КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 604514 томов
Объем библиотеки - 922 Гб.
Всего авторов - 239611
Пользователей - 109519

Впечатления

Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Зае...ся расставлять в нотах свою аппликатуру. Потом, может быть.
А вообще - какого х...я? Вы мне не за одни ноты спасибо не сказали. Идите конкретно на куй.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Грицак: Когда появился украинский народ? (Альтернативная история)

Конечно не существовало. Если конечно не читать украинских учебников))
«Украинский народ – самый древний народ в мире. Ему уже 140 тысяч лет»©
В них древние укры изобрели колесо, выкопали Черное море а , а землю использовали для создания Кавказских гор, били др. греков и римлян которые захватывали южноукраинские города, А еще Ной говорил на украинском языке, галлы родом из украинской же Галиции, украинцем был легендарный Спартак, а

подробнее ...

Рейтинг: +4 ( 6 за, 2 против).
Дед Марго про Грицак: Когда появился украинский народ? (Альтернативная история)

Просто этот народ с 9 века, когда во главе их стали норманы-русы, назывался русским, а уже потом московиты, его неблагодарные потомки, присвоили себе это название, и в 17 веке появились малороссы украинцы))

Рейтинг: -6 ( 1 за, 7 против).
fangorner про Алый: Большой босс (Космическая фантастика)

полная хня!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Stribog73 про Тарасов: Руководство по программированию на Форте (Руководства)

В книге ошибка. Слово UNLOOP спутано со словом LEAVE. Имейте в виду.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Дед Марго про Дроздов: Революция (Альтернативная история)

Плохо. Ни уму, ни сердцу. Картонные персонажи и незамысловатый сюжет. Хороший писатель превратившийся в бюрократа от литературы. Если Военлета, Интенданта и Реваншиста хотелось серез время перечитывать, то этот опус еле домучил.

Рейтинг: +1 ( 3 за, 2 против).
Сентябринка про Орлов: Фантастика 2022-15. Компиляция. Книги 1-14 (Фэнтези: прочее)

Жаль, не успела прочитать.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).

Хаос в коробочке [Хеллфайр Файр] (fb2) читать онлайн

- Хаос в коробочке [СИ] (а.с. Нашар-Хорриан -1) 414 Кб, 98с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Хеллфайр Файр - Мирдал - Асвер

Настройки текста:



Хаос в коробочке

Вступление — замечания для господ актёров

Владислав Вазов.

Единственный человек в истории, не слишком высокий, но полнотелый батюшка с неопрятной бородой навроде Григория Распутина и каноническим баритоном — даже в обычной жизни он по привычке разговаривает поставленным для проповеди голосом. Жить среди драконов — то ещё испытание для приходского священника, если бы он не мог перепить в одно горло нескольких драконов покрупнее себя. Собственно за слишком сильное потакание телесным порокам его и определили в столь далёкую епархию… а так же за слишком вольные речи и прямолинейность, зачастую противоречащую церковной политике. К тому же, Владислав умеет при необходимости изгонять порождения Тьмы, хотя для подобных ритуалов требуется особая подготовка и трезвость, которой отец Владислав не всегда обладает. Хотя на почве духовной борьбы и просветительской деятельности Владислав преуспел, дерётся он неумело, тем более по сравнению с нашаранами.

Довольно высокая драконесса. Сложение худощавое и слегка напоминает мужское за счет сравнительно узких бедер и угловатости силуэта. Творческая натура, любит писать и рисовать, выучилась на инженера, но не работает по специальности. Творит у себя в скромном домике, много читает и рисует. Подрабатывает как библиотекарь. Любит все "возвышенное" — архитектуру, литературу, занимается изучением развития искусства Нашара. Однако, лишь для себя — не любит показывать свои записи публике. Плохо себя чувствует в больших компаниях чужих ей личностей. Социофоб в коей-то мере, ей почти всегда нужно уединение. Ни разу не было отношений, не помнит, чтобы в кого-нибудь сильно влюблялась. Говорит, что она "в браке с искусством" и до любви ей дела нет.

Механик широкого профиля и широких знаний, временно в отпуске. Иностранец, родом из Хорриана. Состоит в Активе (высший и средний ответственный и руководящий состав) родного Клана. Некоторое время был официальным послом в одном из человеческих государств. К радикальным течениям любой политической системы относится негативно. Не любит представителей потомственной аристократии, что не мешало исполнять обязанности посла, немного побаивается медведей и тигров (сложный противник). Из-за плотного графика жизни плотных отношений не заводил, при выходе в отпуск решил, что впечатления о новых землях важнее.

Золотистый позитивный дракошка, имеющий при себе кучу странных привычек и сложный характер. Воспитан он не родными, еще с детства его спихнули к старому знакомому учителю под предлогом “нас в доме и там слишком много”, но Мамору это давно никак не колышет. Своего учителя он обожал и слушался, как пёс, принимая любые наказания. Он молод, но рядовым на летучих кораблях стал уже в шестнадцать. Пользу он приносил лишь своей магией с выносливостью. В глубоком детстве, пока только попал в другие лапы, был задирой и мелким драчуном, даже самой настоящей грозой своей улицы. Его характер начал формироваться в более устойчивый после четырнадцати, когда трудные задания просто вышибали ненужную дурь из головы. Стрессоустойчивый и холодный Мамору принципиально ходит на четвереньках, задрав голову. Привык как излишнему уюту и обеспеченной жизни за счёт учителя, так и не удивляется внезапной яме, оставаясь без единого кристалла в кармане. В любой ситуации горд собой, никогда не повышает голос на собеседника и не склонен нападать первым. Надевает любимые драгоценности с красной тканью, считая себя в ней более элегантным при походке.

С одной стороны она может показаться холодной и обладающей твёрдой волей персоной. С другой стороны в ней проявляются обаяние и мягкость характера. Она мила и спокойна только до тех пор, пока не будет задето её самолюбие. В этот момент она становится высокомерной и надменной. Не любит конфликты, но не редко сама является их провокатором. Оппонент Вен обычно бурно реагирует и выплёскивает все негативные эмоции. Венерка, в свою очередь, обычно проявляет к такому собеседнику презрение и равнодушие. В результате такая ссора разжигается ещё больше. В эти моменты она ощущает свою «возвышенность» над остальными. В Венере очень легко развивается необоснованное самомнение. Она не всегда способна понять другого человека, что нередко приводит её к проявлению «хамских» черт характера.

Эрна относится к виду травоядных млекопитающих, антропоморфов, возможно, в своё время выведенных в самостоятельный вид из другой расы навами или иными, столь же могучими существами. Мать Эрны была одной из ярых участниц секты Гармонлерров, одного из ответвлений хаосизма. Суть Хаоса Гармонлерры находят в жизни, как в материи, пребывающей в состоянии постоянного изменения: перемещение в пространстве, рост, процессы жизнедеятельности и мутации. Собственно, девиз Гармонлерров звучит как «Жизнь есть Хаос, смерть — Порядок». На своих собраниях Гармонлерры обычно устраивают дикие оргии, стараясь забеременеть всеми возможными способами, потому у Эрны имелось ещё четверо младших братьев и сестёр, когда она появилась на свет.

Так уж вышло, что Гармонлерры вели собственную войну с навами. Несмотря на всё их могущество, большинство навов были всё же уязвимы как для магии, так и для различного вооружения. Разработки Гармонлерров в совокупности с их увлечениями в конце концов привели к ним группу исследователей, возглавляемую драконом Зустом. Покоробленный отношением Гармонлерров к детям, а может и имея какие-то свои мысли, Зуст за небольшую сумму и образец магической винтовки приобрёл для себя ученицу — ей и оказалась Эрна. На тот момент ей было четырнадцать лет.

Работая в то время не на родной планете, а в отдалённом мире, Зуст выполнял поручение одного из своих руководителей, проверяя живучесть созданных навами организмов-мутантов на одной из планет, которым драконы Харадола оказывали своё покровительство. В обмен на кое-какие технологии, считавшиеся среди драконов уже довольно устаревшими, местное правительство предоставило зелёный остров в полное и безраздельное владение Зуста. Выстроив там исследовательский центр и установив несколько защитных периметров, Зуст следил за поведением навских гибридов, делая пометки, как можно использовать тот или иной вид… И уничтожая особо опасные или бесполезные.

Зусту в этом помогала ещё примерно сотня существ — в большинстве своём люди, несколько представителей антропоморфных видов, бескрылые драконы-велнары, а также три-четыре чешуйчатых и мохнатых дракона Харадола. Спустя год в их ряды официально была зачислена и Эрна, до этого времени служащая у Зуста наглядным пособием для определения возможностей и способностей Гармонллеров. Убедившись, что не ошибся, Зуст начал обучать её премудростям магии, известной всем драконам Харадола. В двадцать пять лет, после официального закрытия исследовательского комплекса, Эрна и Зуст вернулись на Харадол, после чего их пути разошлись. Сейчас целью Эрны является освоение технологий и знаний Харадола, поскольку у Зуста она лишь поверхностно прикоснулась к ним.

Впрочем, свои научные статьи он подписывает как Скогвадр, опасаясь внимания гайдуков и Четверицы к не слишком… безопасным и порядочным их темам.

Юный — около двадцати трёх лет — биолог, которого привлекает так же некромантия и оккультизм. Потомок магов из Синего Ордена, ликвидированного после интервенции Нашара в Базал-Турат. Родился и долгое время жил в особняке на окраине страны, занимаясь там в одиночестве, в последние году даже без слуг и семьи, чем-то довольно далёким от серьёзных научных изысканий. Нелюдимый затворник, социофоб и интроверт. Агностик. Асоциален, не понимает и не в курсе политической обстановки своей страны. Живет в своем замкнутом мирке, словно человек в футляре. Немного неряшлив и нелеп. Достаточно депрессивен и закрыт. Очень сильно подвержен стрессам во время общения. Вечный недосып и галлюцинации на этом фоне. Не прочь выпить. Саркастичен и вообще любитель черного юмора.

Ночь первая — Тушите свет!

Деревня Насел располагается в ста горизонтах к юго-западу от Утгарда на реке Норге — в самом сердце Нашара. В былые времена, когда даже внутри границ страны не было безопасно из-за таящихся повсюду навов, деструкторов и кракалевн, жить здесь было тяжело, хотя точно не скучно. Ещё во время правления сара Герусет неподалёку отсюда навопоклонники возвели так называемый Храм Первородного Зла — настоящий центр поклонения разрушительным началам и силам разрушения, при помощи которых деструкторы хотели уничтожить эту вселенную и воссоздать её заново, уже по своим прихотям. Не было такой отвратительной вещи, до которой бы не опускались деструкторы, чтобы расшатать существующий порядок — разбой, жертвоприношения, массовые убийства и декаденс… Собираясь разрушить всё вокруг, деструкторы посмели даже заняться противным делу всеобщей аннигиляции строительством, восхваляя свою мораль в вульгарных барельефах Храма и укрепляя свои позиции возведением фортов вокруг него. Но уже в начале правления Инанны, да будет её народовождение вечным, за деструкторов принялись всерьёз, и Храм был разрушен организованной атакой, во многом преуспевшей благодаря помощи Матери-Тьмы, оказанной через её жрецов и Воплощения. После победы многие воины так и осели в Населе, поскольку множество крови хорошо пропитало заливные луга, и дичи в окрестностях всегда было вдосталь. Противники Жизни не дремали — многие пережили бойню в тайных подземельях под Храмом. На этот раз они предпочли действовать умнее, тайно, но всеведующая Тьма всё равно оказалась хитрее — Воплощение Ремфам и его друзья вскрыли заговор, изгнали таящегося в Храме нава, обезглавив деструкторов, и окончательно разрушили подземелье.

Но всё это — дела минувших дней, богатой истории этих мест. Уже как минимум пятнадцать лет Насел представляет из себя маленький спокойный городок вдали как от многонаселённой цивилизации, так и от опасных чащоб. Сюда улетают те, кому опостылела борьба с мутированной природой или жестокими сородичами, кто хочет хорошей погоды и прогулки по достопримечательностям.

Ранняя ночь, солнце зашло минут двадцать назад. Слышались редкие капли дождя, шуршащие в свежей листве в деревьях, что росли за приоткрытым окном, свет искусственных ламп уютно освещает столы и книжные полки. Сегодняшний день прошёл для Вартарры совершенно обыденно. Городская суета нередко раздражала драконессу, потому она предпочитала скитаться по окрестностям Насела, делая наброски архитектуры или редких попадавшихся прохожих в своем альбомчике с потрепанной обложкой и плотной бумагой. Но вскоре начавшийся дождик вынудил Тарру вернуться домой. Хотя, в какой-то мере это шло на пользу драконессе — она успела спокойно собраться на работу и не опоздать.

В библиотеке Вартарра дежурила пару раз в неделю, замещая постоянных работников в ночную смену. Работа была не сложна и приятна драконессе — ей следовало следить за порядком в библиотеке и снабжать читателей нужными им книгами. Ночью посетителей было примерно столько же, сколько и днем, однако и этого количества было Вартарре недостаточно, чтобы устать от своей же обязанности. Работа была малооплачиваемая, но Тарра не жаловалась — денег ей вполне хватало и на еду, и на художественные принадлежности. Уют, приятное общение и, самое главное, обилие книг всех жанров и направленностей — вот, что любила драконесса в своей работе.

Вартарра сидела на своем рабочем месте и рассматривала книгу по анатомии — ей было интересно поглядеть на академические рисунки. Открытый альбом Тарры лежал рядом тут же, на столике. На страницах желтоватой бумаги расположились быстрые наброски — мордашки драконов, зарисовки домов и странные записи.

Сейчас в библиотеке, помимо дежурной драконессы, сидело двое читающих. Дождь мягко стучал по стеклу окон, делая атмосферу в читальном зале еще более спокойной и миротворящей.

Владислав, недовольно теребя свою бороду, из-за чего она стала словно сильнее торчать клочками в разные стороны, перелистнул лист старого, потрёпанного временем фолианта. На странице, рядом с аккуратно вычерченным рисунком ухмыляющегося уродливого многоглазого чудовища, скрывающегося в языках пламени, значилось большими буквами:

"Глава V. Демоны Преисподней".

От перевёрнутой страницы огонь свечи слегка дрогнул, отбросив тень на лицо уже немолодого мужчины. Её он зажёг специально, ибо, как известно, тёмные духи бояться праведного огня, особенно в руках служителя Господа. Серые глаза, то и дело хмурясь и щурясь, из-за чего на лице над носом образовалась вертикальная складка, внимательно пробегали по тексту "Книги Адрии". Губы преподобного немного шевелились в такт чтению. Владислав, конечно, с презрением относился ко всем ведьмам и колдунам — их в нашем мире стало что-то слишком много — но Адрия, как учёный, много знала о потусторонних существах, и могла дать весьма полезные знания. Особенно ввиду недавних событий — и, если глаза и чувства Владислава не обманывали, скоро могут настать Последние дни. И тогда нужно принять их во всеоружии…

Из-за стеллажа с книгами неспешно вышел некрупный пепельно-серый дракончик. В последние два месяца у него были очень напряженные дни — профилактика генераторов на ретрансляторах, переборка не вовремя отказавшей компрессорной установки, две деловых встречи с руководством в двух разных королевствах — и попробуй везде успеть на собственных крыльях! Так что внезапно выпавшие две недели практически свободного (не считая необходимости периодически чего-нибудь забросить в желудок) времени он решил выделить на отпуск. Сказано — сделано, координатор Клана предупрежден и в принципе согласен, под правое крыло прицеплен верный карабин, под левым проверен привычный нож-кукри, в карманы разгрузочной ременной системы разложено основное, что может пригодиться в дальнем пути — от патронов к карабину до пачки с чаем и сухпая на первые сутки.

А дальше возник вопрос — куда же отправиться? На галечные пляжи южного берега Белой Империи совершенно не тянуло. На скалы и горы после профилактики третьего по счету ретранслятора смотреть уже не хотелось. В лесах просто было скучно. И лишь совет одного старого, но еще очень даже бодрого мага по имени Скоур внес ясность в вопрос — отправиться на экскурсию в другой Мир.

И вот — Мир выбран, портал открыт, а вслед маг произнес — "Я время сдвинул. Гуляй сколько нужно". Это значило, что, сколько бы отпускник не провел вдали от Базы, вернется он обратно спустя буквально несколько секунд.

— Отпуск начинается очень даже хорошо. Осталось устроиться на ночь, но это вряд ли будет проблемой, — протянул пепельный, подходя к столу и усаживаясь рядом с батюшкой прямо на пол.

Но стоило освещению мигнуть и пропасть, как уют и душевность тут же сменились ночной прохладой, и сырой ветерок из окна стал ощутимее, подняв шерсть, охладив чешую и заставив пробежать мурашки по коже. Свеча на столе осталась единственным тусклым островком света. На улице — ни одного горящего окна, значит, отрубило весь город.

Серый дракончик поморщился и пробормотал под нос:

— Где-то выбило автомат. Или, скорее всего, что-то с приводом генератора, не может же весь поселок сидеть на одной и той же фазе.

Дальнейшие мысли чешуйчатого туриста были, в общем-то, просты и незатейливы. Раз имеется генератор — значит, должен быть и обслуживающий его электрик, а то и не один — бытовая проводка тоже иногда приносит проблемы, неожиданно загорается или просто отключается, и не всегда один электрик может везде успеть. И, конечно же, у местных жителей наверняка есть способ электрика вызвать, так что без света сидеть недолго.

Вартарра, увлеченная чтением и рассматриванием картинок, напугано взмыла крыльями, когда свет в библиотеке резко погас. Однако, быстро успокоившись, она глянула на читальный зал, откуда к ней уже шагал Асвер.

— Уважаемая Вартарра, в вашей деревне часто так нежданно отключается освещение? — с дежурной библиотекарем Асвер познакомился, когда она заступила на смену, и сразу запомнил имя благодаря его необычности для родных мест.

Вопрос дракона озадачил Тарру — случаи резкого отключения света в городе драконесса вспомнить не смогла, да и вряд ли они были — память у Вартарры не такая уж и плохая. Драконесса поправила очки, что сползли с переносицы из-за недавней паники, и неуверенно ответила:

— Не так уж и часто…Откровенно говоря, такого еще не было — меня всегда предупреждали о ремонтных работах и отключке света…

Владислав осторожно глянул вокруг, обводя взглядом драконов и потухшие лампы. В темноте были плохо видны их очертания, особенно когда рядом горит спасительный огонёк.

— Это лишь начало наших бед! — сказал преподобный громко в темноту, подняв указательный палец. Как обладателя единственного источника света, его было хорошо видно и слышно всем присутствующим. — Ночь темна и полна ужасов, и демоны из преисподней — да будут умервщлены все они в муках праведным светом! — не преминут этим воспользоваться. Тёмные души — так уж точно… Предвестники Последних дней…

Владислав, красноречиво пододвинув свечку поближе, принялся читать дальше. Огонь у него есть, а если захотят что-то там чинить — и без него справятся. Негоже практикующему экзорцисту нести не просветление, а светящуюся лампочку!

Быстро поправив вновь упавшие от испуга с носа очки, Вартарра вопросительно глянула на Асвера.

— Надо бы… к работникам генератора обратиться? — неуверенно промямлила драконесса.

Нашар это вам не Белая Империя с её дотошностью и перестраховками — драконы, как правило, индивидуалисты, и работают только если им это нравится. Тем не менее, быт здесь налажен что надо — обычно за целостностью городских коммуникаций наблюдают лишь энергозрению видимые души, а за них уже отвечают инженеры, которых добрые соседи и побить могут, если что не так. Вроде бы и на энергостанции дожны быть ночные дежурные, но раз так, почему они до сих пор не запитали резервный источник — даже просто энергокристалл или аккумулятор подключить, чтобы Тёмные не волновались и не бесились? Творилось что-то из ряда вон выходящее. Это стало особенно очевидно, когда мигов через сто в библиотеку без стука ввалился рослый дракон в доспехах. Броню такого типа носили лишь отвечающие за порядок гайдуки — причём с "открытых" постов, которые ставят, когда преступников нужно намеренно отпугивать, обычно-то гайдуки дежурят скрытно, притворяясь простыми Тёмными.

— Навские волны, я думал, вы у себя починили, — расстроенно кивнул он своим блёкло-зелёным носом с более тёмными пластинами на свечу. — Здесь есть инженеры, техники? Идите все со мной на станцию, там не справляются… И ты тоже, свечник, всю энергию надо на дело, не до пранических огоньков. За помощь и простой бизнеса заплатим, там сейчас куда больший хвост.

— Заплатить — это хорошо, — отозвался Асвер. — В принципе согласен, но один не пойду. Уважаемая Вартарра, уважаемый Владислав, вы тоже пойдете или здесь останетесь? — спросил он остальных сидящих в библиотеке.

Когда гайдук распахнул дверь библиотеки, Владислав не обратил на него никакого внимания — ну, пришёл воин и пришёл, что же теперь. Но после неуважительного обращения "свечник", да ещё и в столь наглой форме, с указанием, что ему делать, преподобный не мог оставить такое хамство неоплаченным.

— Ты!.. — мужчина посмотрел на дракона в доспехах. — Наперсник разврата! Свечник — тот, кто породил тебя, а я — преподобный Владислав Вазов, одобренный святой матерью Церковью экзорцист! И не тебе указывать, что я должен делать, а что не должен! На дело, говоришь? Так вставай на праведный путь, отринь всё то злое и недостойное, и борись против тьмы и обмана! Вскоре грядут Последние дни, разве вы, слепцы, не видите! "Однажды земля разверзнется и небеса упадут, Храм в облаках и Храм на воде обратятся в пыль, достойные будут изгнаны из своих домов, разврат посеет вражду средь народов! Но после зло уйдёт, но возгорится с новой силой! Свет померкнет и дремавшее зло вместе со своими прихвостнями отойдут от забвения! И начнётся час мрака и культа, час храма забытых!" Вы разве не видите, что проблемы наши куда обширнее, чем какие-то поломки на дамбах!

Говоря откровенно, Вартарру куда больше волновала резкая отключка света. Драконесса приподнялась со своего кресла и тихо заговорила:

— Денег мне не надо, я не инженер и не техник вовсе… Помогу, чем смогу, идемте.

Гайдук всё больше смурнел, выслушивая тираду Владислава, уши прижимались к шлему, уголки пасти напрягались. Но то, что остальные высказали готовность помочь, его успокоило:

— Тогда отправляемся. Преподобный, тебе тоже работу найдут. Вдруг там… Демонический бог навов всё сломал. Да. Как мне утверждает техничка со станции. Хотя… Нет, сказочки это всё, иди, жрец, домой и спи, не мешайся под лапами.

Впрочем, так или иначе священнику пришлось бы выйти — не оставлять же его одного в библиотеке без надзора кого-то из администрации. Снаружи было прохладно и сыро, но капельки падали достаточно редко, чтобы не захотелось одеть плащ, а лучше просто забиться под одеяло в тёплой комнате. Ныне в Нашаре — самое начало лета, зимние ливни, заболачивающие леса и луга, давно прошли, и даже сейчас часто выглядывали из облаков крупные звёзды или зелёный стареющий серп Лиики. Ветра гоняли тучи по небу лишь в вышине, у поверхности было так тихо, что даже не задувало часовую свечу в руке человека. В её свете лишённый освещения Насел выглядел мрачным, одичалым, давно покинутым разумными существами местом. Дорога, покрытая невысокой травой, была пустынна, дома едва просматривались за придорожными деревьями, лишь иногда темнели крыши на фоне мелькнувшего клочка чистого неба.

Но всё же деревня была полна жизни и ночью. Вот, к энергостанции подлетел золотой перепончатокрылый дракон с красным платком на шее. Это был Мамору, и в Населе он остановился, по сути, пролётом, собираясь податься в команду следующего купеческого дирижабля, если, конечно, он эту команду сочтёт достойной. Соседи, поразмышляв над вариантами, отправили именно Мамору проверять, что случилось на речной гидроэнергостанции, благо он, по их мнению, разбирался в электричестве не хуже Карлуна Фая, который эту энергостанцию обслуживал. А то, что боевые молнии и энергоснабжение это разные вещи… Для деревенских разницы нет, одна физика, и всё тут!

"Иди домой и спи, под их богомерзкими лапами не мешайся…" ворчал Владислав, неспешно плетясь в хвосте группы, направляющейся на электростанцию. "Вот когда демон схватит вас за пятки и начнёт неистово измываться над вашими грешными душами, тогда и попомните тот день, когда вас предупреждали о более страшных последствиях. Свет — это только начало…"

Неизвестно, существовала ли эта разумная "техничка" на станции, или же воин её просто придумал, чтоб… А кто их поймёт, этих драконов, зачем — этого Владислав не знал. Зато он знал свой долг. Если же демон действительно обитает на станции, если же пророчество святого Дезодорана верно и за всем этим последует возрождение неведомой адской твари — Владислав должен быть там, хотя ему жутко и не хотелось тащится чёр… Бог знает куда Бог знает зачем. Но всё же он был священником, экзорцистом, а, следовательно, боялся не только за себя, но и за других. И за их души, которые демону за здорово живёшь он не отдаст. Благо, скучнейшее времяпрепровождение в случае отсутствия опасности ему поможет бутылочка с одним прекрасным горячительным напитком. Хе-хе.

Пока они дошли до здания, мужчина уже успел пропитаться мокрым воздухом и общей мокрой атмосферой, из-за чего его борода увлажнилась, а лицо приобрело ещё более недовольное выражение, чем обыкновенно. На выплывшую из темноты мутантку с копытами Владислав лишь скрипнул зубами. Не высказываться сейчас по поводу мутаций было серьёзным испытанием, но он решил пока попридержать их при себе. "Пусть только она окажется членом возродившегося культу — вот тогда я покажу всем, до чего доводят эксперименты над телом, данным вам Богом…"

Снаружи, казалось, энергостанция не была сломана — её громадное колесо, похожее на колесо водяной мельницы, тяжеловесно крутилось в темноте, а в воздухе пахло озоном. Из подвального помещения, на секунду став тёмным силуэтом на фоне искусственного света, вышла, закрыв за собой дверь, драконесса — мелкая, с Асвера ростом, только мутант — раздвоенные копыта на задних. Зыркнув на вас блеснувшими в пламени свечи зелёными глазами, она вытащила из синей с жёлтой руной "два" на плече куртки ключ и приложила его к двери в генераторную, тёмную, как шерсть Воплощений.

Посторонившись, она пропустила всех всех внутрь и встала у косяка, ничего не сказав и даже не желая подключаться к работе. Хотя… На взгляд тех, кто понимал, что здесь происходит, ничего сломано не было. Река вращала вал с магнитами, роторный генератор, судя по контрольным огонькам, создавал энергию… А, точно, выбило предохранители на трансформаторе, щиток распахнут, поэтому видно. Но так вон лежат запасные предохранители на полке, почему их просто не заменили, работы — моргнуть не успеешь, уже всё сделано!

Но Асвера насторожило другое.

— Ничего себе, выбить такой предохранитель — это надо постараться. Ну-ка, посмотрим… — Серый дракончик подобрал выпавший из зажимов обломок предохранителя, ковырнул когтем плотно спрессованный в корпусе кварцевый песок, открывая медную пластинку, и удивленно присвистнул: — Ого! На хороший ток были предохранители, ампер сто пятьдесят, никак не меньше. И ведь он не просто сгорел, его пополам разнесло. Не, пока не найдем причину такой лютой перегрузки — я в щит не полезу.

— Давно не видел такого старья… — Вздымая пыль проходил мимо Мамору на своих четырех. Уж неприемлемо ему подражание человеческое. Ему, как никакому, но все же путешественнику, доводилось видеть более приемлемый уровень устройств. Что для поломки, что для починки…

На его взгляд требовалось переворошить все от и до, раз некоторые не хотят лишний раз палить свой хвост, но для этого даже его знаний маловато. Для себя он думал лишь одно — заменить чертов предохранитель и запустить вручную.

Вручную…

— Посторонись, — мягко сказал золотистый серому, проходя к щитку с запасным предохранителем. Хотелось бы под рукой иметь амперметр, но обойтись можно и без него.

Ничего странного он не видел. Попробовать ли привести в чувство гидроэлектростанцию одним щелчком когтя или подождать более разумных идей?…

Вбежала Венера вместе с гайдуком.

— Отруби электричество, а потом лезь в щиток, — раздраженно сказала драконесса, наблюдая за толпой драконов. — Шандарахнет же! — сказала она всем смелым драконам, которых, видимо, хлебом не корми — дай пальцы в щитки посувать.

Внутри, в генераторной, монах понимал чуть меньше, чем ничего. Какие-то шестерёнки, трубы, что-то вечно шумит, дёргается… Послать бы всё куда подальше. Но тёмные души могут заявится в любую минуту, а работу выполнять надо. Так что Владислав стоял в стороне, нахохлившийся и недовольный, в пол-уха слушающий переговаривающихся драконов о причине поломки, да незаметно для остальных откупоривший бутылочку. Ночь обещает быть долгой…

— Что, среди вас нормальных техномагов нет? — Гайдук раздражённо оскалился и даже проявил свою совню — оружие с длинным лезвием на древке — но техник его осадила, расправив крыло в его сторону. Стражник послушался.

— Потом этим займёшься. Я Малрека, начальник ночной смены на этой станции. Во время моего дежурства вот из этой хрени, — она показала на распределительный щит, — вытянулась сама собой энергия и создалась в артефакт. Это коробка кубической формы, со множеством дверц и ящичков и с переменным узором на деревянных стенках. На боку — ромб с глазом, один из уголков отгрызен. Внутри коробки — связь с Первородным по имени Хъесептенецкор, божественным навом из прошлого цикла мультивселенной. Коробочка вылетела через это промежуточное отверстие, — хвостом Малрека показала на дверь, — и растворилась в воздухе.

Слушая пару бранных слов Мамору прикрывал глаза, представляя, что послышалось. За зрелище он уж было хотел поблагодарить, но глядя на долгую махинацию механизмов словно заскучал.

— Я не чиню, друг мой, я ломаю, — хихикнул золотистый, вильнув хвостом в сторону именуемой Малреки, уходя за Вартаррой. Вид станции его в край не радовал, ему покинуть это пыльное место скорее, нежели потом отмываться от пыли. — Но хорошо… Так где тот самый артефакт? Украден чтоль?

Вартарра, тем временем, дождавшись своей очереди взглянуть на трансформатор, отыскала деталь, которую просмотрели остальные — кристал со вселённой душой, в обязанности которой было записывать на ещё один кристалл, информационный, данные о работе устройства: в какой период времени сколько энергии потрачено, в каких контролируемых душой узлах происходили поломки. Сначала Вартарра действовала осторожно, вскрывая административную печать поверх кристалла, озиралась на гайдука и техника, но судя по тому, что они видели эти действия и не обращали на них внимания, эти действия сейчас рассматривались как вполне законные.

— Госпожа Малрека, вы так подробно описали этот артефакт, вплоть до отгрызенных уголков и внутренних функций… А контур управления энергоснабжением назвали "хренью", — закрыв глаза, Вартарра приложила инфокристалл ко лбу, просматривая последние записи хроники, своеобразные образы, с которыми художница не сталкивалась со времён обучения в учильне "технологической столицы" Нашара — города Хрон. Сначала драконица морщилась набившим оскомину схемам энергопотоков из кристалла, а потом резко распахнула глаза и обернулась к вам: — Чрезмерный выход энергии, расплавивший предохранители, действительно был, но он произошёл через стандартный разъём, — показала она когтем на ни к чему сейчас не подключённый кабель под щитком. — Шнур короткий, он должен либо к удлинителю присоединяться, либо к артефакту или механизму в этой комнате.

— Кстати, что-то не видно в зоне досягаемости никакого оборудования. Шнур короткий, до стены точно не дотянется, — в пол-голоса размышлял пепельный дракончик. Асвер присел перед открытым щитком. Тусклое свечение индикаторов показывало, что напряжение на входе есть, но без предохранителей подключенный кабель можно было щупать как угодно. — Разъем интересный. Вроде и без фиксаторов, но явно как-то он должен фиксироваться к ответной части. Вообще непонятно, зачем вплотную к генератору ставить такой мощный потребитель, подключая при этом быстроразъемным соединителем? Одно понятно — прибор был достаточно мобильным.

Владислав хотел было уже спустить на гайдука всех демонов преисподней за что, что он их выдернул из тёплого помещения библиотеки слёзной просьбой помочь ему в проблемах, в которых мало кто смыслил, а теперь чуть ли не наставлял — хотя, почему чуть? Наставлял! Собирался, по крайней мере, — оружие на ни в чём не повинных человека и других, как до его уш дошло нечто об артефактах и Первородных демонах. Преподобный насторожился, внимательно слушая техника. Сразу возник вопрос, а откуда эта… копытная знает, что это за артефакт, к тому же так подробно расписавшая его, и с кем он связан, если он тут же улетел в звёздное небо? Вазов понял, что варианта два. Либо она отлично разбирается в подобных артефактах, — в чём он очень сильно сомневается, — либо профессиональная чуйка его не подвела и мутантка связана с демонами. А значит, с ней нужно быть крайне острожной. Может, объявить её демонопоклонницей прямо сейчас?..

Собственно, слова драконов, рассматривающих адскую машину, об причине поломки, ему уже окончательно открыли глаза. Вылет коробки, этой сферы, Первородные демоны из Хаоса, давно забытые, и множество энергии, высвободившейся и являющейся причиной отключения света в городе… Теперь только на нём лежит полная ответственность за сохранность душ этих несчастных — они ведь ещё не поняли, что происходит. А пророчество Дезодорана оказалось верным — вот тебе и первая ласточка всего того, что будет дальше. А значит, нужно действовать.

— Демоны! — изо всех сил поставленным голосом возопил экзорцист, как мельница, взмахивая руками. Откупоренный мех с вином, о котором он уже успел забыть, пока переваривал всё услышанное, вылетел из пальцев и, пролетев по комнате, разбрызгивая ценный напиток, ударился о стену. Некоторых, находящихся в комнате, обрызгало, в том числе и самого преподобного. Но он сейчас был слишком возбуждён, чтобы на такое обращать внимание. — Демоны из старых, забытых слоёв вновь вернулись на нашу грешную землю!

Венера в разочаровании хлестнула себя хвостом по бокам.

— Давайте уже починим эту хреновину, а не балаболить! Что вам нужно для починки? — спросила она, заглядывая через плечи драконов на трансформатор. — Я принесу. Ну же, говорите.

— Пока вы чините, я подключу резервный энергокристалл, — Вартарра тоже собралась выходить на улицу. — Он ведь у вас в подвале? Я видела, как там горел свет.

Но покинуть помещение так никто и не смог — гайдук решительно перегородил проём, заняв почти всю его ширину и выставив совню наперевес. Едва Венера заменила предохранитель, в генераторной зажёгся свет, только очень резко и ярко, забили искры.

— … на нашу грешную землю! — Владислав немного выдохнул, чтобы набрать по-больше воздуха в грудь и дать сконцентрировать на себе внимание. Немного расстраивал тот факт, что абсолютно никто не обращал своего внимания ни на него, ни на столь живописно случайно вылетевший из его рук мех с вином. В подвал они собрались. Ничего, сейчас он им раскроет глаза, и никто его не будет принимать за пустое место! — Я, ничего не сведущий в этих адских машинах, и то понимаю, что дело — в вырвавшемся кубе, являющимся переговорным средством в общении с первородными демонами хаоса! Она сама так сказала, разве вы не слышали? Неужели столько воды утекло с тех пор, как они в последний раз досаждали нам своими кознями и развратом! А потому, ты, чёртова копытная демонопоклонница! — Владислав, скорчив надменную физиономию, направил свой указательный перст на копытную. Час суда пробил! — Будешь ожидать свои последние часы в казематах до прибытия инквизитора!

И-инквизитора… И вот тут Владислав понял, какую фатальную ошибку он совершил. И был готов чуть ли не рвать волосы у себя на седеющей голове. Надо было сначала написать инквизиции о тёмных делах, творящихся вокруг, а уже потом высказывать свои обвинения кому-либо! А лучше вообще было подождать и посмотреть на эту демоническую активность — а инквизитору было бы меньше расследовать. Но, что поделать — сказал "а", говори и "б".

— Гайдук! — пафосно объявил монах. — Сопроводите эту мерзкую прислужницу хаоса в темницу! — Тут гайдук загородил проход и наставил своё оружие вперёд. И зажёгся свет. — Правильно! — громко сказал преподобный. — С восторжествованием справедливости и веры над тёмными духами должно из мрака во свет выйти! Из труда святого отца Наума, глава 7.

Малрека проявила в лапе магвинтовку, нацелив её на вас и выстреливая:

— Инквизицию, говоришь? Вот теперь можно!

Не заботясь о технике безопасности, о том, что он может попасть в какой-нибудь механизм и взорвать тут всё, гайдук тоже влил свою энергию в совню, которая была так же и праническим жезлом, выстреливающим кипящей праной.

Издав сдавленный и явно нецензурный звук, Асвер кувыркнулся за угол станины генератора. Уже на выходе из переката выдернул из защелок под правым крылом карабин, прижался спиной к станине. Теперь от Малреки его прикрывал угол массивной каменной кладки.

— Что за дела?! — он открыл затворный рычаг и начал стремительно прокручивать барабан, внимательно глядя на головки пуль. Стандарт, стандарт, стандарт, бронебой… Ага, вот она! Серебряная пуля, красный кончик. Закрыв затворный рычаг, пепельный дракончик развернулся, выставил ствол карабина над станиной и навел прицел в грудь Малреки.

— Что за балаган вы здесь устроили, проходимцы! — Искрясь, он обращал свой взор как на Владислава с его смелыми речами, как и на Асвера с Малрекой, вильнув хвостом с треском своего естественного напряжения и света. — Брось, дорогая наша, иначе мне ничего не стоит подорвать это место к чертям на круги ада.

Вставая перед той, он приподнял левую лапу, где концентрировал свой ток, нагревая все свои чешуйки. Шутить ни с кем не намерен он здесь, для него находящиеся здесь все ещё незнакомцы, а светить своей силой, которой явно хватило пропитать всю станцию на пару дней, он считал пустой тратой времени.

"Неразумно смеяться над живым драконом". Владислав как никогда уверился, что он совершил ошибку, обнародовав свои подозрения раньше срока, только лишь завидев, как проявилось оружие в руках этой чертовки-прислужницы. От испуга, что всё вот так может кончится, он отпрянул назад, вжавшись в стену, и неуклюже упал на спину, зацепившись за подол своей рясы.

— Не человечьим хотением, но Божьим соизволением, сгинь, сгинь, нечистая сила, пропади! — заорал он, поднимая руку. Уже после того, как выстрел ударил в стену над ним.

— Малка, не попади в генератор! — Рявкнул копытной гайдук, сам скрываясь за проём, чтобы приобрести укрытие. — А то взорвёшь тут всё, как Хорламир церковь!

— Отличная идея! — Заявила Малрека — и вдруг пропала, растворилась в воздухе, прежде чем Асвер успел спустить курок.

— Поп дур-рной! — Прорычала Вартарра вполголоса, схватив Венеру за шкирку и прячась с нею за шкаф с запчастями и инструментами. — Лучше бы пожелал ей помереть, а теперь ищи её, невидимую!

— А так… — пробормотала Венера перед тем, как вдохнуть — и резко выдохнуть из своих громадных лёгких на пыльную полку. Серая взвесь осела на едва заметном силуэте, в который тут же вцепилась Вартарра. Малрека тут же проявилась полностью, попыталась напакостить напоследок, пустив с лапы заряд кипящей праны в трансформатор — но Мамору вовремя прыгнул наперерез, расправил крыло, ловя заряд на свой энергетический щит, по которому он расползся мелкими извилистыми молниями, что быстро затухли.

"Гайдук" — вряд ли этот вредитель действительно был стражем порядка — выглянул из-за стены, навёл совню-жезл, но Асвер оказался быстрее. Пуля из карабина попала в древко, оружие треснуло и раскололась на две неравные половины и несколько мелких, но острых осколков, стукнувших о нагрудних здоровяка. Дракончик хлопнул крыльями за спиной, сам себе удивляясь, а разозлённый верзила с рыком побежал в комнату. Очень невовремя — уже поднявшийся на ноги Владислав со всего праведного гнева пнул стойку с Базал-Тратским жидким углём, заваливая его тяжеленными сосудами. Покосившись на него, потом на Малреку, скрученную самками, священник слизнул уже высохшее вино с тыльной стороны ладони и размерно произнёс:

"Дрянным угощают вином

В иерусалимских тавернах!

На всадника с алым крестом

Наехали десять неверных".

Малрека засмеялась дико, косясь на него, но прежде, чем Вартарра утихомирила её грубым пинком, копытная вдруг распалась на множество чёрных нитей, завившихся в воздухе к центру зала — и пересобравшиеся там в громадную, до потолка, волосатую бестию с крепкими длинными хваткими лапищами и зубастой пастью в половину своего роста. Даже её хриплое дыхание оглушило.

Асверу было, чему удивиться — пирохимическая пуля, тонкая серебряная оболочка, начиненная белым фосфором, рассчитанная на преодоление любых энергетических щитов Хорриана не заговоренной оболочкой, так распылившимся и вспыхнувшим фосфором — сработала как стандартная со свинцовым сердечником, лишь расколов крепкое древко.

— Нав! — взвизгнули самки, обгоняя припустившего к выходной двери священника:

— Да воскрестнет Бог, и да расточатся врази его!..

Но дальше началось совсем опасное дело. Уже скрученная противница неожиданно распалась, а после — сформировалась в до сих пор не виданное чудовище!

— Мать вашу… — просипел пепельный дракончик, открывая затворный рычаг, откидывая барабан и выдергивая стреляную гильзу. Нехорошо почти в начале партии выбрасывать козырь, но иначе, похоже, было не спастись. В освободившуюся от гильзы камору лег патрон с чисто черной пулей. Эти пули, заговоренные опытным магом на смертельную рану, останавливали еще и не таких зверьков. Щелкнул барабан, лязгнул закрываемый затворный рычаг — и ствол уставился строго между глаз монстра.

На зрелище Мамору отвёл морду в сторону остальных, пытаясь оценить ситуацию и ничего лучше не нашёл, как быстро восстановить силы, отдышавшись в укрытии, приложить лапу к полу, глянув на образовавшегося монстра. Идея Асвера просто выстрелить в голову ему не очень понравилось, ему казалось мало сил какой-то пули для чудища. Но поняв, что момент отвлечения на серого дракона есть, Мамору прыгнул на верхнюю балку под потолком, разок взмахнув крыльями, надеясь на малый шум им созданный. Ухватившись когтями за неё, он навалился на неё всем телом, бив током и тяжестью лап, а издавшейся хруст уже дал знать о первой трещине. Еще два удара — и на голову чудища свалилось старое полено, разломив его на пополам, ударяясь и об затылок, на секунду перемыкая дыхание громадине.

Дождь с новой силой хлынул — то ли Хаос почувствовал своих и разыгрался, то ли Всевышний захотел смыть с этого мира скверну. То ли гром вдалеке прогремел, то ли так оглушительно обвалилась крыша на страшное создание, чудом не задев драконов. Погребённый под завалом монстр под своей тяжестью и тяжестью балок провалился в подвал. Исходящий оттуда свет, питаемый резервным энергокристаллом, бил снизу вверх, делая пролом похожим на провал в преисподнюю. Дождь быстро смыл пылевое облако, хлеща отвесным потоком в пролом крыши. По счастью, вся электрическая и энергетическая аппаратура была дополнительно защищена от влаги, но порох может и отсыреть. Зато звуков этой уродины больше не слышно… Лишь когда она исчезла, растворившись в густом чёрном дыме, ещё раз стукнули друг о друга балки и плиты пола, обвалившиеся на нижний уровень. И среди этих обломков почти на самом верху лежала странная коробка — точно по всем описаниям.

— Вот это было неожиданно, — Асвер, сдерживая рвущийся с языка мат, аккуратно спустил курок и поставил карабин на предохранитель. Потом убрал карабин обратно под крыло, только негромко щелкнули фиксаторы. Стоящий на куче строительного мусора артефакт при обрушении явно не пострадал, только покрылся слоем пыли. — Нав, значит? И в этом ящике по словам копытной, или кто она на самом деле, тоже есть что-то, связанное с навами. Понять бы еще, правду она сказала или все же сбрехнула. Все равно, знаний у меня не хватает, я тут новичок, — эту фразу пепельный дракончик едва слышно пробормотал под нос. — Хэй, уважаемые! Кто-нибудь вообще понял, что сейчас произошло?

— Я только понял, что лапы марать мне придётся много, — золотистый потряс лапами, чихнул, что аж снова пыль поднял, потом глянул на артефакт. — За подобное половина сорвиголов уже бы отдала свои жизни. Копытная, видимо, одна из них, ха-ха.

Мамору разгрёб немного мусор, все равно мыть лапы в реке от всего этого, он даже ощущал щепки между своих и без того крошечных чешуек. К вещи прикасаться он не собирался, только сделал мелкую вспышку, от чего артефакт и сам на секунду вспыхнул, заставив четвероного отпрыгнуть от греха подальше.

Стоило спуститься в подвал, как он открыл ещё несколько подробностей. Разрушенное помещение действительно освещал энергокристалл — причём подключённый через провод к трансформатору на основном этаже. То есть, достаточно было замкнуть рубильник, чтобы город перешёл на резервное питание, но "техники" и этого не сделали. Зато в непострадавших углах было разложено несколько гнёзд и мешков, будто в логове бомжей. При этом, правда, сильно выделялся небольшой сундук посреди спальных принадлежностей — по его поверхности энергией было выведено составной руной "Восхвали Древнее Первородное Око".

Основной генератор сейчас выдавал свет в Насел, хотя, наверное, стоило всё же озаботиться о дополнительной защите от непогоды, хотя бы до утра — или до момента, когда подтянется подмога, не просто же так убежали Владислав, Вартарра и Венера?

Пепельный дракончик задумчиво окинул взглядом пострадавшее в великом "стоянии у генератора" подвальное помещение. Если здесь реально некоторое время кто-то жил, то почему остался незамеченным персоналом и охранниками? И "лежки" явно не работников, Асверу довелось повидать не один десяток устроенных в двух шагах от рабочего места "бытовок", и ни одна не ограничивалась наличием одного лишь спального места, обязательно были ящики со всякой мелочевкой, часто несколько старых шкафчиков, какие-нибудь наклеенные на стены бумаги, от схем и шифров связи до похабных лубков. Даже драконы, среди которых он жил, и то не ограничивались одним лежаком. В общем, картина выглядела именно как стоянка бомжей, точнее и не определишь. Ага, бомжи в подвале действующей электростанции.

Лёгкий топот рысцой от лап Мамору был слышен по всему подвалу, среди всего этого шабаша с мусором он не находил ничего дельного. Задевая хвостом легкие предметы они разбрасывались еще сильнее, чем прежде.

— Тук-тук, кто тут живет, — расхаживал золотистый в поисках еще кого-либо, признаки жизни скрыть от него сложно, тем более он искал, куда еще могло деться чудище, беспокоившее их недавно, уж этого он явно опасался. — Ау-у…

* * *
Нав… Владислав сражался со злом по мере своих скромных сил, но выступать против самого прародителя зла было бы несколько самонадеянно с его стороны. Во всяком случае, так близко к нему и без поддержки. Эти осколки группы из трёх с половиной разнорабочих не в счёт.

На том и порешив, священник с криком "Да воскреснет Бог, и да расточатся врази его!.." спешно покинул столь негостеприимное помещение и мигом взлетел вверх по лестнице. Подол рясы путался под ногами, но страх перед ожившей тьмой, покрывшей своей мантией весь город, наплевал на такие мелочи, потому Вазов с несвойственной ему скоростью оказался на улице. Та его встретила проливным дождём — человек сразу оказался мокрым с ног до головы. Но и это его не заботило — он побежал по улице, к домам, с силой колотя по дверям и окнам:

— Нав! Нав отрубил свет! Люди добрые, и нелюди! Вторжение навов на электростанции!.. Вставайте на бой, зовите братьев по оружию!..

И хотя лил дождь, всё же жители города его услышали. Ещё свежа была в их памяти угроза навов. А, как нашаране, они привыкли воинственно идти к своей проблеме, а не бежать от неё, и сразу "брать быка за рога". А потому многие начали рьяно помогать знакомому священнику, помогая собирать по селу народ.

— Да восстанем же мы супротив зла жестокого, навом поименованного, кой не из нашего, а из противного естеству нашему и Господу нашему Богу плана явившегося! Поднимем же мы мечи и топоры наши, обратим магию светлую, духом крепким и праведным источаемым, против захватчика! Защитим семьи наши, матерей, мужей, дочерей, сыновей, дедов и прадедов, бабушек и прабабушек! Да не допустим же мы надругательства над ними, над светлым и крепким духом народом, и дадим отпор бесам из хаоса!..

Через несколько минут под его началом собралось около двух дюжин местных, в основном крылатых. Такая толпа под громкую молитву Владислава, шедшего впереди, "на острие атаки", и подбежала к станции. Многие разочарованно рыкнули, когда нава на ней не оказалось, хотя степень разрушения соответствовала его визиту. Под завалами нашли только осколки кристаллов, которые остаются после разрушения тела пришельца извне вселенной, и оглушённого гайдука.

— Они уже сами справились… — махнули крыльями жители Насела на двух драконов, что рыскали по подвальному этажу. — Ладно, начнём хотя бы крышу чинить, а то дождь закоротит всё обратно к навам.

Поставив временный щит от дождя, нашаране принялись летать по дворам в поисках, чем заделать проломы на постоянной, хоть и неэстетичной основе. Кто-то пошёл ругаться на хозяина станции Карлуна Фая, но не нашёл дома ни его, ни его самки, причём дом был покинут давно, не заперт и не законсервирован. Никого из ночной смены техников тоже не отыскалось во всей деревне, и тогда недовольные жители скопом связали гайдука и потащили его в Оплот. То ли самозванец, то ли прохиндей — там разберутся.

— От прилётных и христиан пользы больше, чем от продажных воль! Таких гайдуков только на пенис в караул ставить, и то свалятся!

— Вышний… ненавижу кучки грязных душ вокруг, — Мамору покинул подвал, стараясь не мешать толпе. — Тем более таких грубиянов.

Взлетев еще чуть выше он увидел лишь темень, непроходимый сумрак вдоль всего горизонта. Но делать нечего, сейчас он точно никуда не денется, а завтрашнее утро уже покажет, с чего начать.

— Классно начался отпуск, — Асвер отряхнул лапы от пыли и выбрался сначала из подвала, а затем и из здания энергостанции, — И пострелять пришлось, и даже под смертью походить немного. Как вернусь — обязательно найду того горе-инженера, который предложил эти фосфорные пули, и разберусь, почему не было обещанной реакции.

Дождь, между тем, уже начал прекращаться, капли становились все реже, вода быстро впитывалась в землю. Подойдя к чудом уцелевшему краю крыши, пепельный дракон набрал полную горсть стекающей сверху воды и принялся стирать с морды слой пыли, поднявшейся от боя и разрушений. Попадания воды в подсумки и на карабин он не боялся, с прошитыми толстой синтетической ниткой и проклеенными по швам клеем на основе сырой резины кожаными сумками можно было делать подводный заплыв, а дульный тормоз карабина был сконструирован так, что никакой воды в ствол не допускал. Да и патроны заряжены — не "самокрут", а полноценные, снаряженные опытным мастером в заводских условиях.

Утро первое — Почтовый ящик

То, что на утро участников ночной заварушки вызвал к себе Бран — вой, начальник насельских гайдуков — удивительно не было. Но вот вопросы, которые задавал этот рослый, как дуб, алый чешуйчатый, оказались неожиданными. Нависая над столом в допросной комнате, Бран держал лапой перо — причём странное, золотистого отлива и вроде драконье.

— Вам известен отправитель сего послания? — Передвинул к вам вой Бран старый кусок пергамента, на котором тусклыми от времени чернилами было истерическим почерком нацарапано:

О дорогие мои Асвер, Венера, Тарра и, конечно, Амперка Мамору! Наконец-то могу я с вами пообщаться! Всё жду приехать к вам лично, но мои слуги меня задерживают. Впрочем, возможно, вы поможете мне вместо них? Я в долгу не останусь. Хотя бы черканите мне ответную весточку, не могу терпеть эту адскую скуку! Отправьте ответ через тот же почтовый ящик, в котором нашли эту записку. Ваш любящий Хъесептенецкор.

— Впервые вижу, — недоуменно отозвался Асвер, сперва не поверивший глазам и потому перечитавший текст дважды, а потом и третий раз.

Манера письма напоминала какую-то истеричную дамочку, но именно это имя прозвучало вчера от притворявшегося местной копытной нава. Подозревать загадочного противника в принципе можно было в чем угодно, но только не в недостатке сил. И недостатка этого точно не было, полуразрушенная электростанция тому показатель. Правда, переоценивать противника тоже нехорошо.

— Как этот чёрт меня назвал…? — Мамору вздохнул, увидев и прозвище. Но что это за фрукт такой, шлющий весточки? Непонятно… — Почерк некрасивый. Я таких не знаю.

Вартарра тоже тревожно оглядела записку. Драконица еле-еле разбирала почерк автора, но продолжала читать про себя, раздраженно щуря глаза и вопросительно ведя бровями. Изучив текст пару раз, она подняла взгляд на начальника насельских гайдуков.

— Хъесептен… Хъеспетнек… Хъесептенецкор? — Вартарра вновь обратилась к тексту на бумажке, чтобы найти подпись автора. — Нет, честно, впервые о таком слышу.

— Выданное вам послание мы нашли в коробке, — кивнул алый на остеклённую полку с вещдоками, на ящик с глазом и откусанным уголком, — а ту — в завалах подле останков нава. Будьте осторожны: даже если вы ничего не знаете об этом сумасшедшем деструкторе или наве, он о вас знает и хочет использовать в своих целях. Впрочем… Мы тоже можем над ними подшутить, если у вас имеется свободное время. Есть желание поработать на страну и прикинуться, что вы прониклись их идеей, а на деле внедриться к ним? У вас достаточно сильная воля для этого?

— Я в принципе согласен, — отозвался Асвер, — но только есть некоторые опасения, что согласившихся по итогам акции могут немножко так обвинить в пособничестве навам. Все-таки мы у вас в штате не состоим, мы по большому счету так, посторонние, а кое-кто даже вообще пролетом.

Основания для таких опасений у чешуйчатого туриста были. Пару раз он видел, как спецслужбы некоторых людских королевств, внедрив в банду своих агентов, потом судили их вместе с той же самой бандой, причем именно "внештатных" сотрудников. Аргумент, конечно был железный — чтобы быть "своим", надо тоже бандитствовать, но пострадавшим от такого обобщения легче все равно не становилось.

— С другой стороны, почему нет? Нужно разобраться с этим, мои выходные всё равно скучны… Да и неужели не хочется куда-то и вам пролететь, посмотреть на мир, — Мамору крутился на месте, будто что-то выискивая, но на деле еще раздумывал. — К чёрту опасения, друг мой, внедримся втихую. Нам нужно только много-о-о времени..

Вартарра была слегка ошарашена таким предложением — насчет силы своей воли она была не шибко убеждена. Ей в целом были свойственны неуверенность в себе и меланхолия, но желание помочь остальным пересиливало сомнения, и драконесса подняла взгляд на остальных.

— Думаю, я тоже могу помочь.

— Если бы вы состояли у нас в штате, таких бы как раз и выловили в первую очередь. Но о вашей безопасности мы подумали, — Бран вытащил из-под стола широкий охряной плащ, вышитый золотой нитью. — Это униформа деструкторов. Найдена в вещах пойманого вами засланца. Нитями она подписана под него, но мы сошьём вам такие же с вашими именами. У деструкторов воображения мало, и их система взаимоидентификации такая же, как у адептов Тьмы, только цвета одеяний другие, и носить они их на публике боятся. Это вам на взятки и покупку снаряжения, — из ткани Бран извлёк яркий кристалл, наверное, души на две с половиной. — Но самое полезное для вас — вот это послание. Скорее всего, вам не стоит показывать его в открытую, ведь адресовано оно не вам, но даёт вам хорошее представление, кем представляться и что делать.

Почерк записей на бересте был не более приятный, чем прошлый — буквы ровные, но разного размера и иногда написанные на боку или вовсе перевёрнутые.

От Накуента господину Дунрату. Хъесептенецкор послал мне сон, повелевая тебе скрытно обосноваться в Населе. На северо-востоке, в черте леса Балсунир, первыми по тропинке на том берегу, располагаются руины разрушенного форта. Укрепление было возведено ещё во времена могущества храма Первородного Зла поверх древнего святилища Тёмного Бога. Тебе предстоит добыть все реликвии, что могут там оставаться, вновь закрыть все входы, дабы лишить святилище осквернения, и вернуть святыни нашей веры в храм Всепоглощения. Повозку для этой цели вы можете взять у Тал Чаммиша в ближайшем городке Расторге, откуда и можно перевезти без всяких подозрений все возвращённые реликвии в кратер.

— Позвольте уточнить, — обратился к Брану Асвер, — Как я понимаю, те артефакты в святилище еще лежат, никем не вывезенные, а мы, прикинувшись деструкторами, должны их добыть и передать уже вам? И надо ли в таком случае писать какой-то ответ этому… Хъесептенецкору… — имя нава пепельный произнес с некоторым трудом, ему такие имена вообще не были привычными, — чтобы подтвердить, что готовы к сотрудничеству?

— Да, в начале лучше передать нам и отчитаться, но наиболее безобидные вещи потом вы же повезёте в их главный храм — так мы узнаем его расположение. Что касательно письма Хъесептенецкора, мы обнаружили его в этой погрызенной коробочке. Можно попробовать написать ему ответ, чтобы проверить, действительно ли это артефакт связи или просто почтовый ящик.

За время разговора Мамору порыскал на столе, найдя пару кусков бумаги, да перо пишущее среди кучки стёртых. Когда тут прибирались в последний раз…

— Тогда начнём, пожалуй. Какие самые красивые фразы любит Хъе-кор? — Мамору не хотел ломать свой язык и с парой слогов сократил донельзя имя… Но ничего, зато остальные его вполне понимали.

Дракошка аккуратно писал под диктовку идеи от Асвера, стараясь сократить его разглагольствования.

Уважаемый Хъесептенецкор! Обстоятельства складываются так, что в ближайшие дни у нас не будет возможности куда-то ехать, чему мы без всяких сомнений огорчены. Разве что сможем через этот почтовый ящик пообщаться, так давайте же вместе попробуем для начала стать ближе по переписке. Без сомнения, заработок лишним не будет, как и безбедная жизнь, потому мы открыты твоим предложениям. С глубоким уважением, Асвер и Мамору.

Поставив точку, Мамору отдал письмо Брану для дальнейшего пользования и на проверку. Мельком посмотрев бересточки и ничего предосудительного не обнаружив, Бран выдвинул один из ящичков на коробке и положил записки в него. Как только ящик захлопнулся, открылась сама собой боковая дверца, и из неё выдуло клочёк пергамента — нового, но неаккуратно оборванного с одного конца. Бумажка подлетела к Асверу… Странно, всем казалось, что этот дракон был на голову выше, а сейчас он Вартарре по грудь. В ответном послании было написано уже прилежнее и разборчивее, словно собеседник успокоился:

Ах, что же, я вас так хорошо понимаю! Сам сижу без возможности что-нибудь сделать… Хотя, силеть в моем случае можно лишь фигурально, ведь я лишён что стула, что задницы. И не слишком об этом горюю. А переговорить с вами лично смогу уже в руинах, где завтра мы и наметили встречу. Если к тому времени эти остолопы не найдут Грядущего, во что я не верю, они же сами его и бросили. Короче, жду вас там! Готовлю вам чёрные яблочки. Мясо будет к обеду, милорд.

Ползут по загобушкам файтер, клирик, вор и маг

Чешуйчатые кутались в весьма кстати отданные им расшитые плащи — дождь прошёл давно, но сырость и прохлада никуда не делись. А вот мохнатым ещё более-менее — вот, один уже старый дракон с грязным и потрёпанным мехом ходит и проверяет ловушки. У одной из них Асвер и Мамору его и встретили — заинтересовались, почему прямо в воздухе висит, дёргая лапами, мелкий зверёк — оказалось, попал в заклинание. Вытащив улов за уши и возобновив чары, охотник поклонился крылатым — приветствие уважительное, обычно просто крыло или лапу к сердцу прикладывают.

— Не благословите на добрый улов, жрецы? В воле Матери Тьмы, чтобы её дети сытно кушали!

— Пусть будет твой улов обильным, а родные сыты и здоровы, — изобразив на морде достаточный для жреца объем достоинства, произнес Асвер.

Тонковатый для полноценного священнослужителя голос он собирался объяснить общей молодостью, а возможные ошибки — тем, что жрецом стал совсем недавно. Но ошибки вряд ли бы были серьезными, ведь «благословить» — значило «сказать благое слово», и ответ в рамки этого слова вполне укладывался.

— Ловушки всё делают за него-о-о… — Шуточно протянул Мамору Асверу, когда отошли уже чуть дальше. Вспоминая то, как муторно было рыбачить в глубоком озере, то эта «охота» казалась ему лишь шуткой. Что сеть закинуть на пол реки, а там окажется полна она рыбы. — Идём, идём, а то по пути еще кто-нибудь да наткнётся на нас.

Ему только думалось, как бы на какие-нибудь ловушки самому не напороться.

— А куда вы пошли, Тёмные, там как раз и наткнётесь на нава, — окликнул двоицу дракон, засовывая тайца со свёрнутой шеей в подкрыльную сумку. — Сиживает прямо на руинах, так что я бы туда не порхал. Ещё до того нава ходили на руины другие жрецы, как вы, только не чета вам по благочинию, и с компанией мутной. Думал, мертвецов успокаивать, но нет…

— О-о-о, а может мы как раз и идём его навестить? Вы так только посеяли в нас еще большее любопытство, — миролюбиво улыбался Мамору, смотря на тропу. — Но спасибо за информацию… Хотя… Уж очень интересно узнать чуть больше, не хотите пройти с нами лишние шагов двадцать?

— Ладысь, — согласился крылатый охотно, и болтал так, будто давно уже не встречал разумных существ. — Да только не далее, а то попаду под молнии этого нава. Хаос знает, из-за жрецов он там или нет, но с ними прилетали кракалевны, а эти насекомоподобные всегда навам поклонялись. Только эти кракалевны из себя больше как драконы. С оружием, в доспехах, чистые, не стрекочат бессмыслицу.

— А давно ли дело было? — с минимальным интересом в тоне голоса спросил Асвер, — Может, разлетелись уже давно, да и нав куда-нибудь перебрался.

— Нава видал три дня назад, потом уже страхово проверять, тогда улетел лишь потому что он сытый был. А жрецы уже сороковника три ошиваются.

Асвер покрутил шеей, пересчитывая на привычные единицы. Четыре месяца. Немалый в общем-то срок. Чтобы в местных силах правопорядка и не знали о такой популярности руин? Впрочем, такое тоже может быть, Бран вполне мог заниматься лишь безопасностью в черте города и ближайших, полчаса-час пешего пути, окрестностях. Про обязанности гайдуков пепельный дракон знал все-таки очень немного.

Охотник заметил задумчивость на мордах собеседников:

— Я, старина Дель, понимаю, что-то в них нечисто и засвечено? Раньше я думал, что ни Тьма, ни Инанна бродить по руинам не запрещают, а раз так — их воля, никому не мешают. Говорят, лет сорок и даже двадцать назад тут часто подбирали артефакты навские, сейчас уже всё собрали, но, может, они вот такие собиратили. А в целом — не моё дело. Моя воля — зверей ловить и шкурки продавать, чем и живу вашей волей и благодатью Тьмы.

Такую словоохотливость Асвер встречал у тех, кто долго живет в глуши, вроде таких «промысловиков» и прочих золотоискателей. Не имея возможности с кем-то поговорить, они, едва выйдя в места населенные, начинали вываливать на собеседника информацию, часто по принципу «что вижу, о том и пою».

— Так уж и все собрали? Что-то слабо верится. А пусть бы и все — тогда что им делать там сейчас?

Вопрос не был нацелен на то, чтобы в чем-то собеседника обвинить, задан был лишь для поддержания разговора.

— Души с призраков вытягивать, не знаю. Слушай, у тебя такой будуар занятный, — Дель кивнул на откусанный угол объёмистой коробки, выглядывающей из-под плаща Мамору. — Не хочешь выменять на затайца?

— Предложение интересное, но, пожалуй, откажусь… — Мамору даже отошёл чуть, нужные вещи на какие-то мелочи обменивать сейчас не лучше…

— Тода я дальше полечу по силкам. Плоть истлевает! — Присовокупив традиционное приветствие Тёмных, Дель взлетел над кронами.

* * *
Владислав, то и дело поправляя непривычную ему чёрную одежду-рясу деструктора, что на скорую руку перелатали на него, неспешным шагом шёл по тропинке среди небольшой рощицы. Он уже далеко отошёл от деревни, в церкви которой он многие годы служил, и места были ему незнакомы. Более того, представление, куда конкретно он идёт, были весьма смутными, а ориентиров ближайшие метров семь-девять не наблюдалось, что несколько напрягало. Найдёт кого-нибудь в этой Богом забытой дыре — непременно спросит дорогу до храма.

Предложение ему сделали весьма странное — во благо Господа, чтоб пресечь планы деструкторов, с которыми он имел неуважение драться вчера ночью, переодеться в их платье и быть шпионом при дворе неизвестной ему религии. Говори всё наоборот, говорили ему. Всё, что ты скажешь, будет по во славу Бога, а, значит, ради дела во благо весь можно и потерпеть. Восславляй хаос, навов, говори ересь. Большего бреда Владислав в жизни не слышал, но если сам Протоиерей ему дал такое задание — будет так, как надо.

А, и догнать тех обалдуев. Которые отправились раньше и без него. Замечательно.

Размышления его прервал шум крыльев. Мохнатый дракон, взлетев над деревьями, полетел куда-то в его сторону.

«Вот нет бы ему опустится, чтобы просветить меня насчёт дороги…»

Потому Владислав, недолго думая, заорал и замахал руками, привлекая к себе внимание:

— Эй ты, во славу хаоса и всеобщей разрухи, не подскажешь, в какую сторону храм нечистый?.. В этом навами забытом лесу даже комары, проникшееся идеей благородной, сдохли и не пищат!

— На тропинке сверни направо и иди к болоту, да держись тех двоих жрецов, чтоб нав не утащил! — Ответил он, совершив круг и вконец скрывшись в дымке над кронами.

Остальной группе предстало странное и редкое зрелище: сзади них, по той дороге, по которой они шли, их старый знакомый — отец Владислав — в чёрной рясе деструктора кричит что-то невразумительное и бредовое и махает руками, смотря наверх на улетевшего только что дракона. Их, видимо, он пока ещё не заметил.

Дождавшись, пока охотник скроется за деревьями, Асвер сунул в пасть два пальца и резко, коротко свистнул. Махнул лапой обернувшемуся священнику пару раз, и тот пошлепал по тропинке к двойке драконов в плащах. Асвер кивнул ему и сразу перешел к делу:

— Какими судьбами вас занесло в этакую глушь, отче?

«Вот где эти непутёвые», подумал Владислав, услышав свист. «Не знал, что свистят они аки разбойники на кроне высокого дуба». Однако последующий вопрос несколько огорошил его.

— Да так, напёрстник Христов, — скривился монах. — вышел за ворота — подснежников насобирать! Сейчас на них, слава хаосу и Хъесептенцеру, сезон, чёрт тебя дери. Сам-то как думаешь, послушник в тёмных одеяниях?

— Разные варианты возможны, — уклончиво отозвался пепельный дракончик, — Но, судя по вашему одеянию, мы все теперь в одной команде. Тот пернатый что-нибудь интересное рассказал? Или вам тоже есть, что сказать?

Расчета на «что-нибудь интересное» Асвер не делал, но хотел получить от нового спутника хоть какую-нибудь информацию по делу. Ведь их явно отправляли разные команды, а совпадение информации у двух разных спецслужб — явление чуть более вероятное, чем нахождение прямо под лапами кошелька с золотом. Только вот ожиданий Владислав не оправдал, лишь нахмурил брови и недовольно посмотрел на Асвера. Что-то напрягало священно в виде этого дракона — вот только пока не было понятно, что. Кроме его беспросветной тупости, конечно. Такое неуважение к старшему поколению, богослужителю… К тому же непроходимый идиот умудряется в короткие сроки рушить всю их кампанию по внедрению, если рядом пройдёт хотя бы один, кто действительно будет в курсе и не на их идейной стороне.

— Мы с тобой, любитель мира и покоя, окажемся в одной лодке, только когда свет померкнет и хаос явит нам свою благодать в виде избавления от грешных и тянущихся к порочному тел. То есть никогда, ибо после нам нет смысла работать в одной команде вовсе, ибо дело всей жизни десятков поколений будет завершено. К тому же страдающим расстройством слуха! Или вы, непутёвые, тоже заблудились? Направо нам, ясно же было сказано!

Рядом с командой приземлилась и Вартарра — драконесса вышла на след Владислава. Местность казалась ей такой же странной и незнакомой, хотя и не сказать, что окрестности были ею хорошо изучены. Команда направилась в путь намного раньше её, но теперь, когда проблемы с дежурством в библиотеке были решены — Вартарре нашли временную замену — драконесса могла присоединиться к остальным.

— Припозднилась, — Вартарра сложила крылья, поправляя очки.

— Очень приятно, гляжу, даже плащ подходящий прихватить не забыли, — кивнул Асвер Вартарре. — Знаете, один мой хороший знакомый однажды мне сказал, что в нормальной команде, собравшейся покорять подземелья, должны быть файтер, клирик, вор и маг. Клирик у нас в команде есть, файтер, — пепельный дракон покосился на Мамору, — тоже. Осталось понять, кто же будет вором, а кто — магом… упс…

Асвер неожиданно понял, что магом ему точно не быть, ибо магией из-за поврежденной еще в Хорриане ауры он пользоваться не мог. Похоже, придется исполнять роль вора — вскрывать запертые двери и сундуки, проникать в недоступные места и шарить по сумкам и карманам.

— Тогда, выдвигаемся дальше, друг мой? Возьму на себя и роль мага, не беспокойся, — Мамору успокоил серого, добро кивнул прибывшим и всем остальным. — Спасибо, что с нами, — мило и зубасто улыбнулся, смотря вперёд, на предстоящий путь.

Прилёт Вартарры застал Владислава немного врасплох — шум крыльев за его спиной заставил монаха резко обернутся. Дело начинает, однако, принимать массовый характер.

— Файтер? Клирик?! — Владислав уже был готов лопнуть от возмущения. — Ты в своём уме, хаосист… — ах, да, надо же всё наоборот говорить. — хаосохульник чёртов! Ещё и вор?! Это чтоб предатель в команде образовался?! Взять бы твой длинный язык и засунуть тебе в то место, где спина утрачивает своё благородное название, да… — И тут Владислав понял, что не так было в образе Асвера. Он был заметно ниже, чем при их последней встрече — примерно на голову своих сородичей. С него ростом, может, даже чуть пониже. — А что это ты так приземлился? Груз добра на плечи взвалил, ящерица?

— Все свое ношу с собой, а чужого мне не надо, — спокойно отозвался Асвер. Мысленно он немного жалел, что склочного священника не съели по дороге комары или какие-нибудь хищники покрупнее. Но возможная ценность его умений значительно перевешивала его же характер, поэтому высказывания приходилось игнорировать… пока. — Уже и пошутить нельзя, — добавил, правда, без малейшей нотки раскаяния, пепельный дракон. — Ну что, пошли вершить дела во славу Хъесептенецкора или так и будем к словам и движениям цепляться?

На ворчания и красноречивые речи священника Вартарра зримо не реагировала: она уже свыклась со столь странной натурой Владислава. Осуждать его за столь фанатичные и неясные суждения она, конечно, не могла, но ей не очень то и хотелось, хоть сама драконесса и не веровала вовсе.

Вартарра тихо обратилась к Асверу, игнорируя недавно сказанную речь Владислава, хотя на самом деле она мало что понимала из слов священника.

— Я могу взять любую оставшуюся роль. Однако, если это не столь важно, то мы можем выдвинуться прямо сейчас.

Владислав шумно выдохнул через нос, демонстрируя всем, насколько он недоволен, и зашагал вперёд, боле не собираясь опускаться до обсуждения дурацких тем с не менее дурацкими оппонентами. Вот схватит их нав за пятки — он ещё подумает, освобождать ли их.

Так, ладно. Бог учит быть терпеливым… Как писано в Книге Премудрости Иисуса: «Терпеливый до времени удержится и после вознаграждается веселием. До времени он скроет слова свои, и уста верных расскажут о благоразумии его». Вот посмотрим мы ещё, кто тут окажется верным…

День первый, и весь в заботах

Путь компания, перетиравшая острые углы, чтобы стать настоящей командой, продолжила в полной тишине — стали не только ощутимы на собственной шкуре, но и слышны довольные пиром насекомые-кровопийцы. Пахло гнилью, вокруг квакали лягушки, и около тропинки всё чаще и чаще стали попадаться камыши, иногда достигая даже человеческого роста, в стоячей воде плескалась и булькала скрытая жизнь, отчего Вартарра дёргалась всю дорогу. Не сказать, что она жалела о том, что решилась на этот поход, но она явно предпочла бы сейчас сидеть у себя дома, листая свои книжки.

«Болото!» — догадался Владислав, внимательно оглядываясь по сторонам. Злом здесь веет ничуть не сильнее, чем где-либо ещё, — кроме как в освящённой собратьями земле, конечно, — но это отнюдь не означало, что следует потерять бдительность. Особенно с такими попутчиками.

Из тумана проступили очертания руин старого форта. Камни замшели, стены во многих местах осыпались, все деревянные части давно сгнили, только опущенный подъёмный мост был недавно ремонтирован — среди старых тёмных досок светлели четыре новых бревна. Впрочем, судя по чёткой тропинке, сюда нередко ходили… Либо сюда часто заглядывают местные, либо нечестивцы даже не пытаются скрыть своё местопребывание здесь. «Может, даже они прямо сейчас наблюдают за всеми нами…» — после этой мысли священник беспокойно осмотрелся по сторонам. Ах, да, он же «свой», чего ему боятся. Будем надеяться, что оккультисты думают так же…

Ворота находились чуть ли не в состоянии «полного блаженства»: одна створка ещё держалась, другая сорвалась с петель и упала. Форт пугал своей призрачностью и разрушенностью, подобных сооружений драконесса еще не видела. Она вопросительным взглядом окинула команду и неуверенно уточнила:

— Нам нужно войти туда, да?

— Самое опасное там это кирпичи, которые могут свалиться нам на голову. Так что да, идём, — Мамору прошёл мимо той, обратив свои фиолетовые глазки на ту, а потом повернул морду в сторону обросшей крепости. Подойдя чуть ближе, он увидел натянутую нить. Ловушка… Но когтем не составило труда ее обрезать и, как предполагалось, ничего не произошло. По крайней мере здесь. — Как примитивно.

— Это первая ловушка примитивная, — не согласился Асвер, — Есть и такие, которые как раз при обрыве растяжки срабатывают. Так что давайте я пока вперед пойду. Если что, и обезвредить ловушки смогу, и увернуться сумею.

Поднырнув под крыло Мамору, Асвер присел у обрезанной нитки и внимательно осмотрел концы. Левый конец был привязан к забитой в щель каменной кладки веточке, а вот правый крепился к вставленному в небольшой керамический стаканчик кристаллу, немножко «фонившему» энергией, явно излишней для простой сигнализации. Осторожно вытащив из-под камня стаканчик, Асвер обмотал вокруг него почти два шага свободной нитки и припрятал заряд в один из карманов.

Владислав лишь поморщился. Вместо того, чтобы оставить ловушку как есть и пройти мимо, не задев, они, как скоты, её разрушили. Ну что за паства ему досталась…

— Идём же. — Владислав не сбавлял своего неспешного хода.

Прошагав по тихо стучащим доскам моста, они забрались во внутренний двор, покрытый травой, проросшей через брусчатку, и множеством камней, осыпавшихся со стен. А ещё… давно засохшей, тёмно-бурой кровью. У темнеющего проёма в главную башню лежали два обугленных, сморщенных драконьих тела в остатках некогда чёрной и красной ряс.

Внезапно во дворе закружился воздух. Пыль поднялась из груд каменных обломков, туман сгустился, завихряясь будто бы ураганом. Яркие вспышки озарили темноту донжона, послышался треск электрических разрядов. Из замка во двор, гудя, как стадо пчёл или провода на морозе, выплыли несколько голубоватых огненных сфер, соединённых молниями.

— Оп-па, похоже, шаровые молнии! — негромко и крайне напряженно произнес Асвер. — Мамору, сдается мне, эти сгустки плазмы будут как раз по твоей части!

— Я тебе больше скажу… Я просто могу их съесть… — Мамору бывало практиковал такое, но истинной проблемы это не уберет. Что-то или кто-то стоит за этой магией.

Добежав и подпрыгнув, он раскрыл свой клыкастый рот, заглотив две, три… Четыре сферы. Сила лишь утихла, оставив в их распоряжении дымок, да лёгкий ветер, все ещё нагнетающий… Изо рта золотого дракошки доносился лёгкий кашель, да черный дымок… Он уже ощутил перенасыщение, оставляя возможные проблемы на пару минут уже на других.

Такого поворота, да с самого порога — не такого Владислав ожидал от этой разрушенного храма на болотах. Холодного приёма, быстрой ориентации в диалогах — но не нава с молниями собственной персоной!.. Ничего… Праведная молитва и истовая вера помогут справится супротив пришельца злого.

— Аминь. Призываю Бога нашего Господа на защиту от беса могучего, коего власть и сила не распространится на нас, рабов Твоих; пусть отправится он в мир тот, откуда явился, и прошу Тебя, запри двери на семь замков в мир тот, чтобы никогда не смог он явится снова… — Владислав забормотал, сложив руки в молитвенном жесте.

— Кто с "аминя" начинает, — стиснув зубы, еле слышно процедила Вартарра. Она не понимала природу этих шаровых молний, была абсолютно без понятия, откуда они взялись. Признаться, драконесса была напугана, но, кажется, знала, что делать. Испущенная ею прана охладила сферы, заставляя их медленно погасать. Ледяной ветер, что создавался Вартаррой при помощи взмахов крыльев, сдувал яркие сферы один за другим. Не очень понятно было, способна ли драконесса уничтожить все сферы, но зато теперь огненные круглые тельца относило все дальше на безопасное расстояние, а молнии плавно угасали.

Мамору пришёл в себя достаточно, чтобы сообразить, что задумала Вартарра. Само по себе замедление слабо действовало на нава, но дракон, пользуясь своей перенасыщенностью, передал сородичу большую часть поглощённой энергии. Этим он и вернул себе боеспособность, и усилил чары Вартарры, так что нав практически повис в воздухе. Теперь Мамору мог и с остальными сферами расправиться, зная, куда перенаправить излишки сил. Ветер утих окончательно, и даже туман развеялся, только небо продолжало хмуриться недовольно.

Переведя дух, победители нава наконец осмелились войти в сами руины. Изнутри они сохранились не лучше — множество завалов, дыр в стенах, помёт грызунов на полу. Ваши шаги вспугнули стайку вапитов, что стали носиться под треснувшими сводами. На первый взгляд, тут и не найдёшь ничего, кроме давно сгнившей мебели, скелетов зверьков и колонии слизевика-серушки, что поползла к учуянному свежему мясу со своей «ошеломительной» скоростью коготь в час. Но, полазав в поисках «хоть какого-нибудь древнего благолепия, что сойдёт за богохульную реликвию», Владислав разгрёб слабо прикрытую плесневелыми досками лестницу в подвал. Ступеньки небольшие, проход узкий, пройдёт за раз один дракон или низкорослый дракон с человеком, если будут друг за друга держаться.

«Ненавижу грызунов» — передёрнуло Владислава, когда он увидел помёт этих демонических прислужников. «Чёртовы разносчики болезней и скверны! И летучие мыши тут…».

— Ежели тут завелись крысы, летучие мыши и иные поганые твари, вроде навов, то точно скверна зародилась тут. — сообщил он своим сподвижникам. — Ибо сказано в седьмом томе «Откровений Виталия Богослужителя»: «Когда же настанет час мрака и скверны, нетопырь, ворон, крыса и филин поселится в домах, и змей угнездится в них»! От этого места можно ждать чего угодно… Так что давайте поскорее покончим с делом, пока не пришли местные археологи… Местный воздух очень тяжёл…

Да, пророчество о Последних днях пока исполняется с завидным постоянством, предрекаемом ранее. И это очень скверно…

Откопав лестницу, Владислав махнул рукой остальных, подзывая к себе.

— Стоит ли нам идти в эту бездну, разверзшуюся под нашими ногами, прямиком в Тартар огненный?

Вартарра не придавала большого значения словам Владислава, полагаясь, по большей степени, на рассуждения Асвера. Все же трезвый расчет был для драконессы более ценен, чем религиозные убеждения. Втянув ноздрями влажный воздух, Вартарра боязно оглянулась, и неприятная дрожь иглами пронзила её тело. Место было жутким, и черт знает, откуда и когда ждать очередной опасности. Драконесса молча ожидала указаний других, пытаясь более-менее совладать с мыслями и нависшей тревожностью.

— Есть мнение, что Бран нашему возвращению с пустыми лапами, мягко говоря, не обрадуется, — протянул Асвер, — и припомнит что-нибудь нехорошее, а то и подстроит. Так что лезть придется. Другое дело, в каком порядке и с какими мерами предосторожности. Чрезвычайная тройка исследования подобных подземелий начинала обычно с магниевой или хлоратитовой шашки, но шум и свет нас только обнаружат. Придется мне лезть первому.

Асвер присел, закрыл глаза и попытался припомнить уроки медика Клана, конкретно — принудительную перестройку зрачков на повышенную светочувствительность. Но это так и не пригодилось — чтобы в потёмках не блуждать, Мамору, пользуясь пресыщенностью энергией, зажёг свет, пустив энергию между своих рогов будто нитью накаливания на сэмэновской лампочке. Асвер решил, что, хотя это и делает отряд заметнее, в ситуации, когда ходишь вместе с человеком-не магом, это даже лучше. К тому же, от некоторых врагов должна спасти маскировка, не зря ведь над ней так трудились местные правоохранители.

— Слава Богу… — как Владислав не старался, привычные выражения он целиком из своей речи не искоренил. — Я уже думал, придётся за руки браться. А это ничем хорошим не кончается.

— Тогда, по крайней мере, не болтайте, — бросил осторожничавший Асвер, раздумывая, как лучше приспособить длинноствол к узкому коридору. Подумав, перехватил его сбоку, положив на курок кончик хвоста. Материал ствола был достаточно теплоизолированным, чтобы лишь слегка нагреться при выстреле, а точностью в ограниченном пространстве можно и пожертвовать. И пошёл вниз так под удивлённый взгляд человека.

Но и сам Асвер вздрогнул от неожиданности, когда, опустившись до подножья лестницы, подвергся неожиданной атаке. С обоих сторон проёма на него напрыгнули невиданные им прежде твари — громадные насекомые в матово-чёрных доспехах поверх блестящего хитина. Дракон еле сориентировался, разворачивая карабин так, чтобы выстрелить в одного и шибануть прикладом другого. Броня этих страхоморд была качеством пониже, чем у лже-гайдука — один враг слёг, разбрызгивая гемолимфу, другой отлетел к стене оглушённый. Стараясь не дёргаться от страха и омерзения, Асвер быстро отошёл с проёма, давая друзьям возможность выйти в комнату и осветить её лучше. Пригнулся, перехватывая карабин удобнее в лапы и осматривая помещение. По счастью, кажется, врагов больше нет. Пустой зал с парой колонн: две двери направо, одна налево, и широкий коридор с колоннадой посередине прямо.

— Ты чего по своим стреляешь? — Владислав нагнулся к телу кракалевна, замечая на его короткой шее кулон в виде перевёрнутой двухступенчатой пирамиды. — Это и есть наши собратья по вере деструкторы!

— А у вас принято гостей встречать жвалами в морду? — Прошипел Мамору.

— Да… — Подтвердила Вартарра, кое-что читавшая об этой секте, обездвиживая холодом, но стараясь не убить оглушённого насекомоподобного. — Выживает сильнейший. Но скорее всего, они просто нас не признали от испуга. Кто к ним мог сверху зайти, весь светясь? Разве нами успокоенный нав.

— О, меня с навам сравнивают? Ну спасибо… — Мамору даже чуть потух, скептически глядя в темень. В любом случае, теперь он готов по полу вдарить током, чтоб уж более нежданных врагов не было.

— На нава, значит, тоже бы набросились? — Асвер откинул барабан и теперь старательно выковыривал стреляную гильзу. Та немного раздулась и с ходу не поддавалась, пришлось применить когти. Наконец потемневший от нагрева латунный цилиндрик покинул барабан, и его место занял патрон с разрывной пулей. Рикошеты стандартных пуль в полноценной оболочке в тесном каменном пространстве могли принести немало бед союзникам.

Перезарядив карабин, дракон взял его в левую лапу, правой вытянул из ножен клинок и попробовал его кончиком прочность панциря ближайшего жука. Панцирь легко царапался, а от легкого рубящего удара лопнул, как кожура перезрелого арбуза. Другое дело, что добраться не очень длинным клинком до уязвимых точек в теле жука было несколько проблематично. Впрочем, как иногда говорил мастер Сэмэн, «жить захочешь — не так раскорячишься».

По поводу убиения двух нехристей, что оказались на дороге у Асвера, Владислав ничуть не расстроился. Если кто и задаст им вопросы — они, в данный момент являющиеся под прикрытием такими же варварами и язычниками, могут либо сказать, что их нав уничтожил, либо что они сами напросились и хотели спереть их трофеи. Монах был уверен, что убийство своего в стенах сего нечестивого здания за обиду, грабёж или как месть было не впервые. Но что им делать дальше?

— В общем, так я вижу судьбу нашу дальнейшую, — произнёс Владислав тихо, чтобы его голос не разносился далеко по коридору, пока дракон с оружием что-то химичил в нём. — Либо мы берём любую каменюку и говорим, что это и есть реликвия, попутно придумывая ей историю. Либо мы идём в эти катакомбы и продолжаем спускаться в глубины их чёрного сознания, ввязываясь в то, что мы не понимаем. Вряд ли эти двое и есть все археологи. Скажем, что мы сюда приехали оперативно, чтобы разобраться с навом. Если спросят, почему так быстро, скажем, что верховному жрецу, дескать, великий хаос сон вещий послал. Тогда, может, безбожники прояснят некоторые моменты. Но на гостеприимство можете не рассчитывать.

В нутре Вартарры заиграл страх, но она все же неуверенно проговорила:

— Предлагаю спуститься, — на секунду драконесса замялась. — Врать нехорошо как-то.

На том и порешили. Тем более кто знает, удастся ли обмануть деструкторов, выдав им какую-то простую вещь за реликвию, артефакт. А если в этих руинах действительно присутствуют настоящие культисты, нужно быть уверенными, что подставные с ними не разминутся. Лучше убедить их в своих благих намерениях сейчас, а не потом, у повозки, или тем более в их главном храме. Особенно когда появился хороший шанс показать свою благонадёжность расправой над навом. Ведь, судя по трупам наверху, деструкторы от них страдают не меньше простых драконов. Хотя казалось бы — что одни вредители, что другие, и вроде даже за общее дело уничтожения вселенной…

Четвёрка принялась рыться в завалах, во всех этих прогнивших бочках, обломках камня и порваной коже. Но первой неожиданной находкой оказался отнюдь не интересный предмет, а спрятавшийся в плесневелых коврах старый дракон с серой шерстью. Увидев тех, кого он принял за деструкторов, он наклонил голову в покорной позе и распростёр крылья, сдаваясь.

— Не трогайте меня! Я от нава не меньше вас пострадал! — произнёс он, морщась от боли.

— От нава? — Владислав сощурился. — Может хоть ты, во имя Хаоса, нам ответишь, что за благодеяние тут произошло? Что это за нав, почему он напал, где наши собратья по разорению мира, или их всех упокоили, а то и разбежались, вроде тебя, по тёмным углам, как крысы!

— Сам я не знаю… — опасливо вышел дракон из укрытия. — Я зашёл на руины за ингредиентами для зелий. Я Лекс из Насела, если зайдёте ко мне в лавку, скидку сделаю…

— Ближе к делу, мирянин! — Возгремел Владислав.

— Спускаюсь я в этот подвал, захожу чуть дальше, и вижу раскопки, которые ведут жрецы вроде вас, дыра в полу и на материи вещи разложены, которые отчищают от грязи. Меня заметили, за мною погнались, я назад — а сверху вспышки и гром от нава. Я юркнул сюда, в эту нишу, нос наружу не сую, но слышу треск молний и заклинаний. Нав с вашими подрался и наружу никого не пускал. Деструкторы отступили обратно к раскопкам.

— Бездари… Простую задачу я им поручил, а и это не осили, остолопы… — начал Владислав картинно вздыхать, смотря по сторонам. — В Эдеме им амброзию разводить, а не служить Хаосу! Где эти праведники сейчас прохлаждаются?

Испуганный Тёмный повёл группу в противоположную часть подземелья, за отсыревшие двери, и наконец вывел в довольно большой зал — пустой, почти очищенный от завалов и мусора, освещённый масляной лампой подле белой простыни, на которой лежали несколько продолговатых тёмных предметов, над которыми склонилась медночешуйчатая драконица в охряной робе и с кулоном в виде перевёрнутого треугольника с тремя линиями, идущими от углов к центру. Оторвавшись от чёрной блестящей сферы в своих лапах, она подняла на вошедших горящие безумным блеском глаза. Махнув лапой, она остановила двух кракалевн в доспехах, что распустили было свои боевые клешни.

— Так, и что тут происходит? — спросил Асвер, положив лапу на рукоять кукри. Карабин так и оставался пристегнутый под крылом. — Никак, кое-кто решил утаить часть общей добычи? Да, я тебе, чешуйчатая, говорю!

Владислав, похоже, сумел убедительно прикинуться начальством деструкторов, и оставалось лишь «малость» — столь же убедительно сыграть его свиту. А в свитах власть имущих часто бывают слабые с виду недалекие, хамоватые и наглые личности. И эту роль пепельный дракончик решил взять на себя. «Если ты силен — убеди противника в своей слабости, а если слаб — убеди в своей силе».

— Общей добычи?! — Выронила культистка шар на покрывало. — Эту миссию поручили мне, и все реликвии надлежит доставить в Храм Всепоглощения! Я не дам вам утвердиться за мой счёт!

Драконица отступила к двери с выцарапанной на ней надписью «смерть мутантам» и распахнула её хвостом, позволяя выйти из крошечного закутка целой шестёрке драконьих скелетов с кривыми костями, лишними глазницами и полуистлевших лохмотьях с едва видимым изображением горящего глаза.

— Кто-то просто очень и очень жадный, — Мамору расправил свои крылья, слегка взмахивая теми, распустив пыль. Он решил, что раз скелеты двигаются, значит, в какой-то мере они живые и их просто нужно перемкнуть… Будто ток.

Набежав на первых, он вцепился в кости шеи одного, ухватившись хвостом за второго, ударив их друг о друга. Повалив их и запутав, золотистый начал резко прожигать их кости, нагревая до предела и обугливая своим током изнутри, разрывая кости на мелкие части. Прыгнув на этот черный порошок и оставшиеся куски костей, он понял, что окружён ещё такими же…

— А ну, по одному… — Мамору чуть отступал назад, ему надо бы передышку в несколько секунд, чтоб приняться за следующего. Кости обугливались от молний, распадаясь во все стороны и царапая хаосистов.

Владислав просто за голову схватился, видя, как рушится легенда… но, с другой стороны, им же проще, если победят! Самую тяжёлую часть работы по поиску реликвий деструкторы уже провернули.

Выдернув из фиксаторов карабин, Асвер резким движением одновременно сдвинул назад флажок предохранителя и взвел курок. В этом месте карабин не очень отличался от принятых в Клане для человеческого облика пистолетов «Маузер». Несколько резких хлопков — и экспансивные пули прошили кракалевн насквозь, вынося за собой осколки панциря и обрывки плоти. После чего пепельный дракончик навел прицел на деструкторшу. Оставшегося в стороне седого дракона он оставил напарникам, обратив свое внимание на наиболее опасного с первого взгляда противника. Вытворяла хаосистка действительно невообразимое — рубанув когтями перед собою, она на миг словно разорвала пространство, и оттуда вырвалось облачко мерцающего мелкими искорками газа. Вартарра еле успела замедлить его перед собою и отпрыгнуть назад подальше от мутирующей Первоматерии. А безумная драконица уже сотворила другой разрез как раз вовремя, чтобы в него влетела пущенная Асвером пуля.

— Поведёшься с вами, ещё можно было договориться! — крикнул Владислав скорее своим товарищам, чем хаосистке, метнувшись к разложенным на простынке артефактам. Подобрав самый увесистый на вид — чёрный скипетр, украшенный аметистами — шарахаясь от распыляющегося цветного облачка и нагибаясь под когтями одного ещё чудом функционирующего скелета, священник набросился на драконицу сбоку, метя ей в рёбра. Она только зыркнула в его сторону, заставив застыть на месте. Но этого хватило, чтобы отвлечься от удара Мамору, который сделал из хаосистки примерно такой же обугленный труп, как нав от её друзей на поверхности. Владислав тут же дёрнулся, вернув контроль над своим телом, и добил последнего скелета, раскрошив его череп досадливым ударом.

— Пусть себе бежит, — проводил Асвер плавно опускающиеся на пол облачка пыли, поднятые расторопно смывшимся с места стычки седым драконом, — Как я понимаю, хаосисты и между собой частенько стычки устраивают, так что и у нас ничего такого уж необычного.

— Драть их надо больше, чтоб сами со скуки друг друга не драли… Ладно, нехристи, этих археологических доказательств, разложенных на пречистом холсте, нам хватит? Что тут у нас… — добавил человек, нагибаясь к предметам и начав их перебирать. — Факел, почему-то железный, обожжёшься же, и три куска топлива к нему. Сфера чёрная непонятного назначения… И, — он открыл металлический тубус, доставая из него изъеденный червями свиток на неизвестном языке, — наверное, какое-нибудь безумное писание, пожалуй, самая ценная для хаосистов вещь, как для христиан Библия.

— Может быть, — согласился Асвер, вытряхивая из барабана гильзы, — А может, тут записи, кто и сколько должен прежнему хозяину, скопытившемуся лет так сто пятьдесят назад. Или даже ученические конспекты.

Вартарра окинула взглядом очередное тело и боязно поежилась, слегка передернув крыльями. Быстро согнав тревожность, драконесса переключила внимание на найденный артефакт:

— Полагаю, прочесть его мы не сможем…

— Значит, надо найти того, кто сможет? Если эта бумажка все, что у нас есть, придется отдать все силы лишь на расшифровку… — Мамору прям не любил подобные долгие дела, где нужно возиться именно с бумагой. Он прям оглянул всех, таив надежду. — Кто-то есть на примете?

— Есть у меня знакомый батюшка-полиглот, который знает даже древнеарамейский. А это язык отнюдь не с этой планеты, — Владислав осторожно вернул текст обратно в защитный тубус. — Дать ему прочитать этот текст на мой взгляд — умное и греховное, то есть, благочестивое дело. Потому что если там действительно что-то важное, лучше не делать хаосистам таких подарков. А если там действительно что-то ценное, то нужные люди узнают об этом раньше врагов всего живого.

— Ну так уж и все, — не согласился с Мамору Асвер, — Вот же артефакты. И по завалам несколько минут пошарить можно, тут такой грохот стоял, что все любопытные давно бы сползлись посмотреть и поучаствовать. Ну и с чтением мысль интересная. Владислав, долго ли до твоего знакомого топать?

— Погодите… Ну-ка, ну-ка, что это за штука? — Пепельный дракончик подошел к обгорелому телу хаосистки и снял с него медальон. — Возможно по нему прочитать личность прежнего владельца? Впрочем, оба варианта рабочие. Да — узнаем, кто она была, и к какой группировке принадлежала. Нет — сами прикинемся, только уже более реалистично.

— Да, этот символ немного не такой, что нам выдали, — Владислав глянул на собственный, где лучи исходили из сторон, а не из углов. — Если вдруг и можно, лучше отдать его Вартарре как драконице-женщине. От остального попробуем благочестиво отбрехаться. В крайнем случае, нас ещё и повысят за расправу над более слабым собратом, такое должно быть в хаосе вещей у деструкторов.

Артефакты завернули в сукно, на котором они и лежали, и из Тьмы подземелья потащили на свет Божий. Разворошённое чёрными копателями подземелье, казалось, стало вонять ещё сильнее.

Святый вечер

Лев Прозорец — протоиерей насельского прихода, румяный старик с короткой бородой и длинными вьющимися волосами — принял посетителей прямо в боковом приделе деревянной церковки, всё ещё пахнувшей смолой, но уже пропитанной ладаном. Поцеловавшись с Владиславом, что уже, к своему великому облегчению, сменил бесовскую одёжу на подрясник, Лев сразу расспросил его о продвижениях в расследовании — и не был разочарован ответом. Диалог продолжился уже в священническом домике, подальше от лишних ушей.

Владислав погладил бороду, наслаждаясь более привычной обстановкой.

— Воистину, пути Господни неисповедимы. Притворятся нехристем, собирать, а не уничтожать еретические приспособления… Ох, сжечь бы всё это в огне во имя святой Марии или бросить в текучую воду… — словив недовольные взгляды, монах недовольно пожевал губами и смолк.

— Этот предмет — пожалуй, наиболее обычный из всех, — Лев прикинул скипетр на вес. — Дорогой, судя по драгоценным камням. Не подделка, но я не оценщик, тем более языческих реликвий. Но никакой дьявольской силы от него я не чувствую. В отличии от этих двух вещей, — указал старец на факел и сферу, к которым даже притронуться не решился. — Эти угольки пахнут тёмным знанием. Вероятно, жрецы используют их, чтобы заставить демонов развеять свои иллюзии и открыть им запрятанные вещи вокруг, невидимые тем, у неименуемого зла не в почёте. Шар — средство для пленения врагов, похоже, захватывает их в силовой карман, непроницаемый изнутри и лёгкий снаружи. Со свитком позвольте подробнее разобраться… — до прикосновения с ветхой бумагой Лев снизошёл, и пересказал вкратце её содержание через четверть часа сбивчивого вчитывания. — Здесь описан ритуал, необходимый для того, чтобы при помощи ритуальных убийств и лет подготовки добраться до измерения, которое здесь называется Чёрной Кистой. Если вы спрашиваете моего мнения, стоит ли показывать его хаосистам — я отвечу, что это безопасно для нас в том случае, если мы с вашей помощью расправимся с этой сектой раньше. А человеческие жертвоприношения эти нехристи и так отправляют в страшном количестве… Слышал я также, что у вас есть и иной тёмный артефакт, ящик, через который вы общались с навом, выдающим себя хаосистам за божество. Что вы намерены делать с ним? Не пострадали ли вы ещё от навьего коварства или искажений мутации?

— Пока пусть лежит, при необходимости через него можно такую "дезу" сунуть, что не всякий разберется, — немного мечтательно улыбнулся Асвер, — Что до мутаций — за собой не заметил, да и за остальными тоже. Никто такого дела не замечал? — обратился пепельный дракон к товарищам.

После того, как Лев просмотрел все их находки, Владислав поморщился.

— Ох, по мне бы, всё это по-хорошему так разломать. — снова завёл он свою шарманку. — Давайте окропим всё это хозяйство святой водой, а потом уже будем решать, что отдавать им, а что — нет. Я думаю, они точно проживут без этого шара-тюрьмы, а потому его точно предлагаю оставить в церкви до соответствующего распоряжения митрополита Нововалаамского.

— Идея здравая — попробовать снять проклятие с этих предметов, — Лев задумчиво наклонил голову, — но коли снимем — не почувствуют ли сектанты, что теперь это не их реликвии, полные скверны, а простые, ничего не значащие вещи. Впрочем, Скипетр уже таковым и является, если и имеет какую-то ценность для культистов, то лишь культовую и историческую. Обряд освящения предметов проще, чем изгнание демонов из живых созданий, и при необходимости я тебя на него благословляю, брат Владислав, но подумай, послужит ли он большему благу или нет. Шар спрячь в надёжном месте или освяти его в первую очередь.

— А что касается этой адской машины, — Владислав зыркнул из-под бровей на Асвера. — Не ты ли, дракон, уменьшился из-за воздействий нечестивого кубического артефакта? Конечно, с защитой великой девы Марии и Господа нашего такие чары, может, и не страшны для истинно верующего, ибо говорил Иоанн Златоуст "Подлинно, ничто так не преграждает ему путь к нам, как усердная молитва", но тебя же постигло, очевидно, воздействие чар.

— Я ремни в последние полгода не подтягивал, — демонстративно приподнял один из ремней "сбруи" Асвер, — А мелкий оттого, что в один далеко не прекрасный момент просто перестал расти. Три года назад оказался в месте, где была блокирована вообще любая магия, и организм завершающую стадию взросления, а это две недели времени, провел вообще без внешней подпитки, покорежив в процессе ауру.

После такого ответа Владислав некоторое время с каменным лицом сидел, внимательно смотря на Асвера. Потом почесал голову.

— Может, в слабом освещении больше казался? — без особых эмоций пепельный дракончик пожал плечами. Свои размеры он контролировал хорошо — те же ремни служили в этом деле неплохим индикатором, а диспропорцию в размерах тушки и конечностей было бы заметно куда как сильнее, чем такие относительные изменения размеров. Телосложение туриста из Хорриана и сейчас оставалось вполне гармоничным… хоть и явно подростковым.

Владислав недоверчиво покачал головой, сощурившись, но продолжать бесполезный спор не стал. Асвер явно что-то скрывает — нельзя надолго упускать его из виду…

— Явно мне пора на вечерню, а то после сегодняшней обедни я устал и мало что соображаю. — Владислав посмотрел на протоиерея. — Что сегодня послал нам святой Наум, найдётся ли стручок гороха и миска каши? — монах снова перевёл взгляд на дракона. — Ещё вчера вечером, клянусь святым Дурмстрангом, ты был более высоким, нежели сегодня утром!

Поняв намёки собрата, Лев связал в кулёк все тёмные артефакты, не касаясь их, отложил в угол, а на столе разложил постный ужин, не слишком питательный для драконов.

— Помянем страдания Господа нашего, что Он претерпел в пятничный день, распятый на кресте за грехи наши. Чем меньше мы будем поддаваться своим страстям, тем менее больно было в тот день Иисусу.

— Да поможет Он нам в грядущем деле… — преломил краюху Владислав. — А дело серьёзное и опасное.

День второй — Набрали по объявлению!

Расторг — последнее населённое место перед непролазными хребтами Кейтегора, дорога в него упиралась. Грубое место, мелкое, неприветливое и грязное. Базал-Турат был не так уж далеко отсюда, поэтому люди и велнары встречались на запылённых и даже замусоренных улицах чаще, чем в сердце Нашара, а кракалевны безбоязненно стрекотали над улицами. Искать связного деструкторов в такой деревне, зная лишь его имя — непростая задача не потому, что не объяснят дорогу, а потому, что прибывшая группа не походила ни на нашарских купцов, ни на порождения Хаоса — облачаться в одеяния сейчас было бы глупо, сами деструкторы не стали бы так палиться посреди дня в, в общем-то, верном Инанне городке, важном торговом центре.

Асвер с тщательно скрываемым любопытством осматривался по сторонам. Большой рынок напоминал базары родного Хорриана, но был и свой колорит. Людей было заметно больше, чем в том же Населе, а одежда, и людская, и велнаров, отличалась разнообразием. Встречались и одетые достаточно богато, в шелках и мехах, но больше было тех, кто носил простую, неброскую одежду тусклых цветов. Анилиновых красителей Нашар явно не знал. Встречались и те, кто явно одевался по принципу «что нашел, то и одел».

На прилавках лежало все, что смогли поймать в лесу, вырастить на полях, сделать своими руками и лапами или вытащить из чужого жилья. От мяса разных видов обработки — до старинных, покрытых пылью и патиной, подсвечников. Продавцы были под стать товару, встречались и явно заезжие купцы, и местные деятели мелкого бизнеса.

Владиславу было непросто избрать из всех отвратительных рож и милых джентльменов на оживлённом рынке, что был раза в два больше самого поселения, кого-нибудь более менее благообразного, чтобы поинтересоваться о Тал Чаммише. На безрыбье и рак рыба — с вопросом священник обратился к низкорослой мутированной велнарке в зелёном плаще.

Поэтому выбор проводника священником пепельный дракончик одобрил. Не было в глазах невысокой, даже пониже Асвера, велнарки, ни желания чего-нибудь украсть, ни страха за свое будущее, ни стремления поскорее «слить» интересных гостей местным криминальным группировкам.

— Отче, вы не похожи на наркомана, зависимого от цветков Делирии, — окинула она четвёрку своими большими мутно-жёлтыми глазами. Вся эта компания ей явно была не по душе, но в присутствии драконов лучше было не показывать характер. Хотя это не мешает кинуть камень в огород другого крылатого… — А именно их Тал и продаёт из-под полы. Если вы идёте к нему с недружественным визитом, могу даже проводить, — добавила она.

— Ох, простите, но это явно не ваше дело куда и к кому мы идём. Однако от помощи в ориентировании по этому… городку мы бы точно не отказали, — Мамору старался быть дружелюбным со всеми, но старания и итог — вещи разные.

— Мы идём к нему по важному делу! — напыщенно добавил Владислав. — По святому делу! — Однако монах тут же нахмурился. Знать он её не знал, на вид она ему нравилась не больше, чем заплесневелый хлеб после окончания поста, а потому продолжил он более умиротворённым и нейтральным тоном, сложив руки на объёмистом животе. — Гхм… Махни нам, благочестивая дева, рукой, где его можно разыскать, — повторил Владислав. — А мы уже, волей святого Петра и апостола Павла, отыщем этого мужа и побеседуем с ним на тему дел Господних.

— Ничего святого… — тихо прошептала Вартарра сама себе, сложив руки на груди и поглядывая на Владислава. Устало вздохнув, она сделала пару шагов навстречу незнакомке. — Мы будем ради вашей помощи, если вам не составит особого труда провести нас, конечно.

* * *
Деструкторы считаются вымершим культом. Так удобнее простым жителям — в Нашаре и без них достаточно проблем и опасностей, незачем перегружать психику ещё и призрачной угрозой времён нестабильного начала правления архидемоницы. Удобнее и правительству — меньше искушений кому-то встать на сторону навов и расшатывать едва установившийся порядок. Удобнее и самим деструкторам — позволило скрыться и творить свои дела в тишине.

Неудобна ситуация была лишь для честных исследователей: религиоведов, биологов-мутаторов и историков. Материала в открытом доступе находилось крайне мало, почти всё — в частных собраниях. По местам действия уже ликвидированных сект всё давным-давно разграбили искатели артефактов.

Но недавно Торстейн с большим трудом, переговариваясь в запасниках с другими искателями знаний, известными лишь в узких кругах, выяснил, что один культ деструкторов не только жив, но ещё и весьма активен. В отличии от храмов Баотаса и Первородного Зла, храм Всепоглощения так и не был найден войсками Инанны из-за своего скрытного положения в горах Кейтегора. И Торстейн загорелся идеей туда проникнуть, чтобы первым научно задокументировать то, что прежде было описано лишь параноидальными жрецами, желавшими деструкторам лишь искоренения. Как именно проникнуть — Торстейн ещё не знал точно. Но способ имелся — профессор из лонавварского университета упомянул, что многое о деструкторах узнал в личной беседе с купцом Тал Чаммишем, чей основной доход исходил не от товара на его прилавке, а от дурманящих составов и прочей запретной магии. И Тал был как-то связан с деструкторами храма Всепоглощения, до этого профессор догадывался.

После нескольких месяцев поиска, замедленных нерешительностью идти на контакт с людьми вне привычного круга и даже банально спросить дорогу, Торстейн наконец прибыл в Расторг и застал там Тала на рыночной площади. На вид — простой человек, даже бедный, продаёт продукты с повозки на краю рыночной площади, даже собственный ларёк не поставил. Посыпанные глазурью пироги и овощи выглядели свежими и пахли аппетитно, сам человек тоже на первый взгляд подозрений не вызывал — обычные для базала короткая стрижка и кожаный сюртук, разве что глаза бегают. С другой стороны — два имени у базала… Тоже из рода магов, как и сам Торстейн? Ведь фамилии в Базал-Турате имели лишь члены правительственных Орденов, разогнанных после завоевания страны Инанной. И знаки деструкторские не демонстрирует открыто.

Но вот собравшаяся рядом с торговцем компания, что завела с ним диалог…

Во-первых, православный священник, от бороды которого несло пивом. Торстейн считал христианство самым глупым культом на всём материке. Исторического интереса он не представлял от слова вообще, потому что не были найдены археологически ни Иерусалим, ни Палестина в целом, а значит, всю историю Христа можно смело называть враками. Но христиан это не останавливало и они продолжали верить в грядущий апокалипсис, только принесённый не навами, а дрязгами Бога и Дьявола, которые никак не могут поделить людей на праведных и грешных, поэтому убивают всех, чтобы отправить их души на суд.

Серо-охряная мохнатая драконесса в очках внушала куда больше доверия и приязни. Умные глаза, как минимум начитанная, если не с хорошим образованием. Стоило бы выяснить её научную специализацию, если получится преодолеть естественный страх перед общением с драконами. Хотя по сравнению с другими крылатыми… Этими двумя, явно охранниками группы. Один, жёлтый — рослый, накачанный, другой серый и мелкий, зато с карабином, причём не простым, мануфактурной сборки.

И, наконец, мутант. Подобную вариацию признаков Торстейн впервые видел. Возможно, основой этого гуманоида был даже не человек или велнар, а некто травоядный, впрочем, без вскрытия выяснить сложно. Но появление плода технологии навов рядом с возможным «связным» деструкторов — уже хороший признак, что поиски идут в верном направлении.

Почесав щёку, мужчина обернулся к нагрянувшей к нему компании:

— Желаете закупиться провизией перед походом в горы? Или нанять повозку?

— Было бы неплохо затариться съестным, — начал пепельный дракончик, присматриваясь и принюхиваясь к ассортименту, — Чем-нибудь не тяжелым, но при том сытным и калорийным.

Остальная команда пока присматривалась к торговцу, видимо, решая, с какой стороны начинать его «обрабатывать». Долгая пауза в разговоре могла навести местного дилера на нехорошие мысли, а привычный вопрос был призван отвлечь от них.

Владислав почесал бороду, припоминая текст того письма, что несколько дней назад им вручили. Что там говорилось?..

— Гхм… Повозка бы нам пригодилась. — монах делал паузу, прикидывая, как бы грамотнее сообщить этому нечестивцу, что именно им от него нужно. — Имеются у нас, волей святого Дурмстранга, вещи особой важности, которые надлежит хранить в дали от посторонних взглядов. — Владислав посмотрел на Тала самым тяжёлым взглядом, хранившемся в его репертуаре. — Тяжёлые времена нынче, торговец, — Последние дни наступают, когда мировые силы Зла собираются вместе для укрепления, для обсуждения своих целей, укрепления на последующие пятьсот лет деятельности…

Купец довольно спокойно отреагировал на речи священника, даже слишком — не поморщила в пренебрежении и не дрогнул в страхе.

— Далеко ли собираетесь? И велик ли ваш груз? Хватит ли одной повозки?

— Пожалуй, одной повозки хватит. — Владислав потрогал собственный нос.

Медленно переходя к различным прилавкам с диковинными безделушками, словно обычный зевака и искоса наблюдая за интересовавшей его беседой, Торстейн размышлял как бы достаточно естественно и непринужденно завести разговор. Желательно было дождаться, когда купец останется наедине, ведь встревать в самый разгар диалога с множеством незнакомцев юноше не особо хотелось, излишнее волнение выбивало из колеи. Но иного удобного для знакомства случая могло и не представиться, так что он медленно приближался к разговаривающим, все еще заглядываясь на различные лавки и отвлекаемый продавцами, что хотят продать свой товар путнику, и стараясь не сильно выделяться из-за неловкости. Да и строгий, хоть и немного неряшливо надетый костюм с черным изящным плащом слегка отличался от всевозможных пёстрых красок рынка.

— Побудьте здесь пока, я пройдусь, тоже поищу что-нибудь… эдакое. Асвер! Хвост трубой сделай, чтоб не потерял вас, — шутливо отозвался Мамору, уходя рысцой вдоль прилавков и смотря в сторону на разнообразный товар, вкушая обилие запахов, пока случайно не сбил с ног человека в костюме с плащом. — Ой! Прости, человек?..

Столкнувшись с Торстейном, Мамору чуть ли не выронил ящик Хъесептенецкора из своего плаща, но человек успел заметить этот артефакт — и чётко соотнести на первый взгляд хаотичные и бессмысленные символы с навами. Что-то для установления канала связи с ними. Юношка тихо крикнул, скорее не от удара как такового, а больше от неожиданности столкновения, не заметив приближения существа из-за разглядываний статуэток и размышлений о словах священника, который явно был заинтересован чем-то важнее, чем товар. Зло. Пастыри вечно провозглащают что-либо этим словом, что-то неугодное их узкому мировозрению, основанному на страхе попасть в ад и поклонению богу.

— Да все в порядке, — ответил исследователь, немного поправляя плащ и пропуская дракона.

Владислав запнулся, когда услышал, что сказал Мамору. Он тут, значит, пытается им повозку достать и как-то проводить их в надлежащее место, а он прогуляться уходит! Вот наказание ему! «Клянусь преподобным Алексием, это самые безответственные и тупоголовые существа, с которыми мне приходилось взаимодействовать!». Ему будет что сказать Мамору, когда он закончит диалог с Талом:

— А не будет ли у вас кого-нибудь на примете охранником? Нынче на дорогах неспокойно — хвала Небесам, если всё пройдёт и спокойно и лихие люди не обрушатся на нас за грехи наши — но будет спокойнее, кабы нас станет защищать ещё один достойный воин.

— Если ты в своих зубастых не уверен, — присмотрелся Тал к суетившемуся Мамору, потом к более спокойным Асверу и Вартарре, — могу к ночи собрать и своих ребят для усиления. Подгоним повозку сразу к назначенному тобою месту, чтобы вам статую в город не заносить.

Асверу стоило некоторого труда сдержать не только вопрос «Какую еще статую?», но и удивленное выражение на морде. Впрочем, не уверенный до конца в сохранении непроницаемого выражения, дракончик состроил озабоченно-подозрительную мину и спросил:

— Насколько твои ребята надежны? Не придется ли нам, помимо налетчиков, обороняться еще и от возжелавших чужого имущества бойцов?

— Охрана будет из местных. Иных бандитов тут не жалуют, а эти слишком дорожат источником своего удовольствия, чтобы замышлять подлость или болтать лишнее. Сами цветками не интересуетесь, для себя или девушки? — Ухмыляясь, показал Тал на букет под стрелами лука.

— Что ж, этот вариант нам подходит… — Золотистый все же подобрал коробочку, спрятав лучше, а потом уже подошёл ближе к остальным, стараясь более не отвлекаться. Уж лучше поможет здесь.

— Любопытная вещица, редко такое встретишь на рынке простолюдинов, — вырвалась фраза из уст Торстейна от восхищения, несмотря на то, что ради безопасности можно было бы и промолчать.

Обернувшись на слова, у Мамору сузился зрачок от лёгкого раздражения. Помахав хвостом, он лишь вздохнул, опустив крылья и чтоб успокоиться сделал пару шагов к двуногому, скрутив того хвостом.

— А вы что-то о ней знаете, милейший? — Чтоб не выглядеть угрожающее, он просто поджал свои шипы к телу, что их аж не видно, вернув зрачки в нормальное, «дружелюбное» состояние.

— Лишь пару предложений из сохранившегося очень древнего талмуда из библиотеки университета, — молодой человек постарался ответить как можно более непринуждённо и спокойно, но в уме корил себя: «Захотелось приключений на голову, оставался бы дальше в своем особняке и не грезил о новой информации в области запретных культов, нагоняющих страх на всё население…»

Такие артефакты не только могущественны, но и опасны сами по себе. Нав, устанавливая канал из своего измерения в наше, не только мог передавать сообщение… С каждым использованием такой канал укреплялся, расширялся. И каждое использование немного меняло реальность пропорционально силе этой связи. Слышал Торстейн даже о случаях, когда подобные вещи заражали мутациями их владельцев и передавали свои потусторонние свойства лежащим неподалёку предметам.

— И всё?.. — Мамору было бы интереснее узнать больше, однако не в такой обстановке. Отпустив аккуратно человека он даже чуть усмехнулся. — Не нужно так дергаться, милейший, яж не собираюсь тебя съесть.

— Твоя зубная формула говорит об обратном, — пытался отшутиться Торстейн. — даже такая малая информация стоила многим светлым умам древности жизней или чего важнее, — добавил человек

«Так», — подумал Асвер, — «Этот человек непрост. Он с ходу определил, чей артефакт носит Мамору, и даже кое-что о нем знает. И еще он совершенно неспроста здесь крутится, только интересно — к нашей команде присматривается или к торговцу?»

Тем не менее, такие мысли не мешали Асверу с удовольствием наблюдать, как рослый, с развитой мускулатурой, дракон удерживает человека и при этом ведет практически светскую беседу. Контраст был действительно разительный.

— Раз ты что-то знаешь, значит, ты нам нужен, — Мамору сбил с ног человека так, чтоб он упал ему на спину, а потом рысцой поднёс к остальным. — Асвер, для человека место найдётся?

Падая на спину дракона, Торстейн подумал, что это конец, и решил не пытаться сопротивляться своей участи. Тем более, возможно, знакомство с этой странной группой подарит ему больше информации, чем купец. Ведь есть же у них артефакт, а наличие священника, который что-то яростно выкрикивал, наводило на мысли о том, что может быть он не застанет культ в его истинном, непотревоженном виде, особенно если попытается вырваться и остаться в городе для разговора с торговцем, эта компания может разрушить логово сектантов до основания, не оставив ничего.

— Знаешь холм за городом, где ещё стоит придорожное святилище? Вот там и встретимся на закате, — договорившись с Талом, Владислав пожал ему руку — мерзость, но что не сделаешь ради учтивой конспирации — и обернулся на своих спутников. И едва сдержался, чтобы не разорвать свою бороду в клочья.

— Мамору, чтоб тебе провалится в преисподнюю! — Владислав, пыша недовольством словно только что испечённый кулич к Пасхе, сжав кулаки, медленно подошёл к исполину, тащившего постороннего человека к группе. — Ты хоть осознаёшь, что творишь? Пока я договариваюсь насчёт повозки и продолжения пути нашего, ты, бесовское отродье, притаскиваешь не пойми кого сюда! Мы здесь не хозяева, и прибыли по делу важности первостепенной, а ты тут же, оставив собственные мозги и ум за порогом, начинаешь приставать к чужим? Руки чешутся — так пойди и найди себе пень! Кара Господня! — глаза из-под кустистых бровей смотрели грозно и яростно.

Золотистый же со всей своей улыбкой просто не замечал Владислава и всю его ругань, потому решил общаться с другими, пока бедный человек просто вцепился в него от внезапного решения. Ему не хотелось терять человека, который знает намного больше, чем они. «Ну, на крайняк и правда съедим с голодухи», — сам себе в голове пошутил Мамору.

Тал кивнул, закрепляя рукопожатие, и отстранился от начинающегося спора, порою посматривая на странный междусобойчик.

— Разобщение — это полезно, оно выделяет сильных и отсеивает слабых служителей цели… — глянув и на остававшихся в стороне Эрну и Вартарру, продавец наконец отвлёкся на подошедшего к нему старика с мешком, то ли поставщика, то ли оптового закупщика.

Вартарра молча стояла возле продавца и священника, но когда Тал отвлекся на старика с мешком, внимание драконессы привлек уже Мамору. С человеком на спине.

— Какого… — Вартарра живо перелетела к золотому и окинула взглядом кричащего на него Владислава. Мамору, кажется, и вовсе игнорировал возгласы священника. Тарра терпеливо молчала, выжидая, пока Владислав перестанет ругать Мамору. — Он что-то знает? — кивнула она тогда в сторону человека.

— Знает. А сколько именно, мы еще выясним, не беспокойся, — дракошка был вполне себе на веселе, представляя человека, имя которого пока еще не знал. — Двуногий, как тебя зовут?

— Эммм, Торстейн, — ответил человек. — Имею ли я честь с вами познакомиться? — И секунду спустя неуверенно добавил: — Только можно мне будет идти пешком?»

— Можно, можно… Если не упадёшь, Торстейн, — ответил спокойно Мамору, пусть уж слезает. Да и кто сказал, что он и правда будет его тащить всю дорогу?..

— Отлично, — Торстейн спрыгнул с дракона у основании его шеи, чтобы не повредить летательные конечности каким-нибудь неловким движением. Он уж подумал, что его держат в заложниках и от любой попытки выбраться с спины его ждет что-нибудь ужасное.

Асвер все так же с интересом наблюдал за движениями в команде. Новый спутник на первый взгляд казался неуверенным в себе человеком, но кто знает, что он может «отмочить», когда дойдет до дела. С одной стороны, возможен вариант, что за ним придется присматривать всю дорогу, в основном в плане «как бы случайно не убился», но с другой… он с ходу опознал связной ларец, и была немалая надежда, что он поможет в опознании других навских артефактов. Все-таки одной благодарностью сыт не будешь, надо будет по завершению задания и на пропитание чего-нибудь перехватить.

— Нет, конечно, нельзя! — рявкнул Владислав на «познакомиться», разъяренный тем, что он для группы — пустое место, и скрипнул зубами. «Идиоты! Они на важной операции, а эти тащат непонятно кого с базара! И ради чего? Посмеяться? Ещё и выболтают ему, небось, все тайны, прямо на глазах связного! Полоумные!» — Иди своей дорогой, проходимец!

— Не обращай внимания, он умом тронулся, но он более полезный, чем кажется, — шепнул Мамору Торстейну, чтоб не принимал на свой счёт все, что говорит этот старый…

— Впрочем не удивительно для священников… Он всегда разъяренно орет на собеседников? — так же шепетом спросил юноша, чтобы монах не услышал его, ведь если он все же отправляется с этой компанией в путь, то не выдержит каждодневнего выпиливания мозгов в свою сторону.

— Ох, очень часто… — ответил золотистый, но пока у него есть силы это терпеть, все же старшие иногда позволяли себе сказать лишнего. — Ну, Асвер в обиду не даст, как я.

Незаметно зайдя за спину священника и подгадав момент, когда остальные отвлекутся, Асвер приблизил морду к уху Владислава и негромко, стараясь не шевелить пастью, произнес:

— Есть мнение, что нам нужен эксперт по малоизвестным артефактам и вообще деструкторам. Заметил, как быстро он опознал ларец?

Яростно покачав головой, Владислав двинулся подальше с рынка. И так уже собрали толпень…

— Нет, не слышал, я был занят более полезными вещами — средство траспорта добывал. А что он сказал?

— Сказал про то, что встречал упоминания о таких артефактах в библиотеке какого-то университета. А еще я видел, что он к нам подошел после того, как увидел ларец. И как у него горели глаза. В общем, считаю, что знания у него есть, без них он бы сходу не понял, что несет Мамору, — в таком же негромком тоне ответил священнику Асвер.

Постепенно за спорами компания отошла к краю рынка. Тал уже не был виден за прилавками и палатками, но шумная компания всё равно обращала на себя немало взглядов прохожих и порой пролетающих. Но хотя бы никто не приставал — всё же группа серьёзная, вооружённая, а ищешь проблем — схватят за шкирку, как этого худого книжника. Постепенно спадала полуденная жара, а может, просто облака стали чаще появляться на небе и отбрасывать тень.

— Вы, кретины такие, не можете сделать элементарную вещь — не быть раскрытыми в первую же минуту. — продолжил разговор с Асвером Владислав. — Неужели великая матерь Божья не одарила вас крохами мозгов? Этот парень знает не больше нашего о деструкторах, в знаниях хаотических артефактах мы не нуждаемся — и так понятно, что делает сей куб. Куда вы его тащите?

— Хм… Не, не соглашусь. Мы его не тащим, он сам сейчас идёт… — Мамору лишь забавлял этот старик, а что не так, то что ему мешает просто чуть-чуть ударить током неугодного? Надо бы проверить, насколько это его заткнет.

Владислав оглянулся на Мамору. Вот кому бы следовало помолчать, так это ему…

— Он наверняка изучал и другие артефакты. Считаешь, в логове деструкторов нам вообще ни одного не попадется? — подкинул несколько провокационный вопрос священнику пепельный дракончик. — Вот готов спорить, не одна у них группа, стаскивающая артефакты в одно место.

— Не согласишься? Что ж… Смирение есть матерь всех благодетелей… — Владислав недовольно махнул рукой. — Ты, Асвер, действительно считаешь, что это достаточное основание? Что ж, теперь-то, с таким специалистом, вы сможете впарить им любую каменюку, представив это как реликвию древнего Отмирвала. А с меня хватит! — Владислав, потревожив резким шагом полы рясы, быстро зашагал прочь. — Пойду в кабак, составлю компанию единственному сохранившему остатки рассудка — самому себе! Раз вы такие хорошие слушатели, вы знаете, где и когда мы пересечемся!

— Ладно, как опьянеет, заберём его. — Мамору точно по этому скверному запаху отыщет этого страдальца с их компашки. Торстейн все это время безмолвно шёл рядом и посматривал на окружающий его мир, размышляя над словами рядом идущих, оставляя конфликты на их плечи, и радуясь сошедшей с города дневной жары.

— Куда мы направляемся? — решил уточнить исследователь. Стелилась ночь, и стоило думать о ночлеге. Он порядочно устал с самого утра от поисков прилавка загадочного купца, а позднее от разговоров с незнакомцами, хоть по внешнему виду этого было не особо заметно, вернее, он выглядел уставшим и невыспанным всегда.

— Итак, Торстейн, если я правильно запомнил. Будь ласков, расскажи в нескольких словах, каким ветром тебя занесло в Расторг, и что ты собираешься делать дальше. Как я понимаю, ты занимался изучением деструкторов, и возможно, навов, но по большей части по книгам? Уж извини, но на легендарных исследователей-археологов вроде Харрисона Джонса ты не очень похож.

Деваться было некуда, так что он начал рассказывать о себе, скрывая нежелание что-либо говорить:

— Изначально, да и во многом сейчас зоолог, но интересующийся не только своей специальностью, а тёмным ответвлением магии, но лишь в научных целях, скорее даже не в применении этих сил, а для созерцания и понимания данного детища природы. Не так давно став изучать запрещенные в многих институтах темы научных работ, я набрел на чудом сохранившиеся источники о навах и деструкторах. Но эта тема столь не раскрыта и замалчивается другими культурами из-за страха перед ней, ведь ритуалы деструкторов и полная картина их восприятия мира нам почти и неизвестны. Заведя однажды на данную тему разговор с одним из учивших меня профессоров, я услышал от него о неком купце с Расторгского рынка и о том, что он многое знает о неистребленной секте за таинственными хребтами Кейтегора. Впрочем так я и отправился сюда, так еще и не придумав план, как мне удастся заполучить эти знания. А вы почему питаете столь сильный интерес в данной области? — в свою очередь спросил у новых знакомых Торстейн.

— Да так… — Вартарра развела крыльями и мотнула ушами. — Тоже интересуемся древней литературой. Вдруг найдём что-нибудь интересное для насельской библиотеки. У деструкторов, говорят, множество книг занятных хранится.

Ночь вторая — Яйцо Костей Его

Кабак в Расторге всего один был, на полпути между входными воротами в частоколе и рынком. «Серое логово», вопреки названию и городской обстановке в целом, выглядело заведением достаточно приличным: чистые столы, ни одного мутанта или насекомоподобного среди посетителей, пьяные выкрики не оглушали. Не дожидаясь, когда небосвод окончательно потемнеет, велнарки из работниц трактира уже зажигали лампы и свечи. Чешуйчатый велнар-хозяин оказался достаточно говорливым, что обнадёжило Асвера.

— Человек к вам не заходил? — серый спросил у трактирщика после пары дежурных вопросов о меню и комнатах. Присовокупил к вопросу кристаллик с энергией, питавший обезвреженную ловушку на руинах раскопок.

— Был тут один, — фыркнул от смеха ящер, удовлетворившись оплатой, — «полу-Алладин». Носил металлические доспехи, не снимая, а из них отовсюду торчали шестерёнки, пружины, болты и трубки. Но двигался изящно, будто броня сама за него ходила. Этот человек «Одеек Второй» назвался и хвастался, что эти доспехи ничего не весили, да ещё и усиливали его в пять раз, а снял он их с мёртвого дракона в дарканских шахтах, но броня сама под него перестроилась. Только отравили этого бедолагу, но карту к шахтам не нашли, я её спрятал. Только ходить в эти шахты опасно, там ещё деструкторы какой-то замо́к сломали, «еле к три чествовал». Теперь там рядом постоянно на полуголемов натыкаются. Не советую, в общем.

Мысль о походе к шахтам пепельно-серый турист задвинул в сторону, на полку «нужно, но немного позже». Информация о любых типах экзоскелетов была одним из важнейших пунктов в выданном «на всякий случай» аналитиком списке тем. В конце концов, родной Клан имел и неплохие рынки сбыта, и надежнейшие каналы поставки в королевствах и крупных княжествах Хорриана, но оружие обязательно должно было быть свое. То, что «Маузеры» и «Драконки» закупались у людей, как ни странно, под это правило подходило, главу производящих оружие мастерских Сэмэна и руководителя технического обеспечения Клана Шессу связывали хоть и несколько запутанные, но очень крепкие отношения, и в Клане глава мастерских не состоял лишь формально.

Нет, экзоскелеты в Клане были… но исключительно в виде подвешенных на стойках, застрявших на вечном техобслуживании образцов, чертежей отдельных пластиковых и резиновых деталей и «расходников» не было, а реверс-инжинирингом кроме того же Сэмэна никто никогда не занимался. Поэтому добыть образец экзоскелета, тем более настолько продвинутого, было бы неплохо. Но это потом, сейчас надо разобраться с деструкторами.

— Занятная байка, но мы ищем конкретного человека, — поправил себя Асвер. — Бородатый, упитанный. Говорил, идёт выпить, а в том, что ты по этому делу местный неоспоримый монополист, я не сомневаюсь.

— Ра, заглядывал, да не особо он и выпивал, только кружкой мочегонки ограничился. Половины не допил, как подсел к другому человеку, гнусному старикашке в чёрном плаще и со старой толстой книженцей. Читали они вдвоём книгу мигов двести или триста, а потом ушли.

— И ты не видел, куда эту пару нелегкая судьба понесла? — заинтересованно спросил Асвер, на всякий случай оглядывая работниц кабака. У них тоже можно попытаться «вытянуть» кое-какой информации.

— Наверх, к себе в номер, соседний с тем, который заколочен и где до сих пор этот Алладин в броне лежит, — хозяин сказал уже куда тише, старательно гремя переставляемыми бокалами. — Мы его пытались выковырять, чтобы доспехи продать, но без толку, а с трупом внутри только деструкторам впаривать, но связываться с ними — сам знаешь.

Мамору чуть не сцепился еще с «неведомой зверушкой», как говорил себе он в голове, такое обилие ярких платков он на одном существе еще не видел, ну, а ругань везде одна и та же.

— Асвер, нашёл старикашку? — Приплёлся к серому и Мамору. Он уж обещал вытащить их священника.

— Пока в живую не видел, но выяснил примерные координаты, — кивнул в ответ дракончик и вернулся к разговору с кабатчиком: — А куда выходят окна той комнаты?

Получив ответ, Асвер повернулся к Мамору и произнес:

— Сходишь, посмотришь за окнами? Что-то не нравится мне тот местный, с которым Владислав поднялся наверх. Торстейн, Вартарра, пойдемте вместе. Втроем сподручнее будет в их дискуссию вмешаться.

— Да, пошли, — Торстейн, до этого невдалеке шатавшийся по кабаку, поближе подошел к остальным. «Интересно было бы залезть в ту шахту и вытащить пару скелетов драконов,» размышлял он до этого.

— Ладно, проверю… — Вздохнул дракошка, увильнув уже в дверь.

Тихо проходя над окнами, он заглядывал в каждое, но он столкнулся с новой проблемой — некоторые были зашторены, а там уже только гадай, бьют там кого-то или что похуже… — Хм, беда… — Мамору лишь начал прислушиваться, стараясь уловить хотя бы храп или хриплый голос Владислава.

Повезло, что в нужное окно можно было заглянуть беспрепятственно. Священник поднимался из-за стола, вертя в руках толстую, но не слишком широкую книгу, будто раздумывая, брать ли её с собой или оставить на месте. Второго человека в номере не наблюдалось. Взбираясь на второй этаж, остальные тоже никого ни в коридоре, ни на лестнице не заметили. Принюхиваясь, дракошка уловил знакомый скверный запах. И правда помолившись, он просунул мордочку в одно приоткрытое окно, как увидел знакомую макушку.

— Старик! Ты возвращаться к нам собираешься? — С легким рычанием говорил клыкастый, недовольно скрипя. А как навалился на окно с треском разломил случайно раму и стекло, упав на пол перед священником… — Рых…

Услышав треск, Торстейн навострил уши и произнес:

— Вашего святого отца придётся выручать…

Тихо выругавшись под нос, Асвер выдернул из ножен кукри и метнулся вверх по лестнице, а затем по коридору. Определить, из-за какой двери раздался треск, было несложно, и в этом очень помогло описание кабатчика. Рывком распахнув дверь, Асвер увидел… лежащего на полу Мамору и ошарашено замершего священника с пухлым томом в руке. Второго человека в номере не было.

— Так, и что это было? — недовольно спросил Асвер, убирая клинок в ножны.

Вартарра догнала Мамору, но было поздно, и золотистый дракон уже успел сломать стекло. Серая устало выдохнула и беззлобно заключила:

— Отлично. Мы… нашли его?

Едва не выронив том из рук, Владислав перекрестился, отступая от рухнувшей перед ним золотистой туши. Потом открыл кожаный фолиантик, немного полистал и зачитал:

— «Паки поят Его диавол на гору высоку зело, и показа Ему вся царствия мира и славу их, и глагола Ему: сия вся Тебе дам, аще пад поклонишися. Тогда глагола ему Иисус: иди за мною, Сатано: писано бо есть: Господу Богу твоему поклонишися и Ему одному послужиши».

Захлопнув Библию и убрав её в карман подрясника, отец обернулся к набежавшим в номер попутчикам:

— Пока что это не я к вам, а вы ко мне возвращаетесь. Или координаты условного места встречи, куда и культист с повозкой и охраной заявятся, уже запамятовали и вы решили у меня переспросить?

— Ах ты ж… — Вздохнул Мамору, встав на лапы от отряхнувшись от стекла. Обошлось пока без ранений. Они его тут ищут, а он относится к делу проще некуда! Но создав такой шумок, лучше бы им уйти отсюда…

— Нет, решили, что идти надо всем, и по возможности несколько раньше срока, — покачал головой Асвер, застегивая на рукояти клинка фиксирующий ремешок, — Не внушает мне доверия этот торговец, есть опасения, что он готовит нам ловушку. А придем мы чуть раньше — или не успеет, или чем-нибудь себя выдаст.

— Я вас не просил меня разыскивать. — сказал священник. — Даже наоборот, просил убраться куда подальше. Много нового узнали о деструкторах и их артефактах?

Не рассказавший по большому счету ничего нового про интересующую его путников тему Торстейн так и стоял в сторонке, и с интересом выслушивал ответ. В его внутреннем кармане плаща лежал дневник с всеми известными знаниями о деструкторах записанными из множества книг, но он пока не хотел показывать свои записи не особо знакомым ему личностям. Не выдал этого Торстейн, даже ведя не слишком оживлённую беседу с новыми знакомыми, ожидая назначенного времени похода, но накопленные им знания действительно имели некоторое практическое применение. Например, деструкторы даже в пределах одного Храма продолжали подразделяться на отдельные секты и враждовать друг с другом, а деструкторы рангом повыше наблюдали за этим как за «здоровой конкуренцией». Возможно, будь Храм Первородного Зла так же тоталитарен и целостен, как Храм Тьмы, навопоклонники с большей вероятностью выдержали бы осаду и даже перешли бы в наступление, оскверняя города Нашара массовыми жертвоприношениями ради очищения Вселенной и возвращения её в первозданное гармоничное состояние. Скорее всего, в Храме Всепоглощения было точно так же, определённо можно было ответить, лишь посмотрев на его структуру изнутри. А ещё почти наверняка на самом верху иерархии там имелся нав. Навов Торстейн никогда не видел, а слухи о них ходили самые разнообразные, в том числе — что это вовсе не биологические живые организмы… Если бы удалось провести вскрытие нава, или хотя бы пронаблюдать за живым объектом, то за статью по результатам исследования… Как минимум, она могла бы стать началом новой науки!

— Пока не особо, но на безрыбье и комар — мясо, — Асвер бросил на Торстейна задумчивый взгляд. — Уже можно прикидывать, чем здешние деструкторы отличаются от тех, кого уже разогнали гайдуки в других краях. И еще, Владислав, где твой спутник? Кабатчик сказал, что ты встретил какого-то человека, с которым вел разговоры. Много удалось выяснить для выполнения задания?

— Вот как? И чем же? — Владислав прошёл до окна, бесцеремонно перешагнув через лапу встающего Мамору. — Старикашка? Он уже ушёл. Кстати, за окно, я полагаю, вы тоже знаете, чем платить?

— Потому, надо валить. — Мамору без дальнейших лишних слов схватил зубами Владислава за одежду и выпрыгнул с неразговорчивым священником в окно, таща его на место встречи.

Солнце только ещё начало подходить к горизонту, постепенно торговцы закрывали свои лавочки, а вот рядом с таверной, наоборот, улочка становилась оживлённее. Поначалу на возню обратила внимание лишь пара-тройка зевак, поржавшая над драконом, что не справился с балансом и перекувырнулся с крыши в окно неудачливым акробатом. Но вот когда тот же дракон вылетел наружу с батюшкой, орущим слова куда более древние, чем прописаны в богослужебных книгах, а следом за ним, хрустя осколками под лапами и ботинками, выпрыгнули ещё двое драконов и страшно худой, но неожиданно ловкий человек, из простого балагана зрелище начало походить на настоящее преступление.

— Дожили! — Рявкнула Тарра Асверу, хватая Торстейна под мышки по примеру более сильного товарища. Впрочем, даже более лёгкий человек был для неё значительным грузом в полёте. — Нас же разыскивать начнут?

— Так мы на спецзадании, местные службы в курсе, — обнадёжил Асвер её. Но сам призадумался — вряд ли насельские гайдуки предупредили коллег по всему Нашару «своих не трогать». А даже если — бюрократическая скорость рассылки подобных циркуляров в Нашаре — параметр неизвестный. Впрочем, хозяин кабака кое-какие средства все равно получил. Пусть энергии в том кристалле было сильно меньше, чем в том, который глава гайдуков Насела выдал на текущие расходы, но его вполне хватило бы на починку не таких уж и серьезных разрушений.

— Сегодня не Рождество, чтоб меня бесы по воздуху катали! — орал Владислав в перерыве между не самыми благочестивыми словами.

— Да что с вами всеми, приспешниками Иуды, творится?! — священник с глазами навыкат взирал на похитителей, когда его соблаговолили поставить на землю. — Вместо того, чтобы хоть как-то помогать в деле, которое нам поручили, вы, словно безответственные дети без святого учения, начинаете в угоду собственным прихотям творить такие же безответственные поступки! Я вас, спрашивается, где просил меня ждать? Где?! А? Мало того, вы, свиньи неблагодарные, ещё и относитесь ко мне как к пустому месту — к тому, кто пытается делать хоть что-то! Чем я заслужил от вас такое отношение? Ряса моя вам бельмо на глаз положила? Я для чего вам нужен? Мои советы вы не воспринимаете, относитесь как к умалишённому, хотя сами!.. В команду тащите непонятно кого — да любой адекватный мужик, пойманный за ворот на базаре, уже давно бы покинул нас втихаря, если у него нет тайных целей; новой информации не добываете, привлекаете ненужное внимание, учитывая, что вы натворили на базаре и в корчме — два похищения за полдня! — с вашей разнарядкой уже половина местных гайдуков, ужаленные под зад, должны сновать по всей деревне и окрестностям, так, мало вам, ещё и хамите без надобности!.. Как мы теперь с вами, идиотами, с повозкой посты проедем?!.. — Владислав, тяжело дыша, немного отошёл. — О, всеблагая Матерь, дай либо им ума, либо мне силы… Я не собираюсь с такими спутниками, что даже не извинились до сих пор, продолжать сей поход. «Блажен, иже не идет на совет нечестивых» — если считаете себя самыми умными, храбрыми и отважными, зачем я вам нужен?! А вы мне?!

— Владислав, не шуми. Всех нас порой «заносит», — Асвер, несмотря на слова, раскаяния не испытывал. Но священник был формальным руководителем экспедиции, а выполнять работу простого охранника, не лезущего в политику и стратегию, было все-таки несколько проще, чем руководителя. — И ещё, твои речи привлекают к нам никак не меньше внимания.

Вартарра на секунду оторопела, как только священник начал свою ругань, но тут же принялась нехотя слушать. В целом, драконесса была солидарна с Асвером, да и сейчас ругаться с командой не хотелось.

— Давайте успокоимся. Мы все стараемся делать хоть что-то и явно не желаем зла друг другу.

— Меньше бы перечитывали свою священную книжицу с своими коллегами в кабаке, может чего и услышали нового, — простодушно ответил человек, после оглядывая местность, к которой притащили его драконы. Заметив, птицу, странно прикрикивающую в такт взмахам крыльев, он достал какую-то потрепанную то ли тетрадь то ли блокнот и принялся что-то зарисовывать и строчить карандашом по помятым листам, посматривая и ухмыляясь на улетающую восвояси птицу в чащу за холмом. Серая с тенью улыбки глянула на Торстейна, быстро делавшего зарисовки. Вартарре тоже сейчас не помешало бы почиркать что-нибудь у себя в блокноте, однако ни настроения, ни сил на такое уже не было.

— Не желаем… — пробубнил священник, поворачиваясь едва слышно гудевшей на вечернем ветру колокольне. — Не желаем… Но и взаимоуважения от вас не дождёшься. Я иду исполнять свой долг. Мученический венец — это высшая награда, но он ничего не стоит, если заработан по дурости, а не из самоотверженности, и тем более по дьявольской случайности, если кто-то в кого-то врезался. Гайдуки нас просто оштрафуют или посадят, а деструкторы придумают наказания серьёзнее и интереснее для раскрытых лазутчиков. Поймите хотя бы это. Я не пойду в разведку со лживыми лицемерами. Вы мои проповеди терпеть не можете, осознал — это повод меня мешать с грязью? Как мне на это реагировать, с вашей точки зрения? До Иисуса Всепрощающего мне далеко. Возможно, будет безопаснее для нас разделиться даже чисто из логических соображений, не затрагивая такие высокие материи, как мораль, которую вы всё равно не применяете ко мне даже как к человеку. С таким отношением вы все — смертники, идущие на убой. Хотя, быть может, вы и проживёте среди деструкторов на день дольше меня, поведение у вас похожее.

По счастью, не было сейчас вокруг никого, кроме спугнутых птиц. Солнце уже наполовину зашло за скалы, что начали отбрасывать длинные тени на реденький лес и холмы, а разрушенная часовня на дальнем холме окрасилась в розоватый цвет в тон облакам. Вдали на пыльной дороге подкатывала к ней от деревни повозка, сопровождаемая еле различимыми отсюда фигурками.

После долгой речи священника, которая немного дополнила суть цели путников, Торстейн решил обратить внимание всех конфликтующих на приближающую повозку:

— Вроде, это ваша телега движется сюда? Вы там говорили о возможных проблемах связи с сопровождающими, значит, надо быть наготове? — произнес человек, убирая записную книгу в карман плаща и прищуриваясь, чтобы лучше разглядеть повозку и идущих рядом с ней.

— Ну, вроде наша, — согласно кивнул Асвер, приглядываясь к силуэтам, уже не очень хорошо видимым в сумерках. — Владислав, — сделал он паузу для привлечения внимания священника, — Если считаешь, что можешь — командуй. Сам без приказа действовать буду лишь тогда, когда мне или кому другому из нашей команды попытаются навредить. За себя ручаюсь. Уважаемые, — окинул он взглядом остальную команду, — Вы что скажете?

— Скажу, что для этого стоило святошу вытаскивать, — Мамору вообще считал себя той паинькой, а случай с окном он даже не брал на свой счёт. Так что, ему лишь бы услышать приказ, а остальных в беде и так не бросит.

— Буду надеяться, что подобные нападки не возобновятся, — резюмировал Владислав, пошагав через лощину к холму. — Этого я от вас жду, а не принятия лидерства.

Тала в повозке, из которой он продукты так и не выгрузил, сопровождали ещё четверо — кракалевн с оторванными крыльями, антропоморф с мордой гиены, здоровенный мускулистый человек и рыжая девушка-мутант с завитыми рогами, единственная, кто открыто носила охряную робу жрицы-деструкторши. Сам торговец приостановил впряжённую тройку дилов, сошел с козел навстречу подходившим и подлетавшим к нему «единоверцам». С наибольшим сомнением Тал поглядел на Торстейна, но не сказал ничего по его поводу, только оглянулся на рогатую даму. «Что-то этот торгаш там глядит с сомнением,» немного прихмурившись, Торстейн засунул руки в карманы брюк, стоя позади священника, к которому жрица спрыгнула с повозки, махнув чешуйчатым хвостом, больше свойственным драконам, чем людям.

— Нет чего-либо, кроме Ничто.

— А Ничто Хъесепетецкор уничтожит, — ответил ей Владислав, едва заметно дрогнув глазом. Даже в богохульстве у деструкторов не хватило фантазии, кроме как переделать приветствие Темных под свои извращенные вкусы. Была-то фигня сатанинская, а стала ещё и безвкусица.

— Наврали про статую? — Облегчённо выдохнул силач, стирая с лица воображаемый пот. — Что хоть надыбали?

Асвер бросил беглый, совершенно незаметный со стороны взгляд на Владислава. Священник имел вид спокойный и уверенный, и явно был готов дать ответ. «Если он не хочет, чтобы мы выдавали себя — хорошо, я не надорвусь сыграть роль простого охранника» — подумал пепельный дракончик.

— А это не вам знать положено, лишь господину Накуенту, — Владислав вытащил из кармана с Библией письмо, найденное ещё на электростанции. Странно, на святое писание деструкторы не отреагировали, а прыгающий почерк узнали — и заскрежетали зубами да жвалами. — Меня к нему лично и сопроводите. И только посмейте перебить моих спутников, они это сделают раньше вас. Особенно сын бога грома, волей Хаоса неуязвимый от атак с флангов, — кивнул бородой на Мамору.

— Сажайте капусту, — бросил Тал сопровождающим, возвращаясь на помост кучера. Асвер подумал, что это была кодовая фраза, но шмыгающая разнородная троица выполнила приказ буквально, взяв из-под рогожи лопаты и принявшись зарывать хлеб, овощи и вяленое мясо прямо в дорогу.

«Записка?.. Что же их связывает с деструкторами?..» Когда незнакомцы начали освобождать телегу, юноша подумал, что все же может ему и удастся хоть немного подремать впервые за пару дней. На кочки разбитой дороги, уходящей вдаль от города, было уже всё равно. Асвер, хоть и держал на морде флегматично-непроницаемое выражение, мысленно пытался вычислить, чего же пытается добиться торговец-связной. Смутить, запутать? Возможно. Принести своеобразную жертву местным духам леса? Вряд ли, хоть Асвер пробыл в Нашаре всего несколько дней, но успел заметить — такие действия вовсе не в характере что темных, что других народов.

— Кого подкармливать собираетесь? — с минимальным интересом в голосе спросил пепельный дракончик, — Или «заначку» на возвращение оставляете?

— Ещё и издеваешься! Лучше бы помог!

— Не опускайся до чёрной работы, — повелел Асверу Владислав, сам огорошенный безумием этих типов, но пытавшийся сохранить самообладание, — хаотично трясущиеся лапы убьют меньше врагов, чем прицельный выстрел навскидку. Мы уже своё откопали.

Торстейн заинтересованно сверкнул глазами, наконец привлекая своё внимание к нелогичным для всех, кроме изучавших разрушительные секты, действиям:

— Продукты обычно едят, это в порядке вещей и поддерживает существование разумных существ. Если потратить еду зазря, зарыв её на дороге, где она никогда не пойдёт в пользу даже как удобрение, живые существа раньше умрут от голода, приближая конец Вселенной. Только вот слишком долгое это действие…

— Хъесептенецкор узрит наши старания, — хаосистка поднялась обратно в повозку, приглашая и остальных, когда бедняги-сопровождающие уже притаптывали грунт поверх провианта. — Или вы бы предпочли на этот раз кровавую жертву для успеха нашей поездки? Уже темно, самое время для отбытия в Храм.

Асвер только покачал головой. На телеге ехать было бы не так тяжело, как идти пешком, но за путь на своих двоих было, по крайней мере, два весомых аргумента. Первый состоял в том, что сидящий в телеге разумный более расслаблен, в сумерках у него всех мыслей — «как бы так вздремнуть, чтобы командир не заметил?». Пылящий лапами по дороге этих мыслей не имеет, ибо спать на ходу тяжеловато, он бодр и готов как к попавшему под лапу камню, так и к вылетевшей из леса птице или пущенной из лука стреле. Второй же аргумент заключался в том, что Асвер за несколько лет в Клане успел привыкнуть, что ездить приходится или в дворянских каретах, или на карбюраторных грузовиках. Что первые, что вторые были оснащены минимум рессорной подвеской, дополненной гидравлическими амортизаторами. У телеги деструкторов не было даже подшипников на осях, кои крутились просто в отверстиях в продольных досках-лонжеронах, иногда негромко поскрипывая, и такая альтернатива не привлекала никак.

В кузов забрались в основном люди, да ещё Вартарра, решившая наконец отдохнуть после муторного дня. Мамору продолжил идти по другую сторону от повозки, кракалевн замыкал, а Тал Чамиш вёл дилов вопреки сгущающимся сумракам. Стоило отбыть размахов на тридцать от условленного места, как на закопанные в землю куски мяса налетела шестёрка падальщиков, пернатых полуптиц-полукопытных. Жрица сняла с пояса баночку с режущей глаза фосфоресцирующей случайными цветами жидкостью, метнула её в сторону крылатых зверей. Снаряд пролетел куда дальше, чем должен был, приземлился прямо посреди распуганной стайки, разбился и сверкнул искристой пылью.

— Слабо жахнула первоматерия! — Заржал гиена. — Их даже не мутировало!

— Вторую могу на тебе опробовать, — показала рогатая ещё одну банку, и антропоморф испуганно замолчал.

До гор тряслись по ночным кочкам, наверное, полгоризонта — в темноте и тем более усталости не скажешь. Там пришлось оставить гужевой транспорт, Чаммиша и его компанию, а вот рыжая осталась в проводниках.

— Вы ночью спите, что ли? — Оглядела она усталую компанию.

— Ещё бы, днём спать не безопасно! — Буркнул ей священник. — Какой уважающий себя злодей спит днём? Веди нас уже, Вергилий чёртов.

— Попрошу обращаться к Весталке Всеопаляющего Пламени уважительнее, — жрица снова достала баночку и угрожающе сжала её в тонких пальцах. — Если поручение лично от Беспричинного Отца Накуента и позволяет тебе помыкать мною, то права злить меня тебе никто не давал!

— Какая ирония, — шепнула Вартарра Асверу и Мамору.

— Права у порядочников, у деструкторов лева… левы… львы! — Владислав первым полез вслед за «весталкой», приподнимая края рясы и всё равно спотыкаясь о камешки.

Торстейн только насмешливо хмыкнул на потуги деревенского попа пародировать философию секты. Впрочем, он и сам рассчитывал поначалу встретить нечто более утончённое и близкое к академическим описанием обрывков обрядов, найденным в запасниках библиотек. Но на то, что в самом храме такие будут, надежды он не терял, ободрённый живописным светом Лиики на скалах. Зелёная луна своими отсветами превращала горы пхв почти подводный мистический пейзаж, и редкие звёзды пустошных светлячков добавляли таинственности картине.

Уже вконец отбив себе подошвы, процессия добралась до спуска в естественную пещеру с тщательно обработанным и выровненным полом. Асвер нагнулся даже, чтобы рассмотреть его повнимательнее. Эрозия подточила камень у самого входа, а в глубине он сохранил неестественную для известных ему камнеобрабатывающих механизмов гладкость — гранит будто отлили, как бетон. В конце короткого грота — деревянные врата под аркой с розеткой в виде ухмыляющейся морды. За створами — уже полностью вытесаный в граните и базальте зал, освещённый факелами в держателях под проржавевшей проводкой и разбитыми плафонами ламп. По обсидиановым плитам стелился длинный ковёр — почти гобелен по детализированности сцен возлияний и и извращений, совершаемых вперемешку разумными расами и навами.

Вартарра с предельной осторожностью последовала в пещеру, следуя четко за Асвером и другими более опытными товарищами, молча оглядывая сооружение. Её немое восхищение внутренним убранством храма полностью отражалось в заинтересованном взгляде и блеске красных глаз. Асвер с тщательно скрываемым интересом оглядывал обстановку пещеры. Уже не в первый раз он жалел, что не прихватил с собой не то, чтобы пленочный, но даже и простенький цифровой фотоаппарат. Пейзажи в пути попадались красивейшие, аборигены — уникальные и очень колоритные. Повесить на стену комнаты распечатанную на оптической установке фотографию горных пиков или базара Расторга…

— Ох, бесовщина какая! — Владислав с довольным тоном задрал голову. — Лепота!

— Ты что, Дунрат, в первый раз тут? — поморщилась на него полудраконесса. — Если груз у тебя, идём к Вратам Огня и покончим с этим пораньше. Твоя свита пусть пока отдохнёт в своём Стихийном Храме или попросит какой-нибудь из них себя принять.

— Если честно, назад не ждите, — обратился Владислав к товарищам на полном серьёзе. — Расфигачте им тут всё, как умеете, и поручивший нам задание Хъесептенецкор вас наградит даже побольше, чем меня. Вобщем, Бог с вами.

Заявление Владислава вмиг заставило Тарру помрачнеть. В самом деле, они прибыли сюда по серьёзному делу, а не рисунки на коврах рассматривать.

— Не подведём, — тихо пообещала она и обернулась на товарищей, ожидая дальнейших указаний.

Мысли о фотоаппаратуре отвлек уход Владислава и его же слова о том, чтобы «обратно не ждать» и «расфигачить все». Отвлекшийся на осмотр обстановки дракончик этот момент упустил, поэтому лишь неопределенно кивнул в ответ. Еще вызывало некоторое замешательство имя, которым местная назвала священника. Не будучи уверенным — а признаться откровенно, банально подзабыв — это ли имя было прописано в перехваченном гайдуками Насела послании, чешуйчатый турист для себя решил в присутствии настоящих деструкторов обращаться к священнику «шеф» или «командир».

— От вас шума больше, чем от стада ормутантов, а у них по четыре пасти на двух головах, и очень мерзкие голоса, — внезапно раздался голос их случайной знакомой, которая быстро вышла из глубины храма. Зелёный плащ антро сейчас выглядел более тёмным, чем шерсть Воплощения. — Ваша гремящая повозка привлекла внимание семи уродов, из которых я смогла отрубить голову только одному. — Эрна прицепила меч к поясу и встала перед драконами. — Не удивляйтесь, хватит и того, что вы меня удивили. Не видела такой странной компании, не закреплённой обязательствами или общей работой, — она чуть улыбнулась недоумению, возникшему в глазах драконов. — Но вроде вы не желаете гибели этому миру, потому я и вас должна от смерти спасти.

Завороженный огромной залой-пещерой разум немного прибодрился, и Торстейн после ухода Владислава с Весталкой решил немного пройтись по мрачноватому помещению, вселявшему восхищение, но в то же время какой-то забытый первобытный страх. Эрна проводила глазами высокого и худого человека, что углубился в анфилиаду стрельчатых арок, рассматривая со смесью заинтересованности и страха барельефы и гобелены с демоническими тварями одна омерзительнее другой. Кивнув остальным, пошла вслед за Торстейном, как прогуливающаяся хозяйка вслед за спущенным с поводка на свободную прогулку брехом или как риэлтор за клиентом, что только любуется жильём и никак не может признаться, что тысячу душ на покупку особняка не готов потратить. Оставшаяся троица, попрощавшись с Владиславом, последовала за ней как за единственной, кто ориентировался в этом мозголомном пространстве путаных переходов и залов.

Шаги Торстейна становились быстрее, когда он увидел впереди более яркий свет и услышал отзвуки хора, что исполнял нараспев те гимны и антифоны, которые молодой исследователь раньше встречал лишь в письменном виде, без нот и зачастую в неполных отрывках. Вместе со всей компанией он вышел в ещё более обширный зал внутри скалы, выложенную белым, отполированным мрамором с серебряной окантовкой между плит. Перед громадной статуей, изображавшей ураган, играющий разорванными телами людей и драконов — эта скульптура, казалось, едва не падала и не раскалывалась из-за обилия выступающих частей и общей формы перевёрнутого конуса — высился кубический помост с алабастровым алтарём на высоте размаха. По его ступеням из небольшой толпы собравшихся культистов взбирался низкий, полный и лысый человек, торжественно держащий в раскинутых руках хромово сверкающую трубу и дымящее кадило, больше похожее формой на небольшую палицу. За алтарём стоял другой жрец, держащий над головой два больших птичьих яйца, одно покрашенное в алый, другое в чёрный цвет.

Асверу и Вартарре стало дурно в этом зале, и они сами не мог понять, почему — может, от запаха фимиама, или от слишком резкой акустики, но сам вид обряда их отчего-то коробил, напрягал и даже суеверно пугал. Или не до конца ещё отбилось магическое чутьё, и особенно мощные ритуалы ощущались и производили своё впечатление?

— Мировое яйцо яви являю! — тонко прогнусавил жрец сверху, потрясая красным яйцом, а потом и чёрным. — Немирного яйца нави наваждение вкупе!

— Да столкнутся бытие и небытие… — пробасил протяжно жрец на ступенях и дунул в трубу. У кого была шерсть — встала дыбом, у кого кожа — пошли мурашки, чешуйчатых просто передёрнуло, как от трения стекла о стекло. Стоявший сверху ударил яйцами друг о друга, чёрное треснуло и протекло.

— Яйцо Костей Его, — прошепелявил жрец, кидая осколки и ошмётки на курильницу алтаря. Она начала исходить тяжёлым сизым дымом, собиравшемся в неверное подобие массивной, в два человеческих роста или в полтора драконьих, размытой фигуры со впалыми дырами глаз и ненасытным ртом.

«Раз в год русские выясняют, у кого крепче яйца» — невольно вспомнил одну старую шутку землян Асвер. Но все-таки надо было что-то делать! В голову ничего не приходило, и единственным сценарием действия было следование приказу Владислава.

Легким движением открыв затворный рычаг (хорошо смазанный механизм лишь едва слышно прошуршал) Асвер начал проворачивать барабан. Пули были в основном стандартные, две бронебойки… и одна, заговоренная на смертельную рану. В отличие от молодых инженеров Сэмэна, эльфу, занимавшемуся эргономикой и специальными пулями, доверия было значительно больше, так что пепельный дракончик смело поставил камору с первым бронебойным патроном перед стволом, закрыл затворный рычаг и тихо произнес:

— Мамору, подсади.

— Асвер, у тебя в руках будто десять драконов, така мощная вещица… — Тот без лишних вопросов сложил передние лапы в замок и чуть присел. Асвер встал в сложенные лапы, а когда более крупный дракон выпрямился, вскинул карабин и выпустил пулю в лоб жрецу. Быстро качнув затворным рычагом, свалил так же в лоб помощника главного жреца навел ствол уже на клубящееся над алтарем марево.

Хлопки выстрелов оборвали всю мерзостную какафонию, наступило мгновение тягостной тишины. Жрецы грузно рухнули на пол, их нечестивые молитвы оборвались кровавым отхаркиванием, а потом люди умолкли навеки, оставшись лежать продырявленными мешками плоти. Звякнула о мрамор труба, из кадила рассыпались стынущие головешки ладана. Угрожающий дым над алтарём развеялся клочьями прежде, чем Асвер толком в него прицелился, и под взглядами обернувшихся на шум деструкторов метнулись к осквернителям церемонии, влез им прямо в глотку и ноздри. Воздух сразу стал пустым и удушающим, не важно, как сильно пытались откашляться жертвы призванного демона. Они ещё пытались отбиваться от навалившихся на них жрецов, но постепенно потеряли сознание.

Хрен пойми когда фиг знает где

Когда они очнулись, то даже не поняли сразу, живы ли ещё или умерли, настолько странной, чуждой и ломающей мозги воспринималась окружающая действительность. Металлическая камера, где они оказались, лишённые вооружения, имела форму замкнутого кольца. Не успели драконы и человек придти в сознание и подняться, как из-за поворота плавно и быстро пролевитировал робот — точнее, верхняя половина робота: угловатый торс, голова с тремя визорами и гривой проводов, две длинных конечности с угрожающим инструментарием. Робот не останавливался и не оставлял особого места, чтобы пленники блестящего тора уступили ему дорогу, а нёсся, как антигравитационный поезд, по кругу механическим грызуном в колесе.

— Кто вас послал убить Верховного жреца Храма Воздуха? — почти под "потолком", верхней частью тора, имелось прозрачное поблескивающее окно, через которое была видна голова черношёрстой мохнатой драконессы с соломенной гривой, в длинные пряди которой были вплетены перья и косточки. Нижнюю часть окна загораживал отрез грубо выделанной шкуры, на которой она готовилась делать записи.

— Никто не посылал нас на убийство, — отозвался Асвер, поднимаясь на лапы и начиная отходить от приближающегося робота.

Конечно, существовал способ уйти от ответственности за двух убитых жрецов, занимавших далеко не последнее место среди деструкторов. Официально этот способ описывался длинной и сложной фразой, но даже создатель в обиходе называл его проще. Эвакуатор. Резкий хлопок по левому плечу, пара мысленно произнесенных слов… или сложная, так же мысленно произнесенная фраза — и вживленная в ауру структура вытянет обладателя в родной Хорриан, на сигнал специального маяка. Но уйти так — означало бросить товарищей, поэтому чешуйчатый турист задвинул мысли об эвакуации подальше.

— Прости, мировидная железка, это тебе лучше ответить на наши вопросы, пока последняя ампера не покинула твое тело, — Мамору подошёл ближе, показывая свои шипы и искрясь золотистым током, стараясь не задевать остальных.

Вартарра пришла в себя примерно в то же время, что и остальные. От блеска металла болезненно резало в глазах. Тарра судорожно поправила слетевшие с переносицы очки, кажется, чудом уцелевшие, и боязно обратила свой взгляд на задавшую вопрос персону, однако секунду спустя повернулась на Мамору.

— Не надо… — тихо проговорила она, понимая, что агрессией дело не решить, ведь вся команда сейчас не имеет особых преимуществ.

Торстейн очнулся немного позже драконов, будучи человеком, он отличался от драконов слабостью внешних покровов тела, чешуя всё же более надежнее покрывает внутренности, чем кожа. Да и в общем плане драконы более выносливые. Очень невнятно, лишь придя в сознание, он неразборчиво произнёс:

— Что происходит?! — Голова раскалывалась и мешала думать, тело ломило и болело, немного тошнило. Потихоньку он начал отходить и осматриваться, приметив сверху окно.

И немного тихо, слегка хрипя произнес: — Вы же понимаете, что мы не одни здесь с роботом находимся, не стоит резко выражаться, когда за всем следят другие жители храма…

— Грх, ладно, уговорили. — Мамору поджал к себе крылья, мигом перестав искриться. Спокойно сел и зыркал на робота, даже принюхался.

Механизм едва успел вовремя затормозить, чуть ли не врезался в дракона, немного отступил от него, изучая окулярами холодно, но внимательно.

— Неавторизированый персонал, покиньте внутреннюю камеру реактора, следующий запуск через… — не договорив, робот развернулся и полетел в обратную сторону закольцованного коридора.

— Ого… Он умеет болтать… — задумчиво пробормотала драконесса за окошком, записывая что-то на шкуре. Но потом вернулась к допросу. — И он куда разговорчивее вас! Отвечайте правду, если не желаете, чтобы я вас на него натравила. Рррх… Его на вас! Начальник стражи сказал, что вы прибыли со жрецом из Внутреннего Фейна, и что он поручил вам всё тут разнести. Это ума того жреца дело?

— А я почем знаю? — постарался убедительно сыграть недоумение Асвер, — Я в чужие мысли залезать не умею. В конце концов, выловите этого жреца и тоже допросите!

То, что Владислав отсутствовал в камере, было, с одной стороны, хорошо — священник, не особо сдержанный на слова, вполне мог подписать всей команде смертный приговор одной неосторожной фразой. С другой же стороны — вполне может быть, что его тоже отловили и сейчас допрашивают где-нибудь неподалеку, чтобы сравнить протоколы и выяснить, кто заказчик, кто командир а кто — исполнитель.

— Хаос и разрушение должны твориться во всем мире, даже внутри храма, — все таже сидя на полу, и приложив руку к лбу в полусознании проговорил человек

— Согласна! — Крикнула самка так, что едва не задребезжало стекло, способное, наверное, выдерживать даже энергетические атаки. — Поэтому вы ещё живы. Признаюсь, если бы Фачиша не убили вы, я бы предложила это сделать вам сама. Мне просто любопытно, что именно вас сподвигло на подобные мысли.

Робот, облетевший короткую петлю, вернулся к пленникам с другой стороны, на этот раз едва не сбив с лап Вартарру, что чуть не потеряла очки.

— Не… покиньте? — робот прожевал часть прошлой вразы чуть ли не с вопросительной интонацией.

— Покажи, где выход, — тихо, но требовательно сказал роботу пепельный дракончик. Уверенность, что всю компанию законопатили в помещение, вовсе не принадлежащее деструкторам, крепла с каждой секундой. К счастью, черная драконесса не услышала, очень уж была занята своим монологом. Ну что же, надо ее отвлечь от действий группы. — Лично мне рожа его не понравилась. Очень уж паскудная, — громко произнес Асвер, переведя взгляд на драконессу.

— В самом деле, — кивнула Асверу Вартарра, поправляя очки, которые вновь надоедливо скосились на переносице, а вина тому — маневры робота. — Хмурая морда, и не поймешь, чего у него там в голове то…

Откровенно говоря, Тарра и сама не понимала, что несёт, зато понятно было то, что разговор способен отвлечь черношерстную,

— Но что предложишь с ней делать, Асвер? Одной болтовней от нее не отделаться… — Мамору шептался пока с пепельным, стараясь наоборот не смотреть в сторону темной драконихи.

— Она явно не знает всех свойств этого места, — так же тихо ответил Асвер, внимательно осматривая камеру на предмет разных полезных вещей.

На глаза, как специально, ничего особо не попадалось, а взрывать стенку хлоратитом, который вместе с детонаторами деструкторы по какой причине (скорее всего, банально не поняв, зачем нужны серые бруски с отверстиями, завернутые в серую же бумагу) оставили в подсумках наравне с разной мелочью было нельзя — ударная волна обогнула бы центральную колонну и контузила бы всех присутствующих.

— Так что будем ждать, что ответит этот робот. Завис он, что ли? Почему не реагирует?

— Рухлядь старая, Асвер… Я предлагал его сломать, но не-ет, вы пожалели… — Мамору чисто от легкой вредности это сказал с усмешкой.

— Еще неизвестно, на каком источнике питания он работает. Если литиевые батареи — то может взорваться не хуже наступательной гранаты, никак не спрячемся. Ну и опять-таки, он требовал покинуть зону — значит, должен знать, как это сделать.

Механический шкаф действительно завис посреди коридора, перестал летать туда-сюда, возможно, внимательнее присматриваясь к четвёрке или сканируя её. Хаосистка за стеклоподобным прозрачным окном привстала, пытаясь расслышать, что происходит внутри камеры и о чём там болтают, сговариваясь даже не за спиной у неё, а прямо на виду.

К облегчению Асвера, робот действительно оказался разумнее, чем выглядел на первый взгляд. Мало того — достаточно сговорчивым, что буквально вывело из безвыходного положения пленников деструкторов. Длинный манипулятор выдвинулся вбок, две панели на боку тора распахнулись, открывая выход в тёмный технический коридор. Чуть ли не упала в камеру девушка со здоровенным боевым молотом, которая опиралась на эти панели, не ожидая того, что их внезапно откроют, но быстро сориентировалась, преобразовав падение в перекат. Завизжав, допрашивающая сорвалась с места в сторону двери, бросив шкуру.

— Держи ее! — крикнул Асвер, подскакивая к охраннице и повисая на рукоятке молота. Мелкий дракончик сделать для общей победы в сложившейся ситуации больше ничего не мог, только замедлить движения охранницы. Даже если она его сбросит — все равно потратит на это некоторое время, за которое кто-нибудь из товарищей по команде сумеет ее обезвредить. И точно — пока обладательница молота пыталась стряхнуть пепельного с рукоятки, Мамору обежал ее сзади и заискрившимися электрическими разрядами лапами ухватил за плечи. Асвер, хоть и заметил это, он отпустить рукоятку не успел, и получил ощутимый разряд тока. К счастью, Мамору придержал второй импульс и выдал его, только когда Асвер с тихим нецензурным стоном упал на плиты пола.

На прыгунью, правда, разряд не сильнее подействовал — стиснув зубы в почти драконьем оскале, она крутанулась на рукоятке, как на шесте, вдарив сапогом в морду Мамору. Тем временем в проёме на мгновение показалась морда и лапа крылатой деструкторши. Она забросила в заварушку какую-то полупрозрачную банку и сразу смылась. Что бы произошло, если бы сосуд с первоматерией разбился… Пожалуй, что угодно, от взрыва ядра планеты до появления сотни цветастых бабочек. Этого никто и не узнал — сосуд так и не разбился. Мамору отшатнулся, спасая от удара морду, но все равно по самому кончику носа получить успел.

И тут случилось то, чего не ждал никто, и деструкторы в том числе. Робот перешел к активным действиям. Он подлетел сзади к приземлившейся и чуть присевшей после удара девушке, которая как раз перехватывала поудобнее молот, и, схватив ее за плечи, поднял вертикально вверх, на добрых пару шагов от пола. Охранница, видимо, привыкшая к бою с человекообразным противником, ударила назад каблуком, и будь на месте робота дракон или человек — попала бы аккурат в колено. Но как раз ног у робота не было, и взмах пришелся в пустоту. Сам же робот такой демарш без ответа не оставил — сжал манипуляторы еще сильнее, так, что девушка застонала и выронила молот, и хриплым, как у старинного разрегулировавшегося магнитофона голосом, произнес:

— Попытка напа…ения на персонал. Срочно прек…тите ваши действия!

После открытия камеры, Торстейн сначала сильно удивившись произошедшему, что а так все довольно просто может открыться, сидел и вникал в происходящее. После молниеносного броска Асвера и Мамору, который впрочем превратился в немного сюрреалистическую картину, кое-как последовал в подобие коридора уже, хоть и не уверено, но держась на своих двоих. Выйдя из места заточения, он застал уже упавшую банку с первоматерией и схваченную роботом дракониху.

— Знатно нам повезло! Думаю…. Стоит прихватить эту баночку кому-то из нас с собой. Она нам еще пригодится, а эту леди отделить на большое расстояние от её молота…. И надо решать что делать дальше. А многое мы можем попытаться добыть из разума этой девицы, — человек произнёс с улыбкой, чуть ли не с оскалом, как раз в духе убийц одного из почитаемых жрецов.

— Баночку хватай, — без особых раздумий Вартарра подняла и отдала парню сосуд, — а девушку лучше оставить наедине с бронированным кавалером, они прекрасно друг другом заняты! Но к нам могут и другие подоспеть, мне этого не хочется!

Помогая Асверу подняться, Тарра влила ему в голову немного исцеляющей праны, приводя в сознание и снимая шок. Четверо выбежали в коридор, прочь из камеры "реактора", быстро огляделись — один конец его вёл в комнату, где раньше и сидела деструкторша, глядело в окно напротив целой стойки с кнопками. Другой уводил к лестничной клетке — в буквальном смысле. К решётке, за которой виднелась металлическая лестница из сплавленных трубок.

— Угум, — ответил Торстейн и взял протягиваемую баночку. Слегка повертел в руках, спрятал в внутренний карман плаща. В книгах о "интересных явлениях и веществах нашарских земель", безусловно, были главы о таких баночках, но только слова, да и то лишь о последствиях и воздействии на организмы, если бы он сейчас не находился в огромном храме, чьи чертежи нигде не были нарисованы, да и обитатели были настроены не в полне дружелюбно. Выбежав вместе со всеми в коридор, человек спросил. — Может быть, в этом кабинете присутствует нечто важное в этом кабинете, только кто разбирается в этих чертовых машинах и приборах и не запустит, нажав на кнопку режим какого-нибудь уничтожения всего живого?

— Похоже, меня этот аппарат немного слушается, — Пошатываясь и придерживаясь за стенку, Асвер выбрался вслед за остальными в коридор, — Знаете, что-то меня не очень вдохновляет лезть на лестницу, тем более без оружия. Давайте, наверное, пока в комнату, — и, подавая остальным пример, дракончик, еще потряхиваемый легкими судорогами от электрического разряда, поковылял в зал управления.

Прямо под окном были кучей свалены вещи команды, среди которых, как доска в куче штакетника, выделялся карабин. Предохранитель снят, курок спущен… Доковыляв до кучи вещей, Асвер поднял карабин стволом вверх и глянул на барабан с передней стороны. Справа — три стреляных гильзы, слева — ряд "стандарта".

— Значит, выстрелить я успел, — Асвер мельком пожалел потраченную пулю, — Интересно, в кого попал?

— О, мой платок. — Мамору вздохнул с облегчением, это ж надо было так нагло все стянуть с его шеи. — Выстрелить? Хм… Меня терзают смутные сомнения, что здесь еще парочка роботов, которые и не были рады твоей пули.

На самом деле было несколько противных запахов. Выглянув из комнаты и шагнув к другому концу к лестнице. Решётка вызывала недоверие, но Мамору думал, что за ней по этой лестнице вполне может быть и выход, если она ведет и вверх.

Вартарра напряженно оглядывала помещение, держась ближе к команде, то и дело встревоженно вздрагивая крыльями.

— Есть догадки насчет того, куда ведет лестница? — обратилась серая к Мамору. — В самом деле, без оружия туда тащиться — не выход, но вечно тут сидеть мы тоже не сможем…

— Надеюсь у Асвера еще хватит пуль, не думаю, что он бы отправился куда-либо с пустыми руками. Тем более, я отдохнувший, ни один следующий робот не будет рад встречи со мной, — Мамору отошёл назад, разбежался и боком влетел в решетку. Но конечно, с первого раза ничего не сломаешь и со второй попытки влетев в решетку, сломал прутья, упав на пол. — Ррх…

— Патронов хватит, а кого можем и гранатой приголубить, — Асвер, практически уже унявший дрожь пальцев от удара током, откинул барабан и начал вытряхивать стреляные гильзы. Не на пол — в один из подсумков, так же оставленных деструкторами на теле. Только непонятно, почему — шейный платок с Мамору они сняли.

Места стреляных гильз в барабане заняли два патрона с бронебойными пулями и один "стандарт". Защелкнув барабан, Асвер выставив патрон со стандартной пулей напротив ствола и закрыл затворный рычаг. Спустив курок, отставил карабин к пульту. Сам пульт был в очень хорошем состоянии — на удивление. Было немного пыли, но не было обломков, вскрытых панелей и выдранных, и даже аккуратно отвинченных приборов. Все было на месте. Дракончик подошел к центральной части пульта и щелкнул несколькими кнопками, показавшимися наиболее привлекательными. Засветились несколько экранов, начали вяло перемигиваться с десяток лампочек. Некоторые кнопки были подписаны на странной вариации праговора непривычным шрифтом — впрочем, даже если выходило разобрать банд-руны и вычленить слово из мешанины связанных друг с другом букв, большинство этих слов оставалось загадочными — либо слишком не к месту, вроде "четвёртого контура баранки", либо просто непонятными, как "энергонный инжектор". Заставки дисплеев были немного понятнее — абстрактные крутящиеся символы быстро сменились мигающими схемами и картой ближайших помещений.

— Так, давай я попробую, господин крылатый таран, — после того, как Тарра приложила целительную лапу уже к боку Мамору, самка подошла к Торстейну, — не соизволите ли, уважаемый, обратно баночку? Я на минуту, и постараюсь весь состав не тратить. Первоматерия хорошо разъедает вещество, можно на решётке попробовать… — Но потом вместе с человеком засмотрелась на дарканский компьютер. — Вот это вещь! Интересно, она на весь комплекс такая или только на эту комнату? И можно ли её контролировать без варета? Наверное да, раз навам удалось захватить эту базу, а хаосисты могли открывать и закрывать двери в камеру. Кстати, что-то там затихли…

— Атаку готовят, — с железобетонной уверенностью предположил Асвер, всматриваясь в схемы и надписи у кнопок, — Что тут у нас по планам?..

Схемы с кольцом, видимо, обозначавшим камеру реактора, дракончика не интересовали. Он изучал и запоминал планы окружающих комнат и коридоров. Сейчас команда, если он правильно сориентировался в незнакомых обозначениях и тусклых под слоем пыли линиях, находилась в зале управления. Вот кольцевая комната — это сама камера. От нее коридор, по которому они и пришли, в зал управления, какие-то вспомогательные каморки в два-три размаха в поперечнике… и прямо напротив выхода в коридор к реактору и лестничной клетке — еще одна дверь, раздвижная, и ведет она к двум лифтам.

— Ну понятное дело, не по лестнице же сюда спускались операторы и прочий персонал, — протянул Асвер, пытаясь разобраться по обозначениям, какой ярус находится выше текущего, а какой — ниже.

Было бы неплохо включить системы защиты, если они, конечно, не ограничены одинм роботом, медленно вылетевшим в коридор вслед за командой и сейчас несущим сдавленно ругающуюся девушку. А то и сам реактор запустить, по идее, это включит и все защитные системы, и даст энергию на лифты. Ну не могут они питаться от аварийного источника, который, судя по всему, и давал сейчас энергию на дежурное освещение и пульт управления.

Робот, таща за собою деструкторшу, подлетел к решётке, та открылась перед ним, и Вартарра рявкнула остальной команде:

— Живо за ним! Или будете ждать второго шанса отсюда выпрыгнуть?!

Мамору откликнулся сразу, увидев железяку и "тушку" спрыгнул за тем первый. Коридорчики как-то узковаты, крылья явно не расправить. Между рогов дракошка зажёг шар света с искрами, чтоб его точно не потеряли.

— Сейчас, попробую оставить им пару интересных сюрпризов! — Асвер, уже вернувший кукри в ножны, защелкал кнопками с наиболее перспективно выглядевшими подписями.

Вряд ли реактор запустится вот так, после неизвестно скольких десятилетий простоя, но даже чужие попытки его запустить вряд ли принесут деструкторам много радости. Иначе они бы давно сами его восстановили и запустили.

— В тебе я уверена, но лишнего не понатыкай, времени у нас мало! — решительно отозвалась Вартарра и спрыгнула в коридор, поравнявшись с Мамору.

Было и впрямь тесно, но если идти в ряд и быстро, то сложностей возникнуть не должно.

А Торстейн был и доволен, что повезло так и не расстаться с приобретённым при столь невероятных обстоятельствах составом. Так и не изъяв баночку из внутреннего кармана, он шмыгнул за уже опускавшуюся решётку, чуть не сбитый рванувшим вослед Асвером.

— Показываю дорогу! — крикнул дракон остальным, не став следовать за поднимавшимся наверх механизмом, а двинувшись под лестничную клетку, к неприметной дверце. — Здесь то ли вентиляция, то ли технический коридор. Лучше выкарабкаться через неё, чем через все посты деструкторов.

— Будем надеяться, робот их отвлечёт, — согласно кивнула Тарра. — А мы там поместимся, в этой шахте?

— Ужмитесь как-нибудь… — сбивая на дверце петли выстрелами из возвращённого карабина, Асвер прикинул — всё же получится и большим крылатым тут пролезть, Мамору разве со скрипом, но не должен застрять, он же не мишка, который очень любит мёд.

В шахте за дверцей лестница была самая простая — приваренные к стальной стенке скобы. Так же, как и в прочих подземных помещениях — ни следа ржавчины, минимум пыли, все прочно и надежно. Дракончик уцепился за скобы и бодро полез вверх.

— Подниматься долго, размахов двадцать точно, — негромко проинструктировал остальную команду Асвер, перебирая лапами, — Зато выберемся почти на выход, к основной фильтро-вентиляционной установке.

Асвер сомневался насчёт пропускной способности этих фильтров и, что важнее, их прочности — получится ли через них пролезть или устранить это препятствие. Но в этом он больше надеялся на своих соратников, метающих молнии, замораживающих навов и в принципе знающих о магии больше него.

Перевалившись за последнюю ступеньку, на краю площадки Асвер увидел, удивившись, резную узорчатую коробку с откушеным уголком. Дверца спереди была приоткрыта, и к корпусу коробки ей была прижата записка:

"Ave magisters, ave registers! Ритуал прерван! Управление перешло ко мне. Трепещите! И ждите. Я иду! Я — Хъесептенецкор, великий уничтожитель вселенных!"


Оглавление

  • Вступление — замечания для господ актёров
  • Ночь первая — Тушите свет!
  • Утро первое — Почтовый ящик
  • Ползут по загобушкам файтер, клирик, вор и маг
  • День первый, и весь в заботах
  • Святый вечер
  • День второй — Набрали по объявлению!
  • Ночь вторая — Яйцо Костей Его
  • Хрен пойми когда фиг знает где