтобы мне дали еще шампанского… Я…

– Ну? Что, Джесс?

Она опустила глаза и пробормотала:

– Я призналась ему, что люблю тебя…

– И что потом?

– Рене сказал, что вы с ним оба плуты… Он поцеловал меня.

Джейк весь напрягся.

– Я плакала…

– Что было потом?

– Я… я… – У нее по щекам потекли слезы. – Джейк, я не помню остальное.

– Ты не помнишь, потому что ничего не было, Джесс. Рене ушел, он даже не ночевал дома. Это подтвердила и его экономка.

В его глазах было столько любви и нежности, что она расплакалась от радости. Она обняла его, прижалась щекой к его щеке и пыталась что-то сказать, но не могла.

– Выходи за меня замуж, Джесс, – сказал Джейк.

– Я люблю тебя… – произнесла она наконец эти три заветных слова и повторила: – Я так люблю тебя, Джейк.

Он пригладил ладонью ее волосы, и Джесси поцеловала его, вложив в этот поцелуй всю нежность, на какую была способна. Джейк с готовностью ответил, но его поцелуй был страстным и требовательным, возбуждающим желание, будоражащим воображение…

Джесси, едва переводя дыхание, поглядела ему в глаза.

– Я буду счастлива выйти за тебя замуж, Джейк, – сказала она. – Не могу уехать от тебя, не могу жить без тебя.

– Мы поженимся, Джесс. Завтра, если ты готова. Мы купим дом, большой дом для нашей будущей большой семьи. Может быть, даже продадим «Ангел», но не будем торопиться с этим решением, у нас полно дел в нашей компании, правда? Я люблю тебя, Джесс.

– О, Джейк!

Он поцеловал ее в губы так, как ей больше всего нравилось – глубоко проникая трепетным языком в ее рот. Потом встал, подхватил ее на руки и понес на кровать.

– Ну так что, Джесс? – спросил он, поставив ее на пол, но не выпуская из объятий. – Хочешь, подождем до свадьбы?

Он дразнил ее, это ясно.

– Я хочу, Джейк Вестон, еще один урок.

Джейк улыбнулся, в глазах зажегся огонь желания. Он скинул ботинки, один о другой, и, не сводя с нее глаз, протянул руку и развязал поясок, сбросил с нее халат и принялся медленно расстегивать пуговички рубашки. Джесси затаила дыхание и следила за его рукой. Почувствовав прикосновение его пальцев к груди, она сама сбросила рубашку. Джейк окинул ее восхищенным взглядом.

– Боже, как ты прекрасна… – проговорил он и наклонился, чтобы поцеловать розовый сосок.

– Не спеши, – предупредила она и дрожащими пальцами расстегнула несколько пуговиц на его рубахе, вытащила ее из штанов и потянула кверху.

Пока Джейк снимал ее, Джесси прижалась губами к его мускулистой груди, с удовольствием чувствуя, как он весь напрягся от ее поцелуев. Она провела языком от одного соска к другому, и Джейк застонал, а Джесси уже расстегнула его штаны и потянула их медленно вниз, опускаясь на колени. Вид крепкой мужской плоти уже не смущал ее, а возбуждал, она положила туда руку, чтобы почувствовать силу желания Джейка, потом погладила ладонями его ягодицы.

– Господи, Джесс… – пробормотал Джейк, восхищенно наблюдая за ней. – Иди скорее ко мне…

И она прильнула к нему всем телом, отдаваясь во власть его ласк, нежных и пылких. Его сильные руки гладили ее спину, плечи, ласкали шею и грудь. Джесси жаждала поцелуя, искала губами его губы, но он дразнил ее и не целовал. Наконец, присев на край кровати и крепко сжимая ее бедра горячими ладонями, Джейк припал жадным ртом к соску, покусывал его, ласкал языком. Джесси прижала его голову к себе, запустила пальцы в волосы и молила: «Еще… еще…» Он исступленно целовал ее грудь, живот, бедра, она же, трепеща от страсти и желания, вдруг проговорила:

– Джейк, я хочу тоже доставить тебе наслаждение… Но как?

Он поднял на нее глаза, улыбнулся – от этой улыбки у Джесси перехватило дыхание – и потянул ее за руку.

– Садись… Не так, верхом.

Когда она оказалась у него на коленях, Джейк повалился спиной на кровать, увлекая ее на себя, и подвинулся вместе с ней так, чтобы лежать вдоль, а не поперек. Потом посадил Джесси, и она, ощущая, как нервно подрагивают его чресла у нее между ногами, вопросительно посмотрела на Джейка.

– Ты хотела еще урок, моя будущая женушка, – сказал он. – Надеюсь, ты понимаешь, что дальше надо делать?

Она наклонилась и потянулась губами к его губам, ее волосы окутали их головы. Джейк взял в ладони ее нежные груди и потер соски. Джесси застонала, ее бедра, подрагивая, медленно, но уверенно опускались, пока она не взяла его в себя. От нового восхитительного ощущения она вскрикнула и посмотрела на Джейка слегка замутненным взглядом.

– Я правильно сделала? – спросила она.

– Ты очень способная ученица, – сказал он, сжимая руками ее бедра.

Джесси выгнула спину, откинула назад волосы и начала потихоньку двигаться, сначала как бы привыкая к тому, что чувствует при этом, потом все более решительно, но поглядывая на Джейка, нравится ли ему то, что она делает. Он, сдерживая себя, позволил Джесси экспериментировать, ласкал ее грудь, поглаживал спину.

– Смелее, радость моя, – проговорил он. – Так хорошо…

Джесси чувствовала, как нарастает его вожделение, угадывала это по тому, как напряглись его чресла, как ответные движения становились все сильнее, глубже, изощреннее. Она уже вся трепетала от блаженства, перестала вести ритм, отдавшись во власть дивных ощущений. Ей казалось, что вот-вот наступит замечательный финал этого сладостного слияния. Но желание еще немного насладиться, еще помучиться в ожидании брало верх, и она, почти теряя сознание, позволяла Джейку вести ее дальше, дальше. Он схватил ее крепко одной рукой за бедро, а другую просунул между ними, пальцы его коснулись разгоряченной влажной плоти, лаская и терзая ее. Джесси закричала от неукротимо наступающего оргазма, по ее спине пробежала дрожь, все тело сладко заныло от неземного удовольствия. Она почувствовала, как Джейка тоже охватил экстаз, он громко застонал и выкрикнул ее имя.

Обессиленная, она прильнула к Джейку.

– Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, Бостон. Кажется, всегда любил только тебя.

Обнимая его и прижимаясь щекой к сильному плечу, Джесси мысленно благодарила Всевышнего за то счастье, которое Он подарил ей. Она понимала, что с Джейком ее жизнь будет не простой и не гладкой. Но скучно им не будет никогда. Главное, они любят друг друга, и грядущие трудности только сблизят их. Она улыбнулась и поцеловала Джейка.

– Тебе не кажется, что завтра – это слишком рано?

– Поздно. Давай поженимся сегодня, если хочешь.

– Нет, завтра, – согласилась она.

Он ласкал ее волосы, и Джесси счастливо улыбалась. Завтра будет как раз вовремя.

Примечания

1

Бул – бык (англ.).

(обратно)

2

От англ. placer – золотой прииск, россыпь.

(обратно)

Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24


  • загрузка...