КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 474369 томов
Объем библиотеки - 698 Гб.
Всего авторов - 221007
Пользователей - 102779

Впечатления

Кир про Фарг: Дом Ростовых. Новая Тень. Том 1 (Боевая фантастика)

Млиииннн... Авторы, да когда же вы научитесь думать о том что пишете? Достали перлы типа "вырезать аппендицит

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Санфиров: Лыжник (Попаданцы)

да, жаль нет продолжения

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
vovih1 про Темир: Пурпурный рассвет. Конфликт (Триллер)

Это огрызок, книга еще не дописано.Надо предупреждать что это фрагмент

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Уильямс: Коллектив авторов "Звёздные войны-9". Компиляция. Книги 1-20 (Боевая фантастика)

Пожалуйста, не пишите "Спасибо" в комментариях. Для этого есть соответствующие кнопки.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
vovih1 про Уильямс: Коллектив авторов "Звёздные войны-9". Компиляция. Книги 1-20 (Боевая фантастика)

Спасибо, огромная и качественная работа

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Ланцов: Купец. Поморский авантюрист (Альтернативная история)

Паки, паки... Иже херувимо... Житие мое...
Извините - языками не владею...

Это же мое профессион де фуа!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).

Великие тайны прошлого [ Ридерз Дайджест Reader’s Digest] (fb2) читать онлайн

- Великие тайны прошлого [без иллюстраций] 2.38 Мб, 678с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Ридерз Дайджест Reader’s Digest

Настройки текста:



Великие тайны прошлого По материалам журнала Дэвида Уоллеса и Лили Бэллы Уоллес "Ридерз Дайджест Reader’s Digest"


Эксперты распутывают сложный клубок фактов и вымысла за фасадом громких исторических событий

Ридерз Дайджест Reader’s Digest

Главный редактор русского издания: Н. Ярошенко Редакторы: Е. Ольшевская Е. Владимирова А. Хвостов Редактор-консультант: Т. Мищенко Корректоры: В. Евтюхина О. Косова Директор по производству: Д. Андреев Компьютерная верстка осуществлена издательством <Права человека>

Перевод с английского 1996 год


Оглавление:

Исчезнувшая колония

Вернувшись спустя три года в Северную Каролину, губернатор не нашел там ни одного из 100 поселенцев.

Исчезнувшие без следа

Цель - Великое Южное море В 1789 году во время кругосветного плавания пропала экспедиция Лаперуза.

Его самолет не долетел до Франции Гленн Миллер пропил без вести, вылетев из Англии во Францию для выступления перед войсками.

Смерть в Арктике

Сэр Джон Франклин мечтал найти Северо-Западный морской путь. Его экспедиция закончилась трагически.

Трофеи нацистов Нацистские трофеи - бесценные произведения искусства, награбленные по всей Европе, практически бесследно исчезли в 1945 году.

Побег в иной мир

Талантливый физик исчез в 1938 году. Покончил ли он жизнь самоубийством или скрылся за монастырскими стенами?

Секреты Тауэра

Тайна гибели сыновей английского короля Эдуарда IV не разгадана и по сей день.

Крушение политика

Министр обороны Китая Линь Бяо готовил переворот. Была ли его смерть случайной?

Конец любовной истории Свидание красавца офицера с его венценосной возлюбленной, кронпринцессой Ганноверской, оказалось для него роковым.

В <зеленый ад>

В 1925 году в джунглях Бразилии пропал английский путешественник, пустившийся на поиски затерянных городов.

Разыскивается Рауль Валленберг

Бесстрашный шведский аристократ-дипломат погиб в советских лагерях.

Пропавший исследователь

В 1848 году немецкий путешественник отправился в Австралию. Его следы затерялись в глубине континента.

Смерть при невыясненных обстоятельствах.

Безумный монарх

Каким образом Людвиг II, баварский, утонул в высокогорном озере сразу после того, как был признан недееспособным ?

Смерть в Ндоле

Даг Хаммаршелъд делал все, чтобы положить конец гражданской войне в Конго. Его самолет потерпел катастрофу.

Убит в пьяной драке

Кристофер Марло был убит в гостинице неподалеку от Лондона. Быть может, он слишком много знал?

Участь семьи. Николай II, довольно слабый правитель, был, однако, любящим отцом. Вся ли царская семья была истреблена в Екатеринбурге?

Королевский треугольник.

 Елизавета I, английская, так и не вышла замуж, не захотев поделить власть ни с одним из своих фаворитов.

В безымянной могиле

Вольфганг Амадей Моцарт предчувствовал свою скорую кончину. Повинен ли Сальери в его смерти?

Самоубийство ли?

Выстрелы в Теннесси оборвали жизнь знаменитого исследователя Мериуэзера Льюиса.

Предсказанная смерть

В 1943 году в авиакатастрофе погиб премьер польского правительства в эмиграции. Об этой трагедии некоторые знали заранее.

Кто убил президента?

Самый молодой президент США убит в Далласе. Что это: заговор или действия маньяка-одиночки?

Сын против отца. История рисует Филиппа II жестоким деспотом, санкционировавшим убийство своего сына. Был ли на самом деле Дон Карлос борцом с тиранией?

Интрига в Кремле.

Утверждалось, что Сталин у мер от инсульта. Множество фактов, однако, противоречит этой версии.

Был ли философ отравлен?

300 лет спустя открылись новые обстоятельства гибели Рене Декарта.

Император в изгнании

Последние дни Наполеон провел в ссылке на острове Св. Елены. Был ли он отравлен?

Странные и загадочные личности

Лоуренс Аравийский

Был ли движим вдохновитель борьбы арабов за независимость личными мотивами?

Нечестивый монах

Его влияние на императорскую семью было безграничным. Распутин: шарлатан или святой целитель?

Кумир эпохи

Скандальная жизнь Байрона не затмила его литературной славы, и его мятежный дух был эталоном для многих поколений борцов за свободу.

Нежеланный супруг

Мария Стюарт: красавица королева, несчастная женщина или коварная заговорщица?

Трагедия в Майерлинге

Эрцгерцог Рудольф и его возлюбленная покончили жизнь самоубийством. Что толкнуло их на столь отчаянный шаг’;

Самозванец на троне?

В истории России Лжедмитрий сыграл роковую роль: страна была ввергнута в долгую смуту.

Вера в звезды

Валленштейн, знаменитый полководец XVII века, безмерно верил в гороскопы. Возможно, именно это его и подвело.

Пророк или шарлатан?

Утверждают, что Нострадамус предсказал наиболее значительные события XX века. Был ли он действительно провидцем ?

Отец атомной бомбы

Роберт Оппенгеймер, физик, создавший атомное оружие, был обвинен в измене. Что стояло за этим?

В поисках Трои

 Шлиман нашел легендарную Трою и сокровища Приама. Каковы были цели этого неординарного человека?

Раскаявшийся деспот

Противоречивость характера Ивана Грозного не помешала ему сделать многое для усиления России.

Герой, ставший предателем

 Один из лучших генералов Джорджа Вашингтона продал секреты своей армии за 55 000 долларов.

Драма во льдах.

Роберт Скотт был вторым на Южном полюсе. Эта попытка стоила ему жизни, она же сделала его национальным героем.

Неудавшийся пилот-миротворец

У Рудольфа Гесса был собственный план окончания Второй мировой войны.

Заговор кардиналов

Папский двор эпохи Возрождения был источником постоянных интриг.

Дорогое украшение

Хотя Мария-Антуанетта отвергла это украшение, оно стало причиной грандиозного скандала.

Судебная ошибка

<Дело Дрейфуса> раскололо армию и поставило правительство Франции под огонь критики.

Великая императрица

Приняв православие и выйдя замуж за наследника престола, немецкая принцесса стала российской императрицей - Екатериной Великой.

Изменник или патриот?

Для ирландцев сэр Роджер Кейсмент - герой их борьбы за независимость. Для англичан - коварный изменник.

Лесная отшельница

Эта женщина спасала горилл от истребления. Ее же никто не защитил от нападения в джунглях Руанды.

Запутаннее, чем в детективе

Откуда брал сюжеты своих произведений Эдгар По, мастер литературного триллера?

Состояние - на алтарь науки

Джеймс Смитсон завещал все свое состояние стране, в которой никогда не бывал.

Крах фаворита

Фаворит Елизаветы I сэр Уолтер Рейли был казнен Яковом I. Почему был приведен в исполнение приговор 15-летней давности?

Смертная казнь для атомных шпионов

Насколько ускорило разработку советской атомной бомбы предательство супругов Розенберг?

Виновен или невиновен?

Неразгаданные загадки Уотергейта Ричард Никсон стал первым президентом США, отстраненным от власти в результате импичмента.

<Око зари>

Была ли Мата Хари шпионкой? Утверждают, что она работала не на одно государство.

Обвиняемая - королева

 Георг IV вел разгульный образ жизни. К поведению своей супруги он, однако, подходил с иными мерками.

Один закон для всех?

Имена Сакко и Ванцетти в истории разделять не принято. Один из них, однако, был невиновен.

Самоубийство по приказу фюрера

Доблестный фельдмаршал, <лис пустыни>, получил из Берлина роскошный венок… на свои похороны.

Мучительное испытание для героя

Был ли человек, казненный за похищение ребенка Чарлза Линдберга, виновен в этом преступлении?

Мираж Эльдорадо

Легенда об Эльдорадо многие века подогревает воображение искателей сокровищ со всего света.

Отец швейцарской свободы?

Шиллер изобразил Вильгельма Телля героем борьбы за независимость. Сомнения в истинности легенды появились еще в XVI веке.

В поисках короля Артура

Король-рыцарь царствовал во времена благородных деяний. Такова легенда. Насколько предания далеки от реальности?

Поездка в историю

Чтобы защитить своих подданных от непомерных налогов, леди Годней проехала обнаженной на лошади по городу.

Отшельник поневоле

У Робинзона Крузо, героя первого английского романа, в XVIII веке было несколько реальных прототипов.

Вампир-патриот

Прототип зловещего графа Дракулы был кровожаден и жесток, как настоящий вампир.

По следам разбойника

Существовал ли на самом деле Робин Гуд, легендарный борец против несправедливости власть имущих?

Договор с дьяволом

 Был ли доктор Фауст могущественным колдуном, продавшим душу дьяволу?

Женщина на папском престоле

Говорят, что в средние века на папском престоле оказалась женщина.

Во имя креста и короны

<Песнь о Роланде> рассказывает о гибели храброго рыцаря. Что правда в этой эпической поэме?

Юные влюбленные из Вероны

Какие реальные события легли в основу бессмертной пьесы Шекспира?

Месть Кримгильды

Германский эпос <Песнь о нибелунгах> полон кровавых драм и жестоких героев. Были ли в истории прототипы, этих персонажей?

Герой-головорез?

Джесси Джеймса, предводителя безжалостных бандитов, называют американским Робин Гудом.

Дама с камелиями

Жизнь знаменитой парижской куртизанки легла в основу известного романа.

Вопросы без ответов

Лишенный права по рождению? Был ли Каспар Хаузер, юноша, появившийся в Нюрнберге в мае 1828 года, кронпринцем Баденским? Свою тайну он унес в могилу. .

Застигнутые врасплох

Нападение на Перл-Харбор стало <днем позора> для США. Что было известно американцам о готовившемся налете японской авиации?

Неизвестный гений

Творения Шекспира живут уже 400 лет. Макбета, Гамлета и Офелию знает весь мир. Об авторе, однако, известно немного.

Украденные выборы

Кого выбрали американцы в 1876 году: республиканца Хейса или демократа Тилдена?

Убийства на берегах Темзы

Кем был Джек Потрошитель, этот кровожадный убийца-женоненавистник?

Пламя над Берлином

Поджог. Рейхстага стал сигналом к подавлению оппозиции и укреплению власти Гитлера.

Человек в маске

Долгие годы таинственный узник томился в тюрьмах Франции. Какова роль Людовика XIV в этом деле?

<Черная рука>

Убийство эрцгерцога Франца-Фердинанда и его жены Софии в Сараево ввергло Европу в Первую мировую войну. Кто был организатором заговора?

Взрыв в небе

Многое в трагедии корейского лайнера <КАЛ-007>, сбитого советскими истребителями, остается загадкой и по сей день.

Сын мясника на троне? 

 Виктор-Эммануил, первый король Италии ни внешностью, ни манерами не напоминал отпрыска древнего Савойского дома.

Цель поражена и потоплена

Немцев обвиняли в том, что они потопили гражданское судно <Лузитанию>. Многое в этой истории наводило на мысль о заговоре.

Пропавший дофин

Во время Французской революции наследник престола умер в Тамиле. Но, возможно, он был заменен другим ребенком. Непобедимая армада

Почему провалилось наступление испанских войск на Англию в 1588 году?

Провалившийся блицкриг

Германия, захватившая всю Европу, не смогла справиться с СССР.

Несостоявшийся триумф Кастера Что толкнуло Джорджа Кастера на безрассудную авантюру в битве при Литл-Биг-Хорн?

Борьба за власть в Риме

Почему Муссолини не стал мешать заговорщикам?

Непотопляемый корабль

Как затонул самый большой пассажирский лайнер <Титаник>?

<Холодильник Сьюарда>

Покупка Аляски Соединенными Штатами обсуждается и по сей день.

Последняя битва императора

Почему не сработала тактика Наполеона в битве при Ватерлоо?

Секретные дневники Гитлера

Как могли немецкие журналисты так легко поддаться обману?

Катастрофа в пустыне

Что-то помешало освобождению американских заложников в Тегеране в 1980 году.

Упущенная победа?

Почему Карл XII не пошел на Москву после победы под Нарвой?

Список иллюстраций

Алфавитный указатель


Цель - Великое Южное море

Экспедиция Лаперуза должна была продлиться четыре года и завершиться во Франции летом 1789 года. В последний раз корабли Ааперуза видели, когда они, покинув Австралию, взяли курс на северо-восток; никого из более чем 200 человек, находившихся на борту двух судов, так и не нашли.

Имею честь донести, что <Буссоль> и <Астролябия> отплыли сегодня в четыре часа утра при северо-западном ветре. Двум шлюпам был дан приказ сопровождать корабли, пока они не выйдут в открытое море. Таким образом, сегодня началось кругосветное плавание Лаперуза. Этим сообщением от 1 августа 1785 года адмирал Жан Франсуа де Гало, граф де Лаперуз, извещал своего короля Людовика XVI о том, что он покинул французский порт Брест, чтобы, пройдя через Атлантический океан, достичь Великого Южного моря, как называли тогда Тихий океан.

Открытый за 300 лет до этого испанским конкистадором Васко Нуньесом де Бальбоа, Тихий океан только к концу XVIII века начал активно изучаться и картографироваться европейцами. Большой вклад в это внесли три плавания английского капитана Джеймса Кука, совершенные в 1768-1779 годах. Экспедиция Лаперуза ставила себе целью обеспечить Франции место в одном ряду с Британией, бывшей в то время ведущей морской державой.

Опытный мореплаватель

Когда Лаперуз отплыл из Бреста, ему еще не исполнилось 44 лет, но он уже достиг вершины карьеры морского офицера, которую начал гардемарином в возрасте 15 лет в 1756 году - в начале Семилетней войны между Францией и Англией. В 1783 году, послужив родине в 18 кампаниях, он удалился в родовое поместье на юге Франции, но отставка длилась недолго - вскоре ему было предложено возглавить экспедицию, которая должна была открыть <все земли, ускользнувшие от зоркого глаза капитана Кука>.

Для снаряжения экспедиции не жалели усилий. На борт двух 500-тонных фрегатов, названных по имени морских приборов <Буссоль> и <Астролябия>, грузили запасы провизии для четырехлетнего плавания. Корабельные библиотеки снабдили новейшими картами и отчетами предыдущих экспедиций, имелась на борту и переносная обсерватория. Среди товаров, предназначенных для подарков туземцам и обмена, были 600 зеркал, 2600 расчесок, 1260 фунтов стеклянных бус и 50 000 швейных игл.

За право войти в число 200 с лишним участников плавания шла острая борьба. Среди претендентов был и 16-летний младший лейтенант из Парижской военной школы, корсиканец по имени Наполеон Бонапарт. Он был включен в предварительный список, но потом его вычеркнули и он остался во Франции, что имело громадные последствия для истории его страны.

Наконец наступил момент отплытия. Ранним августовским утром под приветственные крики толпы и гром орудийного салюта <Буссоль> и <Астролябия> отошли от брестского причала и скрылись в предрассветной мгле.


Трагедия на Аляске

25 января 1786 года оба судна, пройдя Атлантику, обогнули мыс Горн и вошли в Тихий океан. После захода в Вальпараисо, Чили, 8 апреля они достигли острова Пасхи. Следующей остановкой был остров. Мауи Гавайского архипелага, за 8 лет до этого открытого Куком (где английский мореплаватель был убит враждебно настроенными туземцами).

Первым, что увидели участники экспедиции на северо американском побережье, была гора Св. Ильи на северной оконечности той части Аляски, что узкой полоской тянется между Канадой и Тихим океаном. Когда, двигаясь на юг, французы составляли карту побережья, их постигло несчастье. Волнами опрокинуло две лодки, проводившие замеры глубины у входа в залив; погиб 21 человек, в том числе шесть офицеров. Тем не менее Лаперуз продолжал исследовать побережье и к исходу лета спустился на юг до Монтерея в Калифорнии.

Из Калифорнии экспедиция направилась на запад и 3 января 1787 года достигла португальской колонии Макао в устье Жемчужной реки (Чжуцзян) в Китае. Подремонтировав корабли и пополнив припасы на Филиппинах, Лаперуз в апреле взял курс на север, чтобы исследовать побережье Азии: путь экспедиции пролегал мимо Тайваня, между Кореей и Японией, через Японское море и пролив, разделяющий Японию и принадлежащий России остров Сахалин.

К концу второго лета корабли достигли Камчатки. Здесь Лаперуз оставил одного из своих офицеров по имени де Лессеп, говорившего по-русски, с заданием пересечь Сибирь и доставить в Европу доклад о достижениях экспедиции.


Сотрудничество бывших противников

Большую часть своей морской службы Лаперуз провел, сражаясь с англичанами. Тем не менее в экспедиции он получал от былых врагов поддержку - благодаря своему гуманному поступку в годы Войны за независимость в Северной Америке.

Меховой промысел в Канаде был для Англии источником богатства; его уничтожение было бы на пользу восставшим колонистам и их союзникам-французам. Когда в 1782 году Лаперуз получил приказ напасть на меховые фактории Англии в Гудзоновом заливе, он действовал быстро и решительно. Он разрушил британские форты, но пощадил дома англичан, скрывшихся в безлюдных, диких местах: он даже оставил им продукты и другие припасы, чтобы они смогли пережить приближающуюся зиму. Поступить иначе, объяснял Лаперуз такую снисходительность, было бы бесчеловечно.

Проявленное Лаперузом милосердие не было оценено в Париже, зато его не забыли в Англии. Поэтому, когда три года спустя он собрался в экспедицию на Тихий океан, англичане охотно согласились способствовать его научной миссии.

Французскому посреднику дали ознакомиться с картами и донесениями капитана Джеймса Кука, который в трех плаваниях но Тихому океану в 1768-1779 годах завоевал славу величайшего исследователя новых земель. Среди бумаг Кука были и 20 мелко исписанных страниц о профилактике и лечении цинги. Лаперуз явно кое-чему научился у Кука, и доказательством служит тот факт, что, насколько известно, в течение тех трех лет его экспедиции, о которых сохранились свидетельства, никто из его матросов не страдал от цинги.

Отплывая из Бреста в 1785 году, Лаперуз взял с собой две <магнитные стрелки> - компасы, совершившие кругосветное путешествие с капитаном Куком. Лаперуз получил их в дар от Королевского научного общества Великобритании и относился к ним как к реликвиям, то есть, как писал он сам, <с чувством, граничащим с почти что религиозным благоговением перед памятью этого великого и несравненного мореплавателя>.


Второе несчастье. Случайная встреча. Безмолвие

К сентябрю 1787 года экспедиция снова оказалась в южных широтах. Чтобы пополнить запас пресной воды, сделали остановку на Тутуиле, ныне главном острове принадлежащего США Восточного Самоа. Вооруженные дубинами и камнями туземцы напали на баркасы и убили 12 человек, включая Флёрио де Лангля, капитана <Астролябии> и заместителя начальника экспедиции. 43 человека спаслись, хотя половина из них получила серьезные ранения. Французы поспешно ретировались и направились к восточному побережью Австралии.

Войдя в конце января 1788 года в залив Ботани, французы, к своему удивлению, встретили там британскую эскадру. Это был знаменитый Первый флот - семь судов, доставивших из Англии около 750 заключенных. Эти мужчины, женщины и дети основали в Австралии первую колонию. Лаперуз отправил с возвращавшимися домой англичанами письма и донесения: в одном из них он обещал вернуться на родину к июню 1789 года.

10 марта <Буссоль> и <Астролябия> покинули Австралию и взяли курс на северо-восток. Больше их никогда не видели. <Он бесследно исчез в безбрежном синем океане, - напишет о Лаиерузе шотландский эссеист Томас Карлейль, - и лишь скорбная, загадочная тень его долго не покидает наши умы и сердца>.

Неудачные поиски

К лету 1789 года от Лаперуза уже больше года не поступало сведений, но у Франции были более важные заботы, чем волнения по поводу пропавшей экспедиции. 14 июля толпы парижан штурмом взяли тюрьму Бастилию - то было начало революции, которая сотрясала страну до конца столетия и завершилась тем, что Наполеон Бонапарт провозгласил себя императором.

Лишь спустя два года французское правительство наконец что-то предприняло, объявив награду за любые сведения о пропавшей экспедиции Лаперуза и направив на ее поиски два корабля под командованием контр-адмирала Жозефа Антуана Брюни д’Антркасто. 25 сентября 1791 года они вышли из Бреста.

Прочесывая Тихий океан в поисках <Буссоли> и <Астролябии>, д’Антркасто сделал несколько научных и географических открытий. В мае 1793 года он подошел к острову Ваникоро из группы островов Санта-Крус к северо-востоку от Австралии.

Над несколькими возвышенностями на этом гористом, густо поросшем лесом острове экипаж заметил столбы дыма. Д’Антркасто был убежден, что нашел Лаперуза или по крайней мере остатки его экспедиции. Но после того, как его корабли чуть не сели на мель на коварных рифах, он был вынужден уйти, так и не послав на берег поисковый отряд. Потом адмирал заболел и через два месяца умер, а осенью того же года на Яве его корабли были захвачены голландцами: к тому времени революционная Франция уже воевала с Голландией и практически со всей остальной Европой. Больше французы не предпринимали попыток найти экспедицию Лаперуза.

Сорок лет спустя: первые свидетельства

В мае 1826 года ирландец по имени Питер Диллон, бороздивший южную часть Тихого океана в поисках выгодной торговли и приключений, сделал остановку на островке Тикопиа из группы островов Санта-Крус. Когда он спросил туземцев, откуда у них ожерелья из стеклянных бусин, те показали ему и другие предметы явно европейского происхождения: серебряные вилку и ложку, ножи, чайные чашки, железные болты и серебряную рукоять шпаги с буквами <J.F.G.P.>. Эти вещи, как выяснил Диллон, туземцы получили при меновой торговле от жителей острова Ваникоро, расположенного от Тикопиа в двух днях хода под парусом.

Диллон быстро догадался, что инициалы на шпаге означали Jean Francois Gdlaup (Ie La Pcrouse - Жан Франсуа Гало де Лаперуз. Но его попытки попасть на Ваникоро к успеху не привели: сначала его корабль попал в штиль, а потом обнаружилась течь, так что ему пришлось уйти на Яву. К концу лета он сумел раздобыть денег на поиск оставшихся в живых участников экспедиции Лаперуза, но прежде чем он оказался на Ваникоро, прошел еще год.

Много лет назад, рассказал ему старый туземец, в шторм два корабля сели на мель на окружающих остров рифах. Один тут же затонул, и большинство членов его экипажа утонуло или было съедено акулами. Но второе судно удержалось на рифе, и уцелевшие моряки смогли соорудить из его останков небольшую лодку, в которой <через много лун> они уплыли. Двое чужеземцев - один <вождь>, а другой его слуга - остались на острове и еще несколько лет назад были живы. Повсюду на Ваникоро отряд Диллона находил свидетельства пребывания здесь французов, в том числе корабельный колокол с гравировкой и доску с вырезанными на ней геральдическими лилиями.

Драка из-за Венеры

Обнаружение останков двух кораблей Лаперуза было далеко не самой важной находкой мореплавателя Дюмон-Дюрвиля.

В 1819-1820 годах, почти за десять лет до высадки на острове Ваникоро, этот молодой офицер участвовал во французской экспедиции на острова Греческого архипелага. Во время стоянки на острове Милое он случайно увидел статую, незадолго до этого найденную в земле местным крестьянином и спрятанную в загоне для коз. Получивший хорошее образование, Дюмон-Дюрвиль узнал в ней Венеру, или Афродиту, греческую богиню любви. В руке она держала яблоко, врученное ей Парисом как самой красивой из трех соперничавших богинь. У француза не было денег, чтобы заплатить запрошенную крестьянином цену, но он понимал, какое перед ним сокровище. Неизвестный скульптор второго века до н.э. создал шедевр, в котором мягкость линий обнаженного торса богини подчеркивалась богатыми складками драпировки, прикрывающей нижнюю часть тела. Дюмон-Дюрвиль решил, что обязан приобрести ее для своей страны.

Ему удалось убедить посла Франции в Константинополе направить с ним на Милое дипломата, чтобы купить статую. К несчастью, крестьянин успел продать ее турецкому чиновнику. и Венеру уже приготовили к отправке.

Щедрая взятка Дюмон-Дюрвиля помогла крестьянину <вспомнить>, что французы заплатили за статую раньше и поэтому она не могла достаться туркам. Помещенную в деревянный ящик Венеру спешно отправили на носилках на берег, чтобы погрузить на корабль Дюмон-Дюрвиля. Турки бросились в погоню. В результате начавшейся схватки статуя лишилась обеих рук, так никогда и не найденных.

Окончательное доказательство

В феврале 1829 года Диллон привез то, что осталось от несчастной экспедиции Лаперуза, в Париж. Предметы опознал тот самый де Лессен, который летом 1787 года сошел на берег на Камчатке, чтобы доставить доклад об итогах двух лет плавания, и потратил целый год, чтобы пересечь Сибирь.

Слухи о находках Диллона достигли Парижа гораздо быстрее, чем он сам, и по официальному распоряжению в южную часть Тихого океана отправился поисковый отряд под командованием Жюля Себастьяна Сезара Дюмон-Дюрвиля. В начале 1828 года он бросил якорь вблизи острова Ваникоро.

Туземцы показали Дюмон-Дюрвилю проход в рифах, который они называли Коварным или Гибельным проходом. В тот ненастный день много лет назад <Буссоль>, флагманский корабль Лаперуза, прокладывал путь в казавшуюся безопасной гавань - и потерпел крушение, напоровшись на коралловый риф с острыми краями, скрывавшийся под самой поверхностью воды. <Астролябия> поспешила на помощь и села на мель. <На дне, на глубине трех-четырех саженей, - писал Дюмон Дюрвиль, - наши матросы видели якоря, орудия, ядра и множество свинцовых пластин>. Последние сомнения, что они действительно нашли то место, где покоились два корабля Лаперуза, рассеялись, когда матросы подняли с рифа предметы, неоспоримо принадлежавшие этим кораблям. Перед тем как покинуть Ваникоро, Дюмон-Дюрвиль поставил на острове памятник Лаперузу и 200 другим участникам его печально закончившейся экспедиции.

В 1964 году на Ваникоро были сделаны новые находки, но никто уже никогда не узнает, пережил ли Лаперуз кораблекрушение, и если да, то остался ли он на острове, где, по рассказам, еще за три года до прибытия туда в 1826 году Диллона жили два француза, или уплыл на самодельной лодке через несколько месяцев после катастрофы.

Тихий океан хранит свои тайны, но на его необъятных просторах памятником Лаперузу остались названия, данные им географическим объектам от острова Пасхи до Гавайев, Японии и Австралии.


Трофеи нацистов

По мере приближения краха нацистской Германии ее правители прятали награбленное - на 7,5 миллиарда долларов золота и тысячи бесценных произведений искусства. Большая часть этих сокровищ осталась ненайденной, хотя в 1990 году кое-что неожиданно обнаружили - в техасском захолустье.

-Бомбы к сбросу! Закрыть люки! Убираемся отсюда! - прокричал молодой летчик американских ВВС, когда 950 бомбардировщиков обрушили 2265 тонн взрывчатки на Берлин, столицу нацистской Германии. Бомбежка 3 февраля 1945 года, одна из самых жестоких за всю Вторую мировую войну, унесла жизни примерно 2000 человек, еще 120 тысяч оставила без крова, сровняв с землей целые городские районы. Многие правительственные здания, в том числе канцелярия Адольфа Гитлера, были полностью разрушены или сильно повреждены.

В ту роковую субботу, а это был рабочий день, 5000 служащих Рейхсбанка, главного банка нацистской Германии, прятались в глубоком подвальном бункере построенного в начале века монументального, величественного здания. На Рейхсбанк сбросили 21 авиабомбу, превратив его в руины.

Никто из работников Рейхсбанка, включая его всемирно известного президента д-ра Вальтера Функа, не погиб при этом страшном налете, но разрушение финансового центра страны-агрессора положило начало серии событий, которые вылились в одну из самых интригующих и до сих пор неразгаданных тайн истории. Казалось очевидным, что, когда армии союзников наступают по всей стране, немцы тайно вывезут богатства Германии в безопасное место. На самом деле алчные чиновники постараются урвать для себя миллионные сокровища и так надежно спрячут золото и валюту, что их никогда не найдут.

В сейфах Рейхсбанка хранилась большая часть золотого запаса нацистской Германии, оцениваемого, в сегодняшних ценах, примерно в 7,5 миллиарда долларов, в том числе 1,5 миллиарда итальянского золота.


Тайник с миллиардами

Доктору Функу было достаточно одного взгляда на уничтоженный бомбами и пожаром банк. Он немедленно перевел руководящих сотрудников в другие города, чтобы продолжать работу Рейхсбанка, а золотой и денежный запасы приказал отправить в большую шахту, где добывали калийную соль, в 300 километрах юго-западнее Берлина. Шахта Кайзерода, от которой до ближайшего городка было около 50 километров, представляла собой прекрасный тайник на глубине 800 метров. Ее штольни, общей протяженностью в 50 километров, имели пять отдельных входов. Для тайной перевозки большей части нацистских запасов - примерно 100 тонн золота и 1000 мешков с купюрами потребовалось 13 железнодорожных вагонов.

Однако уже через семь недель 3-я американская армия под командованием генерала Джорджа С. Паттона приблизилась к этому району. Невероятно, но немцам помешали вывезти золото пасхальные праздники - не нашлось достаточно вагонов, тем не менее представители Рейхсбанка смогли забрать из шахты 450 мешков с бумажными деньгами. 4 апреля в этих местах уже были американцы. Спустя два дня военный патруль встретил на сельской дороге двух француженок, насильно угнанных в Германию, и, следуя приказу, который ограничивал передвижение гражданских лиц, отвез их обратно в город Мсркерс, откуда они шли. Когда машина проезжала Кайзероду, одна из женщин сказала: <Это шахта, где немцы прячут золото>.

7 апреля американские офицеры спустились на глубину 640 метров и обнаружили там в соляной пещере 550 оставленных немцами мешков с миллиардом рейхсмарок. Взорвав динамитом стальную дверь зала номер 8, они попали в помещение длиной 46, шириной 23 и высотой 3,5 метра, где оказалось еще более 7000 пронумерованных мешков. В подземной кладовой было S527 золотых слитков, золотые монеты из Франции, Швейцарии и США и множество пачек бумажных денег этих стран. Золотая и серебряная посуда, расплющенная, чтобы удобнее было хранить, и сложенная в ящики и сундуки. Чемоданы, полные бриллиантов, жемчуга и других драгоценных камней, украденных у узников лагерей смерти, а рядом - мешки, набитые золотыми коронками и пломбами. Плюс к этому - в небольших количествах - английские, норвежские, турецкие, испанские и португальские деньги. Если же сложить все вместе, то тайник в шахте представлял собой одно из самых богатых хранилищ в мире в то время. Там были спрятаны целых 93,17 процента всех золотовалютных резервов Германии на конец войны.

Но на этом находки не закончились. В других тоннелях, в разных направлениях прорубленных в мягкой породе, были обнаружены произведения искусства общим весом до 400 тонн, в том числе картины из 15 немецких музеев и ценные книги из библиотеки Гете в Веймаре. Под строгой охраной сокровища Кайзероды в 11 750 ящиках погрузили на 32 десятитонных грузовика и доставили во Франкфурт, где их разместили в хранилищах местного филиала Рейхсбанка. Вопреки слухам о том, что один из грузовиков по дороге исчез, при перевозке ничего не пропало.

Пропавшая комната

До сих пор остается неизвестной судьба замечательной Янтарной комнаты, сделанной из резного янтаря. Первоначально она принадлежала королю Пруссии Фридриху Вильгельму I, который подарил ее своему русскому союзнику царю Петру I. Петр поместил щедрый дар во дворце в пригороде Петербурга, расширив комнату до размеров банкетного зала и добавив 24 зеркала и перламутровый пол. Спустя два столетия, во время Второй мировой войны, вторгшиеся в Россию немцы вернули прусский подарок в Кенигсбсргский замок. Короткое время Янтарная комната была открыта для посетителей, но затем ее разобрали и спрятали в подвал - прежде чем английские бомбардировщики разрушили город в августе 1944 года.

После войны в разрушенных подвалах замка не обнаружили никаких следов уникального сокровища. Ходили слухи, что фашисты пытались вывезти Янтарную комнату на корабле, но его потопила советская подлодка. В 1959 году появилось свидетельство, согласно которому ее спрятали в соляной шахте, где хранились и другие произведения искусства. Но стоило следователям приблизиться к предполагаемому тайнику, как произошел непонятный взрыв, ствол шахты затопило водой и проникнуть в нее стало невозможно.


Потерянные сокровища

По мнению гитлеровского шефа пропаганды Иозефа Геббельса, из-за того, что Функ <преступно нарушил свой долг>, богатство рейха попало в руки противника, однако фюрер одобрил попытку эвакуировать оставшиеся ценности. На самом деле замысел принадлежал офицеру его личной охраны полковнику полиции Фридриху Йозефу Рауху. Следуя примеру гестапо, которое уже начало перевозить свое золото, драгоценности, произведения искусства и бумажные деньги в шахты, на дно озер и в другие тайники в горах южной Баварии и на севере Австрии, полковник Раух предложил вывезти в Баварию и укрыть в безопасном месте оставшиеся в Рейхсбанке 6,83 процента официального золотого запаса. Эти слитки и монеты сегодня, наверное, стоили бы около 150 миллионов долларов.

Валюту погрузили на два поезда, а золото в слитках и монеты приготовили к отправке на машинах. По дороге коллега д-ра Функа Ханс Альфред фон Розенберг-Липински приказал снять мешки с деньгами с поезда и перегрузить на машины. В конце концов колонна грузовиков с рейхсмарками, золотыми монетами и слитками и иностранной валютой прибыла в маленький городок в баварских Альпах. Поезда же продолжали свой путь в Мюнхен. Один мешок с иностранной валютой и пять небольших ящиков Розенберг-Липински <по определенным соображениям> оставил у себя. Представляется вполне вероятным, что этот банковский начальник готовил себе безбедное будущее.

Его примеру следовали и другие. Груженные сокровищами машины направились в учебный центр пехоты. Пока раздраженные офицеры спорили о том, где лучше спрятать оставшиеся ценности, сотрудник Рейхсбанка Эмиль Янушевски, судя по всему, взял два слитка золота. Когда позднее кто-то, безуспешно пытаясь разжечь печь в офицерской столовой, обнаружил слитки в дымоходе, Янушевски, уже немолодой, всеми уважаемый человек, покончил с собой. К этому времени все остальное золото уже было захоронено в водонепроницаемых шурфах неподалеку от уединённого альпийского шале, известного как Лесной домик. Бумажные деньги разделили на три части и спрятали на трех горных вершинах. Впоследствии два найденных в дымоходе золотых слитка и большое количество валюты оказались в руках некоего Карла Якоба. Больше их никогда не видели.

Вскоре д-р Функ и другие нацистские начальники были арестованы союзниками, но никто из них не признался, что знает, где спрятано пропавшее золото. В конце концов американские военные нашли золото Рейхсбанка на сумму около 14 миллионов долларов, а также золото на сумму 41 миллион долларов, принадлежавшее другим ведомствам нацистской Германии, но ценности, скрытые вблизи Лесного домика, так и не отыскались. Четыре года американские следователи усердно пытались разгадать эту тайну, однако в конце концов были вынуждены доложить, что примерно 3,5 миллиона долларов в золоте и около 2 миллионов бумажными деньгами (соответственно 46,5 миллиона и 12 миллионов в нынешних ценах) бесследно исчезли.


Добыча победителей

Не одни только немцы пользовались неожиданными возможностями, когда золото, деньги и уникальные художественные ценности сами шли в руки. К ужасу офицеров, подобных генералу Паттону, который очень щепетильно обращался с германским богатством и говорил: <Я не хочу, чтобы кто-нибудь мог сказать, что сукин сын Паттон стащил хоть какую-то их часть>, у многих американских солдат чужое добро липло к рукам. Известно около 300 случаев, когда ценные произведения искусства вывозились в Соединенные Штаты. Виновных судили за присвоение краденого и либо сажали в тюрьму, либо с позором изгоняли с военной службы.

Тем не менее в 1990 году мир был потрясен известием о том, что сокровища из Германии каким-то образом оказались выставленными на продажу наследниками безвестного ветерана войны из захолустного техасского городка.

Владелец магазина скобяных изделий Джо Т. Мидор, судя по имеющимся свидетельствам, хранил бесценное рукописное Евангелие IX века завернутым в одеяло, часто показывая его друзьям и родственникам у себя дома в городке Уайтрайт, примерно в 100 километрах к северу от Далласа. Украшенный орнаментом, иллюстрированный 1100-летний манускрипт в переплете прекрасной работы из золота и серебра принадлежал церкви в немецком городе Кведлинбург. Неожиданно его выставили на продажу в Швейцарии.

Рукопись, которая, по оценкам, стоит 30 миллионов долларов, на шесть веков старше Библии Гутенберга. Она содержит все четыре Евангелия, была написана золотом для императорского двора и в конце Х века подарена монастырю старинного города-крепости, возможно, императором Отгоном III и его сестрой Аделейд, аббатисой монастыря.

Оказалось, что найденный Мидором клад включал еще и рукопись 1513 года в богато орнаментированном золотом и серебром переплете, и ковчег IX-X веков, украшенный золотом, серебром и драгоценными камнями. Были в его коллекции предметы в виде сердца и напоминающие блюдо, но самым ценным был сосуд из горного хрусталя в форме епископской митры, в котором, как полагают, хранилась прядь волос Девы Марии. Кроме того, там были золотые и серебряные распятия и гребень XII века, принадлежавший Генриху I.

Эти сокровища были вывезены из Кведлинбургской церкви и спрятаны в шахте, когда союзные войска стали приближаться к этой части Германии в последние дни войны. В апреле 1945 года, если верить документам американских военных, официальные лица, проверявшие этот тайник, нашли <все в целости и сохранности>. Однако спустя несколько дней обнаружили, что часть ценных предметов исчезла. Было начато расследование, которое продолжалось три года, но никаких следов так и не обнаружили. С раздела Германии в 1949 году и до падения Берлинской стены в 1989-м, любые контакты жителей Восточной Германии с Западом считались преступлением, и поэтому церковь в Кведлинбурге не могла требовать возвращения украденного.

По всей вероятности, Джо Мидор, в то время лейтенант американской армии, присвоил эти ценности и вывез их в США, таким образом удачно совершив одну из самых крупных краж произведений искусства в XX веке. Он хотел быть учителем рисования, но обстоятельства вынудили его продолжать семейный бизнес в магазине скобяных изделий. Однажды он сказал приятелю, что разрывается между чувством вины и огромным наслаждением, которое он испытывает при виде этих бесценных шедевров.

После смерти Мидора, когда его наследники стали предлагать сокровища из Кведлинбурга на продажу, Налоговое управление США и ФБР начали расследование. После месяцев юридического маневрирования наследники согласились расстаться со всем, что у них осталось, за 2.75 миллиона долларов, что на целый миллион больше, чем залоговая сумма, полученная ими за Евангелие. Многие критиковали такую сделку, и в 1992 году сокровища были возвращены Германии.


Украдено художественное наследие Европы

После поразительной находки в шахте Кайзерода ее посетили верховный главнокомандующий экспедиционными войсками союзников в Западной Европе Дуайт Эйзенхауэр и четыре его генерала, в том числе Джордж Паттон. Вспоминая, как впервые увидел бесценные полотна, Паттон писал: <Те, что я видел, стоили, на мой взгляд, два с половиной доллара и относились к тому сорту картин, что обычно висят в американских барах>. Другие придерживались иного мнения, ведь эта коллекция включала в себя шедевры Ренуара, Тициана, Рафаэля, Рембрандта, Дюрера, Ван Дойка и Мане (вверху). Но даже эти вершины изобразительного искусства меркли рядом со знаменитым бюстом прекрасной царицы Древнего Египта Нефертити, которому было 3000 лет.

Нацистские военачальники захватили огромное количество произведений искусства из музеев и частных собраний оккупированных стран. Многие из них. видимо, погибли в пламени войны, но некоторые были возвращены законным владельцам благодаря неустанным усилиям специальных групп, работавших при Госдепартаменте и Министерстве обороны США. Тем не менее в одном из последних списков, подготовленном в Мюнхене, числятся около 4000 пропавших полотен европейских мастеров.

Похищение национальных художественных сокровищ поверженного врага - знакомая тема, повторяющаяся на протяжении истории, начиная с военных походов Ассирии, Египта, Греции и Рима и продолжая кампаниями Наполеона и колониальными войнами Англии. Величественные колонны из красного порфира. украшающие храм Св. Софии в Стамбуле, например, были похищены римлянами из древнеперсидского Персеполя. Знаменитая четверка вздыбленных коней на соборе Св. Марка в Венеции - военный трофей из древнего Константинополя.

Принятая в 1907 году Гаагская конвенция о законах и обычаях сухопутной войны прямо разрешает <спасение художественных сокровищ из всех зон боевых действий>, но нацисты пошли гораздо дальше, они вывезли из покоренных ими стран художественные ценности на миллионы долларов. Некоторые были выставлены в немецких музеях, другие оказались в тайных хранилищах или украшали богатые дома любившего роскошь окружения Гитлера.

Среди особых конфискационных подразделений было и высококвалифицированное <Бильденде Кунст> (<Изобразительное искусство>), в которое входили 350 библиотекарей, архивистов и искусствоведов. Их задачей было регистрировать и каталогизировать награбленные богатства. тщательно упаковывать художественные ценности, чтобы не повредить при транспортировке, и подыскивать места для их тайного хранения. По мнению специалистов, вполне возможно, что некоторые пропавшие произведения искусства никогда не отыщутся, так как многие документы о том, где они спрятаны, были утеряны или погибли в последние дни сражений Второй мировой войны.


Секреты Тауэра

Меньше чем через месяц, после вступления на английский трон 12-летний король Эдуард V попал в лондонский Тауэр, а позднее за ним последовал и его младший брат. Они никогда больше не вышли за его стены, и тайна их исчезновения по сей день остается нераскрытой.

9 апреля 1483 года король Англии Эдуард IV неожиданно скончался, немного не дожив до 41 года. Его старшему сыну и наследнику было только двенадцать, и в завещании Эдуард назначил регентом своего младшего брата Ричарда, герцога Глостерского.

Почти 30 лет жители Британских островов страдали от бесконечной вражды между династиями Йорков, одной из эмблем которых была белая роза, и Ланкастеров, чьим символом была алая роза. Позднее эту проходившую с переменным успехом борьбу за английскую корону романтизировали и назвали войной Алой и Белой розы. Как представитель династии Йорков, Эдуард IV объявил трех своих предшественников на троне, ланкастерских королей, узурпаторами, но он знал, что найдутся те, кто станет оспаривать право на престол его юного наследника, Эдуарда, принца Уэльского.

Ричард, показавший себя преданным и находчивым солдатом на службе своего брата и короля, дал клятву верности принцу Уэльскому. Теперь он спешил взять в свои руки управление королевством, в центре которого образовался вакуум власти. 29 апреля Ричард перехватил группу придворных, которые везли юного Эдуарда в Лондон, арестовал их руководителя, дядю мальчика по материнской линии, и сам сопровождал племянника на оставшемся пути до столицы. Коронация Эдуарда V, первоначально назначенная на 4 мая, была перенесена на 22 июня, и будущего монарха поместили в королевских покоях в Таурэре. Подозревая своего деверя в коварстве, вдова Эдуарда IV Елизавета укрылась с младшим сыном и дочерьми в Вестминстерском аббатстве. В июне регенту удалось убедить Елизавету выдать ему сына, 9-летнего Ричарда, герцога Йоркского, объяснив, что юнному королю в Тауэре одиноко. В воскресенье, которое должно было стать днем его коронации, право Эдуарда V занять трон было поставлено под сомнение. Кембриджский богослов Шей выступил у собора Св. Павла в Лондоне с проповедью, в которой заявил о незаконности престолонаследия. По словам Шея, Эдуард IV женился на Елизавете Вудвилл, будучи обрученным с другой, а значит их союз по тогдашнему закону был недействителен и их дети - включая юного короля - были незаконнорожденными.

Какое-то время герцог Глостерский делал вид, что не хочет быть королем, но уже 26 июня принял корону и был провозглашен Ричардом III. Царствование короля-мальчика продлилось меньше трех месяцев.

Обвиняется Ричард III

В течение июля так и не коронованного Эдуарда V, которого теперь презрительно звали Эдуардом-ублюдком, и его брата время от времени видели играющими во дворе Тауэра. Но затем, по свидетельству одного современника, мальчиков перевели в самые удаленные комнаты дворца-крепости, они все реже показывались в забранных решетками окнах, <пока наконец не перестали появляться совсем>.

К осени 1483 года распространились слухи, что оба принца были умерщвлены в Тауэре - но кем? В январе 1484 года французский дипломат предупреждал об опасностях, связанных с пребыванием на престоле малолетнего монарха - королю Франции Карлу VIII было всего 14. Сыновей Эдуарда IV убил их дядя, уверенно заявлял он, и, таким образом, корона досталась убийце.

Тем временем Елизавета Вудвилл заключила союз с врагами Ричарда, предложив свою старшую дочь в жены претенденту на трон из династии Ланкастеров Генриху Тюдору. В августе 1485 года Ричард III встретился с Генрихом Тюдором в битве на Босвортском поле. В критический момент сражения один из сторонников короля предал его, и Ричард был убит. Предатель снял корону с погибшего монарха и возложил ее на голову Генриха VII. Война Алой и Белой розы закончилась; в Англии воцарилась династия Тюдоров, при которой страну ждал период невиданного расцвета.

Если Ричарду III не давала покоя молва, обвинявшая его в убийстве принцев, то Генриха VII мучили слухи о том, что они живы, а значит, могли претендовать на трон. В конце концов ему удалось создать версию, по которой мальчиков по приказу Ричарда задушили подушками и похоронили под каменными плитами у подножия одной из лестниц Тауэра.

Козлом отпущения сделали сэра Джеймса Тайрелла, его предали суду и в мае 1502 года казнили за <точно не установленную измену>. Лишь позднее было объявлено, что Тайрелл перед тем, как ему отсекли голову, признался в убийстве принцев. Все это было принято за правду и вошло в труды историков, как и написанная Томасом Мором биография Ричарда III, опубликованная в 1534 году и позднее использованная Шекспиром при создании драмы <Ричард III>.

Шекспировский злодей

Правление Ричарда III было одним из самых коротких в истории Англии, тем не менее почти каждое новое поколение ученых давало свою оценку этому монарху. В нынешнем столетии появились общества Ричарда III, защищающие доброе имя короля. Но им приходится вести неравную борьбу, ведь против них - гений Уильяма Шекспира. Еще при жизни обвиненный в убийстве двух принцев, Ричард приобрел бессмертную печальную славу век спустя - как герой-злодей одной из ранних пьес Шекспира, исторической драмы <Ричард III>.

Шекспир писал ее в последнее десятилетие XVI века, в царствование Елизаветы I, и неудивительно, что в своем повествовании он более благосклонен к деду Елизаветы, первому королю из династии Тюдоров Генриху VII. Он показал Ричарда злобным узурпатором, который без колебаний нанимает убийцу, чтобы умертвить <двух врагов смертельных: от них покоя нет мне, нет мне сна… двух незаконнорожденных в Тауэре>. Совершив это черное дело, Ричард хладнокровно решает добиваться расположения старшей сестры убитых принцев, уже обещанной в жены его сопернику, Генриху Тюдору. Неприметное уродство - судя по всему, одно плечо у Ричарда было чуть выше другого - было усилено драматургом, и шекспировский Ричард стал проклинающим судьбу горбуном. В счастливом финале пьесы, после победы на Босвортском поле, Генрих Тюдор провозглашает: <Издох кровавый пес… и кончена вражда>.

Запоздалые похороны

В 1674 году, почти через 200 лет после предполагаемого убийства, в ходе строительных работ в Тауэре обнаружили деревянный ящик с двумя детскими скелетами. Было решено, что это останки убиенных принцев, и их перезахоронили в Вестминстерском аббатстве.

В 1933 году костные останки передали для исследования на экспертизу. По заключению специалистов, это были скелеты двух мальчиков того же возраста, в котором находились ко времени своего исчезновения Эдуард V и его брат. Причину смерти не установили, но на челюсти старшего мальчика обнаружили заметное повреждение.

Среди людей, последними видевших принцев в лондонском Тауэре, был и придворный врач, вызванный к Эдуарду V, когда у того заболел зуб. Юный король, рассказывал врач, много молился и ежедневно приносил покаяние, так как был уверен, что ему грозит скорая смерть. <Ах, если бы мой дядя оставил мне жизнь, - сказал он, - даже если я потеряю королевство>.


Крушение политика

Он был вторым человеком в правящей верхушке Китая, официально провозглашенным наследником стареющего Мао Цзэдуна. Но готов ли был министр обороны Линь Бяо терпеливо ждать своего часа - или он собирался захватить власть, совершив военный переворот?

Пекинскую площадь Тяньаньмэнь окутала тьма. Всю вторую половину дня из репродукторов разносились военные марши - тысячи студентов и школьников репетировали парад в честь 22-й годовщины Китайской Народной Республики, который должен был состояться через две с половиной недели, 1 октября. Теперь же на площади было тихо и практически безлюдно.

Неожиданно ночное безмолвие нарушил рев моторов, около 50 черных лимузинов на полной скорости выехали на площадь и остановились перед зданием Всекитайского собрания народных представителей. Из машин вышли руководители правительства и правящей Коммунистической партии Китая - не было среди них только министра обороны Линь Бяо.

Позднее той же ночью с аэродрома вблизи курортного города Бэйдайхэ примерно в 270 километрах восточнее Пекина взлетел реактивный <Трайдент>. Взяв курс на северо-запад, самолет пересек границу Монгольской Народной Республики и около 2.30 разбился. Среди обломков были найдены девять полуобгоревших трупов, а также оружие, документы и оборудование, говорившие о принадлежности самолета к ВВС Китая. По просьбе китайского правительства тела были погребены на месте катастрофы.

Торжества 1 октября, на которых Линь Бяо должен был занимать почетное место рядом с Председателем Мао, отменили без каких-либо объяснений. Контролируемая властями пресса больше не упоминала ни Линь Бяо, ни других высокопоставленных китайских военачальников.

Это было все, что могли узнать сторонние наблюдатели о событиях 12-13 сентября 1971 года из официальных сообщений. Но существовала ли связь между встречей китайского руководства той поздней ночью, случившейся на следующее утро катастрофой самолета и отменой праздничных мероприятий?

Путь наверх

Заслуженный военачальник, Линь Бяо в 1959 году становится министром обороны КНР. Спустя семь лет он получает также пост заместителя Председателя Компартии Китая, а в 1969 году официально объявляется преемником китайского вождя. Его карьера была отмечена демонстрацией безраздельной преданности Мао - именно Линь Бяо, например, приписывают составление <Сборника цитат Председателя Мао Цзэдуна>, <красной книжечки> хунвэйбинов, которые неистовствовали во время Великой пролетарской культурной революции, начатой Мао в 1965 году.

Направленная против <партийных руководителей, вставших на капиталистический путь>, <культурная революция> была призвана мобилизовать китайскую молодежь на защиту коммунизма. Она, в частности, привела к смещению Лю Шаоци с поста главы государства и укрепила неограниченную власть Мао как руководителя Компартии.

Премьер Госсовета Чжоу Эньлай старался держаться в стороне от этих событий, он лишь желал вернуть силу пошатнувшейся экономике Китая. Но когда он стал восстанавливать партийных деятелей, изгнанных со своих постов за время политических боев, он вступил в конфликт с Линь Бяо, который хотел, чтобы решающая власть была в руках у военных. В отличие от Линь Бяо премьер понимал, как опасно быть вторым человеком после одержимого жаждой власти Мао, и его устраивало до поры до времени занимать третью или даже четвертую позицию в руководящей верхушке.

В августе 1970 года на заседании партийного руководства 62-летний Линь Бяо, которого уже не удовлетворяет положение будущего преемника Мао, делает смелый шаг. Сначала, бесстыдно льстя вождю, он предлагает изменить конституцию, канонизировав Мао Цзэдуна как <гения>, а затем предлагает избрать Мао на пост главы государства, ставший вакантным после изгнания Лю Шаоци. Если Мао откажется, добавил Линь Бяо, то нужно выбрать другого кандидата на эту должность - вероятно, имея в виду себя. Даже Мао Цзэдун отверг первое предложение. <Гениальность зависит не от одного человека или нескольких людей, - с несвойственной ему скромностью отметил он. - Гениальность присуща нашей партии>. А отказавшись занять еще один пост главы государства, Мао заявил, что он должен оставаться вакантным. Было очевидно, что Председатель КПК недоволен столь явными маневрами Линь Бяо.

Мишень - Председатель Мао

Эта трещина в отношениях между Мао и Линь Бяо, по одной из версий, положила начало заговору, который достиг кульминации в ночь с 12 на 13 сентября 1971 года. <Если поста главы государства не существует, - жаловалась жена министра обороны, - то что делать Линь Бяо? Куда его можно поставить?> Несмотря на возраст, 77-летний Мао не выказывал признаков усталости и не помышлял о том, чтобы передать кому-то власть над страной. Жена Линь Бяо говорила, что ее супругу остается выбирать из трех вариантов: терпеливо ждать неминуемой кончины Мао, перестать мечтать о высшей власти и, наконец, устранить <кормчего> и захватить власть в КНР.

Осенью 1970 года Линь Бяо послал своего сына Линь Лиго, который благодаря отцу дослужился до высокого чина в военно-воздушных силах, в крупнейшие города Китая с секретным заданием: создать организацию из преданных, надежных офицеров, которая будет называться <Объединенный флот>. К весне 1971 года у заговорщиков был готов план военного переворота. План получил кодовое название <Проект 571>. Сам Мао именовался <Б-52> - по названию американского бомбардировщика: просоветски настроенный Линь Бяо ненавидел все, связанное с США.

Было предпринято три покушения на жизнь Мао Цзэдуна: самолет атаковал с воздуха его шанхайскую резиденцию; личный поезд Мао был пущен под откос на пути из Шанхая в Пекин; в дом Мао в столице подослали убийцу, замаскированного под курьера. Когда все три попытки провалились - последняя вечером 12 сентября 1971 года, - Линь Бяо, его жена, сын и несколько других заговорщиков поспешили сесть в самолет на аэродроме близ Бэйдайхэ.

Царство террора в революционной Франции

Гонения на Лю Шаоци в начале Великой пролетарской культурной революции и загадочная смерть Линь Бяо в 1971 году не были уникальными событиями в короткой, но бурной истории КНР. Такие внезапные падения с вершин власти и неожиданные смерти бывали не только в Китае. На самом деле похожие события происходили и после победы Великой французской революции.

Спустя два года после штурма печально знаменитой парижской тюрьмы Бастилии началась революция, короля Людовика XVI схватили при попытке бежать из страны. На следующий год, 21 сентября 1792 года, Франция была объявлена республикой, а в 1793 году король был казнен. Вскоре Комитет общественной безопасности, состоявший из девяти человек, получил практически диктаторские полномочия.

За лидерство в этом органе власти спорили Жорж Жак Дантон и Максимильен Робеспьер. Обладавший ораторским даром Дантон призывал создать революционный трибунал для суда над врагами республики. Во время начавшегося затем Царства террора жертвам этого трибунала отрубали головы на гильотине, установленной на главной площади Парижа. В апреле 1794 года Робеспьер добился того, что Дантона арестовали, предали суду и казнили.

Но Робеспьер пережил своего соперника меньше чем на четыре месяца. В конце июля и он был казнен - вместе с примерно сотней своих сторонников. Когда большинство предводителей революции были мертвы, народ потребовал положить конец жестокости. Гильотину убрали, а площадь, где происходили казни, переименовали в площадь Согласия.

Бегство в Советский Союз

Признания схваченного лжекурьера выдали причастность Линь Бяо к заговору. Не зная, насколько широкой поддержкой пользуется министр обороны среди военных, Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай той же ночью созвали руководство страны. Пока они совещались на площади Тяньаньмэнь, <Трайдент> уже взлетел. Первоначально Линь Бяо планировал лететь на юг, чтобы заручиться поддержкой военных, но, поднявшись в воздух, он, судя по всему, передумал и решил искать убежища в Советском Союзе. После Второй мировой войны он провел в этой стране три года, залечивая раны, и имел основания надеяться, что советские друзья окажут ему хотя бы идеологическую поддержку в его выступлении против Мао. Но и Линь Бяо, и все, кто был с ним на борту, погибли, когда их самолет разбился в Монголии.

Такова по крайней мере версия, которую сообщала пресса за пределами Китая и которую на следующий год в той или иной степени подтвердили китайские власти. Совсем другая, куда более неожиданная картина событий предстает из тайно вывезенных из КНР и в 1983 году опубликованных в Соединенных Штатах материалов, авторство которых приписывают хорошо осведомленному источнику, скрывшемуся под псевдонимом Яо Минли.

Инсценированная война

Если верить Яо Минли, существовало два отдельных заговора. Первый, <Проект 571>, был организован Линь Лиго и предполагал лишь убийство Мао Цзэдуна. Линь Бяо отверг его, отдав предпочтение более сложному плану, получившему кодовое название <Гора нефритовой башни> - по имени района роскошных вилл под Пекином, где живет правящая элита. Там и предполагалось загнать Мао в ловушку.

Опасный замысел Линь Бяо требовал тайной помощи Советского Союза, который должен был имитировать нанесение удара по Китаю. Это дало бы министру обороны КНР повод объявить военное положение и взять Мао Цзэдуна и Чжоу Эньлая <под охрану>, чтобы затем убить их и захватить власть в свои руки. Затем, в июле 1971 года, мир узнал, что госсекретарь США Генри Киссинджер тайно посетил Китай и провел с Чжоу Эньлаем переговоры о путях ослабления напряженности, существовавшей в отношениях между двумя странами со времени прихода к власти в Китае коммунистов в 1949 году. В начале 1950 года намечался визит в КНР Президента Ричарда Никсона. Явное примирение с Соединенными Штатами - и дальнейшее ухудшение и без того натянутых отношений с Советским Союзом - делало необходимым как можно скорее приводить в действие план <Гора нефритовой башни>. Выбор пал на день, когда Мао возвращался в Пекин из поездки на юг, - 11 сентября.

Однако Чжоу Эньлай тем временем, видимо, сумел выведать у дочери Линь Бяо про заговор ее брата, а может быть, и отца. Премьер предупредил Мао об опасности, и они приготовили Линь Бяо западню.

Театр как орудие политики

Европейцев, посещавших Китай в XIX веке, привлекал и одновременно поражал уникальный вид народного искусства, соединявший музыку, пение, пантомиму и акробатику. В представлениях почти не использовался реквизит, но актеры были одеты в великолепные костюмы и причудливые маски. Поскольку в этих спектаклях драма смешивалась с пением, как в привычной им опере, европейцы называли их Пекинской оперой.

Мао Цзэдун прекрасно понимал, что литература и искусство могут быть мощными орудиями в пропаганде коммунистических идей. <Литература и искусство предназначены для масс, - писал он еще в 1942 году. - Они создаются для рабочих, крестьян и солдат, которые и должны пользоваться их достижениями>. Во время <культурной революции> Цзян Цин, четвертая жена Мао Цзэдуна, решила реформировать Пекинскую оперу, задаваясь вопросом, почему на сцене отражается жизнь горстки помещиков, кулаков и буржуазных элементов, а не 600 миллионов рабочих, крестьян и солдат. Ревизионисты, руководимые свергнутым главой государства Лю Шаоци, заявляла она, превратили Пекинскую оперу в <отдельное царство>. Цзян Цин стремилась создать новые формы искусства, которые бы прославляли коммунизм.

После смерти Мао в 1976 году Цзян Цин и троих других руководителей <культурной революции> заклеймили как <банду четырех>. Суд приговорил их к смертной казни, замененной позднее на пожизненное заключение. Полный разрыв с искусством прошлого, которого Цзян Цин добивалась, просуществовал лишь столько, сколько она была у власти. Сегодня традиционная Пекинская опера снова занимает в Китае прежнее положение.

Обед у Председателя Мао

Вечером 12 сентября министр обороны с женой были гостями на ужине в резиденции Мао Цзэдуна на Горе нефритовой башни. Мао сам открыл торжество, откупорив императорское вино, запечатанное в вазе времен династии Мин 482 года назад. На банкете подавали деликатесы, доставленные в Пекин самолетом со всего Китая. После десерта из свежих фруктов жена Линь Бяо сказала, что им с мужем пора уходить, чтобы дать хозяину возможность отдохнуть с дороги. Но Мао, казалось, не хотелось прекращать веселье, и он попросил их побыть еще полчаса. Около 11 часов Мао Цзэдун лично проводил Линь Бяо и его жену до машины. А через несколько минут, на дороге, спускающейся от виллы Мао, и автомобиль и сидевшие в нем пассажиры были уничтожены ракетами, выпущенными из засады людьми из личной охраны <кормчего>.

Чжоу Эньлай, опознав в обгоревших трупах Линь Бяо и его жену, сказал Мао, что следует объяснить исчезновение министра обороны так, чтобы Линь Бяо <не выглядел героем>. Не проявив никаких чувств по поводу смерти человека, более сорока лет служившего ему и его партии, Мао приказал премьеру быстро продумать все детали официальной версии.

В этой трактовке заговора, на <Трайденте> бежал только Линь Лиго. Когда преследовавшие его китайские истребители дали ракетный залп, самолет рухнул как раз над монгольской границей. Позже китайские власти высказали предположение, что родители разбились вместе с сыном, - этот вариант устраивал их гораздо больше, чем история со званым ужином, закончившимся смертью.

Так Мао избавился от соперника. В следующем году он приветствовал в Пекине Президента Никсона, и рядом с ним был его верный премьер Чжоу Эньлай. Мао Цзэдун прожил 83 года, и до самого конца он отказывался делить с кем-нибудь власть или назначать преемника, который после него встанет во главе этой самой многонаселенной страны.


Пропавший исследователь

Хотя голландцы увидели берега Австралии еще в 1606 году, два с половиной века спустя, когда немецкий искатель приключений решил пересечь континент с востока на запад, его внутренние районы оставались малоисследованными. Он отправлялся в великое неведомое.

Даже на родине, в Германии, имя Людвига Лейхгардта известно сегодня лишь тем, кто интересуется историей географических открытий. Но в Австралии он стал навеки знаменит своими неоднозначными подвигами на этом материке - и своим таинственным исчезновением.

Его имя носят река, водопад, горный хребет и горная вершина, а также район Сиднея. В этом городе ему установлен памятник, а несколько лет назад был создан Фонд Людвига Лейхгардта. Австралийский писатель, лауреат Нобелевской премии Патрик Уайт включил историю его жизни в свой роман <Восс>, по мотивам которого позднее была написана опера. Девять крупных экспедиции и множество небольших поисковых групп прочесывали континент с тех пор, как Лейхгардт и шесть его спутников пропали без вести во время последнего путешествия в 1848 году. <Их судьба - это великая тайна в истории открытия моей страны>, - говорит австралийский писатель Гордон Коннелл.

Страсть к путешествиям

Людвиг Лейхгардт родился в Пруссии 23 октября 1813 года в семье крестьянина, и у него было мало надежд на интересное будущее. Но благодаря своему усердию он смог поступить в Геттингенский университет, где ему предстояло выучиться на преподавателя гимназии. Два его однокашника, братья англичане Джон и Уильям Николсоны, должно быть угадав в нем талант, убедили его изучать естественные науки и медицину в Берлинском университете и даже предложили помогать ему деньгами в период учебы.

Проведя в Берлине два года, Лейхгардт, чтобы избежать обязательной военной службы, в мае 1837 года, так и не закончив курса, приезжает к Уильяму Николсону в Лондон. Позднее они вдвоем путешествуют по Франции, Швейцарии и Италии и планируют отправиться в Австралию, на практически неизведанный континент, где всего лишь полвека назад англичане стали создавать первые поселения. Когда подошло время отъезда, Николсон раздумал ехать, но оплатил дорогу другу и дал ему денег. Обеспеченный материально Людвиг Лейхгардт - или, как он предпочитал теперь себя величать, доктор Лейхгардт - в октябре 1841 года пустился в долгий путь в южное полушарие.

Рождение исследователя

Вот как описывает современник 28-летнего немца, прибывшего в Сидней 14 февраля 1842 года: <Ростом более ста восьмидесяти сантиметров, высокий лоб интеллектуала, маленькие серые умные глаза, темно-русые волосы. Нижнюю часть лица скрывают густая борода и усы, нос с легкой горбинкой…>

Следующие два года Лейхгардт зарабатывал на жизнь чтением лекций по ботанике и геологии и совершал короткие путешествия, собирая растения, насекомых и минералы. Примерно в это время у него появилась идея добиться славы, исследуя неизученные внутренние районы Австралии. Хотя он уже совершил героический 950-километровый пеший поход от Ньюкасла до Брисбена, Лейхгардт вряд ли подходил на роль путешественника-исследователя. Он был близорук, боялся огнестрельного оружия и плохо ориентировался на местности. Неудивительно, что от его услуг отказался главный геодезист Нового Южного Уэльса.

В Брисбене Лейхгардт узнал, что из-за финансовых затруднений отменили планировавшуюся властями экспедицию но северо-востоку Австралии до военной базы Порт-Эссингтон. Но фермеры в прибрежных районах попрежнему хотели знать, где в глубине страны есть подходящие для сельского хозяйства земли. Тогда Лейхгардт вернулся в Сидней и объявил о готовности возглавить частную экспедицию - вместо несостоявшейся официальной, а вскоре у него уже было пять добровольцев и необходимая финансовая поддержка.

Неспешным шагом

Снова прибыв в Брисбен, Лейхгардт набрал в свой отряд еще четырех человек; таким образом, весело распевая <Боже, храни королеву>, 1 октября 1844 года десять участников экспедиции тронулись в путь (правда, двое вскоре повернули обратно). От конечной цели - Порт-Эссингтона - их отделяло более 2500 километров, если мерить по прямой, но Лейхгардт планировал идти вдоль русел ближайших от побережья рек и не углубляться в районы, показанные на его единственной карте сплошным белым пятном.

Для перевозки 500 килограммов провизии Лейхгардт обменял часть лошадей на быков, которые медленно двигались, но зато при необходимости их можно было забить на мясо. Невероятно, но путешественники взяли с собой лишь 9 литров воды, не считая индивидуальных фляжек. У первого же источника устроили лагерь и послали людей на поиски следующего. Затем вернувшиеся разведчики показывали дорогу остальным. Такой метод гарантировал безопасное продвижение, но отнюдь не быстрое.

К февралю 1845 года, по расчетам Лейхгардта, экспедиция прошла четверть пути, израсходовав три четверти съестных припасов. Однажды сам руководитель, с которым был один из двух аборигенов, участвовавших в походе, проблуждал несколько дней; от голодной смерти их спасли лишь два голубя, убитых туземцем. <Чтобы хоть чем-то наполнить голодный желудок, я глотал голубиные кости и ноги>, - писал Лейхгардт. <Удивительно, как быстро человек перестает быть разборчивым в еде>, - заметил руководитель экспедиции. Они разнообразили свой рацион раками и угрями, которых ловили в реках, а в гнездах диких пчел находили <такой сладкий и душистый мед, какого нам никогда раньше не доводилось пробовать>. Лейхгардт экспериментальным путем выяснил, что некоторые растущие у источников воды растения можно варить и есть как средство от цинги - хотя эта профилактика имела и неприятный побочный эффект, люди страдали от жестокого поноса.

Весь март и апрель путешественники неторопливо шли вперед, присваивая встречным рекам и горам имена оставшихся на побережье друзей. В начале мая отряд взял курс на северо-запад, к заливу Карцентария и конечному пункту экспедиции на северном побережье континента.

Однажды ночью в конце июня, когда они уже приближались к заливу, на их лагерь напали вооруженные копьями аборигены. Натуралист Джон Гилберт был убит, еще два человека получили ранения. Передохнув всего два дня, отряд продолжил путь, сильно потрясенный происшедшим, но полный решимости достичь цели. 17 декабря 1845 года, пройдя за 14 с половиной месяцев около 5000 километров, экспедиция Лейхгардта вошла в Порт-Эссингтон.

Успешный переход - ужасной ценой

Через двенадцать лет после того, как Лейхгардт пропал без вести, пытаясь пересечь Австралию с востока на запад, двум другим путешественникам - Роберту 0’Харе Бсрку и Уильяму Джону Уиллсу - удалось осуществить эту задачу, но только с юга на север.

20 августа 1860 года Берк во главе хорошо оснащенного отряда из семнадцати человек, включая трех погонщиков верблюдов, вышел из Мельбурна. Когда в октябре экспедиция достигла самого северного поселения Менинди, импульсивный Берк вдруг решил, что дальше пойдут лишь девять членов группы. В середине декабря он оставил Уильяма Брахе и еще четырех человек в лагере на Купер-Крик, а сам вместе с Уиллсом и двумя другими спутниками пустился в путь к заливу Карпентария, до которого было еще более 1100 километров.

Последние 50 километров до залива Берк и Уиллс шли одни. Выйти к морю им так и не удалось. Припасы скоро кончились, не прошло и трех недель, как один человек, Чарлз Грей, умер. 21 апреля трое оставшихся вышли к Купер-Крик. В лагере они нашли немного еды и записку от Брахе; прождав месяц после оговоренного срока, он покинул лагерь всего несколько часов назад! Берк решил идти на юго-запад вдоль Купер-Крик, но к концу июня и он и Уиллс скончались. Единственный выживший участник похода Джон Кинг попал к аборигенам, которые заботились о нем до тех пор, пока его не нашел посланный на спасение экспедиции отряд.

Герой Австралии

Участники похода вернулись в Сидней морем, их встречали как героев, как восставших из мертвых. Лейхгардт составил карту значительной части северо-восточной Австралии, обнаружив там <прекрасные земли, почти без исключения подходящие для выпаса скота>. Благодарные граждане щедро вознаградили первопроходца (это были первые деньги, заработанные 32-летним Лейхгардтом) и собрали дополнительную сумму, чтобы разделить ее между шестью другими членами его отряда.

Лейхгардт теперь без особого труда нашел средства для второй экспедиции, которая должна была пересечь северную часть материка, а затем спуститься на юг до Перта вдоль западного побережья. 7 декабря 1846 года Лейхгардт в сопровождении шестерых европейцев и двух аборигенов вновь пустился в путь, взяв с собой 270 коз, 108 овец, 40 быков, а также мулов и овчарок.

Отряду пришлось испытать все тяготы сезона дождей: день и ночь они были мокрыми до нитки, ветер рвал в клочья их легкие палатки. Вскоре всех поразила болотная лихорадка, и иногда они были вынуждены пить одну холодную мутную воду, так как ни у кого не было сил развести огонь и приготовить чай. При жаре свыше 40 градусов людям приходилось ехать верхом в одежде, чтобы уберечься от укусов слепней, а по коже измученных насекомыми лошадей часто струилась кровь.

Менее чем через полгода отряд вернулся, пройдя всего 800 километров на северо-запад по <самой жуткой земле, на которую ступала нога белого человека>, как выразился один участник экспедиции. Болезни и раздоры - Лейхгардта обвиняли в том, что он берет себе пищу, предназначенную больным, - с самого начала обрекли предприятие на неудачу.

Исконное население Австралии

Коренные жители Австралии, аборигены, пришли на южный континент более 50 тысяч лет назад из Юго-Восточной Азии, пересекая океан по островам.

В январе 1788 года первые английские колонисты - 736 осужденных за преступления мужчин и женщин - прибыли в бухту Сиднея на 11 кораблях Первого флота. Они были гораздо менее приспособлены к жизни на новой родине, чем те первобытные люди, которых они там встретили. Эти охотники и собиратели ходили практически голыми, а их основными орудиями были бумеранг, копье, каменный топор и палочки для добывания огня. 750 тысяч аборигенов делились на 600 племен с разными языками и обычаями. Вся их жизнь была тесно связана с природой, мужчины были терпеливыми и умелыми охотниками, а женщины собирали съедобные растения. Каждое племя имело свою территорию, и территориальные права племен строго соблюдались. Судьба австралийских аборигенов, как и индейцев Северной Америки, - это печальный этап в истории открытия и заселения европейцами новых земель. Британия установила свое владычество над территориями, необходимыми для поселений сосланных в Австралию преступников, мало считаясь с претензиями коренных обитателей. <Куда бы ни ступала нога европейца, - писал Чарлз Дарвин после посещения Австралии в 1836 году, - это почти всегда влечет гибель коренных жителей>. У аборигенов отбирали земли, где они привыкли охотиться, их косили невиданные прежде болезни, пришельцы приобщали их к алкоголю, использовали как дешевую рабочую силу. В результате численность коренных австралийцев катастрофически сокращалась: к 1901 году их насчитывалось всего 66 950, а к 1921 году-60 479.

Вторая мировая война ознаменовала поворот в отношении к исконным обитателям Австралии. Когда тысячи солдат послали сражаться в заморских странах, создалась острая нехватка рабочих рук. Аборигенов стали брать на работу, и многим из них впервые платили за их труд деньги. В послевоенные годы они получили гражданство и право голоса, больший доступ к образованию и медицинскому обслуживанию, право владеть землей и право самим выбирать, оставаться аборигенами или ассимилироваться с австралийцами европейского происхождения. Перепись населения 1991 года показала, что их численность выросла до 238 575 человек.

Последний поход

Лейхгардт не отказался от мечты пересечь Австралию и, несмотря на печальный провал второй экспедиции, уже в начале 1848 года собрал новый отряд. 4 апреля он написал последнее письмо - с овцеводческой фермы в 400 километрах к западу от Брисбена, - прежде чем с четырьмя белыми и двумя аборигенами, 50 быками, 20 мулами и 7 лошадьми отправиться на северо-запад.

Прошло два с половиной года, а об экспедиции Лейхгардта не было никаких известий. Однако это не вызывало особого беспокойства у его друзей и тех, кто его финансировал, они понимали, какое грандиозное предприятие он затеял. Но в конце 1850 года на ферме Сурат, расположенной менее чем в 80 километрах от того места, где стартовала экспедиция, появился абориген, который принес тревожные новости. Как он слышал от другого аборигена, несколько белых и двое темнокожих мужчин были убиты западнее реки Мараноа - как раз там, где должны были проходить Лейхгардт и его спутники. Напав среди ночи, туземцы уничтожили весь отряд, перебили животных и скрылись.

Деревья, помеченные буквой

В Порт-Эссингтон был послан корабль, на случай, что там может появиться Лейхгардт, если он пошел по следам своей первой, успешной экспедиции, но в тех местах его не видели. Джон Макдауэлл Стюарт, проводивший поиски на северо-западе, сообщил, что в районе, где, насколько известно, никогда не бывали европейцы, обнаружены таинственные следы. Следы, как сказал Стюарт, <были оставлены длинной и узкой стопой с высоким подъемом и крупным большим пальцем… и скорее напоминали отпечаток ноги белого человека, чем аборигена>. В конце концов, после того как поселенец по имени Гидеон Лэнг подтвердил сообщение об убийстве на реке Мараноа, правительство выделило средства на поиски, но из-за засухи они были начаты только в 1852 году.

Человек, назначенный руководителем поискового отряда, был смыт за борт и утонул по пути из Сиднея в Брисбен, и группу возглавил Ховенден Хили, участник второй экспедиции Лейхгардта. Он был уверен, что вблизи реки Мараноа убили именно Лейхгардта и его людей, и сосредоточил поиски в этом районе. Жившие там аборигены повторили уже известную историю, но добавили, что виноваты во всем два аборигена из отряда Лейхгардта, которые приставали к местным женщинам.

В середине июня 1852 года, перенеся поиски к реке Уоррего, Хили обнаружил следы стоянки и дерево, на стволе которого была вырезана буква <L>, а над ней - <XVA>. Могла ли эта буква означать <Лейхгардт>, а <XVA> - 15 апреля, дату, наступившую всего через 11 дней после того, как экспедицию видели в последний раз? Неподалеку нашли еще два дерева, помеченные таким же образом. Хили прекратил поиски и вернулся с докладом, что члены пропавшей экспедиции, несомненно, были убиты аборигенами.

Белый дикарь

До конца десятилетия еще дважды предпринимались поиски, а в апреле 1861 года поступило сообщение - от того самого Стюарта, который за десять лет до этого нашел следы, - о заброшенной хижине у горы Стерт на крайнем северо-западе Нового Южного Уэльса, больше похожей на постройку белого человека, чем аборигена. Обнаружили новые деревья с буквой <L>. Позднее, в 1871 году, после упорных слухов о <белом дикаре>, живущем среди аборигенов на западе Квинсленда, офицер полиции Дж. М. Гилмор возглавил еще один поисковый поход в глубь страны. Он вернулся с шестью парами мужских брюк. Обрывками шерстяных одеял, мешком, сделанным из человеческих волос - прямых, а значит, принадлежавших белым людям, и костями, которые, как выяснилось, тоже принадлежали европейцам. Безусловно, все это были следы какой-то экспедиции, но какой именно? Лейхгардт был не единственным путешественником, без вести пропавшим в те годы.

В 1938 году, через 90 лет после исчезновения Лейхгардта, была предпринята очередная - девятая - попытка найти его следы. Поводом для нее послужили сообщения о костях, найденных на краю пустыни Симпсон. Кости, как оказалось, принадлежали аборигенам, но там же нашли две английские монеты, отчеканенные до того, как Лейхгардт покинул Англию. Могли ли это быть его монеты?

Смерть на реке Диамантина?

Проведя скрупулезное расследование, взвесив все имевшиеся факты, Гордон Коннелл в 1980 году опубликовал свои выводы о судьбе Людвига Лейхгардта.

По его мнению, Лейхгардт достиг Арнемленда, но затем повернул на юг, возможно, чтобы тем же путем вернуться в Квинсленд. У одного из источников недалеко от того места, где река Диамантина пересекает границу Южной Австралии, он и его люди попали в засаду и были убиты. Там были обнаружены останки европейцев. Он мог также погибнуть и во время бурного разлива Диамантины и Купер-Крик.

Если заключения Коннелла верны, то это значит, что Лейхгардт преодолел около 4800 километров - рекордное расстояние для того времени. Судя по всему, трагедия настигла его всего в 800 километрах от начального пункта. И знания о природе районов, расположенных в глубине Австралии, принес не он, а многочисленные экспедиции, посланные на его поиски.


Конец любовной истории

Летней ночью в 1694 году красивый молодой офицер отправился к своей возлюбленной, кронпринцессе Ганноверской, которая была несчастлива в браке. С этого свидания ему не суждено было вернуться.

В воскресенье около десяти часов вечера Филипп Кристоф, граф Кенигсмарк вышел из своего дома в Ганновере на севере Германии и под покровом темноты поспешил к стоявшему на берегу реки Лейне замку. Утром он получил записку с приглашением попозже ночью навестить юную супругу кронпринца Ганноверского Софию Доротею. Письмо было написано незнакомым почерком, однако Филипп с радостью согласился пойти на тайное свидание со своей возлюбленной, потому что уже много недель им не удавалось побыть наедине. Возможно, он подумал и о том, что это был особый день: ровно четыре года назад они впервые обменялись любовными посланиями.

София Доротея не писала записку и никому не диктовала ее, поэтому неожиданное появление возлюбленного удивило ее, но и обрадовало. Может быть, у них и возникло подозрение, что это письмо - ловушка, но счастье снова быть вместе оказалось сильнее осторожности, необходимой, когда идешь на столь опасную встречу. В любом случае, должно быть, решили они, скоро игра в прятки для них кончится. Уже на заре Софию Доротею будет ждать карета. Наконец-то кончится притворство, в котором она жила, выйдя замуж без любви за своего двоюродного брата Георга Людвига, и она навсегда покинет дворец, так и не ставший ей домом. Завтра она начнет новую жизнь - с Филиппом.

Прежде чем расстаться, любовники обговорили последние детали тщательно спланированного побега; теперь им оставалось лишь считать часы до рассвета. Но напрасно София Доротея ждала Филиппа на следующее утро. Он так и не появился и не прислал записку с объяснением того, что помешало их планам. Филипп исчез, и больше его никто никогда не видел. В отчаянии, страшась худшего, София Доротея обратилась к одному из членов придворного тайного совета, умоляя его раскрыть тайну исчезновения Филиппа. <Меня бросает в дрожь от одной мысли, что граф Кенигсмарк мог попасть в руки этой женщины…> Какой женщины так боялась София Доротея и почему? И что же на самом деле случилось с Филиппом после того, как он оставил покои кронпринцессы? Чтобы разгадать эту загадку, необходимо заглянуть в предысторию несчастного замужества Софии Доротеи, на фоне которого разворачивались события любовного романа с роковым концом.

Брак как ход в политической игре

Браки по расчету между соперничающими династиями были обычным делом в Германии, разделенной на мелкие княжества и королевства. Любовь при заключении подобных союзов не имела никакого значения. Тем не менее редко когда жених и невеста испытывали друг к другу такую неприязнь, как София Доротея и Георг Людвиг. Они невзлюбили друг друга еще с детства, но зародилась эта враждебность в обеих семьях в предыдущем поколении.

Отец невесты, герцог Брауншвейг-Целльский Георг Вильгельм, в свое время был помолвлен с другой Софией, принцессой из соседнего пфальцгерцогства Рейнланд. Не желая расставаться с привычной холостяцкой жизнью, Георг Вильгельм расторг помолвку и отказался от невесты в пользу младшего брата, Эрнста Августа. А чтобы сделать этот брак более привлекательным для обеих сторон, он в 1658 году подписал обязательство, по которому обещал, что никогда не женится и что после его смерти герцогство Брауншвейг-Целле объединится с унаследованным братом герцогством Брауншвейг-Люнебургским.

Спустя несколько лет после заключения соглашения с младшим братом убежденный холостяк Георг Вильгельм влюбился во француженку по имени Элеонора д‘0льбрёз. Не желая, чтобы она была всего лишь его любовницей, он решил аннулировать свое обязательство и вступить с ней в законный брак. Для этого он обратился в Вену к Леопольду I, который в качестве императора Священной Римской империи правил непрочным союзом германских государств. Его прошение было удовлетворено только в 1676 году. Элеонора стала герцогиней Брауншвейг-Целльской, а их дочь София Доротея, которой к тому времени исполнилось десять лет, была признана законной и получила титул кронпринцессы.

В Ганновере, при дворе Эрнста Августа, такое развитие событий вызывало подозрения. Обещанное воссоединение двух герцогств оказалось под угрозой. К счастью, братьям удалось найти решение этой проблемы: София Доротея должна выйти замуж за своего двоюродного брата Георга Людвига, старшего сына Эрнста Августа.

В политическом смысле такое решение представлялось идеальным, но Софию Доротею оно совсем не устраивало. Она не привыкла к строгому протоколу, ее удивляли и беспокоили придворные интриги - иными словами, она неуютно себя чувствовала в Ганновере. Хуже того, у ее мужа была любовница - как и у ее свекра. По странному этикету того времени любовница герцога Эрнста Августа графиня Платен претендовала на более высокий статус при дворе, чем кронпринцесса. После рождения в 1683 году сына, а через четыре года и дочери Георг Людвиг окончательно охладел к жене. Поэтому неудивительно, что София Доротея так быстро поддалась чарам красавца графа Кенигсмарка, когда он в 1688 году появился при дворе.

Судьба сестры

Исчезновение графа Кенигсмарка изменило судьбу его младшей сестры Марии Авроры. Несмотря на факты, свидетельствовавшие об обратном, Мария Аврора была уверена, что после бесследного исчезновения в ночь с 1 на 2 июля 1694 года ее брат остался в живых. Ее непоколебимая вера основывалась на предсказании астролога, по которому как раз в этом году Филипп должен был попасть в беду, но выйти из нее целым и невредимым. Пытаясь помочь поискам брата, она обратилась к курфюрсту Саксонскому Фридриху Августу, на службу к которому собирался поступить Филипп. Осенью 1694 года она прибыла ко двору в Дрезден.

В Дрездене уже были наслышаны о красоте и уме Марии Авроры. Среди ее многочисленных поклонников было и два герцога, одному из которых было уже 60, а второму - всего 17. Французский философ Вольтер, родившийся в год, так круто изменивший судьбу брата и сестры Кенигсмарк, писал позднее о Марии Авроре как о <самой знаменитой женщине двух столетий>.

Юный правитель Саксонии не стал исключением. Как многие мужчины, он с первого взгляда влюбился в Марию Аврору. Она поддалась его страстным ухаживаниям и в октябре 1696 года родила Фридриху Августу сына. Но лишь в 1711 году курфюрст признал мальчика своим законным ребенком и ему было позволено называться Германном Морисом, графом Саксонским. В 1720 году Германн Морис поступил на службу во Франции и со временем получил высшее воинское звание этой страны.

Любовь к Марсу и Адонису

Филипп Кристоф, граф Кенигсмарк приехал в Ганновер 23-летним молодым человеком - на год старше Софии Доротеи. Его семья происходила из Германии, но богатства и власти достигла на службе у шведского короля.

Филиппа вместе со старшим братом Карлом Иоганном в 1680 году послали в Лондон обучаться искусству танца, верховой езды и фехтования, предполагая, что по завершении своего образования они посвятят себя более интеллектуальным занятиям в Оксфорде. Но Филипп наделал карточных долгов, а Карл Иоганн оказался причастным к смерти одного знатного человека, с женой которого он флиртовал. Карлу Иоганну удалось покинуть Англию и избежать наказания, но этот скандал сделал невыносимым и положение младшего брата. В 1682 году он вернулся в Германию и следующим летом поступил на службу в армию императора Леопольда I, которая в то время отвоевывала у турок Венгрию.

Когда в 1688 году его полк был распущен, Филиппу пришлось искать новую службу, и он отправился в Ганновер, надеясь найти ее там. Он прибыл в город в разгар празднеств, предшествовавших Великому посту, и на одном из многочисленных приемов во дворце встретил женщину, которая стала его судьбой, Софию Доротею. На самом деле они были знакомы еще с детства, но теперь перед кронпринцессой предстал удалой офицер в расцвете сил. По описанию современника, Филипп был <замечательно сложен, высок ростом, красив, с ниспадающими волосами и живым блеском в глазах, одним словом, в нем гармонично сочетались Марс и Адонис [т.е. бог войны и воплощение мужской красоты]>.

Поначалу София Доротея нашла в графе Кенигемарке внимательного слушателя и верного друга. При нем она могла дать волю своим чувствам по отношению к этой интриганке графине Платен, которую она боялась и ненавидела.

Тут, однако, была одна проблема. Дело в том, что вскоре после появления при дворе Филипп завязал роман с графиней. Потом он пожалел о своем глупом и неосторожном поступке, но было слишком поздно, он уже понял, как трудно ему будет порвать с этой женщиной так, чтобы не навлечь ее гнев на себя и Софию Доротею. Чтобы вырваться из этой затруднительной ситуации, граф Кенигсмарк покинул двор и пошел добровольцем в действующую армию.

Вернувшись в Ганновер по окончании своей первой кампании, Филипп ошибочно решил, что графиня Платен потеряла к нему интерес и что он может снова, теперь уже без опаски, встречаться с Софией Доротеей.

К весне 1690 года он, должно быть, признался кронпринцессе в любви. За четыре года - с 1 июля до исчезновения Филиппа - он и София Доротея написали друг другу более 300 нежных посланий, в которых говорили, как они любят, как счастливы и как тоскуют друг без друга.

На краю пропасти

Но графиня Платен по-прежнему пылала страстью к Филиппу. По ее приказу за любовниками была установлена постоянная слежка, и по пропавшим письмам и сломанным печатям они могли догадаться, что за ними шпионят. К 1693 году стало очевидным, что их тайна раскрыта. В отчаянной попытке усмирить графиню Платен Филипп снова начал за ней ухаживать - хотя из его писем видно, как это было ему неприятно.

Все чаще Филипп и София Доротея говорили о том, что им нужно бежать из Ганновера, подальше от двора, где их положение стало невыносимым. Но их планы наталкивались на непреодолимое препятствие - отсутствие денег. Филипп уже жил не по средствам, а София Доротея лишилась состояния и личного имущества при вступлении в брак с Георгом Людвигом.

В мае 1694 года Филипп снова покинул Ганновер, на этот раз в надежде получить генеральский чин в армии Саксонского курфюрста в Дрездене. Заключенный им контракт позволил ему через месяц вернуться в Ганновер, значительно улучшив свое будущее финансовое положение. К тому времени почти весь двор переехал в летний дворец в окрестностях Ганновера, и отсутствие в городе мужа и свекрови Софии Доротеи должно было облегчить любовникам побег. Лишь престарелый Эрнст Август и графиня Платен оставались в ганноверском замке в ту ночь, когда Филипп пришел на свидание к кронпринцессе, подтвердил, что план их побега остается в силе, нежно попрощался с ней - и бесследно пропал.

Взлет и падение фаворита

Три поколения спустя в Дании разыгралась трагедия, поразительно похожая на ганновсрскую историю. То, что можно назвать прологом, произошло в 1766 году, когда 17-летний датский король Кристиан VII женился на Каролине Матильде, 15-летней сестре английского короля Георга III и правнучке Георга Людвига и Софии Доротеи.

Главное же действие началось двумя годами позже, когда Кристиан взял на службу немецкого врача по имени Иоганн Фридрих фон Штруэнзее. Судя по всему, молодой доктор сумел завоевать не только доверие страдавшего психическим расстройством короля, но и благосклонность несчастной в браке королевы. При дворе его неизбежно ждал быстрый взлет. В 1770 году он назначается государственным министром и наделяется беспрецедентными полномочиями.

Роман Штруэнзее с королевой ни для кого не был секретом, но король, казалось, не обращал на него внимания. Тогда мачеха короля Мария Юлиана вступила в сговор с обиженными монархом дворянами. Скандал, в котором будут замешаны Кристиан и Каролина Матильда, как она думала, увеличит шансы се собственного сына взойти на престол.

В ночь с 16 на 17 января 1772 года группа заговорщиков вошла в спальню короля и заставила его подписать приказ об аресте Штруэнзее и королевы. На состоявшемся затем суде не удалось доказать выдвинутые против лейб-медика обвинения в различных должностных преступлениях. Но когда он признался - вероятно, под пытками - в прелюбодеянии с королевой, его приговорили к смерти.

Каролину Матильду, как и ее несчастную прабабку, ждали развод и ссылка - по иронии судьбы в тот самый замок в Германии, в котором больше чем за сто лет до этого родилась София Доротея.

Избежать скандала - любой ценой!

Весть об исчезновении графа Кенигсмарка молниеносно облетела Ганновер, а вскоре об этом узнали и при других германских дворах. Эрнст Август всего двумя годами ранее стал курфюрстом Ганноверским, одним из германских правителей, имевших право участвовать в избрании императора Священной Римской империи. Скандал при ганноверском дворе отозвался бы по всей Европе, вплоть до самой Англии.

Супруга Эрнста Августа, София старшая, была внучкой английского короля Якова 1, и ее единственной целью в жизни было возвести на английский трон одного из своих потомков. История с убийством, в которой замешаны жена ее сына и любовница ее мужа, могла помешать этим планам. Обычно несдержанная на язык герцогиня София об этом деле предпочитала отмалчиваться. Через две недели в письме родственнице она писала: <На дровяном рынке, где можно услышать любые новости, говорят, что Кенигсмарка заманили дрезденские ведьмы>.

Но не ведьмы заставили Филиппа исчезнуть. При внимательном изучении дипломатических документов той поры, относящихся к событиям в Ганновере, можно попытаться восстановить то, что в действительности произошло той ночью.

Судя по всему, шпионы графини Платен предупредили ее о том, что любовники намерены бежать из Ганновера 2 июля. Она обо всем рассказала курфюрсту Эрнсту Августу, который выдал ей ордер на арест графа Кенигсмарка. По выходе из покоев Софии Доротеи или рано утром, когда он вернулся в замок. Филиппа встретили четыре человека с обнаженными шпагами. В завязавшейся схватке один из них нанес графу смертельную рану. От тела быстро избавились - по одной версии, труп бросили в реку Лейне, по другим - сожгли или закопали в замке. Неизвестно, имели ли эти четверо приказ убить Кенигсмарка, но в любом случае его смерть многих очень устраивала.

Менее чем через полгода состоялся развод Софии Доротеи и Георга Людвига, но имя Кенигсмарка при этом ни разу не упоминалось. Опозоренная кронпринцесса была сослана в Альденский замок неподалеку от Ганновера, где прожила в изоляции 32 года, до самой смерти в 1726 году, - лишь ее матери разрешалось ее навещать. Тем временем старшая София в конце концов добилась своего: в 1714 году - году ее смерти - Георг Людвиг стал королем Англии Георгом I. Его прямые потомки до сих пор занимают английский престол.

В <зеленый ад>.

Твердо уверенный, что джунгли Бразилии тысячи лет скрывают от людей неведомый город, британский полковник в 1925 году отправился на поиски истоков южноамериканской цивилизации,

Мату-Гросу - по-португальски это значит <густой лес> - подходящее название для удаленного от побережья бразильского штата размером с три Украины. До второй половины нашего века единственными обитателями этих непроходимых тропических лесов были индейцы и мало кто из белых пытался составить карту этого района.

В апреле 1925 года три исследователя отважились отправиться в эти душные дикие джунгли, где обитали неизвестные зоологам животные и жили племена, о существовании которых никто даже не подозревал. Через пять недель после того, как они оставили столицу штата город Куяба, руководитель группы написал жене в Англию со стоянки, которой дал зловещее имя <Мертвая лошадь> (в этом месте во время предыдущей экспедиции у него пала лошадь): <Мы надеемся пройти этот район за несколько дней… Тебе не надо бояться нашей неудачи>. Больше вестей от него не было.

Проникая за завесу

Полковник Перси Гаррисон Фосетт почти двадцать лет жил мечтой разгадать тайны бразильских джунглей. В 1906-1909 годах он по заданию правительства Боливии изучал район у границы с Бразилией, а в последующие годы несколько раз возвращался в мрачные дикие леса, которые часто называют <зеленым адом>.

Испанские завоеватели Южной Америки так и не нашли сказочного Эльдорадо или страны воинственных женщин-амазонок, но предания о них не умирают. В 1911 году пришла сенсационная новость об открытии американцем Хирамом Бингемом затерянного в перуанских Андах города инков - Мачу-Пикчу.

Во время следующих походов и топографических экспедиций индейцы постоянно рассказывали Фосетту и о затерянных в джунглях городах. В Чили он услышал о все еще населенном Городе Цезарей, где улицы вымощены серебром, а крыши зданий покрыты золотом. Его обитатели, если верить рассказам, не знали забот, живя под властью просвещенного монарха. Какое-то волшебство делало город невидимым для забредших в те края нежеланных искателей приключений. В Рио-де-Жанейро Фосетт отыскал сообщение о сделанном в 1753 году и давно забытом открытии развалин величественного каменного города; не было никаких сведений о том, что с тех пор там кто-либо бывал.

Затем ему в руки попала 25-сантиметровая фигурка, вырезанная из черного базальта, и он показал ее психометристу, человеку, утверждавшему, что может, ощупав предмет, определить его происхождение. Фосетт услышал, что фигурка, без сомнения, из Атлантиды: жители исчезнувшего континента захватили ее с собой, спасаясь от катастрофы, нашли убежище в необитаемом краю на территории нынешней Бразилии, где и выстроили большой город. Поскольку название его было неизвестно, Фосетт для удобства обозначил его буквой Z.

<Я ни на миг не сомневаюсь в существовании древних городов, - писал Фосетт в 1924 году, собираясь в очередную экспедицию. - Какая-то завеса скрывает тайны Южной Америки от внешнего мира>; тот, кто проникнет за нее, неимоверно расширит наши знания о прошлом. В свои 57 лет Фосетт понимал, что другого шанса сделать это у него не будет.

Раздобыв средства в различных научных обществах и заранее продав историю своей экспедиции и предполагаемых открытий Североамериканскому газетному альянсу, в начале 1925 года Фосетт был готов к рискованному путешествию. С собой он возьмет только 21-летнего сына и юного друга по имени Рэли Раймел. Возможно, их поход продлится до конца следующего года. Но, если они не вернутся из <зеленого ада> Бразилии, не надо никого посылать на поиски. Если даже Фосетт с его опытом не смог выжить в джунглях, то другим не на что надеяться. По этой причине он отказался дать точный маршрут своей экспедиции.

Разгадка кажется близкой

В 1927 году младший сын Фосстта Брайан столкнулся в Лиме, столице Перу, с французским путешественником. Пересекая континент на автомобиле, этот француз повстречал на дороге в бразильском штате Минас-Жерайс, расположенном между Мату-Гросу и Атлантикой, старого, больного и явно плохо соображающего человека, назвавшегося Фосеттом. Француз ничего не слышал о пропавшем исследователе и не настоял на том, чтобы взять его с собой.

Брайан не мог найти денег для поисков, и лишь на следующий год Североамериканский газетный альянс снарядил группу под руководством Джорджа Дайотта, чтобы выяснить обстоятельства исчезновения Фосетта. Вождь одного из племен сказал Дайотту, что видел пожилого белого человека в сопровождении двух мужчин помоложе, оба они хромали. Они двигались на восток, к Атлантическому океану. В течение пяти дней был виден дым от их костров, а потом о них ничего не слышали. Дайотт вернулся с убеждением, что Фосетта и его спутников убили индейцы, но семья полковника отказывалась в это верить.

Спустя четыре года швейцарский охотник Штефан Раттин возвратился из Мату-Гросу с рассказом о том, что индейцы держат полковника Фосетта в плену. Позднее Брайан услышал про мальчика, наполовину индейца, наполовину белого, который выдает себя за сына его брата Джека. Все подобные <ключи> не приближали к разгадке тайны - в том числе и кости, якобы принадлежащие Фосетту. Судьба его отца, с грустью заключил Брайан, так и останется неизвестной, а загадка <города Z> - неразгаданной.

<Пройдем ли мы через джунгли и вернемся или наши кости останутся гнить там, несомненно одно, - сказал полковник Фосетт Брайану перед расставанием. - Разгадку тайны далекого прошлого Южной Америки - а, возможно, и всего доисторического мира - можно будет найти, когда будут обнаружены и открыты для научных исследований древние города. Что эти города существуют, я знаю…>


Разыскивается Рауль Валленберг

Этому человеку поставлены памятники, его именем названы улицы, ему присвоено звание почетного гражданина США, о его судьбе написаны книги, однако о последних годах его жизни, проведенных 6 тюрьме или лагере в Советском Союзе, до сих пор ничего не известно.

До окончания Второй мировой воины оставалось несколько месяцев. Немецкие оккупанты покинули разоренный Будапешт, в венгерскую столицу вступали победоносные советские войска. Шведский дипломат Рауль Валленберг прибыл сюда летом 1944 года и с тех пор неустанно отдавал себя делу спасения будапештских евреев от нацистского <окончательного решения еврейского вопроса>. Сейчас он направлялся в штаб Советской Армии в Дебрецене, в 200 километрах на восток от столицы, чтобы встретиться с маршалом Родионом Малиновским и договориться об обеспечении безопасности своих подопечных. Садясь в машину, он показал на двух русских солдат на мотоциклах и офицера в коляске одного из них и сказал провожавшему его Другу, что не знает, для чего ему дали этот эскорт - <чтобы охранять меня или чтобы я не сбежал>.

Это полушутливое замечание оказалось мрачным пророчеством: ни Валленберга, ни его шофеpa Вильмоша Лангфельдера никогда больше на Западе не видели. С того дня их судьба покрыта тайной, здесь смешались слухи, предположения, полуправда и откровенная ложь, приходившая из-за <железного занавеса>.

Что же это был за человек, Рауль Валленберг, загадку исчезновения которого за последние сорок лет неоднократно пытались разгадать и чья печальная судьба вызывает сочувствие во многих странах? Он родился 4 августа 1912 года в одной из богатейших семей Швеции, которую часто называют <шведскими Рокфеллерами>: в ней есть банкиры, промышленники, дипломаты, священники. В Мичиганском университете в Америке Рауль изучал архитектуру, однако ему было уготовано место в принадлежавшем семье банке, и в 1936 году его послали учиться бизнесу в Хайфу в тогдашней Палестине. Прапрадед Рауля был евреем, принявшим христианство, и молодой человек как-то похвастался, что его, Валленберга и <полу еврея>, никому никогда не победить. В Хайфе, где он жил в пансионе для правоверных иудеев, он остро почувствовал, какой опасностью грозит европейским евреям нацизм: в город прибывало множество беженцев, и вскоре еврейское население достигло 50 тысяч.

Вернувшись в Швецию в 1939 году, как раз к началу Второй мировой войны, Рауль занялся экспортом и импортом продовольствия, став партнером бежавшего из Венгрии еврея Коломана Лауэра, которому был нужен надежный, знающий языки <иноверец>, чтобы ездить в страны, захваченные фашистами. То, что он увидел в этих поездках, ужаснуло Валленберга, и через какое-то время его перестала удовлетворять его работа, у него возникло сильное желание делать что-то действительно полезное. В 1942 году, посмотрев английский кинофильм о вроде бы рассеянном профессоре, которому тем не менее удается провести фашистов и спасти евреев, Рауль сказал сестре, что это <как раз то>, что хотел бы сделать он.

Валленберг против Эйхмана

В оккупированной нацистами Европе евреи были обречены на скорбный путь в концентрационные лагеря и газовые камеры. Но даже среди противников Германии мало кто поднимал голос против этих зверств и протягивал руку помощи тем, кто пытался бежать из ада. Лишь в январе 1944 года - и то только благодаря настойчивости министра финансов Генри Моргентау-младшего - американское правительство наконец что-то предприняло, образовав Совет по делам военных беженцев. Совет направил Ивера Ольсена, представителя министерства финансов, имевшего связи в Управлении стратегической разведки (позднее это ведомство превратилось в Центральное разведывательное управление), в нейтральную Швецию для осуществления плана спасения последней крупной еврейской общины в Европе - более 700 тысяч евреев, живших в Венгрии, которая стала союзницей Германии.

До того времени венгерское правительство не уступало нажиму Берлина, требовавшего массовой депортации евреев; многие из них были христианами и играли важную роль в экономической жизни страны. В марте 1944 года, чувствуя, что союзница колеблется, Германия послала в Венгрию войска и установила в стране послушный ей режим. Среди направленных в Будапешт нацистов был и Адольф Эйхман, архитектор <окончательного решения еврейского вопроса>, человек, который, по словам одного из соратников, был <совершенно одержим идеей уничтожения всех евреев, что попадутся ему в руки>. Отныне венгерским евреям предписывалось носить желтую шестиконечную звезду Давида, а вскоре их стали забирать для отправки в лагеря смерти.

В Стокгольме Ивер Ольсен привлек к американскому плану противостояния Эйхману 31-летнего Рауля Валленберга. С деньгами из секретных американских источников и с паспортом шведского дипломата 9 июля Валленберг прибыл в Будапешт. Он знал, что его миссия сопряжена с опасностью и что ему придется действовать быстро. Эйхман намеревался отправить всех будапештских евреев в лагеря смерти; Валленберг должен был постараться спасти как можно больше из них.

Пытаясь договориться с Эйхманом, Валленберг в декабре пригласил нациста на обед к себе на квартиру. В ходе беседы, проходившей под аккомпанемент советской артиллерии, заревом освещавшей горизонт на востоке, швед сказал своему гостю, что нацизм обречен. Эйхман был непоколебим. <Не думайте, что мы стали друзьями, - сказал он на прощанье. - Ничего подобного. Я намерен сделать все, чтобы помешать вам спасти ваших евреев. Дипломатический паспорт не от всего может защитить. Даже дипломат из нейтральной страны может попасть в аварию>. Вскоре после этого в автомобиль Валленберга <случайно> врезался немецкий грузовик; к счастью, шведского дипломата при этом не было в машине.

На следующий день после Рождества советские войска окружили Будапешт. Эйхману удалось бежать из венгерской столицы, а Валленберг остался с доверившимися ему людьми.

В бездну

13 января 1945 года советский патруль обнаружил Валленберга в здании, находившемся под защитой Международного Красного Креста. Молодой дипломат попросил, чтобы его отвезли в штаб, где, как он надеялся, он сможет рассказать о своем плане защиты оставшихся венгерских евреев и об их послевоенной реабилитации. Через четыре дня он ехал в Дебрецен.

Не успела машина выехать из столицы, как Валленберга и его водителя Лангфельдера передали в руки НКВД. Вместо встречи с маршалом Малиновским их посадили на поезд и повезли в Москву. Советский МИД известил посла Швеции, что <приняты меры для защиты господина Рауля Валленберга>. <Взятие под охрану> на самом деле означало заключение - сначала в здании НКВД на Лубянке, затем в Лефортовской тюрьме. Лангфельдера с марта 1945 года никто больше не видел. От бывших сокамерников Валленберга, позднее так или иначе оказавшихся на Западе, известно, что шведский дипломат содержался в московской тюрьме до весны 1947 года, после чего, вероятно, его отправили в Сибирь.

Тем временем советский посол в Стокгольме заверил мать Рауля Валленберга, что с ее сыном все в порядке и он скоро вернется домой: позднее посол сказал жене шведского министра иностранных дел, что, наверное, лучше не поднимать <шума> вокруг этого дела.

8 марта 1945 года друзья Валленберга в Будапеште услышали поразившее их сообщение контолировавшегося советскими властями радио: 17 января по дороге в Дебрецен шведского дипломата убили, скорее всего, немцы или их венгерские приспешники. На Западе этому мало кто поверил.

Дипломатия холодной войны

Шведский посол Стэффан Содерблум сообщал своему начальству в Стокгольм: <Безусловно, трагическое исчезновение Валленберга тяжестью лежит у меня на сердце>. Тем не менее он отверг помощь, предложенную послом США Авереллом Гарриманом, заявив, что нет причин не верить русским, <Мы не нуждаемся во вмешательстве американцев>, - резко добавил Содерблум.

Рауль Валленберг стал первой жертвой холодной войны. Из-за того, что он вел дела с Эйхманом, его поначалу сочли гитлеровским агентом. Когда же русские узнали, что его миссии содействовал Совет по делам военных беженцев, а также что он связан с Ивером Ольсеном, они, судя по всему, решили, что Валленберг работает на Управление стратегической разведки. Стремясь сохранить нейтралитет Швеции по отношению к Соединенным Штатам и Советскому Союзу, Содерблум мало что сделал, чтобы продолжить поиски. Вполне понятно, писал он на родину, что Валленберг мог пропасть в хаосе последних месяцев войны в Венгрии.

Перед тем как покинуть Москву в июне 1946 года, Содерблум попросил аудиенции у Сталина. Хотя он был уверен, что Валленберг мертв и что у советских властей нет никаких сведений о его судьбе, он все же попросил Сталина дать официальное подтверждение. <Это и в ваших же интересах, - сказал он советскому диктатору, - поскольку есть люди, которые, в отсутствие такой информации, могут сделать неверные выводы>. Сталин записал имя Валленберга и обещал, что все будет выяснено. <Я лично за этим прослежу>, - заверил он.

Спустя четырнадцать месяцев, в августе 1947 года, Министерство иностранных дел СССР проинформировало нового шведского посла в Москве, что <Валленберга в Советском Союзе нет и нам о нем ничего не известно>.

Герой Холокоста

К тому времени, когда Рауль Валленберг появился в Будапеште - в июле 1944 года, - Адольф Эйхман уже успел отправить в концентрационные лагеря около полумиллиона венгерских евреев. Однако более 200 тысяч евреев, в основном в столице, сумели избежать страшной участи.

Чтобы спасти как можно больше людей, Валленберг начал выписывать <охранные паспорта> (см. вверху), подтверждающие, что их владельцы прошли необходимые формальности для репатриации в Швецию и находятся под покровительством дипломатической миссии Королевства Швеция в Будапеште. Сначала эти паспорта выдавались лишь тем, кто имел родственные или деловые связи со Швецией: позднее Валленберг стал выписывать их без подобных ограничений.

Но деятельность Валленберга не ограничивалась выдачей паспортов. Со временем он создал организацию, в которой было 40 врачей и 335 других работников. трудившихся в двух больницах, в бесплатных столовых, детских яслях и, самое главное, в 32 убежищах, над которыми был вывешен шведский флаг. Когда пронацистски настроенные салашисты напали на одно из них, находчивый швед переодел некоторых из своих подопечных - с наиболее <арийской внешностью> - в немецкую форму и поставил <часовых> перед убежищами.

Когда военное поражение Германии стало очевидным, Валленберг заявил немцам и их венгерским пособникам, что если они не прекратят преследование евреев, то их будут судить как военных преступников. Сам же он не боялся угроз: <Моя жизнь - это жизнь только одного человека, а речь идет о жизни многих людей>. К концу войны в живых оставалось 120 тысяч венгерских евреев, 15-20 тысяч из них были обязаны своим спасением лично Валленбергу.

<Тюремный телеграф>

На Западе дело Валленберга оставалось открытым. В Будапеште те, кто восхищался этим человеком, решили воздвигнуть ему памятник. Альберт Эйнштейн был среди тех, кто выдвинул Рауля Валленберга на Нобелевскую премию мира. Но самое главное, на Западе появились его бывшие сокамерники, которые могли подтвердить, что он находился в заключении с января 1945 по апрель 1947 года. Среди них были два немца - Густав Рихтер и Хорст Кичман. Оба они сообщили, что их допрашивали о Валленбсргс в Лефортовской тюрьме 27 июля 1947 года и что после допроса их перевели в одиночку.

По их рассказам, за два года заключения в Москве Валленберга выпускали из камеры лишь на ежедневную 20-минутную прогулку во дворике размером 3 на 4,5 метра, окруженном забором, чтобы узники не видели друг друга. Но, как все заключенные, он вскоре научился пользоваться <тюремным телеграфом>. По соединявшим камеры трубам успешно передавались сообщения, выстукиваемые зубными щетками. Самым простым кодом была так называемая <азбука Морзе для дураков>: буква А - один удар, В - два, С - три и т. д. Существовала и более сложная система - <пять на пять> или <система квадрата>, в которой все буквы алфавита располагались в воображаемой сетке: от А до ? - в первом ряду, от F до J - во втором и т. д. Сначала выстукивался номер ряда, ‘затем - номер колонки для каждой буквы. Два удара, а затем пять означали J - пятую букву во втором ряду.

Вернувшийся из заключения в СССР итальянец Клаудио дс Мор вспоминал, как он изумился, услышав по <тюремному телеграфу>, что в Лефортове держат дипломата из нейтральной страны. Три освободившихся немецких дипломата рассказывали, как они помогали Валленбергу - тоже по <телеграфу> - писать по-французски письмо Сталину. Дошло ли оно до адресата, они не знали. Затем, весной 1947 года, Валленберг передал последнее сообщение: <Нас переводят отсюда>.

Затерянный на архипелаге Гулаг

Вместе с примерно 50 другими заключенными - почти все они были русскими, осужденными в основном за <контрреволюционную деятельность>, - Валленберга отправили в Воркутинский лагерь в ста с лишним километрах к северу от Полярного круга. В течение последующих двенадцати лет, если опять же верить свидетельствам других вернувшихся на Запад узников, его перебрасывали из лагеря в лагерь печально известного архипелага Гулаг.

Один врач вспомнил, что летом 1948 года осматривал Валленберга, чтобы решить, можно ли его использовать на строительных работах; в то время шведу было 36 лет. Венгерский профессор встретил его в 1951 году в московской тюрьме, когда его переводили из одного лагеря, в 2500 километрах к северо-востоку от столицы, в другой - на 1500 километров восточнее. Бывший военный атташе Польши в 1953 году видел, как Валленберга сажали в товарный вагон в сибирском лагере. Один швейцарец перестукивался с ним во владимирской тюрьме в 1954 году, а, по словам одного австрийца, годом позже во Владимире его по ошибке поместили в камеру Валленберга, который попросил его, если его когда-нибудь освободят, сообщить в любое шведское представительство, что <швед из Будапешта все еще жив>. Бывший политзаключенный из Грузии рассказал, что с 1948 но 1953 год не раз оказывался в одной камере с Валленбергом. Однако к концу десятилетия надежных свидетельств людей, видевших его, стало меньше, большинство сообщений были расплывчатыми, а факты, доказывающие, что он попрежнему жив, были путаными и часто противоречивыми. Среди тех, кто видел его последним, был все тот же польский военный атташе, по словам которого при их новой встрече в октябре 1959 года Валленберг выглядел <молодым и крепким>.

Архипелаг Гулаг

До того как политический климат в Советском Союзе смягчился, советским гражданам было опасно выражать несогласие с системой. Диссиденты часто исчезали в лагерях <архипелага Гулаг>. Сокращение <Гулаг> расшифровывается как Главное управление исправитсльно-трудовыми лагерями, а <архипелагом> их назвали потому, что они, как цепь островов, протянулись через всю страну.

Жизнь заключенных ярко описал лауреат Нобелевской премии писатель Александр Солженицын, который сам восемь лет провел в лагерях. В двух своих произведениях - <Один день Ивана Денисовича> и <Архипелаг Гулаг> - он показал, в каких нечеловеческих условиях приходилось жить и работать узникам. Тяжкий труд по 16 часов в день, шесть дней в неделю, на скудном пайке и в отсутствие каких бы то ни было мер безопасности. В 70-х годах, например, заключенные работали на урановых рудниках, не имея даже защитной одежды.

Тысячи людей умерли, еще больше узников Гулага серьезно подорвали здоровье. Кроме того, заключенные подвергались унижению и даже пыткам.

Подобные места ссылки уголовных и политических преступников существовали и в царской России. Но в период сталинского террора сеть лагерей страшно разрослась, и, как полагают, в Гулаге погибло 10 миллионов человек.

При написании <Архипелага Гулаг>, рассказывая о том, что автор назвал <сорокалетием невиданного государственного терроризма>, Солженицын опирался на воспоминания свидетелей и посвятил свой труд <всем тем, кому не хватило жизни об этом рассказать>.

Неумирающая надежда

Несмотря на то, что Москва еще в августе 1947 года решительно заявила, что в СССР ничего не знают о местонахождении Рауля Валленберга, его родные продолжали надеяться. Под давлением семьи и озабоченных граждан шведское правительство в 1952-1954 годах сделало не менее 15 письменных и 34 устных запросов советской стороне.

В апреле 1956 года премьерминистр Tare Эрландер, прибывший в СССР с первым официальным визитом, вручил председателю Совета министров Николаю Булганину письмо Раулю от его матери, а также папку с документами по делу Валленберга. <Это пустая трата времени! - закричал Булганин. - Нам некогда заниматься такой ерундой>.

- Если вы не хотите принять материалы, которые я привез, - ответил Эрландер, - как вы можете быть уверены, что все это фальсификация, пустая интермедия с целью поставить вас в неловкое положение?

- Я не желаю больше об этом слышать! - заорал Булганин. Когда Никита Хрущев, Первый секретарь коммунистической партии, успокоил его, он согласился, <в качестве жеста доброй воли по отношению к Швеции>, рассмотреть переданные материалы.

- Мы постараемся дать вам ответ как можно скорее, - пообещал Булганин.

16 февраля 1957 года шведское правительство получило ответ. В записке, написанной от руки, обнаруженной в архивах санчасти Лубянской тюрьмы, констатировалось, что <заключенный Валленберг> умер в своей камере, судя по всему, от сердечного приступа. Датирована записка 17 июля 1947 года, то есть за десять дней до допросов Рихтера и Кичмана, благодаря которым и стало известно о том, что он все это время находился в СССР.

Но и это запоздалое признание советскими властями, что Валленберг действительно был в заключении на их территории сразу после войны, не удовлетворило тех, кто хотел знать полную правду и продолжал надеяться, что Валленберг жив.

Подтверждение - и вновь отрицание

В 1961 году авторитетный врач и ученый Нанна Шварц приехала в Москву по приглашению старого знакомого, президента Академии медицинских наук А. Л. Мясникова. В разговоре, который велся на немецком языке, гостья спросила про Валленберга. Мясников признался, что ему <многое известно о деле Валленберга>. По его словам, герой Будапешта был в психиатрической больнице, <чрезвычайно измученный, нервный и подавленный>. Мясникова приглашали лечить шведа два года назад, когда тот объявил голодовку, а совсем недавно он вновь его осматривал.

Доктор Шварц передала эту информацию шведскому правительству, и Эрландер написал Хрущеву, попросив советского руководителя вернуть Валленберга на родину. Москва настаивала на том, что Валленберг умер. <В третий раз уже мы сообщаем вам, что тема полностью закрыта>, - сказал Хрущев шведскому послу, передавшему ему письмо Эрландера, и дал понять, что любые попытки продолжать обсуждение этого вопроса лишь ухудшат отношения между Швецией и Советским Союзом.

Во время последующих приездов в Москву доктор Шварц старалась выведать у Мясникова новые подробности. Ее советский коллега то злился на нее за то, что она обманула его доверие, то заявлял, что плохо говорит по-немецки и она его неправильно поняла, но в конце концов подтвердил, что Валленберг умер в 1965 году. На этот раз Шварц обещала Мясникову хранить тайну и нарушила молчание только в 1981 году, после состоявшегося в Стокгольме международного слушания по делу Валленберга, которое, по ее мнению, вселяло напрасную надежду на то, что Валленберг жив и находится в Советском Союзе.

Среди тех, кто не терял надежды, были мать Рауля, второй раз вышедшая замуж, когда ему было шесть лет, и его отчим Фредрик фон Дардел. В феврале 1979 года, в возрасте 86 и 93 лет, они скончались - один через два дня после другого. Продолжить поиски они завещали брату и сестре Рауля Валленберга Гуи фон Дарделу и Нине Лагергрен. Им тоже не удалось раскрыть эту тайну, но они стали свидетелями посмертного признания заслуг их брата, которое он неожиданно получил в Соединенных Штатах.

Почетный гражданин США

Осенью 1980 года Том Лантош, еврей, бежавший в войну из Венгрии, был избран в Палату представителей от штата Калифорния. Он и его жена принадлежали к тем людям, кто был обязан Валленбергу жизнью, и вполне естественно, что именно Том Лантош внес в Конгрессе проект постановления о присвоении Раулю Валленбергу звания почетного гражданина Соединенных Штатов - до этого такой чести был удостоен только Уинстон Черчилль. В октябре 1981 года Нина Лагергрен и Гуи фон Дардел присутствовали на церемонии подписания этого документа Президентом Рейганом.

Летом и осенью 1989 года имя Рауля Валленберга снова появилось в новостях. Представители советского правительства сообщили группе американских журналистов, что расследование дела возобновляется. Затем на проходившей в Париже конференции по правам человека член советской делегации признал, что исчезновение шведского дипломата - это <темная страница в советской истории>. Московский журнал <Новое время>, выражая сочувствие друзьям Валленберга, все еще надеющимся на чудо, написал, что, к сожалению, <прошлого не вернешь>. Наконец, в октябре советское правительство пригласило Нину Лагергрен и Гуи фон Дардела в Москву, где им передали паспорт и записные книжки Рауля, первые реальные свидетельства его пребывания в СССР. Однако советская сторона продолжала утверждать, что он умер в июле 1947 года, и возлагала вину за его арест и содержание в тюрьме на жестокий сталинский режим.

Тем временем в мае 1987 года в Будапеште открылся давно задуманный памятник спасителю тысяч венгерских евреев. На граните высечена латинская надпись: <Пока счастье тебе улыбается, у тебя много друзей; в трудные времена ты один>. У Рауля Валленберга, как выяснилось спустя сорок лет, друзья были и в несчастье и в радости. Тайна его смерти, возможно, так и не будет раскрыта, но память о нем не умрет.


Исчезнувшая колония

Английская колония, которую в 1587 году основал в Северной Каролине, на острове при входе в Албемарлский залив, сэр Уолтер Рейли и которая насчитывала более ста мужчин, женщин и детей, спустя три года исчезла, оставив после себя лишь дразнящие воображение возможные ключи к разгадке ее судьбы.

Когда 17 августа 1590 года английский капер <Хоупвелл> подошел к острову Роанок, капитан Абрахам Кок дал залп из пушки, извещая, что он и губернатор Джон Уайт прибыли. Три года назад, действуя по поручению сэра Уолтера Рейли, получившего королевскую привилегию от Елизаветы I, Уайт основал то, что должно было стать первой постоянной колонией Англии на восточном побережье Северной Америки. Оставив поселенцев на Роанокс, 28 августа 1587 года губернатор отплыл в Англию, чтобы привезти необходимые припасы.

Но вернуться он смог лишь через три года и, должно быть. думал, что его радостно встретят заждавшиеся поселенцы. Матросы налегали на весла шлюпки, кричали, пели и трубили в рожки, пытаясь привлечь внимание тех, кого оставили здесь в 1587 году. Высадившись на северной оконечности острова, они обнаружили, что поселок пуст.

Высадка не в том месте

Более ранняя, неудавшаяся попытка основать колонию на Роанокс была предпринята сэром Ричардом Гренвиллом, двоюродным братом Рейли, летом 1585 года. Оставив на острове более 100 человек, Гренвилл в конце августа отплыл в Англию, пообещав вернуться к Пасхе на следующий год. Колонисты, которыми руководил губернатор Ралф Лейн (среди них был и Джон Уайт, выполнявший обязанности художника и картографа экспедиции), исследовали местность, искали полезные ископаемые. Но вскоре у них возник конфликт с индейцами, стало труднее добывать пропитание. Не надеясь больше дождаться возвращения Гренвилла, поселенцы воспользовались возможностью вернуться в Англию с сэром Фрэнсисом Дрейком, который в июне 1586 года сделал неожиданную остановку на острове после налетов на испанские колонии в Новом Свете. Через две недели, но уже слишком поздно на Роанок вернулся Гренвилл с припасами и 15 новыми колонистами. Он оставил этих людей на острове Роанок, чтобы они удерживали позиции до прибытия подкрепления из Англии.

Новую группу возглавил Джон Уайт, назначенный губернатором колонии, которую предстояло основать на берегу Чесапикского залива. 26 апреля 1587 года три корабля Уайта, на борту которых находилось 117 будущих колонистов - на этот раз среди них были также женщины и дети, отплыли из Портсмута. В числе пассажиров была и дочь Уайта Элинор. Она была замужем за поселенцем по имени Ананиас Дэйр и ждала ребенка. 22 июля корабли подошли к острову Роанок, Уайт намеревался забрать 15 мужчин, высадившихся там год назад. На Роаноке их встретила мрачная картина. Они обнаружили лишь одного из 15 человек - вернее, его останки. Укрепления были разрушены, но некоторые дома сохранились, хотя и заросли плющом. Уайт хотел двигаться дальше, но этому помешал старший капитан экспедиции, лоцман-португалец по имени Симон Фернандес. Фернандес неожиданно объявил, что высаживает колонистов на Роаноке и возвращается в Англию на самом большом из трех кораблей.

Было уже слишком поздно что-то сеять, и поселенцам приходилось лишь надеяться на щедрость местных индейцев. Но те тоже покинули остров, напуганные и оскорбленные поведением англичан, прибывших сюда ранее. Поэтому Уайт решил на одном из двух небольших судов плыть в Англию за провиантом. Колонисты должны были воспользоваться третьим кораблем, чтобы партия за партией перебраться на север, к Чесапикскому заливу, оставив на Роаноке группу из 25 мужчин, чтобы они по возвращении Уайта указали ему дорогу к новому поселению.

Перед отплытием Джон Уайт отпраздновал семейное событие: 18 августа у его дочери родилась девочка, которую он нарек Вирджинией. Это был первый ребенок, родившийся у европейских поселенцев в Северной Америке за пределами испанских владений, и малышка получила подобающее имя в честь колонии и в честь <королевы-девственницы> Елизаветы I.

Первые описания Нового Света

Во второй половине XVI века Англия стала морской державой. В елизаветинской Англии отмечался расцвет не только музыки и литературы, активно развивалось и кораблестроение. Англичане больше не желали мириться с разделом мира между Португалией и Испанией: по Тордесильясскому договору 1494 года Португалия претендовала на Африку и Бразилию, а Испания на большую часть Нового Света и его богатства. Стремясь <опалить бороду испанскому королю>, капитаны английских каперов - прежде всего Фрэнсис Дрейк - успешно атаковали испанские корабли, перевозившие на родину золото и серебро из Нового Света. Но Англия хотела иметь свою колонию, подобную тем, что приносили такие богатства Испании.

В 1584 году Уолтер Рейли, фаворит королевы Елизаветы 1, получил от монарха привилегию на открытие и освоение земель, которые еще не принадлежат <ни одному христианскому правителю>. В том же году Рейли отправил первую экспедицию для изучения территории, в наши дни носящей название Северная Каролина.

Один из руководителей экспедиции Артур Барлоу прислал Рейли длинный отчет, красочно расписывавший эти края: земля там плодородна и родит кукурузу, горох и дыни; в лесах много дичи: виноградные лозы сгибаются под тяжестью гроздей. Туземцев он нашел <добрыми, любящими и преданными, не способными на хитрость и предательство… живущими по обычаям золотого века>.

В числе первых колонистов, которых Рейли послал в Америку в 1585 году, был и 25-летний Томас Хэриот, недавно окончивший Оксфорд, но уже считавшийся одним из ведущих натуралистов Англии. За год, проведенный на Роаноке, он положил начало научному изучению Северной Америки. Его книга <Краткое и достоверное описание новооткрытой страны Виргиния> вышла в 1588 году с прекрасными подробными иллюстрациями Джона Уайта.

Книга Хэриота, переведенная на латынь, французский и немецкий, в течение столетия была для Европы основным источником информации о Новом Свете. В первой главе автор перечислял <преимущества для торговой профессии>: квасцы, виверра, шелковичные черви, деготь, вино, кедровое дерево, шкурки выдры, медь и многое другое. Будущие поселенцы найдут там и изобильное пропитание.

Глава, посвященная коренным обитателям, читается как пророчество на последующие 300 лет. Индейцы, писал он, люди бедные, европейские безделушки они считают огромным сокровищем, их оружие и приемы боя не идут в сравнение с европейскими. В стычках с поселенцами из колонии Роанок лучший способ обороны, к которому прибегали индейцы, - это <показать нам пятки>.

Ссоры возникали во многих туземных поселках, которые посещали белые; случались и мелкие кражи. Часто белые люди быстрыми и крутыми мерами демопстрировали свою власть и наказывали подобные проступки. Но худшее наказание часто ждало индейцев после ухода белых: они умирали от занесенных европейцами кори и оспы. После таких роковых встреч индейцы стали относиться к белым людям как к могущественным, но жестоким и мстительным богам - богам, против которых они рано или поздно должны восстать.

Запоздалое возвращение

Все вышло не так, как рассчитывал Уайт, и шесть-восемь месяцев, на которые он уезжал, растянулись на долгих три года. Лишь в марте 1590 года Рейли смог отправить губернатора в путь на капере <Хоупвелл>, загрузив его и еще четыре судна припасами для оказавшихся в тяжелом положении колонистов.

Итак, 17 августа 1590 года, почти через три года после того, как Уайт покинул Роанок, он вернулся. <Хоупвелл> и другой такой же корабль <Мунлайт> бросили якоря у острова, отделяющего Албемарлский залив от Атлантического океана, и две шлюпки устремились к берегу. Первую, с <Мунлайта>, перевернуло прибойной волной, и капитан с шестью матросами утонули - как раз перед тем, как Уайт обнаружил, что в поселке никого нет.

Куда же делись колонисты, приплывшие на Роанок в 1587 году? Один ключ к разгадке все же был: на острове обнаружили два одинаковых знака. На дереве у ворот обнесенного частоколом поселения было вырезано слово <КРОАТОН>, на другом, у дороги, ведущей к причалу, всего три буквы - <КРО>, вероятно, сокращение того же слова.

На самом деле колонисты обещали, что, если им придется покинуть Роанок, они оставят на видном месте знак, говорящий, куда они ушли. В случае опасности они должны были добавить к этому знаку крест. Поскольку креста ни на том, ни на другом дереве не было, это могло означать лишь то, что поселенцы по собственной воле перебрались на Кроатон, остров, находящийся в 80 километрах южнее и населенный дружественными индейцами. Уайт хотел немедленно плыть туда. Но погода испортилась, <Хоупвелл> сорвался с якоря, и его начало сносить в открытое море. Из-за этого Уайт так и не преодолел короткого расстояния до Кроатона, и оба корабля взяли курс на Англию. 24 октября они вернулись в Плимут.

Никого из 117 мужчин, женщин и детей, оставшихся в 1587 году на острове Роанок, больше не видели. В книгах по истории их называют <исчезнувшей колонией>. Что же с ними случилось?

Погибли от рук испанцев?

В 1586 году знаменитый английский пират сэр Фрэнсис Дрейк разграбил Сан-Аугустин во Флориде, самое северное испанское поселение в Америке, и, направляясь домой, поплыл на север вдоль побережья. До испанского губернатора Флориды Псдро Менендеса Маркеса дошли слухи, что англичане строят на севере форт, а возможно, даже хотят основать колонию. Это позволило бы английскому флоту оставаться в Новом Свете на зимние месяцы. До сих пор испанцы могли рассчитывать на временную передышку от пиратских набегов, так как в конце лета англичане были вынуждены возвращаться на родину.

Менендес Маркес не мог знать, что на этот раз Дрейк всего-навсего сделал остановку в Виргинии и забрал терпящих бедствие колонистов Гренвилла с Роанока. Вероятно, испанец не знал и о второй группе поселенцев, оставленных на Роаноке Уайтом в 1587 году. Однако он был полон решимости выяснить, что затевали англичане, и в июне 1588 года послал на разведку небольшой корабль под командованием Винсента Гонсалеса.

Обследовав Чесапикский залив, на обратном пути испанцы наткнулись на Роанок. На острове они обнаружили причал для шлюпок и несколько бочек, но ни поселенцев, ни укреплений не увидели. С этим известием Винсент Гонсалес вернулся в Гавану. Но Менендес Маркес еще раньше узнал про колонию на Роаноке и уже получил от испанского короля приказ уничтожить ее при первой же возможности.

Эта возможность ему так и не представилась. Английские пираты не оставляли испанцев в покое, и приходилось использовать вес имевшиеся боевые корабли для охраны судов, перевозивших из Америки в метрополию золото и серебро. Таким образом, можно смело утверждать, что испанцы не виноваты в исчезновении английской колонии.

Убиты индейцами?

Какую опасность в действительности представляли для английских поселенцев жившие в тех местах индейцы? Джон Уайт помнил, какой теплый прием оказали белым людям туземцы. Только благодаря их поддержке и гостеприимству англичане смогли пережить первую зиму. Индейцы дали им семена, научили выращивать кукурузу, помогали делать запруды, чтобы ловить рыбу.

Поселенцы по-своему отплатили за эту доброту. Когда из одной лодки пропал серебряный кубок, сэр Ричард Гренвилл сжег индейскую деревню и уничтожил посевы кукурузы. Может быть, исчезнувшие колонисты Уайта поплатились за это и другие подобные злодеяния англичан?

Но ведь на деревьях, где они оставили знаки, не было креста, который бы означал, что им пришлось бежать с Роанока, спасаясь от опасности. К тому же, прибыв на остров в 1590 году, Уайт не обнаружил ни трупов, ни сожженных строений. Иными словами, нет никаких свидетельств, подтверждающих, что поселенцы стали жертвами возмездия со стороны индейцев.

Что же произошло?

Скорее всего, большая часть колонистов, следуя первоначальному плану.двинулась на север, чтобы основать поселение у входа в Чесапикский залив, в месте под названием Скикоак. Там индейцы из племени чесапик могли дать им какую-то защиту от враждебно настроенных индейцев, живших дальше на север и на запад, во главе которых стоял вождь Поухатан.

Но небольшая группа английских поселенцев, возможно, как и было договорено, осталась на Роаноке. Столкнувшись с растущей враждебностью индейцев, опасаясь испанцев и потеряв надежду на возвращение Уайта, они могли переселиться на расположенный южнее Кроатон. С годами англичане неизбежно должны были принять образ жизни индейцев и в конце концов стали неотличимы от коренных жителей.

А что же стало с той, большей частью колонистов, которая перебралась к Чесапикскому заливу? Вероятно, они тоже со временем влились в индейское племя, в данном случае чесапик. Но однажды пришла беда. Под влиянием жрецов Поухатан решил покончить с опасностью, которая исходила от <бледнолицых>, а также от племени чесапик, не желающего признавать его власти. В апреле 1607 года он напал на Скикоак и полностью его уничтожил. Спустя месяц в расположенном неподалеку Джеймстауне была основана первая постоянная английская колония. Ее жители не нашли никаких следов колонистов Роанока.

Его самолет не долетел до Франции

В последний год Второй мировой войны поклонники Тленна Миллера были потрясены известием о том, что руководитель знаменитого оркестра пропал без вести, вылетев из Англии во Францию для выступления перед войсками. Четыре десятилетия тайна его исчезновения остается нераскрытой.

Майор Гленн Миллер поднялся на борт одномоторного самолета <Норсман> на военном аэродроме вблизи Бедфорда, примерно в 65 километрах к северу от Лондона. Было 15 декабря 1944 года, на следующей неделе он должен был дирижировать своим -знаменитым военным оркестром на рождественском концерте для союзных войск в освобожденном Париже. В последний момент он попросил разрешения вылететь в Париж раньше своих музыкантов. Случайная встреча накануне вечером в офицерском клубе помогла Миллеру получить место в маленьком самолете, который должен был лететь через Ла-Манш, несмотря на дождь и туман.

Миллер всегда нервничал, когда ему приходилось летать, и одномоторная машина не добавляла ему уверенности. Его попутчик полковник Норман Безелл успокоил его, напомнив, что Линдберг на одном моторе пересек Атлантику, а они летят всего лишь до Парижа. <Черт подери, где у них парашюты?> - спросил Миллер. <Что с вами, Миллер? Вы что, собираетесь жить вечно?> - пошутил в ответ полковник. Вскоре самолет взлетел, скрылся в густом тумане - и исчез навсегда.

Лишь 24 декабря - после того, как о случившемся сообщили жене Миллера, находившейся дома, в Нью-Джерси, - было объявлено, что руководитель знаменитого оркестра пропал без вести. Война в Европе вступила в заключительный этап, и занятое более важными проблемами военное командование США решило, что <Норсман> упал в воды Ла-Манша из-за обледенения или отказа двигателя. Никаких поисков организовано не было, и расследования катастрофы не проводилось.

Друзей и поклонников популярного джазового музыканта не удовлетворило официальное объяснение. Вскоре стали распространяться самые невероятные слухи. Говорили, что самолет, на котором летел Миллер, подбили немцы; что его убили в пьяной драке: что полковник Безелл, связанный с махинациями на черном рынке, застрелил Миллера и пилота и посадил самолет во Франции; что Миллера устранили по приказу командования как немецкого шпиона. Абсурдность подобных версий очевидна, но исчезновение Миллера так и не получило достоверного объяснения, и легенды о пропавшем музыканте, чьи мягкие ритмы завораживали миллионы слушателей, не умирают до сих пор.

Гленн Миллер на вершине славы

Успех пришел к 35-летнему Гленну Миллеру в 1939 году. За 15 лет до этого, не доучившись в колледже, он начал работать на западном побережье в оркестре Бена Поллака в качестве тромбониста и аранжировщика. Позднее он играл в таких известных коллективах 20-30-х годов, как оркестры Томми и Джимми Дорси, Реда Николса, Смита Боллью и <короля свинга> Бенни Гудмена, который называл Миллера <музыкантом, преданным музыке>.

Этот стройный молодой человек с серьезными глазами, глядящими сквозь стекла очков без оправы, достигал совершенства исполнения в каждой ноте, добиваясь от оркестра четкого звучания. Не добившись желаемого успеха со своим первым оркестром, Миллер в 1938 году собирает новый состав и уже в начале следующего года получает престижные ангажементы в казино <Гленн Айленд> в Нью-Рошелл, штат Нью-Йорк, и <Медоубрук> в Сидар-Гроув, штат Нью-Джерси.

Осенью 1939 года новый оркестр Гленна Миллера выступил по национальному радио, и вскоре молодежь от Нью-Йорка до Сан-Франциско танцевала <щека к щеке> иод знаменитые мелодии <В настроении>, <Нитка жемчуга> и.<визитную карточку> Миллера песню <Серенада лунного света>. В 1940 году он заработал 800 тысяч долларов, а в следующем году снимается первый из двух фильмов с участием его оркестра <Серенада Солнечной долины> с Соней Хени в главной роли. Пластинка с записью <Чаттануга Чу-Чу>, популярной песни из этой картины, разошлась миллионным тиражом и принесла Гленну Миллеру золотой диск от фирмы RCA Victor. Музыкант относился к своему успеху сдержанно и с юмором и однажды пошутил: <Вдохновляющее зрелище - смотреть с балкона на головы 7000 человек, покачивающихся в танце, особенно когда тебе платят по 600 долларов за каждую тысячу из них>. А на вопрос, не хочет ли он стать новым <королем свинга>, Миллер ответил: <Я бы предпочел славу руководителя одного из лучших оркестров, способных играть любую музыку. Разносторонность - вот чего я в первую очередь хочу добиться>.

Свинг отправляется на войну

Через восемь месяцев после вступления Америки во Вторую мировую войну Глснн Миллер отказался от своей феноменально успешной карьеры и предложил свои услуги военному ведомству. Осенью 1942 года ему присвоили звание капитана армии США. Разыскав других музыкантов, призванных на службу или записавшихся добровольцами, Миллер создал Оркестр армии и ВВС, который уже на следующий год выступал перед курсантами, проходившими подготовку в Йельском университете в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. Но когда он ввел свинговые ритмы в военные марши, старший офицер напомнил ему, что в Первую мировую всех вполне устраивала музыка Джона Филипа Соусы. <А вы что, попрежнему летаете на тех же самолетах, что и на той войне?> - спросил Миллер. Военные признали свийг.

В поездках по США оркестр собирал миллионы долларов на облигации военного займа, тем не менее музыкант считал, что делает мало. В июне 1944 года он добился разрешения выступить перед войсками, находившимися в Англии. В течение следующих пяти с половиной месяцев оркестр дал 71 концерт - лучшим средством поднятия морального духа солдат назвал их один генерал, <если не считать писем из дома>. Концерты транслировались по радиосети Союзных экспедиционных войск, их могли слушать в частях на Британских островах и в континентальной Европе. Когда дирижера представили английской королеве, он узнал, что принцессы Елизавета и Маргарет почти каждый вечер слушают его оркестр по радио.

В декабре вышел приказ о выступлении оркестра во Франции. Накануне вылета в Париж Миллер почти всю ночь проговорил с другом, обсуждая планы создания нового оркестра, а затем спокойной жизни на ранчо в Калифорнии.

Влюбленный в небо

Всего за несколько месяцев до того, как бесследно исчез самолет, на котором летел Гленн Миллер, еще один знаменитый человек погиб в загадочной авиакатастрофе. 31 июля 1944 года французский писатель и летчик Антуан де Сент-Экзюпери пропал, совершая разведывательный полет над Средиземным морем. До сих пор остается неясным, упал ли его самолет из-за технической неисправности или его сбил вражеский истребитель.

Родившийся в 1900 году, Сент-Экзюпери сдал экзамен по вождению самолета, когда в начале 20-х годов служил во французских военно-воздушных силах. Позднее, уже в качестве гражданского летчика, он помогал прокладывать трассы воздушной почты в Северной Африке, Южной Атлантике и Южной Америке. В 1939 году он вернулся в военную авиацию, а в следующем году, после оккупации его родины нацистами, начал служить в Вооруженных силах Свободной Франции, базировавшихся в Северной Африке.

В своих романах, эссе и дневниках Сент-Экзюпери с неподдельной страстью рассказывал о своих приключениях во время полетов. Сам писатель считал лучшей своей книгой вышедший в 1939 году сборник <Планета людей>, но больше всего его помнят, вероятно, благодаря <Маленькому принцу>.

Эта ставшая классикой сказка с очаровательными авторскими иллюстрациями рассказывает о <забавном маленьком человечке> с далекой крохотной планеты, которого писатель встретил, когда сделал вынужденную посадку в пустыне. Эта детская сказка для взрослых напоминает читателю о таких извечных истинах, как то, что отдавать - это лучше, чем получать.

Смертельно больной человек

<Гленн Миллер не погиб в авиакатастрофе над ЛаМаншем, а скончался от рака легких в больнице> - таким неожиданным заявлением младший брат дирижера Герб Миллер в 1983 году нарушил почти 40-летнее молчание. По его словам, Миллер действительно сел в самолет на аэродроме под Лондоном 15 декабря 1944 года. Но когда через полчаса самолет совершил посадку, музыканта отвезли в госпиталь, где он умер на следующий день. А версию об упавшем самолете придумал Герб Миллер, потому что его брат хотел умереть как герой, а не <на мерзкой больничной койке>.

В качестве доказательства Герб Миллер приводил отрывок из письма, которое Гленн, заядлый курильщик, написал летом 1944 года: <Я совершенно истощен, хотя ем достаточно. Мне трудно дышать. По-моему, я очень болен>.

Поскольку не было никакой катастрофы, утверждал младший Миллер, не было необходимости организовывать поиски или проводить расследование. Кроме того, по данным метеослужбы, 15 декабря 1944 года было 5° тепла - вряд ли при такой температуре у самолета могли обледенеть крылья. И пилот <Норсмана> и попутчик Гленна Миллера полковник Норман Безелл позднее погибли в боях с немцами. Гленн, вероятно, похоронен в братской могиле на одном из военных кладбищ в Великобритании.

В пользу этой версии говорит тот факт, что в последние месяцы жизни Гленн Миллер выглядел подавленным, раздражительным и очень усталым, страдающим, как он говорил, от приступов синусита. По словам Дона Хейнса, помощника Гленна Миллера и администратора его военного оркестра, музыкант сильно похудел и его сшитая на заказ форма <была ему совсем не по размеру. Она на нем просто висела>. Джордж Вутсас, режиссер военного радио, вспоминал затянувшийся допоздна разговор о послевоенных планах. <Не знаю, зачем я трачу время на подобные планы, - вздохнул Миллер. - Знаешь, Джордж, у меня есть ужасное предчувствие, что вы, ребята, вернетесь домой без меня…>

Выступая перед солдатами

Гленн Миллер по праву гордился своим вкладом в борьбу с врагом; он чувствовал, что его оркестр напоминает американским солдатам о доме. Самые замечательные звуки на его концертах, говорил он, раздавались, когда <тысячи солдат оглушительными, почти истерическими счастливыми воплями откликались на каждый номер>.

Высшие военачальники США придавали большое значение поддержанию морального духа и привлекали артистов театра, кино и радио для выступлений перед военнослужащими, проходившими подготовку на территории Соединенных Штатов, а позднее и в действующей армии на различных театрах военных действий. Среди наиболее популярных звезд была приехавшая в Голливуд из Германии актриса Марлен Дитрих, которая очень кстати снялась в фильме под названием <Следуй за бравыми парнями>. Большая поездка Дитрих по частям американской армии началась в Северной Африке и продолжилась в нескольких европейских странах. Под приветственные выкрики и аплодисменты она выходила на сцену в облегающей фигуру военной форме и начинала петь своим хрипловатым, завораживающим голосом. Актриса не требовала к себе особого отношения и часто за одним столом с солдатами ела то же, что и они.

В нацистской Германии тоже понимали значение музыки и развлечений для поднятия духа солдат. Уже в октябре 1939 года, спустя месяц после начала войны, немцы начали передавать по радио программу под названием <Концерт по заявкам - для вас, воюющих на всех фронтах>. Кроме музыкальных номеров эта программа включала послания и приветы из дома на фронт и с фронта домой.

Одна популярная в годы Второй мировой войны песня совершила путешествие из немецких окопов в окопы союзников. <Лили Марлен>, печальная песня Лале Андерсена о прощании солдата со своей невестой у ворот гарнизона, была сочтена деморализующей и в 1942 году запрещена в Третьем рейхе. Зато вскоре англоязычный вариант этой песни приобрел огромную популярность у американских солдат.

В поисках истины

Военные не подтвердили версию Герба Миллера о смерти его брата, но бывшие британские летчики предложили более правдоподобное объяснение исчезновения знаменитого музыканта.

В 1955 году Джеймс Стюарт и Джун Эллисон сыграли главные роли - Гленна Миллера и его жены Хелен - в картине <История Гленна Миллера>. Посмотрев этот фильм, бывший штурман Королевских ВВС Фред Шоу попытался поделиться с прессой своими соображениями о судьбе <Норсмана>, но журналисты не стали его слушать. В 1984 году Шоу, к тому времени переселившийся в Южную Африку, снова увидел картину. На этот раз ему удалось опубликовать свой рассказ.

15 декабря 1944 года их <Ланкастер>, летавший бомбить Германию, возвращался, не выполнив задания. На подлете к южному побережью Англии бомбардир сбросил неизрасходованные бомбы, в том числе двухтонную <булочку>, которая взорвалась в нескольких метрах над поверхностью моря. Когда Шоу выглянул, чтобы посмотреть на взрыв, он заметил летящий внизу <Норсман>. Шоу объяснил, что этот легкий самолет могла сбить ударная волна от взрыва.

В Англии в поисках фактов, подтверждающих рассказ Шоу, один из членов Общества Гленна Миллера обратился в британское министерство обороны и поместил объявление в журнале для летчиков ВВС. На объявление откликнулся командир <Ланкастера> Виктор Грегори.

Хотя сам Грегори ничего не видел, он подтвердил, что его штурман Шоу действительно заметил летевший внизу <Норсман>, а стрелок, ныне уже покойный, сообщил, что этот самолет упал в море. Поскольку они в тот раз не смогли выполнить задание, опрос экипажа по возвращении на базу не проводился, и позже Грегори не стал докладывать о случившемся начальству.

Свидетельство Шоу подтолкнуло отдел истории ВВС британского министерства обороны начать расследование. До этого англичане считали, что делом об исчезновении Миллера должны заниматься только американцы. Однако <Норсман>, в котором находился Миллер, взлетел с английского аэродрома и направлялся во Францию, хотя план полета подан не был. Маршруты <Норсмана> и бомбардировщика могли пересечься, но самолеты могли пролететь и на много километров друг от друга.

Музыка не умирает

Возможно, правда об исчезновении Гленна Миллера так никогда и не откроется - и, может быть, это теперь не так и важно. Гораздо важнее его музыка.

17 января 1946 года, всего через пять месяцев после окончания войны и через 13 месяцев после исчезновения <Норсмана>, оркестр Гленна Миллера успешно дебютировал в нью-йоркском <Кэнитол тиэтр>. Позднее в связи с успехом фильма <История Гленна Миллера> были вновь выпущены многие старые записи, а в 1956 году возродился оркестр Гленна Миллера. Больше всего радовали музыкантов, выступавших вплоть до 70-х годов, слушатели, которые по возрасту не могли застать самого Гленна Миллера, но которым было явно по душе особое, мягкое звучание, которым он славился.


Смерть в Арктике

В мае 1845 года сэр Джом Франклин отправился на поиски Северо-Западного морского пути, который, как давно предполагали, соединяет Атлантический и Тихий океаны к северу от Канады. Через почти полтора столетия ученые обнаружили тела трех участников этой экспедиции.

В августе 1984 года ученые, за четыре дня пробившись сквозь почти полутораметровый слой гравия и вечной мерзлоты, вскрыли первую из трех могил, оставшихся на острове Бичи при входе в пролив Веллингтон на крайнем севере Канады после арктической экспедиции, предпринятой в середине прошлого века. То, что они увидели, изумило их: в скованной льдом земле, не оттаивающей даже под летним солнцем, лежало прекрасно сохранившееся тело молодого человека, умершего 138 лет назад. Он и два его товарища, похороненные рядом, были членами экипажей кораблей <Эребус> и <Террор>, которые пришли в Арктику под командованием сэра Джона Франклина.

Весной 1845 года два нагруженных всем необходимым корабля Франклина, чье отплытие сопровождалось большим шумом, покинули Англию. Целью Франклина было отыскать легендарный Северо-Западный проход - морской путь из Атлантики в Тихий океан между арктическими островами Канады - и пройти по нему. Поход закончился печально, на острове Бичи были найдены и опознаны останки лишь троих из участников плавания.

350 лет поисков

Экспедиция Франклина, финансировавшаяся и оснащенная Британским адмиралтейством, должна была дать ответ на вопрос, уже 350 лет занимавший англичан: возможно ли пройти по открытой воде к северу от Американского континента и найти таким образом новый торговый путь с востока на запад? Панамский канал будет построен только спустя несколько десятилетий, и единственный морской путь из Атлантического океана в Тихий пролегал в обход Южной Америки, мимо опасного, грозящего штормами мыса Горн. Не выгоднее ли было бы - в смысле времени и расстояния - обойти с севера Канаду и Аляску, чтобы затем через Берингов пролив попасть в Тихий океан?

Эта привлекательная идея волновала англичан с конца XV века. Джон Кабот (на самом деле этот современник Колумба был итальянцем по имени Джованни Кабото), находившийся на службе у английского короля Генриха VII, в 1497 году пересек северную Атлантику: открытие им острова Ньюфаундленд позволяло Англии предъявлять права на Северную Америку. Позднее другие, в том числе португальцы, французы и голландцы, пытались отыскать северный путь в Тихий океан. Имена Генри Гудзона (Хадсона), Уильяма Баффина и других остались на географических картах, но никому из них не удалось доплыть до западного побережья Америки. В первом из трех походов, совершенных в 1819-1825 годах, Уильям Эдвард Парри был близок к победе, совсем немного не дойдя до моря Бофорта к северу от Аляски.

Наконец в 1844 году было объявлено о еще одной попытке открыть Северо-Западный путь. Но кто возглавит отплывающую на следующий год экспедицию, которая должна также исследовать неизвестные районы севера Канады и нанести их на карту? Когда сэр Джон Франклин предложил свои услуги, лорды Адмиралтейства заколебались. Они не сомневались в его способностях и упорстве, как и в знании северных заполярных областей. Но их смущал возраст отмеченного многими наградами морского офицера: 59 лет. <Нет, нет, джентльмены. Вы ошибаетесь, - спокойно поправил их Франклин. - Мне всего лишь 58>. Ему доверили командование экспедицией.

Родившийся 16 апреля 1786 года, Франклин с детства мечтал о морс. В 14 лет он записался во флот, а в 19 сражался в Трафальгарской битве. Льды Арктики он впервые увидел, участвуя в плавании на Шпицберген, и этот поход во многом определил его жизнь. С этого времени он был одержим идеей отправиться в арктические районы Канады.

По заданию Адмиралтейства в 1819 году Франклин начал исследовать земли вдоль северного побережья Северной Америки к востоку от реки Коппермайн. Через три с половиной года невероятных лишений он вернулся на родину, но уже в 1825 году снова отправился в страну вечных льдов. На этот раз он спустился по реке Маккензи до моря Бофорта, чтобы обследовать западную часть северного берега континента. Когда он составил карту арктического побережья протяженностью в сотни километров и опубликовал записки о жизни индейцев и эскимосов, он, можно сказать, стал национальным героем и в 1829 году за заслуги перед родиной получил дворянское звание. Позднее его назначили губернатором штрафной колонии на австралийском острове Тасмания, и ему пришлось выполнять совершенно иные обязанности.

Зов Арктики

Даже в преклонном возрасте - к 60 годам - страсть путешественника-исследователя у Франклина нисколько не угасла. Когда в 1844 году ему представилась возможность отправиться в Арктику, он тут же за нес ухватился. Он был полон решимости еще раз бросить вызов крайнему северу, бороться с арктическими льдами, холодом и штормами во имя достижения цели, которую поставила перед ним его страна: открытия морского пути, связывающего Атлантический и Тихий океаны.

В Англии все были убеждены в успехе этого предприятия, которому предшествовала очень тщательная подготовка. Парусники <Эрсбус> и <Террор> были переоборудованы в пароходы с гребными винтами - подобные суда впервые отправлялись в Арктику. На борт погрузили запасы продовольствия на три года. Экипажи - в общей сложности 129 человек - набирались по результатам специальных испытаний. Под восторженные крики лондонцев 19 мая 1845 года корабли спустились по Темзе и вышли в открытое море; экспедиция Франклина началась.

Поступившее вскоре донесение было созвучно всеобщей эйфории. <Мы уверены в успехе, - сообщал сэр Джон. - Следующая остановка в Гонконге в Китае>. Затем китобойное судно встретило <Эребус> и <Террор>, шедшие западным курсом, в море Баффина между Гренландией и Канадой. Но после того, как корабли вошли в пролив Ланкастера, их следы потерялись.

Прошел год, потом еще один, а от экспедиции не было никаких известий. Но в то время, когда возможности связи были ограниченны, это молчание не воспринималось как нечто необычайное. По прошествии же третьей зимы, к весне 1848 года, всех в Англии с новой силой стал волновать вопрос: <Где же все-таки сэр Джон Франклин?>

Вознаграждение

Адмиралтейство объявило о вознаграждении в 20 000 фунтов тому, кто найдет пропавшую экспедицию и спасет людей. Леди Франклин добавила к этой сумме 3000 фунтов из собственных средств. Так началась одна из самых крупных спасательных операций в истории: на 40 поисковых отрядов в течение 10 лет было затрачено четыре миллиона долларов. Несколько кораблей направились в море Баффина, где в последний раз видели <Эребус> и <Террор>, и далее по маршруту, по которому мог двигаться Франклин. Другие суда вели поиски с запада, войдя через Берингов пролив в море Бофорта к северу от Аляски, где должна была появиться экспедиция, продвигаясь к Тихому океану. Каждый поисковый отряд оставлял по пути следования запасы продовольствия и записки - под сложенными из камней приметными знаками. Кроме того, обращения к экспедиции Франклина писали на ошейниках, которые надевали на песцов - их специально отлавливали, а затем отпускали.

В суровом, неприветливом краю поисковые отряды бороздили сушу и море, превзойдя величайшие подвиги, совершенные к тому времени в ходе исследований Арктики. Были открыты новые острова, нанесены на карту береговые линии, исследованы проливы. На карте исчезло множество белых пятен. Не обнаружили только следов экспедиции Франклина - ни кораблей, ни людей, ни хотя бы их останков.

Первый след

Шел уже 1851 год. Члены экипажа корабля, бросившего якорь у острова Бичи, высадились на берег и нашли там хорошо оборудованный склад - склад Франклина! Это был первый след. Видимо, здесь сэр Джон и его люди провели зиму 1845/46 года, свою первую зимовку после отплытия из Англии. Неподалеку нашли могилы трех участников экспедиции. На одном надгробном камне стояло имя Джона Торрингтона, унтер-офицера с <Террора>, в двух других могилах покоились матрос Джон Хартнелл и солдат морской пехоты Уильям Брейн, оба с <Эребуса>. (Эти три могилы были вновь обнаружены и вскрыты в 1984 году.) Но не удалось найти ничего, что говорило бы, куда Франклин направился дальше.

В январе 1854 года участники пропавшей экспедиции под командованием сэра Джона Франклина были официально объявлены погибшими. Не было никакой надежды на то, что отыщутся еще какие-то следы, а тем более - что кто-то остался в живых. Но спустя девять месяцев в Англию вернулся врач компании <Гудзонов залив> Джон Рэй, и оказалось, что он может пролить новый свет на трагедию.

Страшные свидетельства

Рэй привез детали часов, компасов, серебряные ложки и вилки, а также небольшую тарелку, на которой было выгравировано <сэр Джон Франклин>. Все эти вещи он купил у эскимосов примерно в 500 километрах южнее острова Бичи. Эскимосы рассказали ему, что весной 1850 года на острове Кинг-Уильям они встретили белых людей с лодкой и санями, которые шли в сторону материка. Не зная эскимосского языка, они объяснили знаками, что их корабли раздавило льдами и что они ищут какую-нибудь еду. Эскимосы продали им небольшого тюленя.

Летом того же года, как узнал Рэй, другие эскимосы нашли несколько могил и более 30 трупов на материке и еще пять на прибрежном острове. В официальном докладе Рэя Адмиралтейству приводились мрачные факты: <…судя по изуродованному виду некоторых трупов и но содержимому котелков, очевидно, что наши соотечественники были доведены до крайности и, стремясь продлить свое существование, дошли до каннибализма>.

Похоже на рассказ из книги ужасов. Но участвовал ли Франклин в этом заключительном акте трагедии? Этот вопрос, как и многие другие, оставался без ответа. Тем не менее для Адмиралтейства дело было закрыто, все поиски прекратились, а доктору Рэю выплатили 10 000 фунтов в качестве вознаграждения.

Открытие Северо-Западного морского пути

Удача, ускользнувшая от Франклина, улыбнулась экспедиции Роберта Мак-Клура. Посланный на поиски Франклина и его команды, Мак-Клур летом 1850 года через Берингов пролив вошел в арктические воды. Пройдя южнее острова Банке в пролив Принца Уэльского, ведущий в пролив Вапкаунт-Мелвилл и далее в пролив Барроу, он понял, что открыл Северо-Западный морской путь. <Спасибо тебе, Господи!> - пылко произнес Мак-Клур.

Однако Мак-Клуру не суждено было пройти по открытому им пути. Его корабль застрял во льдах, и после третьей зимовки - когда новая экспедиция, отправившаяся на поиски Франклина, предложила доставить Мак-Клура и его людей на родину - его пришлось бросить. В Англии Мак-Клура предали военному суду за то, что он оставил судно, но позднее он оыл прощен, ему было пожаловано дворянство за сделанное им открытие.

Прошло более 50 лет, прежде чем норвежскому исследователю Руалю Амундсену удалось пройти Северо-Западным морским путем. Отправившись в плавание от берегов Гренландии на крохотном суденышке <Иоа> с экипажем всего из семи человек, летом 1903 года Амундсен вошел в залив Ланкастер. После двух зимовок. благополучно проведенных на том самом острове Кинг-Уильям, где погиб Франклин. Амундсен продолжил плавание вдоль берегов Канады. На третью зимовку участники экспедиции остановились совсем близко от Аляски и 30 августа 1906 года, пройдя через Берингов пролив, успешно завершили поход.

В 1969 году супертанкер <Манхэттен> стал первым коммерческим судном, прошедшим по этому маршруту.

Последние поиски

Хотя было ясно, что все участники экспедиции Франклина погибли, леди Франклин решила в последний раз предпринять поиски, чтобы найти <каждого из них, останки погибших, их дневники, записки, последние написанные ими слова>. На то, что осталось от ее состояния, она купила оснащенную гребным винтом и парусами паровую яхту <Фоке> и поручила командование поисковой партией капитану Фрэнсису Леопольду Мак-Клинтоку, ходившему на розыски сэра Джона еще с первым отрядом в 1848 году.

Первого июля 1857 года, через девять лет после начала первой спасательной операции, Мак-Клинток отправился в новое опасное путешествие. Могло ли крохотное суденышко с экипажем из 25 человек выполнить задачу, с которой не справились гораздо более крупные и намного лучше снаряженные суда? Отряд Мак-Клиитока, состоявший только из добровольцев, половина из которых уже плавала в Арктике, был настроен на победу. Их несокрушимая уверенность в успехе помогла им не только выиграть битву с могучей ледяной стихией, но и проникнуть в так долго остававшуюся неразгаданной тайну исчезновения экспедиции Франклина.

Поиски отряда Мак-Клинтока должны были сосредоточиться в районе южнее пролива Беллот, разделяющего полуостров Бутия и остров Сомерсет. По сведениям Рэя, следовало искать именно там - или на близлежащем острове Кинг-Уильям. Однако, едва достигнув моря Баффина, <Фоке> оказался скованным паковым льдом. За восемь месяцев яхту снесло к югу примерно на 1600 километров. Когда судно наконец освободилось из ледового плена, Мак-Клинток взял курс на остров Бичи, чтобы установить памятную табличку в том месте, где ранее были обнаружены склад и могилы участников экспедиции Франклина. Затем, обогнув остров Сомерсет, он вошел в пролив Пил. Но этот путь оказался непроходимым. Тогда Мак-Клинток попытался достичь своей цели с востока. К началу второй зимы плавания он подошел к проливу Беллот, но войти в него не смог.

Не в силах ждать весны, Мак-Клинток приказал вести поиски, используя собачьи упряжки, таким образом он и его люди обследовали большую часть полуострова Бутия и обошли вокруг Кинг-Уильяма. 20 апреля 1859 года они встретили эскимосов, у которых были вещи с <Эребуса> и <Террора> и которые могли наконец поведать о судьбе кораблей Франклина. Один из них раздавило льдами у северо-западного берега острова Кинг-Уильям; второй, получивший серьезные повреждения, участники экспедиции вытащили на берег, но затем бросили.

Другая поисковая группа Мак-Клинтока, возглавляемая лейтенантом У. Р. Хобсоном, сделала важную находку в Виктори-Пойнт, на северо-западном берегу Кинг-Уильяма. Под сложенным из камней знаком они обнаружили записку, подписанную лейтенантом Грэмом Гором и датированную 28 мая 1847 года. В ней говорилось, что к исходу второй зимы все идет хорошо и что Франклин попрежнему руководит экспедицией. Но год спустя капитаны Фитцджеймс и Крозиер приписали печальный постскриптум: <Корабли “Террор” и “Эребус” оставлены экипажами 22 апреля [1848 года], так как с 12 сентября 1846 года они были скованы льдом… Сэр Джон Франклин скончался 11 июня 1847 года, а общее число умерших в экспедиции составляет на сегодня девять офицеров и 15 матросов… Завтра, 26-го, отправляемся к реке Грейт-Фиш>.

Вскоре Хобсон нашел небольшую лодку, установленную на сани, а в ней два скелета. Поблизости были разбросаны часы, книги, туалетные принадлежности и то, что Мак-Клинток назвал <множеством предметов того или иного рода, поразительно разнообразных и таких, которые можно было бы счесть мертвым грузом, но на что-то все же годных и, весьма вероятно, способных надорвать силы тех, кто тянул сани>. Отсюда, судя по всему, 105 остававшихся в живых спутников Франклина тронулись в путь на юг, навстречу смерти.

Причины трагедии

Испорченные продукты, как теперь доказано, предопределили трагический исход экспедиции Франклина. Рядом с первыми останками членов экипажа, найденными в 50-х годах прошлого века, лежали заряженные ружья и запасы пищи, которая хорошо сохранилась и выглядела вполне съедобной. Почему же, имея и еду, и оружие, чтобы охотиться, эти люди погибли?

Антрополог Оуэн Битти нашел ответ, исследовав тела, эксгумированные на острове Бичи в 1984 году. В останках обнаружилась необычайно высокая концентрация свинца, видимо попавшего в организм с консервами из плохо запаянных жестяных банок, которые взяли с собой участники экспедиции. Отравление свинцом приводит к потере аппетита, истощению, слабости, нарушениям в работе центральной нервной системы, выражающимся в странностях поведения и параличе. Кроме того, люди становятся более восприимчивыми к таким заболеваниям, как воспаление легких.

Последний поход экспедиции Франклина

Наконец стало возможным установить, что случилось с экспедицией сэра Джона Франклина. В июле 1845 года, через два месяца после отплытия из Англии, <Эребус> и <Террор>, как сообщил китобой, последним видевший их, вошли в пролив Ланкастер. Пролив Барроу все еще был скован льдами, и Франклин стал искать свободный проход севернее и нашел его в проливе Веллингтон. Но он слишком сильно отклонился на север, в то время как должен был следовать на запад, поэтому он вернулся, чтобы переждать зиму 1845/46 года на острове Бичи. Весной плавание продолжилось. Поскольку пролив Барроу не до конца очистился ото льда, Франклин решил пройти южнее, вдоль западного берега острова Сомерсет и полуострова Бутия к острову Кинг-Уильям.

Но куда плыть теперь, дальше на юг или на запад? На карте экспедиции Кинг-Уильям был обозначен не как остров, а как часть полуострова Бутия, поэтому Франклин, должно быть, подумал, что у него нет иного выбора, как двигаться на запад. Эта ошибка на карте стала началом катастрофы. Оба корабля пошли на запад, в район многолетних льдов, которые к 12 сентября 1846 года сковали суда и больше их не выпустили.

28 мая 1847 года лейтенант Гор, на санях обследовавший местность, оставил записку, что с экспедицией все в порядке. Спустя две недели Франклин умер. В течение второй зимы, проведенной в ледовом плену к северу от Кинг-Уильяма, несколько человек скончались от испорченной пищи. 22 апреля 1848 года, как сказано в постскриптуме к записке Гора, 105 оставшихся в живых людей бросили корабли, чтобы предпринять отчаянную - и безуспешную - попытку достичь континентальной Канады. Они решили двигаться к реке Грейт-Фиш, откуда они могли бы выйти к одной из факторий компании <Гудзонов залив>.

Еще лет десять ходили упорные слухи, что некоторые из людей Франклина все-таки не погибли и, потеряв надежду на спасение и возвращение на родину, остались жить среди дружественно настроенных туземцев. Постепенно они приняли образ жизни обитателей Севера, и лишь грустные голубые глаза выдавали в них чужеземцев. Но обнаружить этих <белых туземцев> так и не удалось. Похоже, что все участники экспедиции Франклина погибли, не выдержав суровых условий холодного Севера.

Что же было достигнуто?

Трагедия Франклина вновь разожгла интерес мореплавателей и исследователей к Арктике, беспрецедентные по масштабу поиски позволили составить карты бескрайних просторов канадского севера. Один из первых отрядов, во главе которого стоял капитан Роберт Мак-Клур, сумел найти путь по северным морям, ради открытия которого отдал жизнь Франклин.

Но победа оказалась призрачной, а жертвы - напрасными. Выяснилось, что использовать Северо-Западный морской путь как коммерческий маршрут невозможно, потому что большую часть года он скован льдами. Норвежцу Руалю Амундсену удалось стать первым, кто проплыл из одного океана в другой, хотя это путешествие и заняло почти три года. Но, как сообщил Амундсен, его маршрут был так извилист и узок, что им мало кто сможет пользоваться, разве что торговцы пушниной и миссионеры. Однако и позднее Арктика звала искателей приключений. Это были в основном бесстрашные герои, которые, часто в одиночку, преодолевали суровые тяготы: голод, тоску, обморожения и гангрену - во имя достижения недостижимой цели.

Имя сэра Джона Франклина сегодня увековечено в названии целого района Северо-Западных территорий Канады, по которому он прошел, а также в названиях озера, залива и пролива. А имя леди Франклин, его верной жены, носит мыс на острове Виктория, что находится в середине Северо-Западного морского пути, который так отважно искал ее муж.


Побег в иной мир

Перед ним открывалась многообещающая карьера физика. Но Этторе Майорана таинственным образом исчез. Может, он до сих пор жив и прячется за монастырскими стенами? Или уехал в Аргентину? А может, еще тогда бросился в море?

Вечером 25 марта 1938 года 31-летний итальянский физик Этторе Майорана сел в Неаполе на почтовое судно, направлявшееся в Палермо на Сицилию. Перед отплытием он написал два письма.

Первое, которое он оставил в своем номере в гостинице <Болонья>, было адресовано родным. В нем он обращался к ним со странной просьбой: <У меня только одно желание - чтобы вы не одевались из-за меня в черное. Если захотите соблюсти принятые обычаи, то носите любой другой знак траура, но не дольше трех дней. После этого можете хранить память обо мне в своем сердце и, если вы на это способны, простить меня>. Самим тоном письмо зловеще напоминало записки, которые оставляют самоубийцы.

Второе письмо, посланное по почте, казалось, подтверждало, что Майорана решил покончить с собой. Оно было адресовано Антонио Каррелли, директору физического института Неапольского университета, где молодой ученый с января преподавал. <Я принял решение, которое было неизбежно, - писал он Каррелли. - В нем нет ни капли эгоизма; и все же я хорошо понимаю, что мое неожиданное исчезновение доставит неудобства вам и студентам. Поэтому я прошу вас меня простить - прежде всего за то, что пренебрег вашим доверием, искренней дружбой и добротой>.

Прежде чем Каррелли успел получить это письмо, из Палермо пришла телеграмма от Майораны. В ней он просил не обращать внимания на письмо, отправленное из Неаполя. За телеграммой последовало второе письмо, датированное 26 марта и также посланное из Палермо. <Дорогой Каррелли, - писал Майорана. - Море не приняло меня. Завтра я возвращаюсь в гостиницу “Болонья”. Однако я намерен оставить преподавание. Если вам интересны подробности, я к вашим услугам>.

Ни Каррелли, ни родные молодого ученого никогда его больше не видели и не получали о нем никаких известий.

Блестящий ум и стремление к совершенству

По единодушному признанию современников, Этторе Майорана обладал выдающимся умом. Его учитель лауреат Нобелевской премии Энрико Ферми даже ставил его в один ряд с Галилео Галилеем и Исааком Ньютоном. Этторе родился 5 августа 1906 года в Катании на Сицилии и уже в четырехлетнем возрасте необыкновенно быстро решал в голове сложные математические задачи. В годы учебы этот талант будет часто удивлять и ставить в тупик окружающих.

Сначала его учили дома, потом отправили в иезуитскую школу в Риме. Но завершил среднее образование он уже в лицее имени Торквато Тассо - ему еще не было и семнадцати лет. Осенью 1923 года он поступил в техническую школу Римского университета, где учился вместе со старшим братом Лучано и Эмилио Сегре. Эмилио и убедил его позднее заняться физикой, и в 1928 году Майорана перевелся в Институт теоретической физики, которым в то время руководил Энрико Ферми. Год спустя он получил докторскую степень с отличием, но еще пять лет продолжал работать с Ферми над решением проблем ядерной физики. Хотя все научные труды Майораны состоят только из восьми статей, опубликованных с 1928 по 1937 год, они попрежнему вызывают изумление и восхищение в ученом мире. В его статьях видны доскональное знание экспериментальных данных, способность ясно и просто формулировать проблемы, живой ум и непреклонное стремление к совершенству. Его критические отзывы о работе коллег завоевали ему прозвище <Великий инквизитор>. Но и к самому себе он был не менее требователен, чем, возможно, и объясняется неторопливость и сравнительно малое количество научных работ, выпущенных за годы после защиты докторской диссертации.

По настоятельной рекомендации Ферми в начале 1933 года Майорана, получив стипендию Национального научного совета, уехал за границу. В Лейпциге он познакомился с еще одним лауреатом Нобелевской премии Вернером Гейзенбергом. Письма, которые Майорана позднее ему писал, показывают, что их связывала не только наука, но и теплая дружба. Гейзенберг убеждал молодого итальянца побыстрее публиковать свои работы, но тому, видимо, не хотелось торопиться.

Назревающий кризис

Осенью 1933 года Майорана вернулся в Рим. Он неважно себя чувствовал: в Германии он заболел острым гастритом, а кроме того, явно страдал от нервного истощения. Вынужденный соблюдать строгую диету, он стал затворником, был резок с родными. Матери, к которой раньше относился с теплотой, он написал из Германии, что не сможет, как обычно, поехать с ней летом к морю.

Он реже появлялся в институте, а вскоре почти совсем перестал выходить из дома; многообещающий молодой ученый превратился в отшельника. Почти четыре года он не общался с друзьями и ничего не публиковал. Лишь в 1937 году Майорана вернулся к тому, что можно назвать <нормальной> жизнью. В этом году, прервав долгое молчание, он опубликовал научную статью, которая окажется его последним печатным трудом, и подал заявление на должность профессора физики. В ноябре он стал профессором теоретической физики Неапольского университета.

Лекции Майораны плохо посещались, что задевало его самолюбие. Но большинство студентов было просто не в состоянии понять то, что он пытался им объяснять. 22 января 1938 года он попросил брата перевести в Неаполь все его деньги, хранившиеся в одном из римских банков, а в марте попросил выдать ему сразу всю зарплату, накопившуюся за несколько месяцев работы. Взяв с собой паспорт и деньги, 25 марта Майорана сел на пароход - и навсегда исчез.

Литературная версия?

В 1975 году вышла книга итальянского писателя Леонардо Шаши <Исчезновение Майораны>, произведение, которое сам автор назвал <философским детективом>. Предыдущие романы и рассказы писателя почти все без исключения были посвящены социально-экономическим, политическим и моральным проблемам его родной Сицилии.

Шаша впервые услышал о таинственной судьбе Этторе Майораны в 1972 году. Именно тогда Национальный научный совет, который оплачивал поездку молодого физика в Германию в 1933 году, поручил Эразмо Ресами, профессору теоретической физики из Университета Катании, привести в порядок научные труды Майораны. Выполняя это задание, сицилийский профессор обнаружил не замеченные прежде свидетельства и поделился своими открытиями с писателем. Шаша задумался над мотивами, которые могли заставить молодого ученого бежать из Италии, и в конце концов у него возникла интригующая теория. Благодаря своему исключительному уму Майорана раньше многих коллег осознал огромную разрушительную мощь атомной энергии и не желал участвовать в разработке атомного оружия для фашистского режима Муссолини.

Выводы писателя вызвали в Италии противоречивые отклики. Его главным оппонентом был Эдуарде Амальди, который закончил докторскую диссертацию под руководством Ферми через год после Майораны. По мнению Амальди, ни один ученый в 30-е годы не мог предвидеть конечных результатов ядерных исследований, проводившихся в довоенные десятилетия. Эразмо Росами, лучше других знакомый с трудами Майораны, не готов полностью исключить выдвинутую Леонардо Шашей теорию. Но, как ему представляется, это лишь одна из многих возможных версий.

В поисках разгадки

Расследование, проведенное сразу после исчезновения физика, открыло несколько казавшихся обещающими ходов. Но, как выяснилось, все они вели в тупик.

26 марта, в день, когда Этторе Майорана отправил телеграмму и второе письмо к Каррелли, он, судя по всему, сел на почтовое судно, возвращавшееся из Палермо в Неаполь. По сведениям пароходной компании, билет на его имя был сдан на контроле при посадке. Позднее, когда представителей компании попросили предъявить доказательство, они заявили, что билет потерялся. Один свидетель сначала утверждал, что Майорана ехал с ним в одной каюте, но позднее сказал, что не уверен, был ли его попутчиком пропавший физик. В то же время медсестра, хорошо знавшая молодого ученого, настаивала на том, что видела его в Неаполе после возвращения парохода 26 марта. Скрылся в монастыре?

Семья Майораны поместила объявление о его исчезновении с фотографией Этторе. В июле пришел ответ. Настоятель монастыря Джезу Нуово в Неаполе сообщал, что молодой человек, очень похожий на изображенного на фотографии, приходил к нему в конце марта или начале апреля с просьбой принять его в монастыре в качестве гостя. Увидев, что настоятель не решается удовлетворить его просьбу, молодой человек ушел и больше не возвращался. Аббат не помнил точную дату этого визита, так что нельзя было сказать, произошел он до или после поездки в Палермо.

Далее было установлено, что 12 апреля молодой человек, похожий на Майорану, просился в монастырь Сан Паскуале де Портичи. Там ему тоже отказали, и он ушел.

Спустя почти 40 лет эти чрезвычайно любопытные, хотя и не вполне доказательные сообщения стали основой теории, выдвинутой писателем Леонардо Шашей. Он предположил, что, устав от мира и ответственности, которую накладывала на него научная деятельность, а возможно, и разочаровавшись в преподавательской работе, явно ему не удававшейся. Майорана искал убежища в религии. И где-то он нашел такое место, где мог жить под чужим именем, посвящая оставшиеся годы молитве и размышлениям.

Сбежал в Аргентину?

Последний и, возможно, самый интригующий след Этторе Майораны ведет в Южную Америку. В 1950 году чилийский физик Карлос Ривера жил в столице Аргентины Буэнос-Айресе и на время остановился в доме у одной пожилой женщины. Когда она однажды случайно увидела в бумагах Риверы имя Майорана, то сказала своему постояльцу, что ее сын знает человека с такой фамилией. Вскоре Ривера должен был уехать из Буэнос-Айреса, и он не успел больше ничего узнать.

Удивительно, что чилийскому ученому довелось еще раз наткнуться на следы Майораны в Буэнос-Айресе. В 1960 году, обедая в гостиничном ресторане, он рассеянно писал на салфетке математические формулы. К нему подошел официант и сказал: <Я знаю еще одного человека, который, как и вы, рисует на салфетках формулы. Он иногда к нам заходит. Его зовут Этторе Майорана, и до войны он был крупным физиком у себя на родине в Италии>. И снова ниточка никуда не привела. Официант не знал адреса Майораны, и Ривера опять был вынужден уехать, не разгадав эту тайну.

Три старые дамы хранят секрет

В конце 70-х годов известия об удивительных открытиях Риверы в Аргентине дошли и до итальянских ученых. Профессор физики Эразмо Ресами и сестра Этторе Мария Майорана решили идти по найденному следу. Во время этих поисков они вышли еще на один след, ведущий в Аргентину.

Приехавшая в Италию вдова гватемальского писателя Мигеля Анхеля Астуриаса узнала о новых попытках раскрыть тайну исчезновения Этторе Майораны. Она рассказала, что в 60-е годы встречалась с итальянским физиком в доме сестер Элеоноры и Лило Манцони. По словам сеньоры Астуриас, Майорана был близким другом Элеоноры, математиком по профессии.

Казалось, тайна будет наконец вот-вот разгадана. Однако в ответ на просьба подробнее рассказать то, что ей известно, сеньора Астуриас отказалась от своих слов. На самом деле она лично не встречалась с Майораной, а лишь слышала от других о его дружбе с Элеонорой. Но, добавила она, ее сестра и Лило Манцони могут представить доказательства: Элеоноры, к сожалению, уже не было в живых. Однако две пожилые дамы не смогли или не захотели ответить на заданные им вопросы. Не договорились ли они с сеньорой Астуриас ни с кем не делиться секретом Этторе Майораны?

Поскольку два совершенно не связанных между собой следа вели в Аргентину, очень вероятно, что итальянский физик действительно бежал туда в 1938 году - а не ушел в монастырь и не покончил жизнь самоубийством. Но мотивы его неожиданного бегства остаются невыясненными и, возможно, никогда не станут известны.

Может быть, Энрико Ферми был прав, когда сухо прокомментировал неудачные попытки расследовать исчезновение Майораны, сказав, что если бы Этторе Майорана решил бесследно исчезнуть, то с его умом он бы легко это сделал.


Безумный монарх

В 18 лет высокий красавец принц, под бурные приветствия своих подданных, взошел на трон Баварии под именем Аюдвига II. К 40 годам он превратился в грузного затворника, помешавшегося на своих сказочных замках. Он утонул через несколько дней после того, как суд признал его недееспособным.

Когда психиатр д-р Бернгард фон Гудден и его царственный пациент к восьми часам не вернулись с вечерней прогулки, ассистент Гуддена д-р Мюллер встревожился. Он предлагал им отправиться на прогулку в сопровождении санитаров, как и утром, но д-р Гудден отказался. Король вел себя разумно и казался почти нормальным. Он не создавал врачу никаких проблем. <Он просто ребенок>, - заметил д-р Гудден.

Низкие тучи разразились дождем, ранние сумерки положили начало долгому летнему вечеру. Д-р Мюллер послал сначала одного полицейского, а затем еще двух на поиски пропавшей пары на берег Штарнбергского озера, куда они направлялись, когда их видели в последний раз. С наступлением темноты его беспокойство переросло в панику, и весь персонал замка Берг был отправлен с факелами обыскивать окрестности. Мюллер послал в Мюнхен ко двору телеграмму с сообщением об исчезновении монарха и его врача.

Где-то после 10 часов раздались крики, возвещавшие о первых находках: возле скамейки лежали два зонтика, а поблизости - шляпа короля. У кромки воды были замечены два плавающих темных предмета, которые оказались сюртуком и плащом короля. Сев в лодки, поисковая партия вскоре нашла безжизненные тела д-ра Гуддена и короля Людвига II, плававшие на мелководье не более чем в 25 метрах от берега. Часы короля остановились в 18.54 в воскресенье, 13 июня 1886 года.

Осмотр обоих тел показал, что на лице д-ра Гуддеиа были царапины, а над одним глазом оказался синяк, скорее всего от удара кулаком. Отметины на его горле указывали на попытку удушения. На теле короля не оказалось никаких травм. Возможно, Людвиг попытался убежать и убил д-ра Гуддена, когда психиатр старался удержать его? А может, король утопил врача, а затем бросился в воду, чтобы покончить с собой? Или же король убил Гуддена, а потом умер от инфаркта? Что бы ни произошло, жизни, начавшейся за 41 год до этого при таких благоприятных обстоятельствах, был положен трагический и ужасный конец.

Прекрасный принц становится королем Рождение сына у кронпринца Максимилиана Баварского и его жены Марии 25 августа 1845 года отмечалось колокольным звоном и пушечным салютом. Младенца сначала назвали Отто, а затем Людвигом - в честь его деда, короля Людвига I. Через три года король был вынужден отречься от престола из-за скандала, вызванного его связью с танцовщицей Лолой Монтез. Максимилиан взошел на трон, и юный Людвиг стал наследником престола. Через месяц родился его брат Отто.

Согласно обычаю того времени оба принца воспитывались в строжайшей дисциплине и проходили интенсивный курс частного обучения. Однако классная комната наводила на Людвига тоску, если не считать историй про короля Людовика XIV и его великолепный дворец в Версале, которые рассказывала мальчику французская гувернантка. Самые счастливые дни его детства прошли в замке Гогеншвангау на озере в Баварских Альпах, в 82 километрах на северо-запад от Мюнхена. Зачитываясь немецкими сагами, бродя по густым лесам и грезя наяву, Людвиг определил свою роль в жизни: он будет строить дворцы, соперничающие с Версалем.

10 марта 1864 года, незадолго до своего девятнадцатилетия, Людвиг становится королем после преждевременной смерти отца. <Макс умер слишком рано>, - записала в своем дневнике королева Мария; она знала, что ее сын не готов сесть на трон. Тем не менее для людей, глазевших на шедшего за гробом отца Людвига, Прекрасный принц отныне был королем. Высокий, стройный, с густыми вьющимися темными волосами и пронзительными голубыми глазами, он держался очень прямо и двигался с почти женской грацией. Не беда, что он казался гордым, и даже заносчивым. Его подданные влюбились в своего нового монарха. Когда он проезжал мимо, женщины вздыхали и бросали цветы в его открытую карету.

Кто станет супругой Людвига? Королевский долг требовал от него жениться и дать стране наследника; и когда его выбор в начале 1867 года пал на хорошенькую кузину Софи, все, казалось, были довольны. Застывшие перед фотографами Людвиг и Софи выглядели очаровательной парой. Однако бракосочетание было перенесено с августа на октябрь, а за несколько дней до назначенной церемонии король неожиданно расторг помолвку. Одному из придворных Людвиг признался, что скорее утопится в альпийском озере, чем женится.

Перепутав ночь и день

Людвиг никогда не скрывал презрения к придворной жизни в Мюнхене и с годами проводил все больше времени в своих резиденциях в горах. За обедом он предпочитал общество бюстов Людовика XVI и МарииАнтуанетты, обезглавленных во время французской революции. Как объяснял король, статуи, в отличие от настоящих гостей, появлялись только тогда, когда их приглашали, и исчезали по его желанию. Путая ночь с днем, Людвиг спал с полудня до полуночи, а затем в одиночестве отправлялся в долгие прогулки на позолоченных санях, которые несла по альпийским снегам четверка белоснежных коней. В придворном театре ставились спектакли, единственным зрителем которых был сам король.

После короткого романа с Софи Людвиг стал отдавать предпочтение обществу красивых молодых офицеров и актеров. Дневники короля, опубликованные после его смерти и написанные на смеси немецкого, французского и латинского языков, свидетельствуют о его страданиях, когда он безуспешно пытался подавить свою гомосексуальность. Большинство его увлечений мужчинами были преходящими; однако привязанность к одному из них - старшему конюшему Рихарду Хорнигу - длилась почти 20 лет. Говорят, что, по признанию короля, Людвигу было легче перенести франко-прусскую войну, чем брак Хорнига.

В июле 1870 года Франция объявила войну Пруссии, за чем последовало ее скорое поражение под ударом коалиции немецких государств, включавшей и Баварию. Канцлер Пруссии Бисмарк заставил Людвига обратиться с призывом о создании Германской империи, возглавляемой королем Пруссии Вильгельмом I. Несмотря на то что Баварии позволили иметь собственную армию и дипломатическую службу, а также печатать марки и чеканить монеты, королевство Людвига было поглощено Германской империей, создание которой было провозглашено в начале следующего года в Зеркальной галерее Версаля.

Мания строительства

Резкое ограничение независимости Баварии привело к сокращению обязанностей Людвига в качестве монарха, что абсолютно его не волновало. Летом 1867 года он инкогнито побывал во Франции и, наконец увидев Версаль, решил строить у себя на родине такие же великолепные дворцы. В 1869 году он начал строительство Нейшванштейна, в 1870 году - Линдергофа, а в 1878 году - Геренхимзее. Только Линдергоф был достроен в течение относительно непродолжительной жизни короля. Эти сказочные замки называли вульгарными, искусственными, экзотичными, отличающимися невозможным смешением архитектурных стилей. Для короля они были дворцами, в которых он мог забыть, что он король.

Возможно, наиболее ярким свидетельством склонности Людвига к излишествам служит дворец Нейшванштейн, не без умысла воздвигнутый на высоком утесе, который возвышается над Гогеншвангау - дворцом его отца. Людвиг писал Рихарду Вагнеру, что он должен стать копией средневековых замков, которые служили фоном для опер композитора, так восхищавших короля. В замке был зал для аудиенций высотой в два пролета, построенный в стиле византийской базилики, за исключением того, что на месте алтаря в нем располагался трон; там была галерея для менестрелей, а также искусственная пещера с водопадом и искусственной луной рядом с кабинетом Людвига на четвертом этаже.

Второй сказочный замок короля, Линдергоф, первоначально был лишь спальней, пристроенной к охотничьему домику примерно в 22 километрах к востоку от Нейшванштейна. Однако вскоре Людвига захватила идея создания в Баварии копии Большого Трианона, элегантного королевского павильона, окруженного садами Версаля. <О! Как важно создавать такие райские уголки, - писал он другу, - такие поэтические святилища, в которых можно ненадолго забыть об ужасном веке, в котором мы живем>. Компактное белое каменное здание Линдергофа было украшено статуями, расположенными в нишах вдоль фасада и по карнизу. Каким бы вычурным ни был дворец снаружи, по словам критика, <он мог бы показаться образцом сдержанности по сравнению со своим внутренним убранством>. Залы Линдергофа украшены позолотой, зеркалами, фарфором и полудрагоценными камнями. В саду Людвиг приказал построить искусственный грот, куда вела скрытая в скалах дверь; внутри было миниатюрное озеро, по которому слуга мог катать короля в лодке.

Последним проектом Людвига - или безумством, как окрестили его скептики, - стал Геренхимзее, построенный на острове посреди крупнейшего в Баварии озера Химзее в 67 километрах к востоку от Мюнхена. Здесь Людвиг наконец смог воплотить свою фантазию, воссоздав великолепный Версаль Людовика XIV, включая его знаменитую Зеркальную галерею. Оставшийся незаконченным после смерти Людвига, Геренхимзее стоил 16 миллионов марок - больше, чем Нейшванштейн и Линдергоф вместе взятые. Людвиг провел в нем ровно 10 суток осенью 1885 года.

Необходимы средства

В последний раз Людвиг появился перед народом в августе 1875 года в Мюнхене. Когда его уговаривали приехать в столицу по случаю 700-летия правления его династии в Баварии, король воскликнул: <Нет, нет, я не могу выйти из своей скорлупы - этого больше никогда не произойдет!> Для некогда преданных ему подданных он отныне был загадкой. Для своих министров он стал причиной растущего беспокойства. Его дворцы, построенные без вкуса, по-видимому, строились и без финансовых ограничений. Несмотря на ежегодно выплачиваемое ему содержание в размере 4,5 миллиона марок, к весне 1884 года король задолжал королевской казне 7,5 миллиона марок. Через год его долг достиг 14 миллионов. Когда министр финансов предупредил короля о необходимости умерить расходы, Людвиг отмахнулся от его совета и потребовал предоставить ему ссуду в 20 миллионов марок. Нейшванштейн и Геренхимзее оставались незаконченными, а он собирался построить еще один-два замка.

Получив отказ от собственного правительства, Людвиг обратился к своим собратьям-монархам в Европе и попытался получить кредит у Ротшильдов и у Орлеанского дома, который уже не правил Францией, но был попрежнему богат. В качестве залога он предложил имущество своей семьи в Баварии. Как-то раз он предложил нанять грабителей и обчистить банки Франкфурта, Берлина и Парижа и даже грозился выкопать труп своего отца, чтобы надрать ему уши - по-видимому, за то, что тот не обеспечил его должным наследством.

Странная пара: король и композитор

Сначала Рихард Вагнер решил, что посетитель прибегнул к хитрости, чтобы увидеть его, что это попытка одного из его многочисленных кредиторов вручить ему судебную повестку. Какое дело могло быть к нему у секретаря баварского короля и как ему удалось выследить композитора в доме его штутгартского друга? Он отказался принять посетителя. Однако посыльный оказался настойчивым и при второй попытке вручил композитору фотографию монарха, кольцо с рубином и приглашение немедленно приехать в Мюнхен.

Людвиг, царствовавший менее двух месяцев, впервые встретился со своим музыкальным кумиром 4 мая 1864 года. Вагнеру был 51 год, и он находился в отчаянном положении - несмотря на то, что был автором таких замечательных опер, как <Летучий голландец> и <Тангейзер>, - из-за своей бедности, не удавшегося брака и политической опалы в результате обвинений в республиканских настроениях. Юный монарх. которому еще не исполнилось 19 лет, пристрастился к музыке Вагнера, побывав за три года до этого на представлении <Лоэнгрина>, который потряс его до слез. Прочитав либретто незаконченного и еще не ставившегося вагнеровского цикла из четырех опер <Кольцо нибелунга>, Людвиг поклялся взять на себя роль венценосного покровителя, имеющего достаточно денег и власти, чтобы воплотить этот гигантский труд на сцене.

В восторге от встречи с королем, Вагнер писал другу, что Людвиг любит его <с пылом и нежностью первой любви; он все обо мне знает и понимает - понимает меня, как моя собственная душа>. Людвиг пообещал заплатить за все, что пришлось в прошлом выстрадать Вагнеру, устранить из его жизни все мелочные заботы, <чтобы Вы могли свободно расправить могучие крылья своего гения в чистом воздухе Вашего восхитительного искусства>.

Людвиг предоставил в распоряжение Вагнера загородную виллу и переехал в замок Берг, чтобы быть рядом с композитором. Когда они не проводили время вместе, планируя оперы, которые будут написаны и поставлены в ближайшие годы, они обменивались письмами, которые нельзя назвать иначе, как любовными - хотя никто никогда не подозревал Вагнера в том, что он разделяет скрытую гомосексуальность Людвига. <Нерасторжима связывающая нас нить, в моей душе пылает крепкая, вечная, священная и чарующая любовь к Вам>, - писал монарх. <Без Вас я более ничто>, - отвечал композитор. <О мой король, Вы - божество!> Вагнер не мог не знать, что у его царственного покровителя нет слуха; короля привлекал фантастический мир сюжетов.

Вагнер дирижировал оперой <Летучий голландец> в Мюнхене 4 декабря 1864 года; король сидел в королевской ложе, разделив с композитором его триумф. Премьера <Тристана и Изольды> в следующем году прошла с таким же успехом. Однако даже у влюбленных бывают размолвки: когда до Людвига дошло известие, что его кумир называет короля <мой мальчик>, он временно лишил Вагнера своего королевского общества. Гораздо серьезней был ропот недовольства в придворных кругах. Вначале негодование вызывала щедрость короля, тратившего на Вагнера государственные деньги, обеспечивавшие композитору экстравагантный образ жизни. Затем, в ноябре 1865 года, Вагнер опрометчиво раскритиковал правительство - непростительное оскорбление для щепетильных баварцев, считавших композитора из Саксонии иностранцем. Члены королевской семьи, объединившись, выступили 1 декабря с ультиматумом: Людвигу следовало сделать выбор между Вагнером и <любовью и уважением своего верного народа>. Король выбрал народ, и через 10 дней Вагнер уже ехал на поезде в Швейцарию - опальный композитор объявил, что едет поправлять здоровье. Идиллия короля и композитора продолжалась 18 месяцев.

Вагнер начал плодотворную жизнь в Швейцарии, а король продолжал издалека оказывать ему моральную и финансовую поддержку. Людвиг принял участие в строительстве великолепного театра в Байрейте для постановки опер Вагнера и присутствовал на первой полной постановке <Кольца нибелунга>. Это была их первая встреча за восемь лет. В финале четвертой оперы скрытного монарха убедили встать и выйти к барьеру королевской ложи, чтобы присоединиться к предназначенным Вагнеру овациям.

Узнав о смерти композитора в Венеции 13 февраля 1883 года, Людвиг заявил: <Тело Вагнера принадлежит мне> - и приказал перевезти его в Байрейт для захоронения. <Именно я первым признал художника, которого сегодня оплакивает весь мир, - объявил он, - и именно я спас его для мира>.

Монарх, лишившийся рассудка

Помимо мании строительства, Людвиг начал проявлять и другие, еще более тревожные признаки неустойчивости рассудка. Моменты спокойствия сменялись приступами неконтролируемой ярости. Он приказывал пороть, пытать, сажать в тюрьму, высылать в Америку и даже обезглавливать не угодивших ему придворных, однако не выказывал ни удивления, ни недовольства, когда его приговоры не исполнялись. Людвиг располнел и стал небрежным в одежде. Пытаясь вернуть утраченную красоту, король требовал к себе парикмахеров завивать волосы. Никто не мог подойти к нему ближе чем на полметра или смотреть на подаваемые ему блюда. В его спальне был установлен подъемник для подачи еды, чтобы король мог никого не видеть. В конце концов он начал выкрикивать приказы из-за закрытых дверей и общаться с министрами, которых он называл сбродом, бродягами и отребьем, исключительно в письменном виде. Официальные документы оставались неподписанными или терялись. В один из моментов просветления король признался: <Я ни за что в мире не согласился бы быть министром в собственном кабинете>.

Катание под луной со слугами часто заканчивалось пикниками, даже если на земле лежал снег, и детскими играми до рассвета. А если его ночные экскурсии прерывала непогода, он мог нагрянуть вместе со всей своей свитой к изумленным крестьянам. Покидая Линдергоф или возвращаясь во дворец, Людвиг страстно обнимал одну из колонн. А еще были голоса, которые, кроме него, никто не слышал, и веселые беседы с самим собой.

Заговор против Людвига

В начале 1886 года стало ясно, что с постепенно сходившим с ума монархом необходимо что-то делать. Однако это создавало серьезную проблему с престолонаследием. В период франко-прусской войны принц Отто начал проявлять признаки безумия. <Он ведет себя как сумасшедший, - писал о своем младшем брате Людвиг, - корчит ужасные рожи, лает по-собачьи и время от времени говорит совершенно непристойные вещи, а затем на некоторое время снова становится абсолютно нормальным>. В 1875 году Отто был признан безумным и изолирован.

Это не остановило министров, которые решили провозгласить Отто королем чисто номинально; реальная власть должна была перейти в руки регента - 65-летнего принца Леопольда, дяди короля. Но для этого сначала следовало сместить Людвига.Они обратились к известному психиатру д-ру Гуддену, которого убедили взять на себя <тягостную задачу>, как он сам выразился, и признать короля Баварии сумасшедшим.

Собрав факты путем опроса бывших и фактических членов королевского окружения, 8 июня 1886 года д-р Гудден представил отчет на 19 страницах. <Его Величество находится на прогрессирующей стадии умственного расстройства>, - написал в заключение д-р Гудден; его заболевание <должно быть признано неизлечимым, и можно с уверенностью говорить о дальнейшем ухудшении его умственных способностей>. Поскольку Людвиг будет находиться в этом состоянии до конца своих дней, <Его Величество следует считать неспособным править страной>.

Д-р Гудден никогда не обследовал короля лично. По-видимому, он был удовлетворен сбором информации из вторых рук. Положительные показания были проигнорированы, хотя некоторые слуги свидетельствовали о доброте короля. Среди крестьян он продолжал пользоваться любовью, хотя и считался несколько странным. В груди Людвига уживались две души, с грустью писал один из придворных, <душа тирана и душа ребенка>. Когда канцлеру Бисмарку показали экземпляр жестокого отчета д-ра Гуддена, тот отмахнулся от него как от <сплетен из мусорной корзины и чуланов короля>.

Фарс с арестом

Около полуночи 9 июня комиссия во главе с министром иностранных дел бароном фон Крайльсгеймом прибыла в замок Гогеншвангау для того, чтобы сообщить Людвигу о его низложении. Узнав, что король находится неподалеку в своем фантастическом дворце Нейшванштейне, члены комиссии решили отложить свою неприятную миссию до следующего утра. Они сели за ужин из семи блюд, а затем отправились спать.

В три часа ночи барон Крайльсгейм разбудил своих коллег по комиссии. Кучер Остерхользер незаметно выскользнул из замка и, по-видимому, направился в Нейшванштейн, чтобы предупредить Людвига о предстоящем аресте. Несмотря на темноту и проливной дождь, члены комиссии отправились вверх но крутой дороге к убежищу короля - но у ворот их встретила охрана, преградившая им путь. А когда появилась группа верных Людвигу крестьян, которые начали угрохать членам комиссии, чиновникам пришлось ретироваться в Гогеншвангау.

Не успели члены комиссии достичь казавшегося им безопасным замка, как их арестовали и заставили пешком вернуться в Нейшванштейн, где заперли в разных комнатах. Им сообщили, что разгневанный король приговорил их к смерти.

К полудню гнев короля сменился покорностью судьбе, и Людвиг отпустил комиссию, поспешившую назад в Мюнхен. Что ему делать, спросил король у верного ему придворного. Ему посоветовали обратиться к народу, появившись для этого в столице, или бежать через границу в Австрию. Вместо этого король попросил дать ему яд, а получив отказ, - ключ от башни. Сам он предпочитает утопиться, заметил Людвиг, поскольку такая смерть уродует меньше, чем прыжок с башни. Испуганный слуга сказал ему, что ключ от башни потерян. Людвиг потребовал бренди с шампанским и напился.

Вторая комиссия, на этот раз во главе с д-ром Гудденом, прибыла в горное убежище Людвига ранним утром 12 июня. Короля заманили к лестнице в башню, где его схватили санитары из Мюнхенского сумасшедшего дома. <Ваше Величество, - сказал врач, - сегодня я вынужден выполнить самую печальную миссию в своей жизни>. <Как вы можете объявить меня сумасшедшим, даже не обследовав?> - поинтересовался король. В обследовании нет никакой необходимости, ответил д-р Гудден, учитывая огромное количество собранных доказательств.

Конец царствования

Около четырех часов утра смертельно бледный король простился в Нейшванштейне со своими верными слугами и сел в карету, с дверец которой были сняты внутренние ручки. Санитары сидели на облучке и на запятках. Две другие кареты сопровождали королевский экипаж в четырехчасовой поездке в замок Берг.

Дворец на берегу озера был превращен в королевскую тюрьму: на окна покоев Людвига были установлены железные решетки, а в дверях просверлены глазки. Людвиг отнесся к этому достаточно спокойно и после обеда удалился к себе, попросив разбудить его, как обычно, в полночь. Его приказ не был выполнен, и, проснувшись на рассвете, король казался раздраженным. Несмотря на то что Людвигу не разрешили прослушать воскресную мессу, д-р Гудден все же согласился сопровождать его во время прогулки тем же утром. Два санитара следовали за ними на приличном расстоянии. Д-р Гудден был так доволен своим пациентом, что решил обойтись без санитаров на второй прогулке в конце дня. Это оказалось роковой ошибкой.

Поскольку свидетелей гибели Людвига и д-ра Гуддена не было, истина никогда не откроется. По крайней мере, один из биографов короля пришел к выводу, что Людвиг убил психиатра, а затем покончил жизнь самоубийством. Король, отнюдь не страдавший безумием, понял, что будущее не сулило ему ничего, кроме позора и заточения. С этим мог бы согласиться один из современников короля. Узнав о смерти кузена, императрица Елизавета Австрийская с грустью заметила: <Король не был сумасшедшим, он был просто чудаком, живущим в мире грез. Если бы они обращались с ним мягче, то, возможно, избавили бы его от столь ужасного конца>.


Смерть в Ндоле

Бои, вспыхнувшие между силами ООН и наемниками в Каташе, сепаратистской провинции Конго, потребовали личного вмешательства Генерального секретаря ООН Дага Хаммаршельда. Его миротворческий полет закончился катастрофой.

В 1960 году Организация Объединенных Наций столкнулась с наиболее серьезной проблемой за 15 лет своего существования: необходимостью предотвратить гражданскую войну в Республике Конго (ныне Заир), накануне получившей независимость.

Предоставлению 30 июня независимости бывшей бельгийской колонии не предшествовало практически никакой подготовки. После антиколониальных протестов в предыдущем году Бельгия спешно приняла меры по отказу от власти. В результате майских выборов новое правительство представляло собой непрочное партнерство между Президентом Джозефом Касавубу и его ремьерминистром Патрисом Лумумбой. В стране с населением в 30 миллионов, более чем в четыре раза превышающей по размерам Украину, не было ни одного африканского врача, инженера или обученного администратора; в армии все офицеры были бельгийцами. В своей дерзкой речи в день провозглашения независимости Лумумба напомнил Бельгии, что его народ познал <насмешки, оскорбления и удары, которые нам приходилось терпеть утром, днем и ночью потому, что мы черные>. Тем не менее национальное самосознание у народа Конго развито не было и люди прежде всего хранили преданность своим племенам.

Неудивительно, что в такой напряженной и враждебной атмосфере вскоре вспыхнуло насилие. 5 июля конголезские войска в столице Леонольдвиле подняли мятеж против бельгийских офицеров. Когда восстание охватило крупные города в других провинциях, бельгийские войска вмешались, чтобы защитить оставшихся белых поселенцев. 11 июля Мойзе Чомбе, вождь богатой минеральными ископаемыми Катанги, объявил об отделении этой провинции и провозгласил ее независимым государством. Касавубу и Лумумба обратились к ООН, в члены которой Конго только что приняли, за помощью в восстановлении порядка.

В апреле 1953 года, когда 47-летний шведский дипломат Даг Хаммаршельд был избран вторым Генеральным секретарем ООН, в состав этой международной организации входили только четыре африканских государства. К концу 1960 года, по мере отказа Европы от своих колониальных владений на континенте, их стало 26. За исключением постоянно бурлящего Ближнего Востока, перед Хаммаршельдом не стояло более неотложной проблемы, чем Африка. Кризис в Конго привел к переоценке роли ООН в мировой политике, вызвал конфликт Хаммаршельда с советской делегацией и в конечном счете стоил ему жизни.

Созвав заседание Совета Безопасности ООН вечером 13 июля, Хаммаршельд настаивал на немедленном ответе на обращение Конго. Советский Союз требовал осудить так называемую бельгийскую агрессию: Франция, Великобритания и США возражали против критики в адрес их союзника по НАТО. Тем не менее к 3.25 утра 14 июля Совет Безопасности принял компромиссную резолюцию, которая поручала Генеральному секретарю призвать к выводу бельгийские войска и направить в Конго силы ООН. К рассвету выполнение плана уже началось.

Хаммаршельд решил прежде всего обратиться за поддержкой к африканским государствам, и через пять дней он смог сообщить, что 3500 солдат из Туниса, Ганы, Марокко и Эфиопии прибыли в Леопольдвиль.

Под двойным ударом

Прибытие в Конго войск ООН не разрешило кризиса и не положило конец проблемам Хаммаршельда в нью-йоркской штаб-квартире ООН. 5 сентября Касавубу уволил Лумумбу, который немедленно объявил о смещении президента. В спор вмешался главнокомандующий Джозеф Мабуту, захвативший власть в свои руки. Хотя Касавубу номинально оставался главой правительства, Лумумба был арестован, выдан его врагам в Катанге и зверски убит в начале 1961 года. В то же время Чомбе попрежнему настаивал на отделении и начал собирать европейских наемников, чтобы поддержать независимость Катанги.

Генеральная Ассамблея ООН, созванная в Нью-Йорке 20 сентября, собрала 57 министров иностранных дел и 23 главы государств, включая Президента США Дуайта Д. Эйзенхауэра, премьерминистра Великобритании Гарольда Макмиллана, Джавахарлала Неру (Индия), Фиделя Кастро (Куба) и Никиту Хрущева (Советский Союз). Советский лидер обвинил бывшие колониальные державы в том, что они <делают свое грязное дело в Конго через Генерального секретаря>, и предложил отменить должность Хаммаршельда и заменить ее исполнительным комитетом из трех человек, представляющих коммунистический Восток, капиталистический Запад и нейтральные государства. В ответ Хаммаршельд поклялся остаться на своем посту - и был встречен продолжительными аплодисментами Генеральной Ассамблеи.

17 февраля 1961 года Совет Безопасности расширил полномочия Хаммаршельда по предотвращению гражданской войны в Конго. Тем же летом коалиционное правительство в Лсопольдвиле объединило все группировки, кроме Мойзе Чомбе, который был демонстративно исключен. В определенной степени независимость Катанги поддерживали Бельгия, Франция, Великобритания. Соединенные Штаты и соседний с ней британский протекторат Северная Родезия (теперь Замбия).

К концу августа, когда численность войск ООН в Конго составляла около 16 000 человек, Хаммаршельд, решив перейти к действиям, отдал приказ об окружении европейских наемников в Катанге и захвате ключевых пунктов в столице провинции Элизабетвиле. Теперь настала очередь Запада критиковать Генерального секретаря и обвинять его в прокоммунистических и антизаиадных взглядах. 12 сентября, сообщив одному из коллег по ООН о своем намерении уйти в отставку, если ему не удастся решить проблему Катанги, Хаммаршельд вылетел из Нью-Йорка в Леоиольдвиль.

Рандеву с Чомбе

На следующий день, к тому времени, когда Генеральный секретарь прибыл в Конго, между войсками ООН и наемниками из Катанги вспыхнули бои, а Чомбе бежал через границу в Северную Родезию. Хаммаршельд, убежденный в том, что только его личное вмешательство способно повлиять на лидера сепаратистов, предложил встретиться с Чомбе в Ндоле, неподалеку от границы.

Отправив вперед британского дипломата лорда Лэндсдауна на самолете ДС-4, который был передан в его пользование, Хаммаршельд решил вылететь на другом самолете ООН, более скоростном ДС-6, окрещенном <Альбертиной>, только что прибывшем из Элизабетвиля. Скорее всего, Генеральный секретарь не знал о том, что при вылете из Катанги <Альбсртина> была задета огнем из стрелкового оружия и, хотя ее отремонтировали, простояла на летном поле без охраны четыре часа. Около пяти часов вечера в воскресенье, 17 сентября, <Альбертина> взяла курс на восток, а затем на юг, над озером Танганьика в направлении Северной Родезии.

Африканский националист

Арест Патриса Лумумбы его политическими оппонентами в декабре 1960 года и его смерть в начале следующего года сделали Лумумбу мучеником в глазах африканских националистов.

Родившийся в 1925 году и получивший образование в школе при протестантской миссии, Лумумба работал почтовым служащим, бухгалтером и внештатным журналистом. В 30 лет он присоединился к профсоюзному движению и начал проявлять интерес к политике. В 1958 году он помогал создавать партию Национального движения Конго и принял участие во Всеафриканской конференции в Гане, на которой он встретился с лидерами, борющимися за независимость других европейских колоний. В следующем году он был арестован бельгийскими властями за подстрекательство к мятежу, но был выпущен на свободу, чтобы принять участие в совещании в Брюсселе в начале 1960 года, которое привело к провозглашению независимости Конго 30 июня. Поскольку его партия одержала победу на майских выборах, Лумумба был назначен премьерминистром, но ему пришлось разделить власть с Касавубу.

Когда действия сил ООН оказались недостаточно оперативными для того, чтобы положить конец сепаратизму в Катанге, Лумумба обратился за помощью к Советскому Союзу. Результатом этого стало его смещение Президентом Касавубу. Спасаясь от <принудительной охраны> в Леопольдвиле, он попытался пробраться к своим сторонникам во внутренних регионах страны, но был схвачен и выдан сепаратистам Катанги (вверху). Смерть Лумумбы, в которой обвинялся Чомбе, была подтверждена в феврале 1961 года. В память о казненном африканском лидере Советский Союз открыл Университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы в Москве.

Ужасное известие из Африки

После ошибочного сообщения о встрече Генерального секретаря с Чомбе в Идоле, опубликованного в понедельник, газета <Нью-Йорк Тайме> вышла во вторник 19 сентября с заголовком во всю ширину полосы: <Гибель Хаммаршельда в авиакатастрофе над Африкой: Кеннеди обращается к ООН в момент кризиса руководства>. Президент гарантировал поддержку со стороны США в деле превращения ООН в <эффективный инструмент мира, к чему стремился Даг Хаммаршельд>.

Подробности о катастрофе выяснялись медленно. После четырех часов радиомолчания <Альбертина> передала расчетное время своей посадки в Ндоле - 0.35 18 сентября. Через десять минут после полуночи с борта поступило сообщение, что появились огни аэродрома, и самолет начал заходить на посадку. Пролетев над аэродромом па высоте около 650 метров с мигающими огнями и выпущенными шасси. <Альбертина> направилась дальше, завершая обязательный круговой маневр. Назад она не вернулась.

Только к полудню следующего дня было обнаружено место крушения <Альбертины> примерно в 13 километрах к западу от аэродрома. Очевидно, заходивший слишком низко самолет задел верхушки деревьев, рухнул на землю и, перевернувшись, вспыхнул. Все шесть членов экипажа и восемь членов делегации ООН погибли. Большинство из них сгорели на своих местах. Двух пассажиров выбросило из самолета: сержанта Гарри Джулиена из службы безопасности ООН, который был еще жив, но получил такие серьезные травмы, что скончался через пять дней, и Дага Хаммаршельда, который погиб от многочисленных ранений, но совсем не обгорел. Генеральный секретарь умер не сразу после катастрофы: его рука сжимала вырванный в агонии пучок травы.

Вопросы, на которые нет ответов

Как всегда в случае внезапной смерти общественных деятелей, поползли слухи о катастрофе самолета Хаммаршельда. Против усилий Генерального секретаря предотвратить отделение Катанги выступали многие, включая англичан из Северной Родезии, считавших Чомбе и его европейских наемников бастионом против черного национализма. Советский Союз открыто призывал к замене Хаммаршельда на посту в ООН; несколько европейских держав обвинили его в про коммунистических взглядах.

Следственная комиссия ООН дала уклончивое заключение об отсутствии каких-либо доказательств саботажа, нападения или механической поломки, хотя ни одно из этих предположений нельзя было исключить из возможных причин катастрофы. Любопытно, что показания местных жителей были проигнорированы как ненадежные. Однако эти свидетели сообщали, что видели два самолета - маленький самолет преследовал большой, который разбился после обстрела.


Убийство Улофа Пальме

Поздним вечером 28 февраля 1986 года Уло4э Пальме, пользовавшийся популярностью премьер-министр Швеции и лидер международного движения за разоружение, был застрелен у выхода из кинотеатра в Стокгольме. Вторая нуля оцарапала спину г-жи Лисбет Пальме. Через три года Карлу Густаву Кристеру Псттерссону, 42-летнему бродяге, наркоману и алкоголику, в послужном списке которого были тяжкие преступления и принудительное лечение в психиатрической больнице, было предъявлено официальное обвинение в убийстве Улофа Пальме.

Никто не видел, как стреляли, несмотря на то что несколько свидетелей - включая г-жу Пальме - видели Петтерссона на месте преступления. Однако после предварительного допроса его выпустили на свободу: у Петтерссона не могло быть мотива для убийства. Больше года шведские власти действовали на основе теории о том, что смерть Пальме была политическим убийством. Ничего не обнаружив, полиция снова взялась за Петтерссона и арестовала его в декабре 1988 года. При просмотре видеозаписи г-жа Пальме безоговорочно опознала в нем человека, который, по ее мнению, произвел выстрелы. <У него то же лицо, глаза и этот ужасный взгляд>, - сказала она.

Преимущественно на основе показаний г-жи Пальме 28 июля 1989 года жюри присяжных заседателей признало его виновным. В октябре апелляционный суд отменил приговор и освободил Петтерссона. Поскольку г-жа Пальме заявила о своей уверенности в том, что Петтерссон - убийца, юристы пришли к выводу, что отныне она не может давать показания, что ее мужа убил кто-то другой.

Возможное самоубийство?

Через несколько лет после смерти Хаммаршсльда была выдвинута странная теория: Генеральный секретарь, подавленный неудачей собственных миротворческих усилий и расстроенный растущей оппозицией своим полномочиям в ООН, совершил самоубийство. Приставив к виску капитана экипажа пистолет, Хаммаршельд заставил его совершить над Ндолой отвлекающий маневр, который привел к катастрофе.

В числе доказательств этой сомнительной версии назывались рукопись, оставшаяся в нью-йоркской квартире Хаммаршельда, с указанием опубликовать ее только после его смерти; завещание, составленное незадолго до отъезда в Конго, и последняя прочитанная им книга, <О подражании Христу> Фомы Кемпийского, немецкого религиозного классика XV века, заложенная экземпляром присяги, принесенной Хаммаршсльдом при вступлении на пост Генерального секретаря.

Эту гипотезу опровергает тот факт, что завещание Хаммаршельда было составлено за много лет до его смерти и не изменялось перед его отлетом из Нью-Йорка. Рукопись - что-то вроде духовного дневника, над которым он работал с 1956 года, - опубликованная в 1964 году под названием <Заметки>, раскрывает внутренний мир человека, преданного религии, поэзии и служению обществу, - отнюдь не такого, кто готов покончить с собой, лишив при этом жизни еще 15 человек. Он взял с собой книгу, которую переводил с немецкого языка на шведский, чтобы поработать над ней на борту, а также чистую рубашку и зубную щетку, которые вряд ли понадобились бы человеку, намеренному совершить самоубийство.

Посмертная слава

Во вторник 19 сентября, через день после подтверждения гибели Хаммаршельда, в Нью-Йорке была созвана Генеральная Ассамблея ООН. После того как членов делегаций попросили встать для минуты молчания и молитвы, один из сотрудников ООН сказал: <Никогда еще минута не казалась такой долгой, молчание - таким полным, а кресло - таким пустым>. Через месяц Дагу Хаммаршельду была посмертно присуждена Нобелевская премия мира.


Убит в пьяной драке

Потасовка из-за счета, предъявленного за день пьяного разгула в одной из английских гостиниц, привела к гибели Кристофера Марло, самого многообещающего драматурга в Англии конца XVI века. Как показывают обнаруженные через три с лишним столетия, документы, правда об этой смерти может оказаться гораздо интереснее и запутаннее.

В то время как в Лондоне свирепствует чума, четверо мужчин собираются в среду утром, л-У чтобы провести день за едой, выпивкой и беседами в гостинице вдовы Элеоноры Буль в Дептфорде - деревушке, расположенной примерно в пяти километрах к юго-востоку от столицы. В эту странную четверку входят: Ингрэм Фрайзер, мошенник, ловкие аферы которого служат источником непрерывных судебных тяжб; Николае Скирс, часто используемый в качестве приманки в этих мошенничествах; Роберт Поули, тайный агент правительства, сомнительная личность с дурной репутацией, и Кристофер Марло, который, несмотря на свои 29 лет, уже считается ведущим драматургом Англии. На календаре 30 мая 1593 года.

После непродолжительной прогулки во второй половине дня четверо мужчин снова принялись за выпивку и разговоры. После ужина между Фрайзером и Марло завязалась драка из-за счета - по-видимому, на достаточно крупную сумму за такую продолжительную попойку. Оба свидетеля - Скирс и Поули - утверждали, что драку начал Марло, схвативший кинжал Фрайзера и бросившийся на него без всякого повода. Получив два удара в голову, Фрайзер сумел вырвать кинжал у Марло и вонзил его взбешенному противнику в лоб над правым глазом. Молодой драматург замертво рухнул на пол.

Вызвали стражу, а к утру прибыл и коронер Ее Королевского Величества. Фрайзера арестовали за убийство, однако дознание вскоре сняло с него обвинение в преступлении - речь явно шла о самозащите. К концу июня арестованного выпустили на свободу. Между тем Марло похоронили в течение 48 часов после насильственной смерти.

Такова была официальная версия его внезапной кончины, которая не ставилась под сомнение в течение трех с лишним столетий. Затем, в 1925 году, был обнаружен отчет о дознании коронера, 332 года пролежавший незамеченным в архиве. Тщательное изучение этого документа вызывает ряд вопросов.

Почему Марло так быстро похоронили? Почему расследование заняло так мало времени и почему заявления двух свидетелей были приняты столь безоговорочно? Была ли пьяная драка единственным объяснением убийства? Может быть, это был сговор трех человек убить Марло? Судя по всему, раны Фрайзера были такими легкими, что он мог нанести их сам, чтобы придать себе вид жертвы пьяного нападения. Действовали ли три сомнительных типа сами по себе или за ними стояло высокопоставленное лицо? Возможно, существовал заговор с целью убрать человека, который слишком много знал? Эта последняя версия заслуживает серьезного изучения, поскольку сегодня нам известно, что молодой драматург вел двойную жизнь, будучи агентом секретной службы королевы.

Торопливый юноша

Кристофер Марло родился в феврале 1564 года, за два месяца до Уильяма Шекспира - человека, чья более продолжительная и успешная карьера затмила карьеру Марло. Но пока Шекспир жил в неизвестности в Стратфорде, Марло получил стипендию на обучение в Колледже Тела Христова в Кембридже и в 20 лет стал обладателем степени бакалавра. Он учился в Кембридже, возможно рассчитывая стать священником англиканской церкви. Однако, власти Кембриджа вначале отказались присвоить ему ученую степень из-за его подозрительно частых отлучек из университета.

Золотой век Англии в годы правления королевы Елизаветы I (1558-1603) был также и временем бурных перемен. Сменив на престоле свою сводную сестру, католичку Марию, Елизавета восстановила протестантскую церковь Англии, учрежденную их отцом Генрихом VIII. Поступок Елизаветы навлек на нее гнев короля Испании Филиппа II, мужа покойной Марии и неумолимого защитника католической веры. К тому времени, когда молодой Марло учился в Кембридже, Англии угрожало испанское вторжение, и студенты-католики бежали во Францию. Возможно, отлучки Марло были прелюдией к такому же бегству? Неужели в университете нашел прибежище скрытый католик? В 1587 году в дело вмешался Тайный совет королевы Елизаветы. Стипендиат <во всех своих действиях… вел себя правильно и благоразумно, чем сослужил Ее Величеству хорошую службу>; его действия не могут ставиться под сомнение <теми, кто не осведомлен о том, чем он занимался>. Кембридж присвоил Марло степень магистра. Через год после того, как Марло окончил Кембридж, была сыграна его первая пьеса: трагедия в двух актах <Тамерлан Великий>. Будущий священник стал писателем. Всего за шесть лет он написал полдюжины пьес, длинную повествовательную поэму и сделал несколько переводов с латыни. С другой стороны, за ним закрепилась репутация импульсивного и упрямого молодого человека, склонного улаживать споры с помощью силы. В 1589 году его ненадолго посадили в тюрьму за участие в уличной драке, в которой был убит человек. Через три года он был вызван в суд за нападение на стражей порядка. Весной 1593 года ему предъявили обвинение в гораздо более серьезном преступлении.

Отрицая Иисуса

Защищая свое королевство от испанского вторжения, а трон от соперницы-католички, шотландской королевы Марии, Елизавета полагалась на секретную службу - структуру, тщательно разработанную ее предприимчивым государственным секретарем сэром Фрэнсисом Уолсингемом. Нередко расходуя собственные средства, Уолсингем содержал при иностранных дворах сеть шпионов, которые информировали его о любых угрозах его государыне. Именно Уолсингем в 1586 году раскрыл заговор Энтони Бабингтона, который покушался на жизнь королевы, а в 1587 году добился обвинения и казни королевы Шотландии. Именно он в том же самом году предупредил королеву Елизавету о подготовке к вторжению Непобедимой армады и безуспешно убеждал ее принять оборонительные меры.

Несмотря на то, что летом 1588 года огромный флот Филиппа был разбит, весной 1593 года угроза со стороны Испании возникла вновь. Когда по ночам на стенах лондонских домов стали появляться подстрекательские плакаты. Тайный совет назначил следственную комиссию, облеченную правом входа в частные дома в поисках следов измены. Во время облавы 12 мая члены комиссии обнаружили бумаги Томаса Кида, другого молодого драматурга, с которым когда-то жил Марло.

В бумагах Кида не было доказательств предательства, однако в захваченных документах нашлись высказывания, отрицавшие божественную сущность Иисуса Христа. Это было богохульство, караемое смертью. Всего за год до этого один из стипендиатов Колледжа Тела Христова умер на костре за подобные взгляды. Кид отрицал, что эти документы написаны им, однако признался - под пыткой, - что бумаги принадлежат Марло.

<Признание> Кида поставило секретную службу в неловкое положение. Годами Марло использовали в качестве секретного курьера на континент, а во время ареста Кида он гостил у сэра Томаса Уолсингема, младшего кузена сэра Фрэнсиса, в Скэдбери (графство Кент) в 19 километрах от Лондона. 18 мая в Скэдбери Марло был вручен вызов в суд. Его отпустили под залог без предъявления обвинения, приказав быть готовым явиться для дачи показаний в течение суток после вызова. Через двенадцать дней труп Марло лежал на полу гостиницы в Дептфорде.

Роковая приписка

Самой знаменитой жертвой секретной службы сара Фрэнсиса Уолсингсма стала Мария Стюарт, королева Шотландии. В 1567 году ей пришлось отречься от престола в пользу своего малолетнего сына Джеймса VI. В следующем году, после провала восстания, которое должно было вернуть ей трои, Мария спешно бежала в Англию под защиту своей кузины Елизаветы I. Однако незамужняя и бездетная королева Англии считала Марию своей соперницей и немедленно приказала ее арестовать. Через 18 лет, попрежнему томясь в заключении, Мария Стюарт оказалась замешанной в заговоре с целью убить Елизавету и посадить, на английский трон монарха-католика, то есть себя.

Заговор возглавлял 25-летний сельский сквайр Энтони Бабингтон. Тайно воспитанный в католической вере, он когда-то служил пажом графа Шрусбери, тюремщика Марии. Не исключено, что именно тогда он был очарован прекрасной королевой. Летом 1586 года он начал писать Марии о своих планах спасти ее и устранить королеву Елизавету. Агенты Уолсингема перехватывали их переписку, но, прочитав обличающие документы, снова запечатывали их и направляли но адресу. К письму Марии от 17 июля сэр Фрэнсис сделал поддельную приписку с просьбой назвать сообщников Бабингтона. Один из них, священник Джон Боллард, был арестован 4 августа. Под пыткой он назвал остальных. Через 10 дней Бабингтон был схвачен. В середине сентября заговорщиков судили, вынесли им приговор и казнили.

Теперь у Елизаветы был предлог для того, чтобы устранить беспокойную царственную узницу. Мария предстала перед судом и была признана виновной в одобрении заговора с целью убить королеву. 8 февраля 1587 года она была казнена в большом зале замка Фотерингей.

Человек, который слишком много знал

Если Марло обвинялся в богохульстве, то почему его отпустили на свободу? Почему его не стали пытать, как Кида, чтобы вырвать признание в ужасном преступлении? Почему вместо этого ему дали возможность встретиться со столь сомнительными личностями 30 мая?

Полагают, что в секретную службу Уолсингема проникли двойные агенты - люди, уверявшие, что служат королеве, а в действительности мечтавшие о ее замене католическим монархом. Среди таких двойных агентов был Роберт Поули, попавший в тюрьму после заговора Бабингтона, но выпущенный на свободу и вновь принятый в ряды секретной службы. Возможно, Марло знал, что Поули продолжает свою предательскую деятельность; под пыткой он мог сломаться и назвать имя Поули и других предателей Елизаветы. Может быть, ради их безопасности Марло необходимо было убрать. Не в этом ли крылась причина гулянки в Дептфорде? Не была ли пьяная драка тщательно отрепетированным убийством? А может, в тот вечер Марло вовсе не был жертвой?

В 1955 году писатель Кальвин Гофман выдвинул теорию, согласно которой заговорщики, в их число входил и сам Марло, заманили в дептфордскую гостиницу безымянного моряка, убили его и состряпали историю о гибели Марло в драке - после чего Марло взял себе новое имя - Уильям Шекспир - и в последующую четверть века продолжал писать принесшие ему бессмертие пьесы. Несмотря на то что конец карьеры Кристофера Марло совпадает с началом успеха Шекспира, ученые единодушно отвергли теорию Гофмана как маловероятную.

Никто никогда не узнает всю правду о смерти Марло. Среди современников были такие, кто приветствовал его смерть как Божью кару безбожнику, богохульнику и <непристойному писаке>. Однако потомки скорбят о его преждевременной гибели.

В тот вечер 30 мая 1593 года английская литература потеряла великого драматурга, возможно не менее великого, чем Уильям Шекспир. Всего за год до этого Шекспир переехал из Стратфорда в Лондон, где его пьесы начали приобретать верных поклонников.

Однако Марло, не подозревая того, сам написал себе эпитафию. В эпилоге самой известной из его пьес, <Доктор Фауст>, он говорит: <Сломалась ветвь, пленявшая красою…> Не исключено, что из-за его смерти в 29 лет многие шедевры остались ненаписанными.


Участь семьи

Романовы правили Россией более трех столетий, пока революция 1917 года не сбросила их с престола. Год спустя низложенный царь Николай II и вся его семья были убиты. А может, кто-то из них спасся?

Императорская Россия с гордостью и едва ли не с радостью вступила в войну летом 1914 года как союзница Великобритании и Франции против Германии и Австро-Венгрии. Однако Первая мировая война обернулась катастрофой для страны и для династии Романовых. К марту 1917 года, потеряв миллионы убитыми, страна дрогнула. В столице, Петрограде, народ устраивал голодные бунты, студенты присоединялись к бастующим рабочим, а вызванные для наведения порядка войска сами поднимали мятеж. Царю Николаю II, спешно вызванному с фронта, где он лично командовал императорской армией, поставили ультиматум: отречение. Ради себя и своего болезненного 12-летнего сына он отказался от трона, который его семья занимала с 1613 года, <отрекся как эскадрон сдал>, - заметил впоследствии один из присутствовавших офицеров. Впрочем, в своем дневнике царь раскрыл свои подлинные чувства: <Кругом измена, трусость и обман!>

Временное правительство во главе с Александром Федоровичем Керенским немедленно поместило семью бывшего императора под домашний арест в Царском селе - элегантном ансамбле дворцов под Петроградом, укрывавшем их от тягот войны. Вместе с Николаем, императрицей Александрой Федоровной и царевичем Алексеем там были четыре дочери царя, великие княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия, старшей из которых было 22 года, а младшей - 16 лет.

В Сибирь - для безопасности

Если не считать унижения, вызванного почти постоянным наблюдением, Николай П и его семья практически не испытывали лишений в течение месяцев заключения в Царском селе. Освободившись от бремени власти, бывший царь колол дрова, сажал огород, катал детей на лодке или гулял с ними по паркам, а по вечерам читал вслух всей семье. Будучи слабым и податливым правителем, Николай Романов - так его теперь называли - всегда оставался преданным семьянином. И это, частично, стало причиной его падения.

В России давно уже не было секретом, что Николаем управляла его жена Александра, немецкая принцесса, на которой он женился в 1894 году. После рождения четырех дочерей появление Алексея стало для них счастьем. Однако радость вскоре сменилась отчаянием - ребенок страдал гемофилией; малейшая травма вызывала безостановочное кровотечение, и за мальчиком требовалось постоянное наблюдение.

После 1907 года Александра Федоровна и ее муж попали под влияние темной личности - монаха Григория Распутина, которому они приписывали чудесное излечение многочисленных недугов Алексея. 31 декабря 1916 года Распутин был убит презиравшими его дворянами - это нанесло царской семье почти такой же удар, как и вынужденное отречение от престола через два с небольшим месяца после этого.

К лету 1917 года Керенского начали беспокоить заговоры: с одной стороны, большевики стремились устранит!, бывшего царя; с другой - сохранившие верность царю монархисты хотели спасти Николая и вернуть ему трон. Ради безопасности Керенский решил отправить своих царственных пленников в Тобольск, отдаленный сибирский город более чем в 1500 километрах к востоку от Уральских гор. 14 августа Николай, его жена и пятеро детей в сопровождении примерно 40 слуг отправились из Царского села в шестидневное путешествие на тщательно охраняемом поезде. За два дня до этого семья отпраздновала в заточении тринадцатый день рождения Алексея.

<Дом особого назначения>

Революция, прокатившаяся по России, вскоре смела Керенского, который пытался защитить царскую семью. В ноябре большевики захватили власть и заключили сепаратный мир с Германией и Австро-Венгрией - Брест-Литовский мирный договор был подписан в марте 1918 года. Перед новым вождем России Владимиром Лениным стояло много проблем, в том числе - что делать с бывшим царем, ставшим теперь его пленником.

В апреле 1918 года, когда Белая армия - сторонники царя, противостоявшие большевикам, - продвигалась к Тобольску вдоль Транссибирской железной дороги, Ленин приказал перевезти царскую семью в Екатеринбург, находившийся на западном конце дороги. Большевики реквизировали для Николая и его семьи двухэтажную резиденцию купца Ипатьева, дав ей зловещее название <Дом особого назначения>.

Нижний этаж был полуподвальным и состоял из кухни и кладовых. Пять комнат в верхнем этаже были отведены семье бывшего царя, их личному врачу Евгению Боткину и нескольким остававшимся с ними слугам. Дом, отгороженный от чужих взглядов высоким забором и выбеленными окнами, через которые нельзя было ни заглянуть внутрь, ни выглянуть наружу, постоянно находился под усиленной охраной отряда местных большевиков. Охранниками, большую часть которых составляли бывшие заводские рабочие, командовал Александр Авдеев, неотесанный и часто напивавшийся рабочий, которому нравилось называть бывшего царя Николаем Кровавым.

Члены царской семьи и слуги ели два раза в день из общего котла, причем охранники нередко угощались из того же котла через головы обедающих. Бывших великих княжон сопровождали даже в туалет, стены которого были изгажены непристойными карикатурами, изображавшими их мать с Распутиным. На слабый протест Николая против такого унизительного обращения Авдеев пригрозил ему тяжелой работой.

К этому времени Алексей настолько ослаб, что отцу приходилось выносить его во двор для ежедневной прогулки в кресле-каталке по пыльному саду. В бороде 50-летнего Николая засеребрилась седина, но он всегда был аккуратно одет в простую солдатскую форму защитного цвета. У Александры Федоровны, по словам одного из охранников, <был вид и манеры мрачной высокомерной женщины>.

Подъем после полуночи В начале июля Александра Авдеева сменил Яков Юровский, начальник местного отряда Ч К. <Этот тип нам нравится меньше всех>, - написал Николай в своем дневнике 10 июля. Через два дня из Москвы прибыл курьер с приказом не допустить, чтобы бывший царь попал в руки белых. Промонархистская армия, к которой присоединился 40-тысячный чешский корпус, неуклонно продвигалась на запад к Екатеринбургу, несмотря на сопротивление большевиков.

Где-то после полуночи в ночь с 16 на 17 июля 1918 года Юровский разбудил членов царской семьи, приказал им одеться и велел собраться в одной из комнат на первом этаже. Он им сообщил, что белые уже ведут бои на улицах города. Грузовик с заведенным мотором ждал царскую семью на улице. Александре и больному Алексею принесли стулья, Николай, четыре царевны, д-р Боткин и четверо слуг остались стоять. Зачитав подписанный большевиками смертный приговор, Юровский выстрелил Николаю в голову - это был сигнал другим участникам расстрела открыть огонь по заранее указанным целям. Тех, кто не умер сразу, закололи штыками.

Тела побросали в грузовик и отвезли в заброшенную шахту за городом, где их изуродовали, облили кислотой и сбросили в забой. 17 июля правительство в Москве получило из Екатеринбурга зашифрованное сообщение: <Сообщите Свердлову, что всех членов семьи постигла та же участь, что и ее главу. Официально, семья погибла при эвакуации>.

Великая княжна или самозванка?

Вечером 17 февраля 1920 года полицейский вытащил из канала в Берлине молодую женщину лет двадцати. Поскольку она отказалась назвать свое имя или отвечать на вопросы о том, что привело ее к попытке самоубийства, женщину поместили в психиатрическую клинику. Молодая женщина, у которой нашли <психическое расстройство депрессивного характера>, в конце концов призналась сиделке, что она - великая княжна Анастасия, младшая из четырех дочерей русского царя Николая II и его жены, царицы Александры. Она заявила, что одна из всей семьи спаслась в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 года. Она была не единственной претенденткой на роль пережившей кровавую бойню: за ней будут другие Анастасии и даже один Алексей, который объявился в Польше в 60-х годах и заявил, что всей семье удалось бежать из России.

После Первой мировой войны в Европе проживали несколько членов российской императорской фамилии, по большей части обедневших, которым удалось избежать большевистских чисток. Лучшим способом установить подлинную личность девушки из Берлина, которая называла себя Анной Андерсон, - было дать ей встретиться с кем-либо из потенциальных родственников. Лишь двое из них согласились на такую встречу: сестра Николая, великая княгиня Ольга, и сестра Александры, прусская принцесса Ирена. Когда эти две тетки не признали претензии Анны Андерсон, остальные последовали их примеру. К 1928 году 12 Романовых и трое из немецких братьев и сестер Александры отвергли ее как самозванку.

Тем не менее у Анны Андерсон попрежнему оставались сторонники. Татьяна Боткина, дочь расстрелянного вместе с императорской семьей их личного врача, видела Анастасию уже в период ее заключения в Тобольске и поверила в историю Анны. Один из сыновей принцессы Ирены подготовил список вопросов, на которые могла ответить только Анастасия. Ответы Анны Андерсон его убедили. Его мать позднее признала, что между той Анастасией, которую она помнила, и Анной Андерсон имелось поразительное сходство.

Встреча великой княгини Ольги и молодой женщины, утверждавшей, что она - ее племянница Анастасия, произошла в октябре 1925 года в берлинской больнице, где Анна выздоравливала после тяжелого приступа туберкулеза.

При расставании Анна залилась слезами; великая княгиня расцеловала ее и пообещала писать. <Мой разум не в силах этого понять, но мое сердце говорит мне, что эта малышка - Анастасия>, - сказала Ольга своей подруге. За визитом последовали нежные письма Ольги, приходившие до Рождества. Затем - молчание, а в январе 1926 года - отречение. До самой своей смерти в 1984 году Анна Андерсон будет ломать голову над этим внезапным отказом.

Несмотря на опубликованную книгу <Я - Анастасия>, Анне Андерсон так никогда и не удалось убедительно объяснить свое спасение. Ее рассказ о том, как она выжила и была спасена большевистским охранником, ставшим впоследствии ее любовником, похожа скорее на романтическую повесть, чем на достоверную историю. Фильм, за который Ингрид Бергман в 1956 году получила <Оскара>, также убедил не многих. После целой серии рассмотрении этого дела в 1958-1970 годах западногерманские суды вынесли окончательный вердикт о том, что ее претензии не могут быть ни доказаны, ни опровергнуты.

Два следствия

Описанная выше история той роковой ночи преимущественно основана на результатах тщательного расследования, проведенного белыми, захватившими Екатеринбург через неделю. Но верна ли она? Факты изучались двумя следователями.

Первый следователь пришел к выводу, что Николай действительно был казнен в ночь с 16 на 17 июля, однако бывшей царице, ее сыну и четырем дочерям сохранили жизнь. Этого было недостаточно для того, чтобы заклеймить большевиков как кровавых убийц и вызвать за рубежом сочувствие к мученикам семьи Романовых. Вот почему в начале 1919 года было проведено новое следствие.

Официальным следователем по <делам исключительной важности>, а исчезновение всей семьи Романовых было, без сомнения, событием исключительной важности в революционной России, был назначен Николай Соколов. Он обнаружил в шахте такие трогательные улики, как миниатюрная булавка, которую царевич использовал в качестве рыболовного крючка, драгоценные камни, которые были зашиты в поясах у великих княжон, и скелет крошечной собаки, очевидно любимицы княжны Татьяны. Однако из реальных человеческих останков были найдены только небольшие фрагменты кости и отрезанный палец женщины средних лет, предположительно императрицы Александры. Где же были остальные тела?

К концу лета 1919 года, когда белое движение стало слабеть, Соколов бежал и в конце концов добрался до Европы. Он опубликовал результаты своих исследований только в 1924 году, нарисовав картину жестокости большевиков, которой мир к тому времени готов был поверить. В 1921 году председатель Екатеринбургского Совета Павел Быков опубликовал свою версию последних дней жизни царя, подтвердив гибель его семьи.

Противоречивые истории

Три четверти века ученые, изучавшие это дело, оспаривали вывод Соколова о том, что вся семья Романовых была расстреляна в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, указывая на имеющиеся противоречия. Например, когда 19 июля большевики объявили о казни бывшего царя, они сообщили, что Александра Федоровна и ее дети <были отправлены в безопасное место>. Эта версия была опубликована через четыре дня в Екатеринбурге. Кроме того, осенью 1918 года большевики вели переговоры с Германией об обмене бывшей императрицы - урожденной немецкой принцессы - и ее детей на русских политзаключенных.

Одним из первых иностранцев, побывавших в Екатеринбурге после возможного убийства, был сэр Чарлз Элиот, британский консул в Сибири. После разговора с первым следователем Белой армии Элиот сообщил своему начальству, что, по его мнению, бывшая царица и ее дети уехали из Екатеринбурга поездом 17 июля. Он считал, что кровавые истории о бойне были сфабрикованы. Примерно в то же время брат Александры великий герцог Эрнст Людвиг Гессенский послал через нейтральную Швецию другой своей сестре, маркизе Милфорд-Хэвен, в Англию известие о том, что Александра в безопасности. Предположительно, эта информация поступила от секретного агента Германии в России.

Тем не менее, поскольку бывшая царица и ее дети так и не появились и после того, как был опубликован отчет Соколова, вывод о гибели всей семьи постепенно стал общепринятым. Различных претендентов на роль переживших эту ужасную трагедию считали самозванцами, а легенду о том, что в ту ночь погибли не все Романовы, заклеймили как явную фантазию.

При более тщательном изучении

По прошествии нескольких десятилетий изменение официальной версии казалось маловероятным. Однако в начале 70-х годов английские журналисты Энтони Саммерс и Том Менгольд обнаружили официальные документы расследования Соколова. Изучая дело, Саммерс и Менгольд пришли к убеждению, что Соколов не только опустил ряд важных улик - он не допросил ни одного свидетеля, - но и, возможно, фальсифицировал часть информации.

Прежде всего, это касалось шифрованной телеграммы, направленной в Москву 17 июля с сообщением о смерти всей семьи. Она была включена в дело только в январе 1919 года, после того, как был отстранен первый следователь, и до того, как его сменил Соколов. Не была ли она устраивавшей всех подделкой?

Далее - улики с заброшенной шахты. Соколов нашел отрубленный палец и скелет собачки через несколько месяцев после казни. Любого маленького зверька могли бросить в шахту и опознать в качестве собачки Романовых. А если палец действительно принадлежал бывшей царице, то где же были остальные части тела?

Скелеты

В 1988 году новая политика гласности в Советском Союзе позволила увидеть свет сенсационным фактам.

Бывшему следователю МВД и известному сценаристу Гелию Рябову удалось в конце 70-х годов разыскать детей Якова Юровского. Сын Юровского передал Рябову секретный отчет с подробным описанием захоронения тел. В отчете говорилось, что трупы действительно изуродовали и сбросили вместе с ручными гранатами в ствол заброшенной шахты, однако взрывы не привели к ее завалу. Поэтому Юровский, опасаясь, что наступающие белые найдут тела, приказал вырыть их и перенести в другое место.

Новая информация воодушевила Рябова, и, не дожидаясь подходящего политического момента, он немедленно начал действовать. Из опасения, что его обнаружат, Рябов вел раскопки по ночам. Ему помогали местные энтузиасты - историк и геолог. Последний, взобравшись на дерево, увидел едва заметные следы старой дороги, по которой следовал грузовик с телами. Так были найдены первые кости. Через несколько лет он рассказал о том, что чувствовал, увидев <эти зеленовато-черные кости со следами кислотных ожогов. В одном из черепов было пулевое отверстие>.

Рябов опубликовал отчет о своих находках в 1988 году. Однако официальное подтверждение стало возможным только после того, как российские археологи провели на этом месте раскопки в июле 1991 года. Было извлечено девять скелетов. Пять из них принадлежали родственникам - Николаю, Александре и троим из их пятерых детей. Четыре скелета - троим слугам и д-ру Боткину, семейному врачу. Современная наука помогла раскрыть эту тайну. Сначала был сделан компьютерный анализ (сравнение черепов с фотографиями), а затем проведено сравнение генов, так называемое сличение отпечатков ДНК. Проба крови была взята у британского принца Филиппа, бабушка которого по материнской линии приходилась сестрой бабушке царицы Александры. В результате - полное совпадение у четырех скелетов, которые отныне считаются скелетами Александры и трех ее дочерей. В 1993 году был идентифицирован череп Николая.

А как же Алексей и Анастасия? Действительно ли их тела были сожжены? Или же им удалось спастись? Возможно, русская земля еще вернет нам их останки.


Королевский треугольник

Королеве Англии всего 25 лет, и она - желанная невеста для любого европейского принца. Но она не скрывает от своего двора, что у нее только один истинный фаворит - лорд Роберт Дадли. Сможет ли она преодолеть серьезное препятствие, чтобы выйти за него замуж?

Отец и дед лорда Роберта Дадли были казнены за измену, однако удача стала сопутствовать ему со вступлением Елизаветы I на английский престол 17 ноября 1558 года.

Родившись в один день 25 лет назад, они были друзьями с детства. В годы правления королевы Марии, сводной сестры Елизаветы, Дадли продал свое поместье, чтобы обеспечить изгнанную принцессу. Теперь одним из первых актов королевы Елизаветы I стало назначение Дадли на должность главного конюшего - весьма высокий пост при дворе. Через 11 дней, когда королева проезжала по Лондону, чтобы вступить во владение лондонским Тауэром, ее сопровождал высокий смуглый красавец Лестер Роберт Дадли, прозванный острословами Цыганом.

Королева осыпала Дадли новыми милостями, пожаловав ему поместья, лицензию на беспошлинный вывоз шерстяных товаров и назначив его лейтенантом Виндзорского замка и леса. Она никогда не отпускала его далеко от себя, хвалясь его красотой и умом перед всеми, кто се слушал, и защищая его от любой критики. Получив список предлагаемых послов к иностранным дворам, Елизавета быстро вычеркнула из него имя Дадли: она явно хотела, чтобы он остался при дворе. К весне испанский посол писал на родину, что Дадли был в таком фаворе у королевы, что мог делать практически все, что захочет. <Говорят даже, что Ее Величество посещает Дадли в его комнате днем и ночью>, - добавлял посол.

Одной из насущных забот королевы был брак и обеспечение наследника трона. Ее отец Генрих VIII шокировал свою страну и большую часть Европы шестью браками и оставил королевство наследникам, оспаривавшим его друг у друга. В течение 11 лет после смерти Генриха Англией правил его единственный сын, слабовольный Эдуард VI, который умер в 16 лет. Старшая дочь Генриха, Мария, не пользовавшаяся популярностью, правила всего пять лет и не оставила наследника; и наконец, на престол вступила Елизавета, дочь Анны Болейн, второй жены Генриха.

Немедленно появились претенденты из Европы: шведский принц, герцог Саксонии и племянник испанского короля. Впрочем, Елизавета могла отвергнуть эти иностранные союзы и выбрать жениха в Англии. Кто же подойдет для этого лучше, чем ее фаворит лорд Роберт Дадли?

Неудобная Эми Робсарт

Перед браком Елизаветы и Дадли стояло одно препятствие: красавец кавалер уже был женат. Девять лет назад, незадолго до своего семнадцатилетия, Дадли женился на Эми Робсарт, единственной дочери сельского помещика и наследнице большого имения. Среди гостей на свадьбе была и Елизавета - тогда еще принцесса.

Сначала пара казалась счастливой, однако Дадли все больше увлекался придворной жизнью в Виндзоре, оставляя жену в деревне на все более и более продолжительные периоды. Их союз был бездетным.

К тому времени, когда о Дадли шептались как о любовнике, а возможно, и будущем муже молодой королевы, его жена жила в поместье под Оксфордом, примерно в 80 километрах к северо-западу от Лондона. Вместе с прислугой она занимала покои в Камнор-Холле, бывшем монастыре, где жили еще две семьи.

В воскресенье 8 сентября 1560 года сельскую тишину Камнор-Холла нарушили приготовления к отъезду на сельскую ярмарку в соседней деревне Абингдон. Леди Дадли дала слугам выходной по случаю празднества, а сама решила остаться дома, в совершенно пустом здании. Вечером, когда слуги вернулись домой, перед ними предстало ужасное зрелище: их госпожа лежала со сломанной шеей у подножия лестницы, которая вела из ее комнаты в главный зал.


Долгие сумерки романа

Немедленно поползли гнусные слухи, обвинявшие Дадли в смерти жены, и королеве пришлось запретить ему появляться при дворе до завершения следствия. <У меня нет иного способа очиститься от злобных наветов, которые, я знаю, будет распространять порочный свет, кроме одного - выяснить чистейшую правду>, - писал Дадли. Но в чем заключалась правда? Говорят, что соперница Елизаветы Мария Стюарт сказала: <Королева Англии собирается замуж за своего конюха, который убил жену, чтобы освободить для нее место>.

Елизавета объявила при дворе траур по леди Дадли. Через две недели после отпевания ее похоронили в королевской часовне. В конечном счете с лорда Роберта Дадли сняли все обвинения в смерти жены и позволили ему вернуться ко двору. Он попрежнему оставался фаворитом королевы и, не будучи более обремененным нежеланной женой, рассматривался некоторыми в качестве ее возможного супруга.

Была ли смерть Эми Робсарт несчастным случаем или она стала жертвой грязной игры? История, аналогично следствию того времени, склонна оправдать лорда Роберта Дадли. Известно, что его жена страдала раком груди, и часто слышали, как она молит Бога избавить ее от этой муки. На поздних стадиях болезни рак нередко распространяется на позвоночник и так ослабляет его, что даже от слабого удара можно сломать шею. Падение с лестницы могло привести к преждевременной гибели.

Теперь, когда Эми Робсарт так своевременно освободила дорогу, королева могла выбирать между браком с Дадли и флиртом - и она выбрала последнее. Через несколько лет она сделала Дадли графом Лестерским. но когда он попытался получить власть при дворе, королева резко его осадила: <Здесь будет только одна госпожа, и никакого господина>. Дадли преданно служил королеве в течение трех последующих десятилетий, рискнув, однако, навлечь на себя ее неудовольствие двумя последующими женитьбами.

Что касается Елизаветы, она заставила королевство, да и всю Европу, гадать о своих брачных планах большую часть своего 45-летнего царствования - даже после того, как годы лишили ее возможности иметь детей. К концу века она завела себе нового фаворита, намного моложе себя: Роберта Деверо, графа Эссекса. Впрочем, она не вышла замуж и за Деверо, а когда он попытался захватить власть, велела арестовать его и казнить. Королева-девственница, как ее называли, умерла в 1603 году незамужней и бездетной, уступив свой престол сыну Марии Стюарт, королевы Шотландии.


В безымянной могиле

Вольфганг Амадей Моцарт, музыкальный чудо-ребенок, начал давать концерты для европейской знати и сочинять первые произведения в шесть лет. Через тридцать лет, в зените славы, он умер после недолгой болезни. Был ли он отравлен?

Даже через несколько десятков лет Зофи Хайбль, младшая сестра жены Моцарта Констанцы, прекрасно помнила зловещее предзнаменование. В первое воскресенье декабря 1791 года она на кухне готовила кофе для матери. Накануне Зофи была в Вене в гостях у заболевшего шурина и вернулась домой с известием о том, что ему стало лучше. Теперь, ожидая, пока закипит кофе, Зофи задумчиво смотрела на яркое пламя лампады и думала о занемогшем муже Констанцы. Внезапно пламя погасло, <полностью, словно лампа никогда не горела>, позже написала она. <На фитиле не осталось ни искорки, хотя не было ни малейшего сквозняка - за это я могу поручиться>. Охваченная ужасным предчувствием, она бросилась к матери, которая посоветовала ей немедленно вернуться в дом Моцарта.

Констанца встретила сестру с облегчением. Она сообщила, что Моцарт провел беспокойную ночь, и попросила ее остаться. <Ах, дорогая Зофи, как я рад, что ты пришла, - сказал композитор. - Останься сегодня с нами, чтобы присутствовать при моей смерти>. С Моцартом был его ассистент Зуссманер, которому композитор давал указания относительно завершения его последнего сочинения - заупокойной мессы. Вызвали священника, а затем врача, который велел прикладывать к пылавшему лбу больного холодные компрессы. Примерно за час до полуночи Моцарт потерял сознание; он умер в 0.55 5 декабря 1791 года. Бывший вундеркинд и плодовитый композитор не дожил двух месяцев до своего 36-летия.

Постоянно испытывая нужду в деньгах, Моцарт большую часть года лихорадочно работал над завершением важных заказов. Друзьям и родным он казался нервным и изнуренным чрезмерной работой. Тем не менее, когда 20 ноября он слег, никому не пришло в голову, что эта болезнь окажется смертельной. Второй муж Констанцы Георг Николаус Ниссен перечислил симптомы недуга в биографии композитора, опубликованной в 1828 году: <Все началось с отеков кистей рук и ступней и почти полной невозможности двигаться, затем последовала рвота. Это называют острой сыпной лихорадкой>. Диагноз был подтвержден в официальной книге регистрации умерших Вены.

Сам Моцарт подозревал, что дело нечисто. За несколько недель до смерти он сказал Констанце, что его травят ядом: <Мне дали “аква-тофану” и рассчитали точное время моей смерти>. <Аква-тофана>, медленно действующий яд без запаха на основе мышьяка, назван по имени Джулии Тофины, итальянской колдуньи XVII века, которая изобрела этот состав. Моцарт решил, что <Реквием>, заказанный ему таинственным незнакомцем, предназначен для его собственных похорон.

31 декабря 1791 года берлинская газета сообщила о смерти композитора, выдвинув предположения относительно ее причины: <Поскольку тело раздулось после смерти, некоторые считают, что его отравили>. В записке без даты старший сын Моцарта Карл Томас вспоминает, что тело его отца так вздулось и запах разложения был так силен, что вскрытие не производилось. В отличие от большинства трупов, которые холодеют и теряют гибкость, тело Моцарта оставалось мягким и эластичным, как у всех отравленных.

Но кому понадобилась смерть Моцарта? Вдова не придавала особого значения слухам об отравлении и никого не подозревала.

Зависть Сальери

Антонио Сальери, который был старше Моцарта всего на пять лет, был назначен придворным композитором императора Иосифа II в 1774 году. Ему было 24 года. Когда через семь лет в Вену приехал Моцарт, итальянец был ведущим музыкантом австрийской столицы, высоко ценившимся аристократами, и фаворитом требовательных венских поклонников музыки. Сальери писал много и легко. Позднее среди его учеников были Бетховен, Шуберт и Франц Лист. Но в Моцарте он быстро разглядел соперника - гения, с талантом которого ему никогда не удастся сравниться. В музыкальных кругах Вены мало кто сомневался, что Сальери завидовал Моцарту, а Моцарт не делал секрета из своего презрения к придворному композитору.

Сальери дожил до того дня, когда в 1824 году вся Вена праздновала пятидесятую годовщину его назначения придворным композитором. Однако за год до этого он сделал поразительное заявление. В октябре 1823 года один из учеников Бетховена по имени Игнац Москелес навестил престарелого Сальери в одной из пригородных клиник.

Сальери, который мог говорить только отрывочными предложениями и был занят мыслью о грядущей смерти, поклялся честью в том, что <в этом абсурдном слухе нет ни слова правды; вам известно, что меня обвиняют в отравлении Моцарта>. Это гнусная клевета, заявил он потрясенному Москелесу, <передайте миру… старый Сальери, который скоро умрет, сказал вам это>. Через месяц Сальери попытался покончить жизнь самоубийством. Посещавшие его люди сообщали, что у него галлюцинации, связанные с виной в смерти Моцарта и он хочет признаться в своем грехе. Год спустя весьма почитаемый придворный композитор скончался.

Итальянский биограф Гайдна Джузепне Карпани постарался спасти честь своего соотечественника. Он нашел врача, к которому обращались во время последней болезни Моцарта, и узнал от него диагноз: суставный ревматизм. Если Моцарт был отравлен, где доказательства, задавал вопрос Карпани. <Бесполезно спрашивать. Доказательств не было, и найти их невозможно>.

После смерти мужа Констанца послала младшего сына брать уроки у Сальери. Когда его спросили о слухах относительно того, что придворный композитор отравил его отца, мальчик сказал, что Сальери не убивал Моцарта, <но поистине отравил ему жизнь интригами>. Сам Сальери якобы сказал: жаль, что Моцарт умер таким молодым, хотя для других композиторов это к лучшему: проживи он подольше, <ни одна живая душа не дала бы и корки хлеба за нашу работу>.

Ревнивый муж

Вторым подозреваемым в предполагаемом убийстве был Франц Хофдемель, брат масонской ложи, в которой состоял композитор. Его очаровательная молодая жена Магдалена была одной из последних учениц, бравших у Моцарта фортепьянные уроки. Через несколько дней после смерти Моцарта Хофдемель яростно набросился на свою беременную жену с бритвой, искалечив и изуродовав ее лицо, горло и руки, а затем покончил с собой. Магдалена выжила и через пять месяцев родила ребенка, отцом которого, по слухам, был Моцарт.

Старшая сестра Моцарта Мария Анна однажды заметила, что ее брат давал уроки молодым женщинам только тогда, когда был в них влюблен. А щепетильный Людвиг ван Бетховен через много лет после смерти Моцарта отказался играть в присутствии Магдалены, потому что <между нею и Моцартом существовала слишком тесная близость>. Однако наблюдения современников и сохранившиеся письма Моцарта указывают на то, что он был глубоко предан Констанце, и не было никаких доказательств его внебрачных связей. Наконец, императрица Мария-Луиза проявила личное участие к трагедии Магдалены, что она вряд ли сделала бы, если бы в историях об отцовстве младенца содержалась хоть капля правды.

Месть франкмасонов?

Вскоре после смерти Моцарта появился и еще один слух: композитор заслужил кару за то, что раскрыл секреты франкмасонов в опере <Волшебная флейта>. Премьера аллегорической оперы состоялась в Вене 30 сентября 1791 года. Дирижировал сам Моцарт, и опера имела огромный успех у критиков и публики. В числе восхищенных поклонников был Антонио Сальери, который сопровождал Моцарта на следующий спектакль и заявил - о чем Моцарт с гордостью писал Констанце, - что он никогда не видел <более прекрасной постановки>.

Несмотря на то что <Волшебная флейта> могла поразить некоторых членов масонской ложи, композитор и его либреттист Иоганн Эмануэль Шиканедер использовали оперу для распространения идей тайного общества о мужестве, любви и братстве среди широкой публики. Эта тема трактовалась с симпатией, уважением и толикой доброго юмора.

Венские франкмасоны не только не обиделись на оперу, но и заказали Моцарту кантату, которую он набросал за несколько дней между премьерой <Волшебной флейты> и своей смертельной болезнью. Через несколько дней после смерти Моцарта великий магистр его ложи воздал ему должное как <наиболее любимому и достойному> из ее членов и назвал кончину композитора <невосполнимой потерей>. В 1792 году венские франкмасоны организовали постановку кантаты в пользу вдовы Моцарта и его сыновей.

Поспешные похороны

Поскольку Констанца в момент смерти мужа испытывала денежные затруднения, она выбрала наиболее дешевые похороны, стоимость которых можно оценить в 30 долларов. В 14.30 7 декабря 1791 года тело перевезли в собор Св. Стефана, где несколько провожающих - включая, как полагают, Сальери - выслушали благословение священника в боковом приделе. Считается, что дождь со снегом помешал присутствующим проводить катафалк на кладбище Св. Марка, находившееся примерно в часе ходьбы от собора. Вот почему никто не отметил места, где тело было захоронено в общей могиле. В действительности один из современников записал в дневнике, что 7 декабря было теплым, хотя и туманным днем.

Позднее, ссылаясь на то, что церковь должна была поставить на могиле ее мужа крест или плиту, Констанца не стала ставить памятник Моцарту. Только в 1859 году на кладбище Св. Марка был воздвигнут мраморный монумент, о точности местоположения которого можно было только догадываться.

Франкмасоны: преследуемое тайное общество

В декабре 1784 года Моцарт был принят в небольшую венскую масонскую ложу <Милосердие>, которая впоследствии слилась с главной ложей столицы <Новая венценосная надежда>. Франкмасонское движение, корни которого уходят в средневековую гильдию резчиков по камню и строителей соборов, в начале XVIII века быстро распространилось из Англии по всей Европе.

Во времена Моцарта членство в этой интеллектуальной организации служило признанием успеха и было честью, которой добивались. Молодой композитор с энтузиазмом принимал участие в масонских ритуалах и сочинял музыку для тайных церемоний. В письме к отцу в 1787 году он признался, что членство в ложе помогло ему преодолеть страх смерти.

Однако секретное общество подверглось нападкам со стороны римской католической церкви, а затем со стороны некоторых самодержцев. Император Иосиф 11 поручил австрийской полиции следить за его деятельностью. Последняя опера Моцарта <Волшебная флейта> была задумана как хвала и защита преследуемой организации.

В Соединенных Штатах франкмасонство было не менее популярно и в числе первых членов этого общества были Джордж Вашингтон и Бенджамин Франклин. Таинственное исчезновение в 1826 году Уильяма Моргана из штата Нью-Йорк, разгласившего секреты своей ложи, повлекло за собой расследование, в ходе которого обнаружилось, что многие должностные лица штата являются масонами. В качестве ответного удара некая антимасонская политическая партия выдвинула кандидатов на пост президента в 1832 и 1836 годах.

Медицинское расследование

Таинственная смерть и поспешные похороны Моцарта служили объектом острых споров и спекуляций в течение двух веков. В 1966 году швейцарский врач Карл Бэр назвал поставленный современниками Моцарта диагноз <острой сыпной лихорадки> любительским и непрофессиональным. На основании фактов, собранных врачом Моцарта Томасом Францем Клоссе, Бэр предположил, что у него был суставный ревматизм, острое неинфекционное заболевание, сопровождающееся болезненным воспалением суставов. В 1984 году другой врач, Питер Дж. Дэвис, опубликовал еще более тщательный анализ истории болезни Моцарта и его последнего недуга.

В 1762 году, когда шестилетний музыкант-вундеркинд начал давать концерты и сочинять музыку, он заразился стрептококковой инфекцией верхних дыхательных путей. Последствия такой инфекции могут проявиться через месяцы и даже годы. В дальнейшем мальчик страдал приступами тонзиллита, тифом, ветрянкой, бронхитом и желтухой, или гепатитом А. В 1784 году, через три года после приезда в Вену, композитор тяжело заболел. Симптомы болезни включали в себя тяжелую рвоту и острый суставный ревматизм.

Доктор Дэвис закончил анализ болезней Моцарта выводом о том, что причиной смерти стало сочетание стрептококковой инфекции, подхваченной в период эпидемии, почечной недостаточности, вызванной повышенной аллергической чувствительностью, известной как синдром Шенлейна-Геноха, а также кровоизлияния в мозг и смертельной бронхопневмонии. Д-р Дэвис отметил, что признаки почечной недостаточности включают в себя депрессию, изменение личности и бредовые состояния - этим может объясняться мрачное убеждение Моцарта в том, что его отравили и что незаконченный <Реквием> предназначен для его похорон.


Кто убил президента?

Известие о том, что в Далласе, штат Техас, был убит Президент Джон Ф. Кеннеди, потрясло весь мир. Его убийца был быстро задержан, но всего каких-нибудь два дня спустя застрелен на глазах у миллионов телезрителей. Прошло более тридцати лет, однако теории заговора существуют и поныне.

Президента предупреждали об опасности поездки в Даллас: в этом ультрареакционном городе у него было немало недругов. Но Джон Фицджеральд Кеннеди отмел в сторону все возражения. Он счел для себя более важным укрепить политические позиции в Техасе, заполучив поддержку таких влиятельных фигур, как губернатор Джон Коннелли, на которого можно было бы рассчитывать, реши он баллотироваться на новый срок. По прибытии в далласский аэропорт президент с женой Жаклин сели на заднее сиденье открытого автомобиля, в котором ехали губернатор и миссис Коннелли. Это был второй по счету экипаж автокортежа, направлявшегося в город, где президенту предстояло произнести речь во время ленча.

Глядя на выстроившихся вдоль улиц ликующих людей, Нелли Коннелли воскликнула, обернувшись к президенту: <Ну теперь-то вы не скажете, что в Далласе вас не любят>. В 12 часов 30 минут кортеж чуть замедлил скорость перед въездом в тройной туннель на автостраду. Сидевший в первой машине телохранитель сказал шоферу: <Еще пять минут, и он на месте>. Секретарь президента Эвелин Линкольн, ехавшая в последней машине, заметила: <Подумать только - проехали через весь Даллас, и ни одной демонстрации>. Сопровождавшая ее представительница местной администрации рассмеялась: <Не такие уж мы ужасные>. Репортер в машине для прессы, неправильно прочитав вывеску на высившемся впереди кирпичном здании цвета ржавчины, спросил: <А это еще что за “Книжный вклад”?> В толпе людей, стоявших вдоль шоссе между книжным складом и туннелем, некто Абрахам Запрудер нацелил свою камеру на президентский автомобиль. Другой зритель - Чарлз Бренд - поднял вверх пятилетнего сына, чтобы тот мог помахать рукой президенту. Заметив ребенка, Кеннеди улыбнулся и помахал в ответ.

Внезапно прогремели выстрелы. Пуля прошла через шею президента, а потом через спину, грудь, правое запястье и левое бедро губернатора Коннелли. Кеннеди схватился за горло; Коннелли, заливаясь кровью, рухнул на руки жены. Услышав крик губернатора, миссис Кеннеди повернулась к президенту как раз в тот момент, когда вторая пуля попала ему в голову.

Хроника четырех дней

Убийство 35-го президента США 22 ноября 1963 года потрясло не только американцев, но и вес! мир. В течение четырех дней миллионы людей на планете не отходили от телевизоров.

Спустя несколько минут Ли Харви Освальд покинул здание Техасского склада школьных учебников, откуда из углового окна на шестом этаже им были произведены два выстрела. В 1.15 пополудни Освальд застрелил далласского полицейского Дж. Типпита, который остановил его, чтобы допросить. Позвонившие в полицию свидетели указали, где он прячется. Освальд был арестован за убийство Типпита, а также обвинен в убийстве Кеннеди, однако заявил о своей непричастности ко второму преступлению.

В 12 часов 38 минут в Парклендскую мемориальную больницу, куда поспешно направился президентский автомобиль, поступил больной, зарегистрированный иод номером 24740, - белый мужчина с огнестрельным ранением, а в два часа дня врачи сообщили о смерти Джона Ф. Кеннеди. Несмотря на возражения местных властей, агенты Секретной службы поместили тело в гроб и перевезли его в аэропорт Лав-Филд. В течение следующего часа Линд он Б. Джонсон в присутствии судьи Сары Т. Хьюз принес президентскую присягу. Рядом с ним на борту самолета № 1 военно-воздушных сил США, или президентского авиалайнера, стояла Жаклин Кеннеди в запятнанном кровью розовом костюме. В тот же вечер все президентское окружение вернулось в Вашингтон, округ Колумбия. В военно-морском госпитале в Бстесде было произведено вскрытие.

В субботу 23 ноября миссис Кеннеди выбрала место для могилы мужа на Арлингтонском национальном кладбище: государственные похороны были назначены на понедельник. В Далласе в течение трех часов допрашивали Освальда.

По настоянию шефа ФБР Дж. Эдгара Гувера в воскресенье Освальда должны были перевезти из полицейского участка в Далласе в подведомственное шерифу помещение. Во время переезда из толпы репортеров, освещавших это событие, вышел владелец далласского ночного клуба Джек Руби и выстрелил в Освальда - прямо перед камерами национального телевидения. Он действовал по наитию, признался потом Руби, из желания отомстить за смерть президента.

К 9 часам утра в понедельник, 25 ноября, свыше четверти миллиона человек прошли перед стоявшим в Капитолии катафалком с телом Президента Кеннеди. По просьбе миссис Кеннеди здание было открыто всю ночь, чтобы пропустить всех собравшихся. Вслед за отпеванием в соборе Св. Матфея, которое вел кардинал Бостонский Кушинг и на котором присутствовали многие политические лидеры планеты, состоялись похороны Кеннеди на Арлингтонском кладбище.

Сомнения в официальной версии

Утром в день убийства Джон Кеннеди в присутствии своего советника Кеннета 0’Доннела произнес довольно-таки жуткую фразу, оказавшуюся пророческой. <Если кто-нибудь захочет застрелить президента, - сказал он, - сделать это будет нетрудно. Надо всего лишь взять винтовку с оптическим прицелом, взобраться на высокое здание, и тут уж ничего нельзя будет поделать>. Так и было описано поведение убийцы в отчете Комиссии под председательством верховного судьи Эрла Уоррена. Представленный Президенту Джонсону отчет содержал 26 томов документации. Вывод: Джон Ф. Кеннеди был убит фанатиком-одиночкой Ли Харви Освальдом.

Однако уже в то время возникли первые сомнения. Освальд действовал не один, говорили некоторые, он был наемным убийцей международной организации. За киллером скрывается кубинский диктатор Фидель Кастро, а возможно, и спецслужбы СССР. Другие утверждали, что к этому причастны агенты ФБР и ЦРУ. Наконец, наиболее упорно муссировались слухи о том, что Кеннеди стал жертвой мафии.

Исчезнувшие улики

Пересматривая обстоятельства дела в период между 1976 и 1978 годами, комиссия Палаты представителей выдвинула обвинение в том, что аутопсия, проведенная в военно-морском госпитале на следующий день после убийства, не соответствовала профессиональным стандартам. Один из участвовавших в ней врачей жаловался, что им не позволили полностью проследить следы обеих пуль в теле президента из-за возражений некоего <должностного лица высокого ранга>, вероятно военного. Без установления траекторий пуль нельзя было судить о том, исходили ли оба выстрела из окна склада учебников, или же один из них был сделан из другого места.

Мозг и другие полученные в результате вскрытия материалы были переданы секретарю Кеннеди. Когда же в 1966 году их принял на хранение Национальный архив, оказалось, что мозг отсутствует. Не было ли это устранением улик?

Выстрел в театре

Четыре американских президента были убиты: Авраам Линкольн в 1865 году, Джеймс А. Гарфилд в 1881-м, Уильям Маккинли в 1901-м и Джон Ф. Кеннеди в 1963-м. До смерти Кеннеди самым известным и самым оплакиваемым из этих печальных событий была гибель Линкольна.

Когда Линкольн вступил в должность 16-го президента страны, давно тлеющие искры спора о рабстве вспыхнули пожаром яростной и затяжной Гражданской войны. В марте 1861 года семь южных штатов объявили о выходе из Соединенных Штатов и избрании Джсфферсона Дэвиса президентом Конфедерации южных рабовладельческих штатов; позднее к ним присоединились еще четыре штата. В ходе четырехлетнего вооруженного конфликта были убиты более 600 000 и ранены почти 400 000 человек с обеих сторон. Измученная междоусобицей нация обрела мир лишь 9 апреля 1865 года, когда Роберт Э. Ли капитулировал перед Улиссом С. Грантом в Аппоматоксе, штат Виргиния. Спустя несколько дней Президент Линкольн решил отдохнуть и провести вечер в театре вместе с женой.

Там его поджидал Джон Уилкис Бут, принадлежавший к известной актерской фамилии и симпатизировавший южанам. Бут хладнокровно вошел в неохраняемую президентскую ложу и выпустил единственную роковую пулю Линкольну в затылок. Хотя при прыжке на сцену Бут сломал ногу, он все же сумел ускакать на ожидавшей его лошади. Двумя неделями позже убийцу обнаружили: он прятался в сарае в Виргинии. где его и застрелили или же он застрелился сам после поджога сарая преследователями. Вскоре было найдено еще девять человек, участвовавших в заговоре вместе с Бутом: четверых повесили, четверых посадили в тюрьму, а одного признали невиновным.

Сколько было выстрелов?

Комиссия Уоррена пришла к заключению, что Кеннеди был поражен двумя пулями, посланными сверху и сзади, что совпадало с официальной версией об Освальде как убийце-одиночке. Этот вывод основывался на анализе кинофильма Запрудера и на рисунках судебных медиков.

В конце 70-х годов подверглась повторному изучению еще одна улика: магнитофон далласского полицейского, эскортировавшего на мотоцикле кортеж президента 22 ноября 1963 года. Из-за технической неисправности магнитофон оставался включенным на всем пути из аэропорта. Пленку толком не прослушивали, поскольку, за исключением слабого шороха, она, казалось, не зафиксировала каких-либо различимых звуков.

Комиссия предложила экспертам-акустикам еще раз изучить магнитофонную запись с применением современных компьютерных методов. Обнаружив на пленке звуки, напоминающие ружейные выстрелы, эксперты отправились в Даллас и произвели ряд выстрелов на месте убийства. Сравнив новую запись с записью 15-летней давности, они смогли выделить четыре отчетливых выстрела. Более того, они утверждали, что могут определить, откуда исходили выстрелы. Три из них действительно были произведены из окна склада, где находился Освальд. (У окна были обнаружены три гильзы; вероятно, один раз Освальд промахнулся.) Но вот четвертый выстрел был произведен с близкого расстояния, спереди и справа от машины президента. Кто-то другой, стоя на поросшем травой пригорке, с которого был виден путь всей процессии, также целился в президента.

Свидетели утверждали, будто видели над пригорком облачко дыма от выстрела и заметили каких-то мужчин, уезжавших с находившейся поблизости стоянки на автомобилях с эмблемами ЦРУ, хотя, по утверждению представителей этой организации, никто из их людей в тот день не должен был там находиться.

В фильме Запрудера видно, как голова президента качнулась вперед, вероятно, после того, как первая пуля, летевшая сзади, прошла сквозь его шею. Но затем последовал резкий рывок головы назад - как если бы роковая пуля попала спереди и, выйдя сзади, снесла ему полголовы. Взвесив все доказательства, комитет Палаты представителей пришел в 1979 году к заключению, что Кеннеди, <вероятно, был убит в результате заговора>. Но кто были заговорщики? Об этом в докладе не говорилось ни слова.

Между двумя мирами

Несмотря на все, что было о нем написано после убийства, Ли Харви Освальд остается загадкой.

Освальд бросил школу в 16 лет и 24 октября 1956 года поступил в военно-морской флот США. Пройдя курс обучения как специалист по радарам, он был переведен на военно-морскую базу Ацуги, в окрестностях Токио. Именно с этой базы совершали свои разведывательные полеты над территорией СССР самолеты (7-2. У Освальда было мало друзей, и он проводил большую часть времени за чтением - преимущественно книг марксистского толка - и изучением русского языка. Вскоре он стал утверждать, что <коммунизм - лучшая в мире система>. До своего перевода назад в США в конце 1958 года Освальд дважды подпадал под трибунал: сначала за хранение недозволенного личного оружия, а потом - за ссору с сержантом. По словам одного из офицеров, Освальд <малость сдвинулся на политике> и стал горячим сторонником Фиделя Кастро, захватившего власть на Кубе в январе 1959 года.

11 сентября 1959 года Освальда досрочно освободили от прохождения военной службы, чтобы он мог помогать находившейся на его иждивении матери. Однако, дав ей 100 долларов, он заказал билет на корабль от Нового Орлеана до Гавра, Франция, а впоследствии продолжил свое путешествие через Европу до самой Москвы. 31 октября он появился в посольстве США в Москве с отказом от американского гражданства, заявив, что он марксист. Потом стал хлопотать о получении советского гражданства, а также предложил советским властям информацию, приобретенную им при работе с радарами. Через семь месяцев над СССР был сбит самолет U-2. Когда летчик Фрэнсис Гэри Пауэрс признался, что выполнял разведывательную миссию ЦРУ, советский лидер Никита Хрущев в возмущении прервал свою встречу на высшем уровне с Президентом Эйзенхауэром, проходившую в Париже.

Освальд провел в Советском Союзе два с половиной года, женился на русской, но жизнь в марксистском государстве все больше разочаровывала его. 1 июня 1962 года Освальду с женой Мариной и маленькой дочкой Джун было разрешено покинуть СССР. Он так и не получил советского гражданства и отрицал передачу секретной информации русским. Государственный департамент США дал Освальду разрешение на въезд, отметив, что <как можно более скорый отъезд м-ра Освальда из СССР полностью совпадает с интересами США>. Было ли первоначальное отречение бывшего моряка запланировано ЦРУ или же Советы не клюнули на приманку завербовать двойного агента? Некоторые из этих вопросов никогда не поднимались в ходе официального расследования; другие же остались без ответа.

Смерть кинобогини

Подобно Джону Ф. Кеннеди, Мэрилин Монро была символом своей эпохи. Хотя критики свысока относились к ее актерским способностям, никто из них не оспаривал магического воздействия ее экранного образа, притягивавшего зрителей в кинотеатры всего мира. Ее смерть, последовавшая ночью 4 августа 1962 года после приема чрезмерной дозы успокоительных, была официально классифицирована как <вероятное самоубийство>.

Жизнь Монро была объектом пристального внимания репортеров светской хроники, а ее уход стал источником бесчисленных слухов. Среди них были романтические истории о ее связи с обоими братьями Кеннеди - Джоном и Робертом. Предполагаемые отношения с Джоном зародились еще в начале 50-х годов и продолжались в течение всего первого года его президентства. Когда эта связь стала слишком опасна, президент якобы попросил Роберта утешить эмоционально неуравновешенную кинозвезду.

На праздновании дня рождения президента в Мэдисон-Сквер-Гарден 19 мая 1962 года Роберт будто бы вился вокруг актрисы <как мотылек вокруг огня>. Одной подруге Монро призналась, что младший Кеннеди хочет на ней жениться. В то лето она неоднократно звонила ему в министерство юстиции в Вашингтоне; однако министр отказывался разговаривать с ней или отвечать на звонки.

4 августа Роберт Кеннеди прибыл в Лос-Анджелес. По словам горничной Монро, в тот день он нанес ей визит. Приходил ли он затем, чтобы разорвать отношения, если таковые существовали? Примерно в 11 часов вечера Монро была найдена лежащей без сознания в своем доме. Ее срочно отправили в больницу, где была констатирована смерть. Честная игра за Кубу

Несколько раз сменив работу в Форт-Уорте и Далласе, весной 1963 года Освальд переселился с семьей в Новый Орлеан. Но перед самым отъездом из Техаса он выписал по почте винтовку с оптическим прицелом, из которой, согласно выводам Комиссии Уоррена, он пытался убить генералмайора в отставке Эдвина А. Уокера - ультраконсервативного деятеля, призывавшего Президента Кеннеди послать войска для свержения коммунистического режима Кастро.

В Новом Орлеане Освальд стал, как говорилось в докладе комиссии, выдавать себя за <мнимого президента несуществующего филиала> Комитета <Честная игра за Кубу> - прокастровской организации. Любопытно, однако, что адрес этого филиала совпадал с адресом одной из нескольких контор отставного агента ФБР Гая Баннистера, который, как утверждали, был координатором ряда воинствующих аптикастровских групп. Несмотря на то что Освальда в августе 1963 года дважды арестовывали за стычки с антикастровски настроенными кубинскими эмигрантами, они с Баннистером, похоже, были в приятельских отношениях.

По-видимому, недовольный своей жизнью на родине, как до того - попыткой найти прибежище в Советском Союзе, Освальд в сентябре отправился в Мехико. Здесь он безуспешно старался получить транзитную визу на Кубу для поездки в СССР. Вернувшись в Даллас в середине октября, Освальд поступил на работу на Техасский склад школьных учебников. Во вторник 19 ноября он вполне мог прочесть сообщение в газете о выступлении Кеннеди в Майами, в котором тот <едва ли не призывал кубинский народ… свергнуть коммунистический режим Фиделя Кастро, пообещав, что в этом случае Куба может рассчитывать на быструю американскую помощь>. В пятницу был опубликован также предполагаемый маршрут президентского кортежа во время визита в Даллас: колонна автомобилей должна была пройти непосредственно перед зданием, в котором работал Освальд.

Кеннеди против мафии

Если Освальд действовал по заданию советских спецслужб или был агентом Фиделя Кастро, почему же тогда не был разработан план его побега после убийства? Или в Мексику приезжал его двойник, посланный настоящими заговорщиками с целью создать ложное впечатление о связях Освальда с Кубой и Советским Союзом? Такого мнения придерживаются новейшие последователи теории существования заговора с целью убийства президента. Кто же заговорщики? Мафия.

И Джон Ф. Кеннеди, и его брат Роберт Ф. Кеннеди были сторонниками борьбы с организованной преступностью в США. В 1957 году, будучи сенатором, Джон Кеннеди возглавил сенатскую Комиссию по борьбе с рэкетом, разоблачавшую преступления гангстеров. Роберт Кеннеди, будучи главным юрисконсультом комиссии, так умело вел дознание, что свидетелям оставалось только ерзать на своих стульях. В 1961 году брат назначил его министром юстиции, и Роберт Кеннеди объявил войну вверенного ему департамента против организованной преступности. Одним из объектов стал Карлос Марчелло, глава мафии Нового Орлеана, депортированный в Гватемалу.

Нелегально вернувшись в США, Марчелло стал разрабатывать план мщения. <Знаешь, как говорят на Сицилии, - заявил он своему другу в августе 1962 года, - если хочешь убить собаку, отрежь ей не хвост, а голову>. Чтобы нейтрализовать Роберта Кеннеди, нужно было устранить его брата, президента. <Кеннеди не дотянет до выборов (1964 года), - сказал один гангстер из Флориды информатору ФБР в августе того же года, - его уберут>. Весной 1963 года один из соратников Марчелло говорил, что за голову президента обещано денежное вознаграждение.

У мафии была еще одна причина быть недовольными Кеннеди: он не предпринимал достаточно быстрых действий, чтобы избавить Кубу от Фиделя Кастро. Захватив власть, Кастро изгнал мафию с острова, лишив ее колоссальных доходов от торговли наркотиками, азартных игр и проституции, составлявших в Гаване, по подсчетам, более 110 млн. долларов в год. Гангстеры отчаянно пытались вернуть назад столь прибыльный бизнес и пришли в ужас, когда Кеннеди не сумел оказать эффективной поддержки неудавшемуся вторжению в заливе Свиней в апреле 1961 года. Хотя кризис с ракетными установками на Кубе в октябре 1962 года завершился тем, что Советы пошли на уступки, триумф американцев не ослабил позиции Кастро. Несмотря на свое жесткое выступление в Майами, президент практически ничего не делал, чтобы поддержать эмигрировавших в США противников Кастро, и высказывался против их самостоятельных нападений на Кубу.

Сторонники теории заговора, организованного мафией, пытались установить связь между этой преступной шайкой, с одной стороны, и Освальдом и Джеком Руби - с другой. Им не удалось объяснить, почему профессиональные гангстеры обратились к такому малоподходящему кандидату в убийцы, как Освальд, а потом убрали его с помощью еще менее подходящего Руби.

По мере приближения 25-й годовщины убийства в конце 1988 года вновь оживился интерес к разнообразным теориям заговора. Кинорежиссер Оливер Стоун, обладатель высшей награды Академии киноискусства США, выпустивший в 1991 году фильм <Дж. Ф. К.>, не считал, что ответственность за убийство несет именно мафия. Но благодаря его картине возросло число людей, полагавших, что правительство скрывает от народа важную информацию.

Был ли мишенью Кеннеди?

И еще одна теория появилась в канун 25-й годовщины: Освальд целился в губернатора Джона Коннелли.

Из-за того, что Освальд в свое время остался в России, хорошая аттестация, полученная им при увольнении в запас, была заменена на формулировку <нежелательная>, ниже которой была только одна градация - <недостойная>. Поняв, что по возвращении в США это может затруднить его устройство на работу, Освальд из Советского Союза послал прошение Коннелли, возглавлявшему в то время военно-морское ведомство, в котором хлопотал о восстановлении прежней формулировки. Ему вежливо отказали.

Во время своего третьего и последнего появления перед Комиссией Уоррена Марина Освальд высказала предположение, что ее муж целился вовсе не в президента, и заявила, что <он, наверное, стрелял в губернатора Коннелли… из-за той истории с увольнением>.

К этому моменту, однако, Комиссия Уоррена, по-видимому, уже пришла к своему собственному выводу и не включила ее показания в свой доклад.

В опросе, проведенном <Нью-Йорк Тайме> и Си-би-эс незадолго до 25-й годовщины убийства Президента Кеннеди, 66 процентов включенных в выборку американцев ответили, что верят в наличие заговора; 61 процент заявил, что <официальные круги скрывали от публики правду об убийстве>. И тем не менее 46 процентов опрошенных считали, что уже слишком поздно восстанавливать истину, а 59 процентов были против дальнейших расследований.

- Мало вероятно, что эту тайну когда-нибудь раскроют, - заметил член Палаты представителей Луис Стоке, десятью годами ранее возглавлявший соответствующий комитет этой палаты. - Думаю, скорее всего, мы никогда ничего не узнаем.


Сын против отца

Мятежник-сын, влюбленный в прелестную молодую жену своего отца; диктатор, повелевавший половиной мира и виновный в смерти наследника, - таковы расхожие представления о принце Доне Карлосе и короле Испании Филиппе П. Факты, однако, говорят о другом.

Около полуночи 18 января 1568 года король Испании Филипп II - в шлеме и с мечом в руке - шел во главе тайной процессии по темным коридорам дворца в Мадриде к апартаментам своего сына и наследника, принца Дона Карлоса. Засовы на дверях были открыты заранее, оружие, которое принц держал возле своего ложа, предусмотрительно изъято. Призвав членов королевского совета в свидетели, Филипп разбудил сына и заговорил с ним, но не как отец, а как король. Дон Карлос был взят под арест. Окна были заколочены досками, двери заперты, выставлены караулы. Запретив кому-либо разговаривать с принцем или передавать ему письма, король удалился. С тех пор несчастный монарх и его единственный сын никогда больше не встречались.

Ночной арест и взятие под стражу 22-летнего прямого наследника, а через шесть месяцев его смерть стали сенсацией не только испанского двора, но и всей Европы. Современникам Филипп казался <колоссом, оседлавшим наш бренный мир>. Помимо Испании, он властвовал над Нидерландами, некоторыми районами Франции, большей частью Италии, Сардинией, Сицилией и - за исключением принадлежавшей португальцам Бразилии - над всем Новым Светом к югу от Рио-Гранде. Можно сказать, что Филипп повелевал империей, над которой никогда не заходило солнце.

Филипп II унаследовал большую часть своего огромного королевства от отца, Карла V, который в 1555-1556 годах отказался от испанского трона в пользу сына и от короны императора Священной Римской империи в пользу своего брата Фердинанда. Совершив турне по своим новым территориям, Филипп осенью 1559 года вернулся в Испанию и с тех пор не покидал Иберийского полуострова. На протяжении всего периода правления его заботили две вещи: как сохранить католическую веру, ярым поборником которой он являлся, и как обеспечить наследника трону. Обе эти цели трагически пересеклись в судьбе Дона Карлоса.

Тайный возлюбленный и мятежник?

Первая жена Филиппа, Мария Португальская, умерла в 1545 году, вскоре после рождения Дона Карлоса. Через девять лет, уступая желанию КарлаV, Филипп без любви женился на королеве Англии Марии Тюдор. Ему было 27, ей - 38. Спустя четыре года, в 1558 году, Мария скончалась, оставив английский трон без наследника, а Филипп снова вступил в брак. Его выбор пал на 14-летнюю Елизавету Валуа, дочь короля Франции.

Рассказывают, будто при первой встрече в январе 1560 года яркая и привлекательная принцесса стала пристально разглядывать царственного жениха, который был на 19 лет старше ее. <Что вы там хотите увидеть? - якобы спросил Филипп. - Седые волосы?> Елизавета прежде была обещана Дону Карлосу, своему ровеснику. Так родилась легенда о запретной любви между ними.

Безоговорочная поддержка Филиппом католической веры натолкнулась на серьезное противодействие в Нидерландах. Для подавления восстания своих вассалов - протестантов Филипп отправил туда летом 1567 года 20-тысячную армию под командованием герцога Альбы. Дон Карлос, тайный сторонник протестантизма, решил присоединиться к восставшим, но 23 декабря 1567 года совершил опрометчивый поступок - поделился своими планами с дядей, Доном Хуаном Австрийским. Филипп узнал об измене сына, арестовал его, заключил под стражу, а позже, как полагают, убил. Во всяком случае, такие обвинения выдвигались врагами Филиппа.

Спустя два столетия, в 1787 году, великий немецкий драматург Фридрих Шиллер представил эту версию данной истории в виде стихотворной драмы <Дон Карлос>. В 1867 году Джузеппе Верди сочинил на основе пьесы Шиллера монументальную оперу того же названия, в результате чего именно этот взгляд на события наиболее известен сегодня. Сын, взбунтовавшийся против своего деспотичного отца; кровосмесительная связь между сыном и молодой красавицей мачехой; жестокая месть отца - но так ли это?

Отец и сын, которые не подходили друг другу

Конфликт между поколениями существовал всегда, и в этом нет ничего необычного. В тех случаях, однако, когда речь идет о могущественных семьях, подобные разногласия становились печально знаменитыми. Один из самых известных конфликтов такого рода разыгрался между так называемым <королемсолдатом> Фридрихом-Вильгельмом I Прусским и его сыном Фридрихом, родившимся в 1712 году.

<Привить моему сыну любовь к воинской службе> - таким был основной наказ, данный королем воспитателям сына. К несчастью, юный Фридрих испытывал отвращение к казарменной дисциплине и проявлял склонность к изучению музыки, литературы и философии, что, по мнению отца, было недостойно мужчины. Прибегая к обидам и унижению, он пытался вылепить личность кронпринца на свой лад. Когда обращение короля сделалось непереносимым, Фридрих решил убежать в Англию с двумя друзьями - лейтенантами фон Кейтом и фон Катте.

Узнав об этом, Фридрих-Вильгельм арестовал сына и фон Катте (фон Кент сумел убежать) и отдал их под трибунал. Судьи отказались выносить вердикт кронпринцу, а фон Катте приговорили к пожизненному заключению.

Король намеренно заменил заключение казнью через отсечение головы и заставил сына быть свидетелем этого зрелища.

Кронпринцу пришлось еще 10 лет терпеть жестокости отца. Но, унаследовав трон, Фридрих быстро начал войну с Австрией, победа в которой сделала Пруссию главной европейской державой. Его 46-летнее правление легко затмило славу отца, и он вошел в историю как Фридрих Великий. Дефективный прямой наследник

Внешность Дона Карлоса едва ли можно было считать идеальной для наследника самого могущественного в мире трона. Тщедушный (в 18 лет он весил всего 34 килограмма), с поднятыми плечами, делавшими его похожим на горбуна, и дефектом речи, для исправления которого пришлось подрезать подъязычную уздечку, принц вряд ли мог понравиться живой и веселой Елизавете Валуа. В действительности есть немало свидетельств, что она была Филиппу преданной женой. Доподлинно известно, что король обрел высшее счастье в этом браке, нежно любил Изабеллу и Каталину - своих двух дочерей от Елизаветы - и безутешно оплакивал смерть жены, последовавшую после рождения третьей дочери в сентябре 1568 года.

Но даже если оставить в стороне физические недостатки, Дон Карлос не был подходящим наследником для Филиппа. Существуют явные доказательства его психической неуравновешенности, а возможно, и слабоумия. Ребенком он отличался тем, что любил поджаривать зайцев живьем, а однажды в приступе ярости ослепил лошадей в королевской конюшне. В 11 лет он ради садистского удовольствия выпорол кнутом молодую девушку и впоследствии вынужден был выплатить компенсацию за свой проступок ее отцу. В Университете Алкалы в 1562 году 16-летний принц полетел вниз головой по лестнице, когда гнался за служанкой. Во время отчаянной и, вероятно, не слишком продуманной операции врачи удалили кусок черепной кости для дренажа угрожавших его жизни жидкостей.

После операции поступки Дона Карлоса стали еще более странными и непредсказуемыми. Он взял в привычку бродить по улицам Мадрида, целуя случайно встретившихся молодых девушек и выкрикивая непристойности в адрес респектабельных матрон. Назначенный отцом в государственный совет, принц оскорблял других советников не только словесно, но и физически и охотно выдавал секреты страны всякому, кто соглашался его слушать.

Суждения его современников при дворе звучат уничижительно. Императорский посланник из Вены говорил, что у наследника престола умственное развитие семилетнего ребенка. Один из советников Филиппа в частной беседе назвал Дона Карлоса <идиотом>.

Претендент на роль командующего

Что касается протестантских симпатий принца, то свидетельства о поддержке Доном Карлосом восстания в Нидерландах практически отсутствуют. На самом деле более вероятно, что он хотел командовать вооруженными силами, посланными Филиппом на подавление бунта. Однако это желание в большей степени могло быть вызвано многолетней завистью к герцогу Альбе, нежели преданностью делу католицизма или стремлением снискать военную славу. Будучи королевским главнокомандующим, Альба председательствовал во время церемонии официального провозглашения Дона Карлоса наследником престола в 1560 году. Принося клятву верности принцу, герцог не счел нужным встать на колени и поцеловать ему руку. Столь явное оскорбление повергло принца в ярость. И хотя Альба извинился за свою оплошность. Дон Карлос сохранил неприязнь к ветерану-командующему.

- Разве я не раб, не несчастнейший из всех живущих? - сокрушался Дон Карлос. - Ибо не допущен к делам государства, не уважаем никем и нет мне занятия, которое бы готовило меня к правлению. - Узнав, что Альба должен был возглавить направленную в Нидерланды армию. Дон Карлос в запальчивости сам стал претендовать на эту роль. А когда испанский парламент - Кортесы - выступил с петицией, рекомендовавшей ему оставаться дома, принц пригрозил расправой каждому из голосовавших за нее депутатов. В конце концов он набросился на Альбу с кинжалом, когда тот пришел попрощаться. Признание, сделанное им Дону Хуану Австрийскому, что он против воли отца отправляется в Нидерланды, ускорило арест и взятие принца под стражу через месяц, 18 января 1568 года.

Филипп: опечаленный, но смиренный

Филипп понимал, что действия, предпринятые им против сына, вызовут упреки со стороны друзей и ярость врагов. Месяц спустя он писал своей сестре Марии, супруге австрийского императора: <Я хотел бы со всей откровенностью рассказать о жизни и поведении принца, о глубине его беспутства и неблагоразумия, равно как и о тех мерах, которые мной принимались, чтобы заставить его измениться>. Тем не менее, с грустью констатировал он, все попытки перевоспитать или излечить Дона Карлоса потерпели неудачу, и тогда во имя государства было сделано то, что должно. Альбе он признавался в своем горе и сожалении, благодаря Бога за то, что народ так спокойно воспринял весть об аресте принца.

Между тем принц то впадал в молчаливое отчаяние, то приходил в необузданную ярость, то объявлял голодовку, то предавался обжорству. Многие годы немощный Дон Карлос страдал от приступов лихорадки, и его заточение обострило болезнь. Кризис наступил летом 1568 года. После трехдневного голодания Дон Карлос съел огромное количество блюд, в том числе и острый пирог с куропаткой. Чтобы утолить развившуюся вслед за трапезой жажду, он стал пить ледяную воду - и тоже в неимоверных количествах, что вызвало сильнейший понос, рвоту и неспособность удерживать пищу.

Легенда рисует Филиппа чудовищным убийцей, бессердечно проигнорировавшим предсмертное стремление Дона Карлоса к примирению. В действительности же, узнав от врачей, что состояние сына безнадежно, король захотел его увидеть, но из боязни, что приход отца может повергнуть принца в ярость и тем самым приблизить его конец, было решено отговорить Филиппа от последнего свидания. По-видимому, король все же был у смертного одра сына, когда тот впал в беспамятство, и, благословив его, удалился в свои покои.

Вскоре после смерти сына Филипп лишился Елизаветы Валуа и остался без наследника. Чтобы исправить положение, король спустя два года взял в жены свою 21-летнюю племянницу Анну Австрийскую. Хотя четверо из их детей умерли в младенческом возрасте, пятый ребенок выжил и в качестве Филиппа III унаследовал трон в 1598 году, после того как самый могущественный монарх своего века - столь несправедливо оболганный потомками - скончался на 71 -м году жизни.

Половину из 42 лет своего правления Филипп II потратил на строительство грандиозного памятника - дворца-монастыря Эскуриал, расположенного высоко в предгорьях хребта Гвадаррама, километрах в 50 к северо-западу от Мадрида. В конце жизни король проводил там значительную часть времени, занимая скромные апартаменты, дверь которых вела прямо к высокому алтарю центральной церкви; даже со своего ложа благочестивый монарх мог следить за богослужением. Сегодня покои короля, обставленные так же, как и при его жизни, открыты для публичного осмотра. Но, пожалуй, больше всего посетителей поражают две скульптурные группы из отлитых в бронзе и позолоченных статуй по обе стороны алтаря. С одной стороны, как живые, стоят Карл V, его жена, дочь и две сестры. С другой - Филипп II и три из четырех королев (изображение Марии Тюдор отсутствует). А рядом с матерью, Марией Португальской, стоит Дон Карлос, этот якобы опозоренный отцом сын, соединившийся в смерти со своим многострадальным родителем.


Интрига в Кремле

Мир с подозрением отнесся к сообщению советского радио о том, что убийца десятков миллионов умер естественной смертью. Почему его последние дни были окружены такой тайной? И разве не все в Советском Союзе выиграли от этой смерти?

Если верить рассказам четырех преемников, унаследовавших от диктатора безграничную власть, Сталин, верховный властитель Советского Союза, а фактически и всех марионеточных режимов Восточной Европы, перенес роковой для него инсульт, находясь в одиночестве в скромно обставленной комнате. Неизвестно, сколько часов он пролежал парализованный и без сознания, поскольку его телохранитель, члены семьи и сотрудники правительственного аппарата - после тех 27 лет, когда страной управлял его железный кулак, - боялись даже постучать в дверь.

Столь жалкая кончина резко контрастирует с жизнью человека, который получал удовольствие от приказов пытать и казнить своих наиболее преданных сторонников. По меньшей мере 30 миллионов человек были расстреляны, повешены, замучены голодом и побоями или отравлены из-за его безумного страха оппозиции. Многие десятки миллионов умерли на Украине, когда он заставлял крестьян вступать в колхозы, отбирая у них все произведенные ими продукты. Ему нравилось пригласить на обед кого-нибудь из старых соратников, разыграть заранее отрепетированный приступ ярости и отправить несчастную, сбитую с толку жертву в камеру пыток. Говорят, будто однажды в антракте балета <Лебединое озеро> он приехал из Большого театра в тюрьму на Лубянку, выстрелил в голову нескольким своим прежним товарищам и вернулся в театр к началу второго акта. К 1953 году, когда Сталину исполнилось 73 года, эти параноидальные тенденции и непредсказуемые вспышки в его характере стали еще более опасными. По словам посла США в Москве Джорджа Кеннана, <страх и ненависть старого тирана настолько сгустились, что, казалось, воздух пропитан ими>. В январе женщина, работавшая секретным агентом у Лаврентия Берии, главы органов безопасности, обвинила личного врача Сталина в заговоре с целью убийства главных военных лидеров путем <вредительского лечения>. Это было так называемое <дело врачей>. Позже арестовали восемь других крупнейших медиков, в основном евреев. Возможно, в предвкушении погромов Сталин начал раздувать искры антисемитизма.

Плетя закулисные интриги, Сталин намечал провести чистку в рядах старой гвардии коммунистов, заменив их на новых, преданных только ему людей. За планами диктатора внимательно следил квартет его приближенных: министр внутренних дел Берия, министр обороны Николай Булганин, заместитель председателя Совета Министров (и официально назначенный преемник) Георгий Маленков и Никита Хрущев, глава могущественных Московского городского и областного комитетов партии.

Попойка, потом тишина

Незадолго до смерти Сталин внезапно изгнал своего секретаря, в течение десятков лет его alter ego во всех делах - больших и малых. 15 февраля умер главный телохранитель: по официальному сообщению, <преждевременно скончался> - явный эвфемизм, заменявший слово <казнь>. Врач Сталина попрежнему томился за решеткой. Между тем слухи о том, что великий человек болен, циркулировали в кругах московской элиты начиная с декабря. Дочь Сталина Светлана не могла пробиться к нему, несмотря на многочисленные отчаянные попытки.

2 марта Сталин, вероятно, перенес кровоизлияние в мозг, но испуганная кучка кандидатов в преемники решила утаить эту новость. По словам Хрущева, накануне Сталин пригласил четверых своих приспешников на дачу в Кунцево, где они провели ночь за выпивкой. Вечеринка закончилась на рассвете, и Сталин отправился спать в одиночестве. В четвертом часу утра 3 марта испуганные охранники сообщили вчерашним собутыльникам, что вождь советского народа около суток не выходил из комнаты. Когда же они осмелились войти в его сильно укрепленное внутреннее святилище, то обнаружили Сталина распростертым на ковре в полном одеянии.

По прибытии удивленные и встревоженные Маленков, Хрущев, Булганин и сохранявший хладнокровие Берия увидели, что Сталин, непривычно тихий, лежит на простой кушетке, куда его успели перенести. В конце концов были вызваны врачи, и четверо соратников вместе с другими членами правившего страной Президиума стали по очереди, парами дежурить у постели больного, наблюдая за ходом лечения и, как можно предположить, строя планы на будущее.

Напряженное бдение

Хрущев и другие в течение всех последующих дней ходили с красными от слез глазами, Берия же вел себя иначе. Время от времени, когда глаза поверженного вождя вдруг приоткрывались, испуганный шеф госбезопасности начинал вслух выражать свои беспокойство и преданность. Но когда Сталин снова погружался в коматозное состояние, Берия, к ужасу других, принимался оскорблять и высмеивать своего старого хозяина. Что это сулило остальным? С 1938 года Берия возглавлял тайную полицию, истинный источник безграничного сталинского могущества.

4 марта Сталин неожиданно пришел в себя. Пока медсестра кормила его с ложечки, он едва заметным жестом указал на висевшую на стене картину, где молодая женщина подобным же образом поила молоком ягненка. Вскоре, однако, начались предсмертные судороги, он стал задыхаться и, грозно вперив взор в сбившуюся у постели кучку приспешников, умер.

Ранее в тот же день 800 миллионов людей по всей советской империи, как и весь остальной мир, впервые узнали о серьезной болезни Сталина. Будто специально, чтобы опередить подозрения, медики опубликовали необычайно подробное объяснение перенесенного удара и сопровождавших его осложнений.

Наконец 6 марта по радио прозвучало правительственное сообщение, что в 21 час 50 минут предыдущего дня сердце Сталина перестало биться. Был передан также полный текст патологоанатомического заключения, чтобы показать, что, несмотря на <необратимый характер болезни>, были приняты все возможные меры.

8 четыре часа дня гроб с телом покойного был установлен в Колонном зале Дома Союзов. Казалось, будто вся Москва пришла сюда, чтобы отдать последний долг. По трагическому стечению обстоятельств многие погибли или были тяжело ранены в этой невероятной давке.

9 марта СССР замер на то время, пока совершался величайший погребальный обряд XX столетия. Красную площадь заполнили официальные делегации, присутствовали руководители государства, сталинские преемники несли гроб. <Отца> коммунизма положили в Мавзолее Ленина, рядом с основателем советского государства.

Вопреки обстоятельствам

Почти никто не мог себе представить, что Иосиф Сталин достигнет высочайших вершин власти. Бедный крестьянин из Грузии Иосиф Джугашвили, сделавшись в молодые годы революционером-коммунистом, изменил свою фамилию на <Сталин>, или <человек из стали>.

Пока первым руководителем коммунистической России был Ленин, Сталин держался в тени. Так продолжалось до 1921 года, когда пользовавшийся глубоким уважением вождь заболел. В то время как многие блестящие лидеры наподобие Льва Троцкого приковывали к себе всеобщее внимание, Сталин сосредоточивал в руках власть и расставлял ловушки для соперников. Это в конце концов встревожило Ленина. Будучи прикованным к постели, он продиктовал секретное письмо, предупреждавшее об угрозе <неограниченной власти> со стороны своей <правой руки>.

Но после смерти Ленина в 1924 году его младший соратник оказался вполне готов к тому, чтобы узурпировать власть и уничтожить противников, включая Троцкого. Пристрастие Сталина к политической интриге было всепоглощающим и, казалось, исключало нормальные человеческие порывы.

Когда после трех лет брака умерла его первая жена, он заявил: <С ней умерли мои последние теплые чувства к людям> - и отослал своего едва начавшего ходить сына к родственникам. Вторая жена, почти девочка, полная возвышенных идеалов, родила ему двоих детей, но потом, лишившись всяческих иллюзий из-за проводимой мужем политики репрессий и его грубых оскорблении в свой адрес, застрелилась. Когда старший сын, Яков, попытался совершить самоубийство. Сталин высмеял его за неудачу. Попав в плен к немцам во время Второй мировой войны, молодой человек бросился на находившуюся под током колючую проволоку лагерной ограды и сгорел заживо.

Двое других детей Сталина - Светлана и Василий - были ненамного счастливее. Светлана прославилась тем, что в 1967 году осталась на Западе и с тех пор мечется между США, Англией и своей родной страной. Василий умер от пьянства в возрасте 41 года.

Упорное несоответствие

В первом сообщении о болезни Сталина утверждалось, что он перенес удар в своей московской квартире. Если это так, тогда каким образом он попал опять в Кунцево за 30 километров от центра Москвы? Почему в официальной версии сообщалось, что все случилось рано утром в понедельник, в то время как Хрущев и другие, говоря о приблизительном времени удара, называли воскресный вечер или даже воскресное утро? И почему, наконец, отстраненный от власти Хрущев спустя годы дал в своих <Воспоминаниях> еще один вариант событий, признавшись, что он и трое его сотоварищей вообще не видели Сталина и не вызывали врача, когда в первый раз примчались на дачу диктатора? Отправившись вместо этого домой, они дождались звонка Маленкова, который через несколько часов сообщил им, что Сталин определенно серьезно болен.

Незадолго до смерти, разговаривая с индийским дипломатом, Сталин как бы между прочим набросал на бумаге ощерившихся волков. <Крестьяне знают, как обращаться с волками, - мрачно сказал он. - Они их уничтожают>.

Готовился ли Сталин к контрудару? <Заговор врачей> вполне мог послужить поводом для мести. В этом случае сценарий включал бы в себя <признания> истязаемых узников в том, что они действовали по указке свыше. Недавние приступы сталинского гнева против Берии, возможно, свидетельствовали о том, что шеф тайной полиции находится в опасности,

Но как бы то ни было на самом деле, безудержная радость Берии по поводу смерти Сталина и явной возможности захвата власти продолжалась крайне недолго: в июне он был арестован и во всеуслышание объявлен изменником. Маленков, возглавивший после Сталина как правительство, так и Коммунистическую партию, присоединился к остальным членам Президиума ЦК, разоблачая и клеймя Берию как гения терроризма.

Берия, по-видимому, был казнен в декабре после закрытого судебного процесса, расстрелян сразу же по вынесении приговора. Вскоре Москва стала полниться прежде неслыханными рассказами, как при жизни этот негодяй насиловал детей, похищал молодых девушек, устраивал пьяные оргии в своем загородном поместье.

Конец эпохи

Воздух был полон предчувствиями и других перемен. К сентябрю Хрущев вырвал партийное лидерство у Маленкова, а в 1955 году Булганин сместил его с должности премьерминистра, и первый заместитель Сталина был фактически отправлен в ссылку - его назначили руководителем провинциальной электростанции. Впервые за последние тридцать лет перемещения в руководстве не стоили изгнанному вождю жизни.

Уже через две недели после похорон вождя официальная пресса перестала до тошноты цитировать и восхвалять <отца народов>. <Сталинская конституция> сделалась <советской>. Даже слово <сталинист> исчезло из официального лексикона. Газета <Правда> сообщила, что <заговора врачей> не существовало. Хрущев публично заявил, что ошибки сталинского руководства привели страну к серьезному кризису в области сельского хозяйства.

Наконец, в феврале 1956 года новый лидер Советского Союза прочитал на XX съезде партии свой знаменитый доклад о культе личности, в котором он открыто рассказал об ужасах правления своего предшественника и официально провозгласил отказ от террора как внутриполитического орудия. Что касается отношений с Западом, то Хрущев начал проводить курс, отличный от сталинской непримиримо враждебной внешней политики.

Полный расцвет десталинизации

Процесс <десталинизации>, как его именуют западные обозреватели, достиг апогея, когда тело Сталина было вынесено из Мавзолея на Красной площади и перезахоронено возле Кремлевской стены.

Однако с отстранением Хрущева от власти в 1964 году, казалось, наступило время реванша. Правящая элита намеревалась взять бразды правления в жесткие руки.

Полный расцвет десталинизации стал возможен после 11 марта 1985 года, когда Генеральным секретарем КПСС был избран 55-летний Михаил Горбачев. Только тогда были публично реабилитированы невинные жертвы диктаторского режима, преданы огласке жутчайшие из злодейств. Стареющие партийные функционеры были удалены из аппарата, цензура сделалась менее жесткой.

Вскоре большинство людей за пределами Советского Союза усвоили по меньшей мере два русских слова: <гласность> и <перестройка>. Первое означало ослабление контроля и усиление политической свободы. Под вторым имелось в виду нечто более сложное, а именно реконструкция экономики и общества.

В августе 1991 года мир затаил дыхание, услышав о заговоре против горбачевских реформ. Это была последняя ставка группы консервативно настроенных коммунистов, намеревавшихся восстановить старый режим.

Горбачев, проводивший отпуск на даче в Крыму, оказался заложником заговорщиков, объявивших о его неспособности в связи с болезнью продолжать выполнение обязанностей Президента СССР.

Спасение пришло в лице Бориса Ельцина, человека богатырского сложения, Президента Российской Федерации и главного соперника Михаила Горбачева в деле перестройки. Ельцин отправился к московскому Белому дому - зданию российского парламента. Там под дулами танков он призвал ко всеобщей забастовке и возвестил перед ликующими толпами: <Реакция не пройдет!>

Из-за полного отсутствия народной поддержки путч провалился, и Ельцин стал национальным героем. В последующие дни политической неразберихи он приостановил деятельность компартии в России. Да и сам СССР, некогда казавшийся всемогущим и монолитным, начал распадаться на отдельные республики. По иронии судьбы, Михаил Горбачев, сделавший для возрождения мечты о свободе больше, чем кто-либо другой, оказался в проигрыше. Без Советского Союза и без Коммунистической партии он стал рядовым гражданином страны, идущей к неопределенному будущему.


Был ли философ отравлен?

Согласно официальному заключению шведского двора, сделанному в 1650 году, Рене Декарт умер от воспаления легких. На протяжении трехсот с лишним лет ни один из его биографов не оспаривал этого утверждения. Но вот в 1980 году была выдвинута новая сенсационная теория смерти философа.

Когда глаза посетителя старой церкви Сен-Жермен-де-Пре в Париже приспособятся к слабому свету свечей, он, возможно, заметит плиту из черного мрамора, вделанную в пол маленькой боковой часовни. На ней высечена надпись <Ренатий Картезий> - латинизированная форма имени Рене Декарт. Здесь покоятся бренные останки выдающегося философа, математика и ученого-естествоиспытателя, родившегося 31 марта 1596 года в Лаэ, провинция Турень, в Центральной Франции и умершего 11 февраля 1650 года при шведском королевском дворе в Стокгольме. Причиной смерти, как было официально объявлено и во что многие верили, была пневмония.

Рене Декарт приобрел репутацию ученого, сперва подвергая сомнению, а затем тщательно исследуя все, во что <верили многие>. В случае смерти другого человека он первым бы поставил под сомнение кажущиеся уместными объяснения, а затем попытался рассмотреть альтернативные варианты. А когда умер Декарт, и дворцовые коридоры, и глухие стокгольмские переулки полнились слухами о том, что знаменитый литератор, гость шведской королевы Кристины, был отравлен. Подобно большинству европейских дворов того времени, дворец Дома Ваза питался и жил слухами. Разговоры относительно смерти французского визитера постепенно затихли, когда блистательная и беспокойная юная королева дала стране - а на самом деле и всей Европе - гораздо более сенсационный повод для обсуждений. Кроме того, никто не мог назвать имени подозреваемого или предположить, каков был мотив убийства Декарта. Итак, официальная причина смерти вошла в учебники истории, а биографам осталось лишь печально констатировать преждевременный конец столь блестящей карьеры, к тому же происшедший из-за превратностей судьбы в столь отдаленном месте.

Изучая <книгу жизни>

Декарт родился во французской провинциальной семье, которую сегодня можно было бы отнести к классу крупной буржуазии. Его отец был адвокатом и судьей, и Рене, повзрослев, смог бы жить на доходы от собственности, которую унаследовал. Ребенком Рене всегда задавал множество вопросов, так что отец прозвал его <маленьким философом>. В 1604 году, в восьмилетнем возрасте, мальчик был отправлен в новый колледж, учрежденный королем Генрихом V в городке Ла-Флеш, километрах в десяти к северо-западу от Лаэ. В этом заведении, которое со временем превратится в одну из знаменитейших школ Европы, он обучался у священников-иезуитов и находился под попечительством отца Шарле, дальнего родственника, ставшего ему <вторым отцом>.

Десять лет, проведенные им в Ла-Флеше, ушли на приобретение писательских навыков, как на французском, так и на латыни, изучение музыкального и драматического искусства и даже овладение такими благородными занятиями, как верховая езда и фехтование. Сделавшись старше, он обратился к науке, преподавание которой сводилось в то время к изложению теорий Аристотеля в интерпретации средневековых схоластов. Однако в программу иезуитской школы были включены и сравнительно недавние открытия в математике и астрономии. Стремление юноши к знаниям было неиссякаемым, но он все больше и больше ощущал ограниченность познаний своего времени. Проведя еще два года в Университете Пуатье, он в 1616 году получил ученую степень в области юриспруденции, но отказался стать юристом-профессионалом. Позднее отец высмеет его за этот поступок и назовет <годным лишь на то, чтобы попасть в переплет из телячьей кожи>. Не удовлетворяла его и исключительно созерцательная жизнь ученого. Вместо этого он возвестил о своих планах продолжать поиски знаний путем путешествий и наблюдений, изучая то, что он называл <книгой жизни>.

Сны солдата

В 1618 году разразилось событие, ввергнувшее Европу в один из глубочайших кризисов ее истории и получившее название Тридцатилетней войны. Начавшись с религиозных противоречий между богемскими католиками и протестантами, она завершилась сражениями, которые вели Швеция и Франция на территории Германии, пытаясь завоевать ее. Любопытно, что разрушительный конфликт предоставил Декарту именно тот шанс, в котором он нуждался для поиска истины и мудрости за пределами кабинетных стен.

С 1618 по 1628 год Декарт разъезжал по Европе, часто находясь на службе то у одной, то у Другой воюющей стороны. Хотя он и присутствовал при решающем сражении у Белой горы возле Праги в ноябре 1620 года, он почти не видел военных действий и презирал походную жизнь за <леность и разгул>. Наиболее важный опыт десятилетия был пережит им за одну ночь 10 ноября 1619 года в Ульме, Германия.

Погруженный в размышления, Декарт вдруг понял, что все знания могут быть сведены вместе в одной универсальной науке, <способной к решению в общем виде всех проблем>. В ту ночь он увидел три провидческих сна. В первом ему приснилось, что он охромел и ищет прибежища в церкви; во втором он попал в сильнейшую бурю; в третьем открыл латинский текст и прочитал слова: Quid vitae sectabor iter? (Каким из жизненных путей я должен идти?) Сны, он в этом не сомневался, говорили ему, что его жизненная цель состоит в открытии универсальной науки и овладении ею.

В промежутках между странствиями Декарт сделал своим домом Париж, где за ним утвердилась репутация глубокого и одаренного ярким воображением мыслителя. На одном ученом собрании он смог опровергнуть поборника новой философии, прибегнув к столь точно выверенным аргументам, что они казались математическим доказательством его позиции. Один из высших представителей духовенства сказал Декарту, что он обязан использовать свой интеллект для завершения предпринятых им поисков знаний. Но французская столица не позволяла сосредоточиться, и осенью 1628 года Декарт выехал сначала в Северную Францию, а потом в Голландию. Здесь он испытал редкое чувство человеческой привязанности к голландской служанке по имени Хелен, которая родила ему дочь. Смерть девочки в 1640 году, когда ей исполнилось 5 лет, была для Декарта тяжким ударом.

Но по большей части его жизнь в Голландии текла в одиночестве, всецело отданная науке. Он потратил годы на ученые занятия, размышления, переписку с другими великими умами своего времени и, наконец, создание и публикацию трудов, которые обеспечили ему прочное место среди наиболее значительных философов в истории человечества.

<Я мыслю, следовательно, я существую>

К 1633 году Декарт завершил первый черновой вариант всеобъемлющего труда, впоследствии названного <Мир>. Затем пришло сообщение, что астроном Галилео Галилей осужден римской католической церковью за распространение теории о вращении Земли вокруг Солнца, которой придерживался и Декарт. Он отложил в сторону свою рукопись и провел следующие три года за написанием книги, в которой так излагал свой научный метод, чтобы, как он надеялся, сделать его приемлемым для церковных теологов. В то время, когда большинство научных трудов было написано по-латыни, Декарт опубликовал свою книгу на французском под заглавием <Рассуждение о методе…>. И все же его наиболее известное выражение дошло до нас на латыни. Это звенящее философское доказательство силы разума: Cogito, ergo sum (Я мыслю, следовательно, я существую).

В <Рассуждении> 1637 года Декарт приводит четыре правила научного познания: 1) принимать в качестве истинных только такие положения, которые отчетливо представляются таковыми; 2) расчленять сложные проблемы на как можно большее число составляющих; 3) сначала искать решения простейших проблем и переходить шаг за шагом к более трудным; 4) просматривать все выводы во избежание упущений. Далее он применил эти методы к трем предметам: к оптике, где им был сформулирован закон рефракции; к погоде, для которой он пытался найти научное объяснение; и к математике, которую он пополнил основами аналитической геометрии.

Метод Декарта оказал революционизирующее воздействие в ту эпоху, когда ученый или философ, выдвигая теорию, должны были попросту подкреплять свои мысли библейскими заимствованиями и цитатами из трудов отцов церкви, так что вскоре у него появилось множество критиков. В итоге человек, столь усердно стремившийся сохранить верность католицизму, обнаружил свое <Рассуждение…> и другие труды, написанные позже, в 1640-е годы, в списках книг, запрещенных католической церковью.

Но у него было также немало влиятельных сторонников, и среди них шведская королева Кристина, которая получала труды Декарта через французского посланника при шведском дворе и в 1647 году начала вести с ним переписку. Кристина унаследовала трон после смерти отца, короля Густава II Адольфа, когда ей было всего шесть лет. Пока страной от ее имени правил регент, Кристина росла в сельской местности, вдали от двора, получая воспитание, более типичное для мальчиков.

После коронации в 1644 году 18-летняя Кристина решила исправить бытовавшее в Европе неблагоприятное представление о своей стране. Юная королева, намереваясь сделать свой двор центром искусств и знаний в Северной Европе, стала приглашать музыкантов и художников из Германии и Италии. Но центром этого интеллектуального мироздания должен был стать Декарт. Она была преисполнена решимости уговорить знаменитого французского ученого поселиться в Стокгольме при ее дворе. 53-летний Декарт неохотно уступил настойчивым просьбам Кристины и осенью 1649 года ступил на борт судна, направлявшегося в страну, которую он назвал <краем медведей, зажатым между скалами и льдом>.

Предрассветные семинары и замерзшие мысли

Основная обязанность Декарта заключалась в обучении молодой королевы, которое проходило, на его взгляд, в неподходящее для цивилизованного человека время, а именно в пять часов утра. Это было тяжкое наказание для того, кто привык спать по десять часов ночью, а утром часто оставался в постели, читая и размышляя. Он нашел, что его венценосная ученица умна и искренне стремится к знаниям, но ее едва ли можно было назвать глубоким мыслителем. Придворная жизнь давала Декарту немного стимулов для интеллектуального совершенствования. Более того, зима оказалась непереносимой, временем, жаловался он, когда даже <мысли у человека промерзают>. 1 февраля 1650 года, спустя всего четыре месяца после прибытия в Стокгольм, Декарт подхватил простуду, позже перешедшую в воспаление легких - так, по крайней мере, говорили в то время; спустя десять дней его не стало.

Поскольку Декарт был католиком, в протестантской Швеции его похоронили на кладбище, предназначенном для некрещеных детей. На могильном камне французский посол повелел высечь загадочную надпись: <Он заплатил за нападки соперников своею невинной жизнью>.

Кем же были эти соперники? Конечно, у придворных были причины завидовать французскому философу; он, несомненно, был первым среди людей науки и искусства, привлеченных Кристиной в Стокгольм. Но не было ли в основе желания убить Декарта также и религиозных мотивов? Королева-протестантка втайне склонялась к католицизму и якобы даже писала к Папе, а также принимала впоследствии двух секретных эмиссаров из Рима. Мог ли Декарт повлиять на духовные поиски королевы? Если да, в Стокгольме нашлось бы немало людей, страшившихся его власти над впечатлительной юной правительницей и имевших серьезные причины для его устранения.

Смерть от отравления мышьяком?

Как было в свое время объявлено, Декарт умер в начале 1650 года от пневмонии. Болезнь начинается с лихорадки и приступов озноба, высокой температуры и колющих болей в груди; среди дальнейших характерных симптомов - кашель, затрудненное дыхание и <ржавая> мокрота. Однако в письме очевидца болезни придворного медика Иохана ван Вуллена голландскому коллеге приводится совершенно иная картина состояния философа: <В течение первых двух дней он пребывал в глубоком сне. Он ничего не принимал: ни еды, ни питья, ни лекарств. На третий и четвертый день он стал страдать бессонницей и впал в сильное беспокойство, также без еды и лекарств. На пятый день к нему позвали меня, но он отказался от моих услуг. Поскольку для меня были очевидны безошибочные признаки приближающейся смерти, я охотно согласился не пользовать умирающего. Когда миновали пятые и шестые сутки, он стал жаловаться на головокружение и внутреннее жжение. На восьмой день - икота и черная рвота. Далее неровное дыхание, блуждающий взгляд - все, что предвещает смерть. На девятый день все было плохо, и на десятый, рано поутру, он отдал Богу душу>.

Это описание хода роковой болезни Декарта действительно гораздо больше совпадает с симптомами острого отравления мышьяком, чем с характерными признаками пневмонии. Если верить письму ван Вуллена, Декарт вполне мог быть убит.

Отъезд королевы

Слухам о насильственной смерти Декарта суждена была недолгая жизнь; в том же году Швеция узнала более важную новость. Кристина ссорилась с парламентом и упорно не желала прислушиваться к мнению своих советников, которые настаивали на том, что она должна выйти замуж и дать трону наследника. Своему ближайшему окружению она поведала о том, что корона тяготит ее, намекнув на возможность отречения, и объявила своим наследником кузена Карла. Через четыре года, в возрасте 28 лет, она, шокировала Европу, отказавшись от короны. Она приняла католическую веру и уехала в Италию.

Историки так и не смогли найти объяснения странному поступку Кристины. Одни утверждали, что протестантская ортодоксальность оказалась слишком жесткой и тяжелой для живого интеллекта молодой королевы. Возможно, ее привлекли утонченные воззрения на религию Декарта, хотя прямых доказательств его участия в се обращении не существует. Другие подчеркивали, что такая преданная искусству личность, как Кристина, могла обрести счастье только в Италии. Хотя потом она дважды приезжала в Швецию, соотечественники относились к ней с неизменным подозрением. В Риме Кристина учредила собственный двор в изгнании, где и умерла 35 лет спустя, унеся в могилу секрет своей загадочной судьбы.

Странствующие останки

Франция, хотя и с опозданием, предъявила права на прах своего прославленного сына. В 1666 году останки Декарта были извлечены из могилы и в медном гробу транспортированы в Париж для перезахоронения в церкви Сент-Женевьев-дю-Монт. Эксгумированные вновь во время Французской революции в конце следующего столетия, они должны были быть помещены в Пантеон - величественную базилику, предназначенную для выдающихся мыслителей и литераторов Франции. Вместо этого гроб с телом Декарта в 1819 году был доставлен в Сен-Жермен-де-Пре. Прежде чем предать прах последнему упокоению, гроб открыли, обнаружив, ко всеобщему ужасу, что череп Декарта в нем отсутствует.

Позже череп появился на аукционе в Швеции; очевидно, он был изъят во время первой эксгумации, на нем имелась надпись: <Череп Декарта, взятый во владение и бережно сохраняемый Израэлем Ханстромом в году 1666-м по случаю переноса тела во Францию и с тех пор спрятанный в Швеции>. Кем бы ни был этот Ханстром, он явно считал, что философ, по крайней мере частично, принадлежит стране, в которой умер. Череп также был возвращен Франции и с 1878 года числится в инвентарном каталоге анатомических экспонатов Музея человека в Париже. К сожалению, останки тела и голова философа и но сей день разделены Сеной.

Медицинское заключение - 330 лет спустя

В 1980 году немецкий публицист и ученый Эйк Пис просматривал в архивах Лейденского университета в Голландии корреспонденцию своего жившего в XVII веке предка Вилема Писо. Внезапно он наткнулся на свидетельство очевидца смерти Декарта 330-летней давности. Это было письмо врача королевы Кристины Йохана ван Вуллена к Писо, знаменитому медику того времени.

<Как вам известно, несколько месяцев назад Декарт прибыл в Швецию, чтобы нанести визит вежливости Ее Светлости Королеве, - писал ван Вуллен Писо. - Только что, в четвертом часу утра, этот человек испустил последний вздох… Королева пожелала прочитать это письмо перед его отправкой. Она хочет знать, что я пишу друзьям о смерти Декарта. Она строго приказала мне проследить, чтобы письмо не попало в неизвестные руки>. Сгорая от любопытства, потомок из XX века продолжил чтение. Далее в письме следовало довольно подробное описание смертельной болезни Декарта. Но почему, задал себе вопрос Эйк Пис, придворный медик шведской королевы счел нужным писать голландскому коллеге о ходе такой банальной болезни, как пневмония? И почему сама королева подвергла цензуре сообщение о смерти знаменитого гостя?

Желая выслушать еще чье-нибудь мнение, Пис перевел письмо, опустив имена, место действия и даты, и отдал его судебно-медицинскому патологоанатому. Вердикт был таков: описанные в письме ван Вуллена симптомы совпадают с признаками острого отравления мышьяком. Из-за повреждений желудочно-кишечного тракта отравление мышьяком вызывает сильную тошноту и боли в желудке. Распухает слизистая оболочка, лопаются кровеносные сосуды, и кровь, смешанная с желудочным соком, образует черные сгустки, выводимые либо через кишечник, либо с рвотой. Эти симптомы обычно не характерны для воспаления легких.

Как нужно поступать, если речь идет о преступлении трехвековой давности? Шансов найти виновного крайне мало, а надежд на судебное разбирательство вообще нет. И все же доказательства существуют: мышьяк откладывается в костях, ногтях и волосах жертвы, и его следы можно обнаружить спустя долгое время после смерти. Многие воспротивятся идее еще раз тревожить прах Декарта ради неопределенной возможности доказать, что произошло убийство. Что касается шансов определить преступника - если философу и в самом деле кто-то <помог> умереть, - то они равны нулю.

И все же сам Декарт был первым поборником научного расследования. Применяя выдвинутые им в <Рассуждении о методе…> четыре правила, можно заключить следующее: 1) его смерть от пневмонии нельзя считать достоверно установленным фактом: 2) всю задачу можно разделить на по меньшей мере четыре составные части: был ли он отравлен, как, кем, по каким мотивам? 3) проще всего решить вопрос о причине смерти, что и следует сделать, прежде чем перейти к более сложным задачам: 4) пересмотр выводов с целью не допустить ошибок может дополнить историю потрясающей информацией и позволит сделать очень интересное заключение относительно биографии одного из величайших мировых мыслителей.

Жертва зловещей науки

Что общего между Рене Декартом и австрийским композитором Йозефом Гайдном? Отсутствие головы.

Обожаемый музыкант - первый великий мастер симфонии и квартета, которого Моцарт называл <папа Гайдн>, - скончался 31 мая 1809 года в возрасте 77 лет. Спустя 11 лет гроб с телом Гайдна решено было перенести из Вены, места его первого захоронения, в Айзенштадт, город в 40 километрах к юго-востоку от столицы, в котором он прожил 30 лет. Но прежде чем к этому приступить, гроб открыли, и, к ужасу присутствующих, оказалось, что под белым париком композитора ничего не было.

Нити судебного расследования привели к венскому френологическому кружку, пользовавшемуся сомнительной репутацией. Туда входили ученики некоего Франца Иозефа Галля, приверженцы его теории, что о духовных и умственных способностях человека можно судить по размерам и форме его мозга и черепа. В 1802 году <система Галля> была запрещена имперским декретом. Это, однако, не остановило адептов псевдонауки, и по городу продолжали ползти слухи о вскрытых могилах, похищенных головах.

Хотя двое френологов признались, что какое-то время череп Гайдна был у них, установить его местонахождение австрийская полиция так и не смогла. Он исчез.

В 1895 году череп композитора - пройдя через несколько рук - обнаружился среди имущества одного профессора анатомии. После его смерти сыновья передали реликвию Обществу друзей музыки. Прошло еще 59 лет, прежде чем странные блуждания подошли к концу и череп Гайдна соединился с остальными костями.


Император в изгнании

Некогда самый могущественный правитель Европы, Наполеон закончил свои дни в ссылке, на острове в Южной Атлантике. Он умер в 1821 году, убежденный в том, что его убили те, кто взял его 6 плен, - англичане. В 1978 году возникло новое сенсационное обвинение: убийство совершено французом.

Я умираю раньше времени, убитый английской олигархией и ее наемником>. За три недели до смерти, последовавшей 5 мая 1821 года, Наполеон Бонапарт добавил эти слова к своему завещанию. Сидя в постели с куском картона, заменявшим ему письменный стол, смертельно больной бывший император с трудом переписывал своей рукой текст, до этого надиктованный секретарю, стараясь, чтобы его обычно неразборчивый почерк можно было разобрать. Слова звучали как упрек нации, сославшей его на остров Св. Елены в Южную Атлантику, и обвинение в адрес губернатора острова Хадсона Лоу.

В полдень следующего после смерти императора дня семеро врачей собрались в резиденции изгнанника, чтобы присутствовать при длившемся два часа вскрытии, которое проводил его личный врач Франческо Антомарки. Шестеро медиков были из военного ведомства и, таким образом, подчинялись губернатору Лоу. Не придя к согласию по поводу результатов аутопсии, врачи представили четыре отдельных заключения. Наибольшее распространение получил вывод д-ра Антомарки о том, что смерть наступила вследствие рака желудка с изъязвлениями. Когда известие об этой смер-ти достигло Европы, все облегченно вздохнули: человека, который в течение четверти века властвовал над этим континентом, больше не было. Позднее обнародованному обвинению Наполеона значения не придавали и считали его продиктованным местью бредом умирающего.

Сенсационное обвинение

После смерти Наполеона было издано множество книг о нем, включая и воспоминания нескольких человек, бывших с ним в ссылке на острове Св. Елены. Последней из книг-документов о заключительных годах жизни императора стала автобиография его преданного слуги Луи Маршана, опубликованная его внуком в 1955 году. Книгу залпом прочитал Свен Форсхувуд, шведский врач, токсиколог (специалист по изучению ядов) и знаток жизненного пути Наполеона.

Многие историки подвергали сомнению официальную версию смерти императора, но ни один не мог предоставить достаточных доказательств в поддержку своей точки зрения. Как считает д-р Форсхувуд, мемуары Маршана содержат информацию, доказывающую, что Наполеон был отравлен. Расследование, предпринятое им в Европе, Северной Америке и на Св. Елене, привело к сенсационному заключению, опубликованному в 1978 году, через 157 лет после смерти изгнанника. Наполеон, утверждает он, пал жертвой отравления мышьяком. Убийца? Не Хадсон Лоу, английский губернатор, которого так презирал Наполеон, а скорее кто-то из его собственного окружения, один из французских соратников по ссылке.

Смертельная скука

Покорив большую часть Европы, Наполеон в июне 1812 года вторгся в Россию - поступок весьма недальновидный - и был вынужден с позором отступить, потеряв полмиллиона человек. Его враги объединились, напали на Францию и принудили императора отречься от престола в апреле 1814 года. Спустя год Наполеон покинул место ссылки на средиземноморском острове Эльба, однако его попытка вновь захватить власть завершилась окончательным разгромом при Ватерлоо 18 июня 1815 года и вторичным отречением.

В надежде найти прибежище в Англии, Наполеон сдался в плен своим врагам - британцам. Вместо плена его на борту военного судна отправили в путешествие к берегам Св. Елены - <вынесли смертный приговор>, по словам взбешенного эксимператора. Св. Елена - это остатки потухшего вулкана, остров площадью в 122 квадратных километра, расположенный на 15° южнее экватора и в 1920 километрах от западного побережья Африки. Открытый португальцами, он был пожалован Британской Ост-Индской компании, чтобы суда, курсирующие в Индию и обратно, могли пополнять здесь запасы питьевой воды. Население вместе с однотысячным гарнизоном насчитывало 4000 человек; с приездом императора численность войск на острове утроилась из-за присланного для охраны пленника отряда. В первый раз увидев остров 15 октября, английский врач, плывший на борту того же судна, что и Наполеон, описал его как <самую отвратительную и мрачную скалу из всех возможных… возвышающуюся над гладью пучины словно огромный черный нарост>.

Наполеону было позволено взять с собой в изгнание небольшую группу друзей и слуг, включая Анри Гратьена Бертрана, бывшего обер-церемониймейстера дворца, и графа Шарля Тристана де Монтолона. Бертран служил у Наполеона с 1798 года, но Монтолон был из числа более недавних сторонников - человек, который бросился предлагать свои услуги восстановленной монархии после первого отречения Наполеона, но по возвращении императора с Эльбы успел в очередной раз переметнуться. Он приехал в сопровождении хорошенькой молодой жены. Знаки внимания, которые она оказывала Наполеону, и ее полуночные визиты в его комнату вскоре сделались предметом пересудов на острове.

Пока не была подготовлена для жилья вилла из 23 комнат под названием <Лонгвуд>, окружение императора поселилось в летнем домике местного купца. Расположенный на горном плато в нескольких километрах от порта Св. Елены, Лонгвуд был сумрачным, кишевшим крысами зданием, стены которого покрывала зеленая плесень. Распорядок дня не отличался разнообразием: большую часть времени Наполеон диктовал свои мемуары или вспоминал военные подвиги, восстанавливая ход событий на картах и глобусах. После обеда изгнанники играли в карты и шахматы или слушали, как император читал им вслух, пока он, резко прервавшись, не возвещал, что настало время отхода ко сну. Кто-то из свиты охарактеризовал будни как скуку с понедельника до субботы, а воскресенье - как <великую скуку>.

Немезида императора

Генералмайор сэр Хадсон Лоу прибыл на Св. Елену 14 апреля 1816 года. Назначенный новым генерал-губернатором, он стал, по существу, тюремщиком Наполеона. Император мгновенно невзлюбил его, сказав, что у Лоу <гнуснейшая физиономия>.

Со своей стороны Лоу, казалось, панически боялся бегства знаменитого пленника. Он наложил жесткие ограничения на свободу передвижения Наполеона, решал, пропускать ли к нему посетителей, просматривал почту и газеты и стал сокращать расходы на содержание Лонгвуда. 18 августа, во время бурного объяснения. Наполеон сказал Лоу, что тот выполняет работу палача. <Я должен подчиняться приказам>, - заявил губернатор. <Что же, если бы вам приказали убить меня, вы бы тоже послушались?> - спросил Наполеон. <Нет, англичане не становятся наемными убийцами>, - раздраженно ответил Лоу. Больше они никогда не встречались, и все дальнейшие переговоры между пленником и стражем велись через посредников.

Преданный Бертран пытался защищать интересы Наполеона перед губернатором. <Вы что, хотите убить императора? - писал он. - Если вы и дальше будете упорствовать в своем поведении, то ответ будет утвердительным>. Бертран имел в виду ограничения, наложенные на свободу передвижения Наполеона по острову, но у самого изгнанника были основания и для более серьезного обвинения.

Наполеон укреплялся в убеждении, что его ждет медленная смерть от умело дозированного яда. Он сообщал о своих жалобах д-ру Барри 0’Мире, ирландскому врачу, лечившему его после отъезда из Англии. Подагра мешала ему заниматься физическими упражнениями; он постоянно мерз, но на солнце испытывал головную боль; его десны при малейшем прикосновении воспалялись и кровоточили.

Лоу, по-видимому, удавалось скрывать от эмиссаров из европейских стран правду об ухудшающемся здоровье бывшего императора. Узнав, что врач шлет в Англию тайные послания, губернатор уволил его в июле 1818 года. Вернувшись домой, д-р 0’Мира заявил, что губернатор Лоу говорил ему о <пользе, которую принесет Европе смерть Наполеона>.

Роковая болезнь

15 августа 1819 года Наполеону исполнилось 50 лет, но никакого празднования в Лонгвуде не было. Круг приближенных сужался. Среди перебежчиков была жена графа Монтолона, уехавшая в Европу с тремя детьми, младшая из которых - девочка по имени Наполеона - родилась на острове и, по слухам, была дочерью эксимператора. Изгнанник сделался тучным, вялым и впал в депрессию. Он говорил своему слуге Маршану, что ждет скорой смерти.

Через год после отъезда д-ра О’Миры у Наполеона появился новый личный врач. 19 сентября 1819 года вместе с двумя священниками, посланными дядей бывшего императора кардиналом Фешем, приехал молодой корсиканец, д-р Франческо Антомарки. Наполеон рассказал врачу, что его отец умер от рака, и спросил, не передается ли это по наследству. Пытаясь заглушить опасения пациента, врач посоветовал ему в виде физических упражнений работать в саду, и на какое-то время состояние здоровья изгнанника улучшилось.

19 июля 1820 года д-р Антомарки отметил в своем дневнике, что Наполеон страдает от <озноба, лихорадки, головной боли, тошноты, сухого и частого кашля, рвоты с признаками желчи>. Эти симптомы были сигналом болезни, 10 месяцев спустя приведшей к смерти. Ухудшение состояния Наполеона было зафиксировано в мемуарах Маршана, с таким тщанием изученных Свеном Форсхувудом после их публикации в 1955 году.

Добавив свидетельства Маршана к тем, что были известны ранее, шведский врач сумел проследить течение роковой болезни Наполеона вплоть до мельчайших подробностей. В ходе этой работы он получил сенсационные доказательства, подтверждавшие его точку зрения относительно отравления мышьяком. В период с марта по май 1820 года Наполеону давали рвотный камень, который, вероятно, ослабил его желудок, оршад - напиток с добавками из горького миндаля, и большие дозы каломеля - препарата, пагубно реагировавшего на горький миндаль. Это была прелюдия перед назначением мышьяка, утверждает д-р Форсхувуд, <классический метод отравления… убийство ослабленной жертвы, не оставляющее следов мышьяка>.

Новая династия Европы

Наполеон родился в корсиканской семье итальянского происхождения. Продвигаясь вверх от курсанта военного училища до императора Франции, он основал новую династию, ставя членов огромного клана во главе покоренных стран. Старший брат Жозеф именовался королем Неаполя, а затем Испании. Два младших брата - Луи и Жером - получили голландский трон и престол германского королевства Вестфалия. Сестры вышли замуж за наследных принцев. Ни одно из этих правлений не пережило падения Наполеона, но кое-кто из его генералов оказался более удачливым.

Жан Батист Бернадот родился в среде мелкопоместного дворянства на юго-западе Франции. Его отец, как и у Наполеона, был юристом; но, подобно Наполеону, ступив на путь военной карьеры, Бернадот дослужился от рядового до маршала Франции в 1804 году. На следующий год Наполеон пожаловал Бернадоту титул князя Понте-Корво.

Эти двое отнюдь не были в близких отношениях, и, говорят, Бернадот противился наполеоновскому захвату власти. Но в 1798 году он женился на бывшей невесте Наполеона Дезире Клари, сестре жены Жозефа Бонапарта, и, возможно, благодаря этим связям избежал наказания.

В 1810 году шведский парламент, видимо в надежде снискать благосклонность Наполеона, избрал Бернадота прямым наследником бездетного короля Карла XIII. Хотя Бернадот не сразу воцарился на престоле, он с самого начала стал руководить политикой Швеции. Объединив Швецию с Норвегией, он стимулировал отход новой страны от политической борьбы в Европе, провозгласив сохраняющийся и но сей день принцип нейтралитета. Через три года после того, как Наполеон отправился в ссылку на Св. Елену, Бернадот был коронован как король шведский Карл XIV Юхан. Его прямой потомок Карл XVI Густав восседает на шведском троне в наши дни.

Внутренний враг

Среди последних желаний Наполеона была просьба вынуть его сердце перед погребением на Св. Елене и отослать его жене, Марии Луизе, а также раздать пряди его волос нескольким фаворитам. Губернатор Лоу отказался выполнить первое желание покойного, но локоны бывшего императора были вручены в память о нем нескольким семьям приближенных, в том числе и Луи Маршану. Из этой маршановской реликвии были взяты образцы волос, которые д-р Форсхувуд в 1960 году подверг анализу, обнаружившему присутствие в теле Наполеона перед смертью <относительно большого количества мышьяка>.

Это заключение служит с тех пор предметом горячих споров. Проведя другие исследования, некоторые ученые утверждают, что повышенное содержание мышьяка в крови Наполеона могло быть связано с обоями. Используемое в XIX веке для получения ярко-зеленой краски медно-мышьяковистое соединение могло давать реакцию с плесневым грибком, образуя фатальные испарения, которые, вероятно, вносили свою лепту в ухудшение здоровья бывшего императора.

Но д-р Форсхувуд был убежден в том, что смерть Наполеона произошла не без чьего-то участия и что убийцей был граф Монтолон, действовавший в интересах Бурбонов. Граф заведовал винным погребом и держал под замком личные запасы Наполеона - южноафриканские вина. В двух случаях, когда вином по ошибке напоили других людей, они заболели.

В 1840 году, после падения Бурбонов, Франция направила делегацию для эксгумации тела Наполеона и церемониального перезахоронения в Париже. Некоторые из оставшихся в живых соратников императора по изгнанию сгрудились у его могилы, когда открывали гроб. Но Монтолона меж ними не было. Он поступил на службу к Луи-Наполеону, племяннику Наполеона I, позднее ставшему управлять Францией под именем Наполеона III.

Хотя от одежды Наполеона остались одни лохмотья, тело его на редкость хорошо сохранилось. Может быть, граф знал, что мышьяк противостоит распаду, в особенности если организм подвергался хроническому воздействию этого яда?


Нежеланный супруг

Они заключали брак по любви - жизнерадостная молодая королева и ее высокий, красивый кузен. Однако через несколько месяцев после свадьбы Мария, королева Шотландии, горько разочаровалась в муже. Была ли она виновата в его смерти, наступившей два года спустя?

Последнее воскресенье перед началом Великого поста было днем увеселений при шотландском дворе в Эдинбурге. Утром состоялось бракосочетание любимого слуги королевы, в полдень она присутствовала на свадебном обеде. Позже королева и ее свита провели приятный вечер в Керк-0’Филд - доме, где ее муж Генри выздоравливал после оспы. Королева мирно беседовала со своим супругом, придворные, все еще одетые в карнавальные костюмы, играли в кости; гитарист перебирал струны, создавая музыкальный фон. Около 11 часов королева вспомнила, что ее ждут в Холирудском дворце на свадебном празднестве, и села на лошадь, чтобы проскакать верхом около мили. Пораженная видом одного пажа в заляпанной грязью одежде, она воскликнула: <Боже, до чего же ты вымазался!>

В два часа ночи почти весь город, включая и королеву, проснулся от взрыва силой в 30-40 пушечных выстрелов. Керк-0’Филд превратился в груду развалин. В соседнем саду нашли тела короля в одной ночной рубашке и слуги - оба были задушены. Это явное убийство 10 февраля 1567 года, к которому королева, несомненно, была причастна, хотя бы и косвенно, стало началом быстрого и трагического заката шотландской королевы Марии, славившейся своей красотой и романтичностью.

Семи дней от роду 8 декабря 1542 года Мария унаследовала шотландский престол после смерти своего отца, короля Якова V. Отправленная матерью воспитываться при французском дворе, Мария в 15 лет вышла замуж за наследника престола, а еще через год, когда ее муж взошел на трон как Франциск II, стала королевой Франции. Мало вероятно, чтобы болезненный подросток, к тому же на два года младше ее, был ей настоящим мужем, и после смерти Франциска в 1560 году 18-летняя вдова вернулась в Шотландию. Здесь ей предстояло примирить собственные твердые католические убеждения с протестантской верой своих подданных, заискивать перед английской королевой Елизаветой 1 и найти подходящего мужа, дабы обеспечить шотландский трон наследником. Первая из задач поставила ее в очень трудное положение. Вторая стала проблемой всей ее жизни, так как Елизавета знала, что Мария, будучи внучкой родной сестры ее отца, также имеет права на английский трон. Что касается третьей проблемы, то она была решена с появлением при дворе весной 1565 года красивого, молодого сводного двоюродного брата Марии - Генри Стюарта, лорда Дарнли.

Дарили, которому еще не исполнилось 19 лет, был юношей хрупкого телосложения на четыре года младше Марии. Но, и это было главным для необычно высокой королевы, ростом он превосходил ее на 7 или 8 сантиметров. Как признавалась Мария кому-то из приближенных, Дарнли был <самым подходящим и самым пропорционально сложенным мужчиной> из всех, кого она когда-либо видела. Они составили великолепную пару. Не считаясь с мнением советников, в июле королева вышла за Дарили замуж. Как вдова, она была одета в черное.

Новый король Генри быстро показал свое истинное лицо. Тщеславный, жадный, ненадежный, Дарили унижал жену, которая вскорости понесла, тайно волочился за придворными дамами и открыто преследовал простолюдинок. К осени любовь Марии прошла.

Первая жертва - Давид Риччо

За спиной жены Дарнли сговаривался с протестантской знатью, стремясь стать соправителем. Заговорщики еще не настолько осмелели, чтобы нанести королеве прямой удар. Они избрали своей первой жертвой ее личного секретаря и придворного музыканта, некрасивого пожилого итальянца по имени Давид Риччо. По слухам, тайный агент Папы и, что мало вероятно, любовник Марии, Риччо оказался легкой добычей.

К концу зимы 1566 года расту ищи живот и плохое самочувствие не позволяли Марии покидать апартаменты во дворце Холируд. Вечером в субботу, 9 марта, Мария пригласила нескольких придворных, в том числе и Риччо, на интимный дружеский ужин. Внезапно в комнату ворвался Дарнли в сопровождении вооруженного лорда Рутвена. Когда королева выразила свой протест по поводу подобного вторжения, Рутвен вытащил кинжал - что, по-видимому, послужило сигналом для других заговорщиков. К ужасу Марии и ее гостей, Риччо выволокли из покоев королевы и закололи насмерть.

Мария была убеждена, что убийцы целятся в нее: она знала также, что ей не обойтись без помощи Дарнли, если она хочет вырваться из холирудских тисков. Так или иначе, в течение следующих двух дней ей удалось взять верх над слабовольным мужем, и в понедельник ночью оба они покинули замок через глухие коридоры и комнаты для слуг.

Спустя неделю Мария вернулась в Эдинбург во главе восьмитысячной армии; рядом с ней, больше похожий на угрюмого вассала, чем на супруга королевы, скакал Дарнли.

Желанный наследник, ненужный супруг

Девятнадцатого июня 1566 года после долгих родов Мария произвела на свет сына, будущего короля Шотландии Якова VI и - поскольку он стал преемником бездетной королевы Елизаветы - английского короля Якова I. Во время церемонии она продемонстрировала младенца Дарнли, заявив, что <это ваш сын, и ничей больше>. После этого муж совершенно перестал ее интересовать и вообще сделался не нужен.

В начале 1567 года стало известно, что Дарнли серьезно болен, по официальному диагнозу, оспой, но, как все склонны были считать, смертельной формой сифилиса. В конце января королева привезла его назад в столицу и поселила в удобном, хотя и не очень роскошном поместье Керк-0’Филд, неподалеку от Холируда. Именно здесь он и встретил свою смерть ранним утром 10 февраля.

Письма из ларца

Так называемые письма из ларца играют важную роль в споре о том, была или не была Мария, королева Шотландии, в связи с графом Босуэллом до смерти Дарнли, а также играла ли она роль сообщницы в убийстве мужа или оказалась невинной жертвой злонамеренных слухов. Доказательства содержатся в восьми письмах и 12 сонетах, предположительно написанных между январем и апрелем 1567 года, или за месяц до и два месяца после убийства короля. Документы были обнаружены в серебряном ларце, который перевозил один из слуг Босуэлла своему хозяину в замок Данбар из Эдинбурга. Они не только скомпрометировали Марию в глазах ее шотландских подданных, но и возбудили подозрения английской королевы Елизаветы I.

В серебряном ларце были только копии писем, написанные другой рукой; оригиналы документов так никогда и не нашлись. Таким образом, наиболее очевидный способ установления подлинности писем - путем сличения почерка - непригоден. Более того, содержание и стиль писем вызывают серьезные сомнения в авторстве Марии. Ни одно из них не содержит даты или подписи, письма лишены либо приемлемого начала, либо логического конца. Между тем королева, как то было известно, очень внимательно относилась к своей корреспонденции, всегда ставя в конце характерную подпись <Мари>. Сонеты также не обладают сходством с сохранившимися образчиками поэтического стиля Марии. Вердикт истории: письма из ларца - подделка. Но кто ее совершил, остается тайной.

Пороховой заговор и новый супруг

Слуга, которого видела Мария, покидая Керк-о’Филд в тот роковой воскресный вечер, как позже обнаружилось, переносил порох в комнаты, расположенные непосредственно под апартаментами Дарнли. Его хозяином был граф Босуэлл, один из лордов, сплотившихся вокруг королевы после убийства Давида Риччо.

Босуэлла обвинили в заговоре с целью взорвать Керк-о’Филд; говорили, что король от взрыва не пострадал и приспешники графа задушили Дарнли и его слугу. Но 12 апреля после семичасового судебного разбирательства Босуэлл был оправдан.

Спустя неделю группа священнослужителей и знати подписала манифест с обращением к Марии взять Босуэлла в мужья. Когда Мария отказалась от поспешно сделанного ей предложения, Босуэлл схватил королеву и заключил, как настоящую пленницу, в замок Данбар, и 15 мая она вышла замуж за своего похитителя. Но для Шотландии сомнительный брак с предполагаемым убийцей мужа стал явным перебором. Не прошло и месяца, как Мария попала в плен к повстанцам, а Босуэлл сбежал. Королева, привыкшая к лести своих подданных, теперь слышала крики солдат: <Сожгите ее, сожгите шлюху!>

Хотя на этот раз Мария избежала смерти, судьба ее была решена. Вынужденная отречься от престола в пользу годовалого сына, она была заключена в замок на острове озера Лохлевен. Ее брат по отцу, родной сын Якова V, был объявлен регентом. На следующий год Мария бежала, но восстание в ее поддержку было быстро подавлено, и она опрометчиво решила искать убежища в Англии, отдавшись на милость королевы Елизаветы. Но вместо того, чтобы стать гостьей, Мария сделалась пленницей.

Она прожила в неволе еще 19 лет. 8 февраля 1587 года по приказу королевы Елизаветы Марию казнили в замке Фозерингхей в Англии. Чтобы отсечь ей голову, палачу понадобилось сделать два удара топором, и очевидцы казни клялись, что еще 15 минут после смерти губы Марии продолжали шевелиться в молитве. Ей было 44 года.


Трагедия в Майерлинге

Наследник престола Австро-Венгерской империи покинул Вену, чтобы уединиться 6 императорском охотничьем замке {Лайерлинг. Необъявленной гостьей была 17-летняя баронесса Мария Вечера. Выла ли их смерть 6 эту ночь результатом соглашения о самоубийстве?

Никого не допускай в мою комнату, даже самого императора>, - приказал эрцгерцог Рудольф своему лакею Иоганну Лошеку перед тем, как удалиться в спальню около двух часов ночи в среду, 30 января 1889 года. Лакей предположил, что наследник австро-венгерского престола просто желает провести ночь со своей страстной новой возлюбленной баронессой Марией Вечерой. Пара прибыла в Майерлинг, императорский охотничий замок в 30 километрах к югу от Вены, днем в понедельник. Наследный принц без охраны и. как считалось, один приехал якобы поохотиться со своим приятелем графом Хойосом и родственником принцем Кобургским. Мария, которая была тайно похищена из столицы и чье присутствие в замке держалось в секрете от остальных гостей, была привезена для интерлюдии в романтическом стиле,

В 6.30 утра Лошека разбудил хозяин. Приказав позвать его к завтраку через час, эрцгерцог снова удалился в спальню. После многократных безуспешных попыток достучаться в дверь между 7.30 и 8 часами лакей встревожился и позвал графа Хойоса и принца Кобургского. Когда они приказали ему взломать дверь, Лошек выдал тайну: эрцгерцог Рудольф не один в комнате, с ним - Мария Вечера.

Топором лакей прорубил в двери отверстие, через которое им предстало жуткое зрелище. На кровати лежали полностью одетые эрцгерцог и Мария, оба мертвые. Молодая женщина держала в руках розу; ее любовник привалился к ночному столику, где стояло зеркало. Прострелив Марии голову, Рудольф использовал зеркало, чтобы прицелиться в себя.

Граф Хойос помчался в коляске к ближайшей железнодорожной станции, остановил поезд-экспресс и прибыл во дворец в Вену около 10.15 утра. У него недостало решимости рассказать императору Францу-Иосифу о том, что произошло на самом деле, и он сказал императрице Елизавете, что Мария отравила себя и наследника престола. Эта история стала первой ложной версией в безуспешных попытках сохранить страшную правду в тайне от общества.

В четверг 31 января огромные заголовки на первых страницах газет в траурных рамках известили, что 30-летний наследник престола скончался. Сначала объявили, что причиной смерти был удар, потом - сердечный приступ и наконец - случайное огнестрельное ранение. И только на следующий день открылось, что это самоубийство: о Марии Вечере ничего не сообщалось.

Наследный принц - революционер

Единственный сын императора Франца-Иосифа, Рудольф с детских лет воспитывался как наследник огромной, многоязыкой империи, занимавшей всю Центральную Европу. Будучи императором Австро-Венгрии, Франц-Иосиф управлял, кроме того, большей частью территорий нынешних Чехии и Словакии и республик бывшей Югославии; опытный старый император хорошо знал, что только сильная армия может поддерживать то, что называлось дуалистической монархией. И Рудольф, умный и сообразительный молодой человек, испытал в раннем возрасте всю суровость армейской жизни; он должен был быть готов к тому дню, когда ему придется командовать армией империи.

Вмешалась императрица Елизавета, пылкая женщина, сбегавшая от дворцовой скуки и путешествовавшая инкогнито по всей Европе в сопровождении одной придворной дамы. Она наняла для своего сына учителя по имени Йозеф Латур фон Турнбург. Этот человек либеральных, гуманистических взглядов решил, что Рудольфу нужно знать не только казарменную рутину и военные маневры, и познакомил своего ученика с другими учеными-мечтателями. Рудольф понял, что он живет во времена перемен, и уловил неприятный запах затхлости и разложения, исходивший от невероятного государства его отца.

<Империя - всего лишь мощные руины, до сих пор стоящие, но приговоренные временем к разрушению, - писал наследный принц в учебной работе в возрасте 15 лет. - Хотя монархия держалась сотни лет, пока люди слепо признавали ее власть, теперь ее срок истек. Все человечество движется к свободе, и при следующем шторме этому кораблю предопределено судьбой затонуть>. Когда Франц-Иосиф прослышал о революционных взглядах сына, он принял меры, чтобы устранить Рудольфа от государственных дел.

Новый взгляд на Европу

Недовольство отца не испугало Рудольфа. Он заваливал императора памятными записками, в которых противопоставлял авторитарное правление Габсбургов стремлению к демократии, захлестывавшему Европу. Франц-Иосиф просто отказывался читать эти меморандумы, но гораздо труднее было игнорировать анонимные статьи, которые писал его сын в Neiics Wicm’r Ta^hlatt. радикальную ежедневную газету, основанную другом эрцгерцога Морицсм Сепшем. Личность автора вскоре стала известна не только в Вене, но и в Берлине, где германский канцлер Бисмарк приказал секретным агентам следить за потенциально опасным наследником австро-венгерского престола.

Рудольф, как и многие австрийцы и венгры, с тревогой следил за все более тесными связями его страны с Германией, недавно объединенной под властью прусской династии Гогенцоллернов. Он считал, что Австро-Венгрии, напротив, следует завоевать расположение своих славянских подданных, идя на сближение с Россией, противостоявшей Германии. Некоторое время он утешался идеей Европы, объединенной терпимостью и сотрудничеством. Это должно было случиться, когда он и еще два либерально мыслящих наследника европейских монархий взойдут на престол: принц Фридрих в Германии и Эдуард, принц Уэльский, в Британии. Но этому не суждено было осуществиться. Фридрих умер от рака через год после коронации, а его напыщенный сын Вильгельм II вряд ли разделял надежды Рудольфа на мир и единение в Европе. Эдуарду же пришлось ждать до 1901 года, когда умерла его мать, королева Виктория.

Будучи в течение многих лет любимцем народа, к 1888 году Рудольф почувствовал себя в нарастающей изоляции из-за поднявшейся шумной кампании за объединение Австро-Венгрии с германским рейхом. Наружу вылез грязный антисемитизм, противников называли не только предателями, но и рабами еврейских денежных интересов. <Мы верим в замечательное, прекрасное будущее>, - сказал однажды Рудольф Морицу Сепшу. Поскольку он больше не мог лелеять таких надежд, эрцгерцог признал свое поражение в политике и последние, как оказалось, годы своей жизни провел в разгуле и дебошах.

Нездоровое желание

Внешне симпатичный наследный принц Рудольф никогда не был обделен вниманием женщин - и до, и после своей женитьбы в 1881 году в возрасте 23 лет на принцессе Стефании, дочери короля Бельгии. Рассудительная, довольно непривлекательная, выбранная его отцом 16-летняя невеста была далека от того идеала женщины, что нравился Рудольфу. Их единственный ребенок, дочь, родилась двумя годами позже. Стефания, но всей видимости заразившаяся от своего мужа гонореей, больше не могла иметь детей, и вскоре супруги стали жить в отдельных покоях дворца, поддерживая лишь видимость брака, как того требовал этикет. Эрцгерцога, погрузившегося в пьянство, наркотики и разврат, вскоре охватило навязчивое желание смерти.

Среди молодых женщин, пользовавшихся вниманием Рудольфа, была Митци Каспар, числившаяся в свите наследника <помощницей по хозяйству>; это была <прелестная девушка>, очень преданная эрцгерцогу. Но когда Рудольф предложил ей совершить вместе с ним самоубийство, Митци сначала рассмеялась, приняв это за шутку, а затем, поняв, что он говорит серьезно, отказалась. Тогда наследный принц нашел более доверчивую девушку в октябре 1888 года.

Баронесса Мария Вечера - или Мери, как она просила себя называть, - была темноволосой красавицей, в жилах которой текла кровь греческих и чешско-австрийских предков, с выразительными глазами под тяжелыми веками и маленьким, чувственным ртом. <Из-за гибкой, хорошо развитой фигуры>, рассказывала графиня Лариш-Валлерзее, ее подруга и покровительница при дворе, она казалась старше своих 17 лет; у нее была <грациозная, невероятно соблазнительная> походка. Было широко известно, что у нее уже было несколько любовников.

Баронесса была представлена Рудольфу на скачках 7 октября английским принцем Уэльским, у которого было множество приятельниц среди хорошеньких молодых женщин. Через неделю, руководимая графиней Лариш-Валлерзее, она появилась на театральной премьере, в ложе рядом с ложей Рудольфа. К концу месяца состоялось их первое свидание. Когда кучер Рудольфа ловко открыл дверцы одновременно императорского экипажа и стоявшего рядом экипажа графини, Мария незаметно проскользнула из одного в другой. Пока тактичный кучер Рудольфа, заткнув уши, отвернулся в сторону, счастливая пара наслаждалась первыми минутами близости.

Вскоре графиня сопровождала Марию в личные апартаменты эрцгерцога; лица обеих дам были спрятаны в боа из перьев. Однажды в кабинете Рудольфа Мария обнаружила револьвер, лежавший рядом с черепом на его столе. Она взяла череп, чтобы получше его рассмотреть, когда в комнату вошел эрцгерцог. Заметив вопрос в его глазах, она сказала, что не боится смерти. В середине ноября он подарил ей железное кольцо с выгравированными буквами ILVBIDT; они, как он объяснил, означали фразу <In Liehe Vereint Bis In Den Tod> (<Любовью соединены на смерть>). Она носила это кольцо на цепочке на шее, но спрятанным под лифом платья.

Своей бывшей гувернантке Мария писала: <Если бы я могла отдать жизнь для его счастья, я бы с радостью это сделала, потому что я не дорожу своей жизнью>. Они заключили соглашение, добавляла она. <После нескольких счастливых часов в никому не известном месте мы оба умрем>.

Королева Виктория, бабушка Европы

Полной противоположностью долгому правлению Франца-Иосифа было царствование его современницы королевы Великобритании Виктории. Ее монархия считается моделью политического успеха и семейного благополучия. Взойдя на престол в 18 лет, она правила почти 64 года: с 20 июня 1837 года до своей смерти 22 января 1901 года. Хотя ее власть была скорее символической, она стояла во главе государства во время беспрецедентного подъема Британии к вершинам мирового могущества в XIX веке. В 1876 году она была провозглашена императрицей Индии, что символизировало огромные колониальные владения Британии; в эпоху Виктории говорили, что над Британской империей никогда не заходит солнце.

Через три года после коронации Виктория вышла замуж за своего кузена Альберта Сакс-Кобург-Готского. Это был действительно брак по любви. Она родила ему девять детей и была безутешна, когда он умер на 22-м году их семейной жизни в 1861 году. Перед смертью принц Альберт выдал свою старшую дочь Викторию за прусского наследного принца Фридриха, заложив таким образом основу матримониальной политики, которая впоследствии сделала его вдову <бабушкой Европы>.

Виктория-младшая правила, хотя и недолго, как императрица Германии, а ее сын Вильгельм II был германским кайзером в годы Первой мировой войны. Посредством браков других детей королева Виктория стала бабушкой последней русской царицы Александры и супруг королей Норвегии, Румынии, Швеции и Испании. Ее старший сын и наследник Эдуард II - прадед королевы Великобритании Елизаветы II.

Измена в императорской семье?

Если верить тому, что написала Мария своей гувернантке, соглашение между эрцгерцогом и очаровательной баронессой было заключено не ранее 13 января 1889 года. Охваченная восторгом молодая женщина срочно заказала для Рудольфа золотой портсигар, на котором была выгравирована знаменательная дата и фраза <в благодарность судьбе>.

Придворные обязанности держали Рудольфа занятым почти все две последние недели месяца. Но независимо от того, как поздно заканчивался прием, почти каждое утро он вставал рано, чтобы отправиться на охоту. Он также нашел время, чтобы отредактировать второй том иллюстрированной истории австро-венгерской монархии, и для переписки с венгерскими друзьями, возмущенными австрийским засильем в империи. Когда-то ходили разговоры о том, что Рудольф мог бы стать королем независимой Венгрии, и император пристально следил за политической активностью сына, возможно содержавшей зерна политической измены. 26 января состоялась бурная встреча императора с сыном.

Спор мог начаться с выговора Франца-Иосифа сыну за разгульную жизнь. А может быть, император просто спросил о развалившемся браке со Стефанией; он узнал, что сын пытался получить разрешение Ватикана на аннулирование брака. Неужели он думал о второй женитьбе на этой авантюристке Марии Вечере? Разговор неизбежно должен был перейти к политике и опасным заигрываниям Рудольфа с венгерскими сепаратистами. Видевшая Рудольфа позже в тот же день одна из фрейлин Стефании отмечала, что выглядел он <страшно расстроенным, просто потерянным>; рука, в которой он держал генеральскую шляпу, заметно дрожала. Лакей рассказал ей об аудиенции у Франца-Иосифа и о том, что встреча закончилась криком разъяренного императора: <Ты не достоин быть моим наследником>.

Роковое свидание в Майерлинге

Так или иначе, Рудольф пережил конец недели с субботним обедом во дворце в честь дня рождения германского императора и воскресным приемом по этому же поводу в германском посольстве. В напряженный момент на приеме в посольстве Мария Вечера была представлена эрцгерцогине Стефании и умудрилась так затянуть паузу перед реверансом, что смолкли все перешептывания наблюдателей. После приема Рудольф отправился к Митци Каспар и оставался у нее до трех часов утра понедельника. Именно в этот день он сказал ей, что собирается еще раз на охоту, на этот раз последнюю. Когда они расставались, он перекрестил ей лоб.

Поздно утром в понедельник, 28 января, два экипажа выехали из Вены по одной дороге, но с интервалом в полчаса. В нервом была Мария Вечера; во втором - Рудольф, за которым осторожно следовали сотрудники тайной полиции. Когда экипаж эрцгерцога замедлил ход, въехав в чащу леса, Рудольф быстро выпрыгнул и скрылся среди деревьев. Кучер повернул обратно к Вене, и полиция последовала за экипажем. Рудольф дошел лесом до гостиницы, закрытой на зиму, где его ожидал экипаж Марии Вечеры. Посмеиваясь над так легко удавшимся обманом, пара поехала в Майерлинг и добралась туда еще до ранних сумерек.

Утром во вторник на охоту прибыли гости эрцгерцога, но им не сообщили о пребывании в замке баронессы. Рудольф, сославшись на простуду, не поехал на охоту в тот день и днем отправил Стефании телеграмму. Объяснив, что недомогание препятствует его присутствию на ужине вечером во дворце, он просил жену <покорнейше> извиниться перед императором. Он останется в Майерлинге еще на день.

Ужиная со своими друзьями, эрцгерцог был в прекрасном расположении духа. В девять часов вечера гости удалились в отведенную им часть замка. Вскоре после этого появилась Мария Вечера, немного растрепанная, в том же платье, в котором она уехала из Вены днем раньше, и с нетерпением спросила ужин для себя. Слуге приказали петь и насвистывать популярные мелодии, и казавшаяся счастливой пара засиделась до раннего утра среды, когда Рудольф приказал не беспокоить его и отправился с юной баронессой в спальню.

Мотивы

Эрцгерцог оставил несколько прощальных писем: к матери, к жене, к Митци Каспар, к своему лакею Лошеку. Ни в одном из них он не объяснял причин самоубийства. <Теперь Вы свободны от моего присутствия и мучений, - писал он Стефании. - Я спокойно встречаю смерть, так как это единственный способ спасти мое доброе имя>. Он благодарил Лошека за многие годы службы и просил позвать священника. <Я не имею права жить дальше, - писал он императрице Елизавете, по всей видимости уже застрелив Марию Вечеру. - Я убил…> Он просил похоронить себя вместе со своей возлюбленной возле монастыря Хайлигенкройц.

Францу-Иосифу Рудольф не написал ни слова. Может быть, старому императору не требовалось объяснений. Все причины трагедии были выяснены еще четыре дня назад при последней мучительной встрече отца с сыном.

Странный уход со сцены

Только 31 января утром император узнал истинную причину смерти сына. Проявив признаки лишь кратковременного шока, он принял два быстрых непреложных решения. Невзирая на возражения духовных лиц, Рудольф должен быть похоронен по полному церковному обряду. От трупа Марии Вечеры необходимо избавиться как можно скорее; ее имя должно исчезнуть, как и она сама.

Чтобы избежать толков о том, что Рудольф умер в Майерлинге не один, катафалка не посылали. Вместо этого два дяди Марии отправились туда в экипаже под вечер, чтобы забрать тело. Смыв с лица девушки запекшуюся кровь и одев ее в пальто и шляпу, ее тело, скованное трупным окоченением, <провели> из замка к экипажу и посадили между двумя родственниками. Палка от метлы, прикрепленная сзади к ее платью, не позволяла телу Марии упасть вперед, пока они ехали к монастырю Хайлигенкройц, где она должна была быть похоронена без Рудольфа.

Дежурный полицейский позже описал свое потрясение: <Как только часы на башне пробили полночь, появился экипаж, а не катафалк, как я ожидал. Когда я вышел в темноте посмотреть, кто приехал, передо мной предстала дьявольская карикатура. Между двумя мужчинами на задней скамейке сидела Мария Вечера, полностью одетая, надменно прямая. Но совсем мертвая!>

По завершении тайных похорон офицер отправил в Вену шифрованную телеграмму: <Все сделано>. Свидетельства о смерти не было выдано; только через несколько недель была сделана запись в приходской книге. Однако по недосмотру имперских цензоров одна из провинциальных газет сообщила, что баронесса Вечера внезапно скончалась в Венеции и похоронена в фамильном склепе в Богемии. Пока Франц-Иосиф оставался императором Австро-Венгрии, ее имя никогда больше не появлялось в печати.

Посмертные почести

Что касается Рудольфа, придворные врачи после вскрытия пришли к выводу, что в момент наступления смерти он находился в состоянии сильного умственного расстройства. Поскольку его сознание было затуманено, его нельзя было признать ответственным за совершенное самоубийство. Церковь не могла возражать против его захоронения в фамильной усыпальнице Габсбургов в церкви Отцов-капуцинов.

Одетое в белый генеральский мундир, с прикрытой головой, чтобы скрыть страшную рану, тело эрцгерцога было выставлено для прощания с народом. Тысячи людей прошли через дворцовую часовню, чтобы поклониться останкам. Елизавета и Стефания слегли от горя, но Франц-Иосиф оставался в своей канцелярии, лично поправляя ответы на соболезнования, составляемые его секретарями, и вникая во все детали похоронной церемонии, которая должна была состояться 5 февраля.

Иностранных представителей на похороны не допустили. <На этой глубоко трогательной траурной церемонии>, было заявлено им, император не хотел бы видеть <никого, кроме ближайших членов своей семьи>. Потребовался особый такт и твердость, чтобы воспрепятствовать приезду германского императора Вильгельма П. <Примите нашу самую горячую благодарность за Вашу верную дружбу и за Ваше намерение прибыть сюда, - писал он кайзеру Вильгельму. - И если я прошу Вас не делать этого, Вы можете судить, насколько глубоко подавлена моя семья, что даже Вам мы вынуждены адресовать эту просьбу>. Единственными представителями иностранных царствующих домов, приглашенными в Вену на церемонию, были родители Стефании, король и королева Бельгии.

Запрет на присутствие иностранных визитеров, однако, не помешал толпам подданных выстроиться вдоль улиц Вены во вторник 5 февраля, когда тело Рудольфа на катафалке перевозили из дворца в церковь Отцов-капуцинов. Тишину города нарушали траурный звон церковных колоколов, цокот копыт гвардейского почетного караула и скрип колес фамильных карет Габсбургов.

В соответствии со старинным ритуалом камергер двора попросил впустить в церковь, стуча в дверь золотым жезлом. <Кто там?> - спросил монах изнутри. <Эрцгерцог Рудольф>, - ответил камергер. Дверь оставалась закрытой, еще раз повторились вопрос и ответ, и снова дверь не открылась. Тогда на повторенный еще раз вопрос камергер ответил: <Твой брат Рудольф. Бедный грешник>. Дверь распахнулась, чтобы принять гроб и присутствовавших на похоронах.

В заключение церемонии император нарушил традицию, преклонил колена у гроба сына и прошептал молитву. Поднимаясь, он вытер глаза платком и быстро вышел. В течение трех месяцев двор будет соблюдать официальный траур, подразделяемый строгим дворцовым протоколом того времени на <глубочайший>, <глубокий> и <умеренный траур>. Францу-Иосифу предстояло еще четверть века самодержавного правления.

Несчастная Австрия

Перед началом правления Франца-Иосифа говорили, что <счастливой Австрии> достаточно женить и выдавать замуж детей правящей династии Габсбургов, чтобы сохранять свою власть в Европе, тогда как другим странам приходится за нее воевать. В XIX веке это представление было полностью разрушено.

Провозглашенный императором в декабре 1848 года, 18-летний Франц-Иосиф привнес обновленную силу в монархию с многовековой историей. Его брак через шесть лет с юной кузиной Елизаветой Баварской обещал счастливую семейную жизнь. Но трудолюбивый правитель не мог предвидеть двух сокрушительных несчастий: подъема Пруссии и личной трагедии.

После унизительного поражения от северного германского королевства-выскочки в 1866 году у Австрии не было сил сопротивляться германскому объединению под властью прусской династии Гогенцоллернов. Когда в 1871 году была провозглашена Германская империя, слава Австрии потускнела.

Самоубийство его единственного сына в январе 1889 года не было для Франца-Иосифа последней семейной трагедией. Пока в США шла Гражданская война, Франция посадила брата австрийского императора Максимилиана на престол в Мексике как свою марионетку. Но, лишившись французской поддержки, Максимилиан был казнен мексиканцами (вверху). В 1898 году, во время визита в Женеву, императрица Елизавета была убита итальянским анархистом. Объявленный наследником после смерти Рудольфа племянник императора Франц-Фердинанд был застрелен 28 июня 1914 года - событие, ввергшее мир в Первую мировую войну. Ни Франц-Иосиф, ни его империя не пережили этой войны. 21 ноября 1916 года 86-летний император скончался незадолго до 68-й годовщины своего восшествия на престол. После поражения от Антанты Австро-Венгрия распалась на несколько независимых государств; преемник Франца-Иосифа, его внучатый племянник Карл I, был выслан в изгнание.

Все, кроме правды

Как ни менялись официальные объяснения причин смерти Рудольфа - сначала удар, потом сердечный приступ, еще позже случайный выстрел и, наконец, самоубийство под влиянием <острого умственного расстройства>, - Франц-Иосиф оставался непреклонен: никогда в его империи полное изложение этой истории не будет опубликовано. <Все, что угодно, лучше, чем правда>, - говорил он.

Майерлинг давно перестал быть королевской резиденцией. Имперский охотничий замок стал кармелитским монастырем, а в комнате, где встретили свою смерть век назад Рудольф и Мария Вечера, сейчас монастырская часовня. Действительная цепь событий, приведших к произошедшей там 30 января 1889 года трагедии, вряд ли станет когда-либо известна.


Самозванец на троне?

В 1591 году Дмитрий, 10-летний сын царя Ивана Грозного, умер при загадочных обстоятельствах. Через 12 лет в Польше один из слуг знатного вельможи заявил, что он - наследник русского престола. Его претензии ввергли Россию в смуту.

Начало нового века было отмечено зловещими предзнаменованиями для России и се нового правителя, царя Бориса Годунова. В 1601 году проливные дожди поздней весной и в начале лета и губительные заморозки в августе полностью уничтожили урожай. Последовавший голод и оскудение привели население в состояние глубокой нищеты. После еще двух неурожайных лет не оставалось семян даже на посев; восстания жестоко подавлялись.

Среди этих катастрофических событий царь получил чрезвычайно тревожные вести. Один молодой человек в Польше заявил, что он является полноправным наследником российского престола, а Борис Годунов не более чем жаждущий власти узурпатор. Слух породил сумятицу при московском дворе - и всколыхнул давно забытые подозрения.

В 1584 году блаженный Федор наследовал своему отцу, Ивану IV, известному в истории как Иван Грозный, и стал царем России. Но реальная власть перешла к двум боярам: его дяде Никите Романову и его шурину Борису Годунову. В 1591 году сводный брат Федора и потенциальный наследник Дмитрий погиб в возрасте десяти лет явно в результате злого умысла. Когда семь лет спустя, в 1598 году, Федор умер, не оставив потомства, Борис Годунов был избран на опустевший русский трон. Но был ли в действительности убит Дмитрий?

Пощечина открывает секрет

Где-то после 1600 года - точные даты и детали этой истории смутны и даже противоречивы - юноша в возрасте около двадцати лет поступил на службу лакеем и конюхом к польскому князю Адаму Вишневецкому. Молодой человек, по рассказам, вскоре стал незаменимым человеком в доме. Осенью 1603 года, однако, ссора между князем и его слугой привела к раскрытию необыкновенной тайны. Рассердившись, Вишневецкий ударил юношу по лицу, и тот воскликнул в величайшем волнении: <Если бы ты знал, князь Адам, кто служит тебе, ты бы не обращался так со мной. Я - царевич Дмитрий, сын царя Ивана>.

Когда лакея стали расспрашивать об официально объявленной смерти Дмитрия в 1591 году, он заявил, что Борис Годунов задумал убить царевича и таким образом избавиться от единственного законного наследника трона, который он жаждал захватить. Однако мальчик и его мать, вдова царя Ивана, были предупреждены и сумели избежать покушения. Подменив сына другим мальчиком, царица поручила Дмитрия заботам его личного врача, который в течение нескольких лет прятал мальчика то в одном, то в другом монастыре по всей Руси. Когда спаситель умер, Дмитрий пробрался в Польшу. Там он, прежде чем поступить на службу к Вишневецкому, был домашним учителем в доме одного польского дворянина. Предъявленный молодым человеком крест, усыпанный драгоценными камнями, который якобы был дан ему при крещении, казалось, подтверждал эту удивительную историю.

Новость о том, что царевич жив и после 12-летнего молчания заявил права на российский престол, быстро распространилась. Появились многочисленные очевидцы, подтверждавшие, что молодой лакей на самом деле был царевичем, которого все так долго считали умершим.

Неизвестно, насколько правдивы были эти заявления, но возраст и внешность молодого лакея подтверждали его претензии. По описаниям современников, молодой человек, назвавшийся Дмитрием, был невысок ростом, имел светлые, рыжеватые волосы, светло-голубые глаза и широкое лицо с высокими скулами. Некоторые из еще помнивших Ивана Грозного находили в юноше сходство с покойным царем. Другие говорили, что бородавки на лице, родимое пятно на правой руке и руки разной длины были известными приметами царевича Дмитрия.

Неожиданное появление претендента на русский престол было на руку Вишневецкому и другим представителям польской знати, поскольку они были озлоблены политикой Бориса Годунова и жаждали отомстить ненавистному московскому правителю. Вишневецкий заверил своего слугу, что поддержит его претензии называться Дмитрием - из убежденности ли, что юноша говорит правду, или из политического расчета, остается неизвестным.

Предательское убийство?

Был ли этот Дмитрий хитрым самозванцем или он говорил правду? Ответ на эту загадку нужно искать в Угличе, городке на Волге в 230 километрах к северу от Москвы, бывшем раньше столицей удельного княжества и до сих пор гордящемся своим Кремлем. Именно в Углич после кончины Ивана Грозного в 1584 году всемогущий Борис Годунов сослал вдову царя Марию Нагую и ее малолетнего сына Дмитрия.

Через семь лет, после полудня в воскресенье 15 мая 1591 года, в Угличе тревожно зазвонил соборный колокол. Взволнованные люди сбежались во двор царицы и увидели там ужасную сцену: маленький царевич лежал на земле, по-видимому умерший от ножевого ранения. Рядом рыдающая мать и ее братья громко обвиняли Данилу, сына дьяка Михаила Битяговского, одного из приближенных Годунова, в совершении чудовищного преступления. Толпа была так разъярена, что накинулась на молодого Битяговского и тут же забила его насмерть.

Через четыре дня после ужасного происшествия прибыла посланная Годуновым следственная комиссия, возглавляемая Василием Шуйским. Допросив множество свидетелей, через две недели комиссия составила отчет. Следователи сделали вывод, что царевич сам нанес себе роковую рану во время эпилептического припадка. Смерть Дмитрия приключилась судом Божиим; мстительная толпа пролила невинную кровь, и виновные должны быть наказаны. В то же время Мария Нагая отказалась от своих обвинений и просила о помиловании. Вдова царя была помещена в отдаленный женский монастырь, а ее братья были либо убиты, либо сосланы вместе со своими сторонниками из числа горожан. Любому, уличенному в клевете на царя, приписывающему ему смерть Дмитрия, вырывали язык.

Свидетельств того, что царевич умер, было, казалось, больше чем достаточно. В то время не было сомнений по этому поводу. И все-таки некоторые детали трагедии остаются непонятными. Например, ни вдовствующую царицу, ни ее братьев не расспрашивали о том, что произошло, - ни до, ни после того, как они взяли назад свои обвинения в преступлении. Еще более странно то, что тело мальчика оставалось без надзора в течение четырех дней после смерти, до прибытия следственной комиссии. Когда тело было поспешно погребено по приказу комиссии, никого не попросили удостоверить, что это был царевич Дмитрий.

Беглый монах

Известия из Польши о живом Дмитрии были более опасны для Годунова, чем вновь возродившиеся слухи о том, что маленький царевич был убит в 1591 году по его приказу. В противовес быстро распространявшейся вере в историю слуги царь пустил в народе слух, что так называемый наследник престола на самом деле Григорий Отрепьев, беглый монах из Чудова монастыря.

Версия Годунова была воспринята со скептицизмом. Предъявлявший свои права Дмитрий исполнял роль законного наследника гораздо лучше, чем можно было ожидать от простого монаха. Он одинаково свободно говорил по-польски и по-русски, немного понимал по-итальянски и хорошо писал, что служило признаками хорошего образования. Более того, он особенно хорошо разбирался в истории России и ее знатнейших фамилий. Монаха можно было, конечно, научить всему этому, но Дмитрий выделялся также в развлечениях знати: был великолепным наездником и искусным охотником. Где мог монах приобрести эти навыки?

Решающий момент

Несмотря на свои попытки бороться со слухами с помощью ответных слухов, Борис Годунов не мог остановить разрушения опор своей власти. Московские могущественные знатные роды с радостью воспользовались вновь возникшими сомнениями в легитимности Годунова. В их глазах он так и остался неродовитым боярином, корни которого уходили в татаро-монгольскую орду. Царь, сам себя избравший на трон, как это сделал он, не был, по их меркам, законным царем.

А в это время, все еще находясь в Польше, предполагаемый Дмитрий продвигался к своей цели. В марте 1604 года он был представлен королю Сигизмунду III в Кракове. После некоторых колебаний осторожный правитель признал бывшего лакея царевичем и пожаловал ему ежегодное содержание, не пообещав, однако, прямой поддержки в завоевании российского трона.

Рассылая призывы во все концы, Дмитрий вскоре собрал небольшую армию, с которой он планировал двинуться на Москву, чтобы заявить свои права на корону. И прежде чем покинуть Польшу, он заключил важный союз, пообещав жениться на Марине, красавице дочери влиятельного польского воеводы Юрия Мнишека.

Триумф претендента

Отправившись в поход на Россию в конце лета 1604 года, претендент на престол вверг страну в волнения, получившие позже название Смутного времени. По пути в Москву к армии Дмитрия присоединялись дезертиры из таявших рядов сторонников Годунова. В первом столкновении с армией Дмитрия войско Годунова потерпело неудачу, хотя и превосходило ее по численности в три раза. Многие из солдат царской армии сражались вяло и нерешительно, в душе опасаясь выступать против человека, который может вскоре занять трон.

Несмотря на то что царские войска смогли одержать победу в следующем сражении, на помощь Дмитрию пришла сама судьба. 13 апреля 1605 года Борис Годунов внезапно умер от кровотечения, вызванного, как предполагали, ядом - может быть, принятым им самим. Некоторые из его недоброжелателей позже говорили, что к смерти Годунова привела тяжесть вины за давнее убийство царевича Дмитрия.

Сын Годунова был возведен на трон как Федор II с матерью в качестве регентши. Но его царствование было очень коротким. В мае остатки царских войск перешли на сторону Дмитрия, а 1 июня жители Москвы взяли штурмом Кремль, захватили Федора II и его мать и позже казнили последних Годуновых. Василий Шуйский, возглавлявший следствие в Угличе в 1591 году и удостоверивший тогда смерть Дмитрия, теперь заявил, что Дмитрий остался жив. Он повинился, что его прежние утверждения были ложью из страха перед Годуновым.

20 июня 1605 года Дмитрий вошел в Москву под приветственные крики толпы и тут же отправился к могиле своего отца Ивана IV. Рыдая, он произнес: <О возлюбленный отец! Ты оставил меня в этом мире сиротой, но твои святые молитвы помогли мне в злоключениях и возвели на трон>. Все были глубоко растроганы его словами. Если у кого-то и были сомнения в его личности, теперь они были отброшены.

Узаконен поцелуем

Казалось, Дмитрий немедленно решил показать, что он не хотел быть лишь номинальным главой аристократии. И может быть, поэтому Шуйский снова переменил свои показания - на этот раз он подтверждал обоснованность своего отчета 1591 года. Арестованный и приговоренный к смерти за участие в заговоре по подготовке дворцового переворота, связанный Шуйский уже положил голову на плаху, когда Дмитрий заменил казнь ссылкой. Возможно, с помощью этого великодушного жеста будущий царь хотел продемонстрировать уверенность в себе.

Теперь он решил уничтожить последние подозрения относительно своей личности. Кто же мог скорее положить конец сомнениям, как не вдова Ивана Грозного Мария Нагая, с 1591 года заключенная в монастырь?

Встреча была подготовлена очень тщательно. Царица была призвана в Москву, но прежде чем она добралась до столицы, Дмитрий в нетерпении отправился ей навстречу, сопровождаемый большой толпой своих сторонников и просто любопытных. По одной из версий, они встретились в парадном шатре, раскинутом у дороги для свидания матери со считавшимся давно погибшим сыном. Некоторое время Дмитрий и Мария Нагая оставались в шатре наедине, и мы никогда не узнаем, что происходило там между ними. Но, выйдя оттуда, они нежно обнялись и расцеловались у всех на глазах. Толпа разразилась приветственными криками.

30 июля 1605 года Дмитрий был коронован в Успенском соборе Кремля. Одним из первых официальных актов нового царя была отмена некоторых сложных и вызывавших крайнее недовольство придворных церемоний. Чтобы поддержать свою популярность, он дважды в неделю давал аудиенции, куда мог прийти любой, и терпеливо выслушивал все жалобы на несправедливости и мольбы о возмещении ущерба.

Тяжкий груз совести

За время своего короткого правления (1598-1605) царь Борис Годунов не смог подавить подозрений, что Дмитрий, законный наследник русского престола, был убит по его приказу. И это обвинение преследует его на страницах исторических и литературных произведений. Вскоре после кончины Годунова испанский поэт Лоне де Вега написал первую драматургическую версию этой истории <Великий герцог Московский> (?/ Gran Clique dv Moscovia). За ней последовало более ста других произведений.

В центре любой литературной интерпретации стоял вопрос, виновен ли Годунов в смерти царевича. Несомненно, самым известным изложением истории является пьеса Александра Пушкина <Борис Годунов>, завершенная в 1825 году. Автор, которого многие считают величайшим поэтом России, представляет Годунова как благородного, умного человека, признающего вину за убийство Дмитрия. И корона, полученная таким незаконным способом, становится тяжким грузом.

И если о Годунове сегодня еще помнят на Западе, то благодаря опере, созданной другим русским, Модестом Мусоргским, по трагедии Пушкина. Первое представление оперы состоялось в 1874 году. Мусоргский сильнее, чем Пушкин, акцентирует тему вины и изображает Годунова умирающим от замучивших его угрызений совести. В опере видение убитого окровавленного мальчика преследует царя и в конце концов сводит его с ума. Знаменитый <монолог страха> во втором акте считается одной из самых впечатляющих арий в оперном репертуаре. Ужас и смущение мучающегося правителя настолько сильны, что он словно приходит в себя после этого монолога.

Женитьба и падение

Чтобы укрепить свою власть, Дмитрию было необходимо установить порядок наследования трона. И здесь он допустил серьезную ошибку. Дмитрий настаивал на своем браке с польской княжной Мариной Мнишек, несмотря на то что русские православные христиане возражали против ее католичества и были оскорблены мыслью, что их царицей станет иностранка.

Неизвестно, когда и почему первоначальная популярность Дмитрия закончилась. Простой народ осуждал разгульную жизнь царя и присутствие многочисленных иностранцев, особенно поляков, при московском дворе. И со временем стало понятно, что Дмитрий был нужен знати только для того, чтобы избавиться от Бориса Годунова.

Царь не обращал внимания на предостережения своих приближенных и так никогда и не понял, что его помилование Шуйского дало тайному заговору бояр потенциального главу. На исходе ночи 17 мая 1606 года царь был разбужен звоном церковных колоколов, но было уже поздно. Заговорщики вошли во дворец и без труда обезвредили охрану. Спасая свою жизнь, Дмитрий выпрыгнул из окна, но сломал ногу. Он пытался завязать с заговорщиками переговоры, но один из них выстрелил и убил его.

Труп Дмитрия был выставлен на всеобщее обозрение, затем разрезан на куски и сожжен. Люди верили, что колдун вроде Дмитрия может восстать из мертвых. Поэтому прах его смешали с порохом, всыпали в пушку и выстрелили на запад - в направлении Польши. Дмитрий правил Россией менее десяти месяцев. Был ли он самозванцем, беглым монахом или законным наследником престола, так и останется неизвестным.

Его смерть, однако, не принесла конца Смутным временам. В течение последующих семи лет на трон претендовали еще три Дмитрия, но всех их постигла судьба первого. Шуйский провозгласил себя царем, но был низложен и сослан в изгнание в Польшу. Швеция и Польша посылали свои армии, вмешиваясь в российские дела. Наконец, в 1613 году Земским собором на царский трон был избран Михаил Романов, и таким образом была основана династия, которая правила Россией 300 лет, вплоть до революции 1917 года, когда к власти пришли Советы.


Самоубийство ли?

Ночью в одинокой хижине в глуши Теннесси раздались выстрелы. Наутро Мериуэзера Льюиса нашли при смерти. Совершил ли знаменитый исследователь и губернатор территории самоубийство под влиянием депрессии? Или он был убит?


Когда Мериуэзер Льюис умер в возрасте 35 лет 11 октября 1809 года, Америка потеряла национального героя. Прошло три года, как Льюис и Уильям Кларк вернулись из своего эпохального путешествия к Тихому океану - это была первая экспедиция, в ходе которой был пересечен весь континент Северной Америки и определена судьба Соединенных Штатов как континентального государства. В 1807 году патрон Льюиса, Президент Томас Джефферсон, назначил молодого чиновника губернатором Луизианы, недавно купленной у Франции территории, земли которой простирались на север и запад от нынешнего одноименного штата.

Обвинения и замешательство

Летом 1809 года новая администрация в Вашингтоне стала ставить под сомнение некоторые расходы губернатора, и 4 сентября Льюис выехал из Сент-Луиса в столицу, чтобы защититься от обвинений в нарушениях. В сопровождении своего слуги Джона Перньера губернатор взошел на борт парохода, чтобы плыть вниз по Миссисипи до Нового Орлеана, где он планировал пересесть на океанский корабль, идущий до восточного побережья. Но в Чикасо-Блаффс он передумал и решил добираться сушей.

Капитан Гилберт Рассел, командующий фортом Пикеринг в Чикасо-Блаффс, позже свидетельствовал, что члены команды речного судна говорили ему, будто Льюис дважды пытался покончить с собой и сошел на берег в состоянии расстроенного сознания, возможно вызванном чрезмерным потреблением алкоголя. Рассел убедил губернатора остаться в форте на несколько дней до выздоровления. 16 сентября, на следующий день после прибытия в форт, Льюис написал письмо Президенту Джеймсу Мэдисону. Хотя в письме есть следы подчисток, оно, безусловно, не является бессвязной болтовней сумасшедшего. Более того, Льюис объясняет, что он измучен жарой и опасениями, что бумаги, которые он везет, могут попасть в руки англичан, если он продолжит свой путь морем. Выразив уверенность, что исполнение им служебных обязанностей получит <одобрение и поддержку> Президента, Льюис обещает, не теряя времени, приехать в Вашингтон. Льюис со своим слугой и присоединившимся к ним майором Джеймсом Нилли и его рабом отправились в путь только 29 сентября. Нилли, представитель индейцев-чикасо, по территории которых они должны были проезжать, также позже заявлял, что временами казалось будто губернатор не в своем уме. Перебравшись через реку Теннесси, отряд вышел на Нэтчез-Трейс, главную дорогу к северу от Нэшвила.

Смерть на Нэтчез-Трейс

Ночью 9 октября убежали две лошади. Нилли остался, чтобы поискать их на следующий день, а Льюис, Перньер и раб отправились дальше по дикой тропе в поисках пристанища. Ближе к закату Льюис набрел на опушку, где под прямым углом друг к другу стояли две хижины, соединенные пятиметровой крытой галереей. Одинокая женщина, обитавшая там, миссис Роберт Грайндер, сказала, что ее муж отправился убирать урожай на ферму за 20 миль, но она может разместить их. Губернатор переночует в главном доме, она переберется в домик с кухней, а Перньер и раб могут спать в конюшне. До обеда Льюис беспокойно шагал, бормоча что-то о несправедливости к нему Вашингтона. Еда, казалось, умиротворила его, и после ужина он спокойно сидел до самого сна, покуривая трубку. Впоследствии миссис Грайндер трижды меняла свои показания о том, что произошло той ночью.

Когда приехал Нилли, миссис Грайндер рассказала ему, что около трех часов ночи 11 октября ее разбудили звуки пистолетных выстрелов в главном доме. И хотя напуганная женщина слышала крики Льюиса о помощи, она ничего не предпринимала до рассвета. Тогда, прихватив Перньера, она вошла в главный дом и нашла на кровати тяжело раненного Льюиса. <Я сделал это сам, - задыхаясь, прошептал он Псрньеру. - Мой верный слуга, подай мне воды>. Вскоре после восхода солнца он умер.

Не прошло и шести месяцев, как она уже описывала события немного по-другому, говоря, что Льюис просил своего слугу вызволить его из несчастья. А через 30 лет миссис Грайндер показала, что в ночь смерти губернатора на ее опушке побывали трое незнакомцев, что их появление очень огорчило ее гостя и что было три, а не два выстрела. На следующее утро Перньер был одет в дорожный костюм своего хозяина (дополнительная деталь, если Льюис был похоронен в жалкой одежде своего слуги), как если бы он уже знал, что губернатор мертв. Тело было найдено на улице, а не на кровати в главном доме.

Проклятие нечестивого дела

Хотя многие поверили, что Льюис покончил с собой, дальнейшие судьбы людей, вовлеченных в эту трагедию, вызывают предположение, что было совершено убийство. Через шесть месяцев в Вашингтоне умер Джон Перньер, вроде бы покончив счеты с жизнью с помощью большой дозы опия. В 1812 году майор Нилли был смещен со своего поста, и, что произошло с ним дальше, неизвестно. Роберт Грайндер несколько лет спустя смог заплатить 250 долларов - немалую по тем временам сумму - за новую ферму, Льюис, который, как было известно, вез более 120 долларов наличными, был найден с 25 центами в карманах.

Должно было пройти почти 40 лет, пока над могилой Мсриуэзера Льюиса появился памятник: простая колонна с отбитой верхушкой как символ его ранней смерти. На основании колонны - надпись, перефразирующая похвалу Джефферсона исследователю: <Его мужество неустрашимо, его решительность и настойчивость не сдавались ни перед чем, кроме невозможного; поборник строгой дисциплины и в то же время нежный отец для тех, кто был вверен его попечению; честный, бескорыстный, великодушный, с ясным умом и добросовестной преданностью истине>.

Предсказанная смерть

К 1943 году лидер Польского правительства в эмиграции стал помехой для союзников в войне против гитлеровской Германии. Когда генерал Сикорский погиб в авиакатастрофе, был объявлен официальный траур, но подлинной скорби не было. Была ли его смерть случайной?

24 мая 1943 года генерал Владислав Сикорский - премьерминистр Польского правительства национального согласия в эмиграции и главнокомандующий Армии Крайовой. союзной армиям СССР, США и Великобритании в войне против гитлеровской Германии, - вылетел из Англии на Ближний Восток. Через два дня в его офисе в Лондоне раздалось несколько анонимных звонков. <Самолет генерала Сикорского разбился в Гибралтаре, - сообщил голос по-польски сотрудникам кабинета. - Все пассажиры погибли>. Звонки сочли эксцентричной шуткой; уже было получено сообщение, что Сикорский благополучно прибыл в Гибралтар, промежуточный пункт посадки но пути в Каир.

Шесть недель спустя, на обратном пути в Лондон, самолет Сикорского снова сделал остановку в Гибралтаре. При отлете 4 июля самолет рухнул в море вскоре после взлета. Сикорский и 15 других пассажиров погибли; только пилот в спасательном жилете сумел выплыть, хотя обе ноги у него были сломаны.

В Лондоне с ужасом и недоумением вспомнили о тех телефонных звонках. Как мог таинственный незнакомец знать заранее о крушении? Не была ли гибель генерала тщательно спланированным и успешно исполненным убийством? А если так, кто хотел удалить его с политической и военной сцены Второй мировой войны?

Польский патриот, трудный союзник

Сикорский, бескомпромиссный защитник польской независимости, сумел приобрести немало врагов даже среди своих союзников. По мнению британского правительства Уинстона Черчилля, враждебность польского лидера по отношению к Советскому Союзу угрожала антигитлеровской коалиции. Германия же рассматривала его как полезное пропагандистское оружие, как фигуру, способную вызвать разногласия в стане ее противников, нажимающих с востока и запада. Очевидная противоречивость мнений о генерале Сикорском восходит к временам Первой мировой войны.

Во время этого затяжного конфликта Польша была лишь разменной пешкой для царской России и центральноевропейских держав, Германии и Австро-Венгрии. Обе стороны декларировали поддержку независимости Польши, но только до тех пор, пока они могли осуществлять контроль над ней. К началу 1918 года большевики захватили власть в России и заключили мир с Германией. 3 ноября, за неделю до краха Тройственного союза, была провозглашена Польская республика во главе с временным президентом генералом Юзефом Пилсудским. На мирной конференции в Версале в следующем году лорд Керзон, британский министр иностранных дел, настоял на принятии союзнического варианта восточной границы Полыни - так называемой <линии Керзона>, - но которому значительная часть польского населения оставалась в Советском Союзе. Это не удовлетворило Пилсудского, требовавшего возврата восточных территорий, захваченных в конце XV 111 века царской Россией. В 1920 году Польша вступила в войну с Советским Союзом за возвращение того, что считали частью польского отечества.

Одним из героев этой войны был Владислав Сикорский. Сикорский, которому не исполнилось еще и 40 лет, командовал армиями, защищавшими желанные земли на востоке для новой республики. В 1921 году он был назначен начальником Генерального штаба, исполнял обязанности премьерминистра в течение пяти месяцев в 1922-1923 годах и за это время завоевал серьезную поддержку по вопросу о польской восточной границе. Но, занимая позже различные военные посты, в 1928 году Сикорский поссорился с Пилсудским и уехал во Францию добиваться французской поддержки хрупкой независимости своей родины. Вернувшись в Польшу, он 1 апреля 1939 года опубликовал статью, предупреждавшую, что Гитлер собирается завоевывать мир. Немногие обратили внимание на его удивленно точное предсказание.

Правительство в эмиграции

Первого сентября Гитлер напал на Польшу. Сикорский добровольно вступил в армию, но не успел получить назначения: его страна в течение месяца пала и снова была разделена между Германией и Россией. Бежав во Францию через Румынию, Сикорский стал лидером Польского правительства национального согласия в эмиграции, а к ноябрю возглавил Союз вооруженной борьбы (впоследствии Армия Крайова). Набранная в основном из польских шахтеров-эмигрантов, армия Сикорского вскоре добавила 100 000 человек к войскам союзников.

После падения Франции в июне 1940 года Сикорский перевел свой штаб в Лондон. На следующий год он посетил к тому времени еще сохранявшие нейтралитет Соединенные Штаты для встречи с Президентом Франклином Д. Рузвельтом и в надежде найти общественную и частную поддержку независимости Польши. В Чикаго его с энтузиазмом приветствовала 75-тысячная толпа американских поляков. В качестве жеста доброй воли канадское правительство пообещало создать части выходцев из Польши в своей армии.

Союз со старым противником

22 июня 1941 года Гитлер совершил свою, возможно, самую грубую ошибку, напав без объявления войны на Советский Союз и таким образом аннулировав пакт о взаимном ненападении. СССР стал союзником Великобритании, и Германия теперь должна была сражаться на два фронта.

Для Сикорского это был шанс восстановить целостность Польши. Он добился того, чтобы Советы отказались от раздела Полыни, - или так он думал. К концу года он узнал, что Россия планировала восстановить восточную границу Польши по линии Керзона, а после поражения Гитлера отдать часть германской территории к западу от нее в качестве компенсации освобожденной Польше.

Польский лидер запротестовал, ссылаясь на Атлантическую хартию, подписанную 14 августа 1941 года президентом Рузвельтом и премьерминистром Черчиллем. Договор провозглашал невозможность территориальных изменений после войны без одобрения проживавшего на этих территориях населения. Сикорский твердо верил, что Великобритания и Соединенные Штаты (которые должны были вступить в войну к концу года) безусловно поддержат Польшу. Он предложил, чтобы Советский Союз как один из членов антигитлеровской коалиции тоже подписал Атлантическую хартию.

Черчилль, однако, смотрел на это иначе, чем Сикорский. К началу 1942 года Великобритании уже с трудом удавалось предотвратить вторжение немцев; США переживали шок от нападения японцев на Пёрл-Харбор; а СССР сражался против большего количества немецких войск, чем все союзники вместе взятые. Главным вопросом было поражение Гитлера. Границы Польши были побочным результатом всемирной битвы, исход которой пока был далеко не определен.

Бойня в лесу

Кризис в отношениях между Советским Союзом и Польским правительством в эмиграции произошел весной 1943 года. В апреле германское министерство пропаганды объявило об обнаружении массовых захоронений в Катынском лесу, к западу от Смоленска, в то время оккупированного гитлеровцами. 4000 трупов оказались останками элиты предвоенного польского офицерского корпуса; захоронения относились ко времени до германского вторжения. Преступление приписали - и время подтвердило, что с полным основанием, - НКВД.

Сикорский потребовал от СССР подробного расследования и - не поставив предварительно в известность союзников - обратился в Международный Красный Крест с просьбой послать в Катынь комиссию. Советский Союз разорвал дипломатические отношения с правительством Сикорского. Слишком прямолинейный польский лидер стал помехой в большой коалиции против Гитлера.

Польша - добыча великих держав

Раздел Польши между Германией и СССР в начале Второй мировой войны был не первым в злосчастной истории этой страны.

В 1772 году король Пруссии Фридрих Великий признал захват Россией польской территории на северо-востоке с компенсацией землями к югу от Австрии и к северо-западу от его собственной страны. Польша, таким образом, потеряла примерно одну треть своей территории и половину населения. В 1793 году Россия и Пруссия захватили еще по значительному куску Польши. В марте 1794 года поляки подняли восстание против иностранных угнетателей. Возглавил восстание Тадеуш Костюшко, к тому времени ставший героем Войны за независимость в Северной Америке.

В 1776 году 30-летний Костюшко отправился в Америку, где предложил свои услуги Джорджу Вашингтону и стал полковником инженерных войск. К концу войны, в 1783 году, он был уже бригадным генералом. По возвращении в Польшу он отправился на покой в деревню, но откликнулся на призыв встать под ружье после второго раздела Польши. Костюшко вел неравную борьбу против Пруссии и России. После нескольких успешных операций вначале он потерпел поражение и в октябре 1794 года был схвачен русскими. При третьем разделе между Россией, Пруссией и Австрией годом позже Польша исчезла окончательно.

Костюшко был освобожден в России в 1796 году и уехал в Соединенные Штаты, где благодарный Конгресс выплатил ему вознаграждение за службу во время войны наличными деньгами и землями в Огайо. Однако в 1798 году Костюшко вернулся в Европу, чтобы продолжать свою решительную, но безнадежную борьбу за независимость Польши. В 1817 году он умер в изгнании в Швейцарии.

Траур, но не скорбь

Через несколько недель после резких обвинений в адрес Советского Союза Сикорский отправился из Лондона в поездку на Ближний Восток, из которой не вернулся. В Вашингтоне Президент Рузвельт заявил, что гибель Сикорского в авиационной катастрофе - <тяжелая утрата для всего свободолюбивого человечества>. В Палате представителей Черчилль произнес панегирик в память о Сикорском, превознося его <огромные заслуги как государственного деятеля и как солдата>. Сикорский, по утверждению Черчилля, был убежден, что все должно быть подчинено общей борьбе против Гитлера, но в то же время верил, что Европа после войны станет лучше - Европа, где <великая и независимая Польша будет играть почетную роль>.

Преемника Сикорского, Станислава Миколайчика, союзники тут же уведомили, что всякие личные инициативы вроде обращения в Красный Крест недопустимы. Антони Иден, британский министр иностранных дел, потребовал от Польского правительства в эмиграции признать территориальные требования Советов и возобновить дипломатические отношения с СССР.

Миколайчик не был приглашен в 1943 году на Тегеранскую конференцию, где Сталин договорился в Черчиллем и Рузвельтом создать после войны согласительную комиссию для изучения территориальных вопросов в Европе. В апреле 1945 года Советский Союз создал марионеточное польское правительство в Москве. Несмотря на протесты Великобритании и Соединенных Штатов, именно это правительство - а не правительство Миколайчика - пришло к власти в Польше по окончании войны с Германией.

Сомнения остаются

Несмотря на результаты официального расследования, сомнения относительно причин катастрофы в Гибралтаре 4 июля 1943 года, в которой погиб генерал Владислав Сикорский, остаются.

В середине 60-х годов немецкий драматург Рольф Хоххут опубликовал пьесу <Солдаты>, посвященную этому случаю. (Вверху на фотографии сцена из первого представления.) Исследуя версию о том, что гибель Сикорского была результатом преступления, Хоххут делает шокирующий вывод: польский лидер был убит по приказу Уинстона Черчилля.

Хоххут заявил, что он получил подтверждение своей версии от высокопоставленного сотрудника британской секретной службы. Вместе с английским историком Дэвидом Ирвингом Хоххут исследовал архивы и беседовал с оставшимися в живых людьми, знакомыми с фактами. Ирвинг независимо опубликовал результаты своих изысканий в книге под названием <Катастрофа: смерть генерала Сикорского>.

В другой книге, посвященной этому событию, опровергаются выводы Хоххута и Ирвинга и делается заключение, что их доказательства недостаточны и неверно интерпретированы. В книге <Диффамация Уинстона Черчилля> Карлос Томпсон считает правдивыми объяснения пилота, что катастрофу вызвали неполадки в системе управления самолетом. Томпсон полагает, что версия Хоххута о приказе британской секретной службе ликвидировать польского лидера дискредитирует премьера Великобритании.

Противоречивые свидетельства

В результате британского расследования катастрофы в Гибралтаре были вскрыты некоторые интересные факты, однако ни один из них не мог подтвердить или опровергнуть версию о том, что генерал Сикорский стал жертвой убийства.

Вел самолет один из опытнейших пилотов британских Королевских военно-воздушных сил, чех Эдвард Прхал. Он налетал более 4000 часов по этому маршруту и 400 часов на <Либерейторах>, бомбардировщиках американского производства, один из которых был переоборудован в пассажирский самолет для миссии Сикорского. Как он обычно поступал при пилотировании большегрузных самолетов, Прхал сразу после взлета снизил самолет, чтобы набрать скорость перед фактическим набором высоты. В тот день, рассказал Прхал следователям, посетившим его в госпитале Гибралтара через несколько дней после катастрофы, он снизился только до примерно 40 метров над землей. Когда он попытался снова набрать высоту, штурвал заклинило. Он не смог предотвратить падения в море.

Не мог ли лишний багаж, сорвав крепления, блокировать или заклинить систему управления самолетом? Прхал признал, что согласился принять в Гибралтаре на борт лишнего пассажира с условием, что тот полетит без багажа. Но было известно, что некоторые члены экипажа при полетах на Средний Восток и обратно грузили в самолет контрабандные товары. В обломках, вынесенных волнами на берег после катастрофы, кроме обычных личных вещей и мешков с дипломатической почтой, были обнаружены новые фотоаппараты, меха, футляр с драгоценностями, сигареты и ящики с коньяком и виски. Эти строго нормируемые товары пользовались большим спросом на черном рынке в военной Британии и, скорее всего, были контрабандой.

Следствием поднимался еще один вопрос: почему в тот день Прхал надел спасательный жилет, хотя обычно он не прибегал к этой мере безопасности? И кто был второй человек в спасательном жилете, которого заметили с берега выбиравшимся на крыло упавшего самолета перед тем, как его смыло? Был ли это второй пилот и не планировали ли они с Прхалом покинуть самолет? В официальном рапорте признавалось, что катастрофа произошла из-за отказа системы управления самолетом, но категорически отрицался саботаж. На этом расследование завершилось.

И все же, если бы не преждевременная смерть Сикорского, Польша могла бы иметь в конце войны более решительного защитника. Советского господства в этой стране, избавиться от которого поляки смогли только через 44 года, можно было бы избежать.


3. Странные и загадочные личности

Лоуренс Аравийский

Самоотверженный защитник и вдохновитель движения арабских народов за независимость, упрямый оппонент великодержавной политики, лишавшей его последователей плодов победы, - таков общеизвестный образ Т. Э. Лоуренса, запечатленный в книгах и знаменитом фильме. Правдив ли он?

Тысячи людей вышли на улицы Дамаска утром 1 октября 1918 года, чтобы приветствовать армию повстанцев, входившую в освобожденный город. После поражения войск Турции древний сирийский город перешел под контроль арабов. Приветствовали не только победивших сородичей, но и молодого англичанина, который - одетый в развевающееся платье бедуинов - ехал среди них верхом. Восстание и его британский руководитель стали неразделимы.

В поисках британской поддержки

В июне 1916 года Хусейн ибн Али, шериф Мекки, поднял знамя восстания против четырехвекового турецкого господства на Аравийском полуострове. Под его властью как правителя Хиджаза, провинции в пустыне на побережье Красного моря, находилась святыня мусульман Мекка, что делало его духовным лидером арабского мира. Повстанцы Хусейна, однако, не смогли войти в Медину, где турецкие войска имели отличное снабжение по железной дороге, протянувшейся отсюда на север.

Прежде чем призвать к восстанию, Хусейн попытался заручиться поддержкой англичан. Позже он заявлял, что они обещали ружья, обмундирование и техническое содействие в перекрытии железнодорожного сообщения. С самого начала британцы собирались контролировать ход восстания и преднамеренно задерживали помощь, чтобы заставить Хусейна быть <более умеренным и сговорчивым>. Но когда стало ясно, что Хусейн может быть отброшен в Мекку и принужден капитулировать, англичане поняли, что необходимо получать информацию из первых рук. Человеком, которого они послали из Каира, был 28-летний офицер разведки, говоривший по-арабски и уже несколько лет работавший на Ближнем Востоке, - Томас Эдуард Лоуренс.

Воспитание воина

Семью, в которой родился 16 августа 1888 года Т. Э. Лоуренс, вряд ли можно назвать типичной для викторианской Англии. За четыре года до этого Томас Чэпман оставил в Дублине свою жену и четырех маленьких дочерей ради гувернантки девочек Сары Мейден. Поселившись в Оксфорде под вымышленным именем Лоуренс, чета обрела внешнюю респектабельность, и в течение следующих девяти лет у них родилось четверо сыновей. Их второй, очень чувствительный сын Томас Эдуард на протяжении всей своей жизни остро переживал из-за того, что он незаконнорожденный.

В возрасте 12 или 13 лет юный Лоуренс сломал ногу. То ли из-за плохо сраставшегося перелома, то ли из-за перенесенной в юношеском возрасте свинки мальчик перестал расти, достигнув роста примерно 165 см; из-за непропорционально большой головы, он казался еще ниже. Осенью 1907 года Лоуренс поступил в Колледж Иисуса Оксфордского университета. Может быть, для того, чтобы компенсировать свой маленький рост, Лоуренс выработал некоторые причудливые привычки, и среди них резкий нервный смех, который многим казался неприятным. В мужском мире он казался асексуальным, если не женоподобным.

В Оксфорде на Лоуренса огромное влияние оказал Дэвид Джордж Хогарт, археолог, специалист по Ближнему Востоку. Хогарт убедил его писать дипломную работу но военной архитектуре крестоносцев и снабдил студента подробными инструкциями, когда тот в июне 1909 года отправился на Ближний Восток для исследования. Путешествуя по Сирии пешком в одиночестве, <живя как араб среди арабов>, Лоуренс влюбился в эту землю и ее людей. Вернувшись в Оксфорд, он сдал с отличием экзамен по истории и окончил университет летом 1910 года.

По рекомендации Хогарта Лоуренс был включен в археологическую экспедицию, проводившую раскопки в Каркемише, древних руинах на западном берегу реки Евфрат. Большую часть следующих четырех лет он провел в Сирии. Это были, как он говорил позже, счастливейшие годы в его жизни. Он быстро загорел на горячем солнце и научился управлять 200 рабочими, которые находились под его началом, болтая и шутя с ними на их родном языке. Но глубокий интерес Лоуренса к этому региону объяснялся не только археологией; незадолго до января 1914 года он становится шпионом.

Шпионаж в пустыне

С середины XIX века Османскую империю называли <больным человеком Европы>. В то время как Германия, Франция и Россия жаждали доминировать вместо разваливавшейся империи на Ближнем Востоке, Великобритания решила обеспечить свои интересы. Захватив в 1882 году Египет, англичане контролировали Суэцкий канал, жизненно важный путь в Индию. Но им необходимо было также контролировать и направлять политическую активность на восточном побережье Суэцкого залива и Красного моря.

В начале 1914 года под прикрытием рекомендации Фонда исследования Палестины Лоуренс присоединился к археологу Леонарду Вулли и капитану британской армии Стюарту Ньюкомбу для изучения Синайского полуострова. Официально они пытались найти следы 40-летнего хождения евреев по пустыне после исхода из Египта. В действительности же они искали признаки военной активности Турции в приграничных районах.

В августе 1914 года разразилась Первая мировая война, и казалось, Османская империя останется нейтральной. Но когда турки напали на Россию, союзницу Великобритании, Лоуренс пошел добровольцем воевать в Египте. В декабре он был в Каире и организовывал разведывательную сеть в регионе, который он так хорошо знал.

Восставшая Аравия

Лоуренс никогда не был обычным солдатом. Из своей первой встречи с младшим офицером, выглядевшим мальчишкой, командир Лоуренса в Каире позже мог вспомнить только сильное желание приказать юнцу подстричься. Но одновременно на коллег-военных большое впечатление произвели его острый ум, заразительный энтузиазм в работе и <необыкновенная способность тихо добиваться своего>. Вскоре ему наскучила рутина - вычерчивание карт, издание географических описаний и беседы с потенциальными агентами.

В 1915 году два его брата погибли во Франции. Лоуренс писал в феврале 1916 года: <Мы здесь ничего не делаем, только сидим и выдумываем изнуряющие схемы арабской политики>. В следующем месяце, однако, он был послан с чрезвычайно секретной миссией в Месопотамию [в настоящее время Ирак], где британско-индийская армия была взята в осаду турками. Он должен был предложить турецкому командующему взятку в миллион фунтов стерлингов, чтобы снять осаду, и тайком постараться выяснить, не присоединятся ли местные арабские племена к восстанию против Османской империи. Обе попытки провалились, и Лоуренс вернулся в Египет.

Когда известия о восстании Хусейна в июне 1916 года достигли Каира. Лоуренс писал домой, как хорошо <помочь немного в создании новой нации>. В октябре его послали в Хиджаз на встречу с арабскими повстанцами. Достопочтенный Хусейн вполне справлялся с ролью духовного лидера, но был слишком стар, чтобы возглавить войска. Первого, второго и четвертого из его сыновей Лоуренс считал <слишком непорочным>, <слишком умным> и <слишком холодным>. Зато третий сын Хусейна Фсйсал был, по словам Лоуренса, <человеком, для поисков которого я приехал в Аравию, - лидером, который приведет арабское восстание к славной победе>. Товарищи по оружию - низенький белокурый англичанин и высокий смуглый араб - рука об руку шли к славе в течение следующих двух лет.

<Оренс>: идти до конца

Чтобы завоевать доверие арабов, Лоуренс стал одеваться в национальное платье и научился выдерживать по многу часов на спине верблюда. <Если вы надеваете арабские вещи, - писал он, - идите до конца. Оставьте своих английских друзей и привычки на берегу и полностью погрузитесь в арабские обычаи>. Принятие им арабского образа жизни победило обычную подозрительность кочевников, которые приветствовали его приезд в лагерь многократными выкриками <Оренс! Оренс!> - так они произносили столь чуждое их языку имя.

В сопровождении Лоурснса и свиты из 25 слуг и телохранителей Фейсал начал наступление, которое завершилось в Дамаске. С помощью Лоурснса он разработал стратегию, соответствовавшую рельефу местности и боевым возможностям его воинов. Продвигаясь в глубь Аравийского полуострова, повстанцы вели партизанскую войну, которая приводила в ужас врагов и привлекала в их ряды сторонников из Других племен. Они обходили турецкие опорные пункты, чтобы снова и снова наносить удары по железной дороге Хиджаза, взрывая мосты и рельсовый путь, пуская под откос поезда, выводя из строя локомотивы.

В январе 1917 года был захвачен порт Ваджх на Красном морс, а со сдачей Акабы в июле кампания в Хиджазе закончилась победой арабов. Британский командующий в Каире внезапно осознал, что восставшие арабы связывают больше турецких войск, чем англичане. С этих пор войско Фейсала стало правым флангом союзной армии генерала Алленби, пробивавшейся на север через Палестину.

Дважды в 1917 году Лоуренс совершал опасные секретные рейды за вражеские позиции, чтобы поднять мятеж арабов в Сирии. В ноябре в селении Дераа он был ненадолго задержан турками, которые, по всей видимости, не установили его личность. То, что там произошло, до сих пор остается предметом противоречивых суждений.

По версии, изложенной в его послевоенных мемуарах <Семь столпов мудрости>, Лоуренса подвергали ужасным пыткам и сексуальному насилию. Эта трагическая повесть была отвергнута видным американским историком как <крайне неправдоподобная>; однако один из товарищей-офицеров Лоуренса вспоминал, что тот вернулся из Дераа очень удрученным и утверждал, что он пережил какой-то <кошмарный сон>. И тем не менее через три недели после возвращения из Дераа Лоуренс достаточно оправился, чтобы 9 декабря 1917 года отправиться с Алленби в Иерусалим.

В течение 1918 года союзники продолжали продвигаться на север, а Лоуренс и арабы оставались у них на правом фланге. При подготовке штурма Дамаска в сентябре под командованием у Алленби было 250 000 человек. Хотя у турок номинально были примерно равные силы, 3000 арабов связывали 50 000 противника к востоку от Иордана, в то время как еще 150 000 турецких войск были разбросаны по Месопотамии в напрасных попытках сдерживать выступления других арабских племен. Имея, таким образом, превосходство в силах пять к одному, Алленби уверенно шел к победе 1 октября.

Вильгельм Вассмусс - немецкий Лоуренс

Биографии Т. Э. Лоуренса и Вильгельма Вассмусса, германского офицера связи в Персии в Первую мировую войну, содержат удивительные параллели. Хотя официально Персия | нынешний Иран] сохраняла нейтралитет в войне, она фактически была разделена на российскую и британскую сферы влияния: российские войска оккупировали города на севере, а британцы обосновались на побережье залива к югу.

В этой потенциально <горячей точке> в январе 1915 года появился Вильгельм Вассмусс, бывший германский консул в порту Бушир. Задачей Вассмусса, знавшего язык и обычаи персидских племен, было возбудить ненависть к англичанам и спровоцировать восстание. Это заставило бы англичан отвлечь войска из других районов боевых действий и, возможно, позволило бы германотурецкой группировке нанести удар в направлении Индии. Вследствие усилий Вассмусса и других агентов немецкое влияние вскоре стало преобладающим. Но два вторжения турок в Персию в начале 1916 года были остановлены русскими, а в марте англичане организовали местную армию для наведения порядка на юге. Лишившись денежных средств. Вассмусс закончил свою миссию осенью 1917 года. К этому времени турки ушли из Персии, большевистская революция покончила с российской интервенцией и Персия находилась в состоянии хаоса. К концу войны в ноябре 1918 года страна оказалась под контролем Великобритании. В следующем году англичане подписали договор с Персией, который укрепил власть Британии.

Что касается Вассмусса. то, вернувшись домой в Берлин, он пришел к печальному выводу, что его усилия не помогли становлению независимости Персии.

Великодержавная политика

В мае 1916 года Великобритания и Франция подписали секретный договор - известный как соглашение Сайкса-Пико по именам двух участников переговоров - о послевоенном разделе турецких территорий на Ближнем Востоке на британскую и французскую зоны влияния.

Через два дня после триумфального въезда в Дамаск Фейсал узнал горькую правду об ограничении независимости арабов. Заявив, что ему ничего не было известно о секретном договоре, Лоуренс потребовал от Алленби освобождения от военных обязанностей и разрешения вернуться в Англию. <Не будучи полным дураком, - писал он с горечью в <Семи столпах мудрости>, - я мог понять, что все обещания арабам - пустые бумажки>. Он сожалел, что позволил своим людям рисковать жизнью за такую незначительную награду; <вместо того чтобы гордиться тем, что мы сделали вместе, я постоянно испытывал жгучий стыд>. В этот момент потрясенный Лоуренс понял, что борьбу нужно было вести в коридорах власти, а не в песках пустыни.

Вернувшись в Англию, 29 октября Лоуренс предстал перед одним из комитетов британского военного кабинета министров. Его предложением было отбросить соглашение Сайкса-Пико, чтобы выдворить Францию с Ближнего Востока, и разделить Месопотамию и Сирию на три королевства под управлением трех сыновей Хусейна при верховном руководстве Фейсала в Дамаске. Ожидая решения правительства, Лоуренс послал Хусейну телеграмму с предложением прислать Фейсала представителем на мирную конференцию, которая должна была состояться в начале 1919 года в Париже. Но еще раз Лоуренс оказался для Фейсала дурным вестником. Встречая корабль Фейсала в Марселе 26 ноября, он сообщил своему боевому товарищу, что Франция наложила вето на его участие в мирной конференции.

В течение декабря и января Фейсал пребывал в Великобритании, где Лоуренс представил его Шаиму Вейцману, лидеру сионистов, которым Британия пообещала после войны еврейское государство в Палестине. Рассматривая семитов - евреев и арабов - как <нераздельное целое>, Лоуренс надеялся, что они будут сотрудничать в деле развития Ближнего Востока. За беспрепятственный въезд в Палестину евреи должны были дать Фейсалу денег в долг, чтобы он мог основать свое королевство в Сирии.

Война на Ближнем Востоке всегда была второстепенной по сравнению с борьбой против Германии на Западном фронте, и кампания Лоуренса с арабами была названа <вставным эпизодом интермедии>. Тем не менее молодой полковник Лоуренс был, по замечанию американского делегата, <самой обаятельной личностью> на мирной конференции, собравшейся 18 января 1919 года. Поскольку Фейсалу не было позволено участвовать в конференции, задачей Лоуренса стало гарантировать сохранение его лояльного отношения к Великобритании.

Для Лоуренса врагами теперь стали французы. Немногие разделяли его точку зрения, как среди британцев, так и среди арабов. У Британии появился новый интерес в получении мандата на территории Ближнего Востока - нефть. И правительство не собиралось ссориться со своим военным союзником Францией. Неохотно Фейсал согласился на условия соглашения Сайкса-Пико, в соответствии с которыми обретение арабами независимости откладывалось.

Бегство от славы

Послевоенная карьера Лоуренса столь же странна и загадочна, как и его подвиги во время арабского восстания. В августе 1922 года бывший полковник поступил в Королевские военно-воздушные силы под именем Джона Росса. Он покорно подчинился тирании офицеров-инструкторов. Но когда пресса опубликовала историю самоунижения Лоуренса в рядовых, он был уволен.

Не сумев найти работу, поскольку, как он почти весело признался, <никто не сможет предложить мне работу достаточно скверную, чтобы я на нее согласился>, Лоуренс развлекался, гоняя на мотоцикле по сельской местности. Благодаря вмешательству друзей, в марте 1923 года он был вновь принят на военную службу, на этот раз рядовым в танковый корпус, и снова под вымышленным именем Т. Э. Шоу. Двумя годами позже ему удалось перевестись в Королевские ВВС, где он и прослужил летчиком последние 10 лет своей жизни.

13 мая 1935 года Лоуренс, видимо, не справился с управлением мотоцикла на узкой извилистой дороге на юге Англии и его выбросило через руль. Через шесть дней он умер из-за травмы черепа. Как раз перед катастрофой мимо Лоуренса проехал в противоположном направлении автомобиль. Одновременно на пригорке перед ним появились два мальчика на велосипедах, и Лоуренс резко повернул, чтобы не столкнуться с ними.

Война заканчивается, появляется легенда

Потерпев неудачу на мирной конференции, Лоуренс старался завоевать общественную поддержку шквалом статей в газетах и писем. Позже он стал советником Уинстона Черчилля по Аравии в министерстве колоний. Но это не принесло желаемого результата.

Провозглашенный королем Сирии в марте 1920 года, Фейсал был низложен французами в июле - при полном бездействии англичан. В 1921 году Британия возвела Фейсала на трон в Ираке, остававшемся под британским господством еще десятилетие. В то же время его брат Абдулла был поставлен эмиром Трансиордании, другого британского протектората. В 1924 году Хусейна вынудили отречься от власти в Хиджазе и заменили его главой другого племени Ибн Саудом.

Разочаровавшись в политике, Лоуренс уехал в Оксфорд, чтобы писать свои полные разоблачений мемуары. Зачем он все это делал? В эпилоге <Семи столпов мудрости> он приводит четыре мотива.

Первый мотив, самый сильный, был личный, <отсутствующий в книге, но ни на час, ни во сне ни наяву, все эти годы не покидавший моей головы>. Это была - как выявили детективные расследования ученых - любовь к арабскому мальчику по имени Даум, с которым он подружился в Каркемише в 1913 году; свобода для соплеменников этого мальчика, писал Лоуренс где-то еще, была бы <приятным подарком>. За несколько недель до взятия Дамаска он узнал, что мальчик умер от тифа - <так что мой подарок стал ненужным>, замечает он грустно. Вторым мотивом Лоуренса было чувство патриотизма, желание помочь Великобритании выиграть войну. Третьим - была интеллектуальная любознательность, <желание почувствовать себя вдохновителем национального движения>. А четвертым мотивом было стремление Лоуренса сделать собственную жизнь <символом той новой Азии, которую явило нам неумолимое время>.

Был ли Лоуренс героем? Или бесстыдным карьеристом? Искренне ли он был предан движению арабского национализма? Или просто использовал доверчивые арабские племена для увековечения британского империализма? Или речь в этой истории идет вовсе не о преданности народу и его делу, а об одержимости недостижимой любовью?


Нечестивый монах

Появившийся, казалось, ниоткуда, сам себя называвший святым, этот человек достиг странной власти над российской императорской четой в годы перед Первой мировой войной. Было ли его мастерство целителя даром святого или он был мошенником и самозванцем?

Страх и боль царили в ту июльскую ночь 1907 года в Царскосельском дворце, императорской резиденции в пригороде столицы России Санкт-Петербурга. Царевич Алексей, которому еще не было трех лет, упал при игре и теперь лежал, тяжко мучаясь, со следами ужасных синих опухолей под бледной кожей, показывавших места внутренних кровотечений, угрожавших его жизни. Мальчик страдал гемофилией, унаследованной от матери, императрицы Александры, Эта болезнь нарушает свертывание крови, и даже небольшая царапина может вызвать неконтролируемое кровотечение. Вместе с придворными докторами, не знавшими, что предпринять. Александра Федоровна и ее супруг, царь Николай II, молились у постели больного и… ожидали тайного посетителя.

За два года до этого великие княгини Милица и Анастасия познакомили их с божьим человеком по имени Григорий Ефимович. По рассказам этих двух женщин, жен кузенов Николая, Григорий обладал чудесным даром целительства. По их настоянию императорская чета призвала Григория Распутина во дворец, позаботившись о том, чтобы его визит не был замечен дворцовой стражей. Около полуночи в спальне наследника появился человек неистового вида, с темными с проседью волосами и спутанной бородой.

Упав на колени, Григорий помолился перед святой иконой. Потом он поднялся, осенил крестом царевича, провел грубой рукой по пылающему лбу мальчика и сказал глубоким мелодичным голосом: <Теперь не бойся, Алексей, все будет хорошо. Завтра ты снова будешь здоров>. Успокоив восхищенного мальчика сибирскими сказками, он ушел. <Верьте в силу моей молитвы, - сказал Григорий встревоженным родителям, - и ваш сын будет жить>. Алексей выздоровел, и Николай 11 и Александра Федоровна возблагодарили Бога за то, что он послал им святого с таким замечательным целительным даром.

Беспутный

В сущности, о жизни Григория Ефимовича до его появления в Санкт-Петербурге во второй половине 1903 года известно очень мало. В то время ему было между 33 и 40 годами, он был сыном крестьянина из Сибири, и в родном селе его прозвали Распутиным. О его пьянстве, драках, пирушках с беспутными женщинами ходили легенды. Но вдруг он на несколько месяцев отправился в монастырь и вернулся оттуда <старцем> - странствующим святым человеком, который должен был жить в бедности и одиночестве, посвятив себя утешению других в горестях и духовных сомнениях.

Но враги Распутина позже говорили, что он был членом нелегальной секты хлыстов, в которой религиозные страсти выражались в ночных оргиях. Это вполне соответствовало бы оригинальной философии нечестивого монаха, потому что Григорий проповедовал, что спасения можно достичь, лишь поддавшись греху, а потом покаявшись.

Распутин - он не отказался от этого имени - имел жену, которая родила ему четверых детей. Один из его сыновей умер в младенчестве: второй был слабоумным и оставался с матерью в сибирской деревне. Но после, завоевав влияние при дворе, самозваный старец привез в Санкт-Петербург двух своих дочерей, и они жили и воспитывались там.

Странник при царском дворе

Странный старец впервые приехал в Санкт-Петербург в 1903 году и представился как кающийся грешник отцу Иоанну Кронштадтскому, самому уважаемому священнослужителю в городе. Отец Иоанн и другие священнослужители были поражены смирением, искренностью и проповедническим даром Распутина; они ухватились за него как за инструмент воздействия на неграмотное российское крестьянство. Вскоре Распутин был принят в придворных кругах и в 1905 году представлен двумя великими княгинями царю и царице.

Все, кто знал Распутина, вспоминают его глаза. Князь Юсупов, встреча с которым станет для Распутина роковой, говорил, что его глаза были <сверкающими, фосфоресцирующими огнями>. Молодая женщина, которую он пытался соблазнить, вспоминает свой ужас, когда она увидела, что глаза, которые сначала излучали лишь добродетель и мягкость, вдруг стали глазами <таинственного, искусного и развратного> мужчины. Французский посол при императорском дворе писал, что личность этого монаха сосредоточилась в его <льняно-голубого цвета, необыкновенно блестящих, глубоких, странно притягательных глазах. Взгляд его был одновременно пронзительным и ласкающим, наивным и лукавым, пристальным и далеким>.

Странное сочетание грубой чувственности и заразительной набожности завоевало Распутину обожание в кругу придворных дам. После его ночного визита к постели больного цесаревича Александра Федоровна стала его самой горячей защитницей. В ее глазах он не мог сделать ничего дурного; она ничего не желала слышать о его пьянстве и непристойных кутежах.

То, что нравилось Александре Федоровне, нравилось и ее преданному слабовольному супругу. Полагаясь сначала лишь на чудесную способность Распутина лечить их сына. Николай II и Александра Федоровна вскоре стали прибегать к его советам в государственных делах. Когда стало больше невозможно скрывать скандальное влияние старца на императорскую чету, ближайшие родственники Николая II заставили его отослать Распутина из столицы. Но это изгнание оказалось лишь временным, потому что нечестивый монах еще раз продемонстрировал свой лекарский дар - на этот раз телеграммой, присланной из Сибири, он уверил обезумевших родителей, что царевич Алексей оправится от очередного внутреннего кровотечения.

Противник войны

К весне 1914 года здоровье девятилетнего Алексея, казалось, улучшилось. Но Российская империя - которой столь долго пренебрегал царь - балансировала на грани войны. 28 июня убийство наследника австро-венгерского престола вызвало целую цепь событий, приведших в августе к началу Первой мировой войны. По странному совпадению Распутин едва избежал смерти буквально за день до этого, когда помешанная женщина вонзила ему в живот нож с криком: <Я убила Антихриста!> Выздоровев после этого ранения, старец писал Николаю нетвердыми каракулями, что войны нужно избежать; она принесет только <несчастье, горе… океан слез и столько крови>. Мрачное предсказание Распутина было проигнорировано, и Россия, как и большинство европейских стран, двинулась к гибели.

Через два года, когда военные действия замерли на мертвой точке, вновь появились толки о старце и императорской чете. Говорили, что так называемый божий человек убедил Александру Федоровну, а через нее, конечно, и Николая, заключить мир с Германией. Группа аристократов решила избавить Россию от дьявольского монаха.

Распутин голландского двора

Радость наследницы нидерландского престола принцессы Юлианы и ее мужа, принца-консорта Бернхарда, при рождении в начале 1947 года их четвертой дочери вскоре сменилась отчаянием. Девочка, получившая при крещении имя Мария Кристина, родилась полуслепой, вероятно, вследствие краснухи, перенесенной ее матерью во время беременности. Хотя врачам удалось спасти зрение в одном глазу, ребенку грозила слепота. Как и Александра Федоровна четыре десятилетия назад, Юлиана обратилась к знахарям.

В 1948 году, когда Юлиана взошла на престол, принц Бернхард доставил во дворец 53-летнюю бывшую фабричную работницу Грет Хофманс, чтобы она осуществила одно из чудесных исцелений, которыми так прославилась. Когда улучшения в состоянии Марии не наступило, принц разочаровался в целительнице и потребовал ее удаления из дворца. По словам принца, королева правила государством, а он правил домом.

Но Юлиана попала в зависимость от Хофманс, поговаривали даже, что она пользовалась ее советами в государственных делах. Разлад королевы с мужем и ее министрами держался в секрете до 1956 года, когда эту историю опубликовал один из немецких журналов. Неохотно Юлиана последовала рекомендациям комиссии высших государственных мужей и согласилась помириться с Бернхардом и положить конец своей зависимости от неумелой знахарки.

Таким образом, Юлиане удалось избежать кризиса власти в стране и продолжать пользоваться преданностью и любовью подданных в течение 31 года своего правления, которое завершилось ее отречением в пользу старшей дочери Беатрикс.

Роковое приглашение

Возглавил заговор 29-летний князь Феликс Юсупов, наследник самого большого состояния в России, женатый на племяннице царя. Большой, как и старец, любитель кутежей, он часто встречал Распутина в известных злачных местах Санкт-Петербурга; однажды князь обращался к нему по поводу какого-то недомогания. В конце декабря 1916 года Юсупов пригласил Распутина на посленолуночный ужин к себе во дворец.

Обычно неряшливый старец по этому случаю вымылся дешевым мылом и оделся в расшитую шелковую рубаху и бархатные штаны. Но когда он приехал в юсуновский дворец, князь повел его в небольшую комнату нижнего этажа. В верхнем этаже еще четыре заговорщика завели фонограф, чтобы имитировать шум приема, на котором, как сказали Распутину, была временно занята хозяйка дома. Пока они ожидали вдвоем, князь Феликс усиленно потчевал старца начиненными цианистым калием пирожными, уговаривая запивать их вином, также отравленным. К ужасу и замешательству князя, у Распутина не было заметно никаких признаков отравления от дозы, достаточной, чтобы убить несколько человек.

Через два с половиной часа князь извинился и пошел посмотреть, как проходит <вечер> наверху. Посовещавшись с другими заговорщиками, Юсупов вернулся со спрятанным пистолетом. Указав Распутину на распятие на стене, князь приказал ему молиться и выстрелил ему в упор в спину. Когда Распутин повалился на белую медвежью шкуру, в комнату вбежали остальные заговорщики. Один из них, врач, торжественно объявил, что их жертва мертва.

Пока убийцы поздравляли друг друга, старец открыл глаза, вскочил на ноги и, с трудом ковыляя, поднялся по ступенькам во двор. Но прежде чем он добрался до ворот, один из заговорщиков снова выстрелил ему в спину и в голову. Юсупов бил упавшее тело дубинкой, пока не исчезли все признаки жизни. Завернутое в парусину и обвязанное веревками тело Распутина бросили в прорубь на Неве. Когда через три дня труп был вытащен из реки, в легких Распутина обнаружили воду - значит, когда его бросали в прорубь, он был еще жив.

Известие о смерти Распутина вызвало ликование на улицах Петербурга. Князь Юсупов и другие заговорщики были высланы, отправлены на военную службу или прощены. Но последнее слово осталось за Распутиным. В последний месяц своей жизни он писал Александре Федоровне, предсказывая, что никто из членов ее семьи не переживет его больше, чем на два года. В марте 1917 года Николая II вынудили отречься от престола. Шестнадцать месяцев спустя Николай II, Александра Федоровна, Алексей и четыре его сестры были, по сообщениям, казнены большевиками, захватившими власть в России.


Кумир эпохи

Будучи человеком крайне неуверенным в себе и чрезвычайно подверженным чужому влиянию, поэт лорд Байрон шокировал всех своими скандальными похождениями. Но свободный дух его поэзии и героика его жизни воодушевили целое поколение во всех странах Европы.

12 июля 1824 года яркое солнце освещало мрачную процессию. Растущие молчаливые толпы печально наблюдали, как черные как смоль кони, украшенные похоронным черным плюмажем, медленно тянули по главным улицам Лондона огромный катафалк. Сразу вслед за ним ехали три экипажа с верными друзьями усопшего. Затем, одна за другой, прогромыхали 47 карет, принадлежавших самым знатным семействам Англии. Служа причудливыми символами похорон поэта, почитаемого во всем мире, но презираемого в собственной стране, кареты были пусты.

Порядочные женщины осмеливались бросить взгляд на странный ритуал только из-за оконных занавесок. Хотя сейчас лорд Джордж Гордон Байрон лежал мертвый в гробу, обтянутом черным бархатом, высшее общество попрежнему продолжало избегать его.

В течение четырех дней катафалк, который теперь сопровождали только служащие похоронного бюро, величественно продвигался на север к Ноттингему. Во встречавшихся но пути маленьких городках собирались простые люди, чтобы выразить свое почтение. Они, несомненно, удивлялись, что этому самому популярному поэту того времени было отказано в чести быть похороненным в <Уголке поэтов> Вестминстерского аббатства. Вместо этого его телу предстояло быть погребенным в семейном склепе скромной церкви возле его родового поместья.

Байрон умер в возрасте 36 лет, более 15 лет его обожали и презирали, боялись и пытались превзойти. Его идеи и поведение как личности предвосхитили формирование свойственных нашему XX веку концепций национальной и личной независимости.

Безумие и кровосмешение в роду

Распутство было почти что фамильной чертой, и ему часто с восторгом предавались в Ньюстедском аббатстве, поместье - бывшем монастыре площадью 1,2 гектара, захваченном королем Генрихом VIII в результате его победы над римской католической церковью в XVI веке. Дед Байрона, конкистадор и адмирал, известный как Джек Непогода, пришел в такой ужас от пороков своего сына Джона - возможно, включавших и кровосмешение, - что лишил его наследства. Но Безумный Джек, как называли его сына, сбежал с богатой женщиной. Она и двое ее детей умерли во Франции, но дочь Августа выжила и сыграла в жизни поэта немаловажную роль.

Выходивший победителем из любых схваток Безумный Джек вернулся в Англию, где посватался к зажиточной, но крайне непривлекательной шотландке по имени Кэтрин Гордон и женился на ней. Новый брак не положил, однако, конца его разгульной жизни. Его несчастная жена страдала резкими перепадами настроения. В такой странной семье и родился 22 января 1788 года Джордж Гордон, будущий лорд Байрон.

Ребенок родился <в сорочке>, или в оболочке плода, и пораженный дисплазией, в результате которой усохшая мышца икры привела к уродливому искривлению его правой ноги. <Сорочка> была безобидна и легко снялась, но впоследствии, казалось, Байрон с наслаждением говорил о ней как о предзнаменовании проклятой судьбы. Искривленная нога стала для него травмой на всю жизнь, создавая жестоко нелепый контраст с его прекрасным лицом, вошедшим в легенду.

Его детство было омрачено мучительной болью, потому что его легковерная мать платила шарлатанам-знахарям за то, чтобы они растягивали и удлиняли его мышцы. Как бы компенсируя свой физический недостаток, юноша с помощью нелегких тренировок стал непревзойденным боксером, наездником и пловцом. Для того чтобы скрыть хромоту, он выработал особую скользящую походку.

Безумный Джек ушел из дома, когда мальчику было два года, поэтому ребенок был полностью во власти материнских непредсказуемых настроений и безрассудных требований. Тем временем титул пэра и аббатство Ньюстед унаследовал его двоюродный дед. Брошенный женой из-за своих сексуальных похождений, дед лишил своего сына наследства за то, что тот глупо женился по любви, а не по расчету. Его собственное финансовое положение было настолько напряженным, что в разрушавшемся аббатстве он развлекался тем, что устраивал тараканьи бега. Тем не менее после его смерти все имущество досталось его двоюродному внуку в целости и сохранности. В возрасте десяти лет Джордж Гордон стал шестым лордом Байроном.

Вино из черепа

Проникнувшись сознанием собственной важности, юноша стал надменным, своевольным учеником в подготовительной школе Хэрроу, а потом и яростным бунтарем в Кембриджском университете. Но одновременно он с невероятной легкостью писал стихи и в 1807 году, будучи еще студентом Кембриджа, опубликовал свой первый поэтический сборник <Часы досуга>. В университете же стало ясно, что он обладает необычной способностью приобретать преданных друзей и страстных любовниц.

Как и многие молодые дворяне той эпохи, Байрон ничего не делал, а проводил дни за верховой ездой, фехтованием, греблей и стрельбой, а долгие ночи - в пирушках с университетскими друзьями и привезенной из его поместья компанией привлекательных и на все готовых служанок. Склонный к театральности, он после ужина обносил всех вином из черепа, оправленного в золото. Когда же все расходились спать, он садился и писал до рассвета стихи.

Став в 21 год членом Палаты лордов, скучающий молодой бездельник отправился в необычайное, полное приключений путешествие по странам Южной Европы с остановками в Португалии. Испании, на Мальте, в Греции и Албании. Он романтически изображал себя <обреченным юношей, осужденным на изгнание> и тотчас же почувствовал себя в своей стихии, ступив на землю Греции. Вскоре Байрон уже сочинял стихотворный роман <Паломничество Чайльд-Гарольда>.

В то время на Балканах правил злобный тиран Али-паша Тепсленский, который был поражен красотой Байрона и щедро одарял его, добиваясь любовного свидания. Молодой дворянин искусно отклонял предложения, хотя совершенно очевидно был бисексуален. Как-то корабль, на котором плыл Байрон, потерпел крушение на албанском побережье недалеко от Парги, где Байрон случайно столкнулся с экзотически одетой группой разбойников, сулиотов, чьим гордым гимном была песня <Все в Парге грабители!>. Они проводили Байрона назад в Миссолунги.

Творческий ответ на вызов

Один из самых скучных, ничем не примечательных вечеров породил литературного героя, вызывающего во всем мире страх, любопытство и симпатию. Ненастным вечером 1816 года несколько известных личностей собрались на вилле Диодати лорда Байрона на Женевском озере и, сидя у камина, вслух читали рассказы о привидениях. У Байрона гостили поэт Перси Биши Шелли и его будущая жена Мэри Годвин, ее сестра Клэр Клэрмонт и его личный врач и спутник по путешествиям д-р Джон Полидори.

Утомленный этим вынужденным развлечением, Байрон предложил посоревноваться, кто напишет лучший триллер. Некоторое время спустя участники беседы, размышляя над тем, можно ли постигнуть тайну самой жизни, стали обсуждать, может ли электричество <даровать искру жизни и создать из суммы мертвых частей единую живую сущность>.

Все разошлись спать далеко за полночь. Мэри, находившаяся в состоянии неестественного возбуждения, задремала, но часто просыпалась. И вдруг, где-то между сном и явью, перед ней появилось ужасающее видение: <Я увидела бледного ученого, стоявшего на коленях рядом с собранным им существом. Я увидела, как отвратительный человек-призрак, который до этого лежал вытянувшись, вдруг, под действием огромной машины, стал проявлять признаки жизни и неловко двигаться>. В страхе проснувшись, она поняла, что нашла сюжет для своего романа. Опубликованный два года спустя <Франкенштейн> Мэри Шелли прожил более ста лет и породил множество как литературных, так и кинопродолжений и подражаний.

Девушка в мешке

Постепенно Байрон превращался в сторонника филэллинизма - теории, отстаивавшей независимость греческого народа в борьбе против турецкого ига. Греки были доведены до нищеты и жестоко угнетались. Одного греческого патриота подвергали пыткам в течение трех месяцев, а потом четвертовали.

Политические интересы Байрона становились более серьезными, и параллельно росло его потворство собственным слабостям. Вернувшись в Афины, он пустился в разгул, вступая в бесчисленные связи с женщинами и даже мальчиками. В один достопамятный день он встретил группу турок, тащивших к Эгейскому морю мешок, в котором кто-то отчаянно извивался. Внутри оказалась молодая женщина, осужденная за прелюбодеяние с христианином. По турецкому обычаю губернатор Афин приказал ее утопить. Богатый молодой англичанин подкупил стражников, выпустил женщину и тайно переправил ее на свободу. Согласно устоявшейся молве, когда открыли мешок, Байрон был поражен, узнав одну из женщин, с которой у него был роман.

Несмотря на подобные забавы, он закончил две песни своего романа в стихах <Паломничество>. Используя разговорный язык в сложных рифмах, человек, которого многие считали легкомысленным бездельником, создал незабываемый литературный образ. Гарольд, эталон будущих романтических героев, одновременно страстен и склонен к размышлению, эгоцентрически горд и глубоко одинок, стремится к путешествиям и в то же время устал от мира. По сути дела, он представляет собой плоть от плоти своего создателя.

Прославленный и обласканный в Лондоне

В феврале 1812 года 24-летний лорд выступил со своей первой речью в парламенте. Речь была замечена немногими. Однако очень скоро, буквально в одну ночь, неопытный политик превратился в знаменитого поэта. Первое издание <Паломничества Чайльд-Гарольда> было распродано за три дня, и поэта завалили приглашениями в лучшие дома Лондона.

Байрон был готов играть свою роль до конца. Он всегда одевался в черное и делал вид, что существует только на хлебе и воде. У него всегда было наготове непристойное или двусмысленное замечание, шокировавшее хозяйку дома или ее гостей.

Вскоре его романы с красивыми замужними дамами и служанками стали притчей во языцех. Но на такой флирт представители высшего класса закрывали глаза. В 1813 году Байрон нарушил даже эти нестрогие правила приличия.

Августа, его сестра, дочь Безумного Джека от первого брака, была настолько похожа на брата внешне и по темпераменту, что он привык считать ее своим вторым <я>. Не находя удовлетворения в несчастливом браке, она завязала роман с Байроном. Они стали любовниками, и поэту казалось, что он достиг <великой цели> своей жизни, совершенного союза с другим человеком. Августа родила дочь, которая могла быть его ребенком.

То, что Байрон не пытался скрыть эту связь, положило конец терпению снисходительно относившегося к его романам общества, и тогда он попытался прикрыться традиционным браком с молодой, богатой и неопытной Аннабеллой Милбэнк. У них родилась дочь, но через год Аннабслла ушла от него, по-видимому раздраженная его дурным обращением и сексуальными притязаниями. По причинам, которые так и остались без объяснения, Байрон и Августа пошли вместе на прием, который устраивала леди Джерси. Дамы удалились из комнаты, а мужчины отказались пожать Байрону руку. Самый знаменитый в стране поэт стал изгоем.

Бегство в Европу

И снова Байрон отправился в поисках удовольствий за границу. Он выезжал 24 апреля 1816 года из порта Дувр на берегу Ла-Манша, и для того чтобы хоть одним глазком взглянуть на знаменитость, пользующуюся дурной славой, дамы из общества переоделись горничными. Презираемый у себя дома, за границей он стал достопримечательностью.

На время поэт остановился в Венеции, где с неослабевающей страстью завязывал все новые и новые романы. Крайне тщеславный, Байрон постоянно переживал по поводу редеющих волос и толстеющей талии. Кутежи сменялись жесточайшей диетой, что без сомнения наносило вред его здоровью. И в последний раз он глубоко и страстно влюбился. Молодая, прекрасная и замужняя графиня Тереза Гуиччоли не меньше Байрона была склонна к мелодраме, и местами их встреч были Грандканал и гостиницы на побережье.

За эти годы Байрон написал третью песнь <Паломничества>, <Манфреда> и другие известные поэмы, а также начало <Дон Жуана>, еще одной эпической поэмы, материалом для которой во многом послужили его собственные чувства и переживания. Байрона всегда привлекала тема смерти, но в то время в его жизни появились новые причины, делавшие для него эту тему болезненной. В 1822 году умерла от малярии пятилетняя Аллегра, его незаконная дочь от Клэр Клэрмонт. Вскоре после этого он узнал, что его хороший друг и частый спутник поэт Перси Биши Шелли утонул, переплывая на яхте в шторм залив Специя.

Потеря друга, возможно, усилила разочарование Байрона в жизни. Он погрузился в литературную деятельность, постоянно подогревая себя вином или разбавленным джином. Но и поэзия не могла дать ему утешения и избавить от ощущения пустоты.

Болезнь эпохи

Лорд Байрон получил известность как поэт и герой эпохи утраченных иллюзий. Первые события Великой французской революции пробудили надежды на то, что люди повсюду откликнутся на призыв <свобода, равенство, братство>. Вместо этого революция превратилась в безумную кровавую баню. Наполеон, получивший высшую власть во Франции в период хаоса, вновь пообещал дать свободу угнетенным. А сам, став императором, взялся за составление плана завоевания, погубившего миллионы жизней.

Но если большинство людей потеряли надежду найти подлинную свободу и возможность самовыражения, голос Байрона, казалось, служил доказательством того, что по крайней мере один человек твердо намеревался прожить жизнь как можно полнее несмотря на то, что он ощущал ту же меланхолию и усталость от жизни, которые преобладали в обществе. Его герой Гарольд мог переживать моменты отчаяния, но мог и воскликнуть: <Танцуйте же! Сон изгнан до рассвета, Настал любви и радости черед. Они ускорят времени полет>.

Попытка отыскать смысл жизни в погоне за наслаждениями, стремление жить мгновением могли вызвать у старшего поколения отвращение и ужас. Но его поколение волновали такие чувственные и потворствующие человеческим желаниям строки, как: <Давайте же пить вино и наслаждаться женщинами, веселиться и смеяться, проповеди же и содовую воду оставим на потом>.

Певец Греции

Отчасти в результате многолетних горячих призывов Байрона общественное мнение в Англии и других странах Западной Европы перешло на сторону боровшегося за свою свободу народа Греции. Была собрана определенная сумма денег, и когда Лондонский комитет помощи Греции обратился к Байрону с просьбой об активном участии, тот охотно согласился.

16 июля 1823 года Байрон вышел в море на зафрахтованном судне <Геркулес>, оснащенном двумя орудиями и груженном медикаментами, оружием и боеприпасами. В долгом путешествии из Италии в Грецию меланхолия Байрона испарилась.

Не раз Байрон с риском для жизни брал на себя принятие решений, предупреждал мятеж и устанавливал мир между соперниками в лагере повстанцев. Но то, чего не смогли сделать люди и пушки, сделала природа. Промокнув однажды под холодным дождем, Байрон подхватил затяжную лихорадку. Убеждая врачей не пускать ему кровь, что было общепринятым методом лечения того времени, он пошутил: <Ланцетом убито больше людей, чем пикой>. Однако его не послушались, и от так называемого лечения его состояние, естественно, ухудшилось. Его мучения продолжались несколько недель. Перед концом он прошептал врачу: <Так вы действительно думаете, что я опасаюсь за свою жизнь? Что мне ее жалеть? Разве я не получил от нее всех возможных и невозможных удовольствий?> Лорд Байрон умер 19 апреля 1824 года, в годовщину смерти Аллегры.


Вера в звезды

Гороскоп, полученный Альбрехтом фон Валленштейном от знаменитого астронома и математика, привел бы в смятение многих. Но безвестный молодой офицер увидел в нем предсказание будущего военного триумфа и могущества.

В 1608 году 25-летний офицер, состоявший на службе у короля Богемии, заказал свой гороскоп Иоганну Кеплеру. Как большинство его современников, молодой человек верил в то, что положение планет и звезд во время рождения человека определяет его характер и что знаки зодиака содержат ключ к судьбе. Поскольку, обращаясь к знаменитому астроному и математику, офицер воспользовался услугами посредника, Кеплер не знал, чей именно характер его просят проанализировать. А если бы и знал, это имя ничего бы ему не сказало. Слава и богатство были у Альбрехта фон Валленштейна еще впереди.

Валленштейн родился 24 сентября 1583 года в 16.36, и его знаком зодиака были Весы. По гороскопу, составленному Кеплером с учетом этих данных, человек, обратившийся к нему, был <живым, быстрым, горячим и беспокойным, проявляющим любопытство ко всяческим новшествам, не принимающим общепринятых норм и стандартов поведения, а стремящимся ко всему новому, неизведанному или необычному>. Этому неразговорчивому человеку, не высказывающему вслух все, что он думает или ощущает, была присуща некоторая меланхолия или, как назвал это астролог, <склонность к алхимии, магии и колдовству, способность общения с духами, презрение и равнодушие к человеческим установлениям, условностям и ко всем религиям, потому что все, что предлагает Бог или человек, он подвергает сомнению и презирает>. Кроме того, Кеплер предсказал, что этот человек будет <безжалостным, лишенным способности к братской или супружеской любви, никого не любящим, преданным только себе и своим желаниям, суровым по отношению к своим подчиненным, скупым, алчным, вероломным, несправедливым в поступках, обычно молчаливым, часто импульсивным, а также воинственным и бесстрашным>.

Это был не слишком привлекательный портрет. Тем не менее Кеплер оставил неизвестному объекту своего предсказания некоторую надежду: <Большинство этих пороков исчезнет с наступлением зрелости; такая необычная натура будет способна на большие дела>.

Гороскоп Кеплера произвел на молодого Валленштейна огромное впечатление, и он постоянно носил его с собой, сравнивая важнейшие события своей жизни с предсказаниями. Валленштейн родился в протестантской семье, но в возрасте 23 лет по соображениям карьеры обратился в католичество. На самом деле у него не было серьезных религиозных убеждений - он верил в звезды. На протяжении всей своей жизни он часто обращался за советом к астрологам, принимая важные решения только после того, как узнавал от них о том, что говорят звезды.

Создание имени

Через три года после того, как Валленштейн стал католиком, его исповедник-иезуит устроил ему женитьбу на немолодой вдове-чешке, владевшей огромными поместьями в Моравии. Ее <удобная> смерть несколько лет спустя позволила молодому офицеру не только жить в достатке, но и стать полезным королю Богемии Фердинанду II. Когда в 1617 году, воюя с Венецией, Фердинанд обратился за помощью. Валленштейн на свои средства собрал и обучил 260 кирасиров и мушкетеров. Возглавив кирасиров, Валленштейн прорвал вражескую цепь, окружавшую верную Фердинанду крепость, часть защитников которой погибала от голода, а часть готова была сдаться. Когда пехота расширила брешь, проделанную его кавалерией, Валленштейн разместил раненых и умирающих с голоду в фургонах и перевез в лагерь. Крепость была спасена, а Валленштейн снискал славу.

Следующая возможность прославиться представилась Валленштейну в войне, получившей название Тридцатилетней. Она началась как восстание подданных Фердинанда, сторонников протестантизма, против правителя-католика.

На этот раз Валленштейн финансировал создание целого королевского кавалерийского полка. Когда к восстанию присоединились моравские подданные двоюродного брата Фердинанда императора Священной Римской империи Маттиаса, Валленштейн стал полковником австрийской армии и начал воевать против тех людей, с чьих земель он черпал свое богатство. Он захватил моравскую военную казну и передал ее императору в Вене. Жители Моравии расценили этот акт как предательство, конфисковали его имущество и навсегда изгнали из своей страны.

Тридцатишестилстний командующий быстро стал понимать, что победа в войне приносит не только славу, но и богатство. Он был не так наивен, чтобы думать, что Фердинанд или Маттиас когда-либо вернут ему деньги, затраченные на формирование и обучение верных им войск. Но он ожидал и получил от них то, что было ценнее: титулы, землю и сопутствовавшие им привилегии.

Неотступная вера в астрологию

Традиция руководствоваться в своих действиях астрологией началась не с Альбрехта фон Валленштейна и не на нем закончится. Несмотря на вечные насмешки ученых, вера в то, что характер определяется датой рождения и что гороскоп содержит в себе указание на благоприятные и неблагоприятные знаки, не умирает.

Йозеф Геббельс, гитлеровский министр пропаганды, держал отдел астрологии, помогавший ему искусно и тонко влиять на средства массовой информации. Говорят, что премьерминистр Индии Индира Ганди не принимала ни одного важного решения, не посоветовавшись со своим личным гуру. А шах Ирана за три недели до свержения просил совета у астролога в Иерусалиме. Узнав но расположению звезд о близости неизбежного конца своего режима, шах отказался возвращаться в Тегеран.

Из недавних приверженцев астрологии наиболее знаменита Нэнси Рейган, жена экс-президента. Об этом ее пристрастии стало известно благодаря далеко не лестным откровениям бывшего руководителя администрации Белого дома Доналда Т. Ригана в его воспоминаниях <Для протокола>, вышедших в 1988 году. По словам Ригана, степень доверия м-с Рейган к гороскопам и влияние, которое ее вера имела на расписание президента, <были, наверно, наиболее тщательно охраняемой домашней тайной Белого дома при Рейгане>. В 1981 году астролог из Сан-Франциско Джоан Квигли убедила м-с Рейган, что покушение на президента, произошедшее 30 марта того года, можно было предсказать. С тех пор все встречи президента назначались только в соответствии с благоприятными гороскопами м-с Квигли.

К вершине

В битве у Белой горы возле Праги 8 ноября 1620 года протестантские войска потерпели сокрушительное поражение. Фердинанд, которого к тому времени выбрали императором вместо Маттиаса, назначил Валленштейна военным губернатором Богемии и партнером по синдикату, получившему право выпуска денег в Богемии, Моравии и Австрии. На новые деньги, потерявшие сначала половину, а потом и две трети своей первоначальной стоимости. Валленштейн начал скупать имения казненных или высланных аристократов-протестантов. Затем очень скоро он женился на дочери ближайшего придворного советника императора и приобрел титул герцога Фридляндского. Он стал богатейшим человеком государства.

Современники Валленштейна считали его надменным и злобным тираном - истинным воплощением зловещего кеплеровского гороскопа. Печально известен был его приказ: <Повесить эту скотину!> Этот приказ отдавался по малейшему поводу. Однажды Валленштейн проткнул шпагой офицера, подошедшего с сообщением, когда он разговаривал с архитектором.

Тем временем с подавлением Чешского восстания война не закончилась, а вошла в новую фазу в 1625 году, когда борьбу за протестантскую идею возглавил король Дании Кристиан IV. Поддерживаемый Нидерландами, Францией и Англией, Кристиан надеялся вытеснить Католическую лигу Фердинанда из Северной Германии. Император знал, к кому обратиться за помощью.

Валленштейн предложил сформировать и содержать имперскую армию из 24 000 человек; взамен он просил только права взимать налоги и собирать дань со всех завоеванных земель. В качестве имперского главнокомандующего Валленштейн в последующие три года шел от победы к победе, одного за другим вынуждая протестантских князей подчиниться Фердинанду.

Поднимая перчатку

Но не все в лагере католиков высоко ценили победы Валленштейна на полях сражений. Максимилиан Баварский, например, завидовал Фердинанду и боялся независимости, которую тот приобрел благодаря подвигам своего удачливого генерала.

Узнав о разногласиях, Валленштейн пошел на открытое выяснение отношений. Если он снова не будет назначен имперским главнокомандующим и не получит мандата на подавление оппозиции с помощью армии, которая станет бичом всей Европы, он уходит со службы королю Фердинанду. Несмотря на ярость Максимилиана и других руководителей Католической лиги, он добился своего и получил разрешение увеличить численность армии до 70 000 человек. Имперский генерал получил также полномочия провести в жизнь указ, по которому католической церкви возвращалась вся собственность, захваченная в протестантских землях, и объявлялись вне закона все протестантские секты, кроме лютеранской.

22 мая 1629 года Кристиан подписал Любекское соглашение, по которому обязался уйти из Германии в обмен на восстановление датских земель, завоеванных Валленштсйном и другими генераламикатоликами. Среди покинутых союзников Кристиана были герцоги Мекленбургские, чьи земли и титулы были дарованы Валленштейну. Достигнув вершины власти, Валленштейн перестал считать себя слугой императора и начал проводить независимую политику.

Формирование оппозиции

После датских походов Валленштейн впервые осознал значение морской торговли и морского владычества и добился назначения командующим имперской армадой, действовавшей в Северном и Балтийском морях. Он мечтал даже о создании после войны торговой компании, которая стала бы успешным конкурентом английским и голландским компаниям. Но вынужден был отказаться от этого плана после неудачной осады балтийского порта Штральзунд.

- Немецких князей надо проучить, - заявил однажды надменный генерал. - Хозяином в этом доме должен быть только император.

Неудача Валленштейна под Штральзундом подтолкнула руководителей Католической лиги к решению нанести удар императору, используя в качестве цели Валленштейна. На состоявшемся летом 1630 года парламентском заседании курфюрстов в Регенсбурге князья потребовали, чтобы император отстранил генерала от командования. Поводами для их недовольства были размер армии Валленштейна; его практика содержания этой армии за счет продовольствия, конфискованного на землях, через которые проходила армия; жестокость и произвольные акты мести, а также варварский, нехристианский способ, которым Валленштейн обогащался, ввергая других в нищету.

Для того чтобы спасти императорский трон, 12 августа Фердинанд уступил требованиям князей и дал согласие на смещение Валленштейна, заменив его 71-летним графом фон Тилли, одержавшим за 10 лет до этого победу в сражении у Белой горы, и командовавшим войсками Католической лиги, которую возглавлял завистливый и своенравный Максимилиан Баварский.

Теперь оставалась только неприятная задача сообщить новость имперскому главнокомандующему. Валленштейн принял двух посланников императора в своей пышно украшенной военной палатке. К их безмерному удивлению и облегчению, приступа гнева у генерала не случилось. Вместо этого он указал на листок бумаги, на котором были сделаны астрологические расчеты. Звезды Баварии, показал он, находятся в более выгодном положении но сравнению со звездами Австрии. Максимилиан в данное время был могущественнее Фердинанда; у императора не было другого выхода, кроме как подчиниться требованиям Католической лиги. Но в душе Валленштейн верил, что настанет время, когда звезды Фердинанда - и его собственные - снова займут доминирующее положение.

Триумфальный марш шведов

В то время, когда имперские курфюрсты заседали в Регенсбурге, Тридцатилетняя война вступила в свою третью, хотя еще не завершающую фазу. Высадившись на побережье Балтийского моря в Померании, король Швеции Густав II Адольф возглавил борьбу протестантов, от которой за год до этого вынужден был отказаться в Любеке Кристиан. Шведский монарх был возмущен угнетением сторонников протестантской веры католиками, раздражен тем, что его предложение о посредничестве в Любеке было отклонено, серьезно озабочен императорскими амбициями в отношении господства над Балтийским морем и решительно настроен вернуть земли и титулы своих родственников, герцогов Мекленбургских.

Продвигавшийся на юг и заключивший союз с курфюрстом Саксонии Густав Адольф казался непобедимым. 17 сентября 1631 года близ Лейпцига 40 000 шведов и саксонцев объединенными усилиями разбили имперскую армию Тилли примерно той же численности. После блестящей победы союзники расстались: саксонцы отправились на юго-восток в Богемию, а шведы - на юго-запад к реке Рейн. Двор Фердинанда в Вене охватила паника.

Генерал вновь необходим.

Озлобленный тем, что его устранили от командования имперскими войсками, Валленштейн задумал отомстить и Максимилиану, и Фердинанду. Начиная с ноября 1630 года он вступил в тайные переговоры с Густавом Адольфом. Он предложил создать и подготовить армию за свой счет - но на этот раз для протестантов. Взамен он просил только титул вице-короля всех владений, отвоеванных у Фердинанда, и поддержки в своем стремлении стать королем Богемии. Шведский король колебался, с нескрываемым подозрением раздумывая, стоит ли иметь дело с перебежчиком - независимо от того, насколько блестящ его послужной список.

Новость о предложении Валленштейна перейти на сторону противника дошла до Фердинанда, хранившего молчание перед лицом шведско-саксонского наступления. Помня о неудаче у Лейпцига, император преодолел внутренние колебания и вновь призвал своего бывшего командующего. Валленштейн холодно согласился за три месяца создать армию из 40 000 человек, но только при условии, что будут полностью восстановлены его полномочия как главнокомандующего. Когда Тилли был смертельно ранен в битве на реке Лех весной 1632 года, у Фердинанда не было другого выхода, как удовлетворить безмерные требования Валленштейна.

Последние кампании

Поначалу действия восстановленного в своих пра-вах главнокомандующего были крайне успешны: Валленштейну удалось изгнать саксонцев из Богемии и отбросить шведов назад на север. К июлю 1632 года он подошел к лагерю короля Густава Адольфа у Нюрнберга. В течение 11 недель он отказывался контратаковать, хотя легко отражал нападения шведов на свои позиции. Густав Адольф с возмущением отвел свои войска, освобождая Валленштейну путь для прохода в Саксонию. Жестокая оккупация Саксонии армией Валленштейна имела желаемый результат, приведя в уныние союзников Швеции и вбив клин между противниками Фердинанда.

16 ноября Густав Адольф наконец получил возможность встретиться с Валленштейном в бою, атаковав несколько меньшую по численности армию императора при Лютцене. В этом сражении пали и командующий шведской кавалерией, и король. Но Валленштейн не сумел закрепить своего преимущества, и день закончился разгромом армии Католической лиги.

Как всегда накануне важных сражений. Валленштейн просил совета у астролога. Предсказание было неблагоприятно для него. И здесь, в наивысшей точке своей военной карьеры, Валленштейн потерпел поражение от своей веры в астрологию. Человек, которого первоначальный гороскоп награждал такой решительностью и мощным потенциалом, оказался настолько зависим от предсказания звезд, что стал колебаться и бояться действовать.

Династия наемников

Альбрехта фон Валленштейна часто называют последним кондотьером, что по-итальянски означает <предводитель наемного военного отряда в X1V-XV1 веках>. Из наемников такого чипа наиболее известен Франческо Сфорца.

Незаконный сын крестьянина, сделавший карьеру солдата на службе у Паны римского Мартина V, Сфорца был уже прославленным бойцом, когда в 1441 году женился на дочери герцога Миланского. Спустя девять лет он захватил герцогство своего тестя и завоевал значительную часть Северной Италии. В 1466 году он умер в своей постели в возрасте 65 лет. Сфорца обладал талантом государственного деятеля и поддерживал в герцогстве безопасность с помощью мудрой политики союзов с соседними государствами. В период его правления Милан стал процветающим центром искусств, промышленности и науки.

Милану меньше повезло с наследниками Франческо. Его сын Галеаццо Мариа оказался жестоким и распутным тираном и в 1476 году был убит. Беспринципный и неразборчивый в средствах младший брат Галеаццо Марка Лодовико сначала служил регентом у своего несовершеннолетнего племянника Джан Галеаццо. Но через пять лет бросил племянника в тюрьму и сам захватил власть в герцогстве. Говорили, что Джан Галеаццо был убит в тюрьме по приказу своего дяди. Лодовико правил в Милане до 1499 года, когда он потерпел поражение в битве с французами и был взят в плен. Помимо того, что он прославился военными подвигами и вкладом в развитие шелковой промышленности, в которой в Милане было занято 20 000 рабочих, Лодовико Сфорца оставил о себе добрую память своим покровительством художнику Леонардо да Винчи.

Интрига, предательство и гибель

Валленштейн, на чью полководческую репутацию легло пятном поражение при Лютцене, решил стать миротворцем. Расположившись на зимних квартирах в Богемии и Моравии, Валленштейн снова рассчитывал удовлетворять нужды своих войск за счет местного населения. Это переполнило чашу терпения Фердинанда, и он потребовал, чтобы генерал расформировал свою армию. Валленштейн собрал всех генералов на военный совет, и они поддержали его решение игнорировать приказ императора. Фердинанд не настаивал на исполнении приказа, но стал искать способ избавиться от несговорчивого генерала.

Большую часть военной кампании 1633 года Валленштейн бездействовал, а шведы продолжали развивать свой успех и в ноябре захватили главную крепость Регенсбург. Несмотря на требования императора, Валленштейн не хотел или не мог облегчить положение Максимилиана Баварского и снова отправился на зимние квартиры в Богемию.

Весь год коварный генерал вел переговоры с противниками, среди которых теперь была и Франция. Более чем когда-либо руководствуясь в своих действиях верой в астрологические предсказания, он часто ставил сторонам противоречивые условия. В конце концов он потерял доверие обеих сторон, и многие из его собственных генералов стали смотреть на него с настороженностью и недоверием.

12 января 1634 года Валленштейн принудил своих генералов дать обещание оказывать ему поддержку <до тех пор, пока он будет оставаться на службе у императора>; однако в документе, который им предложено было подписать, эта ключевая фраза отсутствовала. Когда один из генералов сообщил об этой купюре Фердинанду, император издал тайный указ, которым Валлешитейн отстранялся от командования, а на его место назначался Маттиас Галлас. Последнему были даны полномочия арестовать и, если необходимо, убить главнокомандующего-предателя и любых сохранявших ему верность офицеров.

В середине февраля указ был обнародован. Валленштейна обвинили в предательстве, участии в заговоре и варварском поведении и лишили всех земель и титулов.

В сопровождении трех верных сторонников - графов Терпки и Кински и барона Иллова - 22 февраля 1634 года Альбрехт фон Валленштейн покинул свой зимний лагерь в Пльзене и направился к границе - скорее всего он, намеревался присоединиться к шведам. Через два дня они добрались до города-крепости Чеб, где, как им казалось, они были в безопасности.

Вечером 25 февраля комендант города пригласил четверых беглецов в замок на банкет. Терцки, Иллов и Кински приняли приглашение, но Валленштейн остался у себя на квартире и таким образом избежал западни. Трое невооруженных гостей были без промедления казнены по команде верного Фердинанду офицера.

А что было делать с Валленштейном? В 10 часов вечера началась снежная буря. Немного выпив для храбрости, английский капитан по имени Уолтер Деверо и шесть драгунов ворвались в комнаты главнокомандующего.

Они застали Валленштейна стоящим у окна и, возможно, напрасно всматривающимся в небеса для того, чтобы определить положение звезд. Когда Деверо бросился на него с алебардой, Валленштейн запросил пощады. Но было уже поздно. Острие алебарды пронзило ему грудь, и он упал замертво.

- Всех князей и герцогов, да, всех, я должен превратить во врагов ради императора, - заметил Валленштейн за пять лет до этих событий. Но того, что сам император станет ему врагом, он не предвидел - или не сумел понять из предсказания звезд.


Пророк или шарлатан?

Искусный врач, увлеченный оккультными науками, Нострадамус с риском навлечь на себя гнев римской католической церкви предсказал события 20 веков будущей истории. Был ли он действительно провидцем или легендарная точность его предсказаний всего-навсего миф?

Этот подвижный, невысокого роста человек с длинной густой бородой представлял собой любопытную фигуру при дворе французского короля Генриха II, отличавшемся свойственной эпохе Возрождения пышностью. Нострадамус, о котором было известно, что он сын еврся-вы креста, любитель астрологии и других сомнительных наук, был приглашен в 1556 году в Париж. Его предсказаниям, касающимся короля, суждено было принести ему всемирную славу. Одно из них казалось понятным, но явно неправдоподобным и гласило, что королем скоро станет <одноглазый человек>. Другое, как и положено предсказаниям, было загадочно и допускало различные толкования: <Молодой лев одолеет старого на поле битвы в одиночной дуэли, он выколет ему глаза в золотой клетке…>

1 июля 1559 года, во время рыцарского турнира, в котором принимал участие король, по странной случайности пика его противника, графа де Монтгомери, пробила золотой шлем короля и попала ему в левый глаз. Расщепившись, пика нанесла королю вторую рану - в горло, и, промучившись десять дней. Генрих умер. В этот период он стал - и навсегда остался - единственным одноглазым правителем Франции.

И тут с трепетом вспомнили слова Нострадамуса. Занимая непримиримую позицию по отношению к волшебникам и колдунам, руководители римской католической церкви намеревались сжечь этого предсказателя на костре. Крестьяне, считавшие, что предсказание было на самом деле проклятием, сжигали его изображения. Только заступничество овдовевшей королевы Екатерины Медичи спасло его от расправы.

Герой эпидемии

Мишель де Нотрдам, самый неоднозначный пророк в истории, родился в декабре 1503 года в Сан-Реми в Провансе. Выбирая профессию, он решил стать врачом. Однако его учеба прервалась из-за эпидемии бубонной чумы, охватившей юг Франции в 1525 году. Мишель храбро ездил на вызовы, оказывая помощь жертвам этой необыкновенно заразной болезни. Тем не менее через четыре года, когда он закончил учебу, ему не хотели выдавать лицензию на практику в связи с обвинениями завистливых коллег. И только благодарность крестьян и уважение однокурсников привели к восстановлению его прав.

Открыв в 1533 году частную практику в городе Ажсн на реке Гаронна, он женился на молодой женщине. Они растили сына и дочь, когда в их жизнь вмешалась святая инквизиция. Нострадамусу (как он теперь себя называл) приказано было предстать перед церковным судом якобы за то, что он позволил себе неуважительное замечание о статуе Девы Марии. Когда же он вернулся, то обнаружил, что новая вспышка чумы унесла жизни его жены и обоих детей. В последующее десятилетие сострадательный врач, работая на выездах, приобрел репутацию чудотворца. Он заслужил пожизненную пенсию и поселился в Салоне, где открыл дело по производству снадобий и женился на богатой вдове, которая родила ему шестерых детей.

Открытия на чердаке

Теперь, когда Нострадамус был материально обеспечен и у него уже не было острой необходимости работать врачом, он обратился к занятиям мистикой. Он превратил свой чердак в астрономическую обсерваторию, где, взобравшись на треногу, созерцал звездный свод небес, утверждая, что секреты будущего ему раскрывает <внутренний свет и голос>.

Вначале он помещал свои предсказания на страницах альманахов, которые начал печатать в 1550 году. Однако со временем он полностью утратил интерес к такому приземленному занятию, как предсказание погоды и смены фаз луны.

Кровавый век был предсказан

С точки зрения многих толкователей, <Столетия> Нострадамуса изобилуют предсказаниями бурных и жестоких событий нашего времени - от прихода к власти Гитлера до убийства Президента Джона Ф. Кеннеди и его младшего брата Роберта. В Германии настолько верили в предполагаемые намеки на Третий рейх, что и Англия, и нацисты создавали поддельные катрены, выгодные для обеих сторон, сбрасывали их с самолетов и использовали их как орудие пропаганды. С другой стороны, один из настоящих катренов поразил многих как предсказывающий войну: <Будет выпущен на волю живой огонь, скрытая смерть внутри ужасных, страшных шаров. Ночью флот превратит город в пыль>.

Совсем недавно интерес к провидцу эпохи Возрождения возник вновь, теперь уже в связи с событиями в Иране. Стоявшего у власти шаха сместили с <павлиньего трона> народные массы, преданные аятолле Хомейни, до этого пребывавшему в изгнании во Франции. Согласно одному переводу, Нострадамус написал: <В Персии не прекратятся дождь, голод и война; избыток веры предаст монарха. Те [действия], что начались во Франции, закончатся здесь - тайный знак, призывающий быть умеренным>. Что это - точное предсказание или притянутое за уши толкование? Укрепляет ли оно доверие к предсказанию, которое должно сбыться в ближайшем будущем, - одному из немногих с определенной датой? <В году 1999 и семь месяцев с небес сойдет великий и ужасный король… До и после его прихода будет бушевать война>. Прав ли был предсказатель, покажет время, а пока пугливые могут найти некоторое утешение в том, что многие предсказания, относящиеся к прошлому, не сбылись.

Нострадамус предсказал, что в начале XIX века Наполеон захватит Англию и будет долго и безмятежно там править. На деле же, как известно, Наполеон закончил свою жизнь пленником одержавших победу англичан.

Окутан неизвестностью

Франция, балансировавшая на грани религиозной гражданской войны, представляла собой благодатную почву для опубликованных в 1555 году мрач-ных и загадочных предсказаний Нострадамуса. Это были первые 100 предсказаний из почти 2000, которые он опубликует к 1557 году. Сборник, получивший название <Столетия>, мгновенно приобрел необыкновенную популярность, и благодаря ему Нострадамус получил назначение при дворе.

Нострадамус писал на неясном диалекте, основанном на современном ему французском языке с использованием слов и предложений из итальянского, греческого, испанского языка, иврита и латыни. Каждое из предсказаний представляло собой четверостишие, или катрен, хотя ни одно из них не обнаруживало больших способностей автора к поэзии. Сам провидец объяснял, что его практически непостижимый стиль служил ему защитой от сильных мира сего, которым не всегда могло понравиться то, каким он видел их будущее. Однако его критики, настроенные достаточно скептически, предполагали, что такая неопределенность была преднамеренной уловкой Нострадамуса, оставлявшей возможность для различных интерпретаций. Существует, наверно, почти 400 различных толкований <Столетий>, каждое из которых содержит особые секреты предсказаний, охватывающих будущее до 3797 года. <Мои произведения лучше поймут те, кто придет после моей смерти>, - написал мудрец.

Советник королей

В условиях царивших тогда во Франции волнений и беспорядков было немало людей, считавших, что нечего ждать, пока история докажет правоту врача-провидца. Одной из них была королева Екатерина Медичи, которой достаточно было предсказания Нострадамуса о ее покойном муже. Несомненно, не без ее участия Нострадамус был назначен лейб-медиком при ее сыне, короле Карле IX.

Существует история о том, как Нострадамус вызвал однажды ангела по имени Анаэль и попросил его открыть в волшебном зеркале судьбы детей королевы. Зеркало показало краткое правление трех се сыновей и целых 23 года пребывания у власти презираемого ею зятя, Генриха Наваррского. Подавленная этим известием, королева остановила магическое действо. В сущности, возможно, что Нострадамус посетил ее двор только с целью составить гороскопы для нее и ее детей. Скорее всего, он был достаточно осторожен и завуалировал неприятные предсказания с помощью допускающих неоднозначное толкование выражений, поскольку известны случаи, когда монархи наказывали предсказателей за плохие вести.

Знаменитость, вызывающая, споры

Один из крупнейших поэтов Франции Пьер де Ронсар писал о своем современнике: <Подобно древнему оракулу, он в течение многих лет предсказывал наши судьбы>. Многие скептически относились к его работе или считали его всего-навсего умным шарлатаном, зарабатывавшим на чужой доверчивости.

По версии некоторых ученых, Нострадамус предсказал также то, как именно он умрет: <Вблизи от скамьи и кровати найдут меня мертвым>. Однажды вечером он объявил, что не переживет этой ночи. У него случился приступ подагры, и на следующее утро его нашли мертвым, одного в спальне, возле письменного стола.


Отец атомной бомбы

Во время Второй мировой воины блестящий физик Дикулиус Роберт Оппенгеймер возглавлял разработки американских ядерщиков по созданию первой в истории человечества атомной бомбы. Ученый вел уединенный и замкнутый образ жизни, и это породило подозрения в измене.

После будоражащих сирен воздушной тревоги наконец прозвучал сигнал отбоя. Яркое солнце освещало золотыми лучами Хиросиму, высвечивая тонкие зеленые листья знаменитых городских ив. В этот августовский день 1945 года и спешившие на работу служащие, и бежавшие в школу дети, и начавшие день с традиционных домашних дел домохозяйки были совершенно уверены по опыту многочисленных налетов, что находившиеся на некотором расстоянии два или три американских бомбардировщика В-29 не представляют опасности. При серьезном нападении небо кишело бы самолетами.

Внезапно, как вспоминал позднее один из оставшихся в живых жителей города, <небо резко перечеркнула ослепительная вспышка… всей кожей я ощутил обжигающий жар… мертвая тишина… потом громкое “бум”, как отдаленный раскат грома>. В 8.14 утра по местному времени бомбардировщик <Энола Гэй> сбросил свою единственную бомбу под названием <Малыш> и резко ушел в сторону. Через несколько минут атомная бомба сдетонировала, в небе появилось невыносимо яркое свечение, взрыв породил яростные ветры. Из огненного шара поднялось облако в форме гриба, вознесшееся на высоту 9000 метров. Невероятно сильный жар, не меньше 30000С, мгновенно превратил тысячи людей в тлеющие угли. Еще тысячи прожили на несколько секунд дольше, пока их не сбили насмерть летевшие по воздуху обломки или не похоронили под собой рушившиеся здания. В панике многие нырнули в реку, вода в которой превратилась в крутой кипяток. В огненном вихре погибли около 200 000 человек - почти половина находившихся в городе в дневное время людей. Исчезло около 60 000 строений. Разрозненные очаги огня сливались в большие пожары, которые охватили весь город, радиационное заражение начало свою неслышную работу, неся с собой ужасную, медленную смерть.

В тот день, 6 августа 1945 года, ошеломленный мир узнал о том, что человек использовал энергию, заключенную в атоме, для создания смертельного оружия. До этого эпохального взрыва об истинном положении вещей знали только несколько представителей высшего военного и политического руководства: в течение многих лет, отчаянно стараясь уложиться в сроки, группа ученых и техников втайне пыталась создать это <оружие конца света>. И вот сейчас они добились успеха, во многом благодаря уму и вдохновению выдающегося физика-теоретика Роберта Оппенгеймера, которому тогда был 41 год.

Вундеркинд

Родившись в Нью-Йорке в зажиточной семье немецких евреев, Оппенгеймер воспитывался в любви к живописи, музыке, в атмосфере интеллектуальной любознательности. В 1922 году он поступил в Гарвардский университет и всего за три года получил диплом с отличием, его основным предметом была химия. В последующие несколько лет не по годам развитой молодой человек побывал в нескольких странах Европы, где работал с физиками, занимавшимися проблемами исследований атомных явлений в свете новых теорий. Всего через год после окончания университета Оппенгеймер опубликовал научную работу, которая показала, насколько глубоко он разбирается в новых методах. Вскоре он, совместно со знаменитым Максом Борном, разработал важнейшую часть квантовой теории, известную под названием метода Борна-Оппенгеймера. В 1927 году его выдающаяся докторская диссертация принесла ему всемирную славу.

Первый шаг в атомный век

Спокойно работая в одной из лабораторий Берлина в 193S году, когда мир балансировал на грани войны, химик Отто Ган и его ученик Фриц Штрасман случайно сделали эпохальное открытие, которому впоследствии суждено было привести к разрушительному финалу. Облучая образцы урана нейтронами, они обнаружили в нем атомы другого элемента, бария. В соответствии с уровнем знаний того времени Ган предположил, что барий на самом деле представляет собой разновидность радия, но в конце концов вынужден был признать очевидное: облучение урана каким-то образом привело к образованию бария.

В это время коллега Гана но Институту кайзера Вильгельма Лизе Майтнср, никогда не скрывавшая своего еврейского происхождения, вынуждена была эмигрировать из Германии.

Устроившись на работу в новый Нобелевский институт в Стокгольме, она вспомнила о необычном открытии Гана и написала ему письмо с просьбой о подтверждении. Обсудив эту информацию со своим племянником О. Р. Фришем, Майтнер заподозрила, что во время своего опыта Ган разделил атом урана, по массе вдвое превышающий атом бария, на два атома бария. Они с Фришем высказали догадку, что облучение урана нейтронами приводит к <расщеплению> его атома и что при этом высвобождается большое количество энергии. Так было открыто деление атомного ядра при цепной реакции. В ходе цепной реакции за долю секунды расщепляются все атомные ядра в данном количестве урана.

Энергия, полученная из килограмма урана, может быть использована для создания разрушительной атомной бомбы или стать топливом для установки, способной производить практически неограниченное количество ядерной энергии.

Физика, любовь и левое движение

В 1929 году Оппенгеймер, восходящая звезда науки, принял предложения двух из нескольких боровшихся за право пригласить его университетов. Весенний семестр он преподавал в оживленном, молодом Калифорнийском технологическом институте в Пасадене, а осенний и зимний - в Калифорнийском университете в Беркли, где он стал первым преподавателем квантовой механики. По сути дела, ученому-эрудиту пришлось какое-то время приспосабливаться, постепенно снижая уровень обсуждения до возможностей своих студентов.

В 1936 году он влюбился в Джин Тэтлок, беспокойную и подверженную переменам настроения молодую женщину, чей страстный идеализм нашел выход в коммунистической деятельности. Как многие думающие люди того времени, Оппенгеймер изучал идеи левого движения в качестве одной из возможных альтернатив, хотя и не вступал в компартию, что сделали его младший брат, невестка и многие из его друзей.

Его интерес к политике, как и умение читать на санскрите, был естественным результатом постоянного стремления к знаниям. По его собственным словам, он был также глубоко встревожен взрывом антисемитизма в фашистской Германии и Испании и вкладывал по 1000 долларов в год из своего ежегодного заработка в 15 000 долларов в проекты, связанные с деятельностью коммунистических групп. После встречи с Китти Харрисон, ставшей в 1940 году его женой, Оппенгеймер расстался с Джин Тэтлок и отошел от круга ее друзей с левыми убеждениями.

Нацистская угроза

В 1939 году Соединенные Штаты узнали, что в рамках подготовки к глобальной войне гитлеровкая Германия открыла расщепление атомного ядра. Оппенгеймер и другие ученые сразу же догадались, что немецкие физики попытаются получить управляемую цепную реакцию, которая могла стать ключом с созданию оружия, гораздо более разрушительного, чем любое существовавшее на тот момент. Заручившись поддержкой великого научного гения, Альберта Эйнштейна, обеспокоенные ученые в своем знаменитом письме предупредили Президента Франклина Д. Рузвельта об опасности.

Санкционируя финансирование проектов, направленных на создание неиспытанного оружия, президент действовал в обстановке строгой секретности. По иронии судьбы, совместно с американскими учеными в лабораториях, разбросанных по всей стране, работали многие ведущие ученыемира, вынужденные бежать со своей родины. Одна часть университетских групп исследовала возможность создания ядерного реактора, другие взялись за решение проблемы отделения изотопов урана, необходимых для высвобождения энергии в цепной реакции. Оппенгеймеру, который до этого был занят теоретическими проблемами, предложили заняться организацией широкого фронта работ только в начале 1942 года.

<Дорогостоящие чокнутые>

Программа армии США по созданию атомной бомбы получила кодовое название <Проект Манхэттен>, ее возглавил 46-летний полковник Лесли Р. Гровс, профессиональный военный. Гровс, который характеризовал ученых, работавших над созданием атомной бомбы, как <дорогостоящее сборище чокнутых>, однако, признавал, что Оппенгеймер обладал способностью, до тех пор не востребованной, управлять своими коллегами-спорщиками, когда накалялась атмосфера. Физик предложил, чтобы всех ученых объединили в одной лаборатории в тихом провинциальном городке Лос-Аламос, штат Нью-Мексико, в районе, который он хорошо знал. К марту 1943 года закрытый пансион для мальчиков был превращен в строго охраняемый секретный центр, научным директором которого стал Оппенгеймер.

Настояв на свободном обмене информацией между учеными, которым строго-настрого запрещалось покидать пределы центра, Оппенгеймер создал атмосферу доверия и взаимного уважения, что способствовало удивительным успехам в работе. Не щадя себя, он оставался руководителем всех направлений этого сложного проекта, хотя от этого сильно пострадала его личная жизнь. Но для смешанной группы ученых - среди которых было больше десятка тогдашних или будущих нобелевских лауреатов и из которых редкий человек не обладал ярко выраженной индивидуальностью - Оппенгеймер был необыкновенно преданным делу руководителем и тонким дипломатом. Большинство из них согласились бы, что львиная доля заслуги в окончательном успехе проекта принадлежит ему.

К 30 декабря 1944 года Гровс, ставший к тому времени генералом, мог с уверенностью сказать, что на затраченные два миллиарда долларов будет создана готовая к действию бомба к 1 августа следующего года. Но когда в мае 1945 года Германия признала свое поражение, многие из работавших в Лос-Аламосе исследователей стали задумываться об использовании нового оружия. Ведь, вероятно, Япония вскоре капитулировала бы и без атомной бомбардировки. Нужно ли Соединенным Штатам становиться первой в мире страной, применившей такое ужасное устройство? Гарри С. Трумэн, ставший президентом после смерти Рузвельта, назначил комитет для изучения возможных последствий использования атомной бомбы, в который вошел и Оппенгеймер. Специалисты решили рекомендовать сбросить атомную бомбу без предупреждения на крупный японский военный объект. Было получено и согласие Оппенгеймера.

<Истребитель миров>

Все эти тревоги были бы, конечно, спорными, если бы бомба не сработала. Испытание первой в мире атомной бомбы было проведено 16 июля 1945 года примерно в 80 километрах от авиационной базы R Аламогордо, штат Нью-Мексико.

Испытываемое устройство, названное за его выпуклую форму <Толстяком>, прикрепили к стальной вышке, установленной в пустынной местности. Ровно в 5.30 утра детонатор с дистанционным управлением привел бомбу в действие. С отдающимся эхом грохотом на участке диаметром в 1,6 километра в небо взметнулся гигантский фиолетово-зелено-оранжевый огненный шар. Земля содрогнулась от взрыва, вышка исчезла. К небу стремительно поднялся белый столб дыма и стал постепенно расширяться, принимая на высоте около 11 километров устрашающую форму гриба.

Первый ядерный взрыв поразил научных и военных наблюдателей, находившихся рядом с местом испытания, и вскружил им головы. Но Оппенгеймеру вспомнились строки из индийской эпической поэмы <Бхагавадгита>: <Я стану Смертью, истребителем миров>. До конца его жизни к удовлетворению от научных успехов всегда примешивалось чувство ответственности за последствия.

Время страха

Хотя Оппенгеймера никогда не вызывали на ковер к печально известному сенатору Джозефу Маккарти, отношение к физику со стороны ФБР, Белого дома и Комиссии по атомной энергии было, по крайней мере отчасти, продиктовано опасением, что рано или поздно политик из Висконсина сочтет его заманчивой мишенью. Так называемая <эра маккартизма>, искалечившая или разрушившая жизнь и карьеру многих безвинных американцев, началась в 1950 году. Буквально через несколько дней после того, как Президент Эйзенхауэр объявил, что Советский Союз овладел атомным оружием, сенатор заявил: <У меня в руках список из 205 человек, о которых госсекретарю известно, что они члены коммунистической партии и которые тем не менее продолжают работать и формировать политику Госдепартамента>.

В 1953 году Маккарти стал председателем сенатской подкомиссии по расследованию. Вскоре ее члены бурно отреагировали на анонимную статью в журнале <Форчун>, где утверждалось, что Оппенгеймер однажды позволил себе в письменном виде <намек на то, что доктрина ВВС зиждется на массовом убийстве гражданского населения>. Маккарти провел совещание с директором ФБР Дж. Эдгаром Гувером, который предостерег его, что <это не тот случай, за который надо преждевременно браться только ради заголовков в газетах>. Но и Гувер, и следующий председатель КАЭ Льюис Штраус знали, что склонный к саморекламе политик на этом не успокоится. Штраус изъял секретные документы из досье Оппенгеймера в Принстоне, что некоторые сочли первым шагом тайной кампании, приведшей к слушаниям КАЭ 1954 года по вопросу о лояльности Оппенгеймера.

Скорпионы в банке

Через три дня после того, как <Малыш> был взорван в Хиросиме, точная копия первого <Толстяка> была сброшена на город Нагасаки. 15 августа Япония, чья решимость была окончательно сломлена этим новым оружием, подписала безоговорочную капитуляцию. Однако уже стали слышны голоса скептиков, и сам Оппенгеймер предсказал через два месяца после Хиросимы, что <человечество проклянет названия Лос-Аламос и Хиросима>. Тем не менее на следующий год он принял назначение на пост председателя научного совета Комиссии по атомной энергии (КАЭ), став тем самым наиболее влиятельным советником правительства и военных по ядерным проблемам.

Пока Запад и возглавляемый Сталиным Советский Союз всерьез готовились к холодной войне, каждая из сторон сосредоточила свое внимание на гонке вооружений. Советский Союз взорвал свою первую атомную бомбу раньше, чем это прогнозировалось. - 29 августа 1949 года. Хотя многие из ученых, входивших в <Проект Манхэттен>, не поддерживали идею создания нового оружия, бывшие сотрудники Оппенгеймера Эдвард Теллср и Эрнест Лоуренс посчитали, что национальная безопасность США требует скорейшей разработки водородной бомбы.

Оппенгеймер пришел в ужас. С его точки зрения, две ядерные державы и так уже противостояли друг другу, как <два скорпиона в банке, каждый в состоянии убить другого, но только с риском для собственной жизни>. С распространением нового оружия в войнах больше не было бы победителей и побежденных - только жертвы. И <отец атомной бомбы> сделал публичное заявление, что он против разработки водородной бомбы.

Всегда чувствовавший себя при Оппенгеймере не в своей тарелке и явно завидовавший его достижениям, Теллер стал прилагать усилия, чтобы возглавить новый проект, подразумевая, что Оппенгеймер больше не должен принимать участие в работе. Он рассказал следователям ФБР, что его соперник своим авторитетом удерживает ученых от работы над водородной бомбой, и открыл секрет, что в молодости Оппенгеймер страдал приступами сильной депрессии. Когда Президент Трумэн дал в 1950 году согласие на финансирование работ по созданию водородной бомбы, Теллер мог праздновать победу.

Истерия и позор

Мог ли Советский Союз открыть секрет создания атомной бомбы, не шпионя за американскими исследованиями? Не было ли в Лос-Аламосе государственной измены? В 1954 году директор ФБР Дж. Эдгар Гувер представил Белому дому доклад, в котором содержались обвинения в том, что Оппенгеймер - <агент иностранной разведки>. Президент Дуайт Эйзенхауэр согласился ограничить доступ знаменитого ученого к секретной информации, а Комиссия по атомной энергии начала рассматривать обвинения.

Во избежание общественного протеста было решено провести закрытое рассмотрение дела. Слушания в Комиссии по атомной энергии продолжались три недели, было вызвано 40 свидетелей и представлено 3000 страниц свидетельских показаний и материалов следствия. Оппенгеймер, которого в течение трех дней подвергали изнурительному, жесткому перекрестному допросу, делал все, чтобы помочь следствию, но его адвокатов из соображений государственной безопасности не допустили ни к документам, ни даже к отдельным частям показаний подзащитного.

Занимая место для дачи свидетельских показаний, самые уважаемые ядерные физики того времени и столпы истеблишмента свидетельствовали об абсолютной честности и лояльности Оппенгеймера. Исключение составлял Теллер, утверждавший, что <было бы мудрее не давать сертификата о проверке на благонадежность>. 29 июня специальный комитет безопасности КАЭ четырьмя голосами против одного проголосовал против восстановления сертификата Оппенгеймера о проверке на благонадежность, хотя и не признал его виновным в реальной выдаче секретов иностранным государствам.


В поисках Трои

Рожденный в бедности, он нажил четыре крупных состояния. Не имея образования, самостоятельно выучил 17 языков. Но величайший триумф пришел к нему во второй половине его жизни, когда он доказал скептикам всего мира, что сказания Гомера о Троянской войне основывались на фактах.

О детстве у Генриха Шлимана сохранились тяжелые воспоминания. Он родился в 1822 roду в семье, где родители презирали друг друга, и рос среди суеверных крестьян в безвестной немецкой деревушке недалеко от польской границы. Когда ему было девять лет, его мать умерла от родов. Отец, суровый и эгоцентричный сельский пастор, был изгнан со своей должности за непомерную любовь к женщинам. В возрасте 14 лет Генриха разлучили с Минной - девочкой, в которую он был с детства влюблен, - и определили помощником бакалейщика.

Но был в начале его жизни один эпизод, о котором Генрих сохранил светлое воспоминание. Холодными зимними вечерами пастор развлекал детей, пересказывая им истории из <Илиады>, знаменитой эпической поэмы слепого греческого поэта Гомера о Троянской войне. Сердца детей трепетали от рассказов о героических деяниях Гектора и Ахилла, уловках вмешивавшихся в события богов и красоте Елены, изза которой греки осадили великий город Трою. Когда Генриху было семь лет, отец подарил ему иллюстрированную мировую историю, и мальчик сразу же нашел Древнюю Грецию. То, что он увидел, запомнилось ему на всю жизнь. На гравюре, изображавшей горящую Трою, Эней - как две капли воды похожий на пастора - спасал своего отца, вынося его из огня. Мальчику захотелось побольше узнать о славе и великолепии Древней Греции.

Будучи фаталистом, уже в зрелом возрасте Шлиман пришел к выводу, что от тяжелой и нудной работы в бакалейной лавке его спас бочонок с цикорием: как-то, подняв его, он надорвался, и у него пошла горлом кровь. Генрих уволился и пошел пешком в Гамбург, где за несколько дней окончил бухгалтерские курсы, рассчитанные на год учебы. Шлиман был убежден, что Американский континент 1840-х годов обещал большие богатства; поэтому он продал свои часы и сел на корабль, направлявшийся в Венесуэлу. 12 декабря 1841 года корабль попал в сильный шторм и пошел ко дну, Шлиман обнаженным был выброшен в ледяное море, и тут в его жизнь снова вплыл бочонок. Он уцепился за него и держался на воде, пока его наконец не подобрал корабль, спасший еще 13 человек, уцелевших после кораблекрушения. Бедняги добрались до побережья Голландии, где обнаружилось, что багаж Шлимана, единственный из всех, доплыл до берега в целости и сохранности.

Вскоре Шлиман нашел в Амстердаме место бухгалтера. Тогда же он начал вырабатывать в себе качества, которые принесли ему огромное богатство и глубокое одиночество. Приняв решение не тратиться на развлечения и женщин, он жил очень скромно, проводя свободное время в учении и тренировке своей незаурядной памяти. Менее чем за год он стал бегло говорить по-голландски, по-английски, по-французски, по-испански, по-итальянски и по-португальски. Новые знания помогли ему найти работу на крупной импортно-экспортной фирме. После того как он самостоятельно выучил русский в объеме, позволявшем ему вести переписку на языке, на котором никто больше не умел читать, ему, 25-летнему бизнесмену, была предложена должность главного представителя компании в Санкт-Петербурге. Зарабатывая больше, чем он мог когда-либо мечтать, он наконец попросил в письме руки Минны. Ее отец ответил, что она совсем недавно вышла замуж за фермера. Эта новость поразила блестящего молодого бизнесмена в самое сердце.

Слабое утешение от успеха

Тяжело переживая утраченную любовь, в последующие несколько лет Шлиман постоянно переезжал с места на место и работал как одержимый, стараясь забыться. После смерти своего младшего брата - искателя приключений, уехавшего в Калифорнию и нажившего во время <золотой лихорадки> небольшое состояние, Шлиман был объявлен наследником и решил приумножить капитал. Он добрался морем до Нью-Йорка, а потом до Панамы и пересек ее верхом на муле - путешествие, в котором можно было встретиться с аллигаторами и кровожадными разбойниками или заболеть желтой лихорадкой. Доплыв до Калифорнии, в Сакраменто он обнаружил, что партнер его брата исчез вместе с наследством. Не падая духом, Шлиман открыл фирму по продаже золотого песка. За девять месяцев он попал в страшный пожар в Сан-Франциско, перенес два чуть не погубивших его приступа желтой лихорадки и все же сумел накопить 400 000 долларов. Найдя американцев невоспитанными, а американок непривлекательными, он вновь направился в Россию. На этот раз переход через Панамский перешеек чуть не оказался для него роковым. Тащившихся под непрерывным ливнем путников покинули проводники. Им пришлось ловить ящериц-игуан и есть их сырыми. Многие умерли от дизентерии или от лихорадки. Растерянные, погибающие от голода, в раздражении кидающиеся друг на друга, спутники Шлимана становились опасными. Каждую ночь он, вооруженный кинжалом и пистолетом, не спал, охраняя свои золотые слитки и банковские чеки, - даже тогда, когда рана на ноге нестерпимо болела от начинавшейся гангрены. Но он выжил.

Страсть к богатству

-Когда я вырасту, - сказал Джон Д. Рокфеллер, будучи школьником, - я хочу иметь 100 000 долларов. - Подобно Генриху Шлиману, этот рассудительный, целеустремленный мальчик из семьи со скромным достатком сконцентрировал свой острый ум и огромную энергию, чтобы добиться цели и нажить большие деньги. После смерти в 1937 году он оставил наследство в 26,5 миллиона долларов.

26 сентября 1855 года в поисках работы молодой человек без гроша в кармане обошел все компании Кливленда, штат Огайо, и наконец нашел работу. И хотя прежде, чем начать получать четыре доллара в неделю, он должен был отработать трехмесячный испытательный срок, он всегда вспоминал это событие как <великий день для нашей семьи>. Записывая в небольшую бухгалтерскую книгу каждую, даже самую небольшую трату, включая одну десятую своего заработка на пожертвования баптистской церкви, Рокфеллер жил очень скромно и планировал будущее. Когда ему было 28 лет, они с партнером открыли небольшую оптовую торговлю, но возможность накопить беспрецедентное богатство появилась в 1865 году, когда в Питхоуле, штат Пенсильвания, была случайно найдена нефть. Со временем Джон Д. Рокфеллер стал контролировать около 95 процентов нефтяной промышленности США. В глазах многих он стал воплощением худшей стороны капитализма.

Неустанно работавший, но и щедро тративший миллионы на благотворительность, Рокфеллер, так же как и Шлиман, был связан с богатствами, спрятанными под землей. Но Рокфеллеру долгую известность принесли не рукотворные, а природные богатства.

Безнадежная страсть

Вернувшись в Санкт-Петербург, он совершил шаг, который повлек за собой 17 лет страданий другого рода, - вступил в брак с Екатериной Лыжиной. Хотя накануне их свадьбы в октябре 1852 года он писал, что она <очень хорошая, простая, умная и здравомыслящая женщина>, на самом деле жена была настолько холодна к нему, что этот страстный человек оказался буквально на грани безумия. Через несколько недель после брачной ночи он с головой погрузился в работу, сколотив еще одно состояние на торговле краской индиго. Несчастливая пара имела троих детей. Шлиман жил только работой, идя на спекуляции и риск там, где другие действовали осторожно.

Работая, как обычно, шесть дней в неделю, воскресенье он оставлял для серьезных занятий греческим языком. <Этот язык меня опьяняет!> - восторженно восклицал он. Международный финансовый кризис 1857 года Шлиман пережил с легкостью. Однако он искал страсть, которой так не хватало ему в семейной жизни. Он жаждал путешествий в страны своей мечты - Грецию, Египет, Палестину, Индию, Китай и Японию, У него было достаточно денег и свободного времени, чтобы постоянно менять образ жизни: он мог стать профессиональным писателем, мог поселиться па маленькой ферме, а мог поступить в Сорбонну. В одной из поездок в США он узнал, что штат Индиана собирается принять новый закон о разводе, способный помочь ему разрешить его супружескую дилемму. Шлиман открыл в Индианаиолисе дело по торговле крахмалом, и не прошло и года, как он стал американским гражданином.

Равнины мифической Трои

Тем временем пустота жизни стала угнетать Шлимана. Летом 1868 года, захваченный новой идеей - стать археологом, он поехал на Итаку и организовал небольшую любительскую экспедицию для раскопок замка своего кумира, Улисса. Он собрал достаточно древних безделушек, чтобы убедиться, что он наткнулся на спальню Улисса и его верной жены Пенелопы.

Далее он отправился на равнины неподалеку от Константинополя, которые по традиции считаются местом, где стояла мифическая Троя. Основываясь на событиях, описанных в <Илиаде>, Шлиман предпочел холм Гиссарлык, возвышавшийся поблизости от берега. С характерными для него энергией и одержимостью он стал забрасывать турецкое правительство просьбами о разрешении на начало раскопок.

Достойная подруга жизни

Но как бы Шлиман ни был занят, он не оставлял без внимания вечную проблему поисков своей Пенелопы. Вернувшись в Индианаполис для того, чтобы начать бракоразводный процесс с женой, он решил, что теперь должен жениться на гречанке. Написав в Афины старому другу, он попросил фотографию какой-нибудь молодой женщины, которая была бы красива, любила поэзию Гомера, нуждалась в деньгах и была способна подарить любовь к человеку, за которого выйдет замуж. Друг предложил Софию Энгастроменос, 17-летнюю дочь афинского торговца мануфактурой.

При первой встрече будущий муж спросил очаровательную девушку, не хочет ли она совершить долгое путешествие, знает ли дату приезда императора Адриана в древние Афины и может ли прочесть наизусть что-нибудь из Гомера. Ответом на все вопросы было <да>, но честный ответ девушки на следующий вопрос чуть было не испортил все дело. Когда Шлиман спросил ее, почему она хочет выйти за него замуж, она ответила: <Потому, что мои родители сказали, что вы богаты>. Финансовый магнат долго дулся, как обиженный мальчишка, но София заставила его изменить мнение о ней, проявив необычайную чувствительность и природную мудрость, сделавшие их брак крепким и сердечным.

Первые раскопки Шлимана на Гиссарлыке принесли разочарование. После нескольких пробных траншей местные землевладельцы прогнали его, а турецкое правительство продолжало делать вид, что не слышит его мольбы об официальном разрешении вести раскопки.

Золотой клад из бронзового века

В последующие несколько лет он продолжал раскопки, иногда с разрешения чиновников, а порой и без, время от времени уезжая в Афины, чтобы рассмотреть свои находки. Они с Софией стояли, с нетерпением наблюдая, как рабочие погружают свои киркомотыги в пыльную землю, но в основном попадались незначительные остатки старины.

Решающей стала четвертая экспедиция. 30 мая 1873 года он нашел клад, состоявший из 10 000 золотых предметов, составлявших, как он считал, сокровище Приама, последнего царя Трои. Шлиман тайно вывез замечательный клад в Грецию, где родственники Софии спрятали драгоценные кубки, диадемы и серьги на своих фермах. В своей книге он рассказал миру эту удивительную историю, прямо заявив ученым-скептикам, что город Гомера существовал на самом деле. Турецкое правительство, естественно, выразило глубокое возмущение поведением Шлимана, однако он твердо стоял на своем, утверждая, что спас наследие Трои от нечистых на руку охранников и чиновников. Турки подали иск в греческий суд, а Шлиманы тем временем начали новые раскопки, потому что Генрих давно придерживался мнения, что ученые ошибаются в определении местоположения царских гробниц в Микенах.

В этом крупном, стоявшем на вершине холма городе правил Агамемнон, приходившийся Елене деверем. Ученые считали, что более или менее значительные гробницы должны располагаться за внешними стенами города, но интуиция Шлимана подсказывала ему, что это место должно быть у внутренних стен, неподалеку от знаменитых Скейских ворот. И он оказался нрав. Были найдены гробницы с прекрасными золотыми украшениями, включая посмертные маски.

Сокровища Приама

<Сейчас же иди сюда. Это очень важно. Никому ни слова>. Такое безмолвное послание приняла любящая София, напряженно наблюдавшая за Генрихом Шлиманом одним жарким пыльным утром на развалинах Трои. Это произошло в 1873 году. Когда Шлиман натолкнулся на что-то металлическое, он мгновенно догадался, что достиг цели своей жизни. <Пойди и немедленно объяви paidos\> - выдохнул он. София сообщила рабочим, что им дается неожиданная передышка в честь дня рождения мужа. Когда рабочие ушли, Генрих и София стали копать и отрыли большой медный сундук. Заглянув внутрь, Шлиман увидел сверкающее золото, которому суждено было стать величайшей археологической находкой XIX века.

София проворно сгребла тысячи мелких изделий в подол своей юбки и отнесла их в маленький домик, стоявший неподалеку от места раскопок, чтобы рассмотреть их за задернутыми занавесками. Надев одну из двух ослепительно ярких золотых диадем на голову Софии, Шлиман воскликнул: <Драгоценность, которую носила Елена Троянская, теперь украшает мою жену>.

Скептики утверждали, что сокровище было найдено на других уровнях раскопок (а следовательно, оно из других веков истории); некоторые даже обвиняли Шлимана в том, что он собрал эту коллекцию на рынках антиквариата. Вопрос до сих пор остается открытым. Шлиманы передали свой состоявший из 12 000 предметов клад в Берлинский музей. Во время Второй мировой войны он был переведен для большей сохранности в бункер, а в 1945 году исчез, чтобы неожиданно появиться в 1993 году в Москве, где министр культуры России объявил, что коллекция готовится к выставке. <Я видел сокровища Приама, - взволнованно сказал он. - Я держал эти золотые предметы в своих руках>. Среди множества вопросов, на которые еще нет ответа, и этот: кому принадлежит это золото?

Почести на склоне лет

Последние десять лет жизни Шлиман прожил в своем афинском доме, напоминавшем дворцы, обнаруженные им при раскопках. Некоторые ученые подвергали его находки сомнению, но он стал знаменитостью во всех странах Европы.

Несмотря на все успехи Шлимана, ему суждено было умереть в одиночестве и практически без всякой медицинской помощи. Будучи в Неаполе, он внезапно потерял сознание посреди людной площади, но, поскольку у него не было с собой ни денег, ни документов, его отказались положить в больницу, приняв за нищего. Когда Шлимана разыскал его личный врач, его уже парализовало и он не мог говорить.

Он умер 26 декабря 1890 года, немного не дожив до своего 69-летия. Его убитая горем вдова писала: <У меня была необыкновенная возможность глубоко вникнуть в смысл жизни. Этим я обязана моему любимому мужу Генри>. С великим трудом преодолевая множество препятствий, Шлиман осуществил свои мечты - приобрел большое богатство, долгую славу и любовь замечательной женщины.


Раскаявшийся деспот

Первый русский царь, натура неординарная и противоречивая, получил за крутой и необузданный нрав прозвище Грозный. Твердо решив сделать Москву <третьим Римом>, свое правление он подчинил идее укрепления самодержавия и усиления централизации государства.

В 1533 году Иван IV сменил на троне своего отца Василия III и стал великим князем Московским. Было ему всего три года. Еще пять лет, пока мальчик обучался государственным делам, регентом была его мать. Когда она умерла - возможно, в результате отравления, - вокруг него развернулась борьба за власть нескольких боярских кланов. В 13 лет он сделал решительный шаг, приказав взять под стражу, а затем казнить одного из своих соперников. Это был жестокий век.

Хорошие времена…

К счастью для царя, на него оказывал сдерживающее влияние митрополит русской православной церкви Макарий. В 16 лет Иван послушался совета церковника по двум важнейшим вопросам - коронации на царство (<царь> - сокращение от <цезарь>), став 16 января 1547 года царем всея Руси, и женитьбы месяц спустя на Анастасии Романовой. Целью Макария было превратить Москву в новый центр христианства, в <третий Рим> (после Рима и Константинополя). <Два Рима пали, - постановил Макарий, - третий стоит, а четвертому не бывать>. Таким образом, Иван провозглашался не только прямым наследником римского императора Августа, но и светским правителем всего христианского мира. Для подкрепления этого грандиозного плана Макарий пересмотрел множество церковных документов в поисках легенд о русских праведниках и созвал два церковных синода для объявления их святыми.

Назрела также необходимость политической реформы. Под руководством группы советников - Избранной рады - Иван принял новый свод законов (<Судебник>), сделал попытку усовершенствовать условия военной службы и дал больше власти органам местного самоуправления.

Что касается женитьбы, то она совершенно явно оказалась удачной. До своей смерти в 1560 году Анастасия родила шестерых детей, из которых четверо умерли в младенчестве. Она благотворно влияла на царя, смягчая его крутой нрав и помогая своему супругу преодолевать его врожденную подозрительность и безграничный деспотизм.

…и царство страха

В 1547-1552 годах, оставив Москву на попечение Макария, Иван принял участие в нескольких походах против татар. Могущество этих совершавших набеги с юго-востока тюркских завоевателей было подорвано, а их земли в Поволжье присоединены к России. Вернувшись в столицу с победой, царь Иван заявил боярам: <Больше я вас не боюсь!> И с тех пор стал править как самодержец.

Со стороны недовольной знати последовал, однако, еще один - последний - вызов. Когда в начале 1553 года у Ивана был страшный жар, бояре потребовали, чтобы на случай преждевременной смерти он назначил своего преемника. Не желая больше иметь регента при ребенке, они запротестовали против назначения малолетнего сына Ивана, Дмитрия, а предложили его двоюродного брата Владимира. Царь, твердо стоявший на своем, собрал бояр у себя в спальне и потребовал, чтобы они целовали крест на верность Дмитрию. Выздоровев, Иван совершил паломничество для благодарственного молебна в отдаленный монастырь.

Следующий поход Ивана, имевший целью дать сухопутной России выход к Балтийскому морю, был неудачным, и царь обратился к Римскому папе Григорию XIII с просьбой выступить в роли посредника в его конфликте с Польшей и Швецией. А дома, после смерти Макария в 1563 году, царь сосредоточил в своих руках еще больше власти, введя опричнину.

Проводя эту странную государственную реформу, Иван поделил свое царство пополам. Одна половина должна была управляться традиционно, при поддержке боярской знати. Но другая - названная <опричь> (кроме, особо, отдельно) - должна была рассматриваться как его личные владения и защищаться войском численностью от 1000 до 6000 человек. Для русского народа началось царство страха. Рассказывали, что царь лично принимал участие в пытках и казнях противников.

Безумный самодержец

Меж тем в личной жизни Ивана Грозного царили хаос и трагедия. Несмотря на искреннюю привязанность к Анастасии, через две недели после ее смерти он объявил, что женится снова - на этот раз в поисках политического альянса на сестре польского короля Сигизмунда II Августа. Сигизмунд отказал ему, и Иван Грозный женился на Марии, дочери кабардинского князя Темрюка. Их единственный ребенок, мальчик, прожил всего пять недель, и после этого Иван уже не проявлял к жене никакого интереса. Когда умерла Мария. Иван женился в третий раз. Его жена Марфа Собакина скончалась через 16 дней, не дожив до официальной свадебной церемонии. В обоих случаях ходили слухи об отравлении.

Меньше чем через два месяца после смерти Марфы, вопреки церковным установлениям, Иван женился в четвертый раз, на этот раз на дочери одного из своих вельмож Анне Коптевской. Через три года она была сослана в монастырь. Затем, быстро сменяя друг друга, последовали еще две жены - любовницы в глазах не одобрявшей действий царя церкви. В 1850 году Иван Грозный взял в жены боярскую дочь Марию Нагую. Через год она родила ему сына Дмитрия (сын Анастасии Дмитрий умер до этого).

В 1581 году старший сын и тезка царя, 27-летний царевич Иван, женился в третий раз. Его первых двух жен царь выгнал, не понравилась ему и третья, Елена. Когда Иван Грозный набросился на беременную невестку за нескромность ее одеяния, царевич вступился за жену. В гневе они стали кричать друг на друга, Иван Грозный нанес сыну смертельный удар по голове посохом с острым железным наконечником.

Испытывая раскаяние, Иван Грозный велел составлять список жертв своего ужасного правления, который перед его смертью в 1584 году вырос до 3000 с лишним имен. Копии этого списка, вместе с денежными пожертвованиями, были разосланы но крупнейшим монастырям России с распоряжением молиться за упокой их душ.


Героин, ставший предателем

Бенедикт Арнольд смело действовал в бою, но ожесточился после неудачи в продвижении по службе и обвинений в растрате государственных средств. Ведя расточительный образ жизни, он постоянно нуждался в деньгах и посему предложил сдать Вест-Пойнт противнику.

Среди холмов Национального исторического парка Саратоги, расположенного к северу от Олбани, штат Нью-Йорк, стоит необычный безымянный памятник, представляющий собой солдатский сапог на невысоком постаменте с загадочной надписью: <В память о самом блестящем солдате Континентальной армии, тяжело раненном на этом месте… 7 октября 1777 года, одержавшем для своих соотечественников победу в решающем сражении Войны за независимость в Северной Америке и награжденном за это званием генерал-майора>. Безымянным героем был не кто иной, как Бенедикт Арнольд, чье имя позднее стало в США символом государственной измены.

Капитуляция британского генерала <джентльмена Джонни> Бургойна в Саратоге через девять дней после этого сражения была первой сдачей целой армии американским повстанцам и поворотным моментом в борьбе за независимость. Сообщение об этой победе помогло Бенджамину Франклину, представителю США во Франции, убедить французов подписать с нарождающимся государством договоры о союзе и торговле.

Стремительные атаки Бенедикта Арнольда в Саратоге приблизили желанную победу, и раненого героя торжественно встречали дома в Коннектикуте как американского <боевого генерала>. Никто из почитателей Бенедикта Арнольда не мог бы предсказать, что это было его последнее сражение или что его военной карьере суждено закончиться так бесславно.

Быстрое восхождение к военной славе

Бенедикт Арнольд родился 14 января 1741 года в Норидже, штат Коннектикут. Он был энергичным юношей, наделенным необычайной силой, ловкостью и выносливостью. В 14 лет он вступил в колониальную армию, принимавшую участие во франко-индийской войне 1754-1763 годов. Но привлекательность солдатской жизни быстро померкла, он дезертировал, и только юный возраст спас его от трибунала. В 21 год Арнольд владел аптекой и книжным магазином в Нью-Хейвене, а вскоре начал вкладывать средства в торговлю сахаром с Вест-Индией. В 1767 году он женился на Маргарет Мэнсфилд, которая за пять лет родила ему трех сыновей.

Когда до Нью-Хейвена дошли слухи о сражении у Лексингтона, штат Массачусетс, 19 апреля 1775 года - первом сражении Войны за независимость, - Арнольд был капитаном резерва коннектикутской территориальной гвардии. Не теряя ни минуты, он записался добровольцем на службу и его произвели в полковники. Через десять дней добровольческие формирования достигли окрестностей Бостона. Арнольд предложил взять штурмом британский форт Тикондерога на озере Шамплейн. Объединившись с Этаном Аллсном, Арнольд 10 мая взял форт, захватив так необходимые им пушки. Когда у Арнольда возникли разногласия с Алленом по поводу командования, а штат Массачусетс не возместил средств, потраченных им на эту кампанию из собственного кармана, Арнольд в июле вернулся домой. В его отсутствие умерла его жена.

Несмотря на личное горе и разочарование во властях, в августе Арнольд возвратился в Массачусетс, где был представлен новому главнокомандующему Джорджу Вашингтону. Последний с энтузиазмом воспринял его смелое предложение нанести удар по верной короне Канаде.

В то время, пока одна небольшая армия, миновав озеро Шамплейн, захватила Монреаль и стала продвигаться вниз по реке Святого Лаврентия, Арнольд повел своих людей через болота и леса штата Мэн к Квебеку. 31 декабря обе эти армии под командование