КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 403276 томов
Объем библиотеки - 530 Гб.
Всего авторов - 171603
Пользователей - 91585

Последние комментарии

Загрузка...

Впечатления

djvovan про Булавин: Лекарь (Фэнтези)

ужас

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
nga_rang про Семух: S-T-I-K-S. Человек с собакой (Научная Фантастика)

Качественная книга о больном ублюдке. Читается с интересом и отвращением.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Лысков: Сталинские репрессии. «Черные мифы» и факты (История)

Опять книга заблокирована, но в некоторых других библиотеках она пока доступна.

По поводу репрессий могу рассказать на примере своих родственников.
Мой прадед, донской казак, был во время коллективизации раскулачен. Но не за лошадь и корову, а за то что вел активную пропаганду против колхозов. Его не расстреляли и не посадили, а выслали со всей семьей с Украины в Поволжье. В дороге он провалился в полынью, простудился и умер. Моя прабабушка осталась одна с 6 детьми. Как здорово ей жилось, мне трудно даже представить.
Старшая из ее дочерей была осуждена на 2 года лагерей за колоски. Пока она отбывала срок от голода умерла ее дочь.
Мой дед по материнской линии, белорус, тот самый дед, который после Халхин-Гола, где он получил тяжелейшее ранение в живот, и до начала ВОВ служил стрелком НКВД, тоже чуть-было не оказался в лагерях. Его исключили из партии и завели на него дело. Но суд его оправдал. Ему предложили опять вступить в партию, те самые люди, которые его исключали, на что он ответил: "Пока вы в этой партии - меня в ней не будет!" И, как не странно, это ему сошло с рук.
Другой мой дед, по отцу, тоже из крестьян (у меня все предки из крестьян), тоже был перед войной осужден, за то, что ляпнул что-то лишнее. Во время войны работал на покрытии снарядов, на цианидных ваннах.
Моя бабушка, по матери, в начале войны работала на железной дороге. Когда к городу, где она работала, подошли фашисты, она и ее сослуживицы получили приказ в первую очередь обеспечить вывоз секретной документации. В результате документацию они-то отправили, а сами оказались в оккупации. После того, как их город освободили, ими занялось НКВД. Но ни ее и никого из ее подруг не посадили. Но несмотря на это моя бабушка никому кроме родственников до конца жизни (а прожила она 82 года) не говорила, что была в оккупации - боялась.

Но самое удивительное в том, что никто из этих моих родственников никогда не обвинял в своих бедах Сталина, а наоборот - говорили о нем только с уважением, даже в годы Перестройки, когда дерьмо на Сталина лилось из каждого утюга!
Моя покойная мама как-то сказала о своем послевоенном детстве: "Мы жили бедно, но какие были замечательные люди! И мы видели, что партия во главе со Сталиным не жирует, не ворует и не чешет задницы, а работает на то, чтобы с каждым днем жизнь человека становилась лучше. И мы видели результат". А вот Хруща моя мама ненавидела не меньше, чем Горбача.
Вот такие вот дела.

Рейтинг: +4 ( 6 за, 2 против).
Stribog73 про Баррер: ОСТОРОЖНО, СПОРТ! О ВРЕДЕ БЕГА, ФИТНЕСА И ДРУГИХ ФИЗИЧЕСКИХ НАГРУЗОК (Здоровье)

Книга заблокирована, но она есть в других библиотеках.

Сын сослуживца моей мамы профессионально занимался бегом. Что это ему дало? Смерть в 30 лет от остановки сердца прямо на беговой дорожке. Что это дало окружающим? Родители остались без сына, жена - без мужа, а дети - без отца!
Моя сослуживеца в детстве занималась велоспортом. Что это ей дало? Варикоз, да такой, что в 35 лет ей пришлось сделать две операции. Что это дало окружающим? НИ-ЧЕ-ГО!
Один мой друг занимался тяжелой атлетикой. Что это ему дало? Гипертонию и повышенный риск умереть от инсульта. Что это дало окружающим? НИ-ЧЕ-ГО!
Я сам в молодости несколько лет занимался каратэ. Что это мне дало? Разбитые суставы, особенно колени, которые сейчас так иногда болят, что я с трудом дохожу до сортира. Что это дало окружающим? НИ-ЧЕ-ГО!

Дворник, который днем метет двор, а вечером выпивает бутылку водки вредит своему здоровью меньше, живет дольше, а пользы окружающим приносит гораздо больше, чем любой спортсмен (это не абстрактное высказывание, а наблюдение из жизни - этот самый дворник вполне реальный человек).

Рейтинг: +6 ( 6 за, 0 против).
Symbolic про Деев: Доблесть со свалки (СИ) (Боевая фантастика)

Очень даже не плохо. Вся книга написана в позитивном ключе, т.е. элементы триллера угадываются едва-едва, а вот приключения с положительным исходом здесь на первом месте. Фантастика для непринуждённого прочтения под хорошее настроение. Продолжение к этой книге не обязательно, всё закончилось хепи-эндом и на том спасибо.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Дроздов: Лейб-хирург (Альтернативная история)

2 ZYRA
Ты, ЗЫРЯ, как собственно и все фашисты везде и во все времена, большие мастера все переворачивать с ног на голову.
Ты тут цитируешь мои ответы на твои письма мне в личку? Хорошо! Я где нибудь процитирую твои письма мне - что ты мне там писал, как называл и с кем сравнивал. Особенно это будет интересно почитать ребятам казахской национальности. Только после этого я тебе не советую оказаться в Казахстане, даже проездом, и даже под охраной Службы безопасности Украины. Хотя сильно не сцы - казахи, в большинстве своем, ребята не злые и не жестокие. Сильно и долго бить не будут. Но от выражений вроде "овце*б-казах ускоглазый" отучат раз и на всегда.

Кстати, в Казахстане национализм не приветствовался никогда, не приветствуется и сейчас. В советские времена за это могли запросто набить морду - всем интернациональным населением.
А на месте города, который когда-то назывался Ленинск, а сейчас называется Байконур, раньше был хутор Болдино. В городе Байконур, совхозе Акай и поселке Тюра-Там казахи с украинскими фамилиями не такая уж редкость. Например, один мой школьный приятель - Слава Куценко.

Ты вот тут, ЗЫРЯ, и пара-тройка твоих соратников-фашистов минусуете все мои комментарии. Мне это по барабану, потому что я уверен, что на КулЛибе, да и во всем Рунете, нормальных людей по меньшей мере раз в 100 больше, чем фашистов. Причем, большинство фашистов стараются не афишировать свои взгляды, в отличии от тебя. Кстати, твой друг и партайгеноссе Гекк уже договорился - и на КулЛибе и на Флибусте.

Я в своей жизни сталкивался с представителями очень многих национальностей СССР, и только 5 человек из них были националисты: двое русских, один - украинский еврей, один - казах и один представитель одного из малых народов Кавказа, какого именно - не помню. Но все они, кроме одного, свой национализм не афишировали, а совсем наоборот. Пока трезвые - прямо паиньки.

Рейтинг: +3 ( 5 за, 2 против).
Stribog73 про Кулинария: Домашнее вино (Кулинария)

У меня дед делал хорошее яблочное вино, отец делал и делает виноградное, и я в молодости немного этим занимался. Красное сухое вино спасло мне жизнь. В 23 года в результате осложнения после гриппа я схлопотал инфаркт. Я выжил, но несколько лет мне было очень хреново. В общем, я был уверен, что скоро сдохну. Но один хороший человек - осетин по национальности - посоветовал мне пить понемножку, но ежедневно красное сухое вино. Так я и сделал - полстакана за завтраком, полстакана за обедом и полстакана за ужином. И буквально через 1,5 месяца я как заново родился! И вот уже почти 20 лет я не помню с какой стороны у меня сердце, хотя курю по 2,5 - 3 пачки в день крепких сигарет.

Теперь по поводу данной книги.
Я прочитал довольно много подобных книжек. Эта книжка неплохая, но за одну рекомендацию, приведенную в ней автора надо РАССТРЕЛЯТЬ! Речь идет о совете фильтровать вино через асбестовую вату. НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НИГДЕ И НИКОГДА НИКАКОГО АСБЕСТА! Еще в середине прошлого века было экспериментально доказано: ПРИ ПОПАДАНИИ АСБЕСТА В ОРГАНИЗМ ОН ЧЕРЕЗ 20 - 40 ЛЕТ 100% ВЫЗЫВАЕТ РАК! Об этом я читал еще в одном советском справочнике по вредным веществам, применяемым в промышленности. Хотя в СССР при этом асбестовая ткань, например, была в свободной продаже! У многих, как, например, и в нашей семье, асбестовая ткань использовалась на кухне - чтобы защитить кухонный шкаф от нагрева от газовой плиты.
У меня две двоюродные бабушки умерли от рака, младший брат умер от рака, у тети - рак, правда ей удалось его подавить. Сосед и соседка умерли от рака, мать моего друга из Казахстана, отец моего друга с Украины, моя одноклассница, более 15 человек - коллег по работе. И все в возрасте от 40 до 60 лет! И все эти родные и знакомые мне люди умерли от рака за какие-то последние 20 лет. Вот я и думаю - не вследствие ли свободного доступа к асбестовым материалам и широкого применения их в промышленности и строительстве в СССР все это сейчас происходит?

Рейтинг: +3 ( 4 за, 1 против).
загрузка...

Федор Иванович Тютчев

RSS канал автора
Поделиться:
Иллюстрация № 1 читать онлайн КулЛиб

Тютчев Федор Иванович
(23 ноября [5 декабря] 1803, Овстуг, Орловская губерния — 15 [27] июля 1873, Царское Село) — русский лирик, поэт-мыслитель, дипломат, консервативный публицист, член-корреспондент Петербургской Академии Наук с 1857 года, тайный советник.
Родился 23 ноября 1803 г. в селе Овстуг, Брянского уезда Орловской губернии, в родовитой дворянской семье, зимою жившей в Москве открыто и богато. В доме, "совершенно чуждом интересам литературы и в особенности русской литературы", исключительное господство французского языка уживалось с приверженностью ко всем особенностям русского стародворянского и православного уклада. Когда Тютчеву шел десятый год, в воспитатели к нему был приглашен С.Е. Раич, пробывший в доме Тютчевых семь лет и оказавший большое влияние на умственное и нравственное развитие своего воспитанника, в котором он развил живой интерес к литературе. Превосходно овладев классиками, Тютчев не замедлил испытать себя в поэтическом переводе. Послание Горация к Меценату, представленное Раичем обществу любителей российской словесности, было прочтено в заседании и одобрено значительнейшим в то время московским критическим авторитетом - Мерзляковым; вслед за тем произведение четырнадцатилетнего переводчика, удостоенного звания "сотрудника", было напечатано в XIV части "Трудов" общества. В том же году Тютчев поступил в Московский университет, то есть стал ездить на лекции с воспитателем, а профессора сделались обычными гостями его родителей. Получив в 1821 году кандидатскую степень, Тютчев в 1822 г. был отправлен в Петербург на службу в государственную коллегию иностранных дел и в том же году уехал за границу с своим родственником графом фон Остерманом-Толстым, который пристроил его сверхштатным чиновником русской миссии в Мюнхене. За границей он прожил, с незначительными перерывами, двадцать два года. Пребывание в живом культурном центре оказало значительное воздействие на его духовный склад. В 1826 г. он женился на баварской аристократке, графине Ботмер, и их салон сделался средоточием интеллигенции; к многочисленным представителям немецкой науки и литературы, бывавшим здесь, принадлежал Гейне, стихотворения которого Тютчев тогда же стал переводить на русский язык; перевод "Сосны" ("С чужой стороны") напечатан в "Аонидах" за 1827 г. Сохранился также рассказ о горячих спорах Тютчева с философом Шеллингом. В 1826 г. в альманахе Погодина "Урания" напечатаны три стихотворения Тютчева, а в следующем году в альманахе Раича "Северная Лира" - несколько переводов из Гейне, Шиллера ("Песнь радости"), Байрона и несколько оригинальных стихотворений. В 1833 г. Тютчев, по собственному желанию, был отправлен "курьером" с дипломатическим поручением на Ионические острова, а в конце 1837 г. - уже камергер и статский советник, - он, несмотря на свои надежды получить место в Вене, был назначен старшим секретарем посольства в Турин. В конце следующего года скончалась его жена. В 1839 г. Тютчев вступил во второй брак с баронессой Дернгейм; подобно первой, и вторая жена его не знала ни слова по-русски и лишь впоследствии изучила родной язык мужа, чтобы понимать его произведения. За самовольную отлучку в Швейцарию - да еще в то время как на него были возложены обязанности посланника - Тютчев был отставлен от службы и лишен звания камергера. Тютчев вновь поселился в любимом Мюнхене, где прожил еще четыре года. За все это время его поэтическая деятельность не прекращалась. Он напечатал в 1829 - 1830 годах несколько превосходных стихотворений в "Галатее" Раича, а в "Молве" 1833 г. (а не в 1835 г., как сказано у Аксакова появилось его замечательное "Silentium", лишь много позже оцененное по достоинству. В лице Ив. Сер. ("иезуита") Гагарина он нашел в Мюнхене ценителя, который не только собрал и извлек из-под спуда заброшенные автором стихотворения, но и сообщил их Пушкину, для напечатания в "Современнике"; здесь в течение 1836 - 1840 годов появилось около сорока стихотворений Тютчева под общим заглавием "Стихотворения, присланные из Германии" и за подписью Ф.Т. Затем в течение четырнадцати лет произведения Тютчева не появляются в печати, хотя за это время он написал более пятидесяти стихотворений. Летом 1844 г. была напечатана первая политическая статья Тютчева - "Lettre a M. le Dr. Gustave Kolb, redacteur de la "Gazette Universelle" (d'Augsburg)". Тогда же он, предварительно съездив в Россию и уладив дела по службе, переселился с семьей в Петербург. Ему были возвращены его служебные права и почетные звания и дано назначение состоять по особым поручениям при государственной канцелярии; эту должность он сохранил и тогда, когда (в 1848 г.) был назначен старшим цензором при особой канцелярии министерства иностранных дел. В петербургском обществе он имел большой успех; его образование, уменье быть одновременно блестящим и глубоким, способность дать теоретическое обоснование принятым воззрениям создали ему выдающееся положение. В начале 1849 года он написал статью "La Russie et la Revolution", а в январской книжке "Revue des Deux Mondes" за 1850 г. напечатана - без подписи - другая его статья: "La Question Romaine et la Papaute". По сообщению Аксакова, обе статьи произвели за границей сильное впечатление: в России о них знали очень немногие. Весьма невелико было также число ценителей его поэзии. В том же 1850 г. он нашел выдающегося и благосклонного критика в лице Некрасова, который (в "Современнике"), не зная лично поэта и делая догадки о его личности, высоко ставил его произведения. И.С. Тургенев, собрав при помощи семьи Тютчевых, но - по мнению И.С. Аксакова - без всякого участия самого поэта, около ста его стихотворений, передал их редакции "Современника", где они были перепечатаны, а затем вышли отдельным изданием (1854). Собрание это вызвало восторженный отзыв (в "Современнике") Тургенева. С этих пор поэтическая слава Тютчева - не переходя, однако, известных пределов - была упрочена; журналы обращались к нему с просьбой о сотрудничестве, стихотворения его печатались в "Русской Беседе", "Дне", "Москвитянине", "Русском Вестнике" и других изданиях; некоторые из них, благодаря хрестоматиям, становятся известными всякому русскому читателю в раннем детстве ("Весенняя гроза", "Весенние воды", "Тихой ночью поздним летом" и др.). Изменилось и служебное положение Тютчева. В 1857 г. он обратился к князю Горчакову с запиской о цензуре, которая ходила по рукам в правительственных кругах. Тогда же он был назначен на место председателя комитета иностранной цензуры - преемником печальной памяти Красовского. Его личный взгляд на эту должность хорошо определен в экспромте, записанном им в альбом его сослуживца Вакара: "Веленью высшему покорны, у мысли стоя на часах, не очень были мы задорны... - Грозили редко и скорей не арестантский, а почетный держали караул при ней". Дневник Никитенко - сослуживца Тютчева - не раз останавливается на его стараниях оградить свободу слова. В 1858 г. он возражал против проектированной двойной цензуры - наблюдательной и последовательной; в ноябре 1866 г. "Тютчев в заседании совета по делам печати справедливо заметил, что литература существует не для гимназистов и школьников, и что нельзя же ей давать детское направление". По словам Аксакова, "просвещенное, разумно-либеральное председательство в комитете, нередко расходившееся с нашим административным мировоззрением, а потому под конец и ограниченное в своих правах, памятно всем, кому было дорого живое общение с европейской литературой". "Ограничение в правах", о котором говорит Аксаков, совпадает с переходом цензуры из ведомства министерства народного просвещения в министерство внутренних дел. В начале семидесятых годов Тютчев испытал подряд несколько ударов судьбы, слишком тяжелых для семидесятилетнего старика; вслед за единственным братом, с которым его связывала интимная дружба, он потерял старшего сына и замужнюю дочь. Он стал слабеть, его ясный ум тускнел, поэтический дар стал изменять ему. После первого удара паралича (1 января 1873 г.) он уже почти не поднимался с постели, после второго прожил несколько недель в мучительных страданиях - и скончался 15 июля 1873 года. Как человек, он оставил по себе лучшие воспоминания в том круге, к которому принадлежал. Блестящий собеседник, яркие, меткие и остроумные замечания которого передавались из уст в уста (вызывая в князе Вяземском желание, чтобы по ним была составлена Тютчевиана, "прелестная, свежая, живая современная антология"), тонкий и проницательный мыслитель, с равной уверенностью разбиравшийся в высших вопросах бытия и в подробностях текущей исторической жизни, самостоятельный даже там, где он не выходил за пределы установившихся воззрений, человек, проникнутый культурностью во всем, от внешнего обращения до приемов мышления, он производил обаятельное впечатление особой - отмеченной Никитенко - "любезностью сердца, состоявшей не в соблюдении светских приличий (которых он никогда и не нарушал), но в деликатном человечественном внимании к личному достоинству каждого". Впечатление нераздельного господства мысли - таково было преобладающее впечатление, которое производил этот хилый и хворый старик, всегда оживленный неустанной творческой работой мысли. Поэта-мыслителя чтит в нем, прежде всего, и русская литература. Литературное наследие его не велико: несколько публицистических статей и около пятидесяти переводных и двухсот пятидесяти оригинальных стихотворений, среди которых довольно много неудачных. Среди остальных зато есть ряд перлов философской лирики, бессмертных и недосягаемых по глубине мысли, силе и сжатости выражения, размаху вдохновения. Дарование Тютчева, столь охотно обращавшегося к стихийным основам бытия, само имело нечто стихийное; в высшей степени характерно, что поэт, по его собственному признанию выражавший свою мысль тверже по-французски, чем по-русски, все свои письма и статьи писавший только на французском языке и всю свою жизнь говоривший почти исключительно по-французски, самым сокровенным порывам своей творческой мысли мог давать выражение только в русском стихе; несколько французских стихотворений его совершенно незначительны. Автор "Silentium", он творил почти исключительно "для себя", под давлением необходимости высказаться пред собой и тем уяснить себе самому свое состояние. В связи с этим он исключительно лирик, чуждый всяких эпических элементов. С этой непосредственностью творчества Аксаков пытался привести в связь ту небрежность, с которой Тютчев относился к своим произведениям: он терял лоскутки бумаги, на которых они были набросаны, оставлял нетронутой первоначальную - иногда небрежную - концепцию, никогда не отделывал своих стихов и т. д. Последнее указание опровергнуто новыми исследованиями; стихотворные и стилистические небрежности действительно встречаются у Тютчева, но есть ряд стихотворений, которые он переделывал, даже после того как они были в печати. Бесспорным, однако, остается указание на "соответственность таланта Тютчева с жизнью автора", сделанное еще Тургеневым: "...от его стихов не веет сочинением; они все кажутся написанными на известный случай, как того хотел Гете, т. е. они не придуманы, а выросли сами, как плод на дереве". Идейное содержание философской лирики Тютчева значительно не столько своим разнообразием, сколько глубиной. Наименьшее место занимает здесь лирика сострадания, представленная, однако, такими захватывающими произведениями, как "Слезы людские" и "Пошли, Господь, свою отраду". Невыразимость мысли в слове ("Silentium") и пределы, поставленные человеческому познанию ("Фонтан"), ограниченность знания "человеческого я" ("Смотри, как на речном просторе"), пантеистическое настроение слияния с безличной жизнью природы ("Сумерки", "Так; в жизни есть мгновения", "Весна", "Еще шумел весенний день", "Листья", "Полдень", "Когда, что в жизни звали мы своим", "Весеннее успокоение" - из Уланда), одухотворенные описания природы, немногочисленные и краткие, но по охвату настроения почти не знающие равных в нашей литературе ("Утихла буря", "Весенняя гроза", "Летний вечер", "Весна", "Песок сыпучий", "Не остывшая от зноя", "Осенний вечер", "Тихой ночью", "Есть в осени первоначальной" и др.), связанные с великолепным провозглашением самобытной духовной жизни природы ("Не то, что мните вы, природа"), нежное и безотрадное признание ограниченности человеческой любви ("Последняя любовь", "О, как убийственно мы любим", "Она сидела на полу", "Предопределение" и др.) - таковы господствующие мотивы философской поэзии Тютчева. Но есть еще один мотив, быть может наиболее могучий и определяющий все остальные; это - с большой ясностью и силой формулированный покойным В.С. Соловьевым мотив хаотической, мистической первоосновы жизни. "И сам Гете не захватывал, быть может, так глубоко, как наш поэт, темный корень мирового бытия, не чувствовал так сильно и не сознавал так ясно ту таинственную основу всякой жизни, - природной и человеческой, - основу, на которой зиждется и смысл космического процесса, и судьба человеческой души, и вся история человечества. Здесь Тютчев действительно является вполне своеобразным и если не единственным, то наверное самым сильным во всей поэтической литературе". В этом мотиве критик видит ключ ко всей поэзии Тютчева, источник ее содержательности и оригинальной прелести. Стихотворения "Святая ночь", "О чем ты воешь, ветр ночной", "На мир таинственный духов", "О, вещая душа моя", "Как океан объемлет шар земной", "Ночные голоса", "Ночное небо", "День и ночь", "Безумие", "Mall'aria" и др. представляют собой единственную в своем роде лирическую философию хаоса, стихийного безобразия и безумия, как "глубочайшей сущности мировой души и основы всего мироздания". И описания природы, и отзвуки любви проникнуты у Тютчева этим всепоглощающим сознанием: за видимой оболочкой явлений с ее кажущейся ясностью скрывается их роковая сущность, таинственная, с точки зрения нашей земной жизни отрицательная и страшная. Ночь с особенной силой раскрывала пред поэтом эту ничтожность и призрачность нашей сознательной жизни сравнительно с "пылающею бездной" стихии непознаваемого, но чувствуемого хаоса. Быть может, с этим безотрадным мировоззрением должно быть связано особое настроение, отличающее Тютчева: его философское раздумье всегда подернуто грустью, тоскливым сознанием своей ограниченности и преклонением пред неустранимым роком. Лишь политическая поэзия Тютчева - как и следовало ожидать от националиста и сторонника реальной политики - запечатлена бодростью, силой и надеждами, которые иногда обманывали поэта. О политических убеждениях Тютчева, нашедших выражение в немногих и небольших статьях его, см. Славянофильство. Оригинального в них немного: с незначительными модификациями это политическое мировоззрение совпадает с учением и идеалами первых славянофилов. И на разнообразные явления исторической жизни, нашедшие отклик в политических воззрениях Тютчева, он отозвался лирическими произведениями, сила и яркость которых способна увлечь даже того, кто бесконечно далек от политических идеалов поэта. Собственно политические стихотворения Тютчева уступают его философской лирике. Даже такой благосклонный судья, как Аксаков, в письмах, не предназначенных для публики, находил возможным говорить, что эти произведения Тютчева "дороги только по имени автора, а не сами по себе; это не настоящие Тютчевские стихи с оригинальностью мысли и оборотов, с поразительностью картин" и т. д. В них - как и в публицистике Тютчева - есть нечто рассудочное, - искреннее, но не от сердца идущее, а от головы. Чтобы быть настоящим поэтом того направления, в котором писал Тютчев, надо было любить непосредственно Россию, знать ее, верить ее верой. Этого - по собственным признаниям Тютчева - у него не было. Пробыв с восемнадцатилетнего до сорокалетнего возраста за границей, поэт не знал родины и в целом ряде стихотворений ("На возвратном пути", "Вновь твои я вижу очи", "Итак, опять увидел я", "Глядел я, стоя над Невой") признавался, что родина ему не мила и не была "для души его родимым краем". Наконец, отношение его к народной вере хорошо характеризуется отрывком из письма к жене (1843), приведенным у Аксакова (речь идет о том, как пред отъездом Тютчева в его семье молились, а затем ездили к Иверской Божией Матери): "Одним словом, все произошло согласно с порядками самого взыскательного православия... Ну что же? Для человека, который приобщается к ним только мимоходом и в меру своего удобства, есть в этих формах, так глубоко исторических, в этом мире русско-византийском, где жизнь и верослужение составляют одно,... есть во всем этом для человека, снабженного чутьем для подобных явлений, величие поэзии необычайное, такое великое, что оно преодолевает самую ярую враждебность... Ибо к ощущению прошлого - и такого же старого прошлого, - присоединяется фатально предчувствие несоизмеримого будущего". Это признание бросает свет на религиозные убеждения Тютчева, имевшие в основе, очевидно, совсем не простую веру, но прежде всего теоретические политические воззрения, в связи с некоторым эстетическим элементом. Рассудочная по происхождению, политическая поэзия Тютчева имеет, однако, свой пафос - пафос убежденной мысли. Отсюда сила некоторых его поэтических обличений ("Прочь, прочь австрийского Иуду от гробовой его доски", или о римском папе: "Его погубит роковое слово: "Свобода совести есть бред"). Он умел также давать выдающееся по силе и сжатости выражение своей вере в Россию (знаменитое четверостишие "Умом Россию не понять", "Эти бедные селенья"), в ее политическое призвание ("Рассвет", "Пророчество", "Восход солнца", "Русская география" и др.). Значение Тютчева в развитии русской лирической поэзии определяется его историческим положением: младший сверстник и ученик Пушкина, он был старшим товарищем и учителем лириков послепушкинского периода; не лишено значения и то, что большинство их принадлежит к числу его политических единомышленников; но его оценили раньше других Некрасов и Тургенев - и последующие изучения лишь углубили, но не повысили его значение. Как и предсказывал Тургенев, он остался до сих пор поэтом немногих ценителей; волна общественной реакции лишь временно расширяла его известность, представляя его певцом своих настроений. По существу он остался все тем же "неопошлимым", могучим в лучших, бессмертных образцах своей философской лирики учителем жизни для читателя, учителем поэзии для поэтов. Частности в его форме бывают не безукоризненны; в общем она бессмертна - и трудно представить себе тот момент, когда, например, "Сумерки" или "Фонтан" потеряют свою поэтическую свежесть и обаяние. Наиболее полное собрание сочинений Тютчева (СПб., 1900) заключает его оригинальные (246) и переводные (37) стихотворения и четыре политические статьи. Главным биографическим источником служит книга зятя поэта, И.С. Аксакова "Биография Федора Ивановича Тютчева" (М., 1886). Ср. еще некрологи Мещерского ("Гражданин", 1873, Љ 31), Погодина ("Московские Ведомости", 1873, Љ 195), М. С. ("Вестник Европы", 1873, Љ 8), Никитенко ("Русская Старина", 1873, Љ 8), анонимный - "Русский Вестник" (1873, Љ 8), оценки и характеристики - Тургенева (в "Современнике" 1854, Љ 4), Некрасова ("Современник", 1850), Фета ("Русское Слово", 1859, Љ 2), Плетнева ("Отчет Академии Наук", 1852 - 1865 г. - записка о Ф.И. Тютчеве, который в 1857 г. баллотировался, но неудачно, в члены академии), Страхова ("Заметки о Пушкине", СПб., 1888 и Киев, 1897), Чуйко ("Современная русская поэзия", СПб., 1885), Вл. Соловьева (перепеч. в сборнике "Философские течения русской поэзии", СПб., 1896, из "Вестника Европы", 1895, Љ 4). Интересные частности биографические и критические в "Воспоминаниях" князя Мещерского (СПб., 1897), "Дневнике" Никитенка (СПб., 1893), "Воспоминаниях" Фета (М., 1890, ч. II), статьях У - ва ("Т. и Гейне", в "Русском Архиве": 1875, Љ 1), А. ("Русском Вестнике", 1874, Љ 11), "Несколько слов о Ф.И. Тютчеве" ("Православное Обозрение", 1875, Љ 9), Потебни ("Язык и народность", в "Вестнике Европы", 1895, Љ 9), "Жизнь и труды Погодина", Барсукова, "Тютчев и Некрасов" и "О новом издании сочинений Тютчева", В. ("Русский Архив", 1900, Љ 3). Письма Тютчева, очень интересные, до сих пор не собраны; кое-что напечатано в "Русском Архиве" (к Чаадаеву - 1900, Љ 11), где вообще рассеяны сведения о Тютчеве - его знаменитые остроты и т. п.



Показывать:   Сортировать по:

    Массовая выкачка в формате:

Показываем книги: (Автор) (Переводы) (Об авторе) (все книги на одной странице)

Количество книг по ролям: Автор - 23. Переводы - 4. Об авторе - 9.
Всего книг: 36. Объём всех книг: 69 Мб (71,870,665 байт)

Средний рейтинг 4.5Всего оценок - 8, средняя оценка книг автора - 4.5
Оценки: нечитаемо - 0, плохо - 0, неплохо - 2, хорошо - 0, отлично! - 6

Автор

Детская проза   Детские стихи   Сказка  

Антология детской литературы
- Большая книга о природе (и.с. Подарочные издания) 7.29 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)

Поэзия  

Антология поэзии
- 100 стихотворений, которые растрогают самых суровых мужчин (сборник) 562 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- Русская поэзия XIX века. Том 2 (и.с. Библиотека всемирной литературы (Художественная Литература)-106) 5.47 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
Мастера русского стихотворного перевода. В 2-х томах
- 1. Мастера русского стихотворного перевода. Том 1 (и.с. Библиотека поэта. Большая серия) 1.99 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
Полное собрание сочинений и писем в шести томах
- 2. Том 2. Стихотворения 1850-1873 [windows-1251] 1.06 Мб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- 3. Том 3. Публицистические произведения [windows-1251] 1.16 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
- 4. Том 4. Письма 1820-1849 [windows-1251] 1.41 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
- 6. Том 6. Письма 1860-1873 [windows-1251] 1.32 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
Тютчев Ф. И. Лирика
- 1. Лирика. Т. 1: Стихотворения, 1824 -1873 (и.с. Литературные памятники) 623 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- 2. Лирика. Т. 2: Стихотворения, 1815 -1873 (и.с. Литературные памятники) 700 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)

Классическая русская поэзия   Литературоведение  

- Я встретил вас… (и.с. Народная поэзия) 2.81 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)

Классическая проза   Поэзия   Русская классическая проза  

- Любовники, безумцы и поэты… 1.98 Мб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)

Поэзия   Русская классическая проза  

- О, как убийственно мы любим… (сборник) (и.с. Эксклюзив: Русская классика) 1.01 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)

Биографии и Мемуары   Документальная литература   Классическая проза ХIX века   Поэзия   Русская классическая проза  

- «Я встретил вас…» (сборник) (и.с. Школьная библиотека) 1.25 Мб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)

Приключения  

- Кто прав? Беглец (и.с. Мир приключений (изд. Правда)) 5.18 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)

Детские стихи  

-  Весенняя гроза  5.99 Мб (скачать pdf)
-  Листья  (и.с. Книга за книгой) 6.12 Мб (скачать pdf)

Поэзия  

- Избранные стихи 253 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
- Отроческие стихотворения [windows-1251] 15 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- Полное собрание стихотворений [windows-1251] 1.3 Мб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- Собрание стихотворений [windows-1251] 345 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- Стихи [windows-1251] 8 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
- Том 1. Стихотворения 1813-1849 [windows-1251] 1.02 Мб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)

Переводы

БВЛ. Серия первая
- 32. Европейские поэты Возрождения (пер. Александр Сергеевич Пушкин, ...) (и.с. Библиотека всемирной литературы (ХЛ)-32) [windows-1251] 4.63 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
И.-В. Гете. Собрание сочинений
- 1. Собрание сочинений в десяти томах. Том первый. Стихотворения (пер. Михаил Алексеевич Кузмин, ...) 1.66 Мб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке)
- Стихи (пер. Анатолий Васильевич Луначарский, ...) [windows-1251] 103 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
- Фортуна и Мудрость (пер. Федор Иванович Тютчев) [windows-1251] 2 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2)

Об авторе

Биографии и Мемуары   Литературоведение   Поэзия  

ЖЗЛ
- Тютчев (и.с. Жизнь замечательных людей-687) 5.05 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Вадим Валерианович Кожинов
- Тютчев: Тайный советник и камергер (и.с. Жизнь замечательных людей. Малая серия-37) 3.69 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Семен Аркадьевич Экштут

Историческая проза  

- Сон о Тютчеве 71 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Юрий Маркович Нагибин

Биографии и Мемуары   Историческая проза  

- Страсть тайная. Тютчев (и.с. Русские писатели в романах) 3.55 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Юрий Иванович Когинов

Биографии и Мемуары   Литературоведение  

- Тютчев Федор Иванович - Краткая справка [windows-1251] 20 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - А. Горнфельд

Критика  

- Ф. И. Тютчев. Смысл его творчества 179 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке) - Валерий Яковлевич Брюсов
- Федор Иванович Тютчев 432 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Иван Сергеевич Аксаков

Критика   Литературоведение  

- «Меж зыбью и звездою» («Две беспредельности» Ф.И. Тютчева) 206 Кб  (читать)  (скачать fb2)  (читать по подписке) - Наталья Валерьевна Иртенина
- Тютчев и Аксаков в борьбе с цензурою 181 Кб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Георгий Иванович Чулков


Зарегистрируйтесь / залогиньтесь для выкачки нескольких книг одним файлом.